Библиотека :)

Дарующая счастье 911K - Терин Рем (скачать epub) (скачать mobi) (скачать fb2)

Терин Рем ДАРУЮЩАЯ СЧАСТЬЕ

Пролог

В первый отпуск я отправлялась в какой-то растерянности. Вся моя жизнь, как и у любого военного Федерации, была расписана по минутам: подъём, завтрак, разминка, вылеты, отчёты, даже время, отведённое на общение с сослуживцами, было подчинено графику.

Многих возмущал такой уклад жизни, но не меня. Дело в том, что я из потомственных. Что это означает? Мои родители отдали свой долг Конфедерации объединённых миров, даже производя меня на свет. Вы спросите как это? Очень просто и непросто одновременно.

Начну с истории: мало кто из свободолюбивых существ, объединившихся когда-то невообразимо давно в союз, был готов посвятить всю свою жизнь служению в Корпусе мира, именно из-за расписания, управляющего нашей жизнью, поэтому Совет мудрейших решил выращивать идеальных воинов, тех, кто не знает ничего, кроме служения.

Мои родители геройски погибли, когда я была ещё младенцем, и меня воспитал Корпус. На память о семье мне осталось голографическое изображение красивой молодой пары и звонкое имя Виорика Мэтьюз. Грустила ли я, что не имею родных? Пожалуй, нет. Дело не в том, что я такая бессердечная, просто, чтобы понимать разницу, нужно её знать.

Согласитесь, если вы никогда не видели ничего другого, то определённость твоей жизни, где соответствие параметрам означает успех — это не так уж и плохо.

Я считала, что у меня было всё, что нужно для счастья — гибкий пытливый ум, отмеченный многочисленными наставниками, несомненный талант к управлению шаттлами и крейсерами, десятки друзей и красивое тело, которым я по праву гордилась.

Я училась усердно, ещё с большим энтузиазмом поступила на службу, где за пять лет добилась того, на что у многих уходят десятилетия.

Личная жизнь? У меня были довольно длительные отношения с молодым и ярким капитаном крейсера Тимом Вестом, но однажды не вовремя захотела нанести ему внезапный визит и порадовать сюрпризом.

Что могу сказать, сюрприз удался, я застала Тима в постели с рыжеволосой тарианкой. Представители этой расы очень чувственные и любвеобильные. Внешне они похожи на эльфов из земных сказок: такие же изящные и прекрасные с нервными длинными ушками, в общем — прелесть.

Я не стала устраивать скандала, но просто вычеркнула этого мужчину из своей жизни. Он долго донимал меня своими попытками доказать мне, что эта связь для него ничего не значила. От этого становилось только противней, потому что сразу возникал вопрос: сколько ещё было таких ничего не значащих связей и насколько важны для него наши отношения, раз требовалось столько дополнительных? С тех пор прошёл уже год, но желания вновь связываться с мужчинами не возникало.

— Рика, сегодня в грузовом отсеке парни готовят грандиозную вечеринку. Ты просто обязана присутствовать. Потанцуем, оторвёмся и ты, наконец, переспишь с кем-нибудь. Сколько можно избегать мужчин? В конце концов, тебе это нужно хотя бы для здоровья. Если ты не явишься и не замутишь с кем-нибудь, клянусь, я сниму тебе секс-бота и закажу, чтобы он явился в самое людное время. Посмотрим потом, как ты будешь отбиваться от назойливых желающих заменить игрушку, — тараторила Миранда, ворвавшись в нашу комнату.

Мира была моим самым преданным другом, начиная с интерната. Мы с ней абсолютно разные, но в нашем случае это только плюс: мальчики нам всегда нравились разные, а её заразительный оптимизм немного уравновешивался моим спокойствием и рассудительностью. В чём-то наши мнения были полярно противоположными, но именно это и делало наше общение особенным.

— Прекрати, Мир, ты же знаешь, я так не могу. Мне нужно хорошо знать мужчину, чтобы переспать с ним, — попыталась я урезонить соседку, как будто это вообще возможно.

— Мне надоели глупые отговорки. Ты это полгода уже твердишь. Предупреждаю: или парень, или секс-бот! — гневно сверкая зелёными глазами, поставила мне ультиматум Мира.

От отвращения по спине пробежал холодок. У меня был не самый приятный опыт общения с этими умными и красивыми машинами. Нам с Мирой было по семнадцать лет, мы заканчивали среднюю военную школу, и переход во взрослую жизнь решили отметить потерей девственности. Умно, да? Для этого мы не придумали ничего более логичного, чем снять двух секс-ботов.

Эти роботы созданы необычайно реалистичными и обучены различным сексуальным техникам. Конечно, они бесчувственные, но в том возрасте мальчишки бесили, а это казалось выходом. Как же мы ошиблись: сказать, что было плохо, значит не сказать ничего. Благо умная машина, причинив боль, остановилась, едва я простонала приказ, но приятного в этом было мало.

У Миры тоже не было родителей и некому было нам объяснить, что такие вещи надо делать с тем, кто тебе действительно дорог. Кроме прочего, андроиды сконструированы с реально огромными мужскими атрибутами, короче, бр-р-р…

— Ты же знаешь, я эток себе больше никогда не подпущу, — гневно прошипела я.

— Вот и обдумай предложение какого-нибудь симпатичного парня. Говорят, на станцию прибыла делегация тарианцев. Не думаю, что они спустятся в машинный отдел, но, как знать, может и тебе кто-то попадётся, — с мечтательной улыбкой сказала подруга.

Признаться честно, повстречаться с одним из этих инопланетников было заманчиво, хотя бы ради того, чтобы отплатить за предательство Тиму. Ходят слухи, что ушастые снобы в постели просто огонь. Не могу сказать, что я мечтала о них, но было как минимум любопытно.

— Всё равно это скотство — просто с кем-то переспать. Надо хотя бы заинтересоваться мужчиной, а как это сделать за один вечер? — продолжала отпираться я.

— Это называется химией тел, детка, — с наигранно важным видом сказала Мира, заставляя меня фыркнуть от смеха.

— Хорошо, я постараюсь кого-нибудь найти, но не прощу тебе секс-бота, — грозно сказала я.

— Компромисс, — охотно согласилась подруга. — В чём ты пойдёшь?

— В форме, а в чём ещё? — удивилась я.

— Ну, нет, так не пойдёт. Ты уже сутки в отпуске, а по-прежнему сидишь в нашей каюте вместо того, чтобы погонять шаттл куда-нибудь на Парадиз. Ох, я бы там поплавала с местными рыбохвостыми русалами!

— Фу! Ты видела изображения этих гуманоидов? Это же кошмар! — искренне возмутилась я, вспоминая голограмму коренных жителей этого прекрасного мира, покрытого чистыми морями и песочными пляжами.

— Не суть. Думаю, там и других парней достаточно, — отмахнулась Мира, нагло роясь в моём гардеробе. — Вот! То, что доктор прописал!

Подруга протягивала мне новое платье, пылившееся на вешалке пару лет. Это было короткое чёрное платье на тонких лямках. Оно могло бы показаться слишком простым, если бы не игра ткани: тонкая, но прочная и тяжёлая структура была похожа на кожу какого-то мифического чудовища и играла красивыми синими бликами при ходьбе, а кроме того, оно идеально подчёркивало мою фигуру.

Платье попало ко мне, когда мы гуляли с Тимом на небольшом стихийном рынке на пятом спутнике планеты Эос, на окраине сектора загадочных Раалийцев. Никто и никогда не видел этих существ без сплошных лёгких скафандров. Это определённо были гуманоиды, а больше ничего достоверно неизвестно.

У одного из них я и приобрела эту вещь за баснословную тысячу кредов. Не знаю, что на меня нашло, вообще я не любитель тратить деньги на всякую ерунду, но в тот раз просто не удержалась. Торговец что-то вещал синтетическим голосом, что это платье для особого случая — выбора ваиры.

Кто такая эта ваира, и почему она отдала ритуальное платье, инопланетник говорить отказался, просто проигнорировав моё присутствие. Говорят, раалийцы так всегда делают, когда желают закончить разговор. Раздражающе, но меня это мало заботило. Я приобрела красивую вещь, была влюблена и счастлива.

— Даже не знаю… — начала я. — Думаешь, оно будет уместно? Всё-таки это станционная тусовка в грузовом отделе, а не поход в дорогой орбитальный ресторан?

— Ты ищешь секс-партнёра, поэтому в любом месте должна выглядеть богиней, — сказала Мира, воодушевлённо переворачивая обувную полку, пока не нашла там красивые туфли-лодочки в ретро-стиле.

Признаюсь, я тоже думала о них, поэтому сильно не возражала против выбора подруги. Открыв ящик с бельём, Мира нахмурилась. И действительно, я совсем не заботилась об изящных кружевах или тонком шёлке. В моём ящике лежали только спортивные лифчики и бесшовные трусы.

— Так даже лучше. Пойдёшь совсем без него, — подытожила Мира, щёлкнув кнопками гардероба, отчего тот закрылся и отъехал в нишу.

— Ты с ума сошла? Ткань тонкая и платье короткое, да и вообще, я не пойду голой! — возмутилась я, на что подруга рассмеялась и издевательски протянула:

— Секс-бо-о-от. Или ты идёшь на моих условиях, или… — она поиграла рыжими бровями на своём забавном миловидном личике, и я не удержалась от смеха.

— Так даже лучше. Пойдёшь совсем без него, — подытожила Мира, щёлкнув кнопками гардероба, отчего тот закрылся и отъехал в нишу.

— Ты с ума сошла? Ткань тонкая и платье короткое, да и вообще, я не пойду голой! — возмутилась я, на что подруга рассмеялась и издевательски протянула:

— Секс-бо-о-от. Или ты идёшь на моих условиях, или… — она поиграла рыжими бровями на своём забавном миловидном личике, и я не удержалась от смеха.

— Шантажистка, — выдохнула я.

— Я так понимаю, это «да». Вот и ладненько, — сказала эта… садистка, исчезая за дверью очистительной кабинки.

Глава 1

Пока мы собирались, Мира заразила меня своим предвкушением веселья, поэтому к моменту начала вечеринки меня уже не смущало отсутствие белья или весьма откровенный наряд, наоборот, появилось какое-то шальное предвкушение чего-то нового и запретного.

Я покрутилась у зеркала, отмечая, что платье стоило тех денег, что я на него потратила, я бы сказала, что оно стоило каждого креда из той тысячи. Тонкие лямки оголяли мои тренированные, но по-женски изящные плечи, декольте не было слишком низким, но красиво обрамляло грудь, акцентируя внимание на округлых полушариях. На вешалке платье казалось простым, но таковым совершенно не было: тонкая кожа неизвестного существа не облепила моё тело, а как будто срослась со мной.

— Вау! Это просто нечто! Ты просто обязана одолжить мне это чудо на время моего отпуска. Это просто преступление держать в шкафу такую прелесть, — возбуждённо тараторила соседка, пытаясь подцепить пальцами загадочный материал.

Отчего-то мне была очень неприятна мысль о том, чтобы расстаться с этой вещью.

«Оно моё и только моё», — возникла странная мысль, удивляя меня внезапным порывом жадности.

Мы с Мирой всегда делились красивыми нарядами, но это платье я ей точно не одолжу, хотя вслух я ничего не ответила.

— Ты такая красивая, только распусти волосы. Ни у кого из парней на станции нет ни единого шанса перед тобой устоять, поэтому отговорку, что ты никого не привлекла, я не приму. А теперь вперёд к приключениям! — восторженно сказала Мира, поправляя ярко-рыжие кудряшки.

Поскольку её отпуск ещё не начался, подруга была в парадном мундире, как и положено по уставу.

Привлекать к себе внимание я начала ещё по пути к грузовому отсеку. Мужчины откровенно пялились на меня, а один молодой тарианец вообще споткнулся и упал.

— Вот видишь, парни уже падают к твоим ногам, — рассмеялась Мира и помахала рукой незадачливому инопланетнику.

— Да уж. Наверное, пройди я голая, и то не привлекла бы к себе столько внимания, — пошутила я, испытывая, тем не менее, чисто женскую гордость за себя.

— Девочки, как вы прекрасны! Рика, ты сегодня особенно хороша, — сделал мне комплемент Рас.

Рас такой же потомственный военный, как и мы. Он рос в том же интернате, только был старше на три года, но, будучи очень ответственным парнем, всегда приглядывал за нами, а когда вырос, отдал своё сердце моей рыжей и озорной соседке. Вместе они представляли собой необычное зрелище — рослый и крепкий Рас был темноволосым парнем с крупными чертами лица и тяжёлым взглядом, а Мира была его полной противоположностью: миниатюрная, миловидная с вечной улыбкой и небрежными кудряшками, которые огненным облаком летали вокруг её головы.

Рас нежно поцеловал Миру, одарив её таким взглядом, от которого я невольно испытала мимолётный приступ зависти, и потянул её в сторону танцующих.

— Не забывай о своём обещании, иначе… — лукаво улыбнулась подруга, помахав мне на прощание рукой.

Наблюдая за счастливыми друзьями, я растеряла всякое желание делать глупости.

«Не хочу случайного секса, хочу тоже быть любимой», — подумала я, провожая взглядом танцующую пару.

Как только Рас и Мира скрылись из поля зрения, меня буквально облепили многочисленные знакомые. Каждого из ребят я знала уже не один год и большинство из них были замечательными практически во всём, но ни один не трогал меня. Я старательно улыбалась и кокетливо стреляла глазками, но чувствовала, что я ни за что не позволю ни одному из них ничего, кроме общения.

Я выдержала примерно час этой пытки вниманием, а по прошествии этого времени обдумывала план убийства секс-бота, которого наймёт Мира. Вяло отбиваясь от особенно назойливых ухажёров, я подсчитывала убытки на оплату штрафа за порчу ценного андроида, но всё же надеялась обмануть подругу.

До конца вечеринки оставалось ещё примерно около двух часов. Выдержать столько сальных взглядов и пошлых шуточек мне было не под силу, но, если я скроюсь на время, а потом появлюсь под занавес мероприятия, то могу сказать, что уединялась с одним из этих… соискателей, чтоб их.

К счастью, будучи пилотом A-класса, я имею доступ к ремонтным докам, которые расположены прямо над грузовым отсеком. В это время там никого не должно быть. Звукоизоляция в этих отделах не предусмотрена за ненадобностью, поэтому я буду слышать практически всё, что происходит на вечеринке, на случай, если придётся пересказать Мире.

Делая вид, что танцую, я медленно продвигалась в сторону запасного выхода в доки, выскальзывая из чьих-то наглых рук.

— Рика! — звал меня голос, который предпочла бы вообще больше никогда не слышать.

— Рика, постой! — кричал Тим, стараясь прорваться ко мне через толпу.

Я сделала вид, что не слышу и ускорилась, толкаясь и сбивая танцующих.

Добравшись до стены, я дрожащими пальцами нажимала кнопки, а, услышав заветное шуршание панели, мигом скользнула в уютную пустоту, замыкая за собой вход.

Стараясь не стучать каблуками, я быстро бежала по запутанным лестницам, пока не оказалась на демонстрационной площадке, куда обычно доставляют отремонтированные суда.

В данный момент помещение было абсолютно пустым, что меня очень радовало.

Несколько минут я пряталась в нише, но, убедившись, что Тим за мной не последовал, глубоко вздохнула и присела на широкий подоконник смотрового иллюминатора.

Многие мои знакомые не любят находиться в космосе, ощущая себя потерянными и одинокими, но не я. Мне кажется, что только здесь можно почувствовать, насколько велика наша вселенная.

Пока я предавалась философским мыслям, не заметила, что кто-то подошёл ко мне слишком близко.

— Привет. Ты кто? — спросил меня странный беловолосый инопланетник.

Я вздрогнула и отскочила подальше, машинально занимая защитную позицию. Вбитые за годы навыки рукопашного боя дали о себе знать.

— Я тебя не обижу, мне просто любопытно, — миролюбиво сказал мужчина.

Он поднял руки ладонями вверх, демонстрируя отсутствие оружия. Немного успокоившись, я стала рассматривать незнакомца: высоченный, наверное, около двух метров, мускулистый, но не слишком, скорее, даже жилистый. Приятное лицо с высокими скулами и пухлыми губами, высокий лоб и фантастически-красивые глаза оранжевого цвета, но больше всего моё внимание привлекли вытянутые нервные ушки. Тарианец! Не знала, что они бывают такими высокими.

— Как вы здесь оказались? Это закрытая территория. Сюда вход пассажирам и посторонним запрещён, — строго сказала я.

— Так же, как и ты. Я пришёл послушать музыку, — сказал своим удивительным мелодичным голосом тарианец и отвернулся к смотровому окну, как будто там, в тёмной глубине космоса есть что-то крайне интересное. — На что ты смотрела?

— Я не смотрела, а просто… думала, — ответила я, не зная, как описать свои философские размышления. — Так все-таки: как ты прошёл через запертые двери?

— Они были открыты, — меланхолично сказал инопланетник, переключив своё внимание на меня.

Внезапно мужчина напрягся и подозрительно сощурил свои дивные рыжие глаза.

— Откуда у тебя это? — спросил он меня совсем другим тоном.

— Не понимаю, о чём вы? — ответила я вопросом на вопрос, действительно не представляя, что именно заинтересовало тарианца.

— А, в общем, не важно. Так кто ты, ты так и не ответила? — снова сменил гнев на милость странный ушастый тип, вызывая у меня изумление своими перепадами настроения.

— Я человек, разве вы не видите? И я с вами на брудершафт не пила, чтобы обращаться ко мне на «ты».

— Я не понимаю, что это значит, человек, — искренне сказал блондин и приблизился ко мне на шаг.

— Я говорю о том, что не давала разрешения обращаться ко мне неофициально, как к другу. Для этого у нас есть обычай или ритуал, когда люди вместе пьют вино особым образом и целуются, после этого они становятся ближе и могут обращаться друг к другу просто на «ты».

— Ты хочешь разделить со мной питьё и поцеловаться? — с лукавой улыбкой спросил тарианец, делая ещё шаг в мою сторону. Вот сейчас я уже была готова верить в слухи и сплетни о любвеобильности этой расы.

— Прекрати приближаться ко мне и перестань меня путать. Я не собираюсь с тобой пить или ещё что-нибудь делать. Раз тебе так удобней, тогда и я не буду выкать.

— Почему? — спросил незнакомец, продолжая наступать на меня.

Я отступала, пока не упёрлась спиной в холодную металлическую стену.

— Ты меня пугаешь. Я не хочу с тобой драться, — сказала я, сомневаясь, что мне удастся победить тарианца.

Всё-таки я одета в узкое платье и туфли на каблуках, а на инопланетянине был тонкий комбинезон странного кроя, явно вполне удобный, да и разница в росте и весе явно не в мою пользу.

Он остановился и нахмурился.

— Я не хочу тебя пугать и не представляю угрозы. Мне просто интересно. Как твоё имя? Ты уклоняешься от ответа, — сказал блондин, присев передо мной на корточки.

— Ты тоже не представился, — ответила я из чистой вредности.

— Алир — это моё имя, — не задумываясь, сказал ушастый, и замер в ожидании моего ответа.

Алир? Он серьёзно? Я, конечно, не знаток, но всем известно, что имена у тарианцев настолько заковыристые, что можно сломать язык, и они жутко обижаются, когда пытаются их сократить. Может, он оказал мне любезность, позволив узнать сокращённое имя?

Пауза затягивалась, и блондин издал какой-то странный рычащий звук, наверное, напоминая мне о вопросе.

— Виорика Мэтьюз, но можно просто Рика, — сказала я.

— Вио-Ррика… — мечтательно протянул странный тип, буквально поедая меня своими рыжими глазами. — Почему ты здесь, Ррика?

— Прячусь, — честно сказала я, поражаясь своему порыву откровенничать с незнакомцами.

— От кого? Тебя кто-то обижает? — нервно спросил Алир, пугая меня странными рычащими звуками.

— Нет. Просто я хотела избежать ненужного внимания, — сказала я, на что инопланетник удивлённо изогнул бровь. — Да, я знаю, что выгляжу вызывающе, но это трудно объяснить. Всё из-за моей соседки, она угрожала нанять мне секс-бота, если я не найду мужчину на ночь, а я боюсь этих машин, а потом я передумала, вот, — тараторила я, прямо кожей чувствуя, что несу чушь и уже давно пора заткнуться.

Тарианец надолго замолчал, но придвинулся ещё ближе, причем, не вставая со своей странной позы.

— А почему ты здесь слушал музыку? Можно было сходить в бар или ресторан, там иногда вживую играет оркестр, или послушать записи, — предполагала я.

— Я не умею танцевать, — хмуро сказал Алир, поставив свои руки на стену, заключив тем самым мои бёдра в ловушку.

— А это проблема? В смысле, многие не умеют, и что? — говорила я, чтобы не думать о том, в каком уязвимом положении я нахожусь, как и том, что на мне нет белья, а платье всё-таки короткое.

— Проблема. Я должен станцевать с ваирой, она рядом, а я не могу, — придушенно ответил он, как будто испытывая реальную боль от этого факта.

— Я могу тебя научить. Я хорошо танцую, — сказала я в надежде избавиться от странного захвата тарианца.

— Хочу, — хрипло сказал Алир, неожиданно низким голосом.

Внизу, там, где гремела вечеринка, ди-джей что-то прокричал, и заиграла ритмичная, чувственная мелодия, одна из моих любимых.

Блондин медленно встал, протягивая мне руку. Мы отошли от стены и замерли друг напротив друга.

Я люблю танцевать и делаю это действительно хорошо, но в данный момент я не знала с чего начать. К счастью, начал двигаться Алир. Высокий и гибкий на вид тарианец нервно дёргался, не попадая в ритм, и выглядел при этом сосредоточенным и крайне несчастным.

Я сама сократила расстояние и положила ладони ему на грудь, отмечая приятную ткать его костюма и тепло сильного тела.

— Так не пойдёт, Алир. Ты много думаешь, а в танце надо просто чувствовать, отключив мысли. Просто наслаждайся, поддайся порыву и забудь обо всём, — сказала я.

Мужчина нахмурился, не понимая, чего я хочу.

— Закрой глаза, — попросила я.

Блондин безропотно подчинился, что вызвало улыбку. Приятно, когда кто-то настолько слепо тебе доверяет, особенно не имея на то причин.

— Расслабься и чувствуй меня, — сказала, поворачиваясь к Апиру спиной.

Я подвинулась к мужчине вплотную и положила его большие ладони себе на талию. От инопланетянина исходил тонкий мужественный аромат, дразня обоняние своей привлекательностью. Не знаю, что это за парфюм, но он просто идеален. Музыка заиграла громче и я начала понемногу вращать бёдрами в такт и изгибаться. Алир сначала не двигался, но потом несмело вошёл в ритм, властно двигая меня своими сильными руками. Ещё через минуту мы разошлись настолько, что я уже не знала, кто из нас учитель, а кто ученик.

Всё происходящее потеряло чёткие границы реальности, превратившись в набор сексуальных желаний и ощущений.

«Всё-таки длительное воздержание не прошло даром», — подумала я, закидывая ногу на талию мужчине. Его рука погладила моё бедро и нырнула под платье, сжимая голую ягодицу.

Из горла Алира раздался странный рычаще-мурчащий звук, а потом мужчина внезапно оттолкнул меня. Я не успела испугаться, как меня подхватили другие руки. Странно, но страха не было, только интерес и желание коснуться, ощутить, почувствовать.

Этот мужчина был немного ниже Алира, но всё равно высоким. Черты лица чем-то неуловимо похожи, но всё же иные: серые кошачьи глаза, короткие серые волосы и наглая улыбка на чувственных губах.

«Красивый. Мой», — возникла в голове совершенно дикая мысль. Наверное, это какой-то наркотик. Точно. Я одурманена, иначе я объяснить происходящее не могу.

Наш танец с сероглазым так откровенен, что мы почти имеем друг друга и снова странное урчание, а после из-за его спины выходит такой же сероглазый тарианец. Нет, я абсолютно уверенна, если я не сошла с ума, конечно, он такой же, как клон или близнец.

Движения этого сероглазого нежны и неторопливы, но плавят мои чувства с той же скоростью и силой, и снова этот звук, а меня буквально вырывают из рук сероглазых и впечатывают в ещё одно тело.

Вот здесь реально уже стоило испугаться, но я заворожённо вожу руками по огромным литым мускулам, прикрытым тонкой материей, напоминающей ткань моего платья. Мощные руки поднимают меня вверх, распластывая по сильному телу. Я поднимаю взгляд и тону в самых синих глазах, которые я видела. Отмечаю, насколько этот мужчина опасен в своей дикой необузданной мощи, но не боюсь, принимаю, тоже мой.

«Наверное, я всё же сошла с ума, или точно чем-то одурманена. Может, газ?» — удивлённо думаю я, пока в силах думать, но наш дикий странный транс прерывают приближающиеся голоса.

— Рика? Рика отзовись, — кричит Мира.

— РИКА! — громко орёт Рас.

Тарианцы переглядываются между собой и осторожно сажают меня на подоконник, буквально растворяясь в полумраке коридора.

— Рика, вот ты где. Сумасшедшая, ты нас напугала. Хорошо, что у Раса есть сюда доступ. Ты в порядке? — испуганно спросила подруга, видя моё невменяемое состояние.

— Нет. Я хочу домой, — всхлипываю я, непонятно: от унижения или неудовлетворённости.

— Что случилось? Тебя кто-то обидел? Или это из-за Тима, да? — не то спрашивает, не то отвечает себе Мира, но я не переубеждаю её. Это всё же лучше, чем то, что я чуть не переспала с четырьмя незнакомыми тарианцами будучи чем-то одурманенной.

— Не переживай, всё образуется, — утешает меня Рас, легко подхватывая на руки, и мир меркнет перед глазами.

Глава 2

Алир ри-Анор.

Уже третий год мы не возвращались на родную планету, обыскивая бескрайние просторы космоса в поисках нашего нима.

При одном воспоминании о том, что кто-то посмел его у меня похитить, ярость сжигала изнутри.

Что такое ним? Ним — это наше будущее, моё и тех, кого я выбрал связанными в семейный круг.

Наша раса имеет особую связь с родной планетой. Раалия — наш мир, подарила нам особого симбиота — организм, который мы называем нум. Каждый мужчина рождается с зерном нума. Сначала это крохотное пятно чуждой кожи, расположенное на левом плече младенца, но уже через год оно полностью защищает дитя от воздействия любой внешней среды.

Сложно объяснить, что такое нум — это одежда, скафандр, медицинская капсула и идентификатор опасности. Он может принимать любой вид, может маскировать нас, защищать от жары или холода, даже фильтровать воздух, делая его идеальным для дыхания носителя, так же умеет сжиматься до первоначального размера, оставляя лишь маленькое пятно на плече. Оно живое, но не имеет сознания, являясь продолжением нашего тела.

Женщинам повезло меньше: они рождаются голыми, без нума. До вступления в брачный возраст они растут оберегаемые семьёй от болезней и травм, ведь не имеют нашей защиты.

Девочек рождается меньше, чем мужчин, но до взросления доживают не все. Примерное соотношение полов на Ралии — один к четырём. Так было всегда, от времён первых упоминания нашего мира, поэтому наши семьи представляют собой круги из четырёх мужчин и их избранной — ваиры.

Семейный круг формируют мужчины, выбирая себе соратников, друзей и тех, с кем будут делить всё в своей жизни. Это единственный выбор, который нам доступен потому, что жену выбирают наши нумы, точнее ним.

Решив сформировать семью, воины соединяют руки и пускают кровь, давая нуму особую команду. Нумы, используя наше и своё ДНК формирует зерно нима — женского симбиота. По характеристикам ним мало чем отличается от нумов, кроме того, что ориентирован на женский организм и сам выбирает женщину, которая его примет. Для неё он принимает ту форму, которая больше всего понравится носительнице. Только подходящая всем членам круга женщина будет чувствовать себя комфортно в ниме, остальным он будет причинять боль, вызывая желание поскорее избавиться от вещи.

На Раалии, как и в пределах нашего сектора галактик, не обретённые нимы священны. Уничтожить его — значит подписать себе смертный приговор. Ни одно существо не решится на такое святотатство, ведь сразу погибнет нум убийцы, а значит, тот, кто украл наш ним, отдал его инопланетнику.

Почему мы не можем вернуться на Раалию без нима? Потому, что без него наш круг с Намиром, Тайсом и Вейсом будет признан недействительным и меня обяжут вступить в семью одного из отпрысков императорского круга.

Дело в том, что наша семья просто баснословно богата: нам принадлежат все рудники по добыче редчайшего минерала аксалита. Создать свой собственный круг для меня единственный способ сохранить свой клан и независимость от власть имущих.

Я единственный наследник рудников, ведь мать нашего круга погибла сразу после моего рождения, спасая меня. Тогда ночью кто-то проник в наш дом и напал на спящую семью. В итоге погибли трое мужей и мама. Отец бы тоже погиб от тоски, но он дал клятву спасти меня любым способом.

Он много лет прятал меня по всей галактике. Когда пришло время, я заявил права на имя рода и имею право создать свой круг, который обретёт права над рудниками и активами, но кому-то это было очень невыгодно. Императорский круг приложил максимум усилий, чтобы не позволить мне найти соратников.

Вспоминая многочисленные отказы, я усмехнулся, в конце концов, это даже к лучшему. Я выбрал тех, кому нечего терять — изгоев.

Тайс и Вейс близнецы обедневшего рода, опозорившего себя клеветой и взятками. Одноликих не любят женщины, предпочитая разнообразие, а мужчины не любят ещё больше, ведь связанные имеют преимущества: они могут использовать ум, силу и даже жизненную энергию друг друга даже будучи далеко от брата. Они опасные соперники, несмотря на то, что внешне кажутся меньше и слабее других воинов.

Намир — вообще отдельная история. Я нашёл его на арене незаконных боёв без правил. Парень был заложен за долги собственной семьёй, страдая от потери близких. Я рад, что повстречал каждого из них, ведь не смог бы найти более верных и сильных союзников.

Из тяжких воспоминаний меня вырвал писк коммуникационной консоли.

Отдав голосовую команду, я встретился взглядом с галлопроекцией отца.

— Благословенного космоса. Алир сынок, порадуй меня хорошими новостями, — устало произнёс единственный мой уцелевший родственник.

— Мы нашли исполнителя кражи, но нима у него нет. Он его продал какой-то инопланетной парочке. Радует лишь то, что он взял за неё приличную плату, значит, покупатель постарается продать, а не испортить вещь, — ответил я, надеясь, что это действительно так. Впрочем, смерть нашего нима мы бы ощутили.

— Вы так его и не почувствовали ещё? А вдруг его приобрёл какой-то сумасшедший коллекционер? — озвучил отец мои страхи.

Дело в том, что если бы ним уже кто-то примерил, то каждый из нас почувствовал его на любом расстоянии, но пока мы ни разу не ощутили его.

— Не думаю. Это была молодая пара, им не свойственны такие наклонности, — неуверенно ответил я.

Просто проклятие какое-то. Неужели более чем за два года эта девушка не нашла повода даже примерить ним? Он же такой красивый.

— Тебе стоит поспешить. В этом году Талинор решил собрать свой круг, и он во всеуслышание заявил, что твой круг несостоятелен, как единица. Он требует тебя в качестве второго соратника, и юридически я не могу отказаться. Прошло уже три года со дня единения.

Я тихо выругался, поминая эоских слизней. Талинор — младший из отпрысков императорского круга, но самый подлый и амбициозный.

— Я снова отключу все коммуникационные устройства и выйду на связь только когда найду ваиру, — ответил я отцу, стараясь вложить в голос уверенность которой не испытывал.

— Я верю в тебя, Алир. Поспеши, ты мне очень нужен, — ответил он, обрубая связь.

Пару минут я молча смотрел на потухшую панель, испытывая что-то сродни отчаянию.

— Это всё же произошло? Они тебя ищут? — хмурясь, спросил Намир.

— Да. Это было неизбежно. Остаётся только молиться, чтобы Раалия сжалилась над нами и послала сигнал от нима, — устало ответил я, не зная, куда лететь в поисках нашего сокровища.

В ответ Мир лишь кивнул и сжал моё плечо.

Ещё месяц мы бесцельно курсировали по дальним станциям, пока не остановились на маленькой пограничной с тарианцами станции. Основным её населением были выпускники Корпуса мира. Шансов найти тут нужную девушку мало, хотя они и так катастрофически малы.

— Чем планируешь заняться? — спросил Вейс, открывая контейнер, доставленный пару минут назад из местного ресторана.

— Пойду в ремонтные доки проверю все функции «Нериды», — сказал я, стараясь скрыть своё уныние.

Близнецы обладали лёгким весёлым нравом и всегда спасали меня от грусти, но сейчас я не хотел веселиться.

Протоколы безопасности станции не могут остановить меня. Наши технологии сильно превосходят те, что использует Конфедерация именно благодаря использованию аксалита из моих рудников, поэтому люди стремятся всеми правдами и неправдами заполучить хотя бы немного минерала. Им нечего предложить взамен. У них нет ни одного ресурса достаточно ценного, чтобы обмен был выгодным, но мы никогда не портили отношений с молодой и активно развивающейся, схожей с нами расой.

«Нерида» — наш крейсер, уже стояла в одном из демонстрационных доков. Её почистили и навели внешний лоск, а ремонт и так не требовался. Пару часов я потратил на диагностику каждой из систем, а потом услышал музыку.

Снова тоска одолела меня. Наверное, я точно проклят. Мало того, что в младенчестве лишился почти всего клана, мало похищенного нима и неприятностей с императорским кругом, ко всем своим проблемам я ещё и абсолютно не умел танцевать.

Что в этом страшного? Для раалийца умение танцевать — очень важный навык. Когда ним находит подходящую ваиру, нужно активировать связь, а для повышения уровня гормонов издревле использовали танец.

Я уже шёл к тому месту, где музыка была слышна наиболее громко, как внезапно остро почувствовал его — ним.

От волнения дрожали руки, и пересохло во рту, но я спешил, как мог, стараясь не упустить свою удачу.

В одном из пустующих доков на подоконнике иллюминатора сидела девушка и грустила о чём-то. Я не сразу узнал на ней ним. Он изменился за время нашей разлуки, но это определённо был он.

Сначала я хотел просто забрать зерно, старясь узнать личность той, что владеет им и лишь потом понял, что в ниме девушке комфортно.

Желание прикоснуться к ней, ощутить её запах, соединиться нарастало, а я задавал какие-то глупые вопросы, не для того, чтобы что-то узнать, а лишь бы слышать звонкий приятный голос.

Я выяснил главное — её имя: Вио-Ррика Мэтьюз. Как красиво, прямо удивительно Вио-Ррика мой любимый цветок, а она почти как он, такая же нежная и беззащитная. То, что она не раалийка, не так уж и важно, ним не может ошибаться, она наша.

Побратимы прятались рядом, а я не знал, как подступиться к девочке. Она явно нервничала и стремилась уйти. Мне даже пришлось ограничить её перемещения, прижав к стене, а потом она спросила то, о чём я и не мог мечтать: предложила танец.

Я так боялся, что, как обычно одеревенел. Все наставники сокрушались по поводу этой моей особенности, надеясь, что ваира снимет мою зажатость и у неё вышло.

— Так не пойдёт, Алир. Ты много думаешь, а в танце надо просто чувствовать, отключив мысли. Просто наслаждайся, поддайся порыву и забудь обо всём, — сказала девушка. — Закрой глаза. Расслабься и чувствуй меня.

Её слова сладкой музыкой отложились в моём сознании, прежде чем я просто отпустил себя. Рядом был мой круг, поэтому я не боялся довериться девушке. Её стройное, но удивительно гибкое и сильное тело, прикрытое нимом, тёрлось об меня, вызывая дикое возбуждение и почти первобытный восторг. Мы двигались, как волны, как воздух, не мешая друг другу, а поддерживая, смешиваясь. Я почти потерял рассудок, пока дрожь нума не дала мне знак передать её Вейсу.

Я легонько толкнул её в руки соратнику, опасаясь, что малышка испугается и выйдет из транса, но этого не случилось. Их танец со старшим из близнецов был таким горячим, что я едва удержал нум от оголения. Увидев Тайса, она удивилась, но отвращения или испуга не было.

Больше всего я переживал, что она не примет Намира, ведь женщины его боялись, но восторг в её глазах не сменился ужасом и нисколько не ослаб.

Мы уже готовы были перейти к завершению ритуала — страсти, но нас прервали. Людей было много, они распределились по отсеку в поисках девочки. Нам пришлось отпустить её, и скрыться.

Мучаясь от дикого желания, я включил коммуникатор, набирая отца.

— Алир? Умоляю, скажи, что у тебя хорошие новости, — сказал папа, потирая сонные глаза.

— Это так и не так, отец. Мы нашли не только ним, но и ваиру, — сказал я, ёрзая на кресле.

— Прекрасно! — буквально подпрыгнул отец. — А в чём плохие новости? Ты так и не смог танцевать?

— Смог. Она приняла всех нас полностью, — сказал я, стараясь скрыть улыбку.

— Невероятно! Это действительно отличные новости, сын. Тогда в чём плохая?

— Её увели от нас, не дав дойти до страсти, кроме того, она — потомственная воспитанница Корпуса Мира, капрал Федерации. Мне нужны твои связи, чтобы законно забрать её. Не хочу давать ни одного шанса Талинору оспорить мой круг.

— Так вот почему ты ёрзаешь, — хохотнул отец. — Всё решаемо, мне нужно лишь сделать пару звонков. Через три часа твоя ваира будет с вами, — с улыбкой сказал папа, разрывая связь.

Глава 3

Виорика Мэтьюз.

Просыпаться было тяжело. Всё тело ломило от странного напряжения и неудовлетворённости, но разбудило меня не это: кто-то грубо тряс меня за плечо и хлопал по щекам. С трудом соображая, что происходит, я сфокусировала зрение и увидела встревоженную Миранду.

— Рика, ты пришла в себя? Давай быстрее, прошу. Там командор Вилас на связи с маршалом Грэйсом. Оба требуют тебя немедленно и уже теряют терпение. Я минут десять не могу тебя разбудить, поторопись, прошу, — в голосе Миры была слышна паника.

Опустив голову, я увидела, что спала голой. Интересно, кто меня раздел? Голова болела, и отчего-то неприятно саднило под левой грудью. Пока мылась в очистительной кабине, осторожно нащупала какое-то шершавое уплотнение и сделала пометку сходить к доктору.

Одевалась я рекордно быстро. Стоило мне выйти из нашей каюты, как меня взяли под конвой отчего-то хмурые Пит и Рас, провожая к смотрителю станции.

— Что ты умудрилась натворить, Мэтьюз, раз в такую рань нас побеспокоил сам маршал Грэйс? Убила посла тарианцев своим провокационным платьем? — неловко пошутил Пит, но быстро увял под строгим взглядом Раса.

— Как бы то ни было, Рика, а Вилас счастливым не выглядел. Он прятал глаза и обливался потом, отдавая приказ немедленно привести тебя к нему, — предупредил меня друг открывая лифт.

Дальше мы шли молча. Я считала шаги и старалась сосредоточиться и вспомнить, чем я могу спровоцировать немилость вышестоящего начальства, но на ум ничего настолько страшного не приходило.

Возле командной рубки парни приложили пропуски к консоли и пропустили меня внутрь, не последовав за мной.

— Мэтьюз, проходи, — командор действительно выглядел нервным и смущённым. — Присядь и даже выпей, разговор предстоит не из приятных.

Вилас протянул мне свой любимый стакан из настоящего стекла, который никому и никогда не доверял, а ещё сильнее удивило меня, то, что налил мне почти полный стакан своего дорогущего коньяка.

— Может, обойдёмся без прелюдий, командор. В чём я так сильно провинилась? — решила я перейти сразу к сути, а не сидеть, теряясь в догадках.

— Дерьмо! Почему я должен сказать тебе всё это? И не смотри на меня так, — вспыльчиво сказал Вилас, залпом осушая протянутый мне ранее коньяк.

— Командор? Вы меня пугаете. Меня казнят? За что? — ужаснулась я.

— Нет, не казнят. Не знаю я, как сказать такое тебе. К чёрту. Я набираю маршала, пусть сам сообщает тебе это, — психанул вечно флегматичный и невозмутимый Вилас, зачесывая пятернёй назад седые волосы. Несмотря на весьма преклонный возраст, командор был внушительным мужчиной в прекрасной физической форме. Он буквально подлетел к коммуникационной консоли и со злостью ударил по ней кулаком, вместо того, чтобы отдать голосовую команду.

На связи действительно оказался главнокомандующий маршал Грэйс собственной персоной. Странно, я всегда думала, что нужно преодолеть массу бюрократических барьеров, чтобы просто отправить сообщение ему, а тут так просто.

— Вилас? Вы сообщили уже капралу о её миссии? — спросил встревоженный маршал.

— Нет, — буквально выплюнул командор. — Можете уволить меня, можете даже расстрелять, но я не стану говорить такое девочке, которая ничего не видела, кроме воспитательных интернатов Федерации, — прошипел Вилас, покраснев от гнева.

— Капрал Мэтьюз, — обратил свой светлый взор на меня главнокомандующий. Я отметила, что голограмма его была не столь впечатляющей, как проекции в учебных пособиях. — На вас возложена очень почётная миссия. Как воспитанник Корпуса мира, вы должны понимать, как важно развивать наши оборонные технологии, чтоб спасать миллионы жизней.

— Я понимаю, как важен прогресс, но причём здесь я? Я не техник, а пилот. Я сделаю всё, что в моих силах, но вы пока так и не сказали, в чём состоит суть моей миссии? — максимально вежливо ответила, хотя сама начала раздражаться от этого странного разговора.

— Для совершенствования боевого вооружения нам просто необходим аксалит, но раалийцы упрямые сукины дети отказываются продавать или менять его, — сокрушённо сказал главнокомандующий, делая паузу, но тут же продолжил. — Пару часов назад со мной связался действующий регент клана ри-Анор. Эта семья полностью контролирует все прииски аксалита в секторе. Они готовы предоставить нам минерал на очень выгодных условиях, но при соблюдении одного древнего ритуала. Они требуют вас в качестве жены наследника, тогда контракт будет заключён.

Сказать, что он меня огорошил — это не сказать ничего. Я молча открывала и закрывала рот, силясь не нагрубить столь высокому начальству.

— Вы за кого меня принимаете? Я офицер, а не проститутка, которую вы будете подкладывать под каких-то уродов. Я не потерплю такого отношения к себе! — возмутилась я.

— А ну прекратить истерику! — рявкнул на меня маршал, напоминая мне, что это всё-таки человек, привыкший командовать мириадами жизней. — Я уже увидел, что вы гордая и воспитанная девушка, но вы ещё и воин, обязанность которого защищать жизни, жертвуя собой. Я каждый день решаю, где и кому умереть и если ваша жизнь стоит того, чтобы спасти миллионы других, то я, не задумываясь, приму это решение. Это приказ, в конце концов. Если вам нужны официальные формы, вы получите их немедленно. И прекратите устраивать из этого драму, вас не убивать собрались, а холить и лелеять, я уточнял. Выполнять, — гаркнул покрасневший Грэйс и отключился.

Через пару минут пискнул встроенный в личный браслет коммуникатор, показывая срочный приказ отбыть в пожизненное распоряжение наследника клана ри-Анор.

Я тупо смотрела на него, не в силах осознать перемен, произошедших со мной. Внезапно в поле моего зрения попала огромная дрожащая рука Виласа. Он протягивал мне снова наполненный спиртным стеклянный бокал.

В этот раз я приняла его и выпила залпом, давясь и обжигаясь огненной жидкостью.

— Ну-ну, не расстраивайся так, девочка. Я уверен, всё не так плохо. Прости, но Грэйс прав. Ты же знаешь, что Шарийский сектор неспокоен. Это у нас тут только пираты, мелкие воришки и контрабандисты, а там ежедневно умирают люди. Не Грэйс там гибнет, а такие же мальчики и девочки, как ты. Твоя судьба, наверное, не будет простой, но ты спасёшь многих, да и выбора тебе не оставили, — успокаивал меня командор.

Дико хотелось просто разреветься. Если то, что со мной происходит, это отпуск, то я ненавижу этот вид отдыха. Моя жизнь была простой и понятной, а что теперь? С трудом взяв себя в руки, я выдавила из себя благодарность и собралась идти, собирать вещи, ведь неизвестно, когда этот… жених решит меня забрать.

— Ты куда? — удивился Вилас.

— Собирать вещи, — прокаркала я, стараясь держаться на вялых ногах.

— Ничего не нужно. Я тебе не сказал? Они сразу тебя заберут, без вещей, — только проговорил командор, как пришёл запрос на посещение.

Глава 4

Виорика Мэтьюз.

Командор отдал голосовую команду и в рубку вошли двое раалийцев в своих фирменных мерцающих скафандрах, скрывающих не только внешность, но и размер, который определить сложно, когда они действуют на нервы своим дёрганием.

— Мы готовы скрепить договор. Вы согласны выполнить свою часть сделки? — бесстрастным механическим голосом спросил этот… раалиец.

Отныне наименование этой расы для меня стало чем-то ругательным. Я переводила взгляд с одного огромного мигающего пятна на другое и всё больше злилась. Какого чёрта? В конце концов, рабство отменили более тысячи лет назад, я имею право хотя бы на личные вещи.

Мы заговорили с Виласом одновременно, только ответы наши были полярно противоположными: «да», — сказал командор, «нет», — ответила я.

Все трое мужчин, ну, я так думаю, что в скафандрах всё же мужчины, замерли и вопросительно уставились на меня.

— Я не согласна. Пусть меня судит Трибунал. Я не вещь! Мало того, что мне отдали абсолютно аморальный пожизненный приказ, так даже не позволяете забрать вещи и проститься с единственной семьёй, которая у меня есть. Я лучше пойду под расстрел, чем стану женой одного из этих… — неопределённо махнула я в сторону двух мерцающих теней.

На глаза навернулись злые слёзы. Всё, к чему я стремилась столько лет перечёркнуто сейчас. Меня, скорее всего, расстреляют, ведь в приказе указан высший приоритет, но чёрта с два я позволю превратить себя в игрушку богатенького избалованного мальчика! Кстати, почему именно я, в конфедерации миллиарды женщин? Я озвучила вопрос и снова воцарилась напряжённая тишина.

— Так решено. У тебя нет выбора. Мы отправляемся немедленно, — более громко произнёс один из скафандров и кивнул другому, но тот не сдвинулся с места.

— Пусть соберёт вещи и попрощается, прошу, — проскрежетал второй. — Если мы позволим проститься, ты не станешь противиться?

Мне только что дали понять, что в случае отказа просто поволокут, невзирая на возражения, поэтому я решила согласиться. Это хоть и плохой, но компромисс. Я смогу проститься с Мирой и Расом и забрать дорогие сердцу вещи.

— Не буду, — с трудом выдавила я.

Рядом облегчённо вздохнул командор.

— Ну и прекрасно. Думаю, господа раалийцы не настаивают на суде над капралом Мэтьюз, и мы можем забыть о её небольшой слабости? — заискивающе спросил Вилас, вызывая у меня тёплое чувство благодарности.

Стало даже немного стыдно за эту истерику, но оставить всю свою жизнь в прошлом и не забрать даже памятных вещей я не могла.

— Никаких судов и наказаний. Она наша, — бескомпромиссно произнёс тот, кто отдавал приказы. — Мы пройдём вместе с Виорикой и позволим собраться, но не выпустим её из поля нашего зрения.

Заявил этот наглый тип, заставляя меня скрипеть зубами.

— Разумно. Думаю, капрал не возражает. Правда, девочка, — с нажимом произнёс командор, намекая, что лимит моих выкидонов на сегодня исчерпан.

Может, я и стала бы возражать, но, во-первых, это бессмысленно, а во-вторых, не хотелось ещё сильнее огорчать Виласа, в конце концов, он всегда был добр ко мне.

— Да, — выдавила я, опуская голову.

Следующие полчаса раалиец с присущей его расе дотошностью, озвучивал условия контракта и регалии подписантов.

Из сказанного выходило, что моя небольшая задница стоила неимоверно дорого: за каждый прожитый год в каком-то семейном круге, эти странные инопланетники платили тонну редчайшего и очень ценного аксалита и предоставляли ещё две тонны по цене вдвое ниже рыночной. Я аж присвистнула, вызвав усмешку командора и какой-то странный рык главного засранца. Интересно, это и есть мой женишок?

«Уж я ему обойдусь дорого не только в денежном эквиваленте, но и в потраченных нервах, это точно. Он сам вернёт меня ещё и доплатит», — мстительно подумала я, чтобы сменить липкий страх и отчаяние на здоровую злость.

Исходя из этого же возмутительного документа, мне следовало подчиняться, не позорить наследника и хранить верность семейному кругу. Это печалило, но не сильно. В конце концов, есть разные степени покорности, а измены и так не входили в мои планы. Кто его знает, как выглядят раалийцы? Может, они зелёные или покрыты чешуёй, как те русалы, которых упоминала Мири.

«Интересно, почему они семью из двух гуманоидов кругом называют?» — подумала я, но промолчала, боясь пропустить ещё какую-нибудь интересную информацию.

Но дальше шли сухие цифры и общие положения об ответственности.

Закончив читать, засранец номер один перекинул договор на коммуникационную консоль рубки.

Вилас хотел по-отечески приобнять меня на прощание, но скафандр номер два ловко подхватил меня на руки и нарычал на командора, причём в прямом смысле.

Я не стала сопротивляться этому парню, в конце концов, благодаря ему я могу забрать свои фотографии и проститься с друзьями.

Закончив с формальным прощанием, мы покинули рубку, и направились в мою комнату.

Больше всего меня удивило то, что засранец номер один шёл впереди меня, точно зная, куда именно нужно направляться.

«Что за ерунда?» — удивилась я, но не стала затевать ссору, опасаясь, что его засранческое высочество не позволит мне собраться.

Глава 5

Виорика Мэтьюз.

Номер два так и не отпустил меня с рук, неся до самой двери в каюту, и только там поставил на ноги.

К счастью, Мира была в нашей комнате, она громко ссорилась с Расом.

— Рика, слава Богу, ты вернулась, — сказала Миранда, вытирая зарёванные щёки, но осеклась, увидев за моей спиной инопланетный конвой.

— Меня отпустили только собрать вещи и проститься и то с сопровождением, — кивнула я, указывая за спину. — Вам уже сообщили?

— Как ты могла? Как ты могла подписать тот пожизненный договор с Федерацией? Мы же с тобой говорили на эту тему, ты обещала, что не будешь делать глупостей, и что? Сейчас ты могла бы послать Грэйса и Виласа вместе с ним и уволиться к чертям, а теперь что с тобой будет? — истерила Миранда, тряся меня за грудки.

За моей спиной раздалось сдавленное рычание. Интересно: они что, похожи на собак? Уже в который раз издают эти странные для гуманоидов звуки? От нарисовавшейся в моём воображении картинки я передёрнулась и загрустила. В чём-то подруга права, но не до конца.

— Успокойся, Мира, цена слишком высока, они всё равно бы это сделали. Я согласилась на Трибунал, но мне чётко дали понять, что потащат силой, если понадобится, — тихо сказала я, но, видимо, у этих и слух, как у собак.

— Если тебе не нужны вещи, то прощайся, — сказал мой предполагаемый жених.

Каким-то неведомым мне самой способом я научилась их отличать друг от друга, несмотря на то, что визуально это по-прежнему были два мерцающих пятна.

— Мне правда нужно собраться, — сказала я Мире и достала свой чемодан.

Жизнь военного — это частые переезды, поэтому я, не мешкая, доставала и складывала сначала вещи первой необходимости. Потом уложила кристаллы памяти и чипы с голограммами, свои награды и дипломы, а сверху свой любимый портативный набор для замены ядер на боевых крейсерах. Этот небольшой чемоданчик мне стоил вдвое дороже пресловутого платья… Кстати, где оно? Я обыскала гардероб и пространство под койкой, но нигде не было заветной вещички.

— Мира, ты не видела моё вчерашнее платье? И кто меня раздел? Я проснулась голой, — сказала я, надеясь смутить моих надзирателей, но их лиц мне видно не было, а этот… жених больше не рычал.

— Нет, не видела. Я уложила тебя в нём. Док сказал, что ты просто отключилась и ещё что-то о предельном уровне гормонов. Он тебе капсулы оставил, чтобы убрать этот сбой, — сказала всхлипывающая Мира и потянулась к своей тумбочке.

— Странно, — ответила я. — Если найдёшь, пусть будет твоим.

Отдавать вещь мне было жаль, но я понятия не имела, куда она делась, а обвинять в чём-то друзей я не стала бы ни за какие сокровища.

Я хотела взять и выпить лекарства, но мой ненормальный женишок подлетел и выбил их из моей руки.

— Не смей, — прошипел он, заставляя меня открыть рот от удивления.

Я много чего хотела ему сказать, но предполагала, что Мира и Рас кинутся меня защищать и начнётся потасовка, возможно с применением оружия. Я не хотела проблем друзьям, да и с этим… раалийцем ссориться мне ни к чему. Как бы то ни было, а, возможно, нам предстоит с ним жить.

— Хорошо, — недоумевая, ответила я.

Второй скафандр подошёл ко мне и осторожно приобнял, отодвигая от своего неуравновешенного соплеменника.

— Она не специально, она не знает, — успокаивающе сказал он.

На удивление, засранец номер один отступил и занял свою первоначальную позицию возле двери, а второй, засранцем мне его не хотелось называть, всё-таки он уже не в первый раз сегодня сглаживает углы, наклонился к моему уху и сказал:

— Тебе нельзя принимать никаких лекарств. Мы не позволим тебе заболеть.

В ответ я кивнула. Как ни странно, от второго пахло приятно и знакомо.

«Наверное, этот парфюм я уже где-то слышала», — подумала я и удивилась: неужели они используют его поверх скафандра?

— Рика, ты уверена, что это единственный выход? — уже в голос рыдала Мира, цепляясь за Раса в поисках утешения.

— Всё будет хорошо. Может, я вообще не понравлюсь этому наследнику, и меня вернут с позором. Главное, что вы получите улучшенное вооружение. Обещай, что будете беречь себя, иначе для меня всё будет напрасно, — попросила я, обнимая подругу.

Рас сгрёб нас обеих в медвежьи объятия. Я боялась, что эти опять будут рычать или нападут, но, к счастью, они не сдвинулись с места.

— Будь осторожной и постарайся наладить с ним отношения. Раз он тебя так дорого ценит, то не откажется, а постоянно воевать не выход, — пробасил Рас, удивляя меня своим видением ситуации.

С другой стороны, он аналитик, и к совету стоит прислушаться.

Мы так стояли несколько минут, пока мерцающие не начали проявлять признаки нетерпения.

— Ты простилась? — осторожно спросил номер два.

Я кивнула, и он легко подхватил мой чемодан и направился к выходу.

Судя по всему, мы шли к стыковочным шлюзам, значит, на станции мы не задержимся. Было немного страшно по многим причинам, но более всего меня беспокоил вопрос — как выглядят раалийцы? Может глупо об этом думать, когда жизнь стоит на пороге таких перемен, но для меня, как женщины, это был первостепенный вопрос. Ведь если инопланетянин будет мне неприятен, то наша жизнь превратится в ад.

Где бы мы ни проходили, меня провожали сочувствующими взглядами. Я знала каждого в нашем маленьком мирке, пусть не всех близко, но видеть жалость я не хотела. Чтобы показать, что принимаю ситуацию и приветствую её, мне нужно взять жениха за руку и проявлять симпатию.

К засранцу номер один мне прикасаться категорически не хотелось. Теоретически, я не знаю, кто из них мой жених, поэтому решила обратить своё внимание на номер два. Я догнала мерцающего и взяла его за руку, свободную от чемодана.

Мужчина вздрогнул, но ладонь нежно сжал и не попытался меня оттолкнуть. Это хорошо. Возможно, всё же он мой жених? А если нет, то пусть номер один побесится, у него нет пока права проявить недовольство, потому что условий договора я не нарушаю.

К моему разочарованию, номер один если и ревновал, то никак этого не показал этого.

Так мы и добрались до стыковочного шлюза.

Возле входа нас ожидали ещё двое раалийцев. Они были примечательны тем, что моргали в унисон. Занятно. Те двое, что были со мной, переливались по-разному, а эти, как зеркальные отражения. Даже красиво, наверное.

— Проходи, наша ваира, познакомимся внутри крейсера, — предложил один из зеркальных.

Слово «ваира» царапнуло моё внимание, но я не стала вспоминать, где могла его слышать. Мне сейчас было совсем не до шарад.

Держась за руки со вторым, мы на трапе бы не поместились, но внезапно первый подхватил меня за талию.

Хотелось повредничать, но момент был упущен и я покорно пошла в звездолёт, придерживаемая главным засранцем.

Как пилот я хорошо разбиралась в классах воздушных единиц, поэтому первым, что я сделала, войдя в крейсер, это заглянула на информационную консоль.

Боже! Это боевой раалисйкий крейсер Си-класса. Я такой только на голограммах видела. Едва сдержав порыв завизжать, я стала сыпать вопросами, а второй мне охотно отвечал и показывал.

Всё! Я уже люблю второго! Хоть бы он оказался моим женихом, пусть даже и зелёным и чешуйчатым, но что-то мне упорно твердило, что наследничком является засранец номер один.

— Намир, размести нашу ваиру в каюте и займи своё место. Мы отправляемся, — сказал один из зеркальных.

Значит, второго зовут Намир, отлично, но какая каюта?

— Нет! — возмутилась я. — Пожалуйста, я всю жизнь мечтала увидеть боевой раалиский крейсер Си-кпасса. Это же вершина модельного ряда. Нам таких не продают. Я их видела только на пиратских снимках. Хотите, я вас даже поцелую, только дайте поприсутствовать в рубке во время полёта, — молила я, делая самые умильные мордочки, на которые была способна.

Один из одинаковых вздрогнул, а потом переспросил:

— Всех поцелуешь?

— Если хотите, то всех, — ответила я, не предполагая, что моё обещание приняли всерьёз.

— Договорились, — сказал второй зеркальный и повёл нас к капитанскому мостику.

Я была так возбуждена тем, что увижу свою мечту, что забыла о том, где и зачем нахожусь, не говоря уже о том, что только что пообещала.

Глава 6

Алир ри-Анор.

Теперь я точно знаю, что значит термин «сходить с ума от желания».

Сначала я думал, что те несколько часов ожидания, пока отец договаривался с маршалом Грэйсом, были пыткой, но, увидев злую и испуганную ваиру, понял, что мои муки только начались.

Активировав наш круг, я ощущаю отголоски желания всех членов нашей семьи. Сложнее всего сдерживать потребность Намира. Он был лишён женского внимания, а наша девочка проявляет к нему особый интерес. Близнецы тоже нисколько не помогают, да и у самого секса не было более трёх лет.

Короче, если в ближайшее время мы не перейдём к завершению ритуала, то я просто озверею от этого невыносимого, болезненного желания.

Вайра всем видом показывает, как я неприятен ей, от этого мои инстинкты выходят из-под контроля. Я за всю жизнь столько, как сегодня, не рычал, и мне это не нравится.

Хуже всего то, что Вио-Ррика убеждена в том, что я буду её единственным мужем. Признаюсь, проконсультировавшись с маршалом, отец специально не оставил конкретики относительно семейного круга, как и моего имени, чтобы не раскрыть нашу тайну раньше, чем мы отдалимся от станции.

Мир нашей ваиры моногамен. Конечно, многое в нём лживо и пары повсеместно изменяют друг другу, но переступить через предубеждение, внушённое обществом, сложно.

Наши круги строятся на доверии. Нум никогда не позволит ни одному из нас увлечься другой женщиной. Мы ещё не прошли единение, а я уже не могу думать о ком-то ещё. Чем более зрелым будет наш союз, тем сильнее притяжение мужей к ваире.

— Ты как? Можешь потерпеть ещё пару часов? — спросил Вейс, пока я прогревал двигатели.

— Ты думаешь, что через это время нам повезёт к ней приблизиться? Как только девочка увидит наши лица и узнает о том, что нас у неё четверо, будет скандал.

— Она пообещала, что поцелует всех нас, если мы позволим ей присутствовать в рубке во время отбытия. Тайс и Намир сейчас её отвлекают, но скоро Вио-Ррика будет здесь, так что маскируйся, — сказал Вейс.

И действительно, через пару минут воодушевлённая девушка, активно обсуждая с Тайсом систему охлаждения и особенности блоков жизнеобеспечения Нериды, вошла к нам.

Не скрывая своего восторга, она осматривала приборы, едва касаясь датчиков дрожащими пальцами.

Смешная. Наши женщины на боевом крейсере могли только посетовать на недостатки каюты и скудность удобств, а она готова целовать нас всех, лишь бы побыть на командном мостике.

Увлечённая изучением, она сама не заметила, как положила горячие ладони на мои плечи, заставляя вздрогнуть от едва сдерживаемого желания.

— Мы вооружены? А сколько залпов мы сможем произвести без подзарядки? Какой класс орудий в нашем распоряжении? Какая предельная скорость в свободном пространстве? — обрушила на меня град вопросов ваира. Я бы с радостью ответил, но она наклонилась и прижалась грудью к моему плечу, рассматривая консоль управления, поэтому при всём желании я не мог выдавить из себя и пары слов.

Заметив моё незавидное состояние, девочку отвлёк Намир.

— Вио-Ррика, тебе нужно занять своё место и пристегнуться, — сказал он, уводя малышку от меня.

Я старался глубоко дышать и вспоминать самое страшное и неприятное, что видел в жизни. Где-то на Талиноре я успокоился достаточно, чтобы выдвигаться подальше от станции, но наша ваира точно решила свести меня с ума:

— Спасибо, Намир, — нежно сказала девушка, лаская нежными ладошками широкую грудь парня.

Мир застонал и начал терять маскировку, а по мне опять ударило откатом такой силы, что пришлось стиснуть зубы, чтобы позорно не излиться в нум.

— Намир, возьми себя в руки, ты сейчас нас сорвёшь, — окрикнул его Вейс.

— Простите, — хрипло сказал наш побратим, аккуратно отодвигая от себя ваиру.

Двигатели были готовы к полёту десять минут назад, а я всё пытался взять себя в руки.

— Можно мне? Прошу, — несмело обратилась ко мне малышка.

Особого опасения я не испытывал. Вио-Ррика опытный пилот, а Нерида имеет датчики столкновения, которые не позволять произойти досадной случайности, поэтому я молча встал, уступая место малышке, и пересел в кресло второго пилота.

— Спасибо, — выдохнула ваира, глядя на меня с такой благодарностью, как будто я уже подарил ей Флорнийский жемчуг, а не позволил пилотировать судно.

Малышка отдавала чёткие и выверенные команды. Повинуясь её голосу и движению тоненьких пальчиков, Нерида покорно двигалась, набирая скорость и ложась на курс. Пару часов мы наблюдали то, с каким наслаждением она управляет крейсером, и это навело меня на определённые мысли. Я бы с радостью подарил ей корабль, но опасаюсь, что, узнав правду, она сбежит на нём, не оглядываясь.

С другой стороны, она офицер и человек чести, поэтому стоило хотя бы попробовать.

— Вио-Ррика, я хочу подарить тебе Нериду, при условии, что ты поклянёшься, что выполнишь условия договора и не будешь от нас убегать, — сказал я.

— Серьёзно? Этот крейсер? Я бы и так не сбежала. Я дала слово и держу его, — сказала ошарашенная девушка.

— Нерида, протокол ноль один передаю права на тебя капитану Вио-Ррике ри-Анор, — чётко сказал я, надеясь, что не совершил страшной глупости.

— Капитан Апир ри-Анор подтвердите протокол ноль один передачу прав собственности? — запросил механических голос бортового компьютера.

— Подтверждаю, — сказал я, отменяя нуму маскировку.

— Ты? Ты! — силилась что-то сказать малышка, но никак не могла сформулировать свою мысль.

— Мы, — сказал я, активируя автопилот.

Глава 7

Виорика Мэтьюз.

Так стремительно моё настроение не менялось ещё никогда. Даже в тот день, когда шестилетняя я получила заветную модель Разящего, а Вилеска сообщила, что Санта Клауса не существует.

Восторг от полёта сменился недоумением и неверием от полученного подарка, а, когда я увидела лицо дарителя, то испытала диаметрально противоположные чувства: во-первых, облегчение и радость от того, что мой жених не зелёный и без чешуи, а весьма и очень даже привлекательный засранец. Во-вторых, злость, смешанную с обидой за то, что именно он разрушил всю мою жизнь.

— Ты… — третий раз зашипела змеёй я, не в силах найти слов, чтобы выразить всю злость на этого…

— Я, — угрюмо согласился, Алир, пряча от меня свои наглые рыжие глаза. — Точнее мы, как я и сказал. Позволь представить тебе, Вио-Ррика, наш семейный круг: Тайс и Вейс — они, как ты видишь, связанные, и Намир.

После представления инопланетники перестали моргать, а маска как будто стекла с них. Интересно, что это за материал? А ещё занятней то, что под масками были прочие мои недавние знакомцы — сероглазые близнецы и здоровенный мускулистый мужик с кроткими синими глазами. Если бы я не успела оценить его добрый нрав и отзывчивость, то сейчас реально могла испугаться.

— Что это значит? — разозлилась я, вспоминая, что в договоре речь шла о каком-то семейном круге.

Да и вообще, если он собирался заполучить меня в жёны, то зачем толкал одурманенную своим дружкам? Как и любого пилота, у меня хорошо развита интуиция, и сейчас она просто кричала, что ответ мне наверняка не понравится.

Алир не спешил отвечать на вопрос, кусая губу. Выглядел он, кстати, неважно: бледный, но с лихорадочным румянцем на скулах и тёмными мешками под яркими искристыми глазами. Даже длинные белые волосы были странно всклокочены, делая его вид небрежным.

— Это значит, что они наша семья: второй, третий и четвёртый мужья в нашем союзе, а ты наша жена, — ответил этот… самоубийца.

В данный момент я искренне порадовалась, что Вилас отнял моё табельное оружие, иначе контракт был бы сорван в кратчайшие сроки преждевременной смертью наследника клана ри-Анор. За неимением бластера у меня до жути чесались кулаки, но я решила для начала уточнить, вдруг я что-то неправильно поняла:

— Жена? Одна на всех четверых, или у них есть свои жёны?

— Ты наша ваира — дарующая жизнь, или жена, по-вашему. Для нас ты единственная и другой быть не может, как и мы будем единственными мужчинами, с которыми ты будешь делить удовольствия, — терпеливо объяснил мне этот… псих.

Больше терпеть это издевательство над своими нервами я не собиралась. Я не помню, как подлетела к Апиру и где взяла столько сил, чтобы толкнуть его на кресло второго пилота, подозреваю, что он просто не сопротивлялся. Я даже занесла руку для удара, только меня нежно, но неуклонно перехватили.

— Хватит, — тихо сказал Намир, сгребая брыкающуюся меня в свои стальные объятия и оттаскивая от Алира.

— Чёрта лысого вам, а не ваиру. Размножайтесь хоть почкованием, хоть в однополом браке. К демонам ваш гнусный договор. Пусть меня лучше расстреляют, — хрипло сказала я, пытаясь отдышаться. Наверное, из-за панической атаки я задыхалась, не в силах восстановить сердечный ритм.

Успокаивающее поглаживание огромной нежной рукой добавляло сумятицы в мои чувства: было тепло и приятно, но жутко хотелось расплакаться и уткнуться лицом в широченную грудь, только я никогда не позволю этим… мужьям видеть мою слабость.

— Нерида, протокол ноль один, — прокаркала я, едва сумела совладать с эмоциями, — отменить операцию по передаче собственности Виорике ри-Анор, вернуть все права Апиру.

— Подтвердите код ноль один отмену операции по передаче прав собственности — запросил приятный механический голос.

— Подтверждаю, — выдохнула я.

— Зачем? Я искренне хотел подарить тебе крейсер, чтобы ты знала, что я верю тебе, — грустно сказал Алир, обиженно глядя на меня своими кошачьими оранжевыми глазами.

— Ты меня уже и так купил. Нет смысла переплачивать, тебя, кстати, обсчитали. Верни меня на базу, я пойду под Трибунал. Я не соглашалась на четверых мужей, я вам не сексбот и инкубатор в одном андроиде, — устало сказала я.

Бесконечные всплески эмоций меня буквально выжали досуха. Не хочу упасть в обморок в обществе этих…

Руки Намира вокруг меня сжались, не позволяя освободиться. К моему удивлению здоровяк заговорил, не скрывая своей горечи:

— Не отрекайся от нас, Вио-Ррика. Я знаю, что мы никому не нужны, кроме Алира. Ты приняла нас своим телом, во время ритуала, почему сейчас отталкиваешь? Мы для тебя сделаем всё, что пожелаешь, будем беречь тебя и любить. Нас не приняла бы ни одна раалийка. Ты и так наше чудо. Ты не сексбот, ты — наша надежда. Если ты откажешься, Алира отдадут в круг какого-нибудь императорского отпрыска, чтобы отнять прииски, а вскоре просто подстроят несчастный случай и убьют. Меня вернут на арену. Тайсу и Вейсу тоже некуда идти. Дай нам шанс. Неужели умереть лучше, чем быть любимой?

Боль и мольба в его низком хриплом голосе были такими сильными и откровенными, что я не смогла удержать слёз.

«А ведь я действительно ничего о них не знаю. Кто знает, почему всё так сложилось, но может, стоит просто посмотреть, куда всё это приведёт»,

— подумала я.

Хотя, четверо — это, конечно, перебор.

Намир, наверное, даже не дышал, с надеждой глядя в мои глаза.

«Это не честно!» — мысленно возмутилась я. Невозможно отказать мужчине, когда он так смотрит, да ещё волшебными синими омутами, обрамлёнными просто умопомрачительно длинными ресницами. Остальные тоже молча ждали моего решения: близнецы опустили одинаковые головы, пряча свои глаза, а Алир смотрел открыто и грустно.

— Мне нужно подумать. Это всё слишком для меня. Хочу побыть одна, — сказала я, направляясь в каюту.

К счастью, за мной никто не последовал.

Каюта оказалась большой и вполне комфортабельной. Она напоминала номер в отеле для новобрачных, который мы с Тимом посещали на Эос. Я лишь мельком посмотрела на огромную кровать, прежде чем заглянуть за дверь, за которой предположительно должна была быть очистительная кабина. К моей огромной радости, там оказалась настоящая ванная комната с большой керамической ёмкостью для воды.

Я набрала горячую ванну, мечтая успокоить нервы и уснуть, чтобы всё обдумать на свежую голову, и стала раздеваться.

На стене возле ванной висело огромное зеркало, позволяющее рассмотреть себя в полный рост.

Я скинула всю одежду и посмотрела на себя, приподняв левую грудь, под которой что-то неприятно саднило, и в следующую секунду из моего горла раздался просто душераздирающий вопль.

Я кричала и трясла руками, опасаясь коснуться какого-то чёрного пульсирующего паразита, который присосался к моему телу.

Дверь в ванную просто вынесло ударной волной. В небольшую комнату вломились все четверо моих этих… муженьков. Так мы и замерли друг напротив друга — голая и визжащая я и четверо удивлённых и настороженных мужиков.

Глава 8

Виорика Мэтьюз.

Мне была абсолютно безразлична собственная нагота, в голове билась только одна мысль: «снять паразита».

Брезгливость, страх инфекций и ужас, что меня сейчас кто-то ест в прямом смысле, просто парализовали мои мыслительные процессы.

Меня аккуратно обняли сзади, удерживая за руки, остальные осторожно касались меня, с неподдельной тревогой осматривая тело.

«Интересно, как можно не заметить чёрно-синюю пульсирующую кляксу у меня под грудью», — раздражённо подумала я, пытаясь вырвать руки из захвата.

— Почему ты кричишь? С тобой всё хорошо, — удивлённо спросил Алир севшим голосом.

— Вы что, ослепли? Паразит! Как его снять? — продолжала дёргаться я.

— Ты про ним? Прости, я совсем забыл про него рассказать. Это не паразит, а симбиот. Он очень полезен, — сказал Алир, не отрывая взгляда от моей груди.

— Что. Это. За. Дрянь?! — возмущённо спросила я, разделяя слова.

— Мне сложно объяснить, проще показать, — сказал беловолосый засранец, нежно поглаживая это.

— Сними его с меня и показывай, сколько угодно, — вырывалась я, пока не услышала сдавленный мужской стон позади себя.

Причина этого стона недвусмысленно упиралась мне в поясницу. Готова поспорить, что ощущала не только твёрдость, но и тёплую влажность чьего-то члена. Я перестала брыкаться и затаила дыхание, не веря своим чувствам.

— Ним нельзя снять. Ты выбрала его, а он тебя. Он объединяет нас, — прохрипел Алир, переместив длинные пальцы с паразита на грудь, умело массируя округлость.

— Что ты творишь? Что с вами? Уберите это с меня и выметайтесь, — ругалась я, надеясь, что голос звучит достаточно уверенно, потому что было немного страшно и очень приятно от неторопливых смущающих касаний.

— Ты обещала нам поцелуй, — прошептал мне в ухо один из близнецов.

Оказывается, это он держал меня сзади. Моих рук он из своего захвата не выпустил, зато чувственно поцеловал нежное местечко на шее, чуть ниже уха.

— Раз обещала, значит поцелую, а пока выметайтесь, — предательски охрипшим голосом сказала я.

— Мы не согласны ждать, — сказал второй близнец, шокируя меня тем, что опустился на колени и стал покрывать поцелуями мой живот, опускаясь всё ниже.

— Вы что творите? — спросила я, ёрзая в попытке уклониться от жалящих удовольствием поцелуев.

— Мы не говорили, что хотим целовать тебя в губы, — сказал наглый сероглазый близнец, касаясь горячим языком моей промежности.

— Я не… — хотела что-то возразить я, но рот мне запечатали властные губы Алира.

Я искренне хотела остановить это безумие, но тело предало меня. Слишком много ощущений плавили меня, не давая не только что-то возразить, но даже подумать о сопротивлении.

Я сама не заметила, как оказалась в кровати, а потом всё слилось в сплошной поток чувственного удовольствия: Алир, Тайс или Вейс терзали моё тело самыми изощрёнными и невероятно эротичными ласками. Я не сопротивлялась, когда Алир опустился на меня, я жаждала его проникновения. Мы стонали и двигались в унисон, пока оба не взорвались в огне разрядки. Не успела я опомниться, как его сменили близнецы, выводя мои познания секса на новый уровень.

В какой-то момент я смирилась с происходящим, наслаждаясь и стыдясь того, что делаю. Моё чувство вины усиливали синие глаза, наблюдавшие за мной со смесью боли и желания. Намир почему-то не приближался, хотя я думала, что он тоже присоединится к остальным.

— Мир, ты же всё видел, просто доверься себе, — услышала я тихий шёпот Алира, когда немного пришла в себя после очередного оргазма.

— Нет. Она слишком маленькая. Я причиню боль, — с надрывом шептал Намир, опустив голову на свою широкую грудь.

— Будь осторожен и делай всё медленно, так ты её не ранишь, — уговаривал его Тайс.

— Я не могу, — прошипел здоровяк. — Я слишком её хочу.

— Если ты не решишься, то наш союз могут признать недействительным. Ты же знаешь, они будут цепляться к любой мелочи, — уговаривал его Алир.

Из-за всей этой возни я почувствовала себя использованной и грязной. Мне хотелось поскорее со всем закончить и остаться одной.

— Алир, вам нужно, чтобы я сейчас переспала с Намиром, тогда больше ничего не будет угрожать вашему союзу? — спросила я, стараясь скрыть своё неприятие происходящего.

— Да, — честно сказал он, опуская глаза.

— Выйдите, пожалуйста. Вам ведь не обязательно присутствовать? — уточнила я.

Он кивнул и как был голый, ничуть не стесняясь, направился к выходу, прямо на ходу покрываясь синей тканью. Вслед за ним вышли и близнецы, оставляя нас наедине с Намиром.

Он всё ещё был в комбинезоне, хотя внушительная выпуклость указывала на то, что он явно возбуждён.

— Разденься. Давай просто сделаем это, — устало сказала я.

— Я тебя не привлекаю. Я не хочу так, — рассерженно сказал мужчина, резко вставая с кровати с намерением уйти.

— Я тебя почти не знаю, Намир. Сегодня был чертовски трудный день, и, если на то пошло, то остальных я тоже не хотела. Всё происходящее просто физиология. Нам нужно это сделать, чтобы всё было не напрасно. Если тебя это утешит, то ты единственный, кто вызвал во мне симпатию, — честно сказала, удерживая его за руку.

— Я не умею. Я никогда… женщинам я не нравлюсь, — выдавил из себя Намир, заставляя меня искренне изумиться.

Он был здоровяком, но очень даже симпатичным, а добрый нрав и потрясающие синие глаза делали его просто неотразимым, для меня, по крайней мере.

— Они глупые. Ты замечательный, — сказала я, усаживая его на кровать. — Мне бы тоже хотелось, чтобы всё было иначе.

То, что я буду у этого большого и прекрасного мужчины первой, мне льстило и снова завело. Наши поцелуи не были тем сексуальным безумством, что я испытывала с прочими мужьями, это была нежность в чистом виде.

Меня восхищало то, что такой крупный и опасный на вид мужчина был таким чутким и милым, от этого сладко щемило сердце. Только с ним я ни о чём не жалела. Его прикосновения меня очищали, а не вызывали стыд и сожаление.

— Как это снимается? — спросила я, ища застёжку на комбинезоне.

— Это нум, — хрипло сказал Намир, а удивительная «ткань» стала сползать с его тела, образуя на плече такого же, как у меня, паразита.

«Так вот, что это за симбиот», — подумала я, но решила все вопросы оставить на потом, а сейчас со мной был Намир.

Вид его голого тела вызвал у меня вздох, полный восхищения и сожаления: прекрасный мускулистый торс пересекали бесчисленные шрамы, как от порезов разной величины.

Видя неуверенность Мира, я решила повременить с расспросами, лаская его губами и руками, показывая, как он мне нравится.

— Ляг на спину, — попросила я, и мужчина охотно подчинился, растягиваясь во весь свой внушительный рост.

— Пожалуйста, я больше не могу, — простонал Намир и я оседлала его бёдра, плавно опускаясь на его большой твёрдый орган.

Это оказалось не так просто: парень был действительно крупным, внушительнее всех, с кем мне доводилось иметь дело, даже длиннее того пресловутого сексбота. Может, с кем-то другим меня бы этот факт и остановил, но не с ним. Член вошёл лишь наполовину, но я и не пыталась принять его сразу, а принялась двигаться, принимая с каждым толчком всё больше.

Он чувствовался мной так остро и так правильно, что на глаза наворачивались слёзы от непереносимого удовольствия. Плавные движения сменились сильными рывками, а наше хриплое дыхание перешло в стоны, пока на нас не обрушился сокрушительный оргазм.

— Спасибо, — прошептал Намир, покрывая моё лицо невесомыми поцелуями.

— Останься со мной, — попросила я, не в силах остаться наедине со своим смятением от того, как круто изменилась моя жизнь за последние сутки.

— Всегда, — согласился Намир, укачивая меня в своих тёплых, надёжных объятиях, пока сон окончательно не одолел меня.

Глава 9

Виорика Мэтьюз.

Несмотря на абсолютно безумный день, я отлично выспалась. Проснулась, как обычно, подчиняясь армейскому графику — в шесть утра по межгалактическому времени.

Подо мной мерно сопел Намир, рассыпав длинные тёмные пряди по подушке. На лице парня играла мягкая полуулыбка, делая его лицо моложе и привлекательней.

«Интересно, как я умудрилась полностью забраться на мужчину во сне?» — подумала я, пытаясь осторожно слезть, чтобы не разбудить его, но сильные руки придерживали меня за попу, надёжно фиксируя на месте.

Как только я шевельнулась, Намир открыл свои удивительные глаза, глядя на меня с надеждой и некоторой опаской.

— Привет, — улыбнулась я ему, нежно целуя в щёку. Могла, конечно, и в губы, но с утра предпочитаю сначала умыться и воспользоваться зубной щёткой.

— Не хотела тебя будить, ещё рано, — пояснила я.

— Ничего. Прости, что затащил тебя на себя сверху. Я боялся, что ты мне просто приснилась, — признался Намир, немного смутившись.

«Нет, так точно не честно! По крайней мере на него у меня совершенно не получается злиться», — подумала, и, поцеловав его во вторую щёку, сползла и направилась к сумке с вещами.

— Зачем тебе тряпки? Воспользуйся нимом, — предложил внимательно наблюдавший за мной Мир.

— Я не умею. Как это делать? И вы так и не объяснили, что это за создание. Надеюсь, оно хотя бы не разумно? — спросила я.

— Ним неразумен. Он создан нашими нумами, моим и остальными из нашего круга. Это защита, одежда, медицинская помощь и маскировка, данная нам планетой. Тебе нужно просто представить одежду или пожелать спрятаться, и ним поможет. Он перестал болеть?

Я потрогала шершавое пятно и удивилась тому, что оно больше не саднило, а ощущалось, как собственная кожа.

— Нет, не болит, — призналась я, представляя себя в том самом платье, что втянуло меня в эту историю.

Опустила голову и полюбовалась, как на мне материализуется памятная вещица, медленно расползаясь по телу.

— Ты вспомнила зерно? Оно тебе очень к лицу, ты была неподражаема, — сказал Намир, вставая с постели.

Он не спешил спрятать от меня своё огромное, шикарное тело и я ненадолго забыла о том, куда направлялась. Даже возникла шальная мысль вернуть его в кровать и повторить наше вчерашнее знакомство, только без спешки и эмоциональной перегрузки. Кстати, о вчерашнем: на удивление я не испытывала никакого дискомфорта. Из опыта сексуальной жизни с Тимом я помню, что при такой активности, как минимум, должна бы чувствовать жжение от натёртости, но его не было.

— Зерно? Так получается, то платье и было этим нимом? Поэтому я не смогла его найти утром, — проговорила вслух я свои догадки.

— Да, это так. Ты очень красивая, Вио-Ррика, — сказал Намир, целуя меня в обнажённое плечо.

— Ты тоже. Зови меня просто Рикой. Вы как-то необычно произносите моё имя, — сказала, направляясь в ванную комнату, пока и правда не поддалась искушению вернуться в постель с Намиром.

— Так называется цветок, растущий на нашей родине. Он так же прекрасен, как и ты, — пробасил парень откуда-то из-за двери, пока я умывалась и принимала душ.

— Странно, — ответила я.

— Что именно? — удивился мой новоиспечённый муж.

— Странно то, что при таком красноречии и своей внешности ты до сих пор был обделён женским вниманием, — с улыбкой сказала я, выходя из ванной.

Улыбка медленно сползла с лица Намира и он молча пошёл в ванную комнату.

«Что я такого сказала?» — удивилась я. Хотела ведь просто сделать комплимент мужчине за его обходительность и чем-то обидела.

Пока Намир мылся, я, стоя возле зеркала, игралась нимом. Потрясающая вещь! Хоть что-то хорошее в моём скоропалительном и гаремном замужестве. Хотя нет, самое хорошее — это Намир.

В конце концов, я остановилась на сплошном облегающем комбинезоне. Цвет ткани менять не стала, оставив тот самый чёрно-синий с красивыми бликами. Смотрелось эффектно и довольно провокационно, но мне понравилось.

Намир вышел с опущенной головой и старался на меня не смотреть, но я не была настроена играть в обиды с этим парнем. Может, это и звучит эгоистично, но мне он очень нужен. Без того тёплого нежного чувства, что рождалось между нами, мне будет невозможно смириться с жестокой действительностью, в которую меня запихнули тем ужасным приказом.

— Намир, объясни, чем я тебя обидела? Я просто хотела сделать тебе комплимент. Ты, правда, замечательный: милый, добрый, симпатичный и умеешь говорить именно то, что хочется услышать, — честно сказала я, заглядывая в его лицо, застывшее холодной маской.

— Я не симпатичный и не умею говорить красиво. Мне показалось, что ты меня дразнишь, играешь. Так часто было, — тихо сказал Намир, пряча от меня глаза, но я не позволила, повернув его лицо ладонями.

— Я не шутила и не издевалась. Ты действительно такой, — искренне сказала я, мечтая найти тех сучек, что развили в нём такие комплексы.

Наш нежный, сладкий поцелуй прервало чьё-то демонстративное покашливание за спиной.

— А нас? — лукаво улыбаясь, спросил один из близнецов.

— Вас не за что, — холодно ответила я, игнорируя присутствие его одноликого братца и беловолосой «принцессы».

Находиться в обществе этих… мужей, мне не хотелось, как и выяснять отношения, поэтому я пошла к план-схеме, чтобы найти кухню и немного перекусить. За всеми вчерашними волнениями я даже не думала о еде, поэтому сейчас желудок жалостно сжимался, радуя меня громкими и совсем не мелодичными песнями.

Искомое помещение нашлось даже без плана: оно было единственным открытым, и оттуда доносились соблазнительные запахи свежей выпечки и жареного мяса.

Когда я вошла, увидела, что стол был сервирован на пять персон. Видимо, муженьки с утра озаботились и пришли позвать нас с Намиром.

Из чистой вредности я проигнорировала их усилия и, взяв из хранилища стандартный белковый набор, ушла в машинное отделение.

Тихое механическое жужжание аппаратов меня успокаивало. Смотровое окно в этом отсеке Нериды было небольшим, но с удобным широким подоконником, на котором я и разместилась со своим скромным завтраком. Что-то, напоминающее галеты и сушёное мясо шло с трудом, даже запиваемое большим количеством воды. Вздыхая о том жареном мяске и свежем хлебе, я, тем не менее, была полна решимости игнорировать мужчин, кроме Намира, естественно.

Помимо хлеба насущного меня интересовала работа, которую я планировала обсудить с Алиром, но к ней я могу приступить и позже, а сегодняшний день я решила посвятить своему бойкоту.

Нерида двигалась быстро и плавно, но масштабы космоса так велики, что пейзажи за стеклом смотрового окна менялись медленно, убаюкивая своим холодным постоянством. В какой-то момент я, очевидно, задремала.

— Так и знал, что найду тебя здесь, — настороженно сказал Алир, приближаясь ко мне.

— Оставьте меня в покое. Свою миссию в сохранении вашего семейного круга я выполнила, а притворяться, что мы стали от этого ближе, я не собираюсь, — холодно ответила я блондину, не поворачивая к нему головы.

— Зачем ты так? Мы тебя обидели или ранили? — тихо спросил он.

— Вы меня использовали. Я не глупая и понимаю, что, наверное, это было необходимо, но делать вид, что я счастлива или готова вас принять, я не собираюсь. Вам нужна была женщина, которая спасёт тебя и остальных от притязаний вашего правительства? Я буду исправно играть эту роль, раз моё начальство меня продало для выполнения этой миссии, но, когда не будет зрителей, не ждите от меня ничего. И эти сцены типа милого семейного завтрака ни к чему, — стараясь не показывать обиды, сказала я.

— Не надо так, прошу. Ты не женщина, которая будет играть какую-то роль, ты наша ваира — центр нашей семьи, наше сердце. Намира ты не игнорировала и была благосклонна к нему, — с нотками не то ревности, не то зависти, сказал Алир.

— Он единственный, кому было небезразлично то, что я его не хотела. Он не притворялся и не манипулировал мной. Не требуй от меня невозможного, Алир. Я не собираюсь быть вам троим настоящей женой. Когда ты решишь свои проблемы с императорской семьёй, я вернусь к своей жизни, а Намир сам решит, с кем ему остаться. Я не буду больше прятаться от вас, но мы будем общаться, как коллеги, не более, — предложила я ему то, что на тот момент казалось разумным, однако блондин вышел из себя.

Он молниеносно подлетел, сгребая меня с подоконника, и, прижав к стене, зашипел в лицо, сверкая злыми кошачьими глазами:

— Мы не коллеги и даже не друзья. Ты наша жена, настоящая, и другой не будет. Ним принял тебя, а значит, ни один из нас не сможет больше быть с кем-то ещё. Мы будем решать наши проблемы вместе, и у тебя нет больше другой жизни, в которой нас не будет. Единственный способ расторгнуть наш брак, это убить всех, кто тебе не нужен.

— Отпусти меня, — холодно сказала я, отталкивая блондина.

Он потупился и действительно отступил, понуро опуская плечи.

— Мне жаль, что мы обидели тебя. Мы не хотели причинять боли. Ваши психологи посоветовали сыграть на твоей чувственности, потому что человеческим женщинам труднее злиться на полового партнёра, который доставил удовольствие в постели.

Я даже задохнулась от возмущения, не представляя, какой идиот мог выдать такой ценный совет.

— Мы уже поняли, что ты особенная, и что наше решение было ошибкой, но прошу, просто дай нам шанс. Не отталкивай. Позволь подарить тебе то, что по воле случая мы у тебя украли: мы будем ухаживать, заботиться и соблазнять тебя.

— С этим вы и так неплохо справились, — сухо ответила я, готовая признать поражение в этом споре, но нашу беседу прервал пронзительный звук боевой тревоги и механический голос Нериды: — Три неопознанных боевых единицы готовятся к атаке. Тревога.

Глава 10

Виорика Мэтьюз.

Я старалась не отставать от Алира, но он бежал чертовски быстро. В итоге, когда я добралась до рубки, блондин уже сидел на месте первого пилота. Оба близнеца заняли позиции на орудиях, а Намир — место механика-контролёра двигателей и укорителей. Не дожидаясь распоряжений, я запрыгнула в кресло второго пилота, пристёгивая ремни.

— Вио-Ррика, я прошу тебя уйди в каюту, — обратился ко мне Алир.

— Чёрта лысого, — ругнулась я, понимая, насколько это некрасиво, но, в конце концов, я боевой пилот, а не выпускница пансиона благородных девиц, что бы это не означало.

Этот беловолосый… муж, тихо высказался себе под нос, а потом пробурчал «замаскируйся» и дальше нам стало не до разговоров. В поле видимости видео-датчиков появились те самые неопознанные боевые единицы.

Я действительно не видела такой модификации крейсеров, и выглядели они внушительно, но до нашей «птички» им было очень далеко.

Под управлением Алира Нерида ловко уворачивалась от пробных атак, уходя от попыток блокировать нас для захвата, но нападали мы вяло, больше прощупывая соперника, чем желая от него избавиться. Я послушно выполняла приказы капитана, не вмешиваясь в его тактику, но первым не выдержал Вейс.

— Алир, мы так долго будем танцевать? — высокомерно спросил он, играючи отбивая очередную серию залпов.

— Я хочу, чтобы они озвучили, чего хотят, а это будет проблематично, если мы разнесём их на куски. Нет желания гоняться за капсулами с уцелевшими по всему космосу, чтобы иметь доказательства того, что это наёмники Талинора, — хмуро сказал беловолосый, включая общую частоту.

— Говорит раалийский крейсер Нерида, озвучьте список требований, — голосом, изменённым нумом, сказал Алир.

В ответ по каналу связи раздался резкий свист, от которого я почти оглохла. Зажимая руками саднящие уши, я стала оглядываться: парни лежали, не подавая признаков жизни.

— Дерьмо! — ругнулась я, трясущимися руками отстёгивая фиксирующие ремни.

Ближе всего ко мне находился Алир. Я бросилась к нему, проверяя, жив ли парень. Признаюсь честно: пока я не нащупала его пульс, реально испугалась до чёртиков. Пусть я была зла на этих… мужей, но мысль о том, что кто-то из них погиб, привела меня в ужас.

— Нерида, код ноль три попытка захвата судна. Капитан без сознания, передать мне все узлы управления.

— Код ноль три принято, — равнодушно ответил главный компьютер, пока я проверяла Намира и близнецов. Благо все были живы, но, судя по тоненькой струйке крови, стекавшей из уха Алира, эта звуковая атака была рассчитана именно на особенности раалийцев.

— Попытка захвата управления. Опасное сближение с двумя боевыми единицами, — вещала Нерида.

— Имитировать подчинение. Сообщить о приближении всех единиц на расстояние залпа. Скрыть наведение орудий для ожидаемой атаки. Полная тишина по каналам связи. Блокировка попыток сканировать пространство сообщением о неисправности системы контроля, — выдавала я голосовые команды, фиксируя парней в таком положении, чтобы не нанести травм при возможном маневрировании.

— Два звездолёта приблизились на расстояние прицельного залпа, — сообщила Нерида то, что я уже и так видела.

— Анализ перемещения третьего атакующего, — распорядилась я, надеясь, что он просто движется медленнее, чем его соратники.

— Третье судно неподвижно. Орудия противника наведены на ускорители и основной двигатель, — выдал компьютер мои самые худшие опасения. Противник не глуп и осторожен, а, кроме того, хорошо знает физиологию раалийцев, что наводит на неприятные мысли.

Дрожащими от волнения и страха руками я отключила системы, находящие под ударом нападающих, моля бога, чтобы защита нашего крейсера не позволила нам взорваться от удара. Хотя выбранные цели говорили о том, что нас хотят скорее обездвижить, чем разнести к чертям. Активировав запасной двигатель и тот ускоритель, что не попадал под удар, я стала отсчитывать условные единицы сближения.

Если кто-то скажет, что космический бой это не страшно, значит, он никогда в нём не участвовал. Я неоднократно сражалась на разных боевых единицах, но всегда испытывала внутренний холод оттого, что кому-то придётся умереть, и только случай решит, будем это мы или наши враги.

— Нерида, залп тяжёлыми боевыми снарядами по обеим целям. Максимальный урон противнику. Активировать магнитное поле щитов, приготовиться к удару, — выдала я голосовые команды, первая нажимая курок.

Полетели снаряды, удивляя меня своей модификацией. Нападающие не были готовы к нашей атаке, поэтому через секунды два звездолёта разлетелись, осыпая нас мелкими осколками.

За время, ушедшее у меня на перезарядку орудий, третий корабль выполнил грамотный выверенный манёвр, вырубив наш основной двигатель и один из ускорителей. От удара Нериду затрясло, звук боевой тревоги ударил по нервам, но не лишил меня концентрации.

Мне не хватало рук, чтобы взять всё под контроль, поэтому Нерида двигалась рывками, сталкиваясь с крупными обломками судов, но моя следующая атака не прошла бесследно для третьего из напавших на нас судов. Судя по следу, оставляемому противником, были повреждены их системы жизнеобеспечения, поэтому шанса скрыться у них не осталось. Нам предстояло драться за Нериду.

— Нестабильность ядра основного двигателя. Опасность деактивации смежных систем маневрирования. Запас мощности вспомогательного реактора рассчитан на сорок три минуты при условии неприменения боевых орудий, — выдала диагноз Нерида.

— Дерьмово, просто гадски дерьмово, — ответила я.

— Команда не ясна, перефразируйте запрос, — монотонно отозвался компьютер на мою лингвистическую самодеятельность.

Тратить энергию на залп было бессмысленно: возможно, у напавших заканчивается кислород, но они всё ещё весьма подвижны.

— Входящий вызов на общей частоте, — сообщила Нерида.

Я представила моргающий костюм раалийцев и мысленно попросила ним изменить мой голос, надеясь, что всё делаю правильно. Кем бы ни были напавшие на нас пираты, не хочу давать им лишней информации.

— Нерида, принять вызов, транслировать только моё изображение, — распорядилась я, глубоко вдыхая, чтобы немного успокоиться.

К моему немалому удивлению на экране появился такой же моргающий, как и я, очевидно, раалиец.

— Алир ри-Анор, впечатлён твоими боевыми навыками, хотя они не спасут тебя от поражения. Сейчас мы можем или бесславно погибнуть, пытаясь разнести единственный путь к спасению, или объединиться и обсудить условия сделки, — безэмоциональным механическим голосом заявил противник.

— Кем бы ты ни был, всё равно попытаешься убить нас всех, так зачем мне отдавать тебе Нериду? — ответила я пользуясь тем, что неизвестный раалиец принял меня за Апира.

— Я не заинтересован в твоей смерти, как и не желаю погибать сам. Я думаю, мы способны прийти к компромиссу. Ты уничтожил моих предполагаемых союзников по семейному кругу. Я готов войти в твой, тем более, что близнецы считаются по новому закону одной семейной единицей, — выдал этот… раалиец, отменяя маскировку.

Мерцающая ткань медленно сползала с незнакомца, обнажая лицо самого красивого мужчины, которого я когда-либо видела: идеальные аристократические черты, чёрные волосы и яркие зелёные глаза улыбались мне с изображения на виртуальном экране.

Я ненадолго зависла, не зная, что ответить наглецу. Предполагалось, что Алир его знает, иначе он не стал бы настаивать на браке. При мысли об ещё одном муже, пусть и таком красивом, меня передёрнуло от страха и отвращения.

— Что помешает мне разнести твой корабль, избавившись от угрозы нападения? — высокомерно спросила я, хотя была нисколько не уверена в собственной победе.

— Маловероятно, что твой манёвр будет успешным. Моя птичка только выглядит старьём, но это новейшая модель, а, кроме того, я открыл свою личность. Нападение на члена императорского круга карается ритуальной смертью всей наследственной ветви напавшего, — нагло улыбаясь, сообщил этот… змеёныш.

— Можно просто оставить тебя и подождать, когда ты сдохнешь, — предположила я.

Мы бы, наверное, ещё некоторое время припирались с противным красавчиком, но мне на плечи опустились тяжёлые ладони Алира.

— Твоё нападение на Нериду и угрозы зарегистрированы и направленны Совету, Талинор. Ты можешь состыковаться для спасения твоей жизни,

— хрипло сказал мой муж, успокаивающе поглаживая меня по тыльной стороне шеи. От неожиданной ласки я вздрогнула и, видимо, лишилась маскировки, поскольку красивые зелёные глаза змеёныша округлились, выдавая потрясённое: «Кто она?».

Глава 11

Виорика Мэтьюз.

Как только погас монитор, я повернулась, чтобы вызвериться на Алира:

— Какого космоса ты собрался спасать этого… императорского отпрыска? Зачем показал ему меня? Я так понимаю, что теперь у него добавилось поводов убить нас всех, кроме тебя?

В ответ этот… муж впился в мои губы требовательным, сладким поцелуем, напрочь выветривая злость из моего настроения.

— Тише, моя воинственная ваира, — оторвавшись от моих губ, сказал Алир, — я показал, кто вёл переговоры с ним. Даже угроза жизни, как и оставление в опасности членов императорского круга карается смертью. Слова женщины, тем более ваиры, не могут быть использованы в судебных спорах. Не хочу давать Талинору орудие для шантажа. И наоборот, теперь он не может убить кого-то из моего круга: у нас ещё нет потомства, поэтому высок риск, что я тоже умру вместе с тобой, — сказал бледный Алир, устало опираясь на кресло.

Намир и близнецы уже пришли в себя, но выглядели не лучше Алира.

— Прости, но мне нужно поговорить с отцом, пока Талинор не поднялся на борт, — сказал Алир, отправляя вызов.

На экране появилось лицо симпатичного мужчины с рыжими глазами моего старшего мужа, больше блондин ничем не походил на своего родителя. Я с интересом разглядывала раалийца, который максимум мог быть старшим братом Алира.

— Алир, я как раз получил сообщение от Совета о нападении на вас и собирался связаться с тобой сам. Как вы? Как ваира? Я безмерно благодарен этой смелой девушке за спасение ваших жизней, но как ты допустил её присутствие в рубке во время боя? — каким-то образом совместил беспокойство за жизнь сына и нагоняй ему мужчина.

Алир расширил диапазон захвата камеры, показывая моё присутствие.

— Благословенного космоса, прекрасная Вио-Ррика. Позволь представиться, Нэвис ри-Анор. Ты воистину подарок для нашего клана. Я безмерно благодарен тебе за всё, хотя и не понимаю, как мой сын мог подвергнуть твою жизнь такому риску, — искренне улыбнулся рыжеглазый шатен.

— Очень приятно познакомиться, Нэвис, но я возмущена вашим отношением ко мне. Я боевой пилот, Капрал Федерации, поэтому не вижу никакой возможности отстранить меня от полётов, — ответила я.

Понимаю, что это не очень-то учтиво, и, наверное, умная женщина на моём месте промолчала бы, но после знакомства с его сыном каждый мой день был настолько безумен, насколько это вообще возможно, и мои хорошие манеры ушли куда-то на второй план.

В ответ на мой гневный выпад свёкор наглым образом рассмеялся, вытирая слёзы с уголков своих глаз.

— Спасибо, дорогая Вио-Ррика, я уже много лет не смеялся. Вижу, моему сыну с тобой будет совсем не скучно, как и всему вашему кругу. И, тем не менее, настаиваю на повышенных протоколах безопасности по отношению к тебе, как ваире. У нас не принято, чтобы женщины воевали, — мягко, как неразумному ребёнку, сказал мужчина.

— Отец, Совет уж вынес решение по поводу произошедшего? — перебил наш обмен любезностями Алир.

— Нет. Решение будет принято на слушании при вашем личном присутствии. Тебе надлежит доставить Талинора и прибыть всем кругом в здание ратуши. Дивар проявил всё своё красноречие, пытаясь свести ваши разногласия к дружеской ссоре. Ему могло бы сойти с рук, если бы не смерть Рейва и Валиса. На императорский круг наложены значительные штрафы, поэтому они приложат все усилия, чтобы заключить с нами союз. Будь готов к тому, что щенок из шкуры выпрыгнет, лишь бы вклиниться в ваш круг. Ты ведь слышал о новом законе про близнецов? Не оставляйте Вио-Ррику в одиночестве ни на секунду.

— Мой круг был заключен раньше принятия закона. Присоединение к действующему союзу очень болезненно для ваиры. Я не позволю кому-то вклиниться в нашу семью, — возмутился Алир.

— Они предусмотрели и это: теперь все союзы не старше десяти лет, в составе которых есть близнецы, обязаны принять ещё одного мужчину, — как-то виновато сказал Нэвис, глядя на меня.

— Нет! — возмутилась я. — Я в этом идиотизме не участвую! Мало мне четверых мужей, давайте возьмём пятого? Как можно посчитать двоих мужчин за одного? Кто выдумал такой закон?

— Дело в том, что у близнецов одинаковый генофонд, поэтому давно обсуждалась возможность принятия их за одну семейную единицу. Наши рудники очень нужны императорскому кругу, чтобы удержать свою власть над Советом, поэтому они ускорили процесс принятия этой инициативы.

— Но мы ведь можем принять и другого мужчину. Необязательно это будет Талинор? — опасливо поглядывая на меня, спросил Алир.

— Вспомни, как ты собирал свой круг. В этот раз всё будет ещё более проблематичным. Хотя, конечно, Талинор — худший из всех возможных вариантов, — согласился свёкор.

— Я сказала, что никаких дополнительных мужей не будет. Я и с этими ещё не смирилась. Какая я дура, что не согласилась сразу на расстрел! — возмутилась я, но Намир меня нежно обнял и стал успокаивающе поглаживать по спутанным от тряски боя волосам.

Так не честно! Почему, когда он так делает, я не могу кричать и злиться? Я обернулась, сердито посмотрела на виноватое лицо Мира и окончательно сдулась.

— Никогда бы не поверил, если бы не увидел своими глазами, — сказал свёкор, с улыбкой наблюдая за моим укрощением. — Тебе придётся, Вио-Ррика. Если не хочешь, чтобы твоим мужем стал этот беспринципный, безжалостный щенок Талинор, то должна найти ему достойную замену.

— Где я её найду? — воскликнула я.

Хотелось ещё спросить, на кой мне это нужно, но спорить с очевидным глупо — мне навяжут ещё одного мужа.

— Я постараюсь что-нибудь придумать, — хмуро ответил Нэвис.

— Состыковка с шаттлом Вилесса завершена. Прибытие одного пассажира, — известила нас Нерида, прерывая наш разговор.

Прощаться у раалийцев, видимо, не принято, потому что свёкор просто отключился, не сказав ни слова.

— Вейс, ты сегодня охраняешь нашу ваиру. Пока мы не приземлимся, ты или Тайс постоянно присутствуете рядом. Надеюсь, необходимость пояснять не нужно, — распорядился Алир.

Вейс молча оттеснил Намира, осторожно приобнимая меня за талию. Возмущаться у меня уже не было никаких моральных сил, поэтому я облокотилась спиной на одного из близнецов, чтобы элементарно устоять на ногах. У меня всегда так: когда я чувствую опасность, то готова к любым чудесам физической выносливости, но потом расплачиваюсь приступами слабости и головной боли.

Талинор зашёл в рубку уверенной походкой хозяина положения несмотря на то, что фактически являлся чуть ли не пленником. Игнорируя присутствие моих мужей, он решительно направился в мою сторону, но путь ему преградил Алир.

— Тебя сюда не приглашали, Талинор. Мы обязаны спасти твою жизнь, а не предоставить моё судно и семейный круг в твоё распоряжение, — холодно сказал мой беловолосый муж.

— Мне без надобности твоя разбитая посудина, Алир. Я просто хотел познакомиться и выразить своё восхищение твоей ваирой. Или ты боишься, что я слишком её очарую, и она больше не подпустит к себе тебя и тот зверинец, что ты выбрал в качестве круга? — ехидно спросил Талинор, заставляя меня буквально закипеть от нахлынувшего гнева.

Всё моё самообладание уходило на то, чтобы просто молчать, не вклиниваясь в разговор мужчин, но за то, что он назвал парней зверинцем, я готова была выцарапать его глаза, даже несмотря на то, что они показались мне красивыми.

— Наша ваира не так глупа, чтобы купиться на внешнюю привлекательность. Кроме этого, в тебе больше ничего интересного нет, — парировал Алир.

— Ты не можешь запретить мне приблизиться к ней. Ты сам выбрал в семейный круг двух недомужчин. Твой круг не полон и я имею право ухаживать за вашей ваирой в надежде на принятие. Чем ты недоволен, Алир? Это ведь я войду в твой круг, лишаясь привилегий, а не ты в мой, что было бы значительно рациональней, — выдал этот самодовольный придурок.

Нет, мне он определённо не нравится. Только за то, как нервно дёрнулся Вейс, которого обозвали недомужчиной, я была готова набить морду змеёнышу.

— Уйди с дороги, Алир, и наблюдай за тем, как ухаживают настоящие мужчины, — добавил этот… смертник, заставляя мужа отойти.

Я настороженно наблюдала, как змеёныш приближается ко мне. Вцепившись в руки Вейсу, я ещё сильнее вжалась в него спиной, чувствуя успокаивающее тепло, исходившее от мужа.

— Позволь представиться, прелестная ваира. Моё имя Талинор ри-Атан. Выражаю своё восхищение твоей красотой и находчивостью. Мне жаль, что твои мужья недостаточно воспитаны, чтобы представить тебя пятому из сыновей императорского круга, — распинался засранец, изумляя меня своей наглостью.

— Не могу сказать, что мне приятно знать твоё имя. Ты подверг опасности жизнь нашего семейного круга, без сожаления подставил под удар своих союзников и оскорбил моих мужчин, значит, усомнился в моём вкусе. Моим мужьям виднее, с кем меня знакомить. Раз они не сочли нужным меня представить, значит, в личности пятого сына императорского круга нет для меня ничего, достаточно интересного. Был бы ты первым, я бы приняла тебя в качестве кандидата в свои мужья, — ехидно сказала я, игнорируя протянутую мне руку.

Змеёныш побледнел и опустил свою холёную ладонь, злобно сверкая на меня зелёными глазами.

— Я принимаю твой ответ, ваира. К счастью, первый из моих братьев не состоит в семейном кругу. Я сообщу о твоём желании семье. Уверен, они с радостью рассмотрят вхождение Трэя в ваш круг. Он станет достойным дополнением твоего зверинца, — скривился Талинор, теряя всякую привлекательность.

Чёрт! Я что, только что дала обещание связаться со старшим братом змеёныша?

Глава 12

Виорика Мэтьюз

После неприятной сцены знакомства с Талинором меня вместе с Вейсом выпроводили в каюту. Намир с Алиром и Тайсом отправились чинить Нериду, а нашего «гостя» отправили во вторую комнату Поскольку на крейсере всего две жилых каюты, то эту ночь, как и оставшийся путь до Раалии, мне предстоит ночевать со всеми своими мужьями.

В моей голове не особенно укладывалось, что несколько мужчин могут спокойно делить меня, не испытывая друг к другу ревности. При мысли о том, как я рассказываю Миранде о своих четверых с половиной мужьях, я зашлась почти истерическим смехом, представляя её удивлённые глаза и ехидные комментарии.

— Вио-Ррика, что с тобой? — испугался перепадов моего настроения Вейс, подавая мне стакан воды.

— Ничего, извини. Просто представила, что сказала бы мне подруга на всю эту ситуацию, — честно ответила я, выпивая воду.

— Ты очень смелая и сильная, наша ваира, но тебе нужно отдохнуть и расслабиться. Я приготовлю тебе ванну, только пойдём, постоишь рядом со мной. Я не могу выпустить тебя из поля зрения, — сказал близнец, целуя мне руки.

Приятно. Даже не знаю, что больше — нежные касания губ к пальцам, или искренняя забота и беспокойство в серых кошачьих глазах. Не видя причин сопротивляться, я кивнула, и мы направились в ванную комнату.

— Вейс, почему к вам такое отношение? — решила спросить я.

Парень напрягся, но ответил, продолжая наливать в набирающуюся воду какие-то жидкости и соли.

— Близнецы на Раалии редкость. Мы связаны между собой и можем вместе использовать доступные каждому из нас силы, что повышает нашу скорость, выносливость и физические возможности. У остальных мужчин это вызывает что-то сродни зависти. Мы не можем вступить в два разных семейных круга, поскольку будем страдать вдали от друг от друга. У нас действительно один геном на двоих, поэтому только один набор наследственных признаков добавляется нами в ним. Женщины неохотно соглашаются на круг в составе которого есть близнецы из-за этих особенностей и того, что они могут передаться по наследству.

— Я не вижу в этом ничего плохого, — не поняла я. — Кстати, вы вчетвером сформировали зерно нима, и оно прилепилось ко мне. Как это возможно — добавить ещё одного мужа? Вы говорили, что наш круг завершён.

— При выборе ваиры бывает такое, что она отвергает кого-то одного из заключивших договор, тогда ним исключает его геном, а новый круг формируется неполным и женщина сама может выбрать ещё одного мужчину на свой вкус и усмотрение. На это мало кто решается, ведь ритуал принятия весьма болезненный, но в нашем случае императорский круг будет настаивать на принятии тобой ещё одного мужа.

— Ты говоришь о каком-то выборе, но я не помню, чтобы моего мнения кто-то спрашивал. Я до сих пор не могу понять, как стала счастливой обладательницей четверых мужей, — удивилась я.

— Ты сама предложила Алиру танцевать. Мы, как младшие в союзе, присоединились позже, и ты приняла нас — захотела, говоря понятней.

— Чёрт, надо было соглашаться на сексбота, — пробормотала я, сетуя на проблемы, в которые влипла из-за своей неудовлетворённости.

— Не понимаю, при чём здесь сександроид? — удивился Вейс, выключая воду. — Залезай, я сделаю тебе расслабляющий массаж и потру спинку.

— Я сама. Спасибо, что подготовил ванну, но остальное — лишнее, — сказала я, пытаясь выпроводить Вейса и дать мне спокойно помыться.

— Я же сказал, что не оставлю тебя вне поля зрения, — настаивал парень.

— Не сходи с ума. Талинор может зайти в каюту, но, чтобы попасть в ванную комнату, ему нужно будет пройти через тебя, — приводила я разумные аргументы, только слушать их никто не собирался:

— Я не уйду, — выдал близнец, упрямо выдвинув подбородок и сжав губы.

Пенная ароматная ванна манила меня гораздо сильнее, чем возможность гордо обижаться немытой, поэтому я направилась к ёмкости, по привычке ища застёжки на одежде, забыв, что на мне ним.

— Отвернись хотя бы, пока я разденусь, — попросила я.

— Почему? Ты нас приняла. За что ты меня наказываешь? — обиженно спросил Вейс.

— Я не наказываю. Бездна! Я стесняюсь тебя, — честно сказала я.

— Намира ты не стеснялась, — надулся этот… муж.

Ну и как ему объяснить, что Намира я сама выбрала, а с ним просто смирилась? Гадство! Какой дурак придумал брак с четверыми мужчинами? Я решила оставить препирательства и залезть в воду в ниме, а там его убрать. Так я и сделала. С удовольствием ощущая, как в тёплой воде оголяется моё тело.

— Вейс, а почему вообще у вас такие семьи? Зачем женщинам столько мужей? — спросила я, нежась в ароматах неизвестных цветов и фруктов.

— Так было всегда. Женщин меньше, они слабые, а мужчинам вместе легче заботиться о потомстве, кроме того, от четырёх отцов получается самое красивое и талантливое потомство, — задумчиво ответил Вейс, сжав мои плечи своими сильными руками.

— Как это? Каждый ребёнок наследует признаки своего родителя или предков, какая разница, сколько мужей?

— У нас не так. Ним смешивает наши геномы и ребёнок рождается сыном или дочерью для каждого из круга. Иначе возникала бы ревность и ссоры, — сообщил мне Вейс, едва не заставив уйти под воду от шока.

— С ума сойти! — искренне удивилась я. — Всё равно, разве тебе не хотелось бы иметь свою жену, у которой ты будешь единственным мужем?

— Нет. Зачем? — нахмурился Вейс. — Я бы сходил с ума, будучи не в силах один позаботиться обо всех нуждах жены и потомства. К тому же без Тайса я не могу долго обходиться, тоскую.

Всё-таки другая культура — это другой взгляд на жизнь, но вопросов оставалось ещё много, а наглые ладони возмутительно приятно разминали мои уставшие плечи и шею. Забыв обо всём, я блаженно застонала от удовольствия, и этот… муж впился в мои губы голодным жарким поцелуем.

— Вейс, не нужно, — сказала я, мягко отталкивая его от себя.

— Извини. Ты такая сладкая и нежная, было трудно удержаться. Можно я ещё тебя поглажу, мне это доставляет удовольствие?

Не дожидаясь ответа, этот хитрый муж поймал мою пятку, мирно лежавшую на бортике, и принялся её умело мять, заставляя меня забыть о возмущении его бесцеремонностью. Вторую ногу я подала ему добровольно, наслаждаясь ласками. В какой-то момент массаж прекратился, сменившись не менее эротичным мытьём. Я так разомлела, что, если бы Вейс снова начал приставать, не смогла бы противиться, но он только скользил мочалкой по моему телу, а потом вынул из ёмкости, на ходу завернув меня в мягкую ткань.

Меня неуклонно морило в сон, но Вейс не дал мне уснуть, нагло ущипнув за сосок.

— Ты что творишь? — зашипела я.

— Тебе нужно поесть. Ты двое суток нормально не питалась, а сил потратила много. Просто не засыпай, я тебя накормлю, — сказал близнец, полностью сгоняя с меня дрёму.

Во-первых, я действительно была голодна, а во-вторых, если бы он стал меня кормить с ложечки, я умерла бы со стыда. И так расслабилась сверх всякой меры.

— Не нужно, я сама, — сказала я, забирая что-то, похожее на гибрид вилки и ложки из рук Вейса.

На прикроватной тумбочке стоял большой поднос с тарелками, наполненными тем самым мясом, от которого я героически отказалась утром, и чем-то, похожим на овощной салат. Я с жадностью набросилась на еду, наслаждаясь хрустом зелени и насыщенным вкусом соуса. Вейс, улыбаясь, протянул мне стакан с кисленьким соком провокационного голубого цвета, но весьма приятным и свежим.

— Спасибо. А ты почему не ешь? — удивилась я, увидев у него полную тарелку.

— Хотел поделиться с тобой, — с робкой улыбкой сказал Вейс. — Я, как и любой мальчик, мечтал, что нас с Тайсом выберут. Фантазировал, как буду ухаживать за ваирой, чтобы она не пожалела, что приняла близнецов. Ты позволишь мне?

Чёрт! Да что не так с этими раалийцами? Почему они относятся друг к другу, как к отбросам только из-за незначительных отличий?

Мне не хотелось отказывать Вейсу, но я и так объелась. Он смотрел на меня с такой надеждой, что я решила не отказываться.

— Давай сделаем немного иначе, — сказала я.

Приставив на себе что-то наподобие пижамы, я выбралась из простыни и перебралась на колени к парню, забирая из его рук прибор. Муж удивился, но ничего не сказал, внимательно наблюдая за моими действиями.

Я подцепила кусочек мяса и поднесла его к губам Вейса. Он немного помедлил, но аккуратно взял его, медленно прожёвывая. Я потянулась за очередной порцией, скармливая её Вейсу, но специально выпачкала его чётко очерченную губу и тут же слизнула с неё соус, заставляя парня вздрогнуть от чувственной ласки.

Мы когда-то с Тимом заказывали фондю в номер и так ужинали, перемежая гастрономическое удовольствие и бурный секс. Сейчас я не была уверена, что хотела именно соблазнить парня, скорее, показать, что он желанен и не имеет никаких надуманных изъянов, но, судя по сбившемуся дыханию и твёрдой плоти, упиравшейся мне в бедро, я перестаралась.

Отложив еду, сначала мы нежно гладили друг друга губами, а, когда этого стало мучительно мало, сорвались в жадный, полный огня и страсти поцелуй.

Я не успела заметить, как оказалась обнажённой на постели, а голодные губы близнеца опускались всё ниже, заставляя меня дрожать от предвкушения.

— Как мило. Похоже, я не вовремя, — раздался от двери ехидный голос змеёныша, заставляя нас с Вейсом оторваться друг от друга.

Глава 13

Виорика Мэтьюз

Подпрыгнув на кровати, я не сразу сообразила, что ним успешно сполз, оголяя меня для Вейса, и теперь этот… принц таращился на моё обнажённое тело. Я быстро исправилась, представив всё тот же комбинезон, но, по-моему, Талинор всё успел рассмотреть.

— Вас сюда не приглашали, — низким рычащим голосом сказал Вейс, а я перефразировала менее культурно, пользуясь тем, что с меня не смогут спросить за оскорбление высокородного придурка:

— Какого чёрта ты зашёл? Как вообще у тебя это вышло?

Сомневаюсь, что Алир дал ему допуск, поэтому мысль, что такое счастье может вломиться в любой отсек боевого крейсера, тревожила меня сильнее, чем его посещение моей спальни.

— Прекрасной воинственной ваире стоит поработать над своим воспитанием и этикетом, особенно если она не передумала становиться женой моего старшего брата. Я пришёл сообщить о том, что наш круг принял твою заявку на рассмотрение в качестве кандидата в мужья Трэя ри-Атона. Для нас, конечно, мезальянс — отдавать старшего из сыновей в качестве младшего мужа, пусть даже в славный род ри-Анор, но, учитывая особенности брата, родители согласны. Однако я советую тебе образумиться и перестать собирать в свой семейный круг всякие отбросы. Их и так у тебя достаточно, — распинался этот… змеёныш, сделав упор на словах «особенности» и «отбросы», и раньше, чем я успела высказать ему всё, что я думаю о его гнилой натуре, продолжил:

— Ты ведь человек и ничего не знаешь о нас и наших традициях. Так вот: твой муж Алир, стараясь избежать союза со мной, собрал в свой круг тех, с кем тебя никто не позовёт в гости, а твоих сыновей будут игнорировать в качестве кандидатов в соклановцы. Наш мир строится на силе: чем сильнее твои союзники, тем сильнее созданный семейный круг и клан. У вас пока только Алир заслуживает некоторого интереса со стороны общества, но выбранные им соратники не добавляют ему ни силы, ни престижа. Боюсь, мой брат тоже этой проблемы не решит, а я бы мог. Отбрось лживую мораль и ненужную скромность, в конце концов, только тебе решать, кого ты допустишь к своему сердцу и своему телу. К чему тебе эти бессмысленные жертвы? Ты можешь получить меня, или довольствоваться этим сборищем, к которому присоединишь моего подпорченного братца.

Признаюсь честно, мне становилось всё любопытней, что не так с этим Трэем, но больше прочего бесил этот… «подарок судьбы» собственной омерзительной персоной. Я называла его красивым? Забудьте! После того, как я узнала его немного лучше, даже его внешность вызывает тошноту, поэтому, дослушав его пафосную речь, я уже едва сдерживала свою ярость.

— Во-первых, ваше высочество, вы не ответили, как попали в нашу спальню без стука. Сами понимаете, ещё пара минут — и вы застали бы куда более интересное зрелище, поэтому меня, как скромную девушку, воспитанную в другой культуре, это несколько беспокоит, — напомнила я то, что меня больше всего тревожило.

Обойдя настороженного Вейса, я представила на себе то самое платье и направилась в сторону змеёныша, соблазнительно покачивая бёдрами. Мельком глянув на мужа, я едва не передумала воплощать в жизнь свой план: он смотрел на меня таким обиженным и разочарованным взглядом, что хотелось плюнуть на всё и подойти обнять парня.

Вспомнив все уроки этикета, в особенности курсы изящной словесности и невербального общения, которые у нас вела высокомерная тарианка лила Ванданимирель, я откровенно соблазняла Талинора, усыпляя его змеиную бдительность.

— Вот это, — змеёныш продемонстрировал мне портативный прерыватель странной модификации, выполненный в виде кулона, — печать императорского круга, она открывает любые двери.

— Как интересно. Могу я взглянуть? — почти мурлыкая, спросила я, скользя пальцами по руке принца.

— Конечно, прекрасная ваира, для тебя всё, что пожелаешь, — хрипло сказал змеёныш.

— Какая прелесть, — почти искренне восхитилась я. — Тоже такую хочу, — обиженно надула я губы.

Принц замялся, не особенно желая поддаваться на мою хитрость. А вообще интересно: у них все так остро реагируют на женщин, или это я такая неотразимая? Комплексов относительно внешности у меня не было, но и супер-красавицей я себя не считала.

— Печать я могу подарить тебе только на праздник нашего Единения, — сомневаясь, сказал Талинор, а потом резко сменил настрой на более сексуально-агрессивный: — Ты мне даже имени своего не назвала, строя из себя недотрогу, а уже покушаешься на самое дорогое?

— Я думала, что самое дорогое — это ваше сердце, мой принц, — сказала я, переместив поглаживание пальцев на грудь, в область предполагаемого нахождения этого органа.

— Ты уклоняешься от ответа, ваира. Как же зовут этот дивный цветок? — распинался Талинор, чувствуя себя победителем.

— Я скажу имя, если вы дадите мне эту прелесть поносить до свадьбы, или единения, как вы называете, — откровенно кокетничала я, надеясь на самонадеянность змеёныша.

— На это я могу пойти. Сокровище на сокровище, — предложил принц, протягивая мне руку с кулоном.

— Знаю я вас, красивых и умных. Сейчас обманите бедную девушку, — притворно надулась я, стараясь не скривиться от сального взгляда принца.

— Как я могу, о, прелестная? Всё будет предельно честно, — сказал Талинор, мерзко слюнявя мою руку.

— Я просто безо всяких обязательств с моей стороны называю вам своё имя, а вы даёте мне эту прелесть до праздника единения? — затаив дыхание, спросила я.

— Конечно, — промурлыкал этот гад, прижимаясь ко мне теснее необходимого.

В паре метров от нас зарычал Вейс, но я всем своим видом умоляла парня не вмешиваться, и он не стал, сжимая от злости кулаки.

— Прошу, — отдал мне кулон Талинор.

— Меня зовут Виорика, — сказала я, с силой наступая принцу на ногу и направляя своё колено ему прямиком в пах. — А это тебе за то, что оскорбил моих мужей, — мстительно прошипела я, спеша скрыться за надёжной спиной Вейса.

— Ах ты, стерва, — простонал Талинор, сгибаясь от боли. — Ты обманула меня! — сказал змеёныш со смесью удивления и восхищения.

— Это было несложно. Придётся тебе ждать, когда я найду нового мужа, чтобы вернуть свою печать, а пока покинь нашу спальню, — злорадно сказала я.

— Жаль. Я думал, что хоть у кого-то в вашей семье есть благоразумие, но, похоже, Алир подобрал себе ваиру под стать своему зверинцу. Обидно терять такую красоту. Со своим упрямством вы повторите судьбу большинства родителей Апира — вас просто вырежут однажды ночью, Вио-Ррика. Кстати, твоё имя идеально тебе подходит — такая же привлекательная и ядовитая, — прошипел принц, резко разворачиваясь и покидая нашу комнату.

Я обняла Вейса за талию и уткнулась лбом ему в грудь. Пару минут мы просто молчали, пока тишину не нарушил Вейс:

— Прости меня, Вио-Ррика, — хрипло сказал муж, обнимая меня.

— За что?

— За то, что не посмел ему возразить и за то, что поверил, что ты такая же, как все они, — тихо сказал Вейс.

— Хорошо, что ты не стал с ним спорить, если я правильно поняла, то нас бы за это наказали, и рада, что ты не вмешался в мою игру. Ты меня ещё не настолько хорошо знаешь, чтобы верить мне безоглядно. А что, ваши женщины действительно себя так глупо ведут? — спросила я, толкая Вейса на кровать.

— Да. Большинство из них так и общаются, — признал он, безмерно удивляя меня.

— Тогда я точно не впишусь в общество. Скажи, а то, что Талинор говорил о родителях Апира, это правда?

— К сожалению, да. Это давно было, но всю наследственную ветвь, кроме Нэвиса и Апира, убили однажды ночью. Несмотря на всё влияние некогда сильного клана ри-Анор, расследование проводилось формально, и найти виновных так и не удалось.

— Мне жаль. Сколько тогда было Апиру? — спросила я, рисуя узоры на груди мужа.

— Меньше года, — сказал он.

Повисла долгая тяжёлая пауза, которую прервал Вейс:

— Вио-Ррика, прости за то, что я тебе сейчас скажу. Остальные не одобрят моего решения, но ты должна знать: Талинор во многом был прав, слиться с императорским кругом и дать им доступ к деньгам Апира — это единственный способ обезопасить нашу семью. Наши проблемы не закончатся никогда. Алир действительно зря выбрал нас в союзники. Никто из нас не сможет защитить клан от власть имущих, хотя будет предан до последней капли крови. Может, Трэй спас бы нас от этой участи. Насколько мне известно, он не жесток, даже милосерден, что считается недостатком среди членов императорского круга, но ему это прощают, так как он сильно травмирован и считалось, что ни одна женщина не примет его в свою постель, и в клан соответственно. Я понимаю, что всё это слишком для тебя и не стал бы тебе этого говорить раньше… — тихо сказал Вейс, отводя от меня взгляд.

— Почему раньше, а что изменилось? — зацепилась за слова Вейса я, сама не зная, на что провоцирую парня.

— Раньше мне не было страшно умереть. Тайс и Намир тоже с гордостью отдадут жизнь за Алира, он много для нас сделал, но я боюсь потерять тебя. Мне страшно, что однажды я не спасу тебя, как Нэвис не спас свой круг и свою Нериду, — признался близнец, подминая меня под своё сильное горячее тело.

— Спасибо, — сказала я, нежно целуя Вейса.

— За что? — удивился он.

— За то, что сказал и за то, что тебе небезразлична я.

— Ты дорога мне, Вио-Ррика, каждому из нас. Может, для тебя всё слишком быстро и рано, но мы не люди, и мы тебя чувствуем: ты тёплая, наша ваира.

Дальше слова были лишними. Вейс томительно нежно ласкал меня, покрывая лёгкими поцелуями каждый сантиметр моей кожи, пока я не взмолилась:

— Вейс, прошу, — простонала я, не в силах вынести этой пытки лаской.

— Смотри на меня, я хочу видеть твоё удовольствие, моя ваира, — хрипло сказал муж, толкаясь в меня.

От наслаждения хотелось зажмуриться, но в его взгляде было так много всего, что я просто тонула в этих эмоциях. Теперь я понимаю, почему секс иначе называют близостью: никто и никогда не был мне так близок, как Вейс в тот момент. Мы двигались и стонали, теряли дыхание и лишались голоса, но не отводили друг от друга глаз, пока нас не поглотило одно на двоих ошеломительное удовольствие.

Потом мы долго молча гладили друг друга, не находя правильных слов, чтобы описать, как важно было то, что произошло, но, наверное, это и не требовалось. Впервые за последние несколько дней я уснула счастливой.

Глава 14

Виорика Мэтьюз

В том, что я была замужем за четверыми молодыми мужчинами, имелись свои плюсы: моё утро начиналось томно: кто-то нежно целовал мне спинку, приятно щекоча кожу тёплым дыханием.

— М-м-м, доброе утро, — пробормотала я, сгребая в объятия Вейса, как я думала.

Парень охотно ответил, только поцелуй был другим. Открыв глаза, я удивлённо смотрела всё на того же Вейса.

— Тайс? — наконец сообразила я, что передо мной второй близнец.

— Доброе утро, ваира. Я рад, что ты нас не путаешь, — сказал он, и потянулся ко мне с поцелуями, но я упёрлась руками парню в грудь.

— Извини, я всё же обозналась, — не подумав сказала я, наблюдая, как эмоции меняются на выразительном лице от умиротворённой радости до жгучей обиды.

— А в чём разница? Я тоже твой муж, и ни в чём не провинился! — сказало это сероглазое чудо, забавно надувая губы.

— Опять вы с этим «провинился»! У вас, что принято мужей наказывать сексом? — спросила я, выбираясь из постели.

— Да, — хмуро ответил мне Тайс, намереваясь идти со мной.

— Ну, уж нет! Ты не пойдёшь со мной в уборную и ванну. Если хочешь, сиди под дверью. Талинор всё равно не зайдёт без своего королевского прерывателя, — пробормотала я, закрывая дверь перед носом Тайса.

— Вейс рассказывал нам, как ты вчера эпично обломала Лина. Жаль, что я этого не видел, — весело произнёс из-за двери Тайс.

— Кстати, а ты не знаешь, что не так со старшим из императорских отпрысков? — спросила я в надежде удовлетворить своё любопытство.

— Нет. О нём мало что известно. Говорят, Трэй пострадал в тот день, когда погибла первая ваира и двое мужей императорского круга. Ему тогда было три года. В свете он не показывается, иначе можно было бы просмотреть записи. Ты переживаешь за то, что упомянула его, как кандидата в возможные мужья?

— И да и нет, просто очень любопытно. Талинор несколько раз повторил, что у брата есть дефект, но, учитывая какие у вас дурацкие критерии оценки личности, не удивлюсь, если парня мучают прыщи и этим он оскорбляет тонкий вкус раалиских девиц и светского общества, — вполне серьёзно сказала я.

За дверью раздался раскатистый заразительный смех Тайса.

— Ты неподражаема, наша маленькая ваира. Нет, такой проблемой, как прыщи, что бы это ни было, раалийцы не страдают. Он наследник старшей ветви, и, раз до сих пор не создал свой круг и не вошёл в чей-то, значит, травма действительно имела место быть и нанесла непоправимый вред его здоровью, — отсмеявшись, сказал второй близнец, всё так же стоя под дверью.

— Ну ладно. Думаю, и одноногий Трэй лучше безглазого Талинора, — философски сказала я, выходя из ванной комнаты.

— Почему безглазого? — не понял Тайс.

— Потому что, если меня заставят принять этого засранца мужем, я выцарапаю ему глаза. И с языком тоже лучше что-то сделать, — пробормотала голодная и оттого кровожадная я.

Очередной приступ смеха Тайса донёсся уже из ванной, которую парень занял после меня.

Вчерашний ужин был давно забыт, и мой организм, привыкший к строгому распорядку дня, требовал пищи громкими руладами желудка.

— Совсем заморили голодом ваиру, — притворно сокрушался Тайс, выходя ко мне. — Пойдём, я приготовлю тебе завтрак, а ты расскажешь мне какую-нибудь занимательную историю. Можешь рассказать, что ещё хотела бы сделать Талинору, это тоже меня несказанно порадует, — сказал парень, насмешливо целуя меня в нос.

— Нет, про Талинора на кухне говорить нельзя: это, как минимум грозит всем нам несварением. Я лучше тебе помогу, — сказала я, представляя, как ним меняет форму на полюбившийся мне комбинезон.

Отличная вещь этот ним. Я его уже обожаю, и даже маленькая чёрно-синяя клякса под грудью меня не смущает. Императорскую печать я повесила на грудь, и на всякий случай спрятала за нимом.

— Поможешь? А ты умеешь готовить? — заинтересовался Тайс.

— Да-а-а, — почти уверенно соврала я.

Дело в том, что с моей жизнью тратить время на готовку было некогда. Даже в командировках и редких отгулах я питалась в кафе или заказывала пищу в номер. Один раз я решила приготовить Тиму омлет, но это был не то, чтобы удачный эксперимент.

— Ну ладно, — недоверчиво протянул Тай, видимо, оценив искренность моего ответа. — Будешь вдохновлять меня своим присутствием и рассказами о том, какое ты придумаешь поощрение мне, как самому заботливому и хорошему из мужей, — с лукавой улыбкой сказал «скромный» Тайс, обнимая меня за талию.

— Не знаю, не знаю. Думаю, прежде чем раздавать авансы, я попробую доказательство твоей полезности и замечательности, — парировала я.

У близнецов такая красивая улыбка, что на неё невозможно не ответить, а Тайс обладал лёгким и приятным нравом, что настраивало меня на позитив. Вообще я по жизни скорее реалистка, чем кто-то ещё, но не люблю долго грустить и предаваться унынию даже в трудных ситуациях. Загадочный принц и его дефекты казались чем-то невообразимо далёким, а сейчас можно было травить байки с Тайсом на кухне в ожидании сытного завтрака.

— Тайс, а где парни? Как ремонт Нериды? — спросила я, присаживаясь поближе к плите в надежде стащить что-то в процессе готовки.

— Вейс и Алир подготавливают Вилессу, чтобы отбуксировать её домой. Намир вчера закончил работу с ускорителями, а сейчас занимается ядрами двигателя, поэтому его не стоит лишний раз отвлекать.

— Ой, я совсем забыла! У меня же есть портативный набор для ремонта таких поломок. Нужно срочно отнести его Намиру, — спохватилась я, вспоминая о заветном сундучке, стоившем мне целое состояние.

— У тебя с собой вместо женских штучек набор по калибровке ядер? — спросил у меня Тайс с таким видом, как будто у меня за спиной выросли крылья, а на лбу появился третий глаз.

— Да, нужно отнести, — сказала я, порываясь подняться с места и бежать за ним, но громкий, заливистый смех Тайса меня остановил, заставив немного обидеться.

А чего он? Я что, зря этот сундучок купила и таскаю?

— Я всем это расскажу. Что ещё в твоём чемодане, кроме этого незаменимого для каждой девушки прибора? Может, ядерный реактор, или обшивка корпуса? — продолжал веселиться близнец.

— Нет. Только грамоты, удостоверения и немного одежды. Не вижу ничего смешного. Давай отнесём? — предложила я немного отложить приготовление завтрака.

— Поверь, Намир любит хорошо поесть и завтраку обрадуется больше, чем инструментам. У него есть свои, — расстроил меня парень.

Я даже подумывала надуться, но запах чего-то совершенно фантастического, громко шипящего на раскалённой печи, напрочь выбил кровожадные мысли из моей головы.

Наблюдая за тем, как я нетерпеливо ёрзаю и выглядываю из-за его спины, Тайс добродушно усмехнулся и накидал мне в тарелку горячих лепёшек, напоминающих что-то среднее между блинчиком и оладьей. Джем, который он мне поставил в чашечке, так же, как и вчерашний сок, был неестественно голубым, но, зная вкус этого фрукта, я уже не смутилась, щедро намазывая его на горячее лакомство.

— М-м-м, — застонала я от гастрономического оргазма. — За это ты определённо заслуживаешь поцелуя и звания «Муж года», — бормотала я с набитым ртом, вызывая очередной приступ веселья у Тайса.

Он подкладывал мне свои замечательные лепёшки, пока я окончательно не объелась.

— Всё, не могу больше, — с трудом выдохнула я, поглаживая немного округлившийся от моего обжорства живот.

— Хорошо. Сейчас я сложу остальное в контейнеры, и отнесём поесть парням, — сказал Тайс, ловко наполняя мудрёные многоячеечные ёмкости.

— Только сначала я собираюсь требовать свою награду. Со званием, так и быть, немного подожду, — приближаясь ко мне, сказал Тайс, наклоняясь для поцелуя

Парень был таким очаровательным и милым, что мне и самой не терпелось его поцеловать. Наверное, это неправильно — испытывать чувства к нескольким мужчинам, но мне не оставили особого выбора. Всегда можно оправдаться, что я просто старательно выполняю приказ, но мне просто нравились мои мужья.

— Интересно, это вчерашний, или ты уже сменила себе зверька? — ехидно спросил Талинор, по традиции прерывая нас на самом интересном месте.

— У тебя есть ещё один прерыватель? — удивилась я.

— Нет. Алир дал мне доступ к кухне и каюте, но трюк с печатью я тебе ещё припомню, мой ядовитый цветочек, — сказал змеёныш, вынюхивая что-нибудь вкусненькое, но я предусмотрительно сгребла контейнеры, лишая возможности этого… принца стянуть один из них.

— Я не твоя. Ты забыл? Мы скоро станем родственниками. Твои родители меня одобрили, и я всерьёз намерена рассмотреть твоего брата в качестве кандидата в супруги, раз ты так его рекомендовал. А ты подаришь мне прерыватель на наше с Трэем единение? — лукаво спросила я.

Конечно, дразнить Талинора — не самая хорошая мысль, но я не могла удержаться, наблюдая, как он скорбно поджимает губы.

— Это мы ещё посмотрим. Когда ты откажешься от своего глупого упрямства, я приму тебя, моя будущая ваира, а пока позволю тебе заблуждаться, — самодовольно сказал змеёныш, выделяя слово «моя».

Чёрт! Я уже согласна на пятого мужа, лишь бы узнать, что же не так с этим Трэем.

Пока Талинор с видом страдальца доставал с полки сухпаёк, мы с Тайсом, собрав контейнеры, пошли разносить завтрак парням.

Сначала увидели бледного усталого Алира и цветущего Вейса, а потом зашли в машинное отделение, накормить Намира.

— Я принёс завтрак. Твои любимые таки, перекуси, — сказал Тайс, но в ответ мы услышали лишь рычание Мира. — Не рычи, я с Вио-Ррикой.

Намир засуетился, выползая своим крупным мускулистым телом из-под регулятора ядра.

— Ррика, — с улыбкой стиснул меня здоровяк, лаская своими волшебными глазами. — Я рад тебе. Мы пришли поздно, а ушли рано. Я так хотел тебя обнять, — сказал Мир, заставляя меня растаять.

Пару минут мы самозабвенно обнимались и целовались, а потом Тайс вынул меня из рук Мира, ворча, что он испачкал всю меня и придётся купать ваиру. При воспоминании о том, как это делал его брат, по коже побежали мурашки предвкушения, но от приятных мыслей меня отвлёк разговор мужчин.

— Мир, ты не поверишь, что в чемодане нашей ваиры! — едва сдерживая смех, сказал Тайс.

— Прости, друг, но если это не прибор для калибровки, то мне сейчас не до того. Наш только что приказал долго жить, а на корабле его высочества нет ни одного инструмента! Как можно так летать?

Тайс рассмеялся, хватаясь за живот, и никак не мог остановиться, чтобы ответить недоумевающему Намиру, а я скромно потупилась, не желая портить близнецу шутку.

— Мы снова возвращаемся к тому, что возит в чемодане наша ваира, — вытирая слёзы из уголков глаз, сказал Тайс.

Глава 15

Виорика Мэтьюз

На то, как я буду доставать калибратор из чемодана, мужья собрались полным составом. Алир и Вейс пришли на звуки веселья Намира и Тайса, а потом отправились с нами.

Под недоверчивыми взглядами раалийцев я достала прибор, радуясь, что он пригодился и больше не придётся беспокоиться о нём.

— Зачем? — недоумевал Алир, которому я поломала картину мира, таская с собой этот кейс.

— Я пилот и у меня были на то причины, — тихо скала я.

— Расскажи, — нахмурился Намир, видя, как изменилось моё настроение.

— Это грустная история, — криво улыбнулась я.

— Пожалуйста, ваира, расскажи, — в один голос галдели близнецы, а Алир просто кивнул.

— Ну, ладно, хотя я предпочла бы не портить вам веселье, — сдаваясь, сказала я, пока Намир поднимал меня на руки и присаживался вместе со мной на диван.

— Я вожу его с собой уже четыре года, с того момента, как едва не погибла одна на поломанном шаттле, без надежды на спасение.

Мы тогда только закончили академию. В нашем потоке было всего пять пилотов боевых единиц, в основном парни: Дерик, Роберт, Ник и Алекс. Все, кроме меня и Дерика попали младшими пилотами на тяжёлые крейсеры, а нам доверили маленькие боевые шаттлы, гораздо меньше и старше той же Велессы. Это считалось очень почётным. Нас выделили, как талантливых и перспективных молодых офицеров, способных на самостоятельные решения и персональную ответственность. Мы патрулировали пограничные районы пятьсот сорок девятого сектора. Там тогда уже было неспокойно, но боевых действий не было. Только редкие группы пиратов и диверсанты антиглобалистов портили нам жизнь.

Мы служили в звене с Дером и Милиссой Вейн, она была старше нас на пять лет. Её поставили главной над нами. Дер и Мила оба были весёлыми ребятами, и я любила их почти так же сильно, как Миру и Раса. Полгода всё было весьма неплохо: конечно, мы участвовали в различных столкновениях и задерживали преступников, но за столь короткий срок все трое получили не одну награду и даже повышение, но в один день всё пошло не так — мы попали в ловушку.

Нас ловко одурачили, заманив быстрым небольшим шаттлом за пояс астероидов, содержащих магнитную руду. Воспользовавшись помехами в эфире, создаваемыми минералом, нас умело разбили группой шаттлов, прятавшихся там.

Не буду вдаваться в подробности, но Милу и Дера убили, взорвав их. Я сумела спрятаться за их обломками. Из-за той же руды сканеры применить не было возможности и меня не нашли, но взрывом повредило мой старенький реактор. В итоге я осталась одна на неподвижном судне среди метеоритного пояса, не позволяющего связаться с Корпусом.

Меня не искали. Каждому выпускнику академии вшивают маленький передатчик. Как только он перестаёт пеленговаться, человека списывают, как погибшего. За неделю, что я болталась среди астероидов и обломков, оставшихся от друзей, я много раз успела проститься с жизнью, но не умерла. Меня нашли сотрудники Минералиндастриз, собиравших руду.

После всего я стала бояться космоса, не могла летать на одиночном шаттле или челноке, а это почти профнепригодность. Мира видела, как я переживаю, и они с Расом много говорили со мной, поддерживали, убеждали. В итоге я решила, что, если бы смогла исправить поломку, то сумела бы добраться до заставы. Я прошла курсы механиков, купила этот чемоданчик, истратив все сбережения, и посещала военного психолога, но сумела снова выйти в космос в одиночестве. Со временем страх забылся, а чемоданчик остался. Из-за высокой цены я возила его с собой из чистого упрямства, в надежде, что пригодится, и вот, — как можно оптимистичней сказала, заканчивая свой рассказ.

В каюте стояла тишина, а на меня с каким-то странным выражением смотрели четыре пары глаз.

— Бросьте, это было давно. Я пережила всё это и… — закончить мне не дали, тиская и покрывая поцелуями лицо, руки, в общем, кто до чего добрался.

Я действительно отпустила ту боль. По прошествии времени осталась только грусть и, наверное, осторожность, но такая острая реакция парней вызвала нежданные слёзы, смущая меня неожиданной слабостью.

— Всё, хватит, — хрипло сказала я, вытирая слёзы. — Ваш смех мне нравился больше. Как скоро мы сможем выдвинуться?

К моему облегчению, каждый из парней нежно поцеловал меня в щёку, вытирая ненужную влагу, и они один за другим стали подниматься с того клубка тел, в который превратился небольшой диван.

— С этим, — сказал Намир, указывая большой рукой на заветный кейс, — выдвинемся через пару часов.

— Вилесса надёжно зафиксирована, но всё равно немного нас задержит. Думаю, через пару суток мы будем дома, — сказал Алир.

Пока парни расходились по своим делам, Тайс забрал меня с коленей Намира, не позволяя стать ногами на пол.

— Тайс, ты чего? Поставь, я не немощная, — со смехом сказала я, не понимая реакции близнеца.

— Нет, ты очень сильная, но с нами ты будешь просто любимой. Мы будем тебя беречь, — сказал он, нежно целуя в губы и умудряясь при этом нести меня в ванную комнату.

— Заманчиво, но я предпочитаю пользоваться своими ногами, — лукаво улыбнулась я, обнажая приподнятую ножку.

Заинтересованный мужской взгляд почти ощутимо скользнул по голой коже, а зрачки Тайса немного расширились, но он поставил меня на пол и принялся готовить ванну.

— Вчера Вейс тоже наполнял мне ванну. Может, не стоит тратить столько воды? — спросила я, ведь привыкла экономить этот ценный ресурс.

— Не беспокойся. Вода потом очищается от примесей, фильтруется и используется снова, — заверил меня Тай, колдуя с пенными жидкостями и цветными кристалликами солей.

Когда емкость наполнилась водой, я, нисколько не смущаясь Тая, стала медленно оголяться. Почему-то вчерашней нерешительности, как перед его братом, я не испытывала. Мне нравилось, как парень украдкой бросал на меня жадные взгляды, полные страсти, но при этом не решался приблизиться и обнять.

Максимально эротично я переступила гладкий бортик и опустилась в ароматную воду, издавая при этом стон удовольствия.

Тайс шумно сглотнул, а в районе паха его ним натянулся заметным бугром, но он не приближался ко мне, только краснел и стрелял глазами.

Просто мыться мне уже было скучно. Я задалась целью спровоцировать второго близнеца на более активные действия, чем голодное созерцание меня, погружённой в пену.

Я приподняла груди над водой и стала томно массировать их мыльными руками, издавая при этом тихие стоны, а когда покрутила пальцами сжавшиеся соски, Тайс застонал и стал оголяться, предоставляя моему взору своё красивое, тренированное тело.

— Ты специально? — хрипло спросил Тай, несмело приближаясь ко мне.

— Ты так мило краснеешь, не смогла удержаться, — с улыбкой призналась я. — Иди ко мне, позвала я, подвигаясь в воде.

Мне всегда было интересно сделать это в воде, но в том отеле, где мы останавливались с Тимом, была крохотная ванна, и такой опыт был бы скорее акробатическим и комичным. Здесь и размер ёмкости и мужчина меня вполне вдохновляли на познание чего-то нового.

Упрашивать Тайса не пришлось, он шагнул в воду, притягивая меня на себя сверху. Мы упоительно целовались и тёрлись друг об друга телами, не соединяясь.

— Ты сводишь меня с ума, ваира. Пойдём в постель? — хрипло сказал Тай, пытаясь отстраниться.

— Нет. Давай здесь, — предложила я, удерживая парня за плечи.

Подвинувшись выше, я поёрзала на его возбужденной плоти, направляя её в себя. Тай прикусил губу и протяжно застонал, рождая во мне острое желание, заставить его шуметь ещё громче.

Раскрасневшийся мужчина с шалыми от возбуждения глазами, искусанными губами, громко стонущий, пока я объезжаю его бёдра, был прекрасен. Моё наслаждение нарастало, заставляя дрожать от напряжения, но я хотела видеть его глаза в момент кульминации, поэтому несильно дёрнула его за короткие влажные пряди.

— Смотри на меня, — хрипло сказала я, наслаждаясь удовольствием и обожанием, явно читавшимся в серых омутах.

— Не могу больше, — простонал Тайс и начал содрогаться, отправляя нас за грань ослепительного удовольствия.

Мы хрипло дышали, ощущая отголоски пережитого оргазма. Тёплая вода немного остыла, щекоча наши разгорячённые тела.

— Давай выбираться отсюда, — тихо сказал Тай, нажимая на кнопку слива.

Включив тёплый душ, муж ловко вымыл мне волосы и смыл с нас мыльную пену, первым выбираясь из ванны.

— Так нечестно, я тоже хотела тебя помыть, — наигранно капризничала я, протягивая руки Таю.

— Если ты сейчас ко мне прикоснёшься, то мы продолжим здесь, а всё же предпочту уложить тебя на мягкую постель, чтобы не беспокоиться о том, что могу тебя травмировать, — непреклонно сказал мужчина, стирая с меня влагу мягкой тканью.

— Ты меня искушаешь, — промурлыкала я, млея от нежных касаний.

— Я на это очень надеюсь, — лукаво улыбнулся Тай, становясь неотличимым от Вейса.

Перебравшись в кровать, мы продолжили, не в силах оторваться друг от друга. Нежность Тайса, его податливость просто сводила меня с ума, делая немного агрессивной и настойчивой. Никогда раньше не замечала за собой таких качеств, с другой стороны, никогда раньше у меня не было четверых мужей одновременно.

Прошло всего пара дней, а мне уже наплевать на мораль и воспитание, я открыто признаю, что хочу их всех. Мысль о том, каким окажется Алир, когда появится возможность побыть с ним наедине, теперь вызывала у меня предвкушение, не омрачённое страхами и сомнениями.

— О чём ты думаешь? — спросил меня Тай, когда мы расслабленно обнимались после третьего оргазма за день.

— О том, что я, наверное, сошла с ума, раз испытываю так много к вам всем, — честно признала я.

— Почему? — удивился Тайс. — Это естественно. Ты нас приняла. Выбор — это не просто танец. Нум Алира активировал наш ним, и он стал, грубо говоря, примерять геном каждого из нас к тебе, а твой к нам. Это не просто договорной брак, который принято заключать у людей — мы действительно связаны. Теперь мы твои, а ты наша. Что плохого в том, что между нами есть притяжение?

— Ты не поймёшь. Всё это странно для меня, так же, как вам странна моногамия. Я спрашивала у Вейса, он так удивлялся, — улыбнулась я, вспоминая наш разговор.

— Мне очень не хочется, но нужно выбираться из постели. Обед мы пропустили, скоро ужин. Мне нужно всех накормить, — сказал Тай, подавая мне руку.

В этот момент кто-то требовательно постучал в дверь.

Глава 16

Виорика Мэтьюз

Пока я приводила себя в порядок, Тайс пошёл встречать гостя. В личности стучавшего сомневаться не приходилось, ведь нас на крейсере всего шестеро, и все, кроме Талинора, имеют свободный доступ в каюту.

Когда я вышла из ванной комнаты, его мерзкое высочество что-то злобно шипел моему Таю, но, как только я показалась, отстранился от близнеца и подарил мне ослепительную улыбку.

— Прелестная Вио-Ррика, я устал томиться в ожидании нашей встречи. Признаюсь, твой острый язычок и непокорный нрав лишили меня покоя. Ты просто не можешь отказать мне в любезности провести несколько часов в твоём обществе, — елейно пел Талинор, профессионально стреляя своими красивыми глазами и играя ямочками на щеках.

— Почему не могу? — удивилась я.

— Такая красавица не может быть столь жестокой. На крейсере совершенно нечем заняться, я тоскую, — притворно надул идеально вылепленные губы, раздражая своей манерностью принц.

Я только открыла рот сказать очередную колкость, отшивая надоедливого раалийца, но меня перебил Тайс.

— Мы планируем приготовить ужин. Вы могли бы составить нам компанию и развлечь Вио-Ррику, пока я буду занят, — примирительно сказал муж, удивляя меня своей лояльностью по отношению к змеёнышу.

Исключительно от удивления, а также не желая ставить авторитет Тайса под удар, я не стала возражать и последовала за мужчинами в столовый блок.

По пути наглый принц даже предпринял попытку перехватить мою руку у Тая, но я не дала ему такой возможности, грубо оттолкнув.

— Не могу понять твоего упорного нежелания принять меня в качестве твоего мужчины, — наигранно сокрушался Талинор, присаживаясь настолько близко ко мне, что наши тела практически соприкасались.

— Как и я не понимаю твоего назойливого внимания. Состояние Алира, конечно, весомый аргумент, но не проще ли передать почётную обязанность вступать в нашу семью другому родственнику? — прямо спросила я, удивляясь его настырности.

— Не буду отрицать: моей семье очень нужны рудники клана ри-Анор, но, помимо всего прочего, я действительно покорён, о, воинственная ваира, — сказал змеёныш, опять пытаясь взять мою руку, однако, получив по наглым конечностям, сделал вид оскорблённой невинности.

Не знаю, сколько бы мы препирались с Талинором, но на кухню вошли Вейс с Намиром.

Я искренне улыбнулась парням, радуясь возможности сбежать от неприятного собеседника.

Вейс, поцеловав меня в щёку, отошёл к варочной панели, помогая колдовать своему близнецу, а Намир сгрёб меня в свои надёжные объятия, осыпая щекотными поцелуями тыльную сторону шеи.

— Где Алир? — спросила я, поворачиваясь лицом к Миру.

— Мы, наконец, выдвинулись домой. Алир включил автопилот, но пока контролирует движение Нериды с дополнительным грузом в виде буксируемой Велессы.

— А можно я? — попросила я, едва не подпрыгивая на коленях Намира.

— В этом нет необходимости. Как только он убедится, что системы после ремонта функционируют в штатном режиме, то присоединится к нам, — сообщил Мир, отодвигаясь вместе со мной по узкой длинной скамейке подальше от Талинора.

На какое-то время разговоры стихли. Близнецы готовили что-то фантастически вкусное, судя по аромату, наполнившему помещение. Намир очень приятно поглаживал мне спину своими большими тёплыми ладонями, а высочество, видимо, страдая от голода после утреннего сухпайка, тоже замолк, время от времени неодобрительно поглядывая на держащего меня Намира.

В надежде выяснить интересующие меня факты я рискнула обратиться к змеёнышу:

— Могу я полюбопытствовать?

— Конечно, моя прекрасная Вио-Ррика, — расплылся в очередной приторной улыбке Талинор.

— Какого рода травму получил твой старший брат?

— Почему он тебя так интересует? — насторожился змеёныш, сверкая на меня недовольным взглядом.

— Я любопытна, — кокетливо улыбнулась я, надеясь получить ответ, но в этот раз Талинор не повёлся на мою уловку.

— Это невежливый вопрос. Тебе ни к чему забивать свою прелестную голову моим старшим братом и проблемами моей семьи. Я оценил твоё желание подразнить меня возможностью принятия Трэя, но считаю, что наши игры уже зашли далеко. Я — тот, кто станет замыкающим круг твоим мужем, поэтому обсуждать травму брата считаю излишним, — строго сказал этот… принц, заставляя меня буквально задохнуться от возмущения.

— Чёрта с два! Я ни за что с тобой не свяжусь. Теперь я просто обязана принять Трэя, чтобы выяснить, почему ты так о нём отзываешься, — запальчиво сказала я.

— Мой брат не встречается с женщинами просто чтобы удовлетворить их любопытство. Родители могут заставить его присутствовать на церемонии познания. Ты продолжаешь настаивать на проверке совместимости с Трэем ри-Атоном? — холодно спросил гадёныш.

— Настаиваю, — уверенно сказала я, отмечая, как Вейс незаметно для остальных кивнул, а Намир подо мной наоборот напрягся.

— Раз ты не желаешь решить вопрос по-хорошему, то будет тебе Трэй. Я принимаю твои слова как официальное заявление ваиры клана ри-Анор на завершение неполного круга, — сказал Талинор, нажимая какие-то символы на своём широком браслете. — Когда ты сочтёшь его неприемлемым, мой клан будет вправе заменить Трэя единственным свободным от обязательств наследником без физических недостатков — мной, — злобно прошипел принц.

Прихватив с собой одну из тарелок, которые успели наполнить близнецы, змеёныш ушёл не оглядываясь.

Пару минут все молчали, осмысливая произошедшее.

— На что я только что подписалась? — хмуро спросила я, стыдясь собственной несдержанности.

Ведь прекрасно же знаю, что у раалийцев устные обещания приравниваются к контрактам и всё равно вышла из себя из-за заносчивости Талинора.

— Всё сложно, — тихо вздохнул Намир.

— Если упростить наши законы, то ты только что ограничила свой выбор Трэем или Талинором ри-Атоном.

— Объясни, — попросила я, стараясь понять, куда влипла.

— Помнишь, Талинор говорил, что твоё желание рассмотреть Трэя одобрили императорским кланом? — спросил Вейс.

— Да, помню, — согласилась я.

— Сейчас, имея одобрение семьи претендента, в присутствии одного из его родственников ты изъявила желание пройти церемонию познания.

— Что плохого в том, что мы познакомимся с этим Трэем? — удивилась я.

— Церемония познания это не то знакомство, которое ты представляешь, так иначе называют единение. В ритуальном зале вы должны будете выпить напиток, который воздействует на твой организм примерно так же, как танец выбора. Итогом ритуала будет либо секс и болезненное слияние нума и нима, либо ты отвергнешь Трэя, тогда его заменит Талинор. Ты будешь не в себе от желания и вряд ли отвергнешь его в таком состоянии, — тихо сказал Намир, крепко сжимая меня в объятиях, наверное, опасаясь, что я опять убегу или выкину очередную глупость.

— А без напитка нельзя? В смысле, плохо, что мне придётся переспать с искалеченным незнакомцем, но это лучше, чем очнуться в объятиях Талинора, — тихо сказала я, стараясь скрыть, насколько я испугана любой перспективой.

— Нельзя. Без него не получится слиться нуму и ниму, — как-то виновато сказал Вей, отводя свои серые глаза.

Вопросов оставалось много, но я не хотела показать своего страха парням, поэтому молчала, уделив внимание ужину, приготовленному близнецами. Вкуса еды я не почувствовала, да и аппетит пропал, но я молча ковыряла в тарелке, надеясь, что мужья преувеличили последствия моих неосторожных слов.

Алир за ужином так и не появился, поэтому я попросила Тайса собрать ему контейнер.

Дойдя до рубки, я забрала у Тайса коробку и попросила оставить нас с Алиром наедине, чтобы самой рассказать ему о том, во что я всех втянула. Парень не стал возражать, оставаясь за дверью командного узла.

— Привет, — тихо сказала я, не зная, как сообщить ему обо всём.

— Вио-Ррика, — обрадовался блондин, вставая из кресла пилота.

Мне было совестно, но плохие новости я решила сообщить ему после того, как он поест, чтобы не портить аппетит.

Алир выглядел усталым: тёмные круги были отчётливо видны на светлой коже под яркими глазами, но улыбка украшала привлекательное аристократичное лицо. Я даже забыла о проблемах, любуясь своим старшим мужем. Он не был обладателем идеально красивого лица, как Талинор, но всё же он очень интересный.

Я притянула удивлённого парня за длинные белые пряди и нежно поцеловала в губы, забыв про зажатый между нами контейнер с ужином и едва не выронив его.

— Я принесла тебе ужин, — хрипло сказала я, отстраняясь от него.

— Спасибо, — сказал ошеломлённый парень, забирая ёмкость из моих рук. — Составишь мне компанию?

— Я не голодна, но посижу с тобой, — сказала я, наблюдая за тем, как аккуратно ест Алир, ловко орудуя странным столовым прибором, название которого я так и не узнала.

— Ты выглядишь встревоженной, моя ваира. Что-то случилось? — спросил блондин, удивляя меня своей наблюдательностью. Мне всегда казалось, что я умею контролировать себя.

— Ничего, что требовало бы твоего срочного вмешательства. Поешь. Ты выглядишь измотанным, — сказала я.

В ответ парень тихо рассмеялся.

— Мне приятна твоя забота, Ррика, но это не тот комплемент, который мужчина ждёт от своей красавицы-ваиры,

— сказал блондин, отставляя в сторону контейнер, с лукавой улыбкой приближаясь ко мне.

Мне было бы интересно ближе познакомиться со старшим мужем, пользуясь его игривым настроением, но настало время для плохих новостей.

Глава 17

Виорика Мэтьюз

— Алир, я сильно напортачила и должна извиниться перед тобой, — честно сказала я, глубоко вдыхая, как перед прыжком в воду.

— Я знаю. Уже получил уведомление от ри-Атонов и Совета, — сменив улыбку с лукавой на грустную, сказал Алир. — Ну, зачем ты это сделала?

— Ты о чём? — попыталась увернуться я.

— Вио-Ррика, ты можешь при желании обмануть Намира и близнецов, но я уверен, что ты специально подтвердила своё желание связаться с Трэем. Первый раз ты упомянула его случайно, но ты не так импульсивна, чтобы повторить ошибку. Может, ты не знала всех последствий, но действовала вполне осознано. Так зачем? — спокойно спросил блондин, заставляя меня покраснеть.

— Что помешает ри-Атонам напасть на нас тогда, когда мы будем беззащитными? Я понимаю, что многого не знаю, но не хочу каждую ночь ждать, что нас просто перебьют. Если императорский круг так хочет доступ к твоим сокровищам, то пусть получит его. Талинору нельзя доверять, но из того, что я узнала о Трэе можно предположить, что он неплохой парень. Даже если он имеет не только физические недостатки, то всё равно не может быть хуже этого засранца, — честно ответила я, правда, не упоминая о ценном совете Вейса.

— Мне известно только то, что Трэй был сильно травмирован при пожаре в день покушения на семейный круг ри-Атон, примерно тридцать лет назад. Наследнику было к тому моменту около трёх лет, если он получил сильные ожоги, то его нум мог не справиться с ними. Нет ни одной записи или изображения его, но он стал автором двух социальных проектов, которые не только принесли много пользы малообеспеченным гражданам Раалии, но и серьёзно упрочили положение его семьи.

— Ваши женщины достаточно глупы, раз сочли неинтересными Намира или Тайса с Вейсом, может, принц опасается, что непривлекателен из-за простых шрамов? — предположила я.

Конечно, ожоги оставляют жуткие отметины, над которыми не всегда властна медицина, но это всего лишь косметический изъян.

— Я бы не рассчитывал на это, Вио-Ррика. Он старший из наследников императорского круга. Просто шрам не мог стать причиной для уклонения его от выполнения своего долга перед семьёй. Они нашли бы женщину, которая примет его таким хотя бы один раз. Боюсь, даже потеря конечности не могла быть причиной, ведь есть вполне реалистические протезы.

— Тогда что могло стать причиной его затворничества? — удивилась я.

Липкий страх стал одолевать меня. Мысль о том, что Талинор неспроста был так в себе уверен, лишила меня уверенности в себе и своих силах.

— Неспособность создать свой круг, или подтвердить брак, — угрюмо ответил Алир.

— Ты думаешь, он лишился члена? — прямо спросила я.

— Это один из возможных вариантов, — согласился блондин, успокаивающе погладив мою спину.

— Прости, — выдохнула я. — Я хотела нас спасти, а не подставлять.

— Знаю. Мне стыдно, что я не нашёл смелости поговорить с тобой начистоту. Отец не смог решить проблему с замыкающим круг. Нам всё равно пришлось бы пойти на этот шаг, или столкнуться с последствиями. Ты права, мы не можем быть готовы к нападению круглосуточно, и любую охрану можно подкупить или вывести из строя. Трэй может стать нашим спасением, но его братец никогда бы не передал доступ к нашим деньгам в его руки, значит, нам нужно быть готовыми к тому, что он станет одним из нас. Ты и так спасла нас, когда остановила Талинора. Всё могло быть ещё хуже. Я не забыл, как и все мы.

От перспективы жить с принцем меня передёрнуло, несмотря на то, что моё мировоззрение за последнюю неделю претерпело радикальные перемены от сдержанной в личной жизни девушки, до владелицы мужского гарема, которая спокойно размышляет: с кем ещё она переспит — с инопланетным калекой или его мерзким братом?

От последней мысли я невесело усмехнулась, досадуя своей глупости и распущенности.

— О чём ты подумала? — спросил Алир, внимательно разглядывая меня.

— О том, что зря не согласилась на расстрел. По крайней мере, сейчас не размышляла бы о том, с кем ещё переспать, чтобы спасти вас. Это сумасшествие какое-то, — призналась я.

Алир поднял моё лицо и внимательно заглянул в глаза.

— Мне казалось, что мы больше не вернёмся к этому разговору, но раз тебе так тяжело принять реальность, то могу тебя заверить, твой отказ никак не повлиял бы на исход нашего соглашения с маршалом Грэйсом. У меня было разрешение забрать тебя силой, если ты всё же попытаешься расторгнуть сделку. Просто этот пункт я не стал озвучивать, в надежде, что мы договоримся. Прости. Это я втянул тебя в свою жизнь, а она никогда не была простой, но мне нисколько не жаль. Я рад, что наш ним тебя сам нашёл, потому что сам я не смог бы отыскать такую ваиру, — строго сказал Алир, не отводя от меня своих удивительных глаз.

Его лицо приближалось медленно, заставляя предвкушать, каким будет поцелуй. Из всех мужей Алир был самым сдержанным и от того непонятным для меня. В нём многое привлекало и смущало одновременно, например то, что выглядел он моим ровесником, но когда смотрел своим строгим уверенным взглядом, то казался намного старше.

Сначала я почувствовала его свежее дыхание, а потом прикосновение такое же уверенное и властное, но не грубое. Он целовал меня так, как будто делал это всю жизнь и вполне имел на это право. Я и не собиралась сопротивляться, наслаждаясь собственной слабостью.

Жизнь вне устава Корпуса мира оказалась слишком сложной. Там у меня были обязанности и миссии, в пределах которых я могла принимать решения. За ошибки был исчерпывающий перечень штрафов и взысканий. Здесь же само выживание превратилось в миссию, а ещё они, мужья. Мне нужна была эта уверенность Алира, хотелось подчиняться ему и выполнять приказы, переложив ответственность за итог на кого-то другого.

— Оголись для меня, — хрипло сказал Алир, проведя рукой в том месте, где ко мне прирос ним.

Я покорно выполнила это требование, наслаждаясь своим подчинением. Алир жадно разглядывал меня, лаская руками и губами, всё до чего мог дотянуться.

— Обопрись на кресло, — последовал очередной приказ, вызывая у меня мурашки предвкушения.

Раньше я никогда не интересовалась подобного рода играми, но я много чего не делала раньше, а сейчас просто позволила себе отдаться и наслаждаться зависимостью от чужой воли. Став коленями на сиденье, я положила голову на спинку, удерживаясь за неё руками.

В том, что я не видела действий Алира, как и в моей уязвимой и открытой позе, было какое-то запретное удовольствие. Каждое, даже самое простое прикосновение, было острым и обжигающим, как изощрённая ласка.

Уверенные руки и губы были беспощадны, заставляя вздрагивать и молить о большем, пока Алир не выполнил все мои пожелания. Я только цеплялась за мягкую синтетическую обивку, наблюдая за полётом Нериды, и сама улетала от наслаждения, громко выкрикивая имя мужа.

Какое-то время мы просто молчали, содрогаясь от отголосков пережитого удовольствия, а потом, убедившись, что наше присутствие в рубке не требуется, направились в каюту.

Глава 18

Виорика Мэтьюз

Следующие два дня прошли незаметно. Мы с Алиром посменно занимали командную рубку, контролируя полёт. Даже первую ночь я оставила блондина отсыпаться, а сама с Тайсом следила за полётом Нериды.

Кто-то из близнецов по-прежнему постоянно находился рядом, радуя меня своим неиссякаемым оптимизмом и рассказами об удивительном закрытом мире — Раалии. Всем не терпелось скорее попасть туда: мне — чтобы познакомиться с чем-то новым и, со слов моих мужей, прекрасным, а они хотели домой, где не были около трёх лет.

Вместе мы больше не спали, точнее говоря, спали, но не занимались любовью. Не то, чтобы мне не хотелось, но каюта одна, а мужей четверо. Как распределять между ними своё время, я не представляла, как и не хотела повторения смущающего опыта совместного секса. Я просто попросила у них перерыв, пока мы не прилетим на планету. Не могу сказать, что кто-то такой инициативе обрадовался, но постарались отнестись с пониманием.

Мой милый Намир постоянно бросал на меня тоскливые взгляды, стараясь как можно дольше подержать в объятиях, не скрывая дрожи желания. Близнецы тоже не особенно помогали моей решимости соблюдать двухдневный целибат, периодически демонстрируя мне свои роскошные тела под тёплыми струями душа, неизменно сверкая внушительными эрекциями, но Алир искушал больше всех, просто самоуверенно улыбаясь, когда я зависала, рассматривая его в те недолгие минуты, которые мы проводили вместе.

Короче, прибытия в космопорт мы все ждали с нетерпением, подкреплённым различными обстоятельствами.

Змеиное высочество не избегал меня, но при встрече наигранно обиженно отводил грустный взгляд зелёных глаз, красиво прикрывая их пушистыми ресницами. Признаюсь честно: я его рассматривала. Не исключено, что всё же он станет моим пятым мужем, что даже звучит дико, но факт. Но чем больше я смотрела на Талинора, тем меньше мне он нравился. Безупречная красота нисколько не меняла его хитрости и высокомерия, с которым он относился к Намиру или близнецам. Мне не удалось ни в какой мере выяснить, как он на самом деле относится ко мне. Принц всегда был настороже, никогда не опуская маску вежливой грусти и обиды, что демонстрировал мне всё оставшееся время полёта.

— Могу я с тобой поговорить наедине, Вио-Ррика? Клянусь, что не сделаю ничего плохого, — спросил змеёныш, вставая на нашем с Тайсом пути за пару часов лёта от космопорта Раалии.

Я вопросительно посмотрела на Тайса, но он лишь пожал плечами, давая понять, что угрозы со стороны принца нет.

— Хорошо, — ответила я, но проигнорировала протянутую руку.

Я решила: до тех пор, пока не выучу традиции и ритуалы нового дома, больше никаких действий, не согласованных с мужьями, не предпринимать. Талинор снова недовольно поджал губы, но никак не прокомментировал мою грубость.

— О чём вы хотели поговорить? — нарочито вежливо спросила я, сохраняя между нами дистанцию.

— За что ты так со мной? — с тихим вздохом спросил принц, но больше не пытался приблизиться.

— Мне не понятен ваш вопрос, — холодно ответила, делая упор на официальном обращении.

— Я не враг тебе, Вио-Ррика. Путь обстоятельства нашего знакомства были не самыми лучшими, но я не монстр, которым ты меня считаешь. Мне жаль, что я неосторожными словами спровоцировал тебя, но не хочу, чтобы к тебе прикасался Трэй, или кто-то ещё кроме нашего семейного круга, — грустно стреляя глазками, сказал гадёныш, выделив слово «нашего».

— Вы не входите в семейный круг ри-Анор, ваше высочество. Надеюсь, и не войдёте, если это будет зависеть от меня, — не меняя спокойного тона, парировала я, заставляя Талинора покраснеть от едва сдерживаемого гнева.

— Я говорил с братом, — сделал театральную паузу принц, заинтересовывая меня разговором. — Он необщителен, но готов встретиться с тобой до церемонии. Брат не возражает уступить мне право пройти ритуал познания с тобой. Я пойду на всё, чтобы ты утолила своё любопытство без прикосновения к Трэю. Я ревную тебя, моя маленькая человеческая ваира.

— Вы предлагаете мне сделку? — уточнила я, намереваясь отказаться.

— Нет. Я просто организую тебе встречу с братом до назначенной церемонии Познания. Ты сможешь посмотреть на него и избавить вас обоих от неизбежного унижения во время ритуала. Будь благоразумной, Вио-Ррика, — хмуро сказал Талинор, делая шаг ко мне.

— Эта встреча ничего не поменяет: я выберу вашего брата. Если вы настаиваете, я с удовольствием пообщаюсь с будущим мужем, но никакой изъян не заставит меня отказаться от первоначального плана, — сказала я, отступая от него.

— Посмотрим, — ухмыльнулся Талинор. — Я не позволю брату касаться того, что принадлежит мне, моя воинственная ваира.

— Думаю, не стоит напоминать вам, ваше высочество, что мы с вами не состоим в семейном кругу?

— Это ненадолго, моя Вио-Ррика. Церемония уже завтра. Сегодня вы будете гостями в нашем доме, а завтра на рассвете мы пройдём ритуал, — с чувственной улыбкой сказал Талинор, становясь опасно привлекательным.

— Вы имели в виду, с вашим братом? — продолжала настаивать я.

— С Трэем ты поговоришь вечером. Он сам посетит твою спальню. Брат заверил меня, что покажет тебе ровно столько своего тела, сколько ты пожелаешь увидеть, — самодовольно сказал Талинор, усмехнувшись какой-то только ему известной шутке.

— А если я захочу не только увидеть? Вдруг он меня покорит настолько, что я решу его протестировать? — не удержалась я, чтобы не поддразнить принца.

Талинор улыбнулся шире чеширского кота из старинной сказки.

— Я не думаю, что до этого дойдёт, но, раз ты настаиваешь, то передам Трэю твою просьбу, — сказал змеёныш, молниеносным движением захватывая мою руку, чтобы оставить на ней влажный поцелуй.

Талинор ушёл не прощаясь, оставив меня в немного растрёпанных чувствах. Дело не в слюнявом поцелуе или в глупой угрозе, а в том, что опять всё происходит слишком быстро. Похоже, раалийцы не привыкли откладывать дела на потом. Церемония уже завтра. Я решила сначала рассказать о сути нашей беседы мужьям, чтобы определиться с дальнейшим планом действий.

— Ты в порядке? — обеспокоенно спросил Тайс, нежно обнимая меня за талию.

— Да. Просто Талинор меня немного озадачил, — честно сказала я.

Мы быстро зашли в командную рубку.

Вейс и Намир заняли свои места, как и Алир.

— Я говорила с Талинором. Он сказал, что церемония будет завтра на рассвете, а также сообщил, что вечером меня посетит Трэй, чтобы мы могли познакомиться и отказаться от необходимости проходить ритуал. Вы знаете, что сегодня мы «гостим» в доме клана ри-Атон? — вывалила я всё сразу, не желая тратить время на расшаркивания.

— Да, отец сообщил, что нас настойчиво «пригласили». Я не удивлён, что Талинор старается всеми силами избежать вашего с Трэем участия в церемонии, но это даже немного обнадёживает, — задумчиво сказал блондин.

— Почему? Он выглядел весьма самодовольным, — заметила я.

— Если бы он был уверен, что Трэй ни на что не способен, то не стал бы устраивать эту встречу, а просто подождал ритуала. Есть шанс, что всё не так безнадёжно, хотя и не думаю, что то, что ты увидишь, может обрадовать, — честно предупредил, Алир, отключая автопилот и отворачиваясь к голо-мониторам.

Я прошла к месту второго пилота, принимая часть управления на себя.

Привычные манипуляции отвлекали от неприятных мыслей. Мы маневрировали между многочисленными искусственными спутниками и станциями, окружавшими удивительно зелёную планету.

Парни едва не подпрыгивали от радостного предвкушения, заражая меня своим оптимизмом. На время все проблемы отошли на второй план. Я наслаждалась любимым делом и любовалась чудесами закрытого мира. Лишь единицы представителей Конфедерации видели Раалию, и те подписывали строгий регламент конфиденциальности планеты, а мне предстоит здесь жить.

Несмотря на дополнительный груз, Нерида мягко преодолела сопротивление атмосферы и аккуратно опустилась на ровной площадке, из смотрового иллюминатора казавшейся цельным куском серого минерала.

Пока шла стандартная процедура дезинфекции судна, близнецы быстро сбегали за нашими сумками и присоединились к нам в посадочном модуле.

— Готова? — с улыбкой спросил Алир, переплетая свои длинные пальцы со мной.

Принц счёл необходимым занять место по левую руку от меня, но я не позволила ему себя коснуться.

С тихим шипением шлюз открылся, впуская в Нериду многообразие запахов цветущего сада.

Большую часть жизни я провела в космосе, поэтому не тосковала по таким вещам, но, судя по довольно прищуренным лицам парней, им этого не хватало.

Нас встречала группа моргающих раалийцев, но, едва мы сошли по трапу, они избавились от раздражающей маскировки. Среди них оказался отец Алира, поспешивший сгрести нас с мужем в свои объятия и какие-то родственники змеёныша, сдержанно пожимавшие руку своему отпрыску.

Без лишних слов нас проводили к аэрокарам диковинной модификации, и мы тронулись в сторону замка императорского круга, как пояснил мне Намир. Сам он там никогда не был, но видел изображения этого места, поэтому, как и я, предвкушал интересное зрелище.

Я, пользуясь моментом, с интересом разглядывала удивительно зелёную планету, благодаря рачительности раалийцев сумевшую совместить новейшие достижения технического прогресса и обилие растительной жизни.

В форме зданий и сооружений не было ничего особенного, поэтому я с удовольствием разглядывала массивные деревья, своими пышными кронами возвышавшимися над многоэтажными строениями, разноцветные сады и непонятные, но очень изящные конструкции, напоминающие витые беседки, только подвешенные на толстые ветви исполинских деревьев.

Удивляло ещё и то, что, не обращая внимания на раалийцев, по дорогам и садам сновали какие-то яркие животные весьма устрашающего вида, не привлекая к себе никакого внимания местных жителей.

Довольно скоро аэрокар мягко приземлился возле высокого здания, фасад которого практически ничем не отличался от прочих зданий на широком проспекте.

На ступенях, похожих на полированную слюду, нас встречала делегация из одной женщины, облачённой во что-то летящее и сверкающее. Мне даже стало любопытно — это ним так постарался, или всё же безумная фантазия какого-то местного кутюрье.

Дама неопределённого возраста была довольно высокой и крепкой, я бы даже сказала мужеподобной, но с удивительно красивым лицом, так похожим на Талинора. Её окружали трое мужчин в привычных взгляду нумах.

— Наконец мы встретились, Алир ри-Анор. Довольно досадно, что ты так стремился избежать нашего внимания, но я рад, что так или иначе наши кланы завтра объединятся в прочный семейный союз, — пафосно сказал самый старший из мужчин.

Женщина лишь презрительно скривила губы, переведя встревоженный взгляд на своё великовозрастное чадо.

— Для меня будет честью соединить своё имя с именем старшего из наследников императорского круга, — церемонно ответил Алир, слегка склонив голову.

— Конечно, — с улыбкой ответил мужчина, жестом предлагая нам войти, а женщина одарила меня злобным взглядом крупных карих глаз и резко развернулась спиной к нам, вспархивая пенным облаком невесомых кружев цвета мокко.

Внутри особняк действительно удивлял не только размерами, но и роскошью отделки, наличием фонтанов и хрустальных статуй и ещё много чем, но я нервничала, поэтому клещом вцепилась в руку Апира, стараясь не отставать от его размашистого шага.

После того, как мы прошли огромный холл, к моей досаде с мужьями меня всё же разъединили, заверив, что это является частью брачного ритуала и проводили в красивую просторную комнату.

Оглядевшись, перед волнительной встречей с загадочным Трэем я решила искупаться и привести себя в порядок, желая произвести хорошее впечатление на мужчину. Не то, чтобы меня сильно беспокоила возможная реакция незнакомца, скорее, для собственной уверенности в непонятной для меня ситуации.

В ванной королевского размера я немного расслабилась, но не стала затягивать купание. Стоя перед зеркалом, я заколола свои длинные каштановые волосы заколкой, что накануне мне подарил Алир, и представила длинное чёрное платье в пол с провокационным вырезом на левой ноге и красивым декольте. Его я видела в одном из тех модных журналов, что так любит Миранда. Ним покорно растёкся, формируя мою фантазию в наилучшем исполнении.

Оставшись довольной своим внешним видом, я принялась ждать. Первый час я сходила с ума от волнения. Время тянулось медленно, но ничего не происходило. Изучив пейзаж за панорамным окном, проверив все шкафы и тумбы, я прилегла просто проверить мягкость кровати, но, пригревшись на нежных простынях, уснула.

Глава 19

Виорика Мэтьюз

Проснулась я резко от ощущения чьего-то пристального взгляда. Сев на постели, я увидела в кресле напротив очень привлекательного мужчину. Он внимательно следил за мной цепким взглядом умных карих глаз.

«Это Трэй? Нет, мне не могло так повезти», — ошеломлённо думала я, пытаясь спросонья сообразить, кто передо мной.

Незнакомец был определённо старше моих мужей, но всё ещё достаточно молод. На вид ему было около тридцати лет. Даже сидя мужчина казался высоким и мускулистым, густые каштановые волосы были заплетены в широкую косу, спускавшуюся на плечо. Черты лица приятные, классические, но не настолько идеальные, как у Талинора. Внизу на правой щеке парня бугрился неровный шрам от сильного ожога. Рубец был широким и более бледным, чем смуглая кожа лица и опускался ниже по мускулистой шее, скрываясь где-то за стойкой воротника простого на вид костюма.

— Ты Трэй? — всё же спросила я, чтобы развеять собственные сомнения.

— Разочарована? — ехидно спросил мужчина хриплым глубоким басом.

— Скорее удивлена, — искренне сказала я. — Прости, я задремала. Не возражаешь, если я буду обращаться к тебе неофициально? Так легче к тебе привыкнуть.

— А стоит привыкать? — с тем же ироничным выражением спросил принц, красиво изгибая каштановую бровь. — Если ты не всё рассмотрела, я могу увеличить яркость освещения.

— Слушай, Трэй, могу я быть с тобой предельно откровенной? — спросила я, надеясь, что не оскорбила его своим фамильярным обращением.

— Попытайся. Откровенность — это не то, чем славятся женщины, Вио-Ррика, — продолжал меня дразнить Трэй.

— Я не отказалась бы от тебя, даже если бы у тебя не было обеих ног и рук, только потому, что в перспективе мне достанется твой подлый братец.

— Странно. Обычно девушки находят его очаровательным. Чем тебе так не приглянулся блистательный Лин?

— Я бы могла тебе огласить весь список, но не хочется тратить на это целый час, — скривилась я, вызывая приступ смеха у Трэя.

— Забавная и неглупая. Зачем ты впутала меня в эту историю? Ты не могла мной заинтересоваться хотя бы потому, что обо мне нет никакой информации, — тем не менее, серьёзно сказал он, вставая с кресла.

Мужчина немного хромал на правую ногу, но выглядел очень высоким и крепким, никак не сочетаясь с тем образом инвалида, что я себе нарисовала в воображении. Неужели Апир прав, и травмирован его мужской орган?

Пытаясь что-то разглядеть за тёмной одеждой костюма, я откровенно пялилась на пах мужчины.

— Куда ты смотришь? — возмутился Трэй, немного склонившись, чтобы проверить, что не так.

— Прости, — покраснела я, отводя взгляд.

— Вижу, тебе не терпится меня раздеть. Уже снимать штаны? Может, и до тестирования дойдём? — иронизировал принц, ещё сильнее вгоняя меня в краску.

— Я же извинилась. Просто не могу понять, почему ты до сих пор не создал свой круг. Не думаю, что причиной мог стать этот глупый шрам на твоей щеке. Ты очень симпатичный мужчина, — честно высказала я свои сомнения, надеясь, что Трэй расскажет, в чём причина его одиночества.

— Ты и вправду странная. Ты на самом деле приняла Намира ти-Аля, который голыми руками отрывал конечности дикому шарху на бойцовской арене? — спросил принц, уходя от ответа.

— Намир — самый добрый, милый и чуткий мужчина из всех, кого я знала. Мне жаль, что его родные предали его, вынудив сражаться за свою жизнь и рада, что он выжил. Мне абсолютно безразлично, чьи лапы он отрывал для этого. Лично я с удовольствием выцарапала бы глаза тому, кто отдал сына, чтобы рассчитаться по долгам, — запальчиво сказала я.

— Тише, воинственная малышка. Смешная, но верная. Так я тебе нужен, чтобы позлить Талинора? Могу тебя заверить — он в бешенстве. Ты уже и так можешь диктовать ему свои условия, не обязательно играть для этого со мной. Я не настолько наивен, чтобы надеяться на принятие, — почему-то разозлился Трэй, сбивая меня с толку.

— Трэй, я не знаю, что тебе наговорил твой братец, но я искренне надеюсь, что у нас получится пройти эту дурацкую церемонию. Талинор — не тот раалиец, с которым я могу ужиться. Думаю, если он станет моим мужем, то это закончится чьей-то смертью, причём, скорее всего, моей и моих мужей. Ты можешь мне сказать, в чём твоя проблема, или мы так и будем ходить вокруг да около? — не сдержала своего раздражения я.

— Проблема в том, что ты заставляешь меня надеяться и мечтать. Это больно, снова верить в то, чего никогда не получишь, — хрипло прошипел Трэй, впиваясь сильными пальцами мне в плечи.

Я вздрогнула от небольшой боли и неожиданности. Мужчина, заметив это, разжал пальцы и отступил на шаг.

— Ну, что же, похоже, без раздевания не обойтись, — хмуро сказал Трэй, медленно расстёгивая магнитные застёжки на своём пиджаке.

Он не отводил от меня недовольного взгляда, пока длинные пальцы скользили от одного замка до другого. Не знаю, чем я разозлила мужчину, но даже несмотря на его недовольство, его действия были вполне эротичными.

Поведя широкими плечами, Трэй сбросил куртку, вышибая из моих лёгких воздух своим видом. Ничего ужасного я не увидела: шрам, что проходил по его щеке и шее, опускался через мускулистое плечо, от груди стекая по прокачанному прессу узкими ручейками до самого пояса брюк.

— Этого достаточно, или переходить к штанам? — сердито спросил мужчина, вызывая недоумение.

— Пока я не увидела ничего ужасного. Если тебя это раздражает, то просто скажи, что не так. Шрам меня никак не смущает, я военный и видела более серьёзные ранения, — честно сказала я.

— Ты даже не заметила, что на мне тряпки, как на девице? Или ты не увидела мой искалеченный нум? — переходя почти на крик, спросил Трэй, нервно дёргая удлинёнными ушками.

Я немного растерялась: какая мне разница, во что он одет? За разглядыванием стриптиза в исполнении Трэя я даже не задумалась о том, как именно он раздевается. Только сейчас я поняла, почему он злился. Нум для них ведь не просто одежда.

— Я — человек. У нас ни у кого нет симбионтов и носить одежду для нас нормально. Я так боялась увидеть что-то поистине ужасное, что не разглядывала, во что ты одет. Ты мне понравился сильнее, чем я могла надеяться, поэтому мне не хочется расставаться с мыслью, что ты будешь моим мужем. Скажи, есть хоть один шанс на то, что у нас получится пройти эту церемонию? — сказала я, приближаясь к раздражённому раалийцу.

Трэй внимательно наблюдал за мной, но не отдалялся. Гнев всё ещё присутствовал в его выразительных глазах, но уже не был таким острым. Я положила руки на его пресс и скользнула ладонями вверх.

Там, где у моих мужей находились круглые пятна нума, у Трэя дрожал и сжимался маленький неровный комочек, вызывая во мне острое сочувствие.

— Можно? — спросила я, прежде чем коснуться его.

В ответ Трэй кивнул, нервно дёргаясь кадыком.

Симбионт казался больным и страдающим. Так жаль. Жаль, что жизнь этого умного сильного мужчины зависит от этого крошечного комочка инородной плоти. Я не давала никаких команд ниму, просто желала помочь Трэю и этому дрожащему существу, что живёт на нём.

Мой ним перетёк по моим пальцам, буквально впиваясь в нум Трэя. Мы оба закричали от боли, но оторвать руку я уже не могла, привязанная прочной тканью нима.

— Что ты делаешь? — шокировано спросил Трэй.

— Не знаю. Это не я, — простонала я, чувствуя пульсирующую боль там, где ко мне крепился ним.

Рёбра сильно обожгло, как будто кто-то оторвал от меня кусок плоти, после чего кусок моего нима перебрался к нуму Трэя, сливаясь с его раненным симбионтом. Мужчина закричал, хватаясь рукой за плечо, и стал оседать на пол.

К счастью, мы были недалеко от кровати, и я подтолкнула Трэя на постель.

— Больно, — прохрипел мужчина, корчась на гладких простынях.

— Сейчас, подожди, я позову кого-нибудь. Потерпи, — металась я, не зная, что делать.

Как будто назло, мой ним стал съёживаться, оголяя меня. Как бежать в таком виде? Чемодан мой остался в руках у Вейса, а в шкафах нет ничего, кроме полотенец. Выхватив одно из них, я обмотала его вокруг груди и уже подбежала к двери, но меня позвал Трэй.

— Вио-Ррика, не делай этого, — хрипло пробасил принц. — Тебя обвинят в нападении. Мне уже лучше. Не знаю, что ты сделала, но со мной что-то происходит.

Я подошла к кровати, не задумываясь, уселась мужчине на бёдра и придавила его плечи к постели, чтобы рассмотреть, что делается с симбионтом. Подвижная ткань перетекала и менялась, как будто смешиваясь с бурым пятном раненного нума, а потом они начали пульсировать. Самое странное, что в такт ему стал пульсировать и мой своенравный ним, рассылая по телу горячие волны странного, почти наркотического опьянения.

Ощущения были сильно похожи на памятный танец: мир подёрнулся розоватой дымкой, и всё вокруг смазалось, оставив лишь ощущение горячих мужских бёдер подо мной и твёрдой плоти, недвусмысленно упирающейся мне в бедро.

По нервам ударил хриплый протяжный стон Трэя:

— Амина ваира, — произнёс он, подминая меня под себя.

Мне трудно было сознавать происходящее. Мозг фиксировал лишь отдельные факты: я трусь намокшей киской о брюки, треск разрываемой ткани и ослепляющее удовольствие быть наполненной.

— Моя… — хрипел грубый голос.

Я выгибалась навстречу чьей-то силе, теряясь в своей слабости. Гладкая горячая кожа под моими царапающими пальцами и громкий крик мой или его? А потом мир рассыпался в ослепляющем удовольствии, спаивая меня с этим мужчиной душой. Хриплое дыхание и снова сладкое скольжение во мне.

— Что здесь происходит? — ворвался в сознание злобный крик Талинора, разрушая волшебный момент единения.

Глава 20

Трэй ри-Атон

— Брат, я прошу тебя о такой малости, — слезливо уговаривал меня Талинор по визору. — Зачем тебе это прилюдное унижение? Девчонка просто дразнит меня. Ты же знаешь эти женские игры, — приводил доводы младший из моих сводных братьев.

Собственно, братом для него и ещё троих младших я был только тогда, когда им что-то требовалось у меня отнять. Талинор был самым избалованным и наглым из всех. Я, безусловно, отказал бы ему, если бы не искушение поговорить с этой человеческой девушкой, ставшей скандальной ваирой не менее скандального клана ри-Анор.

— Чего она от меня ждёт? Я не собираюсь развлекать очередную твою подружку, — грубо ответил я.

Талинор неоднократно самоутверждался за мой счёт, знакомя своих девиц со мной, чтобы блистать на фоне угрюмого Трэя в бабских тряпках. Девицы хихикали, стреляли глазками. Одна даже осмелилась потрогать ткань костюма. Всем было невообразимо смешно, что я не имею нума.

— Ничего особенного от тебя и не требуется. Просто покажи ей, что единение между вами невозможно. Ты же не желаешь снова корчиться от боли в здании Совета? — ехидно спросил Лин, намекая на события десятилетней давности, когда мои родные решили попробовать ввести меня в неполный круг уважаемого клана ри-Амас.

Избалованная многочисленными любовниками Лисабэль мне совершенно не нравилась ни чрезмерной пышностью форм, ни визгливым голосом, ни брезгливым выражением бледного лица. Я, очевидно, тоже был не тем принцем, о котором она мечтала, поэтому после сорвавшегося единения, больно ударившего по моему искалеченному зародышу нума, она выбрала Тинара, третьего моего брата.

Девушку, с которой мне предстояло встретиться по просьбе Талинора, зовут Вио-Ррика, как мой любимый цветок. Мне никто не показывал её изображений, но, судя по тому, как лезет из шкуры Лин, она весьма привлекательна.

Мне загадочная человеческая ваира была любопытна по иным причинам. Она спасла действующий круг ри-Анор. Хитрым манёвром уничтожила шаттлы союзников моего братца и грамотно подбила Велессу. Однако больше всего меня интриговало то, что она приняла в танце всех, кого собрал в свой, необычный во всех смыслах клан, молодой Апир. Я мог ещё представить, что она спокойно отреагировала на близнецов, но то, что она приняла Намира ти-Аля, вызывало во мне не только уважение к её силе, но и предательскую надежду, что я тоже могу ей понравиться.

Хотя, конечно, мне стоит отбросить болезненные мысли, что я буду принят.

Перед встречей я сильно волновался, но старался не привлекать внимания к своим метаниям членов семьи.

Илинора — моя мачеха, едва не плевалась ядом оттого, что девчонка клана ри-Анор предпочла меня её драгоценному и любимейшему Талинору. Она нисколько не сомневалась, что Лин в конечном итоге приберёт малышку к рукам вместе с рудниками клана, но сам факт, что девушка пренебрегла её «сокровищем», раздражал женщину несказанно.

Она приложила максимум своего влияния, стараясь добиться того, чтобы отцы отказали Вио-Ррике в возможности рассмотреть меня, как претендента, но те не сочли её доводы достаточными.

Меня не позвали встречать Талинора и гостей, и я с любопытством, которого не испытывал с детства, подглядывал за ними через окно второго этажа.

К сожалению, девушку было плохо видно. Я рассмотрел только то, что она миниатюрная и темноволосая. Алир уверенно держал свою ваиру, а Лин суетился рядом, всем видом демонстрируя свою заинтересованность.

Следующие два часа я крутился, совершая какие-то бесполезные действия. Превратившись в капризную барышню, я перебрал весь свой небольшой гардероб в попытке найти то, в чём буду смотреться хотя бы не жалко, но это по определению было безнадёжным занятием. Потом я принял душ, но и этого мне показалось недостаточно, я ещё раз принял ванну, оправдываясь тем, что желаю успокоиться и расслабиться.

Когда оттягивать неизбежное уже стало невозможно, я, собрав всю свою решимость и натянув на лицо холодную уверенность, которой не испытывал, постучал в заветную дверь. Мне никто не ответил.

«Неужели она решила поиграть таким дурацким образом?» — разозлился я. Это была не первая подобная шутка, но почему-то от неё наиболее обидная. Мне казалось, что эта девушка должна быть выше подобного рода глупостей.

Постучав ещё раз, я решил войти, чтобы высказать ей своё возмущение непозволительным поведением, но обнаружил Вио-Ррику спящей на большой постели.

Какая она хорошенькая! Такая маленькая и тонкая, она полностью соответствовала своему имени. Ним девушки принял настолько соблазнительную форму, что мне потребовалось несколько глубоких вздохов, чтобы взять себя в руки.

Во сне девушка казалась хрупкой и беззащитной, от этого мои инстинкты защитника буквально сошли с ума, призывая спрятать её от всего мира. Я сам не заметил, как потянулся к ней, едва сумев остановиться в паре сантиметров от нежной на вид кожи.

Злость на себя и мысленная пощёчина немного привели в чувство, но, не доверяя себе, я сел в кресло подальше от спящей Вио-Ррики. Наверное, я должен был её разбудить, но я продолжал смотреть, наслаждаясь тем, что меня не прогонят.

Всё же мой взгляд потревожил Вио-Ррику и она открыла свои прекрасные глаза.

— Ты Трэй? — спросила девушка, разглядывая меня с искренним любопытством.

— Разочарована? — спросил я более грубо, чем хотел.

— Скорее удивлена. Прости, я задремала. Не возражаешь, если я буду обращаться к тебе неофициально? Так легче к тебе привыкнуть, — сказала она, мило потирая заспанное личико.

— А стоит привыкать? Если ты не всё рассмотрела, я могу увеличить яркость освещения, — сказал я, осаждая собственную неуместную радость от того, что она желает меня узнать получше.

Вио-Ррика спросила, может ли она быть со мной честной, и я съехидничал, ожидая, что девушка скажет, что просто мной дразнила Лина.

Но вместо этого она говорит, что терпеть не может братца и приняла бы меня безногого и безрукого. Очень соблазнительно поверить ей, но это слишком хорошо, чтобы быть правдой, поэтому решил у неё уточнить, зачем она впутала меня в эту историю.

Боясь услышать правду, я встал, нервно прохаживаясь по комнате. Утром на тренировке я ушиб колено, и оно немного саднило. Посмотрев на смущённое личико девушки, увидел, что она смотрит в область паха. Неужели она заметила моё возбуждённое состояние? Мне казалось, что я хорошо контролирую своё тело после стольких лет насмешек из-за своей неудовлетворённости.

— Куда ты смотришь? — резко спросил я, проверяя физическую реакцию.

— Прости, — покраснела она, отводя взгляд.

— Вижу, тебе не терпится меня раздеть. Уже снимать штаны? Может, и до тестирования дойдём? — стал защищаться я, боясь той боли, что обязательно последует за её язвительными словами, но Вио-Ррика меня опять удивила, извинившись снова, она захотела знать, что со мной не так. Как будто это и так не очевидно.

Попытался перевести тему, спрашивая её о том, действительно ли она приняла Намира ти-Аля, а в ответ получил гневную отповедь.

— Так я тебе нужен, чтобы позлить Талинора? Могу тебя заверить — он в бешенстве. Ты уже и так можешь диктовать ему свои условия, не обязательно играть для этого со мной. Я не настолько наивен, чтобы надеяться на принятие, — прямо сказал я, испытывая острую душевную боль от осознания, что её я бы мог полюбить.

— Трэй, я не знаю, что тебе наговорил твой братец, но я искренне надеюсь, что у нас получится пройти эту дурацкую церемонию. Талинор — не тот раалиец, с которым я могу ужиться. Думаю, если он станет моим мужем, то это закончится чьей-то смертью, причём, скорее всего, моей и моих мужей. Ты можешь мне сказать, в чём твоя проблема, или мы так и будем ходить вокруг да около? — рассердилась малышка, сверкая на меня своими удивительными глазками.

Я заявил ей в ответ, что проблема в том, что она заставляешь меня надеяться и мечтать, и это больно, снова верить в то, чего никогда не получишь. Открывая пред ней свою душу, я старался не наброситься на неё голодным зверем, но, видимо, сильно сжал нежные плечи, вызвав болезненную гримасу на лице девочки.

Когда мне стало ясно, что без раздевания не обойтись, я раздражённо оголился перед Вио-Ррикой в стремлении поскорее закончить со всем и сбежать от этой боли. А когда я спросил: «Этого достаточно, или переходить к штанам?», то дико боялся, что в любую секунду её задумчивый интерес сменится отвращением и насмешкой.

Она ответила, что не увидела ничего ужасного, как будто издеваясь надо мной.

Неужели она хочет, чтобы я вслух сказал и так очевидное? Ну что же. Похоже, унижения не избежать. Повысив от досады голос, обратил её внимание на искалеченный нум и те бабские тряпки, что только что снимал. Её ответ меня поразил: Вио-Ррика указала на то, что я из виду совершенно упустил: она не раалийка, чтобы понимать разницу.

От надежды, что чудо всё же может случиться, я едва дышал, наблюдая, как девушка приближается ко мне.

Нежные пальчики огладили мой пресс, поднимаясь выше к груди, вызывая мгновенную реакцию моего предательского тела.

— Можно? — спросила она, протягивая руку к моему израненному нуму.

Я кивнул, откровенно наслаждаясь ласкающими поглаживаниями второй ладони, но тут произошло что-то странное — ним девушки впился в место единения зерна, заставляя и меня и Вио-Ррику закричать от боли.

— Что ты делаешь? — шокировано спросил я.

— Не знаю. Это не я, — простонала она.

Боль нарастала, пронзая меня огненными стрелами, расходящимися от нума по всему телу. Я слышал свой крик, но не мог взять себя в руки.

— Больно, — прохрипел я, к счастью, завалившись на кровать, а не под ноги Вио-Ррике.

Девушка суетилась, не зная, чем мне помочь, а потом собралась бежать за помощью.

Едва немного вернул себе контроль над телом, попросил Вио-Ррику никого не звать, чтобы не возникло проблем со службой безопасности.

Обеспокоенная Вио-Ррика, не обращая внимания на свою наготу, оседлала мои бёдра, заставляя забыть обо всём, кроме непозволительной близости её желанного тела.

Дальше произошло то, о чём я читал лишь в легендах и даже не мечтал увидеть: наши симбиоты всё решили за нас, самопроизвольно образовывая брачную связь.

От нума по телу разливался жар, заставляя меня практически гореть от нестерпимого желания наброситься на малышку. До крови закусив губу, я впился руками в простыни, опасаясь не сдержаться, но почувствовав свидетельство её возбуждения через тонкую ткань моих брюк, что были единственной преградой между нами, перестал сопротивляться притяжению.

Отдаваясь страсти с предназначенной, моей теперь уже женой, я исступлённо шептал: «Амина ваира» — истинная супруга — до конца не веря, что именно мне суждено было повстречать такое счастье.

Малышка была такой невероятной, такой сладкой, что, даже завершив связь, я никак не мог остановиться, наслаждаясь её тесной влажной глубиной, пока из страстного забвения нас не вывел голос Талинора:

— Что здесь происходит?

— Убирайся! — крикнул я, прикрывая простынёй свою жену от жадного взгляда братца.

— Как ты посмел, глупый уродец! Она моя! Тебе лишь нужно было показать ей, насколько ты жалок, — орал покрасневший от ярости Лин.

— Она моя амина ваира, Талинор. Мы самопроизвольно завершили круг. Раз уж ты так вовремя появился, то сообщи об этом семье и Совету, когда уберёшься из спальни моей супруги, — холодно сказал я, сдерживая ярость на бесцеремонность братца.

— У вас просто талант, ваше высочество. Уже который раз вы врываетесь в мою комнату, когда я занимаюсь любовью со своими мужьями, — обнимая меня за плечи, ехидно сказала Вио-Ррика. — Кстати, как вы зашли без своего императорского прерывателя? Я точно помню, что он лежит в моём чемодане. Или вы рылись в моих вещах?

— Это мамина печать. Я беспокоился о тебе и вижу, не зря. Мой лживый брат заморочил тебе голову сказками, чтобы хоть так получить доступ к твоему телу и досадить мне. Он неполноценен и не может завершить круга. Трэй воспользовался твоим незнанием, чтобы хоть так насладиться тобой, — совсем потерял страх от своей безнаказанности Лин, обвиняя меня во лжи.

Не вспоминая о своей наготе, вскочил с кровати с явным намерением отлупить зарвавшегося засранца. Меня окутало давно забытым чувством защиты, и я заметил, что нум укрыл меня, как когда-то в детстве.

— Ты… — открыл от удивления рот Талинор. — Это невозможно. Этого не может быть!

Не позволив себе отвлечься на радостное исцеление моего нума, я врезал ошеломлённому Лину и, завернув ему руку за спину, выкинул из спальни.

— Трэй, как думаешь, раз у нас всё вышло безо всяких церемоний, может, стоит сбежать поскорее от твоих гостеприимных родственничков, пока нас не убили на радостях? — обеспокоенно спросила Вио-Ррика, к моему огорчению скрывая своё красивое тело под тканью нима.

— Нет. Я наследник старшей ветви. Теперь у меня нет изъяна, и я вступил в сильный клан. Мы предстанем перед советом и представим ему наш завершённый круг, — уверенно сказал я, озвучивая то, о чём не смел и мечтать.

— А потом убежим? Что-то мне подсказывает, что радостное для нас событие может огорчить какую-то часть твоей семьи, — снова порадовала меня своей прозорливостью Вио-Ррика.

— Мы всё обсудим завтра с Апиром и другими мужьями, а сегодня ты моя, ваира, — сказал я, буквальная нападая на удивлённую девушку.

— Что ты делаешь? — смеялась жена, пока я покрывал её лицо и шею поцелуями.

Ним уже полностью открыл её нежное тело для моих ласк, но малышка всё ещё сомневалась.

— А вдруг ещё кто-то ворвётся? — спросила она, зарываясь пальцами в моих волосах, расплетая тугую косу.

— Не посмеют, — промурлыкал я, наслаждаясь нежными царапающими движениями.

Сегодня сбылись все мои самые смелые мечты, заставляя тело буквально парить от эйфории, поэтому единственное, чего я теперь хотел — это отблагодарить ту, что подарила мне целый мир — Вио-Ррику.

Глава 21

Виорика ри-Анор

Не знаю, в чём причина моего отношения к Трэю, но он воспринимался мной родным и давно знакомым. Намир был моей нежностью и радостью, но мой принц просто частью меня — незыблемой и неотъемлемой.

Заниматься с ним любовью было так же естественно, как дышать. Трэй был ненасытен, раз за разом отправляя меня за грань удовольствия. Он предугадывал любое желание, находил такие точки, касание к которым превращало моё тело в оголённый нерв.

Утомлённая, но счастливая я просто отключилась после очередного раунда, устроенного мне Трэем.

Утро настало непростительно быстро, а пробуждение было немного смущающим. Меня кто-то целовал в нежное местечко на тыльной стороне шеи. Я мурлыкала, наслаждаясь ласками моего принца, как я думала, а потом кто-то ещё стал целовать мою поясницу и попу, а под щекой раздался хриплый голос Трэя:

— Вы её будите или возбуждаете? У нас нет на это времени.

Распахнув глаза, я увидела под собой голого и довольного принца, сзади меня покрывали поцелуями близнецы. Алир сидел в изножье кровати, а Намир нервно мялся в стороне за спиной блондина.

Тихо ойкнув, я по привычке натянула на себя простынь, скрывая тело от мужчин, и уже потом задумалась о том, что вся эта толпа моя.

Ним уже не болел, и я представила полюбившийся мне глухой комбинезон, выбираясь из постели. Смущённо буркунув «доброе утро», я скрылась в ванной, чтобы привести в порядок своё тело и свои мысли.

Хоть с наличием у меня пяти мужчин я смирилась и каждого из них приняла, но все вместе они лишали меня равновесия непривычностью ситуации. В моём восприятии пятеро моих любовников должны ревновать и мысленные уговоры, что они раалийцы и воспитаны иначе, не спасали от стеснения и зажатости.

Приняв душ и приведя себя в порядок, красная от стеснения я вышла в спальню.

Трэй уже поднялся, также одетый в нум, как и остальные мои мужья.

— Почему ты так отреагировала на нас? Мы же твой семейный круг? — беспокоясь, спросил принц, нежно целуя меня в губы.

— Её мир моногамен. Нашей ваире ещё трудно принять наши устои. Она стесняется всех вместе. Это обусловлено собственничеством мужчин в её мире. Они подрались бы с соперниками, увидев жену в чужих объятиях, — как всегда исчерпывающе точно пояснил Алир.

— А как тогда мы будем спать? — удивился Трэй, ещё сильнее вгоняя меня в краску.

— Мы постараемся, чтобы Вио-Ррика привыкла к нам ко всем сразу, но пока она уединяется только с одним из мужей, а просто спим вместе, — с нажимом произнёс Намир, пряча меня на своей широкой груди. — Хватит смущать ваиру, давайте её накормим. Она давно ничего не ела.

Присев на кресло, Мир усадил меня на колени. Он придвинул хитрую конструкцию, похожую на перекатной стол с большим блюдом, наполненным разными вкусно пахнущими деликатесами и стал скармливать мне лучшие, по его мнению, кусочки.

Близнецы заняли место на широких подлокотниках нашего кресла, периодически заменяя Намира. Алир сел на стул и второй установил для Трэя, который уединился в ванной.

Вся эта возня с кормлением смущала, но я помнила, как мечтательно Вейс планировал за мной ухаживать, поэтому покорно ела всё, что подавали мужья.

Алир ел и с явным наслаждением наблюдал за нами. Трэй присоединился к нам с уверенной улыбкой, которая делала его неотразимым, несмотря на небольшой шрам.

Покончив с едой, мужчины принялись обсуждать предстоящее заседание Совета.

— Ваше с Ррикой единение было назначено на десять утра, а сразу после обеденного перерыва состоится заседание по вопросу нападения на нас Талинора. Поскольку ваш случай настолько редкий, что почти невероятный, то, скорее всего, пригласят медиков и учёных, чтобы зафиксировать его. Учитывая то, что ты наследник старшей ветви, следует ожидать повышенного внимания общественности. А исцеление нума вообще случай беспрецедентный. Вио-Ррика не привыкла к такому вниманию. Мы должны максимально оградить её от любопытствующих, — выдал чёткие указания всем сразу Алир.

— Талинор был уверен в том, что ему удастся избежать ответственности, присоединившись к нашему кругу. Нам нужно обдумать, как сгладить ситуацию с его наказанием. Из-за смерти союзников из клана ри-Амас и ри-Аидин ситуацию будут рассматривать со всей серьёзностью, но за Лина его мать может развязать настоящую войну. Я бы не советовал требовать материальную компенсацию: императорский клан крупно вложился в строительство флота воздушных судов, — озвучил свои мысли Трэй.

— Если не финансовая компенсация и не уголовная ответственность, тогда остаётся долг жизни — это никак не подходит нам. Талинор будет настаивать на ритуале с Вио-Ррикой. Это она сражалась с ним на Нериде, поэтому Совет удовлетворит его требование. Нам нужно отделаться от твоего брата, а никак не терпеть его тенью нашей ваиры неизвестно сколько лет, — недовольно отозвался Алир.

— Я не испытываю нежных чувств к Лину или его матери. Мне самому противна мысль, что он постоянно будет рядом с Вио-Ррикой, но другой возможности решить дело миром нет. Или у тебя есть флот союзников и защищённая планетарная система, пригодная для жизни?

— А теперь объясните мне момент с Талинором и моей тенью, — разозлилась я.

— За преступления, направленные на конкретную личность или клан, нашим законодательством и традициями предусмотрен такой вид ответственности, при котором агрессор отдаёт пострадавшей стороне себя в служение на тот срок, что Совет сочтёт достаточным для искупления вины, — сказал Апир, недовольно поджимая губы. — Мы потребуем финансовой компенсации и сами предоставим деньги для погашения долга императорскому кругу.

— Нет сомнения в том, что Лин потребует для себя именного этого наказания. Ты зацепила его, цветочек. Я ни разу не видел Талинора настолько заинтересованным в женщине, и он не привык к отказам, — с виноватым видом сказал Трэй, отметая несомненно хорошую идею Апира.

— Скажи, а прерыватель, который императорская печать, насколько он дорогой? — спросила я у Трэя.

От отчаяния у меня появилась неплохая идея, как отделаться от перспективы несколько лет терпеть рядом змеёныша.

— Он достаточно ценный, но это скорее символ власти императорского круга, означающий, что перед нами нет запертых дверей, — ответил недоумевающий принц. — Кстати, свой я передам тебе на заседании Совета по нашему вопросу.

— Скажи, а передавать или дарить печать кому-то обязательно предполагает какие-то брачные обязательства? — на всякий случай уточнила я, чтобы не попасть в ещё более опасную ситуацию.

— Нет. Его дарили несколько раз в истории союзникам, как знак великой чести и доверия. Что ты задумала? — спросил обеспокоенный Трэй.

— Кажется, я придумала, как нам выйти из ситуации с Талинором. Но мне нужно слово прежде, чем огласят приговор Талинору. Это возможно? — спросила я, не зная, ограничены ли мои права перед этим их Советом.

Как я поняла, на Раалии женщинам отводится роль цветочка милого, полезного, но ранимого и оттого оберегаемого от всего серьёзного или опасного.

— Конечно. Ты сражалась с тремя боевыми шаттлами и управляла в одиночку крейсером в условиях ведения боя. Тебя наверняка захотят выслушать. Я, кстати, восхищён твоей смелостью, я ещё вчера хотел это сказать, — смутился Трэй.

— Но ему не хватило времени за всю ночь, — беззлобно поддел принца Тайс, целуя мою щёку.

Наш первый семейный завтрак прервал вежливый стук в дверь. Это из Совета к нам уже прислали курьера с приглашением на первое заседание по вопросу самопроизвольного слияния ваиры клана ри-Анор и первого наследника императорского круга Трэя ри-Атона.

Как только мы вышли из комнаты, мужья окружили меня со всех сторон закрывая собой от любопытствующих. Незнакомые раалийцы буквально выстроились в шеренгу на всю длину коридора, чтобы поглазеть на меня. Не знаю, чем я так их заинтересовала, ведь вчера, когда мы приехали, такого ажиотажа не было.

В просторном, богато украшенном холле нас ждали четверо мужчин и мачеха Трэя. Лица троих отцов Трэя светились от искренней радости за сына, а четвёртый лишь обозначил улыбку на губах, сверля нас злым взглядом зелёных глаз, так напоминающих глаза Талинора.

— Сын, мы безмерно рады тому чуду, что подарила тебе судьба. Прелестная Вио-Ррика, мы не были вчера представлены, полагая, что сегодня у нас будет достаточно времени, чтобы познакомиться перед церемонией. Моё имя Ортан, я старший из отцов Трэя и глава клана ри-Атон, — сказал мужчина, галантно целуя руку.

С моим мужем они были отдалённо похожи крепким телосложением, густыми каштановыми волосами и карими глазами.

— Это Эйнард, — второй отец твоего супруга. Далее Таол и Дивар, — представил Ортан остальных членов своего круга. — А это — наша дорогая ваира Илинора.

Мы обменялись с мачехой Трэя парой змеиных улыбок. Про себя я отметила, что в глазах матери Талинора светился явный ничем не прикрытый гнев.

— Вы настоящее чудо для Трэя и для всех нас. Признаюсь честно, никто не рассчитывал, что у вас всё получится, к тому же таким образом, — с изрядной долей язвительности сказала Илинора.

— Приятно слышать, что вы так верили в своего старшего сына, — не менее ядовито отозвалась я, выделяя слова «старшего сына».

— Скажите, а людей принято сразу после знакомства проверять совместимость в постели? — решила не уступать мачеха Трэя.

— Как видите, нет, иначе я бы начала с вашего младшего сына, — с той же неестественной улыбкой ответила я.

Женщина покраснела от гнева, больше не притворяясь радушной.

— Достаточно, девочки. Мы все рады, что Трэю так сказочно повезло, — с нажимом сказал Ортан, жестом приглашая нас к выходу, где уже ожидали два комфортабельных аэролёта.

Глава 22

Виорика ри-Анор

К счастью, каждый семейный круг занял отдельный аэролёт и мы направились к зданию Совета. Пока машина плавно скользила над садами и зданиями, у меня было немного времени всё обдумать.

Мой план по избавлению от Талинора был неидеальным, но это единственное, что я могла сделать. Мужчины тоже нервничали, но выражали это по-разному: Апир и Трэй о чём-то тихо шептались между собой, близнецы делали вид, что задремали, но меня тревожил Намир. Мой гладиатор ещё с утра был напряжён и раздосадован. Я тихо пересела к нему на руки, хоть это и нарушало инструкции полёта.

— Мир, что не так? Скажи честно: ты всё же ревнуешь к Трэю? — спросила я.

— Причём здесь он? — удивился здоровяк. — Я вообще не ревную, просто нервничаю.

— В чём причина? Конечно, ситуация немного напряжённая, но так было всё время, пока мы вместе, а нервничаешь ты сейчас? — решила докопаться до истины я.

— Мы едем в Совет. Один из моих отцов работает там секретарём. Зная, что вопрос коснётся нашего круга, наверняка соберётся большая часть семьи. Они меня не любят, — тихо сказал Мир, опуская глаза.

Видя боль этого сильного мужчины, я впервые почувствовала некоторое облегчение от того, что у меня нет семьи, кроме моих мужей и тех, кого я сама себе выбрала друзьями.

— У тебя есть мы. Не стоит переживать о тех, кто от тебя отказался, — я попыталась утешить Намира, обнимая его за мускулистую шею.

— Дело не в этом. Они будут говорить обо мне гадости и смеяться. Ты откажешься от такого жалкого мужчины, как я, — хмуро сказал Мир, до боли сжимая меня в объятиях.

— Я никогда так с тобой не поступлю, независимо от того, что скажут твои злобные родственнички. А разве возможно от кого-то отказаться? Алир говорил, что наш союз навсегда? — просто ради любопытства уточнила я, но в аэролёте стало так тихо, что было слышно мерное гудение турбин.

— Отказаться нельзя. Но некоторые женщины отправляют неугодных мужей служить в опасные пограничные районы на годы в надежде на то, что они погибнут. Я же говорил, что всех ненужных тебе можно только убить, — пояснил Алир.

— Я ни с кем из вас так не поступлю, независимо от того, что говорят или думают о нас окружающие. Просто хочу, чтобы вы знали, — поспешила я заверить мужчин.

Мужчины одарили меня благодарными взглядами и робкими улыбками. Намир уткнулся носом мне в макушку и тоже немного расслабился.

Тем временем мы прибыли на место и дверь аэролёта с тихим шипением отворилась.

— Ты готова? — спросил Трэй, подавая руку.

Покидать тёплые объятия Мира, тем более ради Совета, не хотелось. Я подарила поцелуй здоровяку и вышла под руку с Трэем в окружении остальных мужей.

Здание ничем не отличалось от сотен прочих, что я видела из окна аэролёта, кроме просторного холла, наполненного десятками, если не сотнями любопытных раалийцев.

Несмотря на то, что мужья меня буквально окружили, некоторые зеваки пытались буквально протиснуться мимо парней, стараясь рассмотреть или коснуться меня.

— Что им нужно? — тихо спросила я, надеясь, что Трэй меня услышит.

— Слухи о том, сколько ты принесла радости императорскому кругу и клану ри-Анор, распространились за пределы Совета. Многое из того, что с нами произошло, считалось невозможным: и мой нум, и единение без напитка страсти, и то, что ты отбила атаку Талинора. Тебя успели окрестить приносящей радость, или удачу. Мы суеверны. Считается, что, если прикоснуться к носителю счастья, то и тебе будет сопутствовать удача.

— Бред какой-то. Вроде бы высокоразвитое общество и такие глупости, — возмутилась я.

— У нас принято чтить традиции. Это одна из них, — убеждённо сказал Трэй как раз к тому времени, как мы подошли к открытому залу.

За высокой трибуной пока не было судей, или членов Совета, как их там называют, но ограждённые полукругом зрительские места были заполнены так, что негде было даже стоять.

— Трэй, а если бы нам было нужно пить этот напиток и заняться сексом, то мы бы делали это при всей этой толпе? — радуясь, что в любом случае не придётся этого делать, спросила я.

— Да, — спокойно ответил принц, буквально убивая меня ответом.

Вслух я ничего говорить не стала, но была крайне возмущена подобного рода традициями.

Внезапно в зале стало тихо, а на трибуну зашли десять замаскированных раалийцев, раздражая мерцанием нумов. Один из них, тот, что занял центральное место, начал речь невыразительным механическим голосом.

— Сегодня Совет был созван для ритуала познания или единения человеческой ваиры клана ри-Анор Вио-Ррики и Трэя из клана ри-Атон. В результате удивительного стечения обстоятельств, пара соединилась самопроизвольно по решению нума и нима носителей. Кроме того, согласно медицинскому свидетельству десятилетней давности, Совету достоверно известно, что симбионт старшего принца был серьёзно повреждён. Для проверки факта вступления в клан и подтверждения дееспособности Трэя ри-Атон была приглашена комиссия, состоящая из специалистов медицинской службы, специализирующейся на изучении симбионтов, и специалисты-генетики. Поскольку союзов между раалийцами и представителями других рас не заключалось, чтобы утвердить наследственные права старшего принца, необходимо проверить вновь созданный клан на возможность появления потомства.

Ко мне и Трэю приблизились три раалийца с какими-то небольшими приборами. Один сканером изучил нум Трэя, второй взял у меня образцы слюны, волос и немного крови. Просканировав мой ним, он загрузил капсулы с анализами в небольшой сферический прибор и, видимо, запустил анализатор.

Признаюсь честно, я волновалась: конечно, у меня ещё не было ни возможности, ни особенного желания задумываться о детях, но я очень хотела бы милого малыша с прекрасными глазами Намира, или любого другого из моих мужей.

Прибор довольно быстро завершил анализ, и специалист отнёс расшифровку результатов прямо в руки главе Совета. Около получаса мерцающие раалийцы что-то бурно обсуждали со специалистами, а потом один из них отделился от остальных и снова взял речь:

— Вынужден признать, что удивлён и крайне озадачен сведениями, предоставленными в ходе экспресс-анализа, и рассчитываю на то, что глава вновь созданного клана ри-Анор позволит провести более масштабные исследования юной ваиры и всех членов клана, — сказал механический голос мерцающего раалийца, заставляя меня похолодеть от страха. — Однако, согласно полученным данным, генный признак Вио-Ррики ри-Анор не только полностью прижился в ткани нума принца, восстановил разрушенную структуру симбионта, но и вернул ему все первоначальные характеристики, усилив их на пятнадцать процентов относительно установленной нормы.

По залу прошёл удивлённый гул, усиливая мою нервозность.

— Относительно совместимости вновь созданного клана и возможных отклонений в ожидаемом потомстве, результаты также удивляют своей оптимистичностью: союз с высокой вероятностью будет иметь потомство. Человеческий геном благодаря своей пластичности идеально дополнил наследственные признаки членов клана. Проще говоря, от своего имени и выражая мнение Совета, поздравляю Алира ри-Анора с удачным, хоть и рисковым выбором ваиры. Клан ри-Атон также поздравляем с чудесным исцелением наследника старшей ветви и обретением им сильного круга. Трэй ри-Атон утверждается в правах основного претендента на получение статуса императорского круга для клана, в который он так феерично вошёл.

Часть терминов, используемых главой Совета, мне была совершено непонятна. Для себя я выделила только то, что Трэй здоров и дети у нас могут быть, а об остальном решила при возможности расспросить Алира, раз его поздравляли.

Счастливый Трэй обнял меня и прилюдно поцеловал в губы, вызывая новую волну одобрительного гула. Потом он снял со своей шеи знакомый мне кулон-прерыватель и одел на меня.

Я уже была готова выдохнуть и удалиться вместе с мужьями, но глава Совета снова начал говорить:

— Поскольку на сегодня запланирован ещё один вопрос относительно молодого клана ри-Анор, не вижу причин откладывать его на вторую половину дня. Первоначально планировалось предоставить ваире время для восстановления после ритуала познания, но раз всё так удачно сложилось и ответчик по второму вопросу также присутствует в зале заседания, то перейдём сразу к делу.

Четыре дня назад по единому времени был зафиксирован факт нападения на крейсер «Нерида» под управлением Вио-Ррики ри-Анор шаттлами: «Велесса» под управлением Талинора ри-Атона, «Аррая» и «Небус» под управлением погибших в ходе сражения Рейва ри-Амас и Валиса ри-Аидин. Учитывая противозаконность подобного рода действий, Талилону ри-Атону предъявлено обвинение в попытке захвата судна.

Из бортовых записей всех боевых единиц установлено, что крейсер «Нерида» пытался выйти на связь для уточнения требований и личностей напавших, но получил удар звуковой волной, запрещённой к использованию. «Неридой» бой вёлся с неустановленным противником, что позволяет применять выстрелы на полное поражение цели. В результате необдуманных и противоправных действий Талинора ри-Атон погибли двое сыновей уважаемых фамилий, был нанесён материальный ущерб и поставлена под угрозу жизнь ваиры клана ри-Анор. Обвиняемому Талинору ри-Атон предоставляется слово для оправдания своих действий или выбора способа наказания.

— В своё оправдание хочу сказать, что не планировал чьей-либо гибели, поэтому и применил звуковую волну. Я много раз пытался спокойно обсудить спорные вопросы с Апиром ри-Анор, но он избегал меня. Я просто планировал поговорить. Мне не было известно, что клан ри-Анор нашёл свою ваиру, иначе я никогда бы не поставил под угрозу жизнь женщины, к тому же такой отважной, несмотря на внешнюю беззащитность. Незнание не может служить оправданием, поэтому я признаю свою вину перед Вио-Ррикой ри-Анор и прошу назначить Долг жизни лично ей, как основной пострадавшей стороне, — выступил Талинор.

Если бы я не знала его лучше, то прониклась бы благородством несправедливо обвинённого принца, жертвующего собой из-за простой неурядицы между кланами. Всем своим видом он демонстрировал своё сожаление и смирение, но в данный момент мне его актёрская игра была как раз на руку.

— В своё оправдание хочу сказать, что не планировал чьей-либо гибели, поэтому и применил звуковую волну. Я много раз пытался спокойно обсудить спорные вопросы с Алиром ри-Анор, но он избегал меня. Я просто планировал поговорить. Мне не было известно, что клан ри-Анор нашёл свою ваиру, иначе я никогда бы не поставил под угрозу жизнь женщины, к тому же такой отважной, несмотря на внешнюю беззащитность. Незнание не может служить оправданием, поэтому я признаю свою вину перед Вио-Ррикой ри-Анор и прошу назначить Долг жизни лично ей, как основной пострадавшей стороне, — выступил Талинор.

Если бы я не знала его лучше, то прониклась бы благородством несправедливо обвинённого принца, жертвующего собой из-за простой неурядицы между кланами. Всем своим видом он демонстрировал своё сожаление и смирение, но в данный момент мне его актёрская игра была как раз на руку.

— Апир ри-Анор, как глава клана может выбрать способ взыскания долга, — провозгласил глава Совета.

— Поскольку основной пострадавшей в нашем межкпановом споре стала моя ваира, то я прошу предоставить решение Вио-Ррике.

Глава ненадолго отлучился к прочим моргающим членам Совета, а вернувшись, сказал:

— Совет не возражает выслушать требования и пожелания мужественной ваиры клана ри-Анор.

От волнения мой голос немного дрожал, но я начала говорить:

— В первую очередь, я сожалею о смерти представителей славных кланов ри-Амас и ри-Аидин. Они сражались как настоящие воины и погибли с честью. Если бы мне было известно о том, что нет угрозы жизни моего клана, то я никогда не применила бы боевые снаряды. Мы часто беседовали с его высочеством Талинором ри-Атон и я поняла, как чисты были его помыслы и то, что он скорбит о потере своих союзников в результате его необдуманного решения. Принц так стремился искупить свою вину, что предложил породниться с императорским кланом. Не считая себя достойным великой чести, он предложил в качестве кандидата своего старшего брата и я очень благодарна ему за прекрасного мужчину, ставшего замыкающим наш, как выяснилось, неполный клан. Но и этого благородному Талинору показалось недостаточным: он передал мне свою императорскую печать в качестве гарантии мира и сотрудничества между императорским кругом и моей семьёй. Я считаю вину Талинора ри-Атон полностью заглаженной материальной компенсацией в виде бесценного артефакта — императорской печати.

От волнения у меня вспотели ладони, от напряжения затекла спина, но я была довольна тем, как мне удалось повернуть вопрос в свою сторону.

Советники опять собрались кругом, обсуждая вопрос.

У меня устали ноги. В этот раз Советники спорили не менее часа. Время давно перевалило за обед, но, к счастью, прерываться на него никто не стал. Толпа зевак заметно шумела, не позволяя услышать, о чём говорят наши судьи. Наконец, глава отделился от остальных и вышел к трибуне.

— Ввиду раскаяния Талинора ри-Атон, добровольной материальной и моральной компенсации и отсутствии претензий с пострадавшей стороны, считаем его Долг жизни полностью выплаченным, а спор закрытым, — лаконично сообщил глава, и Совет полным составом покинул зал.

Глава 23

Виорика ри-Анор

Как только члены Совета покинули зал, к нам хлынула толпа зевак. Мужья опять окружили меня со всех сторон. Всё это было странно: вроде бы никто не толкался и не хватал меня руками, но мне было немного страшно от того, что эти странные раалийцы были готовы разобрать меня на сувениры, согласно своим странным традициям.

— У нас сегодня был трудный день. Моя ваира устала и беспокоить её в такой момент просто неприлично, — громко и строго сказал Алир.

К моему удивлению большинство раалийцев разошлись по своим делам, перед нами осталось только двое мужчин и три совсем молодых девушки.

Девицы наглым образом строили глазки Апиру, что мне категорически не нравилось, а мужчины подошли к Намиру, дружески похлопывая его по плечу.

— Сын, мы рады тебя видеть в добром здравии, — сказал приятный на вид мужчина.

Высокий и стройный, как все виденные мной раалийцы, на мой взгляд, он был слишком молод, чтобы быть отцом моего мужа. Помня опасения Мира и то, что его родные бросили его на верную смерть, я тихо злилась, стараясь не привлекать к нам ещё большего внимания.

— Тир ти-Аль, мы спешим. Вы можете нанести визит Намиру в другое назначенное время, — холодно сказал Трэй, в то время как Алир сбрасывал с себя наглые конечности невоспитанных девиц.

— Мы не видели брата четыре года. Вы могли бы уделить пару минут, чтобы мы могли спокойно пообщаться, — сказала одна из настырных особ, перестав глупо хихикать.

Раалийкам на вид было от семнадцати до двадцати лет, но каждая из них лишь немногим уступала ростом близнецам. Как и моя свекровь, они были широкоплечими и немного мужеподобными. Их лица сложно было назвать привлекательными, скорее миловидными, но крупные мясистые носы сильно портили то немногое, что можно было счесть красивым.

— Уверен, вы скучали по Намиру, но нас ждут, — холодно сказал Алир, наконец, отступив за спину Тайса, которого капризные девицы не сочли интересной целью для своего внимания.

— Скучали? — возмутилась старшая из барышень. — Нам нужны деньги. Если бы он был достойным братом, то позаботился о нашем благополучии после вступления в один из богатейших кланов Раалии.

— От его продажи мы не выручили и половины средств, затраченных на его обучение и содержание. Да на одно только его питание было потрачено вдвое больше, чем на любую из нас, — противным голоском пропела та, что была младшей из этой мерзкой компании.

— Я выкупил Намира у организаторов боёв как гражданина, утратившего самостоятельность, поэтому не обязан возмещать вам ни реальные затраты, ни вымышленные, — холодно сказал Алир.

— Так я и знала, что ты опять всё перепутаешь, — шикнула на сестру старшая. — Какое обучение? Этот тупица в лучшем случае до десяти считать научился. Ты посмотри на него.

— Достаточно, — не выдержала я, протискиваясь между Тайсом и Трэем, чтобы встать лицом к этим… родственничкам. — Намир — умный, добрый и очень красивый. Вы не имеете никакого права его навещать или даже упоминать о родстве с ним после того, как подло предали. Мне казалось, что раалийцы высокоразвитая раса, на многие века обогнавшая нас в развитии, но в нашем отсталом, по вашему мнению, мире никому не придёт в голову считать съеденное ребёнком или упрекать его за то, что он не оправдал чьих-то завышенных ожиданий. А продать своего сына туда, где его жизни будет грозить опасность — преступление. Любое оскорбление Намира или другого моего мужа я буду воспринимать как обиду, нанесённую лично мне, а в моём мире принято за оскорбления вызывать на бой, вне зависимости от пола оскорбившего. Кто-то из вас готов бросить мне вызов? — спросила я, глядя снизу вверх из-за разницы в росте.

— Она сумасшедшая? Драться? Ты же мелкая. Я бы с радостью тебе врезала, но не хочу отвечать за нападение на ваиру клана ри-Анор, — нисколько не смутившись моей отповеди, сказала старшая и самая крупная из девиц.

— Я официально принимаю твой вызов. Будем драться здесь и сейчас, — прошипела я, собираясь решить вопрос древним казарменным методом.

— Алир, вне зависимости от исхода сражения мы не будем предъявлять требований их гнилому клану.

— Тир Ти-Аль, принимаете ли вы условия боя между Вио-Ррикой ри-Анор и Шамирой ти-Аль? Вне зависимости от того, какая из сторон пострадает, ни один из кланов не предъявит ни материальных, ни моральных требований.

— Мы не заинтересованы в драке между вашей ваирой и моей дочерью. Если вы сделаете ставку на победившую девушку, то имеет смысл посмотреть на бой, — задумчиво сказал этот… послал же Бог родственничков Намиру.

— Что ты делаешь? Зачем? Не надо, — прошипел мне на ухо бледный и встревоженный Намир.

Трэй просто обнял за талию, не желая отпускать, только близнецы поддержали:

— Вио-Ррика — воин. Она не раз доказывала, что имеет право принимать собственные решения.

— Я разобью её заевшееся самодовольное лицо, чтобы все знали, что за оскорбление моих мужчин я буду драться, — тихо сказала я, но, учитывая слух раалийцев, нас слышали многие.

Из толпы зевак, не успевших уйти далеко, вокруг нас образовался круг.

— Я поставлю на свою супругу один миллион креддов. При условии, что, если она проиграет, я выплачу эти деньги клану ти-Аль как компенсацию за содержание и обучение Намира до совершеннолетия. В случае проигрыша Шамиры ти-Аль вы отказываетесь от всех родственных прав и от любого упоминания имени Намира, — уверенно сказал Алир, придерживая за плечо Трэя, давая понять, чтобы тот отпустил меня.

Миллион креддов! Сумма просто сумасшедшая и плохо мной вообразимая, но я и не собиралась проигрывать. Если понадобится, я этой Шамотре перегрызу горло зубами, но не проиграю.

— Я принимаю условия пари. Свидетелей у нас уже достаточно, тир ри-Анор, — самодовольно сказал безымянный для меня отец Намира.

— Вио-Ррика, не нужно, — всё пытался отговорить меня Мир, но то было бесполезно.

После предостережения мужа и видя уверенность этого… папаши, я ожидала, что девица окажется бойцом, но высокая и неповоротливая Шамотра просто глупо прыгала на меня, стараясь ударить внушительным кулаком. Мне даже неловко было её бить.

Когда покрасневшая от злости раалийка в очередной раз попыталась задавить меня массой, я увернулась и пнула её в толстый зад, заставляя распластаться по полу.

Пока пыхтящая от гнева девица вставала, я мельком осмотрела собравшихся зевак и заметила в первом ряду Талинора. У принца было такое лицо, как будто у меня выросли крылья, ну или рога: изумление, гнев, восхищение и какая-то непонятная мне эмоция сделали красивое лицо Лина просто комичным. Я бы ещё разглядывала прочих удивлённых родственничков из императорского клана, но Шамотра, наконец, поднялась и с визгом: «Ну, я тебе сейчас…», снова кинулась на меня.

Мне надоело играть с ней: в конце концов, я затеяла эту драку, чтобы отбить желание у прочих оскорблять моих мужей, а не для развлечения собравшейся толпы. Когда девица подошла достаточно близко, я ударила её в солнечное сплетение, вышибая из лёгких воздух. Затем я ударила согнувшуюся от боли родственницу под колени, заставляя опуститься на них, и выкрутила руку за спину.

— Пусти! Больно! — громко орала Шамотра, безуспешно пытаясь вырваться.

— Отпущу, после того как ты громко извинишься перед Намиром за каждое нелестное слово в его адрес, — тихо сказала я, сильнее выкручивая руку после очередной попытки родственницы вырваться.

— Хорошо, только пусти, больно, — хныкала раалийка.

Я ослабила захват, но руку не выпустила.

— Извиняйся, — непреклонно сказала я.

— Прости меня, Намир, ты не тупица, — злобно выплюнула она, за что поплатилась очередным приступом боли.

— Не так. Извиняйся искренне, чтобы я поверила в твоё раскаяние, — холодно сказала я, снова немного ослабляя захват на руке раалийки.

— Прости меня, Намир. Я больше не буду обзываться, — прохныкала девица и я сочла, что с неё достаточно.

Отпустив руку, я направилась к мужьям, но внимательно следила за тенями на полу, не доверяя избалованной Шамотре. Моё предчувствие не подвело, девица попыталась напасть на меня со спины, но я лишь увернулась, простой подсечкой отправляя её в полёт с болезненным приземлением на гладкий пол здания Совета.

Со всех сторон раздался одобрительный гул и аплодисменты, но меня не интересовала чужая реакция, я шла обнять своего Мира.

— Я возражаю! Вы нанесли ущерб моей несовершеннолетней дочери! — визгливо кричал тот, который отец.

Алир собирался что-то сказать, но из толпы зевак вышел высокий мужчина с седыми волосами.

— Вы заключили пари, Нейлан, не принимая в расчёт незрелость вашей дочери. Вайра клана ри-Анор дралась с честью, не причиняя значительного ущерба Шамире ти-Аль. Вам отказано в предъявлении требований. Сейчас вы лично предоставите мне письменное объяснение, на каком основании вы поставили под удар несовершеннолетнюю дочь с целью наживы на пари. Вио-Ррике ри-Анор предстоит заплатить штраф в размере ста креддов за драку, развязанную в здании Совета. Все свободны, — непререкаемым тоном распорядился мужчина, а мои мужья в унисон с папашей ти-Алем пробормотали: «Да советник ри-Агар».

Оставшийся путь до аэрокара я проделала у Намира на руках: не слушая никаких уговоров, мой гигант крепко прижал меня к себе, не желая отпускать. У меня в голове крутились сотни вопросов, которыми я собиралась завалить мужей, но возле двери транспортного средства нас ждал неприятный сюрприз в лице «благородного» принца Талинора собственной персоной.

— Я хотел выразить своё восхищение, мой ядовитый цветочек. Ты ловко выкрутилась, но не думай, что тебе удалось от меня ускользнуть. Я никогда не отказываюсь от того, что хочу, — нагло заявил Лин, сверкая зелёными глазами.

— Ты смеешь угрожать моей ваире, Лин? — повысил голос Трэй, наступая на братца.

В ответ тот нагло улыбнулся, поднимая руки в успокоительном жесте.

— Спокойно, брат. Мне есть чем вас удивить, — ехидно сказал принц, и с нарочито вежливым поклоном удалился.

Едва мы сели в аэролёт, как мужья буквально затискали меня со своими объятиями и поцелуями, наперебой расхваливая замечательную меня. Наверное, я должна была быть скромнее и не так сильно радоваться их обожанию, но мне было чертовски приятно после напряжённого дня просто расслабиться, наслаждаться временной победой.

Глава 24

Алир ри-Анор

Я всегда считал, что ваира высокого клана — это скорее привилегия. В обязанности мужей входит полное обеспечение всех потребностей жены: безопасность, достаток и физическое удовлетворение, но наша маленькая ваира решительно сводит меня с ума всеми возможными способами.

Она самоотверженно пытается защитить нас, и в который раз успешно. Мне трудно позволять ей рисковать собой, это идёт вразрез с моим воспитанием, но я помню, как гневно девушка возмущалась попытке отца оградить её от всех опасностей. Что ж, я ведь знал, что беру ваирой воина. Мне нравилась Вио-Ррика именно такой: дерзкой, бесстрашной, но нежной, ранимой и сомневающейся, на вид импульсивной, но вдумчивой и основательной, и я никому не позволю ломать её уникальный дух. Противоречия её характера заставляют меня гадать, чего ещё ждать от нашей жены?

Немного обижало её недоверие и то, что мы узнаём о её решениях, как правило, постфактум, но нам только предстоит научиться верить друг другу. Культурные различия наших рас тоже играют не последнюю роль. Её стеснение перед всеми мужьями на самом деле большая проблема, которая может привести к развитию наших собственнических привычек.

Ррика ещё видимо не преодолела своих предубеждений относительно нашего круга, хоть и приняла каждого из мужчин, но мне нельзя допустить развития ревности в семье, особенно пока наш круг так молод и нестабилен. Только первое потомство скрепляет семейные узы, но до появления малыша могут пройти годы. Время — ещё один из фактов, который меня сильно смущал: люди живут вдвое меньше раалийцев. Я надеялся, что наш ним сгладит различие, но опасность через пятьдесят лет потерять ваиру всё ещё высока.

Предложение Совета провести более детальное исследование нашего союза было в связи с этим весьма кстати. Собственно, поэтому раалийцы и не заключали союзов с людьми, несмотря на схожую структуру ДНК и высокую взаимную привлекательность рас. Терять ваиру страшно, а в моём случае, скорее всего, смертельно. Я сам не заметил, как эта хрупкая, но упорная девочка не просто полностью вошла в мою семью, но и срослась с моей душой, буквально проникнув под кожу.

Я смотрел на нашу девочку, сладко спящую на груди Намира, и испытывал так много новых для меня чувств, что грудь сдавливало от непонятной душевной боли.

— Мир, я позволяю тебе забрать с собой малышку, но это последний раз, когда кто-то будет уединяться с ней в одиночку. Мы должны постепенно приучить Вио-Ррику не стесняться предаваться страсти в присутствии семейного круга. Мне не нужна ревность между нами. Тайс и Вейс, вам будет проще научить Ррику доверять сразу двоим партнёрам. Трэй, Намир, у вас есть возражения?

Парни отрицательно покачали головами, соглашаясь со мной.

— Теперь относительно Талинора: у кого-нибудь есть предположения, на что намекал младший принц? — спросил я.

Трэй выглядел хмурым и озадаченным, Намир полностью погрузился в любование Ррикой, а близнецы были встревоженными и немного напуганными. Странно, раньше не замечал за ними такой впечатлительности относительно угроз, но возможно я слишком подозрителен после обретения ваиры.

— Алир, почему ты позволил Ррике драться, ещё и поставил деньги на её победу? Это выглядело странно и таким решением ты подверг её опасности, — хмуро спросил Тайс.

— Наша ваира — капрал Федерации и прошла военную подготовку. Она с детства обучалась принимать решения и нести за них ответственность. Её поступки иногда кажутся необдуманными, но это редко бывает так. Она решила драться именно с Шамирой потому, что та была самой крупной и взрослой из сестёр Намира, следовательно, никто не обвинит её в том, что она набросилась на беззащитного.

Некрасивый на первый взгляд поступок она тоже совершила сразу по нескольким причинам: ей не понравилось повышенное внимание к ней как носительнице счастья и она специально разрушила светлый образ, а главное отбила желание у женщин сквернословить в наш адрес раз и навсегда. Может, жёстко и грязно, но весьма эффективно. Избалованные раалийки ни за что не решатся сыпать оскорблениями, если будут знать, что за это наступит ответственность в виде публичной порки.

Почему я не остановил её и сделал ставку? Я внимательно изучил личное дело нашей жены: у неё разряд мастера спорта по рукопашному бою, она эмоционально и психически уравновешена, поэтому не склонна к жестокости. Ррика — единственный человек на Раалии, что автоматически делает её объектом нападок наших дам. Вио-Ррика — сирота, поэтому больше своей жизни и чести стремится защищать тех, кого приняла своей семьёй, — пояснил я своё решение Тайсу, заставляя его задуматься.

— Ты дальновиднее, чем я предполагал. Я рад, что вошёл в твой клан. Могу я тоже почитать документы Ррики? — сказал Трэй, внимательно выслушав меня.

— Конечно. Я скину тебе их на консоль. Теперь вернёмся к основной проблеме: пока Талинор не отказался от попыток заполучить нашу жену или попытаться заменить одного из нас, ваиру не оставлять в одиночестве ни на минуту. Будем меняться каждые три-четыре часа, чтобы она привыкала к каждому, не выделяя кого-то одного. Сейчас мы с Трэем встретимся с отцом, чтобы обсудить состояние текущих дел клана, близнецы пусть подготовят общую спальню для удобства ваиры, а Намир пока уединится с Ррикой, — отдал я указания сокпановцам, подлетая к нашему дому.

Я так редко здесь бывал, но всё равно скучал по этому месту. Благодаря моей маленькой человеческой ваире я привёл в него сильный во всех смыслах клан. Отец встречал нас с такой радостной и открытой улыбкой, какой я не помнил от своего единственного уцелевшего родителя.

— Что с ваирой? — встревожился он, видя Ррику, спящую на руках Намира.

— Утомилась. Всё хорошо, она не пострадала, — спокойно ответил я.

— Алир, я негодую по поводу твоей безответственности: как ты мог допустить драку своей ваиры? Я только что получил извещение о штрафе, хотя и так новостная лента пестрит информацией о скандальной выходке ваиры клана ри-Анор, — гневался отец, вызывая у меня тяжкий вздох необходимостью снова оправдываться.

— Алир доказал нам целесообразность своего поступка и мы полностью согласны с его решением, — поддержал меня Трэй, в тезисной форме объясняя отцу необходимость принятого решения, пока я вспоминал, как приятна была неожиданная защита Ррики.

Мужчины, независимо от статуса, не имеют права оскорбить или причинить вред женщине. К незамужним девушкам мужчинам, объединённым в клан, даже прикасаться можно только с осторожностью и почтением, поэтому мне приходилось терпеть их неприятные касания и сальные взгляды. От тех девиц неприятно пахло потом, я едва сдерживал желание резко оттолкнуть их липкие руки от своего нума. Несмотря на то, что дочери клана ти-Аль довольно молоды, но за ними закрепилась репутация распущенных особ.

Признаюсь, с мстительным удовольствием наблюдал, как моя ваира заставила Шамиру извиняться перед Намиром.

— Поужинаем, когда проснётся ваира, а пока займёмся делами, — распорядился отец, вырывая меня из воспоминаний.

Пока папа и Трэй обсуждали финансовые моменты и размер откупа от императорского круга, я откровенно скучал. Честно говоря, никогда не любил экономику, хотя и неплохо разбирался в этих вопросах. Наличие такого гения, как Трэй в нашем клане сильно облегчило мою жизнь.

Я позволил себе снова уплыть мечтами к моей ваире, представляя её нежное светлое тело в объятиях мускулистого Намира. Немного царапнула зависть к нашему гладиатору, но больше меня снедала собственная неудовлетворённость. Хотелось пойти и присоединиться к ним в гостевой спальне, но я усилием воли удерживал себя от эгоистичного поступка.

— Алир, ты явно не с нами. В каких облаках ты летаешь? — спросил отец, придя к согласию с Трэем по текущим вопросам.

— Прости, я задумался. Папа, я просил бы тебя договориться о возможности приватной беседы со станцией, с которой я забрал Вио-Ррику. Жена очень привязана к своим друзьям, а я так спешил с единением, что не позволил им как следует попрощаться. Хочу порадовать Ррику, — попросил я.

— Конечно. Я всё думал, когда же ты вспомнишь о том, что молодых женщин нужно задабривать подарками. Зная твою невнимательность к таким важным мелочам, я скупил всё стоящее в лучших ювелирных салонах и заказал несколько эксклюзивных вещиц для Вио-Ррики. Их доставят сегодня, — сообщил довольный отец, вызывая чувство благодарности.

У меня были сомнения относительно любви Ррики к украшениям, но она теперь лицо дома ри-Анор, мы обязаны предоставить ей всё самое лучшее.

— Спасибо, — искренне сказал я. — Вио-Ррике будет приятна твоя забота. Я не буду присваивать себе твои старания. Я уже давно подготовил кое-что особенное для моей ваиры, поэтому подари сам, — ответил я, загадочно улыбаясь.

Из коридора были слышны громкие рычащие стоны Намира, вызывая во мне тревогу. Нет, я не сомневаюсь в том, что это стоны удовольствия, но почему молчит Ррика? Вдруг он сделал ей больно? Мир неопытен и мне стало страшно, что он потерял контроль и обидел жену.

— Я вас покину, — хмуро сказал я, буквально вскакивая с места.

Трэй побежал за мной. У двери в спальню уже топтались Тайс и Вейс, с такими же испуганными лицами. Я открыл дверь и замер, не зная, как реагировать на то, что увидел.

Виорика ри-Анор

Возможно из-за перегрузки событиями и волнениями сегодняшнего дня, а может, из-за бессонной ночи полной любви, едва транспорт тронулся с места, я уютно устроилась на широкой мускулистой груди Мира, который категорически отказался разжать объятия, и уснула крепким сном без сновидений.

Проснулась я от того, что тело затекло и немного покалывало от неудобной позы. Обнаружив под щекой грудь голую грудь Намира, я улыбнулась и принялась покрывать поцелуями тонкие шрамы, белёсыми росчерками пересекавшие загорелое тело моего великана. Едва я шевельнулась, чтобы спуститься ниже, огромные ладони, сжимавшие мою попу, напряглись, теснее прижимая меня к торсу мужчины.

— Ты проснулась? — сонно спросил Намир.

— Да, и хотела разбудить тебя более приятным способом, но ты всегда на страже моего тельца, — хотела пошутить я, намекая на оральные ласки, но Мир, естественно, меня не понял.

— Прости. Мне трудно поверить, что ты моя, — сказал Мир, отводя свои прекрасные синие глаза.

— Ты можешь мне довериться? — лукаво спросила я Мира, не желая больше разговоров.

В ответ Мир кивнул, не сводя с меня глаз.

— Хорошо, просто лежи спокойно и не трогай меня руками. Сможешь?

Я знала, что была первой у моего великана, и мне очень хотелось побаловать его минетом. Предвкушая его наслаждение, я ёрзала от нетерпения, заставляя стонать и без того возбуждённого мужа. Помня его размерчик, попросила Мира не предпринимать активных действий из опасения задохнуться, но это не уменьшило моей решимости попробовать.

Я опустилась ниже, увлажняя губы языком. Намир шумно вздохнул, не в силах отвести от меня взгляд.

— Что ты делаешь? — спросил парень, когда мои губы коснулись одного из рельефных кубиков пресса.

Я не стала отвечать, опускаясь с ласками всё ниже. Мужчина застонал и сжал сильными пальцами простынь. Мои губы и язык скользили по гладкой коже, задевая чувствительные местечки вблизи гордо стоящего члена, но не касались его.

Мир выгибался навстречу ласкам и стонал, а я не могла налюбоваться на рельефные мышцы, красиво перекатывающиеся под золотистой кожей. Украдкой поглядывала на прикушенную губу и прикрытые от удовольствия глаза. Наконец, обхватив ладонью основание его плоти, склонилась, обхватывая губами нежную твёрдость.

— Это слишком приятно. Я не могу больше. Иди ко мне, — хрипло просил Мир, буквально корчась от удовольствия.

Вместо ответа я сильнее обхватила губами бархатистую плоть, ускоряя движения. Второй рукой я поглаживала твёрдый ствол.

Реакция Мира была настолько острой и громкой, что я стала переживать о том, чтобы нас не услышали остальные, но прерываться, видя блаженство парня, никак не хотела.

Мир сходил с ума, извиваясь на гладких простынях. Его королевского размера член стал каменно-твёрдым и на языке появился солоноватый вкус предсемени, предвещая скорую разрядку, и тут дверь отворилась, являя моему взору остальных мужей с шоком, написанном на красивых лицах.

От стыда я замерла, но не отпрянула от страдающего Мира, пока он с громким криком изливался в мой рот.

— Что ты делаешь? — наперебой спросили четыре крайне озадаченных мужчины, пока Мир пытался отдышаться после мощного оргазма.

Глава 25

Виорика ри-Анор

Что ответить на этот риторический вопрос? Я выскользнула из постели и молча ушла в ванную комнату, чтобы привести себя в порядок после кульминации Намира. Судя по голосам в спальне, мужчины никуда не ушли, ожидая моего возвращения.

Я решила не спешить. Обстоятельно приняла душ, долго крутилась перед зеркалом, экспериментируя с нимом. В здании совета я успела подсмотреть местную моду и сейчас представила себе простое платье-карандаш до колена с красивым декольте. К образу не хватало туфлей, которые я собиралась достать из своего чемодана.

Сколько ни оттягивала я смущающий момент, но к мужьям пришлось выйти. Они сидели в креслах, забрасывая вопросами крайне довольного Намира.

— Меня сегодня будут кормить? — наигранно воодушевлённо спросила я, стараясь не показать, как я смущена их появлением в такой интимный момент.

— Конечно, ваира, — с уверенной улыбкой, так нравившейся мне, сказал Апир, притягивая меня к себе на колени.

Пока Вейс подкатывал к нашим коленям уже знакомый стол-поднос, его брат сбегал к шкафу и вернулся с новой парой женской обуви, идеально подошедшей к моему наряду и севшей точно по ноге.

— Спасибо, — улыбнулась я, удивляясь, где он достал туфли.

— А поцелуй самому хорошему мужу? — как всегда в своей манере потребовал Тайс.

— А… ну… наверное сейчас не стоит, — опять смутилась я, не зная, как намекнуть на недавний минет Намиру.

— Почему? — искренне удивился близнец, поражая меня своей несообразительностью.

Я хотела просто промолчать, но все мужья внимательно следили за моим покрасневшим лицом, ожидая ответа.

— Мне казалось это очевидно, — уклончиво ответила я, стараясь не заострять их внимание, но мужчины не отступали, решив довести меня до кипения от неловкости момента.

— Я что-то сделал не так? Ты меня наказываешь? — обиженно спросил Тайс, убивая меня своим расстроенным взглядом.

— Чёрт, нет! Опять ты с этими глупостями о наказании? Просто я делала минет Намиру, а после оральных ласк не принято целоваться, тем более с другим мужчиной, — пояснила я, удивляясь, как ещё ним не покраснел.

— Кстати, мы хотели спросить о том, что именно ты делала Миру? — спросил Алир, сильнее прижимая меня к себе.

Наверное, понял, что я уже на грани того, чтобы сбежать от неловкости.

— Вы всё видели. По-моему девственником был только Мир, остальные мне показались весьма опытными и даже изощрёнными любовниками, — начала сердиться я, не понимая, чего они от меня добиваются услышать.

— Ты права, нас обучали, но такого мы не видели. Мир поделился впечатлениями и нам очень интересно. Почему ты стала такой смущённой? Это ведь естественно — выяснять непонятные моменты внутри круга, — пояснил Трэй, глядя на меня с искренним недоумением.

— То есть вы хотите сказать, что никогда не занимались оральным сексом? Я точно помню, что Вейс весьма умело возбуждал меня чем-то подобным, — пробормотала я, пряча глаза.

— Ты — женщина. В том, чтобы возбудить ваиру языком, нет ничего необычного. Но зачем это делать мужчине? Намир и так тебя хотел, и ты не остановилась, чтобы получить удовольствие, а заставила его кончить в твой ротик, — выдал своё видение ситуации Вейс.

— Только не говорите, что не знаете, что такое минет! — удивилась я.

— Не знаем, — нестройным хором согласились мужья.

Чёрт! Чёрт! Чёрт! Как же неловко обсуждать это с пятью мужчинами, которые к тому же все мои мужья!

— А… ну… это вид секса. Удовольствие получают оба партнёра, но один эстетическое, наблюдая за яркими реакциями второго, — мямлила я, стараясь как можно проще описать суть этого действа, а потом возникло подозрение, что мужья просто издеваются надо мной. — Слушайте, я понимаю, что ваши женщины достаточно избалованны, и им не нужно прилагать усилий, ведь четверо мужчин постоянно соперничают за их внимание, но есть же сексботы и порно-видео. Неужели вы не знаете? Или просто нравится наблюдать, как я краснею?

— Раалийцы не пользуются машинами для удовлетворения потребностей. Это омерзительно — заниматься любовью с чем-то неодушевлённым. И порно-видео мы не смотрим. Мы знаем, что это такое, но никогда не видели. Наблюдать за чужой личной жизнью считается крайне грубым и непозволительным, — сухо пояснил Алир, просто убивая меня ответом.

Наверное, не стоит никогда им рассказывать о том, как я потеряла девственность.

— А давайте закроем эту тему. Мне очень неловко. Я каждому из вас потом по отдельности покажу, ладно? — попросила я, надеясь избежать дальнейшей пытки смущением.

— Ты больше не будешь уединяться с одним из нас. Нам хорошо с тобой, но это вызывает странное чувство собственности и раздражения друг к другу. Тебе нужно привыкать к семейному кругу. Нам нельзя ссориться и соперничать между собой, — упрямо поджав пухлые губы, сказал Алир.

— А… и… у… — выдала я всё, что могла сказать на это.

И снова чёрт! Умом я понимаю, что, скорее всего, Алир прав, и им виднее, как строить отношения в таких семьях, но это ведь мне придётся спать сразу с толпой мужиков. Наша первая брачная ночь оставила после себя неоднозначные воспоминания: с одной стороны, мужчины были хороши и доставили мне удовольствие, а с другой, в этом было что-то пошлое и неправильное, то, что лишало интимности момента.

— Мы понимаем, что ты не готова сразу перейти к таким отношениям, поэтому сначала попробуем ласкать тебя вдвоём мы с Тайсом, или Алир с Трэем или Намиром. Тебе не обязательно удовлетворять каждого из нас, но когда ты не прячешься, у нас нет поводов для обиды и зависти. Мы понимаем, что мы семейный круг, а не соперничающие одиночки, — пояснил Вейс.

Что можно ответить на это? Я не представляю, как жить с таким количеством мужчин не провоцируя их ревности, а психология раалийцев и вовсе не поддавалась моему логическому осмыслению, поэтому кивнула, соглашаясь с их планом.

— Не беспокойся, наша маленькая ваира, мы никогда не причиним тебе вреда и не заставим сделать того, что ты не хочешь, — сказал Трэй, целуя кончики моих пальцев.

Опомнившись от смущающих бесед, я хотела скорее перейти к вкусно пахнущему ужину, чтобы побыстрее закрыть эту тему, но едва я взялась за странный столовый прибор, как Алир поспешил забрать его из моих рук, снова начиная странный ритуал кормления, и все мужчины помогали ему.

Теперь я понимаю, почему раалийки такие крупные — им даже есть самостоятельно не надо, только успевай открывать рот.

Едва мы начали трапезу, в дверь постучали и вошёл отец Апира, Нэвис, если я правильно помню.

Он занял пустовавшее кресло.

— Благословенного неба, прекрасная Вио-Ррика. Надеюсь, у вас всё в порядке? — поинтересовался свёкор, переводя любопытный взгляд с меня на Намира и обратно.

«Блин! Я точно сгорю сегодня со стыда» — подумала я, но вслух сказала:

— Спасибо. Рада наконец увидеть вас. Присоединяйтесь к нам.

— Благодарю, — искренне улыбнулся мужчина.

Некоторое время мы молча наслаждались ужином. Свёкор то и дело одобрительно поглядывал на нашу с Апиром композицию и на то, как мужья заботятся обо мне.

— Я счастлив, что в нашем доме снова появился семейный круг. Я скучал по таким застольям. Моему сыну есть чем гордиться: он собрал крепкий клан и нашёл чудесную ваиру, объединившую его, — сказал Нэвис, когда мы перешли к местному горячему напитку.

По вкусу и запаху питьё напоминало кофе, но более мягкий и с приятной сливочной ноткой, а на вид было ярко-красного цвета.

— Отец, тебе удалось выполнить мою просьбу? — спросил довольный блондин.

— Да. Завтра утром Вио-Ррика может связаться со своими друзьями со станции, — сказал Нэвис, заставляя меня буквально подпрыгнуть на коленях Алира.

— Спасибо, — поблагодарила я мужчину и, обернувшись, поцеловала мужа в щёку.

— Рад был угодить, — сказал свёкор, вставая с кресла. — Думаю, на сегодня потрясений достаточно. Завтра я, с разрешения мужей клана, хочу преподнести ваире небольшие безделицы, которые сделают её ещё прекрасней.

Я искренне улыбнулась Нэвису. Самый большой подарок — возможность поговорить с друзьями — он мне уже преподнёс, а в остальном мне приятна была его забота.

Мужья вышли проводить свёкра, а я так и осталась на коленях Алира, который не спешил разжать свои крепкие объятия.

— Я тосковал по тебе, моя Ррика, — сказал он, властно целуя меня в губы.

Поддавшись его напористому горячему рту, я забыла о своих предубеждениях относительно поцелуев после минета и о том, что скоро вернутся ещё четверо моих мужей.

Но как только предательский ним стал сползать с меня, оголяя для моего характерного блондина, я опомнилась.

— Не нужно. Сейчас вернутся остальные, — напомнила я.

— Я знаю. Они не будут к тебе прикасаться, если сама не позовёшь. Доверься мне, — попросил Алир, подхватывая меня на руки, чтобы отнести в постель.

Глава 26

Виорика ри-Анор

Моё страстное желание заняться с блондином любовью сильно поубавилось от понимания, что у нас будет четверо свидетелей, причём каждый из них не чужой мне мужчина.

— Алир, я не могу так. Понимаю, что это необходимо, но мне стыдно и неприятно, что за нами будут наблюдать, — сказала я, отстраняясь от старшего мужа под его тяжёлый рваный вздох.

Больше ничем своего недовольства Алир не показал, но, нежно поцеловав меня в губы, понёс в постель.

— Хорошо. Давай спать, — сказал он, укладывая меня на перестеленную кем-то кровать.

Переформировав ним в короткую пижаму, я поцеловала в щёку Алира, стараясь не провоцировать его на более активные действия, и притворилась спящей, ну или срочно засыпающей.

Вскоре хлопнула дверь, но, судя по звуку шагов, вернулся кто-то один.

— Всё-таки испугалась? — хриплым низким голосом тихо спросил Трэй.

— Да, — снова горестно вздохнул Алир, вызывая у меня чувство стыда. — А где остальные?

— Пошли готовить основные покои. Из-за переполоха с Намиром близнецы мало что успели сделать. От моей помощи отказались, — спокойно сказал Трэй, ложась в кровать с другой стороны от меня.

— Как мы будем бороться с проблемой стеснительности нашей малышки? Это ненормально, что она так реагирует на свой круг. И как вы закрепляли связь? — уточнил принц, заставляя «спящую» меня густо покраснеть.

— Как все. Только потом она с нами отказывалась даже разговаривать и жалела, что не предпочла нам Трибунал. Я не хочу больше этого слышать, даже понимая, что это пустые угрозы, — грустно сказал блондин, поглаживая мою спину кончиками пальцев.

По телу разбежались предательские мурашки, а мне оставалось надеяться, что мужья их не заметили.

— Расскажи подробнее, где ты нашёл наше сокровище и как сумел заполучить? — любопытствовал принц, нежно массируя мою грудь кончиками длинных пальцев.

«Интересно, они заметили, что я не сплю, и издеваются?» — задумалась я, стараясь сдерживать стоны удовольствия.

Алир принялся рассказывать, радуя меня новыми фактами: я понятия не имела, что мой ним был кем-то похищен и попал ко мне случайно. Потом рассказал про наш танец и о том, как страдал, не имея возможности соединиться со мной. В общих чертах поведал о договоре и приказе, благодаря которым я согласилась стать ваирой, даже не зная о том, что муж у меня уже не один, а их четверо.

Я могла бы дополнить рассказ своими впечатлениями, но я же «сплю». В любом случае было крайне занятно узнать впечатления моего степенного и уравновешенного блондина, особенно часть с его сексуальными страданиями.

Видимо от чувств, навеянных воспоминаниями, Алир прижался всем телом ко мне со спины, будоража без того уже заведённую меня прикосновением голого возбуждённого тела. Ним — просто чудесный симбионт, но проблема в том, что прикосновение к нему ничем не отличаются от касаний к голой коже, а, возможно, он уже ретировался, как делал это всегда, ощущая близость возбуждённых мужей и моё согласие.

Не стесняясь рассказывать о таком Трэю, Алир шептал, как он мной гордится и как жаждет не выпускать из своих объятий, обдавая при этом дыханием чувствительное местечко под ушком. Сухие горячие губы блондина оставляли дорожки едва ощутимых поцелуев на моей шее, а большие руки Трэя нежно гладили мне бедро, поднимаясь выше к округлым полушариям ягодиц.

Это невыносимо! Сдерживаться становилось всё трудней, причём непонятно, что больше меня возбуждало — хриплый шёпот моих мужчин, когда они делились своими переживаниями и чувствами относительно меня, ощущение твёрдой, немного влажной плоти Алира, упирающейся мне в поясницу, или всё сильнее распаляющие невесомые ласки.

Когда длинные пальцы Трэя немного сместились, касаясь мокрой от желания плоти, терпеть больше не было ни сил, ни необходимости. Они знали, что я не сплю, но не побоялись открыть свои чувства и страхи, не только мне, но и друг другу. Наверное, в этом и заключается та сила, что объединяет разных мужчин, владеющих одной женщиной, но в тот момент мои мысли были далеки от философских.

С громким стоном я выгнулась навстречу наглым уверенным пальцам. Закинув руки за голову, зарылась в мягкие волосы Алира, как кошка потираясь о блондина.

Глухой мужской стон в мой затылок — и через мгновение я уже прижата к постели сильным гибким телом Алира.

— Ты нужна нам, ваира. Примешь? — не столько спрашивает, сколько утверждает блондин, перемежая слова жадными поцелуями.

Мне не нужна была прелюдия и, судя по тяжёлому, рваному дыханию Алира, ему тоже, но он не спешил дать выход нашей страсти. Лишив меня своей желанной тяжести, блондин буквально впился в мои губы, имитируя скольжением языка то, что планировал делать во мне своим каменнотвёрдым членом. Я возмущённо застонала, царапая ногтями его спину, желая притянуть мужа обратно, но внезапно почувствовала горячий язык и жадные, властные губы на средоточии моей женственности.

Трэй атаковал мокрые от желания нежные складочки, уверенными движениями касаясь какой-то волшебной точки, превращавшей тело в оголённый нерв. Я громко стонала, но мои стоны пил Алир. Хотелось увернуться от чувственной пытки, но сильные руки Трэя надёжно фиксировали мои бёдра. В какой-то момент ощущений стало слишком много: слишком сладко, слишком остро, почти болезненно. Когда оргазм был так близко, что мышцы начало сводить в преддверии разрядки, мужья резко лишили меня всего, заставляя застонать от жестокого разочарования.

Они немного отодвинулись от меня, давая рассмотреть два совершенных возбуждённых мужских тела, два горящих страстью взгляда, но позволяя самой решить, что будет дальше.

Не оставляя себе времени на сомнения, я толкнула Алира на спину, оседлав его бёдра. Опускаясь на его длинный напряжённый член, я буквально впитывала эмоции моего сдержанного и властного блондина. Он открыто транслировал своё удовольствие и страсть, сводя меня с ума. Я была уже слишком близка к оргазму, поэтому ни о какой нежности уже не шло речи: сильные резкие движения наших тел отзывались почти болезненным наслаждением. Мои внутренние мышцы напряглись, сжимая его горячую твёрдость всё сильнее, пока очередной толчок не отправил меня за грань сильнейшего оргазма, заставляя кричать, дрожа от невыносимого блаженства.

Алир стонал и содрогался вместе со мной, найдя свою разрядку.

Не успела я опомниться от оргазма, как на меня обрушился новый чувственный ураган. Трэй поставил меня на колени, позволяя смотреть на расслабленного и удовлетворённого Алира, а сам взял меня сзади, резко проникая в ещё слишком чувствительное лоно.

Сильные толчки чувствовалсь так глубоко, что наслаждение граничило с лёгкой болью. Алир с чувственной улыбкой смотрел на то, как Трэй грубо берёт меня, заставляя стонать и вскрикивать от каждого движения.

Блондин подвинулся поближе. Зажав мои волосы в кулак, Алир приник к моим губам в поцелуе, полном нежности. Контраст между медленным скольжением языка и сильными ударами плоти о плоть лишили меня последних мыслей, превращая происходящее в набор влажных хлопающих звуков тел, хриплых стонов и горячей волны наслаждения, зародившегося где-то в поджатых пальцах ног и стремительно поглотивших всё моё существо, отправляя меня в сладкое забвение.

Проснулась я только утром, как всегда в шесть утра. Как ни странно, во всём теле ощущалась лёгкость и сытая удовлетворённость. Несмотря на безудержность вчерашнего секса, я не чувствовала ни физического, ни морального дискомфорта.

Не желая увлекаться анализом произошедшего, я любовалась спящими мужьями, удивляясь тому, как такие разные мужчины быстро стали мне одинаково дорогими. Я рассматривала их сильные тела, красивые лица. Бережно погладила густые, непослушные каштановые пряди Трэя, провела пальцами по гладкой светлой коже Алира и выскользнула из кровати, направляясь в ванную комнату.

Приводя себя в порядок, я старалась не думать о том, как после этой ночи буду смотреть мужьям в глаза, сосредоточившись на предвкушении беседы с Мирандой.

Мне хотелось поскорее увидеть её миловидное лицо, покрытое веснушками, смотреть как зелёные глаза подруги расширяются от удивления, или услышать громкий смех Миры. Нужно столько всего рассказать и узнать! Интересно, как там Рас? Вернулся ли уже со своей миссии, или шлёт подруге свои романтичные письма, полные любви и тепла?

Надо узнать, можно ли рассказать ей, как выглядят мои мужья-раалийцы, а ещё лучше показать ей всех. Представляла, с каким изумлением Мира узнает, что фактически я стала счастливой обладательницей мужского гарема.

В общем, с довольной улыбкой, свежая и, благодаря ниму очень красивая, я вышла из ванной, встречая радостные улыбки всех своих пятерых мужей.

Первыми меня одарили голодными поцелуями близнецы. Зажав между крепкими телами, они призывно тёрлись об меня, демонстрируя то, как они по мне соскучились. Намир был нежным и внимательным, буквально согревая меня тёплым взглядом. С улыбками сытых котов меня приветствовали Алир и Трэй, между поцелуями шепча мне на ушко нежности.

Если так будет проходить каждое утро, то я, пожалуй, буду завидовать сама себе.

Не в силах больше ждать, я уговорила мужей начать утро со звонка на станцию, намереваясь похвастаться обо всём Мире, но, как только визор отобразил лицо моей подруги, улыбка быстро сползла с моего лица.

Глава 27

Виорика ри-Анор

На бледном лице Миранды даже веснушки стали не такими яркими, скорее напоминая болезненные пятна, чем природную прелесть её лица. Но больше всего пугали глаза: каждому из воинов Корпуса, прошедших через утраты, знаком этот взгляд — Мира потеряла кого-то очень дорогого.

— Кто? — хрипло спросила я, заранее зная ответ.

— Рас, — тихо ответила подруга, не сдерживая крупных слёз из опухших глаз.

— Давно? — уточнила я, после долгой паузы.

— Вчера утром, — сказала подруга, глотая рыдания.

Я тоже не смогла сдержать эмоций, до конца не представляя, что нашего уверенного, мудрого Раса больше нет. Вспоминая как он защищал нас с Мирой, сколько помогал и как искренне и беззаветно любил мою подругу, я тихо плакала, не находя слов утешения для Миранды. Их просто нет — таких слов, чтобы облегчить невыносимую боль потери, или передать, как мне жаль того, кто был мне братом.

— Хорошо, что ты позвонила. Скорее всего, мы больше не увидимся. Меня разжаловали и завтра отправляют с десантниками в пятьсот сорок четвёртый сектор. Я люблю тебя, Ррики, и рада, что, судя по всему, у тебя всё неплохо, — стараясь выдавить из себя улыбку, сказала Мира, вызывая в душе новую волну липкого страха и беспомощности.

— Нет, — не скрывая ужаса, выдохнула я. — За что?

— Я ударила шокером Тима и сломала ему нос. Ты же знаешь, как папочка бережёт своего золотого мальчика, — с горькой ухмылкой сказала подруга.

Тим Вест — мой бывший, действительно был из так называемых генеральских сынков, и отец его всячески берёг и продвигал, но причём здесь Мира? Об этом я и спросила подругу.

— Его шаттл послали за разведчиками. Он бросил их. Бросил Раса и его группу, хотя мог успеть забрать. На орбите были тяжёлые крейсеры, он испугался обстрела. Я читала его липовый отчёт, но второй пилот Сэм и бортмеханики мне всё рассказали. Вест просто струсил, побоялся за свою шкуру и оставил всю разведывательную группу. Их зачистили артиллерийскими залпами через полчаса после планируемой эвакуации, — едва сдерживая крик, сказала моя дорогая Мира.

Разочарование и злость просто кипели во мне. Если бы я была на базе, то Мира не смогла бы сломать нос Тиму, я убила бы его раньше: просто пристрелила, не спрашивая ни о чём. Но на тот момент мне важнее было спасти подругу, чем отомстить трусливому гаду.

— Это самоубийство, Мира, ты ведь можешь уволиться. Ты не подписывала тот пожизненный контракт. Просто уйди. Я придумаю, как тебе помочь устроиться. Попрошу мужей или прилечу сама, только не делай глупостей. Какой из тебя десантник? Ты же всегда отставала — и в стрельбе, и в единоборствах, — просила я подругу, испытывая ужас от того, что могу потерять ещё и её.

— Так будет лучше. Кроме тебя и Раса у меня никого не было. Я никому не нужна, но меня будет греть мысль о тебе. Как ты? Расскажи хотя бы как выглядит твой раалийский наследник? Надеюсь, он не страшный, как Архалаец? Хотя это не так и важно, главное, чтобы он любил тебя и уважал… как меня Рас, — уверенно сказала Мира, упрямо выдвигая подбородок, как всегда делала, когда её уже было не переубедить.

— Нет! Ты мне нужна, очень нужна. Прошу, просто уволься. Я прилечу через два цикла. Я уговорю Алира и мы тебя заберём, — горячо молила я подругу, не скрывая слёз отчаяния, но Мира никогда не уступала, если приняла решение.

— Тебе не до моих проблем. У вас семья, а я не хочу быть третьей-лишней. К тому же я ничего не умею, кроме как служить. Просто будь счастлива и не вини себя ни в чём. Ты не можешь ничего изменить, — тихо сказала Мира, отключая связь.

— НЕТ! Нет! — кричала я в погасший визор, как будто моя упрямая рыжая соседка могла услышать мой отчаянный вопль.

Не в силах больше быть сильной, я кричала и выла, свернувшись калачиком на полу, пока на мой крик не сбежались мужья.

Меня кто-то укачивал в объятиях и что-то спрашивал, но я замкнулась в этой боли, не реагируя на чужое присутствие в своей неконтролируемой истерике.

В голове билась только одна мысль: «мне не успеть». Как бы я ни спешила, но всё равно не смогу прибыть на базу вовремя.

Я никогда не позволяла себе так явно выражать эмоции, но с другой стороны, ещё никогда мне не было так больно, как в тот момент, когда я решила, что потеряла последнюю связь со своей прошлой жизнью, с моей прежней семьёй.

Я едва ощутила лёгкую боль от укола, и темнота поглотила меня.

Алир ри-Анор

На базе сообщили, что соединить могут только с бывшей соседкой жены — Мирандой. Зная, как женщины любят посплетничать и обсудить мужчин, мы думали не смущать ваиру своим присутствием и предоставили возможность поговорить девушкам наедине, решив присоединиться лишь тогда, когда Вио-Ррика нас позовёт.

Пока Вио-Ррика беседовала с подругой, в соседней комнате мы с отцом и Трэем обсуждали план действий на текущий день, а Намир и близнецы тем временем были заняты сервировкой стола к завтраку. Повар отца потрудился на славу, и наше обоняние дразнили соблазнительные ароматы, немного отвлекая от дел, но неожиданный крик из гостиной, где мы оставили жену, заставил нас бежать ей на помощь, толкаясь и сбивая стол.

Вбежав к Ррике, мы застали её в состоянии шока. Наша маленькая мужественная ваира билась в настоящей истерике, не реагируя ни на что.

Семейный врач очень скоро прибыл на вызов обеспокоенного отца. Не тратя времени на разговоры, он несколько раз просканировал дрожащую и всхлипывающую в моих руках Вио-Ррику, и даже сделал несколько экспресс-анализов, после чего вколол ваире успокоительное.

— Нэвис, я всегда считал вас разумным и уравновешенным тиром, поэтому прошу донести до сведения молодого клана, что волновать и травмировать нежную женскую психику, тем более в период, когда ним начал гормональную перестройку организма, подготавливая ваиру к зачатию и вынашиванию потомства, настоятельно не рекомендуется. Особенно учитывая то, что ваш случай уникален и не изучен, — строго сказал тир Анвар ри-Онло.

— Так скоро? — удивился отец.

— Да, удивительно быстро, но ошибка исключена. Я проверил всеми известными способами. Я также настаиваю, чтобы ваша ваира больше отдыхала и посетила репродукционный центр, чтобы пройти ряд генетических экспертиз для выявления возможных отклонений в развитии плода или течении будущей беременности. Предположительный период благоприятный для зачатия настанет через десять-двадцать дней, поспешите,

— азартно блестя глазами, сказал лекарь.

Отец ушёл проводить врача, а мы, немного ошарашенные новостью, разглядывали спящую девушку, гадали, обрадуется ли она подобному повороту событий? Обычно первый ребёнок у клана появляется только через два три года после объединения, когда ваира полностью привыкает к своим мужьям, но у нас всё происходит слишком скоро. В любом случае, наш закон запрещает прерывать беременность или блокировать развитие яйцеклетки.

Мы молча разглядывали спящую на софе девушку, предполагая каких ещё сюрпризов ждать от неё. Лично я был рад возможности в скором будущем стать отцом. Судя по растерянно-счастливым лицам сокпановцев, никто из них тоже не возражал против такого развития событий, но что скажет на это Вио-Ррика? А главное, что её так взволновало?

— Тайс, Вейс, принесите записи визора. Нужно посмотреть, что расстроило Ррику, — попросил я близнецов. — Мир, останься с женой на случай, если она проснётся.

Мы с Трэем переместились в кабинет отца, чтобы не потревожить Ррику. Близнецы присоединились к нам одновременно с папой и включили запись.

После просмотра мы несколько минут молчали, решая, что делать?

— Отец, ты можешь снова воспользоваться своими связями и выкупить подругу Вио-Ррики немедленно? — спросил я.

Мне было жаль отважную девушку, да и Ррика никогда не простит, если узнает, что мы могли её спасти и не сделали этого.

— Сделаю всё, что в моих силах, — ответил он, сразу нажимая комбинацию для вызова.

Уже спустя пять минут папа вёл переговоры с маршалом Грэйсом, оговаривая условия получения Миранды. Через полтора часа переговоров они пришли к соглашению. Затраты не имели особого значения, но отец заключил вполне выгодный торговый договор.

Учитывая независимый характер девушки, было решено, что её заключат под домашний арест в пределах комнаты, где она на данный момент проживает. Осталось только полететь и забрать её.

— Я отправлюсь за ней. Вероятность того, что меня атакует Талинор, минимальна, — самоуверенно сказал Трэй.

— Я так не думаю: ему очень выгодно, чтобы ты сейчас исчез. Ты признанный наследник императорского круга. Твой брат рассчитывал не просто так получить финансовые возможности клана ри-Анор. Талинор наверняка планировал признать тебя недееспособным и получить этот титул, — сказал я.

— Разъединяться нам опасно, но путешествовать сейчас с Вио-Ррикой просто непозволительно. Наверняка тир ри-Онло уже уведомил репродуктивный центр. Нам никто не даст разрешение на путешествие ваиры в такой период, — резонно заметил Тайс.

— Надо нанять кого-нибудь надёжного, — озвучил я свои мысли, не представляя, кому бы я доверил такой рычаг управления эмоциональной Вио-Ррикой.

— Нет, отправлюсь я, — неожиданно сказал отец. — Талинору нет никакого смысла следить за моими перемещениями. Если всё сделать правильно, то мы с девушкой скоро будем здесь.

Я не мог не признать правоту родителя, хотя подставлять его под очередной удар не хотелось.

Папа не стал тратить времени на сборы и через час стартовал на небольшом, но быстром шаттле.

Мы с Трэем и близнецами поспешили в спальню, чтобы успокоить жену сразу, как только она проснётся.

Глава 28

Нэвис ри-Анор «Мне не повезло с личной жизнью», — так я думал очень долго и со временем смирился.

Моя ваира была милой и внимательной, но старше меня на тридцать лет. Это не критичная разница, ведь мы живём до двух веков, не сильно меняясь после наступления зрелости. Жене и её старшим мужьям было около шестидесяти, когда мы образовали клан, хотя такой возраст считается довольно поздним для создания союза.

Круг моих родителей был знатным, но не сумевшим сохранить капитал в быстро меняющемся мире. Приглашение в семью ри-Анор стало неожиданным и лестным, ведь я только переступил рубеж совершеннолетия — двадцать пять лет, и ничем среди своих старших братьев не выделялся.

Думаю, за это на меня и пал выбор. Трое старших мужей Нериды были знакомы с детства, они росли и общались в одном обществе с равными возможностями и общими интересами. Принимать кого-то, кто станет влиять на их решения, им было не с руки, поэтому я показался для них приемлемой кандидатурой.

Ожидать при этом глубоких чувств со стороны супруги я не мог, хотя и ценил её добрый нрав и ту привязанность, что непременно возникает благодаря влиянию симбионтов.

Смерть моего круга больно ударила по мне, но любовь к сыну и отсутствие глубокой душевной связи позволили мне пережить эту трагедию. Много лет я жил ради Апира, стараясь ловко маневрировать между амбициями Совета и императорского круга, сохраняя при этом состояние и жизнь сына.

За всё это время я привык к тому, что Алир теперь моя главная ценность, мой приоритет во всех делах, но сейчас я ему завидовал. Я больше не был его единственной семьёй, он создал собственный круг и я стал неважным.

Глядя на то, как его клан обменивается влюблёнными взглядами с маленькой землянкой, я страстно желал, чтобы и у меня появилась такая ваира — ранимая, но сильная и справедливая, застенчивая, но страстная и любящая. Наблюдая за молодожёнами, я вспомнил, что мне только шестьдесят лет и впереди ещё большая часть жизни, которую мне не хочется провести одиноким.

Раалийки не могли мне дать того, что я видел в семье Алира, да и не доверился бы я ни одной из девиц высоких кланов. Создать свой собственный круг я тоже не могу, ведь право на родовое имя принадлежит Алиру и он воспользовался им.

У меня есть двое друзей, таких же потерянных и одиноких, как и я. Их я хотел бы видеть рядом с собой, делить с ними ваиру и заботы, не опасаясь быть преданным. К сожалению, они тоже не могут воспользоваться именем своего рода, так что все мои фантазии и размышления пока не имели никакой перспективы и могли так и остаться мечтами до тех пор, пока я не увидел её.

Маленькая женщина-ребёнок с облаком кучерявых волос цвета солнца и затравленным взглядом воинственного зверька сразила меня в самое сердце. Ещё никогда я так не спешил выполнить поручение сына, как сегодня. Думаю, я решился бы даже спор с Апиром, если бы он отказал мне в праве последовать за ней, но, к счастью, он не противился.

Тайком скопировав запись с визора, я набрал сначала Гэларда ти-Лима.

— Ты мне нужен, друг, — сказал я вместо обычного приветствия, не желая тратить ни минуты на пустые разговоры.

— Мне прибыть к тебе? — задал единственный вопрос Гэл.

— Нет. Направляйся в столичный космопорт, к моему шаттлу «Лакки», — дал я координаты, сбрасывая звонок.

Примерно таким же лаконичным был наш разговор с Сеймом ти-Онном.

К тому моменту, как я прибыл в порт, друзья уже ждали меня возле корабля, обмениваясь обеспокоенными взглядами.

— Поговорим в шаттле, — просто сказал я, открывая шлюз.

Самый надёжный и быстрый из малых судов нашей семьи стартовал практически сразу, как были прогреты и проверены системы. Через два часа мы легли на курс, доверив автопилоту управление кораблём.

— Ты так и будешь молчать, или скажешь, от каких демонов мы убегали? — насторожено спросил серьёзный Гэл.

— Наверняка семейная идиллия доконала его быстрее, чем все нападки императорского круга, — попытался снять напряжение своим сарказмом Сэйм.

— Ни то и ни другое, — спокойно сказал я, запуская запись.

Друзья внимательно следили за диалогом девушек, глубоко сопереживая их горю.

— Надеюсь, мы летим за глупым рыжиком? — с волнением спросил Сэйм.

— Да. Мы выкупили её у Федерации так же, как и Вио-Ррику, — подтвердил я.

— Зачем ты позвал нас? Что ты задумал, Нэв? — спросил проницательный Гэлард, откидывая длинную чёлку с лица.

— Я устал быть один. Вы единственные друзья, с кем я хотел бы сформировать свой новый круг, а она та, кого я хочу. Нам никогда не найти такую, как она среди раалиек. Мой сын счастлив с землянкой, как и весь его клан. Даже если ним не продлит жизнь нашей ваире, я предпочту прожить ещё пятьдесят лет счастливым, нежели сто пятьдесят одиноким, — сказал я, внимательно глядя на реакцию друзей.

Мы все были по-своему отверженными: я после потери клана считался приносящим несчастье, Гэл получил травму, спасая меня и Алира, и теперь носил широкий шрам на спине, а Сэйм был просто не очень привлекателен для женщин, имея слишком грубые черты лица.

— Не дразни нас несбыточными надеждами, Навис. Ты забыл, что ни один из нас не имеет право на имя рода. Даже если неизвестно каким чудом эта девочка не будет нас сторониться, мы не сможем сами сформировать клан, — напомнил Сэйм, утратив привычную саркастично-насмешливую манеру.

— О чём вы думаете? Девочка только что лишилась пары, она ради памяти погибшего мужчины была готова расстаться с жизнью, а мы обсуждаем возможность сформировать с ней круг? Если у неё не отняли шокер, то велик риск, что она и нам носы сломает за такие предложения, — возмутился тактичный Гэл.

— Вы оба правы. А ещё она воспитана в моногамной культуре: ваира сына до сих пор краснеет, когда мужья все вместе её обнимают, и стесняется спать со всеми. Миранда наверняка будет не рада перспективе обзавестись семейным кругом, и Вио-Ррика будет всеми силами защищать свою подругу. Проще говоря, проблем ещё много, но и награда очень высока. Это я выбрал для вас — тут записи бортового компьютера Нэриды и съёмки из зала Совета, — сказал я, снова запуская визор.

На экране мелькали картинки, как Ррика дралась с Белесой, как защищала мужей, вступая с Талинором в словесные баталии, как тайком одаривала нежными взглядами парней или доверчиво прижималась к ним в поисках защиты и утешения, ну и конечно поцелуй с Трэем и драка с Шамирой ти-Аль.

Мужчины молчали, жадно наблюдая за кусочками чужого счастья. Когда запись закончилась, в каюте повисла гнетущая тишина. Они все испытывали это: надежду на то, что и они могут быть нужными и счастливыми, как и страх, что эта надежда не оправдается.

— Какой твой план? — первым сдался Сэйм.

— Для начала у нас будет пара дней, чтобы побыть с Мирандой наедине и познакомиться с ней. Сейчас ей больно и страшно. Мы не можем утешить её боль, но можем проявить к ней заботу и нежность. В каждом из нас этого накопилось более чем достаточно за десятилетия одиночества. Я направил предложение о вступлении в клан нескольким небогатым семьям, у которых наследники не нашли ещё союзников. Среди этих мальчиков мы вряд ли найдём друга, но у нас будет Мира, а потом, возможно, и дети. Ради этого я готов потерпеть заносчивого мальчишку, — высказал я свои надежды.

— Ты уверен, что мы не вызовем у неё брезгливость и отторжение? — сжав губы, спросил Гэлард.

— Я ни в чём не уверен, Гэл. Но знаю, что их учили ценить друг в друге в первую очередь моральные качества. Я просто мечтаю о ней. Мне тоже будет больно, если девушка нас отвергнет. У неё для этого есть тысяча причин, но ради неё я готов рискнуть. У нас будет только один шанс подобрать правильные слова, чтобы убедить её не отказывать нам, — сказал я, не скрывая несовершенство моего плана.

Сэйм только кивнул в ответ и ушёл, чтобы побыть немного одному.

— А что, если её мужчина выжил? Я так понял, что у неё нет его останков? — решил уточнить осторожный Гэл.

— Я сделал запрос маршалу Грэйсу: у них есть материальное подтверждение его смерти, — стыдясь своей радости по этому поводу, сказал я.

— Я с вами. Всегда, — сказал Гэлард, отворачиваясь в смотровое окно.

Каждому из нас было о чём помолчать. Смириться с одиночеством трудно, наверное, даже невозможно, но принимать его проще, чем возродить в себе веру в то, что всё ещё возможно.

Следующие тридцать восемь часов пути до станции были наполнены томительным ожиданием и волнением. Мы гнали «Лакки», выжимая все его технические возможности.

На станции нас уже ждали. Командор Вилас вышел лично нас встречать у стыковочного шлюза. Набросив маскировку, я один отправился за Мирандой, оставив Гэла и Сэйма держать судно готовым к немедленному отбытию. В спешке не было никакой необходимости, но мне не терпелось открыть девушке своё лицо.

— Скажите, что с Мэтьюз? Для чего вам ещё и Мира? Я нарушу приказ, но вы не заберёте её, если я не получу подтверждения, что вы не издеваетесь над детьми. Они хорошие девочки. На станции все их любят, и мы будем драться, но не позволим забрать ещё и Миранду, — нервничал, покрываясь красными пятнами пожилой человек, едва мы оказались в командной рубке станции.

— Нам не отдадите, но позволите ей отправиться с десантниками в мясорубку? — не смог не съехидничать я. — Подпишите договор о неразглашении данных, и я предоставлю доказательство того, что Вио-Ррика в безопасности.

Внимательно изучив форму, Вилас поднёс свой чип, регистрируя подпись на документе. Я отправил командору урезанный файл, тот который мы недавно просматривали.

— Хорошо. Пусть меня теперь расстреливают, но я буду спокоен, что не отправил детей на растерзание, — устало сказал военный, глотая тёмный спиртной напиток из гранёного стакана.

— Я не вижу причин сообщать о нашей беседе маршалу Грэйсу, и рад, что вам небезразлична судьба девушек. Мы будем беречь Миру, — заверил я.

Со схемами станции я внимательно ознакомился по пути, поэтому провожатые мне не требовались, но меня буквально конвоировали до заветной двери двое офицеров с хмурыми лицами.

Едва дверь в каюту отворилась, как в меня полетел тяжёлый стеклянный сосуд. На чистых инстинктах я увернулся от снаряда, который, звонко ударившись о стену, разлетелся на острые осколки.

— Чёрта лысого я с вами полечу! Я на это не подписывалась. Я увольняюсь со службы, — кричала разъярённая малышка, готовая с кулаками броситься на меня.

— Я сожалею, но тебе придётся. Вио-Ррика ждёт тебя. Я отвезу тебя к ней, — тихо сказал я, примирительно поднимая руки.

— И я смогу потом вернуться? — спросила растерявшаяся девушка.

— К сожалению, нет, — не стал лгать я.

— Меня тоже насильно выдадут замуж? — настороженно спросила Миранда, кусая бледную аккуратную губку.

Велик соблазн был сказать «да» и приучать её к мысли, что она станет нашей, но начинать отношения с обмана я не рискнул.

— Нет. Только если ты того пожелаешь, — честно сказал я.

— Не пожелаю, — хмуро ответила девушка.

— Если ты готова, я возьму твои вещи и провожу в шаттл, — примирительно сказал я, надеясь, что не придётся нести сопротивляющуюся девушку на корабль.

— Хорошо, — недовольно сказала Мира. — Но только при условии, что вы отвезёте меня к Рике. Почему она сама не прилетела? — вдруг насторожилась девушка.

— Она готовится стать матерью, — честно ответил я, чем вызвал робкую улыбку на лице рыжули.

— Правда? Это же чудо! То есть, я конечно к ней поеду, — со слезами счастья сказала Миранда, хватая тяжёлый чемодан.

Я сразу забрал поклажу из её рук и предложил вторую в качестве опоры, но девушка её проигнорировала.

Мы скоро добрались до шаттла, сразу стартуя в направлении дома. Едва дождавшись выхода на курс, мы, волнуясь, вошли в каюту к Мире, предварительно уведомив о своём визите.

— Я хотел извиниться за маскировку. Мы вынуждены применять её в местах нахождения представителей другой расы. Я Нэвис ри-Анор, отец мужа Вио-Ррики, а это мои друзья Гэлард ти-Лим и Сэйм ти-Онн, — сказал я, убирая не нужное больше прикрытие.

Девушка с любопытством посмотрела на меня и Гэла, но, глянув на Сэйма, побелела и, прошептав «Рас?!», упала в обморок.

Глава 29

Виорика ри-Анор

Просыпаться было трудно: тяжёлые веки открывались и закрывались снова, погружая меня в беспокойный сон, но ближе к вечеру я окончательно очнулась.

— Ррика, ты проснулась? Только не плачь, — просил мой бесконечно добрый великан, с сочувствием глядя на меня своими прекрасными глазами.

Я не привыкла к тому, чтобы меня жалели. От слов Мира наоборот захотелось снова разреветься в голос, погружаясь в воспоминания о друзьях, которых больше не увижу.

— Алир придумал, как спасти твою подругу. Он мне толком не рассказал, но попросил успокоить тебя, если проснёшься раньше, чем они с Трэем вернутся от Ри-Атонов, — сказал Намир, притягивая меня на свои колени.

Надежда робким угольком тлела в груди. Алир никогда не говорил того, в чём не был уверен, это немного успокоило меня. Раса уже не вернуть, но подругу я просто не могу так потерять.

— А где близнецы? — спросила я, зарываясь лицом в длинные волосы мужа, рассыпанные по его груди.

— Они заканчивают обустройство общей спальни. Наверняка скоро придут с ужином. Ты уже сутки голодная, — переживал о таких пустяках Мир.

— Это мелочи. Бывало такое, что я не ела больше недели. Помнишь, я рассказывала, как мой шаттл подбили?

Намир вздрогнул и крепче прижал меня к себе.

— О таком никто из нас не забудет: ты могла погибнуть, и тогда ничего бы у нас не было, — сказал муж, покрывая моё лицо нежными поцелуями, без намёка на секс.

— Не преувеличивай. Просто нашли бы другую ваиру и любили бы её так же, — не задумываясь, сказала я, но Мир моментально прижал меня собой к постели, гневно глядя мне в глаза.

— Ничего бы не было. Ты наш подарок судьбы, наше счастье. Только ты смогла принять нас всех и заслужить любовь каждого из нас. Никогда не сомневайся в том, насколько ты особенная, — строго сказал муж, накрывая мои губы требовательным, властным поцелуем.

Такой стремительный и уверенный Намир интриговал и возбуждал, заставляя забыть обо всех проблемах и потерях. Из способа убеждения поцелуй быстро перетекал в прелюдию.

— Так хочу тебя, — простонал Мир, потираясь об меня внушительным доказательством своего желания.

Подлые симбионты уже ретировались, поэтому от слов до действий оставалось немного. Мы жадно целовались, не в силах остановиться.

Никогда раньше за собой не замечала такой несдержанности. Было немного стыдно, что мне достаточно хриплого шёпота и голодного взгляда синих глаз мужа, чтобы я забыла обо всём, мечтая поскорее соединиться с мужчиной.

Я выгнула бёдра, открываясь для Мира. Второго приглашения мужу не требовалось, он медленно погрузился в меня, растягивая и наполняя своей твёрдой плотью.

— Люблю тебя, — шептал Намир, двигаясь всё скорее и резче, заражая меня чувственным безумием.

Я царапала мускулистые плечи, стонала и вскрикивала, не в силах сдержаться. Эмоции и удовольствие переполняли меня, доводя практически до исступления. В такт движениям массивного члена я выгибалась, стараясь прижаться ещё теснее, ещё глубже, растворяясь в таком же диком и безудержном желании моего мужчины.

— Не могу… пожалуйста, — молила я, не в силах выдержать чрезмерности ощущений.

Огромная ладонь мужа сжала мою ягодицу, теснее прижимая меня к сильному телу. Наши рваные движения превратились в агонию страсти. Безумное напряжение росло, пока оргазм не прошёл по телу сладкой судорогой, заставляя меня кричать и корчиться от острого, невыносимого наслаждения.

Хриплый рёв Намира и его разрядку я ощущала, паря в розовых облаках блаженной неги. Тяжёлое тело накрыло меня, не причиняя неудобства, наоборот, даря чувство правильности и защищённости.

Приходя в себя в объятиях мужа, я вспомнила его признание. В пылу страсти люди часто говорят то, о чём не думают, но в искренности именно этого мужчины я не сомневалась.

— Я тоже люблю тебя, Мир, — тихо сказала я, поглаживая расслабленные черты мужественного лица.

Намир буквально сошёл с ума от моего признания, покрывая жаркими поцелуями моё лицо, шею, опускаясь ниже. Моё пресыщенное, казалось бы, тело незамедлительно отреагировало на чувственный посыл и, вероятно, благодарность мужа плавно перетекла бы в новый раунд умопомрачительного секса, но нас прервали.

— Так мы и знали, что кто-то подло воспользуется ситуацией, чтобы лишний раз получить ласку ваиры, — возмутился Вейс, разглядывая нашу голую композицию.

— Похоже, запрет Алира распространяется только на нас, — обиженно сказал Тайс, заставляя меня покраснеть.

— Прекратите смущать Ррику, — сказал Мир, подавая мне руку.

— Теперь наша очередь ухаживать за женой, — перехватил мою ладонь Вейс, стремительным рывком подхватывая меня на руки.

— Сначала душ, потом ужин, — с хитрой улыбкой сказал старший близнец, унося меня в ванную комнату.

Пара уверенных движений ловких рук — и на меня сверху полилась тёплая вода. Вейс быстро оголился, переступая высокий бортик ёмкости. Буквально через минуту с тихим шорохом отворилась дверь, и к нам присоединился Тайс.

— Ребят, простите, но я не хочу, — сказала я, стесняясь их двоих.

— Не хочешь мыться? — хитро спросил Вейс, намыливая пористую ткань мочалки, в то время пока Тайс невозмутимо забрался к нам, занимая своё место за моей спиной.

Дальше началась чувственная пытка под названием «купаться с близнецами». Пока Тай медленно массировал мне голову, промывая волосы, наглые, уверенные руки его брата скользили по моему телу, как бы невзначай задевая нежные местечки всё ещё сильно чувствительные после необузданного секса с Миром.

Я забыла и о своём горе, и о том, что стесняюсь сразу двоих мужчин, удивляясь собственной сексуальной озабоченности. Мысль о том, что я превращаюсь в нимфоманку, настолько поразила меня и расстроила, что я перестала реагировать на заигрывания близнецов. Они, обиженно надув губы с одинаковыми скорбными лицами, закончили банные процедуры, насухо вытирая меня тонкими, но хорошо абсорбирующими полотенцами.

Озадаченные каждый своей печалью из ванной мы вышли грустные все втроём.

Я рассеяно поцеловала подошедшего Мира, но была притянута на колени Тайса для очередного смущающего ритуала кормления. От беспокоящей меня неприятной мысли о собственном сумасшествии и озабоченности кусок не лез в горло, а на глаза навернулись глупые необоснованные слёзы. Обиженные лица близнецов стали последней каплей для начала совершенно идиотской истерики.

Я снова рыдала, злясь от того, что не понимаю причин собственного самочувствия. Попытки взять себя в руки провалились, когда мужья стали утешать меня и успокоить, шепча на ушко нежные слова. Растерянные парни нервничали, пытаясь понять, что со мной не так, а я, чувствуя свою вину, ещё сильнее заливалась слезами.

Этот театр абсурда прекратил спокойный голос Алира.

— Что здесь происходит? — холодно спросил он, обведя недобрым взглядом Намира и близнецов.

— Они не виноваты, — всхлипывая и икая от истерики, сказала я.

Сердитый блондин забрал меня с коленей Тайса и присел за стол. Трэй подал мне стакан воды, придерживая, чтобы я не захлебнулась.

— Рассказывай, — тихо потребовал Алир, вытирая длинными пальцами слёзы с моих щёк.

— Я не понимаю, что со мной. Мне так стыдно, но я не могу взять себя в руки. Сначала схожу с ума от страсти, когда это совершенно неуместно, а потом вот это, потому что сама обидела близнецов. Мне нужен психолог, а лучше психиатр, — сказала я, смущённо опуская глаза.

— Не говори глупостей. Это Намира и близнецов стоит лишить общения с тобой на неделю, чтобы они помнили о том, что волновать тебя в такой период нежелательно, — с нажимом сказал блондин, заставляя всех троих понуро опустить головы.

— В какой период? — не поняла я.

— Прости, я не успел сообщить: когда тебе стало плохо, приходил наш семейный врач, и он выяснил, что ним начал гормональную подготовку организма к зачатию. Поскольку ты человек, то нагрузка на организм, очевидно, значительная. Завтра мы отправимся в репродукционный центр, они проведут ряд исследований и, возможно, смогут облегчить твоё состояние, — сказал Алир, шокируя меня новостью.

— А можно немного повременить с этим… зачатием? — спросила я, но видя, как помрачнели лица парней, немного устыдилась вопроса.

— Нет. Прости, — в этот раз вызвался говорить Трэй. — Закон запрещает кому-либо воздействовать на ним с целью предотвращения беременности ваиры. Обычно это и так происходит нечасто. Нам нужно пройти ряд тестов, чтобы убедиться, что всё хорошо. Мы понимаем, как тебе всё это непросто, но просим не спешить отказываться от этого чуда. Мы возьмём на себя всю заботу о малыше и будем помогать и поддерживать в период ожидания, только дай нам шанс.

Я просто кивнула, не доверяя своим расшатанным нервам: я лишь однажды задумалась о детях и то чисто теоретически, а сейчас это стало вопросом ближайшего будущего, поэтому мне всё же немного страшно.

— Алир, что с Мирандой? Как тебе удалось решить вопрос с её переводом в десант? — задала я самый наболевший вопрос.

— Мы выкупили её так же, как и тебя. Папа полетел за твоей подругой и через несколько дней привезёт её к тебе, — ответил блондин, настороженно заглядывая мне в глаза.

— Спасибо! Спасибо! Спасибо! — совершенно по-детски пищала я, зацеловывая довольного мужа.

— Рад доставить тебе удовольствие, ваира, — с улыбкой сказал он, а потом обратился к близнецам: — Общая спальня уже готова?

— Да, всё подготовлено, — отозвался Тайс.

— Хорошо. Сегодня все вместе будем спать там. Только спать, — с нажимом произнёс Алир, сурово глядя на поникших близнецов.

После новости о том, что моя Миранда скоро будет рядом со мной, настроение значительно улучшилось. Я всё ещё помнила о Расе, но, наверное, так бывает всегда — после самых тяжёлых потерь бывают самые дорогие обретения. Друг наверняка не желал бы, чтобы кто-то из нас хоронил себя вместе с ним. Ему в моей памяти всегда будет выделена страничка, полная тепла и светлой грусти, но наша жизнь продолжалась.

Мысли о будущей беременности я решила отложить на будущее. Пока ведь она не наступила, а значит, и волноваться ещё преждевременно.

Ужин прошёл в тёплой, уютной атмосфере. Я начала привыкать к тому, что рядом со мной пятеро красивых сильных мужчин, каждый из которых стремился меня баловать. Будучи независимой и уверенной, я раньше не знала, как, оказывается, приятно просто быть женщиной. Это не означает быть слабой, просто иногда можно позволить мужчинам вокруг меня быть сильнее.

Общая спальня оказалась просторной, но при этом удивительно уютной комнатой. Я никогда раньше не жила в помещении с огромным окном вместо стены. Вид из него выходил прямо на крону одного из удивительных деревьев-гигантов, заинтересовавших меня ещё в аэролёте. Толстые ветви, покрытые большим круглыми листиками, красиво подсвечивали небольшие летающие фонарики, создавая ощущение сказки наяву. Хотя, наверное, мало кто из людей может похвастаться, что бывал на Раалии, поэтому отчасти для меня это было действительно чудом.

В обстановке самой спальни доминирующее место занимала огромная кровать, застеленная гладкой серебристой тканью с множеством подушек. Системы хранения, как и везде, были встроены в стены, но материал стен не был похож на привычный мне металл, скорее на редкое светлое дерево. В углу стояло то, что может принадлежать только женщине — небольшой изящный столик с большим настоящим зеркалом.

Я гладила рукой прохладную поверхность, не в силах найти слова восхищения.

— Отец подготовил для тебя украшения, но, думаю, ему будет приятно подарить тебе их самому, — сказал Алир, смущая меня.

Мужья и так давали очень многое, а я не приготовила им даже сувениров. Задумываясь о подарках для мужей, я поняла, что практически ничего не знаю о них самих. У нас не было времени толком узнать друг друга, но у меня появилось желание исправить эту оплошность.

— Мне неловко. Вы столько для меня делаете, а мне нечего вам дать, — призналась я под пытливыми взглядами моих мужчин.

— Ты ведь шутишь? — возмутился Трэй. — Ни одна ваира не делала столько для своего круга, сколько ты для нас: мой нум, свобода от родственников для Намира, сильный клан Алиру и для каждого из нас — любовь и надежда на будущее, которого у нас без тебя могло и не быть.

— Это не говоря о калибраторе из твоего чемодана и полученной хитростью императорской печати Талинора, — со смехом добавил Вейс, переводя на юмор ставшую немного пафосной атмосферу.

— Какой калибратор? — удивился Трэй.

Разместившись в огромной кровати кругом, в центре которого была я, мужья долго и с упоением рассказывали старшему принцу о наших приключениях на пути к Раалии. Под их дружный смех и удивлённые возгласы Трэя я и уснула с улыбкой на губах.

Глава 30

Виорика ри-Анор

Этим утром я порадовалась своей привычке подниматься ровно в шесть.

В приглушённом свете ночника я полюбовалась на всех своих мужчин, мирно спящих вокруг меня, и осторожно выбралась из кровати, стараясь никого не потревожить, но стоило мне подняться, какТрэй резко открыл свои карие глаза, спросонья ища угрозу.

— Отдыхай, ещё рано, — шёпотом сказала я, целуя принца в щёку.

— Я с тобой, — одними губами ответил он, очень мило хлопая длинными тёмными ресницами в попытке сообразить, куда меня несёт в такую рань.

Очень тихо я прошла в ванную комнату, радуясь тому, что сонный Трэй за мной не последовал, а, широко зевая, остался сторожить под дверью. Покончив с гигиеническими процедурами, я пропустила мужа в душ, а сама прошла к окну и залюбовалась умопомрачительным восходом местного светила, окрасившего гигантское дерево в причудливые фиолетово-рыжие тона.

Подобрав у кровати большую подушку, сброшенную во сне Тайсом, я уселась на неё, буквально прилипнув к стеклу.

Проживая большую часть жизни на космических станциях, я не считала себя романтичной особой, способной любоваться пейзажами, но сейчас не могла отвести взгляда от массивных серых веток, по которым скользили яркие лучи утреннего солнца.

— Ты ждёшь шухов? — шёпотом спросил Трэй, присаживаясь прямо на пол сзади, нежно поглаживая меня по спине.

— Нет. Просто очень красивый восход. А кто эти шухи?

— Подожди. Уже скоро, — с тихим смешком сказал муж, разжигая моё любопытство.

Минут через пять из круглых отверстий в толстом стволе начали появляться небольшие зверьки размером с волейбольный мячик. Пушистые шарики невообразимых расцветок от бледно-голубого до огненно-красного цвета быстро сновали по ветвям, исчезая за крупными зелёными листиками.

— Какие славные! Кто они? — улыбаясь, спросила я, сожалея, что не было времени познакомиться с внешним миром.

— Жители этого дерева. Они по-своему разумны и обладают способностью считывать эмоции друг друга, — поведал мне Трэй.

Из своей круглой норки высунулся ещё один пушистик. Он был необычного для его соплеменников чёрного цвета и немного больше остальных. Махровый угольный шарик совсем как человек потирал сонные бусины глаз и широко зевал, открывая довольно большой ярко-красный рот, заставляя меня тихо посмеиваться над этим чудом.

— Какая прелесть, — прошептала я, искренне любуясь тем, как блестит на солнце красивый плотный мех, перебираемый его лапками, по форме напоминающими человеческие руки с острыми коготками.

Покончив со своим причесыванием, чёрный модник кокетливо стрельнул крупными карими, как оказалось, глазами в мою сторону и, виляя пушистой попой, направился к группе цветных шухов.

Когда он подошёл ближе, собратья стали шипеть на уголька, прижимать к головам округлые ушки и показывать зубы, заставляя его понуро ретироваться подальше ото всех.

Мне стало очень жалко бедного черныша. Похоже, на Раалии даже у шухов не в почёте было выделяться среди соплеменников.

— За что они так с ним? — спросила я у Трэя.

— Он ядовитый. Это особенность такая. В каждом гнезде появляется один или пара чёрных особей. Они сильнее и более ловкие, а главное, обладают смертельно опасным ядом в иглах зубов.

— Но ведь он ни на кого не нападал, просто хотел общаться, — возмутилась я, как будто меховые шарики на дереве могли заинтересоваться моими человеческими мыслями. — Ему одиноко, — сказала я, наблюдая как гордо удалившийся уголёк поник, спрятавшись подальше от сородичей.

— Да. Шухи очень социальные, поэтому чёрные живут меньше, чем остальные, — сказал Трэй, разбивая мне сердце.

Почему-то блестящий комок шерсти вызвал во мне такую симпатию, что было до ужаса обидно, что его не ценят.

Медленно развернувшись в нашу сторону уголёк замер, внимательно глядя мне в глаза и транслируя свою печаль. У меня даже руки зачесались оттого, как захотелось обнять и утешить этого шуха. Даже тот факт, что он ядовит, меня нисколько не смущал. Как будто услышав мои мысли, существо перебралось на ветку, что практически касалась окна, и стал медленно приближаться, любопытно наклоняя маленькую голову.

— Забавно. Шухи обычно не интересуются другими обитателями планеты, не считая многочисленных жуков, поедающих листья, — задумчиво сказал Трэй, вместе со мной наблюдая за поведением уголька.

Со стороны зверька ко мне передавалась странная смесь эмоций таких ярких, что они чем-то напоминали влюблённость.

— А по-моему, он всем видом демонстрирует симпатию, — сказала я, мысленно отвечая чернышу, что он мне тоже очень нравится.

Зажмурившись от ощутимого удовольствия, он стал припадать на короткие лапы, издавая пронзительный писк настолько громкий, что спящие мужчины резко вскочили в поисках угрозы.

Трэй рассмеялся, наблюдая за растерянными сонными лицами парней, и указал им кивком головы на ветку, где приседая и повизгивая, сходил с ума уголёк, буквально затапливая меня своим желанием оказаться в моих руках.

— Что с ним? — удивился Вейс, вместе со всеми наблюдая за танцами шуха.

— Похоже, он влюбился. У нашей ваиры появился ещё один поклонник, — со смехом сказал Алир, открывая верхнюю часть окна.

С ловкостью, неожиданной для такого неповоротливого на вид существа, уголёк прыгнул, цепляясь пальцами за форточку, и забрался внутрь, перескакивая ко мне в руки.

От неожиданности я охнула, но шух заливался трелями и излучал такое счастье, что я не удержалась и стала с удовольствием гладить и чесать гладкую и очень мягкую шёрстку.

— Ты зачем это сделал? Он же ядовитый? — тихо охнул Намир, доставая откуда-то что-то похожее на длинный нож.

Уголёк зашипел и оскалился, приготовившись к прыжку.

— Тише. Намир, убери клинок. Он защищает Ррику, — быстро сказал Алир.

Когда мой великан неуверенно положил своё оружие, неодобрительно поглядывая то на шуха, то на блондина, уголёк успокоился и вернулся к потираниям об меня своим пушистым тельцем.

— Я много лет за ними наблюдал. У меня даже была подружка шух. Правда не чёрная, но он ни за что не навредит, и даже будет защищать Ррику. Нужно просто позволять ему приходить в гости, — сказал Алир и ушёл в ванную комнату, убедившись, что всё в порядке.

Уголёк сумбурно отправлял мне кучу образов своей заботы и каких-то вкусных, по его мнению, жуков, а потом, лизнув мне руку, запрыгнул на окно и скрылся в листве исполинского дерева.

— Что это было? — со смехом спросил Тайс, выглядывая за окном моего поклонника.

— Любовь с первого взгляда, — усмехнулся вернувшийся Алир, целуя меня. — Между прочим, большая редкость и честь, оказанная нашей ваире младшим народом.

— Только не говорите, что опять появится оголтелая толпа раалийцев, чтобы разобрать меня на сувениры? — высказала я свои опасения, но всё равно была польщена и обрадована доверием черныша.

— Вероятно, так и будет, если об этом узнает общественность, — сказал блондин, заставляя меня нахмуриться.

— Всё-таки наша Ррика действительно приносит удачу, — сказал довольный Трэй, целуя меня в щёку.

— А давайте никому не скажем об Угольке? — попросила я.

— Конечно, — успокоил меня Алир, подкатывая круглый столик к креслам.

Намир и Тайс ушли за завтраком, а Вейс, фонтанируя оптимизмом, коснулся губами моей щеки и поспешил последним в ванную комнату.

Как выяснилось, радовался он именно тому, что сегодня его очередь ухаживать за мной, не покидая ни на минуту.

Кресел вокруг стола было всего шесть, но мне не предназначалось ни одно из них. По традиции я так и буду отсиживать колени своим мужчинам, а запасное сиденье предназначено для Нэвиса, когда он пожелает составить нам компанию.

За едой мы обсудили предстоящий визит в репродукционный центр и, позавтракав, сразу направились туда.

Дорога до однотипного серого здания заняла всего минут десять полёта на аэрокаре. В вестибюле нас встретили и с энтузиазмом проводили по извилистым коридорам в уютную комнату, больше напоминающую типичную гостиную, нежели кабинет медика.

Ничего сверхъестественного не происходило. Нас внимательно осмотрели, взяли анализы крови и слюны у каждого и провели тщательное сканирование тремя видами громоздких аппаратов, издающих различные тихие звуки.

Вежливый высокий раалиец почтенного возраста задал мужьям кучу интимных вопросов относительно меня и моего самочувствия, игнорируя обращаться ко мне, но я, признаться честно, была рада избежать этого внимания. После того, как доктор закончил опрос, он выдал Алиру какие-то лекарства вместе с инструкциями, как мне их принимать.

Из беседы Трэя, блондина и врача, я поняла, что результаты исследований будут готовы через пару дней, но предварительно сообщили, что всё развивается гораздо лучше ожидаемого.

По дороге домой мужья, активно обсуждали какие-то дела, пользуясь терминами, которые чип-переводчик отказывался интерпретировать, поэтому я поняла только то, что основной части мужчин придётся разъехаться, чтобы подготовить документы и разрешения для Миранды, к тому моменту, когда она прилетит с Нэвисом.

Мы с Вейсом сразу направились на кухню, где перекусили парой бутербродов и собирались идти на прогулку, но к нам пожаловал неожиданный гость, точнее гостья, отказать в визите которой не было никакой возможности.

— Здравствуй, моя дорогая девочка, — елейно пропела Лионора, шокируя меня своим обращением и участием, явно читавшемся в красивых карих глазах.

За спиной свекрови величественным изваянием стоял один из её мужей, поразительно похожий на Талинора.

— Я пришла тебе помочь, — сказала раалийка, царственно располагаясь в одном из кресел.

Глава 31

Виорика ри-Анор

От удивления я неприлично открыла рот, но быстро взяла себя в руки. Стараясь не позорить своих мужей, натянула на себя такую же величественно-важную мину и присела в кресло напротив свекрови, а Вейс стал за моей спиной.

— Спасибо за заботу, но у меня пока всё хорошо, — вежливо сказала я.

«По крайней мере, было до тех пор, пока ты не появилась», — подумала я, приторно улыбаясь раалийке.

— Понимаю, — с преувеличенным участием покивала женщина, тяжко вздыхая. — Ты такая сильная, моя девочка. Привыкла все проблемы решать сама. Талинор не зря восхищается твоей силой и упрямством, но иногда нужно довериться родным людям. В конце концов, благодаря Трэю мы породнились, — не удержалась от кислой гримасы Лионора.

С трудом удерживая приклеенный оскал улыбки, я непонимающе потупилась, как делала, когда не знала, что ответить собеседнику, вынуждая его дать мне больше информации.

— Мне так жаль тебя, дорогая. Мало того, что тебя обманом заставили принять этих… — снова скривилась свекровь, кивая за мою спину на Вейса.

— Так ещё и принуждают стать матерью. Ты такая юная и доверчивая. Алир с Трэем просто воспользовались твоей добротой и незнанием наших традиций и законов. Уму непостижимо, как им удалось активировать твой ним так скоро. Женщине нужно время, чтобы смириться с тяжёлой обязанностью, а мужья должны доказать, что достойны такой чести.

Дальше я молчала от изумления, не в силах выразить своего возмущения. Конечно, столь стремительное развитие событий меня смущало, но в такой интерпретации ситуация выглядела удручающе, а Лионора была просто феей-крёстной, спасающей глупую Золушку.

— Даже не знаю, что вам ответить, — искренне сказала я, пытаясь взять себя в руки и не наговорить свекрови гадостей.

Излишняя эмоциональность помогала плохо, но мой потупленный взор и нейтральную фразу женщина восприняла по-своему.

— Можешь не благодарить меня, девочка. Я всё обдумала и нашла оптимальный вариант, как тебе избежать этой участи, не нарушая закона и с пользой для себя.

Вейс почти до боли сжал моё плечо, но в разговор с этой «милой» женщиной не вмешался.

— Не думаю… — хотела я осадить Лионору, но, видимо, эта дама не привыкла останавливаться на половине пути, как и её неугомонный сын.

— Благоприятный для зачатия период длится почти три недели. Тебе просто нужно избегать общения с мужьями в это время. Я приглашаю тебя пожить в своём коттедже на побережье океана, — «милостиво» предложила Лионора.

— А… — только открыла рот я, чтобы отказаться от «помощи», как снова была бесцеремонно перебита.

— Конечно, у тебя обострится потребность в ласке, но я знаю того, кто сможет безопасно удовлетворить тебя гораздо лучше, чем любой из этих…

— и снова презрительный кивок за мою спину. — Талинор — мой бедный мальчик, так корит себя за то, что из-за его упущения ты не смогла оценить его по достоинству. Сын просто одержим идеей спасти тебя от такой незавидной участи. Он хотел прийти извиниться, показать, как много ты значишь для него, но Трэй и Алир запретили ему посещать тебя. Я бы тоже на их месте боялась такого сильного соперника, — фыркнула Лионора, откинув за спину свои роскошные каштановые локоны.

Сказать, что эта… дама меня шокировала — это ничего не сказать. Я была возмущена и просто кипела от гнева. Если бы она снова начала меня «спасать» от чего-либо, то наша встреча могла закончиться милой семейной дракой, ну, по крайней мере, в моих мечтах.

Тщательно продумывая слова, чтобы не сорваться на оскорбления и не переходить на личности, я собиралась отказаться от такого «участия» и поскорее избавиться от свекрови. Я уже открыла рот, но именно этот момент выбрал Уголёк, чтобы снова навестить меня.

Чёрная пушистая молния мелькнула на периферии зрения и со смешными булькающими звуками плюхнулась ко мне на колени. В зубах меховой шарик держал ужасающего вида огромного жука, ещё трепыхающегося своими многочисленными лапами.

Я грустно вздохнула, расстраиваясь, что теперь о нашей дружбе с шухом станет известно общественности, а свекровь, подскочив резвой козочкой, с диким визгом спряталась за спиной своего мужа.

— Ядовитый! Он же ядовитый! — вопила она, пока я успокаивающе погладила своего чёрного добытчика, жалобно переводящего взгляд с меня на орущую благим матом даму.

— Успокойтесь. Уголёк не опасен. Он просто хотел меня… угостить, — с трудом выдавила я, ужасаясь от мысли, что придётся взять в руки гадкое насекомое.

Шух активно транслировал мне свою любовь и то, что жук просто отличный и свежий. Я, как могла, пыталась передать ему, что я на диете и такие питательные дары мне просто противопоказаны, предлагая зверьку самому закусить зелёным чудовищем, барахтающимся у него в пасти.

— Уголёк?! — удивилась она, по-новому заинтересованно разглядывая пушистика. — Какая… прелесть. Так что, я завтра пришлю за тобой Талинора? Лучше перестраховаться и изолировать тебя заранее. Не бери с собой ничего, сын подготовил для тебя кучу сюрпризов. Наверняка твои супруги не озаботились твоими потребностями, — продолжила свой увлекательный монолог раалийка.

— Простите, дорогая Лионора, я так благодарна и вам, и Талинору, но, пожалуй, откажусь от вашего щедрого предложения. Я люблю всех своих мужей, и предстоящая беременность будет для меня не тяжёлым бременем, а счастьем, которое я разделю со своими мужчинами. Мне льстит внимание пятого принца, но я просто недостойна такой чести. Кроме того, такие отношения лишены будущего: у меня полный семейный круг, следовательно, вашему сыну стоит поискать свободную от обязательств девушку и собрать свой круг, если, конечно, он найдёт новых союзников после того, как без сожаления отправил на смерть предыдущих, — с изрядной долей яда, но сохраняя приторную улыбку, сказала я.

С мамаши Талинора мигом слетела вся её напускная «доброта». Смело выйдя из-за спины своего сопровождающего, она гневно зашипела на меня:

— Я хотела решить дело миром, но, очевидно, что уровень развития интеллекта у вашей расы на уровне того же шуха, с которым ты так мило общаешься. Я не позволю ни тебе, ни твоим отбросам вытереть ноги о моего мальчика. Раз он хочет тебя, значит, ты всё равно будешь принадлежать Талинору. Ты и так поставила под угрозу его титул и положение в обществе, но я не дам тебе растоптать того, за что я так долго и упорно боролась.

— Нора, успокойся, — попытался угомонить взбешённую жену Дивар, если я правильно помню имя этого отчима Трэя.

Меня больше всего разозлило то, что эта женщина в пятый раз за день оскорбила моих мужей. Подбирая слова для очередной колкости, я не обратила внимания на своего мохнатого защитника, а зря.

Уголёк откусил голову жуку и, смачно плюнул обслюнявленную часть прямо в лицо свекрови.

Гневные вопли сменились испуганным визгом.

— Ты за это заплатишь! — разорялась Лионора, протирая лицо.

— Что вы, дорогая мама, это же всего лишь шух. Разве можно обвинять в шалости милого зверька? С нашим-то общим уровнем интеллекта, — едва сдерживая смех, изображала участие я.

Капризно топнув ногой и издав противный возглас, дама удалилась.

Переглянувшись с Вейсом, мы, не сговариваясь, рассмеялись.

— Спасибо, мой хороший, — сказала я, ласково тиская Уголька. — Это был самый классный жук в моей жизни.

Довольный похвалой и лаской шух доел своё своевременное подношение, переместившись на широкий подлокотник кресла. Потом, просвистев мне очередную порцию любви и восторга, пушистик скрылся в форточке.

— Почему ты не возразил ничего этой… позволяя оскорблять себя и нашу семью? — спросила я у Вейса.

— Вмешиваться в разговор женщин — недопустимо, — виновато сказал близнец, притягивая меня в свои объятия.

— А о чём говорила Лионора? Можно избежать беременности, если отказаться от секса на три недели? — уточнила я.

Хоть я и говорила мамаше Талинора, что счастлива от перспективы стать матерью, но, если есть возможность повременить с зачатием, то я предпочла бы ей воспользоваться.

— Ты не хочешь ребёнка? — грустно спросил Вейс, обиженно опуская взгляд серых глаз.

— Всё слишком быстро, Вейс. Да, я хотела бы, чтобы это произошло тогда, когда я буду готова стать матерью, а не через неделю после знакомства с вами и по необходимости, — отстаивала я свою точку зрения, отстраняясь из объятий мужа.

— Тебе лучше обсудить это с Алиром. Только он может принять такое решение, — сказал парень, отворачиваясь от меня к окну.

Ну и ладно! Почему я постоянно должна уступать? В конце концов, это моё тело и мне решать, когда вынашивать ребёнка.

В напряжённом молчании мы не пошли на прогулку, дуясь друг на друга до самого прихода остальных парней.

Глава 32

Миранда Райс

Я очнулась, слушая тихие встревоженные голоса мужчин.

— Ты уверен, что с ней всё хорошо? — спросил хриплый бас одного из раалийцев.

— Сканер показал просто нервное и физическое истощение. Пусть ещё немного поспит, — ответил свёкор Рики.

— Просканируй ещё раз. Она спит уже сутки, — сказал третий.

От голоса последнего мужчины по позвоночнику побежали колкие мурашки узнавания. Сразу вспомнилось то, из-за чего я упала в обморок, как слезливая институтка.

— Сейм, успокойся. На малышку столько всего навалилось, неудивительно, что она перепутала тебя с погибшей парой, — успокоил друга Нэвис.

— Я чувствую себя виноватым и не знаю, как теперь себя вести, — переживал раалиец, напомнивший мне Раса.

Решив больше не притворяться, я открыла глаза и рывком села на большой кровати. Мужчины стояли у изножья и нервно поглядывали на меня, ожидая реакции. Тот, который Сейм, быстро покрылся моргающей сеткой маскировки.

— Не нужно, — сказала я ему, с любопытством наблюдая, как загадочная ткань сползает с лица и теряет раздражающий блеск. — Простите за нервы, просто я не спала трое суток и не ожидала такого… — замолчала я, стараясь подобрать определения сюрпризу.

— Что вы, Миранда, это мы должны извиняться. Мы спешили представиться вам и не подумали, что что-то может вас шокировать, — галантно сказал третий мужчина, имени которого я не запомнила.

— Друзья зовут меня просто Мирой. Вы ведь семья Рики, а значит, и моя. Мне будет приятно общаться с вами без лишнего официоза, — предложила я, стесняясь сказать, что не помню имени третьего раалийца.

— Это будет честью для нас, Мира, — с мальчишеской улыбкой сказал Нэвис.

Разглядывая молодого и привлекательного мужчину, я задумалась о том, насколько молод его наследник. Невис выглядел максимум лет на тридцать-тридцать пять, а, когда улыбался, сверкая удивительными оранжевыми глазами, казался моим ровесником. И вообще ралийцы оказались на удивление красивой расой, ну, по крайней мере, те, с которыми мне посчастливилось познакомиться.

Мужчины были очень высокими и стройными: каждый порядка двух метров ростом, с широким разворотом плеч, узкой талией, и мускулистыми длинными ногами, обтянутыми тонкой, неизвестной мне тканью.

— Гэлард приготовил обед. Ты наверняка проголодалась. Мы подождём тебя за дверью, — учтиво сказал Нэвис, радуя не только вежливостью и новостью о скором приёме пищи, но и называя забытое мною имя третьего раалийца.

— Спасибо, — смущённо улыбнулась я, глядя на мужчин.

При взгляде на Сейма моя улыбка немного померкла. Теперь я понимала, что он не Рас: вытянутые, явно нечеловеческие ушки и глаза более насыщенного синего цвета с овальными кошачьими зрачками выдавали инопланетное происхождение двойника, но в целом они были похожи, как братья.

— Сэйм, а твой отец не встречался с людьми, случайно? — решила уточнить я, учитывая то, что Рас, как и я, не знал своих родителей.

— Нет, Мира. Я предполагал, что ты об этом спросишь, но ни один из моих отцов никогда не покидал Раалию. Чем бы я ни напомнил тебе твоего погибшего мужчину, это лишь совпадение, — тщательно подбирая слова, сказал раалиец.

— Я так и подумала, — тихо сказала я, а потом сообразила, что в ответе Сэйма меня царапнуло. — Прости, ты сказал «ни один из твоих отцов» — это как?

— Я уверен у нас будет время это обсудить, а пока тебе лучше привести себя в порядок и восполнить силы, — ласково, но немного настороженно сказал Гэлард, подталкивая в спину Сейма.

Реакция мужчин на случайную оговорку Сейма меня озадачила. Пока я принимала душ и чистила зубы, успела себе понапридумать кучу примеров использования мужчиной подобного выражения, но ни один из них, как выяснилось позже, не отражал действительности.

В моём чемодане большую часть гардероба составляли различные варианты бесполезной теперь уже военной формы. Кроме неё были несколько весьма провокационных платьев, которые я приобрела для отпуска и пара спортивных костюмов, которые я носила дома, поэтому выбор одежды был очевиден.

Натянув эластичные облегающие штаны и просторную футболку, обула любимые кеды и вышла в коридор, планируя искать кухню, но мужчины, как и говорили ранее, неуверенно топтались возле каюты, ожидая меня.

— Мира, позволь проводить тебя, — вежливо сказал Нэвис, одаривая меня своей сногсшибательной улыбкой, в то время как блондинистый Гэлард и темноволосый Сейм замерли неподвижными статуями, ошарашенно глядя на меня.

Невольно засмотрелась на пухлые губы и ровные белоснежные зубы Нэвиса, а затем мысленно себя отругала за глупость. Конечно, мы всегда с Рикой шутили относительно возможных любовников, но кроме Раса у меня уже много лет никого не было, и сейчас собственное легкомыслие меня смутило.

Шаттл оказался небольшим: очевидно, одна из тех новых скоростных моделей, что разработан для единоличного управления. До кухни мы добрались за пару минут. Помещение было компактным, но полностью оснащённым всем, что может пригодиться: от систем хранения до удобных кресел, которых, к сожалению, было всего три.

— Эм… — замялась я, не зная, как поступить в данной ситуации: занять одно из мест или пообедать стоя.

Мои сомнения разрешил спокойный на вид Гэлард, занявший одно из сидений и ловко притянувший меня к себе на колени.

— Это лишнее, — протестовала я, пытаясь встать с его ног, но крепкие руки надёжно удерживали меня, не позволяя отодвинуться.

— Прости, Мира, это наша традиция. У нас женщины сидят только на коленях у мужчин, — опустив свои рыжие глаза, сказал Нэвис.

— Но это как-то слишком. Я не ваша женщина и для меня это весьма интимный жест, к которому на данный момент я не готова, — стараясь не нагрубить, ответила я.

— Мы одинокие мужчины и другой возможности поухаживать за женщиной у нас не будет. Мы понимаем твои сомнения, но это действительно не несёт никакого сексуального подтекста, просто забота. Доставь нам такое удовольствие, Мира. Прошу, — уговаривал меня Нэвис, в то время как я отчаянно краснела, пытаясь покинуть колени Гэла.

— Почему вы одиноки? Вы привлекательные мужчины, а у Нэвиса есть сын, значит, и жена должна быть, — заинтересовалась я, стараясь не обращать внимание на будоражащую близость малознакомого мужчины.

— Моя жена погибла много лет назад, — сказал Нэвис, отвечая на один из моих вопросов.

— А у вас? — не отступала я, стараясь унять своё любопытство.

— Мы недостаточно привлекательны, чтобы заинтересовать женщин, — хмуро сказал Сейм, с вызовом глядя мне в глаза.

— Глупости, — не думая сказала я, возмущённая подобной оценкой. — Если вы недостаточно хороши, как выглядят остальные?

— У тебя будет возможность узнать, — почему-то разозлился Сейм, вызывая странное чувство: он был так похож на Раса, что мне хотелось подойти и разгладить хмурые морщинки на строгом лице, как я делала всегда с женихом, и в то же время сердце сдавило острой болью от осознания, что это не Рас.

Растерявшись от мешанины чувств и неуместных желаний, я взяла странный столовый прибор и принялась за еду.

Узнав о смерти Раса, на нервной почве я не могла даже думать о пище, поэтому сейчас с удовольствием глотала нежнейшее мясо и ароматное овощное рагу. Не то, чтобы я забыла о своей потере, но я нужна Рике и её будущему малышу, а значит, должна быть сильной.

Смущало не только то, что я сидела на коленях Гэларда, но и то, что вся еда была выложена на огромное блюдо и мы поочерёдно брали с него кусочки. Мужчины не ели, а выбирали и подвигали мне самое лучшее, что усиливало неловкость ситуации. Стараясь поскорее закончить с трапезой, я быстро покушала, не поднимая взгляд от блюда.

— Спасибо, — сказала я, соскакивая с ног блондина, и поспешила вернуться в каюту, стараясь не задумываться ни о чём.

Я чувствовала вину: Рас погиб и я должна страдать от боли, а не размышлять о том, почему эти раалийцы непривлекательны для женщин. Когда я рыдала и сходила с ума от тоски, мне не было так стыдно, что я осталась жить. Наверное, решение погибнуть, как мой жених, было самым простым и правильным.

Было бы лучше разрыдаться и отпустить хотя бы часть этой тяжести, сдавившей душу, но глаза оставались сухими, усиливая моё смятение и боль.

Находясь в закрытом пространстве, сложно сказать, сколько прошло времени, поэтому стук в дверь заставил меня вздрогнуть и затравленно оглянуться на входящих.

Эти мужчины меня смущали тем, что заставляли думать не о том, кто ушёл, а о будущем, на которое я не имела права.

— Мира, мы не хотели тебя обидеть или расстроить. Ты сердишься на нас? — сказал Гэл, виновато поглядывая красивыми серо-голубыми глазами.

— Вам не за что извиняться. Я просто… — мямлила я, не зная, как объяснить своё состояние.

— Ты винишь себя в том, что не умерла. Я знаю это чувство. Мой круг погиб почти весь, и только любовь к сыну и отсутствие душевной связи удержали меня от смерти. Ты не должна так думать. Он бы этого не хотел. Радоваться жизни — это правильно. Просто не замыкайся. Мы тебя ни к чему не принуждаем и ничего не ждём. Позволь нам побыть с тобой. Расскажи о нём, — сказал Нэвис, не пряча взгляда.

Смотреть на Сейма было больно, но не смотреть не получалось. Я медленно кивнула, не решаясь заговорить.

Глава 33

Нэвис ри-Анор

Малышка долго говорила, повествуя о своей непростой, но в целом интересной жизни, полной друзей, любви и радости. Большие зелёные глаза вспыхивали тысячами чувств, таких ярких, таких честных, что сердце щемило от острой эмоции, в которую хотелось завернуть этот момент и никогда не отпускать.

Судя по лицам моих друзей, я не одинок в своей странной одержимости этой маленькой, но сильной женщиной-ребёнком.

Мира разрешила нам присесть на кровать. В стремлении быть ближе к ней мы окружили девочку почти как настоящий клан, радуясь этому маленькому самообману.

Взгляд Миранды постоянно возвращался к Сейму, скользя по его чертам в поисках того, кто утерян. Я сочувствовал другу: сложно видеть столько любви и горечи в глазах понравившейся женщины и понимать, что фактически она видит того, другого, того, с кем всегда будет сравнивать его.

Добравшись до момента гибели жениха, Мира старалась оставаться сильной, но жалобно всхлипнула и тихо заплакала, разбивая наши сердца. Стараясь утешить малышку, мы оплели её хрупкое тело, успокаивая и сочувствуя её горю. Так она и уснула, но ни один нас не смог отпустить девушку, опасаясь, что она исчезнет, испарится, как прекрасный сон.

Утро началось рано: стараясь не разбудить нас, Миранда попыталась выбраться из наших крепких объятий. Сейм во сне держал хрупкие стопы, полностью скрывая их большими ладонями, а Гэл опустился немного ниже, спрятав лицо возле её удивительно пышной для такой малышки груди.

— Доброе утро, — смущённо пробормотала Мира, увидев, что мы проснулись. — Простите, — сказала она, выпутываясь из наших рук, и стремительно сбежала в санитарный отсек.

Чтобы не раздражать малышку, Сейм ушёл готовить завтрак, предварительно заглянув во вторую каюту, чтобы привести себя в порядок. Гэл отправился проверить показания навигации и автопилота, а я остался ждать Миранду.

— Простите, мне очень неловко, — снова сказала девушка, вызывая лёгкую досаду своей попыткой дистанцироваться.

— Тебе не за что извиняться. Для каждого из нас большая честь разделить с тобой твоё горе, — ласково сказал я, подойдя вплотную к её хрупкой фигурке, чтобы поцеловать ладони в знак восхищения.

— Я никогда не просыпалась в объятиях сразу троих мужчин. Это, можно сказать, мой самый смелый эксперимент, не считая лишения девственности с сексботом, — попыталась отшутиться малышка, чтобы не чувствовать себя так неловко.

— Ты лишилась девственности с роботом? — ужаснулся я, не представляя, зачем такой красавице было прибегать к такой отвратительной мере.

— Да, идиотская и болезненная история. Мы с Рикой жутко сглупили, — снова краснея, призналась Миранда, отворачиваясь от меня.

— Расскажи, — настоял я, поднимая на руки девушку.

— Ой! — от неожиданности вскрикнула Мира, удивлённо заглядывая мне в глаза. — Я тяжёлая и могу сама ходить, — попыталась отстраниться она, но я только крепче прижал к себе её нежное тело, зарываясь лицом в мягкое облако рыжих кудряшек.

— Э… Нэвис, что ты делаешь? — удивилась Мира.

— Прости, если обидел. Мне просто интересно. У нас не бывает таких волос колечками, как и такого красивого солнечного окраса, — сказал я, чтобы не признаваться, как меня волнует её близость. — Ты хотела рассказать о сексботе и девственности, — напомнил я.

— Не то, чтобы я этого хотела, но с тобой трудно спорить. Ты ведь не привык к отказам? — лукаво усмехнувшись, спросила девушка.

— Я не злоупотреблял просьбами, — уклончиво ответил я, заставив Миру хмыкнуть.

— Да, в общем, глупо вышло: мы с Рикой заканчивали военный колледж, впереди была академия, но ни одному из ухажёров не удалось к нам приблизиться в интимном плане. Наслушавшись более опытных одногруппниц, мы решили, что с таким постыдным пороком, как невинность, нужно срочно расстаться, чтобы не выделяться в академии, — призналась Миранда, пока я нёс её на кухню, усаживаясь вместе с ней в кресло.

Сейм открыто улыбнулся нам и продолжил что-то колдовать над плитой.

— Какая невозможная глупость. Разве не было никого из преподавателей или старших друзей, кто объяснил бы вам, что так не делается? — возмутился я.

Девушка снова хмыкнула и снисходительно глянула на меня смеющимися зелёными глазами.

— Кто же такое спрашивает у преподавателей? А родных у нас не было, — напомнила малышка.

— Ну, допустим, а причём здесь сексмашина? — опасаясь услышать ответ, спросил я.

— Мы с Виорикой решили, что нанять бота лучше, чем связываться с неопытными мальчишками или болтливыми курсантами. А дальше не спрашивай — это было ужасно, но быстро, слава небесам, — сказала Мира, пытаясь спрыгнуть с моих коленей, но я ловко поймал беглянку, возвращая назад.

Звякнуло упавшее блюдо. От изумления Сейм выронил пустой поднос, с неверием рассматривая Миранду.

— Мне жаль, — искренне сказал я, даже не представляя разочарование глупых молодых девочек от подобного опыта.

— Мне тоже было жаль, когда об этом узнал Рас. Он тогда ещё не решался за мной ухаживать, считая, что я не выросла. Как он взбесился! Зато потом долго и нежно объяснял, как я была не права. Рике повезло меньше. Она ещё пару лет к себе никого не подпускала, — снова погрустнела Мира.

Испытывая иррациональную ревность и мучительное желание впиться в её сочные губы, я изо всех сил сдерживался, чтобы не напугать девушку своим порывом. Судя по поджатым губам и прищуренному взгляду, Сейм испытывал похожие затруднения.

За завтраком больше никаких интимных тем не касались, опасаясь гневить судьбу и далее испытывать своё не такое уж и прочное терпение. Миранда немного оттаяла, но по-прежнему иногда тоскливо поглядывала на Сэйма.

До дома оставалось всего несколько часов лёта, поэтому я оставил Миру наедине с Сеймом и отправился в рубку, чтобы переговорить с Алиром.

— Благословенного космоса, отец, — сказал хмурый сын.

— Через пару часов мы будем у орбиты Раалии. Всё ли готово к нашему прибытию? — уточнил я, зная, что молодой клан занимался оформлением документов для Миранды.

— Не совсем так, — озадачил меня ответом Алир.

— Опять происки ри-Атонов? — предположил я, исходя из постоянного источника неприятностей нашей семьи.

— И снова нет. Мы посещали репродукционный центр. Сегодня пришли результаты анализов, — сказал Алир, опуская глаза.

— Что-то не так? Вио-Рике грозит опасность? Есть риск для потомства? — снова сыпал я неприятными предположениями.

— Нет, не так. Всё хорошо, я бы даже сказал слишком хорошо: наши гены настолько удачно сочетаются, что это не только позволит Рике прожить такую же долгую жизнь, как и у нас, но и гарантирует сильное, талантливое потомство на несколько поколений вперёд. Вокруг нашего клана снова не утихает волна ажиотажа. Вдобавок ко всему, жена подружилась с чёрным шухом и об этом стало известно Лионоре. Нас атакуют толпы просителей удачи. Чиновники сообщили Совету о том, что мы готовим документы для ещё одной человеческой женщины, и учёные настаивают на изучении устойчивости феномена Рики. Они хотят насильно обручить Миранду, как новую гражданку Раалии с молодым кругом, чтобы проверить, будут ли их показатели такими же высокими. Совет ответил предварительным согласием. Я не знаю, как защитить подругу жены. Она убьёт меня, если я допущу подобное, — недобро усмехнувшись, сказал Алир, в раздражении отбросив белую прядь волос за спину.

— Объяви Совету, что на создание круга с Мирандой подали заявку я и Сейм с Гэлом. Поищи приемлемый клан, где наследник имени ещё не создал круга. У нас есть приоритетное право, ведь я лично заключил контракт на выкуп девушки у Федерации. Копию документов я перекину на консоль, — уверенно сказал я, заставляя сына неприлично открыть рот от удивления.

— Это прекрасная идея, но ты уверен, что Сейм и Гэлард согласятся? — уточнил Алир.

— Я больше переживаю о том, что на всё это ответит Миранда. Мои друзья со мной и они согласны, — сказал я.

— Ты сразу это запланировал? — хитро улыбнувшись, спросил сын.

— Да, — не стал лукавить я. — Мне понравилась Миранда, и я мечтал уговорить её со временем рассмотреть нас как кандидатов.

— Что же, я рад за тебя. Эта ситуация сыграет тебе на руку. Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы помочь, — искренне улыбнулся сын, снимая груз вины с моей души. — Попрошу Рику посодействовать.

Закончив звонок, я несколько минут молчал, обдумывая изменившиеся обстоятельства: с одной стороны, мне не хотелось торопить Миру, а с другой, у нас ещё есть время познакомиться, но теперь у нашей настойчивости было оправдание.

Осталась только одна проблема: как её уговорить, если она ещё не знает, что такое семейный круг?

Глава 34

Виорика ри-Анор

Остальные четверо мужей вернулись хмурыми и взволнованными.

— Что случилось? Проблемы с оформлением Миры? — спросила с порога я у Трэя.

— Всё в порядке, — ответил принц, целуя кончики моих пальцев. — Завтра тебя должна посетить Лионора.

— Опять? — удивилась я.

— Что значит опять? Она была уже сегодня? — возмутился Трэй.

— Да. У нас с ней состоялся неприятный разговор, и Уголёк плюнул ей жуком в лицо, — кратко описала я суть нашего с дамой общения.

— Так я и знал, — прошипел муж, подхватывая меня на руки. — Что она делала? Она тебе угрожала?

— Скорее уговаривала оставить нас и провести месяц в обществе Талинора, — ответил недовольный Вейс.

Трэй тихо пробормотал какие-то ругательства.

— Что конкретно говорила эта женщина? — уточнил принц, пока остальные занимали места в креслах.

— Ничего особенно интересного: сначала разыграла обеспокоенную родственницу, пекущуюся о моём благополучии, потом посетовала на то, что вы меня обманули, и предложила провести опасный для зачатия период с твоим братцем на побережье океана. Причём настроена была очень решительно, — рассказала я. — Кстати, я так и не поняла, зачем ей это нужно: наш круг ведь полностью сформирован, значит, мужем моим стать пятый принц не может? Для чего ей было нужно меня уговаривать? Нежели она так переживает за Талинора, что готова договариваться с его потенциальными любовницами?

— Скорее всего, всеми силами стремится помешать мне обрести наследника, — сказал принц, зарываясь лицом в мои волосы.

— Я как раз хотела с вами поговорить на эту тему, — начала я неприятный разговор, отстраняясь от мужа. — Я не готова сейчас заводить ребёнка, — выдохнула я, ожидая негатива от мужей.

Никто из них не обрадовался такому заявлению, но обвинять меня в чём-то и злиться никто не спешил.

— Почему? Поясни, пожалуйста, — внимательно наблюдя за мной умными рыжими глазами, попросил Алир.

— Я его не хочу. Совсем недавно моя жизнь была другой и я даже не задумывалась о том, чтобы заводить малыша. Мы слишком мало знакомы. Вы можете сколько угодно меня привлекать и сводить с ума в постели, но ребёнок — это совсем другой уровень доверия. Я росла одна, без родителей. Мне трудно взять на себя такую ответственность. Я считаю, что эта крошечная жизнь, которую мы с вами создадим, имеет право на то, чтобы быть долгожданной и беззаветно любимой всеми нами, а я пока не могу… не знаю, как… — я сбивчиво пыталась объяснить свою точку зрения.

Все молчали, не решаясь как-то комментировать мою речь, только объятия Трэя стали судорожными, как будто я что-то отнимала у него. Наверное, так и было, но это не меняло моего нежелания кидаться в этот омут с головой.

— Я согласен, — хрипло сказал Трэй, первым нарушив молчание. — Мы не вправе требовать от тебя этого сейчас.

— Это будет трудно, а объяснить врачам, почему не произошло зачатие — ещё сложнее, — возразил Алир.

— Этот ребёнок решил бы множество наших проблем, — высказал своё мнение Вейс, недовольно поджимая губы.

— Об этом я и говорю: малыш не должен что-то решать или быть для кого-то полезным, мы просто должны его хотеть и ждать, как чудо, кем он и является, — настаивала на своём я.

— Согласен с Трэем. Ррика и так очень многое нам дала. Она просит не о многом, просто о времени, — тихо сказал Намир, скрестив мощные руки на груди.

— Поддерживаю, — хмуро кивнул Тайс, вызывая удивление своего близнеца.

— Хорошо, — согласился Алир. — Повторяю, это будет очень непросто даже чисто физически: чем ближе будет период зачатия, тем сильнее будет сексуальное напряжение. Удержаться от близости будет практически невозможно. Я постараюсь добыть учебные контроллеры. Надо быть готовыми к тому, что нас будут постоянно тестировать. Скорее всего, наш круг будут винить в мужской несостоятельности, — недовольно сказал блондин, поджимая губы.

— Это не имеет значения. Каждому из нас приходилось слышать и более обидные комментарии, — сказал Трэй, прижимая меня к себе.

Дальше вечер прошёл в задумчивом молчании, изредка прерываемом отдельными фразами и текущими планами мужчин на день грядущий. Со мной должен был остаться Тайс. Я искренне хотела быть полезной, но мужья чётко дали понять, что единственное, чем я могу помочь — это не мешать.

Довольно обидно и скучно быть женщиной на Раалии, поэтому я с нетерпением ждала прибытия Миры. С подругой мы наверняка придумаем, как исправить эту вопиющую несправедливость. Ориентировочно она должна была прибыть через сутки, но Нэвис обязательно уведомит нас, когда будет подлетать к орбите планеты.

Мой друг Уголёк прискакал перед сном с новым подношением. К моей великой радости это оказался не очередной жук, а очень красивый крупный цветок жёлтого цвета с мелкими красными крапинками внутри бутона. Алир сказал, что из него получится великолепный чай и поместил подарок в специальную прозрачную колбу для сушки.

Подсадив к форточке круглую попу своего пушистого друга, я взяла планшет и занялась тем, что давно уже должна была сделать — села за изучение основных законов и обязательных традиций. Я настолько увлеклась чтением, что не заметила, что мужья уже приготовились ко сну и стали располагаться в свой привычный круг, в центре которого была моя скромная персона.

Переползая через Алира чтобы посетить душ, я была схвачена и зацелована сначала своим строгим блондином, а потом и другими мужчинами, которые, похоже, не держали на меня обиды за принятое решение. Немного подурачившись, я всё же выбралась из объятий мужей и скрылась в ванной комнате.

Решив не спешить с водными процедурами, я стала наполнять ёмкость и залезла в ванну.

Впервые за долгое время я осталась в одиночестве, осознавая, что на самом деле постоянное присутствие рядом со мной мужчин стало для меня чем-то естественным. Не могу сказать, что в тот момент я чувствовала себя одиноко, но, когда дверь отворилась, впуская Вейса, была рада.

— Прости меня, — тихо сказал парень, опускаясь на корточки рядом с ванной.

— И ты меня тоже, — искренне ответила я, не желая снова поднимать неприятную тему, но близнец всё же решил объяснить своё отношение к ситуации.

— Я так обрадовался возможности стать отцом, что не подумал о тебе. Так трудно поверить, что всё, о чём мечтал, уже практически сбылось, поэтому было трудно отказаться от неожиданного подарка судьбы. Мне стыдно. Мы и так повели себя с тобой как захватчики, а ты нас приняла и радуешь своим теплом. Я виноват, — сказал Вейс, целуя мою мокрую руку.

— Залезай ко мне, — позвала я парня, решив, что лучший способ забыть о конфликте — это заняться любовью и расслабиться.

Дважды просить его не пришлось. Оголившись, Вейс переступил через гладкий бортик, опускаясь в воду за моей спиной так, что я оказалась между его длинными ногами.

Намылив мочалку, муж уверенными движениями скользил по моему телу, вызывая приятное томление. Определённо, я превращаюсь в озабоченную девицу, ведь мне достаточно ощущать горячую твёрдую плоть, упирающуюся мне между ягодиц, чтобы начать нетерпеливо ёрзать в ожидании более решительных действий мужа, но Вейс, как назло, не торопился.

Моё дыхание сбилось, соски сжались в тугие, чувствительные бусины, а с губ всё чаще слетали стоны, но руки старшего из близнецов продолжали своё неторопливое скольжение.

— Вейс, я хочу тебя, — просила я, выгибаясь сильнее, чтобы потереться о его напряжённый член.

— И я хочу тебя, ваира, всегда, но Алир запретил нам делать это по одному. Ты разрешишь позвать Тайса? — спросил хитрый соблазнитель, подло прикусывая нежное местечко на шее.

Сладкий туман желания притупил стыд, а мозг в оправдание собственной распущенности подкидывал мысль о том, что рано или поздно придётся спать со всеми мужьями, поэтому, почему бы и нет?

Я неуверенно кивнула, и Тайс появился буквально через минуту, оголяясь на ходу.

«Интересно, он ждал под дверью?» — подумала я, и это была последняя связная мысль, дальше мне оставалось только чувствовать.

Меня целовали и гладили двое мужчин, но действовали при этом так слаженно, что я терялась в ощущениях, воспринимая братьев как единое целое. Затуманенный разум отказывался понимать, чьи губы требовательно терзали мою грудь, а кто опустился с ласками значительно ниже, накрывая горячей влажностью пульсирующее средоточие женственности.

Мораль и принципы растаяли под напором чувственного удовольствия, буквально терзавшего меня. Близнецы не спешили дать нам освобождение от этой болезненно-сладкой жажды, продолжая находить на моём теле такие точки, касания к которым заставляли меня вскрикивать и дрожать от нетерпения, поэтому, когда я почувствовала сразу два проникновения, только всхлипнула от удовольствия, двигаясь в такт со своими мужьями.

Дальше для меня перестало существовать время и место: лишь медленное скольжение, переходящее в яростные удары плоти о плоть, тихие стоны и сбитое дыхание, и наш хриплый вскрик на пике слепящего удовольствия, заставившего долго содрогаться между двух горячих мужчин.

В спальню мы вернулись не скоро. Мы не торопились, наслаждаясь ленивыми ласками, сладкими поцелуями и робкими улыбками, что дарили друг другу. Наверное, это был первый раз, когда я не могла различать близнецов. Кто-то из них отнёс меня в постель и уложил, бережно накрывая тонким одеялом.

За моей спиной раздался глубокий вздох, и уверенные руки Алира прижали меня к его крепкой груди. Почувствовав нежный поцелуй в висок, я провалилась в сон.

Глава 35

Виорика ри-Анор

Как ни странно, следующим утром я проспала, поэтому проснулась в компании давно бодрствовавшего Тайса. Муж нежно гладил мои плечи и смотрел таким взглядом, что я начала подумывать о продолжении вчерашних сексуальных излишеств, но от окна с радостным писком на меня спикировал Уголёк.

— Я тоже тебе рада, малыш, — сказала я, запуская пальцы в чёрную блестящую шерсть.

В ответ мне прилетела целая буря эмоций, как шух переживал за меня: он приходил на рассвете и застал меня спящую, беспокоился о моём здоровье, показывал, какое прекрасное утро за окном, заражая жаждой вырваться в этот сияющий зелёный мир.

Пропищав очередную порцию любви, Уголёк скрылся так же стремительно, как до этого появился.

— А мне ты рада? — спросил Тайс, покрывая нежными поцелуями лицо.

— Конечно, — ответила я, охотно подаваясь навстречу мужчине.

Тайс хрипло застонал, но отстранился.

— Как бы я ни хотел продолжить, но мне нужно успеть накормить тебя и приготовить обед для всех. Заготовки закончились. Ты составишь мне компанию? — спросил Тай, игриво стягивая с меня одеяло.

У меня было замечательное настроение: в крови ещё не угасли искры вчерашнего наслаждения, на улице, судя по картинкам Уголька, был волшебный день, а главное — сегодня вечером должны прибыть Нэвис с Мирандой.

— Разумеется, — ответила я, закрывая голое тело нимом.

Досада отчётливо мелькнула в серых глазах мужа, но он поднялся с кровати, провожая меня взглядом до двери в ванную комнату.

Завтрак прошёл под пошлые намёки Тайса и моё нетерпеливое ёрзанье на его коленях, сопровождаемое хриплыми стонами мужа. Наверное, я действительно стала более чувствительной и озабоченной, но до логического завершения заигрываний мы так и не дошли. Ответственный близнец, подарив мне жадный поцелуй, повёл меня на кухню.

Первые полчаса я развлекалась тем, что пыталась помочь мужу, но мой добрый Тай не мог долго выносить близость моих пальчиков к острым кухонным ножам и в итоге отнял у меня их, попросив не мешать. Тогда я облюбовала низкий широкий подоконник почти такого же большого, как в нашей спальне, окна и разместилась там с планшетом.

Изучение нормативно-правовой базы сегодня не шло от слова «вообще», поэтому я задала в поисковике запрос «достопримечательности Раалии» и некоторое время наслаждалась чудесами местной природы и архитектуры. Новостная лента меня не порадовала: кроме незнакомых имён и местных сплетен часто мелькало имя нашего клана с предположениями о причине моей скорой готовности к беременности и возмущение некоторых критиков относительно повышенного интереса в связи с этим к землянкам. Привычной рекламы товаров я не заметила, но пока читала заметки о клане ри-Анор, выскочило несколько предложений, одно из которых меня крайне заинтересовало: «Лучшие бои Намира ти-Аля» — вещала ссылка, притянувшая моё внимание магнитом.

Дрожащими пальцами я перешла по ней и застыла, рассматривая, как мой добрый великан с устрашающего вида клинками сражается с различными чудовищами. Слава Богу, смертельных драк с другими разумными на видео не было, но и смотреть, как на мужа прыгают огромные рептилии или как его спину разрывает острыми, как ножи лапами ужасающий гигантский арахнид было страшно.

Намир был великолепным воином: смелым, мощным, ловким и быстрым, но с каждым новым кадром соперники становились всё более агрессивными и опасными, заставляя меня холодеть от страха за мужа. Последнее видео я не закрыла, едва сдерживая горькие слёзы: на нём я наблюдала, как Мира, исполосованного двумя жуткими тварями, выносят в бессознательном состоянии с проклятой арены.

— Ррика, что с тобой? Что не так? — переполошился Тайс, отрываясь от готовки.

Стараясь взять себя в руки, проклиная повышенную эмоциональность, я отрицательно покачала головой, не желая расстраивать мужа. Забрав из моих дрожащих рук планшет, он посмотрел на экран и нахмурился.

— Намир не любит, когда мы упоминаем его прошлое. Ему действительно туго пришлось, но он сильный и не озлобился, несмотря на весь тот ужас, с которым ему пришлось столкнуться. Ему будет больно, если ты начнёшь его жалеть, — старательно подбирая слова, сказал Тай, поглаживая меня по спине.

— Я не жалею Намира, я его люблю. Мне и в голову не придёт относиться к нему хуже из-за того, что я увидела. Я знала, что наверняка ему было тяжело, но одно дело знать, а другое видеть. Больно смотреть, как страдает дорогой сердцу мужчина, — совладав со своими эмоциями, излишне агрессивно сказала я Таю.

— Ты только его любишь? — с затаённой болью спросил парень, опуская свои серые глаза.

— Всех вас. Это немного дико для меня. Сложно принять то, что вас у меня пятеро, как и то, что каждый сумел так быстро завоевать часть моего сердца, но это так, — искренне сказала, заглядывая в глаза Таю.

— Я тоже тебя люблю. Больше жизни, — робко улыбнулся муж и поцеловал с такой страстью, что мы опять немного увлеклись.

От плиты донёсся запах чего-то горелого и, тихо чертыхнувшись, Тай побежал исправлять свой промах, а я отложила планшет и стала раздумывать о том, как порадовать моего Намира. Я решила выпросить у Алира разрешение на то, чтобы провести ночь с ним наедине. Всё-таки с Миром мне хотелось чего-то более интимного, показать ему, как прекрасна близость или попробовать что-то новенькое.

Тайс закончил готовить обед, выделив мне несколько вкусных блинчиков с необычным синим вареньем и напоил вкусным цветочным чаем из лепестков того соцветия, что мне вчера принёс Уголёк.

У нас осталось немного времени до прихода парней, и мы спустились в сад к стволу гигантского дерева. Мой пушистый друг видимо был занят, поскольку не спустился к нам, но мы с удовольствием посидели на мягкой траве, наслаждаясь тёплым солнцем и забавным писком шухов где-то высоко в ветвях.

Мужья вернулись ровно к обеду усталые и чем-то сильно расстроенные, но при мне неумело разыгрывали хорошее настроение. Сегодня на колени к себе меня утянул Трэй. Он тоже был на взводе, но старательно изображал обычное благодушное настроение. Из-за этой фальши обед прошёл как-то скомкано, а после каждый поспешил по каким-то домашним делам, оставив меня на сонного Намира.

Уложив Мира в кровать, я сделала ему расслабляющий массаж и усыпила тихими разговорами и ласковыми поглаживаниями, а сама пошла в кабинет Алира, куда ушёл старший муж и принц. Чтобы узнать, что произошло и когда прибудет Миранда, и как раз застала разговор блондина с отцом, из которого услышала планы Совета относительно подруги. Алир был увлечён беседой с отцом, а Трэй внимательно изучал какие-то бумаги, не обращая внимания на шум, поэтому моего появления никто не заметил.

— Алир, это правда? — спросила я, выдавая своё присутствие.

— Ррика, ты всё слышала? — настороженно спросил блондин, виновато опуская свои рыжие глаза.

— Слышала. Срочно свяжись с отцом и попроси отложить беседу с Мирандой. Она очень вспыльчивая, а ситуация, прямо скажем, отвратительная. Мне нужно её сначала подготовить, — сказала я, даже не представляя как всё это объяснить подруге.

Миранда всегда слишком бурно реагировала на любую новость, но быстро отходила, а я наоборот.

— Вы поэтому такие напряжённые были, или есть ещё плохие известия? — уточнила я, решив сразу узнать, чего ждать от будущего.

— Ты заметила? — уточнил Трэй, притягивая меня в объятия, пока Алир отправлял срочное сообщение для Нэвиса.

— Да. Желательно, чтобы вы перестали мне недоговаривать, насколько бы неприятными ни были новости, — сказала я, покорно присаживаясь на колени принца. — Кстати, о плохих новостях: твоя мачеха так и не пришла.

— Я знаю. Она и не придёт в ближайшие дни. Тот жук, которого твой шух метнул ей в лицо, оказался ядовитым, и у неё появилось что-то типа аллергии, — с весёлой усмешкой сказал Трэй, заставляя меня невольно улыбнуться. — Но я думаю, она и не собиралась сегодня снова тебя навещать. Просто обманула меня: запрос пришёл на посещения тебя в ближайшие дни, поэтому я рассчитывал, что она придёт не раньше, чем сегодня, но она, как всегда, меня переиграла, рассчитывая на то, что ты будешь более сговорчивой.

— Понятно. Хоть это радует. Миранда точно не придёт в восторг от идеи стать женой четверых мужчин.

— Да уж, представляю, — хмыкнул Алир. — Я помню, как ты отреагировала на эту новость.

— Точно, — улыбнулась я. — Твоё счастье, что у меня конфисковали табельное оружие. Кстати, я бы на месте Нэвиса убедилась, что у Миры его нет.

— Отец очень осторожный, — с гордостью сказал муж.

— Рас тоже был очень обстоятельным и осмотрительным. Мне кажется, они поладят, но кто остальные мужчины? — уточнила я, беспокоясь о Мире.

— Гэлард и Сейм — папины проверенные и верные друзья. Я даже думал принять их в свой клан до того, как нашёл Вейса с Тайсом. — заверил меня муж.

— Надеюсь, они ей понравятся, иначе моя подруга умеет превращаться в настоящего дракона, когда раздражена, — улыбнулась я, вспоминая наши с ней проказы.

— Уверен, они справятся. Хуже то, что отец не может распоряжаться именем рода. Ему необходимо найти наследника клана или носителя имени, чтобы сформировать ним и оформить отношения с твоей подругой, а это будет совсем не просто, — посерьёзнел Алир.

— И много таких? — уточнила я.

— Не считая Талинора, трое высокородных наследников, но у каждого уже заключён договор о союзе и сформирован ним. Свободные от обязательств только пятеро представителей среднего класса и двое низшего, но Совет не одобрит вступления отца Алира в такой союз, — педантично отчитался Трэй, продолжая что-то листать в планшете, лежащем у меня на коленях.

— Только твоего братца Мире и не хватает для полного счастья, — скривившись, сказала я.

— На самом деле этот союз мог бы нас избавить от множества проблем, только отцы вряд ли дадут согласие без одобрения Лионоры или самого Талинора, а значит, точно нет, — тяжело вздохнул Трэй.

— И, слава Богу, — усмехнулась я. — Этот брак наверняка бы закончился убийством, причём в случае с Мирандой я бы поставила на неё.

— Я бы поспорил: Лин умеет быть очень обаятельным, когда ему это нужно, а сформированная нимом связь сильно влияет на мужчин. Он бы хотел только твою подругу, что избавило бы нас от его притязаний, а убивать Нэвиса или его друзей Талинору тоже не выгодно, поскольку он уже лишился двоих союзников по договору: ещё одна смерть, и его признают приносящим несчастье. Уверен, он на такое не пойдёт, — продолжал увлечённо рассуждать Трэй.

Я, честно говоря, от его слов немного расстроилась. Нет, не из-за Талинора, а от полученной информации о том, как ним влияет на мужчин.

— О чём задумалась? — спросил Алир.

— Так, ни о чём, — рассеянно ответила я, но проницательный блондин не поверил и забрал меня с рук у Трэя, пересаживая к себе.

— Ты просила ничего не скрывать, а сама замалчиваешь, — укоризненно произнёс он, буквально сканируя меня своими удивительными глазами.

— Я подумала о том, что не так уж и приятно, что вы ко мне хорошо относитесь только из-за симбионтов, — тихо сказала я, опуская взгляд.

Я была уверена, что знаю, за что люблю каждого из своих мужей, поэтому обидно было всё считать просто химической реакцией.

— Глупая, — с улыбкой сказал Алир, осыпая невесомыми поцелуями моё лицо. — Поверь, к моим чувствам к тебе ним не имеет никакого отношения. Я люблю тебя, моя храбрая ваира.

— Мы все любим, — уверил Трэй, покрывая жаркими поцелуями мою шею.

— Я тоже люблю вас, — призналась я.

Почему-то мне было просто признать этот факт. Эти мужчины окружили меня любовью и заботой, которую я не могла и представить.

— Я, кстати, пришла не просто так: я хотела попросить у тебя разрешения провести ночь с одним Намиром, — вспомнила я, разрывая поцелуй.

— Прости, но нет. Ты его слишком выделяешь, — ревниво сказал блондин и Трэй поддержал его согласным кивком.

— Это не так. Просто он неопытен и мне так многое ему хочется показать, — попыталась оправдаться я.

— Он — часть клана и должен привыкать, как и ты, — непреклонно сказал Алир, заставляя меня тяжело вздохнуть. — Сейчас лучше подумай о подруге. Думаю, вы вряд ли наговоритесь за пару часов.

— Ты, как всегда, прав, — согласилась я, целуя Апира. — Даже не представляю, как объясню всё Мире, — вздохнула я, с тревогой ожидая скорую встречу.

Глава 36

Виорика ри-Анор

Определившись, что проблемы можно решать по мере их поступления, я с трепетом ждала подругу. В космопорт Алир отправился с Близнецами, а я осталась дома с Намиром и Трэем.

Когда их аэролёт вернулся, я уже нетерпеливо приплясывала на пороге, закрытая от прохожих широкими спинами мужей.

Мира вышла из транспорта сразу за Алиром и бросилась ко мне. Мы обнимались и всхлипывали, как девчонки. Раньше бывало, что мы не виделись по полгода из-за постоянных командировок, но встречались спокойнее, но сейчас казалось, что мы расставались не на пару недель, а на несколько лет.

— Рика, — только и смогла выдохнуть подруга, прежде чем в голос разревелась на моём плече.

— Девушки, давайте все семейные сцены перенесём в дом, пока не собралась толпа желающих получить удачу, — спокойно заметил Нэвис, напоминая о дурацком поверни раалийцев относительно меня.

Держась за руки, мы прошли в большую гостиную и, игнорируя мужчин, уселись на диване.

Мира сбивчиво рассказывала обо всём, что случилось после моего отъезда с Алиром, и запнулась, когда речь зашла о Расе. Мы утешали друг друга, вспоминая, как заботился о нас парень, как спасал из неловких ситуаций, в которые мы с ней с завидной периодичностью попадали.

Мужчины терпеливо ждали, расположившись на креслах и диванах вокруг.

Я исподтишка поглядывала на светловолосого мужчину с необычными серо-голубыми глазами и привлекательным аристократичным лицом. К моему удивлению, второй друг Нэвиса прикрылся маскировкой нума, но такое поведение в доме у знакомых могло считаться оскорблением.

Когда, наконец, мы немного успокоились, чтобы полностью обратить свой взор в сторону мужчин, слово взял Алир:

— Вио-Ррика, представь, пожалуйста, свой клан подруге и я познакомлю тебя с друзьями отца.

По нашей договорённости Алир один должен был представиться Миранде мужем, а о том, что представляют собой семьи Раалии, я собиралась сообщить Мире сама.

— Как официально, — хмыкнула подруга, предполагая, что я и блондин — это и есть весь наш клан.

— Мирочка, тут такое дело… — немного замялась я, не зная, как лучше сказать. — В общем, у раалийцев не такие семьи, как мы привыкли.

— А какие? — удивилась Мира, с ног до головы разглядывая Алира в попытке найти в нём что-то необычное.

— Семейный круг обычно состоит из четверых мужчин и одной женщины, в моём случае из пяти, поскольку Тайс и Вейс, — кивнула я в сторону братьев, — считаются за одного. Итак, мои мужья: старший супруг и глава клана Алир тебе уже знаком, а далее Намир, Трэй и близнецы, их имена я уже называла.

На некоторое время ошеломлённая Мира застыла, переводя ошалелый взгляд с одного мужчины на другого.

— Да ладно?! — не смогла удержаться от возгласа подруга, не сдерживая улыбку. — Даже не знаю, посочувствовать тебе или позавидовать.

Мы всегда шутили на тему парней, поэтому сейчас у неугомонной Миры появился неиссякаемый источник вдохновения. Я бы порадовалась, что смогла отвлечь подругу от тягостных воспоминаний и переживаний, если бы мне её не нужно было осчастливить ещё одной новостью.

— Конечно, позавидовать. Они у меня самые замечательные и любимые, — не поддалась на подначку я.

— Ты тоже для нас самая дорогая и обожаемая, — с лукавой улыбкой отозвался Трэй, приближаясь, чтобы поцеловать кончики моих пальцев.

— К взаимным комплиментам перейдём позже, — спокойно сказал Алир. — Вио-Ррика, позволь тебе представить друзей отца — Гэларда ти-Лима и Сэйма ти-Онна.

Рассматриваемый мной ранее высокий блондин оказался Гэлардом, а загадочный Сэйм так и не снял маскировки, вызывая моё недоумение. Я перевела удивлённый взгляд на мужа, ожидая пояснения такого поведения гостя, но прежде, чем Алир успел ответить, заговорила Миранда:

— Рика, Сэйм просто не хочет тебя шокировать, как меня, когда мы познакомились. Дело в том, что он ужасно похож на Раса. Это просто совпадение, никакого родства между ними нет.

После её слов мужчина дал команду нуму и маскировка медленно стекла с его лица, заставляя меня задержать дыхание от нахлынувших эмоций. Возможно, потому что была предупреждена, я сразу обратила внимание на то, что разнило Сэйма с моими воспоминаниями о Расе, и лишь потом на общие черты.

Схожесть была удивительной, но я чётко понимала, что это другой человек, точнее раалиец.

— И впрямь очень похож, — признала я.

— Вы наверняка устали с дороги. Я предлагаю переместиться за стол и поужинать, а все остальные новости оставить на потом, — предложил Тайс, вежливо подавая мне руку, а к Мире поспешил Нэвис.

Я привычно расположилась на коленях Алира, не делая попыток взяться за столовый прибор, а покрасневшую Миранду к себе усадил Нэвис, не обращая внимание на её неловкость и вялые попытки пересесть.

— Непривычно, правда? — с улыбкой спросила я подруги, стараясь сгладить её стеснение.

— Я бы могла выразиться более эмоционально, — сказала смущённая Мира.

— Привыкай. Здесь такие порядки. Вайра может сидеть только на коленях мужей, — сказала я, наталкивая подругу на определённые мысли.

— Хорошо, что я не ваира, кем бы она ни была, и никогда не выйду замуж, — пробурчала Мира, пытаясь вытащить прибор из сильных пальцев Нэвиса.

— А вот с этим я бы не спешила зарекаться, — честно сказала я, заставляя подругу поднять на меня возмущённый взгляд своих зелёных глаз.

— Я надеюсь, что это была просто неудачная шутка. Нэвис обещал, что меня не выдадут замуж насильно, — сердито сказала Мира, пытаясь отыскать в моих глазах намёк на веселье.

— Я бы тоже хотела, чтобы это было шуткой, но местные власти провели исследования меня и моего круга и решили, что землянки очень удачно сочетаются с раалийцами, — ответила я, виновато опуская глаза.

— Рика, прости, но причём здесь я? Нравятся человеческие девушки? Пожалуйста! На Земле, космических станциях и колониях их миллиарды на любой вкус и цвет, — заводилась всё сильнее Миранда.

— Совет счёл, что ты максимально приближена к единственной человеческой ваире: у вас примерно одинаковое воспитание, один возраст, и ты уже оформлена, как гражданка Раалии. Они специально дождались, когда мы оформим все документы, и тебя удалят из человеческой базы данных прежде, чем сообщили о своих намерениях, — тихо сказал Алир, смело встречая разъярённый взгляд Миры. — Поверь, если бы я знал об их планах, то сделал тебе бы временное или посольское разрешение, но я думал, что тебе и Рике будет приятно, если у тебя будут все привилегии раалиек и статус члена нашей семьи.

Миранда сжала губы в тонкую линию и опустила глаза, но молчала, что бывало обычно перед эмоциональным взрывом моей подруги, поэтому я поспешила немного успокоить её.

— Всё не так плохо. У раалийцев очень странная система создания новых кланов: сначала мужчины формируют свой круг и создают симбионта — так называемый ним. Помнишь моё платье? То самое, что я надела на вечеринку, — дождавшись утвердительного кивка уже заинтересованной Миры, я продолжила: — Потом девушка, которая согласна вступить с ними в союз, надевает на себя этот ним. Если мужчины ей подходят и нравятся, она с ними танцует, и симбионты начинают взаимодействовать, создавая семью, а если нет, то платье начинает доставлять дискомфорт и пробу признают неудавшейся.

— С ума сойти, получается, ты тогда танцевала в платье с этими? — кивнула Мира на моих мужей. — В общем, Совет может меня заставить перетанцевать с половиной свободных раалийцев, прежде чем признает меня непригодной для создания этого их круга?

— Не совсем так: их генетики выявили высокую совместимость наших рас, поэтому возможно, что после первого же танца ты проснёшься в постели с четырьмя неизвестными мужчинами, — честно сказала я, заставляя подругу покраснеть.

— Значит, я скоро стану вдовой, — прошипела Мира, пытаясь покинуть колени Нэвиса, но он удержал её на месте.

— У меня есть другое предложение, — сказал Нэвис, по-прежнему удерживая Миранду. — Ты покорила меня и Гэла с Сэймом, и мы можем подать заявку на союз с тобой. У нас нет главы клана и ещё не сформирован ним, так как мы не планировали появление в нашей жизни женщины. Если ты одобришь нашу заявку как первоочередную, то у нас будет время — месяц или два, прежде чем мы найдём носителя семейного имени, который понравится тебе. Мы понимаем, как тяжело тебе пришлось, и что ты не готова к новым отношениям, поэтому не будем торопить тебя. Не буду врать — этот брак не будет фиктивным, рано или поздно мы станем настоящими супругами, но мы всегда будем считаться с твоим мнением и не обидим.

— У меня есть более простое решение: вы отвезёте меня назад, и я отправлюсь с десантниками в мясорубку. Там и то больше шансов выжить, чем на этой дурацкой планете, где Совет решает, кому и когда создавать семью, — психанула Мира, соскакивая с коленей свёкра, и убежала вдоль коридора.

Внутренне я была согласна с возмущением Миры, а от себя могла добавить ещё очень много чего, но сейчас мне нужно было её успокоить, а не подбрасывать дров в костёр её ярости.

— Позвольте мне, — попросил Сэйм, делая такое же решительное выражение на лице, как у Раса.

Алир хотел возразить, но я поддержала мужчину, и он скрылся в поисках подруги.

Глава 37

Виорика ри-Анор

Через пару минут из коридора стали доноситься приглушённые крики и стук каких-то предметов о металлические стены.

Я нервничала, переживая за Миранду, хотя и не сомневалась, что Сэйм с его раалийским воспитанием ни за что не причинит подруге боли. Я порывалась пойти проверить, что там происходит, но Алир с невозмутимым лицом продолжал меня кормить, не позволяя покинуть его колени.

Трэй бросал мне сочувственные взгляды умных карих глаз, а Тайс с удовольствием ел, не обращая никакого внимания на шум и общее возбуждение.

Навис и Гэлалард обеспокоенно переглядывались, но первым добраться до двери успел Вейс. Высунув голову в коридор, он тихонько хихикал, наблюдая за разносом, что Миранда устроила Сайму, а потом всё подозрительно резко стихло, а близнец с улыбкой чеширского кота отправился на место, поцеловав меня в щёку по пути.

Через пару минут, предварительно извинившись, ушли Навис с Гэлардом.

— Вейс, у них всё в порядке? Мира, когда злится, то не сильно контролирует свой нрав, — всё же уточнила я.

— Не беспокойся. Сэйм позволил твоей подруге выпустить пар, а потом применил её энергию в мирных целях, — пошло усмехнувшись, сказал старший близнец.

— Это не смешно, — возмутилась я. — Мира сильно переживает. Мы много лет дружили с Расом, а потом ещё столько же они были парой. Ты не видел, какими глазами они смотрели друг на друга, а сегодня ей заявили, что она станет женой четверых практически незнакомых инопланетников. Я надеюсь, этот Сэйм не расстроил её ещё сильней, иначе я сама о его голову что-нибудь разобью. Хватит, — разозлилась я, отталкивая местную ложку с чем-то, напоминающим желе. — Отведите меня к ней, немедленно, — практически приказала я, хотя никогда таким тоном с парнями не разговаривала.

Алир нахмурился, но спорить не стал.

— Пойдём, я провожу тебя, Ррика, — примирительно сказал Намир, подавая мне свою громадную ладонь На лице моего великана отразилась некоторая неуверенность.

— Прости, я не хотела грубить, просто переживаю. Вам не понять, как тяжело сейчас моей подруге. Она очень эмоциональная и многого лишилась, а раалийцы… вы всегда слишком напористые, — деликатно сказала я, чтобы не использовать более цветастые определения.

— Я понимаю. Просто не хочу, чтобы ты становилась такой, как все они, — сказал Мир и постучал в одну из дверей.

Повернув к себе своего гладиатора, я притянула его за волосы, собранные в длинный хвост, и нежно поцеловала.

— Я не стану, клянусь, — пообещала я, едва касаясь его губ.

— Я тебе верю, — хрипло отозвался муж, на минуту прижимая меня к своему мускулистому телу. — Алир не игнорировал тебя, а просто пытался удержать тебя от вмешательства в дела чужого круга.

— Мира ещё не приняла никакого решения и нового круга может вообще не быть, если она не успокоится. Я не хочу, чтобы близкий мне человек натворил непоправимых глупостей, — пояснила я, прежде чем Намир приложил ключ к двери.

— Уходите, я сказала, — хрипло прокричала плачущая Миранда.

Я не сразу заметила её хрупкую невысокую фигурку, спрятанную за огромными подушками. Мири всегда пряталась за ними, когда не могла справиться с душевной болью.

— Это я. Прогонишь? — спросила я, пробираясь через мягкую крепость, что возвела вокруг себя моя самая дорогая подруга.

Тихонько всхлипнув, Мира порывисто обняла меня и громко завыла, спрятав лицо у меня на плече.

— Почему всё так больно, Рика? — заикаясь от разыгравшейся истерики, спросила она, пока я гладила подругу по спутанным рыжим кудряшкам.

— Не знаю, Мири, — честно сказала я, стараясь сама не разреветься.

— Он умер, бросил меня одну, — выплёскивала свою боль Миранда.

— Он не хотел. Ты же знаешь, как сильно он тебя любил. Я даже завидовала тебе: Рас смотрел на тебя такими глазами, будто день начинается и заканчивается исключительно для тебя, — рассказывала я то, что она и так знала.

— Лучше бы ты дала мне умереть, — обречённо выдохнула Мира, вызывая во мне гнев.

Я сильно встряхнула подругу за плечи, заставляя смотреть мне в глаза.

— Рас хотел жить для тебя и с тобой, но для меня он так же был семьёй, как и ты. Он погиб, но не думаю, что он хотел, чтобы ты погубила себя из-за этой скорби.

Ты представляешь, что я почувствовала, когда думала, что не смогу тебя спасти? Я тоже потеряла его, как брата, а могла лишиться вас обоих — всего, что связывало меня с моим прошлым.

Я не знала, что выйдет так с этими ненормальными раалийскими законами и Советом, но даже если бы знала, всё равно поступила бы так же, потому что, пока ты живёшь, ещё можно всё исправить.

Представь, что я сейчас не сидела бы в окружении пятерых мужчин, а стояла в урне на специальной полке станции? Тебе было бы так легче? Ты думаешь, мне было просто принять всё это? Но Намир был прав: я лучше буду любить этих мужчин, чем проверю, что там за гранью и есть ли жизнь после смерти, — всё громче кричала я, тряся бедную растерянную Миру.

В ответ подруга меня крепко обняла, тихонько всхлипывая в попытке взять себя в руки.

— Мне стыдно, Рика. Рядом с Сэймом, Нэвисом и Гэлом я испытываю стыд, — почти шёпотом сказала Миранда, пряча от меня глаза.

— Они могут быть немного бесцеремонными и настойчивыми, но поверь, они замечательные и стоят того, чтобы попробовать. Я узнавала у Алира: его отец лишился всего клана, а это адская боль для раалийца, но при этом почти тридцать лет воспитывал сына один и прятал его от врагов. Он умный, добрый смелый и осторожный. А его друг Гэллард закрыл собой моего мужа от взрывной волны, когда они бежали к аэролёту, чтобы спастись от очередных убийц. Гэл получил сильный ожёг и теперь у него на спине большой шрам.

Местные женщины не рассматривают мужчин с физическими изъянами, поэтому ему пришлось оказаться от имени своего рода в пользу брата, ведь никто не захотел его из-за этого мужем. Сэйм тоже прекрасный друг и сильный мужчина. Он много раз помогал и рисковал собой, не задумываясь о награде или какой-то выгоде. Поверь, я ни за что не обрекла бы тебя на бесконечные страдания. Я, правда, верю, что эти парни помогут тебе найти новый смысл жизни, — уговаривала подругу я.

— Мне стыдно не из-за их поведения. Они действительно очень хорошие, Рика. Я чувствую огромную вину перед Расом за то, что когда они приближаются, мне хочется улыбаться и флиртовать и… мне они нравятся, хоть это и странно, что все, но я не должна… — смутилась Мира.

— Скажи, если бы умерла ты, а он остался жить, ты бы хотела, чтобы он страдал, или влюбился снова? — спросила я, вытирая зарёванные веснушчатые щёки.

— Кто его знает, что бы со мной было, — пробурчала Мира, но робко улыбнулась. — Конечно, я желала бы ему счастья.

— Тогда прекрати это самоедство. Никто ничего от тебя не потребует уже завтра. Им нужно её найти главу рода, который понравится тебе, ведь без взаимной симпатии к основному мужчине ты не сможешь принять их — ним тебя отвергнет.

— Слушай, а в честь чего вообще весь этот ажиотаж с покупками тебя и меня? Я не слышала, чтобы раалийцев хоть что-то интересовало за пределами их сектора. Они и общаются-то с Конфедерацией весьма прохладно, — решила уточнить Мира.

— Это долгая история, но фактически раньше у них не было необходимости образовывать союз с инопланетными женщинами: их браки — это в основном расчёт, основанный на совместимости. У Алира просто не было выбора, а когда я появилась здесь, то выяснилось несколько привлекательных для раалийцев особенностей, — начала я.

Мы долго обсуждали и их дурацкие традиции, включая дополнительный набор мужей и дарующих счастье, или наоборот приносящих неудачу. Перетёрли кости родственничкам Трэя и Намира, как пример местных устоев, я даже рассказала про Уголька и голову ядовитого жука, заставив Миранду хохотать.

— Такой ты мне нравишься больше. Давай будем счастливыми в память о Расе, — попросила я, целуя подругу в щёку.

— Я постараюсь, — неуверенно сказала Мира.

— Кстати, что произошло у вас с Сэймом в коридоре? Такой стоял грохот, а потом всё затихло, — спросила я у Миранды то, что заставляло меня буквально подпрыгивать от любопытства.

Подруга покраснела, вызывая ещё больший интерес.

— Он подумает, что я дура и откажется от своих планов на меня, — с грустной усмешкой сказала Миранда.

— О, поверь мне — этих парней не так просто смутить. Они чертовски упрямые и целеустремлённые, — заверила я Миру. — Не томи, я в предвкушении эпического рассказа.

— Ничего эпического, — покраснев ещё сильнее, сказала Миранда. — Пока я металась, не зная куда идти, не заметила приближения Сэйма, а он просто подошёл и обнял меня, смущая своей близостью.

— Как скромно, — едва сдерживая смех, сказала я. — А крики и грохот?

— Ну, я разозлилась, что он вызывает во мне столько чувств и стала кричать, — снова попыталась уйти от разговора Мира, заставляя меня лопаться от любопытства, что же было дальше.

— Мира, я тебя сейчас укушу, — пригрозила я, намекая на то, что жажду продолжения истории.

— Я сыпала оскорблениями и обвинениями в том, что это они во всём виноваты, что лучше бы я умерла, а он взял и поцеловал меня в щёку, стирая слезу. Ну, я удивилась и испугалась, что его прикосновение было таким приятным, и кинула какую-то штуку, — виновато опустила рыжую голову Мира.

— Прямо одну какую-то штуку? — едва сдерживая смех, спросила я.

— Нет. Много каких-то штук, а он только стоял и улыбался, как ненормальный, ещё сильнее распаляя меня, — скорбно говорила подруга, но уголки её губ подозрительно подрагивали.

— Мира, я уже прямо открыла рот, а с клыков капает яд: что дальше?

— Ему надоело, и Сэйм закрыл мне рот поцелуем и унёс в спальню. Я растерялась и увлеклась, а потом пришли остальные, и я поняла, что чуть не натворила, — выдохнула она. — Они точно сочтут меня истеричкой.

— Поверь, по сравнению с местными дамами, мы просто подарок, хотя лучше больше ничем не кидайся, а то убирать приходится моим мужьям, — с улыбкой сказала я, крепко обнимая подругу. — Отдохни и ни о чём не беспокойся. Я всегда буду с тобой. Ты просто не сможешь от меня отделаться, — сказала я, дожидаясь, когда девушка мерно засопит, как всегда сложив руки под щёку.

За дверью спальни, выделенной Мире, стояли Нэвис, его друзья и Трэй. Едва я покинула комнату, трое мужчин тенью скользнули внутрь, закрывая двери за собой.

Усмехнувшись, взяв под руку мужа, я отправилась в свою спальню.

Глава 38

Виорика ри-Анор

К моему удивлению, когда мы вернулись с Трэем, остальные мужья тоже бодрствовали, несмотря на поздний час.

— Всё хорошо? — спросил Алир, отрывая взгляд от планшета.

Близнецы что-то тихо обсуждали между собой. Намир нервно метался по комнате, но увидев меня, улыбнулся и поспешил сгрести меня в объятия.

— Почему вы не отдыхаете? — спросила я, едва Мир перестал сладостно терзать мои губы.

— Без тебя не спится, — лукаво улыбаясь, сказал Алир, подкрадываясь ко мне сзади.

Умелые касания старшего мужа и любимые синие глаза Мира, буквально ласкавшие меня, сводили с ума. Повернув голову, я увидела, что близнецы жадно наблюдают за нами, не скрывая своего желания, как, собственно, и Трэй, от этого возбуждение моментально прошло, оставляя чувство стыда и неловкости.

— Мне нужно в душ, — пробормотала я, сбрасывая с себя руки Алира.

Намир, видя моё настроение, сам отпустил меня, огорчённо провожая взглядом.

Мне не хотелось, чтобы сейчас кто-то пошёл за мной. Включив воду, я старалась смыть напряжение дня и своё смущение, но назойливая мысль, что рано или поздно я должна уступить им всем сразу меня не отпускала.

Не открывая глаз, я потянулась за полотенцем, но рука наткнулась на мускулистую мужскую грудь, покрытую тканью нума. Скинув с лица мокрые волосы, я разглядела Трэя, который невозмутимо вытирал меня и легонько массировал моё тело руками.

— Чего ты испугалась, ваира? Почему убежала? Ты же понимаешь, что мы никогда не обидим тебя и не сделаем ничего такого, что тебе бы не понравилось, — уговаривал меня муж.

— Это невыносимо стыдно, Трэй. Я не могу забыться, зная, что на меня смотрят остальные, причём перед ними мне тоже неловко, как будто я изменяю каждому из вас, — злилась на всю эту ситуацию я.

Умом я понимала, что нужно всё это принять и мужья терпеливо ждут, но ум мало сочетался с моими чувствами, а сейчас я просто устала. Как будто понимая моё настроение, с тяжким вздохом Трэй коснулся губами моего носа, и, подхватив на руки, отнёс в постель.

Вопреки моим опасениям, мужья лишь обменялись со мной целомудренными поцелуями, не пытаясь приставать. Несмотря на усталость, засыпала я долго, больше часа ворочаясь в постели, пока Алир снова не сгрёб меня в свои властные объятия, лишая возможности вертеться.

Утро следующего дня началось по привычному для меня графику: проснулась в шесть утра, но тело отказывалось радоваться новому дню. Оно налилось какой-то тяжестью, и даже невесомое прикосновение нима раздражало ставшую слишком чувствительной грудь.

Сегодня никто из мужей никуда не спешил, поэтому на завтрак мы собрались всем составом. Смущённая Миранда пришла в сопровождении Нэвиса и его друзей. Этим утром была очередь блондина Гэларда притянуть её на колени. Я же расположилась на руках у Намира.

Смотреть за тем, как бойкая и неунывающая подруга краснеет, принимая ухаживания мужчин, было забавно и в какой-то степени трогательно, поэтому я расслабилась и с удовольствием наблюдала за ней.

Я планировала сразу после завтрака забрать подругу у ралийцев и познакомить её с Угольком, возможно, прогуляться до местной кондитерской, откуда Тайс каждое утро приносил пирожные и булочки, но Алир и Нэвис увели её для оформления каких-то документов. Близнецы ушли по своим делам, а меня оставили в компании Трэя и Намира.

Мужья, не сговариваясь, потащили меня в кровать под предлогом того, что ночью я не выспалась, только вряд ли в их планах фигурировал сон, учитывая отчётливо выпирающие под тканью нумов напряжённые члены.

— Намир, почему ты так кричал, когда Ррика ласкала тебя ртом? — с порочной улыбкой спросил мой сдержанный обычно принц, закинув к себе на колени мои ноги и возмутительно приятно поглаживая их.

— Это сложно объяснить. Пока не почувствуешь, не узнаешь, — ничуть не смутившись ответил Мир, подло целуя меня в чувствительную шею и легко поглаживая и без того возбуждённую грудь, отчего ним стал предательски сползать, оголяя моё тело.

В ответ на нехитрые ласки и пошлые намёки мужей я томно стонала, готовая к логическому завершению нашей постельной возни, поэтому настойчивый стук в дверь вызвал болезненное раздражение и неудовлетворённый стон сразу с трёх сторон.

Нехотя вернув на место симбионтов и поправив взъерошенные причёски, Намир дал голосовую команду, и дверь открылась, впуская в нашу спальню разъярённого Талинора.

— Какого демона ты творишь, братец? Решил поиграть в жреца храма Единения? Отцы могут заставить меня познакомиться с этой человечкой, но ни ей, ни тебе не удастся связать меня в такой жалкий и невыгодный союз, — орал злой до чёртиков Лин, толкая Трэя.

— Не понимаю о чём ты? — с ехидной улыбкой сказал явно злорадный муж, легко сбрасывая с себя руки брата.

— Не стоит строить из себя святую невинность, Трэй, я говорю о приказе отцов явиться к вам для знакомства с Мирандой Райс и возможного создания нового клана. Вы специально притащили на Раалию ещё одну человечку, чтобы устранить меня как конкурента на внимание Вио-Ррики? — продолжал заводиться пятый принц, умудряясь при этом бросать преувеличено-тоскпивые взгляды в мою сторону.

— Я лишь указал отцам на то, что раз ты настолько увлечён нашей супругой, что Лионора позволяет себе просить за тебя перед Ррикой, то наверняка тебя заинтересует её подруга: девушка одного возраста с нашей женой имеет схожее образование и близка нашей ваире по духу. Кроме того, отцы сетовали на проблемы с поиском новых союзников для твоего нового круга, а я указал на заявку Нэвиса ри-Анора, тем более что она относится именно к вновь прибывшей Миранде Райс. Я просто старался тебе помочь, в благодарность за всё то добро, что ты мне сделал, — невозмутимо сказал Трэй, одаривая раздражённого Талинора снисходительной улыбкой.

— Не считай себя самым умным, братец, у тебя не выйдет от меня отделаться. Я всё равно найду способ вступить в ваш круг, а возможно и его возглавить, раз у тебя не хватило ума оспорить право Алира на родовое имя, — самодовольно сказал Лин.

— Я прошу прощения, — я не выдержала пренебрежительного отношения к Миранде, встревая в разговор мужчин. — Наш круг давно завершён и вы никоим образом не можете в него войти, а моя подруга достойна кого-то более подходящего, чем пятый принц, угробивший двоих своих союзников, — уверенно сказала я, бросая вызов Талинору.

— Завершён, но ведь жизнь так непредсказуема, — загадочно выразился Талинор. — А насчёт твоей соотечественницы, цветочек, я готов поспорить на миллион креддов, что она сама будет вешаться на меня и умолять рассмотреть её ваирой. Только в моём сердце есть место лишь для одной девушки с Земли.

— Я родилась не на Земле, а в космосе, на станции, так что можете не стесняясь продолжать пренебрежительно называть меня просто человечкой. Насчёт Миранды я бы поставила на то, что вы будете у неё в ногах ползать, лишь бы она одарила вас улыбкой, но, во-первых, на друзей я не спорю, а во-вторых, повторюсь — она достойна кого-то лучше вас, — всё с той же приторно-вежливой улыбкой сказала я.

Мысленно я совсем не нежно покусала Трэя за то, что он втянул и без того пострадавшую Миру в войну с Талинором.

— А знаешь, мой ядовитый цветочек, это будет даже забавно. К тому же, официальная версия ухаживания за возможной ваирой позволит мне обойтись без согласия твоих мужей на наши с тобой встречи. Пожалуй, я рискну проверить, так ли хороша эта Миранда Райс. Только не рассчитывай, что я изменю свои планы: ты всё равно будешь моей, — нисколько не сомневаясь в своей победе, сказал Лин, заставляя меня скрипеть зубами от злости.

— Я бы не рискнула, — раздался холодный женский голос откуда-то из-за спины Талинора.

Раалиец резко развернулся, оказываясь лицом к говорившей, и столкнулся с парой очень рассерженных зелёных глаз Миры.

Талинору в кои-то веки отказало его чрезмерное красноречие. Он так и замер с неприлично открытым ртом. Рука раалийца помимо воли самого парня потянулась к рыжим кудряшкам Миры, но подруга уклонилась от касания, с наигранным презрением оглядывая пятого принца.

— Рика, что это ещё за экземпляр местной фауны? Судя по длинным ушам и отсутствию признаков интеллекта во взгляде — это местный осёл, или другое непарнокопытное,

— не стесняясь в выражениях, сказала Мира, но, судя по лихорадочному румянцу и блеску её глаз, Лин ей понравился, что неудивительно.

— Теперь вижу, что у вас больше общего, чем я думал, — с уверенной усмешкой, делающей красивое лицо Талинора опасно привлекательным, сказал раалиец.

— Мира, познакомься, это младший брат Трэя, пятый принц императорского клана ри-Атон — Талинор, — сказала я, напоминая ей о недавнем разговоре, где я довольно подробно рассказывала, сколько неприятностей доставил мне этот раалиец. — Ваше высочество, позвольте представить вам мою подругу, практически сестру и такую же жалкую человечку, как и я — Миранду Райс, — добавив изрядную долю яда, сказала я Лину.

— Ну зачем же так грубо? — лукаво улыбнулся принц, показывая очаровательные ямочки на щеках. — Я счастлив быть представленным такой милой лире, — включая своё дьявольское обаяние на полную катушку, сказал Лин, притягивая её руку для того, чтобы оставить на ней свой поцелуй.

Теперь настала очередь Миранды немного подвиснуть. Заметив свою реакцию, подруга нахмурилась, отступив пару шагов назад, она прислонилась спиной к Нэвису в поисках защиты, и мужчина поспешил её обнять.

— Не могу сказать того же, — нахохлившись, сказала Миранда, держась за руку Нэвиса, как за спасательный круг.

— Не стану спорить. Увидимся завтра, прелестная Миранда, — с улыбкой коварного соблазнителя пропел Лин. — Вио-Ррика, — поклонился мне принц, удаляясь крайне довольным собственной персоной.

— Что это было? — спросила Мира, стараясь справиться со своим вполне очевидным волнением.

Опомнившись от сокрушительного влияния Талинора, подруга попыталась выбраться из объятий моего свёкра, но это оказалось сложнее, чем в них попасть.

— Это, подруга, самая большая заноза в заднице, и теперь, я полагаю, наша общая, — выдала я Мире свой неутешительный диагноз. — Трэй, зачем ты так подставил Миранду? — сердито спросила я у мужа.

— Я считаю, что нашёл прекрасный выход из сложившейся ситуации: Нэвису нужен одинокий наследник имени, а Лину необходимо переключиться на другой объект внимания, — нисколько не смутившись, выдал Трэй, заставляя меня пыхтеть от злости.

— Просто великолепно! Какие ещё вопросы решите за наш счёт? Интересно, как Раалия ещё не канула в Лету без землянок? — рассердилась Мира и ушла, громко хлопнув дверью.

Гэлард и Сейм последовали за ней, а свёкор остался.

— Ты должен был посоветоваться с нами, принимая такое решение, — рассердился Алир.

— Не в этом случае. Я лучше знаю Талинора и уверен в своих действиях, — невозмутимо настаивал старший принц.

— Трэй, ты понимаешь, что поставил под удар Миранду, а ей и так сейчас непросто? Она ещё не смирилась с необходимостью скорого замужества. Подруга только потеряла мужчину, с которым была близка много лет, а тут всё сразу и Талинор в нагрузку, — высказала я своё возмущение.

— Из-за многолетних разногласий с кругом ри-Атон Нэвис даже не рассматривал кандидатуру Лина на главу их клана, а зря: он, конечно, избалован сверх всякой меры и эгоистичен, но не безнадёжен. Остальные братья были не лучше, но каждый в своём кругу они прекрасные мужья. За свою семью он будет сражаться, как любой мужчина до смерти. У Миранды нет выбора, ей всё равно навяжут замужество и наивно надеяться, что Совет долго будет ждать, когда вы трое подберёте кого-то подходящего. Кроме того, Талинора всё равно заинтересовала бы твоя подруга, по понятным всем причинам, поэтому хорошо, что отцы сразу указали, в качестве кого они хотят видеть эту девушку. И не спорю, конечно, я хочу, чтобы братец переключил своё внимание на неё и оставил в покое нашу жену. Я не собираюсь оспаривать твоё право главы клана, Алир, но моё положение, как наследника императорского титула для нашего круга ничуть не ниже, поэтому я не буду извиняться за принятое решение, — спокойно сказал Трэй, но всем своим видом показывал, что спорить с ним по этому вопросу бесполезно.

— В любом случае твой расчёт не оправдался: Лин отказался от такой перспективы, — сказал Вейс.

— Я так не думаю. Мой братец заглотил наживку вместе с крючком. Что бы он ни говорил, а пока спорил с Мирой, даже не оглянулся на Вио-Ррику, — самодовольно изрёк Трэй.

— Только Миранде он не понравился, — нахмурился Нэвис.

— Я бы так не сказала, — заметила я. — Она не готова в этом признаться, но Талинор её очень заинтересовал.

К Мире я не пошла, решив, что подруге нужно время, чтобы успокоиться и хотя бы частично смириться с тем, что с ней сейчас происходит. Мы с мужьями впервые за долгое время остались все вместе.

Ни у кого больше не было неотложных дел, поэтому мы выбрались на прогулку. Аэролёт послушно нас доставил сначала к местному торговому центру, где мы бесцельно бродили, покупая яркие безделушки, пока нас не окружила толпа раалийцев, желающих меня коснуться. Потом мы направились в кондитерскую, куда я давно хотела попасть, и там бесчинствовали, поедая воздушные пирожные и ароматную выпечку, запивая всё травяным чаем.

Домой вернулись поздно вечером утомлённые, но довольные проведённым вечером. Я буквально засыпала на ходу, поэтому отключилась, едва коснувшись подушки.

Глава 39

Виорика ри-Анор

Несмотря на вполне приятный вечер, спалось мне плохо. Дело было даже не в тревожных снах, а в странном томлении — приторном и липком, как растаявшие леденцы в кармане.

Пробуждение было таким же: плавая в полудрёме, заполненной болезненной похотью, я услышала протяжный мужской стон и почувствовала дрожь горячего тела подо мной.

— Ррика, проснись, — буквально простонал Трэй, своим хриплым глубоким голосом вызывая у меня приятные мурашки.

С трудом разлепив тяжёлые веки, я наткнулась взглядом на красные искусанные губы мужа и, не задумываясь, потянулась к нему с поцелуями, не сдерживая своего желания. Комната была ещё погружена в полумрак ночного освещения, поэтому я не поняла, сколько поспала и спала ли вообще.

Застонав от прикосновения к его сухой нежной коже, я наслаждалась его вкусом, тихими стонами и пульсацией горячей плоти, упирающейся мне в бедро.

Немного поёрзав, заставила Трэя выгнуться мне навстречу в неосознанном желании соединиться.

— Тише, малышка, тише, — уговаривал меня Алир, поглаживая по обнажённой спине, но, не желая останавливаться, я почти агрессивно смяла губы Трэя, удерживая его за волосы на затылке.

— Я больше не выдержу, — прохрипел мой принц, двигаясь подо мной.

— Иди к нам, наша девочка. Дай Трэю подготовиться, — просил Вейс, пытаясь оторвать меня от пятого мужа, но моё тело уже сводили судороги болезненного желания, заставляя мой разум плавать в красноватой дымке похоти.

Ничего не имело значения, кроме желания сейчас же, немедленно заполнить эту сосущую пустоту внутри. Остались только инстинкты и ощущения: солоноватый вкус тела, горловые стоны и всепоглощающая жажда.

Мой разум где-то на задворках сознания всё фиксировал, но никак не влиял на извивающееся от страсти тело.

Внезапно мои губы атаковал другой поцелуй: властный, напористый, жёсткий, но не менее желанный, а вместо шалых карих глаз на меня почти строго смотри удивительные рыжие омуты Апира.

— Возьми себя в руки, или мы скоро будем отцами, — пробился через муть страстного наваждения голос старшего мужа. — Трэй на грани, дай ему надеть контролер. Обними Намира.

С трудом отрываясь от такого желанного тела, я, дрожа, прислонилась к мощной груди своего гладиатора и была притянута к нему на колени. Мир попытался меня успокоить, укачивая в своих сильных руках, но этого мне было катастрофически мало. Запах другого мужчины был почти таким же притягательным, и теперь я оседлала своего нежного великана, грубо впиваясь в его губы поцелуем.

Мир рыкнул и ответил мне с такой же страстью, не сопротивляясь моему напору. Я попыталась сесть на его возбуждённый член, но, несмотря на безудержное желание, тело сопротивлялось проникновению настолько крупного достоинства, и я застонала, но уже от боли.

— Подожди, не так, — простонал Намир, придерживая меня за талию и не позволяя опуститься ниже. — Трэй… — прохрипел он, призывая на помощь принца.

— Иди ко мне, — позвал меня Трэй, забирая у Мира, но видя закушенную от нетерпения губу и потемневшие от страсти глаза моего великана, я не хотела его оставлять, цепляясь за мускулистые плечи.

— Хорошо, и он тоже, — уговаривал, как неразумную меня принц.

Где-то на задворках сознания, моя воспитанная и мыслящая личность корчилась от стыда, а тело, жившее своими требованиями и инстинктами, покорно изгибалось под порочными ласками мужчин.

Трэй поставил меня на четвереньки лицом к Намиру так, что моё лицо оказалось прямо перед огромным возбуждённым членом гиганта. Не раздумывая, я облизала пересохшие губы и обхватила нежную твёрдость своим ртом, стараясь принять как можно больше.

Наблюдая за острой реакцией Мира, я начала активно двигать головой, поворачивая её в разные стороны в попытке принять ещё немного больше, а рукой ласкала бархатистую кожу мошонки, легонько сжимая и поглаживая её.

Я так увлеклась процессом, что, наверное, могла бы кончить от одного выражения удовольствия на лице мужа, но мне не дали сосредоточиться только на этом ощущении: горячий влажный язык коснулся моего клитора, нежно надавливая и растирая опухшую и подрагивающую горошину, заставляя меня вскрикнуть, отправляя вибрацию через член Намира.

Наши с ним стоны слились в одну мелодию страсти, пока Трэй подготавливал и растягивал меня для долгожданного проникновения. Его порочносладкий рот и пальцы были везде, рождая всё новые и новые волны удовольствия, пронзающего моё тело.

В какой-то момент Намир не выдержал, с громким криком наполняя мой рот солоновато-пряной жидкостью, а я продолжала его терзать, пока он сам осторожно не отстранил моё лицо, дрожа заваливаясь на сбитые простыни.

Меня подняли и буквально атаковали ласками Трэй и Алир. Потом принц заставил оседлать его твёрдую плоть, плавно заполняя меня до отказа, но едва я стала двигаться, стремясь получить долгожданную разрядку, он придержал меня за бёдра. Я пыталась возмутиться, но почувствовала, как сзади в меня проникает ещё один муж. Алир был нежен и не спешил, но моему замутнённому болезненным желанием сознанию это медленное проникновение показалось изощрённой сексуальной пыткой. Стремясь скорее получить всё, я сама подалась назад, глубже насаживаясь на два возбуждённых члена, и мы втроём застонали от пронзившей волны острого удовольствия.

Первые осторожные толчки сменились уверенным плавным скольжением, а потом по хриплые стоны и вскрики сорвались в быстрый, рванный ритм, всё сильнее охватывающий наши соединённые тела нарастающим блаженством.

Разрядка была такой долгожданной, но неожиданно сокрушительной. С этими мужчинами я познала уже далеко не один оргазм, но к такому готова не была: мне казалось, что каждая клеточка моего тела разорвалась от яркой вспышки невыносимого наслаждения. У меня не было сил кричать, даже вздохнуть никак не получалось, я корчилась и содрогалась между двух горячих тел, сгорая от блаженства.

Чувствуя разрядку мужей, я удивлялась, как не лишилась сознания от пережитого.

Короткая передышка, в течение которой мы, тяжело дыша, лежали кучкой потных, целующихся тел, а затем меня забрали близнецы.

Новый почти такой же болезненный спазм желания и снова всё слилось в поток непередаваемых ощущений, стонов и движений, до нового крика, разрывающего моё сознание на миллион частиц.

Намир, Трэй, Алир и близнецы — их лица менялись, заменяя друг друга, чтобы снова и снова утолить дикую похоть и жажду охватившую нас, как единый мерно движущийся организм.

Мне казалось, что прошла вечность в этом остром и приторно сладком напряжении, спаявшем нас, но за окном только начинался новый день, когда мы измождённые этим марафоном так и уснули на сбитых простынях.

Следующее пробуждение было более резким и менее болезненным: с громким писком в окно ворвался Уголёк.

Пока я пыталась разлепить сонные глаза и понять какое за окном время суток, мой друг подбежал к нам, но замер на прикроватной тумбочке, забавно принюхиваясь и чихая. В коротких чёрных лапах он держал небольшой голубой фрукт. Пропищав мне своё смущение, пушистик оставил подношение и быстро скрылся в окне.

Сейчас, когда тело временно удовлетворило ту дикую сексуальную жажду, разум снова вернулся ко мне, подло подкидывая картинки пошлых безумств, которым мы недавно предавались все вшестером.

Застонав от глубины собственного падения, я закрыла пылающее лицо руками, сгорая со стыда. Не знаю, что это было, но снова превращаться в похотливое животное мне никак не хотелось.

— Только не начинай жалеть о том, что мы разделили, — строго сказал Трэй, обнимая меня за обнажённые плечи.

— Мы так долго ждали, что ты примешь нас всех, наш клан, — поддержал принца Тайс, обнимая меня за колени, а Намир просто прижался лицом к моему животу, в своей неловкой попытке выразить нежность.

— Я не жалею, — тихо сказала я, сама отмечая неуверенность в голосе.

— Это наша семья, Ррика. Мы все часть тебя, а ты часть нас. Тебе нечего с нами стыдиться или стесняться. Пусть Созревание и было слишком ранним и несвоевременным, но я рад, что оно помогло тебе отринуть запреты воспитания. С нами у тебя нет ничего запретного или неправильного, — как всегда ёмко и обстоятельно сказал Алир, разрушая последнюю неловкость, коркой покрывавшую душу.

— Скажите, я всегда буду превращаться практически в животное? Это как-то меня смущает, — решила уточнить я.

— Нет. Ты не превратилась ни в какое животное, не утрируй. Просто к твоему собственному желанию, обострённому гормонами, добавилось вожделение каждого из нас. Ты горячо любима каждым из нас, поэтому твоя нужда оказалась очень острой. Твоё состояние лишь подтверждает, насколько сильно мы хотим тебя и связаны между собой, — пояснил Трэй, продолжая целовать мне плечико и шею.

— Да, особенно хочется почувствовать твой сладкий ротик на себе, а то на эту дивную ласку везёт постоянно одному Намиру, — сбил наш лирический настрой Вейс, вызывая беззлобные смешки мужчин над покрасневшим великаном.

Так дурачась и целуясь, мы отправились приводить себя в порядок. Впереди ждала встреча с Талинором, которая наверняка приятной не будет.

Глава 40

Виорика ри-Анор

В гостиной обстановка была напряжённой. Миранда сильно нервничала. Похоже, вместо того, чтобы успокоиться, подруга успела себя накрутить, и сейчас была на грани эмоционального взрыва.

— Мири, если хочешь, мы сошлёмся на моё недомогание и выпроводим Талинора, — предложила, не зная, как сгладить ситуацию.

Я чувствовала себя очень виноватой перед Мирандой, ведь, неверно оценив ситуацию, я оставила её без поддержки, в которой она, похоже, нуждалась.

— И что это изменит? Он просто придёт завтра. Неужели ты думаешь, что за один день я как-то изменю своё решение? — высказалась подруга. — Я вообще начинаю думать, что зря согласилась на эту авантюру с кланами или семьями.

В ответ на эту реплику руки Сэйма крепче сжали Миру в объятиях, а на лицах его друзей отразился если не страх, то тревога.

— Ты ведь это несерьёзно? — обеспокоенно спросил Нэвис, заглядывая Миранде в глаза.

— Не знаю. Как-то вся эта суета кажется мне нереальной, как глупая шутка. Не поймите неправильно: вы все трое прекрасные и привлекательные мужчины, но как мы будем все вместе? — смутилась Мира, заливаясь краской стыда.

— Понимаем, тебя воспитали иначе, но для Вио-Ррики это не стало непреодолимым барьером. Мы не будем тебя торопить, — уговаривал Миранду Гэлард, даже меня гипнотизируя бархатным тембром своего голоса.

— Возможно, но что делать с четвёртым? И кто это будет? Я ни за что не приму мужчину, убившего своих друзей, насколько бы красивым он ни был, — запальчиво сказала Мира, крепко сжимая кулачки.

Раздался переливчатый звонок, извещая о прибытии гостя, и мы все замерли в ожидании пятого принца, но сюрприз был более масштабным — Лин притащил весь императорский круг.

Пока мужчины обменивались любезностями, мы с Лионорой одарили друг друга змеиными улыбками.

— Вио-Ррика, — искусно изображая огорчение, граничащее с разочарованием, обратилась ко мне маменька Лина. — Я так рада тебя видеть. Ты не поверишь, как я переживала о том, что создала о себе неверное впечатление. Я так хотела тебе помочь, отговорить от этого безумия. Мне жаль, что ты восприняла мою заботу в штыки.

«Действительно, не поверю. Как ей удаётся любую истину извратить так, что она остаётся жертвой?», — про себя подумала я, а вслух сказала:

— Мы обе были на взводе и немного погорячились.

— Представишь мне свою милую подругу? — очаровательно улыбаясь Мире, спросила Лионора.

— Конечно. Миранда, позволь представить тебе маму Трэя и Талинора, ваиру императорского круга ри-Атон — Лионору, — выделив фразу «маму Трэя», сказала я, заставив женщину едва заметно скривиться. — Дорогая мама,знакомьтесь, моя близкая подруга, практически сестра — Миранда Райс.

— Я очень рада познакомиться с тобой, милая Миранда. Лин рассказал мне о том, что ваше с ним знакомство прошло совсем не гладко. Это всё его юношеская несдержанность и привычка делать поспешные выводы. Не скрою, мой мальчик излишне увлёкся твоей подругой, но я думаю, что это скорее соперничество с Трэем, нежели реальное чувство. Я узнала твою трагическую историю, и считаю тебя очень сильной и смелой девушкой, поэтому решила сразу познакомиться, чтобы не позволить злым языкам навязать тебе своё нелестное мнение о Талиноре или нашей семье. Я жалею, что в своё время не поступила так же с Вио-Ррикой, полагая, что мужчины сами разберутся, но порой они как дети, — льстиво пела маменька Лина.

— Мне тоже приятно, — недоумевая столь тёплому обращению, кратко ответила Мира, выдавив из себя ненатуральную улыбку.

— Понимаю, тебе уже наверняка поспешили выразить своё отношение к нам, но поверь, я искренне тобой восхищаюсь и надеюсь, что нам удастся подружиться, — одаривая Миранду обворожительной улыбкой, настаивала Лионора.

— Конечно, — неопределённо ответила Мира, более активно включаясь в игру. — Только боюсь, что мне не заинтересовать такого красавца, как Талинор. Я понимаю его: Рика очень красивая и эффектная девушка, мне не хотелось бы ревновать каждый раз, как мы будем видеться с подругой. Не люблю навязываться. Я предпочту кого-нибудь проще. Не стоит принуждать принца, — попыталась вежливо отделаться от такой «чести» Мира.

— Что за глупости, дорогая! — воскликнула Лионора, привлекая внимание мужчин. — Ты изящная и утончённая, а кроме того, измена в кругу исключена: после формирования связи нумы — мужские симбионты — не допустят влечения ни к одной женщине, кроме ваиры. Лин даже не видел тебя, когда говорил ерунду, а потом был просто покорён. Никакие отговорки не принимаются. Мы будем рады союзу сына с такой прекрасной девушкой, даже несмотря на, мягко говоря, специфический выбор остальных партнёров.

— Но я не думаю… — Миранда предприняла ещё одну жалкую попытку отделаться от ухаживаний Талинора, но Лионора — женщина-крейсер: с ней можно либо грубо, либо так, как решила она.

— О, перестань. Скромность — это прекрасно, но с ней не стоит перегибать. Оставим размышления и договоры для мужчин, а женщина должна наслаждаться ухаживаниями и всем, чем женихи обязаны её обеспечить. Сегодня же сын обговорит условия с выбранными тобой партнёрами и начнёт формирование твоего нима.

— О чём речь, дорогая? — спросил Дивар, обнимая жену за талию.

— Просто женские глупости, милый. Девочки ещё не до конца понимают суть семейного круга, что неудивительно: мы единственная из известных мне рас, кто так сильно зависит от симбионтов и имеет подобный уклад жизни, — снисходительно изрекла Лионора.

— Думаю, она быстро привыкнет. Мы любим своих женщин, никогда не предаём и не обижаем, — с красивой открытой улыбкой сказал Дивар.

Миранда улыбалась и вежливо кивала, тоскливо поглядывая на меня. Удивительным образом у Лионоры получилось загнать мою независимую и гордую подругу в ловушку под названием «Прекрасный принц Талинор».

Поскольку мы не рассчитывали на такое количество гостей, то решено было отправиться на обед в местный ресторан. Алир заказал нам целый зал, и на двух аэролётах мы направились туда.

Мне не нравилось то, что свекровь так давила на Миранду, даже если это временно играло нам на руку, поэтому надеялась переговорить с подругой и мужьями по пути, предусмотрительная Лионора под предлогом более тесного знакомства будущего круга увела её и Нэвиса с друзьями в свой транспорт, а к нам присоединились родные отцы Трэя и один из младших мужей дамы.

Естественно, никаких других разговоров, кроме того, какое замечательное решение придумал Трэй и как выгоден будущий союз, не велось.

Ресторан, выбранный мужем, снаружи был таким же серым зданием из стекла и бетона, но внутреннее убранство поражало красотой и роскошью. Большой зал, украшенный хрустальными колонами и чем-то, напоминающим фонтаны, встретил нас огромным накрытым столом и целым отрядом молодых раалийцев, нумы которых приняли форму строгих классических костюмов.

Никто из нас, кроме Лионоры в очередном золотом летящем шедевре и Миранды в прелестном платье цвета циан, подобранном предусмотрительным Нэвисом, не стал мудрить с формой симбионта, поэтому на фоне этой роскоши выглядели мы бледновато.

Вышколенные официанты скользили с грацией танцоров, отодвигая стулья или подавая салфетки и наполняя бокалы, поэтому вскоре я расслабилась и старалась просто получать удовольствие от великолепной еды. В отличие от других подобных заведений, подавали большими блюдами с количеством хуров (местных вилколожек), рассчитанных на стандартный круг, хотя именно для нас всё же сделали исключение и добавили ещё одну.

Миранду, как я и предполагала, усадили на руки Талинора. Наглый принц вовсю пользовался этим фактом, как бы невзначай касаясь смущенной подруги. Как ни пыталась Мира держать дистанцию, но её реакция на близость Лина была острой и очевидной, что вызывало естественные опасения других женихов.

Не имея возможности бороться со сложившейся ситуацией, я сосредоточилась на общении с мужьями. Никогда меня так сильно не возбуждал обычный обед: ткань симбионтов не скрывала упирающегося мне в бедро возбуждённого члена Трэя, чьи колени я заняла. Каждый съеденный мной кусочек сопровождался красноречивыми улыбками мужей, заставляя ёрзать на бедном принце. Ещё немного и застолье превратилось бы в прелюдию, поэтому мы поспешили удалиться.

Намекнув на особый для нашего круга период, Алир простился с родными, а я невольно бросила взгляд на встревоженную Миранду, столкнувшись с завистливым взглядом Лина и кипящими неприкрытой злобой глазами Лионоры.

Глава 41

Виорика ри-Анор

Дорога до дома превратилась в чувственную пытку: мы целовались и тёрлись друг о друга, как нетерпеливые подростки.

— Я приму с тобой душ. Один, — безапелляционно заявил Алир, подхватывая меня на руки при выходе из аэролёта.

— А как же правило? — по-доброму подколол блондина Намир, улыбаясь синими глазами.

— Ррика больше не будет стесняться, — неуверенно сказал Алир, с надеждой глядя на меня.

А я что? Понятия не имею, что будет потом, когда закончится эта гормональная озабоченность, но думаю, что было бы жеманством делать вид, что мне не понравилось или я смущена тем, что вскоре мы обязательно повторим тот незабываемый секс в постели с пятью моими мужчинами. Они давно перестали быть для меня чужими и, пусть мне всё ещё немного непривычен такой жизненный уклад, но я готова принять свою семью такой, какая она есть.

Оценив моё задумчивое выражение лица, мужья довольно улыбались, провожая нас с Апиром завистливыми взглядами.

Как только мы оказались наедине, блондин набросился на меня с жадными требовательными поцелуями.

— Я так мечтал снова побыть с тобой наедине, — хрипло сказал мой старший муж, с трудом оторвавшись от губ.

— Зачем тогда установил этот запрет? — удивилась я, распуская его удивительные белые волосы.

— Так было нужно, и ещё я ревновал, — нехотя признался блондин, нежно кусая меня за шею.

— Ты? Ревновал? — удивилась я, отстраняясь от, безусловно, приятной ласки, чтобы заглянуть в удивительные рыжие глаза мужа.

— Да. Ты постоянно выделяешь Намира, а Трэй — твой истинный, я боялся, что ты забудешь про близнецов и меня, — забавно нахохлившись, сказал Алир, смущённо поглядывая на меня.

— Какие глупости! — удивилась я, но всё равно не смогла сдержать улыбку.

Так странно, но приятно было видеть непривычные для моего строгого блондина эмоции. Я принимала как должное то, что Алир надёжен и справедлив, что он во всём уверен и твёрд, поэтому не задумывалась о том, что и его могут терзать обычные человеческие слабости.

— Я бы так не поступила. Как бы ни было это для меня дико, но я люблю каждого из вас. Всех по-разному, но вы ведь так не похожи друг на друга. Ты занимаешь особое место в сердце, мой требовательный господин, — пропела я, опускаясь перед мужем на колени, стремясь показать, что знаю и ценю его желание всё контролировать.

— Не дразни меня. Я и так еле сдерживаюсь, — сказал Алир, запуская руку в мои волосы и осторожно сжимая пряди.

— Я буду послушной, — сказала я, медленно облизнув губы, на что блондин резко вдохнул, быстро оголяясь.

Я знаю, что каждый из моих мужчин практически совершенство, но, стыдно признаться, кроме Намира действительно никого ещё почти не рассматривала, поэтому вид длинного светлого члена с нежной ярко-розовой головкой стал вызовом для моего замутнённого желанием сознания.

Подвинувшись ближе, я с удовольствием провела ладонями по ровным мускулистым ногам, практически лишённым волос, наслаждаясь гладкостью кожи и силой перекатывающихся под кожей мышц.

Погладив внутреннюю сторону бёдер мужа, я передвинула ладони выше, пробегая пальцами, по поджарому животу с хорошо прокачанными кубиками. Конечно, Алир был не таким мускулистым, как Намир, но всё же он в отличной форме.

Опустив руки назад, я как бы нечаянно коснулась гордо торчащего члена, возвращаясь к поглаживанию ног. Алир дёргался всем телом и тихо постанывал, но не прекращал моего развлечения. Я почти ждала властного приказа, сильной руки в волосах, принуждающей меня взять в рот светлую плоть, но блондин лишь ласково поладил мою щёку подрагивающими пальцами и поднял лицо, чтобы смотреть мне в глаза и опустился на колени рядом со мной.

— Я люблю тебя, Вио-Ррика. Я знал, что буду беречь и уважать свою ваиру, но даже не представлял, что могу так боготворить женщину. Ты — моя жизнь, мой сладкий цветочек, — серьёзно, несмотря на хриплый от желания голос, сказал Алир, не отводя взгляда удивительных рыжих глаз.

— Я тоже люблю тебя, Алир. Ты подарил мне семью и счастье. В моём мире мужчин, дарящих своей женщине защиту и уверенность, называют стеной, за которой женщина может прятаться от невзгод. Ты — моя стена, самая надёжная и высокая, — я говорила от души, не скрывая своих эмоций.

В ответ на моё признание обычно сдержанный блондин налетел ураганом, опрокидывая меня на мягкий шелковистый ковёр.

Эту обновку, приобретённую Апиром за баснословные деньги, доставили буквально вчера. Ему категорически не нравилось то, что, уединяясь с кем-то из мужей, мы располагались на тонких полотенцах, из-за чего на моей нежной коже появилась пара синяков.

Даже будучи против подобного поведения, он заботился в первую очередь о моём удобстве, что грело мне душу гораздо сильнее тех редких признаний, что позволял себе мой серьёзный старший муж.

— Нет. Сегодня я буду твоей повелительницей, — лукаво сказала я, упираясь в крепкие плечи Алира.

Мужчина уже дрожал от сдерживаемого желания, но разжал объятия, покорно опускаясь на ковёр.

От силы моего желания внутри всё стягивало болезненно сладкими спазмами, но я не спешила утолить нашу жажду, наслаждаясь такой редкой властью над сильным мужчиной, стонущим подо мной. От сдерживаемой страсти мои поцелуи были жадными, почти болезненными, но Алира, похоже, это заводило только сильней.

На идеальной светлой коже мужа уже появились мои метки: засосы и красные полоски от ногтей, но я не могла насытиться сдавленными стонами и видом до крови закушенных пухлых губ. Вспомнив, что хотела познакомить Алира с новым для него видом ласк, я усмирила свой темперамент, опускаясь всё ниже, уже более нежными и спокойными поцелуями.

— Ррика, больше не вынесу, прошу, — прохрипел блондин, судорожно выгибаясь мне навстречу.

Глядя в шалые от удовольствия глаза, я наклонилась и обхватила губами покрасневшую от возбуждения головку его красивого ровного члена, срывая громкий стон мужа.

Уговаривая себя не спешить и позволить Алиру насладиться новыми для него ощущениями, я двигала головой, всё глубже захватывая каменнотвёрдую плоть. Блондин больше не сдерживал своих эмоций, извиваясь и постанывая, пока с громким криком не излился мне в рот.

Глядя на всё ещё вздрагивающего мужа, я опустила руку, поглаживая мокрые, опухшие от страсти лепестки, с трудом сдерживая стоны и вздрогнула, когда Вейс хрипло выдохнул мне в ухо:

— Можно?

Я успела только кивнуть, и мир перевернулся, а в меня слитным глубоким толчком вошёл старший близнец, срывая полный удовольствия крик с моих губ.

В нашей страсти не было нежности, только жажда — стремление слиться, обладать и отдаться тому, кто уже стал ещё одной частью моей души.

— Ве-е-йс, — простонала я, чувствуя, как внутренние мышцы сильнее сжимают неумолимо движущийся член мужа в преддверии моей разрядки. Туго натянутая пружина удовольствия лопнула, заставляя меня биться в экстазе, отправляя за эту грань и мужчину.

Затем были тёплые, упругие струи воды, омывающие моё тело, ласкаемое руками двух мужей, постель и всё новые и новые безумства, в которые мы пускались вшестером, меняя позы и партнёров, пока утомлённые и счастливые не задремали, наслаждаясь сытой негой.

Пробуждение было резким и громким: громко ругаясь с кем-то, к нам настойчиво стучала Миранда.

— Рика, вы одеты? — услышала я голос подруги.

Видимо, спеша оказаться в спальне, мы оставили дверь открытой.

— Подожди минутку, — невнятным спросонья голосом крикнула я.

Быстро воспользовавшись душем, мы поспешили в гостиную, где продолжали ругаться Нэвис, Талинор и Миранда.

— В конце концов, это мой выбор, — сердилась подруга, откидывая от лица лёгкие рыжие кудряшки.

— Из-за чего шум? — громко спросил Алир, перекрикивая спорщиков.

— Дело в том… — одновременно начали говорить Миранда и свёкор.

— Мира? — обратился к подруге Алир, заставляя отца гневно сопеть, но оспаривать его решение Нэвис не стал.

— В общем, я поругалась с Лионорой, — на одном вздохе, выпалила подруга, виновато поглядывая на меня.

— Я верю, что удержаться от этого поступка было просто невозможно, — искренне рассмеялась я, заставляя Миру немного расслабиться.

— Она на меня давила и командовала, а ты же знаешь, как я отношусь к подобному, — уже спокойней сказала подруга.

— Мы верим, что у тебя не было другого выхода, а из-за чего такой шум? — успокаивающе спросил Алир, обращаясь к Миранде.

— Мы очень сильно поругались. Лионора стала изощрённо меня оскорблять, используя незнакомые термины, которые имплантат-транслятор отказался переводить, а я не сдержалась и ответила ей, используя свой богатый казарменный опыт. Талинор вступился за меня и тоже разозлил свою мать, — комкая от волнения юбку своего красивого бирюзового платья, рассказывала Миранда.

Представляя эту сцену, я с трудом удерживала серьёзное выражение лица, фыркая от подавляемого смеха, но, когда речь зашла о брате Трэя, искренне удивилась, что он рискнул спорить со своей мамочкой.

— А где были отцы? Как они допустили подобное? — возмущённо спросил Трэй, глядя на сводного брата.

— Дивару поступил вызов из Совета, и они удалились в переговорную гостиную на десять минут, а как только они оставили нас, мама и стала ставить условия Миранде, — растерянно ответил Талинор, украдкой поглядывая на обнимающего меня Алира.

— Почему они не разобрались, когда вернулись? — уточнил Трэй.

— Ты же знаешь маму: она может в любом скандале выставить себя жертвой, — усмехнулся пятый принц, придвигаясь ближе к Миранде, несмотря на гневный взгляд моего свёкра.

— С этим всё понятно, но почему вы здесь скандалите? — перешёл к самому интересному вопросу Алир, недоумённо глядя на Нэвиса, но вместо него ответила Миранда.

— Лионора такого наговорила мужьям, что Лина отцы выгнали из дома и перекрыли ему доступ к средствам клана. Он из-за меня пострадал, и я пригласила его пожить здесь, пока мы не уладим конфликт с его родителями. Вы говорили, что я могу чувствовать себя как дома, или я всё же здесь в качестве надоедливой бедной родственницы и не могу пригласить друга? — воинственно сверкая глазами, спросила Миранда, переводя взгляд с меня на Алира.

— Для нашей ваиры ты ближе, чем сестра, и я абсолютно серьёзно предложил тебе быть нашей семьёй, поэтому ты можешь пригласить любого, кого сочтёшь нужным, — нехотя сказал мой блондин, сжимая руки на моей талии.

Глава 42

Виорика ри-Анор

Неделя прошла незаметно.

После появления в нашем доме Талинора все были настороже, ожидая неприятностей от вредного красавчика, но были вынуждены признать, что вёл он себя идеально.

Никогда бы не подумала, что принц может быть таким обходительным и деликатным. При всём желании придраться к чему-то у меня не выходило. Конечно, Талинор оставался Талинором: в меру язвительным и саркастичным, но теперь это больше напоминало здоровое чувство юмора, а не издёвку. К моей огромной радости, всё своё внимание он уделял Миранде, а со мной общался вежливо и отстранённо, лишь изредка пристально рассматривая меня задумчивым взглядом, в котором я больше не видела ни похоти, ни упрямства, сопоставимого с одержимостью. Зато подруге доставались жаркие взгляды, полные нетерпения и страсти.

Мира тоже изменилась, вернее, стала почти такой же общительной и задорной, как и была до трагедии с Расом, лишь изредка я ловила на её выразительном лице какую-то мучительную эмоцию, но, увидев мой интерес, подруга быстро отворачивалась.

— О чём задумалась? — спросил меня Тайс, нежно покусывая шею, отчего мурашки разбежались по спине.

— О Талиноре, — не подумав ответила я, за что острые зубы мужа чувствительно прихватили нежную кожу, заставляя меня ойкнуть скорее от неожиданности, чем от боли.

— Тебе так скучно в постели со мной, что ты размышляешь о чужом избраннике? — показательно обиделся Тайс.

— Не говори глупостей, — возмутилась я, перекидывая ногу через бёдра мужа. — Просто удивляюсь разительной перемене в нём. Из собственного опыта знаю, что люди так быстро не меняются.

— Мы не люди, — с улыбкой напомнил мне муж, а потом обхватил горячими губами мой сосок, с силой посасывая нежную плоть.

— Ах… — из моих уст вырвался протяжный стон, а мысли затуманились ставшим почти привычным в последнее время желанием. — И всё же… — пыталась я возразить, остатками сознания цепляясь за ускользающую мысль.

— Твоя подозрительность необоснованна: он вчера сформировал с Нэвисом, Гэлом и Сеймом ним для Миранды, а это уже не просто договор или обязательство, а практически связь. Лин — глава круга, образовавший зерно, поэтому он чувствует не только своё влечение к Мире, но и эмоции остальных соклановцев, а ты же знаешь, как они к девушке относятся. Я думаю, что у него сейчас все мысли о том, что скорее бы зерно приняло форму и перейти уже к первой брачной ночи, — игриво сказал близнец, прижимая меня ближе к себе.

Остальные мужья уже ушли в исследовательский центр. Очередное тестирование, прошедшее буквально вчера, показало, что я не забеременела. У нас взяли кучу анализов, но убедившись в том, что клан полностью здоров и готов к размножению, учёные решили предпринять отчаянную попытку добиться от нас потомства и вколоть мужьям препарат, повышающий их фертильность. Эти фанатики и мне бы вкатили дозу возбуждающего, но на это нужно было разрешение мужей, которого, естественно, им никто не дал.

К моему огромному огорчению, Алир и остальные всё же подверглись нападкам относительно их мужской состоятельности, но учёные опровергли слухи о возможной стерильности нашего клана. Вся эта суета вокруг личной жизни нашей семьи раздражала нереально, но, поскольку и других проблем хватало, мы не зацикливались на досужих сплетнях.

— Надеюсь, ты прав, — практически простонала я, когда муж добрался до влажных складочек моего естества.

Ловкие пальцы скользили по чувствительному комочку, заставляя меня забыть обо всём, кроме желания, лавой разливающегося по венам. Обхватив рукой твёрдый член Тайса, я стремилась поскорее соединиться с мужем, но он дрожащими руками меня отодвинул, хрипло простонав: «контролер».

О том, что это такое, я узнала только пару дней назад, когда стала хоть немного контролировать свою неуёмную сексуальную возбудимость. Им оказалось тоненькое колечко из светлого металла, которое лишает жизнеспособности мужское семя, но только в тот момент, пока оно надето. Его обычно используют юноши в период обучения искусству страсти, поэтому Алиру пришлось изрядно потрудиться, чтобы добыть их тайно.

Чтобы хоть немного компенсировать неудобства моих мужчин, вызванное решением повременить с беременностью, я придумала весьма занимательный способ надевать это устройство исключительно с помочью моего рта, поэтому они не просто смирились, но уже практически полюбили этот маленький прибор.

— Боги, как же приятно, — простонал Тайс, извиваясь на простынях.

Наблюдать за удовольствием мужа было почти так же приятно, как получать его самой, поэтому я не спешила утолить собственную страсть, наслаждаясь видом: от широко раскинутых длинных мускулистых ног, до закушенной, чтобы сдержать громкие крики, губы.

— Ррика, умоляю… — просил ускориться Тай, довольно быстро сдаваясь в нашей игре.

Я хотела бы и дальше любоваться мужем, но тело предъявляло мне свои требования, и я зафиксировала колечко, чтобы быть подмятой под гибким, сильным мужчиной.

Всё вокруг потонуло в томной неге, отмеряя время влажными ударами тел и звуками нашей страсти.

— Тайс! — вскрикнула я, срываясь в омут ослепительного экстаза.

Через пару толчков муж последовал за мной, хрипло выкрикивая слова любви.

— Душ и завтрак, — сказала я, с трудом восстанавливая сбившееся дыхание.

— Я думал, мы дождёмся остальных в постели, — с лукавой улыбкой стягивая с меня простыню, в которую я успела завернуться, промурлыкал Тай.

— Ну, уж нет. Тогда вы до ночи не выпустите меня из постели, а я хочу кушать, да и с Мирой нужно поговорить, — пояснила я, покрываясь тканью нима под разочарованный вздох мужа.

— Тогда нужно поспешить. Наверняка после этих инъекций Вейс и остальные будут очень, очень голодными, — пошло облизнув губы, сказал Тай, не скрывая смеха в серых глазах.

— А тебе не нужно на уколы? — пытаясь сохранить серьёзное выражение лица, спросила я.

— Нет. За меня эту почётную обязанность выполнит брат, а я вроде бы как запасной, — усмехнулся Тай, всё же выпуская меня из постели.

Водные процедуры тоже немного затянулись до тех пор, пока я убеждала младшего близнеца, что он удивительный и уникальный. Потом мы голодные, но довольные спустились на кухню, чтобы жадно проглотить приготовленные нанятым поваром деликатесы.

— Рика, я искала тебя, — сказала Мира, выразительно стреляя глазами на сопровождавшего её Гэларда и Тайса, стоящего за моей спиной.

— Оставьте нас, пожалуйста, — попросила я, обращаясь к мужчинам.

Тайс хотел возразить, но Миранда закатила глаза.

— Ой, да прекратите этот цирк! Лин никакой не преступник, а мой будущий муж, и вообще он ушёл около часа назад, — раздражённо сказала подруга, опускаясь на стул.

Немного помявшись, мужчины всё же покинули нас.

— Что-то случилось? — обеспокоенно спросила я, видя настроение подруги.

— Через сутки я стану женой сразу четверых инопланетников, которых знаю всего пару недель, а так ничего необычного, — грустно пошутила Мира, стараясь держать себя в руках.

— Всё, как мы мечтали в детстве: ты и я, окружённые толпой красавчиков, буквально кормящих нас с ложечки, — я попыталась поддержать её ироничный настрой.

— Точно, — немного расслабившись, согласилась подруга. — Я сильно нервничаю, Рика. Одно дело сказать «да», зная, что теоритически буду близка с этими мужчинами, но единение уже завтра, я не готова.

— Я не знаю, как тебя успокоить, — задумчиво сказала я, наблюдая, как Мири теребит рыжий локон. — Конечно, вся ситуация непростая и волнительная, но оно того стоит: с тобой будут четверо красивых и чудесных мужчин. Даже не думала, что скажу когда-то такое о Талиноре, — решила снова немного пошутить я, но Миранда лишь сильнее нахмурилась.

— Я, собственно, пришла не за тем, чтобы задавать риторические вопросы. Назад пути вроде бы уже нет. Мне нужно заняться делом, иначе я накручу себя так, что ничего хорошего из этой затеи не выйдет. Можно я пороюсь в твоей ласточке? Обещаю ничего не менять и не разбирать по винтикам твой корабль, — вымученно улыбнулась подруга, напоминая о роскошном подарке Алира.

Мужья сделали мне грандиозный сюрприз. Мой блондин практически сразу после нашего знакомства заказал для меня эксклюзивную модель боевого шаттла, учитывающую мои навыки пилотирования и физические особенности. Белоснежный двухпалубный красавец прибыл вчера с забавным розовым бантиком на стыковочном шлюзе.

Конечно, все мои мужчины постарались преподнести свой подарок: были среди даров и потрясающие украшения, и удивительные шкатулки, и любопытные приборы, но я так скучала по полётам и космосу, так что с трудом представляла, как прожить ещё неделю до тех пор, пока отменят ограничение на вылеты для нашего круга.

Отдавать на растерзание любознательной Мире-механику свою ласточку мне было откровенно жалко, но ради того, чтобы успокоить подругу, я, скрипя душой и сердцем, сняла с себя императорскую печать, ту, что Трэй подарил мне когда-то, и вложила её в ладошку Миранды.

— Спасибо, — искренне улыбнулась Мири, целуя меня в щёку прежде чем скрыться за дверью.

После ухода подруги я неспешно попила местный цветочный чай и стянула с большого блюда ещё пару оладий, мысленно ругая себя за несдержанность, за которую предстоит заплатить парой часов работы на тренажёре, потом направилась в спальню.

К моему удивлению, за дверью меня никто не ждал. Не то чтобы мне очень было нужно сопровождение в собственном доме, но насторожил сам факт отсутствия мужчин.

В коридоре было непривычно тихо, что вызвало неприятную настороженность, а потом резкий звук — и в ногу воткнулась острая игла. Я выдернула дротик, пытаясь сопротивляться накатившей сонливости, но быстро проиграла эту борьбу.

В себя я пришла, слушая мерное гудение двигателя. Руки, крепко связанные за спиной, затекли и неприятно покалывали, а голова отозвалась тупой болью.

Оглядевшись, я непроизвольно открыла рот от удивления: это была рубка моего шаттла! Спутать дизайнерские кожаные сиденья и аккуратную панель жемчужного цвета с чем-то ещё было сложно. Но как я оказалась на своей ласточке, особенно если учесть то, что коды доступа временно были перекинуты на императорскую печать?

В кресле пилота сидел высокий раалиец, раздражая глаза маскировкой нума.

Мысли разбегались во всё ещё одурманенным транквилизатором сознании, не позволяя провести точный анализ ситуации.

О том, что меня могла предать Миранда, я категорически отказывалась думать, но тогда кто?

Второй прерыватель, ловко отобранный мной у Талинора, я подарила Трэю. Мысль о том, что мой мужчина предал, отозвалась резкой болью в груди.

«Нет, это не может быть он», — решила я, сглатывая вязкую от подступающих слёз слюну. — «А вдруг, Миранда попала в беду? Может, её тоже схватили или ранили?» — мелькнула другая паническая мысль, которую я поспешила прогнать, надеясь, что подруга жива и в безопасности.

Мой взгляд метался в поисках подсказок, но ничего примечательного я не заметила. Единственной странностью, привлекшей моё внимание, стала проплешина в защите нума на руке похитителя. Я знала, что удивительный симбионт практически мгновенно залечивал большинство ран, но вчера заметила, что после формирования нима на руках у женихов Миры остались неровные дыры в идеально-гладкой ткани нумов.

— Талинор? Всё-таки предатель, — выдохнула я, испытывая разочарование и досаду.

Конечно, за ту неделю, что он вёл себя, как человек, я не стала доверять ему больше, но мысль о том, что он обманул не столько меня, сколько Миранду, вызвала гнев и иррациональную обиду.

Раалиец включил автопилот и медленно повернулся, снимая маскировку.

На привлекательном лице пятого принца не было ехидной улыбки, как можно было предположить, или злости, только печаль и досада.

— Догадалась? Полежи спокойно. Скоро всё закончится, — тихо сказал Лин, отворачиваясь от меня.

— Так же, как закончилось для тех двоих глупцов, что рискнули согласиться войти в твой первый круг? Тогда зачем оттягивать? Просто выкинь меня в открытый космос. Это всё равно приятней, чем находиться с тобой на одном шаттле, убийца и предатель! — выплюнула я, ожидая скорой расправы.

Лин застыл, а потом медленно поворачиваясь ко мне, а я закрыла глаза, стараясь прогнать страх перед неминуемой смертью.

Глава 43

Виорика ри-Анор

Зажмурившись, я ждала чего угодно: пощёчины, крика, оскорблений, но ничего не происходило.

Открыв глаза, увидела на расстоянии пары метров от меня расстроенное лицо Талинора. Парень выглядел так, как будто я нанесла ему смертельное оскорбление или обидела в лучших чувствах. Вместо проявлений гнева он подошёл и удобней расположил спинку кресла, на котором я очнулась, и осторожно растёр немного отёкшие запястья, но сковывающих меня браслетов не снял.

Автопилот сообщил, что маршрут построен и Лин ненадолго отвлёкся, проверяя показания и координаты, не произнося при этом ни слова. Тишина угнетала, как и непонимание ситуации.

— Прекрати строить из себя обиженного. Не я напала на твой крейсер и послала тех парней на смерть, оставаясь вне зоны доступа, не я преследовала тебя с момента нашего знакомства и не я тебя похитила! — кричала я, чтобы хоть чем-то заполнить эту угнетающую тишину.

— Послал на смерть? Если бы я только знал, что такое может случиться, то сразу же подбил бы Нериду, и лишь потом пытался добиться переговоров с Апиром. Зачем мне было рисковать? Они были моими друзьями! — перешёл на крик Лин, дрожа от нервного напряжения. — С Рейвом я дружил с трёх лет и любил его как брата, а Валис присоединился к нам в лётной академии. Не проходит и дня, чтобы я не скорбел об их гибели. Я задержался, чтобы ответить отцам, если бы не их звонок, то ты и меня бы разнесла на кусочки. Да, я напал на вас, но только чтобы поговорить с ри-Анором без многочисленных адвокатов и родственников. Я не жрец храма терпимости, Вио-Ррика, но и не чудовище, — как-то устало закончил свою гневную речь Талинор.

Отчаяние и грусть парня были практически осязаемы, поэтому как бы ни относилась я к Лину, но сочувствовала его утрате.

— Тогда зачем всё это, Талинор? Для чего ты меня похитил? Что ты сделал с Мирой? — растерялась я, не зная, что и думать.

— Миранда здесь не при чём, я с ней ничего не делал и даже не видел сегодня, — удивлённо сказал Лин, что-то рассматривая на своём коммуникаторе.

— Тогда откуда у тебя императорская печать с доступом к моему шаттлу? Для чего ты меня украл, ты так и не ответил? — требовала я ответа, но похоже запас откровенности Талинора иссяк.

— Ты всё узнаешь, Ррика. Потерпи немного. Я не причиню тебе вреда, — сказал Лин, опуская перегородку между пилотом и пассажирским отсеком, где я и была привязана.

Я кричала и дёргалась в бесплодных попытках освободиться или отвоевать себе немного простора для действий, но проклятый Талинор связал меня крепко, хоть узлы и не казались тугими.

Несмотря на обещания родственничка, меня одолевали сомнения и дурные предчувствия. Беспокойство буквально сводило с ума. Я просила и звала Талинора, но он либо отключил динамики, либо намеренно игнорировал мои крики.

Устав бороться я тяжело дышала, унимая необоснованную панику, но в голову по-прежнему лезли тревожные мысли. Одно предположение сменялось другим, но как бы я ни старалась найти всем оправдание, выходило, что кто-то из близких людей меня предал. Вопрос только кто?

В тишине, прерываемой лишь моими вздохами, раздался тихий скрежет металла о металл, а потом дверь открылась, впуская ко мне Миру и Гэлларда.

— Прости, что так долго. При запуске двигателей нас заблокировало в машинном отделении, — шёпотом сказала подруга, прячась за вторым пассажирским сиденьем, пока Гэл, небольшим ножом резал мои путы.

— Мира, слава Богу, с тобой всё хорошо, — выдохнула я, пытаясь унять расшатанные гормонами и похищением нервы. — Там Лин…

— Я знаю: нам удалось подключиться к динамикам рубки. Быстрее, скоро сработает мой подарочек Лину, — усмехнулась Мира, мстительно сверкая зелёными глазами.

— Ты же не отдавала Талинору печать? — не смогла удержаться от мучившего меня вопроса.

— Ты об этом? — протянула мне кулон Миранда, не скрывая осуждения во взгляде. — Как ты могла такое подумать?! — шёпотом возмутилась она.

— Трэй не мог отдать печать, — пытаясь скрыть горечь, сказала я. — Прости, я сама не знала, что и думать. Больно… — не стала договаривать я очевидное сомнение в одном из любимых мужчин.

— Можешь не объяснять, — посмотрев на меня с сочувствием, сказала подруга.

Гэлард закончил с верёвками и помог мне встать. Мы спешно выбежали в коридор, а Мира хотела заблокировать дверь, но не успела она коснуться панели, как створки разъехались, являя ей встревоженного Лина.

— Мира? Откуда ты здесь? — спросил принц, не скрывая своего удивления, но Гэллард сориентировался быстрее, вырубая Талинора сильным ударом по шее.

— Гэл?! — возмутилась Мира, заботливо ощупывая принца.

— Что я сделал не так? — удивился мужчина, забрасывая бесчувственное тело Лина себе на плечо.

Ответить Мире не дал противный звук сирены.

— Сработал подарочек, — грустно вздохнула Мирадна, направляясь назад к машинному отсеку, пока Гэл обездвиживал принца.

Около часа у подруги ушло на то, чтобы вернуть шаттл в исправное состояние и мы, наконец, поспешили обратно.

Я не стала включать автопилот, выжимая всё, что можно из своей ласточки. Через пару часов забвения, стал просыпаться Талинор.

— Мира… — хрипло простонал Лин, заставляя подругу вздрогнуть.

— Очнулся-таки, — тихо прошипела Мира, сжимая маленькие кулачки.

— Мира, развяжите меня. Всё не так, как ты думаешь, — сказал принц, пытаясь вырваться из шнура, но Гэлард отлично его зафиксировал. — Гэл, почему ты меня обездвижил? Разве Нэвис тебе ничего не рассказал? — удивился Талинор.

— Нэв сказал занять Миранду, чтобы она не скучала и не появляться дома до его звонка, — задумчиво ответил мужчина, на что Лин витиевато выругался по поводу чёртовых шифровщиков и идиотов.

— Гэл, отпусти меня. Нам нужно спрятаться и ждать звонка Алира, — настаивал Тлинор, безуспешно дёргаясь в путах. — Только не говори, что мы летим назад? — возмутился Лин, раскачивая кресло, к которому был прикручен.

— В честь чего нам тебе верить? — вместо Гэла ответила Мира, гневно глядя на красавчика. — Несмотря ни на что, я тебе доверилась и чем ты отплатил? Похитил Рику! Ты ведь клялся мне, что больше не будешь на неё претендовать, что я тебе нравлюсь, и что? Ты думаешь, я наступлю на одни и те же грабли дважды?

— При чём здесь садовый инвентарь? — удивился Лин, зависнув от фразы имплантата-переводчика.

— Это выражение такое, не уходи от темы, — настояла Мира, скрещивая руки на груди.

— Я тебя не обманул. Именно поэтому мы сейчас здесь: ты для меня очень много значишь, — сказал Лин, глядя на подругу таким взглядом, что даже я поверила, представляю, как пробрало Миранду.

— Рассказывай всё, Лин. Мне надоели твои недомолвки и намёки. Я хочу знать всё, от начала до конца, — буквально приказала она.

— Я всё расскажу, только разверните шаттл. Скройся в поясе астероидов, нужно переждать, — настаивал Талинор, бросая на меня умоляющие взгляды.

— Нет. Мне нужно к мужьям, — твёрдо заявила я, отворачиваясь от пленника.

— Демоны, вы не понимаете. Свяжись с Трэем, если не доверяешь мне, — предложил Лин, укореняя меня в сомнениях относительно его старшего брата.

— Лин, ты тянешь время. Рика не изменит решения, как и мы. Рассказывай, — рявкнула Мира, теряя терпение.

— Моя воительница, — чувственно сказал Талинор, заставляя подругу смутиться.

— Давай, заигрывания с Мирандой оставим на потом, если у тебя ещё будет шанс. Ты сказал, что девушкам грозит опасность, — напомнил практичный Гэлард, осаждая игривое настроение Лина.

— Обещай, что дашь рассказать мне до конца, — попросил Талинор, умоляюще глядя на Миру.

Парень явно нервничал, ожидая ответа подруги и начал говорить лишь тогда, когда она кивнула, поджимая губы.

— Мне придётся начать издалека. Для всех раалийцев это непреложная истина, но вы люди, поэтому я поясню: императорский круг на Раалии — это не определённая фамилия, а титул переходящий наследнику после появления у его семьи первенца. Чаще всего наследник формирует свой круг, но иногда наследник вступает в действующий круг и императорский клан меняет имя, как в вашем случае с Трэем и ри-Анорами. Только кое-кого такое решение не устраивает: лишившись императорского титула, семья лишается значительной власти.

— И кого же не устраивает? Тебя? — ехидно спросил Гэл, но осёкся под гневным взглядом Миранды.

— Продолжай, — потребовала она, глядя на Талинора.

Он кивнул и продолжил:

— Меня этот факт, безусловно, не радует, но не настолько, чтобы уничтожить брата и Вио-Ррику, — хмуро сказал Лин, вызывая потрясённое молчание в рубке.

— А кого это злит именно до такой степени? — не удержалась я от вопроса.

— Того, кто уже пролил немало крови, чтобы добиться своего, — резко вздохнул Лин. — Мне непросто об этом говорить, поэтому не перебивайте.

Много лет назад произошло то, что, до недавнего времени, и я считал почти несчастным случаем: группа фанатиков-антиглобалистов напала на императорский круг. В результате покушения погибла ваира и двое мужчин, но наследник титула и его сын выжили. Наследник был беззаветно предан своей ваире, поэтому всеми силами стремился спасти серьёзно пострадавшего сына, как единственный смысл своего существования.

Как вы все знаете, нум Трэя был безнадёжно повреждён, а это практически смертный приговор для мальчика. Ортан ри-Атон связался с главой второго по влиянию рода — Раимом ри-Анор, чтобы он принял на себя обязательства правящего круга, когда Трэй, а, следовательно, и Ортан со вторым выжившим побратимом Эйнардом уйдут за грань.

Отец отдал приемнику императорские печати и древний свиток, передающийся из поколения в поколение в императорском клане, и это стало приговором и семье ри-Анор. Пока Трэй боролся за свою жизнь и жизни отцов, тот, кто всё это затеял, напал и на вторую семью, практически полностью стирая её из памяти нашего мира.

Когда произошло второе нападение, отец поспешил забрать из полуразрушенного главного дома приемников печати и символ власти. Нигде подолгу не задерживаясь, Ортан с больным ребёнком и Эйнардом скитался в поисках спасения для сына и однажды к нему пришёл молодой учёный. Он был генетиком, специалистом по симбионтам.

Дивар принадлежал к незнатному и небогатому роду, но был очень амбициозен. Он пообещал, что спасёт Трэя, при условии, что его примут в клан. Ортан был настроен скептически, но глядя, как угасает его сын, отец сдался, соглашаясь на условия Дивара, а их было несколько: кроме того, что он сам хотел войти в императорский круг, он настоял на том, что выбор ваиры останется за ним. Чтобы подсластить такое решение, он познакомил Ортана и Эйнарда с моей мамой. Она и сейчас не утратила своей привлекательности, но в юности была просто потрясающей красавицей, а кроме того, она умеет быть очень милой, когда того хочет.

Несмотря на свою привлекательность, мама не сразу покорила отцов. Они потеряли ваиру и всё, чего им хотелось, — это спасти сына.

Они согласились сформировать ним, но с единением возникли проблемы: ним не приживался и доставлял неудобства избраннице. Обычно в таких случаях ищут другую, более подходящую девушку, но Дивар был непреклонен: только Лионора должна была стать новой ваирой императорского круга.

— Ты собираешься рассказать нам всю историю любви или нелюбви клана ри-Атон? — ехидно спросил Гэл, за что получил совсем не деликатный подзатыльник от Миранды.

— Продолжай, — попросила я.

Талинор не производил впечатления излишне сентиментального парня, а значит, события давно минувших дней имеют какое-то влияние на сегодняшнюю незавидную ситуацию.

— Я же просил не перебивать, — возмутился Лин, ворочаясь и нервно кусая губы, прежде чем продолжил. — О чём я? Ах, да, мама… В общем, усилиями отца Дивара ним усвойлся-таки. Инъекции, что он колол своей избраннице и симбионту, заставили непокорную ткань прижиться, но её ним стал неподвижным.

Мне сразу вспомнились облака кружев, в которых я видела женщину. Это было любопытно, но сейчас меня больше интересовало другое: для чего Талинор нас посвятил в эти подробности?

— Старшие отцы подтвердили союз, хотя имели все основания от него отказаться. Дивар сумел стабилизировать состояние Трэя, но вылечить полностью его отцу не удалось.

Мама же, не без помощи Дивара, постаралась упрочить своё положение, родив нас с братьями в рекордно короткие сроки. Никто из раалиек не дарил своим мужьям сыновей так быстро, как Лионора ри-Атон, что возвелось ею же в культ собственной личности, как и мода на тканевые наряды для ваиры.

Мы с братьями единственные в нашем мире практически погодки. Но каждый следующий ребёнок получал всё меньше признаков старших отцов, а у меня их практически нет. После моего рождения мама решила больше не истязать себя беременностями и с помощью медиков блокировала возможность дарить новую жизнь, мотивируя это ущербом, нанесённым её здоровью. Отцы не возражали. Они нас не чувствовали так, как того же Трэя. Сколько я ни старался заслужить их внимание и одобрение, но меня практически не замечали, — с досадой сказал Лин, но быстро скрыл эмоции и продолжил: мама всё, конечно, замечала. Ей легко удалось превратить меня в своего союзника. Я долгое время выполнял её приказы, не раздумывая и не возражая. Она привыкла мной командовать, но потом я познакомился с Вио-Ррикой, — сказал принц, заставляя меня нахмуриться, а Миру ревниво поджать губы.

— Прости, Миранда, но на какое-то время она стала моим наваждением. Я видел её заботу об этих никчёмных мужчинах и дико завидовал. Я не видел раньше искренней любви, поэтому отчаянно хотел получить всё то, с чем Ррика у меня ассоциировалась: уважение, заработанное без хитростей, и любовь, не в благодарность и не выменянную на какие-то ценности, а просто отношение как к своим мужьям. Кроме всего прочего, она давала возможность войти в клан ри-Анор и получить доступ к их сокровищам. Когда я увидел тебя, — проникновенно сказал Лин, обращаясь к покрасневшей от гнева Мире, — то был поражён и взбудоражен, но не собирался менять своих планов — заменить одного из мужей Вио-Ррики, а мама пообещала мне помочь. Она хотела использовать тебя, чтобы вызвать у твоей подруги женский интерес ко мне, но когда её план провалился, думала спровоцировать скандал и потребовать для тебя наказания, ведь ты ещё не ваира, потому за оскорбление мамы тебе грозило серьёзное наказание, вплоть до заключения под стражу, но я не мог допустить этого. Впервые за свою жизнь я воспротивился воле Лионоры, и она вышла из себя. Я не ожидал, что реакция мамы будет такой бурной, но не стал выгораживать себя, подставляя Миру под удар.

Эта неделя, что мы провели вместе, заставила меня на многое посмотреть иначе. Я искренне хочу быть твоим мужем и постараюсь сделать тебя счастливой, — не отводя своих зелёных кошачьих глаз от Миранды, заявил Талинор.

— Из всего, что ты рассказал, мы усвоили только, какой ты невинный и несчастный, но время извиниться перед Мирандой у тебя ещё будет, а мы так и не поняли, зачем ты похитил Вио-Ррику? — начал злиться Гэлард.

Я не смогла бы сформулировать этот вопрос лучше него.

— Я не похищал её, — выдохнул Талинор.

— Это я себя вырубила транквилизатором и увезла на собственном шаттле, — не сумела скрыть раздражения я. — Ты так и не ответил: откуда у тебя печать с ключом к моему кораблю?

— Мне его отдал Трэй. А усыпил тебя Апир, — ошарашил нас принц, уверенно встречая наши потрясённые взгляды.

— Что?! — возмутилась я.

— Вчера вечером мама позвала меня на встречу. Я надеялся, что это шанс уладить наши разногласия и возможность объяснить, что я больше не желаю добиваться внимания Ррики и вступления в клан ри-Анор, но меня ждал сюрприз. Мама спокойно выслушала мою сбивчивую речь, а потом сказала, что планы действительно поменялись, поэтому я должен убить Вио-Ррику, а, следовательно, и весь клан Алира, и тогда смогу создать новый клан с Мирандой и выбранными ею мужчинами.

Когда я возмутился, она рассказала, как далеко успела зайти, чтобы добиться власти: это они с отцом организовали тупых фанатиков на оба покушения, а потом сами же их и сдали властям. Они потихоньку травили Трэя, не давая ему полностью восстановиться от травмы, а меня считали своим сообщником, потому что я практически полностью унаследовал их черты, не имея ничего общего со старшими отцами и Трэем.

Я промолчал, не желал заставить её напасть немедленно, и пообещал всё устроить, а сам пришёл к Трэю и Алиру и всё рассказал им. Это наш план. Я должен был увезти Ррику в безопасное место, пока её мужья будут провоцировать маму и отца Дивара на открытое нападение, — сказал Талинор, снова дёргая путы. — Отпустите меня. Нам нельзя сейчас возвращаться.

— Почему мы должны тебе верить? Ты обманул нас всех минимум дважды. В тебе нет чести, Талинор. Мне даль, что я была такой доверчивой идиоткой, — хлестнула парня словами Мира.

— Но это правда! — воскликнул принц, до ран на руках натягивая провода, которыми был связан. — Свяжитесь с Трэем или Апиром.

Я и без его подсказки отправила уже тысячу запросов всем мужьям, но их коммуникаторы молчали, вызывая чувство тревоги, граничащее с паникой.

— Нет, — холодно сказала я, стараясь не показать, как волнуюсь.

— Гэл, позвони Нэвису. Он тоже посвящён в курс дела, — настаивал Лин.

— Я не могу никому дозвониться, — хмуро сказал блондин, проводя рукой по коммуникационному порту.

— Значит, они все попали в серьёзный переплёт. Нам нельзя сейчас возвращаться. Мы только отвлечём их и сделаем уязвимыми, — уговаривал Талинор, но я молча выжимала все возможности из новенького скоростного шаттла.

Прав Талинор или нет, но я должна поскорее увидеть мужей и убедиться, что всё в порядке.

Глава 44

Виорика ри-Анор

Двигатель работал слишком громко, как и ускорители, из которых я выжимала всё, на что они были способны.

Не знаю, насколько быстро нёсся мой шаттл, только Мира тихо ойкала в надёжных объятиях Гэларда, когда я, не снижая скорости, облетала небольшие астероиды, попадавшиеся на пути.

После того, как Лин предпринял очередную отчаянную попытку извиниться перед подругой и уговорить её отпустить его, Гэл услужливо заклеил ему рот местным аналогом липкой ленты, поэтому принц только бешено вращал глазами и что-то мычал, не оставляя попыток.

Стараясь не говорить и не думать о том, что с моими мужчинами случилось что-то страшное, я попыталась отвлечься.

— Гэл, а что будет с вашим нимом, если окажется, что Лин соврал? — спросила я, наблюдая за тем, как Мира поочерёдно бросает то жалостливые, то испепеляющие взгляды на брата Трэя.

— Не знаю. На самом деле с такими вещами, как брачный союз и создание симбионта никто не шутит. Постараемся обратиться к учёным, и заменить геном Талинора на материал другого понравившегося Мире кандидата, — задумчиво сказал блондин, вызывая более громкую волну мычания от связанного принца.

Наш пленник всем видом показывал своё несогласие с подобным решением, но в сложившейся ситуации его мнение мало кого интересовало. Подругу такая перспектива тоже, очевидно, не радовала: она скорбно поджала губы, но демонстративно молчала, отвернувшись от Лина.

— Почему они не выходят на связь? — всё же озвучила основной вопрос подруга, нервно кусая губу. — Я не смогу… если ещё и Нэвис с Сеймом…

— едва сдерживая слёзы, сказала она, заставляя и мою душу леденеть от страха.

Невольно я подумала о своих мужьях: смогу ли я выжить без синих глаз Намира, без уверенности Алира, без моих близнецов или сильных рук Трэя? Ответ вполне ощутимой физической болью резанул по сердцу, заставив меня непроизвольно потереть под грудью.

— Не накручивай себя. Они сильные мужчины и всё будет хорошо, — убеждая не столько Миранду, сколько себя сказала я, нервно стукая пальцами по приборам, отчего шаттл ещё немного ускорился, несмотря на нервный писк индикаторов.

Некоторое время мы летели молча, не решаясь озвучивать свои страхи, но вскоре нас запеленговал раалийский центр управления полётами и мы получили разрешение на приземление.

Немного повздорив с не желавшим давать в наши «нежные» ручки оружие Гэлом, мы с Мирой всё же основательно подготовились на случай, если придётся вступить в бой. До аэролёта мы практически бежали, замедлял нас только упирающийся Лин.

Хорошо подумав, мы решили взять его с собой. Капризному принцу развязали только ноги и поспешили затащить его в летающую машину.

И снова томительное ожидание, и тихое гудение мотора. Удивил лишь Талинор: всем видом демонстрируя своё смирение, принц опустился на колени, и подполз к Миранде, опустив ей на колени голову.

— Я не развяжу тебя до тех пор, пока мы не убедимся, что ты не предатель, — строго сказала Мира, но всё же запустила пальцы в растрепавшиеся каштановые волосы Талинора, который лишь сильнее прижался к её ногам.

В том, что дома что-то происходит что-то страшное, мы убедились заблаговременно: из окон валил густой дым, и вырывалось пламя, облизывая рыжими языками стёкла от первого этажа и до самой крыши.

Гэлард тихо выругался, Мира побелела, практически прилипая к смотровому окну аэролёта, а я вцепилась задеревеневшими пальцами в бластер, висевший на оружейном поясе.

— Их там нет. Они не там, — хрипло сказала подруга, стараясь сдержать слёзы.

Мне горло сдавило болезненным спазмом, мешая не только говорить, но даже нормально дышать.

К тому моменту, когда двери аэролёта открылись, вокруг парадного входа в дом собралась огромная толпа зевак. Представители властей в строгой серой форме оттесняли их от порога, а сыром, пахнущем гарью холе кто-то громко спорил и кричал.

С тихим гудением летали дроны, заливающие пожар пенящейся жидкостью. Под ногами хрустели облетевшие от жара листья гигантского дерева, соседствующего с нашим домом.

— Лира, туда нельзя, — остановил меня один из офицеров.

— Там моя семья, это мой дом, — бессвязно шептала я, пытаясь обойти высокую фигуру раалийца, но он только буркнул, что тогда тем более нельзя, не давая себя обойти.

— Терок! — окликнул кого-то Гэлард, толкая перед собой связанного принца.

— Гэл? Это пятый принц? Какого демона творится с императорским кругом? — спросил тот стражник, что не давал нам с Мирой пройти.

— Сам ещё не знаю. Ты не в курсе что ри-Анорами и Сэймом? Что здесь произошло? — спросил блондин, пожимая в дружеском жесте плечо офицера.

— Нет, я только прибыл. А Сэйм тоже там? — удивился раалиец, оглядываясь назад. — Нам сообщили о взрыве в главном доме ри-Анор и мы сорвались на вызов.

— Нам очень нужно пройти, — попросил Гэлард знакомого, толкая передёрнувшего плечами Лина ближе к световой ограничительной черте.

— Побойся гнева космоса, Гэл, ты же не потащишь двоих хрупких человеческих женщин в это пекло? — возразил офицер, не возражая пропустить самого блондина и связанного Талинора.

— Вио-Ррика — ваира круга ри-Анор, а Миранда — моя будущая супруга, а также Сейма и Нэвиса, если ты их не пропустишь по-хорошему, то они наверняка воспользуются своим оружием и тебе придётся писать кучу отчётов, объясняя, почему две девушки атаковали тебя при исполнении, — резонно заметил блондин, заставляя знакомого удивлённо поднять брови.

— Вайры с оружием, — осуждающе покачал головой раалиец. — Хорошо, но я вас не видел, — сказал офицер, наконец освобождая нам путь. Переступая обломки шлифованного камня и осколки толстого стекла, мы шли на шум голосов.

Просторный холл был покрыт гарью и водой, а в воздухе чувствовался удушливый смрад от пыли и дыма, но несущие конструкции здания, на первый взгляд были целыми.

— Дивар, опусти Апира. Всё кончено, — приказным тоном сказал старший из отцов Трэя.

— Не раньше, чем эти выродки вернут нам Талинора, — визгливо выкрикнула Лионора, выглядывая из-за спины своего любимого мужа.

— Его не было у них. Они обманули вас, чтобы заставить лично участвовать в покушении, — как-то устало сказал мужчина, строго глядя на жену.

— Это ложь! — не унималась маменька Лина. — Его коммуникатор выключен, наверняка они взяли его в плен и издеваются над моим мальчиком. Мы всё это затеяли, чтобы спасти его. Трэй боится, что он очарует его ваиру и решил устранить конкурента, — попыталась провернуть свой любимый трюк Лионора.

— Прекрати, Нора. Твои оправдания бессмысленны. Как ты думаешь, откуда нам стало заранее известно о том, что вы подготовили нападение? — спросил Ортан. — Талинор лично рассказал всё Трэю и мне. Отпусти Алира, не усугубляй своё положение, Дивар.

— Если вы не соврали, то нам уже нечего терять, — злобно процедил мужчина. — А если сказали правду, то хочу глянуть в глаза этому предателю.

— Его нет здесь. Он улетел, — уверенно сказал Ортан, придерживая за руку явно раненного Эйнарда.

Лин толкнул Гэларда, намекая, чтобы тот поскорее развязал его скрученные за спиной руки. Блондин ловко разрезал прочные провода и сдёрнул липкую ленту, освобождая Талинора.

— Тогда ри-Анор станет гарантом того, что вы дадите нам уйти, — продолжал торговаться Дивар.

— Это невозможно, ты и сам знаешь законы. Просто отпусти парня, не усложняй ваше и без того трудное положение, — настаивал глава клана ри-Атон.

— Нам всё равно грозит смертная казнь, поэтому не буду отказывать себе в удовольствии. Жаль, конечно, что это не твой щенок-Трэй, но и ри-Анор сгодится. Посмотрим, смогут ли выжить его соклановцы после того, как я вышибу Алиру мозги, — злобно рассмеялся Дивар, с характерным звуком взводя курок.

От чистейшего ужаса мне буквально скрутило внутренности. Сотни возможных действий мелькали в моих мыслях, но ни при каком из вариантов я не успевала спасти Алира. Одной рукой надёжно фиксируя мою талию, а второй закрывая рот, меня схватил Гэл, не давая совершить отчаянную глупость. Я вырывалась и мычала, но нашу борьбу прервал громкий голос Талинора.

— Отец, стой! — выкрикнул Лин.

— Как интересно, — прошипел Дивар, убирая палец с кнопки пуска. — Это правда, что ты нас сдал? — не удержался от вопроса раалиец, презрительно скривив идеально очерченные губы.

— Да, это так. Прости, отец, но вы зашли слишком далеко. Трэй — мой брат, даже если в нас нет ни капли общей крови. Мы не были друзьями, но росли вместе и я всегда считал его родным. Я страшно завидовал ему, тому вниманию, что отцы Ортан и Эйнард уделяли ему, но никогда не желал смерти. Отпусти Алира. Если хочешь, стреляй в меня, раз я так разочаровал вас с мамой, — тихо признался Лин, виновато поглядывая на старших отцов.

— Никчёмный предатель, — прорычал Дивар, переводя оружие на собственного сына.

Дальше всё произошло слишком быстро: как только Дивар отвёл дуло бластера от головы Алира, мой блондин резким ударом выбил оружие из рук мужчины и несколькими быстрыми приёмами вырубил отца Талинора.

С криком «Дивар!» Лионора метнулась к упавшему мужу, вспорхнув неизменным облаком дорогих синих кружев.

Только тогда Гэлард отпустил меня. Выбежав из-за колоны, я кинулась к хмурому Алиру, ощупывая мужа на предмет ранений.

— Как вы здесь оказались? Я велел тебе увезти Ррику, — строго выговаривал Лину блондин, крепко прижимая меня к себе.

— «Спасибо» — было бы достаточно, — не менее мрачно ответил Талинор, не сводя нечитаемого взгляда с матери, рыдающей над бессознательным Диваром.

— Как ты? Где Трэй, Намир и близнецы? Что тут произошло? Как ты мог меня вырубить и отправить в космос с Лином? — сыпала я вопросами, стукая слишком спокойного мужа по крепкой груди.

— Всё хорошо. Прости, так было нужно. Я не хотел, чтобы ты попала под удар, — тихо сказал Алир, ласково поглаживая мою щёку.

— Где они? Где остальные? — спросила я, смаргивая непрошенные слёзы.

— Трэй заперт отцами в надёжном месте, он тоже не был согласен переждать опасность, а близнецы — они с Намиром… там, — кивнул головой в сторону разрушенной стены, сильнее прижимая меня к себе.

— Что с ними? Что с моими мужьями? — рвалась я в сторону завала.

На шум моих панических криков из-за сломанных перекрытий вышли близнецы, поддерживая раненного Намира.

— Мир… — выдохнула я и сорвалась в сторону своего любимого великана.

— Всё хорошо. Это просто царапина, — сказал бледный Намир, обнимая меня одной рукой, вторую он прижимал к ране на боку.

— Мама, нет! — раздался крик Талиона за моей спиной, а потом вспышка света и оседающее тело Лина, ставшего между мной и смертоносным лучом.

— Нет… нет… нет!!! — закричала подбежавшая Мира, падая перед парнем на колени и осторожно переворачивая его лицом.

Лионора зажала рот руками, выронив маленький, кажущийся игрушечным бластер. Эйнард грубо схватил женщину, не давая ей приблизиться к бессознательному сыну.

— Это всё ты виновата! Ты, инопланетная дрянь! Из-за тебя и твоей подруги мой сын сошёл с ума и пострадал! — истерично кричала Лионора, вырываясь из захвата мужа.

— Медика! — крикнул Ортан вошедшим офицерам.

Остальные события дня слились для меня в череду страха и томительного ожидания.

Нас с Мирандой не пустили в аэролёт медицинского центра, погрузив в него мертвенно-бледного Талинора, не подававшего признаков жизни, и Намира.

Несмотря ни на какие уговоры, нас с Мирандой в сопровождении хмурого Ортана и третьего отца Трэя, имя которого я так и не смогла вспомнить, отправили в дом клана ри-Атон. Эйнард остался с офицерами, что-то подробно объясняя им и скидывая данные с личного коммуникатора.

Путь до дома императорского клана не занял много времени. По прибытии нас отвели в комнату Трэя, где мы и застали его растрёпанного и красного от гнева.

— Ты не имел права со мной так поступать, — выпалил с порога Трэй отцу, осторожно задвинув меня за спину.

— Всё закончилось. Дивар и Лионора сданы страже. Намир и Талинор в медицинском центре, — ответил Ортан, смело выдерживая злой взгляд сына.

— Что с ними? — спросил Трэй, растеряв весь свой запал.

— У Намира неопасное ранение в бок, а Лин… Будем надеяться на лучшее, — хрипло сказал Ортан, не скрывая своей боли.

— Как он оказался там? Кто его ранил? — сыпал вопросами муж.

— Его ранила Лионора, а о том, как он там оказался, я и сам бы послушал, — ответил мужчина, переведя взгляд на меня и плачущую Миру. — Но думаю, это можно отложить. Позаботься о женщинах, а я поеду в больницу к Талинору, — хмуро сообщил Ортан.

— Я с вами, — быстро сказала Мира, для надёжности хватая свёкра за руку.

— Хорошо, — не стал возражать раалиец, покидая нас вместе с моей подругой.

Глава 45

Виорика ри-Анор

— Не вертись, или я уйду, — напуская на себя притворную строгость, сказала Мира, поправляя подушку под всё ещё бледным Талинором. — Будь умницей.

Намира вылечили примерно за сутки, а вот братцу Трэя досталось куда сильнее: он почти неделю не приходил в себя.

Внешние раны довольно быстро исцелил его нум, но Лин потерял много крови, поэтому первые три дня врачи опасались делать прогнозы.

Всё это время Миранда вместе с Нэвисом, Гэлардом и Сэймом неотлучно жили в медицинском центре. Когда стало ясно, что выдворить беспокойную Миру и её мужчин не удастся, им выделили соседнюю палату и позволили поочерёдно сидеть у кровати Лина, пока принц не пришёл в себя.

— Я и так хороший — настолько хороший, что лучше уже просто некуда, — проворчал Лин, стараясь затащить к себе под одеяло вяло сопротивляющуюся Миру.

— Ты же будущий глава славного рода ри-Атон, будь серьёзней, — с улыбкой сказал Трэй, перетаскивая меня с коленей Алира на свои.

— В нашем клане все и так настолько серьёзные, что я планирую выгодно выделяться в волшебных зелёных глазах моей ваиры, — не меняя шуточного настроя, мурлыкал Лин, играя рыжей кудряшкой Миранды.

— Талинор! — возмутилась подруга, когда рука принца как бы невзначай переместилась, сжимая через тонкую ткань блузы и белья пышную грудь девушки.

— Ну, всё-всё, — поднимая в примирительном жесте руки, сказал принц, обиженно надувая идеальные губы. — Я не буду больше. А ты померишь снова наш ним? Ты в нём такая красавица. Он ведь тебе не жмёт и не доставляет неудобств? — становясь предельно серьёзным, спросил Лин.

— Нет, не жмёт. Он идеально мне подходит и мне не хотелось его снимать, — уже далеко не в первый раз заверила своих мужчин подруга.

— Мы рады, что ты уже почти полностью поправился. Думаю, нам пора вас покинуть, пока мы не увидели больше, чем планировали, — не скрывая доброй усмешки, сказал Трэй.

— Попроси отцов подготовить на завтра всё к нашему единению с ваирой. Мы будем танцевать в бальном зале, доказывая всем родным и близким, что наша связь подтверждена симбионтами, а потом уединимся в главной спальне, — мечтательно сказал Лин, пожирая глазами подругу.

— Зачем так торопиться? Тебя ведь только завтра отпустят домой, и только при условии, что тебе станет лучше. Давайте немного подождём? Может пару недель, или месяц? — предложила Мира, на что спокойно сидевшие на соседней кушетке Нэвис, Гэл и Сэйм в один голос с Лином выкрикнули «Нет!». — Ну, нет, так нет. Я просто предложила, — покраснела подруга, вспоминая наши с ней беседы об обряде единения и первой брачной ночи.

— Я передам, — уже не сдерживая смеха, сказал Трэй, уводя нас из палаты беспокойного Талинора.

Намир встречал нас на пороге медицинского центра. Он подхватил меня на руки, занося в аэролёт.

Мир жутко не любил больницы, поэтому просто сбежал к нам, как только смог нормально держаться на ногах. Он наотрез отказался снова заходить в учреждение, опасаясь, что какой-нибудь медик узнает его и вернёт в палату несмотря на то, что семейный врач ри-Атонов заверил, что его здоровью не нанесён серьёзный вред и назначил домашнее лечение.

Мы продолжали жить у родителей Трэя. После побега Мира мы могли переехать в одну из квартир, принадлежащих ри-Анорам, но Ортан оскорбился отказом погостить у них пока идёт ремонт нашего особняка, поэтому нам ничего не оставалось, как уважить отцов моего мужа.

Кроме того, наше присутствие не давало мужчинам зациклиться на собственных проблемах. Расследование шло полным ходом, выявляя всё новые неприглядные стороны раалийского общества: многочисленные подкупы должностных лиц, несоблюдение банковской и врачебной тайн, подлог в судебных тяжбах и многое другое всплыло во время допросов преступной парочки Дивара и Лионоры. Сообразив, что им не избежать правосудия, они охотно сдавали тех, кто когда-то помогал им совершать бесчисленные преступления различной степени тяжести, но основными эпизодами всё же стали убийства в высоких кланах моих мужей и покушения на наш круг.

Ортану было трудно поверить, что тот, кого он считал спасителем своего сына и практически братом, на самом деле потихоньку травил Трэя. Лионора же с её склочным характером не стала тяжёлой потерей для мужей. Их связь и так была ничтожной, а после инъекций, нейтрализующих действия препаратов Дивара, ним, сформированный ими когда-то, полностью погиб, освобождая мужчин от обязательств и опасности.

На фоне разразившего скандала практически забыли о нашей несостоявшейся беременности, изредка жалея меня и учитывая выпавшие на нашу долю испытания.

Ещё одной звездой новостей стал мой друг Уголёк. После покушения он не мог найти меня, поэтому устроил форменную истерику, издавая истошный жалобный крик и не успокоился, пока не увидел меня.

Признаюсь, мне было не до моего пушистого защитника, пока мы переживали за Намира и опасались новых нападений, но увидев репортаж о моём преданном друге, мы с Алиром немедленно сорвались к руинам нашего дома, чтобы забрать с собой пушистика. Теперь мой чёрный приятель поселился в выделенных нам покоях, до икоты пугая немногочисленную прислугу клана ри-Атон.

— Я скучал, — пробасил Намир, ещё теснее прижимая меня к своему мощному телу.

— Нас не было всего полчаса, — со смехом ответил вместо меня Трэй, пока я увлечённо перебирала тяжёлые тёмные пряди волос своего любимого великана.

Наше гормональное безумство ещё пару дней назад сошло на «нет», но я по-прежнему была одержима своими любимыми мужчинами, в принципе, как и они мной. Одна мысль о том, что я могла потерять кого-то из них, приводила меня в отчаяние, заставляя ценить тот подарок, что когда-то преподнесла мне судьба.

Пусть я не сразу смогла оценить то счастье, что так внезапно свалилось на мою голову, но теперь не могу найти слов благодарности тому наёмнику, что когда-то отдал ним в мои руки.

Миранда спрашивала у меня: как принять сразу четверых мужчин?

А я ответила, что достаточно представить, что кого-то из них у неё навсегда отнимут. После этого подруга успокоилась и практически перестала смущаться знакам внимания своих женихов.

Мира всегда была более решительной и импульсивной, поэтому завтра Талинор, Нэвис и Гэлард с Сэймом обретут своё рыжее и непоседливое счастье.

Из моих философских размышлений меня вывел чувственный шёпот Алира прямо в моё ухо:

— Прекрати дразнить Намира, иначе мы ещё нескоро выберемся из аэролёта.

Заглянув в шалые синие глаза моего любимого великана, я решила, что не против немного задержаться.

В итоге мы выбрались из машины лишь спустя час, с растрёпанными волосами и довольными румяными лицами.

— Так нечестно! — возмутился Вейс, забирая меня из объятий старшего мужа. — Мы тут готовим сюрприз, а эти, как всегда, нагло воспользовались чувственностью нашей малышки.

— Без нас, — добавил Тайс, нежно целуя меня в щёку.

— Вы уверены, что период созревания минул? — с доброй усмешкой спросил Эйнард — второй отец Трэя, глядя на нас.

— Абсолютно, — открыто улыбнулся Трэй, пожимая мужчине руку. — Талинор попросил подготовить всё на завтра. Он жаждет поскорее соединиться со своей будущей ваирой.

— Кто бы сомневался! — улыбнулся мужчина. — Нужно было сказать, что за эту неделю к нам пришло четыре предложения проверить совместимость с Мирандой от наследников достойных семей, тогда он провёл бы единение, едва сумев шевелить ногами, — пошутил Ортан.

— Как прошёл суд? — сменив интонацию на серьёзную, спросил Алир.

— Ожидаемо, — растеряв свою весёлость, ответил старший отец Трэя. — Смертную казнь заменили на пожизненное заключение Дивара и Лионоры в тюрьме Нидар на одном из спутников Эос. Лионора просила смерти, но в такой милости ей отказали, — угрюмо ответил мужчина.

— Не будем о грустном, — стараясь отвлечь всех от тяжёлых дум, сказал третий отец Талинора — Таол. — Завтра у сына Единение, а значит у нас много дел. Не возражаете, если подготовку я возьму на себя?

— Он и наш сын. Мы сделаем это вместе, — веско сказал Ортан, вызывая довольную улыбку своих побратимов.

Глядя на этих замечательных и довольно молодых мужчин, я начала задумываться о том, кого из подруг ещё можно было бы осчастливить пожизненным приказом маршала Грэйса, пока меня не отвлекли… очень качественно отвлекали до самого утра.

А утро началось с многоголосой суеты подготовки.

Потом был бал: большой зал, украшенный цветами, приглушённый свет и чувственный ритмичный мотив, под который красиво кружилась Миранда, облачённая в переливающийся чёрной зеленью ним, и её прекрасные мужчины.

Я вспоминала свой страстный танец — немного зажатого Алира, чувственных и нежных Вейса и Тая и бесконечно любимого мной Намира. Было жаль, что Трэя не было там с нами. Как будто прочитав мои мысли, муж подал мне руку, приглашая в центр зала, как только молодожёны удалились для завершения ритуала.

— Я боялся мечтать о том, чтобы держать в своих объятиях ваиру, вести её в танце, наслаждаться любовью, светящейся во взгляде. Спасибо. Ты подарила мне целый мир. Всем нам, — хрипло сказал Трэй, не отводя от меня взгляда своих умных карих глаз.

— И даже более того, — продолжил его речь мой строгий блондин, перехватывая меня в танце. — Ты дала нам нечто большее, чем просто жизнь. Ты научила меня танцевать, — хитро сказал Алир, улыбаясь одними глазами.

— Радоваться каждому мгновению. Чувствовать себя желанными, — шептали мне на ухо близнецы, умело кружа меня вдвоём.

— Спасибо за то, что подарила нам счастье, — лаконично сказал Намир, легко поднимая меня на высоту своего роста.

Глаза подозрительно защипало от невыносимого щемящего чувства. Я уже признавалась в любви моим замечательным мужчинам, но сейчас не могла вымолвить ни слова, захлёбываясь своими эмоциями.

— Я хочу от вас детей. Много мальчиков с красивыми глазами цвета заката, синего моря или серой стали. Хочу дочек с белоснежными или каштановыми косами. Хочу состариться рядом с вами и баловать многочисленных внуков. Я хочу с вами всего, — сказала я, показывая, как глубоко они проросли в меня, как изменили всё, к чему я когда-то стремилась и чего хотела.

Глава 46

Талинор ри-Атон

Там, на зыбкой грани межу жизнью и смертью я вспоминал зелёные глаза, полные слёз и облако огненных кудрей, что наощупь мягче нежнейшего глэсса, жалея, что так бездарно прожил жизнь.

Я не был праведником, и за многое мне было стыдно, но сильнее всего мучила память о печали в глазах человеческой девушки, сумевшей за такой короткий срок просто врасти мне под кожу. Не хотелось покидать этот мир, так и не узнав её любви. Мне снился нежный голос, что звал, уговаривал меня вернуться, быть с ней, с Мирой. Преодолевая океаны боли, я открыл тяжёлые веки, чтобы утонуть в зелёном омуте, полном тревоги и чем-то ещё, что мне очень хотелось принять за нежность.

— Люб-лю, — хрипло прокаркал я, морщась от звука своего голоса.

— Дурак. Какой же ты дурак, — целовала меня Мира, роняя на моё лицо солёные капли слёз. — Я тоже тебя люблю. Всех вас. Не смей больше умирать!

— Не буду, — выдохнул я, растратив на слова последние силы, но уснул счастливым.

Боль проходила медленно, терзая моё тело, но она больше не имела никакого значения. Мне было ради чего жить. Я твёрдо решил стать лучшим мужем для моей девочки. Не могу сказать, что счастлив от её выбора остальных мужчин, но, раз они нужны моей ваире, то я научусь их ценить.

Дальше, благодаря стараниям медиков, минуты болезненного пробуждения сменялись часами спасительного забытья, позволяя моему организму восстановиться.

Выздоровление шло раздражающе медленно, что неудивительно, ведь наше оружие ближнего боя рассчитано на то, чтобы прожигать защиту симбионтов, нанося урон внутренним органам, ведь внешние раны быстро исцеляет нум. Постоянное присутствие моей малышки не давало мне скатиться в депрессию, ведь я не знаю ни одного клана, в котором ваира бы так переживала за своих мужей. Хотя, нет: один всё же знаю.

— Тебе действительно удобно? — услышал я приближающийся голос Нэвиса.

— Нэв, перестань беспокоиться. Это ведь наш ним, а значит, Мире он не может не подойти, — последовал спокойный комментарий от Сэйма.

— Вы уверены, что Лина это порадует? Наверное, ещё рано его примерять, — тихонько отозвалась Миранда, заставляя меня задержать от волнения дыхание.

— Даже не сомневайся, — заверил Гэлард, открывая перед малышкой дверь.

Забыв о боли, я приподнялся на локти, наблюдая самую соблазнительную женщину во всех мирах.

Миранда медленно вошла, встречаясь со мной взглядом. Лёгкие обожгло болью, напоминая о необходимости дышать. С хрипом втянув воздух, я не мог оторвать глаз от изящной фигурки, затянутой в мой ним.

Симбионт принял форму не по моде строго платья, но на округлых изгибах девичьего тела оно выглядело вызывающе эротичным. Тёмная ткань красиво отливала изумрудными бликами, подчёркивая сияющую зелень глаз Миранды.

— Ну как? Тебе нравится? — в волнении разглаживая несуществующие складки, спросила Мира.

Я открыл рот, пытаясь подобрать подходящие слова, но впервые в жизни красноречие мне отказало.

— Ты… ты… такая, — хрипло сказал я, по-идиотски взмахивая руками, как будто это могло передать степень моего восхищения.

Дружный смех мужчин и мило порозовевшие щёки малышки стали мне ответом.

— Она лишает дара речи, правда, Лин? — беззлобно подколол меня Нэвис, но у него не было шансов привлечь моё внимание.

Несмотря на головокружение и порядком утомляющую боль, мой член затвердел, грозясь натянуть палаткой прикрывающую меня простынь. Пришлось сменить позу, стараясь скрыть своё незавидное положение, но внимательный Гэлард всё заметил, даря мне сочувствующий взгляд.

С того дня я считал минуты, прилежно выполняя все предписания врачей, желая поскорее соединиться с моей девочкой.

— Я бы предпочёл задержать вас ещё на пару дней, — задумчиво сказал врач, что-то заинтересованно разглядывая на планшете.

— Нет. Я делал всё, что вы мне прописывали. Моему здоровью ничего не угрожает, поэтому вы отпустите меня сегодня, — непререкаемым тоном сказал я, сверля глазами медлительного доктора.

— Затянувшиеся раны всё ещё излишне чувствительны и вас могут мучить боли, — попытался предостеречь меня медик, но я не планировал ждать ни минуты.

От острой потребности сжать в своих объятиях мою огненную девочку у меня почти физически зудели руки, про остальные своенравные части организма я вообще молчу.

— Или вы отпускаете меня сами, или я просто ухожу, — сказал я, теряя терпение.

Навстречу своему будущему кругу я шёл, стараясь не морщиться, но в какой-то момент в аэролёте Сэйм протянул мне капсулу с обезболивающим, пока Нэвис и Гэл умело отвлекали нашу малышку поцелуями.

— Вот. Оно не навредит Единению, — тихо сказал будущий побратим.

Не задумываясь ни секунды, я проглотил лекарство, вызывая улыбку у Сэйма. Я доверил им гораздо большую ценность — свою ваиру, что в сравнении с этим моя жизнь?

Парадный вход семейного особняка ри-Атон был празднично украшен цветами и лентами, а на пороге нас встречали отцы и Алир с Трэем.

— Мы горды встречать тебя дома, сын. Сегодня ты станешь главой нашего клана. Ты достоин, — сказал отец Ортан, тепло обнимая меня. Эйнард и Таол последовали за ним, обмениваясь со мной знаками уважения и заботы.

Я так долго ждал их внимания, так мечтал, что однажды и меня заметят, что сейчас растерялся, не зная, как показать, насколько много их жест для меня значит.

— Спасибо за заботу о Лине, — тепло сказал папа Эйнар, целуя смутившейся Миранде руки.

Дальше всё было как во сне, так словно в одной из тех фантазий, которым я предавался когда-то, будучи романтичным подростком: дом в сиянии сотен праздничных огней, братья со своими кланами и отцы. Немного царапнуло то, что с нами не было матери, но она сама сделала свой выбор, растрачивая жизнь на бессмысленную борьбу за власть и деньги.

Заиграла мелодия Единения. Мы с Нэвисом, Сэймом и Гэлардом затаили дыхание в ожидании самой прекрасной девушки на свете. Миранда появилась в сопровождении Алира. Немного смущённая, но счастливая, она сияла, как звезда, ослепляя своей хрупкой красотой.

— Потанцуем, красавчики, — стараясь сгладить волнение, позвала Мира, призывно улыбаясь нам.

Я не видел ничего, кроме зелёных глаз, слышал лишь наше тяжёлое дыхание, чувствовал нежный аромат мёда и цветов, а потом малышку перехватили мои соклановцы, завершая круг.

Не помню, как мы оказались в спальне, лихорадочно касаясь нашей девочки. У каждого из нас были свои причины для волнения, но в тот момент страхи исчезли, оставив лишь всепоглощающую жажду единения не только тел, но и душ.

Никогда я не чувствовал себя таким возбуждённым и счастливым.

Никакой опыт или обучение не могли меня подготовить к тому, как сердце рвалось из груди, а тело сводило болезненной жаждой обладания.

Не сговариваясь, мы нежно гладили, покрывали невесомыми поцелуями нежную белую кожу малышки, упиваясь её тихими стонами.

Нежность превратилась в нужду, а робкие вздохи в требовательные вскрики, пока мы не отдались страсти, сливаясь в ослепляющем блаженстве.

Под утро утомлённые, но счастливые мы лежали все вместе, наслаждаясь чувством близости к нашей ваире.

— Вау, — выдохнула Мира, тихонько посмеиваясь.

— Что-то не так? — встревожился Нэвис.

— Наоборот: никогда не думала, что так бывает. Вы просто… я раньше считала, что все восторги относительно секса сильно преувеличены, — усмехнувшись, сказала наша девочка, вызывая у каждого из нас лёгкое недоумение.

— Что ты хочешь этим сказать? Ты не наслаждалась близостью? — спросил Гэл.

— Мне было приятно, но не так остро. Рас… — при воспоминании о своём потерянном женихе Мира немного загрустила. — В общем, он был нежным и милым, но я никогда с ним не улетала так. Он иногда дарил мне удовольствие ртом, но… только с вами я кончила просто от ощущения мужчины во мне, — одаривая нас смущённой улыбкой, сказала наша малышка, вызывая у меня тихий шок.

— У тебя был только один мужчина до нас? — робко спросил я.

— Полтора, если считать секс-бота, — веселясь над моим растерянным видом, сказала Мира.

— Значит, мы приложим максимум усилий, чтобы закрепить результат, — сказал я, накрывая нежное тело малышки собой, игнорируя легкую боль в боку. — У нас впереди долгая жизнь. Мы будем постоянно практиковаться, — хрипло сказал я, проникая в во влажную тесную глубину.

— Обещаете? — простонала малышка.

— Клянёмся, — как никогда серьёзно ответил я.

Эпилог

Виорика ри-Анор

Четырнадцать лет спустя

— Мама, мама! — звал меня один из младших сыновей — Лейдар, дёргая меня за руку. — А Тарлас не делится приставкой. Я тоже хочу играть! — возмущался мой белокурый ангел.

Лею недавно исполнилось четыре года и он, как все наши дети, вызывал у многочисленной родни регулярные приступы «ути-боже-мой», равно как и «да-всё-куплю».

Большие синие глаза Намира, так удачно унаследованные им в сочетании с аристократическими чертами Трэя и блондинистыми волосами Алира, превращали маленького вредину в форменного вымогателя. Длинные пушистые ресницы намокли от тщательно выдавленных маленьким артистом слёз, заканчивая образ самого несчастного мальчика на свете.

— Лей, приставка — это подарок на день рождения Тарласа. Она не для игр, а для обучения лётным навыкам. Тар хочет досрочно получить права управления лёгким флайером, — уговаривала я сына.

Тарлас — наш первенец. В отличие от немного капризного в силу возраста и постоянных попустительств со стороны отцов Лейдара, он был серьёзным и спокойным мальчиком, по характеру напоминая одновременно и Алира и Трэя. Внешне Тар взял всего понемногу от своих отцов. Рыжие глаза Алира, густые каштановые волосы Трэя, крупное телосложение Намира и мягкие, немного хищные черты близнецов делали его на удивление гармоничным и красивым мальчиком. В свои двенадцать лет он значительно опережал сверстников, как по физическому развитию, так и по уровню интеллекта.

— А я хочу, — сердито топнул маленькой ножкой Лей.

— Ты же не двухлетняя Малика, а большой мальчик, который не может позволить себе такой поступок. Что значит «я хочу»? Тебе стоит извиниться за своё поведение, — пожурила я ребёнка.

Покраснев от натуги, мой вредина стал душить из себя очередную порцию слёз «праведного гнева».

— Раз ты так, то придётся отправить тебя на пару недель в гости деду Ортану и Жаннет на перевоспитание, — делая огорчённое лицо, тяжело вздохнула я.

Тщательно напускаемые слёзы мгновенно высохли, сменяясь выражением глубокой задумчивости. Нет, мой вредина не боялся ваиры свёкра, но точно знал, что с этой строгой и основательной женщиной невозможно поспорить. И да. Отцы Трэя и Талинора лет пять назад снова обрели семейное счастье.

Мы с Мирандой много лет не оставляли попыток осчастливить Ортана, Эйнарда и Таола многочисленными подругами, стараясь придумать способ познакомить их хотя бы по гало-связи, но мужчины категорически отказывались от подобной чести, за девять лет выработав практически чутьё на неловкие попытки невесток устроить их личную жизнь.

Однако сколько не бегай от судьбы, а она сама заявится в гости, как правило, со своим списком требований. В нашем случае эта капризная дама пришла в образе военного инспектора по правам женщин — высокой и крепкой Жаннет Дебуа.

Проводя плановую проверку, опытная и очень принципиальная женщина-ревизор наткнулась в картотеке приказов на два возмутительных документа с пометкой пожизненно. Устроив разнос маршалу Грейсу и военному ведомству Корпуса мира, непривыкшая отступать перед сложностями Жаннет добилась посольского статуса и прибыла «спасать» двух попавших в беду соотечественниц, а именно меня и Миранду.

Она в ультимативной форме потребовала у Совета расторгнуть «рабские» брачные договоры и вернуть «бедных сирот» ей для последующей реабилитации и введение в «нормальное» человеческое общество.

Ознакомившись с противоправными приказами, Совет поспешил отправить настырную даму к нам, для решения дипломатического скандала. Поскольку к тому времени наш клан ри-Анор приобрёл статус императорского, то дело получило просто оглушительный резонанс, а наши с Мирой имена едва не стали синонимом современных секс-рабынь.

Естественно, пришлось доказывать, показывать и убеждать ставшую на твёрдые рельсы спасения Жаннет, что мы в помощи не нуждаемся, но счастливы в своих союзах.

Недоверчивая дама сочла нас жертвами какого-то синдрома и потребовала едва ли медицинского и психологического освидетельствования. Мы с Мирой в тот момент снова ждали детей, поэтому решать недоразумение взялись ответственные свёкры. Они впечатлились упорством женщины, как и суровой красотой тридцатилетней Жаннет, сильно походившей на погибшую первую супругу, и до сих пор с пылом доказывают, что брак с четырьмя раалискими мужчинами — это не нарушение всех законов природы и морали, а чистое счастье для женщины.

Кто стал четвёртым? Семейный доктор ри-Атонов. Молодой, но рассеянный в быту мужчина с симпатичными голубыми глазами, что так нравятся Жаннет, и детской непосредственностью. К счастью, он оказался неженатым главой рода и тоже оценил нестандартную красоту инспектора. Но, я отвлеклась.

— А Рис и Лина там будут? — спросил мой белокурый вредина, решая, желает ли он посетить дедов и Жаннет.

Ристар и Линара — младшие дети Мирады и её мужчин — тоже были обладателями довольно непростых характеров и часто попадали на воспитание к старшим родственникам. Жаннет была бесплодной, но мужчин это нисколько не тревожило: у свёкров и так было достаточно сыновей и внуков, а доктор ти-Нарис довольствовался многочисленными племянниками. Они с удовольствием брали нашу шумную ораву, позволяя деятельной Жаннет применять свой немалый педагогический опыт на развитие избалованных внуков.

— Не знаю, — честно ответила я.

В этот момент открылась дверь и вошёл Нэвис, неся на руках жену. Следом вбежали их дети, сопровождаемые не в меру заботливым Талинором и ответственными Сэймом и Гэлом.

— Дети — это счастье, особенно когда гостят у дедушек, — сказала подруга, наблюдая, как смешиваются в одну галдящую толпу наши малыши.

За четырнадцать лет у каждой из нас уже появилось на свет по пять детей. У Миры — двое старших мальчишек, а младшие — три озорные рыжеволосые непоседы. А у нас — четверо пацанов и лишь два года назад на свет появилась малышка Малика. Как любая мать, я готова описывать каждого своего малыша с точностью до веснушки, но иногда была рада снова «порадовать» Ортана и его клан.

— Как ты думаешь, успеет ли возмутиться Жаннет, если мы быстро оставим им десятерых внуков, и с первой космической скоростью умчимся на Нериде куда-нибудь, где можно просто выспаться? — задумчиво спросила я, вызывая дружный смех девятерых мужчин и подруги.

— Не знаю, но думаю, стоит попробовать, — с улыбкой ответила Мира, представляя растерянное лицо женщины.

— Рискнём? — с озорными искорками в зелёных глазах спросил Лин, подхватывая на руки свою любимую дочь, чтобы оставить поцелуй на пухлой щёчке.

В открытое окно чёрной тенью скользнул мой любимый друг Уголёк и сразу понял, что его визит в тот момент, когда дом полон детей, был опрометчивым решением.

С криком «Угойок» младшая дочка Малика наперегонки с Лейем рванули к шуху, вызывая тяжкий вздох моего друга, за много лет привыкшего к подобным «нежностям».

— Я «за», — ответила я Талинору, прикидывая, как вытащить чёрную шерсть из цепких пальчиков малышки.

— Намир, сегодня твоя очередь, — сказал Алир, предлагая великану выцарапать из рук драгоценной малютки питомца.

Так и живём, разделяя наше шумное счастье, но, несмотря на все сложности, я не могу представить себя той, кем когда-то мечтала стать: генералом военно-космического флота. Карьера, признание и никакие другие достижения не смогли бы заменить того, что подарила мне судьба: материнство, семью и любовь.

Оглавление

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Эпилог