Библиотека :)

Волчья ягодка 563K - Диана Дурман (скачать epub) (скачать mobi) (скачать fb2)

Диана Дурман Волчья ягодка

Глава 1. Ведьма и каникулы

Стены Академии Высшего Чародейства встретили меня прохладой и непривычной тишиной. Удивительного в этом ничего не было – сейчас здесь можно было столкнуться только с такими как я, желающими удачно повысить свою квалификацию и потому выслуживающимися, или же редкими преподавателями. Основные обитатели студгородка предпочитали проводить свои каникулы как можно дальше от опостылевшей крепости. Меня же в этот день сюда привела скорее меркантильность, нежели жажда знаний.

Прошёл лишь месяц после того как отгремели экзамены и мой курс получил дипломы, потратив на их приобретение шесть долгих лет. И вот я снова здесь и пробуду в академии ещё минимум два года. Зато после этого можно будет рассчитывать на значительную прибавочку в Ковене – звание «Магистра» это вам не упырей по кладбищу гонять и за него полагается неплохой процент к стандартному жалованию. Так что ещё два года прозябания в академии точно того стоили.

– Хэй, крошка, давно не виделись! Как я, оказывается, удачно зашёл, – хрипло рассмеялся знакомый голос позади, и мужская рука обвилась вокруг моей талии, прижимая меня спиной к рельефному торсу.

Тот, кто сказал, что ведьмаки уступают в физическом плане оборотням, точно не знаком с парнями нашего потока. Куратор шутил, что адепты ему достались явно с примесью крови орков, иначе с чего бы ещё им всем быть широкоплечими, высокими и вдобавок такими любителями подраться?

– Велет, малыш, я тоже рада тебя видеть, но тебе не кажется, что для твоих заигрываний здесь не место? – укоряю друга, в то время пока он одной рукой массирует мою грудь, а второй подозрительно упорно скользит к низу живота.

Попыталась было отстраниться, понадеявшись на проснувшуюся совесть Велета, но куда там. Чёрная макушка склонилась как можно ближе, чтобы её бессовестный хозяин смог прошептать мне на ушко:

– Мы тут одни, уж поверь моему чутью, так что всё нормально. И вообще, ты же ведьма, и у тебя не должно быть: ни стыда, ни совести, которая начнёт тебя разъедать, если появятся случайные свидетели, – хрипло рассмеялся Велет, возбужденно сопя мне в затылок, при этом продолжая шарить ладонями по моему телу. – Кстати, тебе очень идёт новая стрижка. Лично я «за» короткие волосы у женщин, ведь благодаря этому гораздо удобнее целовать их нежную шейку, – похвалил мою причёску друг и тут же поспешил подтвердить  свои слова, запечатлев поцелуй на моей шее, после чего произнёс: – Надеюсь, ты не забыла, что послезавтра все собираются в старом месте? Солнцестояние ты нагло пропустила, но даже без звёздной энергии будет весело. Марика обещала в этот раз снабдить нас диракийским вином, а Элрад клялся принести его знаменитый шалфей.

Ох, помню я тот раз, когда мы впервые зажгли этот хвалёный шалфей, точнее я помню только то, что мы его зажгли, а вот дальнейшие воспоминания больше походят на горную реку с самым высоким водопадом в финале. А вот от чудесного вина, с медовыми нотками послевкусия, я бы не отказалась, но...

– Прости, Велет, но в этот раз меня то же не будет, как и в последующие, – произнесла с долей сожаления, успев немного растаять в умелых руках. Ханжой никогда не была, потому даже ощутимо расстроилась, когда жадные руки одногруппника прервались на самом интересном.

– В смысле? – возмутился Велет, тут же выпуская меня из объятий и поворачивая к себе. – Моя идеальная оргия без тебя пойдет мантикоре под хвост! Тебе же всегда нравилось начинать шалости именно со мной, да и колдовать после нашего шабаша куда проще.

Это – да. Магия всегда была тесно связана с эмоциями и желаниями, потому, если ты будешь регулярно удовлетворять все свои фантазии, то даже резерв может подрасти. Именно из-за этого все ведьмаки и ведьмы дважды в год устраивают специфические, по мнению обычных людей, гуляния. Но этого всегда было маловато и потому нередко особо близкие друзья устраивали облегченную версию шабаша Солнцестояния. 

Помню, в свой первый полноценный  раз, который пришёлся на зиму, я больше боялась, что замёрзну (да, странно для жительницы севера бояться холода, но никто неидеален), чем секса сразу с несколькими партнёрами, ведь снег кругом, да и морозы трещали немалые. Но горячие костры и тела вытеснили весь холод, стеснение и прочие мысли, оставив после себя лишь магму, текущую по венам, и безудержный хаос из наслаждений.

Заболеть же никто из нас не боится потому что, начиная с первого курса, мы модифицируем наши тела с помощью магии. В итоге к моменту выпуска, здоровью ведьм и ведьмаков даже оборотни могут позавидовать. Я была отличницей, потому улучшила своё тело на уровне высшей магии. Теперь я всегда тонко чувствовала, что нужно моему организму, могла управлять женскими днями и спокойно контролировала зачатье. Пожалуй, контрацепция среди ведьм была первым пунктом в списке необходимого. А как иначе? Ведь ты хочешь ребенка от любимого человека, а не нечаянный сюрприз после оргии, отца которого пойди потом, найди.

Так что отказываться от приятного времяпровождения, тем более с уже объезженной компанией смысла не было, да вот только мне выдвинули ультиматум.

– У меня работа, – вздохнула с сожалением глядя на друга, – а хозяйка женщина высоких моральных принципов. Так что если я засвечусь на равноденствии, или в даже небольшой оргии, могу лишиться места. А она платит столько, что я, пожалуй, эти пару лет, до получения магистра, воздержусь от шабашей, – почти не соврала я.

Всё же временами меня тяготил подобный образ жизни, и виной тому была моя приёмная мать. Она –  обычный человек. И пусть мама пыталась понять и принять традиции колдунов, но я видела, как неприятно ей слышать о подобном. Потому я в тайне мечтала, что скоро найду себе кого-то, кто возьмёт на себя роль моего личного партнёра. Правда мне ещё не доводилось слышать о колдуньях, что смогли хранить верность – слишком уж сильно магия подталкивает нас к этому краю, который так пугает не одарённых ей. К тому же, нам необходимо, чтобы магия постоянно циркулировала, а с одним любовником она слишком быстро становится идентичной нашей и вот тогда начинаются проблемы с заклинаниями. Так что в моём идеальном будущем хорошо бы найти хотя бы двух мужчин для постоянного секса.

– Как скучно, – протянул Велет, разочарованно сверкнув голубыми глазами. – Не зря мне Хельга нагадала тоску и хандру, а я ещё удивился тогда: к чему такое предсказание…

– Прости, – успокаивающе погладила друга по щеке. – Уверена, что Марика точно не даст тебе заскучать, а я ещё буду вам всем жутко завидовать.

На мои слова ведьмак лишь махнул рукой, явно уже записав скорую оргию в самую наихудшую и обиженно засопел. Ну, ничего, переживёт, ведь у него всегда останется его девушка, которая точно развеет хандру. Не знаю: как долго продлятся их отношения, но пока они оба ими довольны, я могу лишь порадоваться за Велета – испытывать чувства к ведьме куда лучше, чем страдать по человеку без магии. Такие отношения ещё до их начала обречены на провал.

Поправив форменную белую блузку, которую я надела по привычке, как и синюю юбку в пол, попрощавшись с расстроенным другом, отправилась дальше по коридору, чтобы выполнить то, для чего вообще здесь появилась. Велет напоследок обозвал меня «предательницей» и направился к выходу.

Посмеиваясь, переключилась на дела насущие. Сейчас нужно заскочить на склад редких ингредиентов – профессор Тарон даже выделил мне ключи, чтобы я смогла навести хоть какое-то подобие порядка в его алхимических запасах. Можно было бы поубиваться, по поводу того, что такой прекрасный солнечный день (минутка сарказма) я проведу за уборкой, но звонкая награда в особо крупном размере заставила меня взяться за работу в академии во время каникул. Да и наш город уже в начале осени начинал радовать нас первым снегом, который этой ночью полностью укрыл деревья с ещё не опавшей листвой.

Громко цокая каблучками, я всё углублялась в вереницу узких коридоров, галерей и пустующих аудиторий. Редкие солнечные лучи, что смогли пробиться сквозь густые кроны деревьев, защищенные энерго куполами от сурового климата нашего края, разбили пространство коридора на слои, отчего казалось, что с каждым шагом в помещении всё сильнее сгущалась тьма. Хотя для меня почти так оно и было.

Сейчас мне предстоит спуститься в подвальные комнаты – именно там располагалась основная часть подсобных помещений – и для этого нужно было пересечь узкий и вечно тёмный закуток, который некоторые адепты любили использовать в своих нескромных целях. Нарваться на выговор не боялись по простой причине. У преподавателей имелся свой вход в эту часть академии, да и студенты нечасто приглашались в эти сокровищницы, как мы их называли, и вход, который я собиралась использовать, скорее служил чёрным выходом, вечно запертым на ключ. Потому идеальнее места было не найти для того, чтобы выпустить пар после напряженных занятий. Иной раз за этот тёмный уголок разворачивались целые битвы, правда, в основном азартные. У нас вообще все споры решались с большим удовольствием именно за игрой, чем на магических дуэлях.

Свернув в узкий коридор, тонущий в густом мраке, принялась размышлять, как распределить деньги на следующий месяц, чтобы обязательно хватило на то чудесное платье из темно-синего бархата. Слишком сильно запало оно мне в душу, и именно из-за него я сейчас хваталась за любую работу. Сам себя не побалуешь – никто не побалует.

Пока мои шаги разносились гулким эхом, в мыслях звенели монетки, и этот звук разливался теплом в душе. В этот раз мне точно хватит денег на такую желанную покупку!

Правда радость от приятной мысли резко притупилась.

Сколько себя помню, я никогда не боялась темноты, и потому без страха оставила позади скупые лучи света. Скорее она мне всегда казалась пушистым чёрным котенком, что свернувшись и поджав свои мягкие лапки, дремал в тишине. 

Вот только в этот раз, едва вокруг меня сгустилась тьма глухого закутка, в конце которого расположился ещё один поворот с нужной дверью, меня пронзило ощущение, будто за мной кто-то наблюдает. Чьё-то внимание, морозным дыханием прошлось по моей коже. Этот обжигающе ледяной ветерок забрался за ворот рубашки, заскользил по ключицам и нырнул в едва заметную ложбинку.

Я даже нервно рассмеялась из-за своей мнительности, щедро сдобренной воображением, потому что это было глупо – все обитатели академии, вырвавшись на свободу, до начала семестра точно не появятся в этих стенах. Ну, кроме таких вот адептов как я, которые стараются, и заработать, и улучшить отношения с преподавателем (Велет, кстати, в этом от меня недалеко ушёл и так же помогает одному из магистров). Между прочим, только подавшись кому-то в помощники, можно улучшить своё положение в академии.

К несчастью для многих студентов секс с учителем, да даже с самим деканом, ничего им не даст – господа магистры сразу всех предупреждают о тщетности попыток лаской выудить хорошие оценки, и ещё ни одна ведьмочка или ведьмак так и не смогли через постель повысить свой балл. Проверяющих это утверждение каждый год хватает.

Так что, отгоняя неуместный страх, я продолжала углубляться в темноту, убеждая себя, что до злосчастного поворота осталось совсем немного.

Правда, когда чужие руки схватили меня в охапку и, приподняв над полом, вдавили в деревянную отделку стены, я отругала себя за то, что опять не доверилась чутью. Желание походить на обычных людей мне постоянно аукается именно вот такими моментами. Зато страх отступил, стоило ощутить чужое тепло и вполне себе человеческое дыхание. Всё же когда ты узнаёшь, что у твоего противника есть живая плоть, а это значит – ему можно сделать, очень и очень больно.

Глава 2. Ведьма и волк №1

Любая нормальная девушка, прижатая к стене, явно неслабым мужчиной, запаникует, но тут ключевое слово именно «нормальная».  Когда же дело касается ведьмы, не боящейся боли и насилия, всё разворачивается куда как интереснее.

Резкий удар локтём назад прошёл впустую, чему я немало удивилась. Если брать в расчёт скорость моего движения и эффект неожиданности, то ни один человек и даже ведьмак просто не в состоянии уклониться от этого отточенного приёма. Однако выпрыгнувший из ниоткуда противник с подозрительной лёгкостью увернулся и, поймав меня за запястье, прижал мою руку к стене. Я не успела даже глазом моргнуть, а эта сволочь проделала то же самое и с моей второй рукой.

Ну и лапищи! – поражалась я про себя, от злости царапая ногтями светлое дерево. – Этот помёт летучей мыши одним своим кулаком удерживает обе мои руки над головой, при этом не особо напрягаясь! Кстати, о голове….

Не откладывая появившуюся мысль в долгий ящик, резко дёрнула головой стараясь нанести удар затылком хоть куда-нибудь. К сожалению, мужчина снова уклонился, заставив меня заскрипеть зубами.

Наша борьба проходила в полной и зловещей тишине, разбавленной злобным пыхтением (в моём исполнении) и всё более утяжеляющимся дыханием (а это уже в исполнении незнакомца, что натолкнуло меня на причину таких вот страстных объятий в темноте). Свободная же рука мужчины, подозрительно переместившаяся мне на ягодицы, подтвердила все подозрения.

Теперь я начинаю очень сильно злиться. Если ведьмы и ведьмаки обладают свободными нравами – это ещё не значит, что мы безотказны и готовы трахаться с первым встречным в каждой подворотне. Пора применять силу, наплевав на запрет ограничивающий атакующие заклинания до полного выпуска из академии, и показать этому любителю внезапного секса, что для начала стоит хотя бы переброситься парой слов. И только потом лезть под юбку.

Магия заклубилась в груди, отзываясь на мой зов. Убивать я не собиралась и потому решила ограничиться лишь лёгким ударом тока, который должен будет отучить этого ублюдка нападать на беззащитных девушек. Да, я хрупкая и беззащитная, по крайней мере, пока меня не разозлят.

Сила всё росла, формируя в мыслях нужные узелки и руны для исполнения выбранного заклинания. Мне уже казалось, что я слышу этот тихий треск разрядов, готовых вцепиться своими острыми зубками в моего недруга и покусать его. Но едва магия стала выплескиваться наружу, как всё тут же завершилось, и заклинание не успело сформироваться вне сосуда маны.

Не поняла? Где магия? Её словно кто-то блокировал!

Уже начиная потихоньку паниковать, я забилась в руках незнакомца, который всё это время тяжело дышал мне в затылок и словно не ощущал моего сопротивления. Попыталась хотя бы развернуться, но мне не позволили, а вот то, что происходило дальше, стало больше походить на безумие. При этом общее.

Мужчина склонился к моей шее, пробегая по коже языком и жадно втягивая воздух, погладил меня по бедру. Тонкая шерсть юбки затрещала под чужими пальцами, пока мой голос застрял в горле от настоящего страха. Вздрогнув всем телом я с ужасом поняла, что его действия не вызывают во мне отвращения, а, о низшие боги, наоборот поднимают волну возбуждения. Да ещё и таких размеров, что внизу живота позорно разгоралось нешуточное пламя.

Свободная рука незнакомца стала медленно, с каким-то извращённым наслаждением, изучать моё тело, и даже плотная ткань длинной юбки ему не мешала в полной мере оценить все изгибы. Моей же реакцией оказалась волнительная дрожь и резко пересохшее горло. И всё ещё никакого отторжения….

Однако не оставляя попытки вырваться, я ёрзала зажатая в тисках горячего тела и стены, отчего затвердевшие соски принялись тереться о внутреннюю сторону корсета, ещё больше разливая жар под кожей. Мой удар ноги тоже пришёлся впустую и я, громко дыша, замерла в попытке осмыслить происходящее.

И тут я поняла, что молчаливый незнакомец старается причинить мне как можно меньше вреда – ведь он не пытается меня ударить, приложить лбом об стену, а это сделал бы любой насильник при оказании сопротивления. Правда, тут же поспешила отругать себя за такие мысли. 

Меня тут вообще-то хотят трахнуть, при том не особо спрашивая моего мнения, а я оправдания ему ищу! Вроде бы головой не билась, а мозг перестает нормально работать.

Да, очень странно, что происходящее меня одинаково и заводило и злило, вместо того чтобы по-настоящему вгонять в ужас. И я не могла понять, что тому виной: прикосновения незнакомца, которые были на грани нежности и грубости, или же головокружительный свежий аромат, что исходил от мужчины. Этот запах был похож одновременно на морской бриз, затерявшийся в нежной сладости какого-то цветка и древесную терпкость окружённую теплом. Ничего подобного мне раньше слышать не доводилось.

Встряхнув головой, поспешила избавиться от наваждения. Ситуация всё ещё была пугающей и абсурдной, и потому я уже собиралась с новой силой приняться вырываться, раз уж вредить мне не собираются, но мой план рассыпался в прах.

Едва только невесомый, можно сказать, робкий поцелуй коснулся моего плеча, оголённого во время борьбы, всё здравомыслие улетело куда-то очень далеко, и остались только ощущение крепкого тела позади меня, да мои ошарашенные чувства. Его древесный запах, со свежими нотками морского ветра, резко усилился, и меня повело так, как не вело от злополучного шалфея Элрада.

Мне даже в голову не пришло закричать или что-то сказать, будто я побоялась разрушить эту странную игру.  Потому лишь наше громкое дыхание улетало в почти кромешную тьму узкого коридора, отражаясь от стен и возвращаясь ещё более жаркими стонами. Даже не сразу поняла, что издаваемые мной звуки уже мало напоминали вздохи испуганной жертвы. Теперь они скорее походили на придыхание соблазнительницы, жаждущей скорейшего продолжения. А меня сейчас всего лишь гладили горячей ладонью через одежду.

Такими темпами ещё чуть-чуть и я замурлыкаю в стальных объятиях того, кого знать не знаю.

Словно уловив тот момент, когда я передумала сопротивляться, мужчина отпустил мои руки и усилил напор, растворяя остатки моего самоконтроля и негодования умелыми ласками.

Обжигающая рука, которая только что гладила мою грудь, уже нырнула под широкий подол юбки и скользнула между моих ног, раздвинутых крепким коленом, задевая при этом чувствительную кожу бёдер. Пылкое дыхание коснулось эрогенной точки за ушком, а влажный язык дразняще пробежал по хрящику, заставляя меня рвано выдохнуть. Возбуждение вытеснило все мысли и я, ведомая лишь зовом плоти, прогнулась, откидывая голову на сильное плечо, одновременно прижалась ягодицами к твёрдой выпуклости на штанах.

Жёсткие пальцы, убрав со своего пути ткань трусиков, раздвигают мои нежные лепестки, успевшие набухнуть от желания, и безнаказанно ныряют в узкую пещеру. Моё лоно сокращается, чувствую вторжение, но нежные движения заставляют расслабиться и насладиться ощущениями. Пока незнакомец с явным наслаждением трахает меня пальцами, я зажимаю рот ладонью, чтобы не кричать.

Однако сладострастный стон вырвался из моей груди одновременно с рванувшим по всей коже стадом мурашек. Терпкий запах мужчины дразнит обоняние и будоражит кровь – ещё никогда я не испытывала подобного влечения, тем более если учесть как всё начиналось. Но то, что происходило сейчас, просто сметало весь здравый смысл, превращая меня в комок оголённых нервов и первобытных желаний.

Тёмный и глухой коридор, незнакомец, лица которого я даже не видела, бессовестные ласки, уносящие меня на вершину блаженства – всё это сложилось в идеальную мелодию, которая барабаном отбивала ритм в моих ушах. Быстро, резко и снова медленно, в такт движений пальцев во мне.

Такими темпами ещё немного и я точно кончу.

Словно почувствовав это, незнакомец задрал мою юбку как можно выше, освобождая себе путь, и одним движением разорвал узкую полоску трусиков, лишая меня такой хлипкой защиты. Небольшая заминка позволила мыслям ненадолго вернуться, и я попыталась было оттолкнуть мужчину, но возбужденный рык пригвоздил меня к полу.

О, Геката, да меня же сейчас отымеет оборотень! Нужно бежать! Зачем мне эти проблемы с двуипостатными? Да и вообще, какого вурдалака он забыл в нашей академии?

Но всё это осталось только в моей голове, ведь пока я приходила в себя от осознания всей ситуации, неизвестный оборотень вновь вдавил меня в стену, и я почувствовала горячую и твёрдую плоть между бёдер.

Судорожно вскрикнув – не знаю, чего было больше в этом крике: предвкушения или возмущения – я предприняла последнюю попытку вырваться, но меня предостерегающе ухватили зубами за тыльную сторону шеи и, приподняв за талию, попытались насадить на член.

Когда головка коснулась самого сокровенного, перед глазами вспыхнули фейерверки, и я громко застонав, впустила в себя бархатистую плоть. Мужчина одобрительно заурчал и принялся сначала медленно, а потом всё наращивая темп, вонзаться в меня. Ощущения были настолько приятными, что всё, что я могла делать, так это только кричать от наслаждения, позабыв о том, где мы, и что в любой момент кто угодно может нас застать, да царапать напряженными пальцами стену. Я даже не обратила внимания на то, что уже никто не держит мои руки.

Оборотень за моей спиной возбуждённо рычал, и, чередуя поцелуи и укусы на моей шее, ещё больше затягивал в это безумие.

Пока одна его рука крепко держала меня за бедро, контролируя скорость движения в моём лоне, вторая пробралась под блузку, сноровисто расстегнула крючки корсета и принялась играть с затвердевшим соском, отчего я всё более развратно стонала. Смазка уже ощутимо стекала вниз по моим плотно сжатым ногам, а я готовилась рассыпаться на тысячи осколков. Ощущения были настолько сильными, что подкрался страх – а смогу ли я собраться воедино после такого взрыва?

– Я сейчас…, – прохрипела сорванным голосом и бурно кончила, забившись в руках незнакомца. 

Оборотень тоже не отстал, и едва мои слова стихли, как он поспешил нагнать меня, вздрагивая всем телом и извергаясь в меня. Ещё несколько всё замедляющихся толчков досталось мне и после того как мужчина кончил. Отметила это лишь краем сознания, которое всё не спешило собраться воедино. Долго, пожалуй, слишком долго оно возвращалось в отяжелевшее от истомы тело. Но после такого удовольствия очень многое становится неважным.

Когда слух и зрение вернулись, первое что привлекло моё внимание это два рваных дыхания – мы словно пробежали марафон, при том с мотивацией в виде озлобленного пса преисподней за нашими спинами. 

Едва чужие руки исчезли я, не удержавшись, сползла по стеночке на пол и упёрлась лбом в неожиданно прохладное дерево, или просто это слишком горела моя кожа.

Уже более придя в себя,  повернулась, чтобы посмотреть за спину, и ожидаемо полюбовалась едва различимой противоположной стеной. Странное опустошение накрыло, когда мой лучший партнёр за всю жизнь просто взял и сбежал. И это при том, что наш секс скорее походил на быстрый перепих, но менее ярким он от этого не становился.

Поднявшись на подрагивающих ногах, я поправила юбку и поморщилась от не самого приятного ощущения вытекающего семени. Как жаль, что даже бельём его теперь не остановишь, ведь я даже не знаю, куда подевались его ошмётки. Потому липкая струйка без препятствий заскользила вниз по бедру, заставляя поморщиться. 

Для начала не помешает заглянуть в душевую и привести себя в порядок. Хотя, наверное, не стоит спешить смывать с себя такой подарок…

Хм, а почему бы не проучить этого блохастого мачо? Заглянул к нам, в тёмном углу поимел ведьму, а потом безнаказанно свалил в закат? Ну, нет, это будет слишком просто. Пусть он подарил мне самый мощный оргазм из всех, что у меня был, но он должен поплатиться. 

Остался бы, хотя бы имя своё назвал, попробовал бы извиниться – ведь оборотни очень уж помешаны на запахах и зачастую не могут контролировать свои инстинкты, а мой аромат ему явно приглянулся, весь затылок натёр своим носом (хоть это очень странно) – и я бы просто пошла дальше. Тем более после того удовольствия, что мы получили вместе. А теперь – это дело чести, и плевать на то, что и люди, и оборотни считают, что у нас её нет.

Глава 3. Ведьма и месть

…щепотка зверобоя, горсть волчьих ягод и самый главный, завершающий ингредиент – семя того, кого нужно проклясть.

Зелье булькало в маленьком котелке, опирающемся пузатыми краями на трехногую стойку, которая удерживала его над термической галькой. Над столом, изготовленном из жаропрочной древесины, повис стойкий горьковатый запах. Это означало, что всё сделано правильно.

Щёлкнув пальцами, немного убавила температура, давая потомиться моей мести на медленном огне, при этом позволяя ей приобрести дополнительные свойства – они станут неприятным сюрпризом для моей жертвы. Но именно того я и добивалась, чтобы этот наглый волчара набрался самых незабываемых впечатлений.

Жидкое проклятье стало переливаться синими и лиловыми всполохами, отражаясь на стенах не самыми дружелюбными узорами. Даже человек без фантазии сможет разглядеть смеющиеся черепа, что, то сливаются в сплошной поток, то снова проявляются, потешаясь над судьбой незадачливого обидчика мстительной ведьмы. Им-то хорошо, они уже мертвы, а своей жертве я такого счастья не доставлю. Слишком легко не отделается.

Блохастый явно не блещет умом, иначе не стал бы допускать такую глупость и оставлять мне часть себя, так идеально подходящую для наведения порчи. Теперь его дружочек покроется милыми пятнышками в цвет зелью, и они будут приносить немалый дискомфорт. Снять проклятье смогу только я – специально выбрала сложнокомпонентное зелье, чтобы завязать его на себе и заставить этого пса приползти ко мне с извинениями – так что он у меня ещё попрыгает.

Всё-таки очень неплохо быть на хорошем счету у преподавателей, это позволило мне спокойно воспользоваться лабораторией зельеваров – профессор Вайлет точно будет не против моего вторжения, тем более, если я сама признаюсь и поясню, для чего потревожила её запасы.

Уж не знаю, как давно кто-то из этой четырёхлапой братии насолил нашему учителю, но её зеленые глаза крайне недобро загорались, едва она слышала слово «оборотень». А уж, какие ругательства при этом извергались из её нежных розовых губ, м-м-м, заслушаешься. Даже во время попойки гномов таких изысканных оборотов не услышишь, да и с фантазией у трехсотлетней ведьмы было всё в порядке, потому фразы по типу «отрыжка цербера» или «меховая задница» у нас уже прочно ассоциировались именно с двуипостатными.

Никто уже не помнит, когда вообще зародилась эта тихая вражда между колдунами и оборотнями, да и вообще никто точно сказать не мог – почему именно наши виды не могут поладить. Каждый раз находятся, конечно, желающие стереть эту вражду через жаркие пляски в постели, но-о-о, подобное всегда заканчивается неважно.

То ведьмака, покусившегося на самку оборотня, порываются загрызть её зубастые родственники, то она сама попытается порвать неверного колдуна после очередной измены. Потому наши парни предпочитают засматриваться на менее клыкастых особ – ведьмак, соблазнивший дракониху не в счёт.

А с парой ведьма-вервольф дело обстоит гораздо хуже – мы излишне свободолюбивые и не терпим даже намека на то, чтобы кому-то принадлежать. В то же время любой волк, даже самый слабый в стае, активирует своего глубоко спрятанного альфу, едва у него появляется женщина. Туда не ходи, с тем не говори, с этим не целуйся – и неважно, что вообще-то при замыкании на одном человеке, или же оборотне, начинает страдать качество нашей магии. Вот и въелись в нас стереотипы: ведьмы/ведьмаки – шлюхи, а оборотни – озверевшие собственники.

Сколько угодно они могут называть нас похотливыми тварями, но ещё ни один ведьмак не зажал в тёмном углу волчицу и не поимел её, не сильно при этом интересуясь её мнением. И тут даже дело не в светлом характере колдунов, а скорее в принципе. Не ведомые животными инстинктами ведьмы и ведьмаки предпочитают соблазнять, завораживать и завоёвывать своих жертв. Да, в основном только чтобы провести вместе пару приятных ночей – за что нас и не любят простые люди, сколько юных дев и юношей попортили – но всегда только по обоюдному согласию. К тому же многие признавались, что именно обхаживание вожделенного объекта заводит куда сильнее, чем самый горячий поцелуй.

– Так что, мой милый коврик, страдать ты будешь вдвойне, ведь у подобного колдовства есть прекрасная, долгоиграющая побочка, и ты проклянёшь тот день, когда ступил на порог академии, – пропела я, с жадностью рассматривая загустевшее варево.

Перелив в зачарованный флакон всю жидкость до капли, приплясывающей походкой отправилась завершать заклятье. Жаль, что сегодня я так и не попаду в подсобку профессора Тарона, но такое важное дело, как месть мохнатому, откладывать нельзя. Просто завтра стоит прийти пораньше и приступить к поручению, а то вечером мне необходимо заглянуть к графине Исиль – оклад сам себя не отработает.

Уже на пороге академии призвала плащ, отороченный серым мехом, и только тогда скользнула через тонкую мембрану защитной магии, что не позволяла редким снежинкам впорхнуть в здание.

В Грэмхелл зима спешила прийти как можно скорее, устилая тонким покрывалом дорожки и крыши. Потому все деревья, заботливо укрытые тёплыми куполами, уже слабо светились радужной плёнкой, ведь они ещё даже не успели растерять свои пушистые кроны, которые совсем не подходили холодному краю. И всё это прихоть предыдущего ректора – тот так любил юг, что притащил сюда растения не соответствующие довольно жесткому здешнему климату. Из-за чего теперь десятки адептов постоянно обязаны подпитывать щиты бедных деревьев, чтобы те не загнулись от непривычного холода.

Шагая по всё ещё постоянно тающему снегу, отметила что, пожалуй, эта странная контрастность мне даже нравилась. Словно какой-то великан решил сохранить кусочки лета под стеклянными колбами, которые, то ровными рядами, то вразнобой разместились во дворе академии. Да и вообще день сегодня был загляденье. Несмотря на срывающийся снег, солнце светило всё так же ярко, постоянно выныривая из-за редких пушистых серых тучек. Так что моё настроение быстро ползло вверх наперекор всему произошедшему.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Мне было откровенно лень пользоваться обычной повозкой – и нет, я не красуюсь тем, что, наконец, получила разрешение на использование стационарного портала – и потому приподняв юбку свободной рукой, направилась прямиком к центральной арке. Кстати юбку пришлось штопать бытовым заклинанием, потому что мой почти проклятый пёсик умудрился немного порвать её. Вторую же ладонь приятно согревало свежесваренное проклятье, и это тепло заставляло меня предвкушающе улыбаться. Оглянувшись, полюбовалась пустыми тропами среди укутанных заклинанием деревьев, да стенами академии, выстреливающими ввысь.

Мои следы на извилистых дорожках быстро исчезали вместе с белым полотном снега, растапливаясь специальным заклинанием. Благодаря этому не приходиться тонуть в сугробах даже в самую снежную зиму. Очень удобно, особенно когда надо босиком смыться от не растерявшей ревности ведьмы – то же Велет так частенько мотается. Эх, когда-то и я была трепетной первокурсницей. Как хорошо, что то время было, но ещё лучше, что оно уже прошло.

Взлетев по ступеням, остановилась ровно посредине пентаграммы высеченной в граните без единой снежинки и влаги. А всё благодаря витражному навесу с вечно морозными узорами.

Послав магический импульс для активации портала, по привычке глубоко вдохнула немного колючий воздух и приготовилась к переносу. 

Короткая белая вспышка и вот уже передо мной не тихий дворик в академии, а шумные улочки нашего ведьмачьего городка, хотя представителей иных рас здесь тоже можно было встретить в избытке. Академия, раскинувшая свою территорию на утесе, расположившемся с северной стороны Грэмхелла, блестела тёмно-серыми стенами и чёрной черепицей вытянутых крыш не хуже сумрачного алмаза. Для всех ведьм и ведьмаков это место было куда дороже любого драгоценного камня и только здесь мы могли никого не бояться. Ведь этот город с короной-академией  – наша крепость.

Бросив рассматривать далекий пейзаж самой известной академии всех королевств, поспешила спуститься с площадки телепортации и бодро пошагала к узкой улице, убегающей в торговый квартал. Зацепившись взглядом за одинокое дерево на углу, подумала, что вот так и положено выглядеть деревьям на территории академии – уже потерявшее всю листву, оно корявыми линиями застыло в ожидании следующего прихода лета, которое длилось от силы пару месяцев.

Лавируя по узким венам нашего городка, высланным серой брусчаткой с налётом из мокрого снега,  я довольно быстро добралась к своей цели. Ярко-синяя дверь, украшенная серебристыми рунами, встретила меня вывеской «Закрыто», но я нагло постучала и, не заставив меня долго ждать та распахнулась.

Горящие золотом раскосые глаза недовольно впились в моё лицо, затем скользнули вниз и наткнулись на флакон, который я даже не потрудилась спрятать.

– Мне жалеть того бедолагу, или не стоит? – спросила Сирэн накручивая белую прядь на тонкий пальчик с острым маникюром, почти пылающего алого цвета, что повторял оттенок её пухлых губ.

– Ты же дроу, и не должна думать о жалости, – попеняла я серокожей красотке, на пороге, чьей лавки в итоге оказалась.

– После твоего колдовства многих даже мне хочется пожалеть, несмотря на мою веру, – изрекла Рэн, насмешливо сверкнув на меня золотыми глазами и пропустив внутрь. 

Тёмная Госпожа, которой поклонялись все подземные эльфы, призывала к тому, что правильно доставленная боль способна принести небывалое наслаждение, и потому все её адепты крайне положительно относились к пыткам и прочему беспределу. А потом ещё они удивляются: почему обычные люди, едва увидев серокожих стройных парней и девушек с белоснежными волосами, предпочитают закрыть ставни и захлопнуть двери на засов. 

Если уж восхищаться остроухими и пытаться провести ночь любви с эльфом, то только со светлым – у них хотя бы не окажется сюрприза в виде хлыста, пушистых пут и дополнительного хвоста, подходящего для всех рас. Так что многие предпочитают наслаждаться красотой дроу исключительно издалека.

– Ты меня смущаешь, я же не настолько мстительна, – пошаркала ножкой и потупила взгляд. 

Дверь в лавку без скрипа захлопнулась и поспешила щелкнуть замком, чтобы отрезать от нас покупателей не умеющих читать вывески.

– Хах, – бессовестно ухмыльнулась Рэн, – только мой брат по сей день спиливает рога, которые ты ему нарастила. Даже лучший тёмный маг Подземной Столицы не смог снять твою порчу, – посмеивалась дроу, отворачиваясь от меня, при этом, не пытаясь проявить хоть каплю сочувствия к своему родственнику.

Покачивая бедрами, моя почти подруга направилась к неприметной арке завешенной плотной тканью, и скрылась в подсобном помещении своей лавки артефактов.

Сбросив плащ на вешалку для посетителей, я последовала за ней и, миновав длинные стеллажи с товаром из самых разных уголков нашей земли не проявляя к ним интереса, шагнула в каморку. Потому как именно в этой комнатке находилось то, зачем я и пришла.

Тусклый свет, от парящих под потолком сгустков энергии, освещал прибитые к стенам полки, заваленные разным ценным хламом. В центре подсобки находилось сердце этого места – узкий постамент с наброшенной на него тканью. 

– А нечего было проводить мне такую экскурсию!  – остановившись напротив Сирэн, я завелась, оскорбленная до глубины души из-за одних только воспоминаний о её диковатом родственнике. – Это ж надо было затащить меня в ту пыточную и предложить использовать все приспособления по очереди. Да ещё и наглости хватило принять мой удар справа за ответные заигрывания! 

– Это вообще-то была всего-то комната для игр, – со знанием дела заявила тёмная эльфийка убирая покрывало с алтаря.

– Спасибо, но я в такое не играю, тем более с дроу. У вас же даже стоп-слова нет, – возмутилась, опуская фиал с проклятьем на отполированную поверхность. 

– А для чего оно? – очень искренне спросила Рэн. – Когда ты начинаешь просить пощады, тогда и начинается самое интересное.

– Вот потому-то ты и не можешь найти себе парня, – ткнула я в больную тему, но дроу лишь поморщилась. Она и сама это прекрасно понимала. Однако прожив больше века в городе с небом из кристаллов, и соседями, имеющими не одну “комнату для игр”, сложно поменять свои вкусы. И даже пышные бюст и бёдра, вкупе с тонкой талией, не помогали длинноногой эльфийке заманить в свою постель хоть кого-то. Зато поглазеть на довольно фривольные наряды Сирэн сбегались все местные мужики, и она этим нагло пользовалась, отчего её дело процветало.

– Ты уверена? – уточнила Рэн, прежде чем развеять порчу на алтаре и тем самым её активировать.

– О да, подруга! Этот говнюк просто обязан поплатиться, – кровожадно ответила, а сама вспомнила то, что произошло между нами. 

Жар тут же разлился по телу, концентрируясь на горошинах сосков и разливаясь между ног – как бы я не злилась, но секс был хорош настолько, что от одних воспоминаний накатывала истома. Даже боюсь представить, каким бы он мог быть, если бы никто никуда не спешил. 

– Ат’лаэро, – пропела Сирэн, взмахивая ладонями над алтарем из редкого чёрного дуба. Символы тут же вспыхнули золотом, немного подумали и залились тёмно-фиолетовым цветом, намекая на то, что удаленная магия не являлась доброй и светлой. Флакон с порчей мелко задрожал, подпрыгнул, зависнув в воздухе на несколько секунд, и рассыпался антрацитовой пылью, которая исчезла до того как коснулась гладкой поверхности алтаря.

– А теперь, подождём, – оскал, отразившийся на моём лице, повеселил тёмную эльфийку настолько, что она даже не взяла денег за использование усилителя магии. 

Потому полночные расы мне больше по душе – они в отличие от полуденных умеют веселиться.

Глава 4. Ведьма и работа на полставки

– Ведана! Ну, наконец-то! – недовольно воскликнула моя работодательница, графиня Исиль, едва я переступила порог её конфетно-розовой гостиной. – Где тебя падшие боги носят? Всего через два часа нам необходимо быть на приёме у герцогини Кимроу, а ты всё еще похожа на побирушку! Быстро приведи себя в порядок! – даже не дав мне и слова вставить, негодовала графиня. Но стоило её выцветшему взгляду переместиться с меня на прислугу, всё изменилось.

– Позаботьтесь об этом безобразии, – махнув сухощавой ручкой в мою сторону, спокойно приказала графиня своим горничным. После чего моложавая старушка с нагромождением на голове, что сейчас называлось “модной прической”, как ни в чём не бывало, вернулась к чаепитию и книге, от которой её оторвал мой приход.

Ох уж эти аристократы. Наверное, у них помимо уроков этикета имеются особые курсы актёрского мастерства. Графиня Исиль так мастерски отыгрывает гнев, что ей могут позавидовать лучшие актрисы самого известного театра на континенте.

Не став тратить время послушно поскакала в сторону покоев, что выделялись для меня каждый раз перед очередным выездом. Пока за моей спиной низкие каблучки служанок стучали по мраморному полу, я лихорадочно вспоминала: принесла ли обратно вечерние платье, или они так и покоятся в моём скромном жилище?

Моя нанимательница оплатила мне модистку, и теперь я могла похвастаться тремя нарядами достаточно богатыми для выхода в свет. Но дело было не в щедрости знатной госпожи: просто моя старушка старалась утереть нос всем, даже если это касалось нанятой ведьмы. Поэтому если я покажусь перед графиней в простеньком платье, купленном на мои кровно заработанные и припрятанном к покоях на всякий случай, она скорее съест меня, чем позволит сопровождать её. К счастью один из оплаченных нанимательницей вечерних нарядов оказался на месте. Правда, не потому что я такая предусмотрительная, а просто потому, что это платье мне нравилось меньше всего и оттого не нуждалось в чистке.

Ну что за день сегодня? Одни расстройства…. Выспаться мне не удалось, и виной тому была даже не вчерашняя жаркая встреча с горячим оборотнем в тёмном углу, а всего лишь визит к маме. Я засиделась у неё допоздна – помогала разложить привезённую пряжу. Мама у меня славилась шерстяными накидками, которые вязала с помощью специального станка, и пусть в зимнем городе, почти всегда засыпанном снегом, она была неединственной, кто занимался продажей тёплых вещей, но у мамы было достаточно постоянных клиентов, что позволяло не бедствовать. Некоторые из них даже делали заказы на шерстяные пледы и необходимую мелочёвку.

В итоге, провозилась я долго, и домой вернулась за полночь, после чего встала едва ли не с первыми лучами солнца и поспешила вернуться в академию, чтобы хотя бы начать наводить порядок для профессора Тарона. Тем более нужно было приготовить парочку омолаживающих притирок и новую ароматическую пудру для графини Исиль, благо старшекурсники имели доступ к общим алхимическим лабораториям – главное принести свои ингредиенты, которые я, конечно же, забыла, и пришлось ещё несколько раз мотаться в Грэмхелл.

Обедая и уже почти ужиная на ходу, прибежала в особняк своей нанимательницы, чтобы отдать заказ и убедиться, что большего от меня пока не требуется. Однако как оказалось, на сегодня у неё был запланирован светский выход, и я должна была её сопровождать, так как являлась чем-то средним между компаньонкой и телохранительницей.

Тут же вспомнила, что вообще-то умудрилась даже свою честь не защитить – подумала, поправилась – то, что от чести осталось, не смогла защитить.… Ещё подумала – поняла, что быстро втянулась в процесс и как-то потом мало сопротивлялась. Так что подобное даже нападением уже не назовешь, засмеют.

Ладно, вторая роль скорее чисто номинальная – в нашем городе обычным людям живётся куда безопаснее, чем в остальных. Уж не знаю из-за того ли, что ведьмаком и ведьм на один квадратный фут тут больше чем в иной стране целиком, или из-за того, что мы предпочитаем связываться только с равными – люди для нас слишком слабые и потому как-то совестно их обворовывать или нападать на них. Потому большая часть знати, что впадала в немилость правителя своего королевства, предпочитала переезжать в Грэмхелл, на время, пока они не вернут расположение, да так тут и оставалась. Было что-то в этом трескучем краю с белой заснеженной землей и ярким небом, расцветающим разными красками, и это что-то намертво привязывало к себе поселившихся здесь.

Пока мысли вяло текли, я с наслаждением отмокала в горячей ванной, с трудом вспоминая, что за тонким стеклом оконного проёма сейчас мелко порошит снег и постепенно набирает обороты мороз. Это казалось странным, тем более после того как тонкая веточка с зеленой листвой приветливо помахала в окно – да, не одна академия пользовалась тепловыми куполами, многие аристократы с кучей золота, могли позволить себе такую роскошь. Одна из моих обязанностей как раз состоит в том, чтобы следить за поддержанием тепла над деревьями графини, что она трепетно привезла со своей родины. Вот бы сдёрнуть с веточки тот ярко-оранжевый фрукт и вогнать в него зубы. Эх, в контракте этот пункт обозначен как: порча личного имущества госпожи.

Служанки недолго позволили мне наслаждаться уединением, и в шесть рук вытащили из ванной. После чего обтёрли, втиснули в пышное платье с узким корсетом на пуговках спереди и объёмными рукавами до локтей, высушили волосы специальным артефактом, что дул тёплым воздухом, и попытались хоть что-то изобразить из моих, остриженных едва ли не до плеч, волос.

Глядя в отражения я понимала: почему мне не нравилось это платье. Ткань имела плотную вышивку, отчего напоминала обивку дивана, да ещё и все цвета на котором были блёклыми. Ситуацию не спасали ни красивый крой декольте, ни редкие капельки полудрагоценных камней (такого же бледно-жёлтого цвета, что и часть вышитых цветов на платье), ни игривый разрез до колена, расположенный по центру юбки. Мне больше по душе были однотонные наряды с драпировками. Но как говорится: за чужой счёт и соль сойдёт за сахар.

Уже через час после моего прихода, я стояла на пороге особняка графини Исиль при полном параде. Аккуратная причёска из фиолетовых прядей мерцала шпильками, кружевная маска медного оттенка – как оказалось, мы ехали на бал-маскарад – таинственно скрывала пол лица, а бледно-бежевое платье, разбавленное розовыми и золотистыми цветами и зеленью их листьев, делало мою кожу бледнее обычного. Незаметно притопывая ножкой в шёлковой туфельке, я ожидала пока моя графиня помпезно спустится с, не такой уж и длинной для такого долго спуска, лестницы.

– Ты моя тень, потому просто молча стой за плечом, – отдала мне приказ графиня, и брезгливо приподняв двумя пальчиками юбку платья винного цвета, дождалась, когда дворецкий набросит на неё дорогую шубку и, задрав подбородок, поплыла на улицу к уже ожидающему нас экипажу.

Мысленно вздохнув, поплелась за госпожой, поспешно накидывая подбитый мехом плащ. Чувствую, мне будет очень и очень скучно. Аристократию я не любила, но полный желудок компенсирует все моральные угрызения и очень качественно вытесняет любые принципы.

Надеюсь, там хотя бы будет выпивка покрепче пунша, а то я же со скуки помру. Всё равно в крепости герцогини Кимроу – особняком её дворец язык не поворачивался назвать – моей  графине ничего не угрожало, так что я там буду скорее для того, чтобы показать всем её статус. Скукота.

***

Музыка гремела, отовсюду лился приторный смех, а я пыталась не переминаться с ноги на ногу от безделья, пока моя графиня выслушивала очередные не самые честные комплименты. Она была заядлой сплетницей и только поэтому с ней все предпочитали дружить – чтобы у моложавой старушки не нашлось повода приукрасить нечаянно выхваченный слух и не раздуть его в скандал. Потому женщины всех возрастов ей заискивающе скалились, а мужчины хвалили её свежий вид (к сожалению уже даже притирки не могли скрыть глубоких морщин), то, как она становится краше с каждым годом, и рассыпались приглашениями на очередной танец, от которых она всегда отказывалась.

Люди вокруг словно пришли на выставку лучших и самых вычурных нарядов. Даже лица у некоторых полностью были скрыты шёлковыми масками переливающимися самоцветами. Меня тоже парочка знакомых графини попыталась пригласить потанцевать, но стоило ей лишь зыркнуть на них, и прощебетать, что я не танцую, как желающие спешили раствориться в толпе.

– Ведана, будь так любезна, принеси мне ещё пунша, – в очередной раз услала меня нанимательница. Не то чтобы она так сильно хотела пить, просто иногда её перешептывания видимо не предназначались для моих ушей.

Вернувшись к своей роковой старушке – издалека её насыщенное тёмно-винное платье сразу притягивало взгляд и хотелось подойти к этой искусительнице, что не постеснялась облачиться в такой цвет, вот только вблизи вместо спелого яблочка тебя ожидал сухофрукт – обнаружила рядом с ней хозяйку этого вечера.

Герцогиня Кимлоу была богата, просто неприлично богата, и её снежный наряд, усыпанный крошкой небесных опалов, подчеркивал статус самой богатой женщины Грэмхелла. Её лицо сердечком почти не скрывалось полумаской из тонких платиновых нитей, повторяющих морозный узор. Пышные же волосы, собранные в объёмную прическу, были обильно присыпаны белой пудрой, скрывая как истинный цвет, так и возможную седину. Вот про герцогиню как раз можно было сказать, что она выглядит моложе своих лет, да и её возраст вообще не поддавался определению.

– Долго же ты ходишь, у меня в горле всё пересохло, – проворчала графиня Исиль, выхватывая бокал с розовым пуншем из моих рук, при этом жадно скашивая серые глаза на наряд герцогини.

– Ох, дорогая, оставь ты уже девочку в покое, пусть немного повеселится. Ступай дитя, а я составлю компанию графине, – показав ямочки на щеках, улыбнулась герцогиня Кимлоу. Перечить даме выше себя по статусу моя работодательница не посмела и лишь брезгливо махнула рукой, отпуская меня на волю.

Едва я ощутила вкус свободы, как расстроилась, поняв: всё равно особо делать нечего. Здесь я никого не знала так хорошо, чтобы подойти и завести светскую беседу, да и это искусство мне не особо давалось. Танцевать тоже не особо хотелось, тем более, сейчас пошла часть с особо сложными танцами, которые я могу и не осилить. Так что мои стопы направились к столику с горячительными напитками, а глаза стали выискивать в толпе то, что может помочь мне провести с пользой этот вечер. Правда чем больше я смотрела на здешних мужчин разряженных как павлинов, да и с такой же походкой, тем всё меньше мне хотелось найти того, кто скрасит завершение этого дня.

К тому же мужчины сами не спешили ко мне подходить, даже не смотря на то, что мои ведьмовские глаза были скрыты маской и не должны были отпугивать слишком осторожную знать.

Когда моя рука потянулась к понравившемуся бокалу, с почти не прозрачным креплённым красным вином, внезапно появившаяся широкая ладонь перехватила его первой.

– Вы это хотели? – произнес хрипловатый голос совсем близко, заставляя повернуть голову.

Оу, вот это рост! Мне даже пришлось запрокидывать голову, чтобы посмотреть в лицо незнакомого мужчины, точнее попытаться посмотреть. Его чёрная птичья маска скрывала всё кроме губ и была сцеплена вместе с капюшоном, не позволяя рассмотреть цвет его волос.

– Да, благодарю, – улыбнулась этому ворону и сжала пальцы на протянутом бокале. Наши пальцы соприкоснулись, позволяя насладиться жаром его кожи, и моя улыбка стала ещё шире, когда он так и замер не спеша разорвать наше прикосновение.

Я не видела его взгляд, но понадеявшись, что мужчина неотрывно наблюдает за мной, призывно повела плечиком и слегка наклонила голову, словно предлагая шею для поцелуев. Послышалось гулкое сглатывание, и я поспешила закрепить результат. Немного приоткрыла губы и, показав между ними всего лишь на мгновение кончик языка, томно вздохнула. Грудь качнулась, притягивая взгляд и побуждая незнакомца к действию.

– Обычно, я подобного не делаю, – слегка наклонившись ко мне, тихо начал мужчина, – но могу ли я пригласить вас пообщаться в более приватной обстановке? – вкрадчиво спросила моя жертва соблазнения.

Ещё раз оценив: его рост, размах плеч и поджарую, но полную скрытой силы фигуру, которую только сильнее подчеркивал глухой чёрный сюртук и брюки, сделала вид, что задумалась. А когда “мой ужин” уже начал медленно, но верно каменеть, осознавая: какую он оплошность совершил, предлагая что-то настолько пошлое незнакомке, едва заметно кивнула.

– Тогда следуйте за мной, – попросил мужчина, убирая свою руку из-под моих пальцев и отпуская бокал. Затем он чуть поклонился как того требовал этикет и отошёл первый от фуршетного столика.

Всё ещё ощущая нетерпеливую дрожь чужих пальцев, пришла к выводу, что возможно, этот день всё же закончится гораздо приятнее, чем начинался.

Глава 5. Ведьма и волк №2

Проследив, в какую сторону направилось моё приятное завершения дня, сделав два жадных глотка, поставила бокал на стол и словно прогуливаясь, направилась за ним.

Покинув зал, мы переместились в холл со специальными нишами. Моему будущему “ужину” приглянулась самая последняя – стеснительный, м-м-м, это будет сладко – и он, словно бы просто осматриваясь, при этом откинув тяжёлую портьеру, пропустил меня внутрь.

Ниша, отделённая от остальных точно таких же лишь тонкими стенами обтянутыми полотнами бордовой ткани, как нельзя лучше подошла для места нашего уединения – их же для того и создавали, чтобы разгорячённые гости могли пошалить. А потом ещё люди нас называют развратными. Ну-ну.

Узкий подоконник был оббит кожаными подушками, и я поспешила прислониться к нему копчиком – очень удобная высота, как раз позволит мужчине не сильно сгибать ноги.

Мой соблазнитель, или скорее соблазнённый, медленной походкой направился ко мне, словно хищник, который подкрадывается к жертве. Мне это понравилось, обожаю игры, особенно если я давала на них согласие.

– Уважаемый господин, вам не кажется, что здесь слишком уединённо? – с придыханием произнесла я, расстёгивая верхние пуговицы на корсете.

Он понял, что я лишь играю, тем самым повышая градус нашего знакомства, и судя по тихой усмешке ему явно нравилось, как всё развивается.

– Неужели? – вкрадчивый вопрос, и он ещё на шаг ближе ко мне. – Прошу меня простить, но отсюда я вас выпущу ещё нескоро, – хриплый голос обволакивал как патока, вызывая волнительную дрожь, что тонкими струйками жара сливалась воедино между бёдер.

Всегда считала, что у мужчины не только в штанах всё должно быть в порядке – голос очень часто играл немаловажную роль. Тем более если партнёр умеет пользоваться языком не только в узком смысле, но и способен говорит то, что разжигает страсть – это вообще верх блаженства.

– И что же вы хотите со мной сделать? Я девушка приличная и буду сопротивляться, – промурлыкала, невинно прикрывая ладошкой ложбинку, при этом порочно облизнув верхнюю губу.  Благодаря глубокому вдоху ранее расстегнутые пуговицы позволили корсету разъехаться, открывая вид на нежную бороздку между мягких полушарий не скрытую моей ладонью. Вторая рука была занята – я опиралась ей на мягкий подоконник.

Жёсткие пальцы тут же оказались на моем затылке, запрокидывая немного голову. Так было даже удобнее смотреть на мужчину, ведь он был намного выше меня. Пусть я и не видела его лица, но нетерпеливое дыхание и покрасневшие губы выдавали его желание.

– Тогда, можешь начинать сопротивляться, а я сделаю всё, чтобы ты передумала, – проурчали мне в ухо, обдавая его горячим дыханием. После чего мужчина наклонился, прошёлся влажным языком по моей шее, мазнул по щеке и, вернувшись к уху, принялся играться с мочкой. У меня даже коленки задрожали, когда мягкие губы начали посасывать такую чувствительную часть ушка.

Приятная волна тут же прокатилась по телу, заставляя меня тяжело задышать, а руки упёрлись в каменную рельефную грудь мужчины. Тут же захотелось сбросить с него камзол, распахнуть рубашку и пробежаться пальчиками по обнажённой коже, чтобы почувствовать, как под ней клубиться сила – не думала, что изнеженные аристократы могут иметь такое тело.

– Пожалуй, мне стоит закричать, – хрипло прошептала, и почувствовала, как горячие ладони стаскивают платье с моих плеч, оголяя  грудь. Мужчина отклонился, чтобы полюбоваться тяжёлыми полушариями, что бесстыдно вздымались и подрагивали в такт моему тяжелому дыханию.

– Тогда я буду просто обязан закрыть вам чем-нибудь рот, – усмехнулся почти любовник  мне прямо в губы, и моё воображения тут же нарисовало, ЧЕМ он будет мне его закрывать, отчего я задрожала в предвкушении.

Подхватив меня под ягодицы, мужчина аккуратно устроил меня на мягком подоконнике.

– Только после ответной услуги, – успела вымолвить, после чего жёсткие губы впились в мой рот.

Его язык поспешил скользнуть между моих губ, заставляя их раскрыться шире, чтобы захватить как можно больше территории. Мне явно давали понять, что это место ему хотелось бы заполнить чем-то другим, из-за чего я заводилась ещё больше.

Шероховатые пальцы принялись гладить, ласкать и мять мою грудь, перемеживая эти прикосновения с пощипыванием затвердевших сосков. В этот раз я очень пожалела, что не могу сейчас пользоваться всем спектром заклинаний, иначе меня накажут – пока я числюсь адептом, боевая и защитная магия разрешены только в стенах специальных полигонов или же в случае угрозы жизни моего нанимателя. В этот момент тут очень не хватает звукоизоляции, ведь едва горячие мужские губы освободят мои, я навряд ли смогу сдерживать голос. Пусть ведьм и считают бесстыдными, но секс всегда должен происходить только с теми, кто согласился в нём участвовать, без каких-либо случайных зрителей. Иначе Ковен впаяет такой штраф, что плотских утех тебе не захочется ещё очень долгое время.

Между тем на пол полетел уже ненавистный мне сюртук, а за ним и мужская рубашка. Теперь я в полной мере могла насладиться гладкой кожей своего любовника и почувствовать мышцы перекатывающиеся под ней. Моя юбка была бессовестно задрана, а ноги широко разведены, открывая перед мужчиной кружевное белье самой откровенной модели.

– Какой восхитительный вид, – проурчал мужчина, любуясь мной.

Из-за его загребущих рук мои короткие волосы, с таким трудом уложенные в прическу, растрепались и наверняка стояли дыбом. Платье скомкалось на талии, собравшись как снизу, так и сверху. Благодаря этому, жаркому взгляду стали доступны и открытые руки, и обнажённая грудь, и молочная кожа бёдер, облачённая в тонкой белое кружево, которое почти не скрывало самого сокровенного. 

Мужского терпения хватило на пару ударов сердца. И вот горячая ладонь касается моего лобка, уверенно скользя к порочно набухшим лепесткам, пока его горячие губы шепчут:

– Какая же ты плохая девочка, уже вся потекла. – Чарующий голос ласкал мой слух не хуже умелых пальцев уже дразнящих мои порочные складочки, заставляя вцепиться зубами в свою нижнюю губу, чтобы не закричать от наслаждения, и запрокинуть голову назад.

– Ну-ну, не нужно портить такие прекрасные губы, – ворковал надо мной этот инкуб в человечьем обличии скользя большим пальцем по моим губам, пока его вторая рука вытворяла что-то запредельное – он то нежно поглаживал вход, то нырял в жаркую глубину и медленно скользил пальцами по узкой пещере, то принимался ласкать мой клитор, а потом всё по кругу.

Возбуждение оглушало, лишая всех мыслей. Я даже уже не совсем понимала, где и с кем нахожусь, лишь где-то вдалеке теплилось удивление – за эти два дня я умудрилась нарваться на двух партнёров, что просто идеально подходили мне, и потому всё моё естество с радостью отзывалось на каждого из них.

Руки, упирающиеся в кожу мягкой обивки, уже дрожали под весом собственного тела, и я всё бы отдала, чтобы оказаться с этим мужчиной в постели и иметь возможность откинуться на спину, прогнуться, подставляя грудь под обжигающие поцелуи, но всё что мы имели, это – крохотная ниша и узкий подоконник.

Не желая получать удовольствие в одиночку, я с трудом выпрямилась, освобождая руки, и отправилась исследовать фронт работы. Ох, да тут у нас большой мальчик. Ого, да он ещё растёт! Как бы не порваться, работая с таким агрегатом, ну ничего, он явно знает что делает, потому и распалил меня настолько, что стали появляться крайне эротичные, но непристойные звуки, едва его пальцы ныряли в меня.

Обхватив бархатистый член у основания, плавно двинулась вверх, вырывая глухой стон из мужской груди. Переполненная возбуждением, даже не подумала стесняться и уже увереннее расположила вторую руку на его мошонке, с затаённым удовольствием играя с ней. Его дыхание ускорилось вместе с моей рукой, а в движениях появилась резкость. Если до этого все его поцелуи и прикосновения граничили с нежностью, словно меня боялись напугать, то сейчас жадные руки по-хозяйски принялись изучать моё тело, а губы осыпали сильными поцелуями – после которых точно останутся следы – всюду, куда могли дотянуться.

Поддавшись затопившему его безумию, я тоже принялась целовать его шею, плечи, покусывать мочку его уха, а в особо приятные моменты мне приходилось впиваться зубами в его ключицу, чтобы не закричать от наслаждения. И это мы всего-лишь дразним друг друга руками!

– Прости малышка, но, похоже, у нас не получится попробовать друг друга на вкус, я уже на пределе, – прохрипел мужчина, отрываясь от моей шеи.

– Тогда вставь мне уже быстрее, не могу больше ждать, – выдохнула, и сама припала к его губам в оглушительном поцелуе.

Мои руки отстранили, и на влажных порочных губах я ощутила горячую головку. Она потёрлась о клитор, вызывая очередную дрожь и заставляя глухо застонать прямо в рот любовника, а затем скользнула внутрь.

Всё тело словно пронзил разряд, едва я ощутила себя заполненной до краёв. Да, он был очень большим, даже болезненно-большим, но мужчина дал мне возможность немного привыкнуть, и первые его толчки были очень скупыми, растягивающими.

Закинув ноги ему на талию, я требовательно прижала его к себе, заставляя войти до самого конца, и меня неожиданно прострелил оргазм. Он был таким резким и ярким, что я даже растерялась, и потрясённо распахнув глаза, смотрела в тёмные прорези мужской маски. Даже хотела было расстроиться, ведь я не любила просто быстренько, раз, и кончить, хотелось ещё покачаться на волнах такого сильного возбуждения, но не тут-то было.

– Не думаешь же ты, что так легко отделалась? – вкрадчивый голос пробился сквозь гул крови в ушах, и потяжелевшее после оргазма тело, содрогнулось снова, начиная вбирать в себя расплескавшееся вокруг возбуждение. – Прости милая, но я всё еще голоден…

Мне показалось, что его глаза вспыхнули серебром, да и в его груди словно зародился рокот как у животного. Или всё это было и раньше, но я просто не замечала?

Обхватив меня за бёдра, любовник толкнулся во мне раз, ещё раз, после чего увидев, что я опять начинаю “плыть” от наслаждения, стал наращивать темп. Я с удивлением снова стала погружаться в тот странный трепет, и волны нового наслаждения стали прибывать, к тому же в этот раз они были куда сильнее прежних.

Хватаясь за широкие плечи, я кусала любовника за шею пока он, едва слышно рыча, вбивался в меня. Возбуждение тяжестью оседало внизу живота, распаляя место нашего соития и вынуждая снова терять связь с реальностью. А ещё терпкий запах его разгоряченной кожи, пряный вкус его губ, просто сводили меня  с ума, и я превращалась в сгусток удовольствия.

В какой-то момент он решил поразнообразить наше знакомство и, выйдя из моего лона, снял меня, едва живую от удовольствия, с подоконника, после чего повернул к себе спиной заставляя прогнуться в спине и опереться локтями на подушку. С уже хорошо слышным рычанием скомкав юбку, он опять вошёл в меня, и мне показалось будто это произошло в первый раз. И так произошло только из-за смены позы!

Небольшая передышка немного остудила его, так что теперь он двигался нестерпимо плавно, дразняще, вынуждая сильнее прогибаться в пояснице и зажимать свой рот ладонью. Хотя думаю что те, кто слышал наши сдавленные стоны, уже спешили найти того, с кем можно снять возникшее напряжение.

Сильные пальцы пробежали по волосам, откидывая их с затылка и обнажая заднюю часть шеи. Вот тут вся моя эротическая сказка пошла мантикоре под хвост.

– Так ты меченая? – звеняще спросил мужчина, замерев во мне.

– Что? – выдавила из себя я, всё ещё переполненная возбуждением. О чём он вообще?

– Ты связана с оборотнем, – зло выдал мой любовник, заставив меня оглянуться через плечо.

– О чём ты? С чего бы мне быть связанной с оборотнем? – продолжала тупить я.

– Не понимаешь, – от интонации, с которой были сказаны эти слова, кровь в жилах не просто похолодела, а поспешила превратиться в лёд.

Резко покинув моё лоно, мужчина дёрнул меня вверх и, развернув к себе, сорвал маску с моего лица.

– Ведьма, – выплюнул уже не такой привлекательный любовник, явно любуясь моими нечеловечески синими глазами.

– Да. Какие-то проблемы? Я думала любой человек не против горячей ночи с ведьмой, тем более ты сам ко мне подошёл, – окрысилась тут же на хама, который испортил такой прекрасный момент.

Кстати о моменте, мы сейчас выглядим очень и очень эффектно – полуголый мужик в маске с капюшоном и расстёгнутыми брюками, из которых колом торчит достоинство. Растрёпанная я, с сиськами наголо и в помятом платье – очень колоритная парочка.

Схватив меня за плечи, истеричный мужик стал жадно обнюхивать мою шею, и вот тут-то в мой тупой мозг стало приходить понимание.

Да какого *** мне попался ещё один оборотень! У них что, намечается собрание в Грэмхелле? И такими темпами: сколько ещё его сородичей окажется между моих ног?!

– Ты не пахнешь как ведьма… Чем-то опрыскалась, дрянь? – прорычал мне в лицо трахнувший меня оборотень под номером два и я, не удержавшись, влепила ему затрещину.

Мужчина пошатнулся и неверяще замер напротив меня. Сузив глаза, подняла руку – сжатый кулак едва заметно светился синим, придавая ему нечеловеческую силу.

– Слушай сюда, мохнатый, – начала я довольно тихо, но чем больше слов я произносила, тем громче становился мой голос. – Да я лучше демона призову и перепихнусь с ним, чем стану убивать свой колдовской запах ради секса с псом! И раз уж я так тебе противна, то каких же падших твой кол всё так же бодро торчит?

Глухой рык последовал, едва стихли мои слова, и оборотень попытался спрятать свой член в штаны, но тот упорно рвался на встречу со мной. Молча справившись с проблемой, мужчина быстро подобрал рубашку, одел её и, схватив сюртук, шаровой молнией вылетел из нашей ниши, напоследок бросив:

– Лучше больше не попадайся мне на глаза, ведьма…

– И тебе того же, – огрызнулась в пустоту, но зная какой у них слух уверена, что оборотень услышал.

Ублюдок. Бросил портьеру нараспашку, а я тут вообще-то не полностью одета!

Натягивая корсаж, угрюмо размышляла над своей невезучестью и старательно гнала от себя мысли о странной реакции на эту мохнатую братию. Надеюсь, эта болезнь лечится.

Глава 6. Ведьма и наказание

Стыдно сказать, но даже после произошедшей сцены я была дико возбуждена. Может, оставь очередной оборотень меня сразу после первого оргазма, то волна раздражения смыла бы всю похоть. Теперь же, из-за неудовлетворенности растёкшейся по всему телу, моё настроение упало до «убить первого, кто неправильно подышит в мою сторону».

Тц, жаль эта волосатая задница не успела кончить, так бы у меня был второй проклятый за сутки, но эта псинка сбежала, до того как излила своё семя. Теперь только и остаётся кипеть, не имея возможности вывалить на виновного свой гнев.

Задёрнув занавес ниши чтобы скрыть свой вид от случайных прохожих, окинула себя взглядом и выругалась. Вся ткань платья была изрядно помята, а на коже уже начинали розоветь засосы. Даже боюсь представить, как выглядят сейчас мои волосы. В таком виде точно нельзя показываться перед более морально возвышенным обществом.

Плюнув на запрет – всё равно теперь накажут, так какая разница за одно или парочку заклинаний – применила маскирующие чары к платью  и коже. Волосы так же расчесала магией уже не боясь, что за это так же прилетит, ведь данная магия относилась к бытовой и не попадала под запрет.

Теперь надо найти  графиню Исиль до того как…

«Ведана Ронк! Проследуйте в кратчайшие сроки к главному зданию Ковена, и доложите дежурному магистру причину всплеска вашей магии! » – тут же прогудел в голове противный голос артефакта, подтверждая, что разбрасываться заклинаниями в Грэмхелле у ведьмы, не получившей лицензию, не выйдет.

Вернувшись к веселящимся гостям, пробежала по всему залу пару раз, постоянно сталкиваясь с уже изрядно расслабившимися – спасибо выпивке – аристократами, так и не обнаружила графиню. Додумавшись спросить у пробегающего мимо слуги о местонахождении графини Исиль, выяснила, что она уже ожидает экипаж на крыльце. Тут же рванула за ней, иначе она мне потом несколько десятков раз выскажет о моей некомпетентности, и будет постоянно жаловаться: как ей бедняжке пришлось самой добираться до своего дома.

В экипаж нанимательницы влетела в последнее мгновение, едва не сшибив с ног кучера уже закрывающего дверь.

– Как вовремя, – проскрипела графиня таким тоном, словно я оскорбила не только её маму, но и всю родню до седьмого колена. – Я утомилась, так что когда окажемся на территории поместья, можешь быть свободна.

– Спасибо, надеюсь, вы хорошенько отдохнёте, госпожа Исиль, – поспешила подлизаться, чтобы не слушать ещё неделю её брюзжание.

– Графиня! Не стоит принижать мой титул! – тут же вскинулась женщина.

– Конечно, графиня Исиль, у меня даже в мыслях подобного не было, – тут же подобострастно исправилась, чтобы не раздражать её ещё больше, игнорируя свои нервы, натянутые до предела.

В гробовой тишине мы доехали к поместью, где я быстренько переоделась в свою юбку с блузкой и не став откладывать вызов на ковёр, направилась в центр города, где располагалось главное здание Ковена – даже в это время там будет дежурный.

На чёрном небе ярко сияли звёзды, и даже лёгкий свет магических фонарей не мог их заглушить. Успевший подтаять за день снег тонкой коркой застыл на дорожках, похрустывая под подошвой моих подбитых мехом ботинок. Идти было недалеко, и совсем скоро впереди тёмной пикой показалось здание Ковена, в котором мягкий свет первого этажа намекал, что там кто-то есть.

Довольно простой холл, встретил меня глухим эхом и теплом. Здесь горели лишь два ночника, разгоняя сумрак и позволяя рассмотреть дорогу к приемному кабинету. Быстро сократив расстояние до нужной двери, замерла, пытаясь оттянуть неизбежную кару, но, сколько не стой, всё равно придётся отдуваться за то, что решила надрать зад наглому волчаре.

Глубоко вздохнув, без стука потянула за ручку – всё равно дежурный уже давно засёк моё присутствие и ожидает когда же я, наконец, войду. Дверь противно скрипнула и за ней, закинув ноги на стол, обнаружилась…профессор Вайлет.

Рыжая ведьма, окутанная тёплым жёлтым светом из камина за её спиной, методично метала в стену напротив стальные перья, попадая чётко то в один глаз, то в другой на портрете декана Рирэда.

– Ведана, не думала, что ты так оплошаешь, – даже не посмотрев в мою сторону, произнесла учитель. Видимо этой ночью обязанности стража покоя Грэмхелла лежали на ней.

– Простите, но у меня была причина, – тяжело вздохнула, при этом ликуя в душе. Более удачной кандидатуры в этот момент было не найти, ведь у меня есть волшебное слово которое, конечно не отменит наказания, но точно его смягчит.

– Да, интересно будет её послушать, – лениво протянула ведьма, вгоняя перо точно в зрачок декана факультета ядов.

– Вы же знаете, что я никогда бы не нарушила правило, но этот оборотень…, – многозначительно замолчав после сакрального слова, потупила взгляд, однако перед этим успела заметить, как зелёные глаза профессора зельеварения недобро сузились.

– Значит, ты применила магию для того, чтобы надрать хвост одной блохастой морде? – с ленцой спросила ведьма, задумчиво прокручивая в пальцах блестящее перо.

– Да, правда одного удара ему хватило, но я очень хотела ещё разочек ему врезать, – “покаялась” я.

– Как жаль…, в смысле, что ты нарушила правило, конечно же, ведь теперь мне придётся тебя наказать. – Слишком яркие зелёные глаза вонзились в меня, оставляя в покое портрет “любимого” коллеги.

– Я понимаю, – покорно произнесла, сдерживая улыбку.

– Но думаю в твоём случае можно не так усердствовать. Вот, – учитель бросила на стол три тонких папки, – сама себе выбери исправительные работы, здесь самые лёгкие. Можешь расположиться вон там, – взмах руки, указывающий мне за спину, после которого у меня возле уха просвистело металлическое перо.

Я повернулась, чтобы увидеть мягкую зону и торчащее в стене лезвие.

– Ой, прости, что-то пальцы совсем не слушаются. Просто у меня аллергия на собак, и отчего-то сейчас мне очень отчетливо чуется запах псины. – Похлопав длинными ресницами, профессор Вайлет поманила пальчиком уже выпущенные снаряды, и они, повиновавшись, вернулись к своей хозяйке.

Резко пригнувшись, пропустила над головой перо и, проклиная про себя слишком сообразительную рыжую ведьму, поспешила усесться на диван, чтобы как можно скорее выбрать наказание и скрыться подальше от зелёных очей учителя.

Так-с, что тут у нас? В первой папке оказалось прошение на дополнительного человека для патрулирования ночного Грэмхелла – сразу отметаем, иначе на отдых времени у меня совсем не останется. Во второй было направление в отряд охотников – хотя скорее здесь предлагалось “упасть им на хвост”, и пока они будут заниматься своими делами, собрать для Ковена лунный снежник. Ну, ничего себе у неё тут лёгкая работка! Да эта же гадость появляется только при свете луны и растёт маленькими кустиками, так что, чтобы собрать заявленное количество травы придётся буквально на коленях поползать едва ли не в каждом встреченном подлеске.

Спасение обнаружилось в третьей папке. По сравнению с остальными здесь нужно было только обновить бестиарий магических растений из городской оранжереи. Да, размеры у неё были немаленькие, но эту работу я могу спокойно выполнять вплоть до начала занятий между наведением порядка для профессора Тарона и услужением графине Исиль, так как сроком исполнения у неё стоял целый месяц.

– Я выбрала, госпожа Вайлет, спасибо за такую возможность, – положив на край стола не понадобившиеся две папки, как можно благодарнее улыбнулась рыжей ведьме.

Ничего, всего два года и уже никто не посмеет швырять в меня даже косым взглядом. Этика ведьм и ведьмаков проста – не тронь того, кто может проклясть не только тебя, но и всех твоих потомков. А я, между прочим, без лишнего бахвальства была в этом лучшей на своём курсе.

Глава 7. Ведьма и разрядка

– И тебе тёмной ночи, – хриплым спросонья голосом поприветствовал меня Вельт оперевшись о дверной косяк своей квартиры. – Чего это моей ведьмочке не спится?

– Прости что разбудила, но сил нет терпеть, – выдохнула, глядя в мутные голубые глаза и, втолкнув ведьмака внутрь, притянула его голову, чтобы впиться в мягкие губы жадным поцелуем.

После всех сегодняшних событий меня просто разрывало от эмоции, и я решила пойти по самому простому пути чтобы расслабиться – заняться сексом с тем, кто не сбежит в середине процесса. На роль помощника в этом нелегком деле я выбрала самого близкого друга, который жил в том же доме что и я, только на два этажа ниже. Заодно стоит его утешить из-за моего отсутствия на шабаше.

– Знаешь, крошка, буквально полчаса назад я готов был сказать, что выжат до предела, но тебе удалось меня взбодрить. – Оторвавшись от моих губ, поделился Вельт. - Колись, высший бал по некромантии в этом играет какую-то роль? – после его шутки последовал наш общий смех, а затем я прильнула к другу ближе.

– Обижаешь, чистый шарм и никакой магии, – промурлыкала, обнимая ведьмака за шею. Встретил он меня только в пижамных штанах и потому я с наслаждением прижалась к горячей обнажённой коже торса.

– Так и быть, поверю тебе на слово, крошка, но ты не будешь против, если я сделаю пару глотков кофе? Всё же проснулся только он, – многозначительный взгляд голубых глаз вниз, – а я никак не могу расстаться с тёмной стороной, – сдерживая зевоту, слегка остудил мой пыл Вельт.

– Конечно, милый, только не заставляй меня слишком долго ждать, – пропела, отстраняясь от парня. 

Отойдя к вешалке, сбросила на неё своё длинное пальто, под которым у меня был лишь лёгкий шёлковый халатик. Специально не стала надевать белье, тем более, сразу после освежающего душа этого делать не хотелось – вообще-то я пыталась остыть с его помощью, но ничего не вышло.

Покрутившись перед зеркалом в прихожей пока ведьмак гремел посудой, поправила волосы, убедилась, что со всех сторон хороша и, почувствовав аромат кофе, решила, что уже пора переходить в наступление.

Впорхнув под заинтересованным взглядом Вельта в маленькую кухню, освещенную лишь огнём нескольких свеч (о романтике друг не забыл, потому-то он никогда не обделён женским вниманием), присела на столешницу круглого столика и закинула ногу на ногу.

Вельт подошёл чуть ли не вплотную ко мне и поставил рядом с моим бедром чашку с терпким напитком, который он уже успел пригубить. В нос ударил запах мыла, и я стиснула колени, чтобы удержать возбуждение от осознания скорой близости. Тем более я прекрасно знала, насколько хорош в этом ведьмак, так что совсем скоро мне будет очень и очень хорошо, и я быстро выброшу из головы прикосновения тех говняных оборотней.

Заметив моё нетерпение, Вельт решил немного меня подразнить и, отстранившись, вальяжно расположился на стуле, поигрывая чувственными пальцами на ручке чашки с кофе. Подыгрывая ему, грациозно встаю на ноги, и полы моего халата немного расходятся, оголяя гладкую кожу лобка. Взгляд Вельта тут же потемнел, а дыхание стало более тяжелым.

Ведьмак откидывается на спинку стула и в ожидании смотрит на меня снизу вверх. Не спеша скольжу ладонью по ткани халата и отодвигаю полы в сторону, чтобы они не мешали выполнить задуманное.

Оседлав друга, я тут же ощутила горячие руки на своих бёдрах и медленно наклонилась за поцелуем. Его губы как всегда были мягкими, с привкусом кофе и чего-то ещё крайне будоражащего, вот только где-то вдалеке толкалась мысль «не достаточно». Прижав меня крепче, Вельт очень страстно ответил на поцелуй – его язык хозяйничал у меня во рту, сплетаясь с моим языком в танце и заставляя глухо стонать. Затем, не разрывая поцелуя, парень поднялся и уложил меня на стол, жадно поглаживая моё тело под прохладной тканью.

Завязка на его штанах поддалась моим пальцам легко, пока Вельт полностью откидывал полы моего халата, обнажая меня. Его влажные губы стали спускаться всё ниже, не забывая уделить внимание ушку, шее, плечам, и лишь после этого впились в вершину нежной груди. Я громко стонала, запутывая пальцы в его коротких чёрных прядях, все больше входя в будоражащий транс. Но друг не собирался надолго останавливаться на одном месте. Поцелуй коснулся живота, затем внутренней части бёдер, заставляя в предвкушении затаить дыхание.

Он уверенно поднял мою левую ногу и, окинув открывшийся вид затуманенным взглядом, закинул её себе на плечо и коснулся губами средоточия моего желания. С судорожным вскриком я выгнула спину, когда горячий язык скользнул между моих порочных губ. Он то неистово терзал мой клитор, то глубоко погружался во влажные недра, заставляя меня всё быстрее приближаться к пропасти. Надоедливое, словно тоненький писк комара «не то, всё ещё не то…» звучало всё ближе, но я упорно его игнорировала, запутывая пальцы в волосах ведьмака.

Зашуршала ткань упавших на пол штанов  и, не дав мне кончить, Вельт оторвался от моих влажных лепестков, коснулся моего бедра налитым и пульсирующим желанием членом. Нетерпеливо поёрзав, я привстала на локтях, чтобы лучше видеть момент как он войдет в меня. Горячая головка коснулась входа и я задрожала от нетерпения, а когда напряженная плоть проскользнула внутрь, до отказа наполняя меня, я ответила громким стоном полным наслаждения. Ведьмак вторил мне, горящим взглядом наблюдая, как мы соединяемся, и его член начинает бесстыдно блестеть от моей обильной смазки.

И вот вроде бы всё как всегда, он знает что делать – куда сильнее надавить, куда нежнее поцеловать – но с каждой минутой ожидания я понимала, что долгожданный пик не наступает. Словно прочный барьер сдерживает волну оргазма не давая получить столь желанную разрядку.

– Извини, кажется, у меня не получится, – с сожалением призналась ведьмаку, когда он, почувствовав перемену во мне, остановился и заглянул в глаза.

– Я что-то не так сделал?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Нет, ты как всегда на высоте, но мне что-то мешает полностью расслабиться. Даже стыдно за то, что сама к тебе пришла и так облажалась, – покаялась, ощущая глухое сожаление.

– Перестань, мы же друзья, – тут же успокаивающе погладив меня по щеке, сказал Вельт. – Правда не знаю, что мне теперь делать с тем, что ты воскресила? – Комично изогнув бровь, поинтересовался ведьмак.

– Я возьму на себя ответственность, – со всей серьезностью заявила я. – Так, как ты хочешь кончить? Я выполню любое твоё желание, милый, – игриво провела пальчиком по влажной губе ведьмака, разжигая сильнее в его глазах не успевшую потухнуть страсть.

– Тогда поцелуй его очень крепко и дай излиться в твой нежный ротик, – прохрипел Вельт явно уже готовый кончить только от представленной картины. Этому ведьмаку дикого мёда не надо, лишь бы минетом побаловали.

– Как скажешь, сладкий, – покорно ответила, отталкивая мужчину от себя. – Может тогда в кровать? Там тебе будет удобнее.

Кивнув, Вельт закинул пискнувшую меня на плечо и, сверкая перед моим лицом своей подтянутой задницей, потащил на кровать. От души успела хлопнуть его по таким манящим ягодицам, прежде чем меня сгрузили на примятые простыни.

Вельт лег и, закинув руку за голову, стал наблюдать, как я избавляюсь от болтающегося на мне халата и кошкой подползаю к его ногам, которые он раскинул, позволяя мне удобно расположиться между них.

Обхватив всё еще влажный ствол ладонью, передёрнула вверх-вниз несколько раз, отчего мошонка тут же поджалась, выдавая наслаждение ведьмака. Пристально глядя в глаза друга опустила голову и легонько коснулась головки языком. Вельт закусив нижнюю губу, с жадностью наблюдал как мой рот, миллиметр за миллиметром, вбирает в себя возбуждённую плоть. Слегка солоноватый привкус моей смазки меня не смущали, а протяжные стоны, когда язык пробегал по уздечке, лишь вдохновляли продолжать.

Помогая себе рукой, я стала двигать головой, вытягивая из парня всё более громкие стоны. Он уже вцепился второй рукой в простыню и начал подмахивать бедрами, пытаясь пробраться как можно глубже в моё горло. Войдя в раж, я начала менять положение головы чтобы член входил под разными углами – я тоже знала, как именно действовать, чтобы заставить этого ведьмака кончить, при этом не потратив слишком много времени.

Протяжный стон разрезал полумрак комнаты и горячая, пряная струя ударила в моё нёбо, оповещая, что с задачей я справилась на отлично. Гордо выпрямившись, я без раздумий проглотила семя и перед уходом немного полюбовалась рельефным телом Вельта.

– Надеюсь, теперь ко мне претензий нет? – невинно спросила, рассматривая, как до сих пор продолжают подрагивать мышцы под бронзовой кожей. Что-то вымолвить ведьмак не смог и лишь поднял большой палец вверх, подтверждая, что в обиде он точно не остался.

Тихо усмехнувшись, накинула на неподвижно лежащего парня одеяло, облачилась в халат и отправилась к себе. 

Надеюсь, это был единичный случай моей "немощности" и совсем скоро я буду кончать без проблем, не смотря на то, что мой партнёр не обрастает шерстью. Хоть оборотни и магические создания, отчего идеально подходят на роль любовников в долгосрочной перспективе, мне всё же не хотелось бы с ними связываться. Тем более на длительное время. Да и есть у меня один блохастик, с которым я успею порезвиться, пока пройдёт побочное действие его проклятья. Так что в любом случае без запасного варианта я не осталась.

Глава 8. Ведьма и первый семестр

Начало занятий все встретили с затаённой грустью. Поправочка: все кроме первокурсников, которые просто ещё не успели оценить всей задницы, в которую попали, и как ни странно – меня. Со мной всё просто, потому что я, наконец, завершила отработку за использование боевой магии и разобралась с разгребанием завалов профессора Тарона.

Прошедшие четыре недели больше походили на полевые сборы. Подъём рано утром, завтрак на бегу, два часа в теплицах, оставшееся время до обеда в подсобках академии, быстрый перекус в городе, посещение графини и выполнение её поручений. После чего ещё два часа в городской оранжерее, сопровождение (если это нужно) графини Исиль на званый вечер, где я перекусывала всем, что попадалось под руку. Подобный ритм настолько выматывал, что я даже не смотрела в сторону мужчин, да и честно говоря: меня волновала возможность повторения случая с Вельтом. Так что в, казалось бы, мрачной ситуации был свой луч света.

Домой же приползала уже глубоко за полночь, чтобы тут же уснуть без задних ног и так проходил каждый мой день. Небольшой отдых выдавался только, когда моя деятельная сплетница оставалась вечером дома, и мне не приходилось ходить за ней по пятам. Потому месяц до начала занятий был тот ещё.

Плюсы тоже конечно были. Во-первых: я похудела и сбросила бесившие меня четыре килограмма, которые не удавалось скорректировать биомагией. Теперь у меня выпирало только там где надо, в остальных же местах всё было подтянуто, без намека на складочки, которые предательски выдавали мою любимую вредную привычку – обильно перекусить ночью. Во вторых: мой счёт в гоблинском банке значительно увеличился, обещая мне спокойный учебный год, во время которого, можно себе ни в чём не отказывать. У графини я продолжала числиться на полставки, но обязанностей стало меньше, как и оплаты. Теперь я буду только подпитывать тепловые купола её сада, и готовить для неё притирки с эликсирами. Полностью отказывать от подработки не хотелось, потому что деньги лишними не бывают. В любом случае разорвать контракт с графиней всегда успею.

Так что начало нового семестра казался мне просто отдыхом, и я от всей души улыбалась знакомым, продвигаясь вглубь зала через оживлённую толпу адептов. Сквозь его стеклянные своды были видны сизые облака так и грозившие обрушиться на нас новым снегом. Всё немалое пространство зала освещалось не только с помощью круглых окон по всему периметру помещения, но ещё и благодаря тёплому свету бра, закрепленных на колоннах у стен.

Живое море из учеников в тёмно-синих мантиях с неохотой расступалось передо мной, но заметив, что на мне поверх блузы и юбки в пол надета мантия чёрного цвета, всё же бодрее уступало дорогу возможному магистру. Испытывая, чего уж таить, приступ лёгкой гордости, вытягивала шею пытаясь найти друзей. Прежде чем ректор приступит к своей речи нужно отыскать свою группу, точнее то, что от неё осталось.

Увидев очень примечательный ориентир, направилась в сторону почти родного затылка, точно указывающего на местоположение моей группы, которая значительно поредела – большинство решили остановиться на стандартной лицензии и покинули стены академии. Семеро же психов, со мной в том числе, отказались ещё на два года от лицензий, чтобы получить возможность попробовать стать магистрами. Конечно, за нами всегда остаётся открытая дверь, и если кто-то завалит экзамен или решит перестать ломать чуть нарощенные клыки о магметалл знаний, то ему тут же оформят обычное разрешение на колдовство и дадут коленом под за,… то есть отпустят на все четыре стороны.

Чёрная макушка Вельта как всегда торчала выше остальных ведьмаков и только благодаря ей я нашла своих. Правда, друг стоял в рядах ворожей, расположившихся по соседству, и был очень занят. Махнув мне приветливо рукой, парень продолжил что-то усердно шептать Кайле. Миниатюрная блондинка с лёгкими пышными локонами дула розовые губы, и закатывала голубые глаза.

– Опаздываешь, – буркнул почти всегда молчаливый Димер, подхватив меня под локоть, не давая тем самым упасть – какой-то мудила толкнул меня, как раз когда я подобралась к крохотной компании одногруппников, стоящих почти бок о бок друг с другом.

Зал был просто набит битком, это при том, что каждый год его расширяли. Но желающих учиться именно здесь становилось всё больше, к тому же наша академия была единственной бравшей на обучение неполнораскрывшихся ведьм и ведьмаков. Для них открыты два направления – фармацевтика и ворожейство.

Бросив взгляд через плечо, и прищурив глаза, запомнила громко смеющегося парня толкнувшего меня, сделав себе пометочку в памяти обеспечить его хотя бы чесоткой. Поправив юбку в крупную клетку, улыбнулась Димеру и поспешила ответить:

– Работа выжала из меня все соки, и я едва не проспала. – Пожала плечами, придвигаясь поближе к широкоплечему парню, чтобы меня не затоптали. Его-то поостерегутся толкать, потому как такая глупость прямой путь к целителю. Чтобы без травм сдвинуть такую скалу, нужно ей по меньшей мере не уступать. Помимо самого накаченного тела среди одногруппников Димер так же обладал наиболее угрюмым взглядом – чёрные брови всегда тяжело нависали над зелёными глазами, отчего казалось, будто ведьмак вечно зол. Но в душе этот здоровяк был пушистым, добрым мишкой, которого, впрочем, не стоит злить.

– Да и погодка как назло начала так рано показывать свой характер, – продолжила “жаловаться” я, раз уж представился повод. Тем более остальные три одногруппника обратили внимание на моё появление, приветствуя кивками. – Даже в этом году не смогли провести церемонию для первокурсников на плацу.  А ведь помните, как у нас было? Новое место, новые знакомства и ледяной ветер в лицо. М-м-м, красота! – парни захмыкали после моих слов. – Жаль нынешний поток не насладится всеми прелестями нашего края, а всему виной такая нетерпеливая зима.

– И не говори, – усмехнулся Коррин, откидывая рыжую чёлку. – Я сегодня еле нашёл в сугробе Мифла! Мой бедный малыш чуть все шесть лапок себе не отморозил, пока я его выгуливал утром.

Парень более щуплый по сравнению с Димером пристроился у моего свободного бока, и я благодарно улыбнулась друзьям, не дающим толпе раздавить довольно невысокую меня.

– Надеюсь, твоё чудовище осталось за пределами академии? – напряжённо спросил Рикки, блеснув на Коррина серыми глазами. – Мне больше не хочется помогать тебе с его поимкой. Да и потом в наказание собирать пальцы не слишком уж умных новичков откушенные этим уродцем, тоже не горю желанием. – Пробухтел ещё один одногруппник рискнувший повоевать за магистра, больше похожий на взъерошенного филина, чем на грозного ведьмака. Он вспомнил последние два года, когда нам приходилось искать, а затем ловить питомца Коррина, которого он сам собрал и оживил на лабораторной по химерологии. Тогда рыжик ещё высший бал за это получил. Правда, когда выяснилось, что этого монстра невозможно уничтожить, пока жив его хозяин, ему влепили низший бал в семестре и заставили целый год отмывать материалы для лекций по некромантии.

– Сами виноваты! – возмутился Коррин, прищурив сиреневые глаза, чем ещё больше стал похож на лиса. – Нечего тянуть руки к неизвестным существам! И вообще…

Так и не договорив, он стушевался под осуждающими взглядами всех, кому пришлось ему помогать в те дни, когда его чудовище сбегало погулять. Жалобный взгляд Коррина метнулся ко мне в поисках поддержки. Однако он разбился о мои холодные слова:

– Хочешь убедить нас, что твой питомец сама невинность? Он же сам устраивал охоту на гуляющих по ночам и всегда выбирал первокурсников, – безжалостно присоединилась к отповеди друга. Если его сейчас не пристыдить он опять начнёт таскать за собой это чудище, и мне придётся отдуваться вместе с остальными. – Хорошо хоть только пальцами ограничивался. А представь, если б он откусывал у мужской части населения самое дорогое? Да тебе бы потом в каждом углу “тёмную” устраивали бы, и пострадавшим было бы неинтересно, что утерянные конечности можно отрастить за недельку. Это же душевная травма и возможно на всю жизнь!

Парни одобрительно загудели на моё замечание, а девушки из ворожеек, беззастенчиво подслушивающие нашу перепалку, согласно покивали, признавая ценность мужского достоинства, и что подобное могло привести его в нерабочее состояние. Зато несколько новичков покрылись красными пятнами после наших слов. Эх, молодёжь.

– Тьфу, на тебя! – изрёк рыжий друг и в сердцах бросил: – Вот не зря ты получила своё прозвище…, – но тут он резко прервался, будто что-то вспомнил, и на его лице расплылась ехидная улыбка, а в сиреневых глазах засверкало веселье. – Кстати, о нём. В академии такое намечается, вы даже не представляете! – Обратился Коррин ко всем, кто его слышал, а потом, встрепенувшись, вновь посмотрел на меня и сказал: – Тебя точно новые события приведут в ярость. Теперь все кто в курсе того, как мы тебя называем, будут постоянно подкалывать.

– А подробнее? – тут же напряглась, копчиком почувствовав, что ничего хорошего мне не светит, тем более в памяти тут же всплыли события месячной давности.

Да ну, быть не может! За какими низшими эти блохастые тут бы оказались? Или всё же может…

– О-о-о, портить ТАКОЙ сюрприз я не буду, – победоносно выдал рыжий. – Тем более вы меня тут обижаете, а ещё друзья называется! Одни ведьмы и ведьмаки бессовестные! – злопамятно забрюзжал Коррин, за что получил увесистую оплеуху от Димера и вскинутый средний палец от Эйдэна – задиристого парня с кудрявой копной каштановых волос. Он бы точно не упустил возможности сцепиться с нашим лисом, но тут на нас налетел знакомый смерч.

– Я не опоздала?! – запыхавшись, спросила Марика, втискиваясь между мной и Коррином, тем самым спасая последнего от моего тычка под ребро.

– Вроде нет, – ответила подруге, целуя её в подставленную раскрасневшуюся щеку. Её детское личико пылало, а на фоне алого облака волос это выглядело так, будто она обгорела. – И на чём мы там остановились? Ах, да, Коррин хотел рассказать, что имел в виду, – снова насела на рыжего, но тут по залу громом разнеслось:

– Внимание адепты! – Оглушающий голос заставил всех тут же посмотреть на помост у дальней стены зала, где материализовался ректор. 

Чёрная мантия с обилием золотой вышивки на лацканах, руках и плечах не давала перепутать статного мужчину с обычным преподавателем – у остальных цвет мантий был тёмно-зелёным.

Величественно остановившись за узкой кафедрой, и положив на неё ухоженные руки, главный ведьмак Грэмхелла обвёл нас тяжелым взглядом, дожидаясь полной тишины. Первокурсницы тут же распустили слюни, разглядывая гриву серебристых волос (знаем мы, сколько осветляющего эликсира уходит у него на поддержание их в таком виде) и большие синие глаза. Чтобы все могли полюбоваться нашей "звездой", на стену прямо за спиной ректора магией проецировалась его увеличенная физиономия, заставляя трепетать женскую, и не только, часть новопоступивших. Наши ровесники уже спокойно реагировали на слишком молодого архимага, прекрасно помня, какой сволочной характер тот имел.

Убедившись, что все новички вдохновились, а остальные просто заткнулись, ректор продолжил:

– Прежде чем начать приветственную речь, я бы хотел сделать два объявления. – Низкий хрипловатый голос просто добил новых адепток, и я уже мысленно видела немалую очередь в кабинет ректора. – В связи с исчезновением уже троих студентов, вводится комендантский час. – По залу прокатился взволнованный ропот, пока я недоумённо хлопала глазами. Вновь дождавшись тишины, ректор продолжил: – Отныне с заходом солнца всем запрещается покидать территорию кампуса. В пределах барьера вы вольны распоряжаться своим свободным временем, как вам угодно, но с наступлением темноты, чтобы и ноги вашей не было в городе! Это понятно?

Все согласно загудели, в то время как я пыталась понять: о чём вообще речь. Исчезновения? Я что-то пропустила?

– Правило будет действовать пока мы не найдем виновных и не накажем их. Вы должны понимать всю серьезность ситуации, и потому я не намерен подслащивать вам зелье. – Резко бросил ректор, прошёлся по всей толпе студентов непреклонным взглядом, а затем сурово продолжил: – Уже прошло три недели после исчезновения первого адепта, а его так и не нашли, как и остальных двоих пропавших после него. Но это не всё. Пропали не только адепты, но и ещё пятеро человек так же наделённых магией. Не стоит недооценивать опасность и просто из спортивного интереса нарушать вынужденное правило!

Волна шепотков прошлась по студентам, подтверждая догадки ректора о том, что многие как всегда собирались действовать по плану: “не пойман – не оборотень”. Забавно, что я вспомнила эту поговорку, ведь вторая новость потрясла всех куда сильнее первой.

– Также, в этом году вступает в силу проект обмена студентами. – Тут все навострили уши, почуяв скорые перемены. И нас не разочаровали:

– Для того чтобы искоренить вражду и стать более лояльными друг другу, Академия Высшего Чародейства и Академия Второй Лик обменялись группами адептов. И с этого дня рядом с вами будет обучаться стая из двенадцати волков. Полагаюсь на ваше благоразумие. – Голос ректора потонул в оглушительной тишине, в которой был слышен лишь едва сдерживаемый смех Коррина – всё-то этот гад раньше остальных узнаёт. В рыжего вонзились синие “клинки” ректора, после чего тот процедил: – И ради Изначальных, не показывайте гостям себя во всем красе, хотя бы первые пару недель.

Только после этого по залу засвистели шепотки – разговаривать в полный голос при таком “радостном” ректоре никто не рискнул.

Да чтоб вас, дорогие организаторы подобных проектов, кобольды утащили в свои пещеры и пускали по кругу! А я-то ещё удивилась тогда: каких низших тот прыткий мохнатый забыл в академии! Очень надеюсь, что встреченной мной парочки полудурков не будет среди заброшенных к нам смертников, иначе, я буду в числе первых, кто окажет им радушный приём.

Глава 9. Ведьма и новая встреча

Ошеломлённые новостью мы как-то пропустили мимо ушей официальную часть собрания. Правда по толпе снова прокатился растревоженный гул, когда ректор представил куратора и тринадцатого волка на территории академии. Пока все переваривали сам факт того, что помимо мохнатых студентов нам ещё подселили и преподавателя, я же с подозрением рассматривала высокую, нет, не так, о-о-очень высокую фигуру оборотня, и нехорошее подозрение заскреблось во мне взбешённой кошкой.

Тут же в памяти всплыла дальняя ниша, тяжелые портьеры, и умопомрачительные ласки под глухие звуки музыки, доносящиеся из бального зала герцогини Кимлоу. Потому я с особой тщательность рассматривала мужчину представленного как Дамиан Форджен. 

Оборотень был облачен в их национальную одежду: белая рубашка с таким же белоснежным шейным платком, имела широкие манжеты, выглядывающие из-под рукавов сюртука, чёрная жилетка на три сверкающие пуговицы плотно облегала подтянутый торс и в пару к ней такие же облегающие брюки из тонкой чёрной кожи. Сюртук, завершающий образ, так же идеально подчёркивал фигуру своего хозяина. Даже у нас мужчины предпочитали более свободный крой, но уверена что женская часть населения с большим удовольствием будет любоваться костюмами волков.

Однако наряд это вообще-то последнее, на что стоило обращать внимание, но я словно оттягивала момент и детально рассматривала именно его. Когда же каждый шов и вышивка на облачении оборотня были рассмотрены в увеличивающую проекцию, пришлось уделить внимание и его хозяину.

Основная часть светло-русых волос лежала мягкими волнами и едва не доставала до ушей, в то время как на висках и затылке они были очень короткими. Прямой нос с чётко очерченными крыльями, высокий лоб и глубоко посаженные глаза, которые блестели сталью. Красота мужчины была жёсткой и зрелой, но смягчалась за счёт русых бровей повторяющих довольно мягкие черты лица. 

Пока ректор жужжал на заднем фоне, моё внимание сместилось к самой важной детали внешности оборотня. Я гулко сглотнула, потому что узнала эту тяжелую челюсть с треугольным подбородком. Мне показалось словно я буквально вчера прижималась к этим устам: нижняя губа крупнее верхней и словно создана для того чтобы в неё впивались зубами в порыве страсти, верхняя же, так и манила облизать её острые уголки и попробовать так же она мягка как кажется. Хотя я и так знала, насколько нежными могут быть эти губы...

Стало резко душно. Пришлось прикрыть глаза, чтобы утихомирить бурю поднятую незнакомым (я надеюсь) оборотнем. Правда осознание, что я просто перепутала и так отреагировала ещё на одного представителя мохнатых, меня покоробило. Нет у меня желания становиться подстилкой исключительно хвостатой братии, да и звоночек на заднем плане мне категорически не нравился. Ведь за этот месяц меня даже не посетила мысль навестить кого-то из парней, может Марику вон с собой позвать, да провести приятно время. И ещё страшнее то, что меня вообще-то зазывали на скромные посиделки, о которых моя графиня Исиль точно не узнает, а я, о, низшие, без сожаления отказалась!

Теперь же, только разглядывая очередного оборотня, я чувствовала, как желание всё сильнее пульсирует внизу живота, а пальцы сводит от желания запутать в мягких волосах. Кажется, это всё же не лечится.

– Какой лакомый кусочек, – жарко прошептала мне в ухо Марика, вызывая толпу мурашек. – Жаль что оборотень, я бы с удовольствием его оседлала, – тут же посетовала подруга.

– Ну, так выпей очищающее зелье и вперёд, – так же тихо ответила ей и тут же вспомнила, что оба оборотня, залезших мне под юбку, как будто вовсе не заметили ведьмовского запаха.

На самом деле от нас не воняет в прямом смысле этого слова, а даже, наоборот, из-за всяких махинаций с организмом, и любви к ваннам с настоями трав, мы очень приятно пахнем даже к концу не самого спокойного дня. Только для оборотней мы именно “воняем” из-за нашей магии. Они тоже ей не обделены, потому что их превращение происходит как раз с помощью маны, но у нас она отличается.

Если ведьмы и ведьмаки просто генерируют ману в своём источнике и потому она, можно сказать, получается отражением человека, то оборотни пользуются маной собранной из стихий. Такая магия считается природной и не имеет ярко выраженных запахов, что очень хорошо для острого обоняния двуипостатных. А вот у нас с этим всё сложнее.

Не зря же люди шарахаются от погостов, где адепты по очереди применяют некроматическую магию, которая и запах имеет соответственный, а в большой концентрации даже обычное обоняние способно различить этот флёр. В общем, те, кто больше всего обращаются к тёмным искусствам, накапливают в себе не самый приятный запах, который в обычной жизни никто кроме двуипостатных не чует. А если учесть что хотя бы те же проклятья и порчу практикуют все, то мне было бы даже жаль хвостатых, если бы не парочка гвоздей в моей подошве. Потому мне до сих пор интересно – где был нюх тех волчар?

Я так задумалась, что не сразу поняла – речь закончилась и все потянулись к выходу. Понадеявшись на удачу, сплюнула через плечо и решительно выбросила из головы образ куратора клыкастых. Не хочу я первый день начинать со стресса.

Наша куцая группа осталась на месте и в этот момент Марика ойкнула и просветила нас:

– Чуть не забыла! Куратор просила передать, что у нас свободный час. Проблемы у нее там какие-то, я потому и опоздала, что к ней бегала.

– Хорошо хоть ты об этом вспомнила сейчас, а не к концу этого часа, – прыснул Коррин и поспешил умчаться по своим делам.

Рассудив, что не стоит тратить время впустую, решила сбегать в кабинет профессора Тарона и оставить там ключ от его подсобки, раз уж подвернулся момент.

– Тогда я тоже побегу, решу одно дельце, – начала я, наблюдая как рыжая макушка ведьмака скрывается в толпе, – потом наведаюсь в библиотеку пока все остальные будут сидеть на вводном занятии, и прибегу в нашу аудиторию.

– Неплохая идея, – тут же вклинился Вельт, обнимая меня за плечи. – Тогда я прямо сейчас отправлюсь в библиотеку, пока старого сморчка не взбесили новые адепты и ещё можно рассчитывать на новенькие учебники. Кто со мной?

Марика тут же схватила его под свободную руку и согласилась с планом действия. Димер, Рикки и Эйден тоже решили не отставать, и в итоге от нашей счастливой семерки отбилась только я и Коррин.

Чтобы не быть затоптанными рвущимися к знаниям первокурсниками, мы спокойно дождались, когда все адепты вывалятся из зала и направятся по своим аудиториям. Всё же плюсы у нас явно были: список литературы на год нам выдали ещё месяц назад (преподаватели относились к нам уже не как к зелёным ученикам, а как к почти коллегам), и даже парочка магистров перебросилась с нами приветствиями и новостями. Что уж говорить об этом, ведь сам ректор лишь поджав губы, прошёл мимо нас, не став привычно рявкать, подгоняя на занятия. Красота!

Парни с Марикой, постоянно смеясь над новыми историями Эйдена, удалились в южное крыло, где находилась библиотека, пока я спешила к лестнице, ведущей на этаж с кабинетами преподавателей. Быстро преодолев винтовую лестницу с редкими окошками, оказалась на территории учителей.

Всюду хлопали двери, кто-то переговаривался, кто-то уже отчитывал нерадивого студента – когда только успел что-то натворить? – и от всего этого довольная улыбка расцветала на моём лице. Академия снова ожила.

Мне так нравилась эта атмосфера, что я серьезно задумывалась о том, чтобы присоединится после выпуска и практики к педагогическому составу. Тем более профессор Гельда, которая, пожалуй, старше стен самой академии, как раз года через три собиралась уйти на покой и очень активно агитировала меня стать её преемницей. Будь это место той же профессора Вайлет, я бы даже не думала, но высшее зельеварение я боялась не потянуть.

Конечно самая сильная у меня магия порчи и проклятий, но и зельеварение было одной из моих сильных сторон – что доказывает любовь именно к алхимической порче. Простые наведённые чарами проклятья я использую довольно редко, ведь они действуют слабее, выветриваются быстрее и во многом уступают так называемым «жидким проклятьям».

Кста-а-а-ати, интересно, а как там поживает мой знакомый из тёмных закоулков? Небось, уже все руки себе стёр и не только от чесотки. Хе-хе. Да, я вредная, и мне его не жалко. Вот извинится, сниму порчу, помучается побочкой, потешит меня и пусть катится.

Так за размышлениями я и подошла к нужному мне кабинету. Хотела было постучать, но увидела, что дверь приоткрыта и потому бессовестно сунула нос, чтобы проверить на месте ли профессор.

Гм, Тарон оказался у себя, и очень даже приятно проводил время. Мужчина “отмечал” первый день занятий сидя на столешнице своего рабочего стола, широко расставив ноги, где расположилась, судя по светло-серой нашивке на рукавах и воротнике мантии, первокурсница, которая усердно махала головой. Преподаватель придерживал рукой её голову и корректировал движения. Хлюпающие звуки смешивались со стонами Тарона, а у меня появилась дилемма. Снова бегать сюда мне не хотелось, но и мешать тоже. Пришлось топтаться у дверей, пока во мне не победила лень, и я, посмотрев на стоящий недалеко от двери столик с бумагами, едва ли не ползком, стала красться к нему вдоль стены.

Добраться удалось беззвучно, однако без проблем не обошлось. Ключ слишком громко брякнул о полированную поверхность столика, но девушка была так увлечена процессом, что этого даже не заметила. Зато профессор Тарон не упустил из виду посторонний звук. Подняв затуманенные страстью карие глаза, он очень осуждающе на меня посмотрел и чиркнул по своей шее большим пальцем. Я покаянно опустила голову и принялась старательно отползать обратно к двери.

Ясно-понятно, всё ещё недостаточно раскрепощённая ведьмочка, а значит, реакция на случайного зрителя может быть убойной. Помню, я в первый раз метнула пульсар размером с арбуз, за что три месяца дежурила на кухне. Все мы через это проходим. Ничего, первый шабаш научит её проще ко всему относиться.

Аккуратно прикрыв дверь, оставила пока ещё счастливую адептку наедине с профессором. Опять-таки – все мы такими были, верили в то, что профессор/декан/ректор выберут вот именно нас из всей вереницы адепток, и ка-а-ак заживём. Но наша реальность оказалась не так моногамна. В розовые мечты вмешивается нестабильность магии, и потом наступает ревность. 

Да-да, ведьмам она тоже свойственна, но из-за нашей натуры мы учимся жить с ней. Никто из нас не признается, что хочет большой и верной любви, ведь мы сами не способны её дать.

Ох, что-то я слишком о многом сегодня заморачиваюсь. Неужто на меня мохнатый так подействовал? Никогда не произнесу вслух, что завидую самкам оборотней, ведь у них есть шанс встретить свою пару, которая не предаст, будет любить тебя до конца дней, и самое главное – ты будешь отвечать ей тем же.

А что имеем мы? Только начинаешь спать с одним мужчиной и всё, здравствуйте сбои в магии. Можно было бы завести двоих, но вот только на подобное согласятся только ведьмаки, которые не отличаются верностью по таким же причинам, остальные же лучше найдут себе верную только им женщину. Ага, чтобы ходить от неё на сторону, как это любят делать те же аристократы Грэмхелла.

И кстати, а где остальные двенадцать волчат? И почему их не было на общем сборе? Неужто побоялись, что порвут их на коврики и решили на пробу пустить только матёрого волка? Ничего, в любом случае скоро им точно захочется домой.

Решив немного срезать путь к библиотеке, я пошла через внутренний дворик, который уже успело прилично занести снегом. Вот точно именно низшие дёрнули меня сюда пойти, да ещё и так вовремя подумать о наших неожиданный студентах. 

Под одним из тепловых куполов прямо под желтеющей кроной раскидистого дерева расположились хвостатые адепты нашей академии. Я оказалась достаточно близко, чтобы услышать их недовольный разговор.

– Это просто кошмар! Мой нюх напрочь отобьёт! Тут же всё просто разит их гнилой магией! – очень неосторожно возмущался жилистый парень с чёрными волосами, почти полностью отсутствующими на висках.

– Угомонись, Калеб, мы не на своей территории и не имеем права жаловаться, – рыкнул на него плечистый оборотень со схожей прической на каштановых волосах. – Нам выдали вообще-то пилюли, которые притупляют обоняние.

– Почему мы вообще должны ежедневно травиться этой дрянью? – буркнул стоящий рядом с брюнетом блондин, сложив накаченные руки на груди.

Все оборотни, были в серых костюмах без каких-либо украшений похожих по крою на тот, что был у представленного на церемонии оборотня.

– Думаю, об этом стоит поговорить без свидетелей, – переливчато усмехнулся тонкокостный парень с бронзовой шевелюрой и резко повернул голову в мою сторону. – Ну, надо же, какая птичка к нам прилетела.

Обозвал меня птичкой, при этом сам по-птичьи склонил голову и с интересом принялся рассматривать меня жёлтыми глазами. Когда же ко мне повернулась вся стая из двенадцати волков, надо признать я струхнула. У всех были желто-золотистые звериные глаза, отличались они лишь яркостью.

Может быть, стоило испуганно пискнуть и убежать подальше, но-о…  когда я сильно пугаюсь, то во мне просыпается наглость невиданных размеров.

– Эй, блохастые! Вы разве не в курсе, что находясь в тепловом барьере, вы расходуете его энергию? Так что дружно взяли, поднялись и утопали в свою аудиторию. Нечего добавлять работы дежурным!

Надо заметить, что я даже ни разу не заикнулась, и голос всё время звучал очень храбро. Мою решительную отповедь не сбил даже тихий общий рык и ярко загоревшиеся глаза мохнатых. Что ж, теперь у нас будет либо рагу из одной наглой ведьмы, либо двенадцать ковриков в мою комнату.

Глава 10. Ведьма и проклятый

– Кто-то явно позабыл свой страх дома, – напряженно изрёк тот волк, что обозвал меня птичкой.

– Или же у этого кого-то, просто не хватает мозгов понять, что не всё можно произносить вслух, – даже не сдерживая рык, произнёс оборотень с льдисто-серыми глазами.

– Оставьте свои намёки при себе, я готова всегда ответить за каждое своё слово, – произнесла я, злобно сощурив глаза. Налетевший ветер, правда, взметнул мои тёмно-фиолетовые пряди и закрыл их, но я-то знаю, что мой взгляд был убийственным.

Под приятные уху фырканья и рыканья мы побуравили друг друга взглядами, при этом я успела облить презрением каждого из них, после чего блондинистый оборотень напряженно произнёс:

– Пойдёмте парни, не хватало ещё подхватить от неё слабоумие.

Такой выпад без внимания я оставить не могла, и потому тут же среагировала, ехидно пропев:

– Идите-идите, только хвосты берегите, ведь каждый в этой академии захочет за них подёргать, а то и оставить себе в качестве трофея.

Даже странно, что они терпели до сих пор, но как говорится – даже у каменных троллей может лопнуть терпение, если ведьма вовремя не заткнётся. Один из брюнетов было, рыкнув, рванул ко мне, но лишь одно слово, произнесённое властным голосом заставило его замереть как вкопанного.

– Довольно. – Сказавший это, всё время молчал, и лишь прислонившись плечом к стволу дерева, наблюдал за всем происходящим. Сейчас он выпрямился, и принялся недовольно сверлить взглядом голубых глаз спину сорвавшегося оборотня. – Мы уходим. Дирк, тебя это тоже касается.

Кинувшийся было ко мне парень, обжёг меня нечеловечески жёлтым взглядом и, кажется, даже умудрился вздыбить свои чёрные волосы, отчего более длинная часть на макушке фактически стояла дыбом.

Напряженное молчание продлилось пару мгновений, и оборотни, все как один, развернулись и отправились по левому ответвлению дорожки. Альфа, а это точно был именно он, иначе никто из тех одиннадцати мохнатых не стал бы его слушать, прошёлся по мне тяжелым взглядом и его немного пухлые губы скривились, будто прямо перед ним из земли выбрался упырь не самой первой свежести. Не смотря на брезгливое выражение лица, оборотень оставался демонически красив.

Линия высоких скул, внешние уголки глаз и тёмных, густых бровей стремились к вискам, словно в лицо парня дул сильный ветер, отчего он немного щурил миндалевидные глаза. На очень светлой коже ярко выделялись несколько родинок: одна у виска, а другая на щеке. Разглядывая такую красоту я пожалела, что когда-то вывела свои родинки, посчитав их лишними. Эх, надо было брать пример с Марики, она своих веснушек не стыдилась и даже наоборот сделала их ярче.

Наше переглядывание с оборотнем затянулось. Я вскинула бровь, словно спрашивая: какие-то проблемы? После чего парень странно повёл носом и его чёрные брови, резко контрастирующие с пепельными волосами, напряжённо сошлись на переносице. Не став больше задерживаться в компании подозрительно притягательного волка, прошла совсем рядом с, так и не сдвинувшимся с места парнем, и направилась в южное крыло.

Притоптанный снег успел обзавестись новым слоем свежих пушистых снежинок, и они поспешили облепить мою юбку и подол тёплой накидки. Мелкая пороша выбелила мои волосы, плечи и пушистый серый воротник, кстати, изготовленный из менее разумных и очень опасных сородичей наших новичков.

То-то они так брезгливо на меня смотрели, ведь оборотни пусть и прирожденные охотники, но хищников убивают только в случае самообороны, потому в основном их теплая одежда лишена меховых украшений. Хотя, может дело в самолюбовании, и каждый оборотень считает свой мех куда более красивым и блестящим? Хи-хи. Было бы забавно, если это и вправду было так.

Тонкая мембрана теплового заклинания бесшумно впустила меня в широкую арку корпуса и, стряхнув с себя снег, я поспешила обзавестись учебным пособием, пока не набежали остальные курсы.

Библиотека встретила меня сухим теплом и жутко недовольным взглядом болотно-зелёных глаз смотрителя. Старый сморчок, а иначе его мы никогда не называли, уже пребывал в самом паршивом расположении духа, потому тут же скрипящим голосом начал отповедь, пока я вешала на крючок свой плащ.

– А-а-а, опоздунья… твои братья и сестра по разуму уже опустошили пару полок сокровищницы знаний. – Седые брови библиотекаря недовольно задвигались, а длинные пальцы, больше похожие на паучьи лапки, принялись перебирать специальные карточки. – Совершенно не понимаю, зачем таким бездарям доверять настолько ценные экспонаты! В моё время мы постоянно наведывались в читальный зал и запасались конспектами. Никто не позволил нам выносить книги из этого священного места! Потому-то с каждым поколением вы и получаетесь ещё более бездарные и безответственные! Один ваш каланча чего стоит! Недоразумение, а не ведьмак!

Ну-у-у, Вельт, ну-у-у говнюк, он же специально взбесил библиотекаря! Эта голубоглазая язва умела доводить до ручки любого за самый короткий срок. В такие моменты я сразу вспоминаю, что с самым высоким и статным адептом своего потока я вообще-то очень сильно не сошлась характерами при первой же встрече. Сколько мы потом друг другу гадостей устраивали, даже не вспомнить. Апофеозом оказался день, когда я на занятия пришла лысой, а Вельт усыпанный с ног до головы бородавками размером с палец. Тогда то мы и объявили перемирие, и как-то так вышло, что в итоге очень даже подружились.

Скорбно покивав ещё на кучу оскорблений в адрес моей группы и меня лично – иначе он же упрётся рогами и не даст мне гримуар Дарса и бестиарий потусторонних созданий, справку на которые я выклянчивала целый год – заполнила, наконец, выданную форму, получила стопку нужных книг, и под ворчание смотрителя получила магический доступ к самой вкусной паре фолиантов.

Идти за ними мне, конечно же, пришлось самой, оставив уже полученные учебники под бдительным взглядом вечно недовольного старика, и плевать на то, что старый сморчок вообще-то не занят, но мне так даже лучше. Может, удастся найти ещё что-то интересное, и потом можно будет выбивать разрешение уже на новые находки.

Бесконечный лабиринт стеллажей, убегающий к очень высокому потолку, увлёк меня, и я с удовольствием останавливалась у заинтересовавших меня корешков, а некоторые из книг даже пролистывала. Всё равно куратор появится точно ещё не скоро, ведь по дороге сюда я видела, как её муж выходил из трактира Ночной Кот, и был он не один, а, как и положено любому ведьмаку с парочкой хорошеньких девушек. Вот только наш куратор плохо умела подавлять в себе ревность и превращалась в фурию каждый раз, когда её муж поддавался своей сути. Так что, теперь пока она его поймает, пока покарает, пока он вымолит прощение, пока они пару раз бурно помирятся, уже и время обеда минет.

Отыскав нужные мне книги, повернулась, чтобы покинуть закуток с редкими экземплярами бестиариев, как вдруг врезалась в чью-то широкую грудь.

– Ты прокляла меня, – загораживая мне выход, шёпотом прорычал тот самый оборотень, что одним словом разогнал остальных волков.

Кусочки мозаики в моей голове довольно быстро сложились, приводя меня к нужным выводам. Моя макушка доходила примерно до его губ, но даже так волк, встреченный мной на балу у герцогини, был гораздо выше. К тому же прокляла то я только того, кто зажал меня в тёмном углу и потом тихо смылся. Значит, прямо передо мной, сверкая льдисто-голубыми глазами, стоял именно первый встреченный мной волк.

– Ты заслужил, – едва слышно ответила, помня, что наш библиотекарь отличается прекрасным слухом и способен услышать громкие разговоры даже с приличного расстояния.

Дёрнув верхней губой, мохнатый принялся наступать на меня.

– Сними эту дрянь с меня немедленно, – продолжил загонять меня в угол между книжными стеллажами оборотень, напряжённо буравя меня взглядом.

– Вот ещё, – нагло фыркнула, ни капли не испугавшись. Когда их было больше десятка, вот тогда-то поджилки затряслись, но не сейчас. Ткнув острым ноготком в широкую грудь, я резко прошептала: – Извинись, и тогда я подумаю над этим вопросом.

– У меня есть более простое решение, – тяжелая рука легла мне на плечо и поползла к шее, – ты: либо снимаешь с меня проклятье, либо я отрываю твою фиолетовую голову…

Многозначительная пауза должна была нагнать на меня жути, но я лишь усмехнувшись уголками губ, запальчиво прошептала:

– Ну, давай, рискни! – И  ухватив его за воротник серого камзола, дёрнула вниз, заставляя опустить голову, чтобы его глаза оказались на одном уровне с моими. После чего очень серьезно произнесла: – Моё посмертное проклятье заставит тебя не то что каждый день, а каждый час мучатся и страдать, при этом, не давая тебе свести счёты с жизнью. Поверь, тебе гораздо проще извиниться. Ведь я вообще-то всё понимаю, и останься ты, скажи всего-то пару слов “извини”, “сорвался”, и я бы не стала мстить. Но ты сбежал, поджав хвост! Да ещё и укусил меня за загривок, словно я твоя сука! Знаешь, сколько мне зелий пришлось потратить, чтобы вывести этот позорный след? – Не на шутку разошлась я, уже едва сдерживаясь, чтобы не орать ему в лицо. Надо заметить в очень озадаченное лицо.

– А теперь, раз ты решил мне угрожать, то одних извинений мне мало, – прошипела и, отпустив его воротник, отпрянула, сложив руки на груди и тем самым прижав обе найденные книги, высокомерно на него посмотрела. – Покажи мне позу покорной собачки и гавкни три раза.

Замешательство вначале сменилось недоверием, а потом оборотень стал тихо звереть, даже его волосы цвета пепла подозрительно зашевелились. Но я бесстрашно помахала пальчиком перед его аккуратным носом и выдала:

– Тц-тц-тц, а вот этого не надо. Только хуже сделаешь. Учти, к посмертному проклятию, которое всё же возможно снять, пусть и очень сложно, подарочком останется уже нанесённая порча, ведь снять её могу только я. Убьёшь меня, и твой малыш навсегда останется в веселую крапинку.

– Ах, ты с..., – пророкотал оборотень, сжимая кулаки.

– А, а, а, выбирай выражения. Лучше приступай уже к выполнению моих условий. Окажи себе услугу и не копай свою могилу ещё глубже.

Готова поклясться самой Гекатой, что видела в его раскосых глазах сцену, где моя голова проворачивается сильной рукой до характерного щелчка, после чего на меня в лучшем случае плюют, оскверняя труп, и говорят, что так и было. А какая борьба шла на его холённом лице, м-м-м, просто мечта. Его глаза превратились в щелочки, из-за чего казалось, что они полностью наполнены голубым льдом. Однако мы оба понимали – выхода у него нет.

– Ты пожалеешь. Я обязательно заставлю тебя ответить за эти унижения, – шипел волк не хуже кошки, пока покорно поджимал лапки-руки к груди и с непередаваемым достоинством опускался на колени.

Гм, последнее было лишним, мне бы хватило карикатурно сложенных рук и согнутых ног в коленях, но если я это скажу, то мне точно перегрызут горло. Так что молча любуемся таким шикарным парнем у своих ног и тихо ликуем, наслаждаясь приятной волной будоражащего возбуждения всё сильнее накатывающей на меня.

– Гав, – мрачно прошептал оборотень глядя на меня исподлобья.

– Молодец, видишь, всё не так уж сложно. – Не удержавшись, подёрнула волка, и у него тут же дёрнулся глаз.

– Гав-гав…, – Как камни на крышку моего гроба упали эти слова, и потянуло душком скорой мести. Он мне этого точно не забудет.

– Да ладно тебе, воспринимай это как ролевые игры! – Попыталась разрядить обстановку, но тяжёлое молчание и вырастающая широкоплечая фигура немного поубавили мою излишнюю радость. – Смотри на вещи позитивнее, ведь теперь я заберу то, что тебе подарила.

С коварной улыбкой очень близко подошла к оборотню, и пальцы свободной руки скользнули сначала под ткань верхней одежды, затем устремились к штанам.

– Ты что делаешь? – Перехватив мою руку на подходе к своему паху, прорычал волк.

– Да тихо ты! – Шикнула на него и, вздохнув, пояснила: – Я вообще-то пытаюсь снять порчу, а ты мне мешаешь.

– Это обязательно делать так? – Напряжённо спросил парень, явно думая, что я снова решила над ним поиздеваться. Эх, не соблазняй меня, а то во мне и так тут просыпаются доселе неизведанные фетиши.

– Ну, если ты знаешь другой способ отличный от моего, то я вся во внимании. – Вскинув голову, скучающе посмотрела на оборотня.

– Ты бесишь, – выдал этот блохастый, и отпустил моё запястье.

– Приятно это знать, – довольно прошептала, возвращая руку на прежний курс.

Едва мои пальчики коснулись жёстких волос в паху, оборотень вздрогнул и гулко сглотнул. Опустив голову, спрятала улыбку за упавшими волосами и нежно ухватилась за быстро затвердевший член моей жертвы.

Пара ловких движений заставила волка поплыть и расслабиться. С лёгкостью подтолкнув его к полкам, прижалась к крепкой груди и, глядя в ошалелые глаза, произнесла:

– Луартэ утэри…, – шептала почти в самые губы всё ещё злого волка.

Ладонь увереннее обхватила упругое древко у самого основания и плавно заскользила вверх.

– Это точно обязательно? – рвано выдохнул оборотень, откидывая голову на полки с книгами.

– Конечно, – отвечаю и радуюсь, что именно сейчас он закрыл глаза. Ведь не сделай он этого, то тогда бы увидел, как все пятна, наведенные мной на его достоинство, уже без следа исчезли, и я не смогла бы продолжать.

Зачем? Кто бы мне объяснил, почему я так хочу прикасаться к этой невыносимо нежной коже на напряжённо подрагивающем члене… Каждое моё движение сопровождалось глухими стонами удовольствия, в то время как я, распаляясь, мысленно сокрушалась о том, что суховато без смазки. Вот бы встать на колени и намочить эту алую головку, что так и рвётся теперь на встречу со мной, а затем пробежать языком по вздувшейся вене, но... Я всё ещё обижена и он не заслужил этого!

– Может, хотя бы познакомимся? – Заигрывающе прошептала, рассматривая, как он облизывает свои покрасневшие губы.

– Нет уж… ни к чему мне твоё имя, ведьма… всё равно я его быстро забуду, – хрипло и постоянно прерываясь выдал этот сортирный коврик.

Ах ты сволочь! Так, значит? Не знаю, чего мне хотелось больше: вцепиться ногтями в его чувствительную плоть или впиться злым поцелуем в его губы. Хотя, было ещё одно очень странное желание. Чем больше я смотрела, как на его шее нервно бьётся жилка, тем сильнее мне хотелось вцепиться зубами в его кожу, как раз там, где начинается изгиб плеча, оставить на нём след, глубокий, яркий, чтобы все видели, что он...

В соседнем ряду громко упала книга и явно кому-то что-то придавила. Мужской голос взвыл на довольно высокой ноте, и на весь зал разнеслось оглушительное:

– Тишина в библиотеке!

В себя я пришла тут же, и потому поспешила сделать гадость. Раз этому блохастому так нравится меня задевать, значит, продолжаем его дрессировать. Если пёсик плохо себя ведёт, то что? Правильно, он не получает вкусняшку!

Обжигающий ствол в моей руке ещё больше напрягся, и парень глубоко вздохнул, явно готовясь излиться в мою ладонь. Ишь ты, и даже громкие звуки его не отвлекли! Я тут же отпрянула, так и не завершив начатое, мстительно оставив его с болезненным стояком.

Бросив последний взгляд на очень горячую картину взведенного до предела парня, я прошмыгнула мимо него к выходу, чтобы он не успел меня перехватить, и бросила через плечо:

– Я люблю шоколад только из лавки Мадам Шанталь, молочный с цукатами, и вино предпочитаю фруктовое минимум трехлётней выдержки. В Грэмхелле самое достойное можно найти только в Сладкой Фее.

– Да я к тебе и близко теперь не подойду. – Раздалось злобное за моей спиной, и оборотень зашуршал одеждой.

Ну-ну, а как же месть? Неужели он думал, что всё будет так просто? Такой большой и такой наивный.

Помахав на прощание ему лишь пальчиками, развернулась и пошла к выходу, плавно покачивая бёдрами. Сзади раздались глухие удары, из-за которых я глупо захихикала. Хоть бы свой затылок пожалел, ну или полки с книгами.

Что ж, осталось дождаться, когда он поймет, что проклятье оставило после себя небольшой, но очень ощутимый след.

Глава 11. Ведьма и заклятая подруга

Как я и думала: на вводную лекцию можно было не спешить, потому что магистр Дамерия на нём так и не появилась. Спасибо хоть телепортировала нам пергамент с расписанием, списком преподавателей и дополнительных лекций, которые можно было брать по желанию, ну или вообще игнорировать. Всё же мы не первый год в академии и разжевывать нам ничего не надо – даже карты хитросплетений коридоров между аудиториями были нами заброшены на третьем курсе.

Сидя с друзьями в кабинете, закреплённом за нашей группой, я слушала планы Марики на сегодняшний вечер, при этом продолжая то и дело вспоминать неожиданную встречу в библиотеке и посмеиваться про себя. Правда, когда мысли сворачивали на то, каким горячим был возбуждённый член волка, или на то, как загорались его глаза, и утяжелялось дыхание при каждом моём движении, очень хотелось поерзать по сиденью, чтобы хоть немного унять болезненное возбуждение. Кто думает, что только у мужчин может кое-что болеть из-за притока крови, тот либо мужчина, либо везучая женщина, не познавшая этих далеко не самых приятных ощущений. Ещё и подруга своими рассказами только ухудшала моё положение.

Очень хотелось плюнуть, уйти к себе и хотя бы самой себе помочь. Едва у меня появилась эта мысль, я неверяще замерла, а потом выругалась про себя:

«Тьфу, из-за этих волчар у меня теперь боязнь секса с другими. Просто я никогда не понимала, зачем симулировать оргазм и сама этим не грешила. Зато теперь-то я, кажется, познала всю суть этой щекотливой темы – когда не можешь кончить, а обижать партнёра не хочется, ведь он так старается, вот и приходится подыгрывать, изображая так и не подоспевший финал. Но всё же такое не для меня, а значит: уж лучше я пока сама буду разбираться со своим либидо. Тем более время есть, первые симптомы сбоя магии ещё не появились. Может в итоге всё наладится». – На этом моменте оптимист во мне покрутил у виска. Пришлось его успокаивать очевидным фактом: – «К тому же, кое-кто точно снова окажется передо мной, едва поймёт, что проклятье не исчезло бесследно. Однако для этого нужно время».

Так и не увидев милый лик нашего куратора, мы всей толпой, в целых семь студентов, решили её уже не дожидаться, да и уже прозвучал звонок, призывающий всех на обед. Я туда не собиралась – сейчас мои стопы направятся в город, и уже там я перекушу.

Едва мы переступили порог аудитории и оказались в оживлённом коридоре, как моё настроение стремительно покатилось вниз.

– Веда-а-а-на, – протянул противный знакомый голос, который я бы предпочла не слышать, но, увы. – А я-то думала ты уже без остановки объезжаешь наших новых студентов, именно тех, что обрастают шерстью. Ведь твоё имя обязывает раздвигать ноги перед каждым из них.

Бывают моменты, когда тебя уже не трогают оскорбления конкретного человека, в данном случае ведьмы, потому как ты слышишь их настолько часто, что тебе становится просто плевать. Скучающе мазнув взглядом по мантии выпускника, и посмотрев в усмехающиеся ярко-лиловые глаза, просто отвернулась.

Послышалось раздраженное шипение, и Вельт, похоже, решил откупиться от меня за свою проказу с библиотекарем и поспешил вмешаться:

– Рейна, малышка, если у тебя недотрах, ты только скажи, я всегда рад помочь ближнему. – Вместе с чувственными нотками в его голосе явно сквозила насмешка. – Даже вон Ведану могу уговорить стать нашей третьей, правда моя девушка опять обидится. Ну, ничего с этим не поделаешь, друзей обижать нельзя. – Ведьмак демонстративно потянулся к верхней пуговице чёрной рубашки.

– Я?! С ней?! – мне кажется, даже пепельные волосы ведьмы заискрились от её гнева. – Да никогда в жизни эта дрянь меня не коснётся!

Та-ак, а вот за это можно и проклятье схлопотать. Кто-то видимо уже успел забыть, как не расставался с очень большим носовым платком. Разве можно причислить насморк к серьезной порче? Я отвечу – можно. Особенно если подойти к делу с чувством и применить его к нужному объекту. Рейна всегда гордилась своими манерами (ага, которые испарялись, едва она видела меня) и аристократическими корнями – её семья тёмные ведьмы в десятом поколении с парочкой титулов доставшихся от покойных мужей. Так вот для неё, ручьи из носа, стали пеклом на земле. Она даже полотенце с собой таскала, потому как её кружевного платочка хватало минут на десять. А уж как Рейну злил красный нос и испорченный голос, м-м-м, я просто наслаждалась этими флюидами ненависти.

– Да? Наша Веда так тебе не нравится? – усмехнувшись, спросил Вельт, привычно обнимая меня за плечи, и опираясь подбородком на мою макушку. – Тогда с чего бы ты просто пожирала её взглядом на последнем шабаше? Я уж думал, ты, наконец, решилась открыть свои чувства.

Смешок прокатился по всей нашей мелкой группе и не только.

– Что за чушь ты городишь?! – взвизгнула ведьма, и её серые кудри возмущённо задрожали. Острый ноготок, выкрашенный в лиловый цвет, продырявил воздух, указывая на меня. – Она украла моё прекрасное будущее, из-за неё в академии я вторая по силе проклятий ведьма! Чувства?! Всё что я испытываю к ней – это ненависть! Чтоб тебя Ведана волки драли в каждой тёмной подворотне!

«Уже», – мрачно подумала я. Как-то она опоздала со своим проклятьем. А вот такой длинный язык следует слегка укоротить. Не люблю я, когда вот так напоказ меня грязью поливают. Пока разыгрывалась эта сцена, народа в коридоре прибавилось. Ещё бы, Рейна в мантии с чёрными нашивками старшекурсницы, а я, как возможно будущий магистр, уже в полностью чёрной.

Разве я виновата, что у её дебильной семьи нерушимая традиция, из-за которой любая ведьма или ведьмак, рождённые под гербом двуглавой змеи, обязаны быть лучшими в выбранном ими направлении. Рейна бы выполнила эту традицию, если бы не я. Можно было конечно немного поумерить усердие и отдать ей это первое место – пусть подавится – но моя натура не позволила так просто отдать лидерство. Ей надо? Так пусть заберёт.

Она ещё надеялась, что я не стану повышать квалификацию и хотя бы в её последний год она сможет побыть первой, но и здесь ожидания Серой Рейны провалились. И вообще, она могла выбрать иное направление, например яды, её семья в этом тоже профи, но нет, сама упёрлась рогами и не стала облегчать жизнь ни себе, ни мне. Так что со второго года обучения в академии я обзавелась вот такой вражиной-соперницей. И если с Вельтом мы хоть и воевали, но как-то по дружески, то с Рейной всё действительно проходило на ножах.

Вот и сейчас, сохраняя спокойствие в голосе произнесла:

– Послезавтра снимают печать с полигона. Жду тебя на закате во втором блоке. И готовься заново отращивать волосы и парочку конечностей. – Брошенный мной вызов заглушил все звуки в коридоре, но как только зрители нашей ссоры осознали произошедшее, тут же поднялся жуткий гам.

– Подзаработаем, – потёр руки Коррин и тут же унёсся рыжим вихрем устраивать тотализатор. Вот же ушлый говнюк.

– Принято, – скривила коралловые губки Рейна, и презрительно бросила, прежде чем уйти: – И это тебе стоит приготовить побольше своих омерзительных зелий, потому что в этот раз, я размажу тебя по куполу.

Ну-ну, мы ещё посмотрим, как ты тренировалась на каникулах. 

Первокурсники восторженно шептались, а до меня только дошло, что зрителей будет много, очень много, ведь первая дуэль всегда собирает массу народу. Э-эх, главное не споткнуться в самый неподходящий момент, а то есть за мной такой грешок. Как я не подправляла свою координацию, как не упражнялась, всё равно порой ноги запутываются между собой. Это даже забавно. Ты можешь сделать двойное сальто с места (не без магической помощи, и к сожаление это заклинание относится к боевым и не разрешено до получения лицензии), но, тем не менее, умудряешься споткнуться и пропахать носом ковёр, снег или что там будет под ногами.

– Вот же гадина, – проворчала Марика. – Ей как будто больше заняться нечем, только тебя доставать.

– Да плюнь на неё, – отмахнулась я. – Наестся и в этот раз земли с полигона ещё на полгода притихнет. Ладно, ребята, не шалите, я побежала. – Улыбнулась друзьям и махнула рукой на прощание.

– Веда, это что, проклятье? – завопил Вельт, обиженно сверкая голубыми глазами. – Первый день занятий надо отметить, а значит без шалостей никуда!

Посмеиваясь над ошарашенными взглядами ведьмаков, и немного заинтересованными новеньких ведьм, умчалась завершить работу в поместье. Потом до конца недели буду свободна. Целых три дня спокойствия! Красота!

 ***

Нагло нарушая правила академии в первый же день, вернулась я глубоко за полночь, потому что моей графине нездоровилось, хотя скорее просто не хватало внимания. Она раскрутила меня на гадания, коими я и развлекала моложавую старушку пока она сидела под тёплым пледом в глубоком кресле у ярко горящего камина.

К воротам академии подъезжать не стала. Попросив остановить сани у глухой на вид стены, я расплатилась с извозчиком, работающим по ночам и уже очень даже хорошо знакомым, и покинула тепло возка. Когда чёрный короб повозки, тихо шурша полозьями по свежему снегу, скрылся из виду, в тусклом свете, падающем сверху кладки, нащупала нужный камень, надавила на него и тихонько пробралась на территорию академии. Можно было воспользоваться и порталом, но он считает мою ауру и любой преподаватель сможет утром узнать список нарушителей. Этот же тайный ход, был нам передан старшекурсниками вместе с обещанием показать его ответственному молодняку, способному сохранить эту тайну даже под страхом смерти.

В студ городке было довольно тихо, даже странно это для обычно вечно неспящих ведьмаков. Вдоль главных дорожек в шахматном порядке располагались фонари на тонких ножках-столбах и освещали голубоватым светом путь. В такие тёмные ночи, как сегодня, подобная мера была просто необходима, иначе общежитие мне было бы точно не найти. На небе не наблюдалось: ни единой звезды, ни бледного диска Улани. Ничего, совсем скоро небосвод расцветёт всеми цветами радуги, и даже самые кусачие морозы не изгонят желающих полюбоваться этим явлением.

Когда я уже почти подошла к общежитию, слева что-то бухнуло, с хрустом приминая снег. Остановившись, попыталась что-то рассмотреть в густом мраке, но эта затея была явно бесполезна. Переступив с ноги на ногу и так и не дождавшись чего-то ещё, пожала плечами, и поспешила укрыться в тепло.

На свой этаж поднималась, уже жутко зевая, и потому не сразу заметила полуголого парня, на всём ходу врезаясь в него.

– Разуй глаза! – рыкнула на незнакомого ведьмака, не допустив мысли, что виноватой могу быть я. 

По тому, как он засмущался, прикрывая охапкой одежды и голый зад и не самый спокойный перед, и стушевался, сразу стало понятно, что он из “свеженьких”.

– Простите, – вжав голову в плечи и густо покраснев, парень под моим строгим взглядом смылся за угол и очень быстро пошлёпал в сторону мужского крыла. 

Да, у нас было разделение, но честно говоря, смысла в этом  я не видела. Некоторые парни в своих комнатах только переодеваются, а их кровати покрываются слоем пыли на протяжении всего года.

Соседняя с моей дверь приоткрылась и перед моими синими сонными очами возникла алая голова растрёпанной Марики.

– Тц, Ведана! Если тебе не спится, то дай спокойно не спать другим! Я же с ним только начала играть! Думала, поскребётся в дверь, осознает: как он неправ, и попробует то, что я ему предлагала! – тут же виверной набросилась на меня подруга, заставив обходить её по противоположной стеночке.

– Рика, никуда он от тебя не денется, я ж тебя знаю. Уже завтра в какой-то из подсобок ты добьешься от него всего, чего твоей душе захочется. А если нет, то сейчас тут полно тех, кто готов попробовать всё. – Поспешила похвалить её мастерство обольщения и приободрить, но она лишь фыркнула ни капли не смягчившись:

– Сомневаюсь, что он завтра же согласиться, чтобы к нам присоединился Дирк, – угрюмо просопела ведьмочка. – Этому малахольному кто-то сказал, что едва он окажется на минимум тройной вечеринке с ещё одним парнем, так его сразу поставят в середину как новичка.

– Что за дикость? – удивленно вскинула бровь, замирая у своей двери.

– Вот и я о том же! – карминовые глаза Марики вспыхнули от гнева. – Самое страшное, что они почти все в это верят! Зато сразу видно, что о нас думают люди, ведь почти все, у кого сложилось подобное мнение, выходцы из обычных немагических семей. – Вздохнула раздосадованная ведьма.

– Мда.…, – протянула я, при этом вспоминая, что моя мама никогда таким голову мне не забивала. – Ну, ничего. Посмотрят, освоятся, и вскоре поймут, что без их согласия никто не зайдёт так далеко.

– Это да, – вздохнула Марика, поглядывая за угол, где скрылась её жертва, – но немножко обидно, что незнающие люди путают свободную сексуальность с обязательной и, уж тем более принудительной развратностью. Тьфу, ещё больше настроение испортилось. Всё, придётся идти спать, ты тоже давай топай, а то на тебя больно смотреть, трудяга.

Махнув ладонью, подруга исчезла за своей дверью, и я, наконец, поползла в свою комнату. Быстрый душ и ныряние под одеяло были моими последними действиями в этот насыщенный день. Но вот последними назойливыми мыслями стали волчьи морды, и размышление на тему: точно ли был среди них тот нахамивший мне волк или его всё же нет среди этой делегации? В последнее мне верилось с трудом, да и странный азарт, свернувшись клубочком в груди, был за то, чтобы второй волк тоже оказался здесь. Ведь тогда я точно повеселюсь и отомщу обоим, потому что всем известно – оборотни не терпят соперников.

Глава 12. Ведьма и студ. будни

Отдохнула я на славу. Первой пары у нас сегодня не было, и потому я хорошенько выспалась, собралась не как обычно – сломя голову, и даже не забыла полюбоваться на себя в зеркало перед выходом. 

Приготовленный лично мной шампунь сотворил чудеса с моими волосами, и они пышными, но при этом гладкими волнами обрамляли лицо и едва касались плеч. Мне даже хватило времени обновить оттенок – своему родному чёрному цвету волос я всегда придавала сизо-фиолетовые блики. По-моему с насыщенно синими глазами так смотрелось куда интереснее. Чёрную блузку украсила бледно-голубой летной в тон длинной юбки, которая плавно обрамляла бёдра и разбегалась красивыми складками до лодыжек. Жаль туфельки не надеть. Вдруг придётся выйти срочно на улицу, а в такой обуви даже на дорожках, которые сами растапливают снег, будет не очень уютно. Потому лёгкие ботиночки со шнуровкой, зачарованные на регулировку температуры, дополнили мой наряд. 

Повертевшись, и рассмотрев себя со всех сторон, улыбнулась своим мыслям. Напевая себе под нос, набросила чёрную мантию, и, подхватив сумку на длинной лямке, поспешила вниз, чтобы позавтракать. 

Коридор общежития встретил меня тишиной, но посмотрев на наручные часы, решила поспешить, если вообще хочу спокойно поесть в столовой, пока все отсиживают вторую лекцию.

Мои планы нарушил стенд находящийся прямо у входа в центральный холл. Гладкая поверхность чёрного обсидиана пестрила портретами пропавших адептов и крупной надписью призывающей быть осторожными и сообщить, если вдруг кто-то что-то видел. За всей этой мохнатой проблемой у меня вылетело из головы то, что в Грэмхелле творится какая-то бесовщина. Странно, но проблема действительно серьезная, а я о ней вспомнила лишь, когда увидела доску. И ведь эти случаи даже никто не обсуждает...

Подойдя ближе к зачарованной доске с объявлениями, я стала всматриваться в изображения ведьм и ведьмаков. Кто-то был мне знаком, но лишь немного, кого-то я знала только в лицо – всё же, когда ты живешь несколько лет в студ. городке, даже с таким большим количеством народа, ты запоминаешь лица тех, кто учился даже на других факультетах. Все пропавшие были изображены с разных курсов и на первый взгляд не имели между собой ничего общего.

Хм, неужто вновь объявились эти фанатики зовущие себя инквизиторами? Иначе кто ещё мог это сделать? К тому же парень, портрет которого расположился первым, был всего года на два меня младше, а значит, боевую подготовку уже прошёл. С самого первого дня поступления сюда, нас учили, как постоять за себя. Да, ограничение в ворожбе были, но если на кону твоя жизнь, то ради самообороны ты можешь использовать все свои знания и без оглядки раскидываться заклинаниями.

Тут же в моей памяти всплыл момент, когда этот сливочный альфа (ничего не могу с собой поделать, но жертва моего проклятья теперь мысленно величается именно так) каким-то образом затушил мое заклинание… Неужто мохнатые имеют к этом какое-то отношение? Вспомнили былые времена, когда их предки были верными псами инквизиции? Или личные счёты? Да тут слишком много вариантов.

Низшие! Придётся самой идти к волчонку с белёсой шевелюрой и узнавать, как он справился с моей магией. Угу, и если за всем этим стоят оборотни, то мне тут же постараются организовать исчезновение. Да и кто сказал, что этот любитель тёмных коридоров станет трепать языком? Но всё же эта зацепка не даст мне спокойно спать, тем более, если случаи будут продолжаться.

В мои размышления ворвался звонок, заставляя выругаться  – вот и покушала в тишине и покое. 

Эх, пойду хоть булочку возьму пожевать, а то двигать на пары голодной не хотелось категорически. Последний раз, посмотрев на стенд, отвернулась и постучала каблучками за добычей, а то желудок начинал недовольно ворочаться, намекая, что терпеть потом две лекции он не согласен.

Перерывы между парами были значительно больше, и потому народ сейчас спешил либо перекусить, либо весело провести время. Меня же веселье поджидало аккурат у входа в столовую.

– Да как ты мог! С первокурсницей! – все зрители этой сцены недоумённо смотрели на Кайлу, которая рыдая, отчитывала Вельта. Меня всегда забавляло, как эта парочка смотрелась рядом – высокий, тёмный ведьмак с вечно хитрым выражением на лице и миниатюрная блондинка, которой впору быть друидом, а никак не тёмной ворожеей.

“Гм, и правда, что в этом такого-то?”– подумала про себя, и девушка Вельта тут же прояснила ситуацию.

 – И даже меня-я-я-я не пригласи-и-и-ил, – взвыла ведьма, к которой тут же все прониклись сочувствием.

Вот сволочь! Как он мог опять не предложить своей девушке присоединиться! Может подбросить ему какой-нибудь интересный фиал с порчей?

– Но, милая, она же совсем зелёненькая, стеснялась бы и испортила всё веселье. Вот я её поднатаскаю и тогда мы все вместе повеселимся, правда-правда, – тут же бросился оправдываться ведьмак, чувствуя на себе кровожадные взгляды женской половины зрителей.

– Обещаешь? – с придыханием спросила Кайла, поднимая на ведьмака полные слёз голубые глаза.

– Конечно, любимая, даже не сомневайся, – подтвердил Вельт и поспешил притянуть в крепкие объятья свою девушку.

Толпа вокруг одобрительно загудела, а я покачала головой. Зная этого эгоистичного вредину, уверена, что эту картину мы будем наблюдать едва ли не каждую неделю, ведь в прошлом году всё было ровно так же.

– Ага, попалась, – прорычали мне в ухо и обхватили со спины, при этом тяжело дыша прямо в ухо.

– Я вроде бы и не пряталась, Марика. Иду вот перекусить, перед тем как начать насыщаться знаниями. Булочку хочешь? – усмехнувшись, спросила подругу и погладила её по руке.

– Да! Тогда поспешим, я тоже голодна как волк! Кстати, о них, – тут же выпустив меня из объятий, ведьма ухватила меня за ладонь, и потащила в столовую, рассказывая на ходу. – Слышала? Уже трое из мохнатых будут дуэлиться в первый же день открытия полигона. Ух, веселуха! Посмотрим, как их будут на сувениры потрошить!

– Всего троих? – посмеиваясь, без особого энтузиазма поинтересовалась судьбой новых студентов. – Мне казалось, что уже к концу первого дня они все получат приглашение познакомиться поближе на плацу.

– Да какие-то они плохо провоцируемые, – с подозрительным знанием дела протянула подруга. – Только троих удалось развести. Ну, ничего, все там будут. Конечно, по просьбе ректора парни будут с ними обращаться мягче, но в запале всё бывает.

Марика на самом деле являлась одной из самых кровожадных ведьм нашего потока. При этом если не смотреть ей в глаза, то можно принять это создание, с лицом в форме сердечка, россыпью веснушек и алой копной волос за рассветную фейри. Вот только едва её пушистые ресницы поднимались, тут же являлась её ведьменская суть, что застыла в насыщенно-винной радужке. Ей дикого мёда не надо, дай только на очередную дуэль поглазеть, громко поддержать сражающихся, а то и поучаствовать.

И вот тут снова возникает вопрос, как можно было похитить кого-то из нашей академии? Ни магистры, ни ректор никогда не запрещали выяснять нам отношения на полигоне. Там есть специальный купол, который поддерживает жизнь, если вдруг сражающиеся увлекаются, да и подобный опыт делает нас куда более осторожными – обезболивающее в куполе не прилагается, и все ощущения ты испробуешь сполна. Ситуация и впрямь вырисовывается опасная и потому, в кой-то веки, придётся послушать ректора.

У зоны с буфетом, в котором и находились желанные нами булочки, образовалась небольшая очередь и мы пристроились в её конце. Стоящие впереди две рыжие девушки – когда они одновременно на нас оглянулись, стало ясно, что они близнецы – усердно шушукались на очень интересную тему. Пусть ведьмочки и говорили тихо, но мы с Марикой, и нашим неуемным любопытством, в наглую их подслушивали.

Та девушка, что справа, рассказывала о том, как вчера вечером кому-то из старшекурсников делала минет, а та, что стояла слева, строила гримасы отвращения и причитала о том, какое же это унижение.

Марика не выдержала и тяжело вздохнув, вклинилась в личную беседу желая нести свою религию в массы.

– Девочки. Вы совсем не понимаете, какая это власть? – близняшки недоуменно посмотрели на мою подругу, а я старательно кусала губы, чтобы не засмеяться в голос. Когда дело доходило до таких тем, эту ведьму было не остановить. – Делать минет, значит: доминировать над мужчиной и ситуацией в целом! Даже стоя на коленях только вы решаете, как вам действовать: двигаться скупо и ритмично, как заводная игрушка, или же изощрённо и плавно, доставляя ему невиданные удовольствия. Только вам решать использовать ли одни губы, или же добавить язычок, окружая его ствол нежными прикосновениями. И самое главное. В любой момент вы способны прервать его наслаждение и укусить, доставив самую большую боль. Но делать так, не стоит. Это ли не власть? Так что, минет не унижение и не одолжение, а способ показать мужчине, на что ты способна.

Обе рыжули похлопали глазами и та, что справа, скуксившись, пожаловалась:

– Я пыталась и не раз, но мои любовники говорят, что у меня выходит отвратительно.

– Так говори с ними, глупая, – потрепав дружески её по плечу, добро произнесла Марика. – Прости, конечно, за такую прямолинейность, но вынимай член изо рта и спрашивай, как больше нравится твоему партнёру. Поинтересуйся, чего не хватает в твоих действиях. Невозможно научиться не спрашивая.

Ведьмочка смотрела на Марику как на великого мастера, и внимала каждому её слову. В своё время именно она точно так же обработала и меня, хотя, теперь я этому даже рада.

Пока подруга обращала новых адептов в свою веру, я оглянулась и заметила стоящего за нами подозрительно красного парня. Нахмурившись, стала размышлять, где видела его. Проследив за его голодным взглядом, устремлённым на Марику, с трудом сохранила лицо, когда меня пронзила догадка. Да это же её ночной визитёр! Кажется, эта ведьма, и правда уже сегодня добьётся от него всего, чего хотела. Этого сероглазого блондинчка можно только пожалеть – из всех ведьм академии первой ему досталась именно наша Паучиха.

Рядом со мной вырос взъерошенный Рикки, и хмуро спросил:

– Ведана, Марика, вы уже в курсе кто теперь ведёт у нас физ. подготовку?

– Нет, – ответила я за нас обеих. – А разве не магистр Бьёрн? Он же был нашим преподавателем на протяжении всех лет.

Ведьмак взъерошил тёмно-серые волосы и недовольно произнёс:

– В этом году у нас новый препод, и кажется, мы встряли. Он же будет на нас отыгрываться за своих подопечных…

Такой намёк сразу натолкнул на ещё не озвученный одногруппником ответ.

– Только не говори, что…,– Марика потрясённо открыла рот, не закончив фразу.

– Ага, его волчье величество куратор блохастых – Дамиан Форджен, – подтвердил Рикки, недовольно сузив большие серые глаза.

Какой интересный нынче день намечается. Обложили меня волки со всех сторон…

Глава 13. Ведьма и откат

Волчих хвост за мной я заметила ещё после углублённой химерологии. Усмехнувшись про себя, сказала Марике и Димеру, чтобы не ждали меня и шли на физ. подготовку, на которой, нам ещё предстоит близко познакомиться с куратором волчьей группы.

Заскочив в дамскую комнату, порылась в сумке и возрадовалась когда нашла то, что мне было сейчас необходимо. Неприметный тюбик бесцветной губной помады лёг в мою руку, и я щедро прошла мягким стержнем по своим пухлым губам. В отражении большого зеркала проказливо вспыхнули мои синие глаза, и проходящая мимо второкурсница шарахнулась от меня подальше. Теперь уже моя мечтательная улыбка досталась этой хрупкой девушке в мантии с бледно-серыми нашивками, и она поспешила сбежать из уборной.

Нервная какая. Всё моё настроение сейчас направленно только на одного не человека, который якобы незаметно сопит в коридоре.

Хорошенько растерев мизинчиком изготовленный лично мной состав, сполоснула руки под краном и поспешила на выход. Нехорошо заставлять пёсика ждать, да и самой уже не терпится с ним поиграть.

До последней пары ещё было достаточно времени, и я специально пошла дальними, и потому безлюдными, коридорами. Мой преследователь не подвёл и воспользовался предоставленной возможностью.

Резким движением обхватил меня за талию со спины и, прижав к крепкой груди, оборотень оторвал мои ноги от пола и шагнул в пустую аудиторию. Захлопнув ногой дверь, он поставил меня перед собой. Даже ностальгией повеяло. Правда, в прошлый раз меня не отпустили, пока не трахнули в тёмном коридоре – не иначе теряет хватку, ведь к каким-то более тесным действиям он переходить явно не собирался.

Увидев звёздные карты на доске и кафедре, убедилась, что привела его правильно и мы сейчас в аудитории по звёздным предсказаниям. Так как этот предмет не слишком популярен, то значит заниматься сюда придут только на факультатив, то есть ближе к вечеру.

– Кто-то говорил, что и близко ко мне не подойдёт, – усмехнулась, томно бросая взгляд через плечо. Зимний волк не спешил разжимать руку и выпускать меня из объятий, лишь прожигал светящимися льдистыми глазами.

– Знаешь, ведьма, – проникновенно зашептал мне на ухо оборотень, – я уже проклял тот день, когда меня дёрнули низшие сунуться в академия. Мне казалось, что в это время она будет пуста, а значит, я спокойно осмотрюсь, но в итоге наткнулся на тебя... – глубокий, немного хриплый голос обволакивал, и мне приходилось заставлять себя не слишком сосредотачиваться на нём. Тяжелый вздох защекотал висок, после чего до меня донеслось: – Видимо стоило прислушаться к шаману и остаться в долине. Моя жизнь, как он и поведал, встала с ног на голову.

– Вау, столько слов и откровенности! – возможно, слишком поспешно усмехнулась я, но наша близость начинала слишком давить на мои чисто женские инстинкты. – Обычно ты предпочитал либо молчать, либо отделываться короткими фразами. Наши отношения прогрессируют. – Добавив в голос наигранной радости, томно похлопала ресницами.

– Нет у нас никаких отношений, – глухо прорычал волк, пока сам пожирал моё лицо взглядом. А когда я кончиком языка скользнула по своей нижней губе, мне в ягодицы тут же упёрлось кое-что очень твёрдое.

– Тогда почему твоё дыхание стало чаще, а твоя рука ненавязчиво поглаживает мой живот? – прошептала, пытаясь отвлечь его, и поэтому тактично промолчала про выдающий его с потрохами бугорок в штанах.

– Не заговаривай мне клыки, – тут же огрызнулся парень, поймав меня с поличным. – Признавайся, ты ведь не полностью сняла заклятье?

Мой смех разлетелся по пустой аудитории, заставляя оборотня нахмурить чёрные брови. Самое забавное, что его рука всё так же продолжала медленно гладить мой живот.

– И ты только сейчас это понял? – растеряв всю соблазнительность, ехидно спросила, глядя в звериные глаза. – Краткий курс о проклятьях: чем оно сильнее, тем больше вероятность того, что у жертвы будет откат. У всех он проявляется по-разному, но если порча была узконаправленной, то симптомы частично схожи с ней.

Короче мой недруг, так просто ты не отделаешься. Не зря же я выбрала именно жидкое проклятье, да ещё и артефактом воспользовалась. И всё, чтобы даже после его снятия, ты пострадал какое-то время.

– И как долго мне терпеть эти неудобства? – процедил сквозь зубы волк.

– Кто знает, – легкомысленно пожала плечиком, привлекая бледно-голубой взгляд к нему. – Но если ты ничего не будешь делать, то у тебя так и будет спонтанная эрекция.

– Издеваешься? – рокот в его груди перетёк ко мне под кожу между лопаток, и я поняла, что пора сматываться, а то увлекусь, и сама кинусь помогать ему избавляться от побочки. –  Я уже и сам пробовал разобраться, и с чужой помощью, но ничего не выходит.

– Ну да, проклятье же моё. – Посмеялась над его недогадливостью. – Только секс со мной будет сводить на нет остаточный эффект. И тебе придётся его заслужить.

– Вот уж точно нет, – самоуверенно отрезал оборотень и развернул меня лицом к себе.

Он зло впивается в мои губы, жестко сминает их, и моё тело тут же отвечает мелкой дрожью. Я не сопротивляюсь и пока просто наслаждаюсь его вкусом и жадным дыханием. Но его время выходит слишком быстро, и парень замирает, неверяще распахнув свои удивительные глаза – вроде бы отдающие холодом, но такие чистые и глубокие, что в них хочется утонуть.

– Не знаю, как ты в прошлый раз рассеял мою магию, – говорю, медленно приходя в себя, – да и навряд ли ты мне сейчас это расскажешь, но в этот раз, я подстраховалась. Специальный парализующий состав проник в твою кровь через прикосновение к моей коже, и будет действовать на тебя пару часов. Так что, постой и подумай о своём поведении. А также о том, как ты будешь реабилитироваться в моих глазах.

Оборотень так и застыл, немного склонившись вперед обнимая невидимую любовницу, и всё, что теперь он мог делать, это зло буравить меня взглядом. Не удержавшись, я запустила пальцы в длинные бело-серые пряди, заправляя их за чуть заострённое ухо оборотня и ещё раз поцеловала неподвижные губы. 

Ну а что? Может я решила закрепить эффект. 

Помахав на прощание и посоветовав вспомнить какой шоколад и вино я люблю, покинула аудиторию, при этом старательно закрыв за собой дверь.

На последнюю пару я едва не опоздала и влетела на полигон последней. При этом на ходу завязывая пояс широких брюк. Наша форма для физ. подготовки состояла из двух туник: нижняя более легкая и бесформенная, а верхняя из мягкой кожи, которая подгонялась по фигуре специальными ремешками. Штаны имели немного свободный крой и заправлялись в сапоги выше колена. Пусть это не совсем удобно, но таким образом нас сразу приучали к стандартному полевому наряду всех лицензированных магов. 

Правда полный комплект имел ещё одну тёплую тунику, тяжелый плащ и перевязь с отсеком для гримуара и разной мелочёвки, что должна быть под рукой, а также ножны с мечом. Прохождение полосы препятствий в полном обмундировании является самым “любимым” времяпровождением на физ. подготовке. 

Когда я, запыхавшись, подбежала к шеренге из шести своих одногруппников, то уже шла перекличка. Красивые тёмно-серые глаза тут же вонзились в меня, и наш новый преподаватель подарил всё своё внимание только мне.

– Имя, – короткий приказ, и вот низшие, я узнала этот голос! Его ни с чем не перепутаешь, ведь эти бархатные хриплые нотки сразу же вернули меня на подоконник особняка герцогини. Даже в ушах очень чётко зазвучала приглушенная музыка бала. Теперь сомнений не было – куратор подброшенной нам стаи волков тот самым тип в птичьей маске.

– Ведана Ронк, – отвечаю, старательно сохраняя спокойствие.

Тёмно-русая бровь ползёт вверх, а золотистая голова наклоняется набок. Ох, я даже догадываюсь, что сейчас будет. Чтоб у тебя вся шерсть повылазила!

– А знаешь ли ты, Ведана Ронк, как твоё имя переводится с древнего наречия? – услышав смешки ребят и глядя на моё скисшее лицо, оборотень не сдержал ухмылки и, заложив руки за спину, произнёс: – Оно означает – волчья ягода.

Глава 14. Ведьма и подсобка

– У твоих родителей отменное чувство юмора. – Не упустил шанса подколоть меня оборотень.

– А знаете ли вы, профессор Дамиан, что волчья ягода является важным ингредиентом для основной массы алхимических проклятий? – невинно осведомилась я, даже не думая придержать язык.

– На что же намекает, эта милая волчья ягодка? – бархатисто рассмеялся мужчина. – Если на то, что ты сильна в проклятьях, то я в курсе этого...

– Вы не дослушали, – перебила я, за что тут же получила молчаливое одобрение от моей маленькой группы.  – Основная задача этого ингредиента – усилить эффект порчи. Также, в некоторых землях люди используют волчью ягоду для изготовления, как обычных лекарств, так и спиртных напитков.

– К чему же ты ведёшь? – уголок его аппетитных губ так и дёргался в усмешке.

– К тому, что такая маленькая ягодка может быть безобидной, а может превратить обычное зелье для сна в яд. Всё зависит от того как обращаться с этим растением.

В стальных глазах мелькнуло что-то отдалённо похожее на одобрение, но при этом мужчина прохладно произнёс:

– Какая интересная параллель. Что ж, в дальнейшем буду это учитывать, и стараться относиться к тебе осторожнее, а то не хватало ещё, чтобы одна ведьмочка с многозначительным именем отравила мою жизнь. – Он не скрывал сарказм в голосе, но это меня ни капли не смутило.

Пфф, он видел меня фактически голой, орудовал во мне своим волчьим достоинством, так что теперь ему придётся постараться, чтобы заставить меня смутиться.

– Рада, что вы это поняли. – С достоинством кивнув, не упустила возможности ответить волку той же монетой. – Наши имена зачастую отражают нашу суть. Интересно, а насколько правдиво ваше?

Марика уже не скрывая крайней степени азарта в глазах, выглядывала из-за широкого плеча Димера и переводила свой карминовый взгляд с меня на оборотня. Последнему точно перестало нравиться, то, что кроме нас здесь ещё пять ведьмаков и одна крайне любопытная ведьма, и потому он сделал вид, что не расслышал мой вопрос.

Переведя взгляд на группу, возможный покоритель обратился уже ко всем:

– Раз уж мы познакомились, то, пожалуй, пора переходить к занятиям. Начнём с простой разминки, после неё три круга по дальней дорожке, и полоса препятствий.

Недовольное сопение моих коллег подтвердило, что мысленные проклятия на светло-карамельную голову нашего нового преподавателя посыпались не только от меня. Надеюсь, его волчье величество запаслось оберегами, а то такая концентрация даже ментальной порчи от ведьмаков, может вылиться в очень непредсказуемое проклятье.

Видимо потоки ненависти, излучаемые нами, были настолько сильны, что изгнали оборотня на край полигона, откуда он бросал на нас задумчивые взгляды. Хотелось бы верить, что только на меня, но стоит быть реалисткой.

Вот что же я за ведьма такая? Помню ведь, как он со мной обошёлся. Да, я его за это треснула хорошенько, но всё равно обидно. И, тем не менее, внутри всё клокочет от воспоминаний, как он вбивался в меня. А от тех поцелуев и его голоса вообще хотелось взвыть и попросить его повторить. Однако, гордость – наше всё.

– Какой всё-таки мужчина! – восхищённо вздыхала Марика, бросая взгляды в сторону оборотня. – Этот разворот плеч, а этот голос, м-м-м, я просто душу готова продать за то, чтобы такой голос шептал мне непристойности, пока мы будем заниматься сексом. – Ох, подруга, как же ты права, и как же мне тяжело, потому что я-то уже попробовала этот лакомый кусочек. Он, конечно, делает вид, что мы незнакомы, но слишком уж пристальным было его внимание ко мне. – Пожалуй, я плюну на свои принципы и попытаюсь к нему подкатить. Ты не против?

Неожиданное признание подруги заставило меня застыть в наклоне. Очень неприятное чувство змеёй скользнуло под ребра и сжалось вокруг сердца. Что это за дела? Ты же ведьма! Так к чему нам эта ревность? Хочешь, так же как и наш куратор, убиваться после каждого похода налево её возлюбленного? Я же давно решила, что любовь и ревность не для меня.

– Попробуй, – спокойно ответила Марике, и та даже не догадалась, что творилось в этот момент в моей душе. – Не понимаю, зачем только спрашивать у меня одобрения?

–Мне, да и не только мне, показалось, что между вами что-то есть. – Хитро посмотрев на меня, Марика к своему разочарованию увидела не испуганное лицо пойманной с поличным ведьмочки, а скептический взгляд.

– Не выдумывай. – Был мой короткий ответ, и я сделала вид, что поглощена тренировкой. Однако в мыслях то и дело вспыхивала куча вопросов.

От глупых терзаний меня отвлёк смачный шлепок по заднице. Судя по тому, что Марика, находившаяся в этот момент тоже головой вниз, дёрнулась так же как и я, такое счастье привалило и ей.

– Девочки, вы меня провоцируете, – промурлыкал Вельт, нагло поглаживая наши филейные части.

– Ведёшь себя как потаскун, даже препод тебя не останавливает, – брезгливо бросил Рикки, прожигая серебряными глазами любвеобильного ведьмака.

– Зато у меня секс раз в десять чаще, чем у тебя! Ты, кажется, вообще трахаешся только на шабашах, – вяло огрызнулся Вельт, но руки поспешил убрать. Правда, не из-за высказываний Рикки. Наш волчий преподаватель очень нехорошо вперился взглядом в нашу троицу.

– Я предпочитаю качество, а не количество. – Буркнул Рикки, активно махая руками. – Не всем же, как ты лезть под каждую юбку без разбора. 

– Завидуй молча, – оставил за собой последнее слово Вельт.

– И долго мне ждать? – гаркнул оборотень, и его рычащий голос прокатился по немалому полигону, не сбавляя своей громкости. Парни тут же поморщились и двинулись к дорожке, а Марика же ещё более нетерпеливо засопела.

– Я однозначно должна его завалить в раздевалке, или нет, лучше в душевой, как раз не нужно будет тратить время на то, чтобы снять с него это странное чёрное одеяние.

Посмотрев на наряд оборотня, состоящий из мягких ботинок, широких брюк и свободного верха, подпоясанного кушаком, подумала:

“А что там тратить-то? Даже пуговиц нет на его кафтане, распустить пояс и он распахнётся. Штаны для занятий, они у всех однотипные, тоже развяжи тонкую завязочку и вот оно всё богатство... Ох, если  я  не перестану об этом думать, то точно взорвусь.”

Правда физическая нагрузка живо выветрила из моей головы все эротические мысли, и либидо уползло в свою норку, но пообещало вернуться, едва я только подумаю о песчаном или белом волке – последний правда этого не заслужил, ведь до сих пор не удосужился моё имя узнать. Хоть оба моих наваждения принадлежали к клану ледяных оборотней, где все имеют белоснежную волчью форму, но Дамиан кажется слишком тёплым, и больше напоминает мне пустыню. Зрелый, с тронутой загаром кожей и его обжигающими прикосновениями… О, Геката, уже месяц прошёл, а я всё ещё чувствую его пальцы на своей коже.

Радует, что по отношению к другим хвостатым я вроде бы не испытывала ничего подобного. Лишь белобрысый засранец с льдистыми глазами вызывает во мне схожую реакцию. Так, надо завязывать пока с мыслями о мужиках и возвращаться на грешную землю. Ох и согрешила бы я с ними, при том одновременно.

***

Когда мы не дружным строем уползали в душ после изнурительных занятий, я не забыла напоследок совершенно нечаянно пройти слишком близко к высокому мужчине и наступить ему на ногу, точнее на обе. Дико извиняясь, под насмешливый взгляд Вельта, я скрылась подальше от прожигающих стальных глаз уважаемого преподавателя, оставляя ему на память чёткие оттиски своих подошв. Да, в выборе подарков мне нет равных. Пока все скрывались в специальном помещении с душевыми на полигоне остались лишь оборотень и медленно идущая в его сторону Марика.

Стоя под тугими струями воды, я смывала с себя пыль и пот. Дамиан оказался тем ещё зверюгой, и сегодняшние занятия посвятил восстановлению выносливости. Потому мы только и делали, что бегали, прыгали, уворачивались от снарядов и пытались не наесться песка. Демонов волк! Но красивый засранец... 

Эх, неужели Марика и правда вот так сразу решила его соблазнить? Насколько быстро он сдастся? Не зря все кто знаком с подругой достаточно близко частенько зовут её паучихой, что расставляет сети на мужчин. И да, ещё ни один не смог избежать её цепких лапок.

Тут хлопнула дверь и в соседнюю кабинку прошлёпала подруга.

– Ну их к низшим, этих волков! – возмущенно возопила она, подтверждая, что не стала долго собираться и уже попыталась завлечь Дамиана. Послышался звук льющейся воды и досадливое фырканье: – Они ж явно фригидные. 

Да-а-а? То ли волки мне попались не те, то ли у них был гон. Предательски взметнувшуюся радость поспешила задушить в зародыше. Зная Марику, уверена, что эта попытка соблазнения не была последней. 

Не став дожидаться от меня ответа подруга тут же прощебетала:

– Ты меня не жди, ужинать в столовую я не пойду. Раз один блондинчик сорвался с крючка, значит надо дожать второго.

– Тогда желаю тебе удачи, – фыркнула я, заодно отплёвывая воду, которая попала в рот, когда на моём лице расплылась улыбка. – А то ещё и ведьмаков потом обзовёшь импотентами.

– Тьфу, на тебя, Веда, умеешь ты поддержать!

– Это я всегда-пожалуйста! Мы же лучшие подруги, так что я тебя буду кусать только с особой нежностью.

Мы громко рассмеялись и закончили с водными процедурами за пустой болтовнёй.

На выходе из раздевалки столкнулась с Вельтом, и он поспешил мне пожаловаться, что Рикки настраивает остальных против него и потому парни оставили его одного и утопали ужинать раньше. Я, конечно же, погладила ведьмака по чёрной макушке, из-за чего мне пришлось встать на цыпочки, и пригласила отужинать со мной. На что парень тут же согласился и, закинув длинную ручищу мне на плечо, повёл меня есть, при этом жалобно вздыхая о бросивших его друзьях.

Скорее он остался один исключительно потому, что был жутким копушей. Так что Вельт просто хотел, чтобы я по доброте душевной напакостила остальным ведьмакам, а он повеселился бы за мой счёт. Нет уж, больше я на это не куплюсь.

Народу в столовой было полно и даже за столом с нашими ребятами не оказалось пустых мест. Потому мы с Вельтом пристроились у высоких окон и обсуждали идею о подбрасывании быстро размножающихся и регенерирующих блох нашим гостям, как вдруг перед нами возникла Кайла.

У ворожеи нездоровым блеском горели глаза, а белокурые локоны, впервые на моей памяти, находились в беспорядке. Маленькая ладошка вцепилась в локоть Вельта, а на красивом личике застыло выражение “моя конфетка”. Лицо же ведьмака удивленно вытянулось, и он уже открыл было рот, чтобы спросить что происходит, как Кайла выпалила:

– Срочно! Ты мне нужен! – после чего её голубые глаза нащупали меня, и она ещё сильнее просияла, добавив: – Ты тоже! Давайте за мной.

Пока эта на вид хрупкая девушка волокла за собой высоченного ведьмака, я с затаённым любопытством следовала за ними, думая при этом, что песчаный волк всё равно был выше Вельта.

Кайла едва ли не бегом привела нас в какую-то подсобку. Судя по засушенным травам на стеллажах и столе у дальней стены с толстым журналом – это был склад для простых ингредиентов ворожей. Правда от размышления меня отвлеки действия девушки Вельта – она едва закрылась за мной дверь, принялась срывать с себя одежду. Честно сказать я даже растерялась от такой неожиданности, Вельт, судя по его обескураженному лицу, тоже.

– Да хватит таращиться на меня как две полярные совы! – возмутилась Кайла, стаскивая с себя последние кусочки кружева. – Магистр Нарла заставила нас пить свои же зелья, а я переборщила с экстрактом имбиря, и настой «хорошего настроения» превратился в афродизиак. Так что не стойте столбом и помогите мне!

Уф, я уж подумала, что она умом тронулась, а тут всего-то подопытная мышка профессора Нарлы хлебнула возбудителя. Она было женщиной с очень тонким юмором, и мы все искренне жалели несчастных ворожей.

Вельт тут же собрался и шагнул к уже полностью обнажённой Кайле, зарывая изящные пальцы в её золотистые локоны. Я тоже решила перебороть, наконец, свой страх и скользнула за спину девушки, наклоняясь к её плечу. Она застонала, едва мои губы коснулись её очень горячей кожи, и задрожала, когда Вельт стал осыпать поцелуями её шею с другой стороны. Мои ладони скользнули на плоский живот ворожейки, пробуждая во мне желание, и только двинулись вниз, как вдруг дверь распахнулась.

– Если вам не терпится, то ступайте к себе в комнату.  – Честно говоря, от этих слов я возбудилась куда сильнее, чем от вида точёной фигурки Кайлы. Оборотень заслонял собой весь выход из подсобки, и свет, льющийся из коридора, вызолотил его русые пряди.

Ворожейка, похоже, была б не против, если бы и Дамиан к нам присоединился, но строго сложенные на его груди руки отрезали всю возможность флирта. Кайла трясущимися руками натянула на себя вещи, и нетерпеливо приплясывая, направилась на выход.

Вельт с девушкой вышли, а меня не пустило строгое: 

– Ведана, останься.

Дверь за парочкой захлопнулась, и между нами повисло напряжённое молчание. Решила убедиться в своих подозрениях и оперевшись на один из стеллажей плечом произнесла:

– И что ты хотел? – Тут же беспечно перешла на “ты”. Если до этого мы не встречались, то мужчина обязательно покажет клыки.

– Знаешь, в нашей академии тебя бы наказали за такую фамильярность. – Всё было сказано излишне спокойно, но вот даже в скудном свете кристалла под потолком я видела, как его серые глаза ощупывают меня.

Я выгнула бровь и произнесла с усмешкой:

– Тогда иди и пожалуйся на меня ректору.

– И тебя накажут? – полюбопытствовал оборотень, продолжая стоять между мной и выходом из подсобки.

– Конечно, но только если ты докажешь, что между нами ничего не было. А если учесть, что мои трусики уже насквозь мокрые, а моя одежда в неприглядном виде, то тебе не поверят. – Пропела я, весело глядя на оборотня, который точно был моим знакомым с бала.

Такая наглость с моей стороны его явно позабавила. Тем более если учесть, что моя одежда была в полном порядке. Пока.

Под тяжёлым взглядом пронзительно стальных глаз я рванула свою блузку, отправляя в полёт оторванные пуговицы. Бюстье развратно алело, и мужской взгляд тут же впился в молочную кожу тяжёлых полушарий. Как всё же хорошо, что ненужно в город. Благодаря этому корсет остался в комнате, а на его месте теперь красовалось лёгкое кружево. Жадный взгляд стал лучшей платой за такую предусмотрительность. Но на достигнутом эффекте я не остановилась.

Ботинки полетели на пол, а вслед за ними юбка. Снизу на мне остались лишь чёрные чулки и алые трусики.

Оборотень неотрывно следил за каждым моим движением и кажется, дышал через раз. И я знала почему. Запах моего желания, должно быть, сводил его с ума и будь он так не сдержан как мой не милый белый волк, то его член уже сновал бы во мне. Эта игра так будоражила мою кровь, что лёгкое возбуждение, плескавшееся во мне минуту назад, казалось очень жалким. А ведь он меня даже не коснулся.

Не разрывая нашего взгляда, я отошла к столу, скинув с него журнал села и раздвинула ноги. Оборотень не шевелился, но его глаза потемнели и стали источать потусторонний синий свет, а это значит: я на правильном пути. 

Моя рука словно стесняюсь, скользит по животу, потом по ноге подбирается к внутренней части бедра и нерешительно замирает у кромки кружева скрывающего самое сокровенное. Мужчина впивается пальцами в свои предплечья и пожирает меня взглядом. И самое главное – он даже не думает уходить.

“Значит, хочешь это увидеть? Прекрасно, ведь я хочу тебе это показать”. – Стучит в моих висках последняя здравая мысль, прежде чем я спускаю своё развратное тело с цепи.

Пальчики отодвигают алую преграду, позволяя Дамиану увидеть набухшие лепестки. Второй рукой я освобождаю грудь и начинаю осторожно играть с вмиг затвердевшим соском. Клитор отозвался на первое прикосновение разрядом блаженства по всему телу. Мои пальчики тут же стали мокрыми из-за обильной смазки, отчего было куда приятнее мастурбировать.

Я скользила по горячим складочкам, набирая щедро выступивший сок возбуждения, и возвращалась к средоточию желания. То, ускоряя движение, то замедляясь, я всё приближалась к краю, на который я бы с удовольствием забрала и его. Но оборотень всё так же упрямо стоял у двери, не приближаясь, но и не покидая этой уже слишком душной подсобки. Мои стоны звучали всё громче, а хлюпающие звуки становились всё быстрее. Когда тяжесть оргазма накрыла меня, я неотрывно смотрела в глаза Дамиана и видела там дикий голод.

Придя в себя достаточно после бурного финала, я с усмешкой прохрипела глядя в потемневшее лицо мужчины:

– Не будь ты таким упрямым, то мог бы сейчас заполнить меня своим семенем до краёв.

– Да? Чтобы ты потом использовала его для порчи? Извини, но я знаю о таких тонкостях, – покачал головой оборотень, при этом его голос хрипел куда сильнее моего, словно это он тут только что кончил. – И это всё ради возможности отомстить? Так вот на что способны пойти ведьмы, чтобы собрать нужные материалы. – Выдал неожиданные умозаключения мужчина, поигрывая желваками,  а затем бросил: – Мне тебя жаль.

Всё это должно было быть сказано с презрением, но видимо, нахождение в помещении, заполненном запахом моего возбуждения, было трудно совмещать с враньём. Обидеть меня хотел? Ну-ну, удачи. Я же всё равно заставлю его меня трахнуть, как бы он не корчил тут из себя непробиваемого мужлана.

Видимо моя усмешка была истолкована верно, и песчаный волк только скрипнул зубами и зло развернувшись, вылетел из подсобки. 

Ну не идиот ли? Кто ему вообще сказал, что я буду его проклинать? Белобрысый тупица действительно заслужил порчу, а с этим волком мы, похоже, просто не поняли друг друга.

Что ж, это уже традиция – изгнание конкретного оборотня. Лишь бы руки теперь себе не стёр. Они мне ещё пригодятся.

Глава 15. Ведьма и провокация

Белый или карамельный? 

Я задумчиво смотрела на десерты не в силах определиться. В меню появились новые лакомства: одно представляло собой едва сладкие взбитые сливки, а второе было настоящим врагом для фигуры – карамельным пудингом. Постояв у раздачи и не сумев выбрать, взяла всего по чуть-чуть, и теперь думала над тем, что попробовать первым.

В итоге плюнув, зачерпнула десертной ложечкой и из белой горки и из коричневой. Хм, очень вкусно получилось. Слишком сладкая карамель разбавилась нежным вкусом сливок, и итоговое блюдо стало идеальным. Для сравнения всё же попробовала каждый по отдельности, но осталась недовольна. Всё же когда они вместе, то гораздо вкуснее.

– Я о тебе беспокоюсь, – серьёзный голос Марики заставил меня встрепенуться и поднять голову от своего подноса.

– Почему это? – облизнув остатки с ложечки, приготовилась внимать немного всклокоченной ведьме. Жутковатые багряные глаза обеспокоенно прощупали меня и Марика произнесла:

– Веда, ты сейчас почти двадцать минут гипнотизировала эти десерты, а потом у тебя появилось такое странное выражение на лице, что впору бежать за магистром экзорцизма, потому как эту влюблённую дуру я не знаю. В тебя точно кто-то вселился.

Мягкие сладости застряли у меня в горле, и я закашлялась. Кажется один или сразу оба десерта каким-то образом попали мне в уши, иначе с чего бы мне послышалось запретное слово на букву «л»?

– Сплюнь, Марика! Не хватало мне ещё настолько не снимаемого проклятья! – прохрипела сквозь слёзы, едва восстановила дыхание.

– А как прикажешь ещё понимать этот пришибленный взгляд и странный интерес к еде? – прищурившись, подозрительно уточнила подруга. – Великую Гекату мне в свидетели, но я уж было приготовилась, что ты бросишься обмазываться десертом, и при этом томно закатывать глаза.

– Ну у тебя и фантазия, – ужаснулась как этому факту, так и представшей в воображении картине. А в ответ съязвила: – Между прочим, это не я здесь любительница закатывать глаза. 

Марика тут же неосознанно подтвердила моё обвинение, потом спохватилась, поняв, что её дурная привычка опять вылезла наружу, и фыркнула: 

– Да ну тебя. Пойду-ка я подальше, чтобы не заразиться. Заодно не стану тебе мешать уединяться с этим… десертом.

– Иди-иди, – гаденько усмехнулась, глядя как подруга поднимается из-за стола, поправляя прическу. 

Удаляясь из столовой, Марика привычно стреляла глазками по сторонам в поисках новых жертв своего аппетита. Кстати тот блондинчик всё же был “съеден” и интерес ведьмочки к нему начал угасать – едва мы сели за столик подруга с гордостью рассказала все подробности. Но осуждать её за это нет смысла, ведь у каждого из нас свои способы раскрасить серую жизнь.

Оставшись одна, посмотрела в высокое окно, за которым медленно падал снег.

Эх, скукота. Что-то последнее время мне всё сложнее веселиться и все эмоции словно спешат закуклиться. Однако уже вечером представится шанс немного развлечься – открытие полигона для дуэлей сродни празднику и все побегут либо поглазеть, либо втоптать надоевшего противника в пыль. В первую пару недель там всегда оживлённо, но потом становится потише. 

Бросив взгляд на большие часы у выхода из нашего общего обеденного зала, ещё больше взгрустнула. Перерыв закончится нескоро, а значит: я не смогу начать забивать себе голову знаниями, чтобы изгнать оттуда кое-кого блохастого.

Тяжело вздохнув, принялась растирать остатки еды по блюдечку и размышлять. Что мы имеем? Оборотни – два штуки. Неудовлетворённость – одна штука. А ещё вредный характер в избытке, который начинает бесновать из-за слишком спокойной жизни. Как всё же легко обычным людям, ведь они могут контролировать этот зуд, а вот мы – нет. И пусть я всегда была самой сдержанной на своём потоке, но даже так с затаённой надеждой постоянно ждала, когда же меня кто-то затронет, чтобы можно было смело сказать «оно само нарвалось». Виной тому было мамино воспитание, но я никогда по-настоящему не могла на неё за это злиться. Если бы не она, моя жизнь была бы ужасной. 

Эх, не хочется лишний раз её расстраивать, но… надо хоть куда-то деть тёмную энергию!

Мой недобрый взгляд нащупал стайку новых студентов, что сидели в исключительно своей тесной компании за самым дальним столиком. Видать блохастый куратор, проинструктировал их: как вести себя, чтобы не только не поддаваться на провокации, но и самим не провоцировать снующих вокруг ведьмаков.

Краем глаза заметила сбоку знакомые фигуры и вытянув руку зацепила Коррина за мантию. Они как раз с Рикки и Димером проходили мимо, чтобы отнести уже опустевшие подносы. Сиреневые глаза нашего лиса недобро сверкнули, и он приготовился было рассказать шутнику всё о его родословной, о которой тот даже не подозревал, но увидев меня, он удивленно вскинул рыжие брови.

– Ты чего это хулиганишь? – спросил Коррин, сделав полушаг назад.

– Слушай, а ты не хотел бы проявить дружелюбие к нашим милым коврикам? – вкрадчивость в моём голосе насторожила парней, и они поспешили подтянуться ко мне поближе.

– Допустим, – задумчиво протянул рыжий, старательно не глядя в сторону объектов нашего разговора. – Но блохастые нас игнорят. Удивительно, как Вельт вообще умудрился достать того смуглого здоровяка.

Лично я даже не удивлена, что этот голубоглазый проныра смог нарваться на оборотня - у него настоящий талант выводить из себя. Нам иногда говорят, что мы очень похожи. Даже не знаю с чего бы это.

Задумчиво глядя на троицу друзей решила предложить им:

– Хм-м, а как насчёт того, чтобы устроить день розыгрышей чуть раньше и не для первокурсников, а для студентов по обмену? – коварно протянула и парни поняли, что план уже почти готов и варится в моей недоброй головушке. – Зелье у меня есть готовое, осталось только принести его, да выбрать место.

Стоявший ближе всех ко мне Рикки нахмурил тёмные брови и произнёс:

– Ты же понимаешь, что когда оборотни поймут: кто всё подстроил, то и тебе может перепасть не меньше нашего. – Ртутные глаза ведьмака предостерегали меня, но когда на чаше весов страх и веселье, я всегда знала что в итоге победит. Потому с усмешкой ответила:

– Зато у всех участников розыгрыша появится уникальная возможность пригласить на полигон волчару, который его ударит, а бить они точно будут. На моей памяти те, кем завладели галлюцинации, ещё ни разу не смогли нормально мыслить, когда возвращались в реальность. – Улыбка предвкушения, что расползлась на моём лице, заставила вздрогнуть парочку проходящих мимо ведьмаков. Да что ж все такие слабонервные пошли? Уже и улыбнуться нельзя.

Димер заслонил меня от наших будущих жертв и угрюмо спросил:

– У тебя всё нормально? Ты же никогда первая не начинала конфликт, даже с самыми мерзкими личностями. – Искреннее участие нашего молчаливого крепыша меня разозлило.

Ну вот опять! Да чего они пристали? Нормально со мной всё! Особенно когда не бесят странными вопросами!

– Ты в деле или нет? – сузив глаза, прошипела я. Зелёные глаза нашего Димера прошлись по мне, словно выискивая первые признаки одержимости демонами, и русая макушка молчаливо кивнула.

– Тогда мальчики, пора подготовить сцену и переместить главное действо подальше, чтобы никто нам не помешал. Но для начала есть особое поручение.

– Какое? – рыжая чёлка Коррина, кажется даже встала торчком от возбуждения и он едва не приплясывал.

– Нужно отвлечь одного из той мохнатой компашки. Их альфу. Иначе он не позволит им потерять контроль. – А про себя добавила, что он может попросту разрушить магию. Но озвучивать эти сведенья не стала, ведь тогда бы пришлось объяснять: откуда мне это известно.

На самом деле провернуть наш план было проще простого. Над нужным местом без адептов и преподавателей думать долго не пришлось. 

Каждый раз после трапезы в столовой оборотни смывались во внутренний дворик, где я впервые их увидела, и бессовестно там сидели на зелёной травке под деревом. Как будто мы не хотим понежиться среди белого плена в этом кусочке лета, но нас за такое наказывают, а вот нашим студентам по обмену сделали исключение. Обидненько. И нет, я не следила за блохастыми. Просто частенько проходила мимо и подмечала такие мелочи – никогда не знаешь, в какой момент они могут пригодиться.

Поведав парням об излюбленном месте оборотней, сказала, что встретимся там, как только я сбегаю за зельем. К тому моменту ведьмаки должны будут избавиться от всех случайно проходящих мимо адептов, чтобы на месте нашей шалости были только наши запахи. Так волчата точно поймут, кого кусать.

Банальное «вас вызывает ректор» от немного бледноватого первокурсника, которого убедил Рикки, сделало своё дело, устраняя главную проблему, имени которой я до сих пор не знала. Белобрысый волк покинул столовую и его дружки тоже стали собираться, а это значит – пора.

Времени должно было хватить как раз впритык на то, чтобы сбегать в комнату и подоспеть к месту главного действа. Потому мне потребовалась вся моя выдержка, чтобы не сорваться на бег, как только я поднялась из-за стола. Зато едва оказавшись вне стен столовой, я помчалась к себе со всех ног.

Распугивая по пути адептов своим грозным «с дороги» я уложилась в рекордные сроки и, влетев в комнату, схватила с комода у входа, вечно заставленного всякими бутылочками, нужный фиал с радужной жидкостью и помчалась обратно. Мантия хлопала за моей спиной подобно крыльям, пока я перелетала сразу несколько ступеней на последней лестнице. Азарт в крови заставлял меня весело улыбаться, позабыв о недавних тяжелых мыслях.

Небольшой холл с одиноким выходом в нужный внутренний дворик встретил меня нетерпеливым притопыванием парней и полутьмой. Порядком растрепавшись во время бега, остановилась рядом с друзьями и попыталась отдышаться.

– Принесла? – нетерпеливо спросил Коррин.

– Да, вот. – Громко дыша, показала зелье и тут же едва успела отдёрнуть руку, чтобы его не вырвали. Прижав бутылочку к груди недовольно сказала: – Э нет, я сама его активирую.

– Почему это? – нахмурился Рикки, чем ещё больше усилил своё сходство с филином. – Нам с парнями надо как можно сильнее наследить, чтобы блохастые точно не удержались.

В его словах был смысл, но мне не хотелось оставаться в стороне.

– Зелье моё? – недружелюбно спросила, в тоже время развязывая бант на шее и расстёгивая верхние пуговицы на блузке. – Значит, мне и активировать. Будет достаточно и того, что вы окажетесь рядом когда оборотни попадут под влияние заклятья. – Предусмотрительно спрятав фиал в декольте, уже обдумывала отложить шалость. Я забыла главное правило: когда имеешь дело с ведьмаками обговори все условия до того как изложишь план. 

Начав было застегивать пуговицы блузки, и пикнуть не успела, как меня скрутили и попытались отнять зелье. Димер и Рикки держали за руки, пока рыжая задница по имени Коррин пытался залезть мне в декольте.

– Прости Веда, – пыхтел ведьмак, стараясь увернуться от моих зубов, – но мы всё же подстрахуемся.

– Ах вы неблагодарные! – прошипела я и от души наступила Рикки на ногу. Парень охнул, но хватки не ослабил. – Да я вас всех прокляну! 

Ведьмаки дрогнули, однако устояли. Я готовилась разразиться бранью но, заметив вдалеке движение, чуть не зарычала от досады. Мы возились слишком долго и по всей видимости гости прибыли до того как был приготовлен ужин.

Лихорадочно размышляя, что делать дальше, нащупала идею настолько же гениальную насколько и гадкую. Волки же помешаны на “самках в беде”. Так почему бы этим не воспользоваться? Раз первоначальный план был слишком сырым, стоит быстро состряпать новый.

«Парни!» – вгрызлась я ментально Димеру, Рикки и Коррину в мозг, боясь, что нас могут подслушать. – «Они здесь! Потому меняем стратегию. Раз уж вы распустили руки, то добавьте огонька. Поиграем в жертву».

За что я люблю своих одногруппников так это за их молниеносную способность адаптироваться. Едва до них дошёл смысл моего послания, вокруг послышались мерзкие смешки, подталкивающие меня присоединиться к игре.

– Не-ет! – мой крик ужаса разлетелся в сумрачном холле, точно привлекая внимание оборотней. Пока меня прижимали к стене, и якобы срывали одежду, я молилась Гекате, чтобы волчата клюнули.

Поганенький смех и возбуждённое сопение парней разбавлялись моими криками. Пришлось добавить громкости, чтобы скрыть возмущенный вопль Коррина, когда я всё-таки отвесила ему ощутимый удар под рёбра за то, что этот говнюк реально порвал мне блузку.

– Мерзкая погань! – раздался рык, и я поспешила уткнуться Рикки в плечо, чтобы скрыть довольную улыбку. Слепленный на ходу план сработал на “ура”.

Когда я подняла испуганные глаза на своих “спасителей”, пока мои “мучители” отвлеклись на рык, в полной мере смогла полюбоваться, как пылают разными оттенками жёлтого глаза одиннадцати волков. Скрестив пальцы, чтобы первыми кинулись именно ещё не получившие вызов на дуэль, я бросила им “сахарок”, чтобы заставить их самоконтроль разлететься вдребезги:

– Помогите! – слеза покатилась по моей щеке, и я поняла, что во мне умерла актриса.

Оборотни тут же сорвались, и на мгновение я испугалась за парней, но те были готовы и, отскочив от меня, сгруппировавшись, получили по паре тычков от всей мохнатой компашки.

Оу, да у меня талант ставить рекорды. Вельт там точно нос задирал, когда первым умудрился вывести из себя оборотня. Ха, моя идея вывела из себя их всех! Правда, при этом страдали бока ведьмаков, но они сами подписались.

– Р-р-разойтись! – у меня, кажется, даже уши заложило от этого рыка.

Вытянув голову, посмотрела за кучу малу и увидела, тц, белого проклятого засранца. И чего он так быстро?

– Вы совсем ополоумели? – рычал альфа на своих собратьев. – Калеб! Я вижу, что ты продолжаешь стоять на руке этого рыжего ведьмака!

Скосив глаза, заметила, как один из оборотней тут же сместился, и Коррин прошипел:

– С-с-сука…

– Калеб! – рявкнул  на задиристого оборотня белобрысый, при этом сверкая своими льдистыми очами именно на меня. – Мы уходим. Сейчас же!

– Но как же птичка? Вдруг они её опять обидят? – пролепетал довольно щуплый парень с бронзовой шевелюрой, и я вспомнила, что он уже меня так называл. Надеюсь, его пригласят на полигон все три помятых ведьмака.

– Вы где потеряли своё зрение? – холодной глыбой прокатился по нам голос белого вожака. – Она вместе с ними. – Разоблачил меня этот скучный не романтик.

Поправив углублённый вырез на блузке, и прокашлявшись, я послала самую обаятельную улыбку всем оборотням, что неверяще буравили меня взглядами. Высокий блондин с порезом на щеке, не удержавшись, поспешил высказаться на мой счёт:

– Вот…

– Шутница? – кокетливо накручивая чёрную с фиолетовым отливом прядку, подсказал оборотню, что держал в руке клочок рубашки Рикки.

Не став меня разубеждать, все блохастики угрюмо собрались в кучку и удалились в сторону преподавательского крыла под строгим конвоем белобрысого. Ух, кого-то сейчас отчитают… Красота! Даже настроение поднялось!

– Знаешь, Вед, – сплюнув кровь, поднялся на ноги Коррин, – только ты своими идеями можешь и порадовать и заставить тебя ненавидеть. – Димер на эти слова лишь тяжело вздохнул, безмолвно намекая, что идея ему не нравилась с самого начала, и помог Рикки принять более вертикальное положение.

– Зато парни, теперь вы можете хоть каждого оборотня по очереди выводить в круг и развлекаться, – весело усмехнулась, опираясь на стену плечом.

– Ага, когда подлечимся, так сразу порадуемся, – пробормотал Рикки, облокачиваясь на широкое плечо Димера. Коррин больше ничего не сказав поковылял сам в сторону лазарета.

Довольная собой схватила сумку, которую едва не затоптали,  развернувшись, хотела было смыться в крыло алхимиков, как меня пригвоздило к месту стальной тьмой в злых глазах.

– Ты считаешь это забавным? – спросил Дамиан, замерший недалеко в тени. Не став дожидаться ответа он медленно направился ко мне, задумчиво рассуждая: – Видимо ты не в курсе той детской поучительной сказки. Так что я буду краток. После таких поступков тебе никто не поможет при реальной опасности.

– Отчитываешь? Ведьму? – мой хохот не понравился оборотню. Видимо он думал, что я брошусь раскаиваться. Но мы не люди и даже не оборотни и потому с усмешкой я поведала: – Знаете, господин куратор волчат, приблизительно через час, когда итоги нашей шалости станут известны всем, меня и парней начнут хвалить и поздравлять. Потому что мы не обижаем тех, кто слабее, а вот вы – другое дело. Это как нескольким сотням голодных лис забросить десяток охотничьих собак. Здесь каждый спит и видит, чтобы снять с вас шкуру.

– Тебе не жаль, – констатировал оборотень, запуская пятерню в свои русые волосы. – Отчитывать тебя за фамильярность нет смысла. Мне уже разъяснили, что адепты понимают только силу и обращаются уважительно исключительно с теми преподавателями, которых боятся.

– Верно. А тебя я не боюсь. – Сократив разделяющее нас расстояние, замерла совсем близко и пробежала пальчиками по гладкой ткани его жилета. – Так, что, заставишь меня бояться? Или опять убежишь? – Мой интимный шёпот, взгляд из-под ресниц кажется, добили его.

Жёсткие пальцы вонзились в моё запястье, и Дамиан дернул меня на себя, чтобы… укусить! За нос! И это было демонически больно! Словно острый осколок вонзился в хрящик и принялся там бесконечно раскручиваться.

Пока я сквозь выступившие слёзы ощупывала пострадавшую часть, эта блохастая гадость опять поспешила смыться. Вот же… животное!

Глава 16. Ведьма и (не)удачный случай

Посмотрев в зеркало на свой нос, разозлилась ещё больше. Я была в курсе, что так оборотни любят наказывать задиристых щенят, но вообще-то это всегда делал волк, отвечающий за пробуждённого щенка – укус за нос не нёс особого ущерба, но это было достаточно больно и обидно. Мда, в этом я убедилась на своей шкуре. За пару часов кончик немного вздёрнутого носа чуть припух, что не улучшило моего настроения.

Сама не понимаю, почему в груди образовалась тяжесть от осознания, что свидетелями моей шалости стали все оборотни. Неожиданно неприятно было оттого, что парочка моих знакомых увидела не самую приятную сторону моего характера. В итоге от этих мыслей я стала злиться на себя. Чего мне стыдиться? Любой из академии на моём месте лишь порадовался бы разозлив столько оборотней. Тогда почему мне… неприятно? 

Тьфу! Нашла чем забивать голову. Такими темпами можно в себе и совесть найти, а это качество в нашем мире не ценят. Точнее – оно обесценивает своего обладателя, ведь куда проще управлять человеком с совестью, чем свободным от неё. Так что пора бросать это дело и отправляться закапывать в песок Рейну.

Полюбовавшись ещё немного на свой пострадавший нос, тихо бормоча проклятья в сторону одного оборотня, затянула потуже боевой корсет. Дуэль должна состояться через десять минут, и я как раз переодевалась в подходящую форму. Рейна была так любезна, что забронировала нам раунд ещё до того как я появилась на полигоне. Видимо ей не терпится показать мне – как она выросла за каникулы. Ну, ничего, настроение у меня как раз для взбучки и к несчастью Серой ведьмы эта честь выпала на её долю.

Убедившись, что довольно жесткая кожа жилета-корсета надежно зафиксирована, а грудь не мешает махать руками, пару раз подпрыгнула, привыкая к весу обмундирования. Тунику выбрала более тёмного цвета, и теперь моя светлая кожа на открытых участках казалась излишне бледной. Брошенный взгляд выхватил в отражении высокую стройную девушку с тёмно-фиолетовыми волосами до плеч и недобро горящими синими глазами. Наверное, именно так должны выглядеть небесные воительницы. Однако в отличие от них свой меч я оставлю в ножнах, потому как на полигоне в ход идёт только магия.

Посмотрев на свою ладонь в полуперчатке, выровняла дыхание и, собравшись, тихо произнесла:

– Та’эл. – Едва заклинание сорвалось с губ, над ладонью вспыхнули руны. Повиснув в воздухе, магические символы засветились нежно-голубым светом и, повинуясь моей воле, сплелись между собой тонкими линиями, образуя простейший магический круг. 

Уголок губ дрогнул, едва я ощутила заряд бодрости от поддерживающего заклинания. Как только руны выполнили то, зачем их призвали, они растворились вместе с кругом. Сжав ладонь в кулак, уверенно направилась на выход из крохотной раздевалки.

В этих помещениях уже можно было колдовать. Они специально рассчитаны на одного, чтобы у мага был шанс немного потренироваться перед боем. Наша сила слишком уж своевольно и потому очень важно убедиться, что она не подведёт тебя, как только ты окажешься на полигоне.

У входа на площадку, опоясанную не только магическим барьером, но и монолитным ограждением, достающим мне до груди, наткнулась на Марику и парней.

Первым ко мне приблизился Вельт.

– Покажи ей, Веда, где вампиры зимуют, – поддержал меня друг, притягивая за плечи к себе.

– Точно, подруга, – поддакнула аловолосая ведьма, останавливаясь рядом, – отбей ты, наконец, у неё желание соваться к тебе.

– И лишиться такого развлечения? – возмущенно спросила я, и со смехом освобождаясь из объятий Вельта протянула: – Не-е-ет. Я буду с ней очень нежной и деликатной, чтобы она не сбежала.

– Коварству женщин нет предела, – фыркнул Коррин, довольно щуря сиреневые глаза. Отвесив ему шутливый реверанс, повернулась к арене, заметив у противоположного входа мою противницу. Судя по всему – пора.

Димер молча кивнул мне, когда я махнула рукой и продолжила путь, а Рикки похлопал по плечу на удачу, едва одна моя нога уже была на песке дуэльного круга.

Ноги немного вязли в зыбкой почве, но уже так привычно, что я даже внимания на это не обращала. Рейна шла мне навстречу, и всё в ней говорило о страстном желании втоптать меня в грязь.

Переместив взгляд на убегающие вверх трибуны, вздохнула – как я и думала, народу было много. Такой подход тоже является частью обучающего процесса. Когда тебе будет угрожать реальная опасность ты должен уметь не отвлекаться на «пустой шум». Вот зрители как раз играли роль пустого шума, который надо уметь отметать, чтобы фокусироваться на главном. К тому же для адептов всегда полезно посмотреть на настоящий магический бой – всё же в первую очередь нужно уметь противостоять именно себе подобным. 

Когда между мной и Рейной осталось примерно двадцать футов мы остановились.

Замерев в ожидании сигнала, заставили зрителей притихнуть в предвкушении зрелища. Серые волосы Рейны были собраны в высокий хвост, касающийся своим кончиком талии ведьмы, открывая породистое лицо. Её лиловые глаза пылали жаждой моей крови, но…

– Не в этот раз, дорогуша, – ухмыльнулась я, подмигивая сопернице, – впрочем, как всегда.

Белая вспышка осветила место нашей битвы, и едва она тяжелой каплей коснулась земли, воздух затрещал от магии. Слова слетали с наших губ, пока над ладонями вспыхивали магические круги. Из рун соперницы цвета серебра сплёлся тройной круг, выпустивший в меня тонкое лезвие, венчающее хрустально звенящую за ним цепь.

Мой круг, активировав щит, принял на себя удар, но я тут же отскочив в бок, перекатилась, чтобы вновь встать на ноги. Уже шепча новое заклинание краем глаза заметила как грустно звякнула цепь не найдя своей цели. Пока в Рейну летели зло жужжащие шарики из молний, я вновь перемещалась и в последний момент успела выдернуть ногу из земляной ловушки.

Азартно рассмеявшись, покачала головой давая понять ведьме, что скрывать вторую руку, чтобы незаметно применить заклинание, бесполезно. Моей внимательности завидовали многие. Ведь даже в пылу магической битвы я могла заметить неожиданную атаку. Но Рейна не расстроилась, потому как она пока что прощупывала насколько изменился мой стиль с нашей последней схватки. 

Обменявшись ещё несколькими атаками, мы решили почти одновременно стать серьезными. Призванные мной лозы из мягкого и прочного стекла попытались скрутить Рейну, но она расплавила их с помощью призванной огненной птицы. После чего использовала образовавшийся жар, чтобы утопить полигон в тумане.

Трибуны расстроенно взвыли, лишившись возможности наблюдать за сражением уже почти мастеров. Но так стало лучше. Без удивленных возгласов ещё зеленых адептов было проще сосредоточиться.

Правая рука вспыхнула рунами поиска, а в левой уже светился магический круг для активации полного щита – он выдержит лишь один удар, но зато у него нет слепых зон. Атака Рейны пришлась сверху, разрывая защиту вдребезги, но это дало мне фору. Вновь отпрыгнув, разминаясь с ледяной иглой величиной с меня, ответила сопернице острой дугой из собранной из воздуха воды. Чуть замешкавшись едва успела уклониться ещё от парочки копий.

Похоже, ведьма стала серьезнее. Как хорошо, что я тоже решила не отставать.

Услышав крик Рейны довольно улыбнулась, отбивая отправленные в меня ранее воздушные иглы. Одна из моих ловушек сработала, пронзая соперницу неплохим разрядом чистой энергии. Уверена – Рейна так же как и я успела во время нашего боя оставить мне парочку подарков, потому приходилось тщательно смотреть куда наступать. Туман вокруг усложнял задачу и, выбрав из двух зол меньшее, подтолкнула себя вверх на два человеческих роста, чтобы там, прямо в воздухе, оставить руну взрыва.

Приземлившись, тут же закрылась щитом. С жутким свистом магия активировалась, разнося в стороны туман и заодно прикладывая немного подкопчённую Рейну об землю. Ведьма зашипела, но довольно быстро вновь вскочила на ноги. Мы оказались неожиданно близко друг к другу и ударили одновременно.

Очередная порция ледяных игл пролетела слишком близко, и под часть из них пришлось подставить бок. Твёрдый корсет выдержал, но боль от удара всё же доставила проблем. Зато сдвоив магию, я раскинула искрящуюся сеть над головой Рейны. Отпрыгнуть она не успела.

У каждого из нас есть любимый вид магии: той же Рейне легче работать с водой, а вот мне проще всего справиться с молнией. Так что едва голубые нити сети коснулись тела заклятой подруги, она выгнулась и закричала, получай ещё разряд моей любимой магии. 

Заметив, как доставучая ведьма начинает заваливаться набок, я сделала самую ужасную глупость – начала расслабляться и очень даже зря. Эта коварная дрянь сделала вид, что уже теряет сознание, чтобы притупить мою бдительность, но едва я опустила плечи, она неожиданно молниеносно призвала свою магию.

– Да чтоб тебя, – прорычала я, вскидывая руки, но было поздно. Поющее в воздухе копье изо льда неслось в меня с ужасающей скоростью, и всё что я успевала – это попытаться уклониться.

Удар пришёлся хоть и вскользь, но он был такой силы, что сорвал с меня боевой корсет – по всей видимости, лямки с противоположной стороны подточило ледяными иглами. Быстро среагировав, я призвала круг шквала, использовав его для толчка, чтобы не просто выровняться и не упасть, но ещё и подтолкнуть себя ближе к противнику.

Рейна не ожидала такой прыти. Она как раз протягивала руку мне навстречу, не чтобы меня поймать, а точно собираясь добить, но мои действия повлекли за собой неожиданные последствия. Ладошка Рейны, так и не засверкав магическим кругом, сжала мою грудь – что-то я не рассчитала и оказалась к ведьме слишком близко. Мы одинаково удивлённо застыли ошарашенно глядя на узкие пальцы Рейны утопленные в моём мягком полушарии.

Над площадкой растеклась тишина. Пока моя бровь медленно ползла вверх, противница решила задумчиво помять мою сиську, оценивая её тяжесть – это стало последней каплей. Резкий свист и улюлюканье зрителей смешались с моим смешком, отрезвляя ведьму, и она отдёрнула руку как от огня.

Не упустив возможности, я, невинно похлопав ресницами, выдала:

– Видимо этот поганец Вельт очень верно подметил. – И чтобы закрепить результат с придыханием спросила: – Так я тебе нравлюсь?

– Что? Ни в этой жизни! – взвизгнула Рейна, а я про себя усмехнулась: “Попалась”.

Нас не зря никогда не ругают за шутки, а порой и откровенные издевательства над другими адептами. Всё это направленно на то, чтобы закалить нас, сделать твёрже, потому как от растерявшейся ведьмы мало толку.

Моё заклинание оглушения прилетело точно в цель, не встретив сопротивления. Рейна, конечно, заметила как полыхнул мой магический круг, но сделать всё равно ничего не успела. Её эмоции вышли из-под контроля, и магия просто не сплелась в нужные узелки и руны.

Зрители вначале притихли, а потом восторженно взревели, глядя как бессознательное тело моей противницы падает на землю. Я же прижимая руку к демонически болящему боку, подняла свободную ладонь, сплетая на ней руну победителя. По арене пронесся перезвон означающий конец дуэли. Теперь о поверженном противнике позаботятся лекари, а мне ещё предстоит доказать, что я победитель.

Немного прихрамывая, направилась в раздевалку, где находилась моя поясная сумка со всем необходимым. Лечиться магией конечно проще, но и вреднее. Потому эликсиры, примочки и зелья – лучшие напарники практикующих ведьмаков и ведьм.

Помахав друзьям, сидящим в первых рядах, тем самым давая понять – я в порядке, поковыляла в сумрак узких коридоров с раздевалками. Занятая мной комнатушка оказалась как-то слишком далеко, и пришлось разок остановиться, чтобы перевести дух. В итоге плюнув, взбодрила себя заклинанием и быстро добралась до своей сокровищницы.

Толкнув за собой дверь ногой, заметила, что она не закрылась до конца, но поправлять её было лень. Сумка, или скорее мини-сундучок предусмотрительно стоял на полке рядом с зеркалом, ожидая своего часа. Чувствуя головокружение, откинула крышку и почти не глядя схватила пару склянок, сделав по глотку из каждой из них. Зрение прояснилось, сердцебиение постепенно приходило в норму, а боль из острой превратилась в тупую.

Разорвав на груди тунику, которой после боя лишь полы мыть, нахмурившись, полюбовалась на внушительный синяк оставленный копьём примерно между восьмым и девятым ребром. Быстрая диагностика порадовала – сильных повреждений нет, потому зелья в комплекте с примочкой прекрасно справятся с этой проблемой.

Едва я смочила тряпицу в специальном растворе и приклеила её магией к коже, за моей спиной скрипнула дверь.

– Чего тебе? – раздражённо бросила, не глядя назад. – Мне сейчас не до игр с тобой.

Нет, у меня не отрасли глаза на затылке и не появилось обоняние оборотней. Просто в отражении мелькнул знакомый профиль в ореоле пепельных волос. Мой мохнатый незваный гость немного помолчал и даже почти спокойно произнёс:

– Тебе стоило направиться в лазарет, а не сюда.

Убедившись, что ткань скрывает достаточно для тренировки воображения, повернулась к белобрысому любителю тёмных закоулков. Льдистые глаза тут же пробежались и по моему подтянутому животу, и по ложбинке, а потом замерли на крае примочки. 

С интересом наблюдая как мрачнеет этот странный оборотень, холодно принялась объяснять:

– Здесь есть всё необходимое, чтобы не беспокоить целителей. Сейчас у них начинается самый сложный период – рвущаяся наружу энергия адептов заставляет их иной раз едва ли не собирать дуэлянтов по частям. 

– Но ты ранена…, – попытался образумить меня парень, однако я его перебила:

– Всего лишь царапина, с которой я в силах справиться сама.

Тут не было бравады и уж тем более вранья. Самочувствие стремительно улучшалось, а боль становилась всё глуше. Задумчивый взгляд оборотня прошёлся по мне, убеждаясь в правдивости моих слов. 

Мне уже начало казаться, что этот оборотень может быть не таким уж засранцем, но его глухо произнесённая фразочка заставила меня одуматься.

– Не знал, что вы способны думать о ком-то кроме себя.

Злобно усмехнувшись, поспешила рассеять ошибочное мнение этого белого коврика:

– Вообще-то сейчас я как раз думаю только о себе. – Немного пожевав губу, всё же решила объяснить очевидную истину: – Через два года я могу оказаться в куда более худшей ситуации при том с более сложными ранениями и лекаря рядом может не оказаться. 

Мои слова заставили этого странного парня замолчать и задуматься. Пожав плечами, не стала его выгонять и, повернувшись вновь к нему спиной, принялась складывать склянки обратно с сумку. Как только я защёлкнула крышку, оборотень вновь дал о себе знать.

– Кириан, – неожиданно выдал белобрысый, и я оглянулась, чтобы удивлённо спросить:

– Что?

Оборотень смотрел на меня как-то непривычно прямо и слишком спокойно. Даже голос лишился тех раздражённых ноток, когда он пояснил:

– Это моё имя. 

Пришлось сжать зубы, чтобы челюсть осталась на месте. Но губы сами изогнулись в улыбке, когда я уточнила:

– Неужели ты проникся ко мне уважением и решил, наконец, представиться? – Произнесённое так меня развеселило, что я прыснула: – Сейчас лопну от смеха.

– И уже начинаю жалеть, – более привычно процедил Кириан, – о своём порыве пересмотреть кое-какие убеждения. А ведь мне на мгновенье показалось, что мы слишком предвзяты друг к другу.

Оборотень попытался покинуть тесную комнатушку, но я насмешливо бросила ему в спину:

– Ну конечно, воплощением зла может быть только ведьма. Но стоит ли мне напоминать, кто кого поимел в тёмном углу и сбежал? – Глядя на напряжённую спину, замершего на пороге парня, хищно улыбнулась и добавила огоньку: – Кстати, как там твой дружок поживает? Ещё не надумал начать умолять меня помочь с побочкой?

Медленно повернувшись Кириан ответил, чеканя каждое слово:

– Спасибо за беспокойство, уже начинаю привыкать.

– Да-а-а? – восторженно поинтересовалась. После чего гаденько протянула: – Не думала, что к внезапному стояку можно привыкнуть.

Дверь громко хлопнула, оставляя моего собеседника вместе со мной. Как же оказывается легко им манипулировать. Видимо сказывается возраст – с более зрелым Дамианом такое точно не сработает.

– Ты ведь и сама всё поняла, что я сорвался, – не выдержав прорычал оборотень. – Да я бы никогда не притронулся…

– К ведьме? – колко вклинилась, за что получила обжигающий взгляд и злое:

– К девушке без её разрешения. Но почему-то мой мозг будто отключился, стоило…, – прервался оборотень на самом интересном, отводя взгляд, но быстро взяв себя в руки уже спокойнее продолжил, – не важно, куда важнее то, что когда я пришел в себя, всё уже было кончено. И прежде чем я открыл рот, вдруг понял, что новая волна уже на подходе.

Светло-голубые глаза посмотрели на меня особенно пристально, будто пытаясь донести нечто не высказанное, пока их обладатель тихо заканчивал каяться:

– Мне пришлось сбежать, чтобы не сделать с тобой что-то похуже.

На такую откровенность мне правда хотелось ответить чем-то помимо смеха, но, к сожалению, я не удержалась.

Спрятав лицо в ладошки, я мычала, сглатывая веселье. Он серьезно? Боялся напугать ведьму? При том чем – сексом? Боги, это так же смешно, как и… мило. Но всё же, я слишком злопамятная чтобы так легко прощать.

Чуть успокоившись, подняла слезящиеся глаза, чтобы повнимательнее рассмотреть застывшего передо мной красавчика. Ишь, как злится: раскосые глаза сверкали льдинками, мягкие губы сжаты в линию, а желваки так и ходят ходуном. Что же мне теперь делать с таким обаятельным нахалом?

Глава 17. Ведьма и новые взгляды

Неожиданно для себя поняла, что я откровенно наслаждаюсь внешностью Кириана. Его красота была необычна и оттого по особенному притягательна. Даже злость не портила точёные черты лица, обрамлённые пепельно-белыми прядями до плеч, скорее придавая им той самой чертовщинки, которой мне частенько не хватало в других.

Я не спешила разрушать тишину, повисшую в воздухе. Но чем больше времени проходило, тем труднее становилось заглушать одно навязчивое желание. Мне до дрожи хотелось протянуть руку, сделать один шаг навстречу поджарой фигуре, чтобы коснуться этой зимней мечты в теле молодого мужчины. Тёмная форма на Кириане смотрелось неуместно и меня подмывало освободить его из этого плена…

Ох, фантазия притормози, иначе у меня не останется терпения, чтобы давать этому оборотню возможность добиваться моего внимания. Ну а что? Даже ведьмы иногда хотят, чтобы за ними побегали, потратив как можно больше усилий добиваясь их расположения. Тем более ещё неизвестно – как эта белобрысая прелесть поведёт себя завтра. Может Кириан проспится, и весь положительный прогресс растворится как сон. Однако я точно знала, что мне нельзя позволить ему сорваться с крючка.

Шагнув ближе к оборотню, посмотрела на него снизу вверх и удивилась, когда он не разорвал наш зрительный контакт. Похвально. Ведь очень трудно устоять и не опустить взгляд, когда чуть ли не под нос тычут декольте до самого пупка. Но видимо кое-кто поработал над выдержкой, чтобы больше не прерывать наш разговор на самом интересном месте из-за зова нижней головы. Этот волк однозначно становится всё более интересным.

Улыбнувшись своим мыслям начала медленно поднимать руку, чтобы коснуться гладкой щеки Кириана, но он не дал мне исполнить задуманное. Ухватив меня за запястье, оборотень сдвинул брови, напоминая, что вообще-то я задела его своим смехом. Фыркнув, привстала на цыпочки и прошептала:

– Правило первое: если хочешь сберечь свои нервы, относись к ведьме как к неразумному ребёнку любящему пошалить.

Моё сравнение заставило оборотня поморщиться, при этом его чёрные брови очень смешно изогнулись, словно он хотел одновременно нахмуриться и устало расслабиться.

В итоге сдавшись, Кириан выдохнул и, покачав головой, спокойно сказал:

– Для ребёнка у тебя слишком жестокие шалости.

– Я же сказала «как к ребёнку» и только в определённых моментах, – попеняла ему, ощущая постепенно ослабевающую хватку на моём запястье. Стоя так близко к будоражащему меня волку почему-то вспомнила второго, не менее притягательного и с моих губ сорвалось ворчливое: – Если не понимаешь, что я имею в виду, то спроси у своего куратора. Он-то точно знает об этом правиле.

Кончик носа согласно заныл, напоминая, что волчий куратор точно видит во мне шаловливого щенка. Но вот только почему он посчитал своим долгом меня образумить и наказать, остаётся загадкой.

– При чём здесь Дамиан? – напрягся Кириан, подозрительно вглядываясь в мои бессовестные глаза.

А вот это очень хорошо. Такая реакция на незначительное упоминание “соперника” замечательный знак. Видимо мне всё же удастся потрепать этой мохнатой парочке нервишки.

– Забудь, – беззаботно отмахнулась, тем самым ещё больше подогревая интерес Кириана к этой теме. 

Так и оставив её повисшей в воздухе, поспешила переключить внимание оборотня: 

– Просто запомни, что если я захочу кого-то задеть, обидеть и высмеять, я просто сделаю это. – И чтобы поставить точку в данном вопросе добавила: – Дразнить или унижать тебя сейчас я точно не собиралась.

А вот это я сказала зря. Чуть расслабившись, оборотень опять превратился в глыбу льда и колко бросил:

– Ну да, ты своего добилась, уже трижды, между прочим.

Как же сладко припоминать кому-то и как же неприятно когда припоминают тебе. Эх, видимо теперь мне придется перестать его дразнить, чтобы был повод возмутиться такой мелочности. А пока стоит спрятать коготки, иначе сой добыче надоест, и он предпочтёт ко мне не приближаться.

Чтобы развеять ненужную атмосферу прижалась к подтянутой фигуре Кириана и игриво произнесла:

– Вот видишь, моя мстительная натура уже успела насытиться. Не будешь мне хамить, и кто знает, может она больше не проголодается, и я передумаю тебя есть.

Оборотень не спешил меня отталкивать или отстраняться. Мы так и стояли посреди небольшой раздевалки глядя друг другу в глаза. При этом моё запястье всё так же находилось в руке Кириана, который, погладив большим пальцем мою тыльную часть ладони, задумчиво произнёс:

– А это забавно.

– Что именно? – мягко улыбнулась, радуясь про себя тому, что он не спешил отрывать мне голову хотя бы за случай в библиотеке. Всё же там я немного перегнула.

– Твоя метафора, – ответил оборотень и неожиданно улыбнувшись, показал немного увеличенные волчьи клыки. Пока я пораженно хлопала глазами, Кириан уточнил: – Обычно это я съедаю, а никак не меня.

Я всегда считала себя достаточно логичной, но то, что происходило сейчас, не поддавалось моему анализу. Ведь всё оставалось по-прежнему: я та же мстительная ведьма с очень свободными нравами и взглядами, а рядом со мной оборотень, поимевший меня без спросу и оскорблявший меня при каждой встрече, но что-то менялось. Неуловимо, совсем понемногу нечто между нами разрасталось.

Не знаю, что было толчком для Кириана, но для меня им стала улыбка этого оборотня. Глядя на то как искрится смех в голубых глазах, я ощутила спокойствие – ещё ни разу в своей жизни мне доводилось испытывать его так ясно. Это тепло в груди настолько меня озадачило, что я только и могла стоять истуканом, да как дура смотреть на такую вроде бы обычную улыбку.

Моё настроение не осталось незамеченным. Кириан притянул мою руку, положил её себе на плечо, и одновременно с этим я вздрогнула, ощутив на коже совсем рядом с примочкой холодные пальцы оборотня. Они аккуратно погладили место ушиба, слишком реально устраняя остаточную боль. При этом мне показалось, будто взгляд этого странного парня стал… теплее?

Я совершенно не понимала что происходит, но мне точно всё нравилось. Глядя на то, как Кириан медленно наклоняется, ощутила лишь нетерпение и желание поскорее ощутить вкус его морозного поцелуя. Чужое дыхание уже коснулось моих губ, но в последний момент оборотень замер подозрительно глядя на мои губы, чем вызвал во мне недовольство. 

Такое родное чувство отрезвило меня, изгоняя весь романтический бред витавший вокруг, и я поспешила восстановить душевное равновесие, съязвив:

– Боишься? – спросила, догадываясь о причинах заминки. Волшебная помада осталась в сумке, но спуска этому волчонку давать нельзя. Поэтому я хихикнула: – Правильно делаешь. Я всё ещё на тебя обижена и потому могу в любой момент что-то выкинуть.

Поразмыслив, Кириан скептически поинтересовался:

– Неужели конфет и вина будет достаточно, чтобы успокоить тебя? – Припомнил оборотень мои слова. Раз уж он не забыл, то с ним точно не всё потеряно.  И раз уж так, то волчонка надо обязательно наградить.

Нагло прижавшись щекой к мужской груди, при этом продолжая смотреть ему в глаза, внесла ясность в то, насколько я корыстна:

– Конечно нет, но это будет очень неплохое начало. – Хмыкнула я, чувствуя, как вокруг нас вновь нарастает та странная энергия.

Испугавшись нового приступа необъяснимого романтизма, резко став серьезной отстранилась и прямо спросила: 

– Вот только зачем тебе меня успокаивать? – настолько стремительная перемена во мне озадачила оборотня, но он спокойно остался стоять на месте, не пытаясь больше прикоснуться. Видимо начинает привыкать к моим заскокам. Потому я продолжила давить: – Можно было бы вспомнить о твоём чувстве вины, но ты уже показал, что такая ведьма как я подобного не достойна. Тогда в чём же причина столь резкой перемены? Зачем ты вообще сюда пришёл?

Простые вопросы, но ответы на них могли оказаться очень важными. Если сейчас Кириан взорвётся и уйдёт, я продолжу над ним издеваться, при этом с куда большей жестокостью. Зачем? Мне бы кто объяснил...

– Ты сильная, – прозвучал спокойный ответ, заставивший меня неверяще посмотреть на оборотня. Ведь я действительно ждала, что он оставит меня наедине с этими вопросами. Однако Кириан продолжил меня удивлять: – При этом, чтобы получить эту силу ты упорно трудилась. Там на полигоне каждое твоё движение, каждое заклинание демонстрировало, как много труда ты вложила в свои навыки. – Слишком откровенный оборотень воспользовался моей растерянностью и, приблизившись, сам прикоснулся ко мне, тихо добавив: – Но больше всего меня поразило то насколько с такой силой можно быть хрупкой и слабой.

Мне нравилось чувствовать прохладные пальцы на моей щеке, слышать морозный аромат, исходящий от оборотня, но кое-что в его словах меня напрягло.

– Я не люблю когда меня называют слабой.

Разглядывая моё хмурое лицо, Кириан улыбнулся лишь уголками губ и уточнил:

– Врождённая гордость?

– Нет, – ответила, покачав головой, – приобретённая самоуверенность.

Хриплый смешок в исполнении такого непонятного парня опять отключил мой мозг. Иначе с чего бы я спокойно позволила себя поцеловать? Но прикосновение чужих губ было настолько приятным, что мне просто не хотелось думать и анализировать.

Отдавшись ощущениям, даже не заметила, как обняла Кириана за шею, прижимаясь ближе. Его вкус не просто пьянил, он сводил с ума заставляя жалеть о том, что мы мало целовались. Надо поспешно исправлять это недоразумение, пока морозный оборотень находится достаточно близко.

Едва меня начало поглощать возбуждение дверь в раздевалку скрипнула, привлекая внимания. Я уже хотела было швырнуть какой-то пакостью в не прошеного гостя, но резко передумала услышав:

– На твоём месте я бы этого не делал, – холодный, трескучий голос принадлежал моей второй жертве. 

Разорвав поцелуй, мы одинаково недовольно посмотрели на высокую фигуру волчьего куратора в дверном проёме. Стальные глаза Дамиана сейчас больше напоминали грозовые облака, и я поняла, что будет весело.

Глава 18. Ведьма и самый дорогой человек

В печи потрескивал огонь, наполняя маленькую уютную кухню теплом. Полуприкрыв глаза я наблюдала, как тихо плывут снежинки за толстым стеклом, пока меня одолевали мрачные мысли. Локоть уже ныл, но мне  было лень отрывать щеку от нагретой ладошки, чтобы поменять руку, которой я опиралась на дубовый стол. И пусть это место всегда было моей крепостью, сейчас здешняя атмосфера тепла не спасала меня.

Дверь чёрного входа натужно хлопнула, закрываясь за крупной фигурой хозяйки этого домика. Она, смешно фыркая, стряхнула с необъятного платка снег, потом смела его с покрытой тряпицей корзинки, постучала подбитыми мехом сапогами о плетёный коврик и только после этого заметила меня. В серых глазах засветилась радость, но она испарилась, едва стало понятно, что я не в духе:

– Ведочка, что-то случилось? – раздался обеспокоенный голос. 

Раз уж приветствие не задалось, то можно сразу перейти к сути – решила я и со всей серьезностью спросила:

– Мам, скажи честно: я ужасна? 

Светлые брови моей приёмной матери нахмурились, делая ещё более явными и без того глубокие морщины. Она не понимала о чём речь, и я уточнила: 

– Как человек, я ужасна?

По кухне прокатился тяжелый вздох, и мама стала разуваться – судя по запаху выпечки из корзинки, она выбегала к подруге-соседке – попутно рассуждая:

– Для начала,  мне кажется глупой затеей сравнивать элетари с обычными людьми без магии...

– Хах, – грустно усмехнулась я, перебивая мать, за что в меня вонзился осуждающий взгляд, но я не впечатлилась и продолжила, – ты и о древнем названии моей расы узнала лишь после того, как нам на лекции об этом рассказали. Очень немногие в курсе, что с людьми у нас общее только строение тела.

Вообще это название никто не скрывал. Всем проще называть нас ведьмами да ведьмаки, чем какими-то чудными «элетари». Тем более раз мы, как ни посмотри, похожи на людей, лучше уж сделать вид, что мы просто люди с магией. Так куда безопаснее.

Пока мои мысли опять унеслись не в то русло, мама сбросила с себя плащ и приблизилась ко мне. Тряпица с корзинки была сдёрнута, выпуская наружу сладкий запах пирожков, и, просвистев, не больно хлестнула меня по предплечью, захватывая при этом часть спины. Поморщившись, смиренно приняла кару.

– Не перебивай мать, – шлепнули меня полотенцем ещё разок для профилактики и продолжили. – Я-то знаю правду, потому и говорю, что глупо сравнивать себя с людьми. Но раз тебя так волнует ответ именно на этот вопрос, то я кое-что тебе  скажу. – Мамино румяное лицо разгладилось, и она с кряхтением сев на стул рядом со мной серьезно сказала: – Поверь, плохой человек никогда не задумается о том, насколько он ужасен. Именно уверенность в своей безгрешности делает нас плохими людьми.

На душе после этих слов стало чуть спокойнее.

Я всегда прислушивалась к словам матери. Всё же когда она взяла меня к себе, ей довелось многое повидать за свои тогда почти сорок лет. Теперь же, глядя на её седые пряди я была не рада нашей разнице в возрасте – люди живут гораздо меньше нас и магией её жизнь мне надолго не продлить.

Чтобы хоть как-то развеять свернувшуюся в груди тоску я, пожалуй, слишком наигранно весело фыркнула:

– Ты сейчас просто взяла и морально растоптала по-настоящему хороших людей, которые стараются жить правильно.

Мама хмыкнула и, махнув рукой, задиристо спросила:

– Правильно? Так у каждого своё правильно и оно не всегда верное. – Я усмехнулась, принимая её сторону, за что мама погладила меня по лежащей на столе ладони и тепло продолжила: – Детка, ошибаются все без исключения. Просто кто-то учится на своих ошибках, становясь при этом лучше, а кто-то упорно гнёт свою линию.

Радоваться я не спешила, потому что наш разговор был пока слишком абстрактным. И чтобы очистить зачатки совести я уточнила:

– То есть ты не считаешь меня плохой? – мама покачала головой в ответ. – Даже если будешь знать, что за последнее время я обидела многих и не раскаиваюсь в этом?

Последние слова ей не понравились, но она предусмотрительно не стала сразу ругаться. Поднявшись из-за стола, мама направилась к печи со словами:

– Видимо разговор будет долгим. Заварю-ка я побольше чая, чтобы его хватило, пока ты будешь рассказывать обо всём, что успела натворить за эту неделю.

Раз уж я пришла сюда с твёрдым намерением получить совет необходимо быть откровенной.

Рассказ и правда оказался долгим, но только потому, что я не стала ничего утаивать. Правда пришлось покорно стерпеть ещё два удара полотенцем: один, когда рассказал о том, каким образом заставила накинуться новых студентов на моих одногруппников, а второй после чистосердечного признания в желании стравить парочку оборотней. Между прочим, это желание очень усилилось из-за случая в раздевалке после дуэли с Рейной.

Когда на самом интересном месте в наш жаркий уголок ворвался Дамиан, я скорее еще больше завелась, чем растеряла настрой. Даже его грозовой взгляд меня не остудил тем более после слов неожиданно упрямого и своевольного Кириана:

– Твоего мнения я не спрашивал, – слова моего проклятого звучали непреклонно, пока его рука, обнимающая меня за талию, даже не думала меня отпускать.

– Кириан, – произнёс твёрдо Дамиан, – ты уже забыл, что она сделала с тобой?

Пришлось сдержать ехидный смешок, и вопрос о том насколько же эти оборотни откровенны между собой, раз обсуждают такое.

В груди Кириана, к которой я бессовестно прижималась, при этом лукаво глядя на застывшего Дамиана, зародился гул. Однако снежный волк, даже не сорвавшись на рык досадливо бросил:

– Нет, не забыл, и сейчас мечтаю, чтобы именно ты поскорее забыл об этом.

Тут уже я не смогла смолчать и как бы, между прочим, задумчиво протянула:

– Просто не нужно было рассказывать о наших делах на каждом углу. – Мой вклад в разговор не оценили, и я получила лёгкий шлепок по бедру. 

– А он и не рассказывал, – неожиданно просветил меня Дамиан, всё сильнее сжимая челюсть. – Моя обязанность следить, чтобы этим детишкам не угрожала опасность.

Откровенная насмешка над оборотнем в моих загребущих ручонках осталась без внимания. Прикинув, что волчий куратор мог иметь в виду я предположила:

– Хо, так у тебя есть артефакт реагирующий на проклятья?

После этого вопроса Кириан, наконец, повернулся ко мне и подозрительно посмотрел. А это забавно, что его не задели слова Дамиана, но моё панибратское обращение к мужчине вызвало такую реакцию.

– Он в том числе, – ответил Дамиан, явно не собираясь оставлять нас наедине. Его совсем не смущало, что мы с его волчонком не думали разрывать объятия. Стальной взгляд то и дело мимолетно опускался к моему слишком глубокому декольте, отчего куратор оборотней становился всё мрачнее и напряжённее. Однако голос оборотня остался спокоен, когда он заговорил вновь: – Раз мы снова вернулись к главному, я повторюсь: Кириан не стоит этого делать. Или тебя жизнь ничему не учит?

Выслушав одного оборотня, с затаённым интересом посмотрела в льдистые глаза второго. У Кириана точно были вопросы ко мне, но он их решил придержать и для начала разобраться с одной высокой, широкоплечей помехой в дверях. Вновь переключив внимание на Дамиана, мой почти прирученный оборотень холодно произнёс:

– Пожалуй, и я повторюсь: меня не волнует твоё мнение. Тебя вообще не касается то, как я провожу своё свободное время. Мы не в долине, Дамиан, и здесь я не обязан к тебе прислушиваться.

Неодобрительно покачав русой головой, волчий куратор произнёс:

– Судя по всему, ты так обеспокоен снятием проклятия, что забыл о главном.

– Хватит волноваться о состоянии моей памяти. Я помню, зачем здесь. – Огрызнулся парень и немного самоуверенно бросил: – А теперь будь добр закрыть дверь с той стороны.

– Щенок, – припечатал Дамиан. Его русые волосы немного взъерошились, выдавая всё недовольство мужчины.

Сощурив раскосые глаза Кириан отчеканил:

– Уже нет, и поэтому хватит нянчиться со мной.

Глядя на то, как вокруг парня в моих объятьях начинают сверкать подозрительные искры, поспешила влезть, чтобы оборотни не перекинулись и не вцепились друг другу в глотки. Для этого ещё рано, ведь мой милый проклятый ещё не узнал одну важную деталь.

– Не уважаемый куратор Дамиан, – обратилась я к тому, кого сейчас собиралась выдать со всеми потрохами, – послушайте своего подопечного и просто прикройте дверь. Раз уж вы сами не хотите мной травиться, то дайте это сделать другому.

Мои слова прозвучали почти скромно, но эффект они произвели колоссальный. Оборотень у дверей прикрыл глаза и помассировал висок, затем, не удержавшись, зарылся пальцами в свои короткие волосы, как бы хватаясь за голову.

– Что это значит? – Напряженно спросил Кириан при этом глядя на оборотня застывшего в дверях.

Я оказалась перед выбором: включить дурочку, чтобы всё отрицать или же быть честной и скорее всего, лишиться секса. Похоть во мне боролась с вредностью, но в итоге победил как всегда азарт. 

Что будет, если я сейчас их распалю и заставлю ревновать? Профессор Алтея, преподающая историю магии, любит повторять, что слабый мужчина боится конкуренции и потому сдаётся, едва на горизонте появляется соперник, а вот сильный мужчина всегда включается в схватку. Правда зачастую победитель, через какое то время понимает что к “трофейной женщине” у него и чувств особых нет, и оставляет в итоге её одну. Но для меня это не имеет значения. 

Я хочу этих мужчин, но только сейчас. Два оборотня всё равно не договорятся ради одной женщины, так зачем тешить себя надеждами что они “те самые”? Всё равно моя мечта недостижима и чтобы не расстраиваться, надо жить этим днем. И в данный момент мне хотелось повеселиться.

– А ты разве не в курсе? – Наигранно удивилась я, заботливо заправляя пепельную прядь Кириана за очень привлекательное ухо. Парень, покосившись на меня, чуть отстранился, чтобы было удобнее смотреть в мои наивно распахнутые глаза, пока я раскрывала детали моего знакомства со вторым волком. – Так уж вышло, что мы с твоим куратором пересеклись на балу у герцогини Кимлоу, и надо заметить очень хорошо проводили время вместе, пока он не заметил твою метку.

– Значит, метка была твоя, – тяжело выдохнул Дамиан от двери, пока Кириан превращался в ледяную статую. 

Я перевела возмущённый взгляд на оборотня в дверях и негодующе спросила:

– Это ещё что за намёки? Я, по-вашему, каждого оборотня под юбку пускаю? Мне вас двоих с головой хватает.

– Двоих…, – процедил Кириан, испепеляя взглядом своего куратора.

Он как маленький, честное слово. Знать столько о ведьмах, но тем не менее надеяться, что у них секс бывает только в тёмных закоулках с незнакомцами, которые сбегают после финала – очень глупо.

– Только не вздумай ревновать её, – предупредил своего подопечного Дамиан, – это путь в никуда. Ни одна ведьма не откажется от своих сил ради мужчины.

– Конечно, – подтвердила я. – Мужчина сегодня любит, а завтра раз и передумал. Что тогда делать прикажите? – Мой вопрос был риторическим, потому, не дождавшись ответа, я выдвинула самый главный аргумент: – К тому же просить нас отказаться от силы равносильно тому, чтобы вы разорвали связь со своим зверем, лишившись возможности оборачиваться.

– С тобой мы поговорим позже, – произнес Кириан мне не глядя. – А с тобой, Дамиан, нам нужно обсудить кое-что прямо сейчас.

В итоге меня оставили одну, захваченную противоречивыми чувствами. С одной стороны внутри клокотало веселье, а с другой… что-то очень похожее на сожаление. Сначала я хотела последовать за этой парочкой и подслушать до чего они там договорятся, но в итоге отмахнулась от этой идеи. Результаты их переговоров я узнаю совсем скоро, так что нет смысла слишком напрягаться. Да и тогда бы пришлось резво переодеваться. Потому лучшим решением показалось выждать новой встречи с кем-то из них.

Но как оказалось: я облажалась. До конца недели оба оборотня меня избегали, у нас даже пар не было с Дамианом, а с Кирианом мы сталкивались лишь по его инициативе. Такой расклад заставил меня пожалеть об упущенном шансе пошпионить за ними, но переживать об этом смысла уже не было.

Теперь я сижу у мамы и каюсь в грехах. Её мнение позволяло мне понять: в чём я не права – наверное, именно поэтому моё мышление человечнее, чем у остальных сородичей. Пусть иногда это мне аукалось, но я считала человечность всё же сильной чертой, нежели слабой.

– Пойми, Ведочка, ты поступила неправильно, но только с моей точки зрения, – сказала в итоге мама, отложив полотенце. – Я прекрасно понимаю, что могу быть неправа, ведь мы с тобой отличаемся. Мне не понять: каково это когда магия усиливает чувства настолько, что ты не можешь им противиться, но мне совершенно точно ясно, что с чувствами других хорошие люди не играют.

– Да, ты права, – тихо согласилась, хоть и не до конца понимая. Ведь с моими чувствами тоже играли на протяжении всей жизни. Кто-то совсем незначительно, а кто-то отрываясь по полной. Так почему нужно беречь души других, в то время как твою разносят в клочья? Озвучивать этот вопрос я не стала. Основная цель достигнута – я выговорилась, успокоилась и теперь можно возвращаться в академию без тяжелых мыслей.

Перед уходом я обняла такого родного мне человека и произнесла:

– Спасибо тебе, мам, за всё.

– Будет тебе, – смущенно отмахнулась она, вручая мне свёрток с пирожками. – Ступай уже, а то и так засиделась. Смотри как поздно.

Попрощавшись, я запихнула завернутую в тряпицу выпечку в глубокий карман плаща и, набросив капюшон, похрустела снегом на дорожках. Мамин дом находился ближе к окраине Грэмхелла, чем к его центру, но ближе она переезжать не хотела. Этот район выделялся компактными домиками, узкими тихими улочками и общительными соседями. Потому маме здесь нравилось куда больше чем в более оживленном сердце города.

Небо висело низко, пряча за собой звёзды, и единственными источниками света оставались уличные фонари, которые не часто баловали меня своим присутствием. Призывать светлячок не стала – он скорее привлекал ненужное внимание, чем отпугивал то, что может прятаться в темноте.

Когда я уже повернула в улочку, ведущую к таверне, откуда можно нанять возниц до академии, передо мной выросла тень. При том это произошло так резко, что я чуть не испугалась до магической атаки. Вон даже на пальцах засверкала магия, но слава Гекате я сдержалась.

– Тебе разве не говорили, не посещать город ночью? – проворчал слишком знакомый голос. 

Присмотревшись, в глубине капюшона обнаружила пару светящихся глаз. Стальная радужка позволила с большей уверенностью распознать куратора волчат. И что ему не спится в такой час? Да и вообще шёл бы следил за своими щенками, а не меня пугал.

– Да-да, – недовольно протянула, – запрет… – Тут я замолчала, осознавая нечто очень важное. 

Снова… я снова забыла о том, что происходит в городе. И теперь мне нужны объяснения.

Шагнув ближе к высокой фигуре, я напряженно спросила: 

– Почему я вспомнила о причине запрета только сейчас?

Дамиан немного повернул голову, убеждаясь, что неподалеку никого нет, и только после этого произнёс:

– Я кое-что расскажу, но ты должна молчать об этом. Если конечно, сможешь удержать услышанное в памяти. – Это уточнение меня насторожила, но я отложила вопросы о нем на потом. Получив мой кивок, оборотень продолжил: – Не ты одна забываешь о похищениях. Все в академии кроме, конечно, вашего ректора по какой-то причине не могут сфокусироваться на происходящем. – И пока я пораженно пыталась уложить полученную информацию Дамиан серьезно закончил: – Кто-то охотится на таких как ты, при этом этот кто-то совсем близко.

– И ты так легко рассказал мне об этом? – поразилась я такой болтливости взрослого мужчины, на что мне с усмешкой ответила:

– Потому что уверен в твоей непричастности.

Хоть эти слова отозвались во мне подозрительным теплом, я сделала вид, что не заметила такой реакции и спросила:

– С чего бы это?

Оборотень неожиданно отодвинул полу своего плаща, чтобы укрыть меня от налетевшего ледяного ветра. Я тактично промолчала, что использовала бытовое заклинание, чтобы согреться и шагнула чуть ближе, едва не прижимаясь к мужчине. Глупо отказываться от ухаживаний, если это конечно они.

– После нашей встречи на балу, – начал Дамиан всё так же защищая меня от ветра своим плащом, – я узнал о тебе всё, что только можно. – На этом моменте мои брови поползли вверх. Не обращая внимания на моё выражение лица, оборотень добавил: – К тому же злоумышленник после нашего появления стал скрывать свой запах, чего, как мы выяснили, ты не делаешь.

Если учесть, что принюхивались ко мне только два оборотня, выводы напрашивались сами:

– Мы? Вы с Кирианом даже мой запах обсуждали? – усмехнулась я, а где-то на задворках сознания до меня дошло, что я снова не могу ухватиться за мысль об исчезновениях. Она сейчас была одновременно и близко и далеко.

– Дело нешуточное, так что оставь свои колкости, Ведана, – не повёлся на мою провокацию оборотень и, ухватив меня за руку, куда-то потащил бросив: – Идём.

– Куда? – удивилась я, глядя как меня уводят обратно в ту сторону, откуда я пришла. Посмотрев назад удивлённо  пролепетала: – Возницы же не там.

Но вырываться и мчаться в нужную сторону я передумала после слов:

– Ваш ректор сегодня будет всю ночь ловить нарушителей. Хочешь, чтобы тебя завтра показательно наказали? – Дамиан на мгновение обернулся, сбавляя шаг.

Я завертела головой. 

– Раз так, то я провожу тебя до дома. – После этого заявления я встрепенулась. 

Какая хорошая мысль. Теперь у меня будет целых полчаса чтобы придумать, чем заманить одного упёртого мужчину к себе в квартирку – судя по направлению, оборотень вёл меня именно туда. А уж на своей территории я найду, как убедить его закончить начатое на маскараде. Заодно проверю: насколько хорошей  была идея столкнуть лбами приглянувшуюся мне парочку оборотней.

Глава 19: Ведьма и пойманный волк

Пока мы шли, Дамиан то и дело к чему-то прислушивался, и незаметно оглядывался по сторонам. Время было поздним, потому по пути к моему дому нам встретились лишь пара прохожих, которые спешили поскорее оказаться в тепле.

Когда нам оставалось пройти совсем немного, мужчина неожиданно сбавил шаг и заговорил:

– Мне кое-что не понятно. – Тут Дамиан замолчал, будто обдумывая, стоит ли озвучивать свои мысли, но всё же он спросил: – Почему ты хочешь стать практиком? 

Придерживая капюшон, я полюбовалась резным профилем оборотня и усмехнулась:

– Как тебе удалось просмотреть мои документы для вступления в Ковен? Они же сейчас хранятся в архиве.

Это единственный источник, откуда мужчина мог узнать о моих планах. Перед выпуском мы все заполнили бумаги, и там я указала основным направлением дальнейшей работы «практикующая ведьма», а в дополнительном указала «преподаватель-зельевар».

Дамиан бросил на меня одобрительный взгляд и спокойно поведал:

– Вашему ректору пришлось пойти на некоторые уступки. Но ты не ответила на мой вопрос, – укорил меня оборотень. – Скажи: зачем девушке с твоей внешностью и талантом к зельям мотаться по свету рискуя своей жизнью?

Я рассмеялась над расставленными акцентами, не совсем понимая: почему внешность должна была сыграть роль в выборе профессии. Однако раз уж Дамиан решил узнать меня настолько близко, пожав плечами честно ответила:

– Вообще-то после получения магистра у меня есть два пути: либо практик, выполняющий задания Ковена, либо преподаватель высшего зельеварения. Но я ещё не определилась, чего хочу больше.

Теперь мне достался очень заинтересованный взгляд, после которого последовал вопрос:

– Разве не все девушки мечтают разбираться в травах и что-то варить в котелках?

Новая порция моего смеха была принята с лёгкой улыбкой. 

– Оказывается, ты мало знаешь о девушках, – фыркнула я, а затем посмотрела в тёмное небо, ловя ресницами редкие снежинки. Почему-то мне хотелось быть с ним откровенной, и я серьезно сказала: – Наш мир  слишком опасен, а беззаботная жизнь любого сделает беспомощным. Когда ты юная неопытная дева ты мечтаешь, чтобы тебя спасали другие, но со зрелостью приходит осознание – лучше иметь возможность спасаться самой. Потому я всегда делала упор в боевую магию, а зельеварение было для меня любимым хобби.

Моё откровение заставило Дамиана глубоко задуматься. Вдали показался знакомый многоэтажный домик, разделённый на несколько квартир. Мы уже почти пришли, а я так и не придумала, как затащить этого упёртого оборотня к себе в спальню и это расстраивало. Когда ещё выдастся такой шанс?

Дверь дома оказалась перед нами слишком быстро, но мужчина не сбежал сразу же, а молча поднялся со мной по лестнице, провожая до самой квартиры. Пара слов магического ключа и замок щёлкнул, а ручка проявилась. Я сжала её, старательно подбирая слова, но тут Дамиан снова заговорил:

– Мне тебя не понять: то ты ведёшь себя словно неразумное дитя, то говоришь как взрослая, умудрённая женщина.

Улыбка сама расплылась на моих губах, и я не оборачиваясь, произнесла:

– А почему одно должно мешать другому? Я такая, какая есть и не собираюсь соответствовать чьим-то стандартам. Даже наша жизнь слишком коротка чтобы тратить её в угоду другим, потому я делаю только то, что хочу.

Сказав это, я открыла дверь и, оставив её нараспашку, вошла в свою квартирку. Дамиан был неглуп, понимая, что я его приглашаю. Конечно же, этот крепкий орешек опять попытался остаться в своём панцире.

– Ведана, я не стану заходить, – напряжённо произнес Дамиан, но я будто его не слыша, сбросив с себя плащ, посмотрела на него через  плечо.

Добавив в голос как можно больше интимных ноток, я сказала:

– У нас с тобой осталось одно незаконченное дело. Как насчет того чтобы перестать кружить вокруг и просто взять меня?

Я тоже дурой не была и прекрасно понимала, что этот мужчина слишком часто оказывается неподалеку. Лишь после разговора с Кирианом он перестал выпрыгивать как демон из нижнего мира, а это значило: он сам стремился со мной встретиться.

– Нет, – поспешил отказать Дамиан, но в его словах промелькнула неуверенность, давшая мне повод продолжить загонять его в угол.

Повернувшись к нему лицом, посмотрела на тёмный силуэт у порога и начала медленно снимать с себя шерстяной жакет, в то же время, гипнотизируя мужчину своим голосом и обещаниями:

– Если тебя волнуют какие-то последствия, то уверяю – их не будет. Ты хочешь меня, я хочу тебя. Так почему мы не можем переспать? – Дамиан был слишком рациональный и потому единственный способ сломить его стену – быть с ним максимально прямолинейной. 

Оборотень не уходил, буравя меня взглядом из общего коридора. Видимо моя тактика оказалась верна.

– Ты и Кириан…, – многозначительно бросил Дамиан и его колебания точно были не из-за наличия конкурента.

Хорошо, что я часто прокручивала в голове нашу стычку на балу и потому у меня имелись некоторые предположения. Сейчас было самое время проверить одну из догадок.

– Ох, Геката, – тяжело вздохнув, я расстегнула рубашку, приспуская её с плеч, отвела с задней стороны шеи волосы и сказала: – Видишь? Никаких меток. У меня нет отношений с тем белым волчонком, да ты и сам понял, что между нами не всё так просто. 

Мужчина молчал, не прерывая, и это говорило о том, что я на правильном пути. 

– Кириан сорвался, – продолжила, чуть надув обиженно губки, – трахнул меня и зачем-то пометил, при том мы даже знакомы с ним не были, чтобы проводить эту вашу волчью помолвку. Так что я свела помолвочное клеймо, как только о нём узнала.

Вообще-то было довольно унизительно обнаружить на своём теле метку такого рода. Тем более если учесть что её поставили без твоего согласия. Из-за этого моё негодование вышло вполне себе правдивым, достигая непробиваемого оборотня. Защита Дамиана трещала, но он всё пытался найти причины не делать шаг мне навстречу.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Всё это не отменяет того что ты ведьма. – Бросил мужчина самый последний аргумент, но и на него у меня был готовый ответ:

– Разве это не плюс? Тебе не нужно беспокоиться о том, что я потащу тебя под венец, не надо предохраняться и переживать по поводу моей тонкой душевной организации. – Сейчас я сама себе напоминала демона-искусителя, заманивающего в свои сети несчастную душу. Но это уже было дело принципа. 

Рубашка так и осталась висеть на моих плечах, демонстрируя рюши по верху корсета, и я кожей ощущала взгляд, скользящий по открытой коже пока разбивала в прах выдержку мужчины последними словами:

– Сейчас я предлагаю тебе секс в таком виде, в каком пожелаешь. – Томно улыбнувшись, коснулась указательным пальцем своей нижней губы и добавила: – Видишь, какой доброй я могу быть.

Дамиан молчал долго, слишком долго, но моё сердце пустилось вскачь лишь после того как он тихо сказал:

– Почему-то я понимаю, что приближаться к тебе опасно, но перестать это делать не могу.

Дверь моей ловушки захлопнулась и я с предвкушением стала наблюдать, как с широких плеч слетает плащ, а после него тёплая куртка. Под ней у Дамиана оказалась лишь белая рубашка. Дождавшись когда мужские сапоги останутся на пороге рядом с моими, я поманила оборотня пальчиком, пока спиной отступала в сторону своей спальни. 

Большую часть этой комнаты занимала кровать под невесомым балдахином, а всё остальное пространство принадлежало пушистому ковру серебристого цвета. Освещение уличных фонарей проникало сквозь тонкие занавеси на окнах, позволяя обойтись без иных источников света. Но мне захотелось больше уюта. 

Щелчок пальцами вызвал трепещущие огоньки на фитилях толстых свечей – они стояли как на редких полочках, так и на небольшом прикроватном столике. Атмосфера сразу стала более подходящей.

Глядя на то, как русые волосы оборотня сверкают золотыми бликами в тёплом свете, я поняла, что решение было верным.

– Мне раздеться или ты сам это сделаешь? – Промурлыкала глядя в глаза приближающегося мужчины.

– Сам, – был короткий ответ, после которого Дамиан притянул меня к себе и жарко прошептал на ухо: – Всего лишь раз, я позволю тебе заманить себя в постель… всего лишь раз.

Ну-ну, где один раз, там и второй, – усмехнулась про себя, не думая возражать или возмущаться такому заявлению. Мне хотелось, наконец, расслабиться, получить долгожданную разрядку и отпустить этого оборотня с миром, когда буду сыта.

– Как скажешь, милый. Я ведь обещала, что всё будет по-твоему, – “сегодня” уточнила злорадно про себя потираясь о рельефный торс Дамиана своей грудью. Правда всё портил корсет, но я надеялась, что его с меня скоро снимут.

– Значит, ты готова быть послушной? – вкрадчиво уточнил мужчина, покусывая моё ухо.

– Да, –  выдохнула я, игриво добавив, – мастер Дамиан.

Не знаю насколько понравилось ему такое обращение, но поцелуй мне подарили очень горячий. Влажный язык распахнул мои губы, подчиняя воле своего хозяина. Как послушная девочка я погладила его кончиком своего языка, при этом позволяя мужчине вести в этом сладком танце. 

Страсть нашего поцелуя нарастала как лавина: языки сплетались, губы то нежно касались, то впивались друг в друга, превращая нас в живое пламя распаляющееся всё сильнее. А когда я принялась посасывать нижнюю губу Дамиана, он застонал и отстранил меня.

– Я передумал, – возбуждённо выдохнул оборотень, немного выбивая меня из колеи. – Хочу,  чтобы  ты сама разделась. 

Пока до меня доходил смысл его слов, Дамиан сел на кровать и выжидающе глядя на меня добавил: 

– Медленно.

Значит, он хочет немножко поиграть? Ох, как же мне такое нравится.

Соблазнительно улыбнувшись, я послушно стала расстёгивать оставшиеся пуговицы, а затем, медленно спустив рубашку с каждой руки, позволила ей упасть на ковёр. Мои пальцы потянулись к крючку на корсете, но неожиданно властный голос меня остановил:

– Нет, теперь юбку.

Под кожей разлилось доселе неизведанное чувство. Раньше я не понимала, как можно получать удовольствие от чужих приказов, но теперь глядя в грозовые глаза, которые ловили свет от свечей, я чувствовала, как от этой игры у меня между ног становится жарко. Мысль о том чтобы стать на сегодня игрушкой этого мужчины меня опалила, разгоняя кровь по венам. Всё же я правильно поступила, когда решила затащить этого оборотня к себе в постель. Как знала, что скучно с ним не будет.

Расстегнув мелкие пуговки на поясе, я решила добавить огоньку. Жадный взгляд Дамиана пристально наблюдал как плотная ткань юбки, зажатая в моих пальцах, скользит вниз, очерчивая покатые бёдра и стройные ноги. Я специально не стала бросать юбку чтобы был повод наклониться и во всей красе показать аппетитную ложбинку – мне хотелось распалить мужчину, не оставляя ему шанса на отказ в будущем. И судя по тяжело вздымающейся груди оборотня – это работало.

Выпрямившись, чуть закусила губу и вызывающе посмотрела на Дамиана. На мне остались корсет, трусики и плотные чулки, немного портящие эротичный вид, но оборотень оказался не так привередлив. Ему явно нравилось всё, что он видел.

– Иди сюда, – хрипло приказал он, пошире разведя длинные ноги, чтобы я точно поняла куда.

Грациозно приблизившись, посмотрела сверху вниз на то, как Дамиан, чуть откинувшись назад, опёрся руками за спиной. Как же шикарно он смотрелся на фоне моего светлого покрывала – руки так и чесались облапать его всего, но приходилось держаться.

Внешне оборотень оставался слишком спокоен, но.… Очень внушительный бугорок в его штанах выдавал его возбуждение.

– Встань на колени и расстегни ширинку, – последовал новый приказ, отзываясь во мне трепетом. Я просто с ума сходила от голоса этого мужчины – такого тягучего, обволакивающего. Он пробирался под кожу, превращая меня в кого-то совершенно другого и это почему-то не пугало.

Повинуюсь и как можно соблазнительнее опускаюсь перед мужчиной. Дрожащие от нетерпения пальцы выполняют поручение, освобождая из плена брюк налитую возбуждением плоть. Член Дамиана гордо вздымается, и от этого вида я тяжело сглатываю, в предвкушении облизывая губы.

– Так сильно хочешь попробовать? – Послышалось немного насмешливо, но я была слишком занята тем, чтобы держать себя в руках, и потому даже не подумала огрызаться. 

Кровать чуть скрипнула. Мужское дыхание защекотало мой висок, и я ощутила, как оборотень оставил на моих волосах мимолётный поцелуй. Почему-то это позволило немного собраться и наконец-то оторвать жадный взгляд от слишком притягательного члена.

– Очень хочу, – ответила, посмотрев вверх. Лицо Дамиана оказалось слишком высоко и пришлось чуть привстать, чтобы подарить ему нетерпеливый поцелуй. 

Едва я отстранилась, мой любовник выдохнул:

– Тогда возьми его в рот. – Оборотень выпрямил спину и опять откинулся назад.

О таком меня не пришлось просить дважды – благодаря Марике я стала любительницей минетов. Так что, устроившись поудобнее, без колебаний приступила к делу.

Не спеша заглотить член целиком, я начала с ласк. Мой язык нежно скользил по бархатной коже крепкого ствола, оставляя после себя влажные дорожки. Губы касались члена иногда очень мимолётно, а иногда оставляли на нём чувственные поцелуи, что заставляло мужчину застывать в ожидании. В это же время обе мои руки не оставались без дела: они то бродили под рубашкой, наслаждаясь натренированным телом Дамиана, то слегка надрачивали его член – тут главное было не переборщить и сделать эти прикосновения лишь дополнением к ласкам, иначе моя задумка не произведёт нужного эффекта. 

Подготовка заняла время, но я так увлеклась, что оно пролетело незаметно. Дождавшись, когда комната наполнится мужскими стонами, распахнула губы и одним движением вобрала в рот головку и заскользила по древку до самого предела. И пусть из-за размера члена мне не удалось вобрать его полностью, задуманного я добилась.

Оборотень вскрикнул от удовольствия и простонал:

– Что ты…, –договорить он не смог, потому что я принялась качать головой, доставляя ему небывалые наслаждения. Но я всё равно поняла, что он хотел сказать.

Дамиан слишком удивился силе удовольствия, но в ней нет ничего особенного. Просто терпение и правильная прелюдия способны подарить такие ощущения, о которых ты и не подозревал. Натура оборотней не даёт им как следует разогнаться, чтобы прыгнуть в омут под названием “экстаз” – что Дамиан, что Кириан всегда спешили, упуская столько интересного. 

Даже удивительно, что этот конкретный оборотень не отымел меня на пороге, а сдержался, чтобы поиграть. Может он, конечно, хотел таким странным способом меня отшить, но тогда он переиграл себя. Теперь, когда его член у меня во рту он вряд ли сможет сбежать, по крайней мере, пока не облегчит свои яйца. А до этого ещё далеко.

Почувствовав, что член Дамиана становится всё тверже, поняла – пора повернуть ситуацию в свою сторону. Отстранившись, услышала, как мужчина разочарованно выдохнул, но отступить от задуманного не подумала.

– Что же теперь делать? – расстроенно вздохнула, поглаживая пальчиком пульсирующее древко. – Тебе так нравится, а я не могу продолжать: губы болят и челюсть сводит, ты же такой большой, вот я и выдохлась слишком быстро.

Мои оправдания приправленные лестью сработали. Дамиан рывком сел, вздернул меня, и молча содрав с меня трусики нетерпеливо велел:

– На меня.

В этот момент всё во мне задрожало, и я точно никогда и никому не расскажу, что виной тому было настолько сильное возбуждение.

Опершись коленом о кровать, я попыталась оседлать мужчину, но он был настолько на взводе, что не мог больше ждать и, подхватив меня под ягодицы, сам расположил над торчащим колом членом. Влажная головка коснулась моих интимных губ, нетерпеливо раздвигая их. Я сама уже с трудом держалась, чтобы рывком не впустить в себя такого горячего мужчину, но слишком уж трудно было затащить Дамиана в постель и потому хотелось показать ему как можно больше.

Что же эти оборотни делают со мной... 

Держась за крепкие плечи, я стала медленно опускаться, изо всех сил противясь широким ладоням на бёдрах, которые старались ускорить наше соитие. Мне хотелось ощутить каждый дюйм, каждую клеточку мужского естества, ведь первое проникновение всегда самое неповторимое. Разве можно не наслаждаться этим восхитительным чувством постепенного проникновения? Или тем как всё в тебе дрожит, когда чувствуешь единение с партнёром? Эти ощущения точно стоили вложенного терпения.

И вот он весь во мне. Я чувствую, как твёрдая плоть распирает меня изнутри, как сладко тянет низ живота, а по всему телу растекается непередаваемая нега.

Больше, мне надо больше…

Глядя в потемневшие от  страсти стальные глаза я поднимаюсь и снова опускаюсь, и с моих губ срывается стон. Лицо Дамиана искажается от удовольствия, а в его расширенных зрачках я вижу точно такую себя – распалённую, всклокочённую, с распахнутым ртом безмолвно требующим ещё большей близости. Мои движения ускоряются, стоны становятся громче, а дыхание тяжелее. В какой-то момент мужчина не выдерживает и поднимается, не выходя из меня, чтобы подмять моё пылающее тело под себя.

Поцелуи Дамиана обжигают лицо, шею, плечи и я отвечаю ему тем же, пока его член выбивает из меня весь дух. Наше безумие длится, кажется целую вечность, но вот всё ближе подступает оргазм. 

Однако, не дав мне кончить, оборотень отстранился, оставляя после себя чувство пустоты, перевернул меня и, подхватив под живот, поставил на колени, заставляя уткнуться лицом в кровать. Новый толчок вышел по особенному глубоким, и я глухо закричала. Дамиан вбивался в меня с тихим рыком, заставляя сильнее прогибаться в спине и всё громче стонать. Страстные звуки заполнили мою спальню в мгновение ока, возвращая меня к высшей точке удовольствия. В этот раз мой любовник не стал мне мешать.

Когда оргазм вспыхнул во мне, я как-то слишком остро ощутила и жёсткие пальцы на своих бедрах, и мужскую плоть внутри себя. Всё было так ярко, что меня одолело сомнение в реальности происходящего. Лишь спустя несколько ударов сердца я убедилась – мне не снится. Слишком подлинными были присутствие мужчины и собственное тело, налившееся облегченной тяжестью.

Дамиан, немного отстав, сделал еще несколько особо сильных толчков, протяжно застонав сквозь зубы, и обильно  излился в меня. После этого он не спешил отстраняться и, привалившись к моей спине, позволил ощутить, как подрагивает внутри меня его член после разрядки.

Отдышавшись, мы, наконец, обессиленно упали на кровать, разъединяясь, и первое что я услышала было:

– Искупаться мы пойдем вместе, чтобы я лично смыл с тебя свою сперму.

Сначала мне была непонятна такая просьба, но потом я оценила дальновидность матерого волка и меня одолел смех. Хихикая, посмотрела на уже не такого опрятного оборотня и ответила:

– Хорошо, но только если ты пообещаешь не использовать пальцы.

– Без проблем, – был мне ответ, и я вновь оказалась в крепких объятьях Дамиана. Кто же знал, что этот волк может быть ненасытнее ведьмаков.

Глава 20: Ведьма и происшествие

Моё утро началось ещё до восхода. Первым что услышала, было чужое дыхание, и с непривычки я даже испугалась, но вспомнив произошедшее накануне лишь нервно улыбнулась. Чуть привстав на локте, посмотрела на мужчину захватившего мою постель – он сладко спал на боку, подложив руку под голову.

Света в комнате было мало, но моё зрение позволило рассмотреть расслабленные черты лица Дамиана, делающие его гораздо моложе. Обычно этот оборотень немного хмурился, чем добавлял себе лет морщинками на лбу. Сейчас же глядя на лицо не успевшее покрыться щетиной я видела красивого молодого мужчину, за которым было не грех и побегать. Одеяло укрывало Дамиана по пояс, позволяя мне в полной мере насладиться рельефным торсом и сильными руками. А дорожка золотистых волос, убегающая от пупка вниз, была настолько интригующей, что пришлось поскорее выскальзывать из кровати и сбегать на кухню.

Оставив любовника одного, схватила по пути халат и, накинув его на себя, пошлепала босыми ногами по деревянному полу – даже зимой он оставался тёплым, отчего я отдала предпочтение именно этому покрытию. 

Воспоминания так и роились, словно надоедливые снежинки, подбрасывая мне слишком эротичные сцены. Хихикая, я завязывала пояс, попутно вспоминая, как отрывался оборотень, пообещавший, что этот раз первый и последний. Наивный. Не думает же он, что так просто ускользнёт от ведьмы в её же городе?

Тут моя улыбка застыла, а я пораженно замерла.

О чём я, низшие всех побери, сейчас думаю? Какой секс, какие оборотни? В Грэмхелле творится какая-то дьявольщина, а мы будто не замечаем этого!

Нервно перебирая в уме варианты чар с подобным эффектом, метнулась к своим домашним запасам с зельями и принялась в них рыться. Если учесть что под забвение попали все, кто находился в академии, то любые заклинания можно отметать – настолько масштабной промывки мозгов просто не существует.

Самым правдоподобным кажется именно вариант с зельем, корректирующим воспоминания. В моих закромах не нашлось идеального антидота, но был вариант послабее, собственного производства и с очень интересным эффектом, который должен блокировать остаточное воздействие. Теперь главным для меня было попасть в академию, сохранив здравость рассудка.

Опрокинув в себя фиал с белой мутноватой жидкостью, я почувствовала, как с меня будто падает пелена. Фуф, раз так значит это точно не артефакт. Если бы это был он, то всё стало бы куда сложнее, а так был шанс обойтись малой кровью. Осталось лишь не нахвататься зелья до того, как я подготовлю достаточно сильный антидот, способный полностью блокировать чужое воздействие.

Висок сдавило, но я упорно проигнорировала боль, продолжая лихорадочно размышлять.

Есть лишь одно место, в котором всех в академии могут незаметно опаивать и это столовая. Что преподаватели, что адепты или же гости академии получают еду с общей кухни. Злоумышленник мог проникнуть туда под видом работника и теперь по-тихому подмешивает отраву, заставляя нас не обращать внимания на исчезновения. Так как академия очень большая в ней работают как обычные люди, так и представители других рас, но они предпочитают не попадаться адептам на глаза, пользуясь специальными коридорами для работников. 

Всё казалось логичным и, тем не менее, что-то не сходилось. Конечно, все выпускники могли спокойно посещать библиотеку или даже лаборатории академии, но не все же ведьмы и ведьмаки города умудрились наглотаться зелья? Этот момент не давал мне покоя.

Голова уже просто кипела, но я не могла найти более подходящего варианта воздействия. Ведь зелью достаточно лишь раз попасть в организм, чтобы подкорректировать мысли. Меня же сейчас отпустило лишь потому, что я провела бурную ночь с оборотнем, который своей природной энергией, можно сказать, очистил меня.

Хоть иди и агитируй остальных на связь с мохнатыми.… Нет, это точно не выход, потому что антипатию никто не отменял. Это мне то ли повезло, то ли не очень нарваться на оборотней считающих мой колдовской запах притягательным. Эта странность на фоне остального казалась такой несущественной, что я почти сразу выбросила её из головы.

Так ни до чего больше не додумавшись быстро оделась и оставив безмятежно спящего Дамиана одного, зачаровала замок на двери, чтобы тот закрылся после того как уйдет мой гость. Нужно спешить. Полагаться же на оборотней мне не позволяла профессиональная гордость – что я за ведьма буду, если и дальше позволю кому-то играть со своим разумом? Меры предосторожности приняты, так что пора действовать.

Не став тратить время на дорогу перенеслась порталом, наплевав на возможный выговор. Правда так я думала ровно до того момента пока в холле не наткнулась на ректора. Он стоял подобно мрачной статуе и, по всей видимости, ожидал именно меня – его взгляд неотрывно следил за моим приближением.

– Ведана, ко мне в кабинет, – разнёсся в безлюдном помещении строгий голос главного ведьмака.

По академии ходит примета: если эта белоголовая ящерица опускает приветствия – ничего хорошего не жди.

Напряжённо кивнув, последовала за высоким мужчиной, но у доски объявлений поражённо замерла. Портретов пропавших стало больше.… Всего неделя, а их количество увеличилось почти в три раза. Мой взгляд метался от одного изображения к другому, пока не наткнулся на знакомое лицо. Грудь словно сдавило от осознания: мне оно хорошо знакомо.

Её звали Эленика – улыбчивая девушка с копной медных кудрей выбравшая целительство. Мы поступили в одно время, но с каждым годом у нас с ней было всё меньше общих лекций из-за разных направленностей. Хоть в начале обучения мы неплохо общались, но уже к концу, когда общий поток раздробился на группы по специальностям мы  стали лишь здороваться. И теперь глядя на её портрет, на этой чёрной доске я ощутила очень человеческое сожаление.

– Ведана, – поторопил меня ректор. Он замер на первых ступенях лестницы убегающей вверх и вся его вроде бы спокойная поза выдавала нетерпение.

Переведя взгляд с доски на него, я постаралась без слов вылить всё свое негодование на мужчину в чёрно-золотой мантии. Ректор должен охранять тех, кто находится в этих стенах, но он не справился…

Синие глаза ведьмака столкнулись с моими, считывая все невысказанные обвинения. Не смотря на всю выказанную с моей стороны враждебность, на его гладковыбритом лице не дрогнуло ни единого мускула.

– Поторопимся, – бросил ведьмак куда больше похожий на глыбу льда, чем тот же Кириан и, не оглядываясь, стал подниматься по лестнице.

Скрипнув зубами уговаривала себя не ссориться с ректором хотя бы до того как получу звание магистра. Мда, если доживу к этому моменту и не пропаду как остальные…

До кабинета дошли в тишине, но едва резная дверь захлопнулась за спиной, на меня обрушились новые новости:

– Этой ночью пропал один из студентов по обмену, – поведал мне чуть ли не с порога ректор.

Я сбилась с шага, и поражённо распахнув глаза, посмотрела на мужчину удобно устроившегося в массивном кресле. Ректор поставил локти, на блестящую поверхность стола, ожидая реакции и глядя при этом на меня в упор.

– Что? – недоверчиво переспросила, надеясь, что ведьмак опровергнет свои слова, но его серьезно сведённые брови заставили меня поверить и осознать: – Но разве пропадают не только адепты?

– Можешь сфокусироваться на этом? – Уточнил мужчина, слишком пристально разглядывая меня. Пришлось неуверенно кивнуть. Спешить с признаниями о своём “очищении” я не собиралась, потому решила сделать вид, что я просто пока сосредоточена на этом вопросе. После этого ректор неожиданно взмахнул рукой, вызывая одну очень неприятную вещь, и продолжил говорить, как ни в чём не бывало: – Да, пропадали только адепты, до этого момента.

Разглядывая повисший в воздухе над столешницей камень правды, старалась удержаться от гримасы отвращения. Разговор превращался в допрос и это напрягало. Мне не то, что не предложили сесть, здесь даже не было лишнего стула  – лишь бесконечные стеллажи на все стены, и ректорские стол с креслом. Пришлось застыть примерно посредине кабинета. Пусть будет хоть призрачная возможность на побег.

– Лорд ректор, – как можно спокойнее обратилась к ведьмаку, – а почему вы говорите об этом мне?

– Ведана, – так же без лишних эмоций начал ректор, – я спрошу тебя лишь раз, и поэтому ответь честно. – Вспыхнувший синевой взгляд вонзился в меня подобно кинжалу, следом за которым метнулось: – Ты как-то причастна к исчезновению оборотня?

После этого вопроса я застыла как вкопанная. Но едва до меня дошла вся тяжесть обвинений я, не сдерживаясь, зашипела: 

– Что за бред? Зачем мне это?

– Мы оба знаем зачем, – последовал бесстрастный ответ. – Тебе точно мог понадобиться живой оборотень.

– Не говорите ерунды, – процедила, едва сдерживая ярость. – Мой второй источник запечатан, и я не собираюсь им пользоваться.

Эти обвинения меня не просто задели. Они вызвали во мне такую бурю, что хотелось наплевать на все доводы разума и вцепиться в эти серебристые волосы, чтобы выдрать их из этой тупой головы. Я чувствовала, как вокруг меня начинает трещать воздух – магия питалась моими эмоциями, опустошая резерв быстрее любых заклинаний. Именно поэтому нам нельзя выходить из себя. Однако сейчас меня ударили по больному, отчего я просто не могла сохранять спокойствие.

Синие искры вокруг меня потухли довольно быстро и ректор лишь после этого заметил:

– За словами проще всего спрятать истину.

Метнувшись к столу, упёрлась в него ладонями и, наклонившись к ведьмаку, прорычала ему едва ли не в лицо:

– Не верите? Тогда сами посмотрите! Я отказалась от наследия своей семьи и вообще не считаю тех  сумасшедших своими близкими. У меня есть мать, на которую я хочу быть похожа и этого мне достаточно.

К концу монолога я чуть выдохлась и успокоилась. Ректор же сделал вид, что моей вспышки ярости не было. Он, всё так же ощупывая меня взглядом, спокойно сказал:

– Отдать тебя Ладисе было верным решением. Мать-человек хорошо на тебя повлияла, тут не поспоришь, но, Ведана, – колко произнёс моё имя главный ведьмак, – не стоит недооценивать силу своей крови.

Логичная часть меня понимала, что ректор специально выводит меня из себя, чтобы проверить – точно ли я пользуюсь только ведьмовским источником, однако это не отменяло жгучего желание свернуть ему шею. Протяжно выдохнув, взяла себя в руки и пришла к выводу: надо просто ответить прямо на его вопрос, чтобы он оставил меня в покое.

Бросив взгляд на камень правды четко произнесла:

– Не трогала я оборотня. – После этих слов камень вспыхнул алым, выдавая, что я лгу. Пришлось поспешно исправляться: – По крайней мере, вреда я им не причиняла…, – и, конечно же, камень не думал менять свой цвет после такого признания. Потому и в этот раз понадобилось уточнение: – К исчезновению оборотня я точно отношения не имею. Довольны?  

На этот раз, парящий над столом камень побелел, подтверждая мои слова. Ректор расслабился, не предавая значения моим неудачным ответам – видимо до него дошел слух о моих шалостях.

– Хорошо, – кивнул мужчина, убирая камень, – но мне придётся присмотреть за тобой на всякий случай. Так у тебя точно не возникнет ненужного желания свернуть на кривую дорожку.

Выпрямившись, посмотрела на ректора тяжелым взглядом и холодно предложила:

– Давайте я сама буду справляться со своими демонами, а вы лучше разберётесь с тем, что творится в академии…, – начала я и поняла, что мои воспоминания об исчезновении адептов ускользают.

– Стойте…, – неверяще пробормотала, – я что, снова забываю? Но я ещё ничего не пила и не ела…

Впервые за весь наш разговор мужчина откинулся на спинку кресла и устало сказал:

– К сожалению, дело не в зелье. Думаешь, я не проверил столовую в первую очередь? – ирония так и сочилась из ректора давая понять: насколько его забавляет моё сомнение в его навыках руководителя. – По всей видимости, мы имеем дело с артефактом, туманящим разум.

Заключение главного ведьмака имело смысл, но...

– Нет…  Вы не понимаете…, – шептала я, чувствуя как ускользают драгоценные секунды. Однако договорить у меня не получилось.

Еще никогда в жизни я так сильно не сожалела о своей глупости. Ну что мне стоило поделиться с Ковеном рецептом своего зелья сейчас, а не после полного выпуска из академии? Пусть оно было слабеньким, но в итоге могло нейтрализовало лишь эффекты от зелий, что отметало все остальные варианты. Проклятое честолюбие сыграло со мной злую шутку, ведь я хотела с помощью новой формулы продвинуться по карьерной лестнице. Какая же я дура…

Туман частичного забвения слизал мои воспоминания обо всём, что связано с похищениями оставляя после себя лишь лёгкое недоумение.

– Вы что-то хотели, лорд ректор? – В замешательстве спросила я, пытаясь вспомнить: почему вообще оказалась в его кабинете.

– Нет, Ведана, можешь идти, – как-то обречёно вздохнул ректор, отпуская меня.

Чуть склонив голову, я с удивлением ощутила слабость и магическое истощение. Пока шла к двери, чувствовала как каждый мой шаг отзывается во мне чувством, что я забыла нечто очень важное, но вот что именно – вспомнить не могла.

Глава 21: Ведьма и очень полезный урок

– Наслаждаешься? – вкрадчиво прозвучало над самым ухом. Повернув голову, обнаружила рядом сияющего Вельта.

– Как будто тебя это не забавляет, – хмыкнула я и снова посмотрела вниз. В просторном холле свободно парили радужные мыльные пузыри разных размеров и форм. Знающие обитатели академии предусмотрительно обходили их стороной, а вот любопытные первокурсники спешили потыкать их пальцами.

В результате мыльные брызги оседали на них вместе с зельем галлюцинаций, всю прелесть которого они испробуют на себе чуть позже. Оно имело немного отложенное действие, чтобы жертв ежегодной шутки было как можно больше. Новичков никто не просвещал об опасности, таящейся за такими манящими пузырями, потому что в своё время нас так же встречали в академии. В итоге к середине дня вменяемыми останутся только самые осторожные из новых адептов.

– Кстати, Вельт, – обратилась к другу продолжая рассматривать веселящихся внизу девушек и парней, – правда, что теперь дуэли с волчатами под запретом?

– Ой, не напоминай, – расстроенно протянул ведьмак, облокачиваясь как и я на перила. – Ректор всё веселье нам испоганил. Представляешь? Я уже почти снял шкуру с того вспыльчивого крепыша, как вдруг появился этот белый змей и как начал ледяным огнём в меня швырять! – эмоционально пожаловался друг демонстрируя мне почти заживший ожог на ладони. – Еле ноги унёс с плаца!

– Эх, жаль я пропустила такое зрелище, – посетовала, усмехаясь, но при этом на душе было как-то подозрительно тяжело. В груди уже второй день скреблись кошки, и я не могла понять почему.

– Жаль, что я не успел собрать полный комплект! – возмутился Вельт, отвлекая меня от мыслей. – Мне же осталось надрать зад только этому крепышу, потом самому щуплому из стаи и их седому вожаку.

На эту фразу я криво улыбнулась и задумчиво протянула:

– Думаю, с последним у тебя возникли  бы проблемы.

– С чего это? – поинтересовался ведьмак, придвигаясь ближе. Пришлось упираться пятернёй ему в лицо и отталкивать. Что-то от такой излишней близости мне стало некомфортно.

Вельт попытался в отместку укусить меня за палец, но я отдёрнула руку и принялась негромко рассуждать:

– Альфа волчат не так прост. Я видела, как он общается с их куратором, и это было не слишком типичное отношение ученика к наставнику. – В памяти всплыл момент в раздевалке, и я уверенно продолжила: – Он вёл себя так, будто выше куратора по положению настолько, что может игнорировать их разницу в возрасте. Да и внешность Кириана наталкивает на определенные мысли…

– Кириан? – удивился Вельт, прерывая меня. – С каких пор тебе интересны имена блохастых?

Забавно, что его больше всего взбудоражил именно этот момент. Пришлось, поморщившись ответить:

– Они мне не интересны, но вот конкретно их вожак будоражит моё любопытство. – Вспоминая сейчас свою встречу со всей стаей, лишь утвердилась в мыслях об слишком выделяющемся оборотне. – Цвет зверя этого клана волков – белый, но это никак не отражается на внешности почти всех приехавших к нам в гости. А вот молодой альфа, словно воплощение первых анимагов сумевших призвать вторую ипостась.

На этот раз Вельт дослушал и даже призадумался. А затем из его уст прозвучало недоверчивое:

– Думаешь, царь Дамресской долины стал бы отправлять своего единственного наследника к нам? В город, кишащий элетари настолько враждебными к оборотням? – очень верно подметил Вельт, и я разделяла его сомнения.

– Нет, – покачав головой, заметила, как среди мыльных пузырей спешно передвигается знакомая фигура. С Дамианом мы не виделись после бурной ночи, и сейчас мне очень захотелось оказаться внизу, чтобы посмотреть, как он себя поведёт. Но бежать по лестнице сломя голову из любопытства, было откровенно лень, и потому я вернулась к разговору с Вельтом: – Насколько мне известно, даже правящая семья не имеет таких отличительных черт как белые волосы и голубые глаза. Но что-то в этом оборотне есть странное.

Пришлось умолчать о парочке моментов, которые мне самой ещё предстоит прояснить. Оказалось мало того, что Кириан как-то способен блокировать магию, этот мутный оборотень, кажется, умудрился вылечить мою гематому на боку. Когда я вечером полезла сменить примочку, с удивлением обнаружила чистую кожу без намёка на синяк. И, конечно же, я сразу вспомнила о том, как прохладные пальцы нежно гладили кожу вокруг примочки. Иных причин резко выздоровления просто нет.

Наверное, что-то слишком интимное проскользнуло на моём лице, потому что Вельт обеспокоенно произнёс:

– Если твой интерес как-то связан с желанием затащить его в постель, то брось это дело. – Я озадаченно покосилась друга и наткнулась на слишком серьезный взгляд. – Они никогда не поймут нас, и в лучшем случае ты будешь несчастной недолго, а в худшем станешь как магистр Лирия. Любить всю свою жизнь одного, но быть вынужденным спать с кучей других, то ещё удовольствие.

Трудно с этим не согласиться. Тем более, когда по академии бродит живой пример такого отвратительного чувства как настоящая любовь. Магистра Лирию угораздило не просто влюбиться, а найти свою вторую половинку. Правда тот мужчина не выдержал даже не частых отлучек жены направленных исключительно на балансировку магии и в итоге бросил её. Теперь она только и делает, что пропадает в целительском крыле, стараясь работой заглушить свои чувства. Но проблема в том, что мы чувствуем гораздо острее людей, отчего та же любовь становится чуть ли не губительной.

– Спасибо, что волнуешься, – поблагодарила Вельта, а затем немного резко бросила, – но я большая девочка. Сама разберусь.

Друг побуравил меня взглядом, но я упорно смотрела вниз на адептов, добровольно лопающих пузыри с галлюциногеном.

– Раз так, – смирившись, вздохнул Вельт, – то хватит думать о ком попало. Пора уже выдвигаться в сторону охотничьего комплекса.

Тут он был прав. Времени до практических занятий оставалось всё меньше и лучше там подождать, чем получить нагоняй от сурового разводчика нечести и по совместительству ещё одного нашего преподавателя.

Переодеваться не пришлось потому что, что я, что Вельт уже были в полном полевом обмундировании. Даже ножны с мечом покоились у бедра. Так что мы сразу направились к мрачному царству монстров под специальным куполом, где нам придётся в который раз доказывать, что мы не просто по шабашам мотались все шесть лет проведенные в академии, а хоть чего-то да стоим.

Едва мы прошли сквозь специальные врата, как услышали:

– Ох, ребят, ну почему вы не погуляли ещё пять минуточек.

Голос Марики я узнала сразу, но вот чтобы рассмотреть её потребовалось время. Зрение Вельта адаптировалось быстрее и он, кажется, немного обиженно фыркнул:

– И чего мы там не видели? Одевайтесь уже спокойно.

Аловолосая ведьмочка показала Вельту язык и поспешно натянула штаны. Рядом с Марикой обнаружились потрёпанные Димер и Коррин, с весьма довольными выражениями на лицах.

– Вельт, лапочка, – промурлыкала Марика, – правило присутствия никто не отменял. Вас не было, когда мы решили улучшить качество нашей магии, значит, вы не должны подглядывать.

– Совсем совесть потеряли, – буркнул из-за моей спины только появившийся Рикки. – Обязательно это делать мало того что перед занятием, так ещё и едва ли не на пороге охотничьих угодий?

– Ой, Рикки, не бухти, – простонал Коррин, раздраженно сдувая со лба рыжую челку. – Профессор Харди ещё не пришёл, вот мы и решили по-быстрому помочь друг другу. Лично мне не хочется словить сбой магии в тот момент, когда у меня на шее будет смыкаться пасть упыря.

Больше спорить не стали, потому что едва Марика с парнями успела привести себя в порядок, появился профессор Харди. Немного всклокоченный, но неизменно мрачный и суровый, он обвёл нас тяжелым взглядом. Поздоровавшись без особого энтузиазма, любитель нечести задумчиво погладил свою бородку с проседью и поманил нас за собой вглубь искусственного леса.

Здесь всегда царила тьма для того чтобы приучить нас сражаться с врагом в самое опасное время суток. Изломанные силуэты деревьев заполняли всё пространство, пока на их голых ветках трепетала паутина. Она слегка светилась и “плакала” флуоресцентными каплями заполняющими тьму слабым потусторонним светом. Когда-то это место нагоняло на нас такой жути, что многие сразу после занятий отправлялись к целителям за успокоительным. Или же к зельеварам за чем-то чуть более крепким для лечения нервов.

Теперь же нас всего семеро, не считая преподавателя, а страха нет. Есть лишь предвкушение и настороженность, помогающая не ставить свои стопы, куда не надо. Здесь куда больше ловушек, чем безопасных зон, которые хаотично перемещаются из раза в раз. Так что чтобы найти укрытие для восстановления сил внимательности надо чуть ли не больше чем для обнаружения зыбучего капкана.

Остановившись на небольшой полянке, с плотно стелющимся по ней туманом, профессор Харди подозрительно подобрел. Его чёрные глаза азартно блеснули, напоминая нам, что он больше любит своих монстров, которых разводит для этого леса, чем нас, своих студентов. Но у него работа такая – отдавать своих детищ нам на растерзание.

Глядя на наши кислые лица, преподаватель слишком довольным голосом принялся нам вещать:

– Итак, сегодня у нас в меню: взрослые арахниды в количестве семи штук; три виверны; пяток упырей и тринадцать, кто там у нас любит это число? – оскалился этот садист, рассматривая побледневшую Марику. – Так вот, тринадцать болотников и мелкие бесы от третьего до шестого уровня, которых не счесть. 

Все дружно застонали, не понимая: зачем на первых занятиях такие нагрузки, но тут мы услышали чьи-то шаги и, повернувшись, поняли, что наш преподаватель просто решил выпендриться.

По узкой дорожке к нам приближалась знакомая группа. Волчата сдержанно осматривались, пока сокращали расстояние между нами, но было заметно, что кому-то тут явно нравилось, а кто-то с удовольствием покинул бы этот затянутый светящейся паутиной лес. В самом хвосте неожиданных гостей оказался не Дамиан, а магистр Лирия.

Я нахмурилась, пытаясь понять: что вместо куратора рядом с оборотнями делает целительница. На ум ничего дельного не пришло, и я отвернулась раньше, чем начала высматривать среди волков их беловолосого предводителя.

– Сегодня с вами будут студенты по обмену, – поведал нам профессор Харди, скалясь не хуже оборотней. – Вам, дорогие мои почти магистры, придётся разбиться по одному, чтобы сформировать группы с нашими гостями. Всё же этот тренировочный лес, для новичков может стать губительным, а мы не имеем права допустить жертв среди настолько ценных студентов.

Значит магистр Лирия тут в качестве подстраховки. Но это не объясняет, почему Дамиан допустил, чтобы вверенные ему волчата отправились в такое опасное место без его присмотра.

Глядя на нашу, плотно стоящую друг к другу семерку, преподаватель раздражённо рыкнул:

– А ну-ка разошлись, чтобы новички выбрали: с кем будут проходить испытание.

Наверно слизни в банках двигались гораздо быстрее, чем мы, исполняя этот приказ. Магистр Лирия спокойно отошла чуть в сторону и чинно сев на удобно изгибающийся корень сложила бледные руки на острых коленках, выпирающих даже сквозь плотную ткань длинной юбки. Женщина выглядела осунувшейся и какой-то безжизненной. Чёрные волосы, затянутые в тугой пучок на затылке, были словно присыпаны пеплом, а глаза напоминали болотную тину. Именно такой исход ждет тех, кто хоть на миг потеряет контроль над своими чувствами… Печальное зрелище.

Пока я придавалась очень полезным и отрезвляющим размышлениям разбивка на группы закончилась. Правда прошла она так плохо, что профессор Харди покачал головой.

– Не пойдет. Распределение должно быть более менее равномерным, а что у вас получилось?

А получилось так, что Марика возле себя собрала основную часть оборотней, в то время как у всех парней кроме Вельта стояло лишь по одному хмурому напарнику. Вельт же вообще остался в гордом одиночестве – вот это он их допёк. Я же упорно делала вид что не чувствую знакомого присутствия за спиной и просто наслаждаюсь бесплатным цирком. 

Недовольным оборотням вновь пришлось делить между собой ведьмаков до тех пор, пока преподавателей не устроил результат.

Самое забавное, что в мою сторону ни один из оборотней так и не посмотрел. Интересно: это в отместку за мою шалость или же виной тому был замерший позади меня Кириан? А ведь можно не заморачиваться и просто потешить своё самолюбие, остановившись на варианте – и то и другое. Зачем расстраиваться? Тем более поводов всегда и без этого хватает.

Глава 22: Ведьма и дисбаланс

– Ваша задача проста, – начал профессор Харди, прохаживаясь вдоль наших групп, – продержаться шесть часов без моего вмешательства. Те, кто провалятся раньше, получат незачёт и будут отрабатывать практику на выходных. – Эта угроза явно не касалась оборотней. В подтверждение моей догадки преподаватель уточнил: – Пока вы не будете способны выживать в этом лесу столько, сколько я скажу, ни один из вас не получит звание магистра.

– Но, профессор Харди, – возмутился Вельт, косясь на подозрительно расслабленных крепыша и щуплого оборотня обозвавшего меня «птичкой», стоящих рядом с ним, – мы же сейчас с “прицепом”. Одно дело, когда ты сам отвечаешь за прохождение миссии, и другое, если ты с грузом. Вдруг мы провалимся именно из-за некомпетентных напарников?

Оборотни никак не отреагировали на камень в свой огород. Зато преподаватель посмотрел на нашего самого болтливого друга и почти с отеческой любовью обратился:

– Вельт, что ты до сих пор делаешь в академии?

Этот вопрос заставил всех нас напрячься и вонзить в Вельта недобрые взгляды. Вот опять возмущаться будет только он, а отработку огребем мы все.

– Повышаю квалификацию для получения звания магистра, – подозрительно ответил Вельт, уже понимая, что стоило просто промолчать.

Профессор Харди подарил нам всем улыбку, от которой по спине пробежало стадо мурашек величиной с кулак, после чего злобно гаркнул на Вельта:

– Тогда какого хрена ты ноешь?! Звание магистра несёт с собой не только прибавочку к окладу. – Приблизившись к Вельту, профессор Харди принялся рычать ему в лицо: – Ты должен будешь уметь спасать не только свой вечно недовольный зад, но и вытаскивать из опасных ситуаций тех, кто не имеет и толики твоих знаний! Если ты не способен прикрыть парочку оборотней, у которых, между прочим, сил и ловкости гораздо больше, чем у иных рас, то собирай манатки и проваливай в ту клоаку, из которой вылез!

– Идиот..., – едва слышно прошипел стоявший рядом Рикки, качая головой – его вечно взъерошенные тёмно-серые волосы при этом даже толком не шелохнулись.

Все мы точно были такого же мнения, пока наслаждались новым валом ругани, обрушенным на проблемного ведьмака. Одно хорошо – сейчас профессор Харди выплеснет весь свой негатив на Вельта и не переключится на остальных.

– У вас всегда так весело? – тихо прозвучало у меня над ухом и мне пришлось оглянуться через плечо. Больше не было смысла делать вид, что я не замечаю своей компании

Льдистая радужка чуть светилась во мраке, окружавшем нас, но отчего-то этот светящийся взгляд совсем не пугал. Он выражал сосредоточенность и лёгкий интерес. Сейчас даже казалось странным, что изначально этот оборотень показался мне слишком вспыльчивым и спесивым. Остаётся надеяться – виной тому не мой интерес, ведь слепа не только любовь, но даже и маломальская симпатия.

Чуть улыбнувшись, при этом томно полуприкрыв глаза почти шёпотом выдохнула:

– К счастью не всегда. Но в последнее время лично на мою долю веселья выпадает многовато.

Кириан хотел что-то сказать, но нас прервал профессор Харди.

– Надеюсь, больше нытиков здесь нет? – грозно спросил мужчина, обводя всех взглядом "только попробуйте меня ещё опозорить". Пришлось дружно качать головой, тем самым возвращая учителя в более благожелательное настроение. Его тёмный взгляд перестал убивать и ведьмак довольно протянул: – Замечательно. Тогда сразу приступим к практике.

Я только открыла рот, чтобы спросить «насколько далеко группам нужно держаться друг от друга», но почувствовав знакомое головокружение, тут же его захлопнула и сжала зубы. Профессор Харди не стал мелочиться. Всё пространство под куполом находилось в его власти, отчего этот ведьмак мог с лёгкостью разбросать нас в разные части леса с помощью телепортации. Что собственно он и сделал.

Вообще-то заклинание переноса мы изучили ещё на третьем курсе, но вот пользоваться им могли либо те, у кого был достаточно увеличен источник маны, либо же обладатели специальных накопителей, стоявших к слову бешеных денег. Но профессор Харди относился к третьей категории ведьмаков – он имел прямой доступ к мане этого леса, а так как твари тут порой не только выпускали когти, но и обладали элементарной магией, купол собирал их ману из воздуха. После чего частицы магии накапливались в специальном алтаре и вот уже из него главный разводчик нечисти спокойно черпал силу для таких энергозатратных заклинаний.

Перед глазами ещё некоторое время плясали разноцветные круги, но мне даже удалось устоять на ногах. Правда с чужой помощью.

– Ваш учитель настолько сильный маг? – спросил напарник придерживая меня под локоть. Сам оборотень при этом выглядел нормальным до безобразия, будто он ждал тут, пока меня проталкивали сквозь пространство.

Пусть голос у Кириана звучал скучающе, показывая всю незаинтересованность уровнем силы профессора Харди, немного напряжённые губы выдали его с головой. Будь ему плевать на ответ, он был бы полностью расслаблен.

– Хм, дай-ка подумать, – проворковала я, без спросу прижимаясь к мужскому боку.  Пусть под ногами стелился туман, а среди голых деревьев затянутых паутиной сновали разные твари, этот момент показался мне очень удачным. Потому подключив шарм, я решила кое-что выведать: – Как насчет того, чтобы обменять один секрет на другой? Я отвечаю на твой вопрос, а ты на мой.

Прижавшись щекой к крепкому предплечью, игриво потянула за пепельную прядь. Кириан не шелохнулся. Его ноздри чуть подрагивали, а искрящийся взгляд скользил между скрюченными ветками.

Хо, кто-то явно следит за нашей безопасностью и поэтому не спешит шлепать меня по загребущим ручонкам и отталкивать.

– Зачем мне соглашаться на твои условия? – спросил Кириан, убедившись, что поблизости опасности нет. Он искоса посмотрел на меня и усмехнулся: – Сомневаюсь, что ты единственная кто знает ответ на мой вопрос.

– Верно, – покладисто кивнула и чуть потеревшись щекой о довольно грубую ткань его куртки отодвинулась со словами, – как и верно то, что с очень большой вероятностью кроме меня никто тебе не ответит.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я подмигнула оборотню и прогулочной походкой отправилась по едва намеченной дорожке – продолжать стоять на месте в лесу с монстрами, то же самое что пригласить их всех к обеду.

Последовав за мной Кириан сказал:

– Что же тебя так интересует, раз ты стараешься заговорить мне зубы?

Всё же когда этот парень думает верхней головой, он нравится мне больше. Раз уж меня раскусили, решила выложить всё начистоту:

– В день нашего “знакомства” я хотела приложить тебя заклинанием. Почему у меня не вышло?

Шаги позади стихли, и мне пришлось остановиться, чтобы посмотреть на собеседника. Раз я думала, что Кириан поспешит мне всё выложить, то определенно успела забыть: каким упёртым засранцем он может быть.

– А разве ваша магия не идёт рука об руку с эмоциями? – невинно уточнил оборотень. – Ничего удивительного в том, что ты тогда испугалась и не смогла сконцентрироваться. – В завершении Кириан чуть пожал плечами стараясь убедить меня, что он тут не при чём.

Вздохнув приблизилась вплотную к оборотню и, вырисовывая пальчиком узоры на его груди, уверенно возразила:

– Эта отговорка сработала бы, но проблема в том, что я была спокойна.

– В самом деле? Разве можно в такой ситуации сохранять спокойствие? – продолжил гнуть своё Кириан, пока я жалела, что подушечку моего пальца и светлую кожу оборотня разделяет столько ткани.

Пришлось чуть встряхнуть головой, чтобы изгнать неуместные мысли, после чего непринужденно поведать:

– Думаешь, ты первый кто захотел погреться между ног привлекательной девушки гуляющей в одиночестве? – После этих слов парень застыл, но я улыбнулась. У меня не было намерений потыкать его носом в тот сомнительный поступок. Я просто говорила как есть. – Мне довелось побывать в нескольких крупных городах за пределами нашего края и там с правопорядком настоящая беда. Чтоб ты знал: тогда мои навыки меня  ни разу не подвели, благодаря чему моя ведьминская честь осталась при мне, а вот от парочки ублюдков пришлось избавиться.

Судя по поползшим вверх бровям, Кириана поразило спокойствие, с которым я рассказывала о подобном. Но стало ли причиной его удивления моя хладнокровность к тем маргиналам, или же безразличие к самой ситуации в целом, для меня осталось загадкой. 

Оборотень в итоге отвёл ставший колючим взгляд и глухо произнёс:

– Я ведь такой же, как они.

– Вот только давай ты не будешь давить на жалость и вынуждать меня разъяснять элементарные вещи? – устало простонала я, тыча пальцем в мужскую грудь. – По этому поводу мы всё прояснили, и ты понёс наказание. Так что давай ты не будешь ставить себя в один ряд с теми, кто получает удовольствие именно от факта насилия. На этом тема нашей первой встречи закрыта.

Стоило мне только это сказать, как рядом с нами буквально с потолка рухнула виверна – наверняка эта дрянь висела себе на одной из балок купола и спустилась, учуяв нас. Её массивное тело пустило неплохую дрожь по земле, отчего мы на пару мгновений зашатались, стараясь удержать равновесие. От резкого приземления массивной твари парочка деревьев с треском упала под жалобную трель светящейся паутины.

Ну, конечно же, нам сразу достался один из опаснейших монстров, представленных в этом испытании, – удручённо подумала я, замирая напротив противника превосходящего меня в размере раза в два точно. Кириан рядом, так же как и я, замер в боевой стойке, но в отличие от меня из оружия с ним были только когти. Лишь сейчас до меня дошло, как всех нас подставил профессор Харди, и мне захотелось побиться головой о ближайший ствол дерева. Жаль времени на это нет.

Тварь уверенно встала на две лапы, угрожающе распахнула кожистые крылья и посмотрела на нас как на обед. Её длинный гадючий хвост то и дело метался позади вытянутого тела, поднимая за собой с земли всполохи тумана.

Хоть в чём-то повезло… Виверна хотела поиграть с добычей, а это значит, мы уже победили. К тому же получили приятный бонус, который можно будет использовать для продолжения нашего разговора.

– Удача на нашей стороне, – уверенно протянула я, и Кириан посмотрел на меня с нескрываемым сомнением. – Что б ты знал: эти твари любят плоды дерева эрхист, а оно имеет полое дупло служащее прекрасным укрытием. Кто захочет приближаться к дереву, возле которого пасётся такой красавец? – нервно усмехнулась я, глядя как виверна по-кошачьи наклоняет вытянутую морду.

– Такие же красавцы, – был мне короткий ответ не слишком испуганного оборотня.

Пристально наблюдая за монстром, я поспешила раскрыть детали плана:

– Не переживай. Кора этого дерева имеет пусть очень приятный, но достаточно сильный запах отбивающий нюх виверны – по этой причине они лакомятся лишь упавшими плодами. Так что сейчас я быстренько выведу из строя эту особь, и можно будет поискать дерево. Лучше сразу узнать его местоположение на всякий случай. 

Главное правило любой охоты на нечисть: первым делом необходимо найти путь к отступлению, или же укрытие, на случай если добыча превратится в охотника. Так что у нас есть шанс подстраховаться. А может и схалтурить, отсидевшись до конца времени в безопасном месте.

Кириан промолчал, но сомнение, исходящее от него было настолько ощутимо, что хотелось обидеться. Но сейчас я не девушка, а ведьма, оттачивающая свои знания на практике.

Сражаться в одиночку с такой махиной было глупо, но у этого вида имелась слабость к свету, которой все практики бессовестно пользовались. Специальная сеть из уплотненных лучей света спокойно может удерживать эту тварь до прихода подмоги. В нашем же случае такой метод идеально подойдёт, чтобы задержать виверну пока мы не найдем эрхист. Надеюсь, остальные две виверны находятся как можно дальше от нас, ведь сеть света одновременно можно создать лишь одну.

Отбросив сомнения, я привычно выдохнула, выставила ладони перед собой, формируя мысленно руны и вязь магического круга из них. Образ четко встал перед внутренним взором, как знак того, что вся моя зубрешка неплохо окупается в бою. Осталось лишь зачерпнуть ману из источника и заклинанием влить её в образ.

И вот тут я поняла, что мы не просто влипли. Мы встряли настолько, насколько это возможно…

Магия не отзывалась. Она недовольно ворочалась во мне словно ленивая кошка в пасмурный день, не желающая тратить свою энергию на что-то кроме сна. Мои чувства были в порядке, и это точно было не из-за утраченного контроля над эмоциями. Причина сбоя осталась лишь одна. Я облажалась… опять…

За последнее время секс у меня был лишь дважды и оба последних раза с одним и тем же мужчиной – глупо было думать, что тот недоперепих на балу можно не считать. К тому же с Вельтом тогда ничего не вышло, а жаркая встреча с Кирианом была перед моими играми с Дамианом в алькове. В итоге энергия зациклилась, превращая ману в густой кисель не способный просачиваться из источника.

– Что-то не так? – спросил Кириан, с волнением разглядывая мои всё расширяющиеся от паники глаза.

– Да, – не стала утаивать от него и, дыша через раз, ровно сказала, – на счёт «два» разбегаемся в разные стороны. Если виверна понесётся за тобой, старайся завести её в чащу. Пусть она соберёт на себе как можно больше паутины и увязнет. Это даст тебе шанс оторваться.

Оборотню мой план не понравился и он уточнил:

– А как же твоя магия?

Наблюдая за тем, как змеиный хвост виверны начинает подбираться к нам под слоем тумана, я покаялась:

– Не будет её, потому что я доигралась. У меня дисбаланс и теперь магия мне не доступна.

Глава 23: Ведьма и открытие

Моё откровение заставило Кириана протяжно выдохнуть и посмотреть на меня с нескрываемой досадой. В его взгляде так и читалось, «строила из себя такую всесильную ведьму, а как дошло до реальной опасности, вся сила-то и вышла». Может, конечно, снежный оборотень ничего такого и не подумал, но я слишком сильно винила себя за глупость, чтобы мыслить позитивно.

Виверна уже готовилась к броску, и я выдохнула сквозь едва приоткрытые губы:

– Раз…

– Два, – поддержал меня Кириан и вместо того, чтобы рвать когти в противоположную от меня сторону оказался рядом.

– Ты что делаешь? – возмущенно пискнула я, слишком неожиданно оказавшись лежащей животом на плече оборотня. Меня подхватили так резко, что даже дух на мгновение перехватило. Но голос вернулся ко мне быстро и я потребовала: – Поставь меня сейчас же! Это я вообще-то должна тебя спасать!

Гордость во мне не просто кипела, она бурлила, как магма в жерле вулкана готового вот-вот утопить в своём гневе всё вокруг. Даже странно, что снежный оборотень, крепко удерживающий меня на своём плече, не растаял. Он лишь предупредительно хлопнул меня по ягодицам со словами:

– В следующий раз. – Покладисто пообещал Кириан и, больше не слушая моих воплей, понёсся вперед, пока ему в спину летел разочарованный клёкот виверны.

Скорость молодого мужчины впечатляла, тем более, учитывая дополнительный вес в моём лице и всех остальных частях тела. Поумиляться бы, да позволить розовым мечтам затуманить разум, но так уж вышло, что такой способ передвижения оказался совсем неромантичным. 

В живот впивалась неожиданно острая плечевая кость, пока меня нещадно болтало, будто начинающего путешественника на борту корабля во время шторма. А ветки, нередко, хлеставшие меня по лицу, отбивали всё желание восхищаться моментом моего спасения.

Поэтому неудивительно, что совсем скоро я пришла к выводу – уж лучше было провалиться и отработать, чем кататься на плече Кириана. Он зачастую слишком резко менял направление, отчего мне казалось, что моя болтающаяся у его поясницы голова вот-вот оторвётся.

Чувствуя, как тошнота медленно, но верно подкатывает к горлу, подгадала момент, чтобы упереться в напряженную спину Кириана ладонями. Ощутив под пальцами излишне отчётливо перекатывающиеся тугие мышцы, подняла голову, чтобы посмотреть, как там поживает виверна. 

От увиденной картины я выругалась и тут же поплатилась за это. Больно клацнув зубами, еле успела отдёрнуть язык – как раз в этот момент оборотень решил перепрыгнуть возникший на нашем пути овраг. Прыжок Кириана вышел настолько мягким, что я пропустила его начало, а вот приземление едва не стоило мне зубов и откушенного языка. Но мою неуместную ругань можно было понять.

Пусть Кириан меня послушался и пустился вскачь между деревьями, виверна решила так просто нас не отпускать. Эта тварь бодро топала за нами на двух лапах, используя крылья как руки, чтобы ломать ветки на своём пути ещё до того как они оставят на ней паутину. Не зря из кожи виверны получаются самые не убиваемые сапоги – чтобы её пропороть одного меча маловато будет, так что сучья и даже тонкие части стволов сминались крыльями виверны как пергамент. Потому преследующая нас тварь не отставала, прокладывая настоящую дорогу за собой.

Надо будет обязательно приобрести что-нибудь из кожи этой дряни. На память.

– Так не пойдет, – пропыхтел Кириан, оглядываясь и убеждаясь, что виверна не думает оставлять нас просто так. Последовал очередной прыжок, выбивший из меня дух, и оборотень процедил сквозь зубы: – В человеческой форме я слишком медленный. Надо это исправить

Я бы с ним поспорила, если  бы не возможность опять лязгнуть зубами. Ну, хоть про себя повозмущалась тому, насколько кое-кто не ценит то, что имеет. Да любой самый выносливый ведьмак уже выдохся бы и оказался в клыкастой пасти. А Кириан вон даже не вспотел при том, что спокойно держал скорость, благодаря которой наша преследовательница оставалась на одном и том же расстоянии.

– Как ты планировала сражаться с виверной? – последовал вопрос, как только оборотень замедлился.

– Сеть из света, – застонала я, пытаясь понять: насколько сильно мне хочется распрощаться с обедом. Всё оказалось не так плохо, и я уже бодрее добавила: – Этот вид очень чувствителен к свету и потому бодрствует лишь после заката.

– Понял, – прозвучал задумчивый ответ и меня резко сбросили с плеча. Пока я возмущённая таким обращением выпутывалась из тонких веток кустарника и стряхивала с себя паутину, Кириан повернулся лицом к нашему врагу и направил раскрытую ладонь в сторону виверны.

Всё моё негодование растворилось в тот миг, как я увидела сноп света призванный оборотнем. Не было никаких заклинаний, рун и магических кругов – лишь магия в чистом виде и в самом недоступном её воплощении. 

Вспышка ослепила не хуже осознания уникальности молодого мужчины рядом со мной, и даже визг виверны не оглушал так, как грохот собственных мыслей.

– Ты истинный маг? – Ошарашенно прохрипела я, как только моё зрение начало проясняться. Теперь становилось понятно, каким образом Кириан блокировал мою магию, и как втихую меня исцелил. 

Когда магия является не частью тебя, а основой, то отпадает нужда в обучении и таких костылях как: заклинания и руны. Разве кто-то учит нас дышать? Вот и истинных магов не надо обучать колдовству, ведь для них это так же просто как вдыхать воздух.

Однако мой вопрос остался без ответа, потому что я уже стояла рядом не с человеком, а чуть ли не нос к носу с волком по росту больше напоминающего лося. В голове стало звонко пусто. Мне ещё не доводилось видеть так близко что-то настолько пугающее и завораживающее.

Белая шерсть волка искрилась остатками магии перевоплощения, словно свежий снег в ясный день. В это же время длинная пасть было приоткрыта, являя мне ровные ряды острых зубов тонко намекающих, что хруст наста тоже можно обеспечить. Острые уши заинтересованно стояли торчком, а чёрный нос усиленно к чему-то принюхивался. 

Даже зная о способностях оборотней, с трудом верилось, что человек мог превратиться в волка такой величины. Но стоило заглянуть в льдисто голубые глаза зверя, как сразу становилось понятно – это точно Кириан.

“Дерево…” – раздалось у меня прямо в голове отрывистое: – “Как пахнет?”

Телекинез… ну точно истинный маг… Так, Веда, соберись! Потом будешь удивляться, иначе выигранное время улетит впустую.

– Очень сладкий аромат, можно сказать даже слишком приторный. Так в этом лесу больше ничего не пахнет, – отчеканила я, глядя как виверна трёт крыльями обожжённую морду. Её кожа уже принялась шипеть, регенерируя после контакта со светом. Так что медлить нельзя.

Большая волчья голова кивнула, а у меня закололо в подушечках пальцев от желания ухватиться за плюшевое белое ухо. Вообще-то я всегда была равнодушна к животным, но вот этот огромный пёсик поднимал во мне небывалое чувство умиления. Надеюсь, такого не случится при встрече с фенриром, или же демоническим волком – уж он-то точно поспешит похрустеть моими косточками и приступы восторга лишь увеличат мои шансы стать обедом.

И снова коварная подсечка, и я оказываюсь вновь на оборотне. Правда, в этот раз мой живот был прижат к широкой спине, а не к плечу. 

Возмущенно пыхтя, я постаралась ухватиться за длинную белую шерсть, но она как туман проходила сквозь пальцы. Ох уж эти магические оборотни, всё у них не как у обычных животных!

Попытка скатиться с волчьей спины провалилась, потому что меня будто приклеили к ней. Мир подозрительно смазался под мой испуганный писк и мысленные проклятия на голову одного волка. Спасибо хоть в этот раз катание на оборотне обошлось без веток по лицу. Но, тем не менее, когда мы резко остановились, я не смогла скрыть вздох облегчения.

– Не благодари, – фыркнул весело оборотень, и я поняла, что уже вишу в воздухе. Пока моё тело плавно парило в пространстве белое искрящееся облако явило всё того же Кириана. Никакой обнажёнки, или безжалостной трансформации, лишь легкий привкус магии на губах.

Повинуясь воле мага, воздушный поток аккуратно поставил меня на землю под задумчивым взглядом Кириана.

– Что? – немного задиристо спросила я. – Теперь думаешь где бы меня прикопать?

Атмосфера тихого, мрачного леса затянутого паутиной прекрасно располагала для таких умозаключений. Да и будь я на месте Кириана, то этот вариант рассмотрела бы в первую очередь.

– Возможно, – ответил что-то сосредоточенно решающий оборотень, поведя плечом. Он выглядел слишком напряженным, но учитывая всё произошедшее это было не удивительно.

Подойдя вплотную к Кириану, я вскинула подбородок и прямо спросила:

– Тогда зачем было показывать свою силу? Это всего лишь испытание и можно было не лезть из кожи вон. Тем более облажалась-то я. – Наблюдая за внимательно следящим за мной оборотнем чуть подумав с усмешкой добавила: – Да, нас бы скорее всего пожевали, потом долго собирали бы в лазарете, но это точно стоило того чтобы не раскрывать такой секрет.

– Мне показалось, что это испытание важно для тебя, – последовал тихий ответ. Но больше всего я опешила после: – И мне захотелось тебе помочь гораздо сильнее, чем сохранить свою тайну. К тому же, – с усмешкой добавил Кириан, – не так уж тщательно я берегу свой секрет.

Фуф, ну слава Гекате! А то искры надежды на нечто большее, чем мне положено, начали вспыхивать, словно звездочки в моей тёмной душе. Однако что-то дернуло меня ехидно уточнить:

– Будь это так, то все бы знали, что у оборотней есть истинный маг.

– Те, кому надо, знают об этом, – хмыкнул Кириан, чуть изогнув уголки губ, – просто они не болтают о таком.

Побуравив оборотня взглядом пришла к выводу, что его слова звучат правдоподобно. Потому расслабившись, принялась оглядываться и чтобы не утонуть в неловкой тишине произнесла:

– Ясно. Тогда в благодарность я тоже сохраню твой секрет.

В небольшом отдалении обнаружилось искомое нами дерево. Оно, как и всё вокруг было затянуто паутиной, но в отличие от остальных деревьев разбавляло это место блеклой листвой и чуть сияющими синими плодами на ветвях.

Бодрую пробежку к эрхисту пришлось отложить, потому как чужие пальцы неожиданно заправили мне волосы за ухо. После чего меня коснулось тёплое дыхание и слишком интимный шёпот:

– Рад, что на тебя можно положиться.

Едва сдержалась, чтобы не выдать: «если обещаешь быть таким же нежным, то ложись на меня скорее, милый». В итоге так и не повернувшись, стараясь дышать ровнее сказала:

– Нам туда. Нужно укрыться на некоторое время, чтобы скрыть наш след и заодно притупить запах.

– Идём, – коротко ответил Кириан и первым направился к дереву, выделяющемуся на общем фоне. Украдкой переведя дух, последовала за молодым мужчиной.

Ствол эрхиста представлял собой древесные лозы, сплетающиеся воедино, которые у самого основания вспахивали землю, отчего издалека казалось, будто это не корни вовсе, а бесчисленные паучьи лапы. Нам пришлось побегать вокруг в поисках входа, после чего проникать в безопасное пространство согнувшись пополам.

Внутри было настолько просторно, что Кириан смог спокойно выпрямиться и сделать тройку шагов до противоположной стороны. Оборотень убедился, что вход был лишь один и только после этого расслабился. Пробравшись за парнем, я чихнула и потёрла нос – запах исходящий от ствола был, безусловно, приятным, но слишком резким, однако к нему быстро привыкаешь.

Мягкий мох, затянувший дерево изнутри, приятно пружинил под ногами так и манят прилечь на него. А плавно летающие внутри ствола светлячки убаюкивали своим мягким танцем. Если на минутку забыть что снаружи бродят помимо всяческих монстров, ведьмаки с оборотнями, то можно представить, будто ты попал в сказку.

По крайней мере, для меня она выглядела так: тёплое дерево, мягкое покрывало изо мха, золотистое сияние светлячков и волшебный мужчина, будто созданный из вьюги.

Подарив долгий взгляд Кириану, любопытно рассматривающему светлячков, подумала:

“Хм, и почему бы не провести время с пользой? Раз со мной тут не просто оборотень, а самый настоящий маг, он и защиту сможет организовать, чтобы нам никто не помещал, и прекрасно подпитать меня, устраняя проклятый дисбаланс. Тем более у Кириана всё ещё имеется слабость, на которую без зазрения совести можно надавить”.

Глава 24: Ведьма и убежище

Не дав себе передумать, тихо приблизилась к оборотню. После чего мягко обняв его, прижалась грудью к резко напрягшейся спине.

– Что ты делаешь? – излишне спокойно спросил Кириан не спеша вырваться из моего захвата.

– А ты как думаешь? – промурлыкала и, привстав на цыпочки, подула на заднюю часть шеи парня. В ответ он медленно вдохнул полной грудью и, не оборачиваясь, холодно выдохнул:

– Сейчас не лучшее время.

Такие аргументы я всегда считала незначительными. Потому моя ладошка бессовестно скользнула к паху Кириана и не без удовольствия погладила спешно затвердевающую плоть. Не упустив шанса подразнить оборотня прошептала:

– Ну почему же? Посмотри, как уверенно он стоит, намекая, что время самое подходящее.

Кириан перехватил мою руку, и без усилий вывернувшись из объятий, оказался лицом ко мне. Он склонился ниже и, пожирая мои губы многозначительно полыхающим взглядом, пророкотал:

– Благодаря тебе он почти всегда стоит.

– Тем более, – выдохнула я, вжимаясь в крепкую грудь молодого мужчины, – давай поможем друг другу.

– Ты не понимаешь, – как-то обречённо протянул оборотень, не позволяя мне коснуться его губ. – Помимо нашего влечения есть вещи куда поважнее.

Приподняв вопросительно бровь, вложила в этот жест весь свой скепсис. 

– И какое нам дело до них? Эти вещи там, за пределами эрхиста. А здесь есть лишь ты и я. – Последнее я произнесла с придыханием и нескрываемым вожделением в глазах.

Изящные пальцы на моём запястье чуть расслабились и я, воспользовавшись шансом, взяла Кириана за руку. Его ладонь была тёплой, чуть шероховатой – она укрыла мои пальцы подобно одеялу. Безумно приятное ощущение заставило меня улыбнуться.

Задышав глубже Кириан наклонился и невесомо потёрся своей щекой о мою со словами:

– Не дразни меня, иначе пожалеешь.

Угрозы, произнесённые в моменты подобной нежности, не могут напугать. Вот и я не испугалась, а лишь вдохновилась действиями моего проклятого оборотня и игриво промурлыкала:

– Из нас двоих пожалеешь лишь ты, если оттолкнёшь меня. – А затем проникновенно спросила: – Разве ты не хочешь меня?

Ледяная стена пала под слишком откровенным натиском. Её осколки падали к моим ногам оставляя после себя того самого оборотня, что готов был проглотить меня целиком. Глядя теперь на морозную красоту Кириана я не видела холода – в нём остался лишь обжигающий огонь прекрасного голубого цвета.

Крепко, но при этом, слишком бережно прижав меня к себе моя снежная мечта, наконец, отбросила здравый смысл.

– Безумно хочу, – проурчал Кириан и с жадностью завладел моими губами.

Я застонала, вновь ощущая пьянящий мороз на кончике языка. Такое странное, неизведанное чувство распространялось по телу тёплыми ручейками, пока сводящие с ума губы наслаждались моим вкусом. Наш поцелуй из требовательного и немного злого стал превращаться в безумный, и даже одержимый.

Голова шла кругом, а перед глазами всё плыло от слишком острых ощущений. Дыхание смешалось, сердца бились в такт, и казалось, что, правда, больше ничего нет. Остались лишь я, да сгорающий в моих объятьях мужчина.

ЕГО поцелуи колко остывали на коже моих щёк, шеи, ключиц – одних губ моему снежному оборотню было мало. Горячие губы заставляли меня рвано дышать и выгибаться навстречу ласкам. Желание пульсировало в каждом кусочке моего развратного тела, которое просто не справлялось с силой возбуждения. 

Послышался треск. На мягкий ковер изо мха свалился мой кожаный корсет, а за ним плотная туника. Прохладный воздух коснулся кожи, но жар возбуждения вытеснил такую мелочь на задний план. 

Не отставая от любовника, я старательно содрала с него сначала куртку, а затем рубашку. Мои пальцы постоянно исследовали гладкую кожу с отчетливым рисунком мышц, но мне было мало, ужасно мало этого. Всё во мне трепетало от предвкушения момента, когда наша обнажённая кожа соприкоснётся.

Но едва я замерла в ожидании этого волнующего момента, Кириан, осыпающий мою грудь поцелуями, застыл. А затем и вовсе отстранился. Такое поведение любовника частично вернуло меня на грешную землю.

– Что такое? – спросила, с трудом вдыхая вязкий воздух.

Оборотень стоял по пояс без одежды и его взгляд был прикован к одной из моих грудей.

– Ты была с ним…, – последовала резкая фраза, после которой в меня вонзился злой взгляд ещё больше отрезвляющий.

Не понимая, откуда такие выводы, посмотрела на свою грудь и, хм, обнаружила там неплохой такой засос. Подобную отметину даже не обзовёшь укусом насекомого. Да и не сезон у них сейчас… 

Ох, ну ещё этого мне сейчас не хватало! Я хотела, чтобы они ревновали, но не в тот же момент когда дело идёт к самому сладенькому! И почему вообще я стала искать оправдания? Нет уж, я буду честной и точно не дам этому скандальному типу сбежать, когда я решила без лишних разговоров помочь ему с побочкой. Да, с выгодой для себя, но ведьма я или так, деревенская шарлатанка?

Подавив в себе вспыхнувшее раздражение, ослабила завязки на своих штанах, и как ни в чём не бывало, сбросила с себя остатки одежды, оставаясь полностью обнаженной перед злым оборотнем. Он сделал вид, что ему всё равно, но слепой я не была и успела заметить, как колючий взгляд льдистых глаз с удовлетворением прошёлся по мне.

С вызовом посмотрев Кириану в глаза, спокойно уточнила:

– А разве мы клялись друг другу в верности? Что-то я такого не помню. 

Моя немного нагловатая улыбочка заставила оборотня скрипнуть зубами и запустить пятерню в пепельные волосы. Он прикрыл глаза, видимо, чтобы сосредоточиться не на моих задорно торчащих сосках и гладеньком лобке, а своих мыслях, и устало поинтересовался:

– Неужели тебе так нравится это амплуа дряни?

– Очень. – Со всей серьезностью заверила я и, пожав плечами добавила: – От хорошего человека всегда ждут слишком многого.

Кириан открыл глаза и, пытаясь не смотреть ниже моих плеч, грустно усмехнулся:

– И ты решила, что плохой быть лучше. 

Немного пожевав нижнюю губу уточнила:

– Не совсем. На самом деле я хочу найти баланс, но это гораздо труднее, чем быть просто плохой или хорошей.

– Замечательное желание, – похвалил ничуть не оттаявший оборотень. Пришлось отвесить ему моральный пинок, потому что я уже начинала уставать от этого его “хочу, не хочу”.

– Да, как и желание между нами. Оно тоже замечательное. – Колкость в голубых глазах стала уступать чему-то поднимающемуся из глубины, и я продолжила: – Ты можешь развернуться и уйти, потому что от своей природы убегать я не стану. А можешь уже перестать корчить из себя не пойми что, и согреть меня. Здесь, между прочим, не так уж и жарко.

Его борьба отражалась на идеальном лице, но я больше не собиралась делать шаг первой. В конце концов, близость между нами и в его интересах, так что пора отдать инициативу в чужие руки.

Неотрывно глядя на свежий засос у меня на груди, Кириан что-то для себя решил, и когда он вновь посмотрел на меня, в его взгляде больше не было сомнений. 

Льдистая радужка засветилась сильнее, когда взгляд оборотня принялся исследовать моё тело. Каждый изгиб, каждая впадинка, которую он мог рассмотреть, не осталась без внимания вытянутых к вискам глаз оборотня. Он наслаждался всем что видел и о, Геката, я начинала дрожать лишь от этого взгляда. Желание плотным шлейфом клубилось вокруг оборотня, возвращая меня в опьяняющий туман возбуждения.

Кириан рваными движениями освободился от своих штанов и сапог, чтобы в полшага оказаться рядом. Его длинные пальцы нетерпеливо впились в мои ягодицы, когда он, подхватив меня, заставил обвить его талию ногами. 

И вот мы обнаженные: кожа к коже, глаза в глаза. Новый ошеломляющий поцелуй, не заставивший себя ждать, крепкие объятия не дающие соскользнуть вниз и горячая плоть любовника – всё это просто снесло мои мысли, смыло страхи, сомнения, погребая под собой не только второго попавшегося в мои коготки мужчину, но и… меня.

Теперь не было ничего, лишь жаркие прикосновения, да ненасытные поцелуи разбавленные общим дыханием. Всё смешалось, превращая нас в единое целое.

Он взял меня прямо так, стоя, пока я обнимала его за плечи, оставляя на его светлой коже следы от ногтей. Почувствовав, как в меня проникает пульсирующий желанием член, я непроизвольно сжалась и расслабила ноги на талии Кириана, чтобы ему было легче двигаться. Упасть я не боялась. Он крепко держал меня под ягодицы, контролируя скорость толчков и глубину проникновения, но при этом даря чувство безопасности. Странное и незнакомое ощущение…

Мне не хотелось думать о чём-то помимо движений во мне. Не хотелось отвлекаться на концентрацию и контролировать пространство вокруг. Я желала раствориться в снежном вихре, дарящем мне самые страстные, нежные поцелуи. Всё было так правильно, так естественно, но в то же время чего-то не хватало. Словно для полной идиллии не доставало очень важной части.

Пока любовник вбивался в меня, я зарывалась пальцами в его волосы, кусала его за ухо, оставляла беглые поцелуи на скулах, висках, но когда наслаждение становилось невыносимо, я громко стонала, вскидывая лицо вверх. Сквозь полуприкрытые глаза и призму наслаждения мне казалось, что светлячки над нашими головами стали больше похожими на звёзды, что осеняли нас своим тёплым светом. Чувствуя Кириана в себе, мне начинало казаться, что я могу дотянуться до них, осталось лишь выпустить оборотня хоть ненадолго из объятий. Однако это было выше моих сил.

Новые поцелуи пускали под кожей настоящие молнии из желаний, но у меня просто не было сил их бояться. Я так старательно заманивала Кириана в свою ловушку, но кто из нас теперь добыча? Оборотень, с нескрываемым наслаждением проникающий в меня, или же я безвольно позволяющая ему это? Мои чувства смешались, и теперь было трудно хоть что-то понять.

Кончили мы одновременно, наполнив небольшое пространство вокруг нас музыкой похоти: стоны, всхлипы и более развратные звуки прекратились лишь после того как оргазм оставил в нас пульсирующую негу. Но тишина продлилась недолго. 

Повалив меня на одежду Кириан, вновь проник в моё лоно, заставляя протяжно застонать – все чувства обострились, нервы оголились, и каждое новое прикосновение усиливалось многократно. Прогнувшись, скомкала пальцами одежду и ощутила, как новые волны наслаждения накрывают с головой.

Мужские губы сомкнулись на моём соске, отчего перехватило дыхание, но с моих губ против воли сорвалось:

– Кириан…

Вздрогнув, оборотень оставил в покое мою грудь и, приблизив своё лицо к моему, как-то по особенному тепло выдохнул:

– Да. – В его глазах горело голубое искрящееся пламя, которое того и гляди растопит моё закованное в лёд сердце.

Лишь позже я пойму, что сделала это для него. Ведь ревнивому оборотню очень важно, чтобы женщина в его объятиях думала лишь о нём.

Пока же мне подарили самый нежный поцелуй, а потом со всем рвением принялись устранять дисбаланс моей магии. Как бы не привыкнуть к такому… 

А хотя, кажется, я уже...

Глава 25: Ведьма и правда

– Ах, Кириан, не здесь…, – выдохнула я, пытаясь понять: когда наши роли успели так резко поменяться. Правда, несмотря на все проблемы, которые крепко держались в моей голове, сопротивление у меня было номинальным.

Теперь я знала, что с заходом солнца оборотни рыскали по академии и Грэмхеллу в поисках следов похищенных, а днём делали вид, что они прилежные студенты. Не все, конечно, но большинство. Однако последние два дня один волчонок повадился отбиваться от стаи в обеденный перерыв, чтобы отыскать меня и, пользуясь тем, что я всё ещё под впечатлением от наших шалостей внутри дерева, нагло снимал с себя побочное действие от моего проклятья. 

В этот раз Кириан “поймал” меня в укромной оранжерее, где я честно работала до его прихода. Теперь же мы оба снимали друг с друга не только нервное напряжение, но и часть одежды. Аромат лекарственных цветов пьянил не меньше морозного запаха снежного оборотня, отчего мне не удалось даже толком поломаться. 

К сожалению, у нас не было времени на то чтобы растянуть удовольствие и пришлось ограничиться быстрым сексом на не самой удобной лавке. Но даже так моя душа вновь умудрилась слетать к звездам и вернуться обратно, и теперь я совершенно измождённой лежала на прохладном дереве пытаясь восстановить дыхание.

– Мне пора бежать, – коснулось моих губ уже слишком знакомое дыхание, а затем мне подарили поцелуй. 

Приоткрыв глаза, посмотрела на взъерошенного, но уже одетого снежного оборотня и, отстранив его, с улыбкой хмыкнула:

– Я могу начинать чувствовать себя использованной?

Кириан устало закрыл глаза и серьезно произнес:

– Не вздумай. – После чего его льдисто голубые омуты со смешинками на самом дне вновь посмотрели на меня. В этот раз быстрые поцелуи достались щекам и кончику носа, а затем оборотень опасливо добавил: – Не хватало мне ещё проклятий.

Я рассмеялась над шуткой и, веселясь, сказала:

– Ладно, уговорил. Можешь пока расслабиться.

– Спасибо, – фыркнул снежный оборотень. После этого он отстранился со словами: – Я позабочусь, чтобы сюда не вошли, пока ты не выйдешь. 

Вяло кивнув, помахала на прощанье быстро удаляющейся спине и принялась разглядывать прозрачный потолок. Пушистые снежинки оседали на него, но спустя пару мгновений превращались в капли стекающие по округлому куполу. Вставать и поправлять одежду не хотелось, потому я была благодарна Кириану за заботу.

Он вообще стремительно исправлялся – вечером, после нашей жаркой “помощи” друг другу во время испытания, у моей комнаты появилась необъятная корзинка с вином и конфетами. Хоть она и была анонимной, но этот набор мог прийти только от моего оборотня под номером один. Отношение Кириана так же улучшалось, потому я не видела причин отказываться от приятного времяпровождения. Однако проблема очередного дисбаланса уже начинала маячить на горизонте.

По моим прикидкам у меня в запасе еще  дня три-четыре таких вот частых нападений морозного волка. Но всё же затягивать не стоило, и потому уже сегодня после занятий я планировала навестить второго оборотня, который слишком тщательно меня избегал. Мои действия без сомнений могут привести к очередным вспышкам ревности, что с одной, что с другой стороны, но эти двое сами виноваты – раз так нахально отбили у меня аппетит к другим мужчинам, пусть теперь отдуваются. Главное успеть на последней паре как можно сильнее примелькаться Дамиану, чтобы он сразу же не умчался проверять очередные зацепки.

Едва мои мысли скользнули на эту тему вся лёгкость и расслабленность улетучились. Мне повезло – теперь я всё помнила, при этом чувствуя себя крайне бесполезной.

Пелена забвения спала, едва мы с Кирианом насытились друг другом. Он, кажется, немного задремал, а меня просто пронзило ворохом воспоминаний вычлененных неведомым злодеем. 

Я, как сорвавшись с цепи, подскочила тогда к своей сумке, понимая, откуда у меня было это странное желание – носить зелье крепкой памяти с собой повсюду. И еле открыв пробку дрожащими пальцами, опрокинула в себя довольно мерзкую жидкость.

Пока я старательно выдыхала горячий воздух, пытаясь убедить организм не возвращать на волю зелье, Кириан встрепенулся и сев в ворохе наших вещей с вопросом посмотрел на меня. Не став тратить время на объяснения, напряженно спросила:

– Пропавшего оборотня нашли? – Ещё ощущая на языке горечь эликсира, утешала себя тем, что благодаря ему можно было не бояться нового забвения.

Обнажённый Кириан приблизился и, взяв меня за руку, принюхался к флакону.

– Значит, ты в курсе и не забудешь, – прозвучало с нескрываемым уважением.

– Теперь нет, – подтвердила я, копаясь в наших вещах. Первой мне попалась рубашка оборотня, и лишь после неё моя туника.

Протянув Кириану его вещь, набросила на себя тунику, чтобы перестать соблазнять молодого мужчину. Иначе разговора не состоится. Оборотень с явным сожалением понаблюдал за моими действиями и тоже принялся одеваться.

– Так что с вашим пропавшим? – повторила вопрос, наскоро пальцами распутывая свои короткие волосы.

Кириан застегнул штаны, после чего принялся медленно надевать рубашку, попутно отвечая:

– Раз ты оградила себя от забвения, то должна запомнить, – мне достался тяжелый взгляд и резкие слова, – не лезь в это.

– Правда? – не устрашилась я наигранного холода, которым повеяло от оборотня. – Предлагаешь закрыть глаза на всю чертовщину, творящуюся под моим носом? Даже среди вас есть пропавший…

– Мы знали, на что шли, – прервал меня Кириан, подавая мои сапоги. Его фраза заставила меня замолчать и удивленно спросить:

– Подожди, вы что, здесь для этого? 

Кириан тихо рассмеялся, но заметив мой леденеющий взгляд, поспешил ответить:

– А ты думала мы и правда приехали  укреплять отношения? Наша задача помочь академии.

Такая причина появления оборотней в этих стенах, никогда не видавших двуипостатных, выглядела куда более правдоподобной. Вот только у меня сразу возник вопрос:

– Просто так, по доброте душевной решили помочь едва ли не врагам?

– Конечно, нет. – Легко ответил Кириан. – Долина никогда не упустит выгодную сделку, а ваш ректор умеет быть щедрым.

Мы уже были полностью одеты, но выходить не спешили, чтобы очередная виверна не помешала нашему разговору.

Немного поразмыслив, я постаралась без привычного язвления сказать:

– Прости, Кириан, но чем нам поможет группа из едва оперившихся птенцов?

Оборотень не обиделся и оценил то, что я не назвала их щенками, и со слишком обаятельной улыбкой произнёс:

– Ведана, никогда не суди по обложке. Каждый из нашей группы обладает уникальными навыками: лучший слух, нюх, умение расположить к себе, выуживание информации…

– Владение истинной магией, – подсказала я, старательно не выдавая своего удивления. А как тут не удивляться? К нам заслали группу чуть ли не уникальных оборотней способных провернуть всё, что им вздумается и об этом знает лишь ректор.

– Да, – подтвердил Кириан и, приблизившись ко мне на ухо прошептал, – а так же антимагией.

Ну, вот тут уже моя челюсть устремилась вниз, а глаза распахнулись. Клацнув зубами, ошарашенно посмотрела на ухмыляющегося оборотня и прохрипела:

– Что? Среди вас есть член правящей семьи? – Проклятый Вельт опять как в воду глядел…

Все адепты академии изучали не только магию, но и сильные и слабые стороны других стран. Так вот главная семья оборотней была таковой из-за своей способности. Они могли по щелчку пальцев отменять природную магию – то есть если вдруг их подданные взбунтуются, превратятся в стаю волков и нападут на дворец, всего один член правящей семьи перевоплотит их обратно в людей и порвёт на клочки.

Пока я в уме перебирала всех виденных мной оборотней, стараясь определить, кто больше подходит, Кириан спокойно произнёс:

– К сожалению одного отправили с нами. – После такого заявления мне захотелось завыть, ведь если среди волчат и, правда, затесался наследник, проблем я не оберусь. Может паника слишком явно обозначилась на моём лице, потому что Кириан добавил: – И пусть он не имеет отношения к основной ветви и соответственно прав на трон, однако в долине наш антимаг обладает обширными полномочиями.

– Стой-стой, – простонала я, усиленно массируя виски, – слишком много информации. Я не успеваю её переваривать.

Полюбовавшись моей растерянностью, Кириан неожиданно мягко погладил меня по волосам и с улыбкой сказал:

– У тебя будет ещё много времени, чтобы уложить всё в голове. А пока пора покидать убежище, если ты, конечно, не хочешь встретить финал испытания здесь.

Шпилька сработала и вывела меня из ступора.

– Да, ты прав, идём, – заторможено ответила, подумывая над тем, чтобы снова всё забыть.

Пусть испытание я прошла, но было слишком много моментов, из-за которых меня всё сильнее одолевали тяжёлые мысли. В итоге плюнув на загадку с личностью антимага, решила, что необходимо снять чары хотя бы со своих одногруппников. Всё же в одиночку многого не сделаешь. Весь тот вечер я посвятила расширению группы тех, кто в курсе происходящего.

Жаль, что все мои усилия были впустую. 

На следующий день все, кого я напоила эликсиром, снова всё забыли. Понятия не имею, почему это не коснулось меня, но остальные вновь вернулись к беззаботной жизни. Я им даже немного завидовала. Думаю, глупо было полагать, что лорд ректор не догадался бы “очистить” эликсиром хоть часть преподавателей, чтобы найти злоумышленника. Зато теперь до меня дошло, что я отчаянная оптимистка – так верить в свою гениальность.

С грустью ещё немного понаблюдав за снегом, тающим на стекле, села и оглядела оранжерею.

Всё же так просто сдаваться я не собиралась. Пока оборотни делают свою работу, я буду делать свою. Уверенность в своих выводах о способе массовой чистки памяти не давала мне опустить руки. Если есть яд, то должен быть антидот. Осталось лишь найти его.

Глава 26: Два оборотня и одна ведьма

Дамиан.

Ледяной ветер завыл и постарался забраться под одежду. Воздух в самом северном городе континента был настолько холодным, что не спасали: ни чары, наложенные на одежду, ни горячая кровь предков. Очень хотелось обратиться, но не было гарантий, что шерсть спасёт от усиливающегося мороза.

Пока я тенью скользил по узким улочкам восточной части Грэмхелла всё вокруг одевалось в серебро. Казалось даже пар, вырывающийся изо рта, вот-вот превратится в ледяную крошку, чтобы упасть на заснеженные тропинки. Если бы не информатор, ожидающий в самой злачной из таверн, то я бы не тащился пешком на окраину города. Придётся потерпеть неудобства.

Чтобы хоть как-то отвлечься от холода проникающего казалось даже под кожу я погрузился в мысли, при этом не забывая следить за обстановкой вокруг.

Миссия должна была быть простой. Приехать в Грэмхелл, помочь Айвору Остороту, лорду-ректору Академии Высшего Чародейства и, получив в качестве оплаты парочку редких артефактов и один важный документ, вернуться в долину. Когда дело касалось исчезновений разумных существ, в их поисках равных нам не было. Что могло пойти не так? 

Изначально группу подобрали в два раза меньше, но взяв на вооружение всю историю напряженных отношений с элетари, в итоге я решил перестраховаться. И не зря. Если меня адепты обходили стороной, то на парнях они своей злобы не экономили, что изрядно мешало нашему делу. Поэтому увеличение группы спасло ситуацию – пока часть отряда отвлекала на себя внимание задиристых ведьмаков, другая обнюхивала в академии каждый угол. 

Слишком уж подозрительным оставался момент, что студенты пропадали только в городе. Будто кто-то нарочно пытался отвести внимание от самой академии. Именно поэтому ещё до начала занятий я отправил туда Кириана – с помощью своего дара он искал зацепки по нашему делу, но вместо них нарвался на проклятье.... А ведь до этого я считал его самым расчётливым и сдержанным представителем семьи Форджест. Никогда бы не подумал, что Кириан может сорваться как щенок, впервые учуявший самку. Но не мне его осуждать – сам недалеко ушёл.

Анализируя произошедшее, я понимал, что всё пошло наперекосяк с первого же дня в этом городе. Пока молодняк прочёсывал город я решил разведать обстановку на самой верхушке и поэтому принял приглашение на бал-маскарад устроенный герцогиней Кимлоу. Знал бы, чем закончится тот вечер, сразу бы отправился на теневую сторону города – всё, что удалось узнать на балу, точно не стоило той проблемы, что свалилась на мою голову.

Сбор информации среди хмельных аристократов проходил вяло, но скорость не имела значения, когда важен именно результат. К тому же алкоголь не только развязывал языки, отчего приходилось выслушивать много ненужных слов, он также подчищал память не слишком устойчивых к алкоголю людей тем самым лишая меня ненужных вопросов. 

Уже к середине вечера мне стали известны все городские слухи и домыслы по их поводу, а они порой бывали очень полезны. Пока я перебирал в уме все собранные сведения, взгляд сам собой скользил по гостям в ярких, а порой откровенно кричащих платьях. Мало кто мог посоперничать в людской любви к красочным и броским нарядам. И как они не устают от такого?

“Слишком вульгарно”, – промелькнуло в мыслях, когда со мной принялась флиртовать девушка в маске из лепестков роз и алом платье с излишне пышной юбкой. Пока аристократка рассыпалась в двусмысленных намёках, я в недоумении рассматривал её волосы, сверкающие золотой пудрой, из-за которой было трудно разобрать настоящий оттенок. Эта девушка точно пришла сюда с одной целью – ослепить всех вокруг. К её прискорбию я предпочитаю беречь своё зрение. 

Натянуто улыбаясь пустой болтовне аристократки, я начал искать столик с выпивкой, чтобы хоть немного унять нарастающее раздражение. Пусть на мне маска – это не повод портить отношения с местной знатью сразу по приезду в Грэмхелл. Раз уж всё интересующее меня я уже узнал, можно немного расслабиться.

Искомая поверхность с ровными рядами бокалов нашлась быстро и даже поблизости. Но в одно мгновение всё моё внимание сосредоточилось на ином.

Я заметил её почти сразу.

Скромная маска в пол лица не скрывала в меру пухлых губ без краски и упрямую линию подбородка. Светлое платье с красивым вырезом, демонстрировала аппетитное декольте, а в складках юбку то и дело мелькала ножка – молочная кожа незнакомки казалась слишком идеальной, она будто сияла изнутри, оттесняя наряд на задний план.

Зато сразу становится ясно: украшением этой женщины являлась она сама, а не какие-то тряпки и побрякушки.

Было ещё кое-что, что выделяло её из толпы. В аккуратной прическе красавицы играли фиолетовые блики, и они резко выделяли свою хозяйку среди золотых и платиновых сооружений на головах остальных дам. Незнакомка остановилась у столика, раздумывая над своим выбором, а я почему-то уже был рядом. 

Сколько не вспоминаю ту роковую встречу, никак не могу понять – где был мой нюх и как я мог не заметить синие огоньки ведьмовских глаз в прорезях маски?

Это походило на наваждение. Нет. Скорее это ОНА была наваждением, от которого просто невозможно отмахнуться. У меня важная миссия. Я допустил похищение Ирвина, но демоны забери всех этих элетари: не смотря на всё в моих мыслях крутилась лишь одна ведьма! Всего ночь рядом с ней украла у меня уверенность, что я смогу противостоять её колдовству. Нужно было развернуться и уйти когда был шанс, а теперь...

До безумия хотелось сжать между пальцами мягкие короткие волосы, так напоминающие эти злополучные ягоды. Запрокинуть хорошенькую головку и пройтись поцелуями по такой нежной коже. А потом заглянуть в невероятные синие глаза, чтобы вновь увидеть тот демонический блеск соблазнительницы, то желание и восторг от близости со мной. Не помню, чтобы меня так хоть раз заводило осознания – меня хотят. 

Но стоило подумать, что всё это видел не только я, как внутри всё закипало. 

Со сколькими она спала с момента нашего знакомства и со сколькими может спать в эту минуту? Насколько сильно она откровенна с ними? Так же кричит от наслаждения как тогда в свете свеч её спальни? Так же пылко отвечает на прикосновения? А может с той же жадностью просит ускориться другого мужчину?

После таких вот мысленных вопросов из моей груди уже стабильно вырвался приглушенный рык. Пришлось остановиться, чтобы успокоиться. Не хватало ещё явиться к информатору с клыками и когтями наголо.

Иронично, что я, предостерегая Кириана, в итоге сам так глупо попался. И дело было не в магии – никакой приворот просто не подействует. Что-то было в этой ведьме, что отличало её от других. Эта мысль не давала покоя, и я при очередной встрече с Айвором отбросил осторожность и поинтересовался: что не так с этой адепткой.

На мой прямой вопрос ректор лишь болезненно поморщился и просто сказал:

– Дамиан, не мне вам говорить, что есть вещи, которые должны оставаться в тайне. – Ведьмак побарабанил пальцами по столешнице, задумчиво разглядывая меня, сидящего в кресле напротив, и добавил: – Но могу вам гарантировать, что Ведана Ронк одна из немногих в ком я полностью уверен. С этой девочкой вы можете быть откровенны, потому что она умеет хранить тайны. – А вот после этого он как-то по особенному ехидно улыбнулся и протянул: – Но ваш интерес мне понятен.

Пришлось как можно расслабленнее ставить руку на подлокотник и скучающе говорить:

– Ничего особенного. Просто Ведана слишком выделяется.

Айвор потёр подбородок и покладисто сказал:

– Как скажите. – Однако и его интонация и следующие слова говорили о том, что мне ни капли не поверили. – Нет ничего зазорного в интересе к такой адептке. Девочка умна, целеустремлена и очень во многом мало похожа на нас. – После такой характеристики я не смог удержаться и удивленно приподнял бровь. На что ведьмак, покивав своим мыслям продолжил: – Если бы не особенность нашей магии она бы была преданной и верной женой. А так нужен второй мужчина.

– Разве этого хватит? – помимо воли вырвалось у меня. Заметив, как злорадно засверкали глаза Айвора, еле сдержался, чтобы не выругаться.

– Ей – да, – загадочно ответил этот интриган со слишком белыми волосами. Уверен, будь у ректора борода, она была бы другого цвета, но для такого атрибута он выглядел слишком молодо.

Потерев подбородок костяшкой пальца, я решил стать чуть более откровенным, раз ведьмак и так меня раскусил.

– Кое в чём, Айвор, вы правы: у Веданы, несмотря на некоторые моменты, есть черты, которыми хочется восхищаться, – после этого пристально посмотрел в глаза лорда-ректора, холодно уточняя, – и не делиться ими, ни с кем.

Мне ответили вначале снисходительной улыбкой, а затем произнесли:

– Цель всегда оправдывает средства. Разве не лучше впустить в отношении ещё одного мужчину и в итоге получить желанную женщину?

– Лучше будет найти женщину, которой не нужно делиться, – излишне резко ответил я.

– Можно. – Опять без проблем согласился со мной ведьмак и тут же слишком метко бросил: – Но двух одинаковых женщин не существует.

Вот после этой фразы очень захотелось съездить Айвору по его слащавому лицу. Но избивать главного ведьмака лишь потому, что он попал в цель, было глупо. Поэтому в тот раз я просто спокойно закрыл тему и распрощался с этим сводником.

Зачем лишние споры? Просто чуть позже немного изменю условия сделки, тем самым давая понять, что не стоило на мне практиковать ведьмачье чувство юмора – лорд-ректор поскрипит зубами, да согласится пойти на уступки потому как выбора у него нет. Ведь дела в Грэмхелле становились всё хуже.

С неба вновь начал срываться снег, но впереди уже стали слышны звуки потасовки. Совсем скоро я узнаю: являются ли похищения происками соседнего королевства, или всё куда хуже и кто-то в этих краях возродил традиции инквизиторов. Какой бы проблема не была, мне нужно будет её решить как можно скорее, потому что если этого не сделать может пострадать одна шаловливая ведьма с синими глазами.

***

Кириан

– Сейш потерял след у северного входа в академию, – тихо отчитался Артен, едва поспевая за мной.

За высокими окнами академии царила глубокая ночь. Специальная обувь заглушала наши шаги, а чёрные штаны и куртки с капюшонами делали нас фактически невидимками. 

– Что этому идиоту могло там понадобиться, тем более в одиночку? – на грани слуха произнёс я, привычно сдерживая все эмоции. Странно, что в последнее время это удаётся не всегда.

Очередной поворот и нашего слуха касается чьё-то хихиканье. За ним последовали жаркие перешептывания, из-за которых я плотнее сжал губы, а Артен покачал головой. Пришлось по дуге обходить неспящих ведьмаков.

Разговор возобновился лишь после того, как вокруг снова было ни души. 

– Мы уже несколько раз перепроверили комнату Ирвина, – вздохнув произнёс Артен, – но так и не нашли шифровки.

Пусть я понимал, что мы не могли там ничего пропустить, но всё надеялся на подсказку. Пришлось вслух признавать очевидное:

– Значит, его выманили настолько искусно, что он слишком спешил. – Артен кивнул, соглашаясь со мной. Оставив обрубленный конец, вернулся к новой ниточке: – Что у нас находится в северной части академии?

– Помимо теплиц, подсобных помещений и небольшого хранилища ингредиентов там расположен основной лазарет, – продолжил докладывать мой незаменимый помощник. Пусть Артен казался самым безобидным, но когда было нужно, он мог поставить на место кого угодно, потому никто в наспех собранной стае не пытался перечить ему.

Прикинув, что из-за специфических запахов лазарета разнюхать в прямом смысле там не удастся, произнёс:

– Нужно всё тщательно обыскать. Лорд-ректор, скрипя зубами, полностью развязал нам руки. Теперь для нас нет закрытых дверей. – Воспоминания о непроницаемом лице ведьмака, с трудом дающим разрешение на проникновение в любую точку академии, улучшило настроение. Но не так сильно как уверенность, которую я поспешил озвучить: – Ирвин ещё с нами, я чувствую его жизненную энергию. Он где-то в академии, но точнее не скажу.

– Тогда нам следует поспешить и найти его, – оптимистично хмыкнул Артен, – а то этот горе-следопыт потом мне всю плешь проест своим нытьём. – Было заметно, что он не хочет даже мысли допускать о плохом исходе. Но, не смотря на это, Артен был готов и к худшему варианту. Так же как и мы все.

Чтобы отвлечь друга я перевёл тему спросив:

– Кстати, что вы с Хейденом устроили на испытании? Почему только ваш ведьмак провалился?

Мои вопросы заставили Артена хищно усмехнуться, что не слишком уместно смотрелось на вечно мальчишеском лице. 

– Мы просто решили показать тому выскочке, что тоже неплохо умеем разыгрывать. 

На самом деле я уже был наслышан о том, как эта парочка идиотов привязала того болтливого брюнета к дереву и попыталась скормить его арахнидам. Да, это забавно, но наша задача заключается в том, чтобы не давать поводов для агрессии. Так что пришлось Артена отчитать:

– Будьте осторожнее, всё же мы на их территории. Ваша маленькая месть может обернуться для нас крупными проблемами.

В этой академии вообще не пойми, что творится на каждом углу. Если они друг над другом издеваются, то, что будет с чужаками, так и лезущими на рожон? Одна шутка с галлюцинациями чего стоит.

Первокурсники попались в расставлённую для них ловушку, а страдали потом все. Даже Дамиану пришлось вытаскивать из своей спальни пару девиц честно утверждающих, что они перепутали комнаты. Наш воспитанный куратор сделал вид что поверил и отпустил их с миром. Потом эти девушки рассказывали на каждом углу о том, какой внимательный “душка-оборотень” появился в преподавательском составе. Ну да, как же. Дамиану просто плевать на других. Его всегда больше беспокоит репутация и личная выгода.

– Кто бы говорил об осторожности. – Послышался смешок Артена, и я отбросил ненужные мысли. – Кир, думаешь, никто не видит твоих отлучек? – Тон друга стал слишком серьезным, и я напрягся. – Или того как ты смотришь на ту ведьму? Если это временное увлечение, то я только рад. Не всё же тебе разгребать дела семьи, иногда нужно и расслабляться.

Как назло северное крыло только показалось впереди и этого разговора не избежать. Мне не хотелось ссориться, и потому я спокойно сказал:

– Сколько себя помню, ты всегда был моим другом, – посмотрев в жёлтые глаза самого близкого из всех оборотней, я холодно закончил, – но, Арт, мои дела с ведьмой тебя не касаются.

– Как бы потом они не коснулись всех нас, – пробормотал друг, не желая оставить этот разговор. Внутри меня начала подниматься злость и чем больше я слушал, тем плотнее она становилась. – Будь на её место хоть тёмная эльфийка, я слова бы не сказал, но элетари… Она же не будет только твоей. Тебя это устраивает? Быть не то что на вторых, а в лучшем случае на десятых ролях? Да проще к шлюхе сходить…

Закончить фразу Артен не смог.

Неожиданно для себя я взбесился. Нет, не так. Я по-настоящему вышел из себя. Слова с весомой долей правды от того, кому доверяешь, что-то перевернули во мне и я сделал глупость. Не помню даже как мы оказались у стены. Со мной осталась лишь багровая пелена перед глазами и чей-то хрип на заднем фоне.

В чувства меня привел чужой пульс, лихорадочно бьющийся под моими пальцами. Артен был впечатан в стену. Его лицо по цвету почти сравнялось с его рыжими волосами, пока моя ладонь все крепче сжималась на его шее. Ошарашенно посмотрев на предавшую меня руку я разжал пальцы и друг рухнул на пол – всё это время он был не просто прижат к стене, его ноги болтались в воздухе не находя опоры.

– Извини, – выдохнул, всё ещё не веря в то, что сделал. Попытался было помочь Артену подняться, но тот отбросил мою руку.

Придерживаясь за стену, он выпрямился сам, при этом массируя шею и с опаской глядя на меня.

– Арт, мне, правда жаль, – попытался вновь оправдаться, но друг лишь покачал головой и прохрипел:

– Кажется, я опоздал. Она уже околдовала тебя.

Больше ничего не сказав, Артен побрёл дальше сам, а мне не хватило смелости последовать за ним. Неподалеку чувствовалась энергия Сейша и Хейдена. Сейчас с ними он будет в куда большей безопасности, чем со мной. 

Да что же со мной происходит? Я никогда так не злился, никогда не позволял себе причинять вред тем, кто мне дорог. Стоило лишь оказаться здесь, и в меня будто демон вселился. Как же достало!

Шагнув к стене, я сжал зубы и со всей силы впечатал в неё кулак. Деревянная отделка, не выдержав натиска начала отваливаться кусками, а каменная кладка под ней пошла трещинами. Стало немного легче, но совсем чуть-чуть.

“Теперь надо будет возмещать ущерб…” – прислонившись лбом к развороченной стене, отстранённо подумал я.

Выдохнув и, почти не ощущая саднящей боли на костяшках, развернулся спиной к стене, чтобы сползти по ней на пол. Вытянув ноги, пустым взглядом посмотрел в окно. 

Вновь шёл снег, но я не видел его. Перед глазами стояла улыбка и слишком синие глаза.

А ведь всё началось с запаха ягод. Надо было тогда бежать как можно дальше, а не, поддавшись любопытству, следовать за манящим запахом. Теперь же поздно было убегать. Кажется,  я пропустил тот момент, когда крепко увяз в ведьмиских сетях. 

– Хотя бы хватило мужества в этом признаться, – горько прошептал себе под нос.

Ладно, у меня нет времени сидеть тут и жалеть себя. Нужно решить самую главную проблему, а уж потом я подумаю, что делать с новым проклятьем этой ведьмы.

Отомстила, так отомстила. Наверняка даже сама не догадывается: насколько изощрённой у неё вышла месть.

Глава 27: Ведьма и полезные связи

– Снова будем кого-то проклинать? – Спросила немного сонная Сирэн стоя на пороге своей лавке лишь во фривольном халатике.

И как ей только не холодно? Недавний закат забрал с собой не только всё больше ослабевающие лучи света, но и иллюзию тепла. Теперь по улочкам Грэмхелла стелилась стужа. Если бы не одна идея и необходимость забежать в лавку с платьями, я бы из академии носа не показала.

Оттесняя тёмную эльфийку внутрь тёплого помещения, с хищной улыбкой ответила:

– Нет, проклинать не будем, – но тут же ехидно уточнила, – в этот раз. 

Подруга хмыкнула и, зевнув, закрыла за мной дверь. Как только мы оказались отрезаны от остального мира не только стенами лавки, но и кучей охранных артефактов, что автоматически срабатывали, когда закрывалась дверь, я, серьезно посмотрев на тёмную эльфийку, сказала: 

– Рэн, мне нужна помощь.

Мой тон заставил Сирэн сбросить с себя остатки сна. Она отбросила за спину копну белых волос и напряженно спросила:

– Что случилось?

– Ох, подруга, – протянула, прикидывая: сколько могу ей поведать. В итоге ограничилась общей фразой: – много чего. Даже не уверена, могу ли я обо всем тебе рассказать.

После моих слов золотые глаза Сирэн прищурились и она уязвлено произнесла:

– Думала, мы обменялись доверием. – У тёмных эльфов нет понятия «доверять кому-то», они считают, что секретами можно именно что обмениваться. И горе тому, кто станет разбазаривать направо и налево доверенную тайну тёмной расы.

– Это так, – примирительно подтвердила я и поспешила прояснить, – но тут дело в другом. Ты можешь оказаться в опасности.

Теперь эльфийка ненадолго задумалась, видимо решая насколько скучно ей живется, после чего спокойно ответила:

– Я тебя поняла, и обиды не держу. Говори, чем я могу тебе помочь.

Расслабившись, сбросила с себя плащ и, оставив пакет с платьем на широком подоконнике у входа, чтобы не забыть о нём, прошла вглубь помещения. Сирэн проследовала за мной, ожидая моей просьбы. Так и не решив, что вообще мне нужно, начала издалека:

– В твоей лавке найдутся артефакты поиска?

– А поточнее? – насмешливо фыркнула Рэн, выгибая белую бровь.

– Ну, что-то, что позволит мне определить источник отравления зельем.

Тёмная эльфийка вздохнула и, сложив руки на пышной груди, засыпала меня вопросами:

– Отравления чего? Организма, воды, еды, воздуха? Мне нужно больше конкретики, чтобы найти тебе артефакт.

– А вот с конкретикой проблема, – пожаловалась я. – Понятия не имею, как отрава проникает в организм и именно это мне нужно определить. Известно лишь то, что есть зелье, которое как-то воздействует на окружающих.

Во взгляде подруги явно читалось обвинение: сама ответов не нашла и теперь валит с больной головы на здоровую. Пришлось извиняюще улыбнуться, чтобы меня не занесли в чёрный список клиентов. 

– Дай-ка подумать, – благосклонно протянула эльфийка и, скрывшись в знакомой подсобке, долго чем-то там шуршала. После чего Рэн появилась с толстым фолиантом, закрытым на бронзовые застежки. – Сейчас посмотрим, что с твоей проблемой можно сделать. Но учти, Веда, – мне достался строгий взгляд, – дружба дружбой...

– А счета нужно оплачивать вовремя, – со смешком добавила я, припомнив любимую поговорку Сирэн. 

Эльфийка улыбнулась и сказала:

– Ты всегда понимаешь правильно. Только сможешь ли ты оплатить мои услуги?

Вопрос был очень точным, потому что как бы я не копила, мой заработок не настолько велик, чтобы позволить себе даже простенький артефакт. Но у меня был план, который я с наглостью озвучила:

– Ничего, счёт отправишь лорду-ректору Остороту. То, что я делаю в его интересах.

Сирэн громко рассмеялась. Пришлось ждать пока она успокоиться, а потом ещё и выслушивать:

– Ох, Веда, когда-нибудь этот старикашка на омолаживающем эликсире прилюдно выпорет тебя. Это ж надо было до такого додуматься! Будешь столько его крови пить, рано или поздно превратишься в такую же занозу в заднице каждого жителя нашего города. – Слушая всё это, я покладисто молчала. Когда мне что-то нужно я умею быть терпеливой, жаль недолго. К счастью тёмной эльфийке не потребовалось много времени, чтобы отсмеяться. Выговорившись, Рэн, наконец, взялась за дело: – Ладно, давай посмотрим, что у меня есть.

Сирэн пришлось потратить не меньше получаса, чтобы найти несколько более или менее подходящих артефактов, но всё было не то. И когда я уже почти отчаялась эльфийка, радостно хлопнув по пергаменту ладошкой, интригующе спросила:

– А что насчет непримечательного камешка итериалла?

В груди вспыхнула надежда и я, вцепившись в руку Рэн, заглянула в фолиант.

– У тебя есть? – восхищенно спросила, попусту разглядывая ровные списки товаров на тёмноэльфиском.

С усмешкой наблюдая за мной, подруга наигранно скучающим голосом произнесла:

– Оказывается, завалялся небольшой кулончик, но думаю, тебе хватит.

Мне захотелось расцеловать эту вредную эльфийку! Не за что бы ни подумала, что этот тёмный хомячок может обладать таким сокровищем. Да и если бы она о нём не сказала, мне бы и в голову не пришло спросить. 

Итериаллы были похожи на серую гальку, но лишь до того момента пока их не “напоить” зельем. Как только этот камень вберёт в себя достаточно эликсира, он превратится в случайный минерал и начинает светиться ярче там, где концентрация вобранного зелья выше всего. Итериалл поможет не только найти место, где варят эликсир забвения, но и позволит определить, как отрава распространяется по академии.

– Рэн, это то, что нужно, – радостно пискнула я и, не сдержав чувств, чмокнула подругу в серую щеку. Она лишь покачала головой, а потом отправилась на поиски такого ценного сокровища.

Долго ждать не пришлось. Сирэн поставила на столешницу передом мной невзрачную шкатулку из светлого дерева. В ней оказался возможный ключ от нависших над городом и академией проблем. Откинув крышку, я с выпрыгивающим от ликования сердцем полюбовалась артефактом.

К небольшому серому камешку овальной формы была прикреплена тонкая цепочка из серебра. Она красиво мерцала гранями звеньев и казалась слишком дорогой для такого невзрачного кулона. Однако ценность данной вещицы скрывалась как раз в грубо обработанной гальке.

Пока я рассматривала итериалл, в уме выстроился список зелий, которыми буду его поить. К счастью составов настолько точно корректирующих память немного, но даже так это займет время. Всё же это однозначно лучше, чем ничего.

– Спасибо, Рэн, – от всего сердца поблагодарила подругу, – чтобы я без тебя делала.

Эльфийка пожав плечами ответила:

– Поверила бы, что ты не всесильна. Может тогда не стала бы совать свой курносый нос, куда не просят.

– Нормальный у меня нос, – фыркнула, при этом понимая, что Рэн не хотела меня задеть, просто так она демонстрировала своё волнение. Поэтому пришлось добавить: – И я осознаю свою уязвимость. Именно поэтому я хочу снова чувствовать себя в безопасности, и должна влезть, куда не просят.

– Спорить с тобой – только время тратить, – махнула рукой подруга, смирившись с моим упрямством. Захлопнув книгу учёта, Сирэн протяжно зевнула и сказала: – Иди уже, а то мне открываться пора. Счёт я пришлю в академию на имя ректора.

А вот тут я неплохо так взбледнула, представив количество нулей и то, что со мной потом сделает главный ведьмак. Такой артефакт был настолько редким, что даже после долгих раздумий я о нём не вспомнила, а цена за такую диковинку будет соответствующей.

– Да расслабься ты, – ехидно захихикала эльфийка, наблюдая за тем, как я превращаюсь в бледную поганку. – Возместить нужно не полную стоимость, а лишь аренду артефакта. Так что оплата спокойно пройдет по графе «на нужды академии». Ты ведь этот камешек не для своих шалостей берёшь, – проницательно заметила Рэн и с ухмылкой уточнила: – Главное не потеряй, иначе вы со мной потом не рассчитаетесь.

Ещё раз поблагодарив тёмную подругу, поспешила распрощаться, чтобы не оставаться в городских стенах поздним вечером. Рэн верно подметила, что я не всесильна, а раз злоумышленник, или же вообще злоумышленники умудрились похитить оборотня, то не стоит верить в свою неуязвимость. Прижав к груди свёрток с так понравившимся платьем, покинула тепло лавки с полной уверенностью, что теперь дело сдвинется с мёртвой точки.

В воздухе витало скорое наступление праздника – хоть до Последнего Дня в году была ещё неделя, люди уже спешили осветить разноцветными огнями свои дома. В академии тоже будет праздник: состоится самый настоящий бал, после которого всё вокруг погрузится в ночь на целый месяц. Хоть меня никогда не пугала темнота, теперь от такой мысли по позвоночнику пробежала дрожь.

В итоге накрутив себя, пробежала по улочкам Грэмхелла с рекордной скоростью и расслабилась лишь, когда меня поглотил портал.

На территории академии царила привычная суматоха – это время всегда было посвящено отдыху, общению и расслаблению. Жаль, что теперь я не могла так же беззаботно побросать снежки в проходящих мимо адептов, отправиться в комнату отдыха, где сейчас все столы забиты желающими испытать свою удачу в азартных играх, и заодно таким образом решить возникший спор. Даже на дуэли не хотелось смотреть и тем более участвовать. Слишком привычная атмосфера вокруг просто кричала, что всё нормально, но ведь это было не так.

По пути в комнату пришлось придумать парочку благовидных предлогов, чтобы отвертеться от приглашений друзей – Марика попыталась утащить меня на жаркий вечер в компании её новых знакомых, а парни, в кой-то веки, не забывшие где-то Вельта, собирались жарить мясо на огне в одном из внутренних двориков, куда не проникает ветер. Последнее предложение оказалось очень заманчивым, потому что можно было не только вкусно поесть, но и с азартом выжидать: заметит ли кто-то из преподавателей такое “злостное” нарушение. Какая ведьма откажется пощекотать нервишки? Однако у меня были другие планы на этот вечер.

Оказавшись в своём “логове”, сбросила зимний плащ и сверток на стул у входа, и быстренько подготовила всё необходимое для начала эксперимента – зачарованная чаша была наполнена первым зельем, в которое я погрузила итериалл. Теперь ему нужна ночь, чтобы стать единым целым с этим составом. Если он не просто поменяет свой внешний вид, но и начнёт светиться, значит, я угадала с первой попытки и можно приступать к поискам.

Немного полюбовавшись пульсирующим камешком укрытым розовой жидкостью, кивнула своим мыслям и направилась в ванную комнату, на ходу сбрасывая с себя одежду. Пока есть время надо воспользоваться им с умом.

Стоя под горячими струями воды, не смогла сдержать предвкушения и улыбнулась. Раз уж один оборотень, не смотря на то, как активно я привлекала его внимание, поспешил сбежать с плаца, едва закончились наши с ним занятия, придётся набраться наглости и заявиться к нему в комнату. Конечно, есть шанс, что этот неуловимый волк опять рыщет по городу, но лучше потоптаться у закрытой двери, чем просто теряться в догадках. Мне сейчас нельзя схлопотать ещё один дисбаланс, так что дорогому куратору срочно нужно соблазниться.

В ванной комнате я провела непривычно много времени: растёрла кожу душистой кашицей из трав, чтобы она стала гладкой и сияющей, привела в идеальный вид ноготки уже больше похожие на коготки, и обновила оттенок волос, а то он становился всё тусклее. Я заметила, что Дамиан из тех мужчин, которые “любят глазами”, при том не бегло, а очень вдумчиво. Поэтому чтобы он опять не сбежал нужно быть во всеоружии.

Полюбовавшись в высокое зеркало результатом, осталась довольна своим видом. Обувшись в туфельки на высоком каблуке и набросив более лёгкий плащ, отправилась на охоту. Полы накидки пришлось скрепить магией, чтобы они случайно не распахнулись по дороге. Хорошо хоть нужно было не спускаться в шумный холл, а всего-то подняться на этаж отданный ректором нашим мохнатым гостям.

Широкий коридор был пуст, словно тут вообще никто не живёт. Уверенно остановившись перед первой дверью, за которой точно могла быть лишь спальня Дамиана – просто остальные, судя по расположению дверей, были типовыми ученическими комнатами – я без колебаний постучала.

Худшее, что произойдет это – откроет кто-то из волчат. Но мне было как-то плевать на их мысли по поводу ведьмы на их этаже, потому волнения не было.

Пришлось ещё пару раз постучать, и лишь после этого дверной замок щёлкнул, а ручка опустилась. Когда же створка распахнулась, мне еле удалось сдержать довольную улыбку.

В дверном проёме застыла моя добыча под номером два. На немного помятом лице проступило удивление и мне показалось, что Дамиан еле удержался, чтобы не протереть глаза. Видимо оборотень решил вздремнуть, перед тем как снова отправиться по своим делам – на нём были лишь тёмные штаны и рубашка с заметными складками. Что ж, мне это на руку. Дамиан здесь и пока он не до конца проснулся, его будет проще уговорить на “ещё один раз”.

Заглянув в стальные глаза продолжающего молчать оборотня невинно спросила:

– Я могу войти? 

Звук моего голоса заставил мужчину едва заметно дёрнуться и, кажется, наконец, отмереть. Это даже забавно, что сегодня я разбудила всех, к кому заявилась в гости.

– Ведана, – устало произнёс Дамиан, растирая лицо ладонью. Оборотень несколько раз моргнул, скорее всего, всё ещё надеясь, что я ему приснилась и вот-вот исчезну. Но видение из меня вышло упрямое: растворяться в воздухе я не собиралась. На что мужчина строго посмотрел на меня и произнёс: – Мне сейчас не до тебя.

– Тогда мне уйти? – уточнила я, при этом мои пальчики чуть отодвинули полы плаща, под которым, конечно же, ничего не было.

Последовал глухой рык, после которого меня затащили в комнату, не дав даже пискнуть. Моя спина тут же была прижата к громко захлопнувшейся двери, пока мужчина, нависнув надо мной, упёрся рукой над моим плечом. Он наклонился ниже, его растрепанные волосы защекотали мою кожу, и я задышала глубже.

– Что ты творишь? – глухо прошептал Дамиан мне на ухо.

– Соблазняю тебя, – игриво выдохнула, потираясь щекой о немного колючий мужской подбородок. Сейчас этот мужчина казался таким мягким, уютный, что в меня вселилась кошка.

Я почувствовала, как сухие губы касаются моей щеки, а затем Дамиан немного отстранился, чтобы глядя в глаза попытаться меня вразумить:

– У меня полно работы и мне сейчас действительно не до твоих игр. – Хоть отказ был вроде как категоричным, но при этом горячие ладони уже забрались под ткань накидки и скользили по моей талии, поднимаясь к груди. Это ли не знак продолжать?

– Отвлекись ненадолго, – промурлыкала я, вжимаясь в крепкий торс оборотня. – Один час роли не сыграет, но зато ты сможешь отвлечься, и кто знает, может после этого к тебе придёт идея: как решить все твои проблемы.

– Ты настоящая дьяволица, – пророкотал Дамиан, бессовестно распуская завязки на моём плаще.

Встав на носочки, чмокнула его в кончик носа и поддержала игру:

– Да, и я беру твою душу в заложники. Если хочешь её вернуть, поцелуй меня.

– Наглая, избалованная девчонка, – выдохнул Дамиан мне в губы, пока ткань накидки опадала к нашим ногам.

Запустив пальцы в песочные пряди на затылке мужчины, с улыбкой прошептала:

– Тогда тебе нужно меня воспитать.

Глава 28: Ведьма и превратности судьбы

Я даже не успела насладиться поцелуем, как меня уже перенесли на кровать. Матрац мягко прогнулся под моей спиной, когда Дамиан бережно уложил меня. Так не хотелось выпускать этого неуловимого мужчину из своих объятий, но он настойчиво отстранился.

Глядя из-под ресниц на выпрямившегося оборотня я провела пальчиками по своему бедру, коснулась живота и положила ладонь на грудь – казалось, что застенчиво прикрыла, но я знала: между расслабленными пальчиками виден розовый ореол соска. 

Уголок губ Дамиана дёрнулся, и на мои шалости ответили полуулыбкой. После чего оборотень расстегнул рубашку, но так её не сняв, что-то решил и, уже куда более коварно улыбнувшись, стал наклоняться надо мной.

Кровать скрипнула под весом мужчины. Я потянулась к нему и мне вновь подарили умопомрачительный поцелуй, в котором хотелось раствориться. Мысли в восторге разбежались по углам, когда Дамиан начал прокладывать дорожку из поцелуев на моей коже. Он двигался не спеша, демонстрируя терпение несвойственное оборотням, чередуя легкие касания губ с игривыми укусами. Кто бы мог подумать, что это прикосновение зубов может быть настолько нежным.

Мой соблазн со стальными глазами точно заметил несколько засосов оставленных Кирианом. Однако он ничего не сказал. Лишь тень на мгновение набежала на лицо Дамиана, а затем меня опять укусили – в этот раз сильнее прихватывая кожу. Спасибо хоть не за шею, а то у оборотней это сродни предложению и помолвки в одном фиале. 

Сладкая пытка разжигала во мне огонь. Уже до дрожи хотелось зарыться пальцами в песочные волосы и подтолкнуть голову любовника к средоточию моего жара. Он и сам двигался в том направлении, явно намереваясь доставить мне удовольствие, но слишком уж медленно. Или же это просто я становлюсь нетерпеливой? Как оказывается, на меня плохо действуют эти волки под масками красавчиков-мужчин.

Когда влажные губы коснулись лобка, мне уже с трудом удавалось сдерживаться. Я успела лишь ощутить жаркое дыхание на моих порочных лепестках, после чего в дверь постучали. Нагло, настойчиво и очень не вовремя.

Мы с Дамианом замерли, посмотрев друг другу в глаза – в его расширенных зрачках плясало точно такое же пламя, что разливалось по моим венам, а стальная радужка больше походила на грозовые облака подсвеченные вспышкой молнии. Мне без слов дали понять, что если я хочу, мы просто проигнорируем и продолжим. 

Настойчивый стук повторился. То, что люди зовут совестью, во мне все же имелось, хоть и в очень крохотном виде, потому я откинула голову на одеяло и разочарованно застонала:

– Иди уже. Может что-то срочное.

Тяжелый вздох стал доказательством – не одной мне хочется продолжения. Затем Дамиан поцеловал внутреннюю часть моего бедра, вызвав этой нехитрой лаской новый шквал чувств во мне, и резко поднявшись, исчез в прихожей его покоев.

Подслушивать не хотелось, но пока я закутывалась в тонкий плед, лежащий на кровати, помимо воли смогла разобрать «...к лорду-ректору», «Это не подождёт до завтра?», «Нет, мастер Дамиан, вас просят как можно скорее…»

Здорово… Он же был вот прямо в этих руках, на всё готовый и согласный. А теперь мой неожиданный визит в одной накидке не сработает дважды! Демонов ректор! Демоновы похитители! Все труды насмарку!

– Извини, мне нужно срочно уйти, – произнес Дамиан, едва появился в комнате. Даже невооруженным глазом было заметно как он недоволен. Я разделяла его чувства, но поспешила убрать раздраженное выражение с лица. 

– Ничего, – натянуто улыбнулась, затолкав злость как можно глубже, – я всё понимаю.

А вот нет, ни черта я не понимаю, и это меня бесит. Почему я вдруг хочу казаться лучше, чем я есть? Почему не выскажу сейчас всё что думаю, а вместо этого прячу свои мысли? Мне ведь всегда было плевать, что и кто подумает, потому всегда оставалась прямолинейна. Эти оборотни точно что-то делают со мной. 

Дамиан присел на край кровати. Его пальцы коснулись моей щеки, и он произнёс:

– Я вижу, что ты злишься. И если бы всё не было слишком серьезно, я бы определенно остался здесь, – в голосе оборотня проступили хриплые нотки, когда он проникновенно добавил, – с тобой.

Ой-ёй, почему сердце вдруг заколотилось как бешенное? Из-за страха? Очень надеюсь, что именно в этом причина. Тогда становится неясно, отчего вместо холода я ощутила тепло. Вот это мне уже не понравилось.

– Не волнуйся, всё хорошо, – пролепетала я, уклоняясь от очередной ласки как от огня. После чего спотыкаясь, слетела с кровати и, метнувшись к своему плащу, бросила на ходу: – Так что поспешим.

Если моё поведение и озадачило Дамиана, он этого не показал. Пока я лихорадочно закутывалась в накидку, мужчина успел привести себя в порядок и набросить камзол – от вида ткани, плотно облегающей слишком идеальный торс, я мысленно застонала. Ну нельзя же быть настолько соблазнительным в одежд!

Дверь передо мной галантно распахнули и пропустили вперед. Я без задней мысли вышла из покоев оборотня, а он последовал за мной.

Как только мы оказались в коридоре, по закону подлости тут же наткнулись на парочку волчат. Вот и где были мои мозги? Дамиан-то спешит, но что стоило мне задуматься о скрытности и отправить мужчину на разведку? Теперь две пары глаз одинаково удивленно взирали на мою фигуру застывшую чуть ли не под боком у их куратора.

Это было даже забавно – парни выглядели как небо и земля: один крепкий, накачанный и тёмненький, а второй мелкий, щуплый и рыжий. Не смотря на их контрастность сейчас на их лицах застыло одинаково глупое выражение.

– Увидели что-то интересное? – спокойно спросил Дамиан, без лишней суеты закрывая дверь. Оборотень выглядел так невозмутимо, будто это не он только что вышел из своей комнаты с подозрительно всклокоченной ведьмой.

Оба волчонка лихорадочно замахали головами. Они стояли как вкопанные, позволяя себе только хлопать глазами.

Дамиан посмотрел на них очень одобрительно, но при этом оба парня почему-то вздрогнули после его фразы:

– Правильный ответ. 

Взяв меня под локоть, оборотень ненавязчиво потащил меня за собой и отпустил лишь после того, как мы свернули на лестничный пролёт.

Когда наши шаги принялись отсчитывать ступеньки, меня неожиданно охватила… неловкость? Мы идём, молчим, и я чувствую себя как нашкодившая ученица, которую сейчас будет отчитывать преподаватель. Наверное, сказалось то, что нас по факту поймали “на горячем”. Теперь ещё и Кириану точно доложат.… Как-то слишком неудачно всё сложилось.

Так и не нарушив тишины между нами, я с понуро опущенной головой направилась на свой этаж. Что странно – оборотень последовал за мной. Хорошо хоть здесь мы никого не встретили, иначе я бы замучилась объяснять, почему куратор оборотней провожает меня до комнаты. Да ещё и с таким сосредоточенным выражением на лице.

– Мы пришли, – зачем-то пробормотала я, останавливаясь перед своей дверью. Дамиан посмотрел на однотипную створку и кивнул. Мы ещё какое-то время молча постояли, перед тем как Дамиан резко склонился ко мне. 

Его горячее дыхание опалило мой висок:

– Ведана, ещё раз узнаю, что ты разгуливаешь по академии в таком виде, – мужская ладонь легла на ткань, обрисовав мою талию, а затем последовали слова, от которых всё вылетело из головы, – я тебя отшлепаю.

Понятия не имею, как мне удалось сдержаться и не выдохнуть “да хоть сейчас!”. Но меня так взбудоражила эта угроза, что я даже вымолвить ничего не смогла – стояла столбом и дышала, как загнанная лошадь, пока такой аппетитный мужчина уходил прочь.

Видимо пора уже признать, что я попала. При том по крупному. Или резко отупела, раз радуюсь обещанию наказать меня. Ведь оно подразумевает, что этому мужчине я… не безразлична. 

Кириан говорил: Дамиану плевать на других, но сейчас это утверждение рассыпалось на мелкие кусочки. Да, можно решить, что Дамиан так ведёт себя из-за моей доступности – сама прыгаю в кровать, грех таким не воспользоваться – и здесь лишь собственнические чувства. 

Но ведь этот мужчина слишком хорош собой, чтобы расслабляться только с женщинами, которые сами на него вешаются. Если Дамиан захочет он, точно добьется внимания кого угодно. Одна его аура взрослого, уверенного мужчины чего стоит. И я не хочу, чтобы кто-то кроме меня ощущал на себе его заботу, ревность и…

Нет. Я не имею права. Слишком эгоистично требовать верность от мужчины, когда сама не можешь обещать её в ответ. Как же я ненавижу ведьмачью природу.

Тряхнув головой, разозлилась на себя. Надумала тут глупостей, расстроилась и принялась себя жалеть. Нужно просто выбросить неуместные мысли из головы, а чувства всегда можно притупить.

С твёрдой уверенностью в то, что я справлюсь со всем – даже с этими мерзкими ощущениями, расцветающими рядом с Дамианом и Кирианом – я распахнула дверь. Комната встретила меня густой темнотой, но зажечь свет я не успела.

Едва оказавшись на пороге, я ощутила чужое присутствие. Но прежде чем успела испугаться, в комнате стало светло. В меня вонзились подозрительно сузившиеся карминовые глаза.

– Так-так-так, и где это тебя носит, – протянула Марика сидя в кресле у окна. Её влажные волосы вились сильнее обычного, а стройная нога, закинутая на ногу, выглядывала из разреза зеленого домашнего платья.

– Ты меня напугала, – прошипела я, старательно успокаивая выпрыгивающее из груди сердца. – Видимо нужно отозвать твой ключ, если не хочу помереть от сердечного приступа.

– Тему-то не переводи, – деловито хмыкнула ведьма поднимаясь. – Куда это на ночь глядя ходила моя дражайшая подруга пару часов назад утверждавшая, что очень занята.

– Марика, – вздохнула я, наконец, закрывая дверь, – мне сейчас не до допросов. – Сказала и хмыкнула про себя: ведь совсем недавно похожие слова я слышала от Дамиана. 

Прочь, прочь мысли об оборотнях! Мне надо побыть наедине с собой.

– Не до меня, ну-ну, – протянула подруга и резко подскочив, потянула ворот моей накидки. Заметив, что под ней ничего нет, она горячо воскликнула: – Так и знала! У тебя кто-то есть! Почему не рассказала?

– Слушай, я правда сейчас не в наст…, – договорить я не успела, потому что красные глаза ведьмы расширились, когда она увидела у меня что-то чуть ниже шеи. После чего я только взвизгнуть успела – Марика бесцеремонно распахнула мой плащ.

Цепкий взгляд ведьмы в мгновение окинул мою кожу профессиональным глазом. Точёная бровь поползла вверх.

– Веда, ты спишь с оборотнями? – неверяще пробормотала подруга, разглядывая, моё тело... покрытое не менее десятком засосов. Слишком очевидно было, что эти следы оставили как минимум двое мужчин: часть отметин была более тёмной и крупной, а часть свеженькой, более аккуратной и с розовыми ореолами ещё раздраженной кожи.

– Да с чего ты взяла? – неожиданно для себя стала выкручиваться. Полы накидки я с трудом отобрала из цепких лапок Марики, и замоталась в ткань как девственница, встретившая развратника.

Скептически посмотрев на меня, ведьма накрутила алую прядь на пальчик и скучающе произнесла:

– Не посыпай мне мозги магической пылью. Наши парни не метят любовниц, а вот блохастые гости обожают это делать. Тем более если у женщины есть кто-то ещё.

– Что за глупости? – не слишком убедительно фыркнула. – Я же не территория чтобы меня ме…, –  зажать себе рот я догадалась слишком поздно. 

Глаза подруги вспыхнули победным огнем, и она обвиняюще ткнув в меня пальцем воскликнула:

– Ага! Всё-таки ты спишь с кем-то из оборотней. Почему мне не сказала? Я же и обидеться могу. – Её настроение менялось с каждой фразой и в конце на меня посмотрели очень осуждающе и выпятили нижнюю губу.

– Марика, ну не начинай, – простонала я, пытаясь пробраться к ванной. Но подруга у меня упёртая: встала грудью, не давая мне сдвинуться с места пока мы всё не проясним.

– А что мне остается кроме как обидеться? Я же тебе всё рассказываю, – начала давить на жалость Марика, – всем делюсь, а ты в тихую соблазнила этих красавчиков. Интересно скольких? – подруга снова воспылала любопытством, но поспешно его сбросив, затараторила: – Не туда мысль ушла. В общем, Веда, с подругами так не поступают. Может я тоже хочу жаркий секс с двуипостатным? Не жадничай. Давай устроим небольшую вечеринку, о которой твоей графине знать необязательно.

Только на мгновение. Я представила себе лишь на одно проклятое мгновение, что я делюсь МОИМИ оборотнями с Марикой – мы ведь не раз это делали с другими мужчинами – и меня накрыло.

В комнате резко похолодало, вокруг меня затрещал воздух, а в груди разлился пожар. Он как кислота разъедал солнечное сплетение, при этом отдаваясь болью в лопатках. Показалось даже пол тряхнуло под ногами, хоть от простого выброса маны такого быть не может. 

– Убирайся. – Всего одно слово, сказанное, казалось, не моим голосом, превратило Марику в бледную тень. Огонь её глаз утонул в страхе и даже веснушки, так горячо любимые этой ведьмой, словно потеряли цвет. 

– Ты чего? – тихо прошептала Марика. – Я же ничего такого не сказала…

Напряжение во мне росло, пожирая весь здравый смысл, но даже эти чувства были моими. Только поэтому я смогла обуздать что-то настолько незнакомое, инородное и непривычное. Главное дышать как можно глубже, чтобы снова не сорваться. А так же логически поразмыслить.

Верно, в словах подруги не было ничего такого, чтобы настолько выходить из себя. Умом я понимала – таков наш быт, но вот в груди всё так же жгло.

– Извини меня, Рика, – выпалила, крепко зажмурив глаза. – Ты не виновата. Просто я не такая как вы, и иногда мой второй источник даёт о себе знать.

Пусть мне удалось взять себя в руки, но.… Было страшно поднимать веки, страшно видеть разочарование в глазах такой близкой подруги. Это всего лишь вспышка, простой срыв, но он мог оттолкнуть дорогую мне Марику. И я не знала, как ещё исправить произошедшее. Как можно объяснить другому то, что ты сам не до конца не понимаешь?

Даже не заметила, как меня начала бить дрожь. Сказывалось нервное напряжение. Эти качели с мужчинами, слишком не безразличными мне, творящееся вокруг – всё просто смешалось и вынудило меня взорваться.

Крепкие теплые объятья заставили вначале сильнее напрячься, но потом я расслабилась и уткнулась носом в хрупкое плечо пахнущее корицей.

– Это ты прости, – тихо сказала Марика. – Ты так стараешься, что временами я забываю, как обошлись с тобой кровные родители. – Подруга погладила меня по голове и спросила: – Твои любовники в курсе?

Я грустно фыркнула и пробубнила ей в плечо:

– И как мне это сказать? Привет, я – Ведана Вомелиан. Да-да как раз из той чокнутой семейки, что ставила опыты над оборотнями. Ой, и знаете, жизни ваших сородичей не пропали даром! У меня с младенчества есть второй источник для природной магии. Только чтобы его заполнить, мне нужно тянуть силу из вас.

– Не утрируй, – вздохнула Марика, прижимая меня к себе крепче. Она знала, насколько трудно дались мне эти слова. Ведь я даже мыслей о своем прошлом старалась не допускать. Зато мой чёрный юмор смягчил подругу, и она успокаивающе сказала: – Но суть я поняла. Так же как и то, что твоё мироощущение отличается от нашего. Пусть ты чистокровная ведьма, но чужое вмешательство сделало тебя чуточку иной. 

Я тихо шмыгнула носом, не особо радуясь своей принудительной  “уникальности”. Марика вдруг взяла меня за плечи, резко отстранила от себя и зачастила:

– А может это шанс? В тебе ведь есть частичка от оборотней. Что если…

– Нет, – перебила подругу. – Я не хочу этих пустых надежд. Не будет счастливого финала у этой истории, тем более, если они узнают о моём прошлом.

Марика возмущенно фыркнула:

– Ты же не виновата. Ведана, тебе нечего бояться и уж тем более стыдиться.

– Да, – согласилась я и тут же добавила, – но есть, что скрывать. Ковен будет недоволен. По всем документам моей семьи не существует, и последних её представителей казнили сами оборотни. – Как только я произнесла это вслух до меня, наконец, дошло насколько всё плохо. Опять уткнувшись в плечо подруги, я простонала: – О, Геката, как же меня угораздило настолько вляпаться?

Марика взъерошила мои волосы и ободряюще сказала:

– Всё будет хорошо, слышишь? Между прочим, перед тобой самая циничная из ведьм не понимающая смысла верности, но даже я не могу отрицать существование любви. А она очень глупая: всё прощает, на всё закрывает глаза и делает счастливыми тех, кто открывает ей сердце.

Подняв голову, я с подозрением посмотрела в алые глаза ведьмы, чтобы удивленно хмыкнуть:

– Не думала, что ты умеешь быть такой романтичной.

– А я не думала, что ты можешь быть такой размазнёй. Где та ведьма, которая с пинка открывает двери даже в кабинет ректора?

– И кто из нас утрирует? – уже почти усмехнулась я.

– Плевать! Главное что ты – Ведана Ронк и ты такая, какая есть, а остальное не важно.

Именно этих слов хватило, чтобы буря во мне успокоилась. По меркам людей Марика была за пределами образцовой девушки, но как подруга эта ведьма переплюнула всех.

– Спасибо, Рика, – искренне произнесла я, – теперь мне гораздо лучше.

Глава 29: Ведьма и признание

Когда Марика ушла к себе я отправилась отдыхать. Ну, точнее попыталась… 

Уже пару часов ворочаясь в постели, я никак не могла уснуть. Просторная сорочка на широких бретелях раздражала, одеяло казалось слишком тяжелым, а в комнате было чересчур темно и тихо. 

В итоге тяжело вздохнув щелчком пальцев, зажгла светильник у кровати – его ненавязчивый жёлтый свет едва тлел, лишь немного разгоняя тьму. Стало немного легче, но сон всё так же упорно не шёл. В мыслях роились потревоженные воспоминания, не позволяя мне расслабиться и уснуть.

Хотя это странно.

Ведь моё детство, что я помнила, заполнено только уютным домиком мамы, множеством пряжи из которой она казалось, может смастерить что угодно, и запахом сладкой выпечки тетушки Дэлии. Там иногда даже мелькал лорд-ректор, изредка разговаривающий о чём-то с мамой.

Моё сознательное прошлое не включает в себя похожих на меня элетари, а также фамильного замка с подвалами, хранящими ужасные секреты – эту деталь я узнала лишь после того, как поступила в академию. Тогда ректор раскрыл мне правду о моей настоящей семье, а также предупредил, что Ковен наблюдает за мной. Я не помнила даже ритуала запечатавшего мой второй источник, но при этом со мной всегда было ощущение некой неполноценности, отчего у меня накопилось много вопросов. К сожалению, ответы нашлись почти сразу, как я узнала правду семьи, к которой принадлежу.

Ко мне в руки попал дневник моего отца – единственная вещь, оставшаяся от некогда громкой фамилии. Не с первого раза, но я прочла его. После чего хладнокровно сожгла и зареклась ещё хоть что-то узнавать о своей семье. С того момента я гнала от себя мысли о прошлом тех, кто дал мне жизнь.

Мне не хотелось иметь ничего общего с Вомелианами. Они положили жизнь на то, чтобы излечить нашу расу от необходимости иметь несколько партнёров ради сохранения своей магии. Их дело может показаться благим, если не брать в расчёт то, что они экспериментировали с источниками других рас, а под конец, когда отдали предпочтение оборотням на алтарях, они повадились проводить опыты на собственных детях. Ужасная, одержимая семья. Меня передёргивает от осознания, что я унаследовала от этих психов фамильные черты: белую кожу, синие глаза и волосы цвета вороного крыла.

Так тщательно отгоняемые мысли теперь не давали покоя. А что если во мне куда больше от предков, чем просто внешность? Спящий природный источник скорее добавит проблем, нежели повлияет на меня в лучшую сторону. Вдруг рано или поздно я сорвусь… Небольшая стая оборотней, сидящая по клеткам, обеспечит меня внушительным запасом магии без надобности прыгать из койки в койку. Тогда, быть может, я смогла бы выбрать либо Дамиана, либо Кириана и быть счастливой. 

После таких размышлений, как долго получится противиться соблазну, цепляясь за несуществующую человечность? Хорошо хоть в душе поселился страх – если я открою охоту на оборотней, и мой избранник узнает об этом, наше с ним счастье продлиться недолго. Да и Ковен предпочтёт лично сжечь меня на костре.

Как же тяжело...

За окном уже была глубокая беззвёздная ночь, и впервые мне захотелось поскорее увидеть разноцветное сияние в небе. Уже совсем скоро город погрузится в долгую ночь, но именно эти краски на небосводе помогут здешним жителям не бояться. Наверное, именно поэтому многие так любят Грэмхелл – суровый, морозный, но такой сказочно прекрасный.

Неожиданно в дверь постучали. Звук получился каким-то неуверенным или просто осторожным. Казалось, что поздний гость не хочет потревожить кого-то помимо меня и это странно. Ни адепты, ни преподаватели не отличались излишним вниманием к другим.

Не став дожидаться повторного стука, встала с кровати и направилась к двери. Помимо воли мысленно выстроилась парочка атакующих заклинаний – мало ли кого там принесло под покровом ночи. Дверная ручка противно скрипнула, неплохо резанув по нервам, и я резко распахнула дверь.

У моего порога замерла высокая фигура в тяжелом плаще. Снежинки на капюшоне и плечах не успели растаять, а от таинственного гостя тянуло холодом. 

Мои глаза привыкли к полумраку коридора, и я поняла, что насчет «таинственного» поспешила. Но узнавание вызвало ещё больше удивления.

– Ты что здесь делаешь? – спросила я откровенно сбитая с толку таким визитом.

– Пусть у меня под плащом есть одежда, – скрывая усмешку начал Дамиан, – но я пришёл тебя соблазнить.

Глядя как светятся серебром глаза мужчины, едва удержалась, чтобы не улыбнуться как дура. Украдкой переведя дух, сложила руки на груди и скучающе протянула:

– Поздно вы спохватились, мастер Дамиан.

Наверное, на мне сказались тяжелые мысли, потому как мне было плевать, насколько верно истолкует мои слова этот оборотень. Сейчас я хочу, чтобы уговаривали меня.

Сбросив с головы капюшон, Дамиан шагнул ближе. Я не шелохнулась.

На мягких губах мужчины лениво расплылась улыбка, от которой у меня что-то ёкнуло между рёбер, и Дамиан низким, вибрирующим голосом предложил:

– Разреши мне войти, и я сыграю с тобой в эту игру. – У меня в горле и так пересохло, а этот соблазнитель поспешил меня добить: – Только сегодня я готов уговаривать тебя столько, сколько твоей вредной душе будет угодно.

Он точно лукавил, да ещё и преувеличивал. Но меня поразил тот момент, что для этого оборотня я как открытая книга – могу капризничать, а он, не надумав себе чего-то лишнего, подыграет. Поэтому опасно иметь дело со зрелыми мужчинами. Такие как Дамиан слишком хорошо умеют добиваться желаемого.

– Входи, – почти безразлично сказала я. – Но учти, только сегодня я сделаю вид, что ты можешь мной управлять.

– Управлять тобой, играя по твоим же правилам? – Хмыкнул оборотень, переступая порог моей комнаты и закрывая за собой дверь.

Я отошла, оставляя мужчине больше пространства и пожав плечами ответила:

– Именно так и управляют другими. Всё остальное остаётся ничем иным как принуждением.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Ожесточенного спора не получилось, потому что Дамиан начал слишком пристально рассматривать мою сорочку, после чего задумчиво изрёк:

– Напомни мне больше не спорить с тобой, пока ты не запакована в одежду с ног до головы. Такая интересная тема, а я могу думать только о твоей коже под этой полупрозрачной тряпкой.

Фыркнув, я молча указала на вешалку и, покачивая бедрами, подошла к кровати. Мужчина не стал возиться слишком долго.

Спустя семь ударов сердца я почувствовала прохладные пальцы на моей спине. Они, едва касаясь, очертили мои лопатки, поднялись выше к шее и зарылись в волосы. Это было очень приятно, но стало куда приятнее после того как моего плеча коснулось горячее дыхание.

Первый поцелуй вызвал табун мурашек, но я продолжала неподвижно стоять, не поворачиваясь, не поощряя, но и не убегая от ласк.

– Почему ты так приятно пахнешь? – прошептал Дамиан мне в шею. – Такой ни на что не похожий аромат.… Хочется вдыхать его постоянно. – После этих слов влажные губы поднялись выше, чтобы напасть на мочку моего уха. 

Коленки подозрительно ослабели, пока я проклинала себя за слишком быструю капитуляцию. Ну что это за крепость, которая сдаётся так рано? Но боги, как же меня заводит этот хриплый голос, эти обжигающие губы и руки, слишком целомудренно касающиеся меня. Коварный оборотень делал всё, чтобы я сама попросила большего.

Как только я развернулась, то поняла – ещё никогда в жизни мне не было так приятно проигрывать. Стоило мне лишь немного потянуться к мужчине, как моими губами завладели, и все мысли вылетели из головы.

Моя кровать приняла нас в свои объятья, пока мы страстно целовались. Словно изголодавшись по ласкам, мы торопливо гладили друг друга, забираясь под мешающую ткань. Возбуждение оказалось столь велико, что было жаль тратить время на раздевание.

Дамиан стащил мою сорочку с одного плеча, высвобождая грудь из плена легкой ткани. Его губы жадно припали к моему напряжённому соску, и я застонала. Пока Дамиан кончиком языка терзал горошину соска, заставляя меня выгибаться навстречу, он попутно расстегнул свои брюки, выпуская наружу возбужденную плоть.

Доведя меня до исступления, любовник со стальными глазами оставил мою грудь в покое и, расположившись у меня между бёдер, рывком вошёл в моё лоно. Вместе с сорвавшимся с моих губ стоном наслаждения порочно хлюпнула смазка – слишком эротично и развратно.

А потом всё стало больше походить на безумие.

Перед глазами плыло, тело подбрасывало от удовольствия при каждом толчке, пока наши стоны заполняли мою комнату. Мой волк грубо трахал меня, срывая с моих губ своё имя. Дамиан будто знал, что сейчас мне нужно именно это – только секс без лишних нежностей и слов. После всех переживаний я нуждалась в крепком члене, пронзающем мою суть.

В порыве страсти я, кажется, оторвала пуговицы на тёмной рубашке любовника. Зато теперь было удобнее царапать его бронзовую кожу на груди – до плеч я не доставала – если бы не штаны, то и крепким мужским ягодицам бы досталось.

– Сильнее... ещё сильнее, – молила я охрипшим голосом под аккомпанемент мужских стонов. 

Бёдра пронзила мимолётная боль. Бросив взгляд вниз, увидела, что мужские пальцы уже венчают внушительные когти. Видимо не одну меня подводит выдержка. Пришлось закусывать костяшку пальца, чтобы не провоцировать мужчину ещё больше – в этот раз он успел вовремя ослабить хватку и потому не сильно ранил меня, так что лучше не искушать судьбу.

Не знаю как, но я почувствовала приближающийся оргазм Дамиана. Это было похоже на немного тянущее, но при этом безумно приятное ощущение, укоренившееся внизу живота. По телу любовника прокатилась дрожь, его глаза вспыхнули особенно ярко, после чего он протяжно застонал и излился в меня. 

Всё было настолько сладостно и эротично, что я кончила сразу после Дамиана – он всё ещё продолжал медленно двигаться, давая мне возможность нагнать его.

Едва меня накрыло удовлетворение, как я провалилась в сон. Позор мне! Потому что ещё ни разу мне не доводилось вот так отключаться всего-то после одного захода.

Чтобы поберечь свою гордость буду считать, что на мне сказалось постоянное нервное напряжение. Ну, правда, я ведь не железная. Тем более после такого бурного секса грех не отключиться – вроде трахали меня, но при этом все силы просто растворились в страсти любовника.

Проснулась я так же резко, как и заснула. Постель рядом была пуста, но примятая подушка давала ясно понять – Дамиан не сбежал к себе, а решил подремать у меня. Жаль, что не дождался моего пробуждения: так бы мы смогли ещё пошалить, но всё равно эта ночь однозначно удалась.

Пока я умывалась и приводила себя в порядок перед занятиями, заметила, что в мыслях царила лёгкость. Давненько мне не было настолько спокойно. Обычно после сна в груди уже привычно давило, но сейчас я чувствовала себя просто замечательно. У меня было настолько хорошее настроение, что я даже не расстроилась когда вынула итериалл из зелья и обнаружила, что он просто поменял цвет. Я только пожала плечами, да сделала зарубку в памяти вечером напоить артефакт другим составом.

Удачно сложилось, что сегодня занятия у нашей куцей группы начнутся лишь после обеда. Так что я спокойно успела собраться, сходить позавтракать, а заодно и пообедать, и направить свои стопы в сторону нужного крыла.

Похрустывая яблоком, я улыбалась непонятно чему. Мантия болталась на сумке – мне было лень её надевать – отчего некоторые из встречных адептов косились на меня. Но мне было всё равно. Форма обязательна во время занятий, а у нас они ещё не начались.

Чем ближе я подходила к выходу во двор, тем чаще стала замечать чем-то взбудораженных студентов. Они подозрительно толпились у широких дверей при этом, не пытаясь выйти.

– Что за суматоха? – приблизившись, поинтересовалась у ближайшего ведьмака.

– Там два оборотня сцепились! – восторженно ответил тот, вытягивая голову, чтобы лучше видеть происходящее на улице.

А, понятно, сытым адептам захотелось зрелищ. Ничего особенного. Выходить на холод никому не хотелось, но мне-то надо было наружу, так что пришлось проталкиваться сквозь толпу.

На широкой террасе под навесом, заменяющей верхнюю ступеньку у выхода, обнаружился Вельт. Я протиснулась к нему желая предложить вместе дойти до аудитории, да так и остановилась рядом с ведьмаком завороженная открывшимся зрелищем.

Два громадных белых волка с каким-то излишним наслаждением пытались смешать друг друга со снегом – только шерсть и летела. Бой проходил как-то слишком тихо. По округе разносились лишь звуки ударов, когда мощные тела врезались друг в друга, да слышался досадливый рык после холостого щелчка зубами.

– И чего они не поделили? – Спросил кто-то совсем рядом и вездесущий Вельт тут же ответил:

– Да кто их знает. Я только и успел увидеть, как белобрысый оборотень вцепился в воротник своего куратора и принялся что-то ему рычать, а потом, хлоп, и на месте людей уже два волка.

– Что? – глухо переспросила я. Вся лёгкость и расслабленность улетучилась вместе с огрызком яблока, выпавшим из моих пальцев. – Это Дамиан и Кириан?

– Вед, – недовольно покосился на меня друг, – ну откуда мне знать, как зовут этих мохнатых.

Пусть подтверждения я не получила, но сомнений больше не было.

Ах вы, мужланы треклятые! Это так вы решили выплеснуть свою ревность? Ну что за идиоты! Нет бы начать активнее добиваться желанной женщины, так они вместо этого предпочли когтями помахать? Идиоты!

– С дороги, – рыкнула впередистоящим адептам, не особо мягко расталкивая их в стороны. Кто-то даже не удержался на ступеньках и с проклятиями в мою сторону рухнул в сугроб у порога.

Ступеньки закончились быстро, снег захрустел под ногами, пока я уверенно спешила к грызущейся парочке моих любовников. Мелькнула мысль о новом наказании для этих двоих, но я её отмела: сама заварила эту кашу, сама и буду расхлебывать.

Почти сразу кожу принялся кусать мороз – ни мантию, ни плащ я так и не накинула – но мне было всё равно. Пусть блузка и юбка, собирающая снег на подол, совершенно не грели, с этой задачей справлялась злость.

Оказавшись достаточно близко я, не думая о последствиях, злобно прошипела заклинание. Перед моими ладонями вспыхнули магические круги, а после оба рычащих животных под всеобщий удивленный выдох припечатало заклинанием гравитации. 

Дождавшись когда ярость волков достаточно поутихнет, чтобы видеть не только противника, но и меня, подошла вплотную, продолжая удерживать заклинание и не сдерживаясь, заорала:

– Вы что устроили?! У вас проблем недостаточно? – Мой злой голос прокатился по дворику не хуже раскатов грома. Оба волка уже более осознанно посмотрели на меня, и я продолжила: – Куда сбежал весь ваш здравый смысл, когда вы вцепились друг другу в глотки? Вы демоновы союзники и не можете вот так грызться из-за бабы!

Злость взяла верх, и магия развеялась, не желая работать с неуравновешенной ведьмой. Забавно, но оба волка остались покорно лежать на своих местах. Их уши были прижаты к голове, а в звериных глазах горело неподдельное раскаяние.

Поддавшись некому порыву, я решила озвучить то, что осознала пока шла навстречу к грызущимся волкам:

– Скажу это только один раз. – Мой твёрдый взгляд достался сначала льдистым глазам, а потом стальным. После чего ни секунды не колеблясь, я громко произнесла: – Вы мне нравитесь. Оба. Может даже больше, чем просто нравитесь…, – пустилась я в рассуждения, опуская взгляд, но тут же встряхнув головой, устыдилась своих чувств. Потому гордо вскинув подбородок, я решительно сказала: – Вы всё начали, и я не собираюсь разгребать это одна! 

Пока эхо последнего слова оседало на стены академии, за моей спиной медленно, но верно растекалась гробовая тишина. И разрушить её посмела только сочувственная фраза Вельта:

– Ох, Веда, и где ты только находишь такие проблемы?

Глава 30: Ведьма и бал

Проспав почти сутки я, наконец, почувствовала себя больше живой, чем мёртвой. А всё, мантикора их покусай, из-за парочки небезразличных мне оборотней. 

Шесть дней назад поддавшись эмоциям, я мало того, что призналась Кириану и Дамиану на глазах у толпы адептов, так ещё и заклинание использовала… боевое. Поэтому, как только слова Вельта затихли, в моей голове раздались уже знакомые требования проследовать за наказанием.

В тот день, больше ничего не сказав, я сразу отправилась в Ковен, где мне уже не повезло так, как в прошлый раз. 

Дежурный ведьмак отправил меня отрабатывать наказание к фармацевтам в главную клинику Грэмхелла, а это, между прочим, настоящее наказание! Там такое количество работы, что добровольно в лабораториях, где создают лекарства, работать никто не хочет. А ещё и направивший меня туда ведьмак ехидно уточнил, что отработать нужно шестьдесят часов. Шестьдесят! Притом что до праздника оставалась неделя, и мне очень не хотелось прозябать над пробирками после бала.

Чтобы отработать наказание как можно быстрее, мне пришлось отдавать клинике минимум одиннадцать часов в день. Некоторые лекции я пропускала, но хорошие оценки позволили мне немного понаглеть. Тем более появился прекрасный повод не ходить на физ подготовку и продолжать игнорировать Дамиана. Кириан тоже впал в немилость – с ним я также не разговаривала с того случая во дворе. 

На самом деле это было не из вредности – у меня просто не хватало времени. Да и силы нужны чтобы нормально поговорить, а где мне их взять, если большую часть суток я отрабатываю наказание? Оставшиеся часы между коротким сном приходилось выделять учебе – не хватало ещё, чтобы мне запретили вход на праздник из-за упавшей успеваемости. 

Вот и вышло, что неделя для меня слилась в сплошную учёбу и работу. Иногда даже поспать не удавалось, потому что подработка у графини Исиль никуда не делась. Потому пришлось оставить все вопросы с парочкой оборотней до лучших времён.

Под конец отработки я настолько устала, что мне пришлось пропустить все вчерашние занятия, чтобы отоспаться. Наверное, я и дальше продолжала бы посапывать укутавшись в тёплое одеяло, если бы не настойчивый стук в дверь, после которого в мою комнату бесцеремонно вторглась Марика.

– Подъем, Веда! Пора делать из тебя красотку, чтобы твои оборотни слюной захлебнулись!

Вяло моргая и продолжая кутаться в одеяло, я села на кровати. Это был мой максимум. Более бурной реакции Марика от меня не дождётся. Она собственно и не ждала.

Отчаянно зевая, я сонно наблюдала за бегающей туда-сюда подругой – Марика расставляла на столике флаконы с косметическими средствами, коробочки с пудрой и краской при этом что-то напевая себе под нос. Метнувшись в мою ванную, Марика включила душ, давая ему нагреться, и прокричала оттуда:

– Шевелись, копуша! Не то опоздаем!

С тоской оставив одеяло на кровати, я пошлёпала в душ, пропуская мимо себя слишком суетящуюся Марику. На её голове творился настоящий хаос из тряпочек – видимо она решила, что её прическе не хватает объёма. И что за удовольствие быть одуванчиком, при том алого цвета? Хотя это точно будет получше моего фиолетового колтуна на все волосы.

Горячая вода взбодрила не хуже холодной. По крайней мере, я больше не мёрзла – кровь разогналась, превращая меня из сонной мухи в нормальную ведьму. А любимые бутылочки с маслами и шампунями привели в порядок то недоразумение, что творилось на моей голове. Теперь как только волосы высохнут, они засияют лёгкими волнами.

– Сколько сейчас времени, – спросила я у подруги, вытягивая за собой из ванной клубы пара.

– До бала его остаётся всё меньше и меньше, а нам ещё столько нужно сделать, – не совсем точно ответила Марика. На её лице уже красовалась зеленоватая маска и как только я оказалась достаточно близко, меня усадили в кресло, чтобы нанести точно такую же.

Дальше последовали косметические процедуры под пустую болтовню. Мне удалось вытянуть из подруги правду о шепотках за моей спиной. Было бы удивительно, если бы и адепты и преподаватели не перетирали такую шикарную новость – любовный треугольник: ведьма и два оборотня. 

Кто-то был возмущён, кто-то зубоскалил, а кто-то откровенно завидовал. Ведь это так волнительно оказаться меж двух волков, ещё совсем недавно бывших нам врагами. Угу, уже волосы начинают выпадать от постоянного пребывания в волнении...

Меня все сплетни лишь позабавили. Стыдиться я точно не собиралась, так же как и гордиться своим “везением”. К тому же сейчас мне куда важнее нормально поговорить с оборотнями, при том с обоими сразу. Но, наверное, это лучше отложить ещё на денёк – сейчас у меня в планах хоть немного повеселиться.

Но как всегда всё пошло наперекосяк с самого начала.

– Ой, а что это у тебя? – любопытно спросила Марика, вытягивая за серебристую цепочку – да вы издеваетесь – светящуюся капельку голубого топаза. Составы в ванночках для итериалла я, кажется, меняла в полузабытье едва приползала в спальню.

– Проблема, Рика, очень большая проблема, – убито выдохнула я, подходя к подруге. Вынув из её пальцев кулон итериалла, поняла, что сегодняшний вечер я проведу в поисках источника. При том источника отравления воздуха. 

Слабая пульсация камня указывала на то, что зелье распылено повсюду. Вот почему в прошлый раз стоило мне только оказаться в стенах академии, я стала забывать о похищениях. 

Марика переводила взгляд то на меня, то на яркий камешек в моих руках и, не дождавшись пояснений, произнесла:

– Я не совсем понимаю.

– Тебе и не нужно, – заверила подругу. – Прости, но ты всё равно забудешь мои слова. Просто давая дальше готовиться к балу, а как только я смогу докопаться до истины, сразу всё тебе расскажу.

– Хорошо, – привычно доверилась мне Марика. Поначалу в её глазах светился вопрос, но чем больше времени проходило, тем тусклее он становился, пока не исчез совсем.

Когда за окном стали пропадать последние лучи света, мы уже нарядные стояли на широкой террасе с остальными адептами и провожали последний день этого года. 

Как только на небе остались лишь звёзды, Грэмхелл стали окутывать огоньки. С нашего места было прекрасно видно, как вспыхивают магические светильники, вырисовывая улочки города, очерчивая главную площадь и намечая разномастные дома. Теперь рассеивать тьму предстоит только этому свету – в дневные часы он будет ярче и теплее, а в ночные приглушеннее и холоднее. Так людям будет проще переносить долгую ночь.

Из просторного зала позади нас полилась праздничная музыка, и все под гул голосов потихоньку начали покидать террасу. Впереди всех ждали закуски и выпивка, а также танцы до самого утра. 

Любуясь городом, купающимся в огоньках, я набрасывала план как поступить. В итоге решила немного выждать, чтобы все обитатели академии расслабились и нашли чем себя занять в праздничную ночь, и лишь после этого я отправлюсь на поиски источника отравления воздуха. 

Мне не хотелось без доказательств идти к ректору. Вот узнаю как можно больше и тогда направлюсь к нему. Тем более за мной тут уже наблюдают две тени, потому сомнительно, что мне удастся погулять в одиночку.

Приподняв тяжелый подол синего платья, я неспешной походкой направилась обходить зал – вроде бы просто прогуливаясь, но при этом, не забывая поглядывать в зажатую ладошку. Кулон пришлось носить в руке, потому что на платье декольте почти не было – бархатная ткань оставляла открытыми только плечи и ключицы. Зато на спине, в обрамлении красивых складок, были видны лопатки, что уравновешивало достаточно закрытый наряд.

Пусть я влюбилась в это платье из-за его, казалась бы простого кроя, но при этом совершенно шикарной ткани и драпировки, оно оказалось не самым удобным для моего дела. Вот и приходиться теперь таскать итериалл в руке, чтобы сразу определить, куда следует идти дальше.

Сильнее всего артефакт засветился, когда я оказалась у северной стены зала. Пришлось даже прикрывать кулак с зажатым в нём кулоном второй ладонью, чтобы не привлекать ненужного внимания. Мне и так приходилось отмахиваться от приглашений на танец. Вельт даже сделал вид, что обиделся. Позёр.

Ещё немного понаблюдав за веселыми парами, плывущими в танце, я покинула праздник. У меня нет времени быть беззаботной адепткой. И чтобы такой вечер не был последним, нужно отыскать хотя бы место, откуда всех травят сильфидским зельем забвения.

Я не успела уйти по пустынному коридору слишком далеко, прежде чем услышала:

– Можно ли узнать, куда ты направляешься? – Ох уж этот голос с хриплыми нотками. Благодаря такой мелочи Дамиана можно было узнать не оборачиваясь. Но я всё же остановилась и замерла вполоборота к нему.

– Если скажу «нельзя», ты развернёшься и уйдёшь? – моя фраза прозвучала холоднее, чем я ожидала, но так, наверное, даже лучше. Пора уже расшевелить своих любовников.

Дамиан подарил мне улыбку, так и кричащую о том, что он в курсе всех моих мыслей, и обаятельно ответил:

– Определенно нет.

Оборотень был, как всегда одет с иголочки. Тёмно-шоколадный костюм делал его песочные волосы немного темнее. А серая рубашка с серебристой вышивкой очень шла к стальным глазам Дамиана. Но сегодня я точно не чувствовала себя неуютно рядом с ним.

– Ты очень красивая, – неожиданно сделал мне комплимент оборотень, делая шаг навстречу. 

Смущаться или отнекиваться я даже не думала. Мне было приятно услышать такие простые слова, но я не понимала, как реагировать на них.

– Думаешь, она этого не знает? – насмешливо фыркнули и рядом с Дамианом чуть ли не из воздуха материализовался Кириан. Оба оборотня замерли в паре локтей от меня. Пока их недовольные взгляды высекали искры, я успела полюбоваться и вторым волком.

Пепельные волосы Кириана были собраны в низкий куцый хвост, и это оставалось единственным светлым пятном, не считая кожи не скрытой тёмно-серой тканью костюма. Рубашка так вообще была чёрной без контрастных украшений. Однако при этом оборотень с льдистыми глазами выглядел так, будто только вернулся, по меньшей мере, с королевского бала.

Эх, хороши, засранцы. Так и хочется забрать себе сразу двоих.

– И что с того? – спокойно спросил Дамиан у Кириана, пока я предавалась эгоистичным мыслям. – Мне захотелось сделать комплимент красивой женщине, я его сделал. – Дамиан снисходительно посмотрел на Кириана и с ленцой добавил: – Дать бы тебе пару советов, но мне же лучше, если ты так и будешь молчать. На твоём фоне у меня есть все шансы выглядеть куда более внимательным.

Ну, начинается...

– А что, – криво усмехнулся Кириан, без страха и тем более почтения встречая стальной взгляд, – боишься, что без моей помощи она этого не увидит? Тогда тебя остаётся только пожалеть.

Вроде бы шуточками перебрасываются, а уже вон клыки-то увеличиваются. Пришлось вмешаться.

– Вы ещё опять подеритесь, – процедила я, – а то в прошлый раз не вся академия видела. Если опять собрались собачиться, то, пожалуйста, подальше от меня. Между прочим даже ведьмы способны испытывать чувство вины.

Я не лукавила. Ещё в тот раз, едва узнав, что два волка валяющих друг друга в снегу мне слишком знакомы, я ощутила сожаление. Сама ведь их довела. Какая теперь разница, что мне просто хотелось так разжечь их интерес, а заодно позлить.

– Извини, – тихо произнес Кириан, наблюдая как хмурое выражение моего лица меняется на расстроенное. Он так же попытался объяснить: – Просто это… сложно.

– Будто мне легко, – проворчала я отворачиваясь. – Как будто мало этих похищений, теперь ещё приходится разрываться от чувств, которые мне не нужны. Благодаря тому, что вы пробудили, мне теперь можно рассчитывать лишь на медленное выгорание.

– Ведана…, – с сожаление выдохнул Кириан, но я его прервала. Резко повернулась и бросила:

– Всё! Пока об этом я говорить не хочу. Если собираетесь продолжать эту тему, то лучше возвращайтесь.

– Хорошо, – покладисто произнёс Дамиан, – пока отложим этот вопрос. Но пожалуйста, ответь на мой. Куда ты идешь?

Украдкой полюбовавшись такими притягательными красавцами, да ещё и стоящими почти плечом к плечу, решила открыть им правду.

– Я узнала, что проблемы с памятью у всех из-за зелья забвения. А если точнее – сильфидского зелья забвения. – Кириан и Дамиан удивленно распахнули глаза, точно не ожидая таких слов. Пока они находились в культурном шоке от моей прыти, я продолжила: – Его очень легко распылять в воздухе, при этом в помещениях эффект зелья может не ослабевать несколько недель за счет того, что отрава оседает невидимой взвесью на всех доступных поверхностях.

Меня резко схватили за локоть и встряхнули. Злые глаза Дамиана принялись прожигать во мне дыру пока он, едва сдерживаясь, цедил слова:

– Выходит, ты сейчас в одиночку ищешь того, кто распылил это зелье?

– Неужели я так похожа на идиотку? – спросила и пожалела, потому что парный скрип зубов выглядел как положительный ответ. Пришлось объясняться: – Сейчас я ищу более конкретное место, откуда идёт отравление воздуха. Как только выясню это, отправлюсь к лорду-ректору.

– Почему сразу не пошла? – угрожающе спросил Кириан, нависая надо мной с другой стороны.

– Да потому что он уже мне не поверил, – огрызнулась я. – Когда у меня прояснилось сознание…,– тут я запнулась, не решаясь развить мысль, дабы опять не вызвать новые волны ревности, – в общем мне стало понятно, что нас травят именно зельем и успела сказать об этом ректору. Однако он мне не поверил.

От таких аргументов нельзя было просто отмахнуться. Я уже ждала, что кто-то из оборотней спросит, почему тогда я не пришла к ним, но вместо этого они лишь переглянулись и сказали:

– Как же с тобой сложно, – тяжело вздохнул Дамиан.

– То ли ещё будет, – слишком уверенно протянул Кириан.

Ты только посмотри на них! Когда не надо, так они умеют быть заодно. Вот бы такое единодушие да в правильное русло и никому бы не пришлось мучиться. Эх-х-х.

Аккуратно вынув свой локоть из захвата Дамиана, я посмотрела на пульсирующий кулон. Раз уж они здесь, то нужно этим воспользоваться. Всё же глупый риск ни к чему хорошему не приводит.

– Ладно, давайте вместе проверим. Судя по сиянию артефакта идти нам недалеко, – покладисто предложила я, пока эти два волчары не додумались утащить меня в кабинет ректора. Или вообще не закрыли в комнате.

Оборотни колебались – видимо идея запереть меня посетила, как светлую, так и песочную голову. Пришлось подарить каждому из них долгий взгляд ясно говорящий о том, что я не кисейная барышня. Перед ними ведьма, учившаяся не только зелья и проклятья варганить, но и сражаться с монстрами, даже если они прячутся под человеческой личиной.

Победила, конечно же, я. Удачно, что оба мужчины чувствовали себя виноватыми передо мной и потому уступили. А уж втроём мы точно способны горы свернуть. Я это чувствую.

Глава 31: Ведьма и долгая ночь

Артефакт привел нас в северное крыло академии. Здесь было тихо. Основная часть народа сейчас отдыхала, а оставшиеся дежурные целители находились в комнатах лазарета. Пустынные коридоры, освещенные тусклым светом, немного нагоняли жути, но шаги позади вселяли спокойствие.

Чем ярче светился итериалл, тем отчетливее пахло травами – тут не только у оборотней, но и у меня отбивало обоняние. Наш загадочный отравитель хорошо подготовился, ничего не скажешь. Откуда только узнал, что его след будут натурально вынюхивать? Догадался, кого привлекут к поискам пропавших или же просто учёл все варианты?

– Здесь мы уже всё обыскали, – сказал Кириан, идущий слева от меня. Я бросила на него взгляд через плечо, всё также продолжая упрямо идти вперёд. Глядя на моё упорство, оборотень уточнил: – Не только комнаты, но и скрытые помещения. Их тут оказалось приличное количество.

Кто бы сомневался, – хмыкнула про себя, выслушав Кириана. – Очень давно, ещё во времена войн с инквизицией, это место было крепостью с множеством тайных ходов. Когда же настали мирные времена, здесь решено было обучать новых элетари – какие-то потайные комнаты замуровали, а какие-то переоборудовали в подсобные помещения. Так что если отодрать деревянную отделку можно увидеть не только древние стены, познавшие на себе всю силу ненависти и страха перед моим народом, но и заброшенные коридоры, ведущие в никуда.

После очередного поворота камень усиленно заморгал, а потом, ярко вспыхнув, заставил моё сердце учащенно забиться.

– Судя по всему, обыскали вы не всё, – в предвкушении ответила я, наблюдая, как моргает камень рядом с одной из панелей. Коридор был стандартным, таких в академии сотни, но за однотипной панелью явно что-то было. Мы остановились и одинаково подозрительно принялись рассматривать прямоугольник из потемневшего дерева.

– Дай мне посмотреть, – оттеснил меня Дамиан. Я стрельнула глазками в его сторону и вздохнула о том, что третье слово в его фразе было лишним. Ох, Веда, не о том ты думаешь в такой момент, не о том...

Не знаю, что сделал оборотень, но панель тихо щёлкнула и немного сдвинулась. Дальше створка самостоятельно открываться не собиралась – Дамиану пришлось, толкнуть её сильнее. Секретная дверь бесшумно поплыла в сторону, являя перед нашими взорами тёмную лестницу убегающую вниз. Никаких источников света не наблюдалось. Зато в нос ударил стойкий аромат плесени и мышиного гов… помёта. Проклятые вредители, выкуренные заклинаниями из жилых комнат, переместились туда, куда магия не дотягивалась.

– Думаю, – морща нос начала я, – этого достаточно для доказательств. Теперь можно доложить обо всем лорду-ректору и, собрав весь ваш мохнатый отряд, отправиться на поиски похищенных.

Мою замечательную идею никто поддержать не успел. Едва дверь в тайный проход коснулась каменного выступа, играющего роль перил, нас ослепила вспышка. Одновременно с ней я почувствовала, как Кириан пытаясь выдернуть меня из зоны поражения неизвестной ловушки, схватив за локоть потянул на себя, а Дамиан прикрыл нас собой.

Жаль, но все усилия оборотней были впустую. Ловушка захлопнулась, захватывая всех нас в свои сети. Последовало долгое падение, от которого перехватило дыхание и затошнило, а после я окунулась во что-то ледяное, зыбкое и не дающее мне вздохнуть.

Из-за неожиданности все заклинания вылетели из головы. Задыхаясь от холода, я барахталась в какой-то серой каше – она была мягкой, но при этом оставляла после себя колющую боль на коже. Слава Гекате утонуть  в страхе и непонятной субстанции мне не дали сильные руки, выдернувшие меня на поверхность. Однако радовалась этому я недолго.

Вокруг, под скудным светом звёзд, обнаружился белый плен заснеженных полей. Изредка на этой замерзшей равнине виднелись бугорки – из-за своей профессии я принялась сразу прикидывать, кто может отдыхать в таких вот сугробах. Список заставил расстроиться ещё сильнее. Однако к пейзажам и тем, кто может тут обитать, я охладела очень быстро, потому что пронизывающий ветер просто проглотил всё моё тепло. Бархатное платье оказалось не лучше тонкой сорочки на таком морозе.

Нещадно стучала зубами, я услышала, как Дамиан рыкнул Кириану:

– Оборачивайся. Найди укрытие, а я пока попытаюсь согреть Ведану.

Странно, но вспыльчивый волчонок не стал спорить. Он лишь бросил на меня взволнованный взгляд, после чего на месте человека уже красовался белоснежный волк. Я только успела моргнуть уже замёрзшими ресницами, а от Кириана остались лишь глубокие проплешины в снегу.

Мне бы такую скорость, да и меховая шкурка бы не помешала. Сейчас я как никогда жалела, что способность оборота мне не перепала. 

Спустя мгновение рядом со мной появился ещё один волк размером с лошадь. Ему достался очень завистливый взгляд, точнее его белой шубке. Дамиан же ни на что не отвлекаясь, потоптался в снегу, вытрамбовывая в нём что-то вроде гнезда и, свернувшись калачиком, указал носом  в центр.

К этому моменту я так замерзла, что долго уговаривать себя не заставила. Если бы тело двигалось быстрее и ловчее, я бы с удовольствием запрыгнула в этот тёплый мохнатый бублик с разбегу, но в итоге пришлось ползти к оборотню, едва переставляя ноги. Ох, как сейчас мне не хватало тёплого плаща – тратить ману на попытку его призыва было глупо, потому что эта магия действовала только в пределах академии. А мы точно не в ней.

Меня била крупная дрожь пока я вжималась в живот волка. Поначалу шерсть казалось такой же холодной, как и воздух, но стоило мне устроиться поудобнее, как Дамиан накрыл меня своим хвостом. Волчий нос тут же уткнулся мне в спину, согревая своим дыханием. 

Как же хорошо. Теперь у меня хотя бы есть шансы не заработать обморожение. Мне не хотелось думать о том, что Кириан может не вернуться, и мы с Дамианом останемся вот так навсегда.

Через какое-то время я согрелась достаточно, чтобы мозг оттаял и начал усиленно работать.

Интересно, как далеко нас телепортировало? Стационарная ловушка не ограничена определённым количеством маны – парочка накопителей может обеспечить неожиданным вторженцам прогулку хоть на другой континент. Снег вокруг ещё не означает, что мы неподалеку от академии. 

Для начала нужно будет определить, где мы находимся. Но вот что потом? Сколько времени займет наше возвращение? Тот, кто поставил ловушку, теперь спокойно начнёт собирать свои вещи, чтобы переместиться в другое логово. И вообще – хватит ли нам сил вернуться? 

Низшие! Как же глупо мы попались.… Но ещё глупее сейчас поддаваться панике – из неё плохой советчик.

Вжавшись щекой в белый мех, я услышала, как бьется сердце Дамиана. Судя по сильным равномерным ударам, мой волк был спокоен. Вот это выдержка! Мало кто сможет сохранять не только видимое спокойствие. Забавно, но монотонный стук сильного сердца дал мне надежду, что мы не только не замёрзнем здесь насмерть, но и успеем вернуться, чтобы схватить похитителя за руку. Наверное, именно это люди зовут безмолвной поддержкой.

Я так сосредоточилась на успокаивающем стуке, что вздрогнула, когда моей макушки коснулся второй нос. Поминая недобрым словом родню Кириана, я подняла лицо. Зря. Всё равно ничего толком не увидела, но зато холодный волчий нос тщательно обнюхал меня. Дамиан на нагло сунувшуюся к нам морду лишь заворчал.

Старательно отталкивая от себя морду Кириана, я вдруг услышала мысленное:

“Нашёл… Укрытие… Близко…”

Какие хорошие новости. Но они как всегда шли рука об руку с плохими – теперь мне нужно покинуть своеобразные объятья волка, чтобы мы могли переместиться в укрытие. Желание остаться в тепле было очень сильным, но здравый смысл победил.

Набросив на себя слабенькое заклинание согрева, я произнесла:

– Тогда давайте доберёмся туда как можно скорее.

Силы стоило экономить, но ледяная статуя вместо ведьмы оборотням точно без надобности. Нужно же ценить их усилия. Работают сообща, не грызутся… пока. Только ради такого нужно постараться не замёрзнуть раньше времени.

Дамиан поднял голову и убрал хвост. Кивком он дал понять, чтобы я забиралась на спину Кириана прямо из нашего нынешнего положения. Второй волк так же понял Дамиана и улёгся на снег, чтобы мне было удобнее переместиться из тёплого гнездышка.

В этот раз меня будут катать хотя бы не вниз головой. Также благодаря своей магии Кириан мог, как дополнительно согреть меня, так и не дать упасть. А я бы точно свалилась с волчьей спины, потому что оборотни на четырёх лапах двигались слишком быстро. У меня только в ушах свистело, когда мы неслись по снежной пустыне в ночи.

Зато у чёрного зева найденного Кирианом укрытия мы оказались очень быстро. Даже пальцы на руках ещё ощущались, когда я кулем свалилась у входа в пещеру – а вот ноги уже подвели и совсем не слушались. Дамиан превратился в человека первым и, подняв меня на руки, занёс в укрытие. Кириан также не остался волком.

Золотистый светлячок развеял тьму в каменном кармане, заставляя меня расстроиться – грелки из двух волков отменяются, потому что они сюда просто не влезут. Места оказалось не так много, но его было достаточно для двух мужчин и одной женщины. 

Дамиан поставил меня на промёрзшую землю, снял с себя вначале сюртук, а потом и рубашку. Обе вещи перекочевали ко мне, но теплее не стало. Заклинание я отменила, чтобы сберечь как можно больше маны – ещё неизвестно как долго мы будем блуждать по заснеженной пустыне. Потому тело вновь стало терять тепло, отчего меня начало трясти.

– Скоро вернусь, – сказал Дамиан, направляясь к выходу из пещеры. – По пути сюда я видел парочку засыпанных снегом деревьев.

Деревья – это хорошо, – подумала исключительно про себя, так как говорить опасалась. Были все варианты откусить себе кончик языка стучащими зубами. – Деревья – это питательный сок и розжиг для костра. Ещё бы парочку кроликов…, а хотя учитывая мужской аппетит, нам понадобиться парочка десятков кроликов… Эх-х, и что нам стоило задержаться у столов с едой? Теперь будем урчать животами.

Мы остались с Кирианом одни. Молодой оборотень в отличие от меня без дела не стоял. Он установил ограничитель на вход пещеры – теперь отсюда будет выходить только холод, накапливая для нас крохи тепла, а оттуда к нам не проберётся что-то хищное и зубастое. Очень сложное, но при этом удобное заклинание – даже не думала, что Кириан настолько способный маг. Он так же поколдовал немного над сыростью в пещере, после чего меня хотя бы колотить перестало, и вдобавок повесил ещё парочку светлячком. 

Хорошо когда магия твоё не единственное подручное оружие. Когда у оборотня закончится мана, у него останутся ещё когти с клыками. Если мы выберемся, я теперь всегда буду носить с собой хотя бы кинжал. Профессор Харди как всегда оказался прав – настоящий опыт можно только наработать, а не получить от кого-то.

Закончив с магией, Кириан приблизился ко мне. Этот зачастую бесцеремонный оборотень с льдистыми глазами сгреб меня в охапку и уселся на свой простеленный ранее сюртук. 

– Совсем ледяная, – тихо скрипнул зубами Кириан и крепче прижал к себе.

Почти сразу стало теплее. От моего снежного оборотня исходил настоящий жар – видимо он специально поднял температуру своего тела, чтобы согреть меня. 

Вот и как после такого можно не влюбиться в эту мохнатую парочку? Они так старательно пытаются не дать мне замёрзнуть, что кажется моё истинно ведьминское сердце, наконец... растаяло. 

И в этом виноваты оба мужчины – выбрать между ними я уже не смогу.

Глава 32: Ведьма и два волка

О возвращение Дамиана мы узнали сразу. Сначала послышалось шуршание, а потом кто-то будто уронил что-то очень тяжелое – он там что, целое дерево с корнем принёс?

Кириану пришлось оставить меня в одиночестве, чтобы разобраться с принесённой “добычей”. Сразу стало гораздо холоднее. Ноги закоченели почти сразу – замшевые туфельки совершенно не грели, а постеленный на землю сюртук был практически бесполезен. Вздохнув, я наложила на ткань заклинание отторжения холода. Ману было жалко, но теперь мне хотя бы не казалось, что я сижу на глыбе льда.

Пока Кириан возился с древесиной – он вытянул всю влагу из будущих дров, чтобы те хорошо горели, и собрал небольшое количество сока в пиалу, созданную с помощью одной из веток – Дамиан оставался снаружи пещеры в форме волка. Он засунул в наше убежище лишь голову, таким образом, помогая теплу накопиться в помещении. Да и без рубашки теперь в человеческом облике сильно не погуляешь. Пусть мужчины делали вид, что настолько низкая температура их не волнует, но я чувствовала их дрожь, когда прижималась к ним.

Костёр был разложен как можно ближе к выходу из пещеры при этом так, чтобы его не затушил срывающийся снег. Глядя на то, как послушно вспыхивают высушенные ветви, я уже опять тряслась от холода. В одиночку согреваться удавалось плохо даже с учётом одежды.

Почему-то именно в этот момент вспомнилось любимое наказание ректора для всех желающих побывать в его койке корысти ради. Не знаю, что именно не даёт покоя адептам, но многие из них так и норовят пробраться в спальню к главному ведьмаку. 

Так вот, последние пару десятков лет ректор принялся выставлять соблазнительниц, а то и соблазнителей, голышом за дверь. При этом не собственных покоев, а к чёрному входу в академию – говорят первое время голозадые адептки и адепты на морозе нередко встречались именно у главных ворот. Но хотя бы ради видимости репутации академии пришлось пересмотреть данный пункт наказания. В этом году вон тоже бегали обнаженные любители добиваться всего через постель. Правда я так замоталась, что даже внимания не обратила на очередное дрожащее тело, бегущее в свою комнату.

Эх, и когда моя жизнь так круто повернулась? Теперь в моих мыслях были лишь оборотни, да мешающий этим мыслям злоумышленник. Как-то так вышло, что даже тяга к пакостям не просто улеглась, она будто трансформировалась и перенаправилась на моих волков. 

А ведь ответ был на поверхности. 

Так стремиться к кому-то можно только из-за любви. Пусть наши отношения начались очень неоднозначно – уверена: обычная девушка знакомства ни с одним из оборотней выдержать бы не смогла. Как же, один набросился в тёмном коридоре, фактически изнасиловал, а второй первым делом предложил уединиться и потрахаться. С таким странным подходом эти двое могли впечатлить только такую же странненькую девушку. 

Всё же хорошо, что я оказалась именно такой. Никому не признаюсь, пока, по крайней мере, но от этого тёплого огонька в груди я уже ни за что не откажусь.

Воздух стал ощутимо теплее, но не настолько, чтобы можно было перестать дрожать. Пока я предавалась размышлениям, Кириан подготовил ещё дров – теперь на ночные часы мы обеспечены огнём – а также подогрел сок и протянул мне. Тёплая вязкая жидкость заскользила по пищеводу, радуя язык не самым прекрасным вкусом, но это помогло ощутить себя значительно лучше.

Сделав ещё пару маленьких глотков, вернула пиалу Кириану. Он хотел было оставить ёмкость, но я настойчиво просипела:

– Вы тоже, п-п-попейте, – на последнем слове зубы опять застучали. Хорошо хоть уговаривать не пришлось. Оба мужчины понимали, что без них мне просто не выжить, а за вариант «и одного волка хватит» я сама им хвосты поотрываю.

Под моим бдительным взглядом Кириан сделал большой глоток сока, после чего поставил пиалу перед носом Дамиана. Волк принюхался, не удержавшись, облизнулся, а потом тяжко вздохнул. Я его понимала: шубку снимать не хотелось, но пить было лучше в человеческой форме. Будет жалко, если сок пропадёт – его и так было немного из-за того, что северные деревья фактически замерзали, и все процессы в них прерывались. Потому Дамиану хочешь-не хочешь, а пришлось перекидываться в человека.

Мужчина зябко повел плечами и даже не подумал забрать у меня хотя бы свою рубашку. Он присел на корточки как можно ближе к костру. Пока я нагло любовалась его золотистой кожей на подтянутом прессе, Дамиан опустошил пиалу.

Шальная идея проскочила у меня в мыслях. И, конечно же, я поспешила её воплотить. Тем более это могло решить проблему с холодом.

– Раздевайтесь, – бросилась мужчинам и сама подала пример. Было бы лучше если б меня не била дрожь, но даже так нужный эффект я произвела.

Под платьем у меня были лишь трусики и тонкие чулки, поэтому я, не стесняясь своего вида, поспешила разложить вещи Дамиана внахлёст с сюртуком Кириана. Пусть было жутко холодно, но когда я наклонилась, всё равно не забыла про красивый прогиб в спине. Наградой стала подозрительная тишина у костра.

Сбросив туфли, я забралась в центр хлипенькой подстилки и укрылась своим платьем – ткани на юбке было столько, что получилось небольшое одеяло. Но не такого тёплого, как хотелось бы. Однако если эти два ледяных столба, забывшие не только как дышать, но и моргать, поспешат и лягут по бокам, то мы вполне комфортно проведём время до тех пор, пока воздух в пещере не прогреется достаточно.

– Ни капли стеснения, – отмерев, вздохнул Дамиан так, будто я была его дочерью трясущей своими прелестями на публике.

– А чего мне стесняться? – разумно спросила я, плотнее кутаясь в синий бархат. – Так уж вышло, что вы оба видели меня голой, и не только видели. К тому же мы быстрее согреемся, если прижмёмся друг другу. – И чтобы уж точно оба притихших оборотня поняли, что я имею в виду, уточнила: – Кожа к коже.

Мужчины покосились друг на друга с явным недовольством, и меня затрясло уже не только от холода, но и от смеха.

– Я буду по серединке, – фыркнула, разглядывая хмурые лица, – и вам не придётся обниматься. Но если захотите, то я только “за”.

– Шутки в такой ситуации,… что ещё можно ожидать от ведьмы, – проворчал Кириан принимаясь расстёгивать пуговицы. 

Какой хороший мальчик. Мне казалось, что именно он будет возмущаться громче всего, но снежный оборотень за эту неделю стал каким-то слишком… терпеливым.

Дамиан только покачал головой на слова Кириана, но так же решил принять моё нескромное предложение. Ему было проще – оставалось снять с себя лишь ботинки и вот уже рядом со мной один тёпленький мужчина. Жаль, что в штанах, но и за то спасибо. Скажи я мужчинам раздеться полностью, они бы точно взбунтовались.

Минуту спустя с другой стороны расположился уже реально горячий оборотень – было странно так думать о Кириане при его снежной внешности. Интересно, сколько ещё интересного прячется за такой необычной и красивой оболочкой? Надеюсь, у меня будет время это разгадать.

Ткани платья катастрофически не хватало. Поэтому пришлось повернуться на бок, велеть оборотням сделать то же самое, выслушать ворчание, но в итоге получить желаемое. Теперь мой нос упирался в ключицы Дамиана, а затылок согревало дыхание Кириана.

Ох, остановись моя фантазия, иначе я сорвусь. В этот момент мне не хотелось поднимать голову – уверена что взгляды, которыми обменивались оборотни, были далеки от тех, что витали в моих фантазиях.

Прикрыв глаза, я слушала треск костра и впитывала в себя тепло. Нехитрый способ спасения от холода оказался не только действенным, но и приятным, по крайне мере для меня. Наконец достаточно согревшись, я блаженно вздохнула.

Едва этот совсем непорочный звук сорвался с моих губ, кое-что произошло. 

Распахнув глаза, я ощутила как в меня всё увереннее упираются два члена – один пульсировал нарастающим желанием прямо у моего живота, а второй подрагивал на ягодицах.

– Эм, мальчики, – неуверенно начала, пытаясь не хихикать, – я, конечно, всё понимаю, но такие намеки могу истолковать неверно. 

Честное предупреждение развяжет мне руки, если они не успокоят свои развратные мыслишки. Мои аппетитные грелки попытались оправдаться:

– Не вздыхай так… призывно, – процедил позади Кириан. – Как будто мало того, что ты почти обнажённая прижимаешься ко мне.

Не дав переложить на себя ответственность, я уверила:

– Это, между прочим, был просто вздох. Ничего призывного в нём не было.

– Определённо было, – встал Дамиан на сторону обвинителя.

Какое единодушие! Откуда только берётся? Ну, ничего, они сами затеяли эту игру, и я с удовольствием воспользуюсь шансом.

– Мне что, показать вам разницу наглядно? – угрожающе спросила и не став откладывать месть за клевету в долгий ящик, потёрлась попкой, затянутой в кружево, о стояк Кириана. Из-за моих движений члену Дамиана тоже досталась парочка фрикций. Оба волка вымученно застонали.

– Ведана! – последовал парный рык, а я захихикала.

Оказывается напряжение, повисшее в воздухе, можно было снять так легко. Никто из нас не знал, что делать дальше – это было очевидно – и каждый из нас понимал, что мы можем никогда не выбраться из этой снежной пустыни. Уже согревшись, я не спешила запускать заклинание определяющие наше местоположение. Мне просто было страшно узнать результат.

Так может, стоит попробовать? Если нам не суждено выбраться, то какой смысл в моральных принципах оборотней? Я хочу их, а они меня. И существует ли более лучший способ согреться, чем ночь в объятьях двух желанных мужчин? Осталось только убедить их, что им оно надо больше чем мне.

Подняв голову, я посмотрела в глаза, чья радужка больше напоминала сталь: острую, опасную и пронзающую мою изголодавшуюся душу. Дамиан с подозрением наблюдал за мной, но он не шелохнулся, когда я потянулась к его губам. Мой невесомый, практически невинный поцелуй завершился более откровенной лаской – кончиком языка я прошлась по мягким губам моего оборотня. 

Позади послышался приглушенный рык и, развернувшись корпусом, я впилась в губы Кириана. Наш с ним поцелуй был точно таким же нежным, но при этом многообещающим. Чтобы один вспыльчивый оборотень не взбрыкнул, пришлось пару раз вильнуть бёдрами, разгоняя его кровь вместе с мыслями о побеге.

Снова повернувшись к Дамиану, хотела опять подарить ему поцелуй, но оборотень неожиданно схватил меня за волосы на затылке – это было даже забавно, ведь такая, казалось бы, грубость, вышла у него как изысканная ласка – после чего прорычал:

– Даже не думай.

– Хорошо, – выдыхаю, не собираясь спорить. А потом придвигаюсь, несмотря на сопротивление и шепчу: – Я просто сделаю.

Не став больше ходить вокруг да около, я погладила сквозь ткань штанов возбужденную плоть. Мои пальчики многообещающе пробежались как по члену Кириана, так и по древку Дамиана. Оба оборотня задышали быстрее, но они всё ещё колебались.

– Ведьма, – прохрипел мне в затылок Кириан, заставляя меня игриво усмехнуться:

– И как ты только догадался.

Мои движения становились увереннее. Они заставляли мужчин дышать всё тяжелее, разжигая в них желание и при этом разрушая остатки контроля. Сейчас важно довести моих оборотней именно до той грани, когда такие бесполезные вещи как стыд отпадают за ненадобностью. А ведь все наши убеждения по большей части держатся не на совести, а на чувстве стыда. Исчезнет эта преграда и всё запрещенное станет дозволенным.

Снова потянувшись к Дамиану за поцелуем, заметила, что он уже хотел прервать зарождающееся безумие, но тут его взгляд споткнулся о мою грудь, выскользнувшую из-под тяжелой ткани платья. Горячие мужчины рядом не могли оставить меня равнодушной, и теперь мои соски напряженно торчали, требуя ласки.

Сдавшись с тихим стоном, Дамиан сам наклонился ко мне за поцелуем. Когда наши языки сплелись, я почувствовала нежные пальцы Дамиана на своей груди. В это же время Кириан, одурманенный моими ласками, принялся покусывать меня за плечо. После такого я застонала уже куда как призывнее.

Этот звук стал сигналом – если сейчас не прекратить, то та самая запретная черта будет пересечена. Однако оба мужчины, как только услышали мой хриплый голос, будто сорвались с цепи. 

Жадные руки принялись исследовать моё тело. Такой неистовый напор заставил меня ненадолго растеряться, но я быстро взяла себя в руки и начала извиваться между мужчинами. Подставляя шею для поцелуев, я сама старалась дарить не меньше ласк. Правда, по моему телу скользило четыре руки, пока каждому мужчине приходилось довольствоваться одной. Но это не мешало им распаляться всё больше.

Оторвавшись от губ Дамиан, я вновь повернула, чтобы теперь ощутить поцелуй Кириана. Едва наши губы соприкоснулись, он показал мне всю свою жадность и недовольство. Оба волка сейчас разрывались от чувств: они не хотели делиться, не хотели, чтобы меня касался кто-то ещё, но при этом общее возбуждение безжалостно росло, вытесняя всю ревность. Однако даже она обернулась мне на пользу. Чувство соперничества заставляло оборотней стараться как никогда.

Каждый новый поцелуй был неистовее предыдущего – мои любовники будто пытались доказать мне кто из них лучше, кому проще заставить меня стонать. Но они не понимали: для меня именно их общие действия стали тем самым незабываемым, что происходило в жизни. 

Губы уже горели от поцелуев, так же как и кожа, на которой мои волки оставляли страстные отметины, отыгрываясь по полной за клокочущую в них ревность. Я тоже времени даром не теряла. 

Пока наша страсть разгоралась, мне удалось ловко высвободить из штанов члены моих любовников. Их бархатистая гладкость сводила с ума. А уж как они стонали, когда я то замедлялась, то ускорялась надрачивая им – просто услада для моих ушей. Не смотря на туман в моих мыслях, я старалась не переусердствовать с натиском. Если кто-то из оборотней кончит слишком рано, то есть все шансы, что мы не дойдём до конца.

Как же было приятно сжимать по члену в каждой руке. Нежно поглаживая возбужденные стволы я скользила пальцами к их основанию, чтобы не оставлять без внимания напряженные мошонки.  Судя по нетерпеливым вздохам, мои любовники оценили такую прелюдию.

В то же время пока мои движения заставляли оборотней терять голову, я с помощью магии спешила подготовиться к двойному вторжению – лоно уже сочилось смазкой, а вот второй вход пришлось расслаблять нестандартным способом. Если потратить время на обычную подготовку мои вспыльчивые любовники могут передумать. А я так рисковать точно не стану. Слишком уж мне хотелось, чтобы фантазия воплотилась в реальность.

Жаркий костёр и наши разгоряченные тела сделали своё дело – в пещере стало достаточно тепло. Пользуясь этим, я сбросила “одеяло” на пол предоставляя нам больше места для страсти.

Кириан со всей самоотдачей ласкал мою шею, то и дело, оставляя на ней горячие следы. В это же время Дамиан терзал мочку моего уха с другой стороны и, боги, это было настолько приятно, что я готовилась кончить лишь от прелюдии. 

– Хочу вас… – страстно прошептала, закрывая глаза, – одновременно…

После этих слов оба члена в моих руках тут же стали просто каменными. Я поняла: либо сейчас, либо никогда.

Не став дожидаться, я сама сдвинула свои трусики и направила бархатистую головку члена Дамиана себе в лоно, а наполненный желанием ствол Кириана уткнулся в тугое колечко моего ануса. Мужчины замерли, но вырываться они не спешили. Будем считать это согласием.

Когда я впускала в себя возбуждённую плоть меня начало потряхивать от слишком острых и контрастных чувств. Пусть я уже была готова к вторжению, но всё же рвано задышала, ощущая в себе сразу два члена. Они растягивали, давили и, казалось, разрывали меня на части, однако при этом доставляли ни на что не похожее удовольствие. 

– Как же… узко, – прохрипел мне в затылок Кириан, задыхаясь от новых ощущений. Может анальный секс и не был для него в новинку, но вот то, что  второй член в это время заполнял лоно его любовницы, точно было впервые. 

– И так влажно, – поддержал, задыхаясь Дамиан.

Ещё бы, ведь сейчас я была так возбуждена, что лишняя смазка даже стекала по моей ягодице. Разве можно было не вспыхнуть спичкой от осознания, что оба притягательных оборотня решились на такой шаг? Для них секс втроём это нечто постыдное. И от осознания, что они перешли эту черту ради меня, просто сносило крышу.

Медленно толкнувшись в моё лоно, Дамиан выдохнул:

– Как же хорошо...

Немного придя в себя, я многообещающе простонала:

– А будет ещё лучше, если мы немного сменим позу.

Мои любовники настолько хотели продолжения, что безропотно позволили ими немного поруководить.

Мягко оттолкнув Дамиана, я заставила его выйти из меня, чтобы Кириан вместе со мной мог лечь на спину. После этого немного поёрзав попкой на члене снежного оборотня, я попросила его частично сесть. Поза была не самой удобной, потому что мне нужно было упираться ногами по обе стороны от бёдер Кириана, но так нам всем будет очень приятно. Правда основная работа легла на широкие плечи второго оборотня – пока я сидела на Кириане, ему оставалось только чуть откинуться назад и опереться руками за спиной.

Глядя в потемневшие глаза Дамиана я прижалась спиной к груди Кириана и приглашающе раздвинула колени. Если мой оборотень со стальными глазами и колебался, то всего пару мгновений. Не успела я сказать “ох” как этот слишком часто ускользающий мужчина вошёл в меня на всю длину.

Громкий стон наслаждения сорвался с моих губ и ему вторил Кириан. Мне было так приятно, что я инстинктивно сжала мышцы, захватывая второго оборотня в сладкий плен. Дамиан сцедил воздух сквозь сжатые зубы и, выйдя почти до конца, снова вонзился в моё лоно. После пары таких толчков я стала помогать – вскидывая крестец, я опускалась в такт движений Дамиана, при этом насаживаясь попкой на член Кириана.

Не успела я оглянуться, как оба моих любовника так вошли во вкус, что мне оставалось только диву даваться, откуда столько слаженности.

Правда чем больше толчков я ощущала, чем сильнее вспыхивало во мне наслаждение, тем меньше мыслей оставалось в голове. Всё происходящее слилось во что-то невероятное, порочное и такое до боли родное.

Всё меньше понимая, что происходит, я лишь могла отмечать, как быстро раскрывался талант оборотней к тройничку. 

Вот мы уже стоим, и теперь меня подбрасывает от парных толчков, пока сильные руки удерживают моё тело на весу. Вот я уже на Дамиане, целую его со всей страстью, на которую способна, пока Кириан неистово вбивается в меня сзади. Все ощущения настолько острые, что я кончаю, а потом снова в мгновение ока завожусь до предела.

Но не одна я оказалась такой ненасытной.

Когда тугие струи спермы заполняли меня своим жаром с обеих сторон, я пугалась что сейчас-то все и закончится. Но видимо даже небольшой передышки перед очередным заходом было недостаточно, чтобы мои оборотни начали сожалеть. Да и как можно предаваться сожалением, когда тебе настолько хорошо?

Помимо обычного удовлетворения я ощущала, как мой источник просто переполнялся маной. Благодаря этому можно было не заботиться о мелочах. Следы нашей страсти убирались магией ещё проще, чем водой и это позволило мне показать мужчинам все прелести секса втроём.

Пока снаружи бушевала метель, а небо укрытое чёрным покрывалом становилось всё ниже, здесь, в этой пещере бушевал развратный пожар.

Лаская языком налитую головку члена Дамиана, я бодро махала бёдрами, пока Кириан таранил мои порочные складочки. Моё лоно с радостью принимало его, обхватывая подрагивающими мышцами – я только что кончила и ещё ощущала спазмы удовольствия. Это дарило Кириану изысканные ощущения, и он не скромничал делиться с нами своими стонами.

– Глубже, – выдохнул Дамиан, сгребая мои волосы пятернёй. Его действия оставались слишком бережными, несмотря на всю страсть разлившуюся в воздухе.

Наградив моего любовника со стальными глазами многообещающим взглядом, я пропустила его член в своё горло до самого упора. Мужчина застонал, сделал пару рваных толчков и, содрогаясь всем телом, излился мне в рот. Проглотив всё без остатка, поняла, что мне мало.

Соскользнув в члена Кириана, повернулась лицом к нему и лизнула влажную головку его члена. Он выдохнул, поднимая голову вверх позволяя делать то, что мне хочется. Какими же послушными могут быть мои мужчины, когда страсть застилает их разум. Нужно хорошенько постараться и сделать так, чтобы они не хотели больше кого-то ещё.

Стоя на четвереньках, я обхватила подрагивающий член губами и, принялась нежно скользить по нему, распаляя Кириана ещё больше. В это время на мои ягодицы опустились горячие ладони Дамиана – для него сейчас открывался прекрасный вид. Чтобы ещё его улучшить, я прогнулась в пояснице и вильнула попкой, приглашая Дамиана к такому запретному наслаждению. Мне нравилось, что не только я хотела получить как можно больше. Поэтому все действия мужчин были встречены мной с особым энтузиазмом.

Как только твёрдый член начал проталкиваться через узкое колечко сфинктера я ощутила трепет. Какое же это потрясающее чувство – Кириан стонет от удовольствия, пока мой рот доставляет ему наслаждение, а Дамиан проталкивается в мою попку. Сомневаюсь, что может быть что-то лучше, чем эти оборотни во мне и неважно, куда именно в этот момент вторгались их горячие стволы.

Член Дамиана оказался толще, чем у Кириана, отчего я ощутила его вторжение так, словно в зад меня взяли впервые. Растягивая мои влажные стенки своим стволом, Дамиан просто возносил меня куда-то очень далеко.

Мне было так приятно, что я спешила вернуть эти ощущения Кириану: играя кончиком языка с уздечкой, оглаживая губами каждую вздувшуюся венку, я не забывала уделять внимание и подобравшейся мошонке. Я, то заглатывала подрагивающий член, то выпускала его изо рта, чтобы подарить ласку губами.

Долго таких игр Кириан не выдержал. Тугая струя пряной жидкости ударила в горло, и я поспешила проглотить всё до капли. А затем я нежно вылизала подрагивающий член снежного оборотня, пока мой второй любовник яростно врывался в мою задницу. 

Когда же я ощутила пальцы Дамиана у себя на клиторе, то, кажется, просто отключилась. Потому что, хоть убейте, я не помнила когда успела оказаться лежащей на боку и зажатой между горячих тел. 

Пока Дамиан продолжал наслаждаться моей тугой дырочкой, передо мной лежал Кириан. Поцелуи снежного оборотня одновременно и привели меня в чувство и заставили потеряться в ощущениях. Его член легко заполнил моё лоно, а потом стал пробираться туда, куда Дамиан не доставал. Задыхаясь от страсти, я царапала кожу своих любовников, содрогалась от новых волн оргазма и очередных вспышек возбуждения, а потом просто растворялась в таких ненасытных мужчинах.

Движения любовников становились яростнее, нетерпеливее, будто это не они уже кончили по три раза. Я уже не совсем понимала, кто пощипывает мой сосок, а когда шепчет на ухо:

– Никогда… никому не позволю увидеть тебя такой…

Остатками вменяемого сознания я согласилась: тоже не хочу отдавать ни Кириана, ни Дамиана кому ещё. Только я должна видеть их темнеющие от страсти глаза, их напряжённые идеальные тела, покрытые капельками пота, и только я должна быть той кто впитает в себя всю их страсть без остатка.

Этой долгой ночью мне показали насколько сдерживались до этого. Оба мужчины явили всю свою ненасытность, всю свою порочность во всей её красоте. Я позволяла им всё и откликалась со всем рвением. Казалось, что наш страстный танец никогда не закончится – эта сладкая пытка продлиться до тех пор, пока меня не поглотит тьма. 

Но я продержалась до конца. Не уснула и не потеряла сознание до тех пор, пока мои мужчины не отдали мне все свои силы. И это было потрясающе.

В нашей пещере уже было жарко. Мы громко дышали лежа на мятой одежде, и, кажется, одинаково не понимали, как раньше могли жить без чего-то подобного. Сейчас здесь не было одной ведьмы и двух оборотней – лишь МЫ. Одно целое чего-то большего, чем простая любовь.

Немного удивляло моё спокойствие, но чувства оказались не так страшны как завтрашний день. Правда, он явно уже наступил.

Первым заснул Кириан – его дыхание стало размеренным, а рука, лежащая на моей талии, расслабилась. Потеревшись носом о его ключицу я повернула голову и посмотрела на лежащего сзади Дамиана. Его лицо было на удивление спокойным, а веки закрытыми. 

Почувствовав на себе мой взгляд, Дамиан открыл глаза.

– Не жалеешь? – тихо спросила я чтобы не потревожить мирно сопящего Кириана. О таком лучше узнавать у каждого по отдельности.

– Спроси меня завтра, – последовал едва слышный ответ, а на мягких губах расползлась лёгкая улыбка. – Сейчас я слишком под впечатлением, чтобы здраво мыслить.

Немного пожевав губу, я разумно заметила:

– Иногда здравый смысл мешает жить.

Последовал хриплый смешок, после которого Дамиан погладил меня по растрёпанным волосам со словами:

– Спи, ягодка, и ни о чем не волнуйся. Твои ядовитые чары слишком крепко вцепились в нас. – И прежде чем я успела обидеться, этот грубиян тихо произнёс: – Ни один оборотень не бросит любимую женщину, какой ядовитой она бы не была. 

Повисла пауза, пока я хлопала глазами. Дамиан продолжал смотреть на меня так спокойно, будто это не он только что признался.

– Ты сейчас серьезно? – неверяще прошептала глядя в глаза этого невозможного оборотня. Он вздохнул, придвинулся, чтобы оставить поцелуй у меня на виске и ответил:

– Настолько серьезно, что, кажется, я готов терпеть рядом с тобой этого заносчивого выскочку.

Не знаю, какое у меня было лицо в этот момент, но я поспешила отвернуться. Уткнувшись носом в грудь спящего Кириана, почувствовала что… краснею. Глупо смущаться после каких-то слов – угу, каких-то, а выпрыгивающее из груди сердце это так, приятный к ним бонус – но не могла ничего с этим поделать.

Тихий хриплый смешок затерялся в моих волосах. Последовал ещё один поцелуй в макушку и сонное:

– Знал бы, что тебя так легко вогнать в краску, давно бы это сделал. Ты такая милая, когда смущаешься.

Можно ли пылать сильнее? Оказывается можно! Теперь у меня горели не только щёки, но и шея с ушами. И куда только подевалась дерзкая ведьма с парочкой проклятий наготове? Кажется, ради этих мужчин она готова чуточку измениться – ответная услуга, так сказать. Но лишь чуточку, чтобы не раскиснуть и быть в состоянии защитить то, что дорого. 

А так уж вышло: эта парочка оборотней оказалась для меня просто бесценной.

Глава 33: Ведьма и правда

Сон поглотил меня вместе с той бурей чувств, что пробудились во мне. Пусть эти чувства немного пугали, но они навеяли очень прекрасные видения – казалось, будто я парю в облаках, а в лицо дует теплый ветер. Было так легко и приятно, что не хотелось пробуждаться. В этой уютной неге мне верилось: я могу обнять весь мир, ну или свернуть горы, если понадобится. И это ощущение мне подарили два тёплых комочка в груди – они бились в унисон с моим сердцем, наполняя меня чем-то новым, неизведанным.

Однако пробуждение оказалось не так приятно. Сон слетел в один миг, когда я ощутила: моя спина просто горит огнём. Распахнув глаза, не сразу поняла, где нахожусь, но всё нарастающая боль быстро привела меня в чувства позволяя восстановить в памяти все события.

Сдерживая болезненное шипение, я аккуратно вывернулась из крепких объятий моих мужчин – ох, как бы мне хотелось полюбоваться их безмятежностью, однако сейчас мне не до того. Подобрав валяющееся на земле платье, я поковыляла к выходу. 

Несколько пригоршней снега набранных у выхода из пещеры отправились в сложенную мешочком часть подола. Бесхитростный компресс я приложила к горящей коже, и чем легче мне становилось, тем отчаяние бились мои мысли. 

Лопатки прострелило новой болью и, не выдержав, я упала на колени, переживая обжигающую вспышку. Пришлось закусить губу чтобы не закричать – пока давать объяснения я была не в состоянии. Не хватало ещё чтобы Кириан с Дамианом проснулись до того как… проклятая печать полностью спадёт. Мне так же не помешает немного времени, чтобы прийти в себя и обдумать, что делать дальше.

Ох, кажется, я доигралась. Как теперь всё объяснить? Если Дамиан и Кириан в курсе способностей тех, кто прошёл “удачный” обряд, то навряд ли поверят, что у меня и в мыслях не было подпитывать ими свой искусственный резерв. 

Что теперь? Смолчать? 

Дамиан может ещё не заметить изменений во мне, но вот такой маг как Кириан точно почувствует. Даже если мне удастся скрыть – а я сомневаюсь в успехе такой идеи, ведь маны настолько много, что она сорвала печать как жалкую бумажку – то всё равно проблема не решится. Ковен ясно дал понять: второго шанса мне не светит. Скрыть метку самостоятельно не получится – печать такого уровня могут поставить лишь архимагистры Ковена, притом сообща.

Всем будет плевать, что на самом деле печать просто не выдержала напора энергии сразу двух оборотней, растворяясь и проявляя не только второй источник, но и позорный знак. Несведущему может понравиться тату в виде парных веточек, скрещенных черенками. Вот только оборотням точно известен герб дома Вомелиан, и они им восхищаться не будут.

Едва боль стала окончательно утихать, я повернула голову и заглянула себе на лопатку. Крохотная надежда на то, что мои переживания напрасны, разлетелись, как только я заметила тонкую вязь ненавистного клейма обязательного для всех детей переживших ритуал.

Тяжело вздохнув, я уткнулась лбом в колени. Мысли продолжали метаться в моей голове, а потом резко улеглись.

Я поняла: так будет лучше. Правда имеет свойство всегда открываться в самый неподходящий момент. И я не знаю, как отреагируют в академии, когда мы вернёмся – теперь у меня была возможность вытащить нас отсюда, но такой выброс магии не останется незамеченным. Как всегда с хорошей новостью рука об руку шла и плохая. Едва мы вернёмся, меня могут заточить в темницу, а там уже будет не до разговоров.

Раз так сошлись звёзды, то больше никаких секретов, – твердо подумала я, прекращая изображать гусеницу. Выпрямив спину, немного поморщилась от остаточной боли оставленной рухнувшей печатью я подошла к костру.

Подбросив пару дров, села спиной к спящим оборотням и намеренно спустила со спины ткань платья так, чтобы была видна отметина. Нужных слов для начала такого разговора всё равно не подобрать. Пусть сами увидят мой позорный секрет.

На удивление было тепло, хоть за пределами пещеры выл ветер. Наблюдая как пляшут языки пламени, я запустила заклинания определяющее наше местоположение. Академия оказалась не так далеко, но и не настолько  близко, чтобы даже со скоростью волков добраться туда за несколько суток. Но этого теперь и не надо. Я воспользуюсь той же уловкой что и ловушка – телепортацией. На данный момент магии достаточно, чтобы я могла перебросить нас обратно.

Задумавшись о ловушке, я поняла, что слишком много о ней знаю. Но откуда? Как назло не могла сейчас вспомнить – мысли постоянно съезжали на предстоящий разговор.

Позади завозились, кто-то глубоко вздохнул, и я прикрыла глаза, собираясь с духом. Кажется, совсем скоро на меня обрушится небо, но бежать я не стану. Вспыхнувшее желание натянуть платье повыше так и осталось желанием. Хватит бегать: не этому меня учили. 

– Ведана, – послышался хриплый после сна голос Дамиана. – Что ты…

Повисшая пауза была оглушительной, тяжёлой и по-настоящему пугающей. Я смотрела на огонь, но не видела его, пока моё сердце колотилось как бешеное. Пути назад больше не было. Пусть в душе всё переворачивалось, внешне я оставалась спокойной. 

Медленно повернув голову, я посмотрела через плечо и увидела то, чего боялась. 

Дамиан, мой милый Дамиан с взъерошенными песочными прядями, со следами моей страсти на золотистой коже, смотрел прямо на знак на моей спине. В его глазах разгоралось такое, отчего мне показалось: сейчас, несмотря на скромное пространство этой пещеры, ещё хранящей в себе наши стоны, он обернётся волком. А потом белоснежные клыки разорвут меня на части.

Хотелось бы сказать, что я не дрогнула, но это не так. От вида, как такого дорогого мне мужчину охватывает ярость, и направлена она на меня, в груди всё сжалось.

Горящие серые глаза с трудом оторвались от знака и встретились с моими глазами.

– Объяснись, – от стали зазвеневшей в голосе Дамиана я вздрогнула, но выказать себе страх не позволила. Сейчас у меня достаточно магии, чтобы усмирить взбесившегося волка, а то и двух. Так просто умирать я не собиралась – не для того было потрачено столько сил.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Не разрывая зрительный контакт, я села в пол оборота и спокойно спросила:

– Что именно ты хочешь узнать?

Послышался рык, но мужчина не сдвинулся с места. Зато я видела, как подрагивали мышцы на рельефном теле, пока он едва сдерживая ярость рычал: 

– Может, начнёшь с того почему на твоей спине клеймо Вомелианов? Совсем недавно его не было. Что за игры, Ведана?

Оказалось, даже когда тебе задают прямой вопрос, найти подходящие слова ещё труднее. Пока я пыталась собраться с мыслями, завозился Кириан.

Разбуженный оборотень резко сел, немного осоловело посмотрел на Дамиана, сидящего так, будто он вот-вот прыгнет в мою сторону, а затем, нахмурившись спросил:

– Ты о чём? И что за тон? – Пепельные волосы Кириана торчали в разные стороны, а в глазах ещё теплились остатки сна. Было заметно, что он не ожидал увидеть по пробуждению озверевшего Дамиана и меня слишком безразличную к этому.

– А ты ничего не замечаешь? – рыкнул Дамиан даже не глядя в сторону второго оборотня. – У нашей маленькой ведьмочки, оказывается, есть большие тайны. Так что, Ведана, может, поделишься с нами? Не зря же ты решила показать нам своё “украшение”.

– Украшение? – тихо спросила я, чувствуя, как меня начинает потряхивать от злости. – Ты, правда, думаешь, что кто-то по собственной воле захотел бы такое? 

Мой голос, наполненный тихой яростью и… бесконечной обидой, кажется, немного привёл Дамиана в чувства, но меня уже понесло.

– Большую часть своей жизни я даже не подозревала, что со мной что-то не так, а когда узнала… Я молилась Гекате, чтобы мой второй источник всегда оставался запечатан. Ведь как только печать сорвётся, на моей коже появится доказательство моей… ущербности. Не смотрите на меня так! – прикрикнула, заметив странные, нечитаемые взгляды оборотней. – Вы можете не верить. Можете думать, что меня прятали, потому что мои “родственники” – выплюнула я, – преуспели в своём опыте. Однако это не так. Я не какая-то особенная ведьма, способная положить начало новым элетари с природным источником магии. – С каждым словом в моём голосе звучало всё больше горечи. – В том, что мы сблизились, не было никакого умысла или великого плана. Я просто не самый удачный эксперимент одной безумной семьи, умудрившийся влюбиться в тех, кого должна была обходить стороной.

Дамиан и Кириан неотрывно смотрели на меня и… молчали. Они имели право на злость, обвинения, какими бы пустыми они ни были, но оборотни не спешили им пользоваться. Не знаю, какой именно реакции я ожидала:  очередных злых слов или полного понимания, но когда Дамиан резко поднялся и вылетел стрелой к выходу, я вздрогнула всем телом. Лишь сейчас до меня дошло... С его скоростью не уверена, что успела бы применить заклинание.

Едва оборотень оказался снаружи, на месте человека оказался волк. Но даже он исчез раньше, чем я успела восстановить испуганное дыхание.

Вот и всё. Теперь надежда на понимание казалась странной. Глупо было рассчитывать на хороший исход – чужие ошибки навсегда останутся только моим бременем.

Отвратительная пустота вязкими щупальцами сдавила грудь. Но тут я  почувствовала, как меня обнимают со спины, подтягивают к себе поближе и усаживают на колени. 

Кириан спрятал меня в своих объятьях, предварительно плотнее завернув в платье, а потом, положив подбородок на мою макушку задумчиво сказал:

– Ему определённо нужно время, чтобы остыть. Пусть побегает, развеется, и тогда нормально поговорим.

Обычно вспыльчивый оборотень казался слишком спокойным. Всё ещё ожидая подвоха, я спросила:

– Разве это удастся? Неужели ты не в курсе кто такие Вомелианы и что они сделали? – Это было единственное оправдание нынешнего поведения Кириана.

– Нет такого оборотня, который не знал бы об этой семье и их прегрешениях, – горько усмехнулся Кириан, прижимая меня к себе крепче. Лишь сейчас я заметила, что дрожу. – Но так вышло: их тёмные деяния не коснулись моей семьи. Возможно, поэтому во мне нет той лютой ненависти, которая есть в…

– Дамиане, – тихо подсказала я не спеша расслабляться. Было странно чувствовать тепло Кириана после того, как моя тайна была раскрыта. Но вот он, согревает мою спину, пока его пальцы поглаживают тыльную сторону моей ладони. А ещё он говорил тихо, словно боясь меня спугнуть.

– Да, у Дамиана есть на то причины. Так уж вышло, что мои немногочисленные родственники очень редко покидали долину. А вот семья Дамиана настолько большая, что постоянно чем-то занята за пределами наших земель.

Хоть Кириан и замолчал, но я поняла: у Дамиана могут быть личные счёты с семьёй, к которой я принадлежу. Это меня не удивило. Сейчас в большее замешательство вводил оборотень так нежно обращающийся со мной. Он точно ощутил энергию своих сородичей, что была потрачена на мой источник. Однако он прикасался ко мне так, будто это ничего не значило.

– Кириан, – тихо произнесла я глядя на костёр. – Разве ты не должен тоже злиться на меня?

– А можно я сам буду решать, что чувствовать? – тихо фыркнул оборотень, раздувая мои волосы на макушке. А затем очень серьёзно сказал: – Сейчас ты была честна и этого достаточно. 

Не выдержав, я повернулась и посмотрела в льдистые глаза. А затем задумчиво сказала:

– Мне казалось, что именно ты отреагируешь острее всего.

Оборотень улыбнулся, а потом наклонился ближе. Его дыхание обожгло кожу:

– Ведана, – прошептал Кириан мне на ухо. – Можешь списать это на мою незрелость, но я считаю: где одно нарушенное правило, там и второе. И честно говоря, в нашей долине секс втроём куда более порицаем, нежели секс с врагом.

– И это я потом шучу в неудачные моменты? – возмущенно хмыкнула, понимая, что совершенно не понимаю этого оборотня.

– Ты на меня плохо влияешь, – наигранно пожаловался этот паршивец, игриво кусая меня за ухо. – Такими темпами у меня появится желание пойти против семьи, оставить родовое логово и уехать с тобой в город, где нас никто не знает. Где мы не будем отпрысками своих семей, а станем просто любящими друг друга мужчиной и женщиной.

От настолько неожиданного признания я растерялась. Но во второй раз это далось легче, и я не покраснела – жар лишь немного опалил щёки.

Внимательнее посмотрев на Кириана, решила уточнить:

– И у тебя не будет проблем, если ты сбежишь со мной?

– Это, – начал чему-то довольный оборотень, – станет прекрасным поводом настоящему наследнику семьи, моему старшему брату, перестать валять дурака и учиться быть альфой. Тем более жену он себе уже присмотрел. А раз уж мой выбор пал не на волчицу, семье придётся меня отпустить. Да и пора бы мне чуточку взбунтоваться, чтобы подтолкнуть ленивого братца. 

– Ты не шутишь? – прошептала я.

Не верилось, что Кириан мог серьёзно рассуждать о таком, ведь для оборотня семья важнее всего. Но это лишь до тех пор, пока волк не захочет создать свою...

– Ах ты пронырливый засранец, – прозвучало угрожающее от входа. – Значит, пока я сражаюсь со своими демонами, ты под шумок делаешь Ведане предложение?

Кириан показательно поцеловал меня в нос и самодовольно ответил:

– Иди, побегай ещё. Пока ты там будешь сомневаться, я сделаю всё, чтобы меня она любила гораздо сильнее, чем тебя.

Благодаря самому раздражительному парню из всех, что я знала, казалось бы самая мрачная ситуация стала превращаться во что-то романтическое и вселяющее надежду. 

Жаль, что я не смогу искренне порадоваться…

Спрятав появившиеся мысли как можно глубже, я усмехнулась:

– Не ссорьтесь, мальчики, у меня для вас хорошая новость. – Выбравшись из объятий Кириана и поднявшись на ноги, я торжественно произнесла: – Теперь мы можем переместиться обратно в академию, где вы поспешите и накажете злодея забросившего нас сюда. – Посмотрев сначала на сидящего у моих ног Кириана, а потом на стоящего у входа Дамиана, который уже не выглядел таким уж злым, я со смешком добавила: – Но для начала оденьтесь уже.

Кажется, только сейчас до мужчин дошло, что из нас троих наиболее одетой была я. Зато мне удалось полюбоваться на то, как эта парочка краснеет. Хороший подарок, перед тем как я сделаю одну плохую вещь.

Глава 34: Ведьма и отголоски прошлого

В стенах академии царила тишина – все явно отсыпались после праздника. Мне захотелось усмехнуться, ведь я сразу вспомнила тот день, когда впервые в мою привычную жизнь вторглись оборотни. Правда сейчас, несмотря на раннее утро, за окном сгустилась тьма – она только воцарилась в северном городе, так что не скоро выпустит нас из своего плена. 

Телепортация сработала как надо, и мы оказались на этаже оборотней. Тут точно не должно было появиться ненужных свидетелей, к тому же так мне будет проще провернуть задуманное.

– Ведана, – обратился ко мне Дамиан. – Возвращайся к себе, а мы с Кирианом организуем облаву. 

Я посмотрела на мужчину в очень мятой одежде, с грустью заметив, как он старательно избегает моего взгляда. Кириан же наоборот поймал мой взгляд и только после этого сказал:

– Тебе и правда будет лучше остаться в своей комнате. Пока Дамиан расскажет всё ректору, я соберу парней. Вместе мы справимся, а ты пока отдохни.

– Хорошо, – послушно соглашаюсь, но оба оборотня уже предвкушают охоту и не обращают внимания на такую покладистость. 

Мои волки перекинулись парой фраз, так и не заподозрив неладного, а затем Дамиан всё так же не глядя на меня развернулся, чтобы направиться к лестнице. Кириан неодобрительно посмотрел ему вслед, но промолчал. В отличие от меня.

– Дамиан, – окликаю мужчину. Он оборачивается, а я сокращаю расстояние между нами и, взявшись за широкие плечи, притягиваю его ближе, чтобы коснуться мягких губ. 

Вначале Дамиан напряженно замер, но довольно быстро пришёл в себя и отреагировал на моё “нападение”. Он ответил на поцелуй настолько нежно, что защемило в груди.

Когда же наши губы разомкнулись, Дамиан поспешил оставить мимолетный поцелуй на моём лбу и тихо сказал:

– Как только всё закончится, мы поговорим. Без лишней драмы.

Я кивнула, а затем отстранилась, чтобы вернуться к слегка обиженному Кириану. Шагнув к нему, угодила прямиком в горячие объятья. Наш поцелуй был чуть жёстче – видимо мой снежный волк обиделся, что я поцеловала первым не его. Но даже так, тёплые губы подарили ощущения, от которых всё внутри затрепетало.

Расставаться не хотелось, но у нас были дела. Отстранившись от Кириана, я чмокнула его в гладкий подбородок и поспешила к лестнице следом за Дамианом. Он немного притормозил, чтобы довести меня в тишине до моего этажа, а потом молча поспешил вниз. 

Едва я ступила в свой коридор, на моей ладони засветилось заклинание.

Отлично. Даже после телепортации мой природный резерв остался полон наполовину – этого будет достаточно. Да и мои ведьминские силы все при мне, так что схватка выйдет эффектной. Главное теперь успеть к проходу первой.

Оказавшись в комнате, я сбросила с себя платье и туфли. Чулки из-за спешки порвались, ну и богиня с ними, они всё равно были испорчены когтями моих любовников. От одних только воспоминаний о необузданной страсти моих оборотней я почувствовала приятную тяжесть внизу живота. Но какими приятными ни были эти мысли, пришлось от них отмахнуться. Нужно торопиться.

Как можно скорее облачившись в тунику, штаны и сапоги уже читая заклинание короткой телепортации, я застегивала на себе кожаный корсет и пояс с ножнами, а также кобурой – в ней хранился необходимый минимум из зелий. Теперь я была готова встретить любую опасность.

В итоге у злополучного входа в тайное подземелье я оказалась раньше всех и во всеоружии. Не став тратить время на вскрытие потайного замка просто вынесла панель чистой силой. Последовал немалый грохот, вместе с облаком мелкой каменной крошки и пыли осевший в пустынном коридоре. Спешно очистив воздух, я нырнула в тёмный зев.

Яркий светлячок, призванный мной, озарил убегающую вниз лестницу. Первый шаг оказался волнительнее, чем я ожидала, но как только до меня дошло, что ловушка не спешит срабатывать, я выдохнула. Больше можно не задерживаться и прибавить скорости.

Чем дальше я продвигалась, тем больше убеждалась: моя догадка оказалась верна. И теперь мне до смерти хотелось узнать – кто же установил уникальную ловушку моей чокнутой семейки? Будь это не она, то мне бы не удалось так легко пройти. Хах, получается, в прошлый раз окажись я одна у входа, то маленькая руна-блок, созданная лишь для тех, в ком течет кровь Вомелианов, оставила бы ловушку спящей? Действительно смешно: оборотни, желавшие меня защитить, стали теми, кто спровоцировал наше путешествие.

Веселье покинуло мои мысли очень быстро, потому что новые вопросы только портили моё настроение.

Неужели кроме меня кто-то выжил? Но это не возможно... Тогда может кому-то в руки попал дневник одного из моих “родственников” и в нём, как и в отцовском, оказалось это заклинание? 

Даже не могу определить, какой из вариантов мне нравится гораздо меньше. Но в одном я была уверена на все сто – раз похищения связаны с семьей Вомелиан, это останется только моей ответственностью. 

Разберусь со злоумышленником, кем бы он ни оказался, и можно будет отправляться под суд Ковена. Если уж меня решат казнить, хотя бы сделаю что-то хорошее напоследок. Ну, или героически погибну, что определённо лучше грядущих разбирательств, исход которых для меня очевиден.

За новым поворотом оказался тупик. Однако в нескольких шагах перед стеной дорожка обрывалась, и её место занимал узкий бассейн, наполненный мутноватой водой. Знания уже приобретённые на практике подсказали: сразу соваться в воду не стоило.

Послав импульс, поняла, что прыгать туда без подготовки верный путь к становлению кормом маленьких зубастых рыбок, спящий на дне очередной ловушки. Такие уловки могут сработать на тех, кто ищет магические импульсы, оставляемые всеми ловушками. Этот пруд был обычным, без искорок магии, и опасность в нём можно рассмотреть, только если пристально её искать. Умно, если учесть, что подавляющая часть обитателей академии, привыкла полагаться на магию.

Пришлось скрипеть зубами, замораживать дно с плотоядной рыбой, а потом лезть в жутко холодную воду. Зато все мои мысли теперь занимало желание скорейшей встречи с “гостеприимным хозяином”.

Хорошо хоть плыть под водой долго не потребовалось. Однако меня всё равно потряхивало, когда я выбиралась на дорожку за стеной тупика. По эту сторону обнаружился всё такой же коридор с плесенью на каменной кладке. Согреваясь заклинанием, я задумчиво разглядывала воду, а потом поняла, что более идеального места не найду.

Опустив ладони над водой, без колебаний заморозила всю жидкость в бассейне. Это поможет задержать мою команду поддержки, а может и не даст сбежать похитителю. Пусть, скорее всего здесь есть иные пути отступления, такая предосторожность лишней не будет. 

Снова продвигаясь по коридору, я поняла, что даже не сомневалась – виновный в похищениях сейчас здесь. В это время вся академии отсыпается и будет делать это ещё часов пять, потому более идеального времени для тёмных дел просто не найти. Тем более если наше вторжение было замечено, злоумышленник точно воспользуется моментом, чтобы замести следы…

Ох, низшие! – выругалась про себя. – Если кто-то из пропавших остался в живых, то прежде чем покинуть своё логово, похититель избавится от них. Ведь гораздо проще поймать новых адептов.

Понимая, к чему могло привести наше вторжение в эти катакомбы, я прибавила ходу. Но как назло бесконечная лента коридора всё вилась и лишь примерно через полчаса вывела меня в полуразрушенный зал. 

Заметив впереди свет, я приглушила свой светляк, а затем и совсем развеяла его. Выглянув из-за огромного куска валуна, почти загородившего выход, я заметила движение на той стороне зала. Чтобы подобраться поближе к источнику света, пришлось тихой мышкой перебегать от глыбы к глыбе, скрываться за осколками колонн и просто кусками стен, щедро валяющимися повсюду.

На расчищенном пространстве расположилось нечто похожее на походную лабораторию, которая как раз в это время активно сворачивалась. Фигура в бесформенной мантии с капюшоном неспешно собирала исписанные листы пергамента, а затем складывала их в чемоданчик для бумаг. Чуть в стороне стояли уже собранные сундуки и, судя по характерным отметинам, в них были зелья, ингредиенты и все необходимые инструменты – такими обычно пользуются полевые целители или алхимики. А вот дальше мне смотреть не хотелось,… но пришлось, чтобы полностью оценить обстановку.

У дальней стены лаборатории находились алтари. Они были вытесаны, судя по всему, из валяющихся повсюду глыб, и расписаны вязью рун, от последовательности которых меня начинало знобить. Пусть я сожгла злосчастный дневник, но часть информации всё ещё упрямо хранилась в моей памяти. Мне не составило труда распознать подготовку к ритуалу внедрения источника. Подкатила тошнота, но для слабости не было времени.

Всего пять алтарей, – начала отстранённо размышлять, – и на каждом из них кто-то лежит. Скорее всего, подопытные ещё живы, иначе – я посмотрела на подозрительные кучки пепла под алтарями – они бы последовали за остальными. Пять спасённых лучше, чем ни одного.

Сглотнув, я постаралась отрешиться. Нельзя сейчас хоть что-то чувствовать, иначе этот бой будет проигран ещё до его начала.

От алтарей моё внимание переместилось на массивную конструкцию у стены неподалеку от меня. Пузатая печь бурлила паром, который не выходил в открытую створку на боку, а втягивался по трубе вверх, где та вгрызалась в неаккуратно сломанную стену. Кажется, как раз этот котел подпитывал горячий воздух в вентиляции испарениями зелья забвения. Значит, его нужно по возможности разрушить в первую очередь.

– И долго ты будешь прятаться? – я вздрогнула, поняв, что слишком знакомый голос обращается ко мне. – Выходи же, Ведана, пообщаемся.

Мне понадобилось пару мгновений, чтобы осознать и принять правду. А затем я выпрямилась и вышла из своего укрытия навстречу врагу. Да, теперь это враг. Ни больше, ни меньше.

Шагнув на свет, я холодно спросила:

– О чём мне с вами говорить, профессор Вайлет? Вы же сами понимаете, зачем я сюда пришла.

Глядя на то, как капюшон падает на плечи, выпуская на свет рыжие волосы, я лишь горько усмехнулась. Из немалого количества преподавателей академии она нравилась мне больше всех. Какое разочарование.

– А ты сама знаешь, зачем пришла сюда? – уклончиво начала эта ведьма с зелёными глазами. – Не зря же я вижу только тебя. Ты поняла, кого можешь здесь найти и потому пришла в одиночку. – Женщина отошла от стола, занимая более выгодную позицию для нападения. Я же сделала вид, что не заметила этого. Ведьма немного безумно улыбнулась мне и произнесла: – Ничего страшного, Ведана, все мы тянемся к своей семье, но прости, как видишь, я не одна из Вомелианов, хоть и должна была ей стать.

Нападать первой не было резона, потому я решила поддержать разговор. Информация никогда не бывает лишней.

– Дайте угадаю – брак? – последовал мой вопрос.

Профессор Вайлет…, а хотя, теперь для меня она всего лишь Вайлет, ведьма, покусившаяся на жизни себе подобных, величественно кивнула, после чего поведала:

– Да, я должна была стать женой твоего старшего брата, но его казнили раньше, чем об этом узнали, что и спасло меня.

– Раз ты не успела стать частью семьи, то не должна владеть её знаниями, – произнесла я без особого уважения.

– Это правда, – подтвердила ведьма, а затем грустно вздохнула и с нежностью сказала, – но Вельдан успел оставить мне подарок – дневник вашего отца. 

Заметив, как у меня на лице вспыхивает злость, Вайлет усмехнулась:

– Ты же не думала, что именно этот брюзга Осторот оставил его в твоей комнате? Какая ты наивная, Ведана. Ему было приказано оградить тебя от всего, что связано с Вомелианами, и он следовал указаниям. Поэтому я подбросила тебе дневник и ты, глупая девчонка, просто сожгла его. Хорошо, что мне хватило ума скопировать всё самое интересное.

– И зачем же? Чтобы проводить опыты на своих студентах? – холодно спросила я, проклиная брата, чьё имя только что узнала. Если бы не его глупость, жертв бы удалось избежать. 

Зелёные глаза ведьмы стали колючими, будто она смотрела на своё самое большое разочарование. Сложив руки на груди Вайлет отстранённо начала:

– Твоя семья была великой. Она делала всё ради блага нашей расы и за это им отплатили чёрной неблагодарностью. Несколько лет я исследовала все тонкости того, что успели узнать Вомелианы и знаешь, что я поняла? Они со всей тщательностью изучали источники других рас, а вот с нашими они не заходили слишком далеко. – Чем больше ведьма говорила, тем больше она распалялась. – Поэтому я решила продолжить их дело, довести работу до конца, но для этого мне нужно больше информации именно о наших источниках. Чтобы изменилось, если бы несколько десятков адептов исчезали каждый год? Нас гибнет в разы больше, когда дело доходит до работы на Ковен.

В словах Вайлет было столько непоколебимой веры, что становилось ясно: спорить с ней бесполезно. Подарив безумной ведьме взгляд, полный неприкрытой жалости, я грустно усмехнулась:

– Похоже, ты бы стала достойной представительницей этой двинутой семьи.

– Зато ты стала их самым большим позором, – выплюнула ведьма, тыча в меня острым маникюром. – Ты должна была обозлиться на тех, кто уничтожил твою семью! Должна была проникнуться строками дневника отца и тогда я бы пришла к тебе, и мы вместе завершили бы их труд. А затем отомстили.

Поняв: более вменяемых объяснений мне не получить, я решила, что пора прекращать этот бессмысленный разговор.

– Эх, Вайлет, Вайлет, ты кое-чего не учла, – вздохнула я, а затем криво усмехнулась: – Ведьмы никому ничего не должны. Мы делаем только то, что сами считаем правильным, а эта мерзость, – я со злостью указала на алтари, – не правильна и противоестественна для меня.

– Но только так мы сможем исправить наш дефект! – запальчиво продолжала убеждать меня Вайлет. – Сама подумай, оборотни имеют природный источник, но, сколько среди них магов умеют не только обращаться в волков? Один на пару тысяч? Элетари же все поголовно способны колдовать, но из-за специфического источника мы словно в цепях! 

С одной стороны я понимала её мысль, но для меня она более вменяемой не становилась.

– И сколькими ты готова пожертвовать ради такой великой цели? – тихо спрашиваю, мысленно формирую щит.

– Если надо, то всеми в академии! – Закричала эта ненормальная и, желая себя оправдать, добавила: – Зато новые поколения станут лучше, чище и сильнее.

Как же бесит. Почему кто-то считает себя настолько богоподобным, что в итоге спешит играть жизнями других? Зачем, такие как я и те несчастные, угодившие на похожие алтари, должны страдать из-за чужих решений? Не понимаю. Но определённо выхожу из себя от такой несправедливости.

Не став таиться я выставила перед собой ладони готовая напасть в любой момент и прорычала:

– Не тебе идти против нашей природы. Я не позволю загубить ещё больше жизней.

Вайлет лишь рассмеялась:

– Можешь попробовать, но не увлекайся сильно. Мне ты нужна более менее целой. Где я ещё найду живого элетари с удачно внедрённым природным источником?

Зелёные глаза ведьмы вспыхнули, а вместе с ними и парные круги над её ладонями. В меня метнулись две огненные змеи, дружелюбно распахнув жаркие пасти. Вражеское заклинание пришлось на щит, но мне тут же пришлось уворачиваться – не знаю, когда Вайлет успела, но следом за змеями в меня полетели стальные перья, которые совершенно не заметили щита.

Пока я восстанавливала равновесие, ко мне уже мчалось огненное лассо. Едва успела разрубить его ледяным копьём – мне даже показалось, что я слышу шипение, с которым с меня слезает кожа от соприкосновения с раскалённой петлей.

Это так она собиралась поймать меня целенькой? Точно поехавшая. Но возможно сказалось то, что у Вайлет любимой магией была именно огненная. Иронично – мы все настолько хотим быть ближе к природным элементам, что создали заклинания копирующие их. Но они так и остаются подделками.

Думаю, стоит показать профессорше настоящую стихийную магию.

Уворачиваясь от новой порции атак ведьмы, я потянулась к своему второму источнику. В мыслях успел сформироваться лишь образ огненного столба без конкретных деталей, но укуси всех мантикора, мана без рун и заклинаний рванула наружу, исполняя мою волю. От рёва заложило уши, а от жара пришлось скрываться за ближайшим валуном. 

Хлопая поражённо глазами, я спешно тушила рукав туники. Со стороны противницы слышались забористые проклятья в мою сторону.

Не успела я восхититься мощи своего заклинания, последовал новый взрыв, но уже не такой оглушительный. Как только всё стихло, я выглянула чтобы с удивлением обнаружить – котёл, отравляющий воздух в академии, разнесло вдребезги. Похоже, жар призванного мной пламени заставил рвануть все запасы нагревательных кристаллов разом. 

Кажется, нужно быть аккуратнее, иначе я разнесу здесь всё вместе с – вот низшие – адептами на алтарях! Найдя взглядом круг из алтарей, я выдохнула. Вроде бы никто из жертв одной чокнутой ведьмы не пострадал, что не скажешь про мою противницу. 

Вайлет успела отскочить, однако на её шикарных рыжих волосах появились проплешины, а догорающая мантия валялась на полу. Оставшись в рубашке и штанах, поджаренная ведьма выглядела так, будто всю ночь тушила пожар. Неплохо я её приложила.

Но наслаждаться триумфом я не спешила. Эта ведьма была не просто магистром – ей даже удалось поучаствовать в парочке войн между человеческими королевствами. Мощь моей магии против её опыта. Любая из нас может выиграть.

– Думаю: руки и ноги тебе не понадобится, – зловеще прошипела Вайлет, глядя в мою сторону. С таким зверским выражением на лице она стала больше походить на демона только вылезшего из нижнего мира.

Ну вот, теперь у меня в противниках не просто опытная ведьма, а взбешённая ведьма, жаждущая моей крови. Идеально.

Наш танец начался скромно – с пары ударов уплотнённым воздухом по щитам друг друга. Но чем больше заклинаний свистело в воздухе, тем более смертоносными становились наши движения.

Меч не просто пригодился, он помог мне пришпилить как бабочку теневую сколопендру призванную Вайлет. Многоногая тварь попыталась подкрасться ко мне со спины, чтобы обездвижить, но я заметила её в последний момент и успела накормить мерзкое создание сталью. В этот момент пришлось отвлекать противницу новыми взрывами – хорошо, что до этого я успела набросить защиту за бессознательных адептов. Тут как раз пригодились парочка зелий: взрывное и ослепляющее. Но рыжая гадина защищалась слишком хорошо, что позволило лишь немного её задеть.

Воздух уже гудел от израсходованной маны, но бой становился лишь ожесточённее. Оба моих источника просели, не смотря на то, что я старалась разумнее расходовать магию. Вайлет же безбожно жульничала, подпитываясь из накопителей, щедрой гроздью висящих на тонкой шее. Кажется, она прекрасно изучила ритуал извлечения чужой маны – дрянь.

Не знаю, как долго бы мы ещё продолжали плясать между валунами разрушенного зала, если бы я позорно не растянулась на грязном полу. Коварную трещину в гладком камне я заметила слишком поздно. Нога безжалостно застряла и, вскрикнув от боли, я постаралась укрыться самым прочным щитом.

– А знаешь, – рвано дыша, прохрипела ведьма, – я передумала. Ты оказалась слишком опасной, чтобы оставаться в живых.

Хотелось бы сказать, что я польщена, но боль в лодыжке не давала порадоваться тому, насколько достойным противником меня сочли. А потом Вайлет сплюнула кровь и с алчным огнём в глазах уплотнила воздух. После чего принялась бить этим воздушным молотом как по наковальне по моему щиту.

Ясно, хочет раздавить меня как букашку. Остаётся надеться, что мана в её накопителях закончится раньше, чем моя, а там глядишь, и подмога подоспеет – времени прошло достаточно. 

Но что если я слишком удачно задержала не только сумасшедшую ведьму, но и свою помощь? Ох, как глупо будет помереть из-за того, что я переусердствовала. Однако главным сейчас оставалось то, чтобы Вайлет сосредоточилась на мне, а не поспешила замести все следы – щит на выживших адептах куда слабее того, который я окружила себя.

К счастью мне удалось настолько ополчить против себя рыжую ведьму, что она стала просто одержима мыслью добраться до меня. Наблюдая, как гаснет очередной её накопитель, я злорадно улыбнулась, не пытаясь атаковать.

Видя моё злорадство, Вайлет злилась, но ровно настолько, чтобы не потерять контроль над своей магией – вот она опытная магистр в деле. Жаль, что мне довелось увидеть её такой именно при данных обстоятельствах…

Новый удар сотряс щит, и я поняла, что ещё одного он не выдержит.

Странно, но меня охватило непробиваемое спокойствие. Я сделала всё, что смогла и даже больше, остаётся надеяться, что ректор с оборотнями и дежурным отрядом ведьмаков подоспеет вовремя, чтобы спасти оставшихся адептов. 

Жизнь не успела пронестись перед глазами. Да что там, даже финальные из событий не скрасили последние мгновения и вот уже щит трещит, рассыпаясь, а я малодушно закрываю глаза.

Но удара так и не последовало.… Неужели Вайлет всё же решила взять меня живьём?

– Наверное, – раздался такой знакомый, такой любимый и такой злой голос, – мне всё же придётся тебя как следует отшлёпать.

Распахнув глаза, я посмотрела на возвышающегося надо мной Дамиана. Он стоял спиной ко мне, загораживая от бешеной ведьмы, такой же удивленной, как и я.

– Что ты сделал? Куда исчезло мое заклинание? – ошарашенно спросила Вайлет, понемногу пятясь назад.

Мой мужчина не стал отвечать, но я уже догадалась.

– А действие ловушки ты почему не развеял? – возмутилась, понимая, что оборотень передо мной и есть тот самый антимаг.

Ведьма не стала дожидаться, пока мы поговорим, и метнула в нас огненный шар размером с яйцо виверны. Дамиан не напрягаясь, лишь взмахом руки развеял и это заклинание. Поняв, что магия не действует против этого оборотня, разделывающего рыжую ведьму своим стальным взглядом, Вайлет приняла самое верное решение. Бежать.

Однако за её спиной уже показались несколько волчьих морд во главе с ректором.

Пока ведьму зажимали в тиски, а потом скручивали заклинанием, Дамиан повернулся ко мне. Его взгляд не обещал ничего хорошего, когда он приседал рядом. Мне стало настолько не по себе, что я зажмурилась. Некоторое время ничего не происходило, а затем последовал вздох, и прохладные пальцы коснулись моей ноги, застрявшей в расселине.

– Чтобы развеять заклинание, мне нужно его видеть, – тихо произнес Дамиан, высвобождая мою ногу из ловушки. – Но вообще-то это секрет.

Так и не открыв глаз, я качнулась. Уткнувшись носом в ту самую мятую рубашку, на которой произошло столько всего интересного я, наконец, расслабилась.

– С ней всё хорошо? – прозвучал взволнованный вопрос Кириана, и я почувствовала, как его не менее холодные пальцы касаются моей шеи. По телу тут же пробежало тепло диагностического заклинания, после которого снежный оборотень сам ответил на свой вопрос: – Всё в пределах нормы. Истощена, напугана, небольшая травма на лодыжке, но жить будет.

– Недолго, если продолжит в том же духе, – пробурчал Дамиан, крепче прижимая меня к себе. 

Я тихо фыркнула, но тут почувствовала, как мужчина в моих объятьях становится каким-то вялым. Подняв голову, увидела, как Дамиан недоуменно трясёт головой, а потом его веки закрываются и он сползает на пол рядом со мной. В этот же момент позади рухнул Кириан.

Никогда не думала, что меня может захватить настолько сильная паника. Показалось, будто кто-то сдавил лёгкие, заставляя меня задыхаться, пока сердце стучало как бешеное.

– Можно было обойтись и без этого, – послышался недовольный голос ректора. Повернувшись на звук, сквозь наползающую пелену заметила, что он не один. 

Форму дознавателей Ковена трудно было не узнать даже в моём состоянии.

Что ж видимо именно таким будет мой конец. Теперь архимагистры даже не захотят слушать моих оправданий. Из-за наследия семьи Вомелиан опять пострадали невинные, и вся тяжесть этих преступлений падёт на мои плечи.

Глава 35: Ведьма и будущее

Буравя тёмный потолок взглядом, я пыталась угадать, сколько дней здесь провела. Из-за долгой ночи маленькое и единственное окошко в моей камере не помогало мне в этом нелёгком занятии, но если предположить, что меня кормят трижды в сутки, то выходит: пошёл уже пятый день. И всё это время я провела наедине с собой.… Но даже в таком положении нашлись плюсы.

Сейчас я находилась в самой комфортной временной тюрьме Грэмхелла, расположенной в здании Ковена. Если не обращать внимания на крепкие прутья решётки, занимающие одну из стен, то можно представить, будто я в номере бедненькой гостиницы. Грубо сколоченная кровать со сбитым тюфяком была определенно лучше отсыревшей соломы в городской темнице, а слабо освещённые стены были вполне чистыми – без следов въевшейся плесени. Да и одиночество куда предпочтительнее компании крыс.

Вздохнув, я перевернулась на бок и уставилась на тусклый светильник в коридоре. Попавшая в поле зрения решётка сразу развеяла мои оптимистичные мысли.

Эх-х-х. Ну, хотя бы с Кирианом и Дамианом всё будет в порядке,… по крайней мере, физически. Не думала, что почувствую такое облегчение, когда пойму, что их просто усыпили. В первый момент, когда мои оборотни потеряли сознания я, было, подумала, что чокнутая рыжая ведьма успела что-то сделать с ними, прежде чем её обезвредили. Но это оказалось лишь сонное заклинание, насланное дознавателями Ковена. Теперь было важно, чтобы эти два не всегда сдержанных мужчины не натворили дел.

От вяло текущих мыслей меня неожиданно отвлекли слишком тихие шаги со стороны входа в блок для магически одарённых – в отличие от обычного здесь повсюду натыканы гасители маны. 

Странно, – настороженно подумала я, – для очередной кормёжки ещё рано, да и никто из стражников не ходит так аккуратно. Их тяжелые сапоги со стальными набойками просто не позволяют тихо передвигаться. Кто же это нагрянул к единственной заключённой в этом крыле?

Напряжённо вглядываясь между прутьев, стала ожидать подозрительного гостя. А когда он оказался рядом с моей камерой, я слетела с лежака и в мгновение ока оказалась у решётки.

– Марика! Ты что здесь делаешь? – возбужденно зашипела я, пытаясь рассмотреть вход со своего места. Если эта неугомонная ведьма пробралась сюда тайком, у неё будут серьёзные проблемы, когда её поймают.

– Расслабься, – усмехнулась подруга, совершенно не таясь. – У нас есть целых десять минут на разговор.

– Но как? – неверяще спросила я, поражённо разглядывая Марику. Она выглядела спокойной, однако сомнения меня не покидали. На то были причины.

Временная тюрьма была куда комфортнее остальных мест заточения не просто так. Здесь содержали самых опасных заключенных, по мнению Ковена, к которым не пускали посетителей. Увидеть тех, кто заточён здесь, можно было только на заседании, проводимом уже после окончательного решения дальнейшей судьбы арестанта. 

Да, мне даже не дадут возможности себя оправдать – обычная практика нашего мудрого Ковена.

– Веда, ты же меня знаешь, – довольно оскалилась подруга, – я могу быть настолько убедительной, что любой мужчина пропустит меня куда угодно. И не только мужчина, – самодовольно сверкнула карминовыми глазами Марика.

На такое заявление я вяло улыбнулась и, приблизившись вплотную к решётке, протянула руку сквозь неё, чтобы дёрнуть слишком самонадеянную ведьму за алую прядь.

– Рада видеть, Марика, что некоторые вещи не меняются.

– А я рада видеть тебя, подруга, – усмехнулась Марика, отбирая у меня свои волосы. После чего она сложила руки на груди и недовольно протянула: – Смотрю, ты тут совсем скисла.

Подобие улыбки сползло с моего лица. Подруге достался спокойный взгляд и не менее спокойные слова:

– Это называется смирением.

– Нет, Веда, это называется “я не верю в своих друзей”. – Полетевшее в меня обвинение позабавило. Будто хоть кто-то сможет переубедить Ковен, если он решит меня казнить. Однако у подруги нашлось, чем меня переубедить. – Неужели ты думаешь, что все будут просто смотреть, как тебя казнят? Тем более после того, как все узнали о твоей помощи в разоблачении профессора Вайлет?

Многозначительный намёк заставил меня усмехнуться:

– И кто же распустил такие слухи?

– Мы с Вельтом очень постарались, – скромно потупила глазки Марика. А затем встрепенулась, сжала мои пальцы, лежащие на решётке, и с восторгом поведала: – Ты не поверишь, но так же нам помогала Рейна.

От такого заявления я опешила.

– Что? Рейна? Зачем ей это, ведь она меня терпеть не может.

Марика чуть не начала приплясывать. Хм, я только обратила внимания, что на подруге было довольно дорогое платье изумрудного цвета, подчеркивающее все её достоинства. Зато стало понятно, как именно её пустили ко мне – надеюсь, бедные стражники скоро оправятся после чар этой ведьмочки.

– Пять дней назад, – принялась с восторгом в глазах разъяснять Марика, – в катакомбах ты спасла эту склочную ведьму. Рейне повезло, её похитили одной из последних, и твои действия помогли сохранить ей жизнь. – От таких новостей я даже растерялась.

Это насколько мои мысли были заняты Вайлет и моими паршивыми родственниками, что я не заметила на алтаре Рейну? Мне почему-то казалось, что серые волосы заклятой подруги моё сознание отмечало автоматически, как только они попадали в поле зрения. Это позволяло убраться подальше от очередной ссоры.

Дав мне осознать факт, того, что я спасла ведьму, которую так старательно валяла по плацу на дуэлях, Марика продолжила делиться хорошими новостями:

– Кстати, пропавший оборотень тоже жив. Теперь вся мохнатая компашка вместе с нами засыпает Ковен прошениями о твоём освобождении. Так что не с чем тебе смиряться – мы кости ляжем, но не дадим им тебя казнить.

Лишь сейчас ко мне вернулась возможность чувствовать. И первыми я ощутила холодные пальцы Марики, крепко сжимающие мою руку. А ведь я смирилась, заперла все чувства глубоко внутри, чтобы встретить свой конец достойно. Однако теперь, хоть и чувствовала всю браваду подруги, я не хотела так просто сдаваться.

– Спасибо…, – с трудом вымолвила я, чувствуя, как к горлу подкатывает ком. Но подступающие слезы были не из-за жалости к себе – их вызвали самое тёплое чувство. Доверие. Вера в друзей вытащила меня из тёмных объятий меланхолии. И это дорого стоит.

– Пока не за что благодарить, – вздохнула подруга, но тут же расплылась в улыбке, обещая, – но мы постараемся, чтобы было. Конечно, твоя жизнь кардинально изменится, но сейчас главное, чтобы её сохранили. – И чтобы растрогать меня ещё сильнее Марика хихикая заговорчески прошептала: – Знаешь, у нас и выбора-то нет, потому что если не удастся переубедить Ковен, твоя мама обещала разнести его по кирпичикам, если хоть кто-то обидит такую хорошую девочку.

Этой шуткой Марика добилась своего и не прошеные слезы сменились улыбкой. Однако она померкла, потому что я не услышала самого главного – подруга, словно нарочно избегала упоминать два дорогих мне имени. В душе тут же поселилась тревога, отразившаяся на мне.

– Не делай такое лицо, Веда, – вздохнула Марика. – У меня пропадает желание над тобой издеваться.

– Так ты специально упоминаешь всех кроме…, – начало было возмущаться я, но подруга меня перебила:

– Твоих волков? – ехидная улыбка не оставила сомнений: Марика умышленно о них молчала. – Ну да, теперь твоя фиолетовая голова занята мыслями о месте мне, а не каким-то ненужным смирени...

Тут дверь у входа в блок скрипнула и мужской голос, прерывая подругу, гаркнул:

– Время!

– Ох, так быстро, – пожаловалась Марика и, чмокнув меня в нос через решётку, бросила на прощанье: – Не раскисай. Всё схвачено!

– Эй! Подожди! – крикнула в спину убегающей подруге. – Так что там с Кирианом и Дамианом?

– Скоро сама узнаешь! – прилетел мне ответ, а потом тяжелая дверь отрезала от меня Марику.

– Да чтоб тебя! – рыкнула в пустой коридор, прикладываясь лбом о прутья. 

Вот же, подр-р-руга! Самое волнующее и не рассказала. Зато успела поиздеваться! Как только выберусь отсюда, да, не “если”, а “как только”! То обязательно напомню этому алому одуванчику, что шутить надо мной плохая идея.

Пусть я злилась, но была благодарна Марике. Теперь я нетерпеливо вышагивала по камере, а не лежала унылым гов… гоблином на жёсткой кровати. Сколько же чудесных зелий мне пришло на ум, пока я размышляла как бы так и отомстить и отблагодарить подругу.

Однако долго смаковать варианты мести над Марикой мне не дали. 

В этот раз по мою душу пришли два стражника. Они бросили на меня угрюмые взгляды, велели вытянуть руки сквозь решётку, и как только я сделала это, на моих запястьях защелкнулись тяжёлые браслеты – теперь даже вне этого блока мне не поколдовать.

Пока меня вели узкими коридорами, я посмеивалась про себя – как бы академия облегчила себе жизнь, если бы могла всех юных адептов вот так ограничивать. Никаких тебе магических шуток, которые иногда перепадали и преподавателям, никаких якобы случайных выбросов маны и порчи казённого имущества.

Наверное, лорд-ректор страстно мечтает об ограничителях магии на запястьях адептов каждый раз, когда ему приносят стопки списков тех, кто применил боевое заклинание без лицензии. Ведь все эти заявки он обязан подписывать лично. Я своим глазами видела, как главный ведьмак скрипел зубами, ставя свой оттиск на очередном бланке о нарушении так, словно чернила у него из проклятой чернильницы и теперь провинившемуся адепту не жить.

Да, как же весело было в академии. Жаль, что туда мне в любом случае не вернуться.

Приступ ностальгии слетел с меня, едва я поняла, что ведут меня не в зал заседаний. Там мне доводилось уже бывать – все адепты ещё в начале обучения по очереди приглашались на трибуны в качестве наблюдателей. Потому, когда передо мной распахнулась незнакомая дверь, я немного стушевалась.

В просторной комнате не было окон, да и полукруглых трибун здесь не наблюдалось. Почти всё пространство было пустым, едва освещённым и лишь у самых стен на противоположной стороне от входа имелись три ряда кресел, которые были заняты безмолвными фигурами в мантиях. Глухие капюшоны скрывали лица пары десятков присутствующих, что заставило меня разволноваться ещё сильнее. 

Стражники оставили меня в центре очерченного рунами круга – хоть все символы и их сочетания были знакомы, но я не могла сходу определить для чего они. Гулко сглотнув, постаралась успокоить слишком быстро бьющееся сердце.

Закралась леденящая мысль, что это не что иное, как круг сожжения и сейчас по вынесению приговора я превращусь в горстку пепла. Раз так, то действительно лучше проводить казнь подальше от глаз тех, кто меня знал. Мне доводилось слышать, что Ковен уже не раз совершал тайное сожжение, чтобы избежать скандалов. Как говориться – нет тела, нет дела.

Однако, несмотря на плещущийся во мне чёрный юмор, в груди кольнуло – мне всё же хотелось хотя бы ещё раз увидеть Кириана и Дамиана…

Повисла недолгая пауза, после которой поднялась одна из фигур и вышла чуть вперёд. Капюшон опустился на плечи, открывая передо мной лицо, знакомое мне только по портрету.

Кеннет дель Ристрит являлся одним из семи действующих архимагистров Ковена. Надо отметить, что самым молодым – в его чёрных волосах едва серебрилась седина, а глубокие морщины залегли только между кустистых бровей. Тёмно-карие глаза ведьмака, наделенного немалой властью, пригвоздили меня к месту не хуже заклинания, а подавляющая аура заставила покорно склонить голову.

– Сегодня мы собрались здесь, чтобы вынести приговор этой ведьме, – прокатился по залу голос архимагистра Кеннета. Подняв глаза, я приготовилась внимать. – Ведана, не смотря на вашу помощь в деле с похищениями, мы не можем закрыть глаза на ваше происхождение. – Ведьмак говорил хорошо поставленным голосом, не дающим даже шанса возразить. – Однажды мы сделали для вас исключение в надежде, что ваш источник так и останется спящим. Теперь же он является угрозой, как для вас, так и для нас. 

Значит, обвинять меня в деяниях Вайлет не станут. Уже хорошо. Да и от меня не скрылся факт того, что со мной пытаются говорить уважительно, хоть от строгого голоса, привыкшего осуждать за меньшие прегрешения, мне было не по себе.

Небольшая пауза данная мне, чтобы я обдумала услышанное, закончилась и архимагистр продолжил:

– С учётом всех ваших заслуг, всех рекомендаций, как от лорда-ректора Осторота, так и обычных граждан Грэмхелла в лице графини Исиль, – тут у меня кажется, вытянулось лицо, потому как я не ожидала подобного. 

Если ходатайство ректора для меня не стало сюрпризом, то вот заступничество со стороны моей старушки-сплетницы удивило. Просто графиня старалась не ввязываться в скандалы – эта леди в возрасте привыкла их разжигать.

– Мы приговариваем вас, – прогремело в зале и из моих мыслей вылетело всё лишнее. Даже сердце в груди, кажется, перестало биться, пока в воздухе повисла многозначительная пауза. А потом едва трепыхнулось, как только упало: – … к изгнанию. 

С моих плеч свалилась не просто гора. Оттуда соскользнула целая семья скальных великанов удерживающих на своих плечах величественный город драконов. Мне до последнего казалось, что всё не может закончиться для меня хорошо. Конечно же, у Ковена нашлись способы пересолить даже такое блюдо...

– Ваш второй источник также должен быть вновь заблокирован и оставаться таковым до конца ваших дней. – Такое условие меня не удивило. Можно сказать, отделалась малой кровью. – В противном случае, – продолжал выносить приговор архимагистр, – нам придётся пересмотреть вынесенный ранее приговор. Поэтому в ваших интересах, чтобы новая печать была гораздо крепче предыдущей, – обратился архимагистр глядя в сторону присяжных ведьмаков. 

Ещё одна фигура поднялась и, откинув капюшон, явила мне лорда-ректора собственной персоны. Он, слегка склонив беловолосую голову, уважительно ответил архимагистру Ковена:

– Я лично с магом оборотней постарался учесть все несовершенства печати. Теперь так просто её будет не сорвать.

– Прекрасно, – безэмоционально произнес ведьмак, пока я старательно глушила в себе радость – ректор точно говорил о Кириане, и всего одно упоминание о нём сделало меня очень счастливой. Архимагистр Кеннет отвернулся от лорда-ректора и снова обратился ко мне: – Вам также предписывается наблюдение со стороны расы, наиболее пострадавшей от рук вашей семьи – оборотней. Тут везение вновь на вашей стороне. Два представителя двуипостатных изъявили желание стать вашими надзирателями. Все тонкости соглашения сможете узнать непосредственно у них, а теперь приступим к исполнению приговора.

Я была настолько оглушена новостью, что совершенно не обратила внимания на суету вокруг. С меня сняли блокирующие ману браслеты, велели замереть и не двигаться, а потом выстроились по внешнему контуру круга из рун на полу.

Все присутствующие в комнате приняли участие в ритуале. Воздух наполнился магией, которая следовала за слаженным напевом заклинания. Полумрак помещения заполнился ярким светом, и мне пришлось зажмуриться, потому что я стояла прямиком в его источнике.

Хотелось бы сказать, что я ничего не почувствовала, но это было не так. Грудь слишком привычно сдавило, отчего мне начало казаться, что я дышу, используя лишь одно лёгкое. Так странно, ведь раньше я даже значения этому не предавала, а едва на меня наложили печать, почувствовался слишком явный контраст. С этим уже ничего не поделаешь, остается только привыкнуть. Лопатки так же обожгло болью, но я стойко вытерпела её, потому что теперь моя кожа вновь будет чистой, без въевшегося клейма семьи, которой я не просила.

Когда же голоса стихли, а сияние магии стало затухать, на удивление я ощутила себя куда более живой, чем полчаса назад.

– На этом вы свободны, – произнёс архимагистр и, не прощаясь, направился к боковому выходу из зала. Остальные так же, не удостоив меня лишним взглядом, нестройным ручейком последовали за ним. Только лорд-ректор подарил мне долгий взгляд, а затем, кивнув, молча отправился за остальными.

Глубоко поклонившись в уходящую спину, я выпрямилась и повернулась к ожидающей меня страже. Их угрюмые взгляды были встречены милой улыбкой, от которой два амбала нахмурились ещё сильнее.

Конвоиры поспешно проводили меня в небольшую комнату, где можно было привести себя в порядок, а потом спокойно покинуть Ковен через главный вход. В комнате нашёлся поднос с закуской, сложенная стопкой чистая одежда и небольшая уборная. Что ещё нужно для счастья недавно освобожденного?

С удовольствием смыв с себя переживания последних дней я, обмотавшись большим полотенцем, поспешила перекусить, пока просыхала. Как только я заела весь стресс, сладко потянулась и направилась одеваться.

В стопочке, вкусно пахнущей свежестью, нашлись тёплые штаны и туника, а также мягкий кардиган до колен. Уткнувшись в него носом, сразу узнала знакомый запах – мама всегда хранила вместе с пряжей сушеный шиповник. Она не только постаралась сделать кардиган более свободным и подходящим под мой вкус, но и подобрала пряжу такого же синего цвета, что и мои глаза. Разве можно не любить такого внимательно человека? Кто бы что ни говорил, но для меня именно она останется настоящей матерью.

Ощущая себя слишком счастливой для той, кого только что изгнали из родного города, я выпорхнула из второй двери, чтобы тут же угодить в крепкие объятья. В нос ударил слишком родной морозный запах. Пискнув, я сильнее вжалась в Кириана, всё ещё не веря, что он ждал меня здесь.

– Наконец-то, – проворчал снежный волк, зарываясь носом в мои волосы на макушке. – Мне уже начало казаться, что они тебя никогда не выпустят.

Уже больше веря в своё счастье, я хмыкнула:

– Выпустили и отпустили на все четыре стороны, желательно подальше от Грэмхелла.

Рядом раздался хриплый смешок. Отлепив свой лоб от груди Кириана, я увидела стоящего рядом Дамиана. Вот теперь моему счастью нет предела.

– Изгнание гораздо лучше первоначального вердикта, – произнёс оборотень со стальными глазами, оттесняя от меня Кириана. Теперь я оказалась в кольце тёплых рук Дамиана. Он прижал меня к себе так бережно, что у меня не осталось сомнений – теперь мы будем вместе. Словно в подтверждение моих мыслей Дамиан спросил: – Ты уже выбрала, куда мы отправимся?

От многозначительного “мы” хотелось зацеловать сначала этого оборотня, а потом второго, который буравит меня обиженным взглядом льдистых глаз – над их ревностью НАМ ещё работать и работать.

Отстранившись от Дамиана, я подарила долгий взгляд каждому из моих мужчин, а затем уточнила:

– А будет ли слишком банально, если я отвечу: с вами хоть на край света?

– Немного заезжено, но сойдет, – фыркнул Кириан, оттаивая, когда я потянулась к нему и взяла его за руку. Мой снежный волк невесомо поцеловал тыльную сторону моей ладони, а потом предложил: – Раз у тебя нет конкретных пожеланий, то, как насчёт того, чтобы отправиться в Мирден?

– Южный город на берегу моря? – припомнила я расположение столицы одного из человеческих королевств. – А вам не будет там слишком жарко при ваших-то шубках?

Дамиан крепче сжал мою вторую руку и усмехнулся:

– Лично я лучше окунусь в фонтан, там говорят их очень много, чем буду продолжать мёрзнуть здесь.

Проскользнула мысль, что всё это происходит не по-настоящему. Совсем недавно оба оборотня готовы были порвать друг друга, а сейчас собираются оставить всё, чтобы уехать со мной. Недоверие попыталось было пискнуть, что надзирателям, и положено не отходить от меня, но я задушила этот голос в зародыше. Им было бы куда проще оставить меня на растерзание Ковена. Да и я просто чувствовала, как притяжение между нами лишь усиливается. 

– Вы, правда, готовы уехать со мной куда угодно? – тихо спросила, решив до конца развеять все сомнения.

– Конечно, – кивнул Дамиан, – теперь – куда ты, туда и я.

Его ответ прозвучал так просто, но в нём было гораздо больше, чем в обычном признании.

– Хороший план, мне нравится, – поддержал Кириан своего бывшего соперника и я хихикнула:

– Меня приводит в восторг ваше единодушие. Балуйте меня таким почаще.

Любуясь улыбками своих мужчин, в душе я сожалела, что звание магистра стало для меня недостижимым. Да, по сути, оно помогало лишь получить прибавку в Ковене, из которого меня так же изгнали, но было трудно сразу отпустить свои планы.

Ничего, в любом случае я не пропаду. Лицензию смогу получить в любом крупном городе – они отправят запрос, и академия просто подтвердит, что я прошла обучение. Может, вообще открою какую-нибудь лавочку как Сирен…

И тут я кое-что вспомнила. Земля ушла из-под ног, а колени резко ослабели. Оборотни заметили, что я побледнела, но ничего спросить не успели, потому что я резко сорвалась с места и потащила их за собой к выходу.

Бодро перебирая ногами, я пробормотала: 

– Мирден, так Мирден, только давайте поторопимся.

– Тебе дали сутки на завершение всех дел в Грэмхелле, – удивленно поведал Дамиан, при этом так же послушно, как и Кириан, следуя за мной.

Бросив взгляд на них обрадовалась, что оба мужчины не оставили где-то свои плащи, а у Кириана на локте висел ещё и мой.

– Столько времени у нас нет, – очень серьезно ответила я. – Сейчас к маме, а потом со всех ног к порталу.

– К чему эта спешка? – спросил Кириан, так же не понимая, с чего я так переполошилась.

Уже спускаясь по лестнице, я убедилась, что поблизости никого нет, и тихо затараторила:

– Просто из города мы должны успеть смыться до того, как лорду-ректору придёт счёт от Сирен. В этой суматохе я умудрилась потерять артефакт, за который не расплатиться и за всю жизнь. Поэтому мне нужно исчезнуть раньше, чем ректор поймет, как я “отблагодарила” его за помощь.

Мужчины переглянулись, а потом... заржали. Мне было не очень смешно от осознания, что со мной сделает ректор, если поймает, потому хохочущей парочке досталось по пинку в коленку. Лишь после этого их веселье поубавилось и меня послушались.

Кутаясь в свой плащ, подбитый серым мехом, я полными лёгкими вдыхала колючий морозный воздух. Как же всё-таки было хорошо на свободе. Тем более, когда рядом с тобой шагают любимые мужчины город, погруженный во тьму, уже не кажется таким уж мрачным. Даже холодный свет фонарей придавал тёмным улочкам сказочности.

Оставив за нашими спинами здание Ковена, и почувствовав на щеках снег, я поняла: несмотря на всё произошедшее, я буду очень скучать по этому краю. Бросив взгляд сначала на Кириана – такого холодного внешне, но такого горячего, когда дело касалось чувств, а потом на Дамиана – вроде бы зрелого, рассудительного, но, тем не менее, любящего поиграть, я пришла к иным выводам.

Тоска по родному месту будет недостаточно сильной, чтобы променять на Грэмхелл парочку внезапно свалившихся на меня волков.

Эпилог

– Веда! Отдай мне своего сына! – немного истерично выдала Марика, вваливаясь без стука в мою лабораторию.

– Рика, ты хочешь, чтобы наша дружба закончилась на такой бесславной ноте? – Напряженно спрашиваю, отставляя подальше взрывоопасные смеси, чтобы не было соблазна запустить ими в эту обнаглевшую ведьму.

– Что? – не поняла сначала Марика, а потом видимо ей дошло, как можно трактовать её слова и она зачастила. – Ты неправильно меня поняла. Он нужен не мне… хотя, отчасти и мне, но,... Веда! Положи нож! – взвизгнула подруга, прячась за створку двери. Я положила острый предмет, но не слишком далеко. Это, наконец, позволило Марике правильно собраться с мыслями и всё объяснять: – Понимаешь, этот демон с ленточками в волосах, который по совместительству оказался моей дочерью, успокаивается только рядом с Наилем. 

Наконец поняв, чего хочет подруга я со вздохом уточнила:

– Так тебе нужна нянька в лице моего сына?

– Именно, – закивала Марика расслабившись. Оставив дверь в покое, она приблизилась ко мне со словами: – Да и вообще меня не интересуют десятилетки.… Вот ещё через десять лет можно будет подумать…

– Рика, – угрожающе прорычала я. – Видимо пора избавиться от привычки давать тебе ключи от своего дома. Ты вконец обнаглела! 

В жутких глазах Марики проскользнуло ехидство, и я поняла, что она просто дразнит меня.

Обойдя мой рабочий стол, уставленный мерными чашками, ступками и всевозможными ингредиентами, подруга вцепилась в меня как клещ и жалостливо зачастила:

– Ну, пожалуйста, Ведочка, войди в моё положение! Уже неделю эта банши не даёт мне нормально поспать. Пусть Наиль придёт в гости, может даже с девочками, а я хоть несколько часиков спокойно посплю. Ты сама посмотри на эти мешки под глазами, – аккуратный пальчик указал на их предполагаемое месторасположение. – Такими темпами на меня скоро не один мужчина не посмотрит!

Да, для Марики это действительно проблема. С её аппетитами охладевший интерес мужчин сущее наказание. Вот только как я не приглядывалась так и не обнаружила даже залегших теней под ресницами.

Для верности поразлядовав лицо подруги ещё, я недовольно протянула:

– Сдается мне, что кое-кто ездит мне по ушам. Признавайся, ведьма, ты задумала объединить наши семьи?

– А что такого? – Тут же сдала все свои планы эта интриганка. – Моя единственная дочь достойна лучшего…

– Она же только что была дьяволом, – перебив, усмехнулась я. И, конечно же, как гордая мать не стала спорить, что мой сын самый лучший на всём свете.

– И, тем не менее, – всплеснула руками Марика. Сейчас она была похожа на человеческую матрону, спешно ищущую хорошую партию для дочери. Угу, при том, что она была в полевой форме Ковена и выглядела так, будто собиралась на войну, а её дочке только исполнилось три года. Наверное, мои мысли отразились на моём лице, потому что Марика поспешила меня заверить: – Необходимо сразу позаботиться о будущем. В большинстве случаев именно друзья детства в итоге заключают браки. Вельт вон с Кайлой тоже были знакомы чуть ли не с пеленок, потому, несмотря на слишком разгульный, даже для ведьмака, характер Вельта они поженились и даже живут счастливо.

Я не стала напоминать, что в отличие от Вельта с Кайлой у наших детей вообще-то разница в семь лет и Наилю не интересно проводить время с маленьким ребёнком. Но взяла себе на заметку фанатичную идею подруги. Я ведь тоже мать желающая своим детям всего самого лучшего, а маленькая Эльфини точно вырастет очень красивой ведьмочкой. Ещё бы, с её-то родословной.

Кто же знал, что Марика не растеряется и соблазнит ни абы кого, а чистокровного эльфа заглянувшего к нам в город. Она так вздыхала о том: какой бы красивый ребёнок у них получился, но ушлый остроухий любезно отказался от предложения заделать подруге ребёночка. И тут в дело вступила парочка моих зелий, после которых на свет появилась Эльфини. 

От отца ей достался платиновый оттенок волос, чуть заострённые ушки и кожа подобная мрамору, а в остальном девочка пошла в мать. В итоге у эльфа с ведьмой получился ужасно милый “одуванчик” с глазами цвета плодов боярышника – прелесть, а не ребёнок. Эльф, кстати, так и не узнав о коварстве ведьм, отправился дальше по своим делам. 

Продолжить разговор с Марикой не дал топот в коридоре. Зная обитателей этого дома, подруга лишь хмыкнула и с удобством устроилась на высоком стуле, готовясь наслаждаться представлением. Я же попросила Гекату дать мне как можно больше сил – всё же членов своей семьи проклинать не этично.

Дверь скрипнула и в проёме показалась русая голова Стеллы. Курносая мордашка с серыми глазами выражала всё недовольство, на которое была способна

– Ма-а-ам, – протянула старшая дочь и поспешила пожаловаться, – Селена опять взяла моё платье!

Едва жалоба слетела с аккуратных губ, Стелла, явно с чужой подачи, ввалилась в лабораторию. Створка распахнулась и на пороге показалась Селена. Она поправила пепельную косу на плече и совершенно безмятежно заявила:

– Просто оно идёт мне больше. К тому же, ты забрала у меня то, фисташковое с колосками по подолу.

Я тяжело вздохнула. Мне частенько казалось, что дочери-двойняшки переняли от своих отцов не только характерные черты внешности, но и их соперничество, что вносило в нашу жизнь постоянные склоки, истерики и не менее фееричные примирения. Совсем недавно, лохматые после драки Стелла и Селена, сидели на полу в обнимку пока рыдая, спорили, кто кого любит сильнее.

– Девочки, – устало начала я, – эту проблему можно решить очень просто. Давайте мы будем заказывать вам одинаковые платья, и тогда смысл что-то у кого-то отбирать отпадёт.

Такое идеальное решение в который раз натолкнулось на непробиваемые аргументы.

– Что? – одинаково возмутились дочери. – Я на неё не хочу быть похожа!

Слаженный ответ моих дочерей развеселил Марику, но не смутил девочек. Зато моему терпению подходил конец.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Так, – хлопнула по столу я. Ладонь нечаянно задела мензурку с вытяжкой из плодов гоя, имевших очень специфический запах, которая с радостью подпрыгнула и осела на Марике. Веселье подруги поубавилось. Я же вновь посмотрела на притихших дочерей и заявила: – Ещё хоть одна жалоба и ни одна из вас не пойдёт на праздник Радужных Медуз. Пока все будут любоваться их торжественным появлением у берега, вы будете сидеть дома и вышивать!

Всё недовольство тут же испарилось. Провести летний праздник в компании иголки, ниток и самой сложной схемы, которую я найду, для дочерей было самой ужасной из угроз. Ещё бы. Две юные волчицы как раз в том возрасте, когда на уме только танцы и шепотки о понравившихся мальчиках.

– Мы больше не будем, – пискнули дочери, скрываясь как можно дальше от моих глаз метающих молнии.

– Я тоже, наверное, пойду, – вздохнула Марика, разглядывая зеленые пятна на закатанных рукавах рубашки – сегодня было довольно жарко. – И насчёт твоего сына и моей дочери...

– Вот как вырастут, – перебила я, – пусть сами решают кто для них лучший из лучших. 

– Ладно, поговорим об этом, когда ты успокоишься.

Сказать я уже ничего не успела, но хотя бы запустила в закрытую дверь деревянной ложкой. Она глухо стукнулась и, упав на пол, щедро осыпала его толчеными травами.

Вытерев капельки пота со лба, щёлкнула пальцами, активируя охладительные кристаллы. Наверное, я и ещё через двадцать лет не привыкну к жаркому климату Флорина. Это королевство славилось своими пляжами и зноем, но когда мы приехали в Мирден просто влюбились в него и больше уезжать не захотели. Даже Марика приехав к нам в гости, так впечатлилась путаными улочками вымощенными белым камнем, что тоже решила здесь остаться.

Маме также нравились прогулки под тенью раскидистых деревьев и утренний бриз. Однако она постоянно отказывалась сюда переехать. Хорошо, что хотя бы свой последний год мама всё же провела здесь с нами – здоровье человека оказалось ещё более хрупким, чем я представляла. Но даже так я сделала всё, чтобы ей было легче переносить пришедшие с возрастом болезни.

В тишине лаборатории на меня уже привычно накатила тоска, и словно почувствовав это, дверь опять открылась, впуская на этот раз Дамиана. Он чуть не наступил на ложку, но животная реакция помогла ему этого избежать.

– Милая, давай на сегодня ты отложишь работу, – предложил муж, поднимая мой инструмент с пола. На его загорелом лице светилась ласковая улыбка, когда он глядя на меня оставил ложку на тумбе рядом с дверью. Улыбка Дамиана подобно зелью успокаивала меня, пробуждая такую родную язвительность.

– Милый, – начала в тон ему, – давайте вы не будете меня отвлекать, и я начну завершать работу гораздо быстрее.

Мой покладистый муж спорить не стал. Он просто подошёл, подхватил меня на руки и без разговоров понёс на выход. 

– Дамиан! Мне осталось совсем немного, и новое зелье будет готово!

– Хотя бы поужинай с нами, – спокойно попросил муж, целуя меня в висок. – После этого вернёшься и закончишь свой эксперимент.

– Как поужинаешь? – удивилась я, вглядываясь в ближайшее окно. Под бархатистый смех Дамиана я с удивлением обнаружила сумерки, опускающиеся на Мирден.

Что-то время пролетело слишком быстро. А ещё постоянные вторжения на мой чердак перетягивали на себя драгоценное время, из-за чего мысль о лаборатории, как можно дальше от дома, казалась всё более заманчивой.

Заметив, что я перестала вырываться, Дамиан довольно оскалился и сказал:

– Вот и решили.

Подкинув меня вверх, муж вырвал из меня писк, а потом, посмеиваясь, сбежал по лестнице вниз пока я колотила его по плечу.

В столовой уже был накрыт стол – видимо девочки спешили меня задобрить. За столом сидел только Наиль. Сын повернулся, заслышав нас, а потом сморщил острый носик и передёрнул плечами. Да-да, сейчас у него как раз тот возраст, когда все проявления нежности воспринимаются как что-то противное. Эх, а ведь совсем недавно он бегал за мной, дёргая за платье и выпрашивая ещё один поцелуйчик в пухленькую щечку. Как же быстро растут дети.

– Ты всё-таки смог вытащить нашу летучую мышку с её чердака? – насмешливо спросил Кириан, появляясь в столовой в компании дочерей. Они несли блюда с мясом: жареным, запечённым и копченым – что поделаешь, если в семье из шестерых, четверо имеют волчью ипостась.

Дамиан усадил меня на стул и поддержал шутку Кириана:

– Да, вытащил. Правда наша мышка очень возмущенно пищала.

– Договоритесь вы, – пообещала, прищурив глаза, – и в один прекрасный день я превращу вас в парочку белых мышек.

– А она может? – шёпотом спросила Стелла у Селены. Та в свою очередь посмотрела на отца, а Кириан пожал плечами и хмыкнул:

– Ваша мама, когда захочет, может многое. Так что давайте не будем её злить и приступим к ужину.

Подарив благодарную улыбку своему второму мужу, я с теплом окинула взглядом всех за столом. 

Сын, так похожий на меня, смотрит на Дамиана и спрашивает, когда ему уже разрешат завести саламандру. Дамиан опять придумывает какие-то отговорки, попутно накладывая Наилю полную тарелку еды – он не терял надежды откормить сына. Селена аккуратно режет жаркое, пока Стелла донимает Кириана новыми платьями, а он в очередной раз идёт у неё на поводу и обещает сводить к модистке. 

На душе становится одновременно тепло и тревожно.

Я не знаю, что для моих детей станет тем самым лучшим, но я вместе с Дамианом и Кирианом постараюсь им это дать. Хоть это точно будет не просто...

Ведьмак, которому придётся мириться с тем, что у них с парой будут любовники “для здоровья” и две волчицы, не понимающие, почему муж должен быть один. Моим детям придётся очень тяжело, но они справятся. Ведь наша такая необычная, но любящая семья всегда останется на их стороне. 

И этому меня научили два самых замечательных мужчины, также изменившихся ради меня.

Конец

Оглавление

Глава 1. Ведьма и каникулы

Глава 2. Ведьма и волк №1

Глава 3. Ведьма и месть

Глава 4. Ведьма и работа на полставки

Глава 5. Ведьма и волк №2

Глава 6. Ведьма и наказание

Глава 7. Ведьма и разрядка

Глава 8. Ведьма и первый семестр

Глава 9. Ведьма и новая встреча

Глава 10. Ведьма и проклятый

Глава 11. Ведьма и заклятая подруга

Глава 12. Ведьма и студ. будни

Глава 13. Ведьма и откат

Глава 14. Ведьма и подсобка

Глава 15. Ведьма и провокация

Глава 16. Ведьма и (не)удачный случай

Глава 17. Ведьма и новые взгляды

Глава 18. Ведьма и самый дорогой человек

Глава 19: Ведьма и пойманный волк

Глава 20: Ведьма и происшествие

Глава 21: Ведьма и очень полезный урок

Глава 22: Ведьма и дисбаланс

Глава 23: Ведьма и открытие

Глава 24: Ведьма и убежище

Глава 25: Ведьма и правда

Глава 26: Два оборотня и одна ведьма

Глава 27: Ведьма и полезные связи

Глава 28: Ведьма и превратности судьбы

Глава 29: Ведьма и признание

Глава 30: Ведьма и бал

Глава 31: Ведьма и долгая ночь

Глава 32: Ведьма и два волка

Глава 33: Ведьма и правда

Глава 34: Ведьма и отголоски прошлого

Глава 35: Ведьма и будущее

Эпилог