Библиотека :)

Руки прочь, Эйдан Линч! 739K - Алина Рейн (скачать epub) (скачать mobi) (скачать fb2)

Алина Рейн Руки прочь, Эйдан Линч!

Глава 1 Никки

— Линч! — мой голос никак не мог перекрыть гомон, наполняющий холл Второго Института Стихийной Магии, но я уверенно продвигалась вперед, расталкивая образовавшийся затор. — Эйдан Линч!

— Когда ты от него уже отвяжешься⁈ — зашипела Кендра, больно схватив меня за локоть.

И откуда только взялась? В кожу между нитями свитера крупной вязки впились длинные ногти, напоминающие когти хищной птицы. Это далеко не первый раз, и Высшие знают, как я устала от всех его одноразовых подружек, которые решили отыграться на мне!

Будто мне проблем мало!

— Удивительно, что тебя волную именно я, когда твой парень не пропускает ни одной юбки, — я специально сделала акцент на слове парень, ведь Линч сто раз говорил, что обязательства не для такого как он, и Кендре об этом было известно.

Понапридумывала себе про крепкую любовь и настоящие чувства, хотя в глубине души знала, что с ним такое не пройдет. От того бесилась и ревновала.

Почему именно ко мне? Тут все просто. Я единственная, кто удержалась в их «золотой» компании и продолжала появляться рядом день за днем, когда как других выпроваживали с рассветом, и потом восторженные дурочки тихим шепотом рассказывали подружкам о самой незабываемой ночи в их жизни. И мне бы их пожалеть, да вот только они сами виноваты — репутация у Линча вполне себе оправданная. Но каждая думает, что именно с ней все будет по-другому. Именно с ней он забудет, что в мире вообще существуют девушки. Ага, как же.

Закадрить Линча на более долгий срок, чем одна ночь, уже стало своего рода целью, и некоторые ушлые даже делали ставки на успех той или иной девушки. Пока что лидировала Кендра, что и неудивительно. Но я знала об их договоре «без обязательств». Да все знали…

— Я тебя предупредила, моль бледная! Прекрати за ним таскаться, это выглядит жалко.

От Кендры, длинноволосой блондинки модельной внешности, мне в награду достался просто убийственный взгляд. В такие моменты всё её кукольное очарование исчезало без следа. Вырвав руку и не удостоив ее ответом, я устремилась вперед, где между спинами студентов мелькнули знакомые пепельно-белоснежные волосы Блэка. Этот друг Линча меня нервировал до зубного скрежета, но я научилась мириться с его присутствием. А вот и Август Райан. Завидев высокого брюнета, мои щеки предательски зарделись, а воспоминания всколыхнулись где-то на задворках сознания.

— А, Кнопка, — стоило приблизиться, как Линч с мимолётной улыбкой потрепал меня по макушке, тут же выбив из аккуратной косы пару непослушных прядей. — Мой доклад по магпотокам готов?

— На твой доклад я потратила два часа, но да, готов, — достав из сумки стопку листов, протянула Линчу, который забрал их со скучающим выражением лица. — Будь добр, хотя бы прочти перед тем, как сдавать Коллинсу, иначе он все поймёт.

— Ну, за два года так и не понял, — было видно, что мой лучший друг отчаянно старается подавить зевок, но я отдала ему должное, ведь Эйдан и правда принялся листать мою работу, подписанную его именем.

Что поделать, турнир и тренировки заботили его больше, чем зубрежка теории магических потоков. Он всегда предпочитал практику, грубую силу и собственные способности. А мозгами пользовался моими.

Но я не возражала. Только не после того, что он для меня сделал.

— Как прошли выходные, Никки? — Август одарил меня теплым взглядом карих глаз.

Сохранять безразличное выражение лица стало тяжело, особенно когда я заметила, что он себя этим уж точно не утруждал, откровенно пялясь на мои губы. В мглу бы послать чертовы воспоминания!

— Ты точно этого хочешь?

— Да, — спокойно ответила я, но остановила парня, когда его губы оказались совсем близко, на расстоянии выдоха. — Только давай обойдемся без поцелуев, ладно?

Тогда он удивленно вскинул брови, и этот же жест повторил и сейчас, стоило мне впервые за две недели учёбы покраснеть в его присутствии.

Пришлось прочистить горло, чтобы голос звучал ровно, но я до ужаса боялась, что одного сказанного слова хватит, и все тут же всё поймут.

— Отлично, спасибо.

Хелгорн Блэк, впрочем, сощурил свои темные глаза, подозрительно поглядывая то на меня, то на Августа. Нужно спешно менять тему разговора! Хмурый взгляд Линча на мой доклад пришелся как никогда кстати.

— Тебе всё понятно, или подробнее рассказать о теории сопротивления разноплановых стихий? Если у Коллинса будут вопросы…

— Разберусь, — буркнул Эйдан, убирая плоды моих трудов в сумку.

Блэк демонстративно закатил глаза.

— Давай без лекций, Гаро, тут и так душно.

— У меня есть имя, если ты не в курсе.

— Которое мне не интересно, — скучающим тоном сообщил Хелл, достал из кармана брюк пачку вишневых человеческих сигарет, и закурил, выпуская изо рта облачко дыма.

Закурил! В холле института! От такого вопиющего нарушения правил я гневно заскрежетала зубами. Хотела уже высказаться, но Хелл в сию секунду подавился своим же дымом и закашлялся, удивленно пялясь поверх моей головы.

Пришлось обернуться. Только я это сделала, как в плечо врезалось чье-то сильное тело, вынуждая пошатнуться. Незнакомец, впрочем, извинениями себя не утруждал, и вовсе не взглянув на опешившую меня.

— Какого граша ты здесь делаешь, Дэм⁈

— Перед тобой забыл отчитаться, — в том же тоне отозвался парень, одетый во все черное.

Хелл тоже предпочитал эти цвета, ибо они были фамильной традицией дома Блэков, но всё же разбавлял мрачный ансамбль белыми или алыми рубашками. Дорогущими, естественно, ведь его отец — один из трех архоров, который владел вторым по площади Осколком. Голубая кровь, тонна самомнения и неуемный апломб. Именно это меня больше всего и бесило в Хелгорне Блэке.

А еще я не могла не заметить его явного сходства с незнакомцем. Те же пепельно-белые волосы, но длиннее, те же презрительно поджатые губы. Родственники?

Незнакомец все же удостоил меня хмурым взглядом льдисто-прозрачный глаз, отчего по коже пробежал ощутимый колючий мороз. Я поёжилась. И продолжала ёжиться, свитер вдруг показался тонким, как полупрозрачный шифон, но всё прошло, стоило незнакомцу скрыться из виду в толпе студентов, которые расступались перед ним, а потом смыкались за широкой спиной.

— Это кто? — спросила я ошарашенно.

— Дэмиен, — произнес Хелл с явной неприязнью в голосе, потушил истлевшую сигарету взглядом и выкинул окурок в ближайшую мусорку. — Мой старший брат.

Вот так новости! За два года моего с ним знакомства, он ни разу о нём не упоминал. Интересно, почему?

— Сразу чувствуется родство, — ехидно заметила я.

Хелл ответил мне в том же тоне:

— Не обольщайся, Гаро. Он намного хуже.

— Стой, его же должны были исключить из Первого Университета за тот эксперимент, — уточнил Линч, и они с Августом одновременно скрестили взгляды на Блэке.

— Эксперимент? — не поняла я.

— Он каким-то образом выдрал кусок мглы, законсервировал заклинаем, притащил в академию и оставил на ночь в лаборатории, — пояснил Эйдан.

— Да, помню тогда много шума было, — подхватил Август. — В итоге мгла выбралась наружу и поглотила ногу уборщика, который мыл полы в коридоре. Бедняга чуть не умер. Кричал, на его вопли сбежались сонные профессора, ну и спасли. Ещё минута, и мгла бы его убила.

Теперь от шока я едва могла связать мысли воедино, что было для меня редкостью. Мгла… Жуткая неизученная материя, которая поглощала всё живое, разрасталась, и которая почти уничтожила Магразию, оставив нам лишь несколько десятков осколков собственного мира. Именно поэтому мы вынуждены осваивать новую для нас территорию. Ведь наш исконный дом под угрозой исчезновения.

Мглу боялись до обморока и поседевших волос, мало кто рисковал к ней приближаться ближе, чем на сотню шагов, не говоря уже о том, чтобы ставить на ней эксперименты, которые грозили превратиться в масштабную трагедию…

— Это чудовищно… — наконец я смогла подобрать правильное слово, но произнесла его шепотом.

Впрочем, меня услышали.

— Таков мой брат, — Хелл пожал плечами. — Милашка, правда?

— А ты, я смотрю, привык считать себя на его фоне лучше, чем есть.

— Я и правда лучше. Не калечу невинных.

— Ну да, — повернувшись к Линчу, я успела заметить, как он прятал в карман брюк человеческий смартфон. Они как раз входили в моду среди прогрессивных студентов, но приверженцы традиций такое новшество и в руки бы не взяли. — Кстати, ты же помнишь про сегодняшний вечер?

— Сегодняшний вечер?.. — рассеянно протянул друг.

— К девяти меня ждет вещунья. Пятый осколок, Эйдан. Мы же договаривались.

— Ах это… — он замялся, выдохнул и потер переносицу. — Слушай, Кнопка, давай без меня, ладно? А я тебе камень переноса дам, чтобы ты свои не тратила.

Честно говоря, такого от него я не ожидала. Мне не нужен был камень переноса, мне нужен был сопровождающий, друг и жилетка, если вдруг моя затея с вещуньей не выгорит. Это был мой последний шанс обзавестись силой, чтобы вырваться из рамок «мага поддержки», которых стихийные маги снисходительно называли «белоручками» и «блонди», последнее прозвище по аналогии с недалекими блондинками. Девушек среди стихийников крайне мало, и я бы сделала всё, чтобы оказаться в их числе.

Даже прыгнула бы на Пятый Осколок, о котором ходит немало пугающих слухов. Это я и собиралась провернуть, но правда была в том, что идти к вещунье в одиночестве я боялась. Эйдан сам предложил, и я верила, что он сдержит своё слово.

— Ты обещал.

— Давай я пойду, — встрял Август, но Линч бросил на него беглый взгляд.

— Ладно, Кнопка, — от облегчения я благодарно ему улыбнулась. — Встретимся в восемь, и не опаздывай.

— Сам не опаздывай, — перекинув сумку на другое плечо, я сделала несколько шагов в сторону широкой лестницы. — Ладно, я пошла. Хочу успеть обсудить с мисс Норман свою курсовую.

Ура! Если все выгорит на Пятом Осколке, то скоро я смогу заниматься со стихийниками на равных. Да что там, я смогу их превзойти! И к концу обучения обязательно окажусь в числе лучших, примерю форму Высших и…

И как бы всё не было радужно в моих мечтах, суровая реальность принесла немало сюрпризов…

Глава 2 Эйдан

— Так о чем ты хотел поговорить? — проводив взглядом удаляющуюся фигурку Никки, Август повернулся к нам.

И мне бы задуматься, с чего вдруг он оказывает ей столько внимания, да вот только было не до этого. Разговор и впрямь предстоял серьезный, и откладывать его в долгий ящик никак нельзя.

Но сначала необходимо было кое-что прояснить.

— Твой брат нам не помешает? — спросил я, внимательно вглядываясь в лицо Хелла.

Тот, наконец, прекратил созерцать короткую юбку и стройные ножки одной из проходящих девушек. Но делал он это без особой доли интереса, а скорее по привычке. А когда до него дошло, о чем я спросил, глаза друга вспыхнули гневным огнем.

— Нет, — он тряхнул головой, будто возвращая себе возможность мыслить здраво. — Турнир его не интересует, можете быть уверенны.

Что ж, этот ответ меня полностью устраивал.

— Ладно. В этом году нам просто необходим маг поддержки, — перешел я к самому главному.

— Секретарша, — поправил с усмешкой Хелл, который потянулся за новой сигаретой. Но увидел появившегося в холле ректора, сделал кислую мину и убрал пачку обратно в карман.

— Маг поддержки, — настойчиво поправил я.

— Сексуальная ассистентка, — не сдавался он. — Чур выбираю я.

Еще чего! Вкусы друга в отношении девушек не разделяли ни я, ни Август, который шутливо скривился, едва услышал об этом.

— Нам не нужна кукла, — напомнил я о деле, стараясь вновь вернуть разговор в нужное русло. — Нам нужен реальный член команды.

Хелл поморщился, будто проглотил целый лимон.

— Ты еще голосовать предложи.

— Или устроим прослушивание, — усмехнулся Август.

— Давайте хотя бы прикинем варианты. Нам нужна способная девушка, которая согласится посещать тренировки, уделять время команде, ну и переехать из общежития. И при этом крайне разумно, чтобы никто из нас не имел на нее видов.

Было бы совсем уж отлично, если бы эта девушка оказалась парнем, но среди «блонди» парней не водилось.

— Не имел видов? — переспросил Август, который явно понял ход моих мыслей. — Хочешь сказать, чтобы она не отвлекала нас от турнира?

— Да, именно это и хочу сказать. Слушайте, провал прошлого года целиком и полностью лежит на мне, — повинился я, ощущая неприятную горечь на языке. — Признаю. Я забил на тренировки, я напился перед финальным поединком, я…

— Был дерьмовым членом команды, — с кривой усмешкой подхватил Хелл. — Забавно, мне казалось, что именно я первый займу этот пьедестал.

— Был дерьмовым членом команды, — покорно повторил я, ведь в его словах была не просто доля истины, а тонна. Тот год вообще прошел, словно в тумане, и сдал экзамены я только благодаря Никки.

Перед финалом я едва смог встать с постели, пьяный вдрызг и в незнакомой мне спальне. Когда встал, вслепую нашарил свою форму, которую надел задом наперед, да еще и шиворот навыворот. Похмелье меня убивало, незнакомая девушка в постели это состоянии только усугубляла. Смутно помню, что накануне пришло неподписанное приглашение на закрытую вечеринку на Первом Осколке, куда я и отправился, проигнорировав предостережение Августа. Хелл тоже прыгнул со мной, но в толпе веселящихся гостей и прелестных нимф я его потерял. В итоге он позже признался, что тоже жестко напился, но всё же не до беспамятства. Соперники из Университета буквально размазали по полю нашу команду, откаты каждый словил такие, что мы мучались в лазарете всю следующую неделю, едва в состоянии пошевелить хоть пальцем.

Но самым паршивым было не это.

Отец, когда приехал на турнир и стал свидетелем плачевного состояния сына, наградил меня таким взглядом… Клянусь, лучше бы он кричал, врезал в морду, крушил мебель. Нет, он только посмотрел, а потом тихо произнес: «Хорошо, что твоя покойная мать этого не видит». И ушел, явно давая мне понять, что я не оправдал его ожиданий.

Именно поэтому я так хотел, чтобы в этом году перед выпуском мы все сделали правильно и заняли первое место. А там и до кителя Высших рукой подать.

— Рад, что ты это признаешь, — Хелл не сводил с меня хмурого взгляда. — И кого предлагаешь?

К сожалению, тут мне похвастаться нечем. В девушках я всегда искал нечто иное, а не умение работать в команде и адекватность мышления. Задумался даже, а не пора ли что-то менять?

— Хм, ну я надеялся, что у вас кто-то есть на примете. Если нет, то можно обратиться к Алисе, старосте белоручек, она может кого-то порекомендовать…

Я хотел развить эту мысль, вот только заткнулся, потому что по лицам друзей понял, что выдал какую-то дичь.

— Ты это сейчас серьёзно? — недоуменно переспросил Август.

И пялился на меня, как на идиота. Хелл не отставал.

— Я вот тоже думаю, не показалось ли мне.

— Что? — растеряно переспросил я.

Предложение ведь дельное! Можно даже выбрать кого-то поневзрачнее…

— Ты правда не подумал о Никки? — удивленно уточнил Август. — Да она идеальная кандидатура!

— Она всего лишь на втором курсе, — не согласился я.

— Да, и прекрасно освоила программу четвёртого, чтобы ты сдал экзамены, — он взглянул на Хелла. — Что думаешь?

Тот на мгновение замялся, будто обдумывая ответ, но в итоге согласился:

— Думаю, что, если мы ищем ту, на которую никто из нас не будет отвлекаться, то Гаро просто находка. Поправь меня, если я не прав.

Он был прав, тут спорить просто бессмысленно, поэтому я лишь пожал плечами. Очень сомневаюсь, что предложение стать четвертым членом команды заинтересует Никки, но ведь попытаться стоит. Мы ничего не теряем, в а перспективе даже приобретем. Вынув из кармана брюк смартфон, я пробежался по строчкам сообщения от Кендры. Так… Заманчивое предложение приятно провести вечер, а потом и ночь. Разве кто-то может от такого отказаться? Точно не я.

Вот только… Стоило согласиться, как на сердце поселилась неприятная тяжесть.

Глава 3 Никки

— Никки, осторожно! — внезапно донеслось справа.

Поздно. Я на полном ходу влетела в коридор общежития, затопленный водой, доходящей до щиколотки. Да как же так! Новые ведь туфли! Вода пропитала ковёр, рябила и волновалась, как единый живой организм. Основная стихия Эйдана, с которой ему привычнее и приятнее работать, но я знала ещё кое-кого, кто предпочитал именно воду.

И этому кое-кому я вырву уши! Повешу на верёвочку и буду носить их на шее! Я маг поддержки, как бы ни было прискорбно, и простенькое заклинание консервирования вполне могу наложить, тогда эти уши будут свеженькими ещё очень долго.

— Вы что творите⁈ — зашипела я, едва заметила за двумя широкими креслами черноволосую макушку Кая.

Тут же устремилась к ним, на ходу гневно раздувая ноздри, а ноги хлюпали в вездесущей воде, насквозь пропитавшей потёртый ковёр. До чего неприятное ощущение! Если комендант поймёт, кто ответственен за потоп, мало не покажется не только моему двоюродному брату и его приятелю, но ещё и мне, чего не хотелось абсолютно. Портить хорошие отношения со строгой, похожей на костлявого граша мисс Опенвальд мне точно не с руки. Сразу в ду́ше закончится горячая вода, постельное бельё превратится в прохудившуюся тряпочку, а полотенца мне достанутся самые старые, со странными неотстирываемыми пятнами. Кай о подобном пока не задумывается, как и многие студенты, а стоило бы. Комендант после ректора — самая грозная фигура, которая может превратить жизнь в общежитии в настоящий ад.

— Да мы Харриса поджидаем! — тут же поведал его приятель Норман, стоило мне приблизиться и замереть у их сомнительного укрытия. — Он вот-вот должен появиться.

— А появилась я!

— Сопутствующий… ущерб? — Норман покраснел, что в сочетании с его рыжими волосами делало парня перезрелым томатом. Он умоляюще посмотрел на меня, явно подбирая правильные слова. — Прости, пожалуйста, сейчас я всё исправлю. Высушу, будут как новенькие! Так…

Он засуетился, направил ладони на мои ноги, пальцами вывел несколько замысловатых движений, будто вязал невидимыми спицами. Сморщил лоб, прикусил губу. И всё это так быстро, что я не успела и охнуть.

— Не надо! И так нормально. Я… Ой! — едва успела выпрыгнуть из туфель, которые сначала нагрелись, потом задымились, а спустя секунду обуглились и превратились в неприглядные, воняющие гарью головешки. При этом вода отпрянула от моих ног, как живой напуганный зверёк.

Вот так. Были туфли новые, потом стали мокрыми, теперь совсем сгорели…

— Да ты издеваешься! Кто так прокладывает вектор умножения потока⁈ Ты ошибся минимум в трёх местах!

Норман до того распереживался, что его ладони подрагивали. Им обоим по девятнадцать, всего на год младше, а я почувствовала себя строгой родительницей, отчитывающей расшалившихся детей. Вроде и ругаешь, а глядя на их реакцию уже оттаяла.

— Зато они точно высохли, — отметил очевидное Кай, потирая затылок.

Кстати, о братишке моём неуёмном…

— Кай?..

— М-м-м? — отозвался он.

— Что это на тебе? — я осмелилась озвучить вопрос, который мучил меня с момента первого взгляда на двоюродного брата.

Тот ничуть не смутился, прекрасно поняв, что я имела в виду его взъерошенные чёрные волосы, губы, выкрашенные чёрной помадой, такого же цвета ногти и цепь, висящую на шее. Чёрный ансамбль одежды дополнял эту безрадостную и нелепую картину. Некроманты и то веселее выглядят! Но Кай довольно улыбнулся, поддел цепь пальцем, будто демонстрируя серебристые звенья.

— Классно, да? Человеческая мода. Так ходят, как их?.. — он посмотрел на друга в поисках подсказки.

— Готы, — выдал Норман непонятную чушь.

— Готы, — рассеянно повторила я. — А дальше что? Если люди будут ходить голыми, то и ты тоже скинешь одежду?

На мои слова Кай скептически хмыкнул, махнув рукой.

— Да ладно тебе. Их телефоны давно вытеснили «леталки» и слава Высшим.

Леталки — особый закрытый вид связи, действующий в зоне одной единственной локации. Зачарованные магами-воздушниками бумажные птички, на которых можно писать друг другу записки. Причём птички необычные. Перехватишь чужую леталку, и на тебя обрушится случайное проклятье. Довольно мелкое, но очень неприятное. Например, прыщи пойдут по всей филейной части, что сесть на твёрдую поверхность покажется настоящим испытанием, или начнёшь чихать каждые пять секунд без перерыва. Приятного мало, короче говоря, поэтому чужую почту обычно никто не читает, а если леталка прилетела к тебе, то будет клевать в макушку, пока не обратишь не неё внимание и не возьмёшь в руки. Тогда она и успокоиться. Вот и сейчас мимо нас в сторону лестницы упорхнули две леталки, но мы настолько к ним привыкли, что даже не проводили взглядом.

— Убирайте свою воду, — я подхватила погибшие туфли, но к себе прижимать не стала. Не хватало ещё испачкаться в саже. Поняла, что меня волновал ещё один вопрос, и пристально посмотрела на Кая и Нормана, поправив очки, которые носила скорее по привычке, чем из-за необходимости. — И что, Харрису вы тоже обувь промочить хотели?

— Нет, — Кай махнул рукой, потом сложил из пальцев довольно простенькую фигуру «Энс», перекрестив указательные, и по воде пробежала ощутимая рябь, набирая силу и превращаясь в волну. Выросла она до метра, а на гребне стала вдруг едко жёлтой с весьма характерным запахом. Пронеслась мимо, сама утихомирилась и вновь обратилась обычной прозрачной водой.

— Да… — растерянно протянула я, крепче сжав туфли. — Кажется, я ещё легко отделалась.

Попадать в эпицентр пахучего цунами мне точно не хотелось бы. Это не сажа, душок был похлеще.

— Убирайте, — повторила грозно. — Опенвальд не должна вас увидеть, иначе даже я не смогу отмазать.

Два хитреца закивали, но что-то я им не особо верила. Слишком быстро они согласились. Однако мне было не до них, честно. У меня осталось не так много времени, и когда я ушла в свою спальню (сухую, слава Высшим), бросила испорченную обувь в мусорку, всё его потратила на душ, перекус старым печеньем и нервное заламывание рук. Близился назначенный час, а Эйдан так и не появился. Я отправила ему леталку, уже почти смирившись с мыслью, что неплохо было бы приобрести человеческий смартфон, как и все остальные. Но ответа не было. Хотя если друг сам прыгнул на Пятый Осколок, то леталка могла и всю ночь искать в стенах института того, кого просто тут не было.

Да, он прыгнул сам. Я взяла со стола камень переноса — зеленоватый минерал неправильной формы — сжала его в кулаке до тех пор, пока он не нагрелся, а потом задумалась о месте назначения. Камень выкинет меня на особой пятиугольной плите — у каждого Осколка она была, ровно по центру, там я встречу Эйдана и отчитаю по полной. Лишь бы только пришёл…

Прыжки на осколки, используя камни переноса, для нас уже привычное явление. Я сама выросла на одном из таких осколков, как и Эйдан, которого я искала взглядом, стоило оказаться на месте. Тут уже стемнело, но мрак разгонялся многочисленными огнями, горящими на главной площади Пятого.

— Сойди с плиты, милочка, — посоветовала проходящая мимо старушка, поправляя свой платок. — Не то с ног собьют, и не заметишь.

Ох, ведь и правда. Пятый Осколок, хоть и не находился в юрисдикции ни одного из архаров, пользовался определённой популярностью. Всё из-за того, что здесь царила анархия. Многие считали, что осколок проклят, и это были не просто слухи или домыслы. Дархары, которые принимали его в управление, трагически гибли спустя месяц — два. Отец Эйдана был первым дархаром, кто решительно отказался подчиняться приказу архоров и занимать пост главы Пятого. За это он и поплатился. Тристана Линча с позором сослали на крохотный осколок, не входящий и во вторую десятку, где жили я с папой. Так мы и познакомились, ещё детьми.

Конечно, после ссылки Тристана среди дархаров поднялась волна негодования, никто не хотел отправиться в мир иной раньше срока. Архары смирились, Пятый Осколок так и остался без покровителя, чему местное население было радо.

И сейчас я оказалась на довольно оживлённой площади, шагнула с каменной плиты в сторону, продолжая искать друга взглядом. Но среди спешащих куда-то магов его не было, как и среди торговцев и покупателей их товара.

— Глаза болотных змей! Пять трагелей за ковшик! Лучшее средство от запаха изо рта!

Что-то я сомневаюсь в его эффективности.

— Мазь для суставов! — донеслось откуда-то сзади. Я едва успела отпрыгнуть, чтобы пропустить телегу, груженную бочками с непонятным содержимым. — В составе только чистая зола и кровь степных грашей! Осталось две баночки!

— Ароматные булочки! Горячая сдоба!

А вот есть мне не хотелось. Неизвестность вызывала неприятное тянущее ощущение в желудке, которое усиливалось с каждым шагом. Где же ты, Эйдан? Назначенный вещуньей час неумолимо приближался, и я уже почти отчаялась, обходя площадь по второму кругу. И я не переставала поглядывать на плиту, которая редко когда оставалась пуста. Вновь и вновь с золотистой вспышкой на ней появлялись маги, но никого, похожего на Эйдана.

Ноги сами принесли меня к таверне с говорящим названием «Пьяный медведь». Заглядывая в пыльные окна, из которых лился свет, я надеялась, что здесь обнаружу свою пропажу.

— Заблудилась, красотка?

Меня за предплечье остановил грузный мужчина, едва не сшибив с ног ароматом своего перегара.

Красотка? Да ладно, надо быть честной с собой, будь на моём месте шестирукий горный тролль, он тоже прослыл бы красоткой.

— Нет, не заблудилась, — произнесла я спокойно, хотя от меня ожидали совсем не этого. — Я прекрасно знаю, что нахожусь на Пятом Осколке, у таверны «Пьяный Медведь». А вот вы выглядите утомлённым. Болезненный цвет лица, мешки под глазами, и… да, у вас расширение капилляров глазных яблок и увеличенные зрачки, — свободной рукой я указала на эти самые капилляры, вынуждая незнакомца удивлённо моргнуть. — Рекомендую попить чайку с расторопшей, пару кружек, и сразу в постель. Укройтесь только потеплее, если пропотеете, будет даже лучше.

Освободив руку, я развернулась, воспользовавшись тем, что мужик растерянно почёсывал подбородок. В таких случаях нельзя демонстрировать свой страх, это я знала всегда. Ещё лучше, если получится загрузить усталый мозг горе-собеседника лишней информацией и оставить его её переваривать. Отец часто посещал удалённые осколки, чтобы продавать овощи и фрукты, которые мы выращивали, и, соответственно, брал меня с собой. Насмотрелась я всякого, постепенно вырабатывая идеальную для себя линию поведения в любой ситуации.

На видавший виды кабак, из которого доносились крики и пьяные песни, я больше не оборачивалась. Эйдана там нет и не было, он бы и порог подобного заведения не переступил.

Но время и впрямь поджимало. Теряясь от безрадостных мыслей, я поспешила к вещунье, дом которой, как я знала, располагался на окраине безымянного и единственного на осколке городка.

Наш уклад жизни современные люди назвали бы средневековым, но правда была в том, что примерно тридцать лет назад маги переняли у человечества электричество, которое у нас теперь вырабатывалось солнечными батареями. Однако мы и без электричества неплохо обходились. В каждом стихийнике есть зачатки всех шести стихий, но обычно преобладают одна-две. У Эйдана это вода, чуть в меньшей степени земля, но это не мешает ему развивать оставшиеся. Чем больше стихий в совершенстве освоит маг, тем сильнее его элементаль — их физическое воплощение. И каждый стихийник способен взглядом зажечь свечи, потушить их, а ещё не допустить, чтобы огонь вырвался наружу и пожрал дом со всеми его обитателями. Почти каждый маг. К «белоручкам» это не относится, поэтому без электричества я и жизни не представляла.

Но на Пятом Осколке такой прелести не водилось. Мне пришлось плутать в сумерках, стараясь отыскать дом вещуньи, и с каждым шагом я всё дальше удалялась от центра и всё глубже забредала на окраину поселения, стараясь не споткнуться о поваленные ветки деревьев, мусор или обломки брошенных зданий.

Успехом мои поиски увенчались минут через тридцать, когда я уже твёрдо пообещала себе купить смартфон. На Осколках он не работал в полной мере, но уж фонарик-то мне бы пригодился. Я замерла перед облупленной деревянной дверью. Что ж, встречать меня явно не собираются, но я постучала, набрав в грудь побольше воздуха.

Дверь отворилась сама собой, приглашая в пропахшее цветами полутёмное помещение. От едкого сладкого запаха мигом зачесался нос, и заслезились глаза. И как она вообще тут живёт?

— Дверь закрой, — раздался сухой старческий голос.

Повиновавшись, я сделала пару шагов вперёд и всеми силами старалась не смотреть на абсолютно лысую голову вещуньи и её алые зрачки, потому что иначе точно не смогу оставаться бесстрастной. Она пугала! А ведь мне и не говорили, что один её вид способен нагнать жути.

— Добрый вечер, меня зовут…

— Мне без разницы, — старая женщина указала рукой на колченогий табурет, стоящий перед заваленным камнями столом. — Сядь. Руку.

Я протянула ладонь, которую тут же сцапали костлявые пальцы, в то время как во второй её руке блеснуло лезвие.

— Что вы… Ай! — подушечку пальца обожгло огнём, тут же выступила кровь, которая алыми каплями украсила серые камни. — Предупреждать же надо!

— Ц-ц-ц, нежная какая, — последовал насмешливый ответ. — Предупреди я, крику было бы больше, — камни на столе зашипели. — Сильная кровь. Да.

Мне бы вслушаться в её слова, но рациональный мозг требовал пояснить другое.

— Простите, а вы нож обеззараживаете перед каждым новым клиентом?

— А?

— Инфекция, — пояснила я, кивнув на лезвие. — Не хотелось бы остаться без пальца из-за заражения патогенными…

— Молчи, — оборвала меня старуха на полуслове.

Захлопнув рот, я уставилась на камни, орошённые кровью. Некоторые продолжали шипеть, будто масло шкворчало на сковороде, другие остались холодными и безучастными, и что это значит, я не представляла. Пришлось внутренне сжаться в ожидании пояснений.

Пару минут вещунья тоже разглядывала камни, перекладывала их с места на место, попутно кусая нижнюю губу.

— А вот твоё энергетическое поле мне не нравится, — вдруг сказала она, не отрывая взгляда от стола. — Чёрствое, сухое и унылое.

— Что? — не поняла я.

Что это у меня сухое и чёрствое? У магов нет никакого поля и никогда не было! И я была стопроцентно в этом уверена.

— Ничем помочь тебе не могу, — вещунья встала, отряхнула свою длинную потрёпанную юбку и отошла к окну, пока я всеми силами старалась не впадать в панику. — Кровь неплоха, но стихий в ней нет. Вернее, капля есть, но магом-стихийником тебе не стать.

— Но ведь вы можете усилить…

— Если есть, что, — подхватила она, пожав плечами. — В тебе нет ничего.

— Не понимаю, — произнесла я растерянно. — Ведь я чувствую…

— И что чувствуешь?

— Сложно объяснить… Будто во мне что-то спит, а я не могу это разбудить. Будто…

С каждым сказанным словом я понимала, насколько смехотворно они звучат. Если ничего нет, то ничего во мне и не спит. Я лишь тешила себя самообманом несколько лет подряд. Мнила особенной. А когда взгляд женщины из строгого вдруг самую малость потеплел, я и вовсе отвела глаза.

— Девочек с даром стихийной магии рождается одна на сотню, — озвучила вещунья непреложную истину. Это я знала и без неё. — Таковы реалии нашего мира, таков твой удел. Мужчины сражаются, развивают своих элементалей, чтобы те могли впитывать мглу и хоть как-то её сдерживать, а нам досталась роль… — Она грустно улыбнулась, вернулась к столу и стала собирать свои камни в кожаный мешочек, обнаружившийся рядом. — Нам досталась роль поддержки. Думаешь, это несправедливо? Что ж, твоё право. Я тоже когда-то была наивной дурочкой. Это лечится разбитыми надеждами. Теперь твой черёд.

Сказала, оставила переваривать случившееся, и тут же потеряла ко мне интерес.

Неужели это конец? Похоже на то. Я расплатилась со старухой и попрощалась у самой двери, но ответного слова от неё не услышала. Плевать. Мне хотелось побыстрее вернуться в академию и поплакать над своими разбитыми мечтами.

На улице стало холодно, темно. И очень-очень одиноко. Камень переноса сработает лишь в пределах сотни метров от плиты, поэтому я упорно шла вперёд, ёжась и растирая озябшие ладони. Не знала, что по ночам на Пятом так неуютно, но даже если бы и знала, всё равно ничего уже не изменить.

Вот я и рассталась с последними иллюзиями светлого будущего — после окончания Института меня распределят к какому-то отряду из трёх-пяти стихийников, и отправят на удалённый осколок, чтобы я усиливала магию незнакомцев, гасила часть отката от смертей их элементалей и никогда не имела права голоса. Мне будут указывать, когда спать, где работать, куда идти. А я мечтала сама распоряжаться своей жизнью, стать одной из Высших, которые всегда на передовой, в гуще событий и собственными силами сдерживают мглу. Верх престижа, лучшее, чего можно достичь. Но нет, быть мне «блонди» до конца дней. Не хочу!

Одиночество разрасталось в груди, как дыра, а слова вещуньи вытянули из меня все светлые и положительные эмоции. Может, мне не было бы так паршиво, если бы рядом был Эйдан. Друг поразительно ловко находит правильные слова, когда таковые нужны. Раньше находил… Но он не сдержал своё обещание, так и не явился, и я, сворачивая в тёмный проулок, обеспокоенно обернулась. Кажется, за всеми своими безрадостными мыслями я окончательно заблудилась.

Позади послышались шаги. Тихие, но уверенные. А ещё шелест ткани. В горле застрял предательский ком, и я спешно огляделась. Подтвердились самые худшие опасения — на многие метры вокруг не горел ни один фонарь, тьма казалась непроглядной, густой и зловещей.

Вот точно мне нужен фонарик! Или просто дам себе твёрдое обещание больше никогда не попадать в такую скверную ситуацию.

Шаги приближались…

— К-кто здесь? — стараясь, чтобы голос звучал более уверенно, я добилась совершенно обратного эффекта и позорно проблеяла.

Не́кто мой вопрос проигнорировал. У монолитной стены какого-то строения показалось смутное движение, а потом во тьме вспыхнули два изумрудных огня. На высоте человеческого роста.

— Лучше не кричи, — определённо это был мужчина. Возможно даже, что довольно молодой, но от его голоса странным образом по позвоночнику скользнул озноб, больно хватая когтями кожу. И от его взгляда… — Не люблю вопящих девиц.

— А бежать можно? — шёпотом уточнила я.

Какая глупость! Бегаю я неважно, и всё равно попросила разрешения? Да мне нужно было мчаться без оглядки, едва я поняла, что за мной кто-то увязался!

И все же ноги будто приросли к земле, и каким-то шестым чувством я поняла, что незнакомец растянул губы в улыбке.

— Попробуй, вейла. Развлеки меня.

От услышанного я облегчённо выдохнула.

— Вы обознались. Никакая я не вейла, что бы это ни значило.

— Обознался? Смешно. Кровь говорит иначе, — сказанные слова заставили меня до боли сжать подушечку пальца, которая да, всё ещё кровила. — Ты же хотела бежать. Так беги.

Но я лишь сделала два шага назад. Незнакомец просил его развлечь, но я не актриса из бродячего балагана. И твёрдо знала, что не собираюсь его веселить, хоть мороз и предательски бежал по коже.

— Я не знаю, кто вам нужен. Я не…

Договорить мне не дали. Под незнакомцем ослепительно вспыхнула утоптанная дорожка. Холодный зелёный огонь описал вокруг него круг, осветил полы плаща и низконадвинутый капюшон, а ещё кончик носа. Моя догадка была верна — он молод, но, к сожалению, она никак не помогала выпутаться из этой ситуации.

Однако характерная магия дала подсказку.

Тленник! Некромант, могильщик — тех, кто отдал предпочтение шестой по счёту стихии — смерти, называют по-всякому. Мало кто им доверяет, ещё реже решаются вести с ними дела, ведь в основном все их боятся. Лично я ни с одним тленником никогда не сталкивалась, но читала, что напрямую с мертвецами они работать не любят. И уж точно не могут воскресить усопшего, вернее, в одиночку, без помощи стихийников жизни. Поэтому используют накопленную землёй энергию мёртвых, последнюю каплю которой отдаёт каждый погибший маг.

Страшная вещь. Особенно когда сталкиваешься с ней лицом к лицу. Мне вот не повезло.

— Беги, — вновь повторил он.

Во рту поселился горько-кислый привкус обречённости. Может и правда попытать удачу? Но на физподготовке для девушек я никогда не блистала и смело могла сказать, что это было моей самой слабой стороной. Использовать её глупо.

А если попытать счастье с сильной?

— Нет, — сложив пальцами фигуру «Арх», я сплела узор заклинания, потянулась к собственному резерву и зачерпнула значительную часть магии для создания вокруг себя охранного круга. Универсальная способность поддержки, но оказалось, что против обученного тленника она бесполезна.

За одно биение сердца он оказался рядом, вновь сверкая изумрудами глаз. На этот раз не насмешливо, а зло. Зелёное могильное пламя потянулось за хозяином, опутало полупрозрачный охранный купол, и тот лопнул, как тонкий мыльный пузырь. Моё запястье схватили неожиданно не холодные, а вполне тёплые пальцы. Но сильными они от этого быть не перестали.

— Слабый фокус, вейла, — прошипел он, почти касаясь кончиком носа моего. И не выпустил, когда я попыталась вырваться. — Слабый и посредственный. Никакой оригинальности.

И в том месте, где я ощущала контакт с его рукой, кожу обожгло огнём, будто на мне ставили клеймо, как на племенной скотине. Боль разрослась до размеров нестерпимой, пылал каждый внутренний орган, каждый нерв и артерия. В глазах потемнело, а потом вспышками пронесло давнее воспоминание о том, кого мне так не хватало.

— Никки, не ходи! — вновь попросил он.

Надо же, какой трусишка. А так и не скажешь. Просьбу Эйдана я проигнорировала, устремляясь вперёд.

— Просто хочу посмотреть. Я не буду подходить близко.

Изумрудная трава едва проминалась под моими детскими босыми ступнями. Волосы трепал ветер. Я никогда их не заплетала, из-за чего Эйдан часто дразнил меня Лохматой.

Но это не помешало двенадцатилетнему мальчишке увязаться за мной. Его лицо раскраснелось, на лбу выступили капельки пота. Он всегда неважно переносил жаркие летние дни — засушливая погода не была его любимой, в отличие от меня.

— Это мгла, к ней нельзя подходить близко, — зато упёртости ему было не занимать. — Никки, это глупо.

— Ты назвал меня глупой, Эйдан Линч? — я оглянулась, чтобы насмешливо усмехнуться. — Ха, за такое оскорбление я отомщу! Буду учиться лучше тебя и не давать списывать.

— Это ты-то? Не смеши, Лохматая, дочке фермера не поступить в институт магии.

— А вот и посмотрим! — выдала я упрямо, продолжая идти вперёд.

— Да подожди ты, мы слишком близко!

— Боишься? Так топай назад, аристократик.

— За тебя боюсь… — буркнул он, а я замерла под кронами небольшого деревца и в нескольких метрах от Мглы.

Да, именно так, с большой буквы. Потому что на столь крохотном расстоянии и можно было ощутить её первозданную мощь. Неизведанная, тёмная, пугающая.

Она казалась живой, как будто дышала. Вдох-выдох. Снова вдох, туман продвинулся вперёд на несколько сантиметров, пожрав клочок земли и изумрудную зелень. Выдох — на несколько сантиметров назад, но трава больше не зеленела. Она погибла, иссохла, а с порывом ветра разлетелась пеплом.

Свой вопрос я задала шёпотом:

— И почему все её так боятся?

— Она сжирает людей, — Эйдан встал рядом, хмуро поглядывая на туманную стену. — И всё, до чего доберётся. Она уничтожила Магразию.

И никто, кого она коснулась, не возвращался, подумала я.

— Тебе никогда не было интересно, что внутри неё?

Всего лишь какое-то мгновение в карих глазах мальчика читалось удивление, а потом они расширились от ужаса.

— Никки, ты… Нет!

Поздно. Что-то произошло с мглой, а я даже не заметила. Там, где мне чудилось размеренное дыхание, она увеличилась, опухла и выпустила вперёд несколько отростков. Один из них опутал мою ногу, дёрнул и опрокинул на спину, больно приложив затылком о землю.

— Эйдан! — с воплем я успела ухватиться за его протянутую ладонь, прежде чем мгла потянула меня к себе.

— Держу, — он дёрнул, подошвами ботинок, вспахивая землю вместе с травой. — Держу.

Но было понятно, что если мальчик меня не отпустит, то мгла затянет и его. Он тоже это понял, но крепче сжал моё запястье, схватил второе и стиснул зубы, когда вновь постарался меня удержать. Пришлось проговорить, игнорируя предательские слёзы:

— Отпусти…

Я не хотела умирать, не хотела знать, что находится по ту сторону или внутри мглы. Это лишь глупые разговоры, и они ничего не значили. Детский лепет. Но ещё больше я не хотела, чтобы он умер вместе со мной из-за моей же глупости.

— Отпусти! — вновь повторила я пересохшими губами.

— Ещё чего! — зло рявкнул Эйдан, внезапно придумав шаткий план. — Хватайся за ствол и не разжимай пальцы. Никки! — его окрик стал для меня спасительным глотком воздуха. — Хватайся!

И я схватилась за нетолстый ствол до боли в суставах. Цеплялась, как отчаявшийся зверёк за бревно во время потопа. Жаль, у меня не было когтей, я бы и их пустила в ход.

Отпустив меня и отломив от этого же дерева одну из нижних ветвей, Эйдан принялся остервенело лупить отросток мглы.

— Отстань от неё! Отвали! Прочь! Я сказал, прочь! — хватка на моей щиколотке слабела с каждым его ударом и новым замахом.

И спустя несколько секунд в ногах я почувствовала лёгкость. Я без сил повалилась на землю, но тут же одумалась и отползла подальше, а потом мне помог подняться друг.

Друг, который не бросил в беде. Друг, который спас мне жизнь, хотя мог позорно сбежать и никто бы его не осудил. Это я была малолетней идиоткой, которая сама полезла в пасть дикого зверя, жадного до плоти. И с тех пор я пообещала себе стать умнее, сильнее, и не совершать опрометчивых поступков.

И я всегда помнила того, кому обязана жизнью, хотя он, похоже, про меня забыл.

Вынырнув из воспоминаний, я осознала себя сидящей на земле, спиной к холодной каменной стене. И незнакомец, лица которого я так и не разглядела, вертел моё саднящее запястье и едва не нюхал его.

— Что ты сделал? — выдавила я из себя через силу.

Острота зрения вернулась, и я смогла разглядеть прядь белоснежных волос, выбившуюся из-под капюшона незнакомца.

— Привязал тебя к себе, — спокойно ответил он, будто не произошло ничего необычного. Обычные будни обычного тленника. Хотя а кто их знает? Может всё так и есть. — Видишь ли, мне нужно от тебя две услуги, и как только справишься, можешь быть свободна.

Вот так просто? Или я ударилась головой, или мозг отказывался повиноваться по иной причине. Напала апатия, в рот будто песка насыпали, и каждое слово я проговаривала с ощутимым усилием. А ещё добавился странный гул в голове.

— Услуги? — запястье болело, но уже терпимо. Он мне его вернул, и проведя пальцами по коже, я смогла ощутить нечто и впрямь похожее на клеймо. По крайней мере, ничего подобного на мне раньше не было. — Это какие же?

Встав, тленник отошёл на шаг. Мелькнула мысль, что он снимет капюшон, но нет.

— Всё просто. Мне нужно, чтобы ты кое-кого убила. Это раз. Мне нужно, чтобы ты шагнула во мглу и вернула оттуда кое-что моё. Это два.

Благодаря услышанному я резко вернула себе возможность мыслить. Тело повиновалось приказам мозга, позволяя мне встать на ноги. Покачнувшись, я зло уставилась на незнакомца, уже мечтая, чтобы его самого пожрала тьма вместе с абсурдными приказами.

— Пошёл ты… к грашам! — и, пользуясь тем, что убивать меня не собираются, сделала несколько шагов к развилке.

Хватит уже, наслушалась! Безумно захотелось вернуться в институт, где в общежитии меня ждала уютная кровать и подушка, в которую я выплакаю все накопленные слёзы разочарования.

Но не тут-то было.

— Стоять! — приказ тленника заставил поражённо замереть, и медленно, будто во сне, обернуться. И как бы я ни хотела ослушаться, не могла. Ноги буквально приросли к земле. — Так вот как это работает… — задумчиво протянул он, поведя пальцем в воздухе. — Забавно.

Забавно⁈ А мне было страшно! Вновь попытавшись сделать шаг, я зло уставилась на причину всех своих бед.

— Я не собираюсь тебе прислуживать! — с каждым словом я распалялась всё больше, а тленник напрягался. — Я не убийца и не самоубийца. Найди себе другую идиотку, а лучше попробуй сам для разнообразия запачкать руки и…

— Ты будешь той, кем я прикажу тебе быть, — внезапно он оказался прямо перед моим лицом, и пришлось задрать голову. Отойти я по-прежнему не могла. Аура чужого могущества будто делала меня меньше ростом. — Не убийца? Это пока. Теперь ты моя собачонка! Скажу лаять, будешь лаять! Скажу сидеть, будешь сидеть! Доступно объясняю? Пока привязка не разорвана, советую меня слушаться, и тогда сможешь рассчитывать на подобие нормальной жизни.

Высказавшись, он оставил меня дрожать, осмысливая дерьмовую ситуацию, в которой я очутилась. И именно сейчас выхода я не видела, поэтому задала вопрос, который не давал покоя уже несколько минут:

— Кого ты хочешь убить?

— Тебе это знать пока не обязательно. Но с этим проблем возникнуть не должно, — я кожей почувствовала, что меня придирчиво оглядели с ног до головы. — Кажется, ты ему нравишься. Правда, не могу понять, почему…

— И как ты себе это представляешь⁈ Я не смогу! И мгла… Она просто сожрёт меня, как и многих других.

С чего он вообще взял, что сможет вернуть из неё что-то своё? Просто в голове не укладывалось! Это было похоже на помешательство, граничащее с сумасшествием. Никто этого не сможет. Маги потеряли дома, целые города, леса и горы, реки, дороги, мосты. Миллионы жизней оборвались, когда мы ещё думали, что её можно победить. Остались лишь Осколки, будто острова относительной безопасности в океане мглы.

— Насчёт последнего я сомневаюсь, но мы это позже выясним. Опытным путём.

— Я не…

Но он тут же меня перебил:

— Молчи! — покорно захлопнув рот, я в уме придумывала сто способов убить одного ненавистного тленника и избавиться от тела, чтобы его никогда не нашли. Весьма нехарактерные для меня мысли, но сегодня вообще всё идёт не так. — Вот и отлично. А теперь забудь о нашем разговоре, поняла меня? Я сам тебя найду, когда будет время. Ах да… — на кончиках его пальцев вспыхнул уже знакомый мне зелёный огонь, и взяв меня за руку, тленник обернул его вокруг моего запястья. Боли не было, лишь лёгкое покалывание, а когда огонь схлынул, клеймо оказалось прикрыто белоснежной марлевой повязкой. — Никому не показывай печать принадлежности. Это приказ. Хм… — он задумался, выпустив мою руку. — Но ни одна служба не должна остаться без награды, не так ли?

— Что это? — я заворожённо смотрела на крохотную оранжевую сферу, которую мне со странным трепетом вложили в ладонь.

— Капля огненной стихии, — пояснил тленник. — Ты ведь за этим ходила к вещунье? Хотела стать сильнее? И она сказала, что ничем помочь не сможет. Зато смогу я. Пользуйся с умом и не забывай о тренировках. Может, это тоже пригодится.

— Мне что, теперь сказать тебе спасибо? — сферу я всё же приняла.

Слишком велик был соблазн, и если это то, о чём я думаю… От таких подарков не отказываются. Даже не так! Таких подарков не делают в принципе!

— Да, было бы неплохо, — с одобрением в голосе согласился тленник.

— Иди в пекло!

— Ну нет, так нет, — перед глазами мелькнула вспышка света, тело обрело непривычную лёгкость, а потом резко появилось ощущение, будто меня дёрнули за плечи вверх. — Всего хорошего.

И темнота… Холод, одиночество. Затуманенным сознанием я поняла, что покинула Пятый Осколок, но ни открыть глаза, ни пошевелить хоть пальцами не могла. Сколько прошло времени? Без понятия. Тело качнулось против моей воли. Меня подняли на руки?

— Твою мать, Гаро… — знакомый язвительный голос едва пробивался сквозь толщу сонного дурмана. — Может, тебе сесть на диету? Весишь больше, чем кажется на первый взгляд…

Глава 4 Эйдан

— Доброе утро, — промурлыкал мне на ухо женский голосок.

Насилу разлепив веки, я повернулся на подушке в сторону той, с кем провёл прошлую ночь.

Граш! И почему голова снова раскалывается? Я же помню, что вчера не пил. Ну ладно, был лишь бокал вина, но этого мало.

— Доброе, — ответил ей нейтрально, но Кендру это не удовлетворило. Она призывно провела кончиком ногтя по моей груди, проследила за ним взглядом и улыбнулась.

— Я заказала завтрак. Грех не воспользоваться преимуществом звёздных покоев капитана команды.

Завтрак? Я знал её достаточно хорошо, чтобы понять, что скрывалось за этим невинным действом. Завтрак из столовой принесёт тот, кто сегодня там отбывает трудовую повинность, а это значило, что к обеду весь институт будет в курсе, с кем я провёл эту ночь. Не то чтобы меня это волновало, конечно…

Не успел я опомниться, как девушка оседлала меня и впилась в губы поцелуем. Намёк, однако… Она призывно повела бёдрами, моё собственное тело откликнулось на откровенные движения Кендры, но мозг был резко против. Появилось стойкое ощущение, будто я упустил нечто важное. Близкое. Но как я не напрягал серое вещество, ничего на ум не приходило. Насилу отстранив девушку, резко сел на матрасе и отвернулся, разминая виски.

— Ладно, не хочешь заниматься сексом, тогда поговорим. Когда ты объявишь о нашей помолвке?

— Мы ещё не помолвлены, ты торопишь события.

— Может, и так, — нехотя согласилась она. Приблизилась и обвила мои плечи руками. — Но мы договорились ещё две недели назад, когда начался твой последний курс. Чего тянуть?

Ох, знали бы Высшие, как я не любил подобные вопросы, особенно по утрам.

— Тянуть будем до тех пор, пока твоя мать не подпишет официальное одобрение, — пояснил я. — Без него наши с тобой слова о помолвке — это детский лепет, а не заявление о намерениях.

К сожалению, риски были, и я, как наследник, должен их просчитывать. Мать Кендры, Дайана Аберфорд, как и мой отец — дархар. Но мой отец в неофициальной опале, из-за того, что отказался подчиняться прямому приказу и становиться во главе Пятого Осколка с его дурной славой. От реальной опалы его спасло только общественное мнение, и то, что после ещё трое дархаров пошли по тому же пути и наперекор власти. Однако ссылка на Двадцать Второй крохотный осколок всё ещё продолжалась, и вот он мой шанс ему помочь — заключить выгодный брак с внучатой племянницей архора. Если его одобрят, конечно. Но мать Кендры медлила.

Зато был и плюс — наше с будущей невестой соглашение. Мы оба вольны быть в свободных отношениях до тех пор, пока это остаётся в тайне и не порочит честь наших семей. Для меня — вариант идеальный, ведь я видел, что сделала с отцом смерть мамы. Видел, к чему приводит такая форма привязанности, когда без любимого человек чахнет на глазах, становясь призраком. В одиннадцать мне реально казалось, что остался сиротой. Отец вроде и был, но не со мной, и так продолжалось несколько следующих лет, пока он более-менее не оклемался. Или просто пока я не вырос и не стал более самостоятельным.

Поэтому к решению о женитьбе я должен был подойти со всей ответственностью, но вот Кендра… нетерпелива, как и все девушки.

— Ладно, если ты так хочешь…

Её следующие слова потонули в громком хлопке, когда распахнутая дверь ударилась о стену, и в спальню стремительно ворвался Хелл.

— Не утруждайся, Кенди, — хмыкнул он, насмешливо наблюдая за её попытками спешно прикрыться. — Я всё там уже видел, — а потом повернулся ко мне и сложил руки на груди. Ухмылка уступила место жёстко сжатым губам. — Скажи-ка, друг мой ветреный, а ничего ли ты не забыл?

Этот явный намёк стрелой прострелил мозг.

— Никки! — простонал я, мысленно себя проклиная.

Ведь сам обещал пойти с ней! Более того, я сам это и предложил. И теперь сердце сдавило стальными тисками оттого, что я её подвёл. Хотя она никогда меня не подводила.

— Она вернулась? — я с надеждой взглянул на него. — Ты её видел?

— Не просто видел, — сухо припечатал Хелл. — Подобрал Гаро в бессознательном состоянии на заднем дворе у фонтанов, и отнёс в больничное крыло. Она всё ещё там, если тебе интересно.

Каждое его слово как новый гвоздь в гроб моего равновесия. Подобрав с пола штаны, я стремительно надел их и встал с кровати в поисках рубашки. Её натянул как попало, подозреваю, что наизнанку, потому что пуговиц вдруг обнаружить не удалось, и тогда я прикрыл это недоразумение форменным синим пиджаком.

Она в больничном крыле? Что могло случиться? Мысль, что Никки пострадала, когда меня не было рядом, заставила пульс дробно застучать в висках.

— Мозги перенапрягла? — не в тему вставила Кендра, за что получила колючий взгляд от Хелла.

— Шла бы ты. Вот честно, не до тебя сейчас.

Девушка хотела как-то возразить, открыла рот, но тут я с другом был солидарен. Не до неё.

— Иди, — но в итоге я влез в туфли и сам устремился к выходу из спальни в общую с парнями гостиную. — Встретимся позже.

— Ты точно идиот, — долетели до меня отголоски слов Хелла. Тут он был прав, спорить я даже не думал. — Для меня всегда было загадкой, как можно видеть не дальше своего… хм… носа.

Никки… Всю дорогу до больничного крыла меня разъедало чувство вины, откусывая от души кусочек за кусочком.

Помню, после похорон я подолгу сидел у могилы мамы, размышляя, не стану ли я таким же, как отец. В один день он осунулся, поседел и постарел лет на десять, перестал есть и говорить, всё время проводя в кресле перед пустым супружеским ложем. Мне было одиннадцать, и тогда я думал, что он заболел, и меня может постигнуть та же участь. Глупые мысли, конечно, но вдали от душного дома мне было легче.

А ещё я скучал, в одиночку переживая смерть близкого человека.

В один из таких вот пасмурных осенних дней рядом со мной и появилась незнакомая девчонка, громко шмыгнув носом.

— Почему ты здесь один?

— Потому что моя мама умерла.

— Моя тоже, — девочка без слов села рядом прямо на землю и обхватила руками свои тощие коленки в потрёпанных холщовых штанах.

Мы просидели так почти до ночи, в безмолвии разглядывая новенькое мраморное надгробие. И как ни странно, неловко рядом с ней я себя не ощущал. Повернувшись к девчонке, отметил растрёпанные тёмные волосы, светлую кожу и ясные, голубые глаза, которые будто не соответствовали её возрасту.

— Тебя как зовут?

— Никки, — ровно ответила она. — А тебя?

— Эйдан Линч.

— Глупое имя, — на полном серьёзе заявила девочка.

— Обычное, — не согласился я, вяло пожав плечами.

Спорить с ней не хотелось. Разговаривать тоже. Но мысль вновь остаться в одиночестве оказалась ещё более ненавистной. С тех пор я всегда бегал за Кнопкой по пятам. Детей на отдалённом осколке было раз-два и обчёлся, лишь пара мальчишек постарше, которые вздумали однажды задирать сына дархара, до которого никому не было дела, но быстро отстали. Увидели, что я дружил с Никки, и не лезли, потому что знали её ещё с младенчества.

Однажды я сказал ей, что дочке фермера ни за что не поступить в Институт Магии, но правда была в том, что я всегда в неё верил. Задирал, язвил, но верил, что и этот отрезок жизни мы преодолеем вместе. Тогда, в годы детства, она стала для меня всем.

Но время шло. Никки всегда была рядом, это я отдалился. Капитану команды и дархару не пристало дружить с дочкой фермера, пусть она и в сто раз умнее, поэтому всё, похоже, воспринимали подругу моей тенью, и я не спешил разубеждать общественность.

Новые знакомства, перспективы и впечатления вытеснили всё, что раньше я считал неизменным.

Хелла я оставил далеко позади, огибал спины студентов, расталкивал плечами, чтобы быстрее оказаться в больничном крыле. Меня пропускали, что-то кричали вдогонку, но я стремительно преодолевал коридор за коридором, так ни с кем и не заговорив.

Как вымаливать прощение? Я не знал, честно. Но надеялся, что смогу загладить вину за своё паршивое отношение хоть чем-то. Конфеты? Цветы? Подарки? Стоит попробовать, ведь в любом случае хуже не будет.

Глава 5 Никки

В себя я приходила долго. Мучительно долго. За закрытыми веками мелькали вспышки зелёного огня, круговороты смазанных образов, а в голове гудел чей-то незнакомый голос. Или знакомый? Как бы там ни было, когда всё же удалось открыть глаза, я оказалась в белой комнате, залитой солнечным светом, хотя последние мои воспоминания были совсем другими.

Я шла по тёмному безлюдному переулку. Переваривала поражение, к которым так не привыкла, а во рту поселился горько-солёный привкус слёз.

— В тебе нет ничего.

Ничего…

Только разбитые вдребезги надежды.

А ещё я поняла, что оказалась на застеленной накрахмаленной простыней кушетке, входная дверь в большое помещение скрыта от меня перегородкой, а в воздухе витал явный запах трав и лекарств. Больничное крыло института. Я была здесь лишь однажды в прошлом году, когда подвернула ногу во время пробежки на физподготовке, но место узнала без проблем.

Как и старичка в белом халате, который внимательно меня рассматривал, хмуря морщинистый лоб.

— Х-м-м… — лекарь Грасс сверился с моей медицинской картой, поправив очки-половинки на своём длинном носу. — Николетт Гаро, второй курс поддержки, — он озадаченно взглянул поверх листов бумаги на меня. — Что же вы так, милочка?

Для ответа пришлось прочистить горло.

— Так, это как?

— Под магическое истощение себя подвели, — охотно пояснил старичок. — Прыгали с камнем переноса не от плиты, а из случайной точки осколка.

Ясно… Камню не хватило мощности, и он воспользовался моим резервом. Ситуация стандартная, но от этого не менее неприятная. И непонятная. Такой глупости я не совершила бы в принципе, ведь я себе не враг. Почему тогда у меня саднит запястье правой руки? Я слегка привстала на подушке, чтобы посмотреть, и с удивлением обнаружила, что оно забинтовано, а ладонь плотно сжата в кулак.

— Никому не показывай. Это приказ…

— И что теперь делать? — я вновь подняла взгляд на Грасса, как дверь в больничное крыло, судя по звуку, открылась, и в поле зрения появились моя соседка по комнате Анна вместе с Каем. Оба взмыленные и обеспокоенные.

— Покой и отдых, — повысил голос лекарь, чтобы мои гости прочувствовали скрытый в словах намёк. Анна как раз захлопнула рот, придерживая поток вопросов. — Отдых и покой. Сегодня ночуете здесь, адептка Гаро, от занятий я выпишу освобождение, а завтра утром можете быть свободны. И настоятельно рекомендую не вставать с кушетки.

Грасс захлопнул карту и резко развернулся, намереваясь удалиться. Пока бойкий стук стариковской обуви не утих, мы все хранили степенное молчание, но спустя несколько секунд брат и подруга заговорили разом, провоцируя у меня приступ мигрени.

Пришлось прибегнуть к методу лекаря и повторить: «отдых и покой», потирая виски и прикрыв глаза. Сработало. Они умолкли, и теперь обеспокоенно переглядывались.

От меня не укрылось, что Анна посматривала на Кая с явным интересом. Кажется, его нелепый траурный наряд и того же цвета губы ничуть её не смущали. Эх, сказать, что ли подруге, что ей ничего не светит? Или не лезть, потому что меня не спрашивали? А шансов у неё нет, это я понимала отчётливо. У Кая сложные отношения с противоположным полом из-за одной не очень давней, но очень секретной истории. Девушки его определённо привлекали, но ещё он их боялся. Не впадал в панику при их появлении, конечно, и не скатывался в истерику (подобного вообще за ним не наблюдалось), просто лишний раз старался с девушками не контактировать. Я другое дело, но я его сестра.

— Как я вообще тут очутилась? — задала я вопрос вслух, не надеясь на ответ.

Не думала, честно говоря, что эта парочка в курсе мистики, с которой начался мой новый день. Но они меня удивили.

Как ни старалась вспомнить, напрячь память, картинка выходила размытая и лишённая чёткости. Помню только знакомый голос, а чей именно — непонятно. Кажется, он ещё сказал, что я толстая. Ну бред же! Во мне веса от силы пятьдесят с лишним килограмм.

Кай с Анной вновь переглянулись, будто решали без слов, кому выпадет честь отвечать на вопрос. В итоге созналась подруга:

— Тебя Хелл принёс.

— П-ф-ф, бред. Этот скорее оставит меня на съедение воронам.

— Не бред, — стояла на своём Анна. — Я из окна видела, как он нёс тебя через весь двор. Испугалась, знаешь ли, вдруг у него на уме что-то не то. Высунулась, спросила, а он рявкнул, что к лекарям несёт. Я прибежала так быстро, как только смогла, и Кая по дороге встретила.

Брат кивнул, подтверждая сказанное. Но всё равно многое оставалось непонятным.

Забинтованное запястье. Какой-то предмет в стиснутой ладони (он будто жёг кожу изнутри, но я боялась взглянуть при свидетелях). Странный голос и его приказ, который я легко бы сочла за иллюзию, но… Чувствовала, что игнорировать это нельзя.

Резкий тон Кая, как и сам вопрос, вывели меня из прострации:

— Где Эйдан? Ты говорила, что он пойдёт с тобой на Пятый.

Пришлось сознаться, хотя по моему плачевному состоянию, думаю, всё было понятно и так.

— Я ходила одна.

— Он не пришёл⁈ — ахнула Анна.

— Нет, — стоило это сказать, как дверь снова распахнулась, и ворвался он…

Прямо так, ворвался. Растрёпанный, с раскрасневшимся лицом и рваным дыханием, Эйдан Линч резко затормозил у моей кушетки, пару секунд меня рассматривал в поисках не пойми чего, а я успела отметить расстёгнутую рубашку, наспех прикрытую форменным пиджаком.

Стало тошно. Из постели вылез, надо же… Вот и пусть катится обратно.

— Уходи, — твёрдо произнесла я и демонстративно отвернулась. — Видеть тебя не могу.

— Уходи, — повторила я, потому что Эйдан и с места не сдвинулся.

Продолжал ощупывать меня взглядом, в котором легко можно было прочесть чувство вины, вот только меня оно не тронуло. Раньше нужно было думать.

— Ты не слышал её слов, Линч? — резко произнёс Кай, едва молнии из глаз не метая. — Тебе тут нечего делать, после всего…

Тут Эйдан вздрогнул, вперил в парня острый взгляд и перебил его на полуслове:

— А ты не лезь, куда не просят, или…

— Или что? — резко спросила я. — Вызовешь первокурсника на магдуэль? Давай, ниже падать тебе уже некуда.

Его глаза потемнели, из карих становясь почти чёрными, а потом он резко выдохнул, делая шаг в мою сторону.

— Не вызову. Никки, пожалуйста, дай мне объяснить.

Объяснить? Мне не нужны были его объяснения, потому что тут всё предельно ясно. Он меня не просто продинамил. Он забыл о моём существовании, забыл, что я собиралась отнюдь не на детский утренник, а на опасный и непредсказуемый Пятый, ещё и ночью. Время выбрала не я, мне его назначила вещунья, и даже если бы хотела, я не смогла бы его изменить.

Как и Эйдана, впрочем. Забавно, насколько я была слепа все эти годы.

— Пожалуйста, оставьте нас наедине, — попросила я всё ещё взбешённого Кая и притихшую Анну. По виду подруги легко можно было сделать вывод, что участвовать в разборках ей не очень хотелось. Она будто пыталась стать менее заметной. И тем не менее, именно она настороженно спросила:

— Ты уверена?

— Да, — кивнула я. — Спасибо вам за заботу.

Стоило нам остаться один на один, как я закусила нижнюю губу и до боли стиснула в кулаке неведомый предмет. Тот ответил слабой пульсацией, соблазняя поскорее посмотреть, но… Мне нужно было высказаться. Слова жгли изнутри, подгоняемые тёмными воспоминаниями о вчерашнем.

Если бы он не нарушил своё слово, мне было бы легче справиться с поражением. Та ночь не казалась бы такой пугающей, пронизывающей неподдельным страхом…

— Видишь ли, мне нужно от тебя две услуги…

Помассировав виски, я выгнала из головы странный голос, невесть как там оказавшийся.

— Кнопка, что случилось? — обеспокоенно спросил Эйдан. — Что сказала вещунья?

— Не называй меня так!

— Никки… — он неловко взъерошил каштановые волосы, приводя их в ещё больший беспорядок.

Уверена, многие девушки академии нашли бы внешний вид Линча очаровательным, млели бы от восторга при виде обнажённой полоски кожи, натренированного тела, но сейчас это было последним, что меня интересовало.

— Я идиот, признаю́. Но я попробую всё исправить!

— Нечего уже исправлять.

Давно мы не оставались с Эйданом наедине, вот так, глядя друг другу в глаза. Всегда рядом были Хелл и Август, либо кто-то один из них. И сейчас я впервые ощутила отчуждённость, которой раньше не замечала. Наши пути разошлись, глупо было этого не признать. Мальчика, который спас мне жизнь своим смелым поступком, с которым мы гуляли по полям, ловили лягушек и купались в озере, заменил эгоцентричный и напыщенный любитель женского внимания, привыкший с лёгкостью получать всё, что пожелает.

И он это доказал своими следующими словами:

— Есть что, Никки! Подумай только, ты нужна команде. Присоединишься, как маг поддержки, и мы вместе…

— Присоединиться к команде⁈ — голос меня подвёл, в ушах зашумел пульс. Я дёрнулась на подушках, ведо́мая эмоциями, и ослабленное тело отреагировало болью в висках, которая и удержала меня от взрыва. — Вместе? Ты ещё не понял, Линч? Это не каприз или детская обида. С меня хватит! Ты мне противен, твой образ жизни и отношение ко мне, как к… вещи. Я не хочу тебя видеть, и это не изменится.

Эйдан на мои слова упрямо мотнул головой.

— Ты это не всерьёз.

— Но если ты переживаешь, что перестану тебе помогать с учёбой, то можешь не волноваться. Я прекрасно помню, что именно ты для меня сделал в тот день, — к глазам подкрались упрямые слёзы, но я приказала им не показываться бывшему другу. Он их не заслужил. — И буду расплачиваться за свою жизнь столько, сколько потребуется. Но в каждом написанном мною слове, между каждой строчкой очередного реферата или курсовой, я хочу, чтобы ты читал, что я тихо, но верно тебя ненавижу. Презираю. И мы больше не друзья, говорю прямо. Спасибо за заботу, можешь идти.

С каждым словом я выстраивала между нами стену, и эти же слова по капле забирали у меня жизненные силы. Я привыкла к нему. Привыкла, что он всегда рядом, но, по правде говоря, рядом была я. Он звал, я бежала на зов, роняя тапки.

Я никогда ни о чём его не просила, да и пару дней назад тоже.

— Ты не должна со мной расплачиваться, Никки, — тихо произнёс он.

Лицо парня окаменело, поза казалась напряжённой.

— Я так не думаю. Ты ещё здесь?

Мне сложно было понять, какие мысли роились в голове Эйдана, и были ли они вообще.

— Что с твоим запястьем? — неожиданно и резко спросил он, когда взглядом нащупал бинт.

Руку я спешно сунула под покрывало, но требовательный взор Эйдана никуда не делся.

— Ничего.

— Что. У тебя. С запястьем? — повторил он по словам, сорвался с места и в два шага оказался рядом. Навис сверху, уперев руки в матрас по обе стороны от меня. Пришлось отшатнуться, потому что такой вспышки я не ожидала. Как и твёрдости стали в его голосе. — Ответь, и я уйду.

— Стакан разбила пару дней назад и порезалась осколком. Такой ответ тебя устраивает?

Карие глаза подозрительно прищурились.

— Вчера бинтов не было.

— Были, но ты не заметил, что и неудивительно, — упрямо продолжила я лгать. — Тебя мало кто волнует, кроме своей ненаглядной персоны.

А вот это было правдой. Эйдан продолжал сверлить меня взглядом, я отвечала тем же, хотя в голове мелькнула предательская мысль: почему я соврала? Почему спрятала запястье, будто от этого зависела моя жизнь? И как ни старалась, ответа не находила.

Не знаю, чем бы всё закончилось, но дверь в больничное крыло вновь хлопнула, я вздрогнула, а Эйдан отстранился, продолжая сжимать руки в кулаки.

— Мне сказали, что ты… — Август замер у ширмы, очевидно, не ожидая увидеть моего бывшего друга.

А тот явно не ждал Августа. Перевёл удивлённый взгляд с его лица на цветы, которые тот держал в руке, и крайне невежливо поинтересовался:

— Что ты здесь забыл?

— Полагаю, то же, что и ты, — спокойно отозвался Август, с лёгкостью выдерживая его взгляд. — Пришёл к Никки. Хелл обмолвился, что она тут. Но я могу зайти позже.

— Он уже уходит, — с нажимом произнесла я.

Несколько секунд немой сцены, и…

— Мы ещё поговорим, — пообещал Эйдан и стремительно покинул помещение.

Ну хоть дверью не хлопнул, и на том спасибо. Поговорим… Было бы там о чём.

Я со стоном откинулась обратно на подушки.

— Красивые цветы, — отметила я очевидное, вновь приподнявшись на своём ложе.

Линч ушёл, и теперь мы с Августом остались наедине, но я не сильно переживала по этому поводу.

— Рад, что тебе понравились, — чуть склонив голову, отозвался он.

— И для кого они?

— Для тебя, конечно.

Тут я удивлённо на него вытаращилась. Разговор с Линчем настолько выбил из колеи, что я до сих пор его переваривала, а ведь Август здесь… И принёс мне цветы. Впервые кто-то вообще дарит мне цветы. Жаль, конечно, что повод такой не радостный.

Где он вообще достал этот букет?

— Стой, — я пригляделась к бутонам и кажется, узнала их. — А это не те арманские розы из ректорского сада?

Щёки Августа едва заметно порозовели.

— Х-м-м, те, да. Осуждаешь?

Ну, с учётом того, что именно я в прошлом году оббе́гала в поисках этого сорта половину Второго Осколка, мысленно проклиная ректора и его поручение, не имеющее отношения к учебному процессу, то…

— Сегодня не буду, — сжалилась я. Обижать Августа мне не хотелось. — Спасибо.

Я дождалась, пока он наполнит водой небольшую стеклянную вазу и вернётся, поставив в неё букет бледно-жёлтых роз с оранжевыми прожилками на лепестках. Даже в помещении теперь благоухало нежным цветочным ароматом. Чуждым мне, потому что я и правда никогда не получала цветы в подарок.

Но вот букет занял место на столике рядом, Август неловко переступил с ноги на ногу, и, решившись, пододвинул к моей койке единственный свободный стул, на который и сел.

— Прости, я должен был понять, что что-то не так, — с горечью в голосе произнёс он после секундной паузы. — Мы с Хеллом тренировались на арене до ночи, отрабатывали его дикую теорию использовать на элементалях заклинание стремительного ускорения, а когда вернулись в нашу гостиную, Эйдана так и не видели. Думали, что он всё ещё с тобой.

— А получилось вот как… — я вздохнула, расфокусировано глядя в пространство перед собой. — Вещунья сказала, что у меня нет магии стихий. Всё равно всё было впустую.

— Ты и без магии стихий потрясающая девушка, Никки.

Сказав это, Август протянул руку, накрыл ладонью мою и переплёл наши пальцы.

Это прикосновение, как и пронзительный взгляд зелёных глаз, вернули меня в прошлое. Наверное, тот мой поступок был одной из немногих ошибок.

Месяц назад отец повёз сидр на Шестой Осколок, чтобы продать на ежегодном Фестивале Многоцветия. Туда всегда съезжались ремесленники и торговцы со всех уголков павшей Магразии, ярмарка плавно переходила в танцы, шумные застолья под открытым небом и веселье до рассвета.

Папе моя помощь не требовалась, да и торговля всегда была его стезёй, мне же от нескончаемого потока покупателей становилось тошно. Кай загулял с приятелями, и в их шумной компании я чувствовала себя лишней — единственной девушкой, которая пусть и могла поддержать диалог о тринадцати способах усиления элементалей, всё равно была не в своей тарелке. Поэтому я бесцельно прохаживалась мимо прилавков с лентами, шляпками, яблоками в карамели и украшениями из серебра и меди, когда услышала знакомый голос:

— Никки! Поверить не могу…

Августа я нашла взглядом без проблем, хотя вокруг было полно народа. Высокий, хорошо сложенный брюнет, я даже удивилась, что на ярмарке он был один, без неизменных Хелла, Линча или своей девушки.

— Что ты тут делаешь?

С ответом он замялся, взъерошил отросшие с нашей последней встречи волосы, но всё же выдал:

— Мы с Деб расстались, так что…

— И давно? Я про это не слышала.

— Два часа назад, — последовало новое откровение, однако я заметила, что расстроенным Август не выглядел.

Но требовалось проявить участие, поэтому я, потупив взгляд, произнесла:

— Жаль. Вы казались неплохой парой.

— А мне не жаль. Может, прогуляемся? Или у тебя здесь дела с отцом?

Дел у меня не было, да и Август располагал к себе с первого дня нашего знакомства. Не язвил и не подкалывал, как Хелл. Ничего не просил, как Эйдан, да и в принципе производил впечатление нормального уравновешенного парня. Пусть нас и нельзя было назвать друзьями, приятелями мы были. Поэтому я согласилась.

День пронёсся быстро, уступил место вечеру, и мы, когда обошли всю ярмарку, попробовали более десятка диковинных сладостей и фруктов, прихватили бутылку сидра и отправились к озеру, спокойные воды которого отражали свет тысяч вспыхнувших на тёмном небе звёзд. Расстелили плед, позаимствованный мною у отца, и уселись на берегу.

Чтобы вы понимали, на первом курсе от девушек из общежития поддержки я только и слышала о новых свиданиях, нарядах и парнях. Тем больше не было никаких! А шёпотом, когда они думали, что рядом никого нет, обсуждали их умения в постели. Иногда восторженно, иногда с заметным разочарованием. Я, которая привыкла сама докапываться до сути, не могла эту самую суть уловить, хотя и прочла несколько жеманных книг на тему отношений между мужчиной и женщиной.

Секс стал казаться мне хитрой формулой, написанной на неизвестном языке. Мало выучить буквы или цифры, нужно понимать. А я не понимала. Зато с вопросом о контрацепции всё было ясно — при поступлении в институт каждому будущему магу в обязательном порядке ставили невидимую печать, которая будет действовать на протяжении всего обучения и ещё два года после выпуска — обязательный срок службы на случайно выбранном аванпосте. Все знали эти условия, и все соглашались. Семья и дети? Пожалуйста. Но после.

Поэтому там, летней ночью возле озера и в компании приятеля, я и решилась удовлетворить своё любопытство.

— Август?..

— М-м-м?

— Ты хотел бы заняться со мной сексом?

Он едва не поперхнулся сидром, глоток которого сделал секунду назад. Закашлялся, удивлённо на меня уставился и поправил ворот рубашки, расстёгнутой на пару верхних пуговиц.

— Повтори…

— Я спросила, хотел бы ты заняться со мной сексом? И предвидя твой следующий вопрос, скажу, что я не пьяна, — тут я и словом не соврала. — Алкоголь вообще слабо на меня действует. Так что?

Глаза парня заметно потемнели, он облизнул губы.

— Если я скажу, что нет, то это будет ложь. Но, Никки, ты ведь…

— Просто хочу понять, что это, вот и всё, — пожала я плечами. — Считай это дружеской услугой. Если откажешься, ничего страшного.

Сказав это, я вздохнула и подняла взгляд на звёздное небо. Текли секунды, плавно перерастая в минуты. Наконец, по колебаниям воздуха я сделала вывод, что Август приблизился. Коснулся моего подбородка, вынудив повернуть голову.

— Ты точно этого хочешь? — прошептал он, давая почувствовать своё дыхание. Свежее, с едва уловимой яблочной ноткой.

— Да, — спокойно ответила я, но остановила парня, когда его губы оказались совсем близко. — Но давай обойдёмся без поцелуев, ладно?

И первой расстегнула его рубашку.

Да, в ту ночь своё любопытство я удовлетворила, поставив ещё одну мысленную «галочку», но в остальном… Я ожидала большего. Похоже, в уравнении хорошего секса всё же недоставало какой-то переменной.

— Я много думал о той ночи… — голос Августа вырвал меня из воспоминаний, но сосредоточиться на нём не вышло, потому что в палату через специальное отверстие над потолком влетела бумажная птичка и спикировала прямо мне на голову.

Её я поймала, ощутив от слабых мышц протестующий укол боли. Любопытно, однако. Этот почерк я не узнавала.

«Тебе ведь рассказали, что это я тебя спас? Так вот, Гаро…»

Послание я гневно порвала пополам и бросила на покрывало. Спас он! И параллельно назвал толстой! Если Блэк привык иметь дело со швабрами, то пусть не смеет меня с ними равнять!

— … знаю, у тебя на этот год были другие планы, но думаю, в команду бы ты вписалась.

Надо было прислушаться к собеседнику, но новое послание захлопало надо мной своими крылышками. Игнорировать не выйдет, к сожалению.

«Ты так предсказуема. Это очаровательно. Даже не сомневаюсь, что прошлую птичку ты выкинула, не дочитав. Линч мудак, но он говорит дело. Уверен, его ты тоже отшила, как и мою первую леталку…»

Эта птичка продержалась чуть дольше, но в итоге была разорвана уже на восемь мелких кусочков, которые падали на каменный пол под удивлённым взглядом Августа. Кажется, он забыл, на чём остановился, ну а я и вовсе не прислушивалась, мысленно сопя от негодования.

Линч дело говорит⁈

Да пошёл этот индюк со своими делами!

— … а ещё мы могли бы больше времени проводить вместе, потому что покои общие на всю команду…

Едва я постаралась сосредоточиться на его словах, как рядом закружилась очередная леталка. Третья! Да он издевается⁈

Но любопытство, похоже, уже вонзило в меня свои хищные зубки, потому что едва птичка спикировала, как я её поймала и развернула.

«Пожалей бедную леталку, Гаро. Не будь кровожадной. Так вот, надеюсь Магическому Вестнику ты доверяешь? Потому что эта статья датирована вчерашним числом.»

В письмо и впрямь была вложена свеженькая вырезка из газеты, по которой я пробежала глазами. И с каждым словом, с каждой буквой, эти глаза всё больше расширялись от удивления, а про дыхание я и вовсе успела позабыть.

'На совете архоров было принято решение не разбивать команды — участники Турнира Стихий, которые займут призовые места.

— Глупо раскидывать между аванпостами магов, которые уже сработались, — заявил Дориан Блэк. — Расточительно. Такого Магразия себе позволить не может. Команда-победитель будет возведена в ранг Высших в полном составе, им будет оказана любая помощь, и…'

И это практически то, о чём я мечтала! Это мой шанс! Не прозябать на отдалённых осколках, а окунуться в самую гущу! Я не обманывалась, быть Высшей не светит магу поддержки, но так я хотя бы смогу найти своё место.

От дикого волнения у меня задрожали пальцы.

— Хорошо. Я согласна.

Чёрные брови Августа удивлённо взметнулись вверх.

— Серьёзно?

— Да, — окончательно подтвердила я.

Ну что, Эйдан Линч, я всё-таки стану частью команды, но не ради тебя. Ради себя.

Глава 6 Эйдан

Я до того стиснул зубы, что скулы отозвались ноющей болью. Она меня послала! Прямым текстом и в далёкие дали! И, что самое хреновое, похоже, я это заслужил…

В коридоре у больничного крыла я принялся ходить из стороны в сторону, ловя удивлённые взгляды спешащих на завтрак студентов, но меня они трогали мало. А вот что было интереснее — запястье Никки. Пусть хоть сотню раз говорит мне, что вчера оно тоже было перебинтовано, это было не так. Она лгала! Я знал наверняка, даже кожей чувствовал. Но убедиться всё же стоит. И тогда я решительно направился в кабинет лекаря Грасса, который находился совсем рядом — соседняя дверь.

— Кнопка, — спросил я с порога, и даже постучать забыл. — Что с её рукой?

Седые брови лекаря удивлённо подскочили вверх, но он отложил на заваленный бумагами стол чью-то медкарту.

— Простите, молодой человек?

— Николетт Гаро, — исправился я. — У неё забинтованное запястье. Вы проверяли?

— Я лекарь, юноша, — Грасс раздражённо дёрнул щекой. — Маг жизни первого порядка и лечил самих Высших ещё когда вы не родились. Естественно, что я просканировал девушку, и уверяю, кроме выхолощенного резерва, что плачевно сказывается на её самочувствии, других травм и болезней нет.

Вот как… То есть, по его мнению, всё в порядке. Черта с два!

— Почему её резерв выхолощен? — попробовал я нащупать нить истины с другой стороны.

Тяжко вздохнув, лекарь всё же соизволил мне пояснить:

— Использовала камень переноса в отдалении от плиты, он и напитался за её счёт. Если это всё, то покиньте мой кабинет.

Пришлось уйти, закрыв за собой дверь, и всю дорогу по пути к арене я размышлял над фактами, которые оказались в моих руках.

Так… Никогда не поверю, что Никки могла совершить такую глупость и прыгнуть в институт со случайной точки осколка. Только не она! От этой стопроцентной уверенности неприятно закололо в груди, и даже свежий осенний воздух не смог избавить меня от тягостного ощущения. Что-то случилось там, на Пятом, и явно не очень хорошее. Скверное даже, я бы сказал. Потому что у Никки был камень переноса, да, но использовать его во вред себе она могла лишь для того, чтобы оградиться от более серьёзной опасности. Сбежать, унести ноги от тех, кто хотел ей навредить, даже если это поставит под удар её самочувствие.

Поганое ощущение, когда понимаешь, что виноват в этом ты.

Или… Активировать камень мог кто-то другой, принудительно вернув её в институт.

Над этим следовало поразмыслить. А ещё её запястье не давало мне покоя. Как подступиться, чтобы взглянуть самому? Не знаю, ведь теперь Никки и близко меня к себе не подпустит.

Всё это я обдумывал, огибая семиэтажное здание института, отбрасывающее тень на переплетение мощенных камнем дорожек. Миновал пару фонтанов, рядом с которыми устроились завтракать те немногие, кто любил это делать на свежем воздухе. Меня даже окликнули по имени, кажется, Селвин Харрис — здоровяк с моего курса, но я лишь махнул рукой, даже не замедлив шаг. Если он не может объяснить мне, как заслужить прощение одной очень умной, но очень упрямой девчонки, то мне с ним вести беседу не о чем.

Хелла я обнаружил на арене — огромном полигоне овальной формы. Он натравливал своего огненного элементаля на порядком обгоревшие мишени, а сам замер шагах в десяти позади него, удерживая заклинание контроля и параллельно кастуя усиление. Августа с ним не было, и вспомнив, что оставил его наедине с Никки, неосознанно сжал кулаки. Ещё и цветы ей принёс… Хотел бы я знать, о чём они беседуют, но подслушивать не в моих правилах.

Друг отпустил контроль, едва меня завидел, и его элементаль осыпался на песок арены серым пеплом.

— Она что-нибудь говорила, когда ты её нашёл?

— Да, — Хелл вытер со лба мелкие капли пота и с продолжил с кривой ухмылкой: — В любви мне призналась. А ещё сказала, что я мужчина её мечты, — и добавил, заметив, что в моей ладони заискрилась первая вспышка магии. — Расслабься, это шутка.

— Не смешно, — буркнул, умерив свой пыл.

Он пожал плечами.

— Возможно. Если начистоту, то Гаро не говорила ничего, только цеплялась за меня, будто боялась, что уроню.

Вот ведь… А я надеялся на новые крохи информации.

Но Хелл что-то недоговаривал, и это я понял по странному блеску его глаз.

— И с чего это ты такой довольный?

— С того, что Гаро станет нашим магом поддержки, Линч.

— Бред, — тут же отозвался я. — Она мне отказала.

— Я это предвидел и уверяю, у меня получилось её уговорить.

И он рассказал о статье, которая должна была заинтересовать Никки, и которую я, к своему стыду, не читал. А ведь мог бы и сам донести до девушки эту информацию, но… Вздохнув, я бросил взгляд на здание института. Завтрак заканчивался, нужно привести себя в более менее приемлемый вид и поспешить на лекцию по боевой тактике, которая должна была начаться через тридцать минут, однако что-то вновь кольнуло меня в солнечное сплетение.

Я поспешил в столовую, надеясь не опоздать.

К своему стыду, там я осознал, что понятия не имел, что сейчас любит Никки. Кажется, раньше это были яблоки. Её отец Фред Гаро выращивает несколько сортов на нашем осколке. Ранние, поздние. Зелёные и красные. Даже удивительно, что Кнопке этот фрукт так и не приелся.

Надеюсь, что не приелся, мысленно поправил себя, потому что сейчас я пользовался воспоминаниями пятилетней давности.

Но я выбрал на столе раздачи оладьи с яблоками, добавил к ним кружку ароматного травяного чая и овсянку на молоке. Не забыл и столовые приборы.

Отлично. С этими обнадёживающими мыслями направился в сторону выхода.

— Выносить из столовой нельзя! — донёсся до меня голос незнакомого парнишки, которого распределили сюда для отработки наказания.

— Мне можно, — бросил я не оборачиваясь.

Теперь мой путь вновь лежал в больничное крыло, и тихо отворив дверь, я порадовался, что Августа тут уже не было. Зато не было и Кнопки, но плеск воды дал понять, что она отлучилась в уборную. Может, это и к лучшему, иначе был риск, что этот скромный завтрак она наденет мне на голову.

И оставив поднос на тумбочке рядом с треклятыми розами, я также тихо удалился.

Отец учил меня, что починить можно всё, каким бы ни был причинённый ущерб. Но что, если он ошибался? Что, если есть вещи, разрушив которые, обратно не склеить? И наши отношения уже не спасти?

Нет уж, в это верить я отказываюсь.

Глава 7 Никки

— Никки, у тебя сумка горит! — Анна пнула меня локтем в бок и указала на сумку, которая и правда занялась пламенем. — Опять…

Охнув, я принялась повторять про себя заклинание усмирения, попутно гася огонь своими ладонями. Что из этого сработало — непонятно, но спустя несколько секунд сумка и впрямь перестала полыхать.

Нужно что-то с этим делать! Я не могу контролировать стихию, невесть как оказавшуюся в моих руках, и теперь риску случайного возгорания были подвержены все предметы, с которыми я контактировала.

А ещё моя легенда об освоении иллюзий скоро вполне может треснуть по швам. Для меня и вещей, которых я касалась минуту назад, собственное пламя — так, похоже на щекотку, а если кто-то из друзей вздумает его потрогать, то очень и очень удивится. И с ожогами в больничное крыло отправится.

— Граш! — я откинулась на спинку неудобного стула и вытерла ладонью мелкие капельки пота, выступившие на лбу.

Все в аудитории магпотоков на меня пялились. Кто-то перешёптывался даже не таясь, что обсуждает именно мою скромную персону. Да и Анна выжидательно смотрела, явно надеясь на подробности, но ими я делиться не спешила.

Что сказать? У меня в руке каким-то образом оказалась малая сфера огня, которую я тут же раздавила пальцами, отчего стихия хлынула по венам. Откуда она у меня? Понятия не имею. Почему не показала ректору? Отберёт ведь. А такой сказочный подарок никому отдавать я не собиралась, хотя над загадкой его появления раздумывала весь вчерашний день и половину сегодняшнего.

Сфера — штука баснословно дорогая и редкая. Это квинтэссенция чистой магии, полученной из крови мага. И такая вот частичка огня, размером с фалангу моего мизинца, кому-то обошлась… полулитром крови, часами кропотливой работы и чудовищными трудозатратами. За что мне такой подарок⁈

Хотя нет, не подарок. Сфера была обёрнута в клочок бумаги, на котором обезличенным почерком было написано: «За всё в этой жизни нужно платить». Так что я лишь тешила себя глупой надеждой, когда думала, что некто не потребует отдать долг. Потребует, ещё как.

И когда за завтраком я попробовала рассказать Анне о сфере, записке и странной печати, которую обнаружила под повязкой на запястье, поняла, что не могу вымолвить и слова. Что глупо открываю и закрываю рот, как выброшенная на берег ставрида. Вот так. Впору счесть саму себя сумасшедшей. Печать я, кстати, вновь спрятала, потому что иначе не могла.

Но часы шли, и вот в полукруглой светлой аудитории я поняла, что мне отчаянно нужно научиться контролировать пламя. Во что бы то ни стало!

— Сегодняшнюю лекцию проведу у вас я, — все разговоры смолкли как по щелчку пальцев, когда в аудиторию стремительно вошёл молодой мужчина в чёрном костюме.

Откинув с плеч длинные пепельные волосы, он цепким взглядом обвёл всех притихших девушек.

А я хоть и хотела перестать на него пялиться, но сделать этого не могла. В чертах лица брата Хелла явственно прослеживалось родство. Аристократичный нос, в меру тонкие губы и острые скулы.

Ещё и этот голос…

— Моё имя Дэмиан Блэк, если кто-то не в курсе, — он подошёл к длинному дубовому столу и лениво перелистнул записи в толстом журнале. — Профессор Коллинс попросил заменить его на этой лекции, хотя у меня были более интересные дела, — он вновь поднял взгляд на нас. — Итак, откат. Кто мне скажет, что это такое?

Я неловко поёрзала на стуле, но рискнула поднять руку вверх. Светлые, какие-то бесцветные глаза Дэмиана скользнули по мне, но в итоге он указал на девушку, которая точно не горела желанием отвечать.

— Со смертью элементаля мага, сила, затраченная на его воплощение, ударяет по нему самому, — неуверенно произнесла Талия Кроун, одна из тех, кого парни всегда заботили больше, чем знания.

— Допустим. Но не совсем точно. А если несколько магов находятся в боевой связке и погибает элементаль одного из них?

— Откат, кажется, в равной степени бьёт по каждому, кто в связке, — продолжила Талия, но к её словам мне пришлось прислушиваться. — Это значит потерю концентрации, упадок жизненных сил и…

И то, что связка магов теряет своё преимущество. Если уж я согласилась стать «блонди» в команде Линча, в вопросе мне следовало разбираться.

Ответ Талии не особо удовлетворил Блэка, и тот скривился, когда поднял ладонь, призывая её к молчанию.

— Гасить откат, вещь, должно быть, не самая приятная, но ни одна чистая стихия с этим не справится. Поэтому вы идеально вписываетесь на эту роль. В вашей крови есть по капле от каждой. Шум, как мы маги, это называем. Белый шум. И именно он помогает вам накладывать необходимые плетения, не вступая тем самым в конфликт со стихиями.

— Он закончил первую академию в прошлом году и получил распределение на второй осколок, главный аванпост, — шепнула мне Анна.

Ей явно хотелось поделиться добытой информацией.

— Хорошее распределение, — присвистнула я.

Тогда вдвойне непонятно, что он здесь делает. Подруга придвинулась ближе и заговорила ещё тише:

— Но он странным образом получил здесь место в аспирантуре, потому что сначала его кандидатуру попечительский совет отклонил. Проводит какие-то исследования, ему выделили целое крыло в подвале. Вот бы посмотреть, чем он там занимается…

Да, наверное, я бы тоже не отказалась, но меня туда не звали, и варварскому вторжению вряд ли обрадуются. Дэмиан не производил впечатление добряка, двери лаборатории которого открыты для всех желающих. Наоборот, у меня от него мороз по коже бежал, в самом пугающем смысле этого слова.

Но сейчас он вещал о том, что я и без этого знала, поэтому я рискнула и сама шепнула Анне:

— Слушай, а это не вы с Каем мне вчера завтрак принесли?

Эту загадку я так и не разгадала, и теперь она иногда меня беспокоила. Анна покачала головой, опомнилась и заправила выбившуюся светлую кудряшку за ухо.

— Прости, нет.

Может, тогда это был Август? Но он, сдаётся мне, не стал бы делать из этого тайну, дождался бы меня из уборной и не сбегал. И видят Высшие, в ту минуту, когда я разглядела на подносе чай, а нос уловил аромат оладьев с яблоками, мысленно поблагодарила неизвестного благодетеля. Поход в уборную стоил мне почти всех накопленных после пробуждения сил, и еда пришлась как нельзя кстати.

— Я к вам обращаюсь, — вздрогнув, поняла, что Блэк теперь прожигал меня взглядом. Похоже, я крепко задумалась и пропустила часть его слов. — Как магу поддержки нивелировать последствия отката?

Выпрямив спину, выдала самый подходящий, по своему мнению, ответ:

— Можно замкнуть откат на себе, и тогда по другим магам в связке он не ударит.

— Да, способ действенный. Но вы кое-что не учли, мисс Гаро, — я даже не поняла, откуда он узнал моё имя. Острый взгляд Дэмиана коснулся, казалось, даже кончиков волос. — Откат ударит в полную силу именно по вам, выведет из строя, и у связки будет минус боец, за которого оставшиеся ещё и должны будут нести ответственность, оберегать. Но кого это волнует, не так ли? Можно картинно закатить глаза и томно взмахнуть ресницами, падая в объятия сильного мужчины. Так вы «блонди» мыслите, да? Любую ситуацию выворачиваете себе на пользу. У вас учебник горит.

Тут я поняла, что от его слов и правда стиснула в пальцах учебник, а огонь вырвался на волю, довольный отсутствием контроля.

Придурок! И похвалил, и помоями облил с ног до головы. Типичный Блэк, пусть и другой! Стиснув зубы, я принялась тушить книгу, невпопад хлопая по ней ладонями. Давай же!

— Думаю, вам сто́ит выйти, пока тут всё не вспыхнуло иллюзорным пламенем, — произнёс Дэмиан тоном, который не предполагал возражений.

Под взглядами десятка девушек я подхватила всё ещё тлеющий учебник, сумку, ручка которой начала дымиться, и поспешила прочь. Может он и говнюк, но говорит дело. Без помощи мне эту стихию не усмирить. Ух, не хотела я, чтобы до этого дошло, но так уж случилось, что кое-кто, возможно, согласится потратить на меня пару часов своего драгоценного времени. Придётся терпеть его злобный сарказм, неуместные плоские шутки и издёвки, но контроль над стихией стоит этого. Он стоит даже больше.

С этими мыслями я, наконец, потушила учебник и тяжко вздохнула, привалившись к стене коридора. Придётся подождать обеденного перерыва, чтобы после найти Хелла и попросить о помощи. И только я это решила, как кожей почувствовала на себе чей-то взгляд. Отошла от стены, повернулась в сторону развилки коридора и широкой лестницы, но никого не увидела.

Но стоило обернуться, как я носом впечаталась в твёрдую сильную и знакомую грудь, что даже очки покосились.

— Ты что, следишь за мной⁈

Виноватым Линч точно не выглядел, и это взбесило ещё больше.

— А если и так, — самодовольно улыбнулся Эйдан, но мне показалось, что веселье это напускное.

Его взгляд скользнул по моей руке, в которой я всё ещё сжимала учебник.

— Если так, то прекращай, — зашипела я, отойдя на шаг. — Кажется, я доступно объяснила, что мне тебе сказать нечего.

— А если мне есть что сказать тебе?

Да он издевается!

Его улыбка потухла, карие глаза принялись метать молнии. Но меня не проняло.

— Это твои личные проблемы, — выдала я, и уже почти развернулась, чтобы уйти от него подальше. Неважно куда.

— Ошибаешься, Кнопка, — с этими словами он резко открыл дверь в какую-то каморку, куда за локоть затащил отчаянно сопротивляющуюся меня.

— Сдурел? — я попробовала отпихнуть Линча, но куда там. Эту гору так просто не сдвинешь. — Пропусти меня!

В итоге мы оказались в комнатушке, где на подставке у стены хранились швабры и ведра, а освещением служила лишь бледная полоска света из-за закрытой двери. Эта дверь-то мне и нужна. Не хочу и лишней секунды находиться в его обществе.

— Нет, пока не сделаю то, зачем пришёл, — Эйдан шагнул ближе, а мне показалось, что стены этой клетки сжимались вокруг нас.

Пора было это заканчивать. Дёрнувшись к выходу, я замерла, когда он щёлкнул пальцами и дверь подёрнулась морозной рябью, делающей воздух на пару градусов холоднее.

— Видишь, теперь снять барьер могу только я. Поговорим.

— Похищение, незаконное удержание в…

— Тесном помещении, где только мы, Никки, — с лёгкостью закончил он мою мысль.

А то я не заметила!

— Кхм, если ты снова собираешься петь песню, как ты сожалеешь о случившемся, то не… — на мгновение я впала в ступор, когда поняла, что между нашими телами не осталось свободного пространства. — Что ты делаешь?

Пальцы Эйдана невесомо запорхали по моему запястью, а губы приблизились. Бред. Я не какая-то наивная идиотка, чтобы на это вестись.

— А на что это похоже? — прошептал он, обдавая своим дыханием.

Свежим, с ноткой мяты и чего-то ягодного.

— На то, что ты спятил, — вновь отступив, спиной ощутила твёрдость стены. — Я это уже говорила.

— Как так вышло, что мы знакомы с детства, и ни разу не целовались?

От его слов я вжалась в каменную стену ещё сильнее, будто хотела в ней раствориться, а сердце забилось с удвоенной силой.

Я не вещунья, и не могла знать, какие мысли все эти годы обитали в голове Эйдана. Но что совершенно точно — он никогда не давал мне ни одного повода считать, что я его хоть каплю интересую.

Однако ещё я знала, что ничего не смыслю в невербальных намёках, языке тела и жестов. Мне далеко до той, кто может по одному взгляду понять, нравится она парню или нет. Да я к этому и не стремилась. Но Эйдан… Он всё усложнял и выбивал меня из зоны комфорта, в которой мне было так приятно находиться.

— Чего?

— Ты выросла в красивую девушку, Кнопка, — с лёгкой улыбкой продолжил он. — Сильную, самодостаточную. Девушку, которая идёт своим путём и не оглядывается на остальных. Мне это нравится.

Я не хочу ему нравиться! Будто это поставит меня на одну ступень с Кендрой и ей подобными. Нет, нам с Анной вполне хорошо жилось на своём безопасном месте.

— Линч, прекращай играть в эти игры, — голос позорно спасовал, не выдержав его напора.

— Какие игры? — невинно поинтересовался Эйдан, настойчиво поднял мою руку, всё ещё держа за запястье, и оставил на тыльной стороне ладони невесомый поцелуй. Я его почти не ощутила, но по крови хлынуло непонятное иррациональное тепло. И отчего-то мне показалось, что его дыхание тоже сбилось.

Щёки обдало жаром.

Пришло время главного аргумента, который я постаралась озвучить максимально хладнокровно:

— Мы оба знаем, что я тебе неинтересна.

— А что, если интересна? — спокойно парировал он.

— Тогда ты не променял бы меня на очередной перепихон.

Во взгляде таких знакомых карих глаз мелькнуло сожаление.

— Дай мне шанс, Никки, — зрачки Эйдана расширились, будто поглощая тусклый свет комнатушки. — Один шанс, один поцелуй. И я докажу, что этого больше не повторится.

Я не хочу! Не хочу! Ни с ним, ни с кем-то ещё. Особенно с ним! Или же…

— Нам не нужно… — пролепетала я.

На большее меня просто не хватило. К такому я не готова! Слишком быстро, слишком неожиданно и слишком тесно, так, что я отчётливо ощутила жар его тела сквозь слои одежды.

Губы всё ближе. Время остановилось, зависнув между нами, как липкая паутина. Я не могла дышать, впервые ощутив, что… возможно, мне и правда этого хотелось. Глупость какая, это же Эйдан. Самовлюблённый, эгоистичный мудак, из-за которого у меня в голове сумбур, а в памяти провалы.

— Нам нужно, если хочется, — ладонью левой руки он коснулся моей щеки, в то время как правая всё ещё ощущалась где-то на запястье. И его губы накрыли мои.

Лёгкое касание, как пёрышком провели по нежной коже, и Эйдан тут же отстранился, самодовольно разглядывая сплетённую иллюзорными нитями проекцию… моего запястья⁈

Магия воссоздала его удивительно точно. Всё, чего касались пальцы Эйдана, пока он отвлекал внимание на себя и глупую болтовню о поцелуях.

Во мне волной поднялся колючий гнев, захлёстывая с головой.

— Прости за эту хитрость, Кнопка, но мне нужно было тридцать секунд твоей неподвижности и…

Уловка. Фальшь. Обман.

Как же я его ненавижу!

— Ты издеваешься⁈ — не дала я ему закончить. — Да как ты вообще посмел играть со мной в эти игры?

Но мои слова ушли в пустоту, а Эйдан перевёл взгляд на проекцию.

Я видела бинты, которые сама и намотала утром, стараясь скрыть то, что никому нельзя показывать. Видела, как они становились прозрачными, подсвеченные голубоватым свечением стихии воды. И как с каждой секундой Эйдан хмурился всё сильнее, разглядывая то, что я прятала под страхом смерти.

— Лучше я буду просить прощения, чем разрешения. И это ради твоего же блага. Что это за печать, Никки? — он вперил в меня колючий взгляд. — Во что ты ввязалась⁈

Ненавижу…

Его удивлённый возглас потерялся во вспышке пламени, а потом раздался грохот. Меня тряхнуло. Гнев вырвался на волю вместе со стихией, которую я не могла контролировать, но в этот раз масштабы оказались куда больше горящего учебника.

Эйдан отшатнулся. Между нами в водовороте огня возникло странное существо, а в каморке стало так светло, что у меня заслезились глаза. Миг, и пламенное чудище подпрыгнуло, врезаясь ногами в грудь Эйдана, который отлетел к двери и спиной пробил и её и свой же барьер, мгновенно вывалившись в коридор.

Хотя это были не ноги, а копыта.

Стоп! Копыта⁈

— Чё как, хозяйка? — скрипучий голос был похож на звук, который издают несмазанные дверные петли. — Твоё ничего нормально? — рогатое существо почесало макушку, так и не дождавшись от меня реакции.

А я была в шоке! Линч в нокауте, хотя надо отдать ему должное, он уже распахнул глаза, ошалело уставился на огненного монстра, но вот вставать пока не спешил. Лишь потушил струёй воды вспыхнувшую в районе груди рубашку, которую теперь придётся выбросить.

Он тоже в шоке, это и ежу понятно!

— Знатно я его раскопытил, — с ноткой гордости в голосе выдало чудище. — Принимай работу, ёхт!

Так! Это мой элементаль? И он только что вломил Линчу копытами? Неплохо, однако. Феерично даже, я бы сказала.

Шок уступил место страху. Нет, за Линча я не боялась, потому что он заслужил. И элементаля я не боялась — мне он не навредит.

Боялась, что вот сейчас прозвенит звонок и в коридор вывалятся толпы жаждущих зрелища студентов, которых мой защитник уж точно заинтересует. Ещё бы! Существо с витыми рогами, козлиной бородкой и копытами вместо ступней было кем угодно, но не элементалем в привычном всем виде! Вместо одежды — пламя. Вместилища энергии только у самых сильных магов имели строение, схожее с человеческим. Например, водный элементаль Эйдана мог похвастаться ногами и руками, едва оформившейся головой, а у тех, кто послабее, это и вовсе сгустки чистой магии, похожие на кляксы или пятна.

А у меня монстр, объятый пламенем! Говорящий! Разумный!

Или я крупно влипла, или каким-то чудом отхватила себе подарок, достойный самих Высших!

Но этот подарок срочно нужно запихнуть обратно в коробку, пока его не вырвали из моих тонких и слабых ручонок! С этими мыслями я и выбежала из чулана в коридор.

— Они обычно не такие… не такие, — прошептала я, судорожно призывая мозг соображать.

Линч встал, покачнулся, но без страха шагнул вперёд, вперив в меня прожигающий взгляд.

— Откуда он взялся⁈ Никки!

— Чего ты меня-то спрашиваешь? — огрызнулась я.

Элементаль в разговор пока не встревал, но уж точно прислушивался.

— А кого мне ещё спрашивать⁈ Убери его!

— Контуженный штоль? — выдало существо новую глубокую мысль, ткнув горящим пальцем в Эйдана. — Так я помогу. Вылечу. Посмертно.

— Нет! — я в ужасе замахала руками. — Не бей его!

Смерть Линча в мои планы не входила. Это глупо, нужно куда-то деть тело, состряпать себе алиби, придумать убедительную причину, по которой лучший выпускник института вдруг исчез в неизвестном направлении… И лопаты у меня нет! Так, что-то мозг разболелся, выдавая совсем уж не свойственные мне мысли.

Нет, бывший друг мне ещё пригодится, причём прямо сейчас. Потому что все мои надежды отозвать элементаля были связаны именно с ним.

— Да я сам его сейчас урою! — угрожающе зашипел Эйдан, закатывая рукава испорченной рубашки.

Этого только не хватало!

Существо на его угрозу лишь хмыкнуло.

— Это мой элементаль! — прошептала я. — Как его отозвать⁈

— Ах твой, — язвительно протянул парень. — А говорила, не знаешь, откуда взялся. Так, ладно, — он поднял ладонь, и я, которая принялась нервно расхаживать из стороны в сторону, поймала его жест и остановилась. Приблизившись, Линч положил руки мне на плечи и заглянул в глаза. — На меня смотри. Вдох. Выдох, — я повторила за ним, но результата не было. — Ещё вдох. Мысли очисть и перестань думать, о чём ты там думаешь.

Мотнула головой. Это ж надо сморозить такую глупость.

— Я не могу перестать думать.

— И иногда это мешает. Трудно только первые несколько раз. Ну может несколько десятков раз.

— Эйдан, ты не помогаешь!

— А если я не хочу исчезать? — вмешалось огненное существо, смотря то на меня, то на Линча.

— Хочешь! — это мы воскликнули одновременно с Эйданом, и элементаль вновь почесал макушку прямо между рогами.

— Ты хозяйка, я — дурак. Но ненадолго, лады? Тут у вас интересно… — последнее слово он растянул, с любопытством посматривая по сторонам.

А я схватила парня за запястье и вгляделась в наручные часы. Только не это!

— До звонка минута, Эйдан! — я едва волосы на себе не рвала от досады, но мою причёску спасло внезапное озарение. — Знаю! Затащим его обратно в чулан.

Идею Линч не поддержал.

— Нет, для троих там места мало, а тебя одну с ним я не оставлю.

— Тогда скажи, что есть другой способ, кроме дыхательной гимнастики!

— Боюсь, что нет, Кнопка, — вздохнул он, вновь перехватывая мои ладони. — Придётся мне довериться, иначе скоро твоего козла препарируют всем институтом, как особо редкий экземпляр.

«Экземпляр» угрожающе оскалился.

— За козла ответишь, ёхт.

— Ты мне доверяешь? — спешно спросил Эйдан, никак не отреагировав на угрозу.

С такой надеждой в голосе, что я невольно сглотнула.

— После всего, что было?

— Да, после всего, что было. Тридцать секунд, Никки.

Ох, плохой вопрос, очень плохой… Он тут же заставляет задуматься о многом, а времени на это вообще не было.

Наконец, набрав в грудь побольше воздуха, я невольно прикрыла глаза.

Это пробудило воспоминания.

— Хватайся за ствол и не разжимай пальцы. Никки! — окрик мальчика стал для меня спасительным глотком воздуха. — Хватайся! — а потом его же голос, но более ожесточённый, с нотками отчаяния того, кто не хотел терять близкого человека. — Отстань от неё! Отвали! Прочь! Я сказал, прочь! — хватка на моей щиколотке слабела с каждым его ударом и новым замахом.

Тогда я ему доверилась, и он спас мне жизнь. Много воды утекло с тех пор, но всё равно, как бы я ни злилась, присутствие Эйдана вселяло уверенность. И тепло.

— Доверяю, — наконец сдалась я.

— Умница, — его губы растянулись в лёгкой улыбке, а пальцы слегка сжали мои. — Я в тебе не сомневаюсь. Давай ещё раз. Вдох, — он вдохнул, я повторила. — Очисть голову, постарайся отрешиться от всех проблем. Стихия любит стабильность и ясное сознание. Выдох. Слушай мой голос и не думай о плохом, — да, его голос и правда успокаивал. — Ещё вдох. Молодец. Огонь подчинить трудно, но у тебя получится. Просто дыши. Выдох. И… У тебя получилось.

Открыв глаза, первое, что я увидела — улыбку Эйдана. Знакомую и тёплую. Он и впрямь здорово мне помог, и несмотря на его поступки, сейчас я была рада, что именно он оказался рядом.

Но эти самые поступки забыть не так просто, поэтому в ответ я не улыбнулась. Он замялся, улыбка погасла, и отпустив мои ладони, отошёл на шаг. Тогда-то и прозвенел звонок, двери лекториев распахнулись, выпуская в коридор толпу студентов. Анна с удивлением на нас уставилась, а Дэмиан Блэк покосился на кучку пепла, что осталась от моего элементаля, усмехнулся и быстро зашагал прочь.

— А теперь пошли, — Эйдан кивнул в сторону развилки коридора. — Помогу тебе собрать вещи.

Стоп! Такой поворот событий заставил меня остолбенеть.

— Это ещё зачем?

— Как зачем? — он удивлённо выгнул бровь, без спроса забрал мою сумку и зашагал вперёд, бросив через плечо: — Ты переезжаешь. Вся команда живёт вместе, разве не знала? Не волнуйся, для тебя готова милая уютная спальня.

Глава 8 Никки

— А если я не хочу переезжать?

— Почему? — искренне недоумевал Эйдан. Мы как раз переступили порог нашей с Анной комнаты, которую он окинул пристальным взглядом. — Спальня у тебя будет больше этой, а ведь ты сейчас делишь её с однокурсницей. Или тебя смущает, что мы будем жить рядом?

Смущает? Честно говоря, об этом я особо не задумывалась. Просто не хотела видеть Линча чаще необходимого, ведь оправиться после его выходок… непросто, мягко говоря.

А ещё меня самую малость пугало постоянное соседство с Хеллом, но не это было главной проблемой. Он, хотя бы, никогда не прикидывался другом, честно давая понять, как именно ко мне относится.

— Да не сказала бы, — протянула я, наблюдая, как Эйдан в замешательстве потирает подбородок.

Кажется, порядок моей скромной территории поставил его в тупик. Ну да, это я любила, когда всё разложено по полочкам, пронумеровано и рассортировано. А второе имя Линча — Хаос, и именно с большой буквы.

Но он себя пересилил и ничего не стал комментировать.

— Тем более что уборная в каждой спальне своя, — продолжил парень сыпать плюсами, как сахаром в травяной чай. — Ванная общая, это минус, но мы будем галантно пропускать тебя вперёд.

Терпеть не могу приторную сладость.

— И всё-таки нет.

— И всё-таки да, — мягко настоял он, снисходительно на меня поглядывая. — Это приказ ректора, Кнопка. Команда живёт вместе. Мы налаживаем взаимодействие не только на арене. Узнаём друг друга, учимся понимать не просто с полуслова, а с полувзгляда. Поэтому давай сюда сумки, помогу тебе собраться. И бумагу с карандашом, это в первую очередь.

— Прекрасно. И где волшебное слово?

— Пожалуйста, — добавил Эйдан, перелистывая мою последнюю работу по бытовым заклинаниям. Скучную и пресную, к слову.

Его просьбу я выполнила, сначала вложив в руку парня писчие принадлежности. Их он принял, разложил лист бумаги на столе и начал что-то бегло строчить. Спустя пару минут я получила в руки подробный список, мысленно ахая и охая, когда его читала.

Хотя первым делом шли не строчки, а схематичный рисунок. Круг с выведенным внутри треугольником, который пересекался линией ровно посередине.

'— Выяснить природу печати.

— Узнать, совместим ли «белый шум» поддержки с огненной стихией.

— Выяснить, откуда у тебя элементаль.

— Снять печать, если её эффект негативный'.

— Так что, может, расскажешь мне что-то более существенное? — он вопросительно приподнял бровь, дождавшись, пока я прочитаю пункт за пунктом. Странно, а вот тут хаосом и не пахло. Неужели кто-то научился целеполаганию? Никогда не поверю.

— К тому же, — добавил Эйдан, теперь уже обшаривая меня цепкими глазами, — так я смогу за тобой приглядывать. Что случилось в ту ночь, когда я не явился, Никки?

И снова я открыла рот, потом закрыла, схватившись за печать второй ладонью, потёрла повязку и спрятала обе руки за спину. Всё под немигающим взглядом Линча, пробирающим до костей.

— Ясно, — взъерошив волосы, Эйдан отвернулся. — Это будет труднее, чем я думал. Что у тебя здесь? — я лишь краем глаза проследила за его рукой, указывающей на покосившийся комод.

— Вещи.

Ах да, он же просил сумки. Пошарив в шкафу с верхней одеждой, вытащила оттуда чемодан и потёртый дорожный баул, чтобы опустить последний рядом с парнем.

Первую минуту Эйдан и правда аккуратно собирал предметы моего гардероба, а я сортировала конспекты, чтобы ничего не потерялось. Помнила, как отец говорил, что переезд равен двум пожарам, и хоть конкретно этот по масштабам был крохотным, риски я решила свести к минимуму. Далее пришёл черёд ингредиентов для бытовых зелий, которых неожиданно скопилось прилично. Сухоцветы, порошки из толчёных минералов, несколько пузырьков вытяжек из растений и целая коробка прочего, несомненно нужного, но ужасно громоздкого скарба.

Я так увлеклась, что не сразу сообразила, что забыла одну очень и очень важную вещь.

И, кажется, эту вещь нашли, потому что кое-кто стал выдавать совсем уж нехарактерные для него звуки:

— Это… — Эйдан замялся и шумно вздохнул. — Я… М-да… А если… Да ну ладно… И всё-таки…

Сомнительный способ продемонстрировать парню своё нижнее бельё.

А именно это он и держал двумя пальцами за тоненькую чёрную резиночку. Мой единственный кружевной комплект по последней человеческой моде, и новый, кстати. Его мне подарила Анна на день рождения, и тогда же заявила, что раз у всех остальных есть, то почему у нас нет.

— Может, однажды и пригодится, — она вложила свёрток, перевязанный ленточкой в мои руки.

Пригодился. Чтобы Эйдан вмиг лишился своего хвалёного красноречия. Он продолжал пялиться на кружево, когда я решительно забрала бельё из его рук.

— А ты?.. — начал он, проводив бюстье взглядом, но тут же осёкся. — Забудь.

И вновь взялся за дело, чтобы спустя пятнадцать минут не простонать:

— Граш, сколько же у тебя книг…

— Тридцать шесть томов, семь брошюр и три справочника, — ответила я спокойно, пожав плечами. — Не так и много.

— Да уж, не много, — Линч тягостно вздохнул. — Ладно, их я гружу сюда. Сам понесу. А это… только не говори, что ты читала этот бред!

Не сказать, что я спокойно восприняла тот факт, что в руках Эйдана оказалась книга «Взаимоотношения мужчины и женщины. Список норм и правил для девушек». Внутри как-то странно скрутило желудок, а пальцы едва заметно дрогнули.

И всё же я почти ровно ответила:

— Ну да.

— Но это же чушь! Вот, например, — и он принялся зачитывать вслух строчки из середины книги: — «По возможности закройте глаза и дышите спокойно, расслабленно. Так будет легче перенести акт. Однако, если мужчина требует смотреть на него, не противьтесь…» — он поднял на меня колючий, пробирающий до костей взгляд. — У меня для тебя новость, но если мужчина в постели чего-то требует, то это уже существо, а не мужчина. Или вот это… «Примите оптимальную позу. Лягте на спину и разведите согнутые в коленях ноги в стороны, чтобы обеспечить мужчине удобное…» Будто осмотр лекаря описывают!

— По-моему, всё логично, — не согласилась я.

И получила в ответ недовольно раздутые ноздри и гневный тон:

— Не логично. Оптимальная поза! Не бывает оптимальных, бывают те, которые нравятся обоим. Ох, Высшие, я не могу говорить с тобой о сексе! — он резко дёрнулся и кинул книгу в груду остальных, вызвав тем самым у меня вздох возмущения. Нельзя так с ними обращаться! Будто она лично его оскорбила. — Просто чтобы ты понимала, что в книгах не всегда пишут правду. Иногда за неё выдают лишь удобную кому-то ересь.

— Ты сам затронул эту тему! Я тебя за язык не тянула. С этим я и сама вполне разберусь.

— Сама? — насмешливо переспросил он и принялся застёгивать сумку. — Ну-ну. У меня для тебя новость, но для этого занятия нужны как минимум двое.

Да что ты говоришь⁈ Такую простую аксиому я прекрасно знала. Двое. И естественно, о каком-никаком опыте в этом вопросе я умолчала, прекрасно понимая, что Эйдан не в курсе моей небольшой исследовательской работы, которую я провела вместе с Августом. Итог этой работы неутешительный, но он к делу не относится. От осознания этого простого факта во рту растеклась кисловатая горечь.

Я думала, что больше не буду чувствовать себя неловко в присутствии Линча, но каким-то чудным образом вновь словила эти ощущения. И вновь рассердилась на наглого аристократишку.

Но в итоге через час мы уже вошли в круглую, шикарно обставленную гостиную. Пушистый ковёр приглушил наши шаги, Эйдан уверенно выбрал третью из пяти дверей и отпер её ключом, который потом вложил в мои руки.

В гостиной я и раньше бывала, и уже успела оценить четыре письменных стола с удобными стульями, камин, диван, пару кресел, и «непринуждённый» налёт роскоши, которым можно было буквально дышать. Спальня же оказалась не в пример меньше, но и немного проще. Полутораспальная кровать у стены, зеркало, комод и торшер у изголовья с бахромой на абажуре. Последнее я пообещала себе срезать — не люблю нелепые бесполезные пылесборники.

— Располагайся, — Эйдан втащил чемодан и поставил рядом с сумкой. — Первая тренировка завтра в двенадцать. А вечером, надеюсь, что ты не откажешься посидеть с нами и отметить это маленькое событие.

— Только без алкоголя, — предупредила я его.

— Естественно, — как-то быстро согласился Линч, отчего у меня проснулось смутное подозрение. — За кого ты меня принимаешь?

За того, кто всегда всё делает по-своему, подумала я про себя.

Глава 9 Никки

Никогда не доверяйте мужчинам собирать ваши вещи! Никогда и ни за что! Почему? Мои ровные стопочки одежды Эйдан покидал в чемодан кое-как, и в итоге почти всё оказалось мятым. Но беда не в этом. Не знаю, как на вещи разлился пузырёк синих чернил, которые теперь проявились на ткани уродливыми липкими пятнами. Я едва не застонала от бессилия, когда всё это перебирала и пыталась отыскать хоть что-то чистое.

Пришлось оттащить вещи в уборную, а заодно её и осмотреть. Вполне современно, надо сказать. Особенно порадовали централизованные удобства, ведь ещё пятьдесят лет назад о водопроводе и канализации на отдалённых осколках и не слышали.

Перепачканную чернилами одежду я замочила в тазике с мылом и оставила у раковины, а пока разбирала остальные пожитки, поняла ужасное. Мне просто нечего надеть!

Хотя нет, кое-что осталось. Возможно, я не разглядела пятен чернил из-за насыщенного цвета платья, а, возможно, ему просто удалось избежать этой участи. Взглянув на себя в зеркало, я отметила, что оно мне идёт, но вот раньше из-за довольно открытого (по моим меркам, конечно) декольте, под него я надевала блузку. Сейчас такая роскошь была мне недоступна.

Со вздохом я вновь покрутилась перед зеркалом. Длина платья была приемлема — прикрывала колени, а вот выше… Пришлось вспомнить, когда я последний раз его примеряла. Пару лет назад, вроде как? И похоже, с тех пор я слегка поправилась, потому что на талии мелкая вязка тёмно-синих нитей сидела в облипку, будто вторая кожа. Да и грудь… Граш, да я чувствовала себя голой!

Но с другой стороны, по выходным, когда не нужно было надевать институтскую форму, девушки особо не стеснялись оголять плечи или ноги. Поэтому я выбрала меньшее из зол, ведь не идти в гостиную к трём парням совсем уж без одежды!

Лучше так.

Именно с этими мыслями я и покинула спальню, чтобы столкнуться с Линчем практически нос к носу.

— Ох, надо же, — его взгляд скользнул по оголённой коже. — А я думал, что лимит моего удивления на сегодня исчерпан.

Он сглотнул, отчего острый кадык дрогнул, но я гневно зашипела и ткнула в него пальцем, угодив в твёрдую монолитную грудь.

— Это всё ты виноват!

— Правда? — притворно удивился тот, а потом на его губах вспыхнула улыбка. — Какой я молодец.

Да он опять издевается! У меня аж дыхание перехватило.

— Эйдан, ты испортил все мои вещи! В чемодане опрокинулись чернила.

— Да? Жаль, — вздохнул он. — Куплю тебе новые.

— Что? — неужели ослышалась?

— Я сказал, что куплю тебе новые.

Нет, не ослышалась.

От озвученного предложения даже потеряла дар речи на пару секунд. Никогда не интересовалась деньгами Эйдана, никогда ничего у него не просила, и уж тем более не стану. Да, в детстве друг угощал меня диковинными сладостями, которые в изобилии водились в особняке дархара Линча, а я их до этого в глаза не видела. Сладкий вкус лукума и терпкий — граната, до сих пор вспыхивал в памяти и вызывал тепло в районе сердца. Я, в свою очередь, таскала из сада для него яблоки и груши, но мы оба не придавали этому особого значения.

И сейчас он так легко предлагает такое! Мне даже стало, в какой-то мере, его жаль, ведь каждая девушка, которая отиралась рядом, рассчитывала именно на эти слова.

«Куплю тебе новые».

Кто из них был с Эйданом лишь потому, что он им искренне нравился? Не знаю. Надеюсь, был хоть кто-то…

— Не смей, — твёрдо произнесла я. — Если ты это сделаешь, то я окончательно перестану тебя уважать. Понял?

На этот раз Эйдан взглянул на меня серьёзно, без тени улыбки на лице.

— Ну ладно. И как мне тебе помочь?

— Одолжи парочку своих рубашек, — попросила я со вздохом.

— Не вопрос, — тут же согласился он, а потом мы оба повернулись на шум.

Из другой спальни появился Август, без проблем нашёл меня взглядом, одарил открытой улыбкой и устремился в сторону входной двери.

— Доставка из «Высшей Ступени», — донеслось до меня, как только та распахнулась.

— Пойду поищу тебе одежду, — шепнул Линч на ухо и кивнул на диван рядом с потрескивающим камином. — Располагайся. Теперь это и твой дом.

— Как раз вовремя, — Август вынул деньги из кармана брюк. — Вот, сдачи не нужно.

— Благодарю, господин Райан. Пусть Высшие оберегают ваш покой.

Август захлопнул дверь ногой и поднёс к небольшому столику увесистый деревянный ящик с эмблемой одного из лучших ресторанов Первого Осколка. Носа достиг чарующий запах. А ведь я сегодня не обедала, разгребая последствия чудовищного потрясения, и от осознания этого факта желудок призывно взвыл.

Или Август это услышал, или просто так совпало, но он, не выпрямляя спины, повернулся ко мне.

— Никки, а что ты больше любишь, говядину или кролика?

Ответить не успела, потому что во все глаза уставилась на Хелла, который возник в гостиной в одних лишь брюках. Тоже одежда закончилась? Вот никогда не поверю, особенно если учесть, что передо мной самый свет аристократии.

— А, Гаро, — хмыкнул этот бесстыдник потягиваясь. Его торс и мышцы груди так напряглись, что я легко разглядела и передние зубчатые, и дельтовидные, и даже трапециевидные. Эстетичненько… — Только сейчас вспомнил, что мне придётся видеть твоё лицо каждый день. Куда бы съехать?..

Я давно заметила, что ни Август, ни Эйдан никогда не реагируют на наши с Хеллом пикировки. Возможно, даже, это забавляет обоих. Да и я не нежная девочка, чтобы падать в обморок от жёсткого и неуместного сарказма того, кто бесконечно набивает себе цену.

— Поверь, лично я тебя держать не буду, — но потом подумала и добавила: — Ты ведь сам сделал всё, чтобы я согласилась.

Хелл окинул меня странным тягучим взглядом, сложив руки на груди, и потом вернул на лицо неизменную ухмылочку.

— Вот смотрю на тебя и понимаю, что погорячился, — поддел он.

— Прикрыться не желаешь? — спросила я прямо.

— А ты? — получила такой же прямой ответ.

Граш, ну и как мне с ним жить⁈

Заняв место на диване, я решила выбрать на ужин кролика, и уже через минуту получила из рук Августа стеклянную миску с плотной крышкой. Впрочем, её пришлось отставить, потому что Эйдан, сев рядом, накинул на мои плечи одну из своих рубашек. Слава Высшим! Честно говоря, взгляд Августа, который скользил вдоль глубокого выреза платья, начал медленно вгонять меня в краску. К такому я не привыкла, и если уж начистоту, внимание приятеля мне было в тягость.

Пусть между нами и было что-то, о продолжении я точно не мечтала.

Просунула руки в рукава бледно-голубой рубашки и старательно прикрыла ею грудь. Нос уловил лёгкий аромат аниса и… странно, память услужливо подсказывала, что именно так пах воздух в яблоневых садах отца, когда там проходил тёплый летний дождь. Я даже украдкой вновь принюхалась.

— Погодите, я сейчас…

Вскочив, я метнулась в свою новую комнату и уже через минуту вновь плюхнулась на диван с листком бумаги и карандашом.

— Это что? — брови Линча удивлённо подскочили, когда он пробежал глазами по строчкам слов.

— Ну я ведь ваш новый член команды, и поэтому у меня накопились вопросы. Я их выписала, и…

— И хочешь превратить вечер в интервью? — пренебрежительно бросил Хелл, развалившийся в кресле напротив. Ему Эйдан тоже швырнул одну из своих рубашек, на этот раз темно-синюю. — Гаро, ты бы выпила. Всё лучше, чем твои вопросы.

В его руках появилась бутылка, а у меня закралось подозрение. Просила же без алкоголя.

— Я, вообще-то, отношусь к этому серьёзно.

Не успел Хелл вновь открыть рот, чтобы со мной поспорить, как его перебил Эйдан:

— Он тоже относится к турниру серьёзно.

А потом он покачал головой. Блэк всё же отставил бутылку и принялся натягивать рубашку, хотя от меня не укрылось его кислое лицо — очевидно, цвет ткани аристократа не устроил от слова совсем.

— Слушай, Кнопка, все твои вопросы можно отложить до завтрашней тренировки. Уверяю, мы на них ответим исчерпывающе и с подробностями. Но… — не знаю, что Эйдан прочёл в моём взгляде, но его губы дрогнули. — Ладно, так и быть, давай один.

Клянусь, эта его улыбка почему-то выбила из колеи сильнее, чем все взгляды Августа до этого. Я и забыла, какой она может быть… родной.

Пришлось прочистить горло, а то показалось, что голос меня подведёт.

— Значит, — я взглянула на Августа, который откупорил бутылку с алым напитком и теперь наливал его в низкий бокал из толстого стекла. — Значит, твой элементаль состоит из камней.

Специально сделала так, чтобы вопрос прозвучал как утверждение.

Парень поднял на меня зелёные глаза.

— Из камней, которые всегда есть на арене. Красный гранит.

Красный гранит. Я призадумалась, вспомнив всё, что мне о нём известно. Поверхность арены неровная, усыпанная жёлтым песком. Есть ямы, есть возвышения, есть рукотворные стены. Последние, например, для того, чтобы элементаль или маг, управляющий им, могли уйти с траектории вражеского заклинания. Что до гранита… Твёрдый и прочный минерал, а уж красная его разновидность имеет мелкозернистое строение, и поэтому подвержена разрушению намного меньше. Он хорошо принимает дружественные усиливающие и защитные заклинания.

Теперь я в упор посмотрела на Хелла, который как раз отправил в рот кусочек сыра.

— Да какой температуры ты можешь раскалить камень?

Пусть свой лимит вопросов я исчерпала, но заинтересованность на лице парней дала понять, что они об этом пока не вспомнили. Хелл и вовсе закусил губу, цепко вглядываясь мне в глаза.

— Пятьсот градусов.

— За сколько секунд?

— Пять-шесть, — выдал он ответ без запинки.

Пять-шесть? Не десять? Я мысленно присвистнула. Силён, однако. В голове вспыхнул внезапный вопрос: а я сама за какое время бы управилась? Не знаю… Не мешает выяснить это на практике.

— Огонь и земля — стихии, которые не конфликтуют между собой, но это не значит, что мощным атакующим заклинанием из огненной стихии нельзя взорвать твоего элементаля, — размышляла я вслух. Август кивнул. — Но если вы с Хеллом в связке, и он предварительно раскалит его и наложит на гранит несколько слоёв лучей Лорье, то гранит от этого не пострадает.

— Лучи Лорье? Ты хочешь использовать их?

Я удивлённо уставилась на Эйдана, задавшего этот вопрос. В руках он держал бокал, но пока не пил.

— Не думала, что ты про них знаешь.

— Я же не дурак, — ухмыльнулся парень. — Их применяют в горнодобывающем деле, чтобы укрепить своды и стены шахты. Снижает риск обрушения в разы. И ты хочешь усилить элементаля Августа ими?

— Он ведь принимает на себя три четверти всех атакующих заклинаний противника, — пояснила я. — Это логично.

Да, а элементаль Хелла и Эйдана вроде бойцов дальней дистанции. Атакуют издалека.

— Мы все в одной связке, — медленно проговорил Хелл, у которого от размышлений между бровями образовалась склада. — Это не будет считаться атакой.

Тут я кивнула.

— Именно. Можно усиливать элементалей за счёт заклинаний и плетений, за счёт поддержки в моём лице, или… — я сделала многозначительную паузу, — за счёт взаимодействия ваших же стихий.

Во мне даже разгорелся азарт, хотя никогда бы не подумала, что Турнир Стихий может меня хоть как-то увлечь. Но вот он — приятным покалыванием распространяется от груди, заставляет дышать чаще и покалывать кончики пальцев.

Ровно до того момента, как Август встал с кресла, сел рядом со мной на диван, и с усмешкой на губах взглянул на Эйдана.

— А ты не хотел брать Никки в команду.

Опьяняющий азарт как ветром сдуло. Я так резко повернула голову к Линчу, что хрустнули шейные позвонки.

— Ты не хотел меня брать?

Не знаю почему, но сердце царапнули ледяные коготки.

— Заткнись, — прошипел он, обращаясь к Августу.

Но тот не остановился.

— Пришлось буквально тыкать его носом в сторону твоей кандидатуры.

— Заткнись. По-хорошему прошу.

— Ладно, — Август примирительно выставил ладони. — Ну раз у всех в бокалах есть вино, тогда хочу кое-что объявить. Мы с Никки решили начать встречаться.

Видимо, он хотел переплести наши пальцы, уже потянулся к моей руке, но в этот миг я решила смочить пересохшее горло, и ладонь Августа опустилась на моё оголённое колено.

В следующую секунду случилось очень и очень многое…

Сердце со всей дури ударилось о рёбра.

— Что⁈ — я так быстро вскочила, что перевернула столик вместе со всей едой. Со стороны Хелла послышался хруст стекла, мои ладони вспыхнули огнём ещё сильнее, чем днём. Граш!

Эйдан вскочил, Блэк избавился от осколков бокала, а оглушённый событиями мозг не сразу заметил капли крови, которые упали на темно-алый ковёр.

— Вот так новости! — входная дверь хлопнула, и в гостиной возникла Кендра, с хищным интересом разглядывающая мои горящие ладони, которые я никак не могла потушить.

Дыхательная гимнастика в такой патовой ситуации мною была успешной забыта!

Глава 10 Хелл

— Ну, раз у всех в бокалах есть вино, тогда хочу кое-что объявить. Мы с Никки решили начать встречаться.

В какой момент бокал лопнул в моей руке я так и не понял. Ладонь пронзила боль, но сознания она не коснулась, зато вниз к запястью потекло что-то липкое и теплое.

Больше всего меня волновало другое. Гнев вскипел в крови со страшной скоростью. В этот миг я вдруг понял, что не прочь свернуть шею ублюдку, по недоразумению называвшимся моим другом.

Встречаться⁈ С Никки! Я подозревал, что Август неровно дышит к малышке, но никогда не думал, что она сама захочет отношений с ним.

Впрочем, судя по всему, она и не хотела. Как еще объяснить, что девушка подскочила, будто вместо ладони до неё коснулись раскалённой кочергой? На пол полетели бокалы, посуда и еда. Бутылка расплескала свое содержимое, когда приземлилась на ковер и пару раз крутанулась вокруг своей оси, а сам я избавился от осколков и сжал ладонь, чтобы хоть как-то остановить кровотечение.

А потом я и вовсе опешил, ведь руки Никки вспыхнули пламенем к жёсткому удивлению меня, Августа и Кендры, которая пялилась на это чудо с видом голодной самки удава. Неосторожное движение — и проглотит, не подавившись.

Но вернемся к странному пробуждению магии у малышки. Первой моей мыслью было — да ладно, и как я проморгал⁈ Второй — нет, я бы заметил. Третьей — никогда не видел ничего прекраснее!

— Вот так новости! — Кендра едва не задохнулась от предвкушения.

Уверен, если её не остановить, к утру о Никки не будет говорить разве что ленивый, глухой, импотент и инвалид, и всё это в одном лице. Выражаясь проще — её личность и неожиданное проявление огненной стихии прополощит весь институт. Этого нельзя допускать.

Друг перехватил мой взгляд и процедил сквозь зубы:

— Я разберусь.

Причем по решительному блеску его глаз я понял, что сейчас Эйдан шутить не намерен и непременно доведет дело до конца. Пусть он иногда и хочет произвести обратное впечатление, дураком он всё же не был, и понимал, что болтовня Кендры нам сейчас не нужна. Ну и пусть разбирается, в его успехе я был уверен.

А вот кровотечение и странная боль в районе сердца, которую вызвали слова Августа, меня уже доконали. Я пересек гостиную, стараясь не смотреть по сторонам, не встречаться взглядом с малышкой, и решительно вошел в ванную, закрыв за собой дверь.

— Ты ведь сама согласилась… — донесся до меня голос Августа.

Стало ещё больнее. Закурить бы, но сигареты остались в моей спальне… Подойдя к раковине, я открыл кран и решительно подставил ладонь под поток воды, чтобы она смыла и кровь, и воспоминания. С последним было в разы сложнее.

Впервые я увидел малышку больше года назад, когда она, закусив от напряжения губу, изучала расписание занятий для первого курса, выведенное на листке бумаги рукой секретаря ректора. Миниатюрная, беззащитная, в очках, которые на её личике смотрелись чужеродно, но не отталкивающе. Она не обращала внимания на стайки студентов, собравшихся на площадке перед главным входом в институт, и вот так, читая, поднималась по мраморным ступеням.

— Свеженьких подвезли, — Харрис пнул меня локтем в бок, кивая на малышку. — Спорим, забрилка только с виду зубрилка. Уложу в койку в первую же неделю.

От его слов я мысленно скривился, а на лицо надел привычную маску ленивого пофигизма. Она срабатывала всегда, хотя уже изрядно бесила.

— Серьёзно? — протянул я, вынимая сигареты из кармана форменного жилета. — Спорить на зубрилку? Ради чего, если вокруг и так полно желающих?

Здоровяк с выбритыми висками почесал квадратный подбородок, явно раздумывая над ответом.

— Ради азарта, — кажется, вспомнить это слово у него получилось с трудом.

— Пфф, лучше послать его в более интересное русло. Турнир, покер. Серость с дальнего осколка того не стоит.

Кажется, мне удалось направить Харриса на путь истинный, который уже точно не пересечётся с этой девушкой. Он пробурчал что-то утвердительное, я даже на это кивнул, но продолжал незаметно следить за малышкой, а когда та оступилась на предпоследней ступеньке, и ворох бумаги печальным листопадом посыпался на мрамор, неосознанно дёрнулся, чтобы помочь. Идеальный ведь момент для первого приветственного слова!

Но не тут-то было. Откуда появился Эйдан, я даже не заметил. Друг и соратник по команде подскочил к малышке, принялся собирать листы, что-то ей говорить, а она ему в ответ улыбалась. Ярко, открыто, будто… знала его всю жизнь. Забрала из протянутых рук расписание, встала, а он обнял её и легко потрепал по волосам.

Сам не заметил, как эти двое оказались рядом. Затянулся, выпустил облачко дыма, и лениво принял ладонь Линча для рукопожатия.

— Я думал ты прибудешь только завтра, — друг ухмыльнулся. — Неужели соскучился?

Нет, подумал я, просто стены особняка Блэков давно и планомерно сводят меня с ума. Но ответил совсем другое:

— Решил, что без меня ты снова вляпаешься в неприятности.

— Даже не думал. Кстати, это Никки.

— Николетт Гаро, — малышка тоже протянула хрупкую ладонь, не сводя с меня внимательного взгляда потрясающих глубоких глаз.

— Гаро, значит… Привел с собой ассистентку на полставки? И что будет входить в твои обязанности?

Сказал, и тут же отругал сам себя. Никогда не умел общаться с девушками, которые вызывали у меня больший интерес, чем я у них. Впрочем, практики по этой части у меня не было вовсе. Никки, как малышку назвал Эйдан, едва не задохнулась от возмущения, и её щеки вспыхнули очаровательным румянцем. Смотрел бы и смотрел…

Что я и делал, но издалека.

Весь прошлый год и начало этого меня грела мысль, что Никки держится от мужчин подальше. Не шарахается, как от чумных, конечно, но и не спешит искать приключения на свою голову и держу пари, аппетитную маленькую попку. Два-три раза за лето я одевался попроще и камнем переноса прыгал на двадцать второй осколок, чтобы хоть мельком увидеть девушку, о которой так часто думал. Слишком часто. Настолько слишком, что это обстоятельство бесило до зубного скрежета.

Находил её в саду отца, купающуюся в лучах летнего солнца. Светлая от природы кожа приобрела легкий бронзовый оттенок, а из-под полей соломенной шляпы выбивались густые пряди темных волос. Она собирала яблоки и груши, подставляла под ветки опоры и поливала деревья, а когда солнце находилось в зените, садилась в тени прямо на траву и читала. Много, вдумчиво, мило закусив пухлую нижнюю губу.

Забрать бы тебя к себе… Поселить в роскошной спальне, одарить нарядами, достойными жены архора. Но тебе это не нужно. Да и не примешь ты ничего, что будоражило желание быть рядом ещё сильнее. Малышка видела перед собой цель, и немного понаблюдав со стороны, я смог разгадать её в два счета — вырваться из рамок, которыми общество ограничивает девушек, стать лучшей во всем институте и присоединиться к Высшим, которые охраняют границы самых нестабильных аванпостов. Опасно, рискованно, но если Никки своего добьётся, я должен буду быть рядом.

Именно поэтому несколько дней назад я написал отцу и в двух словах обрисовал идею не разбивать команды-победительницы турниров. Привел доводы, оспорить которые у него не было и шанса, и на которые меня вдохновила Никки. И получил положительный ответ вместе с выпуском свежего «Магического Вестника».

Всё для той, которая меня и на дух не переваривала. Которая подпустила к себе другого, а я чудовищно просчитался, проморгав этот момент.

Прекрасно, Хелл. Просто прекрасно.

Глава 11 Никки

Появление Кендры стало последней каплей. Какого граша она тут забыла⁈ И в ту первую секунду, пока я пыталась справиться со вспыхнувшими ладонями, в голове пронеслась не самая радостная мысль — логично, что она ходит сюда, как к себе домой, ведь они с Эйданом вместе. От этого стало ещё паршивее, огонь заискрился, и на ковёр полетели крупные искры, тут же поджигая пушистый ворс.

Этого только не хватало!

Остолбеневший до этого Август метнулся к новым очагам возгорания и принялся тушить их подошвой ботинка. Кендра всё видела — пронеслось в моей голове пугающее осознание — и уж точно не поверит в версию об освоении мной иллюзорной магии. Да ни в жизнь! Все знают, что иллюзия не распространяется на предмет, с которым маг не взаимодействует!

— Это же просто… — похоже, у невыносимой девицы в кой-то веке не хватило слов для связного предложения.

Пришлось бросить в сторону Эйдана умоляющий взгляд, который он неожиданно перехватил, поняв его правильно. Коротко кивнул Хеллу, потом послышался стук двери в ванную, а Август, наконец потушил первое возгорание. Обугленный ковер оптимизма не вселял от слова совсем.

Эйдан, стиснув зубы, схватил Кендру за локоть и потащил в сторону выхода. Она не сопротивлялась — просто не могла перестать впитывать мой страх, растерянность и потрясение, как какой-то энергетический вампир.

Как же я ненавижу терять контроль над ситуацией! До зубного скрежета, до тремора в пальцах, до… Нет, только не это!

Ещё секунда, и случится взрыв, с ужасом поняла я на каком-то интуитивном уровне. Тут нельзя оставаться!

— Никки, что это было⁈ — Август поднял на меня глаза, когда справился со вторым возгоранием ковра. — Никки! Ты же сама согласилась…

Но я не ответила, и даже более того — уже захлопнула дверь в ванную ногой.

Пульс бил в виски с бешеной скоростью и сердце от него не отставало, распространяя по грудной клетке тупую, но вполне ощутимую боль.

Спокойствие, только спокойствие… Что там говорил Эйдан? Вдох, выдох…

— Никки, открой дверь, — теперь он принялся стучать.

Разогнался!

— Иди в пекло, Август! — рявкнула я, развернулась и прислонилась спиной к холодной створке.

Жаль, тут не было задвижки, но вроде это не в его характере — выламывать дверь, когда девушка закрылась в ванной. Хелл, наверное, мог бы…

Хелл⁈

В меня впились холодные темные глаза огневика, который замер у раковины с ладонью, стиснутой в кулак.

— А я смотрю, ты развлекаешься, да, Гаро? — протянул он ехидно.

Но мне было не до шуток.

— Чем ерничать, помог бы лучше! — взмолилась я, вскидывая объятые пламенем ладони.

Но, видимо мои эмоции совсем расшалились и тесное помещение, которое пришлось делить с Хеллом, стало последней каплей. Вспышка. Стук копыт, уже какой-то привычный и родной.

— Давно б так, хозяйка, — мой элементаль довольно хлопнул в ладоши, едва не приплясывая. — Засиделся я, ёхт!

— А вот это уже интересно, — протянул Хелл, неотрывно глядя на ожившего демона из бездны. Даже в его черных глазах мне почудились отсветы хищного пламени. — Откуда?

Если б я знала! Но, к чести парня, он понял, что мне сейчас не до рассказа о внезапно проснувшейся магии и необычном рогатом элементале. Да и не смогла бы я рассказать. Едва прозвучал вопрос «откуда?», почувствовала, как язык буквально прилип к нёбу.

— Ладно, иди сюда, — Хелл поманил меня ближе к раковине. — Подставь руки под струю воды. Не смотри так, твой рогатик никуда не денется.

Я и правда не хотела вновь отпускать элементаля, ведь судя по интересу, с которым тот ощупывал непромокаемую шторку душа, ему здесь нравилось. Да и агрессивным он не выглядел, а скорее любопытным донельзя. Шторка не вспыхнула, и это значило, что уж он-то стихию контролировать умеет.

Меня же огонь начал бесить. Поэтому я решительно направилась к Хеллу и подставила ладони под струю прохладной воды, а когда с тихим шипением пламя угасло, порадовалась, что Август перестал стучать в дверь.

— Эйдан ничего не говорил об этом способе.

— Потому что он о нем не знает, да и элементаля так ты не отзовёшь, — пояснил Хелл вполне миролюбиво. — Просто утихомиришь огонь. Когда во мне проснулась стихия, мне было восемь и повсюду меня сопровождал младший слуга с ведром воды наготове. Только вспыхну, и вот уже весь мокрый. Стихие не нравится такое обращение, она становится капризна, и это учит контролировать её тщательнее.

Вот как. Я не смогла скрыть удивления, которое, уверена, Хелл прочел на моём лице.

— А тут интересно… — вклинился между нами элементаль.

Посмотрел на себя в зеркало, сверкнул красными глазами и покрутил головой, будто проверяя, повторит ли отражение за ним в точности.

— Не то слово, — усмехнулся Блэк. — Тебя как зовут, друг рогатый?

— Я это… — тут он взглянул на меня в поисках подсказки, но в итоге обошёлся и без неё. — Ёхт!

— Ёхт, значит… Прелестно. Расскажешь, откуда у тебя всё это?

Последние слова были адресованы мне, вынуждая неопределенно пожать плечами.

— Дык это я? — элементаль ткнул пальцем в зеркало. — Хорош, хорош. А это чё?

Его взгляд упал на круглую баночку, стоящую на полке, а потом он потянул к ней руку. Сцапал, открыл, деловито принюхался.

— Пена для бритья, — пояснил Блэк, и стоило ему положить стиснутую в кулак ладонь на раковину, как я ахнула.

— У тебя кровь! Что случилось?

— Ничего серьёзного. Правда, Гаро, брось это…

Но меня уже было не остановить. Я оттеснила рогатого, взяла ладонь Хелла, про себя восторгаясь длинным аристократичным пальцам, и осмотрела порез на внутренней её стороне. Довольно глубокий, из него всё ещё медленно текла кровь, но на вид чистый.

— Рану ты промыл, это хорошо. Но вода всё-таки её не обеззараживает. Где тут аптечка?

— Я без понятия, — ответил он.

На это я хмыкнула. Ну да, ну да, истинный мужчина, который лучше истечет кровью, чем признается хоть в капле слабости. Помог бы с поисками лучше.

— Холодилка… — мы оба, как по команде, уставились на… Ёхта? Да, наверное на Ёхта.

Он умудрился намазать пеной для бритья щеки, лоб, подбородок, и даже изогнутые рога, и теперь блаженно щурился, поглаживая козлиную бородку.

Кажется, охлаждающее действие ментола пришлось по душе огненному элементалю. Может, предложить ему еще и зубной порошок? Но его взгляд упал на нечто другое.

— А эт чё? — он кивнул всё на ту же полку.

— Эээ нет, приятель, тебе я свою бритву не дам.

— И не надо, — Ёхт одернул руку, будто мог обжечься. Красные глаза в ужасе распахнулись. — Я бороду не для того с таким трудом отращивал.

— Я тебе свою маску подарю, — предложила я. — Огуречную. Увлажняющую.

— Увлажняющую… — протянул он заинтересованно.

— Мне кажется, что у тебя сухая кожа.

Пока Ёхт отошел, переваривая свалившуюся на него информацию и почёсывая макушку между рогов, я плотно занялась порезом Хелла. Пусть я его и недолюбливала в какой то степени, всё же мы теперь в одной команде. Рано или поздно нам придётся взаимодействовать, возможно даже прикрывать друг другу спину. Лучше сразу попытаться наладить если не хорошие, то хотя бы сносные отношения.

Наверное, парень думал так же. По крайней мере поток колкостей иссяк, он вполне спокойно переживал мои манипуляции.

Аптечка нашлась в нише под раковиной и представляла из себя жестяной ящик размером с коробку для обуви. Я щедро плеснула настой трав для обеззараживания раны, промокнула её чистой ватой, а потом принялась обматывать ладонь бинтом. Или Хелл нервничал, или пытался скрыть свою боль, но рука его окаменела, а пальцы слегка подрагивали.

— Так это правда? — тихо спросил он.

— Что правда?

— Вы с Августом решили встречаться?

— Да нет, конечно, — поспешно выпалила я и скривилась. — Понятия не имею, с чего он это взял, — а потом до меня дошло! — Это ты!

Брови Хелла взметнулись вверх.

— Я?

— Да нет, не конкретно ты, — постаралась я объяснить, но выходило сбивчиво. — Просто твоя леталка прилетела, когда Август что-то говорил об отношениях, а я тогда думала, что он имел в виду команду. Прочитала статью в «Вестнике» и согласилась.

— Ясно, — хмыкнул он, когда я затягивала узел на тыльной стороне его ладони. — А я думал, что и тут виноват останусь.

Я вздохнула.

— Всё это чудовищное недоразумение. Мне вообще не нужны отношения.

— Вообще? Даже с Линчем?

— Эйдан здесь причём? — не поняла я.

— Не причём, — буркнул Хелл, отводя взгляд. — Забудь.

Он всё равно с Кендрой, подумала я, и сердце неожиданно кольнула досада. Не верил в меня, получается? Не хотел брать в команду…

— Он не то чтобы не хотел, — неожиданно произнес Хелл. Может, последние слова я сказала вслух? — Он просто забыл о тебе, когда объявил, что нам нужен маг поддержки. И забыл не в первый раз.

И все же… Я скосила взгляд в сторону своего запястья, стянутого свежей полоской ткани. Только Эйдан заметил что со мной творится нечто странное, и только он вызвался помочь, хотя я даже не знаю, возможно ли вообще мне хоть как-то помочь. Появилось смутное чувство, что я, как загнанный заяц, сама бегу в лапы хищника, и он вот-вот вонзит в меня свои острые клыки. Стало зябко.

— Ладно, — я прогнала это тягостное ощущение и ещё раз покрутила ладонь Хелла, но делала это осторожно. — Утром лучше сходи к лекарю.

На мои слова он скривился, будто его заставляли жевать лимон целиком.

— Разберусь, Гаро. Мне, в отличии от Линча, нянька не нужна.

Ага, вернулся знакомый и привычный Хелл Блэк, у которого на каждое умное слово найдется колкий ответ.

Тут в дверь спокойно, но настойчиво постучали, вынуждая меня вздрогнуть.

— Кнопка, выходи, — расслышала я голос Эйдана. — Августа я заткнул.

Я строго взглянула на Ёхта, который уже успел избавиться от пены для бритья.

— Ты будешь здесь.

— Агась. Хозяйка, а это… — он явно что-то вспоминал, хмуря рогатый лоб. В его руках я разглядела кусок ромашкового мыла и мочалку. Очевидно, ванная комната со всеми её нехитрыми секретами и впрямь его увлекла. — А эту… с огурцом…

— Маску, — подсказала я, и элементаль довольно кивнул. — Завтра принесу. И с алоэ, наверное. Она для всех типов кожи.

— И для моей?

— И для твоей, — ответила я. Потом подумала и добавила: — Если Август захочет вымыть руки, разрешаю врезать ему копытом. Не сильно только.

Хелла моя маленькая месть неожиданно развеселила.

— Ты хозяйка, я дурак, — выдал рогатик одну из своих фразочек.

Ох, надо бы постепенно донести до Ёхта, что он вовсе не дурак. Такого разумного элементаля поискать ещё. Вон как живо интересуется вещами, которые стали для нас обыденностью, а для него любопытной диковинкой. И мне казалось, что это ещё не конец. Неожиданно я расслабилась, прекрасно понимая, что прятаться в ванной не выход, и что мне, кажется, не помешало бы выпить.

Где там вино?

Глава 12 Эйдан

— Мы с Никки решили начать встречаться.

Как будто меня наковальней по голове приложили.

Я бросил на друга взгляд, полный ярости, а ладони сами сжались в кулаки. Он явно был настроен серьёзно, пытался взять Кнопку за руку, но в итоге ладонь Августа опустилась на её колено.

В ушах зазвенело, однако фантомный звон тут же уступил место реальному, когда Никки от неожиданности перевернула стол вместе с едой и посудой. Кажется, уж она-то к подкатам Августа относилась крайне отрицательно. И именно это вернуло мне возможность мыслить.

А ведь пару часов назад я ещё думал, что меня ждет весёлый и спокойный вечер, когда пытался разгадать странности, связанные с моей подругой детства.

Каталог печатей с первого по десятый уровень только назывался каталогом. На деле это был талмуд толщиной с кирпич. Из пары тысяч доступных для магов печатей я успел просмотреть первую сотню, сравнивая я той, которая обнаружилась на запястье Никки. Круг с заключенным в него треугольником, поделенным пополам. На вид просто, а на деле…

М-да. Я устало поморщился и потер веки, чтобы в глазах перестали плясать вальс квадраты, круги и прочие геометрические фигуры. И, как назло, предчувствие успеха не появлялось, будто я вслепую пытаюсь нащупать путь в лабиринте.

Печати вообще крайне интересный вид магии, который представляет из себя стабильное плетение, нанесённое на предмет или, простите, человека. Но с определенным сроком годности, как наши противозачаточные. Их нужно обновлять раз в пару лет, да, но по истечении отведенного времени они рассеивались сами. Стабильные, не слишком трудоёмкие и крайне полезные.

Такую легальную печать нет смысла скрывать.

Но Никки свою скрывала, причём неосознанно, на уровне инстинктов.

Чем больше я об этом думал, тем ощутимее в груди ширился и закипал гнев. На себя — за то, что не уберёг. На неизвестного — за то, что посмел вообще приблизиться к моей Кнопке и сотворить с ней такое! Потребность и острое желание защитить жалили меня изнутри, как рой диких ос, и я бы всё отдал за то, чтобы ощутить это раньше.

Тогда я бы не допускал одну ошибку за другой! Не забыл бы о том, что в этой жизни действительно имеет значение, а что легко можно из неё выкинуть, даже не заметив потери!

Поддавшись гневу, я с силой захлопнул каталог, выбивая пыль из дряхлых страниц. Но почти сразу выдохнул, призывая себя к подобию спокойствия. Вспышками эмоций делу не поможешь, тут нужно копать. Зато сейчас Никки рядом, под присмотром, это обстоятельство и стало тем якорем, за который я легко ухватился. Вновь открыл справочник, вновь завис на титульном листе.

«Полный каталог разрешенных печатей от первого до десятого уровня. Схемы и иллюстрации.»

А ниже приписка: «Внимание! Данное издание не содержит сведений о непреложных печатях.»

Так. Непреложные — те, которые нельзя снять. Настоящее насилие над магом — поставить печать без возможности от неё избавиться, и именно поэтому непреложные запрещены по всей Магразии. От этой мысли я сглотнул, чувствуя, как по спине бежит мороз дурного предчувствия. Я не просто облажался. Если своей безответственностью я разрушил её жизнь, то я себе этого никогда не прощу!

— Никки… — прошептал я, будто девушка за стеной могла меня услышать.

Но не время рефлексировать. Схватив бумагу, я быстро черканул на ней пару слов, встал из-за стола и стремительным шагом направился к Хеллу в спальню.

Его я застал на кровати, но слава Высшим, одетым. При моем появлении друг отложил учебник по магпотокам и удивленно вскинул бровь.

— Твой брат случайно не в курсе, есть в вашей семейной библиотеке эта книга? Или какая-то подобная.

Я протянул ему листок с примерным названием.

— Дэм отлучен от семейной библиотеке и от всех семейных артефактов из-за того случая на последнем курсе, — поведал друг, сцапав бумагу. — Но я могу посмотреть, когда выдастся свободный день.

— Только не тяни с этим, ладно?

— Ладно, — проворчал он, пробегая глазами по написанному, а потом едва не закашлялся от неожиданности. — Ты ведь не собираешься учиться накладывать непреложные печати? За это ссылают на каторгу.

Накладывать? Если этому нужно научиться, чтобы понять, как их снимать, то я готов. Была бы информация.

— Нет, не собираюсь, — почти не соврал я.

Но взгляд Хелла всё равно остался настороженным.

— А если серьёзно, зачем тебе запрещенные знания? — спросил он, не сводя с меня пристального взгляда. Но листок с название свернул пополам и положил на тумбочку у изголовья. — Даже если у тебя просто найдут эту книгу — исключат.

— Для общего развития, — теперь уже я лгал на полную. — Не бери в голову.

Это не мой секрет, и выдавать Никки я не собирался. Пока. Взял с друга обещание, что он сообщит мне о результатах поиска, и покинул его спальню. До спокойствия было далеко. Уже вернувшись к себе я проверил еще пару десятков печатей из каталога, ожидаемо не нашел совпадений, и решил, что можно спросить о них напрямую Дэмиена. Пусть сейчас он и не вхож в семейную библиотеку Блэков, что было равносильно опале, раньше он её посещал. Может что-то и подскажет.

От воспоминаний я очнулся под противный голос Кендры. Что ж, с этой проблемой ещё предстоит разобраться.

* * *

Я поймал умоляющий взгляд Никки и решительно кивнул. Больше я тебя не подведу. Ни за что.

— Откуда у неё?.. — продолжала удивляться почти невеста, когда я за локоть вытащил её за дверь. Вся эта ситуация, да и Кендра в частности, уже дико бесили. — Это же… Ты представляешь сколько это стоит?

— Кендра…

— Кому скажу, не поверят.

— Ты никому не скажешь! — рявкнул я, наконец добившись абсолютного внимания.

— С чего это вдруг? — вскинула она подбородок.

Отошла на шаг и прижалась спиной к стене, отделанной резными деревянными панелями.

— Потому что я так сказал.

В ответ на это девушка фыркнула.

— Не смеши, Эйдан. Мы даже пока не помолвлены, и уж точно я буду перед тобой…

— А я сейчас и не шучу, — перебил я Кендру. Дико хотелось выдохнуть, выпить, расслабиться, но отпустить её просто так я не мог. — О том, что ты только что видела, ты будешь молчать.

— Иначе что? Ну давай, мне даже интересно.

Ладно. Если хочет по-плохому, это я устроить могу. Благо, нужные рычаги давления имеются.

— Иначе твоя мать узнает, что ограбление в вашем особняке не было проделками пьяных горожан. Что некто заплатил пяти мужланам, чтобы они вынесли шесть ценных картин и два артефакта. Или их было три? — картинно призадумался я. — Поправь меня, если я не прав.

Даже в этом скудном освещении было заметно, как Кендра побледнела. Ну и хорошо, значит в кои-то веке проняло.

Но деланное равнодушие она нацепила на лицо быстро, всего через секунду.

— Ты не можешь этого знать.

— И всё же я знаю, что это была ты, — усмехнулся я.

— Без доказательств твои слова ничего не стоят.

— Доказательств нет, ты права. В неприметном кабаке на Пятом Осколке те ребята больше не появляются. А если бы и появлялись, допрашивать их никто не будет — осколок неуправляем. Твоя мать не дура, она с лёгкостью сопоставит факты, ведь ты сама просила у неё денег, а она отказалась. На что кстати? Ах да, хотела переехать в покои побольше, но они были тебе не по карману. И в итоге деньги ты нашла, не так ли? Продала одну из картин, а остальное припрятала. И переехала. Хватит лишь пары фраз, чтобы твоя мать сопоставила эти факты и навсегда потеряла к тебе доверие.

Я видел, что каждое сказанное слово достигает цели, и испытывал от этого мрачное удовлетворение. Кендра уже не настолько мастерски владела лицом.

— Вот значит как. И давно ты знаешь?

— Около месяца.

— Прелестно, — протянула она, коснулась пальцами ворота моей рубашки и провела ими по кромке. — Ты мог бы придержать эту информацию, но поспешил использовать её сейчас и ради… — мгновенный взмах ресницами, в этом Кендра просто мастер, но потом она выдала то, что не скоро сотрётся из памяти: — Пфф, да трахайся со своей крошкой, я же не против. Поимей её, наконец, тебя и отпустит.

Эти слова хлестнули по позвоночнику, как раскаленная плеть. Мысли, которые я упорно подавлял, прорвались наружу бурным потоком.

Темный закуток, куда я затащил Никки, чтобы обманом выведать правду, в которой сама она ни за что бы не созналась. За каждое слово я презирал себя, прекрасно понимая, что играю её чувствами, но просто не видел иного выхода. Пусть лучше будет ненавидеть, потому что чутьё буквально вопило о надвигающейся опасности. Но стоило мимолетно коснуться её губ… Нет, определённого этот день был одним из самых тяжёлых в моей жизни.

А потом та тоненькая полоска чёрного кружева едва не стоила мне сердечного приступа. Помню, как перестал дышать, а легкие сдавило от нехватки кислорода. Перед глазами мелькнула картинка хрупкого тела в этом самом белье, и как бы ни отрицал, как бы ни проклинал сам себя, картинка не просто понравилась — я хотел бы увидеть это чудо вживую.

Почему раньше не замечал? Довольствовался сиюминутными удовольствиями, популярностью, кайфовал от экстрима Турнира, но сейчас я вдруг остро почувствовал, что это лишь шелуха, которая не так уж и нужна, чтобы ощущать себя живым.

Обучение скоро завершится, мне светит распределение на аванпост, где придётся вновь столкнуться с мглой, забравшей слишком много жизней. Домой возвращаются три-четыре мага из десяти. Редко пять. Я спешил жить, потому что мог не успеть…

И в итоге упустил самое важное.

Кажется, Кендра была крайне довольна произведённым эффектом.

— Ты совсем ошалела? — глухо произнёс я, отчаянно стараясь сдерживаться.

Вот только образы обнаженной Никки всё равно мелькали перед глазами. Пришлось зажмуриться и выдохнуть, чтобы отпустило. А ещё повторить, что мне нельзя, просто нельзя так о ней думать! Она мой друг! А не очередная постельная грелка.

— Почему? — девушка цокнула языком и картинно закатила глаза. — У нас договор, забыл? Ты развлекаешься, я развлекаюсь. До тех пор, пока это не бросает тень на наши семьи и помолвку.

— Которой нет, — напомнил я ей.

— Пока нет. А когда наиграешься, я буду рядом.

— Ты больше не придешь без приглашения, поняла?

— Ты сам меня позовёшь, — выдала Кендра.

— Сомневаюсь.

— А ты не сомневайся, милый, — я увернулся от ладони, которую она направила к моему лицу, но Кендра этого будто и не заметила. — Позовёшь, потому что знаешь что? Мы с тобой одинаковые, — эти слова она произнесла вкрадчивым шепотом. — Трахнешь ты свою Никки, или нет, это даже не имеет значения. Ты всё равно придёшь ко мне.

Вот что она думает? Одинаковые? Стало противно, будто с ног до головы измазался в помоях и оказался в толпе чистюлей-аристократов.

И вот с этой девушкой я планировал связать свою жизнь? Едва она показала мне себя настоящую, я чуть не задохнулся от отвращения. Хотелось помыться. А еще лучше, прижать к себе Кнопку, и вдохнуть свежий аромат её волос, будто от этого простого действия я мог почувствовать себя чище. Или более живым.

Но мне надоел этот разговор до зубного скрежета.

— Подведем итог, Кендра. Ты держишься подальше и не лезешь к Никки. Не заявляешься ко мне без приглашения, не болтаешь об увиденном. И тогда твой грязный секрет останется со мной. Вопросы?

— Нет, милый, — хмыкнула она. — Ты чертовски сексуален, когда знаешь, чего хочешь.

И направилась к себе, цокая высокими каблуками.

Так. Эту битву можно считать выигранной, но вот горький привкус на языке мешал мне поверить в это окончательно.

И вернувшись в гостиную, я вновь окунулся с головой во всё произошедшее. Никки тут уже не было, зато был Август, который стучал в дверь ванной, приложив к ней ухо.

— Что это сейчас было⁈ — я резко развернул его и упёр спиной в стену.

Впрочем, мои руки он тут же скинул.

— Так и знал, что ты взбрыкнешь! — прошипел друг. — Это только между мной и Никки.

— Не похоже, будто она хочет, чтобы между тобой и ней что-то было.

— А вот тебя это не касается, — его взгляд стал тяжёлым, а слова и того хуже. — Ты ей не брат и не парень. Ты для неё никто.

— Пусть так, — как можно более ровнее произнес я, хотя правда неприятно кольнула в самое сердце. — Но я всё равно не позволю тебе настаивать на отношениях, если она против.

Было видно, что он хотел сказать что-то важное. Его буквально распирало, в глазах блестели шальные огни, но Август сдержался. Проглотил слова и кивнул, а я отступил.

— Давай просто оба выдохнем и дадим Никки отдохнуть, — произнес я уже спокойнее, дождался утвердительного кивка и оглядел локальный погром.

Еду спасти даже не пытался. Просто активировал плетение бытового заклинания и закинул осколки посуды, бутылку и прочее в открывшийся пространственный карман. Август избавился от пятен вина на ковре, но вот обугленный ворс… К сожалению, в этом мы оба были бессильны, а значит от ректора вскоре придет счет за порчу институтского имущества. Ладно, это вообще мелочи.

Зато остались ещё две нетронутые бутылки! Настроение резко скакнуло вверх.

Однако, в первые секунды, когда Никки появилась в гостиной в компании Хелла, я напрягся. Но оба не выглядели угнетёнными от того, что пришлось делить одно помещение на двоих, и поэтому эту тему я не развивал. Хватит в нас нервотрёпки. Даже был признателен другу, ведь ясно, что он помог Никки утихомирить огонь, и явно сделал это быстрее, чем я в тот первый раз. Это его стихия, тут всё понятно.

И к моему удивлению, от бокала вина Кнопка не отказалась, а я напряг парней, чтобы поискали у себя что-то съестное, и уже через пять минут девушка съела почти все крекеры и соленый арахис.

Зато когда из ванной донесся непонятный шорох, а следом звон бьющегося стекла, мы с Августом одновременно вскинули головы. Поднявшись, он напряженно прошел к двери, а я поймал весёлый взгляд своей Кнопки, глаза которой буквально светились от плохо скрываемого предвкушения. Тут до меня дошло — а расслабленный Хелл косвенно подтвердил эту догадку — в ванной обосновался необычный и крайне наглый элементаль, который сейчас…

— Что за…

Бух! Август вылетел из ванной и с грохотом приземлился на спину.

— Ёхт я! — донеслось из-за двери под дружный смех всех, кроме пострадавшего от копыт.

Глава 13 Никки

Не знаю почему, но алкоголь не оказывал на меня никакого влияния. Никогда. И, соответственно, похмелье всегда обходило меня стороной.

Именно поэтому на крепкий и здоровый сон мне хватило и пяти часов, в то время как мои соседи всё ещё нежились в уютных кроватях. Лишнее время я провела с пользой. Подсушила лёгким бытовым заклинанием свои лучшие и единственные брюки, заодно оценила едва заметные пятна чернил. На темно-серой ткани они особо не выделялись, поэтому решила отложить новую стирку. Закуталась по самую шею в одну из рубашек Эйдана и высунула нос в гостиную. Тишина и спокойствие. Шикарно.

В ванной обнаружила храпящего во всю глотку элементаля, но стоило мне появиться, как он вскочил с коврика и стал по стойке смирно. М-да. Не дело ему ночевать в таких условиях. Нужно было что-то придумать, или… просто отзывать его на ночь? Так и не решив, что лучше, попросила рогатого посторожить за дверью. С охраной моего спокойствия во время водных процедур он справится лучше, чем отсутствующая на двери задвижка.

Когда я завершила все свои дела, оделась, высушила волосы и заплела их в косу, старенькие наручные часы показывали полшестого утра. А из гостиной так и не раздалось ни звука. Тренировка у нас запланирована в шесть, чтобы успеть после неё позавтракать, а ещё и о занятиях забывать нельзя.

Но появилось такое чувство, будто это нужно лишь мне.

Ну уж нет, подумала я, решительно направляясь в гостиную.

Сначала постучалась к Августу.

— Подъем! — и расслышала из-за двери что-то вроде «Угу».

Потом к Хеллу. Этот был оригинальнее:

— Да ты заходи, не стесняйся.

Вот ещё, фыркнула я про себя. Мне за побудку наглых огневиков не доплачивают.

Ладно, теперь третий.

— Эйдан, — я настойчиво постучала. И столкнулась с полной тишиной. Ещё раз. — Эйдан, вставай!

Снова тишина.

Ладно. Толкнув незапертую дверь, вошла в тёмную спальню.

Спит. Спит⁈ Серьёзно? И это капитан команды-победительницы⁈ Высшие меня им послали, не иначе. Вздохнув, подошла к зашторенным окнам и резким рывком впустила первые солнечные лучи. Открыла створку, почувствовала дуновение свежего воздуха, а потом вернулась к спящему Линчу.

Причём лицо друга выглядело настолько умиротворенным, что я на миг зависла. Даже будить жалко. Укрытый мягким синим пледом по самую грудь, Эйдан казался младше, чем есть. В чем-то даже уязвимым, и каким-то родным. Прогнав непрошенные мысли, я аккуратно тронула его плечо. Не захочет по-хорошему, вот на тумбочке графин с водой стоит. Это точно разбудит горе-капитана, и мигом.

Но от прикосновения парень поморщился, перевернулся на бок и ловко сцапал моё предплечье, тут же утягивая на кровать. И это не открывая глаз! Я даже пикнуть не успела, как оказалась перехвачена сильными руками.

— Ты чего…

— Наконец-то ты рядом… — обжигающее дыхание коснулось уха, пощекотав незащищенную кожу. — Обожаю аромат твоих волос…

Хм, очень приятно, конечно, но совсем не вовремя.

И, как в доказательство, Эйдан с шумом втянул воздух через нос, вынуждая меня неловко поёрзать. Между нами было достаточно слоёв покрывала, чтобы я сочла дистанцию относительно безопасной, но память нет-нет, да и возвращала меня в день вчерашний, и в темноту пыльного чулана.

Меня прижали теснее, окутывая теплом и ароматом летнего дождя в яблоневых садах. Уютно, конечно… Кровать Линча явно шире моей, но стоило его губам коснуться мочки уха, как из моей груди неожиданно вырвался глубокий вздох.

Пора это прекращать! Определенно.

— Эйдан…

— М-м-м?..

— Отпусти меня.

Он будто очнулся ото сна, тут же открыв глаза. Приподнялся на локте, убрал загребущую конечность и сонно протёр глаза.

— Прости, Кнопка. А чего пришла-то?

— Чего пришла? — я едва не захлебнулась от возмущения, тут же подскакивая с кровати. — Спать меньше надо! Мне обещали тренировку, так что изволь поднять свою задницу с матраса и выполнить обещание!

Несмотря на мои заявления, его губы тронула легкая улыбка.

— Жестокая ты.

— Справедливая, — не согласилась я. — У вас в команде никакой дисциплины.

— Ладно, не кипятись. Я понял, — они и правда сел, однако дальше дело не продвинулось. — Встаю как можно быстрее.

— И… — с намёком протянула я, складывая руки на груди.

Может всё же использовать графин с водой?

— Никки, я голый, — Эйдан довольно красноречиво окинул взглядом свой обнаженный торс и покрывало, которое всё ещё оставалось на бедрах. — Точно хочешь это видеть?

На несколько секунд я замялась, вырванная из реальности этим вопросом. И не потому что перспектива прельщала, нет! Я мысленно сокрушалась, как вообще осмелилась войти к парню в спальню! Похоже, год жизни с Анной оставил свой отпечаток, ведь нам не было нужды испытывать в присутствии друг друга смущение. А сейчас…

Нет, определенно мне придётся думать о таких вещах наперёд… Думать о том, что одно мое неосторожное действие — и я могу лицезреть то, к чему моя девичья психика не готова.

Лицезрела ведь уже однажды. Впечатления так себе.

Моё молчание Эйдан не комментировал, лишь его левая бровь по истечении этих секунд удивлённо приподнялась. Будто он спрашивал: «Неужели ты всерьёз задумалась над моим вопросом?»

А вот и нет! Я развернулась к двери и как можно быстрее покинула мужскую спальню, лопатками ощущая колючий взгляд Эйдана.

Правила! Нам остро необходим свод правил, которым нужно будет следовать. Первое — подъем по часам. Второе — строгая очередность похода в душ. Третье — никакого сна голышом!

А может — тут же вступил в диалог внутренний голос — может ты просто не будешь вламываться на территорию к спящему парню?

* * *

— Первое, что сделаем, — пояснял Эйдан, когда мы шагали по узкой каменной дорожке, — это проверим твой щит. Сейчас он какого уровня?

— Начального, — невесело откликнулась я, вытаскивая из волос парочку пожелтевших листьев.

Осенняя прохлада с каждым утром ощущалась всё сильнее, поэтому я куталась в рубашку Эйдана, но руки продолжали предательски мерзнуть. Заметив это, парень стянул с плечь форменный пиджак и накинул на меня. Определённо, стало теплее.

— Хелл посмотрит твоё плетение и откорректирует с учетом открывшийся стихии, — он бросил взгляд вперед, туда, где за раскидистыми ветвями ясеня только что скрылись Август и Блэк. — Думаю, щит вырастет сразу до пятого-шестого уровня. С этим уже можно будет работать.

— А ты что будешь делать?

— Мы с Августом установим защиту на поляне, — тут же отозвался Линч.

И его ответ породил новый вопрос:

— На поляне? Я думала, мы идем на арену?

— Опасно, Кнопка. Пока мы не знаем, чего от тебя ожидать, лучше не привлекать лишнего внимания.

— Да, наверное, — вяло отозвалась я.

Умом я понимала, что Эйдан прав, а сердце всё равно кольнула глупая детская обида. Стесняется? Не хочет демонстрировать, что к команде аристократов присоединилась дочка фермера с дальнего осколка? Я никогда особо не комплексовала из-за своего происхождения, но вот в академии пропасть между отпрысками из высших семей и всеми остальными была куда заметнее, чем у меня дома.

— Потом проверим твою реакцию, — продолжал тем временем Эйдан, когда мы оставили позади выключенный фонтан, увенчанный печальной мраморной статуей одного из Высших. — В случае опасности, хочу, чтобы твой щит вставал за долю секунды.

— А на турнире были смертельные случаи? — этот вопрос вихрем пронесся в голове.

И услышав его, Эйдан замер у самой кромки рощи. Еще пара метров, и мы бы углубились в вязкий туман, который не хотел покидать такое уютное пристанище.

— Были, но давно, — ответил он, серьёзно глядя мне в глаза. — Последний около двадцати лет назад. Сейчас за этим следят распорядители и лекари, да и заклинания высшего порядка запрещены, — а потом добавил, понизив голос: — Никки, мы не позволим тебе пострадать. Никто из нас.

Скинув с себя странное оцепенение, я кивнула.

— Знаю. Я справлюсь.

Было бы ложью сказать, что я не волновалась, и когда пальцы предательски задрожали, спрятала ладони в карманы пиджака. Так стало легче, и я вновь повторила про себя, что я справлюсь. Сама рвалась в маги стихий, и теперь повернуть назад просто не могла.

И мы вступили под сень деревьев, которые будто сомкнулись за нашими спинами, тут же скрывая из виду сонное здание Института. Тропу я едва могла разглядеть, но Эйдан уверенно шел вперед, давая понять, что с ним вместе заблудиться мне точно не грозит. Не то чтобы я этого боялась… Просто до сегодняшнего утра и мысли не было соваться в эту рощу.

Друг ловко перемахнул через толстый ствол поваленного дерева, а мне пришлось его перелезать. Заметив заминку, Эйдан задержался, а когда я поравнялась с ним продолжил делиться опытом:

— Обычный маг, не усиленный ускорением, преодолевает шесть с половиной метров за пять секунд. Боевому заклинанию нужно пол секунды, чтобы преодолеть то же расстояние. Поэтому ты всегда должна быть готова выставить щит. Если держать щит дольше десяти секунд, то он начинает поглощать твой резерв в тридцать раз быстрее, чем это делает призванный элементаль.

На это я кивнула. Элементали — отражение силы мага, сродни родственным душам, поэтому резерв они поглощают медленно, им хватает лишь крох магии. Что и стало подспорьем в борьбе с мглой, потому что её сдерживают именно они, контролируемые своими хозяевами. Но стоит потерять концентрацию, и элементаль может погибнуть от мглы, а маг словит серьёзный откат. И именно в эти моменты защитники аванпоста наиболее уязвимы.

— Твою новую стихию мы пока не демонстрируем, — подав руку, Эйдан помог преодолеть лужу, полную жидкой грязи. — Только в случае крайней нужды. Поддержку противников редко выводят из строя, обычно все их щадят. Считай это негласным правилом.

— То есть в официальных правилах турнира не запрещено, скажем, парализовать мои движения, если среди соперников будет маг жизни?

Мы, наконец, вышли к нужному месту. И правда поляна, отметила я про себя. Слегка на возвышении, окруженная нерукотворной стеной из старых стволов, и покрытая буро-зеленой пожухлой травой, на которой до сих пор блестели капельки росы. В здравом уме и в такой час я бы точно здесь не очутилась, но если парни считают, что лучше перестраховаться… Чем Август и занимался, формируя в руках плетение охранного заклинания.

— Нет, — на выдохе произнес Эйдан. — И это снова возвращает нас к твоему щиту. Хелл! — Но звать Блэка нужды не было, он и так направлялся к нам. — Отдаю Никки в твои руки. Ты знаешь, что делать.

Я с тоской посмотрела вслед удаляющемуся Линчу, пропустив момент, когда Блэк оказался совсем рядом.

— О да. Конечно, знаю, — прозвучало слегка зловеще, вынуждая невольно поежиться. Хелл окинул меня странным взглядом, обходя по кругу, а я продолжала кутаться в чужой пиджак. — Расслабься, Гаро, — протянул он, замерев за моей спиной. — Давай посмотрим, что ты умеешь.

Глава 14 Никки

Он замер за моей спиной, а в позвоночник будто впились иглы напряжения. Мне стало неуютно, пришлось даже подёрнуть плечами, чтобы сбросить с себя эти ощущения.

Честно говоря, хоть вчера между мной и Хеллом наметился слабый проблеск взаимопонимания, чего от него ждать я не знала.

Прядь волос на затылке вдруг дрогнула, как если бы кто-то подцепил её пальцем, но отпустил. Ветер, должно быть. Потому что иного объяснения я не видела, да и не искала.

Молчание затянулось, Эйдан на другом конце поляны плёл мудреный охранный узел, Август чуть поодаль вешал на деревья сигналки, изредка зевая, а я хотела обернуться, но почему-то этого не сделала.

— Только не говори, что ты меня боишься, Гаро, — прошептал Хелл.

Нет, подумала я про себя. За больше чем год нашего знакомства я могла бы сказать, что привыкла к Хеллу, и никогда его не боялась. А окажись на месте младшего брата старший, то мои поджилки, определенно, тряслись бы от страха. Даже не знаю почему. К счастью, Дэмиана тут не наблюдалось.

— Скорее не понимаю, что ты задумал.

В горле застрял колючий комок, стоило услышать напряженное:

— Покажи свой щит.

— А обязательно в приказном тоне?

Мне показалось, что Хелл усмехнулся.

— Нет, не обязательно, — теперь его голос звучал мягче. — Покажи свой щит, пожалуйста.

Вздохнув, вскинула руки, пальцами выводя давно знакомое плетение из арсенала магов поддержки. Мысленно я сделала его видимым, отчего в воздухе передо мной появился бледно-серебристый узор, похожий на заковыристую спираль. М-да, начальный уровень, как он есть.

Эйдан говорил об усилении стихией огня, и в теории я, конечно, знала, что нужно делать. Но стоило подумать о новой магии, как щит лопнул, будто мыльный пузырь, а ладони вновь вспыхнули.

— Ты торопишься, — эти странные нотки в голосе Хелла я распознать не могла, и лишь досадливо поморщилась. Повторила про себя дыхательную гимнастику Эйдана, а через тридцать секунд ладони погасли. — Тебе нужно потянуть одну нить стихии и вплести в узор. Три узловых точки, этого будет достаточно.

Со вздохом я вновь активировала свой простенький щит, без проблем нашла взглядом узлы, которые поддерживали всё плетение заклинания, а вот дальше… Огромным усилием мне удалось добиться того, что ладони перестали пылать, но вот стихия не давалась в руки. Юлила, извивалась, будто опасная и готовая к броску гадюка.

Я пробовала снова и снова, но терпела поражение. Злилась всё сильнее, ругала себя мысленно. Едва удалось подцепить блеклую нить, как над головой пролетела упитанная ворона, и отвлекшись, я вновь потерпела поражение.

— Постой, Никки, — Хелл, который наблюдал за моими неудачами со стороны, вновь оказался рядом. Я и отшатнуться не успела, когда парень прижался к моей спине, укладывая ладони на солнечное сплетение. Горячие. Даже очень. — Сделай вдох, — я подчинилась. — Вот, чувствуешь? Это Изначальный Узел. У девушек из поддержки он даже не ощущается, потому что слишком мал, а у тебя он просто пылает. Закрой глаза. Представь клубок ниток размером с мужской кулак, кончик нити и есть твоя стихия. Возьми его, — мои пальцы направили, визуально демонстрируя правильный захват. — Вот так. Хорошо. И вплетай в узлы. Торопиться не нужно, и ты должна досконально запомнить видимый узор, чтобы ставить щит моментально.

Он говорил, голос скатывался к шепоту, который горячо щекотал мочку уха, но я старалась повторять, прислушиваясь именно к словам. Прикосновение к Изначальному Узлу ощущалось вполне реально, будто раньше я не замечала в себе таких перемен, а сейчас мне указали на них пальцем, да ещё и носом ткнули. И в груди сладко запульсировало, стоило мне понять, что всё получается.

Пусть способ обучения сомнительный, пусть Хелл непозволительно близко, но это работало! Граш, да я и правда вплела огненную стихию в узловые точки! Щит вспыхнул, серебристо-белый узор налился золотистым свечением, от которого повеяло возросшей мощью, запустив по моим рукам табун жадных до знаний мурашек.

Я бросила взгляд на Эйдана, завершающего охранное плетение уже с другой стороны поляны, но кое-что удержало меня от радостного возгласа.

И это что-то нуждалось в пояснении.

— Не так и трудно, правда? — отстраняться парень не спешил, согревая своим телом.

— Хелл?

— М-м-м?

— Почему у тебя сердце колотится?

— Вовсе оно не колотится, — хмыкнул он мне в ухо. — Не придумывай.

— Но я же чувствую.

— Обязательно тебе спорить? — чуть раздраженно выпалил он. — Сказал нет, значит нет. Сосредоточься, лучше. Ещё раз.

Я резко выдохнула, некстати осознав, что задержала дыхание. Но это прикосновение перевернуло внутри все внутренности, и разобраться, приятные ощущения от него или нет, казалось невозможным.

— Ну как, тебе нравится?.. — я сглотнула, пыталась уловить в его словах скрытый смысл. К счастью, Хелл добавил: — Ощущения от стихии, я имею в виду.

— Я… — голос предательски дрогнул, пришлось даже прочистить горло. — Нравится, конечно, сам знаешь.

— Рад слышать, — довольно произнёс он. — Пламя тебе к лицу. Теперь сама.

Но повторив всё в точности и с первого раза, уже сама отстранилась с довольным выражением лица.

Он отошел на пару шагов, и как раз вовремя, потому что остальные уже закончили и направлялись к нам.

— Готовы? — Эйдан дождался нашего синхронного с Хеллом кивка.

— В запасе ещё сорок минут, — Август взглянул на наручные часы. Получается, моя персональная тренировка с Хеллом заняла лишь десять, хотя мне казалась куда более долгой. — Предлагаю разбиться на пары.

— Поддерживаю, — согласился Линч. — Я подстрахую Никки. Запускаем сначала с интервалом в тридцать секунд, если всё будет идти хорошо, уменьшаем интервал, — он повернулся ко мне. — Сосредоточься, вспоминай плетение. По моей команде.

Пока Август и Хелл отходили на расстояние двадцати метров, я еще пару раз призывала щит, теперь уже оценивая его потенциал. До шестого уровня он пока не дорос, но по мне, уверенно держался на пятом. Эйдан удовлетворенно кивнул, оценив плетение, и стал рядом, но шагах в трех.

И всё завертелось. Магия бурлила в Узле, я ловко подхватывала нити и вплетала, раз за разов воспроизводя нужный узор. Хелл посылал небольшие огненные шары, щит их принимал, едва заметно дрожа, но держался. Я тоже тренировала скорость реакции, закрываясь от каменных осколков Августа. Парни не спешили, Эйдан не вмешивался, предоставив мне долгожданную свободу. И я ею пользовалась! Азарт овладел мной полностью, интервалы атак снизились до пары секунд, вспышки мелькали перед глазами. По наитию, новый щит я напитала бесцветными, но все ещё огненными нитями, маскируя их под магию поддержки. И довольно воскликнула, когда это мне удалось.

Никогда не ощущала ничего подобного!

И приближение нового огненного шара от Хелла я заметила почти сразу. Закусила губу, привычно повторив пальцами плетение, но… Перед глазами вдруг потемнело, руки дрогнули.

«— Всё просто, — в ушах раздался совсем иной голос, не принадлежащий никому из парней. — Мне нужно, чтобы ты кое-кого убила…»

А потом в темноте вспыхнули потусторонние зеленые глаза, тут же уступив место приближающемуся огненному шару, жар от которого я ощутила за долю секунды до фатального попадания. Но его не случилось. Лицо обдало прохладой, чужой щит, наполненный пронзительным голубым сиянием раскрылся в санитиметрах от меня, приняв на себя разрушительную огненную стихию.

— Ты как? — Эйдан подхватил меня, когда я едва не упала на подогнувшихся ногах. Ощупал, коснулся ладонями лица, обеспокоенно заглядывая в глаза. Нет, даже не обеспокоенно. В глубинах карих радужек парня плескался дикий страх пополам с облегчением, тут же вернув мне возможность двигаться.

— Какого граша, Гаро⁈ — Хелл даже не пытался сдержать гнев. Новый огненный шар в его ладони был явно мощнее предыдущего. — Я же мог тебя покалечить!

Эйдан безапелляционно задвинул меня за спину.

— Остынь, — бросил он другу, продолжающему яростно раздувать ноздри. Я вяло отметила, что от напряжения на лбу Блэка даже вена вздулась, а атакующее заклинание он и не думал развеивать.

Но я ведь не специально! Сама не поняла, что случилось, и почему сбилась практически идеальная до этого концентрация. Хотя нет, всё из-за странного воспоминания, хотя я даже не была уверена, что это не иллюзия.

— Какое жалкое зрелище, — насмешливый голос заставил каждого из нашей четвёрки резко обернуться в сторону кромки поляны. Дэмиан Блэк издевательски скалился, не сводя с меня ядовитого взгляда. — Лучше объявите о поражении сразу, не позорьтесь.

* * *

— Остыл? — зло рявкнул Эйдан на Хелла, шар в руках которого слегка померк. А я хватала ртом воздух, словно выброшенная на берег рыба.

Даже голод пропал — вот тебе, Никки, и реакция на стресс.

Голос, услышанный за несколько секунд до этого, теперь наложился на голос Дэмиана Блэка, и я с ужасом поняла, что улавливаю схожие интонации. Манерное растягивание слов, снисходительный аристократический тон.

Август скрипнул зубами, поглядывая то на одного своего друга, то на другого. Будто не мог решить, вставать ли меж двух огней, или переждать в надежде что буря минует.

Хелл глубоко вздохнул, всё ещё прожигая меня взглядом.

— Остыл. Почти… — и швырнул резко увеличившийся фаерболл в нагло ухмыляющегося брата.

Пламя полыхнуло насыщенным алым ещё на подлёте к Дэмиану, заискрилось, а спустя долю секунды его поглотил плотный ядовито-зеленый щит, напоминающий мерзкое на вид желе. Даже чавкающий звук имелся.

Дэм Блэк лениво повёл рукой, рассеивая плетение заклинания и отпуская последние крупицы магии, которые впитались обратно в землю. Тленник. Маг смерти. От этого ошеломляющего открытия я вцепилась в ладонь Эйдана, стараясь восстановить дыхание. Помогло не сразу, а лишь когда горячие пальцы парня подбадривающе сжались.

— Ещё одно жалкое зрелище, — Дэмиан лениво оперся о ствол дерева, сложив руки на груди. Будто не произошло ничего необычного. Будто Хелл постоянно атакует, а он постоянно отбивает атаки. — Но от тебя, братишка, другого и не ждал. С таким наследником наш род обречён на угасание.

Если слова и задели младшего Блэка, то он это никак не показал.

— Чего ты вообще припёрся?

— Как прошел через защиту? — задал второй вопрос Август.

И ответ вырвался у меня инстинктивно:

— Родственный пакт. Думаю так.

— Какая прелесть, кто-то выучил уроки, — Дэм одарил меня равнодушным взглядом. — Да, именно так. Ректор меня прислал, с чего-то решив, что я гожусь в посыльные.

Огонь в руках Хелла вспыхнув снова, теперь закручиваясь в причудливый и невероятно опасный гиперболоид. Такого я в жизни не видела, и даже пожалела, что никогда не посещала поединки Турнира Стихий. Наверняка, там и не такое в ходу.

— Я тоже могу послать, — с нажимом произнес он, зло сверкая глазами. — Хочешь?

— Не сотрясай воздух, — махнул рукой Дэм.

— Тогда выкладывай и проваливай.

— С удовольствием. Ваш первый поединок состоится через десять дней, с командой Первого Университета. А за три дня до этого она прибудет сюда в полном составе. Фоукнер решил, что вы должны это узнать как можно быстрее.

— Женился бы ты, — неожиданно выдал Август. — Может, стал бы добрее.

— Иди в… — дальше последовало такое непристойное направление, что я от неожиданности чуть не закашлялась, чувствуя, как вспыхнули кончики ушей.

Но никто его уже не слушал. Лица парней изменились моментально, едва они осознали сказанное. Не грязное ругательство, нет. Новость о первой игре поменяла их настроение мигом, и лишь я не понимала, с чем это связано.

Хелл развеял пламя. Август на выдохе запустил пальцы в волосы, а Эйдан отпустил мою ладонь и пнул ботинком попавшийся под ногу камень, да с такой силой, что тот пролетел метров двадцать и врезался в дерево, рядом с которым пристроился Дэм, лениво наблюдающий за разворачивающейся картиной.

— Грашев Клинт! — выплюнул Линч сердито.

Но так как под ноги новых камней не попалось, он просто принялся мерить поляну шагами.

— Это кто? — осторожно поинтересовалась я.

И повернулась к Августу.

— Капитан Глэйдов, так они себя называют. Магнус Клинт. Тонна самомнения и куча дерьма. Прошлогоднее поражение Эйдан воспринял слишком близко к сердцу.

— Пить меньше нужно, — тут же среагировал Хелл, но скорее ехидно, чем злобно.

— Что бы я без тебя делал, светило ты наш! — в том же тоне отозвался Эйдан, однако сразу добавил уже нормальным голосом: — Но проблема в том, что накануне я и выпил не так много. А ту вечеринку всё равно слабо помню.

Что-то такое было в его взгляде, что я насторожилась. По позвоночнику волной прокатился едва уловимое статические электричество, а кончики пальцев закололо. И поймав растерянный взор друга, я настойчиво попросила:

— А вот с этого момента поподробнее. Что за вечеринка, почему ты пошел туда перед игрой и как так вышло, что ничего не запомнил.

Даже скептический взгляд Августа не пошатнул моей решимости. Кажется, парень решил, что я просто утоляю любопытство, а на самом деле, стоило Эйдану начать говорить, как мозг активизировался и принялся с жадностью анализировать события полугодовой давности.

— Хм… — я слегка поёжилась, ощущая себя не в своей тарелке от такого пристального внимания. Теперь все, и даже Дэмиан, ждали моих слов. Последний, кстати, притих, но его присутствие уверенности мне не добавляло. — Давайте подведём итог. Приглашение на закрытую элитную вечеринку вы получили накануне, так? — Хелл и Август кивнули, Эйдан поджал губы, что я расценила как еще один положительный ответ. — Оно было плюс один? То есть вы могли прийти с парой?

— Нет, — Хелл мотнул головой. — Именные, по одному на каждого. В загородном доме Джеммы Уайт, на Первом Осколке.

— И где учится эта Джемма?

— Два года назад окончила Университет.

Да, тут всё складывалось. Окончила именно то учебное заведение, команда которого раскатала моих ребят по арене. Путем новых вопросов и выслушав ответы, я примерно воссоздала ту ночь в красках.

Приглашение получили все трое, и конечно, горячие и рисковые парни решили им воспользоваться (тут у меня возникло острое желание стукнуть каждого, но я сдержалась). К чести всех трёх, они договорились не напиваться, а лишь засветиться на вечеринке, заиметь пару новых знакомств, ну и зарядиться хорошим настроением для предстоящей игры. В целом, довольно типичное поведение аристократов, которые не упустят лишний повод показать себя и поглядеть на других. Добавим сюда молодость, уже маячившее на горизонте распределение на аванпост и получим обычных парней, которые решили немного повеселиться.

И после пары бокалов вина у каждого из троих начались проблемы с памятью. Эйдан очнулся в чужой спальне лишь утром и с диким похмельем, Август едва не утонул в фонтане, а Хелл кое-как добрался до дома, но лишь потому, что жил неподалеку. Отрубился на коврике у кровати, так и не взобравшись на нее. Все помнят современную человеческую музыку, приветливых девушек и алкоголь, но каждый уверяет, что почти не пил. А ещё, они непонятно как разделились, хотя собирались держаться вместе.

Это натолкнуло меня на очень интересные выводы.

— Состав их команды не изменился? — почему-то я была уверена, что за своими соперниками Эйдан следит. Как и они за нами.

— Нет, кроме новичка-третьекурсника, — подтвердил он мои подозрения. — Маг жизни.

Маг жизни значит. Не самая хорошая новость. Они только притворяются чистоплюями, а на самом деле могут играть грязнее всех, воздействуя напрямую на тело противника, а не на его элементаля. Почему-то я была в этом уверена, ведь не зря час назад вспоминала о них. Их ещё называли чистенькими, и не из-за окраса магии. Магов жизни не отправляли на передовую. Архары решили, что их полезнее держать в арьергарде, поэтому смертность среди них ниже всех других магов стихий.

Но это к делу не относится.

Почему-то я была уверена, что уже через девять дней парням вновь поступит очень соблазнительное предложение, от которого я посоветовала бы им отказаться. Конечно, если бы не присоединилась к команде. Но раз теперь я с ними, то очень хочу поиграть в эту игру, которая называется «Выбей противников из турнира ещё до начала поединка».

— Ты что-то задумала? — спроси Эйдан, когда мы в молчании возвращались к главному корпусу института.

Каждый думал о своём.

Утро уже отвоевало свои права, и я поймала себя на том, что засмотрелась на лучи солнца, отражающиеся в карих глазах друга. От этого цвет их изменился, наполнившись золотистым сиянием.

— Купи мне платье, — выпалила я, пока ещё могла. Пару секунд помедлила бы, и решимость растаяла. — Такое, которое принято в вашем обществе на подобных вечеринках. Сама я даже не представляю, что туда надевают девушки.

От моей неожиданное просьбы Эйдан сбился с шага.

Глава 15 Никки

— Вот и ты! — Анна задела рукавом пиджака стопку бумаги, которая тут же разметалась по полу. — Ой, прости! Ну что?

Пришлось со вздохом собирать, дабы снующие по столовой студенты не затоптали труд нескольких часов.

— Что? — переспросила я, раскладывая страницы эссе нужном порядке, и строго следя, чтобы угол шестой не угодил в чашку с остывшим кофе. Профессор гербологии такого варварства мне не простила бы.

Мало было того, что вчера я перепутала задания по бытовым заклинаниям и истории Магразии, и сдала преподавателям работы по другому предмету. Они, конечно, между собой обменялись, но каждый посчитал своим долгом высказать мне за невнимательность и покачать головой, мол, что же вы, студентка Гаро, подаёте такие надежды, а собраться с мыслями не можете. Стало обидно, неуютно. Не часто меня профессора журили.

— Как ты дошла до жизни такой, подруга? — с той же интонацией профессора Солант спросила Анна.

Подпёрла подбородок кулаком и пытливо посмотрела в глаза.

— Э-м-м, ногами? — невпопад ответила я. Потом вздохнула и взглянула на Анну уже осознанно. — Ты о чём вообще?

— Впервые я ночевала одна, без тебя. Как-то пусто теперь в нашей комнате…

Стало совестно. Это у меня сплошные новые впечатления, и я даже подумать об Анне не успела. Вчерашние посиделки, которые превратились в то ещё испытание, сегодняшняя тренировка, а потом забег по лекториям с учебниками наперевес. Хорошо ещё, что никто пока не шептался, показывая на меня пальцем. Видимо, Эйдан и правда велел Кендре помалкивать, а она послушалась. А может это временно, не знаю.

Вот и обед превратился в бездумное поглощение пищи, а ещё зубрёжку ста способов использования корня толстянки.

— Ну и как там? — ворвалась Анна в мои размышления. — Среди них?

— Да нормально, — пожала я плечами. — У меня своя спальня и уборная, поэтому…

Подруга серьёзно кивнула, испытующе заглядывая в глаза. Молча ждала продолжения, не дождалась, и сделала глоток кофе. Моего. Вот только настороженности во взгляде не растеряла.

— И всё?

— А что ещё? Я провела там всего сутки, даже меньше.

Глаза сами нашли столик в центре столовой, окруженный шумными компаниями выпускников. Эйдан смеялся над шуткой Хелла, поставив ботинок на стул и уперев локоть правой руки в колено. Хелл растянул губы в своей скупой улыбке, медленно обвел взглядом огромное светлое помещение столовой, явно кого-то разыскивая. Август же уткнулся в книгу и молча пил кофе, лишь изредка поднимая глаза и убирая чёлку, которая отросла и явно мешала читать.

А потом появилась Кендра, походкой от бедра прошествовала к Линчу, остановилась, закинув руку ему на плечо. Наклонилась, что-то прошептала с томной улыбкой, а парень ответил. Тут бы мне отвернуться, но я продолжала смотреть, и не упустила момент, когда Эйдан дернул плечом, сбрасывая изящную ладошку Кендры. Та поджала губы, окинула всех высокомерным взглядом и удалилась из столовой, так ничего и не съев.

Явно между ними что-то произошло, но я не из тех, кто будет тратить время на подобные загадки. Захочет Эйдан — сам расскажет. Не захочет… Ну, лезть не буду, хотя увиденное породило в груди лёгкое тёплое чувство удовлетворения.

— Ясно, — шепнула Анна, наклоняясь ближе. — Ну а мне-то ты можешь сказать…

— Сказать?

Убрав эссе в сумку, я всё же решила перекусить и подцепила вилкой кусочек сыра, потому что ничего более существенного не лезло в горло.

— Август, да? Если бы могла выбирать, ты выбрала бы его? С этим Блэком вы не ладите с самого первого дня, Эйдан тебе как брат. Значит, Август?

— Глупость какая, — хмыкнула я. — Ты же знаешь, что меня это не интересует.

— Знаю, — серьёзно отозвалась подруга. — Поверь, я правда знаю. Давай просто притворимся.

Ну, если только притвориться…

Август явно отпадал, как давно пройденный материал, к которому не хотелось возвращаться. Довольно скучный, где-то даже пресный. Но с другой стороны, я ведь могла и ошибаться. Тот раз у озера почти стёрся из памяти, а всё потому, что и вспоминать особо было нечего. Всё закончилось слишком быстро, чтобы я могла хоть что-то понять.

Эйдан… Он был понятным и родным, пусть я всё ещё злилась на тот проступок. Даже не один. От воспоминаний о горячих губах, которые мимолётно коснулись моих, шея начинала предательски гореть, хотя было ясно, что парень отыгрывал роль. Просто иногда он выкидывал такое, что я тихо сходила с ума. Рассматривал меня, в знакомых глазах зажигался неизвестный и волнующий огонёк, и даже сегодня утром он без слов закрыл меня щитом тогда, когда это было нужно.

Ну а Хелл — это Хелл. Хотя и он смог удивить, оказавшись весьма неплохим учителем. Бейся я над щитом самостоятельно, потратила бы не один день, а с его помощью мне хватило десяти минут. И я, как могла, гнала от себя мысли о том, что у этого огневика с мрачным именем очень бережные, даже трепетные прикосновения. Но с другой стороны, та вспышка ярости, когда я замялась и не успела блокировать огненный шар, повергла меня в шок. Слишком… экспрессивно. И наверное, вполне в духе Хелла.

Так что определиться я не смогла, и попробовала перевести тему:

— А ты?..

Но ответить Анна не успела. Подруга резко покраснела, опустив взгляд, и только спустя секунду я поняла, с чем это было связано. Вернее, с кем.

— О, привет, мелкая, — Кай приблизился к нашему столику, ловко развернул стул спинкой вперед и оседлал его, потянувшись загребущей ладонью к моим крекерам. — Что делаете?

На его «мелкая» я ответила легким подзатыльником, который он принял, даже не попытавшись увернуться.

— Я старше тебя на год!

— А я выше тебя на голову, — расплылся парень в улыбке, а потом обратился к Анне: — Скажи ей.

Подруга с какой-то обезоруживающей жалостью посмотрела мне в глаза, прикусила нижнюю губу и кивнула.

— Он выше тебя на голову.

Ага, и шире в плечах в два раза, если не в три. За последний год двоюродный брат возмужал, из щуплого парнишки превратившись в спортивного видного парня, почти мужчину. Ну и что, что девушек боялся? Вот, при Анне вполне нормально держится, а уж она при Кае не знает куда деть глаза.

Но я взглянула на часы, потому что помещение столовой стало пустеть прямо на глазах. И правда, до следующей лекции десять минут! Подхватила сумку, взяла себе горсть крекеров, чтобы съесть по пути в лекторий, и скомканно попрощалась с друзьями. Надеюсь, Анна сможет продолжить разговор, а Кай задержится за нашим столиком ещё ненадолго, ведь я искренне желала им удачи.

И очень удивилась, когда уже в дверях меня за локоть поймал некто и вынудил притормозить.

— Никки, мы можем поговорить? — раздалось над ухом едва уловимым шепотом.

Голос я узнала, быстро развернулась и попросила:

— Давай вечером, спешу на гербологию.

Август на миг прикрыл веки, видимо собираясь с мыслями, а потом посмотрел на меня посветлевшим взглядом.

— Вечером мы не сможем остаться наедине. Пожалуйста. Я не отниму больше двух минут.

М-да. Наверное, этого стоило ожидать.

* * *

Пришлось согласиться и позволить увлечь себя в сторону от дверей. Август выглядел напряженным, с неестественно прямой спиной. Я, конечно, догадывалась о предмете разговора, но решила уточнить во избежание недоразумений:

— О чём хотел поговорить?

Мы отошли к широкому, выскобленному добела подоконнику, на который я положила свою сумку. Тяжёлая ведь. И, опомнившись, сунула в рот один из крекеров, потому что в голове некстати вспыхнули слова Хелла, сказанные после утренней тренировки:

— Тебе нужно хорошо питаться. И не спорь, стихия отнимает много сил.

— Он прав, — подтвердил тогда Эйдан серьёзно. — Завтрак, обед, полдник и ужин. Ешь плотно, больше белка и клетчатки. Сладкое тоже можно. Не растолстеешь, Кнопка, не волнуйся, — легко уловил он сомнение в моих глазах. — Твой ускорившийся обмен веществ всё покроет.

Но крекеры, к сожалению, для нормально насыщения не годились совершенно. Да и для поддержания непринужденной беседы тоже.

Август вздохнул, рассеянно глядя в окно. Мимо прошла парочка старшекурсников, с любопытством на нас поглядывая, потом потянулись первокурсники. Вторым мы не были интересны от слова совсем. Они ещё не успели избавиться от чисто детского восторга, который временами выражался в воодушевленно блестящих глаза, едва новички видели новый гобелен, полевые занятия магов или «рыбный четверг» в столовой.

— Ты так отреагировала вчера… — начал Август тихо, вырывая меня из раздумий. — А мне казалось, что в больничном крыле ты сказала мне «да».

— Да? — я попыталась припомнить тот день ещё раз.

Конечно, вчера я уже анализировала произошедшее, но перепроверить не помешает.

Что тогда было? Разругалась с Эйданом, обнаружила провалы в памяти. Что ещё? Пренебрежительное «Что же вы так, милочка?» от лекаря Грасса. Оказалось, откуда-то взялось магическое истощение, когда камень переноса напитался из моего резерва, чтобы вернуть нерадивую студентку к стенам института. Несколько леталок от Хелла… Новость, которая склонила чашу моих внутренних весов в сторону команды.

Да, я была права! И от этого едва не стукнула по лбу саму себя. Я говорила «да» Хеллу, а не Августу! Цветы, слова об отношениях… Я такая идиотка! Впору самой себе поставить памятник — «Николетт Гаро, та, которая не умеет правильно отвечать на неудобные вопросы».

— Прости, я не это имела в виду. Ты славный, мы всегда ладили, но отношения… Я и Хеллу вчера сказала, что это просто недоразумение. Мне это не нужно.

Но слова произвели совсем не тот эффект, на который я рассчитывала. Август поморщился, будто унюхал нечто неприятное.

— Всем сказала! — язвительно выплюнул он, сунув руки в карманы пиджака. — Хеллу сказала, Эйдану тоже, небось, сказала. И только я один, как последний дурак, оставался в неведении.

Его вспышка изрядно выбила из колеи, поэтому слова извинения я почти прошептала:

— Прости. Я надеялась, что мы сможем остаться друзьями.

— Друзьями, — он попытался улыбнуться, но глаза выглядели потухшими. — Прошло то время, Никки, когда я хотел с тобой дружить. Ты… У нас был секс, и я надеялся, что для тебя это значило хоть что-то.

Тут моё сердце подпрыгнуло куда-то в район горла, да там и застряло. Ну вот зачем он напоминает о таком, ещё и в коридоре, полном народу⁈ Пусть рядом никого не было, но для магов воздуха подслушать чужой разговор — как пальцами щелкнуть. А мне не очень хотелось давать студентам новый повод для сплетен.

Но что-то сказать придётся.

— Это было… — Граш! Ну не умела я вести разговоры на тему секса! Закусив губу, судорожно подыскивала верную формулировку, но в итоге не нашла ничего лучше, как пробормотать: — Это был интересный опыт.

Не эти слова ожидал услышать Август, точно не эти!

— Опыт, — повторил он медленно. — В этом вся ты. Потрясающий нетривиальный ум, смекалка, завидное трудолюбие. Но ты совершенно не разбираешься в отношениях. Это было бы мило, если бы не было так грустно.

От возмущения я едва не задохнулась.

— Ты не прав! Я разби…

— Да конечно! — перебил он меня с обидной насмешкой в голосе. — Тогда ты точно должна знать, что Хелл влюблен в тебя уже год, да?

— Что? — я едва не выронила несчастные крекеры. — Нет, Хелл меня скорее недолюбливает. Иногда просто терпит…

Прозвучало как оправдание, заставив замяться. Я ведь права. Хелл не может… Но кажется, что-то такое Август прочитал на моём лице, потому что он сжалился:

— Ладно, забудь. Про Хелла я пошутил, нет ничего такого. Но то, что ты засомневалась, говорит в пользу моей правоты.

На миг мне стало страшно за Августа, прознай Хелл о сказанных им словах. Даже искры бешенства в черных глазах почудились. А еще неконтролируемое пламя в руках. Да, он бы взбесился, и был бы совершенно прав. Я чувствовала, что щеки обожгло огнём, а руки сжались в кулаки сами собой. Парочка крекеров точно раскрошились, когда я шагнула к Августу, вынуждая его сделать шаг назад.

— А не много ли ты на себя взял, играя чужими чувствами, ради доказательства своей правоты? Это было грубо и жестоко!

— Грубо и жестоко было давать мне ложную надежду, — вздохнув, он поднял ладони в примирительном жесте. — Ладно, проехали. Я понял, не дурак. А может, как раз наоборот, дурак.

— Вы чего здесь застряли? — Эйдан аккуратно тронул моё плечо. — Никки?

Даже не заметила, как он появился. Вспышка гнева сошла на нет, кулаки разжались, а на каменный пол посыпалось бисквитное крошево. Август раздраженно скрипнул зубами, но комментировать появление друга не стал, спустя секунду уже и мне было не до его обид.

Двустворчатая дверь в столовую резко распахнулась, являя здоровяка Селвина Харриса, явно пребывающего в скверном расположении духа. Да он чуть не снес эти двери! Они с силой ударились о стену, едва не выбив пыль из аккуратной мраморной кладки.

— Убью поганца! — рыкнул он парочке своих приятелей.

Те не отставали от него ни на шаг.

А ведь я слышала, как кто-то из девушек факультета поддержки восхищался его мощным телосложение и сильными руками. Не знаю, что они нашли в этом мужлане, но мне он казался похожим на рассвирепевшего быка, которого вилами ткнули прямо в зад.

От этого глупого сравнения я даже хихикнула.

Мазнув по мне нечитаемым взглядом, Харрис, громко топая, направился к лекториям, расталкивая тех, кто не успел убраться с его дороги. И как-то вдруг муторно стало на душе, как если бы он только что угрожал кому-то из моих близких. Подёрнув плечами, я подхватила сумку и поспешила на гербологию, так некстати ощутив, что место прикосновения Эйдана всё ещё вспыхивало невидимыми молниями.

И всё же слова Августа не выходили у меня из головы весь оставшийся день.

Глава 16 Никки

Едва я потянулась к пуговицам рубашки, морщась от боли, которая прострелила правую лопатку, как в дверь спальни настойчиво постучали.

— Никки, это я, — голос Эйдана узнать было легко. — Можно войти?

Стучится, спрашивает. Одна я, как последняя кретинка, вломилась утром без стука. Хорошо ещё, что ничего запретного не увидела.

Вздохнув, оставила в покое пуговицы и разрешила:

— Входи.

Эйдан не заставил себя ждать, а вместе с ним в спальню проник потрясающий аромат свежеиспечённого хлеба. Я во все глаза уставилась на поднос в его руках, который он донёс до кровати, водрузил на тумбочку, а потом аккуратно придвинул её ко мне. Даже вставать с матраса не пришлось, чему мои ноющие мышцы были благодарны.

— Мы же опоздали на ужин, — пояснил он, выдав неуверенную улыбку. — Вот я и попросил принести его сюда. Ничего особенного, в этом нам идут навстречу.

Да, вечерняя тренировка закончилась поздно, но вышла удивительно полезной и плодотворной. Я даже не жалела, хотя придётся теперь до ночи засесть за хронологию второй эпохи Магразии, когда наш мир не был ещё раздроблен на сотни плывущих во мгле осколков. «Эпоха Королей» — так гласило название на титульном листе увесистого фолианта. Его я придвинула ближе, а Эйдан сел рядом.

На подносе остывали несладкие булочки, которые и источали этот дивный аромат. Чашка травяного чая, ветчина и сыр, а ещё несколько плюшек поменьше, но уже с корицей.

Пока я ела, попутно листая хронологический справочник дат и событий, ощущала направленный на себя внимательный взгляд. Аппетит он мне не испортил, после тренировки я в полной мере осознала справедливость слов Эйдана и Хелла о питании, ведь слабость подкралась тихо, но неотвратимо.

Воспоминания о прошедших часах вихрем пронеслись в голове.

— Отменил родственный пакт, — пояснил Блэк, поймав мой вопросительный взгляд. Он как раз обошел поляну по периметру и коснулся ладонью защитного барьера в паре десятков место. — Нечего ему здесь шляться.

«Ему» очевидно значило «Дэмиану», и тут я была полностью согласна с Хеллом. Ясно, что взаимодействие этих двоих может вылиться в магическую дуэль, что непременно приведёт к катастрофе.

Август всю тренировку был тих, хмур, и на меня старался не смотреть. Меня же это не задевало, тем более, что мы и не пересекались — его элементаль-голем готовился примерить на себе усиление от Эйдана.

Но сначала он дал мне отмашку выгулять одного свободолюбивого элементаля.

— Выпускай Кракена. То есть рогатого твоего.

На этот раз призыв «Кракена» вышел почти будничным. Я просто выдохнула, прикрыла глаза и расслабилась, потянувшись мысленно к Изначальному Узлу — сосредоточию стихийной магии.

— Землюшка родимая! — в следующую секунду Ёхт от буйства эмоций плюхнулся на колени, запустил пальцы в траву и подгреб к себе комья почвы и корней. От борозд, оставленных пальцами, в воздух поднимался легкий дымок. — Прелесть какая! Солнышко, зелень! Проси всё что хочешь, хозяюшка, век служить буду!

— Мы тут с парнями гадали, откуда он такой взялся, — Хелл незаметно оказался рядом. — Разумный и наглый. Элементали Высших умеют жестами объясняться со своими магами, а этот говорит, причём свободно. Любопытный он у тебя.

— И?..

— И ничего, — вздохнул Хелл, косясь странным взглядом. — Ты у нас самая умная. Мысли есть?

Мысли у меня были, но озвучь я их Блэку, он мог запросто покрутить пальцем у виска. Рискнуть?

— Даже не знаю. Когда мгла пришла в Магразию, она прорубила червоточину в мир людей, — об этом факте шестидесятилетней давности знали все. — Но он ей будто не интересен…

Замявшись, я стала наблюдать за элементалем Августа, на которого Эйдан накинул бледно-голубую сеть Лучей Лорье. Но сеть распалась, едва достигла непропорционально мелкой макушки гранитного голема. Да, как я и сказала тогда, лучше этим заняться Хеллу, потому что камень нужно предварительно раскалить докрасна.

И я могла бы об этом напомнить прямо сейчас, но… Успею ещё, тут беседа уж больно интересно складывается.

— Или она решила сначала поглотить и переварить наш, а уж потом отправиться дальше, — будто услышав мои мысли, подхватил Блэк.

— Да. Но что, если до нас она побывала ещё где-то…

Уголки его губ дрогнули.

— Где-то, где водятся вот такие Ёхты?

— Может и не только. Он ведь явно принадлежит огненной стихии, и смотри, траве радуется, как родной. В жерле вулкана трава не растёт.

Ёхт и правда принялся собирать букет из полевых цветов, время от времени мечтательно поглядывая на заходящее за деревья солнце. Где он до этого был, что простой пасторальный пейзаж задел его за живое?

— Никогда не думал об этом в таком ключе, — признался Хелл.

— Эй, рогатый! — беззлобно позвал его Эйдан, который прекратил попытки навесить усиление на голема, но особо раздосадованным из-за неудачи не выглядел. — Ещё немного, и ты будешь на траектории удара. Не провоцируй мою мятежную душу!

— Ёхт я! — донеслось до нас недовольное.

Но он послушал, встал с колен и потопал в сторону, где облюбовал широкий пень с росшими вокруг него ромашками. Недолго цветам расти осталось, подумала я, заметив, как элементаль потянул к ним свои огненные лапы. Но не спалил, как и шторку в ванной тогда.

А потом в голове вновь пронеслась фраза, сказанная Августом:

«— Ты точно должна знать, что Хелл влюблен в тебя уже год, да?»

Он добавил, что пошутил, что это выдумка, и я, похоже, была склонна этому верить. Блэк поражал спокойствием, уверенностью во взглядах и движениях, и ничего не напоминало об утренней его вспышке ярости.

Именно из этих мыслей меня и вырвал его тихий голос:

— Может, его аккуратно расспросить? — я перевела взгляд на Хелла, который не сводил глаз с Ёхта. — Откуда он, что помнит последним.

— Не сразу, но да. Пусть пока осваивается. А я и не думала, что ты можешь вот так…

Окончание фразы я потеряла где-то на подходе к глотке. Пришлось сглотнуть.

— Так, это как? — усмехнулся он.

— Обходиться без своих колкостей дольше пяти минут.

Теперь его улыбка стала шире. Надо же, а ведь она ему действительно идёт!

— У меня, вообще-то, много достоинств, Гаро, но открываю я их лишь избранным. Ладно, давай ещё раз посмотрим на твой щит, а потом будешь учить атакующие плетения.

Из воспоминаний меня вырвал Эйдан, уверенно подхвативший булочку с корицей.

— Не против? — поинтересовался он, прежде чем откусить.

Я против уж точно не была, но лопатку вновь прострелила боль, вынуждая поморщиться. Линч тут же отложил сдобу.

— Из-за того падения? — я кивнула. — Снимай рубашку, будем смотреть.

* * *

— Снять рубашку? — я смерила Линча возмущенным взглядом, ощущая как порозовели кончики ушей. — Давай ты с этой просьбой обратишься к Кендре. Уверена, она не откажет.

И со странной смесью горечи и иронии подумала, что Кендра снимет не только рубашку, а вообще всё, что он попросит.

Вот только Линч смог меня удивить.

— Не уверен, что у нас с ней что-то получится, — проговорил он глухо, опуская глаза. — Не снимай. Ты права, это ни к чему, просто приспусти со спины.

Я так и сделала, выдохнув от облегчения. Расстегнула три верхние пуговицы, отвернувшись он парня. Убрала со спины волосы и подтянула голубой хло́пок к шее, оголяя несчастную лопатку. Судя по ощущениям, синяк от неудачно попавшегося камня уже набирал цвет. На тренировке, когда Хелл сменил Эйдана и с Августом принялся колдовать над его големом, я некстати оступилась, завалившись назад, но успела выставить щит и отбить два ледяных осколка с затупленными гранями, летящих в меня. Атакующие плетения Эйдана были завязаны на ледяной магии, которую он освоил совсем недавно. Неплохое достижение, и даже я это понимала. Не всем водникам даётся.

А сейчас Эйдан приложил к спине ладонь, невольно вынуждая вздрогнуть. Прохладную, но не обжигающе-ледяную, и я почувствовала едва уловимые колебания воздуха, которые означали, что пальцами свободной руки он творил плетение. Боль стихла. Замерев, прикрыла глаза, наслаждаясь ощущениями. Лишь бы не задремать после сытного ужина.

Но сонливость как рукой сняло.

Эйдан ловко перехватил запястье свободной рукой и избавился от ткани, скрывающей печать. Я даже сказать ничего не успела, как он поддел её пальцами и стянул. Кажется, несколько секунд смотрел на ненавистную отметину, а потом тяжко вздохнул.

— Не знаю, смогу ли заслужить твоё прощение, Никки, — мимолетное прикосновение к тонкой коже над бледно-голубыми венками запустило в кровь искры жаркого пламени. — Но я сделаю для этого всё. Прости меня за грубость в больничном крыле.

Странное чувство. Даже смесь чувств. Захотелось или придвинуться к нему ближе, или наоборот, отшатнуться как можно дальше, чтобы оборвать это прикосновение. Но я осталась сидеть на месте, пытаясь разобраться в себе. Его голос завораживал, след от касания пальцев горел огнём, и на контрасте спиной я всё ещё ощущала прохладную ладонь, которую он и не думал отнимать.

— Да, не ожидала от тебя, — тихо произнесла я.

Кажется, его голос зазвучал ближе:

— Просто я волновался, а ещё мне было дико стыдно.

— А за твоё поведение в том чулане стыдно не было?

— Хмм, лучше не буду отвечать.

— Мало Ёхт тебя приложил копытами, — усмехнулась я. — Попрошу повторить.

— Уже боюсь, — хмыкнул Эйдан, отчего прядь волос у виска колыхнулась. — Он у тебя боевой, — слегка сменив положение ладони, он спросил: — Не больно?

— Нет, приятно. Ох…

Эйдан зачем-то прочистил горло, а ладонь его дрогнула, посылая новую волну прохлады.

— Сходи завтра в больничное крыло, — севшим голосом предложил он. — Мигом вылечат.

Я скривилась от безрадостной перспективы.

— Ага, и снова услышать от Грасса «Что же вы так милочка неудачно на камни падаете. Или хотели, чтобы вас поймали?» — кажется, я удивительно точно скопировала интонацию лекаря. Снисходительную, с легкими нотками раздражения. — Хотя, братец Хелла тоже мог бы сказать что-то в этом духе.

Я рассказала Эйдану о лекции Дэмиана, когда тот настоятельно попросил меня выйти, а до этого высмеял здравую мысль о погашении отката своими силами. Дескать, вам бы только в обмороки падать, юная леди, да ожидать, что вас подхватят. Бесит! Интересно, у него ко всем девушкам такое предвзятое отношение, или это мне так повезло? Хотя нет, не интересно.

Но Линч на мой рассказ никак не отреагировал, а заговорил спустя примерно минуту.

— Мне жаль, что я отдалился. Сам не заметил, как это произошло.

— Ты вырос, — пожав плечами, ответила я. — Наверное, это было ожидаемо.

— Ты тоже выросла, Лохматая, — я не видела, однако отчего-то почувствовала, что сейчас он улыбнулся. Но следующие слова Линча заставили забыть об этом ощущении: — Знаешь, когда вокруг тебя столько соблазнов, а жизнь может оборваться уже через год, забываешь о самом главном. Хотелось бы верить, что я смогу всё исправить. А ещё я боюсь, Никки.

— Чего?

— Того, что будет после обучения, — от этого признания, сказанного севшим голосом, я вздрогнула.

Он замолчал, между нами сгустилась тишина, а я думала, каково Эйдану было сознаться в своих страхах. Нелегко, должно быть. Вряд ли парни выпускного курса в перерывах между лекциями и тренировками признаются друг другу в чём-то подобном.

И мне не нужно было видеть его лицо, чтобы осознавать всю гамму чувств, которое оно выражает. Я наблюдала это сотни раз. Как он хмурит брови, сверкает карими глазами, тепло улыбается, или наоборот, смотрит в одну точку потерянным взглядом, который сразу делает его младше на несколько лет. А сейчас, должно быть, он где-то внутри себя и ищет ответы на свои же вопросы. С этом я ему не помощник, думаю, Эйдан это понимает. Есть вещи, в которых необходимо разобраться самому.

— Ладно уж, — он отнял ладонь, но по коже всё ещё бежал приятный холодок. — Я наложил стазис. Пару часов будет действовать. Давай, показывай, что надо делать.

Отодвинувшись, я развернулась на матрасе и вопросительно на него взглянула, приподняв брови.

— Ты о чём?

— О твоем задании, — он кивнул на книгу. — Много осталось?

Много. Я даже мысленно застонала, поправляя рубашку. Пару верхних пуговиц всё же оставила расстегнутыми — так легче дышалось.

— Мне нужно выписать хронологию захвата Эштена во Второй Эпохе. Этот замок за триста лет захватывали и отбивали двадцать два раза, и при этом четыре раза разрушили вплоть до фундамента, — Эйдан задумчиво прикрыл веки, не став переспрашивать. — Участников осады, потери с обеих сторон и средства, потраченные Бэрроузом Восьмым на восстановление.

Линч подтянул к себе увесистый том, скрестил ноги и принялся листать.

— Угу, понял. Бери тетрадь и записывай, буду диктовать, — остановившись на нужной странице, он закусил губу, сделавшись удивительно сосредоточенным. Я даже засмотрелась. — Так… Третья эпоха, сто сорок пятый год, первый в правлении Густава Хромого…

Глава 17 Эйдан

Проснулся я под утро, сонно протёр глаза и уставился помутневшим взглядом в незнакомый потолок. Бежевый, с мелкими бордовыми звездочками. Однако. И как я тут… Осознание пришло быстро — стоило лишь повернуть голову и узреть спящую рядом девушку.

Никки мило сопела, лёжа на боку и положив ладошки под щеку. Подмяла под себя несколько исписанных убористым почерком листов. В первом неровном свете, лившимся из окна, я смог разглядеть как она смешно сморщила носик, как грудь под голубой тканью моей рубашки вздымалась от спокойного дыхания, и поймал себя на том, что просто не могу отвести взгляд.

Наваждение какое-то.

Погода снаружи явно испортилась. В стёкла то и дело бил порывистый ветер, барабанили по металлическому козырьку крупные капли дождя, но здесь, рядом с ней…

Такой милой и родной. Уютной. Такой…

О последнем эпитете я старался не думать, прогоняя его из головы всеми доступными способами. Слишком он был заманчивым. И стал задыхаться от непонятных чувств, которые всколыхнулись в груди.

Вчера всё было ясно. Её кожа под моей ладонью источала едва уловимый аромат яблоневых цветов и диких трав. Мягкая словно бархат, который лоснится от прикосновения. Тихое «О-х-х», тут же заставившее кровь вскипеть в жилах. Я едва мог сохранить ясность мысли и твердость голоса.

А сейчас всё иначе. Более нежно и трепетно, отчего сердце нервно замирало в груди.

Августа отшила, ну надо же. То-то он вчера весь день ходил, словно молотом по голове огретый, и более менее пришел в себя лишь к вечерней тренировке. Косился на Кнопку с дикой тоской в глазах. И с одной стороны меня грела мысль, что друг со всеми его достоинствами Никки не интересует, с другой же стороны я удивлялся, что вообще ни разу не видел её с парнем. Никогда. Даже за ручку она не держалась ни с кем, я уж и не говорю о поцелуях. Не знаю, почему вдруг об этом задумался.

Потом поймал себя на мысли, что не прочь просыпаться подобным образом каждое утро.

Повинуясь накатившей волне нежности, аккуратно убрал с лица Никки прядь волос, которая сорвалась вниз. Провел кончиками пальцев по нежной коже щеки. Наклонился. Поймал губами дыхание. Сладкое, горячее. И коснулся её губ в быстротечном легком поцелуе. Вновь стало жарко, будто по всей поверхности тела пронеслось пламя.

От лёгкого поцелуя девушка не проснулась, а лишь облизала во сне губы. Стало невыносимо.

Идиот! Ну вот зачем! Была бы рядом стена, с удовольствием побился бы головой до звёзд в глазах! Мне нельзя даже мысли такой допускать! Нельзя к ней прикасаться! Нельязя желать! И уж точно я её недостоин.

Найдёт себе Кнопка нормального парня, хоть примерно столь же умного, как и она сама. Улыбнется невинно, подарит ему поцелуй, первую ночь… От мелькнувшей в глазах картинки Никки в объятиях среднестатистического душного студента рот наполнился горечью. Да уж, дожил.

Как сообщили часы, видеть сны ей осталось тридцать минут, поэтому я решил, что лучше уйти сейчас, по-тихому. Или сбежать? Не важно. Аккуратно поднялся, поправил футболку и бросил на девушку долгий взгляд напоследок. Страшно было признаться самому себе, но рядом с ней и просто спать приятно. Спокойно. И я не прочь повторить, если выдастся возможность.

Когда я вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь, тут же столкнулся с пристальным взглядом друга, сидящего в дальнем кресле. Хелл выразительно приподнял бровь, как мог только он, одним этим выражая целую гамму эмоций. Подозрительность, любопытство, а еще легкий огонёк совсем уж непонятного происхождения. Он опустил какую-то книгу на колени, но что-то мне подсказывало, что до моего появления не прочёл и строчки.

Пришлось пояснить, предупреждая возможные вопросы:

— С заданием помогал. Уснули.

Граш! Пусть и сказанные спокойным тоном, эти слова всё равно звучали словно оправдание. А оправдываться я не привык. Но с другой стороны, я ведь не солгал. Так и было.

— Ясно, — кивнул он. — И как оно?

— Что?

— Хорошо спалось?

— Нормально, — проворчал я, направляясь в душ. Чистые полотенца в ванной есть всегда, поэтому топать за своим в спальню не было нужды. — Это весь допрос, я надеюсь?

— Ладно, не кипятись. Тебе там письмо пришло.

Эта информация заставила насторожиться. Я замер, уже коснувшись, ручки двери, но отпустил её и развернулся.

— Уверен, что мне?

Хелл, который так и не встал с кресла, лениво пожал плечами.

— Августу на этой неделе матушка уже писала, — чуть скривив губы поведал он. — Так что тебе.

Это заинтриговало. Отец связывался со мной редко, как бы мне ни хотелось обратного, а больше писем ни от кого я и не ждал. Все мои близкие здесь.

Почтовый артефакт нашелся на каминной полке. Похожий на стальной ларец с несъёмной крышкой, он имел продолговатое отверстие внизу, из которого торчал листок пергамента. Чистого. Кажется, у людей есть нечто подобное под названием «фарс». Или что-то вроде этого. Вытащить пергамент и прочесть мог только адресат и никто больше, а мощный камень переноса внутри ларца обеспечивал доставку писем даже в мир людей. Ну или с осколка на осколок, но тогда мог сгодиться и камень поменьше.

Едва на моих глазах проявились буквы и строчки, я начал вчитываться:

'Доброго утра, мистер Линч. Или я могу называть вас Эйдан? В конце концов, мы скоро породнимся, разве нет? Поэтому перейду к главному. Я, Дайана Аберфорд, урожденная Шейн, выражаю одобрение вашему с Кендрой намерению заключить официальную помолвку. Вы достойный молодой человек из достойной семьи, кто бы что ни говорил, и уверена, составите моей дочери отличную партию. Свадьбу лучше бы сыграть в конце весны, перед вашим с ней распределением. Все расходы и хлопоты наша семья готова взять на себя.

Ну и лично по секрету добавлю, что никогда не оставлю родича в беде, вы же понимаете да? Уверена, пара слов, сказанных в нужные уши и в благоприятный момент принесут свои плоды, и ваш отец, достопочтенный дархар Линч сможет навсегда покинуть этот Высшими забытый осколок, на который сослал его Совет Архоров. Но это, разумеется, уже после заключения вами с Кендрой официальной помолвки. С этим тоже советую не тянуть, милый. Схожее послание сегодня получит и моя дочь.

Искренне ваша, Дайана Аберфорд.'

Письмо я прочитал трижды, чувствуя, как шею опутывает невидимая петля, постепенно затягиваясь. И самое хреновое, что эту петлю накинул на себя я сам.

* * *

— Что случилось? — обеспокоенно спросил Хелл, и это вывело меня из ступора. — Что-то с отцом? Плохое? Да не молчи ты!

— Н-нет, это не от отца, — голос вернулся с трудом и пришлось прочистить горло. Письмо я смял в неприглядный комок. — С ним всё в порядке, как я надеюсь. Это… Прости, не могу сказать.

— Почему? — друг нахмурился, отчего между бровей залегла складка.

В такие моменты, когда он искренне о чём-то беспокоился, его лицо становилось удивительно живым. Пришлось ответить, что я и сделал, подавив тяжкий вздох:

— Потому что есть проблемы, которые я должен решить сам.

— Справедливо.

Бросив быстрый взгляд на потухший камин, попросил:

— Разожги.

Хелл щёлкнул пальцами, пламя взвилось до самого верха, выпуская яркие искры, хотя поленья за ночь успели прогореть и потухнуть. Любил я смотреть на огонь. Умиротворяет. Но не сейчас. Решительно бросив письмо в камин, направился в свою спальню.

Кажется, я влип. Как муха попал в паутину и с каждым глупым трепыханием запутываюсь в ней всё сильнее. У меня был план, как я считал, неплохой. Предложить девушке из такой же знатной семьи брак, получить её согласие и добиться снятия с отца статуса персоны нон грата. Заслужить от него хоть пару тёплых слов взамен полного разочарования взгляда. Кендра была не против, да и нам было приятно проводить время вместе. Ей тоже нужен был тот, кто закрывал бы глаза на лёгкие шалости. Взаимовыгодное сотрудничество.

Пока я не понял, что хочу чего-то большего. Да, как я и сказал вчера Никки, с Кендрой я решил разойтись по-хорошему, ведь помощь её семьи в вопросе с отцом стояла под очень большим вопросом. Я надеялся на это, но не знал наверняка. А добиться его признания?.. Нашел бы другие способы.

Теперь знаю. Легче не стало.

Связать себя помолвкой с нелюбимой и вытащить отца из ямы? Или вернуться к самому началу?

Решения здесь и сейчас, под пристальным взглядом Хелла я принимать не стал. Зато твердо намерился прояснить кое-что для близкого мне человека. Выудил из груды бумаги перерисованную копию печати, сложил лист вчетверо и сунул в карман.

— Куда направился с дико целеустремленным видом? — вопрос друга застал меня на выходе из гостиной.

Он уже встал с кресла и потянулся, разминая мышцы.

— Сказать пару слов твоему брату. Как думаешь, он не спит в такое время?

— Уверен, — обрадовал меня Хелл с кривой ухмылкой на губах. — Иногда мне кажется, что он вообще не спит.

Очень надеюсь, что Хелл окажется прав.

На пустынной лестнице, змейкой убегающей вниз, я замер. Приложился лбом к прохладному камню, старался обуздать сердцебиение и дышать ровно. Вот как Никки недавно советовал. Вдох. Выдох. Основательно и глубоко. Но не помогало.

Первый удар кулаком по камню я не заметил. Второй вспышкой боли пронёсся в сознании. Третий и четвертый наконец, возымели эффект.

Я ведь ясно понял, что жениться на Кендре не хочу. Так какого хрена⁈

Напишу отцу, попрошу о встрече. Хотя обычно он или не отвечает, или отказывает. Но участникам команды даётся три дополнительных выходных за полугодие, и воспользоваться ими можно в любое время. Я дико хочу посмотреть в его глаза и понять — есть ли хоть какой-то шанс на одобрение, или не нужно и пытаться? Хочет ли он вновь вернуться в общество? Возможно, что его всё устраивает, а я оказался слишком глуп, чтобы это почувствовать. Но как почувствовать, если за последние три года услышал от него едва ли двадцать слов?

Вот и выясню. Надеюсь.

Подвал, который выделили Дэмиану, я нашел без проблем. Тут не отапливалось, по каменному полу гулял прохладный воздух, а под сводами низкого потолка эхо от моих шагов. Однако широкий коридор вывел меня к монументальной двери, которая была призывно распахнута. Точно не спит.

— У тебя что, день открытых дверей? — спросил я, вступая в огромное помещение без окон, больше напоминающее лабораторию. — А где напитки и закуски?

— Понятия не имею, — усмехнулся старший Блэк, подняв руки, затянутые в плотные черные перчатки. — Если найдёшь, расскажи.

Я же рассмотрел на этих перчатках что-то зеленовато-мутное, отдаленно напоминающее рыбью требуху. Мерзость, короче. В духе Дэма. А прямо рядом с ним бочку этой самой требухи. Даже обрадовался, что во рту ещё ни крошки не побывало.

— И всё таки?.. — но стоило учуять чудовищную вонь, наполняющую подвал, всё встало на свои места. Проветривает, похоже. У меня даже глаза заслезились. — Это что?

Старший Блэк стянул перчатки и бросил их на длинный стол, заставленный алхимическим оборудованием, а сам уже чистыми руками подтянул на нос белоснежную маску, фильтрующую воздух.

— А на что похоже?

— Будто дохлый граш выблевал грязные носки.

— Да, примерно так и есть. Не совсем дохлый и не совсем граш, но всё же… Маску дать?

— Я не надолго. Спросить вот хотел…

Но стоило разглядеть на одном из столов нечто, напоминающее тело, укрытое плотной тканью, как интересоваться его работой резко расхотелось. Тленник, блин. У них всё не как у нормальных магов, как будто патологическая отчуждённость, скрытность и умение нагонять жуть передаются с молоком матери.

А ведь раньше, кажется, Дэм таким не был.

Хелл как-то обмолвился, что лет семь или восемь назад Дэмиан даже решил жениться. Совсем ещё юнец, ему едва ли было семнадцать, а девушке и того меньше. Родители, высокородные аристократы, были резко против, Хелл их поддержал, а Дэм послал всех к грашам в задницу и решился бежать с дочкой кузнеца на Пятый Осколок. Эрин, кажется… Эринэль, да. Но не вышло. Отец семейства Блэк невесте что-то сказал во время приватной беседы, а ночью она и правда сбежала, но уже сама, так и не дождавшись Дэмиана. Он искал, как я слышал. Долго и терпеливо рыл землю своими заклинаниями из магии Смерти, но так ничего и не нашёл. По крайней мере Эрин больше никто не видел, а уж о результатах своих поисков он не распространялся. С семьёй так и не наладил отношения, с братом почти не разговаривает.

Я сунул руку в карман брюк и нащупал листок с нарисованной печатью, которая «украшала» запястье Никки. Если судить по увиденному, Дэм вполне мог знать о Неприложных печатях, которые запрещены по всей Магразии. Подозреваю даже, что и его эксперименты не вполне легальны.

Но что-то я прочёл в его глазах… Взгляд стал острее, опаснее, а в зловонном воздухе повисло густое напряжение. Показывать рисунок и задавать вопросы резко расхотелось, будто в кои-то веке сработала интуиция. И она буквально вопила «Не делай этого!»

— Так зачем пришел, Линч?

— Я… — вынув ладонь из кармана, вернул голосу чёткость. — Я хотел удостовериться, что ты не будешь болтать о том, что услышал вчера утром.

— О домыслах той девчонки относительно ваших соперников? — уточнил он, отводя взгляд. Пододвинул к себе толстую тетрадь и стал перелистывать страницы. — Нелли, да?

— Никки, — поправил я.

— Точно, мисс Гаро. Ваш турнир меня не интересует, можешь быть спокоен.

Я постарался изобразить облегчение, хотя заранее был уверен в подобном ответе. И уже развернулся, чтобы уйти, но голос Дэма заставил притормозить:

— Передать ей привет от тебя? Меня опять поставили на замену Коллинса.

Сказано это было обыденным, даже скучающим тоном, но я насторожился. Насилу скинул с плеч напряжение и ответил:

— Не стоит. Мы теперь живем вместе, — и поспешил прочь в твердом намерении извести в ду́ше все доступные запасы мыла, лишь бы смыть с себя этот грашев амбре.

Глава 18 Никки

Утренняя тренировка вышла наиотвратнейшей, и всё из-за испортившейся погоды. Эйдан, конечно, поделился согревающим зельем, но это не особо спасло. И пусть в груди будто маленькое солнышко зажглось, ощущения от холодных капель, падающих за ворот пальто, никуда не делись. А если добавить сюда ещё и противный ветер, задувающий в рукава… Мало приятного, короче говоря. Тут бы пригодился маг, способный ставить над поляной купол из уплотнённого воздуха. Но воздушников среди нас не водилось, а ледяной, который предложил Эйдан, был слишком затратным и не особо способствовал согреванию.

Поэтому пришлось терпеть. Меня хватило на час — именно столько действовало зелье. Зато призыв щита был доведён практически до автоматизма, но Хелл заявил, что расслабляться рано — каждая тренировка должна начинаться именно с основ защиты, а ещё с серии отжиманий, забега и приседаний.

— Нужно приводить в порядок твою физическую форму, — заявил огневик, великодушно разрешив на себя опереться.

Ноги после двух кругов вокруг поляны гудели, а сердце отбивало немыслимый ритм.

Зато была и хорошая новость — на институтский стационарный почтовый артефакт доставили мой заказ, который я оформила пару дней назад. Ничего особенного — две простые блузки, юбка и бельё, купленные в магазинчике на Шестом Осколке, который славился приемлемым качеством товара за небольшие деньги. Бюджетно, но добротно, взамен испорченной чернилами одежды, ведь кое-что так и не отстиралось.

И вот я сидела на лекции магпотоков, которую вновь вёл старший Блэк. На этот раз ничего интересного — он диктовал, мы писали. Чисто машинально, не вдумываясь, потому что о ложных импульсах, иногда случающихся у девочек, я знала и раньше. Родители часто принимают их за открывшийся у малышки дар стихии, но на деле это лишь перестроение организма в силу взросления.

Анна была странно молчалива, и это настораживало. На мои вопросы что с ней, нервно пожимала плечами и продолжала строчить под диктовку старшего Блэка, а я за эту лекцию построила сто разных теорий. От банальной простуды до серьезного заболевания. От новой влюбленности до разбитого кем-то жестоким сердца. С первыми предположениями я могла бы посоветовать обратиться в больничное крыло или сама подобрала бы пару зелий из своей аптечки. А вот что делать с терзаниями любовного характера даже не предполагала. И когда с облегчением расслышала звонок, тут же захлопнула тетрадь.

— Мисс Гаро, я хотел бы, чтобы вы задержались, — холодно произнес Блэк, стоя у окна и заложив руки за спину.

На убегающих из лектория девушек он не смотрел, очевидно найдя снаружи что-то более интересное.

Подруга поглядела на меня с жалостью, собрала свои вещи и, подхватив сумку, поспешила уйти. Ну а я жалости к себе не испытывала, сама хотела остаться с Дэмианом наедине, чтобы кое-что прояснить. Он задолжал мне ответ на очень важный вопрос.

Дождавшись, пока все разойдутся, обошла первый ряд парт и стала посередине. Блэк перестал рассматривать мрачный пейзаж и медленно приблизился.

— Критикуешь — предлагай, — я всеми силами старалась добавить голосу твёрдости. Дэм удивленно вскинул бровь. — Слышал когда-нибудь такое выражение?

Даже не заметила, как перешла с ним на «ты». Он вроде тоже не заметил, лишь хмуро смотрел, сложив руки на груди и растеряв всё удивление почти сразу.

— Кажется, так люди говорят.

— Умные люди, — поправила я. — Ты разгромил в пух и прах мой способ купировать откат, замкнув его на себе, помнишь? Так предложи что-нибудь более безопасное и такое же действенное.

С минуту молодой мужчина испытующе смотрел мне в глаза, возможно даже старался смутить. А может прикидывал, как от меня отделаться. Наконец он хмыкнул, разомкнул руки и протянул ладонь. Во второй ладони материализовался бледно-зеленый короткий стилет с острым лезвием.

— Есть одно плетение, подходящее для магов поддержки, но нужна капля твоей крови. Всё ещё хочешь продолжать?

Заинтересовалась я не на шутку, поэтому и ответ был однозначным:

— Давай.

А как ещё? Уйти и упустить возможность научиться чему-то новому? Увольте, этого я не могла. Протянула ладонь, которую тут же сцапал наглый старший Блэк, сверкая бесцветными глазами. Укол в подушечку указательного пальца я почти не заметила, лишь невольно поморщилась.

— Смотри внимательно, — он перевернул мою ладонь и сжал палец, отчего бордовая капля сорвалась вниз и упала на деревянный паркет. — Кровь выступает в роли связующего элемента с тобой и той магией, которой пользуются тленники. Знаешь, откуда она берется?

— Д-да, — взгляд от пальцев Дэма я оторвать не могла. Капля впиталась в дерево, будто её и не было, но я подозревала, что ушла она куда глубже. В землю, ведь умерших по законам Магразии не кремируют, их хоронят.

Блэк принялся плести заклинание, но медленно. Зеленоватое, оно лишь в паре соединительных элементов отливало алым. Невероятно красиво.

— Плетение перенаправит откат с тебя в землю, превратит в чистую сырую магию. Но это не значит, что тебе ничего не достанется. Просто будет намного легче его принять и выдержать.

— Никогда о таком не слышала, — пробормотала я ошарашено.

— И не услышала бы, — проговорил он, рассеяв готовое заклинание, осыпавшееся россыпью искорок. Потом повторил, чтобы я запомнила. — Разработка гранд-мастера чар эксклюзивно для сестёр и дочерей рода Блэк. Уяснила? Не болтай об этом.

— Хорошо.

— Отлично, — он вдруг оказался ближе, вынуждая отшатнуться и почти сесть на парту. В глазах Дэма зажегся зеленоватый огонёк. — Теперь к тому, зачем я тебя задержал. Не дёргайся.

Последние слова прозвучали приказом, отчего тело будто разом окаменело. Сглотнув, я могла лишь смотреть на его руку, которая замерла рядом с моим лицом.

— И не кричи, — вкрадчиво прошептал он, обдавая губы своим дыханием. Свежим, с легкими нотками мяты. — Нам не к чему лишнее внимание, не так ли? А теперь поцелуй меня.

* * *

— Поцелуй меня, — от требовательного голоса Дэма мороз пробежал по коже, а волоски на руках встали дыбом.

Лишь чудовищным усилием мне удалось опустить взгляд от его глаз на губы. И слава Высшим, потому что магнетические изумрудные радужки затягивали, словно бездонные омуты. А ведь ещё пару минут назад они были бесцветными.

А губы… Обычные, даже не искривлённые в наглой предвкушающей ухмылке.

— Я не хочу.

— Какая прелесть, — насмешливо отозвался старший Блэк. — Думаешь, я хочу? Нисколько, мисс Гаро, но мне нужно кое-что проверить и другого способа нет. Давай уже!

Мелькнула мысль, что нас ведь могут увидеть, если кому-то взбредёт в голову сунуть нос в опустевший лекторий.

Поймав направление моего взгляда, Дэм вдруг кивнул.

— Справедливо.

Плетение, выведенное длинными аристократичными пальцами, было не трудным, а когда я вновь обратила взор на дверь, успела заметить тонкие зеленоватые паутинки, опутавшие замок и круглую латунную ручку.

Вот и всё. Выбора не было, ведь как я ни пыталась отстраниться назад, наглый Блэк всё равно сцапал мой подбородок и притянул к себе, замыкая капкан.

Глаза я прикрыла, так казалось легче.

Поцелуй вышел странным. Губы Дэмиана казались жесткими, будто он всеми силами противился тому, что делал, но поступить иначе не мог. Углубил поцелуй, втянул носом воздух, неожиданно вынудив приоткрыть рот, куда нагло вторгся чужой гибкий язык. Лица коснулась прядь белоснежных мягких волос, но ни горячего томления, ни бабочек в животе… В какой-то степени приятно, и в той же степени унизительно.

Не зря я запретила Августу поцелуи во время секса. Ничего не потеряла в итоге, но тут закралась глупая мысль, что будь тогда на его месте Эйдан… Или сейчас… Всё было бы так же? Или иначе?

Когда поцелуй завершился, хотелось дать дёру со всех ног, но приказ стоять смирно всё ещё действовал.

— Хмм… — Дэм облизнул чуть покрасневшие губы, задумчиво уставившись куда-то в моё плечо. — Странно. Ничего не чувствую.

И он явно не желал повторения. От этого стало легче дышать, и я сразу решила закрепить успех.

— Больше никаких поцелуев не будет, — хрипло предупредила я, на что получила ядовитую усмешку.

— Будут, если прикажу, — и он вновь посерьёзнел. — Но ведь что-то должно быть…

— Да, отвращение.

— Переживешь, — бесцветно парировал Дэм, махнув рукой. — Спасибо бы лучше сказала. Я мог бы действовать более радикально, но обошёлся малой кровью. Кровь…

Он вновь нахмурился, потерев переносицу. Очевидно, решив для себя что-то, Дэм метнулся к широкому преподавательскому столу, отрыл в ящике небольшую склянку и вернулся, продемонстрировав всё тот же острый стилет.

— Руку дай.

— Зачем? — ахнула я, вновь ощутив укол, и на этот раз более глубокий.

Склянку он наполнил на треть, заткнул пробкой и сунул к себе в карман.

— Хочу её изучить. Не часто в Магразии можно встретить вейлу.

В голове вспыхнул огонёк воспинаний, но такой слабый, что проще было уточнить:

— Вейлу? Что это?

— Кто, — поправил он на удивление терпеливо. — В тебе её кровь, полагаю, твоей матерью была чистокровная вейла.

— Бред, — фыркнула я, но грудь кольнуло слабой болью. — Моя мать умерла, когда мне было три. Отец рассказывал…

— Умерла? — перебил меня Блэк, насмешливо изогнув серебристую бровь. — И могилу её ты видела?

— Мгла не оставляет тел.

Это знали все, но очевидная вещь Дэмиана не убедила. Он прищурился, присев на монументальный преподавательский стол.

— Как удобно, не так ли? Особенно если хочешь скрыть своё исчезновение. Подумай над этим. А что касается вейл… Это всё равно проявилось бы с первой твоей серьёзной влюбленностью. Влечение, плотское желание к мужчине у вейл сносит все стоп краны. Повезло ещё, что ты не такая, как остальные, иначе…

— Иначе что?

— Не могу сказать определённо, — пожал он плечами. — Слишком мало вводных. Вейла легко очаровывает мужчин, преимущественно тех, с кем у неё довольно близкий контакт, какая-то эмоциональная связь. Может влиять на желания и стремления мужчин, затмить их разум, толкнуть на необдуманные поступки. Опасная и страшная сила, особенно в глупых самовлюблённых ручках с изящным маникюром, — я слушала завороженно, и даже не заметила, как Дэм взял мою ладонь в свою и рассмотрел подрагивающие пальцы. Стоит ли говорить, что маникюром там и не пахло. — Но в вас, мисс Гаро, я пока её не ощущаю, возможно из-за смешения крови. И вот между нами имел место довольно близкий контакт, и… — он вздохнул, выпуская руку к моему дикому облегчению. — И ничего. Над этим следует поразмыслить.

Ещё как! Но пока всё сказанное Блэком казалось первоклассным бредом, приправленным изрядной порцией фантазий. И тем не менее моё сердце замерло где-то в горле, стоило на миг представить, что все эти слова… правда.

— А с чего ты вообще решил, что я… — произнести такое простое слово помешал ком, ставший в горле.

Но меня поняли и так.

— Твоя кровь. Там, на Пятом Осколке ты ходила к вещунье, а я с недавних пор держу при себе один очень любопытный артефакт. Ошибки быть не может.

— Артефакт… настроенный на кровь моей матери? Зачем я вообще тебе нужна?

Но, кажется, ответ я знала. Боялась произнести, даже боялась о нём подумать, потому что казалось, что пронзительные глаза Дэмиана замечают слишком много даже тогда, когда сам он кажется расслабленным.

Вот и сейчас он лишь слабо улыбнулся, отстраняясь от стола.

— Оставим ответ на этот вопрос для другой беседы. Можешь зайти ко мне через пару дней, — так и подмывало спросить, будет ли он снова принуждать меня целоваться. Но я сдержалась, ведь однозначного приказа встретиться не прозвучало. Предложение, не более. — А сейчас иди и тренируйся, у вас ведь скоро первый поединок, — Дэм махнул рукой, дверь вновь оказалась открыта. — О нашем разговоре никому не слова, поняла? — а это уже был приказ, и пришлось кивнуть, прикусив губу. — Ах да, для плетения, которое я тебе показал, нужно носить с собой что-то острое, ты же понимаешь? Да и в принципе лишним не будет.

Последние слова вызвали приступ дрожи.

Не знаю, как я умудрилась сохранить твердость походки и какое-то подобие дыхания, пока машинально переставляла ноги. Прочь из лектория. Прикрыть за собой дверь. Обогнуть несколько групп студентов, которым не было до меня никакого дела. В итоге себя я осознала в женской уборной, когда остервенело плескала в лицо холодную воду, лившуюся из ржавого крана. Накатило дикое чувство нереальности происходящего.

Вейла? Бред! Ни в одной прочитанной мною книге не упоминались эти существа. Однако, подобные Ёхту мне тоже не встречались, но вот он здесь, если я мысленно его позову. Мы с Хеллом сошлись во мнении, что такие создания могли попасть к нам сквозь червоточины, с помощью которых появилась и мгла, но эта теория, если вдуматься, не имела под собой научного обоснования. Лишь наши домыслы.

Ощутив, что виски уже пульсируют от напряжения, я закрыла кран и выдохнула, призывая себя к спокойствию. Дэмиан ошибается. Никакая я не вейла. Я лишь маг поддержки, которой по счастливому стечению обстоятельств перепала огненная стихия. С ней бы разобраться для начала.

Глава 19 Никки

Пламя в моем маленьком персональном камине бодро потрескивало, распространяя вокруг себя жар. Зажигать его щелчком пальцев, как Хелл, я пока не умела, но простенькое плетение из трёх нитей освоила с первого раза. И теперь сидела прямо на полу, перебирая листы бумаги с вопросами, которые мучали меня после странного разговора с Дэмианом Блэком.

Моя мама жива? Она и правда была вейлой?

Дэмиан прав, когда предположил, что могилы не было. Отец крайне неохотно говорил о жене, замыкался в себе, прятал глаза, и я списывала это на боль утраты. Но ведь утрата может быть разной… Могла она просто уйти? Дождалась момента, когда её дочь стала более-менее самостоятельной, поручила ребенка отцу и просто сбежала.

От подобной мысли в глазах предательски защипало.

Но ответов на эти вопросы у меня не было, поэтому я бросила бумажку в огонь и глядела, как он жадно её поглощает, оставляя лишь несколько хлопьев пепла.

Взяла следующий листок и прочла вопрос. Верю ли я Дэмиану? Не знаю. О возможностях Блэков давно ходили легенды. У них и невероятная библиотека, артефакторий, даже родовой алтарь в месте силы, и уж точно наследник и старший сын должен иметь доступ к этому богатству. Такие знания могут встряхнуть всю Магразию, если использовать их с умом. Но могу ли я проверить теорию Дэма о своём происхождении? Он, например, меня поцеловал, чтобы убедиться с кем имеет дело. Вот только ничего не вышло.

Тут два варианта: либо он ошибся, либо мой дар не проявился из-за каких-то невыполненных условий. Что там было? Ах да, первая серьёзная влюбленность. Влечение, плотское желание.

А если я поцелую кого-то чтобы самой сделать выводы? Август, например, заявил что Хелл ко мне неравнодушен. Тоже ведь бред… Поэтому этот вопрос я тоже сожгла, ощущая себя как никогда бессильной.

И снова Дэмиан. Печать поставил он же? Да, и тут сомнений у меня не было. Слишком беспомощно я себя ощущала, стоило ему приказать. Как мышь-полёвка, застывшая перед вскинувшим голову ядовитым змеем. Понимаешь, что ему, змею, ты не соперник в любом случае, и стоит хищнику дёрнуться — тебя уже не спасти.

Так себе ощущение.

Мне отчаянно захотелось избавиться от печати во что бы то ни стало. Прямо сейчас. Выкинув в огонь последний листок, я резко сорвала с запястья повязку и принялась остервенело тереть кожу. Добилась лишь слабого покраснения, всхлипнула от бессилия и вскинула голову, когда дверь в мою спальню распахнулась.

Эйдан замер на пару секунд, глядя прямо в глаза.

— Вломился без стука, — проворчала я, пряча запястье. — Почему я не удивлена?

Он покосился на огонь, вздохнул, закрыл за собой дверь и приблизился.

— Никки, я стучал, и не один раз, — посмотрел он с укором. — Ты не отзывалась, и конечно я вошел.

Ну да, сама недавно так же поступила, а потом себя же и ругала. А сейчас… Неужели я и правда настолько выпала из реальности, что не слышала стука в дверь?

— Ты так говоришь, будто это нормально.

В неровном отсвете огня лицо Эйдана будто ожесточилось. Кожа стала бронзовой, глаза — золотистыми. Но наваждение прошло, когда он подошел и сел за спиной, обхватив мою талию руками. Положил голову на плечо и вздохнул.

— Нормально. Если есть хоть малейший шанс, что с тобой что-то случилось, медлить я не стану. Ты это знаешь. И плевать я хотел голая ли ты, одетая, недовольная. Однажды я чуть тебя не потерял…

Мы оба понимали, что он имел в виду — тот случай из детства никогда не сотрётся из памяти, никогда воспоминание не поблекнет и не исчезнет. И что бы между нами ни произошло, Эйдан всегда будет тем, кто не побоялся бросить вызов мгле ради спасения жизни простой лохматой девчонки.

Какое-то время мы просто сидели, глядя на огонь. Я слышала биение его сердца, чувствовала тепло сильного тела. Отчаянно пыталась побороть приказ и рассказать о разговоре с Дэмианом, но раз за разом слова обрывались ещё на подходе к горлу. Будто на шее висит удавка, мешающая нормально дышать.

— Эйдан…

— Что?

— Если я попрошу тебя меня поцеловать, ты согласишься?

Руки на моём животе заметно потяжелели.

— Нет, — наконец ответил он.

Стало даже слегка обидно. Август, вон, на секс согласился сразу же.

— Почему?

— Потому что я тебя знаю, Никки, — тихо пояснил он. — И поцелую тебя по-настоящему, когда ты сама по-настоящему этого захочешь.

— А если не захочу? — на мой вопрос Линч неопределенно пожал плечами. Тогда я предприняла попытку отстраниться. — Тебе не нужно меня касаться…

Но манёвр успехом не увенчался. Меня банально не пустили, сжав руки сильнее.

— И почему? — на это ответить я не могла. Горло опять сдавило спазмом. — Ясно, Кнопка, — вздохнул Эйдан, наконец разжимая объятия, отчего мне сразу стало зябко. — Сколько времени тебе нужно на сборы?

— Что? — не поняла я.

Встав, Линч протянул ладонь, за которую я тут же ухватилась. От долгого нахождения в одной позе ноги затекли и пришлось их размять, а вот камин, стоило мне потерять концентрацию, начал стремительно гаснуть.

Подойдя к шкафу, Эйдан распахнул дверцы и вытащил на свет моё пальто. Оценил, повесил на сгиб локтя и отрыл на полке ещё и голубой шарф.

— Я обещал избавить тебя от печати, Никки, и собираюсь сдержать обещание, — он вернулся и протянул мне одежду. — Через десять минут мы прыгаем на Пятый Осколок, вещунья нас ждет. Сама знаешь, если она называет время, остаётся только согласиться.

* * *

— Пятый Осколок… — пробормотал Эйдан, оглядываясь и поддерживая меня за плечо.

Я тоже огляделась, тут же поймав дежавю. Гомонящая главная площадь, разномастный народ, снующий туда-сюда по своим делам, старушка, которая продавала пучки засушенной ашры — не самое слабое растение, выращивание которого официально запрещено везде, кроме этого места.

— Сойдите с плиты, люди добрые, — посоветовала она.

И вновь послышались разноголосые призывы торговцев:

— Клыки матёрых вепрей! Идеальны для резчиков по кости!

— Голова степного граша! Дорого! В единственном экземпляре!

— Сдоба! Налетайте, пока не остыла!

— Так, — протянул Эйдан, увлекая меня в сторону от плиты, которая вновь озарилась золотистым светом. С лёгким хлопком на ней появился степенный маг в дорогом камзоле. — Ты здесь была, да? Веди тем маршрутом, которым шла к вещунье.

— Точно таким? — переспросила я на всякий случай.

Значит ли это, что нужно обойти площадь пару раз, как это сделала я, когда бестолково дожидалась его?

— Ну да.

Мимо пронёсся парнишка с тележкой, нагруженной красной капустой, и нам пришлось посторониться, чтобы его пропустить. В итоге прижались к кирпичной стене какого-то магазинчика, из которого доносился аромат пряностей и специй.

Я кивнула в сторону памятной мне таверны.

— Ладно. Тогда нам сюда.

— Кабак? — Эйдан удивленно приподнял брови. — Ты тут что забыла?

Стаканчик пропустить хотела, пока никто не видит, ага. Ну ладно, подумала я. Если хочешь правду, то скрывать не буду.

— Тебя искала. Думала, что ты мог зайти выпить. А потом тот мужик…

— Какой мужик?

Про себя я усмехнулась. А что, немного волнения, которое явно отразилось в голосе Эйдана, ему не повредит. Слишком уж сгущать краски я не собиралась, а всего лишь не приукрашивать правду. Ведь всего произошедшего можно было избижать…

— Да приставать начал, — пожала я плечами. Мы миновали шумное и пропахшее парами алкоголя местечко и углубились в улочки подальше от площади. — Обычное дело, он же был пьяным. Да и не красавчик, к слову. Мутный тип.

Он резко затормозил и уставился так, будто за моей спиной вдруг мгла разверзлась.

— И что ты? — спросил глухим голосом.

— Заболтала его, чепуху всякую наговорила. Пока он думал, что это я ему такое сказала, я и ушла. Отец научил. Мы с ним хоть и на Пятом не бывали, всё равно многие ярмарки посетили. А что это у тебя в кармане?

Придя в себя после моего откровения, Эйдан выдохнул и поймав взгляд, прикованный к его куртке, пояснил:

— Хелл поделился сканером магического воздействия. Хочу использовать, когда от вещуньи уйдём.

— У твоей семьи ведь свой должен быть? — мы вновь пошли вперёд, но теперь не было нужды брести в потёмках. Я зажгла огненный светляк, который следовал чуть впереди, повинуясь мысленным приказам. И сама удивилась как легко это у меня вышло. Даже обыденно. Нужно Хелла поблагодарить.

— Отец теперь не доверил бы мне даже ржавый почтовик, не говоря уже о семейных артефактах, — признался Эйдан, лицо которого в свете светляка помрачнело. — Я написал ему о… в общем, довольно личное письмо, но он пока не ответил.

Из уверенного в себе боевого мага, капитана Институтский команды Стихий и одного из лучших выпускников он вдруг превратился в уязвимого мальчишку, который отчаянно жаждет внимания отца. Не могла я смотреть на это преображение спокойно, поэтому сжала его ладонь в надежде хоть как-то поддержать.

— Твой отец сложный человек, — тихо произнесла я, — но уверена, он любит тебя.

— Хотелось бы верить, особенно после того, что я учудил. Сам виноват. И такое чувство, за что ни возьмусь, всё рушится прямо на глазах.

— Эйдан, прекрати. Да, ты совершил несколько ошибок, но ошибаются все. Абсолютно все. Не бывает идеальных людей, и это нормально. В противном случае жить стало бы в разы скучнее.

Теперь он улыбнулся, и я порадовалась, а то потерянный Эйдан и меня вгонял в тоску.

— Ну, раз ты так думаешь, Кнопка, то я спокоен. Хотя насчет идеальных я бы поспорил. Где-то они всё же есть.

На какое-то время разговор прервался, и мы молча шли между тёмных одноэтажных построек. Мусор, палая листва и поваленные ветки деревьев я помнила из прошлого посещения Пятого, поэтому не особо удивлялась разрухе и не глазела по сторонам, а вот Эйдан сдержать любопытство не мог. И да, увиденное ему не нравилось. С каждой минутой он хмурился всё сильнее.

Замерев перед покосившимся деревянным домом я прошептала:

— Мы пришли… — дверь с облупленной краской тихо скрипнув, отворилась сама собой.

Будто нас настойчиво приглашали и едва не в спину подталкивали.

— Вижу, — буркнул Эйдан и первым направился внутрь.

Теперь чувство дежавю казалось почти осязаемым, как и этот тошнотворно-сладкий запах каких-то неизвестных мне трав.

— О как, — полностью лысая вещунья встала со старенького кресла-качалки и прошла к своему столу. — Двое? Тогда и оплата двойная.

— Не проблема, — Эйдан положил на стол свернутые в трубочку и перевязанные лентой купюры. Кажется, что сумма верная, вещунья определила на глаз.

А потом она посмотрела на меня в упор, отчего по позвоночнику зазмеился липкий холодок.

— Но говорить я с вами буду по отдельности. Давай, красавчик, обожди снаружи. И уши не грей. Хотя, подслушать меня у тебя и так не выйдет…

* * *

Эйдан ушёл, одарив напоследок пристальным взглядом, и вот я вновь осталась один на один с вещуньей. По коже пробежал неприятный мороз. Как-то с ним мне было спокойнее.

— Ну садись, — она сверкнула глазами и усмехнулась. — Что? За эти дни что-то изменилось?

За эти дни будто другая жизнь началась! Или я ото сна проснулась. Но эти мысли я придержала при себе и заняла предложенное место.

— Я надеялась, что вы мне это скажете.

Фыркнув, вещунья вытянула ладонь, в которую я без задержки вложила свою. Знала, что будет дальше и удивляться уже не видела смысла. И правда, палец понизил укол лезвия, несколько капель крови упали в подставленный старухой крохотный сосуд с водой. Надеюсь, что с водой…

Который она тут же опустошила. То есть всё выпила! Это что-то новенькое!

Слышала я, что у людей есть древние мифы о вампирах, которые так и питаются — кровью, но в Магразии никого подобного не водилось. Хотя… Кто теперь знает, где правда?

Прикрыв глаза, она опустилась в кресло, да так и затихла на несколько минут. У меня даже появилась глупая идея пощёлкать перед носом вещуньи пальцами, но я её отбросила. Не стоит злить старую ведьму, ещё и в её доме.

— Огонь пришел извне, — наконец прошептала она, вынуждая прислушаться. — Тот, кто им поделился знал, что ты не откажешься. Это его огонь. Редко маги отдают часть силы, но он посчитал, что размен соизмеримый. Теперь огонь ему недоступен.

Но доступно кое-что иное… И что-то мне подсказывает, что в руках Дэмиана тлен намного опаснее огня.

Только глупцы пытаются угнаться за несколькими зайцами одновременно — освоить две или три стихии, когда как предрасположенность у них лишь к одной. Это можно сделать теоретически, но долго и муторно, а ещё неизвестно, какого добьёшься результата. И вот ты вроде как и с воздухом сносно управляешься, и с землёй, но не одну из них не освоил в совершенстве.

— Кроме стихии появилось ещё кое-что, — осторожно произнесла я, когда вещунья затихла. — Вернее, кое-кто.

— Ифрит. Подобное притягивается к подобному.

Понятнее не стало. И надо ей загадками одними разговаривать⁈

— А подробнее можно?

— А нельзя, — усмехнулась она. — Скажу лишь, что мгла открыла червоточину, чтобы питаться в нашем мире, не до конца переварив прошлый.

— И в этом прошлом, — я сглотнула, — обитали вейлы и ифриты?

Вещунья лишь кивнула, а у меня в желудке что-то оборвалось.

А может там обитали и не они одни? Высшие, как же голова разболелась! И ведь получается, что Дэм сказал правду! Ладно, лишь часть правды подтвердилась — вейлы существуют и бродят по Магразии, но где часть, там и… Моё родство с этими странными существами ещё под вопросом, но появились факты, которые нельзя игнорировать.

Как будто помещение вместо воздуха было забито мокрой горячей ватой. Душной, неприятной, которую и не вдохнуть нормально.

— А я… — голос едва меня слушался, словно в горле застрял комок репейника. — Вы ощутили во мне… кровь вейлы?

Это всё, что я могла спросить, не нарушая приказа Дэмиана. По спине катился пот, пальцы затряслись, и чтобы унять эту дрожь пришлось сцепить ладони в замок.

— Откуда я знаю.

— Но вы попробовали… — постаралась я напомнить вещунье.

— И что? — седая бровь насмешливо изогнулась. — Мне не с чем сравнивать, я не имела с ними дел. Так что тут не могу тебя обрадовать. На стихии проверить легко, их я видела сотни… — она вздохнула. — Дам тебе совет. Бесплатный. Иногда лучшее, что можешь сделать — это просто быть той, кто ты есть. Зови своего спутника. Чувствую, ему уже не терпится задать свои вопросы, а я за сегодня дико устала.

Она прикрыла глаза и помассировала морщинистые виски, теперь уже жестами намекая, что моё время вышло.

Глава 20 Эйдан

Никки я ждал, сходя от волнения с ума. Мерил шагами пятачок крыльца, который был чудовищно мал. Три шага в одну сторону под скрип старых досок, три в другую — это всё, что мне было доступно.

Но вот дверь отворилась, бросая на щербатое дерево полоску света, которая тут же затмилась тенью Никки, а сама она молча вышла ко мне. Взгляд потерянный, потухший, но было видно, что она пыталась держать себя в руках. И прикушенная изнутри нижняя губа… Я понятия не имел, что наговорила ей вещунья, но сейчас хотелось сжать это хрупкое тело и никогда не отпускать. Успокоить, помочь выдохнуть.

Так я и сделал, а когда почувствовал её дыхание на своей шее, чуть не послал к грашам эту старуху, не подхватил Никки на руки и не унес с этого грёбаного осколка.

Текли секунды. Одни из самых приятных за последние несколько дней… Нет, там у камина, когда она вдруг спросила про поцелуй, я тоже едва сдержался. Сам не знаю каким образом. Не иначе, организм задействовал свои скрытые резервы.

Однако время шло, и если я хотел покончить с Пятым Осколком побыстрее, мне нужно было её отпустить.

— Никуда отсюда не отходи, — взглядом я постарался показать девушке, что шутки остались позади. — Уверен, рядом с домом вещуньи безопасно, своей репутацией она дорожит, но даже со ступенек спускаться не вздумай, хорошо?

Она неловко махнула ладонью, когда отстранилась и отступила на шаг.

— Да поняла я.

Удовлетворенно кивнув, вошел в дом и вновь предстал перед абсолютно лысой старухой. Легкие наполнились странной смесью ароматов, которые с первого раза и не скажешь, нравились или нет.

— Линч, — она указала на стул, но я остался стоять. — Как поживает твой отец?

Всеми силами я старался не позволить удивлению просочиться в выражение лица. Нет уж, не дождётся. Поэтому просто вежливо кивнул, запуская руку в карман куртки.

Лишь бы Никки не наделала дел и не сошла с крыльца. Кажется, что всем своим существом я был там, рядом с ней, а не здесь.

— Надеюсь, что неплохо. Он мне не докладывает.

— Я тоже на это надеюсь, — вещунья склонила голову на бок, внимательно глядя на сложенный пергамент в моих руках. — Ну и что тебя ко мне привело?

— Вот это, — я положил на стол нарисованный от руки эскиз печати, а у самого внутри всё замерло.

Конфиденциальность вещунья хранила на славу, об этом знали все, но что, если ей вообще сказать будет нечего? Тогда я вновь останусь ни с чем. Верить в то, что пришёл сюда зря, отчаянно не хотелось.

— Непреложная печать, — с ходу опознала она и сверкнула снизу вверх глазами. — Хочешь использовать?

Вот уж такого вопроса я не ожидал.

— Что?

— Не кипятись. Значит, хочешь снять? Даже не буду спрашивать, кому это так не повезло. Да уж… — листок с эскизом вспыхнул пламенем прямо на столе и за пару секунд превратился в пепел. Который вещунья смахнула в подставленную ладонь а потом между ними и растерла, принюхиваясь. Я же старался не отсвечивать и даже не дышать. — Сильная работа, сразу чувствуется. Эксклюзивная. Такой в справочнике по ритуалистике ты не найдёшь, хоть год ищи.

— Кто её автор? Тот же человек, который использовал?

Она кивнула.

— Бесспорно да.

Контроль утекал сквозь пальцы, а надежда уже почти просочилась в кровь. Если она поможет… Граш, я даже мечтать о таком не мог!

— И вы можете её снять? Я заплачу, сколько скажете…

— Снять? — эхом откликнулась вещунья, когда отряхнула ладони от пепла. Мне показалось, или теперь я расслышал нотки жалости? — Боюсь, что даже тот, кто её поставил, снять печать не в состоянии. Пока не будут выполнены его условия, конечно, и тогда она растворится сама собой. Похоже, так он и себя лишил возможности отступить назад.

— Не снять?.. Вы уверены? — она кивнула, а у меня внутри всё перевернулось несколько раз, а потом закрутилось в тугой узел. — Но как же…

И вся хрупкая надежда, которая только начала рождаться в груди, рассыпалась на сотню звенящих осколков. Теперь в крови тёк сильнодействующий яд, высасывающий все жизненные силы. Я всё же плюхнулся на стул, потому что ноги банально не удержали.

— Я же сказала, что условия должны быть выполнены. Есть другой путь, но вот хватит ли тебе духу… Впрочем, сначала нужно найти того, кто поставил печать, а дальше решать тебе. Ты любишь её, Эйдан Линч?

Слова поставили в тупик, но откликнулся я быстро:

— Да, — и прикрыл глаза, заставляя себя выдохнуть.

— По-настоящему, а не той тенью любви из далекого детства? Ответь себе на этот вопрос, и решение с печатью придёт само собой.

Ответь себе на этот вопрос? Что за чушь галимая⁈ Я уже ответил! Люблю! Всегда любил!

«Вот только любовь остыла за те года, которые ты провёл без Никки» — шепнул вредный внутренний голос. Этот голос хотелось задавить, заставить заткнуться, но он был прав. И лишь настоящий, а не призрачный шанс потерять её навсегда возродил это чувство. Неокрепшее, несформированное. Настоящее?

Именно над этим вещунья и заставила задуматься.

Есть другой путь. Не снять. Условия должны быть выполнены. Ты любишь её по-настоящему?

Круговорот слов уже почти расплавил мой мозг. Я и не заметил, как оказался на крыльце и перед Никки, которая молча протянула мне руку. Кажется, более-менее я пришёл в себя лишь на плите перед прыжком с этого неблаголучного Осколка.

Ладно. Я обязательно найду решение, но сейчас мне хотелось хоть час провести с ней наедине, и так, чтобы не нужно было никуда спешить, не нужно было заниматься тренировками или конспектировать лекции. Просто мы. Как раньше и без условий.

Именно поэтому я слегка скорректировал точку приземления, не забыв обхватить рукой хрупкое тело Кнопки.

Секунда, мерцающая невесомая дымка, и вот Никки нахмурилась, оглядываясь.

— Где это мы? Точно не в Институте.

Да, всё так. В отличии от неё, я неплохо ориентировался в залитых золотистым сиянием улочках, широкой набережной, переплетении аллей и переулков, застроенных дорогими трехэтажными особняками. Где-то здесь даже городское поместье Блэков. За тем поворотом, кажется…

— Это Первый Осколок, Никки, — пояснил я, когда было понятно, что девичьи пальчики не собираются отпускать мою куртку. Они даже сжались ещё сильнее. — Никогда здесь не была? Тут рядом есть неплохое местечко, где отлично готовят…

Отмерев, она потянула меня прочь от плиты — не в пример более широкой, чем в Институте. Даже договорить не успел. Отлично готовят Риосских мидий…

— Нет, — она вдруг мотнула головой, хотя ещё секунду назад я заметил проблески восхищения в её глазах — И не хочу! Эйдан, мне здесь не место!

От этих слов я едва не поперхнулся воздухом. Не место? Никогда не слышал большей чуши!

Глава 21 Никки

— Так… — Эйдан нахмурился и его ладони замерли на моих плечах. — И почему ты решила, что тебе здесь не место?

Я ещё раз оглядела сияющее великолепие. Первый Осколок всегда казался совершенно другим миром, незнакомым и чужим. Сейчас это чувство не пропало, хотя он и был ослепительно красив. Взгляд остановился на работающем многоуровневом фонтане, брызги воды от которого искрились всеми цветами радуги. Вокруг фонтана прогуливались две дамы с детскими колясками, а маленькая девочка в воздушном платье подставляла ладошки под воду и задорно смеялась.

Пришлось моргнуть и отвести взор.

— Я живу на Двадцать Шестом, — попыталась я вразумить Линча, но мои слова были встречены лёгкой полуулыбкой.

— Я тоже, и что? Первый не закрыт от всех остальных осколков. Запрета на посещения нет.

— Я не вписываюсь, Эйдан!

— Тогда мы оба не вписываемся. Забыла, что мой отец в опале и я… — он скривился, — скажем так, не самый желанный гость в богатейших домах.

Но всё равно он частично один из них. В отличии от меня. Пришлось прибегнуть к самому верному аргументу, и всё равно у меня появилось ощущение, что на каждый мой довод «против», у друга уже заготовлен довод «за».

— Здесь одни аристократы!

— Вовсе нет. Да даже если бы и так, Никки, ты в сто раз умнее любого местного. И не только умнее. Находчивее, добрее, светлее. Не загоняй себя в рамки, ты ведь всегда хотела от них избавиться. Вот они все, — Линч многозначительно огляделся, давая понять, кого он имеет в виду. — Они как раз-таки в рамках. В своём особом мирке, насквозь традиционном и фальшивом. Отвергают новшества, брюзжат о традициях под защитой Высших и плевать хотели на то, что происходит за пределами их безопасного осколка. Ты им не ровня. Так что забей на всё и давай просто поужинаем.

Вот так… Какое-то время я переваривала сказанное Эйданом, нервно теребя рукав пальто. Потом выдохнула и ещё раз посмотрела в такие серьёзные глаза друга. И правда, кому какое дело, зачем я сюда пожаловала? Да даже если и будет дело… Плевать. После всех событий последних дней меньшее о чём мне нужно волноваться — что подумает вон та дама, затянутая в тугой корсет, о нашем здесь появлении. Хотя, едва ли она вообще в состоянии думать, ведь кровь явно с трудом проникает в мозг в такой-то тесной броне. Ха! В то время как мой брат красит губы чёрной помадой, носит кожу с цепями и шлёт всех тех кому это не нравится далеко и надолго!

— И что, — я хитро прищурилась, — воспользуемся благами напыщенных аристократов?

— Именно, — Эйдан с усмешкой подмигнул. — Ну как тебе предложение? Если нет, просто вернёмся в Институт.

Если уж совсем откровенно, то когда-то я мечтала здесь побывать. И если представить всё как исследовательскую работу, направленную на изучение кулинарных предпочтений местного населения… Ну и ладно!

Уловив изменение моего настроения, Эйдан тут же сцапал ладонь своей и повёл меня вдоль огромного ажурного забора с коваными виноградными лозами. Наверняка какое-то посольство, подумалось мне.

Я искоса поглядела на парня и успела застать на его губах полуулыбку.

— Когда ты успел стать таким убедительным?

Теперь улыбка стала шире, карие глаза отразили свет ближайшего фонаря.

— На четвертом курсе я был лучшим по углублённой дипломатии. Не знала? Ах да, я же не любитель хвастаться.

Не любитель он хвастаться? Ага, сделаю вид, что поверила.

— Это особняк архора Акерман… — вещал Эйдан, пока мы двигались вдоль широкой набережной. Реки, кстати, не было. Все реки вообще пересохли, когда мгла разделила Магразию на осколки. — Направо Зал Советов, отец Хелла там заседает в первый день каждого месяца… Там Август живёт, его матушка удивительно готовит сахарные плюшки. Как десять лет разогнала всех кухарок, так всё сама теперь… А это представительство Первого Университета. Понятия не имею чем они там занимаются, но выглядит пафосно, тебе не кажется?

Честно говоря, я больше наслаждалась видами, чем прислушивалась к этой оригинальной экскурсионной речи в исполнении Эйдана. Взамен воде в русле реки переливались бирюзовым и бледно-голубым какие-то мелкие камешки, что и правда создавало эффект течения. Каждое дерево, даже саженцы, были увешаны светящимися огоньками, которые меняли цвет с желтого на зеленый, стоило к ним приблизиться. Луну видно не было, как и звезд, но для освещения они были и не нужны, ведь Первый Осколок производил впечатление огромного драгоценного камня, где сияние преломляется и отражается в его гранях.

Мне даже показалось, что к назначенному месту мы подошли слишком быстро. Название ресторана я не заметила, а может тут и вовсе не принято вешать кричащие таблички. Мы просто поднялись по широкой каменной лестнице к светящимся стеклянным дверям, створки которых при нашем приближении тут же призывно распахнулись. Магия воздуха, не иначе. Появления улыбчивого парня в тёмно-синем бархатном жилете я тоже не заметила и едва не подпрыгнула от удивления, когда он обратился ко мне:

— Позвольте ваше пальто, леди… — протянул руку и замер.

Кажется, леди меня не называл никто и никогда. Эйдан пришёл в себя куда быстрее и любезно помог мне избавиться от верхней одежды. Передал пальто, снял свою куртку.

— Нам столик на двоих, пожалуйста, где-нибудь за ширмой.

— Конечно, — легкий кивок головы и взмах рукой. — Следуйте за мной.

Вот так просто. Из сияющего огнями холла нас проводили в широкий зал, где было не так и много народу. Я насчитала две парочки и трех одиночек, рассредоточившихся по огромному помещению и почти незаметных. Прошли мимо занятого немолодыми аристократами столика, и они, правда, оторвались от своих блюд и с интересом уставились на новых гостей, но почти сразу вернулись к еде.

Нужный столик располагался в углу. Круглый, уже застеленный белоснежной скатертью и сервированный на двоих. Количество начищенных столовых приборов могло бы меня испугать, но потом я решила не обращать на них внимания. Необходимые вилка, нож и ложка были, а остальное мне не потребуется.

И уж точно мой спутник не будет смеяться, если я не продемонстрирую манеры, достойные леди. Да я при нём по лужам босиком бегала, а он в эту лужу упал плашмя, когда так некстати поскользнулся! Помню, помню. Аристократик тогда превратился в Заморыша и целый день дулся, стоило мне наградить его этим забавным прозвищем.

* * *

Видимо, картинка с Заморышем, вспыхнувшая в памяти, и привела к тому, что следующую минуту я тихо хихикала, а Эйдан пытался понять причину моего веселья. Но я отлично помнила его насупленное, уже почти юношеское лицо в тот день, поэтому помалкивала. Ну а окончательно посерьёзнела когда всё тот же парнишка в тёмно-синем жилете принёс довольно увесистое меню в кожаной обложке.

— На твой выбор, — я решила дать Эйдану шанс себя проявить, тем более что отлично понимала — он и сам хотел бы этого.

И спустя минут пятнадцать, пока мы обсуждали проблемы Ёхта с вулканической глиной, которую я предлагала ему наносить на лицо, а он упорно сопротивлялся, ведь она «не пахнет цветами и травками», нам принесли заказанные блюда под начищенными до блеска клошами.

— Те самые мидии? — сливочный аромат, исходящий от глубокой стеклянной миски мне пришёлся по душе.

Эйдан кивнул, расправляя салфетку.

— Под соусом из голубого сыра. Попробуй, это и правда вкусно.

Пробовать моллюсков на створках я пока не спешила, потому что наблюдала, как парень отказался от услуг официанта и теперь наливал янтарного цвета вино в высокий стеклянный бокал.

— Знаю, что алкоголь тебя не берёт, поэтому просто наслаждайся. Оно очень лёгкое.

Я и правда наслаждалась. Мидии, которых я раньше никогда не пробовала, оказались вполне ничего, а в сочетании с соусом и вовсе объедением. Грушевое вино пилось легко, оставляя на языке приятное фруктовое послевкусие, и когда я почти расправилась со своей порцией и даже гренки из поджаренного хлеба съела, настроение подскочило до немыслимых высот.

— Кстати, я ведь купил тебе платье, — вдруг сказал Эйдан после минутного молчания.

Покрутил в руках вилку и отложил её в сторону.

— Надеюсь… — я прочистила горло, — это не сильно дорого тебе обошлось?

— Возможность уделать команду университета я ценю намного выше. Не переживай. Только теперь не уверен, что приводить тебя на эту вечеринку в таком платье… правильно.

Мне уже захотелось посмотреть на этот чудный наряд. Слишком открытое? Вызывающее? Это будет только плюсом, если посторонние, смотря на меня в нём, будут видеть лишь глянцевую обёртку. В общем, против фривольного фасона я ничего против не имела. Меня больше пугали каблуки! Никогда не умела на них ходить, да и пыталась раза три от силы. Ноги бы не переломать.

— Ты же будешь рядом, — попробовала я приободрить Эйдана.

И сказала это спокойным, даже безразличным голосом, небрежно пожав плечами. Сделала ещё один глоток вина и отставила бокал.

Тихая музыка беседе не мешала, а узорчатая ширма создавала даже иллюзию уединения.

— Да, и Хелл с Августом. Собственно, я думаю, что роли мы распределим накануне, но кто-то из нас будет с тобой постоянно. Если твоя теория верна, то приглашение мы получим совсем скоро. Нервничаешь?

— Да нет, не сказала бы, — пожала я плечами, пока Эйдан следил за выражением моего лица. — Анна в прошлом году получила зачёт по зельеварению автоматом, когда представила свой вариант эссенции от опьянения.

— О как, — удивившийся парень подался вперёд. — Пусть занесет его нам, опробуем.

— Нет необходимости, оно работает. Испытано на моём брате. Кай тогда всю ночь не мог понять, почему пиво ему подают безалкогольное вместо… — нужное слово было мне незнакомо. — Лагеря?

— Лагера, — поправил он меня с усмешкой.

— Да, наверное. Даже ругался с разносчицей в таверне. В итоге психанул и заявил, что в эту богадельню больше ни ногой.

— Могу его понять, — уже почти смеялся друг. — Испортили парню вечер.

— Ну, переживёт, — махнула я рукой. Доела последнюю мидию и продолжила излагать свою мысль: — Зато эссенция и правда работает. Действует час, нивелирует любые отравления, даже если они не от алкоголя. Так что, если дело в выпивке, а я почти на сто процентов уверена, что в ней, то можно не волноваться.

— Рад это слышать. Х-м-м, я тут подумал, — Эйдан на миг прислушался к спокойной мелодии, которая только что вновь заиграла. А потом вдруг смутился и кашлянул в кулак, опустив глаза. — Танцевать ведь придётся…

Об этом я как-то не задумывалась.

— И?

— Мы можем потренироваться. Если ты не против, конечно.

Я не нашлась с ответом, потому что кровь вдруг прилила к лицу. Не сильно, но вполне ощутимо. Хотя, с другой стороны, это нужно для дела, так? Мне очень хотелось поймать команду соперников на «горячем», а для этого нужно будет какое-то время не выделяться и вести себя так, будто мы просто пришли расслабиться. Слиться с толпой. Пить, смеяться, танцевать.

Поэтому, кивнув самой себе, я приняла протянутую ладонь Эйдана и встала из-за стола.

Поймала ритм тихой мелодии, вспомнила то, чему давным давно учил меня отец. Танцор из него был такой себе, но мне-девчонке сравнивать было не с кем. Я просто позволила партнеру себя вести, следуя за ним шаг в шаг. И получалось!

Руки Эйдана заскользили по спине вниз, разглаживая редкие складки на блузке, которая не мешала ощущать их жар. На талии они остановились, сжались чуть сильнее, чем требовалось, а потом привлекли ближе к мужскому телу. Твёрдому, надёжному, удивительно привычному. И прикосновения эти не вызвали во мне отторжения. Я всё так же плыла в неспешной мелодии, хотя уже больше машинально, ведь она осталась лишь фоном. А вот глаза Эйдана поразительно заблестели, и на дне карих радужек можно было рассмотреть золотистые, словно капли дождя на солнце, искры. Новый шаг вслед за парнем, новый перезвон мелодии как приглашение к чему-то большему…

Почему-то мне отчаянно хотелось растянуть этот миг, ведь казалось, что стоит музыке утихнуть, и всё прекратится, а сердце окончательно замрёт в груди и перестанет её содрогать судорожными ударами.

И его губы… Каким-то образом они стали ближе. Своими губами я поймала дыхание, оказавшееся слаще яблочного варенья.

Если бы вы меня сейчас спросили, стоил ли изменившийся взгляд Эдана всех этих дней, наполненных страхом и непониманием, я бы ответила да, стоил. Я позволила себе тонуть, забывая обо всех испытаниях и тревогах, свалившихся на мою голову. На наши головы.

Оно того стоило! Расстаться с привычным и понятным местом в жизни, окунуться в совершенно другой мир, где и правда можно было позволить себе выйти из рамок. Стать кем-то большим, хоть и очень страшно.

Хотя, рядом с ним мне почему-то не страшно.

Этот взгляд, тягучий и горячий, будил во мне нечто новое, когда вокруг всё замирало и становилось эфемерным, туманным. Скидывал в пропасть и одновременно дарил крылья. Бросал в жар, а потом сразу в холод. Затягивал я свои омуты и пропа́сть в них навсегда казалось до безобразия правильным. Наваждение какое-то… Или наоборот, реальность?

И самый главный вопрос: я хочу пойти дальше? Или оставить всё как есть?

«— Я поцелую тебя по-настоящему только когда ты сама по-настоящему этого захочешь…»

Хочу. Хотя страшно до дрожи в пальцах, которые цепляются за мужскую рубашку. А если поцелуй что-то изменит между нами? Дэмиану, вон, он не повредил. Если мы с Эйданом перестанем быть друзьями?

Все эти мысли вихрем пронеслись в голове за долю секунды, когда как мягкие на вид губы уже почти коснулись моих. Один вдох — и поцелуй между нами случится. И пусть. Я готова.

Бам!

Где-то за нашими спинами раздался грохот, вынуждая синхронно вздрогнуть. Мир вновь стал привычным. Мы одновременно обернулись, но оказалось, что это лишь официант уронил поднос со стопкой серебристых клошей. Вот только момент был упущен, музыка уже не увлекала, а желанные губы вновь далеко и не обжигают своим дыханием.

— В другой раз, Никки, — зато мне подарили нежный поцелуй в висок, а потом Эйдан отстранился. — И спасибо за этот вечер.

Глава 22 Никки

Следующие несколько дней прошли относительно спокойно, но с лёгким налетом неловкости между мной и Эйданом. О несостоявшемся поцелуе мы больше не заговаривали, наедине почти не оставались. Всегда рядом были либо парни, либо Ёхт, коротавший теперь время со старым смартфоном Августа, который тот подарил элементалю и научил им пользоваться. Рогатик неожиданно полюбил смешные видео с животными в главных ролях и живо их комментировал.

Вчера я так некстати застала ссору Эйдана и Кендры, проходившую на повышенных тонах и за закрытыми дверьми его спальни. Малодушно сбежала к себе, когда голоса вдруг стали ближе, и весь вечер меня снедало жёсткое любопытство, утолить которое я так и не смогла. Но Кендры уж точно стало меньше в жизни Эйдана, и на горизонте она теперь мелькала не часто. Мне это казалось хорошим знаком.

А через два дня в институт пожаловала команда соперников — Глэйды — и что удивило — девушек среди них не было. Надменный блондинчик с дерзкой серьгой в ухе мне с самой первой минуты не понравился, и почему-то я сразу решила, что это тот самый Магнус Клинт. Интуиция? Нет. Просто Эйдан едва молнии из глаз в него не метал, а Хелл сжимал и разжимал кулаки до хруста суставов.

Насколько я поняла, про новую фигуру в нашей команде соперникам сообщили, но со стопроцентной уверенностью что фигура — именно я, сказать они не могли. Это, впрочем, не помешало градусу противостояния взлететь в красную зону, когда блондинчик, встретив меня и парней в коридоре, показал странный жест из пальцев и языка. И смотрел ещё так… что даже мне захотелось разрядить парочку боевых плетений. Ну идиот, что с него взять? Устроил нелепую пантомиму, а такие же идиоты ржут, словно кони на выпасе. Я выдохнула, хмыкнув, и едва не покрутила у виска, но…

Удержать Эйдана от мордобоя удалось едва. Августу с Хеллом повезло больше, и там их силы были почти равны, хотя у Хелла от гнева чуть пар из ноздрей не повалил. А на Эйдане я повисла всем своим весом.

— Он же этого и добивается! Угомонись уже! Какие штрафные санкции за драку перед турниром? Ну же?

— Дисквалификация зачинщика, — сквозь стиснутые зубы прорычал он, но дёргаться в моих руках перестал.

— Плевать! — Хелл, который вроде и обрёл спокойствие благодаря захвату друга, это спокойствие очень быстро растерял. — Я его первый дисквалифицирую! Сразу на больничную койку!

— А мне не плевать, — с нажимом произнесла я, увлекая Эйдана подальше от объекта ненависти. — Августу тоже.

Студенты расступились, тихо переговариваясь. Нас пропустили во вспомогательный коридор, который был значительно малолюднее.

— Остынь, — Август хлопнул Блэка по плечу. — Мы расквитаемся, знаешь же. Он нарочно провоцирует.

— Хелл, — позвала я парня, когда ненавистная команда растворилась в толпе, спешащей в столовую.

Август и Эйдан отстали, что-то приглушенно обсуждая.

— Что? — Блэк склонился ниже,

— Хотела спросить… А что это значит? Ну, вот этот жест. Что-то… м-м-м… неприличное?

Он вдруг издал странный звук. Не то закашлялся, не то подавился, но быстро взял себя в руки, хотя взгляд стал сродни тому опасному и колючему, который иногда проскальзывал в моменты наших прошлых перепалок.

Покосился на друзей и поинтересовался:

— Почему ты спрашиваешь именно меня?

Ну и как ему объяснить? Я не знала. Просто за последние дни Хелл стал таким… необходимым, что ли. Эта надменная ледышка уже не казалась мне занозой в заднице, нет, и если бы мне выпала роль повиснуть на его плече, лишь бы не подпустить к Клинту, то я бы сделала это не задумываясь.

Примерно это я и постаралась объяснить Хеллу, но он даже не дослушал.

— О, Высшие, как же с тобой тяжело, — и глаза к потолку возвёл, тихо выдохнув сквозь сжатые зубы.

— Ничего не тяжело, — не согласилась я. — Со мной просто. Если я задаю вопрос, то я искренне хочу знать ответ, вот и вс…

Договорить мне не дали, потому что Блэк почти силой втолкнул меня в пустой лекторий зельеварения и закрыл за собой дверь.

— Значит, искренне хочешь знать, Гаро? — сверкнул он глазами сверху вниз, а я невольно отступила на шаг и вжалась в преподавательский стол. — Уверена?

Этот его тон был настолько непривычным, что я растерялась. Хотя нет, кажется, я уже слышала эту легкую хрипотцу и неясные хищные интонации на той самой первой тренировке, когда Хелл учил меня ставить щит и вплетать в него нити огненной стихии.

Собиралась ответить твёрдо, но голос неожиданно подвёл:

— Д-да.

Приподняв пальцами мой подбородок, парень прижался почти вплотную. А я хотела отстраниться, правда, но не могла. Оставалось применить магию, но это же Хелл… Не в плане того, что мою атаку огнём он даже не заметит, просто… не поступлю я так с ним.

— Этот жест означает один из видов интимной близости между мужчиной и девушкой. Когда мужчина ласкает девушку языком именно… — он красноречиво опустил горячий взгляд вниз. — Именно там. — Я сглотнула, а он продолжил выбивать меня из зоны комфорта и лишать равновесия. Сердце уже стучало где-то в глотке, а щеки обожгло жаром. — И это приятно, когда девушка по-настоящему желанна. Даже не просто приятно… Это сносит крышу, потому что твоё удовольствие, становится и моим удовольствием. Ты очень рискуешь, задавая мне подобные вопросы, Гаро.

Он отпрянул, будто обжёгшись, и стремительно покинул лекторий.

Глава 23 Никки

— Ты это… Хозяйка… Может, ну его…

Неожиданная реплика Ёхта вынудила резко отвернуться от высокого зеркала. Странно, а мне казалось, что выгляжу я хорошо. Даже очень. Сердце рухнуло куда-то в район желудка, да там и осталось.

— Что? — севшим голосом поинтересовалась я. — Так плохо?

Элементаль тут же замахал лапищами.

— Рога б мои такой красоты не видели! Прекрасно!

— Тогда что? — не поняла я.

— Волнуюсь я, хозяюшка. Ты в этом… — и он тяжко вздохнул. — Давай я с тобой, а?

Столько надежды было в его голосе, что моё сердце сразу вернулось в грудную клетку, переполненное благодарностью. Свалилось же это чудо на мою голову внезапно, но я нисколько не в обиде. Я подошла к Ёхту, едва заметно покачиваясь на каблуках, и погладила обеими ладонями витые рога. Он умильно зажмурился от удовольствия и даже губы растянул в улыбке.

— Нельзя, мой хороший. Если бы могла, обязательно тебя бы взяла, но нельзя. Ты будешь слишком выделяться, — как подснежник в маковом поле, подумала про себя. Пусть лучше тут остаётся. — Ванная в твоём полном распоряжении.

На этом и условились, а я вернулась к зеркалу, ещё раз покрутившись и оглядев себя со всех сторон. Признаюсь, во вкусе Эйдана я сомневалась, но… платье было выше всяких похвал!

Благодаря винно-красному цвету плотной ткани волосы казались ярче, а кожа приобрела нежно-молочный оттенок. Тонкие бретельки, закрытая зона декольте, но в то же время открытая спина, и длина чуть ниже середины бедра. Выглядит платье дорого, а уж сколько на самом деле стоит я и предположить боялась, но ведь сама дала парню карт-бланш в выборе, и глупо теперь кусать локти.

Буду считать это вложением в процветание команды. И в победу над Клинтом…

Граш! Снова мысли ушли в сторону Хелла!

Прошло два дня, завтра первый поединок турнира, а в обеденный перерыв под дверь гостиной нам подсунули четыре именных приглашения. Как по заказу.

Эти два дня у меня было ощущение, будто в отношениях с Хеллом я стараюсь пройти по тонкому льду. Медленно наступаю, слежу за его реакцией, и в любой момент готова повернуть назад. Я не знала как себя с ним вести, и всякий раз, ловя взгляд огневика, малодушно отводила глаза. Август был прав… Прав во всём.

«Ты очень рискуешь, задавая мне подобные вопросы, Гаро.»

Я не хочу его терять! За эти дни Хелл стал мне другом, хотя я никогда бы не подумала, что такое возможно. Нет, конечно, иногда его иголки пытались меня уколоть, но я давно перестала их замечать. Они просто стали неотъемлемой частью его, вот и всё.

Пришлось выдохнуть, чтобы мысли переключились на что-то другое. У меня на носу разоблачение махинаций команды университета, и ничто не сможет мне помешать. Никто. Ни Эйдан, ни Хелл. Что теперь осталось? Ах да, причёска. С волосами я предпочла не заморачиваться, и просто собрала их в высокий хвост, выпустив у висков пару прядей. Немного косметики, принесённой Анной, лишь чтобы оттенить губы и глаза, и… Взгляд упал на неизвестный предмет, которого раньше на тумбочке я не замечала — небольшую шкатулку из резного дерева.

— Ёхт, — позвала я рогатика, — а это что?

Краем глаза отметила, что он встал с кресла.

— Не знаю. Доставили, когда меня не было, — едва я потянулась к шкатулке, как он воскликнул: — Стой!

Пришлось замереть.

— Думаешь, что-то опасное?

— Проверить бы. Ну ка… — поводив ладонями над неизвестным предметом, Ёхт заметно расслабился. — Нет, для тебя ничего опасного тут нет.

И я откинула крышку двумя пальцами правой руки. На чёрном бархатном ложе нашлась записка, а ещё небольшой серебристый кинжал с костяной рукоятью.

«Ты так и не озаботилась выбором подходящего оружия. Очень недальновидно с твоей стороны, поэтому эту задачу я решил взять на себя. Перед тобой Неерит — один из немногих доступных мне артефактов дома Блэк. Сейчас он нейтрален. Оцарапай палец лезвием, ему будет достаточно лишь капли твоей крови, чтобы совершить привязку. Потом он будет подчиняться твоему мысленному призыву. Не откладывай привязку, пригодиться может в любой момент, особенно там, куда ты собираешься. Высшее общество — это змеиная яма, и когда заканчиваются крысы они начинают жрать друг друга. Д. Б.»

— Как мило, — фыркнула я, сложив листок пополам. Записку от Дэмиана убрала в тумбочку, а артефакт вынула из шкатулки и покрутила в руках. — И сразу ясно, кто в этой змеиной яме самая опасная гадюка.

Неерит, значит. Читала однажды, что у многих фамильных артефактов есть имя, но кинжал выглядел… обычно. Ни рун, ни драгоценных камней, ни потустороннего блеска. Просто довольно дорогой ножик для нарезки яблок, вот и всё. Хотела уже его убрать, но гладкое лезвие чуть не выскользнуло из пальцев, едва заметно оцарапав кожу. Вот же!

Сунув подарок Дэма как можно дальше и навалив сверху книг и тетрадей, я захлопнула ящик тумбочки, подхватила сумочку, пожелала Ёхту нескучного вечера и поспешила прочь из спальни. Пора было выдвигаться.

* * *

Стоило мне захлопнуть дверь, как ленивые разговоры разом смолкли, тело прожгли взгляды трёх пар глаз, а потом каждый из парней отличился по-своему. Август присвистнул, быстрым движением вставая с кресла. Хелл выругался, но оборвал себя на полуслове, а Эйдан весь окаменел, словно скульптура изо льда. Лишь глаза остались живыми и подвижными.

А я даже отошла на шаг, теряя ориентацию в пространстве. Неужели так плохо? Ёхт же сказал, что платье отличное. Что я упустила? Или… просто слишком «хорошо» и это «хорошо» настолько шокировало таких разных мужчин, с которыми я делю жилплощадь?

Первым нечто связное выдал одетый с иголочки Блэк:

— Ты додумался нарядить её в это? — процедил Хелл сквозь сжатые зубы.

Эйдан, который по такому случаю выбрал шелковую рубашку голубого цвета, казалось, его слов не расслышал. Продолжал скользить взглядом от открытой шеи к ключицам, от ключиц к изгибам груди и ниже… Водник, граш его побери, а взор прожигает до последнего нервного окончания! Мне сразу стало жарко, в горле пересохло.

— Да, — отозвалась я, медленно краснея. Вскинула голову, приблизилась и рискнула в упор взглянуть на Хелла. — Тебе что-то не нравится?

— Это слишком… — он замялся, явно подбирая слова. — Слишком не твоё.

— Так нужно, — пожала я плечами.

Он бы ещё предложил на вечеринку прийти, обёрнутой в простынь!

Как ни странно, на помощь мне пришел Август, который хлопнул Хелла по плечу, а тот едва заметно покачнулся.

— Глупости, Никки отлично выглядит. А тебе, после всего этого, я советую напиться в объятиях какой-нибудь длинноногой красотки. Слишком ты напряженный последнее время. Вы оба.

Эйдан, наконец, отмер. Шумно сглотнул, отчего его кадык дрогнул.

— Есть от чего напрягаться…

Итак, хватит. Нужно навести порядок в своём мозгу. Вытряхнуть оттуда все страхи и сомнения, разложить план по полочкам и донести его до мужских ушей. Лишь бы эти уши были готовы слушать.

Только я собиралась взять слово, как меня вновь огорошили:

— Ты пойдёшь с Хеллом, — выпалил Линч, причём так бысто, будто боялся растерять всю смелость.

Пока ещё ненадежный порядок в моём мозгу вновь обрушился, словно карточный домик, на который налетел ураган. С Хеллом?.. Я бросила на огневика быстрый взгляд.

— Как это? — более глупого вопроса и не придумать.

— Не бойся, Гаро, — этот гад несносный ещё ухмыльнулся, — не съем.

И прозвучало это с такой хищной интонацией, что я поёжилась. Не съест, но покусает? Лучше бы съел, честное слово. Раз — и не мучиться от мыслей, будто сейчас, в следующее мгновение ты сделаешь что-то не то, и потеряешь его навсегда.

Переведя взгляд, полный надежды, на Эйдана, я осторожно поинтересовалась:

— Почему не с тобой?

— Потому что у меня с Клинтом старые счёты, — вздохнул он. — И я не хочу давать ему лишний повод вредить тебе на завтрашней игре.

Угу, с этим понятно. А третий что? Я перевела взгляд на Августа, но тот продолжал разглядывать свои лакированные туфли. Вместо тысячи слов, как говорится.

Хелл отвернулся и взмахом ладони погасил огонь в камине.

— А у тебя, значит, старых счетов с ним нет?

— Есть, но не настолько высокие, — ответил он.

— Ясно, — скривилась я и полезла в сумочку. Ладонью нашарила небольшие бутылочки, которые подруга передала мне вместе с косметикой, и выдала парням по одной. — Первая доза полфлакона. Сейчас… — сверилась со своими наручными часами, а парни повторила за мной. — Сейчас двадцать часов, тридцать шесть минут. Следующая доза не позже, чем через час. Запомнили?

И… Никакой дисциплины! Я даже заскрежетала зубами, кода Август попытался сострить:

— Доза? А привыкания не вызывает, случайно?

— Не ёрничай, — я наградила этого самоуверенного кретина колючим взглядом. — Дело серьёзное. Хочешь выпасть из жизни на сегодняшний вечер, а завтра из обоймы команды? Хочешь подвести всех и самого себя? Нет? Пей тогда!

Говорила, а сама кожей чувствовала на себе взгляды Эйдана и Хелла.

— Строгая ты, — притворно вздохнул Август и покрутил в руках пузырёк, словно прикидывая с какой стороны узкого горлышка отпить. — Я же так, обстановку разрядить… Ну пьём, народ, пьём!

Угу, и сказал так, будто не он минуту назад шутить тут пытался.

Я тоже выпила, отметила довольно приятную кислинку с нотками трав, и убрала дар от Анны в сумочку.

— Отлично, — Эйдан сунул остатки чудодейственного средства в карман. — Теперь следующее — за Никки присматриваем, одну никуда не отпускаем, — меня так и подмывало спросить: «что даже в уборную?» Но я сдержалась, а Линч продолжал напутствовать строгим тоном: — Ведем себя как обычно и пьём тоже как обычно. В идеале, демонстрируем лёгкие признаки опьянения, чтобы они купились и потеряли бдительность. Удастся подслушать или выяснить что-то интересное — записываем разговор. И держим друг друга в поле зрения. — Капитана команда выслушала молча. — У нас два развития событий: Глэйды круто лажают и мы сдаем их подставу ректору, или им просто не удаётся нас опоить, и завтра мы сдираем с их самоуверенных рож скальп на арене. Честно говоря, я за второй вариант. Очень хочу при сотнях зрителей втоптать в песок Клинта. Расклад понятен? Вопросы?

Вопросов не было. Мы напряжённо переглянулись.

Но новое действующее лицо в виде вышедшего из спальни Ёхта тут же приковало к себе внимание всех.

— Надеюсь, не нужно напоминать, что тот, кто обидит хозяюшку, получит копытом по… — он красноречиво прищурился, а Август подхватил внезапный приступ кашля. — Выбирать не буду, куда попаду — туда попаду.

— Предельно ясно, как по мне, — кивнул элементалю Эйдан. — Выдвигаемся.

Глава 24 Никки

Эйдан и Август вышли из наших комнат первыми, а мы с Хеллом выждали десять-пятнадцать секунд и отправились следом. Да уж. Именно этого я избегала — оставаться с ним наедине, но теперь уже поздно отступать.

Какое-то время мы молчали, а я цеплялась за сумочку, будто она могла меня спасти.

— Если ты ждешь извинений, то их не будет, ясно? — вдруг произнёс Хелл у самого выхода из общежития.

— Твои извинения мне не очень-то и нужны.

— Тогда что с тобой творится, Гаро? Ты… — он замялся и нахмурился. — Теперь даже не смотришь в мою сторону.

Ну и как ему объяснить? Меня будто чугунной плитой придавило, мешая дышать. Слова не шли, а молчание становилось всё тягостнее.

Мы вышли из главного корпуса в сад, на который уже опустилась ночная тьма, кое-как разгоняемая светом зажегшихся фонарей. На пути к плите Хелл слегка притормозил, потому что я и каблуки — опасное сочетание, грозящее неприятным падением в ближайший куст. Даже он это понимал.

— Слушай, я и правда не собираюсь просить прощения за свои слова, потому что сказал ровно то, что думаю, — меня снова бросило в постыдный жар, стоило вспомнить пустой кабинет и намёки, которые, по сути, намёками не были. — Подумай теперь вот над чем. Готова ли ты изображать со мной пару?

— Это ещё зачем?

Такого условия не было, я ведь точно помню.

— Я буду рядом, Гаро, нравится тебе это или нет. А для убедительности, лучше чтобы тебе это нравилось. Хотя бы для виду, — не успела я ответить, как Хелл замер, резко развернул меня лицом к себе и уставился своими черными глазами прямо в душу. — Успокойся и расслабься. Чтобы ты там себе не надумала, я уже большой мальчик и справлюсь со всем, — нас озарила вспышка золотистого света, которая означала, что Эйдан с Августом уже «улетели» на Первый камнем переноса, и теперь пришёл наш черёд. Но это я осознавала смутно. Всё внимание перетянул на себя огневик. — И уж точно я не хочу, чтобы ты при виде меня отводила глаза. Поняла? Никогда.

— Никки, — вдруг произнесла я, повинуясь непонятному порыву.

— Что?

— Ты почти не называешь меня по имени. Почему?

— Оно слишком сильно мне нравится, — вздохнул он. — Ещё вопросы?

Великая логика Хелла, м-да. Если нравится, называть не буду, а то понравится ещё больше?

— Нам и правда нужно изображать пару? — почти шёпотом спросила я.

Блэк удивленно приподнял бровь. Даже не знаю, о чём он в этот момент подумал. Наверное, о моей непроходимой тупости или ослином упрямстве. Или обо всём и сразу.

— Расслабься, Никки. Сказал же, не съем. А если всё выгорит, мы тебя на руках носить будем.

— А ты уже носил, — фыркнула я, отчего-то и правда расслабляясь. Теперь мы оба зашагали к плите, озарённой сразу четырьмя фонарями. — И заявил тогда, что я толстая!

Хелл хмыкнул, выуживая из кармана чёрных брюк камень переноса. Хорошо, что мне хотя бы об этом не нужно было беспокоиться. А ещё о приглашениях, которые он взял с собой.

— Не было такого, — он протянул свободную ладонь, которую я приняла и покачиваясь на каблуках, ступила на гладкий монолит.

— Было, я же помню. Не спорь.

— Ну ладно, не буду, — пожал он плечами, а потом вдруг улыбнулся. — В свою защиту скажу, что ты и правда тяжелее, чем кажешься на первый взгляд, но носить на руках тебя не в тягость. Готова?

Я вздохнула.

— Как будто ответ «нет» что-то изменит…

— Нет, не изменит, — пальцы на моей ладони сжались сильнее.

Миг, наполненный золотистыми искрами, и вот мы оба стоим посреди памятного мне Первого Осколка. Плеск воды из фонтана, перемигивания сверкающих деревьев. Не побывай я здесь с Эйданом, удивлённо вертела бы головой, стараясь рассмотреть всё и сразу. А сейчас мы с Хеллом просто шли, задумавшись каждый о чем-то своём. Он вёл, я старалась не отставать. Несколько поворотов, мост через пересохшую реку с бирюзовыми камешками вместо воды, и спустя минуты три мы оказались на небольшой, по меркам Первого, улочке, между двумя трехэтажными домами. У крыльца одного из них было довольно оживлённо.

— А вот теперь иди сюда, — шепнул Блэк, снова перехватывая мою ладонь. — Ближе.

И придвинул почти вплотную к себе.

Несколько молодых людей обернулись, когда мы прошли мимо них. Парочка девушек на ступеньках попытались строить моему сопровождающему глазки, но по большей части все просто расступались, провожая нас голодными до сплетен взглядами. А я, со всей этой новой жизнью и забыла, кто такой Хелл Блэк. Пожалуй, таких завидных женихов по всей бывшей Магразии можно по пальцам двух рук пересчитать, если не одной.

И вот ещё один вопрос: зачем ему я, девчонка с яблоневой фермы?

Из задумчивости меня вывело осознание, что мы у приоткрытой двери, из которой льются музыка и чужие голоса, а дорогу нам преграждают два широкоплечих амбала.

— Приглашения? — один из них протянул лапищу.

Мой спутник молча вынул овальные листы дорогой бумаги с выведенными на них именами и вложил приглашения в широкую ладонь. А потом меня пристально просканировали глазами от макушки до пяток, причём сделано это было не столько профессионального, сколько оценивающе. Ну, это мне так показалось. Сама я не поняла, почему вжалась в надёжный и твердый бок Хелла, а он, тихо хмыкнув, обвил рукой мою талию.

Видимо, приглашения прошли какую-то там проверку, и амбал передал их своему напарнику. Теперь в его руке оказался цилиндрообразный предмет размером с огарок свечи.

— Ваши запястья.

— Зачем? — от неожиданности я сцепила ладони и прижала к груди, а взгляд амбала стал тяжелее.

— Расслабься, малышка, — шепнул огневик на ухо, но так, что это было отчетливо слышно. — Ты же сама хотела оторваться. Не мешай парням работать, а всю свою спесь оставь для меня.

Он первый вытянул руку и поморщился, когда на гладкой коже внутренней стороны запястья ему отпечатали четырехлистный клевер — метку. Обычными чернилами, насколько я поняла, но довольно стойкими. Пришлось соответствовать образу этой самой «малышки», которая с глуповатой улыбочкой верит всему, что скажет приласкавший её парень. Теперь метка красовалась и на моей руке, вот только мимолетная боль от нанесения мне не понравилась. Неужели у меня настолько чувствительная кожа? Или аллергия на непонятные манипуляции?

Две печати на двух руках. Рекорд, граш тебя побери!

— Не волнуйся. Так много где делают, чтобы не подпустить к бару «зайцев», — шепнул мне Хелл, когда двери перед нами призывно распахнулись.

* * *

Стоило войти в большой зал, наполненный музыкой и голосами, в приглушенном свете я стала искать взглядом знакомый силуэт. И нашла спустя минуту, когда Хелл обменялся рукопожатиями с несколькими парнями и повёл меня в сторону бара. Эйдан обнаружился у противоположной стены, в тени объёмной портьеры. Кажется, музыка там звучала ещё громче, хотя и возле барной стойки прилично давила на уши.

Он был не один, но вот с кем, я так и не смогла разобраться. На освещении тут явно сэкономили.

Ещё один член команды нашёлся у бара, только с другой стороны. Улыбался симпатичной рыжеволосой девушке, попутно заказывая выпивку. Поймал мой взгляд, отсалютовал бокалом и подмигнул.

— Август… — пробормотал мой спутник. — Ага, вот и он. Каков, а? Десять минут, а он уже склеил подружку.

На это беззлобное замечание я тихо хмыкнула. Потёрла «клевер» о ткань платья, потому что метка едва заметно зудела, а Хелл аккуратно подвёл меня к стойке и попросил бармена:

— «Жерло Вулкана».

— А девушка что будет пить? — уточнил тот, мельком на меня взглянув.

— То же самое, — решила не отставать я.

Бармен кашлянул, но очень деликатно, в полотенце, которое висело не его плече. Потом опомнился, вернул на лицо маску невозмутимости и выкинул полотенце в плетёную корзинку у полки с бутылками. Несколько секунд, наполненных всё той же навязчивой музыкой, голосами и звоном бокалов, и перед нами поставили два низких стакана с красновато-оранжевым напитком. И правда «Жерло Вулкана». Надеюсь, я не погорячилась, повторяя заказ за Хеллом.

— Жаль, что ты не опьянеешь, — Блэк проводил взглядом стакан в моих руках. — Я бы многое отдал, чтобы на это посмотреть.

Ну, хоть аромат не бъёт по обонятельным рецепторам алкогольной кувалдой. Так, фруктово-ягодная нотка, что-то сладкое. Осмелев, я пригубила напиток. На глаза тут же навернулись слёзы, язык защипало. Гадость какая! Но делать нечего, и чтобы не ударить в грязь лицом, я залпом опустошила стакан, а потом всеми силами постаралась не скривиться. Ох, Анна, моя вера в твои умения крепка, но к грашам подобные испытания!

Краем глаза я заметила, как ошарашенный Август поднял вверх большой палец, а его новая подружка похлопала в ладоши. Хелл в два глотка выпил свою порцию вулканического пойла и заказал «Третий Поцелуй», что бы это ни значило.

— Кстати, а что у Эйдана за счеты с Клинтом?

— Он тебе не рассказывал?

— Нет, — теперь в моих руках оказался высокий фужер с красновато-фиолетовым пузырящимся… вином? Винным напитком? Я явственно ощутила аромат винограда.

— Ну, это не секрет, — вздохнул Хелл, облокачиваясь на стойку. Он покрутил в руке бокал с виски и продолжил: — Клинт два года назад учился с нами, а когда Эйдан получил место капитана, пробовался на позицию Августа. Он тоже маг земли.

— И Эйдан его не взял? — попробовала я уточнить.

— Август был более перспективным. Он всегда готов совершенствоваться, работать на благо команды, а Клинт… Нет, маг он сильный, но эгоист, каких поискать. У каждого из нас своя роль, и попытка перетянуть одеяло на себя обычно заканчивается поражением всех. В общем, Эйдан предпочёл Августа, Клинт взбесился и попробовал спорить. Когда не вышло, вызвал Эйдана на магдуэль, чтобы опустить его лицом в грязь. Ну, это Клинт так хотел, а Эйдан не повёлся. Ему нечего было доказывать, он не зря стал капитаном. Потом слово за слово, Клинт прошёлся по матери Эйдана, и тот-таки раскрасил ему рожу. Ректор был на стороне Линча, а Клинт психанул и потребовал перевод, — Хелл допил виски. — Как-то так, в общем. Не самая приятная история.

Я пораженно замерла. Мама Эйдана скончалась от болезни лёгких, которая, как считает знать, поражает лишь низшее сословие с отдаленных осколков. Эйдан и мне долгое время не признавался, я узнала о причине смерти от фермерских мальчишек. И те, хоть и задирали моего аристократа, настолько жестокими не были никогда.

И вот этот подонок, я уверена, затеял подставу вместо того, чтобы честно сойтись на завтрашней игре. Ну что ж, первый раз у него вышло, а во второй Клинта ждёт жесткий облом. Уж я постараюсь…

Об этом я думала, попивая свой «Поцелуй». Ничего так, и правда похоже на креплёное игристое вино. И не заметила, как к нашей паре приблизился некто третий.

Белесый какой-то парень, будто выцветший. Цветом волос схожий с Хеллом и Дэмом, но он разительно от них отличался невнятной угловатостью и мерзкой ухмылочкой, исказившей тонкие губы.

Губы он и облизнул прежде чем начать говорить:

— Милая куколка, — меня буквально передёрнуло от неприятного голоса. — Вот только не из наших, да?

— Не отвечай, — шепнул Хелл куда-то в мою макушку. — Это Кёртис Гейн, маг жизни из их команды.

Да, я и по глазам этого типа смогла сделать вывод, что ответ ему не нужен. Гейн как-то странно посмотрел на меня, ехидно улыбнулся и выдал:

— Весь в отца, да? — сказано это было Хеллу — он тоже любит красивые игрушки. Сейчас имеет трех? Или уже двух? Возраст же, я понимаю. Хорошо хоть любовницы не живут под одной крышей с твоей матерью.

Блэк окаменел всем телом, рука на моей талии потяжелела.

Лишь бы он не сорвался! Я со всей силы вцепилась пальцами в тонкий хлопок его рубашки, стараясь… нет, не удержать. Просто придать равновесия и постараться унять бешено колотящееся сердце огневика.

А ещё я успела отметить, что Август обеспокоенно дёрнулся в нашу сторону, но взглядом попыталась его остановить. Свара нам тут не нужна, и так несколько человек уже навострили уши и жадно наблюдают за разворачивающимся действом. Лицо ощутимо бросило в жар.

— Советую заткнуться, Гейн. А ещё лучше убраться от меня подальше, — в глазах Хелла полыхнул угрожающий огонёк.

— Да не вопрос, — подонок с усмешкой махнул рукой. — Я уже сказал, что хотел, — и обратился прямо ко мне: — Если ты надеешься через постель пролезть в дом Блэков на законных основаниях, то… жаль расстраивать. Безродные шавки им точно не нужны.

Гейн удалился, через пару секунд костлявый силуэт скрылся из глаз, а Хелл ещё какое-то время судорожно дышал. Наконец он выдохнул, заказал новую порцию виски, но я всё равно заметила, как по его виску скатилась капля пота. И правда, даже мне стало жарко.

* * *

Пустой бокал на барную стойку я поставила слишком уж неосторожно. Стекло чуть не треснуло.

— Это правда?

Хелл, который с уходом Гейна должен был хоть немного расслабиться, закаменел ещё больше. Чтобы скрыться от любопытных взглядов, меня утянули к танцующим парам.

— Только не говори, что всерьёз задумываешься над словами этого ублюдка, — он положил обе ладони а мою талию, и те обожгли прикосновением даже сквозь ткань.

Ну, я понимала, что главная их цель — внести в нашу команду разлад перед завтрашней игрой, но это не значило, что Гейн лгал.

— Просто ответь, — попросила я, когда обвила сильную шею руками.

Грохот музыки в ушах никак не походил на тот певучий мотив, под который мы танцевали с Эйданом. Сейчас всё было иначе.

— Никки… — Хелл замялся, но нашел в себе силы продолжить. — Да, это правда. Отец перестал таскать в дом любовниц после того, как Дэм врезал ему по морде. Опередил меня, на самом деле.

— Ясно.

— Я не мой отец, пойми.

— Но ты наследник, — я старалась следовать за партнёром, но танец меня не трогал абсолютно. — И я уж точно не вписываюсь в твою дальнейшую жизнь. Ты и сам должен это понимать…

Вот только по взгляду Хелла я сделала вывод, что у него имеется собственное мнение на этот счёт.

— Это я подал отцу идею не разделять команду, Никки. Это я знал, как ты мечтаешь стать на ступень к Высшим. Я, понимаешь? Сдашь экзамены экстерном. Получишь то же распределение, что и я.

От услышанного я неаккуратно наступила на мужскую ступню, но он этого даже не заметил. Как я могла быть такой дурой? Слепой? Слепой дурой? Да, всё сразу. «Леталка» была от Хелла, а в статье фамилия старшего Блэка. И это ровно тогда, когда меня пригласили в команду магом поддержки, потому что… Да, именно так он и рассчитал, не давая мне возможности отказаться.

И всё же слишком близко сейчас ко мне Хелл. Я чувствовала его дорогой парфюм, ощущала горячее мужское дыхание на виске. Слишком горячее, почти обжигающее. У меня слегка закружилась голова, а окружающие танцующие маги смазались и как будто истлели.

— Чтобы меня не отпускать?

— Чтобы ты воплотила свою мечту, — тут же возразил он.

— Но это лишь одна из причин, не так ли?

Он слегка откинул голову назад, на гладком лбу блеснули капли пота. Вновь обратив на меня взор, Блэк без улыбки произнёс:

— Хочешь услышать подтверждение, что я эгоист? Да, эгоист, и не хочу тебя отпускать. Если параллельно и ты получишь то, чего так страстно желаешь, то не вижу ничего плохого.

И такая уверенность в его голосе, словно он озвучил аксиому, не требующую доказательств.

— А дальше что, Хелл? Если мы выживем, конечно.

— Я смогу тебя защитить, — он посмотрел на меня в упор.

Но меня уже трясло. Не знаю, откуда взялся этот нездоровый тремор, однако пальцы, которыми я цеплялась за расстёгнутый ворот его рубашки, дрожали.

— Только я не хочу, чтобы меня защищали в ущерб себе, — я тряхнула головой, чтобы прогнать этот странный туман. — Никто из вас. Именно поэтому мне нравились твои тренировки, уроки. Я чувствовала себя сильнее и я тебе благодарна…

Вот только договорить я не смогла, потому что Хелл перебил:

— Благодарна? Серьёзно? Мне не нужна благодарность. Мне нужна ты. Как никто и никогда.

Пульс отдавал шумом в висках. Люди вокруг превратились в серо-зеленоватые силуэты, которые вроде тоже двигались, что-то говорили, но сознания их действия не достигали. И пересохшие губы едва разомкнулись.

— В качестве кого?

— Не спрашивай, — ладони Хелла скользнули выше. Шепот обжёг мочку уха: — Не думай об этом. Просто нужна.

— Я не могу об этом не думать, потому что…

— Хватит, — перебил он. Скользнул губами по виску, втянул носом воздух. — Я пробовал игнорировать это чувство, пробовал с ним бороться, пытался отвлечься с другими…

— Хелл, ты не понимаешь…

Что я хотела ему сказать? Ведь точно хотела, слова уже вертелись на языке. Но не смогла вспомнить, хотя отчаянно старалась.

Мне даже казалось, что я начала задыхаться. В ушах нарастал звон, язык отказывался повиноваться. И его губы становились ближе, а глаза… Глаза затягивали в омуты бездонных чёрных озёр.

— Не помогает, — судорожно выдохнул Хелл. Будто пламенем приласкал. А потом произнёс, чеканя каждое слово: — Ты. Мне. Нужна. Хватит уже болтать!

И резко прижал спиной к невесть откуда взявшейся стене. Мужские губы накрыли мои, заглушая всё сопротивление. А музыка вымыла из головы само это слово, оставляя лишь чистые, неразбавленные инстинкты.

Глава 25 Никки

Какая приятная, оказывается, вещь эти инстинкты! Не думать. Не сомневаться. Не отступать. Просто брать то, что хочется здесь и сейчас.

А Хелла хотелось до пелены перед глазами.

Мне не хватало воздуха. Я задыхалась из-за пламени, что разгоралось в груди и вытесняло весь кислород. Связных мыслей в голове больше не было. Хотя нет, одна осталась.

Если он остановиться, я этого не переживу.

И музыка, что продолжала давить на уши под ритм судорожно стучащего сердца.

Губы Хелла терзали мои, руки сковали стальным захватом, мешая пошевелиться, а внутри всё сводило сладкой судорогой от прикосновений жадных ладоней.

— Если ты сейчас… — на миг он прервал головокружительный поцелуй, — меня оттолкнешь… я не смогу…

Странно, Хелл почти точь-в-точь озвучил мысль, крутятся в моей голове, как заезженная пластинка.

Оттолкну? Бред какой-то. Я стиснула алую рубашку парня до треска ткани и сама притянула его к себе ближе. Новый поцелуй, как ураган, смёл последние остатки контроля.

— Иди сюда… — Хелл прочертил губами дорожку от мочки уха к шее и утянул меня куда-то в сторону, не переставая целовать. А я затуманенным мозгом отметила, что пара пуговиц его рубашки не просто расстегнуты, а вырваны и пропали невесть где.

И язык… Высшие, какой же мягкий у него язык! С обжигающим привкусом «Жерла Вулкана», на контрасте с твёрдыми требовательными губами он казался изысканным десертом, которым хотелось наслаждаться снова и снова.

Мы прошли несколько метров, едва ли больше. На границе сознания скрипнула какая-то дверь, но я даже и не думала отступать. Наоборот, казалось, что мы, наконец, остались одни. Дверь с громким щелчком захлопнулась, лязгнула щеколда.

Музыка стала тише, но не смолкла окончательно. Это я осознала в ту секунду, когда почувствовала себя одиноко без желанных губ и твердого тела под своими ладонями. И поняла, что мы оказались в просторной ванной комнате. Нестерпимо захотелось умыться, иначе я запылаю подобно свечам, расставленным по углам длинной каменной столешницы со встроенной в неё раковиной.

Это я и сделала, в два шага преодолев расстояние до своей цели. Ледяная вода охладила разгорячённое лицо, капли пролились на тёмный мрамор. Хелл прижался бёдрами, вдавливая через тонкую ткань платья напряжённый член. Провёл пальцами по плечам, скользнул горячим прикосновением по обнажённой спине, тут же посылая вибрации острого желания по всему телу.

— Я не собираюсь отступать, Никки, — шепнул он, попутно прикусив мочку уха. Я едва слышно застонала. — Даже если будешь просить…

— Не буду.

В отражении зеркала сверкнули диким огнём его глаза, а потом ладони поползли вниз. Пальцами он подцепил подол платья и резко вздёрнул его наверх.

* * *

Высшие, такого испытывать прежде мне не доводилось! Желание прожигало насквозь, жадные ладони парня огладили мои ягодицы в невесомом кружевном белье, вжали их в возбуждённый пах, а в следующую секунду резко развернули меня лицом к лицу и усадили на столешницу. Будто я и вовсе ничего не весила.

Наши взгляды скрестились. Зрачки Хелла то сужались, то расширялись и почти полностью затапливали пылающую огнем радужку. Гипнотизировали. И это было волшебно, если бы не зудящий в подкорках шёпот:

Он не в себе. Ты не в себе.

Хелл скользнул пальцами по шее, потом выше, запустил их в волосы и намотал на ладонь пряди, вынуждая запрокинуть голову, ловя губами его сбившееся дыхание. Секунда, и новый поцелуй на грани борьбы за первенство лишил меня остатков воздуха.

В этой позе так приятно было ощущать горячую твёрдую плоть, что тёрлась о меня, скрытая слоем ткани. Ласкать его язык своим, позволять раз за разом таранить мой рот, и доказывать своё первенство в этом поцелуе. Пальцы у меня в волосах то сжимались, то разжимались.

Потрясающее ощущение пробивало молниями всё тело. Когда кто-то хочет тебя так сильно, что теряет над собой контроль, шепчет твоё имя, позволяет пропасть в своих руках и раствориться в океане эмоций…

Это ложные эмоции. Очнись! Верни его!

Нет уж.

Рубашку, невзирая на некоторые всё ещё держащиеся в петлицах пуговицы, я рванула так, будто она нанесла мне личное оскорбление. Высшие, это тело хотелось ласкать пальцами, губами, языком! Изучать гладкую разгоряченную кожу, впитывать аромат изысканного шипрового парфюма. В мозгу давно клубился похотливый туман, затмевающий всё, кроме желанного и готового для меня Хелла.

Готового настолько, что от потребности расстегнуть его брюки у меня дрожали пальцы.

Навязчивая и такая неприятная мысль ворвалась в сознание собственным голосом:

Ты должна остановиться!

Зачем, если мне так хорошо? От прикосновений к мужским соскам Хелл сдавленно застонал, обрушиваясь поцелуями на шею и ключицы. А я выгибалась навстречу, ловя ладонями сладкие мурашки, вспыхивающие на его коже.

Потому что ты этого не хотела. Не так.

Именно так. Именно здесь. Кстати, где это «здесь»? Музыка подпитывала возбуждение, пламя нескольких свечей наполняло помещение потусторонним сиянием, но ведь я как-то тут оказалась? И чем занималась до этого?

Не важно. Главное, чем я займусь сейчас — сексом с охренительно обжигающим парнем! Наконец я добралась до его брюк и неловким движением расстегнула ремень, подставляя для поцелуев ложбинку груди.

Это же Хелл! У вас только наладились отношения, ты научилась ему доверять.

Да, Хелл. Страстный, горячий. И умелый. Его ладонь как раз замерла на вершинке груди, всё ещё скрытой алой тканью платья, и сжала её до искр перед глазами.

Слишком горячий. Подумай. Температура его тела уже давно вышла за рамки нормальной. Ты должна взять себя в руки и вернуть ему сознание!

Ничего и никому я не должна! Имею право хоть раз поступить эгоистично, просто заняться сексом! И получить свою порцию удовольствия. Имею!

Тонкая лямка платья порвалась так быстро, что я этого и не заметила. Лишь застонала, когда горячая ладонь наконец накрыла оголённую грудь. Пальцы сжали сосок, я едва сдержала крик наслаждения. Невыносимо-сладкая пытка!

Конечно, имеешь. Но не сейчас. Включи уже голову!

Голову… Нормальная температура тела огневика… Когда-то я это знала. Из-за магии в их Изначальном Узле она несколько выше, чем у других. И значительно выше, чем у тленников. Тридцать семь градусов и одна десятая, да. Но сейчас, когда Хелл очертил языком чувствительную и возбуждённую горошину соска, это, неожиданно, частично вернуло меня в реальность.

Он же горит внутри! По-настоящему!

Высшие, дайте сил преодолеть этот туман, вновь начавший кружить голову. Отрешившись от музыки, я приподняла ладонь, которой ещё секунду назад зарывалась в белоснежные и мягкие волосы. Метка четырёхлистного клевера даже в этом неровном свете казалась воспалённой и слабо зудела. Протянув руку к крану, я открутила вентиль и подставила запястье под поток холодной воды. Стало легче, чернила начали бледнеть, открывая две симметричные точки на коже, похожие на следы от уколов.

Что-то всё же они с нами сделали. Со всеми нами. Но облегчение было недолгим, и когда мой мутнеющий взгляд зацепился за подрагивающее пламя свечи, я, сцепив зубы заранее, поднесла метку прямо к нему. Выжечь. Именно это и пришло мне в голову.

Боль была страшной. Словно ржавый гвоздь пронзил запястье и выпустил внутри ядовитые шипы. Перед глазами на миг побелело, а в следующую секунду я уже смогла более менее ясно видеть и мыслить.

Теперь музыка. С ней тоже что-то не так. Слишком настойчиво в голове бился модный ритм, продолжая потихоньку уводить сознание совсем не в ту сторону. Даже здесь. Небольшая прямоугольная колонка, подобные которой были заимстованы у людей, нашлась рядом с керамической мыльницей. Ее я стиснула в руке и пару раз ударила о столешницу. Устройство раскололось, ритм музыки потух почти полностью. Отлично.

— Хелл… — мой голос дрожал, язык заплетался. На своё имя огневик даже не отреагировал. И его язык, что прочертил влажную дорожку на внутренней стороне моего бедра едва вновь не отключил с трудом отвоёванное самообладание. — Хелл, хватит…

— Нет! — прохрипел он.

Теперь я могла заметить и капли пота, блестящие на твёрдой груди, и его нездоровое рваное дыхание. Пора было с этим заканчивать, а потом я обязательно разберусь с теми, кто решился на эту низость.

Только верну Хелла.

Перехватив его руку, я вывела простенькое плетение, а потом сжала в ладони запястье огневика. Легкий импульс магии вызвал дрожь во всём его теле. Меня собственное пламя не обжигало, а вот его вполне. Хелл запрокинул голову и прорычал от боли, а потом завалился спиной прямо на каменный пол.

Оправив платье одним быстрым движением, я спрыгнула со столешницы, и сразу поняла, что что-то было не так! Хелл дрожал. Грудь, руки, ноги. Судорога сковала его полностью! Затылком парень приложился о камень, побелевшие губы сжались в тонкую линию, глаза закатились, полностью скрывая радужку и зрачки.

От увиденного у меня закружилась голова.

— Хелл! — в следующую секунду я скинула с себя болезненное оцепенение и упала на колени рядом с парнем. На собственную боль даже не реагировала — ему явно было больнее. — Хелл, что?.. — я лишь могла придерживать его голову, ужасаясь неестественной бледности и горячечной испарине.

И не сразу отреагировала на стук в дверь. Огневик в моих руках продолжал судорожно дрожать, мой пульс уже бил в виски, но взгляд упал на поврежденное огнём запястье, вены вокруг которого неествественно вздулись.

Нетипичная реакция! Совсем нетипичная! И я совершенно не знала, как ему помочь!

Чудовищный удар в дверь оглушил и заставил поднять глаза на Эйдана, который буквально ввалился в ванную, тяжело дыша.

Глава 26 Эйдан

— Ты обычно перед пьянкой так не нервничаешь. Вернее, вообще не нервничаешь.

Слова, сказанные Августом, я осознал не сразу. Хелл и Никки как раз вошли в большой зал, наполненный голосами и музыкой, и я некоторое время, словно пятнадцатилетний юнец, пялился на оголённую и притягательную спину девушки. Изящная, стройная. Она так и манила прикоснуться пальцами, а потом и губами.

Не слишком ли откровенный наряд я подобрал для своей Кнопки? Хелл высказался резко против, и в чём-то я его понимал. Ревнивой и зубастой части меня хотелось обернуть вокруг Никки вот эту многослойную тряпку, которая скрывала уголки для уединения парочек, закинуть девушку на плечо и уволочь обратно домой. Но, с другой стороны, она заслуживала быть красивой. Заслуживала ловить восхищённые мужские взгляды, ощущать себя не просто девочкой-отличницей, а по-настоящему привлекательной женщиной.

И этот образ ей удивительно шёл.

— Я и сейчас спокоен, — ответ Августу несколько запоздал.

Хелл проводил Никки к бару, касаясь её оголённой спины. Зрелище мне не понравилось, поэтому я поспешил отвернуться.

— Ага, я вижу. Будто тебя дикий шмель покусал, — попробовал пошутить друг. — Расслабься.

Легко сказать! Обычно жажда повеселиться плавно перерастала для меня в алкогольный дурман, но сейчас дело было даже не в том, что я не опьянею. Всё вокруг казалось фальшивым от и до, да и настроения кутить не было никакого. С бо́льшим удовольствием я бы провёл ещё одну тренировку перед игрой, прокачал своего элементаля по защите и навесил бы на него пару дополнительных пассивных щитов.

Но желание обвести вокруг пальца Клинта слишком цепко опутало внутренности. Я стал раскачиваться на носках, переходя на пятки, тщетно пытаясь успокоить внезапную злость на соперника.

— Пойду я выпью. Проверю действие этого страшного зелья.

И Август скептически хмыкнул. Разработке подруги Никки он явно не доверял. Ну, переубеждать его я не стану. Сейчас сам поймёт, что ошибался.

— Иди, — вяло отозвался я, потому что у противоположного от бара угла заметил Клинта, развалившегося на полукруглом диване в компании Гейна и ещё двух молоденьких девушек. И не понравилось мне, как соперник косился в сторону Никки и Хелла, что-то тихо проговаривая своему магу жизни.

Скверно запахло провокацией. Даже зафонило, и я поморщился. Скорее всего, собираются бить в слабое место Хелла — личную жизнь его отца, слухи о которой с полгода назад просочились в прессу. Я прекрасно помнил, как друг рвал и метал, прочтя ту обличающую статью в «Вышке». Но всплеск эмоций он позволил себе лишь в моём присутствии, хотя после этого две выкуренные им сигареты в день резко превратились в пять — семь.

Хелл справится. Я ему доверяю. А ведь здесь не курят, подумал про себя. Тяжко ему придётся.

Прислонившись к одной из колонн, я с небольшого столика взял оставленный кем-то бокал с виски, покрутил его в руке, но пить не стал. Так, для виду держал, поглядывая одним глазом на Клинта, другим на Никки. Наблюдал, как моя Кнопка отважилась попробовать «Жерло Вулкана» и как её личико выражало сначала решительность, а после недоумение и шок.

— Меня ждёшь? — раздался рядом знакомый голос.

Граш, ну вот на кой она здесь⁈ Спросил сам себя, а потом себе же и ответил: чаше вечеринок Кендра посещает только модные бутики на Первом Осколке. А, ну и салоны красоты. Хотя судя по последним моим выводам, её мать финансировать подобные траты отказывается. Например, это жемчужно-белое платье с глубоким вырезом на своей бывшей девушке я уже видел, а ведь она яро придерживалась женской философии не надевать на мероприятия одни и те же наряды несколько раз.

— Нет, вообще никого не жду.

— Тогда тебе, должно быть, очень скучно, — она проследила за направлением моего беглого взгляда. Тщательно накрашенные губы растянулись в неприятной улыбочке. — А, ясно. Наблюдаешь, как Хелл развлекается с твоей малышкой?

Так, главное — не скрипеть зубами слишком громко. Хотя из-за этой назойливой музыки расслышать что-то кроме ближайшего собеседника невозможно.

— Никки не моя, и Хелл с ней не развлекается. Слушай, иди найди себе кого-нибудь подходящего, Кендра. Я тебе уже всё сказал.

Но уходить девушка не спешила. Усмехнулась, сделала глоток своего напитка и покосилась на мой, который при ней я ни разу и не отпил. Кажется, конспиратор из меня хреновый, да и «барная» метка неприятно зудела, подпитывая всё возрастающее раздражение.

Никогда я ещё так сильно не ждал завершения вечеринки. Личностный рост, не иначе.

Отделаться бы теперь от бывшей, которая бывшей себя не считала.

* * *

— И всё равно они неплохо смотрятся вместе, не так ли? — Кендра поравнялась со мной и закинула руку на моё плечо, которую я со вздохом стряхнул. — Как он на неё смотрит… Как на свою девушку. Разве нет?

Отвечать я не стал. Толку от моих слов? Но взгляд Хелла, когда бармен подал Кнопке высокий бокал с новым напитком, неприятно всколыхнул похороненную как можно глубже ревность. В конце концов, мы этого добивались. К Хеллу у Клинта претензий нет, и пусть понимает, что Никки под его защитой.

Не дождавшись от меня внятной реакции, Кендра продолжила трепать языком:

— Твою весточку я получила, — промурлыкала она мне на ухо. — Рада, что ты обо мне не забываешь.

Тут я призвал всё своё самообладание. Высшие, это оказалось на удивление тяжело! Мне даже понадобилось несколько секунд, чтобы переварить её слова. Если бы не эта музыка, рождающая в голове непонятный монотонный гул…

— Весточку? — я даже повысил голос. — Кендра, эти бумаги — точка! Всё, у меня больше ничего на тебя нет, и твои махинации с семейными деньгами меня не касаются. Можешь их сжечь, можешь хранить, можешь признаться матери, мне без разницы. Против тебя я ничего использовать не собираюсь, поэтому их и отдал. Просто оставь меня в покое!

Не думал, что в мире найдётся ещё один человек, способный меня раздражать так же сильно, как Клинт. Но нет, вот она. Никак не может уяснить, что нам с ней больше не по пути.

Однако мои недавно проснувшиеся принципы были неумолимы. Тратить свою жизнь на механику без чувств я больше не собирался. Удовольствие это приносило раньше, но в последнее время во мне что-то переменилось.

И это что-то мне нравилось. Это что-то казалось настоящим, неподдельным.

Девушка пальчиком подтолкнула мой бокал, давая понять, что я забыл о выпивке. Прильнула всем телом и провела ладошкой по груди, скрытой рубашкой.

— Какой-то ты напряжённый, — прошептала она на ухо. — Расслабься, раньше тебе это нравилось.

Наверное, крохотного укола под рёбра я бы и не заметил, если бы не сосредоточился на прикосновении Кендры, которое оказалось удивительно неприятным.

— Что ты сделала? — я перехватил её ладонь.

Стакан выскользнул из ослабевшей руки и со звоном разбился.

— Ничего такого, что бы тебе навредило, милый. Лучше бы ты пил. Нам ведь было хорошо вместе.

— Это закончилось, Кендра, — перед глазами заплясали разноцветные кляксы. Даже лицо девушки и её довольная улыбка, всё расплылось в невнятное пятно.

Или это меня повело, или окружающие предметы и люди странным образом накренились. Схватившись за столик, я попытался удержать равновесие. Тот тоже накренился, но со своей задачей справился.

— Нет, пока я так не решу.

— Я тебя не хочу.

Попытался её обойти, но ноги казались ватными.

— Сейчас захочешь, не сомневайся, — перехватив мою руку, Кендра прижалась всем телом. — Вспомни, Эйдан, наш с тобой секс всегда был чем-то нереальным. Чем-то… потрясающим. И это моя заслуга, а не твоя. — она провокационно провела языком по своей верхней губе. И пусть я старался не пялиться на это возбуждающее зрелище, ничего не выходило. — Ты всегда возвращался… И сейчас ты меня хочешь, признай.

Теперь в голове было пусто до звона в ушах, который перемежался с мотивом навязчивой музыки. Новое прикосновение, уже к паху, я даже не сразу заметил. А вот тело отреагировало вопреки отказывающимся работать мозгам.

Стимулятор она мне вколола или что⁈

Тряхнув головой, чтобы обрести способность мыслить, я произнёс одно лишь слово:

— Нет.

— Подумай ещё.

— Я тебя не люблю.

— Это неважно.

Её губы были слишком близко. Движения хрупкой ладошки по члену даже сквозь ткань ощущались невероятно остро. Мне сносило крышу, вопреки всем установкам мозга. Вопреки желанию. Зато грашевы инстинкты настойчиво хотели действовать! Трахнуть девушку, которая и сама очень даже за. Впиться в эти алые губы, содрать с неё мешающую и раздражающую одежду. Почему нет? Почему?..

— Для меня важно, — прохрипел я, цепляясь за последние остатки сомообладания.

Мне нельзя отключаться. Я здесь не за этим.

— Пойдём, я знаю местечко поспокойнее, — и я позволил ей увести себя прочь из зала.

Где-то позади раздался звон стекла, вскрики и громкий смех. Музыка продолжала греметь в ушах, а Кендра поддерживала меня под руку и увлекала по узкому коридору к неприметным дверям. Ногой я зацепился за ножку стула и пошатнулся. Состояние беспомощности, вкупе с сексуальным напряжением неизвестного происхождения не нравилось мне категорически. Но я стойко терпел, пока шаг за шагом, одна из дверей не оказалась совсем рядом.

Мне даже было плевать, что там. Время превратилось в клейкую неприятную жижу.

— Видишь, а ты упрямился, — свободной рукой открывая дверь, Кендра провела языком по моей шее. Слегка прикусила кожу и засмеялась. — С тобой было намного веселее, когда ты не забивал голову заботой о своей заучке.

— Развлечь тебя я и сейчас могу, — улыбнувшись, я призвал последние силы, втолкнул опешившую бывшую в тёмную комнатушку. Захлопнул за ней дверь, притянул водным жгутом тот самый стул и прижал жёсткой спинкой латунную ручку.

Сразу же раздался разъярённый стук.

— Эйдан, выпусти! Выпусти меня!

Но я уже, покачиваясь, шёл по направлению к залу. Девушек я не бью, даже таких, поэтому пришлось импровизировать. Теперь нужно найти Никки и удостовериться, что с ней всё в порядке.

Глава 27 Никки

Выбитая дверь повисла на одной петле и жалобно скрипнула.

— Что тут происхо… — Эйдан осёкся, взгляд его почти осязаемо скользнул по моему оголённому плечу, оторванной лямке платья, припухшим от поцелуев губам, и метнулся к Хеллу, рубашка которого не скрывала часто вздымающуюся грудь.

Он понял. Но впервые за последние несколько лет было плевать, что обо мне подумает Эйдан. Это совершенно неважно, когда на кону стоит жизнь друга, продолжающего содрогаться в конвульсиях.

— Помоги! — воскликнула я, вскочила с колен и метнулась к раковине.

Мне нужны были мокрые полотенца, чтобы сбить чудовищную температуру и охладить его тело. Но полотенец не было! Не на полке над краном, не на крючке! Нигде! На полу валялась какая-то тряпка неопределённого цвета, но я ни за что не позволю этой рвани коснуться Хелла. И что же тогда я могу сделать? Ничего… Я ничего не могу! И это я во всём виновата…

Горячие слёзы бессилия потекли по щекам.

Такого не должно было произойти! В моей сумочке два образца алкогольных напитков, которые, как я полагала, Глэйды смешивают с запрещёнными зельями, чтобы усилить эффект опьянения. После вечеринки я собиралась идти прямиком к ректору и плевать мне было, что он мог уже спать. Это его команду собираются нечестным способом выбить из соревнования и унизить. В его компетенции назначить срочную проверку Департаментом Магического Спорта и получить результаты буквально за час.

Но всё оказалось гораздо лучше организовано! Гениально! Уверена, сами по себе ни музыка, ни микроуколы неизвестного вещества напрямую в кровь, ни добавки в алкоголь ничего опасного из себя не представляют. Так, лёгкие стимуляторы для расслабления гостей. А вместе… Вместе они превращались в гремучую смесь, которая затмевала в мозгу все стоп сигналы.

Я должна была это предвидеть! Не знаю как, но должна была. А Хелл… Если с ним что-то случится, оправиться я уже не смогу.

Отчаянье меня почти затопило, вымывая надежду на удачный исход.

— Никки! — крикнул мне Эйдан, а когда я повернулась, быстро утерев слёзы, в лицо мне прилетела его голубая рубашка.

— Да… Спасибо… — трясущимися руками я поднесла дорогой хлопок к струе воды.

Ткань пропиталась почти мгновенно, и, подбежав к Хеллу, быстро сунула её в руки Эйдана. Абсурдность ситуации настигла меня не сразу.

Он мог сам намочить рубашку. Эйдан, граш его побери, маг воды!

Видимо, смесь шока и недоумения отразились на моём лице весьма красноречиво. Линч разложил рубашку на оголённой груди Хелла, поднёс похолодевшую ладонь к его лбу и пояснил:

— Если бы ты этого не сделала, то сорвалась бы в истерику. Не спорь, так уже было.

Спорить и правда не стала. Если говорит было, значит было. Поэтому я обессиленно опустилась на колени, не понимая, чем ещё смогу быть полезна.

Манипуляции с охлаждением тела Хелла вроде помогали. По крайней мере, спустя пару минут заметные спазмы прекратились, задышал он чаще, но глубже и размереннее. Однако побелевшие губы всё ещё были сжаты в плотную линию, и уверена, зубы едва не крошились от напряжения. Смотреть на некогда сильного и гордого огневика мне было физически больно. Ладонь Эйдана холодила его лоб, по шее стекали капли пота, а я взяла руку Хелла в свою. Уже не такая обжигающая, но до нормальной температуры тела далеко.

Когда состояние друга более менее стабилизировалось, Эйдан тряхнул меня за плечо, скидывая болезненное оцепенение.

— Что произошло? — рявкнул Линч. — Быстро и чётко!

Не знаю почему, но у меня появилась уверенность, что только он и сможет помочь.

— Вот, — я вытянула запястье со смазанным четырёхлистным клевером, на котором отчётливо проступил след от ожога. И всеми силами старалась, чтобы голос не дрожал. — Я прижгла его, чтобы вернуть себе контроль, вырубила здесь музыку. Потом прижгла Хеллу, но что-то пошло не так. У него начались судороги, температура тела подскочила. Хотя нет, температура была высокой ещё до этого, — Эйдан хмурился, рассматривая руку друга с бугрящимися и восполёнными венами. Очевидно, увиденное ему очень и очень и не нравилось. — Мне кажется, организм Хелла пытался справиться с веществом, которое нам вкололи, но моя магия выступила в роли катализатора этой странной реакц…

Огневик резко дёрнулся, выгнул спину и в беспамятстве содрал с себя мокрую рубашку Эйдана. По ванной разнёсся оглушающий крик боли, который резанул по ушам, подобно лезвиями.

— Граш! — Эйдан навалился на него сверху. — Нет уж, друг, сдохнуть я тебе не дам! Никки, мне нужен нож!

— Что?

— Нож! — повысил он голос.

Изо рта Хелла потекла струйка крови. Подскочив на ноги, я судорожно оглядела ванную.

— У меня нет!

— Лезвие, стекло. Что угодно! Давай быстрее, у нас минута, или он выгорет дотла!

Перспектива для Хелла ударила, словно молния! Нельзя этого допустить!

И только я решилась разбить зеркало, чтобы добыть для Эйдана острый осколок, в сжатой ладони потяжелело, а пальцы нащупали гладкую рукоять артефактного кинжала Блэков.

* * *

На лезвие я пялилась долю мгновения, но казалось, что намного дольше. Мозг отказывался понимать, как артефактный кинжал оказался в моих руках. Да и раздумывать над этой загадкой времени не было. Я чувствовала, что счёт идёт на минуты.

«Мне нужно, чтобы ты кое-кого убила,» — в голове вспыхнул голос старшего Блэка.

Во рту стало сухо.

Неужели, именно для этого в моих руках и оказалось оружие?

И что мне делать? Приказа убивать Эйдана или Хелла у меня не было, да и не факт, что Демиан имел в виду кого-то из них. Возможно, с жертвой я и вовсе не знакома, и чтобы своими руками не отнять чью-то жизнь, у меня ещё есть время. Эйдан обещал помочь. Обещал снять с меня печать тленника. И я ему верила.

Но мысли метнулись к кинжалу. А что, если с ним что-то не так? Он может быть под чарами или банально отравлен. Хотя серебристое лезвие в этом скудном освещении сияло хищной чистотой, опровергая мои подозрения. Но вдруг далеко не всё можно разглядеть…

Времени на раздумья больше не было. И я рискнула. Пришлось вложить в вытянутую руку напряжённого Линча рукоять, которую он сжал, а потом опустил взгляд. Эйдан замер, пристально разглядывая кинжал Блэков. В его глазах искрой пронеслось узнавание.

— Это?.. — он поднял расширенные глаза на меня. — Откуда⁈

Я тряхнула головой.

— Неважно.

Время таяло, как масло на горячей сковороде. Ещё немного и будет поздно. Линч принял мой уход от ответа и быстро кивнул.

Странно, но его решимость передалась и мне.

— Ясно. Тебе придётся его держать. Прижми ладонями плечи, перенеси на них весь свой вес, — его указания я выполнила, а Эйдан приподнял руку Хелла. — Вот так.

Блэк снова задрожал, всё его тело напряглось до предела и казалось, что каменные мышцы вот-вот начнут лопаться. Тут мне и понадобились все мои силы.

— Что ты собираешься делать? — от напряжения руки уже болели.

Эйдан без раздумий полоснул кинжалом свою ладонь, и я едва не вскрикнула. Кровь выступила сразу же.

— Ритуал сопряжения магии. Нужно подпитать его Узел.

— Но ты водник! — воскликнула я.

— Без разницы, мы так уже делали, — теперь порез красовался и на ладони Хелла. Кинжал с глухим стуком упал на пол и почти сразу исчез, будто его и не было. — В ход идёт сырая магия.

Сырая магия? Без оттенка стихий. Та, что течёт в венах каждого мага с рождения и позже подстраивается под его способности и предпочтения. Я считала, что её нельзя использовать, и это же говорили прочитанные мною книги. Однако Эйдан сжал ладонь Хелла в своей, порез к порезу, смешивая их кровь. И в очередной раз ломая мою картину мира, построенную рациональным мозгом.

— Всё будет хорошо, слышишь? — прошептала я, убирая со лба парня мокрые пряди волос. Опомнилась и снова прижала его плечи, чтобы зафиксировать. Но жар возвращался, Хелл снова дышал с заметными задержками. — Ты справишься, я знаю.

Эйдан бегло на меня взглянул, но комментировать ничего не стал.

— Никки, — Хелл вдруг сжал пальцы на моём предплечье. Взгляд его на миг стал осознанным, глаза без труда нашли мои. — Никки… не уходи.

Так хотелось стереть с щеки скатившуюся слезинку, но я лишь попыталась улыбнуться, хотя губы казались деревянными.

— Не уйду. Я рядом.

Сердце гулко бухало, гоняя кровь такими сильными толчками, что казалось, вот-вот лопнут барабанные перепонки. Первые секунды, когда Эйдан шептал что-то на древнем языке Магразии, тянулись невероятно долго. Потом он сбился. Сжал их ладони ещё сильнее, до побелевших костяшек, а я заметила на его виске неистово пульсирующую жилку.

Очевидно, это сопряжение было сложным ритуалом. И тут я вспомнила! Во времена Первой Войны между Абрегонским Княжеством и Нортанской Республикой сопряжением магии пользовались очень активно, и это привело к перевесу одной из сторон конфликта. Не так давно я конспектировала хронологию захвата замка Эштен, а Эйдан диктовал мне о ритуале, к которому прибегали высшие абрегонские дворяне. Если после сражения их резерв пустел, они забирали сырую магию у своего «круга доверенных», но не все доверенные шли на это добровольно. Потому что был риск и вовсе утратить все свои силы.

Ох, очень надеюсь, Эйдан знает, что делает. А когда ритуал набрал мощь и воздух в ванной похолодел сразу на десяток градусов, я и вовсе перестала дышать.

Дикий страх за Хелла не прошёл, но он притих, прижатый сверху пониманием, что Эйдан всё делает правильно. Что он вливает часть своей сырой магии в друга, чтобы его не потерять. Что он может её не восстановить, не пополнить резерв Изначального Узла, но его привязанность к Блэку сильнее этих страхов. Если всё пойдёт по плану, то после нескольких дней покоя оба они придут в норму, восполнят резервы и восстановят силы.

Спина Эйдана дрогнула. Он закусил нижнюю губу, на ней выступила алая капля. Миг — и сцепленные мужские ладони засияли золотистым светом, который разгорался всё ярче и ярче и уже почти слепил. Зажмуриться я просто не могла. Меня знобило, по телу бежал ледяной страх за них обоих, а потом прозвучал громкий хлопок, всё померкло, и Эйдан рухнул рядом с Хеллом, как подкошенный.

Пара секунд тишины тянулись словно целая вечность. Но потом Блэк закашлялся, разомкнул веки, а я отпрянула от него, обретая наконец возможность дышать. Пот всё ещё струился по телу парня, но теперь он пытался приподняться самостоятельно. И Эйдан тоже. Опёрся на предплечье и мутным взглядом взглянул на друга.

— Ну вот. Я же говорил. Будет как новенький.

— Что за хрень только что произошла? — хрипло поинтересовался Блэк.

Но я их уже не слушала.

С трудом встала на ноги, отчаянно игнорируя дрожащие колени. До меня только сейчас дошло, что в большом зале всё ещё гремит музыка, что парни и девушки веселятся и выпивают, танцуют, смеются. А наши соперники, уверена, потирают руки, поверив в успех своей подлой подставы.

— Ты куда? — вопрос Эдана догнал меня уже у двери.

Выдохнув, я постаралась сосредоточить все свои мысли о кинжале, который так быстро испарился, едва коснулся пола. Вновь ощутила его приятную слегка шершавую рукоять, сжала и постаралась скрыть от глаз обессиленных парней.

— Присмотри за ним, — бросила через плечо и поспешила в зал.

Нужно было заканчивать с этой вечеринкой. И пусть мой первоначальный план провалился, кажется, я только что придумала новый.

Не зря же вещунья советовала мне быть той, кто я есть.

Глава 28 Никки

Взгляд Эйдана прожигал спину, и я так некстати порадовалась, что он слишком обессилен, чтобы меня преследовать. Как и Хелл. Я задумала сумасшествие, и очень не хотела, чтобы кто-то из них стал свидетелем моего маленького представления. Наверное, потому что отчасти в успех затеи я не особо и верила. Зато платье, несмотря на оторванную лямку, выглядело более менее пристойно. Жёсткий лиф, если его не трогать, грудь не оголял. Поправила причёску и бодро пошла по тёмному коридору, огибая редкие парочки, которые решили уединиться.

Да уж. Встряла ты, Никки, по самую маковку. Выбраться бы теперь.

От пережитых эмоций меня всё ещё слегка трясло, но я прикусила губу изнутри, чтобы боль разогнала противную слабость. В конце концов, не всякий день близкий человек испытывает страшные муки на твоих глазах. Пожалуй, я бы даже назвала эту ночь переломной.

Да, раньше я думала, что для победы над противником достаточно упорных тренировок, собственных способностей, неукоснительного следования правилам.

Но всегда будут те, кто играет грязно. Кто готов идти по головам и не гнушается подлостей. Сегодня мне это доказали. И разозлили так, что с каждым новым шагом волнение отступало.

Я ведь пыталась играть по правилам. Правда, пыталась! Но эта ночь научила меня тому, что иногда нужно наступить на горло собственным установкам и стать гибче. Не ради победы, а чтобы сравняться с противником в силе. И переиграть его.

Именно поэтому кинжал я пока отпустила. Незачем привлекать к оружию ненужное внимание.

«Иногда лучшее, что можешь сделать — это просто быть той, кто ты есть».

Сейчас, когда я ступала по мраморной плитке, внутри вся дрожала. Если во мне и правда есть кровь вейлы, если моя мать была той, о ком говорил Демиан, то я отчаянно просила у этой неизведанной части меня сил.

Хотя даже не представляла, как это работает.

«Вейла легко очаровывает мужчин, преимущественно тех, с кем у неё довольно близкий контакт, какая-то эмоциональная связь. Может влиять на желания и стремления мужчин, затмить их разум, толкнуть на необдуманные поступки».

Связь, контакт… Может, будет достаточно зрительного? Я уже вышла в зал, на пару мгновений замерла, оглядывая танцующих в центре парней и девушек. Перевела взгляд на бар. Августа тоже не было видно, и теперь беспокойство за него кольнуло сердце острой иглой. Он же был здесь, выпивал и приятно проводил время с какой-то незнакомой мне девушкой! Решил с ней уединиться? Жизнеспособная версия, особенно если вспомнить, как стремительно нам с Хеллом снесло крышу и мы поспешили скрыться от любопытных глаз.

Но в случае с Августом что-то мешало мне поверить в эту теорию. Плохое предчувствие, скорее всего. И отмахнуться от этого я не могла, ведь он тоже член моей команды. А мы своих не бросаем.

Ладно. Я сделала вдох и углубилась в толпу полупьяных сливок высшего общества Магразии. Кого-то пришлось распихивать локтями, кого-то обходить, выслушивая в свой адрес похотливые намёки. Мне удалось даже увернуться от загребущих лап смутно знакомого типа, полностью провонявшего алкоголем. Ах да, Селвин Харрис. Естественно, такую пьянку он бы не пропустил.

А ещё я всеми силами гнала из головы навязчивую мелодию, которая вновь грозилась опутать оживший мозг своими щупальцами.

И наконец, когда я почти отчаялась, ноги вынесли меня к нагромождению столиков в одном из полутёмных уголков зала. Тут моя цель и нашлась. Стояла, опершись спиной о мраморную колонну, смеялась в окружении двоих дружков и попивала виски. Короче говоря, подонок вполне себе наслаждался вечером.

Призвав побольше смелости, я уняла гулко стучащее сердце и зашагала прямо к нему. Хоть бы получилось… Спустя пару секунд меня заметили. В глазах блондина вспыхнуло узнавание, потом оно сменилось жадным блеском, а на губах заиграла ухмылка.

— Я тебя знаю, — протянул он, когда я приблизилась. Пришлось томно улыбнуться и оттеснить спиной ублюдка Гейна. Пока что свидетели приватного разговора мне не нужны. — Подружка Хелла.

Забрав его виски, я смело сделала глоток. Едва ли Клинт такой идиот, что станет травить себя и свою команду. И правда. Мне даже показалось, что напиток явно был разбавленным и совсем не крепким.

— А я знаю тебя. Говорят, ты самый перспективный маг земли в этом зале, — и провела пальчиком вниз по пуговичкам серебристо-серой рубашки. — А мне, знаешь ли, надоели посредственности.

Неприкрытая лесть сделала своё дело. Клинт расплылся в довольной улыбке, а я отметила, что его глаза уже влажно блестели. И снова помолилась всем вейлам, чтобы дали мне сил продолжать этот спектакль.

— И что ты можешь мне предложить?

— Как насчёт незабываемых ощущений? — вопросом на вопрос ответила я.

Мой намёк на горизонтальную плоскость Клинт оценил и облизнул губы. Привык, похоже, что от девушек отбоя нет. И я не могла не отметить, что Эйдан на его месте поступил бы так же. Раньше. Сейчас он изменился, в это я верила всем сердцем и чувствовала душой.

Но мысли об Эйдане пришлось прогнать.

Теперь мои пальчики очерчивали золотистую пряжку ремня на брюках Клинта.

— Твоё предложение мне нравится, — хрипло прошептал он, склонившись к моему уху.

— Даже не сомневалась…

Едва я приставила острое лезвие к его главному мужскому достоинству, поволока покорности слетела со светлых глаз. Они широко распахнулись.

— Не дёргайся! — пришлось понизить голос. — Я же девушка, вдруг рука дрогнет, не справлюсь с волнением. Ты знаешь, что сто́ит задеть одно крохотное нервное окончание примерно… — я усилила нажим. Не сильно, но остроту лезвия ощутить он должен был. — Примерно вот здесь, и секс перестанет быть тебе интересен очень и очень долго. Да и больно должно быть зверски.

Кажется, я была права. Такие ощущения Клинт запомнит надолго.

* * *

От озвученных перспектив его кадык дёрнулся, и даже в этом скудном освещении было заметно, как парень побледнел. И не урод ведь, подумала я про себя. Вполне себе высокий, с аристократичными чертами лица и дерзкой серьгой-подвеской в ухе, И всё равно от Клинта меня тошнило. А может, от всей ситуации в целом. Не всякий день приставляешь лезвие к чьим-то яйцам.

Но он меня не знает, и совершенно точно не догадывается о том урагане эмоций, который бушует внутри меня. И в этом моё преимущество.

— Ты не посмеешь, — осипшим голосом прошептал парень.

Вот только уверенности в его словах не было, и глупо этим не воспользоваться.

— Ошибаешься. Когда я зла, на последствия мне плевать. А ты и твоя команда очень сильно меня разозлили.

— Тут полно людей, — попробовал он зайти с другой стороны.

Я хмыкнула:

— В присутствии которых ты не хочешь терять лицо, да. Пусть думают, что мы мило обсуждаем планы на ночь.

С этими словами свободной ладонью я провела по слегка колючему от щетины мужскому лицу и очень удивилась, когда на щеке Клинта от моего прикосновения остались четыре тонких продольных отметины. Почти чёрных, но подозреваю, дело тут в освещении.

А ещё, как я призналась самой себе, затащить его в тёмный угол меня останавливала возможность физической расправы. К такому я пока не готова.

— Теперь давай поговорим, плохой мальчик, — вернув в голос ласковые нотки, я снова принялась играть пальцами с пуговицами на рубашке капитана Глэйдов. — Какого граша вы творите и где Август Райан?

Реакция Клинта была странной. Он вроде и старался держаться прямо, смотреть на меня уверенно, но я видела, как зрачок в его глазах то расширялся, то снова сужался, и при этом неотрывно следил за моими губами. Если так проявляются способности вейлы, то пока это обнадёживает. Жертва не дёргается, не мнит себя героем. Чего ещё желать?

— Не понимаю, о чём ты.

Ах нет, перехвалила.

— Вот только не надо строить из себя идиота, — меня даже невольно передёрнуло от отвращения. Всегда считала, что мужчина должен отвечать за свои поступки. И за свои ошибки тоже. — Тебе не идёт.

— Да я правда… — договорить я ему не позволила. Нежно и осторожно провернула лезвие кинжала вокруг своей оси. Проняло. По виску Клинта скатилась крупная капля пота, а его дыхание участилось. — Не надо, я сейчас… Эй, Гейн! — он повысил голос, и я невольно напряглась. — Тащи сюда Райана!

Гейн сначала вроде и удивился, когда расслышал слова капитана, отцепился от бутылки вина и скинул с себя блондинку, что повисла на парне, как обезьянка на своём хозяине. Но мерзкий тип ничего уточнять не стал и усмехнулся, вставая с дивана. Спустя минуту из-за тяжёлой портьеры вытащили моего друга, лицо которого было покрыто ссадинами и кровоподтёками, а рубашка изорвана в нескольких местах. Август явно был без сознания.

И лишь чудовищным усилием воли я заставила себя стоять на месте. Это было тяжело! От пылающей в груди ненависти собственное дыхание эхом отдавалось в ушах, а свободной ладонью я сжала горло Клинта, и уже сама разглядела острые когти вместо своих аккуратно подстриженных ногтей. Потом, всё это потом. Главное, не дёргаться. Сделаю шаг в сторону Августа, и Клинт сорвётся с крючка в мгновение ока, а выяснила я далеко не всё.

— Видишь, — Клинт сглотнул, явно поняв, что на душе у меня отнюдь не единороги пасутся на ромашковом поле. — Нормально всё с ним. Ну царапины только, по мелочи…

По мелочи⁈

— Не советую меня злить, — зашипела я ему на ухо. — Вечер, знаешь ли, нервный выдался. Мой друг чуть не выгорел дотла, второй мой друг едва смог это предотвратить. А третьего избили твои подонки. И прикажи им привести Августа в чувство, быстро!

Клинт моргнул и прошептал одними губами:

— Меня не послушают…

Честно, даже не смешно!

— Ты капитан или голь подзаборная? Сделай так, чтобы послушали!

Клинт как-то странно скривился. Ого, неужели я попала пальцем в небо, и его и правда не особо уважали? Может, ради признания и была затеяна вся эта грязная игра, ведь в честном противостоянии на арене команда университета могла и не выстоять, и капитан растерял бы последний авторитет?

Но мне было плевать на его душевные терзания. Раньше надо было думать. В итоге своего я добилась. Августа подняли с пола, уложили на последний свободный диван в углу и плеснули ему в лицо воды из стакана. Мой друг, наконец, застонал, постепенно приходя в себя. Пусть пока так. Была ещё мысль настоять на участии Гейна, ведь он всё-таки маг жизни, но нет. Этого недоноска к Августу подпускать мне не хотелось.

Что ж, пора было переходить к сути. Я сунула под нос Клинту своё запястье со следами ожога, почти стёртой меткой четырёхлистного клевера и двумя крохотными проколами. Когти, кстати, исчезли, будто их и не было.

— Вот это что такое? Рассказывай.

Просить дважды не пришлось, что радовало, ведь суть моего вопроса он уловил.

— Моя троюродная сестра подогнала, — спешно облизнув губы, ответил парень. — Ей его изготовили на заказ год назад. Ну или больше, не помню. Хитрая штука на основе человеческих психотип… ных.

— Психотропных, — машинально поправила я. — Дальше.

— Он лёгкий совсем. Безвредный. Притупляет реакции, расслабляет, на мозги влияет слегка. Либидо, опять же, повышает… Давно проверенная штука.

— На ком проверенная? Как зовут твою милую сестрёнку?

Но, кажется, я уже знала ответ. И Клинт мои догадки подтвердил.

* * *

Теперь сохранять внешнее спокойствие стало просто невыносимо.

Вот оно что. Стерва травила Эйдана всё это время! Моего Эйдана! Да, он не идеален. Да, иногда мне казалось, что его недостатки перевешивают достоинства, но… Он не игрушка!

И не удивлюсь, если чудо-препарат ещё и вызывает привыкание! Во мне так сильно вскипел гнев, что я и не заметила, как усилила нажим лезвия. В глазах плясало багровое пламя, страх на лице Клинта его подпитывал.

— И где сейчас Кендра? — я хищно улыбнулась.

— Была где-то здесь, я видел её с… — он запнулся. — С Линчем.

Видимо, их общение не было долгим, ведь в противном случае Эйдан не появился бы так вовремя. Сердце переполнилось неуместным удовлетворением, и я решила, что как только эти треволнения завершатся, обязательно его поблагодарю.

— Ладно. Теперь о музыке. Что с ней?

— А что с ней?

Или он и правда дурак, или просто умело прикидывался.

— Она на мозги влияет, вот что, — пояснила я.

— Ах это, — Клинт нервно облизнул губы. — Лёгкие колебания магии воздуха и жизни. Всегда так. Выручку бара увеличивает почти вдвое… Вот…

— То есть, это не ваших рук дело?

— Говорю же, она всегда такая.

— А выпивка?

— В прошлом году сработало, мы выиграли почти без боя, и я решил повторить.

Я застонала, но мысленно, позволив себе лишь на миг прикрыть глаза. Невероятные идиоты! Мне-то казалось, что вся эта многоходовка — умелый, последовательный саботаж. А на самом деле они даже не представляли, что в совокупности все эти разжижающие мозги факторы могли вылиться в реальную катастрофу, если не с летальным исходом, то очень близко к нему. Команда Глэйдов во главе с капитаном — как кучка недоучек во время первого урока зельеварения — решили «бухнуть» в котёл всё, что нашли из ингредиентов, чтобы просто посмотреть на результат и повеселиться. А вместо этого раздался взрыв. М-да…

Видимо, Клинт каким-то образом уловил моё кипящее недовольство.

— Пожалуйста… — прошептал он одними губами.

Я вновь уставилась на парня, отмечая, что выглядит он скверно. Глаза лихорадочно блестят, царапины на щеке слегка кровоточат и очень явно контрастируют с неестественной бледностью. Но по-настоящему меня беспокоили умоляющие нотки в его голосе.

— Пожалуйста что?

— Пожалуйста, скажи, что мне сделать, — в глазах плескалась неподдельная паника. — Что угодно. Только… Я чувствую, что ты мной недовольна. Я заслужил, да. Линч… слишком много о себе возомнил, когда не взял меня в команду, и я хотел отомстить. Он ведь никто. Его отец в опале, они потеряли всю власть и влияние, и он ещё посмел сказать тогда, что я… — Клинт перевёл дыхание, — эгоистичный кусок дерьма, и такие рядом ему не нужны… Он зарвался… Он…

— От меня ты что хочешь?

— Заслужить твоё прощение, — выдохнул этот идиот. — И твою улыбку. И… поце…

— Вы просто кучка недоумков! — перебила я его. Слушать дальше этот бред не было никакого желания. Поцелуй ему! Прощение! Достали! — Даже не задумывались, что пострадать может кто-то ещё⁈

Моё негодование пролилось наружу, и я не заметила, как отстранила от Клинта лезвие кинжала.

Далось им всем меня целовать⁈ Нет, я подозревала, конечно, что моё противоественное очарование сейчас кипятит ему мозг, но клянусь, хватит с меня поцелуев! А вот сознаться Клинту перед ректором не помешает, тем более что он сам предложил искупить вину.

До этого я и додумалась перед тем, как всё полетело грашам под хвост.

Внезапно где-то справа раздался крик, который обжёг и без того натянутые нервы. Я вздрогнула. Последовал звон стекла, топот. Музыка оборвалась на высокой ноте, но тишины не случилось.

— Ей плохо! — несмотря на поднявшийся гомон, расслышала я. — Чего стоите! Вызовите лекарей!

— Она вся горит! Что случилось⁈

А до меня дошло, что случилось. И к сожалению, я это предрекала всего лишь минуту назад.

— Клинт, нужно быстро сваливать! — Появившийся вдруг Гейн резко оттолкнул меня. Потеряв равновесие на каблуках, рухнула на пол, больно приложившись локтем о плитку. — Да не стой ты! Приворожила тебя девка, что ли?

И утащил его куда-то в сторону, в самую гущу толпы. Лица мелькали, свечи гасли одна за другой, но электрическое освещение, которое, уверена, тут должно быть, никто так и не додумался включить.

Попытавшись встать, я охнула от резкой боли в лодыжке.

Кендра появилась так внезапно, что двинуться с места я просто не успела.

— Ты!

И замахнулась массивным подсвечником, на котором ещё чудом держалась одна единственная погасшая свеча.

— С ума сошла⁈ — я чудом увернулась, перекатившись вбок.

Кажется, удар металла выбил из мрамора несколько искр.

Только Кендру это не остановило. Сейчас она вообще мало походила на утончённую аристократку. Скорее на взмыленную курицу, которую скинули с удобного насеста. В глазах девушки плескалась такая злоба, замешенная на густой ярости, что я невольно решила, будто она словила приступ птичьего бешенства, существуй в реальности такая болезнь.

— Если бы не ты… Ты!.. Виновата! — выплёвывала она слова мне в лицо. Попыталась схватить за волосы и снова замахнулась подсвечником. — Он всегда возвращался, пока ты… не влезла в команду!

Второго удара о камень свеча не выдержала. Латунь погнулась, по ушам ударил противный треск, а я едва успела уклониться, пропуская нехитрое оружие мимо. Уху всё же досталось, но вскользь.

Да, вести диалог с помешанной на Эйдане девицей было совершенно бесполезно. Не знаю, от чего её проняло именно сейчас, но Кендра находилась в полном неадеквате. Во рту резко пересохло, в висках зазвенело. Новый замах подсвечником я перехватила левой рукой, а правой вывела простенькое плетение, которому Хелл научил меня ещё в первый день тренировок. Металл вспыхнул пламенем, Кендра завизжала, инстинктивно разжимая руки, а я ухватилась за подсвечник покрепче и со всей силы размахнулась. Кажется, удар пришёлся ей в висок, и девушка, не издав больше ни звука, упала на меня плашмя.

Но хоть пульс был, подумала я мельком, когда выбиралась из-под её нокаутированного тела. И с досадой отметила, что Гейн с Клинтом уже на полпути к выходу из зала. Граш! Сбегут ведь! И все мои старания напрасны…

— Не стоит спешить, — холодный и властный голос и правда заставил парочку Глэйдов замереть. Хотя нет, не он.

Прямо из плитки их ноги опутали бледно-зелёные… я бы назвала это человеческими кистями, лишёнными плоти. Да, магия тлена очень часто принимала леденящий кровь вид. А передо мной зависла уже реальная, вполне человеческая и тёплая кисть, которую я приняла и кое-как поднялась на ноги, гася новую вспышку боли в лодыжке.

Зал почти опустел. Того, кому нужна была помощь лекаря, тоже унесли. В конце концов, мы в самом сердце Первого Осколка, и найти квалифицированных магов жизни тут можно быстро.

— Ректоров обоих учебных заведений я вызвал, господа, — Дэмиан вынул из кармана чёрного жилета пачку сигарет, достал одну из них и покрутил в пальцах. — И да, я слышал каждое слово, сказанное вами. Отмазаться не выйдет.

— И давно ты здесь? — уставилась я на неожиданного союзника. Перешагнула через Кендру и поравнялась с Блэком-старшим.

Чего от него ожидать, я не знала. И потребует ли Дэмиан что-то за свою помощь. А ведь мог бы и вмешаться, когда меня чуть не прикончила чокнутая блондинка.

— Какая разница? — вопросом на вопрос ответил он, едко усмехнувшись.

Это, а ещё сигарета, которая перекочевала из пальцев в зубы Дэма, сделала его удивительно похожим на Хелла.

Я невольно поёжилась. Теперь, когда Кендра валялась в отключке, а Клинт с Гейном не могли пошевелиться из-за магии тлена, что медленно поднималась по голеням вверх, к их коленям, я будто вернулась на час назад.

Мы с Хеллом. Граш! А ведь я целовалась с обоими братьями Блэк! Достижение сомнительное, и всё же уверена, больше никто им похвастаться не может.

— Эрин могла бы. Но её здесь нет.

Неужели я произнесла это вслух⁈ Вгляделась в глаза Дэма, которые именно сейчас показались удивительно живыми и удивительно печальными. Он спешно отвёл взгляд.

— Что?

— В любом случае, мисс Гаро, вы меня приятно удивили, — на губах мужчины заиграла лёгкая ухмылка. Будто и не было ловкого ухода от моего вопроса. — Можете быть кровожадной, когда это необходимо.

И улыбка переросла в пугающий оскал.

В это время на диване вновь зашевелился Август, а из полутёмного коридора показались Хелл, которого Эйдан почти взвалил на своё плечо. Оба они выглядели слегка пришибленными и безмерно изумлёнными.

Эйдан медленно осмотрел пустой зал. Зацепил взглядом пару перевёрнутых столов, разбитые бокалы и лужи от напитков, а ещё опустевший бар. Обездвиженным противникам он уделил пристальное внимание и довольно оскалился. А потом, наконец, заметил мою крохотную фигурку, всё ещё находившуюся рядом с Дэмианом.

— Никки?

— Да, — прохрипел с дивана Август. — Это она твою бывшую уделала. Сам видел. Улёт!

Глава 29 Эйдан

Никки скрылась за дверью, а я ещё пару секунд пялился ей вслед.

Какого чёрта тут произошло? Её платье, растрёпанная причёска, припухшие губы. Всё это наталкивало на определённые выводы, которые мне совершенно не нравились. И Хелл с расстёгнутой пряжкой ремня и изодранной рубашкой! Чем больше я думал об этих двоих вместе, тем сильнее гудела голова и колотилось сердце. Хотя нет. Все эти прекрасные ощущения я испытывал и без того.

Хелл попытался встать, оперевшись на локоть, но потерпел сокрушительное фиаско. Да, вынужденное бездействие бесило и меня.

Но приподняться я кое-как смог, упрямо игнорируя пот, градом катившийся по спине. Притянул друга за подмышки и неимоверными усилиями дотащил до ближайшей стены. Тут мой запал и иссяк, и я с протяжным выдохом привалился спиной к холодной плитке.

— Ты как? — Хелл на мой вопрос безрадостно ухмыльнулся.

— Как будто меня пережевал и выплюнул степной граш.

— Он бы тобой подавился. Или не смог бы переварить твои прокуренные лёгкие.

— Иди ты, — огрызнулся друг. — Не так и много я курю.

Я хмыкнул:

— Ну-ну, — и добавил уже серьёзно: — Ты меня здорово напугал. Нас обоих.

Не стал уточнять, что такой паники во взгляде Никки я не видел ещё никогда. Будто прямо на моих глазах рушился весь её мир. Стоило об этом вспомнить, как в горле запершило и я закашлялся.

— М-да, — скривился Хелл. — У меня внутри будто вены на раскалённую кочергу наматывали… Только не говори, что проводил слияние?

Пришлось пожать плечами, когда приступ кашля прошёл.

— А что ещё оставалось?

— Лекаря вызвать!

— Это как бросить монетку. Успеют — не успеют. Я не хотел рисковать.

— Но ты всё равно рисковал, — не унимался Хелл. — Что ты сказал Никки, чтобы она тебе это позволила?

А что говорить, когда в глазах дорогой девушки ты — её единственная надежда.

— Что мы уже проводили слияние.

— Угу. А на самом деле картинки разглядывали. Хорошо, что мой отец так и не хватился той книги, которую я спёр из семейной библиотеки, — поморщившись, он прошипел: — Граш, как хреново-то. Последний раз я так себя чувствовал после драки с Харрисом третьем курсе.

Чтобы понять, о какой именно драке он говорит, пришлось напрячь память. Голова на такие противоправные действия отозвалась тупой болью. Потом до меня дошло.

— Так ты с ним не дрался.

— Не дрался. Тебя пытался оттащить, а Харрис собирался напоследок пробить тебе в челюсть.

— А попал по твоему носу, — картинка, наконец, предстала перед глазами во всей красе. Хелл в диком бешенстве бросается на подлого бугая с нашего курса, получает по печени, а потом нокаутирует изрядно потрёпанного мной до этого Харриса. Кажется, с тех пор таких серьёзных стычек в стенах института больше не было. С нашей спятившей парочкой просто не хотели связываться. Я даже улыбнулся воспоминаниям двухлетней давности. — Ты мне кровью всю рубашку закапал, пришлось к «блонди» нести. Я таких бытовых чар не знал.

— Естественно, закапал, если он мне нос сломал, — Хелл тоже усмехнулся. — Хотя нет, ещё хуже мне было после нашей с тобой дуэли на первом курсе. Помнишь, кто победил?

— Нет. Но помню, что мы с откатом три дня у лекарей провели.

— Вот и я не помню результата дуэли. Зато, как вышли из больничного крыла, напились до беспамятства, и я тебя в общежитие на себе тащил.

— И чуть не уронил, — хохотнул я. — А я на следующее утро обнаружил синяк на локте, размером с ладонь.

— Так не уронил же! — я ощутил чувствительный толчок в бок. — А синяк… Сколько их у нас было. Но тогда впервые я решил, что у меня появился настоящий друг.

— Что у тебя было с Никки? — вопрос сам собой сорвался с моих губ.

Хелл тут же помрачнел, опустил взгляд и уставился на свои сцепленные пальцы так, будто хотел их поджечь. А ещё меж его бровей залегла глубокая складка.

— Я не буду отвечать.

Ожидаемо.

Я закатил глаза и мысленно отправил гроб с Хеллом в крематорий. Осталось только растопить печь. Это помогло мне выдохнуть. Ладно, ничего критичного. Он мой друг, а Никки моя подруга, но пока ещё не моя девушка. Ничего критичного… Ничего…

— Ясно, — наконец выдавил я из себя. — Понимаю.

— Граш, закурить бы…

Его стенания по любимым сигаретам я уже не слышал. Вернулся страх за Никки, пальцы на руках сжались в кулаки. В черепушке до сих пор шумело, но я сцепил зубы и потянулся, чтобы принять горизонтальное положение.

— Хватит рассиживаться. Встать сможешь?

Хелл кивнул.

— Смогу, — но стоило ему опереться на ладонь, как та заметно задрожала.

— Угу, всё понятно. Обопрись на меня, — и на пределе возможностей взвалил друга на себя. — Пошли искать нашу разъярённую фурию.

Перед глазами плясали пятна света, коридор казался бесконечным, а тяжесть Хелла с каждой секундой становилась всё ощутимее. В какой-то момент я осознал, что музыка смолкла, а вместо неё до ушей долетают обеспокоенные и даже испуганные голоса. Мы с Блэком переглянулись и явно подумали об одном и том же: лишь бы с Никки ничего не случилось.

И слава Высшим, её, невредимую, я застал посреди опустевшего зала. Сердце радостно подпрыгнуло. Оглядел погром, перевёл взгляд на сцепленных магией тлена Клинта и Гейна, и лишь потом разглядел Дэмиана. Держу пари, Хелл тоже не ожидал увидеть здесь брата.

А ещё услышать слова, сказанные холодным и спокойным голосом:

— … можете быть кровожадной, когда это необходимо.

Глава 30 Никки

— Да… — ректор Дармоди медленно прохаживался по залу, стараясь не наступать на многочисленные осколки. Это ему плохо удавалось. Периодически до моих ушей доносился характерный хруст. Нахмурившись, мужчина явно задумался. — Да…

Прерывать его размышления никто не спешил, хотя по дёргающейся щеке главы Первого Университета можно было сделать вывод, что сказать немолодому грузному мужчине хотелось очень и очень много. Меня же силы уже покидали, но я отчаянно крепилась. Положила подбородок на предплечье, сидя на диване рядом с Августом, и надеялась, что скоро эта длинная ночь, наконец, закончится.

Пожалуй, самая длинная в моей жизни.

Хелл отрубился на другом диване, откинув голову на его спинку. И сделал он это сразу же, как приглашённый лекарь заверил всех, что жизнь его, как и Изначальный Узел, вне опасности. Размеренное дыхание, что сотрясало грудь друга, действовало на меня успокаивающе.

Эйдана лекарь тоже просканировал, но огорчил меня лишь тем, что у него почти полностью выхолощен резерв. Это означало, что на восстановление Линчу будут необходимы пара дней покоя, сна, и пятиразовое питание. Я с подобным и сама столкнулась не так давно.

С Кендрой всё оказалось несколько сложнее. Нет, ничего критичного, конечно, но своим ударом я обрекла девушку на сотрясение мозга, и когда дежурный лекарь Первого Осколка предложил ей удалиться, чтобы прилечь с комфортом в больничном крыле, та наотрез отказалась. Теперь она сидела на стуле и периодически бросала на меня красноречивые взгляды, которые я очень старалась игнорировать. А ещё мы с минуты на минуту ожидали появления её матери, Дайаны Аберфорд.

— А я вот никак не могу понять, — наконец встрял представитель Первого Университета, ректор Карилион, — с чего это мистер Клинт стал откровенничать с магом поддержки команды соперника?

От его вопроса я вздрогнула, но никто, кроме Эйдана, кажется, этого не заметил. Однако он промолчал. И до этого молчал, но наблюдал за мной так пристально, что мне хотелось спрятать своё полыхающее лицо в ладонях.

Кажется, скоро мне устроят самый настоящий допрос. Ладно, справлюсь. Лишь бы выспаться до этого дал, а потом пусть расспрашивает. Чувствую, мой организм держится лишь на морально-волевых.

И всё же я бросила беглый взгляд на Клинта, которого вот-вот должны были отправить восвояси вместе с дежурным преподавателем, составившим компанию Карилиону. По спине скользнуло липкое щупальце страха, вынуждая поёжиться. А что, если парень скажет, что я принуждала его отвечать на вопросы? Угрожала, запугивала. По сути, это правда, но вот вскрылась ещё одна проблема — о содеянном я не жалела. И если обернуть время вспять, поступила бы ради своих так же. Ради команды и друзей. Ради тех, кто за эти недели стал неимоверно дорог, а я даже не заметила, как так получилось.

Нашего ректора мистера Роберта Дармоди, этот вопрос не взволновал ни на йоту.

— Может, потому, что мисс Гаро довольно миловидная молодая девушка, — он лишь махнул рукой, продолжая измерять шагами помещение.

— И что? Противником нашей команды она от этого не перестала быть. Да и её происхождение…

Договаривать он не стал. Но в этом и не было необходимости, все прекрасно всё поняли.

— Козёл напыщенный, — прокомментировал Август слова Карилиона. — А вот это уже грубо! — добавил громче.

Мужчина, впрочем, никак на его претензию не отреагировал.

— Клинт, а ты что скажешь? — обратился он к капитану своей команды. — Ну же.

Я сжала ладони в кулаки до слабой боли от впившихся в кожу ногтей, но не могла позволить себе отвести взгляд от парня.

А тот облизнул пересохшие губы, потупил взор и на грани слышимости произнёс:

— Она… спросила. Я ответил…

— Поразительно! — всплеснул руками Карилион. — Идиотизм какой-то!

— Совершенно согласен, — спокойно сказал Дэмиан, который, наконец, закурил. Выпустил в воздух облачко сизого дыма, но повисшую паузу никто и не думал нарушать: — Идиотизм, что вы вообще задаёте эти вопросы, когда я подтвердил каждое слово, сказанное мисс Гаро. Или вы ставите под сомнение мою объективность?

Кажется, ещё немного и Карилион задохнётся своим же возмущением. По крайней мере, его лицо пошло нелицеприятными пятнами, весьма неравномерно багровея.

— Когда потерпевшей стороной является ещё и ваш собственный брат? Когда вы сами?..

— Что я сам? — почти шёпотом произнёс Дэмиан, но удивительно, все его слышали. Как и угрожающие нотки в его голосе. — Продолжайте, пожалуйста.

* * *

Ректор Первого заметно побледнел.

— Я… — он сглотнул, достал из кармана жилета платок и спешно вытер пот со своего лба. — Ничего… Мистер Блэк, не делайте такое лицо!

Какое это «такое» я не поняла, да и Дэм стоял ко мне спиной, однако незримая аура магии тлена разлилась по залу, казалось, медленно перетекая прямо в лёгкие. Я даже поёжилась. Появилось ощущение, будто воздух стал на несколько градусов холоднее. Обхватила руками голые колени, села плотнее к Августу. В поле зрения возник стакан, наполненный водой, который я бездумно приняла и сделала глоток. Стало легче.

Подняла взгляд на Эйдана и едва заметно ему кивнула в качестве благодарности. Второй стакан он передал Августу, а потом остался за моей спиной, даря ощущение защищённости.

Теперь Дэм небрежно сунул свободную руку в карманы брюк и выпустил новое облачко сигаретного дыма.

— Не понимаю, что ещё здесь обсуждать, — с лёгкой ленцой протянул он. — Коль многоуважаемый профессор Коллинз так и не вышел с больничного, я всё ещё нахожусь в должности преподавателя магических потоков, а значит, выступаю сейчас в роли должностного лица. Срочные отчёты из лаборатории зелий вы получили, результаты говорят в пользу моих слов и против ваших заигравшихся идиотов. По мне, так выход из всей этой ситуации может быть лишь…

Договорить Дэмиан не успел, потому что именно в этот миг в зал стремительно ворвалась женщина, похожая на Кендру, словно старшая сестра. Такая же холеная аристократка, кипящая праведным гневом. Где-то позади неё хлопнула входная дверь, а потом раздался ещё один хлопок.

Кендра вздрогнула от увесистой пощёчины. Мужчины обеспокоенно подобрались, но новой дозы чудовищного наказания не последовало, к счастью.

— Это переходит уже все границы! — прошипела женщина, обращаясь к дочери. Та ошарашенно потёрла пострадавшую щеку, однако говорить что-либо не спешила. Дайана же обернулась ко всем остальным и холодно произнесла: — Полагаю, дознавателей уже вызвали?

— Зачем это? — недовольно поинтересовался Эйдан.

Про стычку с Кендрой я уже вскользь упомянула, Дэм мои слова подтвердил, но привлекать службу Дознания и Наказания архоров не собиралась. В конце концов, и на меня, и Кендру оказывала влияние музыка, возможно, девушка даже выпила в баре пару коктейлей с «сюрпризом». Да, инцидент не самый приятный, но у нас и без этого отношения были натянутыми, словно струна. Переживу. А она, как мне казалось, поняла, что постоять за себя я могу и не привлекая на свою сторону парней.

— На мою дочь напали, вот зачем. Нанесли ущерб её здоровью и душевному состоянию!

От этих слов и пальца Дайаны, который без проблем устремился в моём направлении, по нервам хлестнула злость. Горячая, колючая и непривычная. Будто это и не мои эмоции вовсе. Но стоило ладони Эйдана опуститься на спину в немом жесте поддержки, как я смогла её усмирить.

Август гневно сверкнул глазами, попытавшись встать.

— Да она первая же напала на Никки!

— Подтверждаю, — сухо дополнил Блэк. — И ущерб здоровью был нанесён именно тем подсвечником, которым мисс Аберфорд угрожала мисс Гаро.

— Вы, леди, конечно, можете настаивать на дознавателях, но не думаю…

— Она применила ко мне огненную магию! — вдруг встряла Кендра.

Седые брови Дармоди взметнулись вверх, и он неверяще посмотрел на меня.

— Но мисс Гаро учится на факультете поддержки.

— И что? Пусть покажет!

Корилион хмыкнул.

— Какие талантливые в вашем институте белоручки, однако.

— Мисс Гаро…

Исходя из этого многозначительного тона, а ещё множества обращённых на себя взглядов, я сделала вывод, что от демонстрации не отвертеться. Что ж, когда-нибудь это должно было случиться.

В зале повисла напряжённая тишина. Вытянув ладонь, я пальцами второй вывела простенькое плетение, от которого в воздухе завис небольшой огненный шарик размером с женский кулак. Дала ему минуту полыхать оранжевым пламенем, а потом на выдохе рассеяла плетение.

Глаза нашего ректора удивлённо расширились.

— Откуда⁈

— Позднее пробуждение дара стихийной магии, — пояснил Эйдан. — Редко, но такое бывает.

И, как мне показалось, хотя видеть я этого не могла, он бросил быстрый взгляд на старшего Блэка. Тот его поймал, сузил свои почти бесцветные глаза, в которых мне почудился мимолётный проблеск зеленоватых искр.

— Чрезвычайно редко, — почти прошептал Дэмиан. — А значит, что без должного обучения дар пока нестабилен, из-за чего могут произойти спонтанные выбросы магии.

— Будем считать, что мисс Гаро повезло! — бодро отозвался ректор. Он даже подошёл и протянул мне руку для рукопожатия, которую я, хоть и заторможенно, но приняла. — Поздравляю. Со следующей недели вы будете переведены на второй курс факультета стихийной магии.

А я не знала, радоваться ли мне. Вроде и хотела этого всю жизнь, оставила позади непривлекательную судьбу магов поддержки, но сил осмыслить изменения, которые происходят здесь и сейчас, просто не было. Слишком я устала.

— Подведём безрадостный итог, — Дармоди перешёл на официальный тон. — На команду моего института студентами Первого Университета с целью выбить из Турнира Стихий было оказано психо-магическое влияние. Это доказано. Надеюсь, спорить с этим фактом никто не будет, — фраза была произнесена с намёком, и Карилион это понял, но промолчал, лишь поджав губы. — Мой преподаватель, услышав о намерениях брата посетить сомнительную вечеринку, решил удостовериться, что всё будет в порядке, но застал не самую радужную картину. Это тоже факт. Какой из этого следует вывод?

Дармоди выжидательно взглянул на Карилиона. Тот раздражённо дёрнул щекой, но всё же произнёс:

— Команда Первого Университета готова принять техническое поражение. Завтра, вернее, уже сегодня, игра не состоится.

Сказал, хмуро взглянул на Клинта и жестом приказал тому следовать за собой. А я, наконец, позволила себе прикрыть глаза. На минутку. Мне больше не надо. Просто чтобы унять рой чёрных точек, который одолевал меня всё сильнее и сильнее.

Глава 31 Никки

— Не уходи, — кажется, в полудрёме я нашла его ладонь и сжала.

Тело ощущалось лёгким, невесомым. А ещё мне было тепло и спокойно, будто в коконе из пушистого одеяла.

— Не уйду, — шепнул он на ухо. — Спи.

Я и правда почти заснула. Или не почти, ведь зрение давно померкло, оставляя лишь ощущения от чужого присутствия, которые провоцировали слепо пошарить рукой по мягкому облаку одеяла. Пошарила. Наткнулась на нечто твёрдое и родное, а потом полностью провалилась в грёзы.

Когда сны отступили, а в голове зашевелились мысли, я на выдохе потянулась и открыла глаза. Первые секунды перед взором стоял туман, но он прояснился, являя мне знакомый потолок с росчерками солнечных лучей. Моя новая спальня.

И сегодня, кажется, я разделила её с Линчем. По крайней мере, именно он лежал рядом, подперев подбородок ладонью, а в карих глазах отражались золотистые солнечные искры.

— Доброе утро, соня, — он улыбнулся. — Хотя уже день.

— День? — я перевела взгляд на окно. Если судить по положению теней и света, то да, Эйдан не ошибся. — И правда. А ты давно проснулся?

— Пару часов назад. Ну, плюс-минус. Я не смотрел на время.

Его безмятежная улыбка так не вязалась с событиями вчерашнего дня, что я не могла подавить беспокойство, просочившееся в голос.

— А как ты себя чувствуешь? У тебя же истощение, Эйдан. Тебе в больничном крыле нужно быть, а не здесь. Лекарь вчера дал указания, а ты… — но меня прервали, приложив к губам тёплый палец.

— Никки, всё хорошо, — прошептал он. — Я в порядке. И даже больше чем в порядке. Сон с тобой творит чудеса.

Чуть было не ляпнула «очень сомнительно», но вовремя себя сдержала. И правда, если не считать лёгких теней, залёгших под его глазами, в целом умирающим, да и вообще больным, Эйдан не выглядел. Он даже поражал расслабленностью и умиротворением.

И я успокоилась, вновь откинувшись на подушку. Ровно до того момента, как прозвучал его вопрос:

— Что ты вчера сделала, что Клинт во всём сознался?

Мне так хотелось рассказать Эйдану правду, но я не могла. И даже не из-за конкретного запрета от Дэмиана, который не знала, как обойти. Мне было страшно… Будто слова могут разрушить то хорошее, которое, кирпичик за кирпичиком, выстраивалось между нами. Лишат меня тепла от его присутствия. Замедлят сердце, которое бьётся быстрее, когда он рядом, на расстоянии выдоха.

А ведь, возможно, он рядом именно из-за того, что я такое. От этой мысли хотелось малодушно спрятать лицо в ладонях.

— Угрожала, — наконец ответила я, надеясь, что на этом вопросы и прекратятся.

По задумчивому лицу Эйдана было видно, что он примеряет мой ответ ко вчерашним событиям, прокручивает их в голове так и эдак. Наконец, он хмыкнул и погладил моё плечо ладонью.

— Ты не перестаёшь меня удивлять, — карие глаза заблестели от восхищения. Теперь ладонь скользнула между мной и подушкой, а потом настойчиво притянула ближе. — Я думал, что знал о тебе всё, а в итоге не знал и половины.

Ох, ты даже не представляешь, насколько сейчас прав! Пришлось небрежно пожать плечами.

— Это, скорее, в состоянии аффекта. Я была не в себе из-за Хелла, из-за тебя, из-за того, что… В общем, не ожидала.

На этот раз он молчал пару минут, даря лёгкие поглаживания плечу. А я просто лежала, прислушиваясь к его дыханию. Вчерашняя ночь окончательно убедила меня, что дальше легче не будет. Что всегда, ощущая тепло его прикосновений, душу будет грызть мысль: «А что, если он это делает не по своей воле? Ты его одурманила. Подчинила. У тебя для этого были многие месяцы, и теперь он просто не может уйти».

— Могу я спросить о том, что произошло с Хеллом?

Внешне Эйдан никак не пытался показать своих чувств, но вот голос… Я не могла не отметить, что он едва заметно дрогнул. Любой другой на моём месте и не заметил бы, но я слишком хорошо его знала…

Да уж… Вбивать клин между лучшими друзьями никогда не входило в мои планы.

— Я не сдержалась, — теперь я сама положила ладонь на грудь Эйдана, скрытую тёмно-синей футболкой. — Сам понимаешь, атмосфера располагала. В общем, я его поцеловала, а он ответил, вот и всё. Хелл не виноват. Да у него и выбора не было, честно говоря.

— Я расстался с Кендрой, — неожиданно прозвучало от него. — Окончательно.

— Да, я так и поняла.

И это пугало, вновь возвращая недавние мысли о собственном происхождении и мешая мне просто наслаждаться моментом. На сердце лежал тяжёлый камень, постепенно подталкивая к единственному верному решению. Оно, решение, мне не нравилось. Нет, не так. Меня от него тошнило, а на глаза наворачивались жгучие слёзы обиды.

Пришлось их проглотить, когда парень мягко сомкнул пальцы на моём подбородке, вынуждая взглянуть на него.

А я смотрела на его губы и просто не могла больше ни о чём думать.

Пора признаться самой себе, что Эйдан Линч давно сидит у меня под кожей. Неидеальный, со своими многочисленными недостатками и пороками. Мне плевать. Я достаточно рациональна, чтобы не верить в недостижимый идеал, особенно если рядом он.

Он… Больше не друг. Уже нечто большее.

Лишь бы эти предательские слёзы не вздумали показываться на глазах!

— Я не знаю, сколько времени у нас осталось, — на дне его глаз плескалась решимость. — Надеюсь, что вся жизнь, но если нет… Никки, я не хочу тратить эти месяцы или годы попусту. Я хочу быть с тобой. Хочу целовать только тебя, обнимать, вдыхать аромат твоих волос. Хочу просыпаться рядом каждое утро и смотреть на тебя спящую. Ты в курсе, что очень мило хмуришься, когда солнце падает на твоё лицо? — после этих слов он улыбнулся, но улыбка не продержалась долго. Пальцами свободной руки он приподнял моё запястье и поднёс к губам. Повязки сейчас не было, и я прекрасно осознавала, кто её снял. — Я уже обещал, что это не испортит тебе жизнь. Клянусь. И прошу мне поверить, хотя некоторые мои поступки и не вызывали доверия.

Он говорил, а я слушала затаив дыхание. А ещё подмечала новые, совершенно незнакомые мне черты лица и интонации голоса. Этот Эйдан стал старше. Уже не мальчишка с замашками аристократа. И не похититель девичьих сердец. Того, прежнего Эйдана я тоже любила, а этого… Мысль, что я могу потерять его раз и навсегда казалась лезвием, которое отрезает от сердца по кусочку. Медленно и мучительно, затапливая его в крови.

— Эйдан…

Но он настойчиво меня перебил.

— Погоди, я должен договорить. Все мои светлые воспоминания детства связаны с тобой. Я даже полюбил наш крохотный осколок, потому что ты была рядом. И готов возвращаться туда снова и снова. Мне не нужна другая жизнь, Никки. Я ошибался. Граш, как же сильно я ошибался… Мне нужна жизнь рядом с тобой, а не ощущение собственной важности от того, что меня вновь приняли в высшее общество.

Между нами повисла пауза. За этим взглядом, который обволакивал душу, крылось слишком много всего. Эйдан сумел вложить в него море эмоций и океан смысла. Что-то такое, что ощущалось в воздухе, вызывало мурашки на коже, но это невозможно было облечь в слова…

Стало легко. И так сладко-сладко, как никогда прежде. И я сама приподнялась на локте, пробежала пальчиками по его лицу и накрыла губы Эйдана своими, прекрасно осознавая, что это первый и последний наш поцелуй.

Глава 32 Эйдан

— Мне не нужна другая жизнь, Никки. Я ошибался. Граш, как же сильно я ошибался… — простонал я, позволив себе на короткий миг прикрыть глаза. Но и за закрытыми веками меня неизменно преследовал её образ. — Мне нужна жизнь рядом с тобой, а не ощущение собственной важности оттого, что меня вновь приняли в высшее общество…

Ну вот и сказал то, что не давало мне покоя уже несколько дней подряд. С изумлением отметил свой севший голос, который будто принадлежал другому человеку. А мысли и слова… мои от начала и до конца.

Вещунья велела разобраться со своими чувствами, отделить ложные от истинных, что я и сделал. И признался сам себе, что перерос слепую детскую привязанность к лохматой девчонке. Но она, как была для меня всем, так и осталась. Просто теперь я хотел провести с ней всю свою взрослую жизнь.

Она молчала, покусывала нижнюю губу, а я не торопил с ответом. Хотя внутри всё скрутилось в тугой узел и замерло, причиняя неимоверную боль. Даже дышать не получалось. Но это казалось ненужным, ведь я впитывал тепло её тела, взгляд, полный замешательства и какой-то внутренней борьбы, наслаждался ароматом кожи Никки. Насыщался всей её сущностью как кислородом. Это ли не любовь? Ответа на вопрос я не знал, но чувствовал, что прав.

И в миг, когда воздух между нами уплотнился до предела, Никки коснулась моего лица. Нежно и остро одновременно, это прикосновение было подобно разрядам крошечных жалящих молний. Только бы не прекращалось, молился я про себя. Только не останавливайся.

Не остановилась. Накрыла губами мои губы и поцеловала. Первая! От внезапной эйфории я замер, позволил ей прижать себя крепче, а спустя секунду ответил. Граш! Невероятный коктейль её вкуса и аромата мог бы сорвать все предохранители.

В том самом алом платье, которое будоражило фантазию. И которое для неё выбрал я. Витала в моей голове шальная мысль ночью переодеть Никки, выдумав для себя правдоподобное оправдание, но я отмёл эту идею. Увидеть её в белье было заманчиво, но тут как и с поцелуем — мне было важно, чтобы она сама этого хотела. И кольцо, что я купил тогда, когда то самое платье и выбирал… Я уже представлял, как подарю его ей, и Никки сама догадается о смысле украшения. Не сразу, конечно, но я готов был ждать.

Сейчас же я просто наслаждался тем, что есть, хотя тело давно перестало принимать сигналы от мозга, реагируя на желанную и любимую ожидаемо — свободные штаны вдруг стали тесными, член закаменел от вполне понятного желания, а пальцами я скользнул от тонкой шеи к ключицам, собираясь вслед за ними слизать аромат её кожи языком.

Но неожиданно Никки разорвала поцелуй и упёрла ладони мне в грудь. А я неосознанно вновь потянулся к её губам. Кто бы мог подумать, что на вкус они будут подобны яблочному сидру с лёгкими нотками корицы, да и разум туманят примерно так же неотвратимо.

— Нет, — резко выдохнула эта потрясающая девушка.

Мне даже показалось, что я ослышался.

— Что?

— Я сказала нет, Эйдан, — теперь её голос звучал твёрже, но и как-то безжизненнее что ли. Или мне просто показалось?

— Да, наверное, я поспешил, — я тут же убрал руки и отстранился. Далось мне это, конечно, тяжело. — Прости. В следующий раз…

— Не будет следующего раза, — девушка спешно выпуталась из моих объятий. Слишком спешно. Будто обожглась или испугалась, что я вдруг потеряю контроль и наброшусь, чтобы удержать. — Ничего не будет.

— Никки, я не понимаю, — я в замешательстве смотрел, как она спрыгивает с постели, будто вместо меня на ней оказался дикий степной граш. Все её движения были резкими, так непохожими на привычные движения Никки. Отойдя к окну, она замерла. — Мне казалось, что тебе нравилось…

Поджав губы, она отвернулась.

— Тебе казалось. Я поддалась моменту, да. Реакция тела, ничего больше. В конце концов секс у меня был давно, а тут ты… Но ты предал меня однажды, Эйдан, — её голос дрогнул. — Ты избалованный аристократ, который привык получать любую девушку, и такие не меняются. Не хочу быть очередным твоим увлечением, с которым ты наиграешься, а потом перейдёшь к новому. А теперь тебе пора, — и она кивнула в сторону выхода.

Грудь сдавило от внезапной боли. На миг я даже потерял ориентацию в пространстве, а боль всё расползалась и жалила изнутри, подобно отравленным шипам. Как в прострации, я поднялся с кровати и на негнущихся ногах направился к двери. Я ведь был готов отпустить её, если бы Никки дала понять, что Хелл ей больше чем друг. Настраивал себя на этот исход все те часы, пока она мирно спала у меня под боком. Да, мне этого не хотелось до тремора в пальцах, но терять их обоих… Худшего наказания и не придумаешь.

Однако, слова Никки превзошли самые изощрённые пытки, о которых я раньше лишь читал на страницах книг.

Закрыв за собой дверь, я ушёл к себе. Несколько раз прошёл из угла в угол своей спальни, стараясь унять эту боль. И сам не понял, как оказался у письменного стола, как вытащил из его ящика тёмно-синюю бархатную коробочку, и как открыл её. Кольцо с прозрачно-голубым аквамарином вызвало в груди новый приступ жжения, ведь я уже не раз представлял себе лицо Никки, когда она его увидит.

Не знаю, что дёрнуло меня вернуться в гостиную вместе с этим кольцом. Чего я хотел? Идиот! Она явно сказала нет, а сейчас я испорчу всё ещё больше. Хотя куда уж больше? Всё и так разваливалось прямо на глазах.

И не оставляя себе времени на размышления, я в сердцах закинул коробочку в полупустую урну, прекрасно понимая, что через час-два мусор уберут работники института.

Оглавление

Глава 1 Никки

Глава 2 Эйдан

Глава 3 Никки

Глава 4 Эйдан

Глава 5 Никки

Глава 6 Эйдан

Глава 7 Никки

Глава 8 Никки

Глава 9 Никки

Глава 10 Хелл

Глава 11 Никки

Глава 12 Эйдан

Глава 13 Никки

Глава 14 Никки

Глава 15 Никки

Глава 16 Никки

Глава 17 Эйдан

Глава 18 Никки

Глава 19 Никки

Глава 20 Эйдан

Глава 21 Никки

Глава 22 Никки

Глава 23 Никки

Глава 24 Никки

Глава 25 Никки

Глава 26 Эйдан

Глава 27 Никки

Глава 28 Никки

Глава 29 Эйдан

Глава 30 Никки

Глава 31 Никки

Глава 32 Эйдан