Библиотека :)

Хроники отряда «Феникс» 1235K - Lady Briza (скачать epub) (скачать mobi) (скачать fb2)

Lady Briza Хроники отряда «Феникс»

Глава 1: Детям нужно верить или Шанс на новую жизнь

Россия, один из небольших провинциальных городов, 1995 год

— Мамочка, не уходи!.. — пятилетняя Анюта изо всех сил вцепилась в мою руку, всем своим видом показывая, что ни за что меня не отпустит.

— Не могу, солнышко… У меня работа. А тебе пора идти к твоим ребятам в группу.

— Нет!!! — в голосе дочери прозвучали истерические нотки. — Если ты сейчас уйдёшь… То мы с тобой никогда больше не увидимся!

— Анька, кто это сказал тебе такую глупость?! — фыркнул крутившийся рядом семилетний Мишка, который чуть не прыгал уже от нетерпения — так боялся опоздать в школу.

Да и неудивительно: сын в этом году пошёл в первый класс, всё ему в школе нравилось и казалось интересным. Не знал пока Мишка о том, что «каторга» эта надолго: на целых десять лет, а потому и радовался каждому новому учебному дню, каждой, пусть даже и не самой лучшей отметке…

— Аня, и вправду! — вмешалась я в разговор детей. — Почему ты решила, что если я сейчас уйду, то мы больше не увидимся?

— Я не знаю! — внезапно разревелась дочь. — Я… Мне сон приснился. Что тебя плохие дядьки из пистолета застрелили.

— А-а, говоришь, плохие дядьки? Из пистолета?.. — сообразив, откуда у анютиных страхов ноги растут, протянула я. — Так это, солнышко, ты вчера вечером кино про них пересмотрела!

Каюсь, тут уж я сам была виновата. Не нужно было, поддавшись на уговоры детей, позволять им смотреть на ночь глядя фильм «Миссия невыполнима», тогда бы не было и сегодняшней истерики. Но сейчас, уж конечно, ничего с этим не поделаешь. Всё, что мне остаётся — это постараться хоть как-нибудь успокоить дочь и отвести её в группу.

— Послушай меня внимательно, солнышко! — проговорила я, присаживаясь на корточки перед дочерью и успокивающе её обнимая. — То, что тебе приснился скверный сон, вовсе не означает того, что это же самое случится на самом деле. А потому, вытирай поскорее слёзы, бери свою куклу и пошли. А то, если опоздаешь на завтрак, воспитательница будет сильно на тебя ругаться.

О том, что Мишке за опоздание в школу грозило замечание в дневнике, а мне — выговор от шефа, я даже не стала ничего говорить. Всё равно Анька ещё слишком мала, чтобы понять такие вещи. К тому же… Не настолько у меня много свободного времени, чтобы подробно ей всё объяснять. А потому, дождавшись, когда дочь перестанет всхлипывать, я решительно взяла её за руку и, велев Мишке сесть в машину и ждать меня там, отвела младшую в группу где и передала с рук на руки воспитательнице.

…Фух, ну, наконец-то я это сделала! Кто бы знал, что, порой отвести детей в садик и в школу бывает настолько непросто! Обычно с этим справлялся мой муж. Но сейчас он вот уже пару дней был в служебной командировке в другом городе, а потому эту его обязанность мне пришлось временно взять на себя.

Впрочем, всё оказалось не так страшно. Во всяком случае Мишка никаких истерик перед школьными воротами устраивать не стал, а, бодро выскочив из машины и помахав на прощанье рукой, помчался в свой класс. Ну, вот и хорошо. Теперь и я, наконец, могу с чистой совестью отправляться на работу. Тем более, что шеф накануне говорил, что собирается отвезти в банк крупную сумму денег, а значит, без главного бухгалтера ему не обойтись. А поскольку главбух в нашей небольшой, но вполне успешной фирмочке — это я, то значит, мне и придётся с ним ехать…

* * *

Не знаю, было ли причиной того Анькино предчувствие или что-то ещё, но ближе к обеду, перед самой поездкой в банк, у меня страшно разболелась голова, а в носу засвербело от порохового дыма, которому, вроде, и взяться-то неоткуда. Во всяком случае, ни в каких стрельбах я сегодня не участвовала и участвовать уж точно не собиралась.

Списав все эти непонятности на начинающуюся простуду, которую запросто могла подцепить во время недавних дождей на даче, я решила не обращать на такие мелочи внимания, а полностью сосредоточилась на предстоящей поездке. Хотя, если честно, ехать куда-то, тем более, с большими деньгами, мне сразу расхотелось. Как если бы беспокойство дочки передалось и мне… Но я — не Анька, которая в силу малолетства ещё не умеет справляться с эмоциями и чуть что — ударяется в рёв по любому поводу. Я — взрослая, рассудительная женщина, разменявшая четвёртый десяток лет и тому же чуждая нелепых предрассудков… Предчувствия, говорите? Ну, так нужно меньше думать о плохих вещах, тогда и дурные предчувствия преследовать не будут!

Так я мысленно убеждала себя где-то с полчаса пока шеф был на обеде. Наконец, вроде бы успокоилась, но на всякий случай всё-таки проглотила таблетку от головной боли… Ну, наконец-то отпустило. Теперь, если что, можно и ехать.

Шеф вот, правда «порадовал», объявив, что прежде, чем ехать в банк, нам придётся заскочить к нему домой за важными документами, которые он там забыл и которые ему сегодня наверняка понадобятся… А это означает, что придётся сделать довольно большой крюк, да ещё и по бездорожью потому, что наш шеф живёт в дачном посёлке, а тот только недавно начал застраиваться. И чего, спрашивается, моему начальнику в его городской квартире не сидится? Экзотики на старости лет, что ли, захотелось? Впрочем, не моё дело об этом рассуждать. Моё — в точности выполнять его поручения, сколь бы странными или даже дурацкими они порой ни казались.

Кое-как погрузились в машину: я — рядом с водительским креслом, впереди, шеф в обнимку с набитым деньгами «дипломатом» — сзади. Выехали со двора и влились в поток автомобилей несущийся по улице.

Поначалу всё было неплохо. Проехали центр города, выбрались на окраину, проскочили небольшую рощицу, за которой, собственно говоря, и распагался тот самый посёлок, где живёт наш шеф. Осталось проехать совсем чуть-чуть по шоссе, затем свернуть на гравийку, но тут…

Неожиданно откуда ни возьмись из-за поворота один за другим вылетело три чёрных автомобиля с наглухо затонированными стёклами. Один из них подрезал нашу машину спереди, другой остановился сзади, преграждая путь к отступлению, а третий… Третий неспешно, можно сказать, почти вальяжно замер прямо напротив нас. Дверца его открылась и оттуда выбралось четверо парней самой что ни на есть бандитской наружности. А вместе с ними — плюгавенький мужичонка весьма неприятной наружности, внешне смахивающий на серую крысу-переростка.

Подойдя к машине, в которой сидели мы с начальником и с водителем, он наклонился и громко постучал пальцем по боковому стеклу. Шеф слегка приоткрыл окно:

— Ну и какого… овоща вам надо?!

— Ты привёз то, о чём мы с тобой договаривались? — спросил «Крыса».

— Да, привёз! — раздражённо буркнул шеф. — Делим, как договаривались: четверть вам, остальное — мне…

— Ага, как же! — расплылся в неприятной ухмылочке «Крыса». — Стал бы я из-за такой мелочи заморачиваться! Давай так: половина — нам, половина — тебе. Не то, смотри, пожалеешь!

Я вдруг увидела, как в руках его подельников неожиданно возникли пистолеты, которые они направили в нашу с шефом и водителем сторону. И я далеко не была уверена в том, что если начнётся стрельба, то машина сможет защитить нас от шальной пули.

— Ладно-ладно! — с неожиданной лёгкостью пошёл на уступки шеф. — Уговорил. Половина мне и половина вам…

— Тогда… Давай сюда! — ухмыльнулся «Крыса». — Или, думаешь, на лоха напал, чтоб я тебе на слово поверил? Вылезай из машины, давай бабло пересчитывать! И если хоть одного бакса тут не будет… То сам понимаешь…

— Нет уж! — покачал головой шеф. — Сами разбирайтесь… А ты, — добавил он, обернувшись в мою сторону. — Ступай с ними и проверь, чтобы всё было честно, поняла?

Я уже успела сообразить, что происходит что-то неправильное. Неужели мой начальник сговорился с «Крысой» и его шоблой? И теперь они вместе собираются под видом ограбления украсть миллионы, которые шеф якобы должен был отвезти в банк?.. Похоже, что так и есть. А это значит…

— Значит, что живыми они нас с водителем уж точно не отпустят! — невольно вырвалось у меня. — Эх, надо было слушаться Аньку, а не корчить из себя самую умную… Правильно говорят, что дети — они как ангелы. Видят и слышат то, чего не замечают взрослые…

— Ты чего это там сейчас вякнула? — недовольно буркнул шеф. — Не слышала разве, что я тебе велел? Вылазь из тачки и иди считай деньги вместе с ними!

Я начала медленно открывать дверцу и в это время в мою голову пришёл блестящий, как мне тогда подумалось, план спасения. Выскочив из машины, я что есть силы припустила в сторону леса в то время, как «Крыса» и его отморозки, явно не ожидавшие от меня такой прыти, недоуменно смотрели мне вслед. И, наверное, добежала если бы…

Если бы шнурок на моём ботинке не развязался в самое неподходящее время! Наступив на него, я полетела кувырком через голову. А когда вскочила на ноги, то было уже слишком поздно.

— Стой, не уйдёшь, паскуда!.. — раздались грубые окрики у меня за спиной.

А потом… Раздались звуки выстрелов и над головой у меня так и засвистели пули. Затем — неожиданный толчок в спину и резкая, обжигающая боль, от которой невольно выступили на глазах слёзы и перехватило дыхание.

Я даже не сразу поняла, что меня подстрелили. Только когда ноги неожиданно подкосились и я растянулась прямо посреди дороги, поняла, что всё, приехали. Это — конец. И неожиданно меня такая злость взяла!

Я, ведь, всю свою сознательную жизнь только и делала, что вкалывала как раб на галерах! Сначала — в школе, которую закончила с отличием. Затем — в университете, на историческом, который, опять же, закончила с красным дипломом. Думала, вот, теперь-то заживу: в кармане — диплом престижного вуза, впереди — интересная работа и светлое будущее. А итоге вместо этого получила… Ничего хорошего, в общем, я не получила.

Настали «лихие 90-е», в школе, где я работала учительницей истории, по три месяца зарплату не выплачивали. А у меня — семья и дети, которых кормить-поить-одевать-обувать надо. Завод, на котором работал муж, тоже на ладан уже дышал, вот-вот совсем закроется. А потому мне пришлось, наплевав на высшее образование, искать работу, на которой хоть что-то платят. Затем уж по знакомым и родственникам кое-как наскребла денег на бухгалтерские курсы. А потом мне, как я думала, повезло: меня взяли главбухом на фирму, где по сей день работаю… Или, вернее сказать, работала…

«Если бы бог и вправду был, — мелькнула у меня мысль прежде, чем я, окончательно потеряв сознание, провалилась в чёрную звенящую пустоту. — То он бы ни за что не допустил такой вот несправедливости. Ну или, хотя бы, дал шанс на другую жизнь…»

А затем в моей голове будто что-то взорвалось. Сверкнула ослепительно-яркая вспышка и окружающий мир внезапно исчез. Не было больше ничего: ни оттенков, ни запахов, ни звуков. Исчезла и боль, которая всего пару мгновений назад казалась мне почти нестерпимой. Только где-то далеко впереди виднелся один-единственный луч света, будто звавший меня за собой. И я, отринув прочь всё земное, устремилась в сторону этого луча, мысленно гадая о том, куда же он меня приведёт. В том, что умерла, я была совершенно точно уверена. И теперь всё, чего я хотела — это поскорее узнать о том, в рай или в ад попаду и каким же оно окажется на самом деле, это моё посмертие…

* * *

Российская империя, Санкт-Петербург, 1899 год

Почувствовав резкую боль в плече, я с трудом открыла глаза и воззрилась на лежавший прямо передо мной пистолет, дуло которого всё ещё дымилось. Чуть поодаль стояла полупустая бутылка с налитым в неё напитком вишневого цвета, скорее всего, вином. Ещё одна точно такая же бутылка валялась рядом и из неё возле моего левого локтя натекла уже порядочная лужа тёмно-рубинового цвета, которая в неясном свете горевших в канделябре свечей напоминала своим видом кровь и по этой причине выглядела весьма зловеще.

…Проклятье, что же такое со мной случилось? Почему я сижу за столом в совершенно незнакомой комнате, обставленной с непозволительной для моей довольно скромной зарплаты роскошью? Где моя родная «двушка»? Где супруг, где дети? Что, вообще, я забыла в апартаментах, подозрительно похожих на дворец? Почему на столе передо мной находятся дымящийся пистолет и две бутылки с вином? И откуда взялась эта обжигающая боль в плече?

Я попыталась подняться, но ноги неожиданно подкосились и я бессильно опустилась в обитое бархатом кресло, в котором только что сидела… Что?! Обитое бархатом кресло?! Откуда оно могло взяться в моей скромной квартирке, где вся мебель, которую мы с мужем так не успели обновить, была старой, ещё из советской эпохи?..

В моей памяти начали одно за другим всплывать обрывки воспоминаний о том, что же сегодня случилось. Вроде бы, мы с шефом должны были заехать к нему домой за какими-то важными документами, а оттуда ехать в банк, чтобы отвезти деньги. Но случилось то, чего я никак не могла ожидать. На выезде из города на нас напали бандиты Или нет… Всё было не так. Шеф оказался с ними в сговоре и…

Что же случилось дальше? В меня стреляли, правильно? Только вот… Если это так, то сейчас я должна быть в больнице или на кладбище, а вовсе не здесь. Не в этих апартаментах, где всё просто кричит о роскоши и богатстве. И лакированная мебель из красного дерева, и тяжёлые бархатные шторы, и висящие на стене старинные часы, и зеркало в дорогой золоченной раме… Словом, вообще всё, что я только могла сейчас видеть перед собой… Так, стоп… Зеркало?..

С трудом повернув голову, я устремила взгляд в сторону зеркала, стоявшего на отдельном столике, который был придвинут к противоположной стене. И на какое-то мгновение… На какое-то мгновение мне вдруг показалось, что я сплю. Потому, что девушка, которую я увидела в отражении, была так же похожа на меня, как день бывает похожим на ночь. Во-первых, она была в отличие от меня очень молода — ей, судя по виду, едва исполнилось восемнадцать лет. Во-вторых, у той барышни были светло-золотистые волосы и глаза необычного, ярко-голубого, почти цианового оттенка. А в-третьих… В третьих, та девушка был одета в платье подозрительно похожее на то, которое в царское время носили воспитанницы пансионов для благородных девиц.

Можно было бы списать всё, что я сейчас видела, на причуды не в меру разыгравшегося воображения, если бы… Если бы только та юная особа в зеркале в точности не копировала мои движения. А потому всё, что мне оставалось — это признать тот факт, что я с некоторых пор и стала ею, ну, а она, соответственно, мной. Только вот…

Как же такое стало возможным? Я что, умерла и переродилась в мире, подозрительно похожем не то на девятнадцатый, не то на начало двадцатого века?..

Хм, если честно, никогда не верила в реинкарнацию, думала, что после смерти мы либо окончательно исчезаем из этого мира, либо попадаем в ад или рай… Но то, что я сейчас нахожусь здесь, на месте этой незнакомой девушки… Значит ли это, что судьба даёт мне второй шанс и что теперь я смогу прожить совершенно новую, не похожую на прежнюю жизнь?..

— Очень может быть, что так оно и есть! — едва заметно усмехнувшись, проговорила я. — Что же, следует признать, что мне несказанно повезло: я оказалась не где-нибудь, а в прошлом, которое знаю как свои пять пальцев. Даром, что ли, заработала в своё время красный диплом на историческом?.. Так что, мне теперь как говорится, и все карты в руки. Впереди почти вся новая жизнь и только от меня самой будет зависеть, как она сложится. Одно пока можно сказать: то, что я вытянула счастливый билетик: родилась в состоятельной, если только не сказать богатой, семье и что теперь-то мне больше не нужно думать о хлебе насущном и о том, чем я стану кормить детей за три дня до зарплаты…

В это время послышался громкий стук в дверь, а затем — старческий, слегка дрожащий, как будто надтреснутый голос:

— Барышня, что-то произошло? Я слышал, что в этой части дома стреляли… Скажите, с вами всё в порядке?

Только сейчас я вспомнила о боли в плече и о том, что, судя по дымящемуся пистолету, который я увидела перед собой, едва очнувшись, в меня и вправду стреляли. Ну или, может быть, это я сам в себя выстрелила… Эх, знать бы ещё по какой причине я это сделала!

Хм… Может быть, тот, кто стоит сейчас за дверью, как раз и внесёт ясность в этот вопрос? А заодно и расскажет мне о том, кем я… или, вернее, та светловолосая девушка, которую я увидела в зеркале, была раньше. И что за будущее меня, скорее всего, здесь ожидает…

Глава 2: «Какая ещё магия?!!» или Разговор с «предшественницей»

Кто бы ни стоял сейчас за дверью, заданный им вопрос требовал ответа. Тем более, что тот человек, кажется, и вправду беспокоится обо мне. Или, правильнее было бы сказать беспокоится он о своей «барышне» чьё место я теперь занимала.

— Со мной всё в порядке! — ответствовала я, стараясь придать своему голосу как можно более бодрое выражение. — Просто… Дверь почему-то заклинило. Я не смогла выйти из комнаты, поэтому и выстрелила из пистолета, чтобы привлечь хоть чьё-то внимание.

Объяснение было так себе, неважным, но ничего лучшего я не смогла тогда придумать. Сами понимаете: смерть от бандитской пули в моём «родном» мире, а вслед за этим перенос в какую-то альтернативную реальность — это не то, что помогло бы мне сохранять спокойствие и хотя бы каплю невозмутимости.

— Дверь, говорите, заклинило? — послышался из-за двери всё тот же старческий голос. — Так это мы… мигом! Эльза, а ну, быстрей сюда!

Из коридора донёсся странный звук совершенно не похожий на звук приближающихся шагов. Казалось, что там, за дверью, кто-то едет на самокате. А затем…

Щёлкнул замок и дверь комнаты открылась. В неясном свете висевших в коридоре канделябров, я увидела две странные фигуры, застывшие на пороге. Одной из них был благообразный седобородый старик. Его вполне можно было принять за обычного прислужника в богатом доме если бы не то обстоятельство, что одна кисть его руки, видневшаяся из-под ливреи, явно была искусственной и представляла собой нечто вроде латной перчатки, оснащённой сложной системой шестерёнок.

Но ещё более странное впечатление производила девушка, стоявшая рядом со стариком. Несмотря на то, что на ней была классическая форма горничной, я сразу поняла, что она не была настоящим живым человеком.

«Механическая кукла? Или андроид?» — мелькнула мысль, когда в полутьме погруженной в ночной мрак комнаты я увидела, что руки, ноги и даже лицо «горничной» были металлическими, а ноги у неё заканчивались не ступнями, обутыми в туфли, а небольшими колесами наподобие тех, что в моём мире ставят на детские самокаты и коляски. Других частей её тела, прикрытых одеждой, я разглядеть по вполне понятным причинам не могла, но предположила, что и они тоже отлиты из металла и соединены при помощи шарниров.

Заметив, что я пристально разглядываю служанку, старик повернулся к девушке и сделал ей знак идти.

— Эльза, ты свободна, — произнёс он. — Можешь возвращаться к своей работе… Что же касается вас, барышня, — добавил старик, обращаясь уже ко мне. — То, может быть, вы всё-таки расскажете о том, что случилось на самом деле? Эльза открыла дверь вашей комнаты едва толкнув её, а значит, замок вовсе не заклинивало. К тому же… У вас на одежде кровь… Неужели ваш дядюшка прав? И вы пытались убить себя потому, что не смогли отстоять на дуэли честь вашей подруги, княжны Варвары Шаховской, которую на давешнем балу оскорбил молодой князь Юсупов?

…Так… У этой комедии абсурда, невольной участницей которой я здесь стала, появились новые участники. Некая Варвара Шаховская, вроде как моя подруга, а также неизвестный мне дядюшка и некий князь Юсупов… Интересно, какие отношения меня с этой троицей связывают? И какую роль этим людям предстоит сыграть в истории, в которую я оказалась втянута?

Старик вопросительно смотрел на меня. Он явно ждал ответа. Но что же я могла ему сказать?..

«Говори, что ты в себя стреляла из-за Вареньки Шаховской! — неожиданно прозвучал в моей голове голос, показавшийся знакомым. И я не сразу сообразила, что это был мой „новый“ голос. Или, вернее, голос девушки, в теле которой я находился. — Это будет всяко лучше, чем если ты расскажешь им правду».

«Правду? Какую ещё правду? — мысленно обратилась я к своей невидимой собеседнице. — О чём это ты говоришь?»

«Известно о чём! — усмехнулась та. — О том, что если хоть словом обмолвишься об истинной причине своей дуэли с Николаем Юсуповым и о том, что вы с ним стрелялись из-за расхождения в политических взглядах… Думаешь, сможешь избежать исключения из института благородных девиц? Глупо было бы вылететь из учебного заведения всего за какую-то пару недель до выпуска!»

…Похоже, ситуация начинает разъясняться. Я, или, вернее, та девчонка, которой я теперь была, устроила дуэль с неким князем Юсуповым потому, что у них разные взгляды на вопросы государственного устройства Российской империи. Только боги знают, что там произошло между ними на самом деле, но… Судя по тому, что моя душа вселилась в тело юной аристократки, ранение оказалось для неё смертельным. Непонятно, вот, правда, почему я всё ещё была жива. Ведь если «приютившее» меня тело уже мертво, то и сознание должно угаснуть. Но этого почему-то не случилось.

«Это всё потому, что после дуэли мы оба были в полной отключке. Не только из-за ранения, но и… по другой причине, — снова прозвучал у меня в голове всё тот же голос. — Так что, ты вовсе не занимала тело умершей. Ты… как бы это сказать? Просто в него подселилась».

«То есть, хочешь сказать, что я ещё и квартирантка, которую можно в любой момент выставить прочь?!»

«Нет, ничуть ни бывало! Ты — не квартирантка, а подселенка. Выставить тебя прочь я не имею права. Да и технически осуществить это было бы крайне затруднительно. Пусть я и не в восторге от факта подселения, но тут ничего не поделаешь. Придётся нам уживаться вдвоём в одном теле. Однако… Не нужно отчаиваться раньше времени. Вспомни о том, что ты могла умереть окончательно и бесповоротно и радуйся хотя бы тому, что этого не случилось. К тому же… Я вижу, что ты — человек… то есть, я хотел сказать, дух взрослый и серьёзный. А значит, и вредить хозяйке этого тела не станешь».

«И что же ты предлагаешь мне теперь делать? Как мы будем делить одно тело на двоих? Половину дня оно будет твоим, а другую половину — моим, так, что ли?»

«Нет, не так. Встретив тебя я поняла, что это мой шанс отдохнуть от суетной жизни. Я собираюсь взять отпуск на несколько лет и понаблюдаю со стороны за тем, как ты будешь наставлять эту несносную особу — нашу с тобой хозяйку, на путь истинный…»

«А она что же, и вправду несносная особа?!»

«Ну… Временами бывает. Как, например, сегодня, когда вызвала на дуэль наследника дома Юсуповых только лишь потому, что они поспорили во время бала из-за политики. А заодно ещё и по той причине, что тот назвал её лучшую подружку — Вареньку Шаховскую, недалёкой клушей, не видящей ничего дальше собственного носа…»

«Оно того хотя бы стоило? Ну, чтобы из-за такой ерунды стреляться на дуэли?»

«Ох… Боюсь, ты просто не понимаешь. Варвара Шаховская была только поводом, равно как и расхождение в политических взглядах, а истинная причина вашей дуэли с Юсуповым — давняя вражда двух боярских кланов, тянущаяся ещё со времён Смутного времени…»

«И из-за чего мы должны враждовать с ними? Из-за денег?»

«Нет. По той причине, что у нас… Как бы это сказать? Магия противоположных стихий. Мы управляем водой во всех её проявлениях, а Юсуповы — огнём… Как думаешь, можем ли мы при таком раскладе быть друзьями с ними?»

«Кто это — мы?!..»

«Князья Оболенские, кто же ещё?..»

* * *

…Что?! Магия?! Какая ещё магия?! Откуда она могла взяться в Российском империи, где я, судя по всему, оказалась?!.

Но зато, по крайней мере, хотя бы знаю, к какому роду я теперь принадлежу. Что же, быть представительницей княжеского рода Оболенских в разы лучше, чем оказаться на месте какой-нибудь нищей бродяжки. Только вот…

Как быть с магическими способностями, которыми я теперь владею? В моём «родном» мире я была крайне далека от того, что хоть как-то связано с чародейством и волшебством. Более того, родившись в эпоху воинствующего атеизма, я не верила ни в бога, ни в чёрта и была совершенно точно убеждена в том, что никакой магии не существует. А теперь вдруг оказывается, что я — маг воды во всех её проявлениях. То есть, по идее, кроме «водных» мне также должны быть доступны ещё и заклинания, связанные со льдом и паром…

Хорошо это или плохо? Если честно, не знаю. Для начала стоит определить, чему девушка на месте которого я оказалась, уже успела научиться и какими заклинаниями она владела на момент своей смерти. И только после этого стану думать о том, как же мне использовать эти её… или, вернее, мои новые способности…

— Вы меня слушаете, барышня?.. — внезапно услышал я голос старика и только сейчас вспомнила о том, что так и не ответила на его вопрос.

— Ах, да… — словно спохватившись, произнесла я. — Вы спрашиваете, почему у меня на одежде кровь? Это всё потому, что я пыталась покончить с собой из-за того, что потерпела неудачу на сегодняшей дуэли. Должно быть, шампанское, которое выпила на балу, ударило мне в голову, ну, и…

— Что «ну, и»?! — внезапно услышал я незнакомый строгий голос, невольно заставивший меня вздрогнуть — настолько этот голос был похож на голос математика из школы, в которой я когда-то училась. Этого математика все, включая завуча и директора у нас как чумы боялись, а потому, когда похожий голос прогремел под сводами «моего» особняка, мне вдруг почудилось будто я перенеслась в годы своего детства, которое если и можно было бы назвать счастливым, то только с очень большой натяжкой. — Аннет, что, чёрт побери, ты творишь?!. Не далее как пару минут назад мне звонил князь Юсупов. Он сказал, что его старший сын стрелялся с тобой на дуэли! Не скажешь, какая важная причина заставила вас двоих направить друг на друга оружие? Как тебе, девушке из хорошей семьи, наследнице древнего княжеского рода, вообще могло прийти в голову нарядиться гусаром, наклеить накладные усы и заявиться в таком виде на бал только лишь для того, чтобы вызвать на дуэль Николая Юсупова? Не скажешь, как я должен это всё понимать?..

* * *

«Кто этот мужчина? — спросила я у голоса, с которым только что мысленно разговаривала. — И по какому праву он кричит на меня так, как если бы я была его крепостной крестьянкой?»

«Этот?.. — услышал я слегка насмешливый ответ у себя в голове. — Это твой дядя, Тимофей Леонтьевич. Он считает, что раз уж стал твоим опекуном после смерти его кузена, твоего отца, то, значит, имеет право повышать на тебя голос, хоть это далеко не так».

«А-а, ясно! — мысленно кивнула я. — И что же плохого он мне может сделать?»

«Много чего! Например, приберёт к рукам твоё состояние, а тебя под благовидным предлогом отправит куда подальше… Не удивлюсь, впрочем, если первую часть этого плана он и так осуществил и теперь как раз прикидывал, куда бы тебя заслать. Так чтобы через пару лет с достижением двадцатилетнего возраста ты не смогла вернуться в Петербург и потребовать возвращения того, что принадлежит тебе по праву».

«Ладно, а что там с дуэлью? Меня за неё накажут?»

«Хм… Сложно сказать. Всё зависит от того, выживет ли твой противник… Пока он, во всяком случае, жив. Ну, а дальше… Только Бог ведает, что будет».

«Я настолько серьёзно его ранила?!»

«Не настолько, но… Ты и сама знаешь, какой в конце девятнадцатого века был уровень медицины».

«Так, стоп… Уровень медицины в конце девятнадцатого века?! Получается, что и ты тут тоже как бы подселенка?!»

«Именно. А что? Тебя это удивляет?»

«Не то, чтобы удивило… Но теперь, кажется, я понимаю, почему ты хочешь в отпуск. Тебя тяготит жизнь в дореволюционной России… Я права?»

«Права. Я историю со школьной скамьи ненавижу, меня от запоминания всех этих дат просто тошнит. И надо же было случиться такому, что когда меня сбила машина, я оказалась здесь, в теле этой девчонки! Но теперь для меня всё закончилось. Я могу с чистой совестью передать хозяйку этого тела на твоё попечение, а сама отправлюсь в путешествие. Мир поглядеть, себя показать… Хотя, нет, с „показать“ вряд ли что получится. Я же всего лишь дух, а потому обычные люди меня не смогут увидеть. Но вот провести ближайшие пару лет посещая разные интересные места — это как раз то, о чём я давно уже мечтала».

«Если ты — такая же подселенка, как и я, то где же сейчас настоящая душа тела, в котором мы обе оказались?»

«Да кто же её знает! Скорее всего, давно уже в лучшем мире. А, может быть, так и блуждает в виде призрака поблизости от места, где три года назад перевернулась карета князей Оболенских».

«Перевернулась карета? Хочешь сказать, что ко времени твоего подселения хозяйка этого тела уже была мертва?!»

«Вряд ли можно сказать, что она тогда умерла на самом деле. Нашу „хозяйку“ нашли на обочине дороги через пару дней после той аварии. Она пролежала в забытьи больше двух недель, а потом вдруг очнулась. Но только технически это была уже не юная княжна Оболенская, а… совсем другая девушка. Подселенка из 1989 года, или, проще говоря, я».

«Слушай, я тебя тогда вообще не понимаю! Если ты живёшь в этом теле вот уже три года, то зачем же устраиваешь всю эту дичь? Ну, я имею в виду гулянки, дуэли и прочее?»

«Зачем? Да просто от скуки! К тому же… Если честно, я бы хотела чтобы моя „хозяйка“ и в самом деле умерла. Тогда я получила бы долгожданную свободу и могла делать всё что вздумается. Но раз уж ты здесь, то это мне не понадобится. Я просто передам тебе в аренду это тело, а сама отправлюсь в путешествие».

«Передашь в аренду? Ну, и какой будет плата?»

«Да никакой! Ты просто присмотришь за нашей „хозяйкой“ до моего возвращения. Проследишь, чтобы она не угробила себя раньше времени. Потому, что если это и вправду случится, то нас обоих накажут».

«Кто накажет?»

«Ай, да не важно кто! Скажем так, некто из высшей инстанции, в ведомстве которого находятся все души, приходящие на Землю. Если такое случится, то нас обеих лишат бессмертия и запретят перерождаться. А то и вовсе отправят в ад на вечные муки… В общем, раз уж мы тут оказались, то должны позаботиться о с хозяйке этого тела. Чтобы с ней ничего не случилось и она прожила тот срок, который Небеса отмерили ей при рождении… Так понятно будет?»

«Ага, так значит, до гулянок и дуэлей доводишь её ты, а мне вместе с тобой за это теперь отвечать?! Даже не рассчитывай, что я подпишусь на такое!»

«Кто сказал, что теперь? Это случится, если мы позволим нашей „хозяйке“ раньше времени умереть. Но если ты сделаешь всё правильно, то не только не будешь наказана, но и, возможно, тебе позволят вернуться обратно. В твой родной мир, к твоей семье… Ну, что на это скажешь?»

«Скажу, что ты хитра. Я должна заботиться о хозяйке этого тела и оберегать её от возможных опасностей в то время, когда ты будешь где-то гулять и развлекаться».

«Пф! Не хочешь — не надо! Только учти, что если откажешься, тебе не позволят здесь остаться. Умрёшь уже по-настоящему… Оно тебе нужно?»

«Не нужно, конечно… Ай, ладно! — решив, наконец, сдаться, махнула я рукой. — Я согласна. Останусь здесь и пригляжу за этой девчонкой чтобы она снова чего не натворил и не отправилась на тот свет раньше времени».

«Ну, вот и замечательно. Сделаем так: прежде, чем отправиться в отпуск, я оставлю тебе доступ к памяти „хозяйки“. Если тебе понадобится информация о её прошлом и о том, что за отношения связывают её с другими людьми, ты сможешь обратиться к этим воспоминаниям. Ах, да! Так же ты можешь воспользоваться заклинаниями, которые изучала наша, так сказать, хозяйка. Ну, и само собой, у тебя есть доступ к её магическим способностям и прочим умениям и навыкам необходимым в этой жизни»…

* * *

На первый взгляд могло бы показаться, что диалог с моей, скажем так, предшественницей, занял много времени, но на самом деле всё произошло почти мгновенно. Ответы на вопросы словно сами собой возникли в моей голове прежде, чем я успела бы их задать. Так что весь разговор отнял не больше нескольких секунд. Между тем «дядя» выжидающе смотрел на меня, явно ожидая ответа. И я заговорила, выдержав перед этим небольшую паузу:

— Как вы должны всё это понимать, дядюшка? А как хотите — так и понимайте! Да, я и вправду стрелялась на дуэли с Николаем Юсуповым. Ну, так что с того? Хотите сказать, что вы сами никогда не участвовали ни в одной дуэли? А причина… Причина у меня самая что ни на есть серьёзная. Дружба. Что может быть серьёзней этого в моём возрасте? Мне не понравилось то, что князь Юсупов насмехался над моей подругой, ну и… Всё получилось так, как получилось.

— «Получилось так, как получилось!» — передразнил меня «дядя». — Ладно, вижу, что сегодня разговаривать о чём-то с тобой бесполезно. Ты, должно быть, пока просто не понимаешь того, что натворила… Что же! Завтра в институте тебе твои наставницы объяснят, какое наказание ждёт тебя за эту дуэль… Сейчас же будет лучше заняться твоей раной. Я уже послал за семейным врачом, так что скоро он будет здесь. А пока я оставлю тебя в одиночестве. Посиди в этой комнате и подумай о своём отвратительном поведении, бросающем тень не только на твою репутацию, но и на честь всего нашего рода!

С этими словами «дядя» развернулся и вышел из комнаты. И старый слуга с железной рукой, который всё это время стоял на пороге, последовал за ним. Дверь захлопнулась и я оказалась наедине с полумраком ночи с трудом рассеиваемым светом свечей, горевших в канделябре…

Глава 3: Так лёг жребий или Неожиданное предательство

— …Ох, барышня, барышня! Ну, разве можно играть в такие опасные игры со смертью?.. — В голосе уже немолодого доктора, Ивана Христианыча, прозвучали укоризненные нотки, заставившие меня невольно почувствовать раскаяние. Хотя, если говорить по-правде, я вовсе не была виновна в злополучной дуэли, устроенной моей «предшественницей». — Неужели вы не понимаете того, что могли сегодня умереть?

— Понимаю, конечно! — кивнула я. — Только вот… Что я могу поделать, если под угрозой была честь моей лучшей подруги? Думаете, я могла проигнорировать такую наглость со стороны этого человека и то, что он посмел обидеть беззащитную девушку? Если бы я так поступила… То, наверное, сама себя уважать перестала!

Доктор ничего не сказал, только укоризненно покачал головой и принялся накладывать повязку на мою рану.

Мне, можно сказать, сказочно повезло: пуля не прострелила плечо насквозь, а прошла по касательной. Но из-за того, что мне теперь пришлось держать правую руку на перевязи, я была вынужден пропустить последнюю пару недель занятий, остававшихся до выпуска из университета благородных девиц.

Наверное, это было и к лучшему, потому что даже не знаю, чем бы стала там заниматься. Учиться заново мне не хотелось и уж тем более не прельщала перспектива обсуждения с однокурсницами и с преподавателями обстоятельств недавней дуэли. Так что как бы «дядюшка» ни мечтал отправить меня обратно в учебное заведение, ему пришлось смириться с тем, что дни до выпуска, я проведу дома.

За это время я успела освоиться в особняке и стала понемногу привыкать к своей новой жизни. Моя «предшественница» поспешила скрылся в неизвестном направлении уже на следующий день после того достопамятного разговора со мной. И как только я это поняла, то начала размышлять о том, как бы незаметно направить «хозяйку» нового тела на путь истинный.

Тому что молодая княжна Оболенская оказалась особой взбалмошной и непредсказуемой, я не особенно и удивлялась. В конце концов моя «предшественница» ясно дала понять: она специально толкала свою «хозяйку» на всякие безумства, заставляя её рисковать жизнью только лишь потому, что хотела таким способом освободиться от «бремени» которое на неё неожиданно свалилось три года назад.

Чудом было хотя бы уже одно то, что девушка, доверенная её «заботам», вообще дожила до сегодняшнего дня и даже при этом сильно не покалечилась! Да, несколько раз за три года падала с велосипеда и с лошади, тонула в пруду загородного поместья, терялась в лесу во время семейных выездов на охоту, но всё обходилось более-менее благополучно. Юная княжна Оболенская, можно сказать, всякий раз выходила сухой из воды или же, в худшем случае, отделывалась малой кровью и незначительными травмами. Как если бы находилась под охраной незримых высших сил, у которых на неё были большие виды!

— Хм, а, может быть, всё так и есть? — усмехнулась я. — Моя «преемница» говорила, что не может покинуть это тело до тех пор, пока не найдёт себе замену. Однако, вне зависимости от того, что бы она ни вытворяла, какие безумства ни совершала, этой девочке удалось выжить не в последнюю очередь благодаря помощи кто-то невидимого. Возможно, ангела-хранителя, а может быть, кого-то из далеких предков, не заинтересованных в том, чтобы род князей Оболенских внезапно прервался со смертью единственной наследницы… Но, в любом случае, я сделаю всё от меня зависящее, чтобы с этим барышней ничего плохого больше не случалось. Чтобы она благополучно дожила до глубокой старости и умерла в окружении детей, внуков и правнуков. А если моя «предшественница» вернётся и снова решит довести свою «хозяйку» до смерти, я ни за что не позволю ей это сделать. Хотя бы потому, что жизнь этой девушки — это теперь и моя собственная жизнь тоже. И я вовсе не намерена расставаться с ней раньше времени!

В тот день я окончательно решила что моя жизнь в «новом» теле не будет бессмысленной и бесполезной. Я сделаю всё от меня зависящее, чтобы только юная княжна Оболенская исправилась и перестала творить всякую дичь, будь то дуэли, побеги из дома или нечто другое. В конце концов, я — взрослая, разумная женщина. И если Судьба распорядилась так, что, умерев в своём родном мире, я заняла это тело… То, значит, мне и исправлять ошибки, которые успела натворить Анна Оболенская под чутким «руководством» моей «предшественницы». Правда, тогда я ещё не знала, как этого добиться. Думала, что, окончив университет благородных девиц, займу придворную должность и стану фрейлиной, буду служить государыне-императрице или кому-то из её дочерей верой и правдой. Только вот Судьба распорядилась совсем иначе.

У неё, у Судьбы, как вскоре выяснилось, были на меня совсем другие планы, о которых я тогда не имела ни малейшего представления. И даже представить не могла, где это я окажусь вскоре после выпуска из учебного заведения…

Стану фрейлиной, говорите? Буду служить императрице или кому-то из её дочерей? Как бы не так! А извольте-ка пожаловать в отряд истребителей нечисти, сударыня! И не жалуйтесь на то, что служить вам придётся не во дворце, а на другом краю света, в землях, которые совсем ещё недавно принадлежали империи Цин! Это не мы виноваты, это просто так ваш жребий лёг!..

* * *

— …Куда-куда, вы говорите, меня отправляют в наказание за дуэль?! — переспросила я, в изумлении глядя на директриссу университета для благородных девиц. — В порт Дальний? В специальный отряд истребителей нечисти?!

— Именно! — последовал ответ. — Анна Оболенская, за то, что вы устроили скандал во время бала и дрались на дуэли с князем Юсуповым, вам придётся раз и навсегда забыть о придворной должности. Вы были одной из лучших наших учениц и должны были после выпуска стать камер-фрейлиной Её Величества. Но за то, что вы учинили форменное безобразие, вам придётся служить не в Петербурге во дворце, а на границе с Китаем, в отряде «Феникс», который всего полгода назад, подобно мифической птице, был возрождён из небытия после пятисот лет забвения.

— С ума сойти! — невольно вырвалось у меня. — И что же я буду там делать? Охранять рубежи Российской империи от японских самураев?

— Нет! — едва заметно усмехнулся стоявший рядом с ней мужчина в офицерском мундире, который, как я поняла, служил в каком-то военном ведомстве. — Вам сказали, что отряд, в котором вы будете состоять, занимается истреблением нечистой силы. В данном случае — угрожающей мирному населению на землях, недавно купленных Россией у империи Цин. А именно: в окрестностях порта Дальний и в Порт-Артуре. Также вам придётся вместе с вашими сослуживцами время от времени выезжать в командировки… Это — всё, что вам пока следует знать. Остальное узнаете, когда прибудете на место службы… Ах, да! — добавил он, едва заметно усмехнувшись. — Позвольте дать вам один совет, барышня. Чтобы добраться до места назначения, воспользуйтесь дирижаблем, а не поездом. Так вы скорее доберётесь… На этом — всё, можете идти.

— Да, хорошо, — будучи всё ещё в шоке от такого вот распределения, кивнула я. — Только… Скажите, меня и вправду высылают на другой конец империи в качестве наказания за недавнюю дуэль?

— Нет, вовсе не по этой причине! — покачал головой офицер. — Или, вернее, не только по ней одной. Вы отправляетесь на службу в порт Дальний потому, что так нужно. Это — ваша Судьба, а значит, просто смиритесь. Тем более… Что в будущем у вас ещё появится шанс вернуться в Петербург. Если будете в отряде на хорошем счету, вас вполне могут перевести в столицу, в местный отряд истребителей нечисти.

— Но почему меня вообще отправляют на военную службу? — продолжала я допытываться. — Ведь, насколько я понимаю, мои выпускные оценки… Да и вообще: разве в Российской империи существуют такие законы, чтобы оправлять женщину в армию помимо её воли?

— Вас отправляют туда потому, что вы владеете магией воды во всех её проявлениях. Такие люди как вы — на вес золота. Фрейлиной может стать может абсолютно любая девица, пусть даже полностью лишённая магических способностей. А вот в специальных отрядах вроде того, куда мы вас отправляем, служат только те, у кого от рождения есть Дар. Те, кто владеет сильной магией и умеет чувствовать приближение нечисти… Не нужно относиться к вашему назначению как к ссылке или, тем более, к наказанию. Наоборот, считайте, сударыня, что вам оказали великую честь. Вы будете служить в легендарном отряде «Феникс», слава о котором гремела на весь мир ещё тысячу лет назад. Поверьте, тут есть чем гордиться!.. Так, что на вашем месте я бы не только не роптал на Судьбу за это назначение, но ещё и возблагодарил её за этот шанс!..

Я вовсе не была уверена в том, что в моём назначении есть хоть какой-то повод для гордости, но у меня тогда просто не было никакой возможности от него отказаться. Так, что осталось только одно: смириться и ждать…

* * *

На сборы дали всего каких-то несколько дней. За это время мне нужно было не только справить форму необходимого образца и собрать в дорожный чемодан вещи, которые понадобятся на месте службы, но и решить кое-какие финансовые вопросы. Так, несмотря на то, что «дядюшка» был категорически против, я настояла на том, чтобы мне выдали деньги, оставшиеся от приданого матери. Там было несколько тысяч рублей: сумма вполне, достаточная для того, чтобы не зависеть от жалованья, которое ещё неизвестно как и когда будут выплачивать в такой дали.

Также я выяснила, когда в Иркутск вылетает ближайший дирижабль. Там мне предстояло сделать пересадку — сесть на другой дирижабль, который довезёт меня до самого места службы.

Получалось так, что прибыть в Иркутск я должна была утром, а в три часа после полудня мне уже предстояло вылетать в Дальний. Даже если предположить, что в дороге случится нечто непредвиденное и первый дирижабль на какое-то время задержится, я всё равно успею вовремя добраться до места. Да, и билеты я тоже приобрела заранее: дабы потом, долетев до места пересадки, не не бегать и не искать их по всему Иркутску.

«Дядюшка» настаивал на том, чтобы перед отъездом я навестила вместе с ним дальних родственников и знакомых: мол, когда ещё с ними увижусь! Но я посчитала, что мне не стоит тратить время на эти бесполезные визиты. Во-первых, и без того дел с подготовкой к отъезду выше головы. А, во-вторых, я, если честно, боялся что кто-то из родственников или знакомых вдруг поймёт то, что я — вовсе не та Анна Оболенская, которую они знали прежде. Да и, опять же, пересуды о недавней дуэли, которые непременно начнутся, вздумай я отправиться с визитами — это вовсе не то, в чём я хотела бы поучаствовать.

Я считала, что лучше уж вместо этого посвятить оставшееся до отъезда время знакомству с магическими способностями, о которых я пока имела весьма смутное представление. Мне хотелось заранее определить границы своих возможностей чтобы, когда возникнет необходимость воспользоваться магией, я чётко знала, что я смогу сделать, а что, увы, окажется мне не по силам.

В качестве «полигона» для своих экспериментов я выбрала заброшенный сад, расположенный неподалеку от особняка, в котором жила. В саду этом кроме нескольких десятков старых яблонь и груш, был разбит небольшой живописный пруд, заросший по берегам рогозом и кое-где покрытый ряской. Мало кто из посторонних забредал в это уединённое место, а потому я могла спокойно там заниматься изучением магии, не опасаться случайно травмировать кого-то.

Проводя на пруду дни от рассвета и до заката, путём экспериментов я выяснила кое-что интересное и небесполезное. Так, например, уже через пару часов мне стало ясно, что вода в её жидком состоянии мало подходит в качестве боевого оружия. Максимум, что можно с её помощью сделать — это раскидать противников по сторонам, направив в их сторону мощный водяной поток. А вот когда нужно кого-то убить или тяжело ранить, то для этих целей воду лучше заморозить и превратить в некое подобие ледяных стрел или же арбалетных болтов. Что же касается воды в её газообразном состоянии, сиречь, пара, то, как я выяснила, он использовался только для управления механизмами, работающих на паровой тяге. Например, теми механическими куклами, выполняющими обязанности прислуги, с которыми я уже имела возможность встретиться в первый же вечер после появления в особняке Оболенских.

Также я выяснила, что запросто могу воздвигнуть импровизированную переправу через любой водоём, просто переведя верхний слой воды из жидкого состояния в твёрдое… Что же, это умение почти наверняка пригодится мне во время службы. Когда, например, нужно преодолеть реку, а времени на поиски брода не окажется…

Все заклинания, которые я «позаимствовала» из памяти двух моих «предшественниц», представляли собой магические знаки. Их следовало чертить в воздухе при помощи специальной палочки, сделанной из палисандрового дерева и украшенной изображением загадочных знаков, похожих на руны.

И если поначалу у меня не всегда получалось начертить магические символы правильно, что нередко приводило к «побочному эффекту» в виде сильной отдачи, то уже через три или четыре дня я безошибочно выстраивала цепочку из волшебных знаков за какие-то несколько мгновений. А позднее, уже во время службы, я настолько хорошо постигла глубинную суть своих способностей, что сама принялась изменять магические знаки чтобы тратить на их начертание как поменьше времени. Так, что порой мне хватало всего одного взмаха волшебной палочкой чтобы на моих противников обрушилась целая стена воды или их засыпало ледяными стрелами. Но это было уже много позже — когда я через многое прошла и многого достигла. А тогда, в самом начале становления истребительницей нечисти и боевым магом по совместительству, я с неподдельным интересом изучала новые заклинания, не жалея на это занятие ни сил, ни времени.

Между тем дни бежали один за другим, близилось время отъезда. И надо же было случиться, что как раз накануне моего вылета в Иркутск произошло событие, заставившее меня изменить все планы.

Вечером, когда вернулась в особняк после тренировки, кто-то из слуг объявил мне о том, что у «дядюшки» важный гость.

— Важный гость? — удивился я. — Ну, и кто бы это мог быть?..

И тут до меня донеслись из гостиной обрывки разговора.

— Так значит, — произнёс «дядюшка». — Дело сделано? Вы и вправду отправили её на другой конец империи, откуда она никогда не вернётся?

— Да, всё верно! — ответствовал его собеседник, голос которого был мне незнаком. — Я заплатил кому следует и тот человек сделал так, чтобы вашу племянницу в качестве наказания за дуэль отправили служить в отряде истребителей нечисти, хотя, вообще-то, дело и могло бы ограничиться всего лишь порицанием и запретом занимать придворную должность в ближайшие пару лет. А вы и сами знаете, что век борцов с тёмными силами не бывает долгим. Большинство из них оказывается сожрано оборотнями или вампирами уже в первый или, в лучшем случае, во второй месяц после начала службы.

— Да, но не будем забывать о том, что моя племянница обладает выдающимися магическими способностями! — возразил ему «дядюшка». — Что, если ей удастся выжить и, прослужив где-то у чёрта на куличках положенное время, вернуться в Петербург? К тому времени ей исполнится двадцать один год, она станет совершеннолетней и получит право самостоятельно распоряжаться фамильными богатствами.

— А вам этого, уж конечно же, очень бы не хотелось? Прежде всего потому, что вы успели запустить руку в казну князей Оболенских и теперь боитесь, что ваше воровство будет раскрыто? — хмыкнул его собеседник. — Но не беспокойтесь. Насколько бы выдающимися ни были магические способности вашей племянницы, они не помогут ей. В тех краях, куда её отправляют, не только всякой опасной нечисти видимо-невидимо, но к тому же ещё и случаются разборки между представителями цинских кланов в ходе которых неизбежно достаётся не только местным, но и пришлым. Да и вообще… Места там дикие, люди подозрительные и недобрые, чуть что — за ножи и кинжалы вмиг хватаются. А между тем истребителям нечисти категорически запрещено использовать магические способности и оружие против обычных людей… В общем, шансы выжить и вернуться у вашей племянницы, прямо скажем, призрачные. Не удивлюсь, если её прикончат в первой же стычке либо с местными бандитами, либо во время охоты на нечисть…

— Ладно, я вас, в общем-то, понял, — проговорил «дядюшка». — Что же… В таком случае, вот ваша награда за помощь.

Я услышал, как звякнули монеты, должно быть, уложенные в довольно объёмный мешок. После чего дядюшка окликнул кого-то из слуг и велел отнести деньги в карету «князя». А затем…

Дверь гостиной открылась и я, стоя в укрытии за одной из колонн, вдруг увидела, как «дядюшка», почтительно кланяясь, провожает своего визитёра, которого я сразу же узнала, поскольку хорошо запомнила его изображение на портрете, виденном в учебнике по истории в моём «родном» мире. Важным гостем, который приходил к «дядюшке», был никто иной, как князь Феликс Феликсович Юсупов. Отец того самого Феликса Юсупова, который меньше чем через двадцать лет станет одним из убийц Григория Распутина. Если, конечно, история этого мира будет похожей на ту историю, которую я лично изучала в школе и в университете, а затем и преподавала когда-то своим ученикам…

* * *

Простите, но это что же получается?! Эти двое состоят в заговоре, жертвой которого должна стать я?! Ладно, ещё понимаю, почему «дядюшка» хочет заслать меня на край света и даже дальше. Но какой может быть смысл в моей высылке из Петербурга для Феликса Юсупова-старшего? Хотя… Наверное, дело в том, что я… или, вернее, моя «предшественница» ранила на дуэли его старшего сына и отец таким образом решил отомстить за своего наследника?

А может быть, проблема была в деньгах, которые заплатил ему мой «дядюшка»? Хотя, это и кажется мне странным. Насколько я знаю, князь Юсупов очень богат и вряд ли станет продавать свои услуги за деньги. Тем более, таким людям, как мой «дядя»…

Впрочем, причины неважны. Не имеет значения то, что заставило этих двоих заслать меня в неведомые дали, на другой конец Российской империи. Важно то, что я не могу позволить им обоим думать, будто меня можно так вот запросто списать со счетов.

Пускай сейчас я, будучи по меркам этого времени несовершеннолетней, и не могу ничего изменить, но в будущем… В будущем я сюда ещё вернусь и заберу у «дядюшки» то, что должно принадлежать мне мне по праву.

Да, сейчас я бессильна что-то сделать. Мне придётся отправиться на дальние рубежи Российской империи, в Порт Дальний, меньше года назад купленный у цинцев. Придётся служить там в отряде по борьбе с нечистью. Однако… Рано или поздно я вернусь, чтобы восстановить справедливость и наказать тех, кто ради личной выгоды хотел отправить меня почти на верную смерть. И как бы «дядюшка» ни думал, что он счастливо избежит возмездия за своё предательство по отношению ко мне, этого никогда не будет. Я ни за что не прощу ни его, ни всех остальных, кто оказался во всём этом замешан. Я ещё вернусь и пусть они тогда ни на что не жалуются…

Глава 4: Непростой перелёт или Одна газетная история

Сидя возле иллюминатора в своей каюте, я с интересом наблюдала за тем, как земля, оставшаяся далеко внизу, стремительно «убегает» вдаль. Как быстро уменьшаются и тают где-то далеко внизу деревья, мосты, дома, особняки, дворцы и храмы, а серебристо-голубая лента реки становится всё уже и уже.

Дирижабль стремительно набирал высоту. Пожалуй, намного быстрее, чем я могла ожидать от летательного аппарата, работающего на паровой тяге. Впрочем, совсем забыла: в этом мире существуют не только технологии, но ещё и магия. У себя в особняке я, например, я именно так и управляла механическими слугами: при помощи магии пара. Может быть, и этот дирижабль так быстро движется не только из-за работы двигателя, но ещё и за счёт использования каких-то неизвестных мне заклинаний?

Впрочем, сейчас это не имело никакого значения. Главным было то, что сегодня рано утром, ещё до рассвета, я покинула Петербург и направилась к месту будущей службы. Что ждёт меня там? Какими окажутся мои сослуживцы и высшее начальство? Смогу ли я с ними поладить, учитывая разницу в мировоззрении? Ведь я, по своей сути всё, всё ещё оставалась человеком из XX века и меня с ними разделяло лишь немногим меньше двухсот лет разницы в возрасте. За это время наука и общество далеко успели шагнуть вперёд, вон, даже на Луне люди в моём «родном» мире успели побывать, а здесь только-только начинали осваивать воздушную стихию. Причём, на мой взгляд, осваивали они её как-то неправильно, не так, как это должно было бы быть в соответствии с привычной мне историей воздухоплавания.

Из иллюминаторов каюты я с изумлением наблюдала за тем, как невдалеке мимо нас величаво проплыл между облаков самый настоящий парусник, похожий на старинный фрегат… А это ещё что за новости такие? С каких пор океанские суда вдруг стали бороздить небесные просторы?! А вон и ещё один летающий корабль — на этот раз на удивление похожий на древнерусскую ладью. А тот, третий, напоминает своими очертаниями древнегреческую трирему…

Да-а, похоже, что тут при желании в небо можно «поднять» судно абсолютно любого образца: как сделанное по образу и подобию более-менее современного корабля, так и старинного и даже древнего. Всё зависит только от личного вкуса и пожеланий владельца летательного аппарата.

Хотя, например, все дирижабли, как я успела заметить, были сделаны по одному и тому же образцу. Возможно, потому, что они считались «государственными» хоть и сдавались в аренду, в то время как летающие корабли были судами частными и, в основном, принадлежали богатым купцам. Хотя, как я поняла, были среди владельцев летающих кораблей и представители дворянских и даже старинных боярских домов, представители которых здесь считались элитой из всех возможных элит…

Интересно вот только, почему же у нас, князей Оболенских, не оказалось в хозяйстве ни одной, пусть даже самой завалявшейся летающей лодочки? «Мой» отец их не любил? Или, может быть, считал нерациональным тратить огромные деньги на какую-то «блажь»? Ведь, если я правильно понимаю, постройка и содержание летающего корабля — дело непростое и отнюдь не дешевое…

* * *

Через какое-то время мне наскучило смотреть в иллюминатор, тем более, что из-за слишком большой высоты и облаков, то и дело заслоняющих обзор, там, внизу, мало что можно было рассмотреть. Поднявшись из-за столика, стоявшего возле стены, я вышла из каюты и спустилась вниз, в общий зал, где уже начинали собираться к завтраку другие пассажиры. Многие из них летели целыми семьями, а потому большинство столиков уже оказалось занято. Но я всё же отыскала для себя местечко за одиноко стоявшим столом, придвинутым к дальней стенке.

Через несколько минут возле меня остановился робот-официант и, поздоровавшись механическим голосом, протянул меню, напечатанное на плотной глянцевой бумаге, украшенной старинными вензелями и позолотой.

Я взяла меню и принялся его изучать, мысленно прикидывая при этом: будет ли лучше заказать сейчас жареных рябчиков или, может быть, запечённую ногу косули под брусничным соусом? И в это время до меня вдруг донёсся обрывок разговора, показавшегося весьма занятным.

— Так значит, вы говорите, что мы скоро доберёмся до первого портала? — проговорил немолодой господин в мундире чиновника среднего звена, обращаясь к сидевшему напротив него бородатому мужчине, скорее всего купцу, если судить по его куда более скромной, но при этом добротной одежде.

— Да, всё так! — важно кивнул тот. — Где-то через полчаса будем там. Уж я-то знаю, о чём говорю. Не первый год, всё-таки, на этом дирижабле в Иркутск по торговым делам летаю.

— О, вот, значит, как? А я лечу сегодня в первый раз, до этого всё как-то поездом или на перекладных предпочитал добираться, а потому немного побаиваюсь перехода… Как-то оно будет? Я слышал, что когда дирижабль проходит через портал, то он сам и все люди, находящиеся на его борту, оказываются распылёнными на мельчайшие частицы, которые уже в месте прибытия собираются обратно в том же порядке. Но вот я невольно задаюсь вопросом: что же произойдёт, если что-то пойдёт не так? Может ли получиться, что частицы эти так и останутся распылёнными в пространстве? Или же они соберутся, но как-то по-другому?.. Вот я чего опасаюсь, поскольку не хотелось бы мне закончить таким вот образом свою жизнь.

— Распылены на мельчайшие частицы? — недоверчиво покачал головой купец. — Кто это сказал вам подобную глупость, милостивый сударь? Всем известно, что когда дирижабль входит в портал, он просто переносится в другое время и пространство вместе со всем, что находится на его борту, включая людей, а в точке прибытия вновь как бы проявляется в этом мире.

— Но как же тогда недавние исследования зарубежных учёных? — хмыкнул важный господин. — Я давеча читал о принципах работы дирижаблей в одной из французских газет. Так вот, там как раз и говорится о том, что прохождение через портал очень опасно: можно оттуда и не вернуться по той причине, что ты навечно останешься распылённым на эти… как их там? А, вспомнил-таки: атомы!

— Э-э, вот в том-то ваша и беда, милостивый сударь, что вы читаете слишком много иностранных газет, в особенности, французских! — с усмешкой проговорил купец. — Разве в них напишут хотя бы слово правды?

— Может быть, что и так. Да только ведь, всё равно как-то боязно. Дыма без огня, ведь, не бывает…

Мне почему-то вдруг расхотелось плотно завтракать и я решила отказаться от мясной закуски. А вместо этого попросила робота-официанта принести мне парочку бутербродов с ветчиной и чашку сладкого чёрного чая. Затем, наскоро перекусив и расплатившись, вернулась в свою каюту и, поскольку заняться мне было особенно нечем, снова села к иллюминатору.

Пока я была в общем зале, картина, открывающаяся моему взору, уже успела измениться. Не только огромный Петербург, но и другие крупные города полностью исчезли из поля зрения. Зато теперь далеко внизу тянулись леса, рощи и перелески, между которых то там, то здесь мелькали деревни и крошечные провинциальные городки лишь немногим отличающиеся от сельской местности.

Я не знала, над какой именно частью Российской империи мы сейчас пролетаем, но по тому, что внизу расстилалась равнина, а не гористая или холмистая местность, предположила, что до Уральских гор ещё очень и очень далеко, поскольку их отрогов всё ещё нельзя было разглядеть вдалеке. И в это время…

— …Приближаемся к порталу! — внезапно прохрипел небольшой круглый прибор, висевший на стене, который я вначале принял за радиоприёмник. Ещё и подивилась тому, откуда бы это могла взяться радиоточка в Российской империи конца девятнадцатого столетия. — Просьба всем пассажирам закрыть иллюминаторы ставнями и сесть в кресла. Не забудьте пристегнуть ремни и взять на руки маленьких детей и домашних животных, если таковые находятся вместе с вами в каюте…

Мне очень хотелось посмотреть на то, что же собой представляет портал, но я не посмела ослушаться голоса, который предупреждал пассажиров дирижабля о соблюдении осторожности. Да и разговор важного господина и купца, который я случайно услышала в общем зале, оставил у меня тревожное чувство. Кто может знать, а вдруг иностранные учёные всё-таки правы и порталы вовсе не столь безвредны, как это принято считать в этом мире?

В общем, я сделала всё так, как приказывал голос. Плотно задвинула ставни и, усевшись в кресло, пристегнула ремень, похожий на те ремни безопасности, которыми в моём «родном» мире оснащается буквально каждая машина. Правда, прежде, чем ставни захлопнулись, я ещё успела мельком увидеть вдали на горизонте, прямо в небесах, нечто вроде сияющих в лучах солнца золотых ворот. За ними проглядывалась пугающая чёрная бездна, в глубине которой тускло мерцали немногочисленные звёзды и виднелось нечто, похожее на небольшие туманности.

А уже через несколько мгновений странный, необъяснимый страх внезапно обрушился на меня подобно холодному водопаду. Ощущение было таким неприятным и жутким, что даже злейшему врагу не пожелаешь. И если даже я, взрослый человек, не склонный поддаваться лишним эмоциям, была тогда на грани паники, то что же должны были испытывать в эту минуту маленькие дети и домашние питомцы?

Теперь-то я отлично понимала, почему тот голос призвал всех пассажиров сидеть в креслах с пристёгнутыми ремнями, а детей и домашних животных держать на руках. Ведь если бы дети, собачки и кошки, которых я видела в общем зале вместе с некоторыми другими пассажирами, впали в неистовство от этого необъяснимого ужаса, то они могли бы серьёзно травмировать себя, налетев в темноте на острые углы мебели…

К счастью, долго этот кошмар не продлился. Прошла пара минут и сквозь щели в ставнях в мою каюту снова хлынул поток солнечного света, а ощущение холодного, липкого страха бесследно исчезло как если бы его и не было вовсе. Похоже, что мы благополучно миновали портал и теперь были уже по другую его сторону… Ну, вот и хорошо!

И точно: не успела я об этом подумать, как из «радиоприёмника» снова зазвучал всё тот же хриплый голос, объявивший, что портал пройден и мы находимся всего в ста пятидесяти верстах от пункта назначения…

Так быстро добрались от Петербурга до Иркутска?! Да уж, подобные скорости передвижения даже в моём «родном» мире пока ещё недостижимы, хотя… Совсем забыла, что у нас люди ещё не научился использовать «червоточины» в пространстве для сооружения порталов, соединяющих отдалённые друг от друга точки на карте. Но, с другой стороны, если вспомнить о том ужасе, который мне и другим пассажирам нашего дирижабля пришлось пережить во время перемещения через портал… То, наверное, и не надо, чтобы они учились это делать. Уж лучше затратить на дорогу несколько лишних часов, чем снова пережить все эти непередаваемые по степени жути и при этом поистине незабываемые ощущения…

* * *

Иркутск встретил нас моросящим дождём, что было довольно неожиданным после недавнего полёта под ярким солнцем. Вот когда я мысленно похвалила себя за предусмотрительность: за то, что попросила прислугу купить билет на второй дирижабль ещё в Петербурге! А то представляю, как бы мне сейчас пришлось бегать под проливным ливнем по всему немаленькому городу, чтобы их найти…

Будь сейчас другая погода, я, наверное, отправилась бы побродить по улицам и посмотреть местные достопримечательности, благо, что до вылета оставалось ещё несколько часов. Но по дождю куда-то идти мне что-то расхотелось и я, купив номер свежей газеты, уселась на лавочку под навесом и принялась изучать местную прессу.

Ничего интересного для меня там не оказалось. Было всего лишь несколько брачных объявлений, пара небольших рекламок, призывающих покупать чай и мыло от местных производителей, да парочка статеек, одна из которых оказалась чем-то вроде криминальной хроники, а в другой рассказывалась история одного местного купца-мецената. В частности, говорилось и о том, что этот человек, у которого своих собственных отпрысков семеро по лавкам, около десяти лет назад взял в свой дом и вырастил двух цинских сирот: мальчика и девочку, которые как позже выяснилось, оказались внебрачными детьми их предыдущего императора. Купец не только предоставил приёмышам кров, еду и одежду, но ещё и нанял для них в столице лучших учителей…

Признаться, эта история меня здорово зацепила, хоть и показалась больше похожей на сказку, чем на быль. Сами подумайте: откуда бы в Иркутске было взяться детям из империи Цин, да ещё к тому же принцу с принцессой?! К тому же ещё и история прежней жизни у этих детей была какая-то жуткая. Рано лишившись деда и матери, они оказались никому не нужны. А отец, ставший новым императором Цин, решил по-своему их «облагодетельствовать», уготовив двум невинным крошкам поистине ужасную участь. Щадя чувства читателей, автор статейки не написал конкретно, что именно грозило несчастным детям. Но если вспомнить о том, какие «милые» законы царили в цинской империи в моём «родном» мире, то можно догадаться о том, что ничего хорошего их там уж точно не ждало. К счастью для сирот нашлись неравнодушные люди, которые помогли им сбежать из дворца. Ну, а далее малыши, которым едва исполнилось по семь лет, несколько месяцев скитались по дорогам, побираясь и даже подворовывая, чтобы только не умереть с голода. За время этих странствий они случайно пересекли цинскую границу и оказались на территории Российской империи. Однажды их, оборванных, исхудавших и больных, заметил местный купец, которого торговые дела занесли каким-то ветром в приграничные области. Дрогнуло у мужика сердце, не смог он пройти мимо. Привёз детей в гостиницу, накормил, напоил, а потом и вовсе принял в свою семью. И не прогадал ведь: детки-то не простые оказались, а сильнейшие маги бог знает в каком поколении! А что вы хотите? Других-то ведь, в правящей династии Цин и быть не может. Уж на что представители наших боярских Домов сильны, а только до этих цинских принца и принцессы им всё равно как до Луны пешком…

В общем, дочитала я эту статью с каким-то двойственным чувством и подумала, что у того, кто её сочинил, очень уж богатое воображение. Надо же, какую сказочку сочинил: про местного купца, принявшего в свою семью «басурманских» принца и принцессу, подобранных на большой дороге! Да если бы такое случилось на самом деле… Не думаю, чтобы нынешний император Цин просто так оставил того купца в покое и как ни в чём ни бывало позволил вырастить неугодных ему детей. Благо, что все возможности у него для этого имеются. Да и заслать парочку агентов на территорию соседнего государства — это как два пальца об асфальт… то есть, конечно же, об мостовую, если уж говорить сугубо о местных реалиях.

После чего я свернула газету и сунула её в чемодан. Зачем? Сама не знаю. Может быть, решила перечитать на досуге, а, может быть, сделала это чисто машинально, не отдавая себе отчёта.

После этого быстро пообедала в придорожном кафе и вернулась в зал ожидания, поскольку до вылета оставалось не больше часа… Как же получилось, что время пролетело так быстро?..

Размышлять об этом мне было совершенно некогда. Дирижабль, на котором мне предстояло лететь, уже стоял на площадке, готовый к отлёту и только и ждал, пока на его борт поднимутся пассажиры. К слову, этот летательный аппарат оказался намного меньше того, на котором я проделала путь от Петербурга до Иркутска. Что, впрочем, и неудивительно, если учитывать тот факт, что лететь мне предстоит на один из самых отдалённых рубежей, куда не так-то много желающих отправиться.

Нет, конечно: ещё в Петербурге я слышала, что Дальний и Порт-Артур сейчас активно застраиваются, что там возводятся всё новые и новые городские кварталы, правительственные здания, храмы, заводы, и верфи… Только вот всё равно этим двум городам никогда не стать крупными региональными центрами. Даже если в этом мире их и минует участь быть захваченными японцами в ходе русско-японской войны, в любом случае они так и останутся маленькими провинциальными городишками, затерявшимися где-то на дальней оконечности бескрайней Российской империи…

Глава 5: Прогулка по городу или Необычное знакомство

В 1899 году порт Дальний был небольшим провинциальным городом и неофициально делился на три части. В первой из них жили местные жители, не пожелавшие покинуть родную деревню после её покупки Российской империей. Во второй — европейцы, большинство из которых были англичанами. В третьей, в настоящее время самой большой и активно застраиваемой, жили русские переселенцы, в основном, рабочие, ремесленники и купцы. Там же располагалась и городская управа, которую возглавлял губернатор, присланный из Петербурга.

В соседнем с Дальним форте, носящем название Порт-Артур, располагался русский гарнизон и находилась стоянка для военных судов, охранявших оба города. Но штаб-квартира отряда «Феникс», в котором мне предстояло служить, была вовсе не там, а занимала большое здание, построенное прямо на стыке трёх частей города: русской, китайской и европейской. Именно туда-то я и направила свои стопы после того как дирижабль приземлился на специальной площадке в одном из пригородов Дальнего.

Не успела я сойти с трапа на землю, как ко мне подскочил рикша и на ломанном русском предложил отвезти меня и мой багаж в гостиницу. Я отрицательно покачала головой: мол, извини, но нет, приятель. Сделала я это по двум причинам: во-первых, мне захотелось прогуляться по улицам пешком, дабы получше осмотреться на новом месте. А, во-вторых, территория, где находилась штаб-квартира отряда «Феникс», считалась запретной. Не знаю, что уж там за секреты охраняло высшее командование, однако местным жителям строго запрещалось туда приходить без важных на то причин. Конечно, я могла, воспользовавшись услугами рикши, выйти за пару кварталов до штаб-квартиры. Но раз уж здесь оказалась, то почему бы мне и в самом деле немного не пройтись и не размять ноги после двух перелётов подряд?

Отказавшись от повозки, я покрепче перехватила ручку дорожного чемодана. Оставив за спиной лётное поле и дирижабль, на котором сюда прилетела, а вместе с ними — и своё прошлое, я шагнула навстречу новой жизни… Интересно, какие ещё неожиданные сюрпризы, радости и печали она мне готовит? Уже совсем скоро я узнаю об этом, а пока…

— А пока будем наслаждаться прогулкой! — ни к кому не обращаясь, проговорила я, жмурясь под лучами яркого солнца, заливавшего землю и золотившего крыши видневшихся в отдалении домов.

Откуда-то со стороны дул освежающий ветерок, пропитанный ароматами моря и свежескошенной травы. И мне вдруг показалось, что я снова перенеслась в годы своего детства. В то время, когда в своём «родном» мире ездила на каникулах к бабушке, жившей в одной из южных станиц. Воздух там тоже пах морем и травой, а солнце светило почти так же ярко как и здесь, на самом восточном рубеже Российской империи. Каждое утро, когда я просыпалась и бежала завтракать, на столе меня ждали крынка парного молока, горбушка домашнего хлеба, золотистая яичница с помидорами и горка сдобных оладий или творожников со сметаной, лежавших на расписном глиняном блюде. Корова, куры, сад и огород у бабушки были свои, а потому всё, что она готовила, отличалось особым, неповторимым вкусом, совершенно не сравнимым со вкусом тех продуктов, которые мама покупала в городе в магазине.

Потом, когда я уже училась в десятом классе, бабушки не стало. Дом в станице, куда я так любила приезжать летом, родственники продали и поделили деньги между собой. Нашей семье тогда достались какие-то крохи от бабушкиного наследства. И это было для меня особенно обидно. Нет, не то, что мамина сестра с её мужем нас с мамой и отцом банально «кинули», а то, что бабушкиного дома, где я так любила гостить, больше не существовало. Новый хозяин снёс его и построил загородный особняк. Но ещё задолго перед этим наши родственники пустили под нож всех кур и продали бабушкину корову Зорьку. Мы жили слишком далеко от них, чтобы вовремя приехать и помешать этому самоуправству. Да, судя по всему, мама и не собиралась из-за подобных «пустяков» портить отношения со своей сестрой. А я… Я была не в том возрасте, чтобы вмешиваться в дела взрослых и указывать им, как поступать. Так вот и закончилась главная сказка моего детства и это было для меня, тогда уже почти взрослой девушки, почти такой же трагедией, как и утрата в семилетнем возрасте веры в Деда Мороза…

Признаться, я давно уже не вспоминала о бабушке и о её доме. Но теперь, когда я оказалась в другом мире, в прошлом, лишь отчасти похожем на ту историю, которой увлекалась с детства и которую выбрала делом всей своей жизни, воспоминания детства неожиданно нахлынули на меня. Почему это случилось именно сейчас? Если честно, не знаю. Ведь, если так подумать, этот город совсем не был похож на ту приморскую станицу, где когда-то жила моя бабушка. И только запах моря и свежескошенной травы немного напоминали мне о теперь уже далёких днях моего детства…

Улицы, по которым я шла, направляясь в штаб-квартиру, располагались в китайской части города. Я намеренно выбрала этот маршрут, чтобы не проходить по деревянным мосткам мимо сплошных заборов, огораживающих стройки в русских кварталах. Чего я, спрашивается, на этих стройках не видела? Да, конечно: экскаваторов и подъёмных кранов там и днём с огнём не встретишь — всё-таки, на дворе у нас 1899, а не 1995 год. Но всё остальное мало чем отличается от привычной картины строек в моём «родном» мире. Те же деревянные грубо-сколоченные леса, бочки с краской и побелкой, груды кирпичей и досок, шум, гам, стук и грохот. А над всем этим, в качестве вишенки на торте — цветистый семиэтажный мат, которым нередко общаются друг с другом простые строители, а порой и их начальство.

Нет уж: лучше пройдусь по бывшей рыбацкой деревне, которая теперь пусть и медленно, но верно превращается в один из оживлённых городских районов. Так сказать, полюбуюсь местным колоритом…

* * *

Любоваться, впрочем, оказалось особенно нечем. Самый старый район Дальнего пока ещё представлял собой сельское поселение, в основном, застроенное небольшими одноэтажными домиками в традиционном китайском стиле с изогнутыми черепичными крышами. Правда, встречались тут и здания в два, а то и в три этажа. Но в основном это были не частные дома, а торговые лавки, трактиры, а также игорный и публичный дома.

В отдалении слышался шум голосов — там находился местный рынок, где в этот послеполуденный час кипела жизнь. С той стороны до меня доносились запахи свежей рыбы, водорослей и готовящейся на открытом огне уличной еды. Я вдруг поняла, что страшно проголодалась и решила заглянуть туда в поисках местного фастфуда.

Я уже сворачивала на улицу, ведущую прямиком к рыночным рядам, как вдруг… Неожиданно мне под ноги метнулся какой-то непонятный меховой клубок, который я поначалу приняла за кошку. Но, присмотревшись к зверю, вдруг поняла, что к семейству кошачьих он явно не имеет отношения. На земле передо мной сидела небольшая ярко-рыжая лиса и… Я даже глаза протёрла: подумала, что мне это показалось. Да нет же, не показалось: у этой лисицы был не один, а целых три хвоста!..

Ну, ничего себе! Это что же: где-то поблизости находится склад радиоактивных веществ, который понемногу «фонит» из-за чего представители местной фауны так причудливо мутируют? Или…

Неожиданно мне на память пришли старинные восточные легенды про лис-оборотней, у которых каждое столетие якобы отрастал ещё один хвост… Неужели лиса, которую я сейчас встретила, как раз и была таким вот оборотнем? Днём бегает на четырёх лапах, как это и полагалось приличной лисице, а ночью превращается в знойную красотку, соблазняющую мужчин, а затем убивавшую их и поедающую печень своих жертв?.. Если так, то мне нужно держаться от этой зверюги подальше: а ну, если она меня из-за моей военной формы примет за парня, да набросится с целью сожрать?!

— Иди, иди себе куда шла! — махнула я рукой, пытаясь отогнать лису. И в это время…

Откуда-то со стороны вдруг послышались звуки красивой, хоть и немного печальной мелодии. Играли, судя по всему, на каком-то струнном инструменте: возможно, арфе или гитаре. В тот же миг лиса недовольно фыркнула и, почесав лапой нос, юркнула в ближайшую подворотню, трусливо поджимая под себя все свои три хвоста… Как если бы музыка, которую я сейчас слышала, могла причинить ей вред!

Ещё раз невольно подивившись столь странным делам, я покачала головой и направилась в ту сторону, где шумел многолюдный рынок.

* * *

Где-то через три четверти часа я уже стояла перед кованными воротами штаб-квартиры отряда «Феникс». В одной руке у меня был чемодан, а в другой я держала кусок недоеденного пирожка, если правильно поняла, с начинкой из какой-то местной рыбы. Хотя, может, и с курицей или даже змеёй — поди, разберись в особенностях местной кулинарии! Солнце начинало понемногу клониться к закату и его лучи бросали золотисто-алые отблески на крыши городских зданий, а тени заметно удлинились и приобрели синевато-фиолетовый оттенок, как это обычно бывает вечером.

Сунув в рот остатки пирожка, я поспешно его дожевала и потянула на себя блестящую золоченую ручку двери. Во дворе штаб-квартиры в этот час было пусто. Должно быть, все мои сослуживцы находились сейчас либо за задании, либо патрулировали городские кварталы с целью выявления гнёзд нечисти… Ну и ладно, встречусь с ними немного позднее, когда они вернутся, а пока…

Зайдя внутрь здания, выстроенного в классическом стиле, я оказалась в огромном пустом холле… Ну и куда же мне идти? И в это время… Я вновь услышала доносившуюся откуда-то издалека музыку. Эта мелодия была немного похожей на ту, что я уже слышала на улице, когда повстречала возле рынка трёххвостую лису, но всё-таки не была той же самой. Да и играли её явно не на гитаре или арфе, а на чём-то вроде флейты. Признаться, я никогда не была силён в музыке, но уж отличить то, играют её на струнных или на духовых инструментах, всё-таки, смогла бы.

Решив, что раз уж во дворе и в холле штаб-квартиры никого нет, я решила отправиться на поиски музыканта, который, несомненно, находился сейчас в здании. Если что, у него и спрошу о том, где мне искать командира отряда. Решив так, я направилась в ту сторону, откуда доносились звуки мелодии.

Уже вскоре я оказалась перед лестницей, ведущей на второй и третий этажи. И, поднявшись по ней, увидела коридор по обе стороны которого тянулся ряд одинаковых деревянных дверей. Музыка доносилась из-за той, которая была третьей по счёту справа.

Я остановился перед дверью и громко постучала в неё. Ответом мне было молчание. Как если бы тот, кто находился внутри, попросту не услышал моего стука! Но ведь этого же просто не может быть!.. Я снова постучала, но, не дождавшись ответа, на этот раз решила больше не церемониться, а просто взять и войти, заставив своим внезапным появлением обратить на себя внимание хозяина комнаты кем бы тот ни был.

Взявшись за металлическую ручку, я отворила дверь, да так и замерла на её пороге: настолько необычной оказалась картина, открывшаяся моим глазам. В помещении, представлявшем собой спальню, рассчитанную на двух человек, возле окна спиной со мне стоял парень среднего роста, одетый точно в такую же форму, как и та, что была сейчас на мне. Его довольно короткие рыжевато-каштановые волосы были уложены в аккуратную причёску, а в руках он держал флейту, выточенную из тёмно-зелёного нефрита, сбоку которой свешивалась ярко-алая шёлковая кисть. Сама флейта была испещрена золотыми узорами или, возможно, какими-то надписями на неизвестном мне языке.

Но поразило меня больше всего, конечно же, не это. Да и что, в самом деле, странного в том, что этот шатен играет на флейте, пусть даже та и выглядит несколько необычно? Необычным был тот, для кого эта мелодия, судя по всему, предназначалась. На подоконнике сидела самая настоящая живая белка и с самым серьёзным видом слушала музыку. Как если бы, честное слово, находилась сейчас в какой-нибудь консерватории!

Не знаю почему, но при виде этой картины мне почему-то пришёл на ум анекдот про белочку, которая приходит к пьяницам. Но я-то, ведь, не пила сегодня ничего крепче чая, перехваченного буквально на ходу в одной из местных забегаловок!

«Ну, вот я и пришла!» — неожиданно прозвучал у меня в голове тонкий, ехидный голосок, почему-то показавшийся мне похожим на голос одной из моих бывших одноклассниц — «заучки» и ябеды.

Я даже головой помотала, чтобы прогнать этот голос прочь, после чего, нарочито громко прокашлявшись, проговорила, обращаясь к парню, продолжавшему играть на флейте:

— Извини, ты не подскажешь, где я могу найти сейчас командира отряда? А то, понимаешь, я только недавно приехала из Петербурга и потому ещё ничего толком в штаб-квартире не знаю…

Музыка смолкла и шатен, наконец, соизволил обернуться в мою сторону. И сам его вид стал для меня ещё одним неожиданным открытием.

Парень, стоявший сейчас передо мной, явно не был моим соотечественником, как я вначале подумала, но и типичным цинцем он тоже не выглядел. Так, что-то среднее между тем и другим. Хотя, возможно, мне это просто показалось из-за формы отряда «Феникс», которая была сейчас на нём и из-за несвойственной для жителей империи Цин причёски, а так, вообще-то, черты лица у него были вполне себе азиатскими. Однако, первым, что я подумала, когда увидел этого парня, было: «А что, разве у них бывает ещё и такой цвет волос?!.»

Моё удивление было вполне можно объяснить, если учесть, что за время прогулки по улицам Дальнего я видела немало местных жителей. Ну, так вот… Подавляющее большинство из них носило типичную цинскую причёску: их угольно-чёрные или тёмно-каштановые волосы были высоко подбриты со стороны лба и с боков, а то, что оставалось, было заплетено в длинную косу, ниспадающую на спину. Так выглядели не только простолюдины, но и те несколько представителей местной аристократии, которых я видела сегодня в городе. Этот же парень… Он выглядел так, что, не видя лица, сзади его вполне можно было бы принять за русского или за европейца. Совсем другая, не похожая на местную причёска, более светлый и яркий цвет волос… В общем, довольно необычный и даже, не побоюсь этого слова, загадочный субъект мне попался. И, чего греха таить, довольно красивый. Наверное, будь я менее уставшей с дороги, чтобы думать о чём-то ещё кроме отдыха, то точно влюбилась бы в своего нового знакомца с первого взгляда. А так только мысленно отметила, что он мне сразу понравился.

Заметив, что я стою как последний дурочка и в недоумении его рассматриваю, шатен внезапно рассмеялся и помахал у меня перед лицом рукой. Как если бы я сейчас находилась в состоянии полусна, а он хотел вернуть меня к реальности.

— Привет! — на чистом русском языке и даже совсем без акцента, проговорил он, слегка растягивая губы в дружелюбной улыбке. — Ты же новенькая, верно? Наш командир говорил, что к нам должна приехать из Петербурга одна интересная особа. Пусть мы и далеко от столицы, но даже до этих мест дошли слухи о твоих необычных способностях… Ну, и о той дуэли, в наказание за которую тебя сюда сослали! — добавил он, негромко рассмеявшись.

— Очень, конечно, весело! — разом насупившись, буркнула я. — А что ещё ваш… То есть, теперь уже, конечно, наш главный обо мне рассказывал?

— Ой, да много чего! — снова расплылся в улыбке шатен. — Всего и не упомнишь… Вот, например…

Договорить он не успел. Потому, что дверь за моей спиной внезапно с грохотом распахнулась и в комнату, как я вначале подумала, влетел небольшой ураган при ближайшем рассмотрении оказавшийся темноволосой барышней примерно моих лет. Промчавшись мимо и чуть не сбив меня с ног, она внезапно обрушилась с объятиями на моего собеседника. Который, судя по его растерянному и слегка взволнованному виду, вовсе не был готов к подобной прыти.

— Цзи Сяо! — воскликнула та девица, явно обращаясь к шатену, вынужденному даже отступить на несколько шагов под её неукротимым натиском. — Не соизволишь познакомить меня со своей новой подружкой?

— С новой подружкой?! — отчего-то нахмурившись, переспросил тот, к кому она обращалась. — Боюсь, сестра, что ты всё неправильно поняла. Это вовсе не моя подружка. И я даже не знаю, как её зовут. Вернее, пока не знаю, — добавил он, улыбаясь. — Потому, что мы с ней просто не успели ещё познакомиться из-за твоего внезапного появления.

— Раз так, — проговорила девица, оборачиваясь в мою сторону. — То я сама сделаю. Привет! Моё имя — Цзи Мэйлин, а этого балбеса, с которым ты сейчас разговаривала, зовут…

— Знаю! — кивнула я. — Ты только что обращалась к нему по имени. Его зовут Цзи Сяо, правильно?

— Нет, совсем даже не правильно! — замотала головой Мэйлин. — Моего несносного младшего братца зовут вовсе не Цзи Сяо, а Цзи Юань. Это он только мне одной разрешает называть его детским именем, а больше — никому в целом мире!

— Очень приятно! — кивнула я. — Значит, вы — Цзи Мэйлин и Цзи Юань, верно? Ну, а моё имя — Анна Оболенская…

Только сейчас я заметила, что у меня за спиной кто-то стоит. И, обернувшись, увидела светловолосую девушку, смотревшую на меня и улыбающуюся чему-то.

Её глаза необычного ярко-бирюзового оттенка, казалось, тоже улыбались, а локоны, ниспадавшие на спину и плечи, в свете заходящего за горизонт солнца были словно отлиты из червонного золота. Как и двое других моих новых знакомых, эта барышня тоже была в военной форме. И, признаться, при виде неё, я невольно испытала чувство зависти. Не то, чтобы я считала себя непривлекательной или что-то подобное. Однако, в плане красоты мне с этой барышней явно было не сравниться.

А ещё я успела заметить, что все другие девушки в отряде «Феникс» носили не брюки как я, а короткие юбки, не доходящие до колена где-то на полторы ладони. Впрочем, даже такой наряд мог считаться довольно целомудренным не только по меркам моего «родного» мира, но и в реалиях 1899 года, поскольку из-под края юбки были видны узкие шорты, не позволяющие посторонним людям разглядеть ничего лишнего даже в том случае, если налетевший порыв ветра внезапно задерёт подол.

— Ох уж эта Цзи Мэйлин! — покачав головой, проговорила блондинка звонким, как лесной ручеёк, голосом. — Вот, всегда она так!.. Что же, раз уж сестрица Лин-Лин не соизволила нас до сих пор познакомить, то придётся сделать это мне самой… Моё имя — Елизавета Стрешнева. И я — замкомандира отряда «Феникс»!..

Глава 6: Командир отряда «Феникс» или «А ты думала, для чего бы это мы все здесь находились?..»

Признаться, после того, как Елизавета Стрешнева назвала мне своё имя и должность, я даже подумала, что она пошутила. Не может же, в самом деле, столь хрупкая и утончённая на вид барышня быть заместителем командующего отрядом по борьбе с нечистью?! Но взгляд ярко-бирюзовых глаз девушки был абсолютно серьёзен когда она об этом говорила, а в её позе чувствовалась уверенность и сила, вовсе не свойственные юным аристократкам этого времени.

К тому же… Я вдруг вспомнила о том, что боярский род Стрешневых считался к девятнадцатому веку давно вымершим. И что встретить сейчас кого-то из его представителей я просто не смогла, если бы речь шла не об альтернативной реальности, а об историческом прошлом из моего «родного» мира… Интересно, какие же ещё сюрпризы меня ожидают и с кем ещё я могу встретиться здесь?

В тот же день я узнала ответ на этот вопрос, и, признаться, на этот раз очередное открытие повергло меня в самый настоящий культурный шок. Но это было несколько позже, а пока…

Вспомнив о том, что так и не ответила на приветствие замкомандира, я протянула ей руку и проговорила:

— Очень приятно!

Девушка не слишком уверенно пожала её. Должно быть, Елизавета Стрешнева, подобно другим барышням из хороших семей была больше приучена к тому, что её ручку чаще целуют, чем пожимают. И уж тем более не ожидала того, что я, будучи всего лишь её подчинённой, первой протяну руку для пожатия… Но даже если замкомандира и посчитала этот мой жест не слишком вежливым, то ничего не сказала. Только едва заметно кивнула и улыбнулась.

При этом от моего внимания не ускользнуло и то, что девушка смотрит на меня с явным уважением. Должно быть, дело в тех самых слухах о моих сверхспособностях и о дуэли, которые добрались даже до этих весьма далёких от столицы мест. И о которых не так давно мне уже говорил Цзи Юань…

Кстати, насчёт него… Я вдруг заметила, что мой новый знакомый во время моего разговора с Елизаветой, смотрит на неё так как обычно смотря не на своих начальниц, а как на предмет обожания! Получается, этих двоих связывают неуставные отношения? Или мне это только показалось?..

Из размышлений меня вырвал негромкий, но при этом довольно зловещий шёпот стоявшей рядом со мной Цзи Мэйлин.

— Цзи Сяо! — прошипела она, дёрнув брата за руку. — Ты что же, опять за старое принялся?! Сколько раз я должна тебе напомнить о том, чтобы ты не смотрел на нашу замкомандира таким вот взглядом?

— Таким — а это каким, вообще? — прикидываясь дурачком, так же шёпотом спросил у неё Цзи Юань.

— Таким — это… ну, таким вот дурацким! — последовал ответ, который в другое время и в других обстоятельствах заставил бы меня рассмеяться, хоть и был предназначенным вовсе не мне. — Смотришь на неё сейчас влюблённым как у телёнка взглядом… Как будто не знаешь, что ничего тебе тут не светит. И что она никогда не обратит на тебя внимания!

— Как это — не обращу? — слегка нахмурившись, протянула Стрешнева. — Сейчас вот, уже обратила на него внимание. На то, что вы двое уже совсем стыд потеряли, если обсуждаете в моём присутствии как и кто на меня смотрит… А будь здесь командир отряда, так вы бы оба уже взыскание по службе получили. За то, что позволяете себе лишнее… И вообще, — добавила она, только сейчас вспомнив о чём-то важном. — Сестрица Лин-Лин, почему бы тебе не заглянуть прямо сейчас в лабораторию и не проверить: как там поживают новорожденные морские змеи? Не передохли они там ещё, учитывая, что ты вместо того, чтобы вовремя кормить лабораторных животных, занимаешься устроением личной жизни своего брата?

Признаться, я удивилась, услышав этот их разговор. Знала, конечно, что в научно-исследовательских лабораториях используют для опытов мышей, крыс, кроликов, собак и, реже — обезьян. Но никогда раньше мне не доводилось слышать о том, чтобы в качестве подопытных животных использовались морские змеи. Тем более, что если мне не изменяет память, большая часть этих тварюк ядовита. Но затем подумала, что это, в общем-то, не имеет для меня особого значения. Куда важнее сейчас увидеться с командиром. Ведь только он один может официально зачислить меня в отряд «Феникс» и поставить на довольствие. К тому же… День уже близится к концу, я устала за время двух перелётов и прогулки по городу, а потому больше всего на свете хотела бы сейчас отдохнуть. Но никто не предоставит мне комнату или хотя бы койку в общей казарме прежде, чем не будут соблюдены все необходимые формальности. А потому…

— Не скажешь, где я могу встретиться с нашим главным? — спросила я у Цзи Мэйлин.

Обращаться с подобным вопросом к Елизавете я не решилась. Всё-таки, та была старше меня по званию, да к тому же ещё я не знала, как мне с ней разговаривать: на «ты» или, всё-таки, на «вы»?

Мэйлин обернулась в сторону Стрешневой:

— Ты не в курсе, где сейчас командир?

— Да вроде бы, у себя быть должен, — пожала та плечами. — Во всяком случае, я видела, как они с Андрэ вместе с патрулирования возвращались…

…Андрэ?! Только не говорите мне, что в отряде «Феникс» кроме русских и цинцев служат ещё и французы! Хотя… Совсем забыла: в девятнадцатом столетии среди представителей русской аристократии была мода обращаться друг к другу исключительно на французский манер.

— И где я могу его найти? — спросила я у замкома.

— На первом этаже, вторая дверь по коридору слева. Там — его кабинет. Но если ты и вправду хочешь с ним сегодня увидеться, то тебе лучше поспешить.

— Да, и ещё! — сочла нужным добавить Цзи Мэйлин. — Не вздумай совать нос не в свои дела. Или, проще говоря, заглядывать в другие двери на первом этаже.

— Это ещё почему? — не поняла я. — Боишься, что я узнаю какие-то важные секреты, которые якобы хранятся здесь?

— Нет, не поэтому. Дело в том, что там, прямо за кабинетом командующего, расположены лаборатории и виварий. Сунешься туда — мигом сожрут и не поморщатся, поняла?

— Да кто сожрёт-то?! — уже теряя терпение и искренне думая, что она надо мной издевается, фыркнула я.

— А вот этого тебе пока знать не полагается. Узнаешь, когда придёт время…

— Пф, ну и не очень-то хотелось мне это знать! — не сдержалась я от ехидного замечания. — Ладно, была рада знакомству со всеми вами, но мне уже и вправду нужно идти. Позже увидимся!

Сказав так, я вышла из комнаты и, затворив за собой дверь, направилась к лестнице.

* * *

Спустившись на первый этаж, я оказалась в том же коридоре, который уже проходила, когда пытался отыскать во всём огромном здании штаб-квартиры хотя бы одного живого человека. Так, если сейчас я иду не со стороны холла, а от лестницы, то это получается…

— Получается, что кабинет командира должен быть сейчас не по левую, а по правую сторону от меня и быть не вторым, а предпоследним!

Когда я шла по коридору, моих ушей внезапно достигли некие странные звуки, напоминающие рычание крупного зверя. Доносились они из-за одной из ближайших дверей. Где, должно быть, и располагался виварий, о котором мне говорила Цзи Мэйлин.

Желания совать нос во все комнаты, мимо которых проходила, у меня не было. А потому я только ускорила шаг, торопясь поскорее добраться до кабинета командующего. И вот — я уже на месте. Негромкий стук в дверь и последующий за ним ответ: «Да, входите». Перехватив поудобнее ручку чемодана, я открыла дверь и вошла в комнату.

Обстановка в помещении была не сказать, чтобы роскошной, скорее, просто добротной. Возле стены стоял письменный стол из тёмного дерева, к которому было придвинуто небольшое кресло. Чуть поодаль — шкаф, заполненный какими-то бумагами, а напротив него — диван, обитый немного потёртой зелёной гобеленовой тканью. Над ним — портрет незнакомого мне молодого мужчины, в руках у которого были царские регалии, а на голове — корона Российской империи.

Я знал, что сейчас, в 1899 году, на престол уже давно должен был взойти последний российский император, Николай II. Но человек, изображённый на портрете, был ничуть на него не похож. Да и надпись под портретом гласила о том, что это «парсуна Его Императорского Величества Александра III Годунова»…

Годунова?!. Так это что же, получается, что в этом мире история пошла совсем по другому пути и Российской империей здесь правят вовсе не Романовы, а Годуновы?.. Что же, тогда, по крайней мере, понятно, почему это мне с самого первого дня после «воскрешения» казалось, что я попала в какое-то странное место, где всё совсем не так, как это было в реальном историческом прошлом из моего «родного» мира!

Но если в этом мире Российской империей правят Годуновы… То, простите, чем же тогда заняты Романовы? Они, ведь, по логике вещей тоже должны где-то присутствовать. Пусть и не восседать на троне, но быть где-то поблизости от него…

Ответ на свой вопрос я получила, когда хозяин кабинета, стоявший возле окна и читавший в свете заходившего за горизонт солнца какую-то бумагу, вдруг обернулся в мою сторону. Признаться, увидев его, я здорово растерялась. Да и кто бы на моём месте не растерялся, осознав, что тем, кто стоял сейчас напротив меня, как раз и был он: человек, лицо которого в моём «родном» мире было знакомо, наверное, даже детсадовцам. Тот, кто, по логике вещей должен был находиться сейчас не на самом краю Российской империи, а в Петербурге, в императорском дворце. Тот, кому в моём «родном» мире была уготована страшная и трагическая судьба… Словом, тем, кто находился сейчас от меня всего в нескольких шагах, как раз и был он — Николай Романов, в моём «родном» мире — царь и самодержец всея Руси, а здесь — командующий отрядом «Феникс»…

* * *

— Ну, ничего себе! — вырвалось у меня прежде, чем я успела мысленно себя остановить. — Так значит, это и вправду вы?..

— Что значит: «и вправду я»? — не понял несостоявшийся (в этом мире) царь. — Мы что, раньше с вами уже где-то встречались?

Только сейчас я сообразила, что явно сболтнула лишнее.

— Эм… Очень может быть, что и да! — протянула я. — Возможно, на одном из великосветских мероприятий в Петербурге…

— Исключено! — с самым решительным видом покачал головой мой визави. — Я не был в столице вот уж несколько лет. А вы, насколько я могу судить по вашему виду, слишком молоды, чтобы принимать участие в увеселениях пяти или семилетней давности.

— Ну, тогда значит, я просто обозналась, — решила я, наконец, сдаться. — Должно быть, видела когда-то человека, похожего на вас, ну и…

— Вероятно, вы видели в Петербурге кого-то из моих братьев или кузенов, — едва заметно усмехнувшись, кивнул он. — Признаться, с некоторыми из них меня часто путают по причине фамильного сходства.

— Да, наверное, всё так и было! — обрадованно закивала я, сообразив, что мне больше не нужно оправдываться за своё не самое уместное восклицание. А сейчас позвольте представиться Ваше Ве… То есть, я хотела сказать, командир. Моё имя — Анна Оболенская. Меня направили сюда для прохождения службы после окончания университета благородных девиц.

— Знаю! — кивнул мой собеседник. — Наслышан о вас и ваших способностях… О ваших шалостях, впрочем, тоже… Надеюсь, вы хотя бы не станете вызывать на дуэль никого из ваших сослуживцев? Ну, или совершать другие, не менее странные для барышни из хорошей семьи поступки?

— Конечно же, нет! — замотала я головой. — Признаться, с меня хватило и одного раза. Больше на дуэль меня и калачом не заманишь.

— Ну, вот и отлично! В таком случае, рад буду видеть вас в числе своих подчинённых… Ах, да! Совсем забыл представиться! Я — командир отряда «Феникс», граф Николай Романов.

«Всего лишь граф?! Даже не князь?!.» — мелькнула у меня непрошеная мысль. Но, разумеется, озвучивать вслух я её не стала.

Тем не менее, Романов всё же заметил моё замешательство и, наверное, неправильно меня понял.

— Должно быть, вам претит мысль о том, что вы, принадлежа к элите из элит нашего государства и обладая почти невероятными магическими способностями, должны подчиняться такому, как я? Человеку, даже не принадлежащему в высшей знати и владеющему всего лишь магией Воздуха?

— Конечно же, нет! — покачала я головой. — Признаться, меня вообще не заботят такие мелочи как происхождение или магические способности. Главное, как говорится, чтобы человек хороший был!

Командир, усмехнувшись, подошёл к столу и, вытащив из ящика какие-то бумаги, принялся их заполнять, а затем поставил на уже готовых документах печать и, протянув их мне, проговорил:

— Человек, говорите, чтобы был хороший? Но ведь невозможно быть хорошим для всех подряд! На всех не угодишь, как говорится. К тому же… Если стараться казаться хорошим для каждого, то это придётся или постоянно лицемерить или заставлять себя быть любезным с тем, кто неприятен тебе лично… Запомните это как следует, барышня. И никогда не пытайтесь всем угождать. Это — мой вам совет на будущее. Ведь неизвестно, куда вас ещё занесёт Судьба. А вдруг, придётся вернуться в столицу и служить фрейлиной при дворе? И что же: так и будете под каждого придворного лизоблюда прогибаться, желая казаться лучше, чем вы есть на самом деле?

По тону его голоса — уставшему и немного грустному, я поняла, что сам Николай Романов уже и не надеется вернуться в Петербург… Что, возможно, для него же самого и к лучшему. Тут, в Дальнем, ему, по крайней мере, расстрел вместе с семьёй не грозит. А то, что места вокруг дикие да глухие — так это ничего. Ко всему, ведь, можно привыкнуть…

Я с трудом подавила желание спросить у командира о том, как поживают его жена и дети. Но вовремя сообразила, что такие вопросы были бы явно не по уставу. А потому, взяв из его рук бумаги в которых значилось, что я принята в отряд «Феникс» с сегодняшнего дня и поставлена на довольствие, по-военному щёлкнула каблуками и вышла из кабинета.

* * *

— Ну что, побывала у главного? — было первым, о чём меня спросила Цзи Мэйлин, когда я спустился в столовую к ужину.

— Да… — Я кивнула, глядя на то, как повариха, судя по её виду, нанятая из числа местных, быстро накладывает в мою миску овощное рагу, а в придачу к нему — ещё и пару кусков жареной рыбы.

— И… Как он тебе понравился?

— Что это значит — «как понравился»? — пожала я плечами. — Я же не на бал в Петербурге приехала, чтобы тут себе женихов искать!

— Да я не в этом смысле… Каким человеком он тебе показался?

— Ну… Трудно сказать! — хмыкнула я. — В конце концов я и видела-то нашего командующего всего каких-то несколько минут, да и то он всё больше молчал, да заполнял бумаги о моём зачислении, чем говорил со мной о чём-то… Однако, мне показалось, что командир человек неплохой. Во всяком случае, он хотя бы не пытался меня «строить»…

— Неплохой — это ещё слабо сказано! — покачала головой подошедшая к нам Елизавета Стрешнева. — Наш командир, можно сказать, женат на работе. Но это не из-за желания сделать карьеру, а потому, что он на самом деле хочет очистить этот город от всякого рода нечисти. Неважно — местной или же той, которую привезли сюда из других мест.

— А зачем кому-то было привозить сюда нечисть? — удивилась я. — Что, тут своей мало, что ли?

— Немало, но… — протянула замкомандира. — Дело в том, что когда мы, да и европейцы тоже, начали осваивать эти земли, то получилось так, что переселенцы сами того не желая вместе с собой привезли на кораблях свою национальную нечисть.

— То есть, — добавил до этих пор молчавший Цзи Юань. — Если прежде тут, условно говоря, жили только хули-цзин и цзянши*, то теперь в Дальнем и в Порт-Артуре полным-полно упырей, вурдалаков, вампиров, фэйри и прочей иностранной нечисти. И при этом далеко не все из последних отличаются дружелюбием: встречаются и такие фэйри, что человека сожрать запросто могут.

— А-а, так значит, это со всей этой публикой нам и предстоит тут воевать? — многозначительно кивнула я. — Ну, я имею в виду, со всей этой местной и пришлой нечистью?

— И с этой, и с другой тоже… А ты думала, для чего бы это мы все здесь находились?..

Примечания:

*** Хули-цзин и цзянши: так называются китайские лисы-оборотни и вампиры. Впрочем, питаются они, как правило, вовсе не кровью своих жертв, а их жизненной энергией.

Глава 7: Ссора за ужином или Особенности местной истории

За ужином речь зашла о сегодняшнем патрулировании. Будучи новобранцем, я в этом патрулировании, конечно же, участия не принимала. Однако, это обстоятельство не помешало мне с интересом прислушиваться к разговору моих новых товарищей по службе. А началось всё с того, что замкомандира словно бы невзначай обмолвилась о том, что видела сегодня днём в городе детёныша хули-цзин.

— А у него случайно было не три хвоста? — хмыкнула Цзи Мэйлин. — И он был не ярко-рыжего цвета?

— Случайно, нет! — покачала головой Елизавета Стрешнева. — У того детёныша хули-цзина, которого видела я, хвоста было всего два и он был серебристо-черным.

— Очень интересно! — вмешался в их разговор Цзи Юань. — Это что же: получается, что в городе находится даже не одна лиса-оборотень, а, как минимум, две?

— Получается, что так и есть! — пожала плечами замком. — Но меня больше волнует не то обстоятельство, что в Дальнем снова объявились лисы-оборотни. Сами-то по себе их детеныши опасности для людей не представляют. Однако… Вы все и сами не хуже меня знаете о том, что маленькие хули-цзин не могут разгуливать по городу сами по себе. А это означает, что где-то поблизости находятся и их родители. Как минимум — две взрослые самки, поскольку лисята, которых мы сегодня видели, имеют совершенно разную окраску и по этой причине не могут быть детьми одной матери.

— Как минимум?! — внезапно послышался у меня за спиной незнакомый голос. А, обернувшись, я увидела стоявшего в нескольких шагах от меня высокого черноволосого парня. Его глаза необычного, лилово-фиолетового оттенка были недобро прищурены, а весь вид выражал силу и уверенность. — Я бы сказал, что где-то поблизости хули-цзин устроили новое гнездо… Вы помните, что было года три назад, когда от этой нечисти просто спасения никакого не было?.. Ах, да: совсем забыл: не помните. Как, впрочем, не помню этого и я, поскольку наш отряд был вновь создан всего несколько месяцев назад. Но если бы вы походили по старым районам города и поговорили с местными как это делаю я… То вы узнали бы очень много интересного о том времени, когда люди из-за разгула нечисти боялись лишний раз не то что ночью, но и среди бела дня из дома выйти.

— Пусть так! — покачала головой Стрешнева. — Но всё-таки, Андрэ… Если то, о чём ты сказал — правда… То почему же после нашего появления здесь нечисть перестала буйствовать? То есть, я хочу сказать, что отдельные нападения всё ещё продолжаются, но…

— Почему? — перебил её тот, кого она назвала «Андрэ». — Потому, что хули-цзин решили на время затаиться. Они словно присматривались к нам, так как не знали, чего от нас ждать. И только убедившись в том, что мы не представляем по их мнению опасности, снова начали размножаться.

— Глупость какая-то! — неодобрительно фыркнула Цзи Мэйлин в то время как её братец сосредоточил всё своё внимание на тарелке с рагу и, казалось, не слышал их разговор. Но по тому, как Цзи Юань хмурился, было понятно, что он, на самом деле, весь во внимании. — Хочешь сказать, что хули-цзин настолько умны, что способны на такое? Они же — всего лишь оборотни! Полу-животные, руководствующиеся в первую очередь инстинктами, а не разумом! Если хочешь знать, их даже нельзя было бы назвать по-настоящему разумными существами!

— Нельзя было бы назвать разумными существами? — криво усмехнулся брюнет. — Да это тот, кто считает хули-цзин и им подобную нечисть «всего лишь полу-животными» нельзя назвать разумным! Только законченный идиот может утверждать подобное!

— Эй, кажется, ты сейчас назвал идиоткой мою сестру? — поднимаясь со своего места, проговорил Цзи Юань и по его полыхнувшим недобрым огнём глазам я вдруг понял: дело пахнет дракой, а может быть, даже и дуэлью. — Или мне это только показалось?

— Цзи Сяо, ты совсем сдурел?! — Мэйлин резко дёрнула своего брата за руку, вынуждая его опуститься на стул, с которого он только что вскочил. — Прекрати немедленно, слышишь?! Если командир узнает о вашей ссоре в столовой… Догадываешься же, что тогда с вами обоими будет?.. И вообще! — добавила она, недовольно фыркнув. — Не припоминаю, чтобы я разрешала тебе вмешиваться в разговоры старших. И уж тем более я не давала тебе право меня защищать, особенно, если учесть, что от твоей защиты было бы больше проблем чем реальной помощи.

— Да, но он посмел назвать тебя идиоткой! — начал было Цзи Юань. — Разве могу я позволить…

— Хватит! — замкомандира с такой несвойственной хрупким барышням силой ударила кулаком по столу, что посуда угрожающе зазвенела, грозя вот-вот разбиться. — Перестаньте вы, все! Юань, ты всё неправильно понял. Андрэ, немедленно извинись перед Мэйлин и больше не разговаривай с ней в таком тоне… Довольно уже того, что вы трое и без того успели наговорить друг другу ужасных глупостей… Не стоит продолжать ссору, которая ни к чему хорошему всё равно не приведёт. Тем более, что у нас есть куда более важные дела, чем нападения друг на друга из-за всяких пустяков… Сегодня, когда я была в городе на дневном патрулировании, то слышала как в европейской части города говорили о том, что совсем скоро в Порт-Артур должны прибыть английские корабли. Только… Это будут не купеческие, а военные суда, которые привезут сюда множество солдат и пушек. По всей видимости, англичане хотят взять реванш за прошлую опиумную войну, которую они проиграли. И если это так… То нам нужно быть готовыми к любым неприятным последствиям. Вплоть до того, что британцы попытаются силой отнять у нас эти земли просто для того, чтобы досадить цинцам и подпортить им отношения с Российской империей.

— Где это ты могла услышать подобное, Элиза? — недоверчиво хмыкнул главный зачинщик ссоры. — Ты что же, взяла привычку разгуливать по городским тавернам и слушать то, о чём болтают матросы?

— Неважно, где я это услышала! — покачала головой Стрешнева. — Скажем так, у меня есть в городе свои собственные осведомители… Дело не в этом, — добавила она, немного помолчав. — Мы все должны понимать, что сейчас, когда находимся вдали от Родины, на противоположном краю Российской Империи, где наших раз-два и обчёлся, мы должны не ссориться друг с другом из-за всякой ерунды, а держаться вместе и поддерживать один другого… Ну, и к тому же… Андрэ, позволь представить тебе нашего нового товарища по службе, княжну Анну Оболенскую. Она только сегодня приехала к нам из Петербурга, а потому совершенно ничего тут не знает.

Брюнет обернулся в мою сторону и, пару мгновений помедлив, кивнул в знак приветствия:

— Рад знакомству. Меня зовут Андрей Курбский. Князь Андрей Курбский, если точнее. Но можно обращаться ко мне и просто Андрэ, как это все тут делают.

— Кстати, — вмешалась в разговор замкомандира. — Анна, если вы заметили, мы все обращаемся друг к другу на «ты» и называем друг друга французскими именами… за некоторым исключением, конечно же! — добавила она, кивком указывая на Цзи Мэйлин и Цзи Юаня. — Не будет ли более уместным, если вы позволите называть вас Аннет, на французский манер?

— Как пожелаете! — пожал я плечами. — Аннет, значит? Ну, а вас я могу называть?..

— Элизой или Лизой, — едва заметно улыбнулась она. — Как будет удобнее.

— Хорошо, договорились, — кивнула я. — В таком случае, я буду называть вас Лизой, так будет проще.

Мэйлин, сидевшая рядом с ней, неожиданно расхохоталась.

— Будет проще?!.. — сквозь смех выговорила она. — Почему бы тогда просто не звать тебя Лизонькой, как это делает Андрэ? Да, кстати, насчёт него… Сестрица, он… как это говорится?.. Подбивает к тебе клинья, вот! Смотри, не позволяй ему лишнего, не то, боюсь, ты и сама не заметишь, как окажешься в его ловушке.

— В какой это ещё ловушке? — нахмурилась замкомандира. — О чём это ты только говоришь, Мэйлин?!

— Известно же о чём! — хмыкнула её подруга. — Думаю, ты и сама не хуже меня понимаешь, о чём именно. А если нет, то скажу проще: на твоём месте я бы не стала доверять такому человеку как он. Так понятней будет?

— Такому человеку как он?..

— Именно! — с уверенностью кивнула Мэйлин. — Я давно уже заметила, что Курбский проявляет к тебе не самым уместный интерес, но в то же время пытается заигрывать и чуть ли не со всеми барышнями в городе. На твоём месте я была бы осторожна, не то, боюсь…

— Что — «не то»? — спросила у неё заместитель командующего. — Если уж начала говорить, то давай, договаривай!

Но Мэйлин, недовольно фыркнув, отодвинула прочь пустую тарелку и, быстро выпив чай, налитый в гранёный стакан, поспешно вышла… даже почти выбежала из столовой.

— Очень странно! — глядя ей вослед, покачала головой Лиза. — Никогда прежде сестрица Лин-Лин так себя не вела… Что же с ней могло случиться на этот раз?.. Цзи Юань, тебе известно, почему сегодня твоя сестра выглядит и ведёт себя так, как если бы встала не с той ноги?

Но тот в ответ только пожал плечами:

— Признаться, я и сам уже не один раз задавал себе сегодня тот же вопрос… С Мэйлин однозначно происходит что-то странное. Но вот что именно? Боюсь, что я этого не понимаю…

— Ладно, неважно! — досадливо поморщившись, махнула рукой замкомандира. — В общем, слушайте все, что я скажу. Сейчас отправляйтесь по своим комнатам и как следует отдохните. А после полуночи выдвигаемся. Мы должны прочесать весь город на тот случай, если где-то поблизости хули-цзин и вправду устроили новое гнездо. Нельзя позволять лисам-оборотням беспрепятственно размножаться, да и вообще находиться там, где они могут представлять опасность для горожан…

На этом ужин был закончен. Все его участники один за другим начали покидать столовую. Я вышла последней, невольно при этом думая о том, почему сегодня вечером так и не увидела командира отряда в столовой. Впрочем… Почему я вообще должна о нём думать? Ведь сейчас у меня были куда более важные дела. Я решила наведаться в библиотеку отряда, которая, как я уже знала, находится на третьем этаже, и поискать там книги по истории мира, в котором оказалась и в котором мне, судя по всему, предстояло провести всю свою новую жизнь.

* * *

Несмотря на то, что в библиотеке отряда «Феникс» большинство книг было по естественным наукам, мифологии, демонологии и, конечно же, магии, мне всё же удалось отыскать на полках несколько исторических фолиантов. Благодаря им я и смогла узнать, почему история этого мира так сильно отличалась от той истории, которую учила в школе и в университете.

Для России, как выяснилось, переломным моментом стала смерть Бориса Годунова. Тогда, как и в моём «родном» мире, к власти пришёл царевич Фёдор — сын почившего государя. А вот дальше… Дальше всё было совсем не так. Никакого Лжедмитрия в этом мире не оказалось, не было и Смуты: Россия благополучно «проскочила» это время. Да, конечно: на её западных границах было в то время неспокойно, однако, обошлось без польской интервенции. В столице вспыхнул мятеж, но уже через пару дней он был подавлен стрельцами. Фёдор Годунов сохранил не только жизнь, но и престол, а позже стал основателем ныне правящей царской династии.

При этом, что интересно, явные совпадения с историей моего «родного» мира всё-таки были. Так, в начале восемнадцатого века к власти здесь пришёл царь-реформатор, которого звали Петром и он был первым из династии Годуновых, носившим это имя. Поколебав основы патриархального русского общества, он направил страну на новый, европейский лад. Одержал множество побед, присоединил огромные территории, основал Российскую империю, воздвиг новую столицу и дал ей то же название, что и Пётр I в моём «родном» мире — Санкт-Петербург.

Ну, а далее — всё то же самое, что и у нас, правда, только до начала девятнадцатого столетия. А там местная история сделал ещё один крутой «вираж». Павел I не был убит в 1801 году. Объединившись с французами, он разбил англичан в Индии и вышвырнул их оттуда, лишив Британию самой богатой её колонии. Правда, англичане ему этого не простили, так, что года через два после успешного завершения индийской кампании русский император «случайно» утонул, катаясь на лодке в одном из своих загородных владений.

Но к этому времени Россия уже твёрдо взяла курс на сближение с Французской империей и до сих пор оставалась её верным другом и союзником. Что же касается Англии, то теперь, в конце девятнадцатого века, та окончательно превратилась из «Владычицы морей» в третьеразрядное европейское государство, почти запертое на своих островах и к тому же ещё лишившееся большинства колоний.

Англия, которой в этом мире всё ещё правили Тюдоры, до сих пор огрызалась на Россию и Францию, только вот поделать против них ничего не могла. И тогда она решила сосредоточить свои усилия на завоевании новых колоний взамен утраченных. Одной из них по замыслам королевы Виктории как раз и должна была бы стать империя Цин. Англичане попытались разложить цинское общество изнутри, отравляя умы и тела людей опиумом, но просчитались. Император Цин оказался далеко не дураком. Он отлично понимал, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке, а потому от «даров» англичан категорически отказался сам и под страхом смерти запретил своим подданным хоть что-то у них принимать.

Потерпев неудачу с внедрением опиума, англичане не сдались и начали открытое военное противостояние с цинцами. Им даже удалось захватить несколько важных портов и почти покорить Чосон, который был в то время одной из цинских провинций. Но тут вмешались французы — вечные соперники англичан. Они отбили у британцев захваченные территории и вернули их Цин в обмен на право беспошлинной торговли на два десятилетия.

В это же время Российская империя, заинтересованная в расширении своих границ на восток и в возможности беспрепятственно торговать в Юго-Восточном регионе, предложила императору Цин арендовать на несколько десятилетий Порт-Артур и его окрестности. Но вместо этого ей было предложено купить эти земли, тем более, что и цену за них цинцы запросили просто смешную.

Для них самих, как я это поняла из книг, было важно заручиться поддержкой могущественного соседа, который, если что, сможет защитить от новых поползновений со стороны англичан. Тем более, что русский посол, ведший переговоры об аренде, недвусмысленно заявил, что эти земли нужны Российской империи для постройки там военно-морской базы, которая обеспечит торговым судам безопасность в тихоокеанском регионе, а заодно и защитит местных жителей в случае чего. Под «в случае чего» следовало понимать новую опиумную войну, к которой уже вовсю готовились англичане. В прошлый раз империи Цин повезло: французский император Наполеон IV их защитил от этой угрозы и вернул захваченные британцами земли. Но кто может знать, что же будет на этот раз?..

* * *

Отложив в сторону книгу по истории, которую читала, я поднялся с места и подошла к окну, за которым уже стемнело…

Вот оно что! Не только история России в этом мире оказалась другой, но и история других европейских стран! Францией до сих пор правили Бонапарты, Англией — Тюдоры, Австрия и Германия… Ну, их, в общем-то, как таковых и не было. В том смысле, что обе эти страны представляли собой скопление мелких разрозненных княжеств. Британцы лишились Индии и большинства других своих колоний, но при этом точили зуб на империю Цин, первую опиумную войну с которой они проиграли благодаря вмешательству своих давних соперников — французов…

Когда я только оказалась в этом мире, то даже обрадовалась, решив, что благодаря отличному знанию истории, уж точно здесь не пропаду. Более того, если получится, даже смогу изменить кое-какие исторические события так, как сама посчитаю нужным.

А на деле? На деле получилось, что я ровным счётом ничего в местной истории не понимаю и не знаю, как тут всё устроено. Даже была не в курсе до сегодняшнего дня о том, что власть в Российской империи до сих пор находится в руках Годуновых, а Романовы даже не получили княжеский титул… И это — ещё не говоря о том, что в этом мире существует магия, которой владеют представители знатных домов, в том числе и я сама. И которой уж точно не владели представители знати в царской России в моём «родном» мире…

Так значит ли это, что всё, чему я старательно училась в школе и в институте, все эти знания по истории оказались напрасными и абсолютно ничем они мне здесь не помогут? Если это так… То обидно же, чёрт возьми!..

Глава 8: Ночная тревога или Подозрительная тень

В библиотеке я провела несколько часов. А когда вернулась в комнату, которую мне отныне предстояло делить с Цзи Мэйлин, то обнаружил, что моей соседки там нет… Интересно, куда это она могла отправиться так поздно? Может быть… в лабораторию, о которой я уже слышала?

Впрочем, какая сейчас разница? Вспомнив о том, что, вообще-то, в полночь мне нужно отправляться на ночное патрулирование, я решила лечь в постель и хотя бы немного отдохнуть. Тем более, что денёк сегодня у меня и впрямь выдался непростым и более чем суматошным.

Но выспаться мне в ту ночь так и не удалось. Потому, что как только я начала погружаться в сон, воздух внезапно прорезал резкий звук, похожий не то на пожарную сирену, не то на заводской гудок.

Будучи ещё совершенно незнакомой с системой сигналов, принятых в отряде «Феникс», но при этом отлично понимая, что услышанный мной звук был ничем иным, как призывом к общему сбору, я поспешно оделась и выбежала в коридор. Где уже находилось большинство моих товарищей по службе, с которыми я успела познакомиться. Не было там разве что командира отряда… и Андрея Курбского. Даже Цзи Мэйлин, которая так и не объявилась в тот вечер в комнате, стояла сейчас рядом со своим братом. И, судя по донельзя встревоженному и слегка недоумевающему виду последнего, тот знал о том, что сейчас происходит, не больше чем я сама. То есть, аж целых ничего…

— Что там ещё случилось? — спросила я у Лизы, отведя её в сторону. — Может быть, звук, который мы все сейчас слышали, был учебной тревогой или чем-то вроде того?

Но Стрешнева только покачала головой:

— Не знаю… Если бы это была учебная тревога, я была бы в курсе. И всех вас давно успела бы предупредить… Давайте лучше не будем гадать о том, что ещё могло случиться и спустимся вниз. Наверняка у командира найдётся для нас объяснение…

Следуя совету замкома, мы все спустились вниз и собрались в столовой, где, как выяснилось, помимо прочего ещё и проводились общие собрания. Командир отряда был уже там и ждал нас.

— Итак, — проговорил он, едва заметно кивнув нам в знак приветствия. — Вы все слышали звук сирены, не так ли? И, должно быть, вам не терпится узнать, почему он прозвучал?

— Конечно же, мы очень хотим это знать! — фыркнула Цзи Мэйлин. — А вам самому, командир, разве не захотелось бы узнать на нашем месте, чего это ради вас разбудили посреди ночи, если до патрулирования ещё больше часа?

— Что же, я скажу вас об этом, — кивнул Романов. — Дело в том, что не далее четверти часа назад в штаб прибежал один из местных жителей. Он был напуган так сильно, что мне с трудом удалось вытянуть из него хотя бы пару слов. Всё, что этот человек повторял, это «Цзянши! Я видел его собственными глазами! Он убьёт всех нас!»

— Цзянши?! — удивилась Лиза. — Но разве мы ещё месяц назад не выгнали из города всех местных вампиров? Откуда бы им тут опять взяться?

— Оттуда же, откуда в Дальнем взялись и лисы-оборотни! — проговорил Курбский, входя в столовую и занимая место напротив неё. — Помните, командир, я вам уже говорил о том, что местная нечисть, которая на время затаилась, вновь начала безобразничать в городе?

— Безобразничать — это ещё слабо сказано! — покачал головой Романов. — Насчёт лис-оборотней не уверен, но вот вампиры… Мы совершенно точно не можем позволить им нападать на людей… Выдвигаемся немедленно, не дожидаясь полуночи. Оружие и прочие приспособления, необходимые для охоты на цзянши, вы возьмёте на складе… Элиза, позаботься о том, чтобы они получили всё необходимое для сегодняшней охоты.

— Хорошо, будет исполнено, командир! — по-военному щёлкнув каблуками, ответствовала замком. — А вы… Вы сам разве не собираетесь присоединиться к нам?

— Нет. У меня и без того дел здесь выше головы… К тому же… Нечисть в погоню за которой вы отправляетесь — это не настоящий европейский вампир и даже не славянский упырь, а всего лишь цзянши — существо, питающееся не столько кровью, сколько жизненной энергией. Вы и сами прекрасно с ним без меня справитесь. А я лучше потрачу лишнюю пару часов на написание отчётов и на работу в лаборатории.

Что же, ответ командующего был более чем понятен. Действительно, глупо гоняться за относительно безвредной нечистью всем отрядом, тем более, что там и дела-то, как я понимаю, всего ничего. Похоже, что и замком считала так же.

— В общем, так, ребята, — проговорила она, дождавшись, когда командир уйдёт из столовой. — Нам нет никакой необходимости посылать на это задание больше, чем двух человек. А потому, давайте сделаем так: на поиски цзянши пойдут Юань и Аннет. Все остальные отправятся искать логово хули-цзин, как мы с вами и договаривались с вечера.

— Ладно, это понятно, — кивнула моя соседка по комнате. — А почему я не могу пойти на задание со своим братом как это было раньше?

— Потому, что из Петербурга только сегодня днём пришло новое распоряжение, — пояснила ей Лиза. — Главе тайной канцелярии, в ведомстве которого находится наш отряд, не нравится то, что некоторые у нас ходят на патрулирование вместе со своими родственниками. Поймите: в столице сейчас не сказать, чтобы спокойно, при дворе опасаются заговоров, причём, не только в самом Петербурге, но и в самых отдалённых уголках Российской империи. Особенно здесь, поскольку эти места были присоединены к нашей стране совсем недавно. И потому, что в Дальнем кроме наших переселенцев полным-полно иностранцев, в том числе англичан, от которых неведомо чего можно ждать… Так что отныне всё меняется. Ты будешь ходить на патрулирование и охоту вместе со мной, твой брат — с Аннет, ну, а Ники… Ой, то есть, я хотела сказать, наш командир, вместе с Андрэ… Всё всем понятно?

— Понятней некуда! — хмыкнула Цзи Мэйлин. — Только вот… Боюсь, что если что-то случится, то мой брат не сможет позаботиться о новенькой… Что, если Аннет пойдёт на сегодняшнюю охоту вместе с Андрэ, в то время как я…

— Исключено! — решительно покачала головой замком. — Если не веришь мне, спроси у командира. Он подтвердит то, что я сказала по поводу нового распоряжения… И вообще, — добавила она. — Я вижу, у вас у всех тут слишком много времени чтобы попусту болтать? Быстро поднимайтесь и идёмте на склад за оружием!

— Ладно-ладно, идём! — всё ещё недовольно буркнула её подруга. — Хотя, вообще-то, лично я не вижу ничего плохого в том, чтобы ходить на патрулирование и задания со своим братом. Тем более, что если уж кто меньше всех и способен устроить тут заговор, так это Цзи Сяо. Уверена, что если мы напишем в Петербург, то эту проблему запросто можно было бы решить…

— Нет! — сказала как отрезала заместитель командующего. — На самом деле здесь и решать нечего, Лин-Лин. Тот приказ был отдан не только по причине опасения возможных заговоров, но и потому, что в таком сочетании наши способности смогут лучше дополнять друг друга. На этом — всё. Довольно разговоров!..

* * *

Спустившись на первый этаж, мы отправились на склад, где Лиза выдала каждому из нас по пистолету, заряженному серебряными пулями, а мы с Цзи Юанем кроме того получили ещё и по небольшому заострённому колу, с виду похожему на арбалетный болт. Как я поняла, это было специфическое оружие против местных вампиров. Во всяком случае тем, кто отправлялся искать логово хули-цзин, никаких кольев не полагалось.

Я заметила, как мой теперь уже напарник положил пистолет в кобуру, а кол сунул за пояс и сделала точно так же. При этом мне почему-то показалось, что оружие, предназначенное для борьбы с вампирами, источает какой-то странный, но несомненно приятный аромат, да и вообще не слишком-то похоже на обычные осиновые колья.

— Что это? — спросила я у Цзи Юаня, как только мы с ним оказались на улице, ведущей к самой старой части города.

— Ты о чём? — в недоумении глядя на меня, спросил он.

— Скажи, эти же колья, которые нам выдала Лиза… Они не осиновые?

— Конечно же, нет! — покачал Цзи Юань головой. — Эти колья сделаны из персикового дерева. И это — лучшее средство против цзянши.

— А-а, понятно! — кивнула я. — А что, обычные осиновые колья с которыми на западе охотятся на вампиров, для местной нечисти не годятся?

— Нет, не годятся… Более того, для каждого вида нечисти существует особое оружие. Вот почему командир сегодня потратил так много времени, вытягивая из того человека всю правду о том, кто же, всё-таки, на него напал.

Должно быть, Цзи Юань был всё ещё обижен на то, что ему не позволили пойти на задание вместе с сестрой, как это бывало обычно. И хоть в столовой во время общего собрания он ничем не выдал своих чувств, но сейчас, когда мы с ним были одни на пустынной ночной улице, в тоне его голоса отчётливо прозвучали недовольство и лёгкое раздражение. И, наверное, я бы не стала ни о чём расспрашивать своего нового товарища по службе, если бы не вопрос, не дававший мне покоя с тех самых пор, как только я увидела его играющим на флейте в его комнате.

— Послушай, Юань, — проговорила я, выждав немного времени. — Могу я тебя кое о чём спросить?

— Спрашивай… — пожал он плечами всем своим видом выражая при это равнодушие, почти граничащее с холодностью.

— Ты же, ведь, цинец, правильно? Так где же, в таком случае, ты и твоя сестра… В общем, где это вы с Мэйлин научились так хорошо говорить по-русски? Даже без акцента…

— Цинец? — криво усмехнулся Цзи Юань. — Ну, если говорить о моём происхождении — то, да. А вот по воспитанию и по убеждениям… С тех пор как ещё ребёнком я покинул Пекин при весьма драматичных обстоятельствах, я ни единого дня не считал себя цинцем. Не считал себя даже сыном своего настоящего отца…

— Настоящего отца? — удивилась я. — А что, у тебя был ещё и ненастоящий?

— Был и есть… Человек, который много лет назад спас нас с сестрой от неминуемой гибели. Тот, кто предоставил нам с Мэйлин кров, тепло и родительскую заботу. Он и есть тот, кого я считаю своим настоящим отцом… В Российской империи этот человек считается одним из самых богатых купцов, но дело вовсе не в количестве денег, которые у него имеются Главное то, что он — добрый и справедливый. И что ему никогда в жизни не пришло бы в голову поступить со мной и с моей сестрой настолько ужасно, как поступил с нами наш настоящий папенька…

— И что же твой настоящий отец с тобой и с Мэйлин сделал? — продолжала я допытываться.

Но Цзи Юань, судя по всему, больше не желал говорить о своём прошлом.

— Это тебя совершенно точно не касается! — холодно сказал, как отрезал, он. — И не вздумай приставать с подобными вопросами к моей сестре. Мэйлин всё равно тебе ничего не расскажет. Что же касается всех остальных… Они в любом случае не знают о нашем с ней прошлом.

Я поняла, что мой напарник скрывает какую-то невероятную тайну, которую он не желает выдавать никому в целом мире и что его сестра, Мэйлин, тоже в курсе этого. Но Цзи Юань согласится скорее умереть, чем посвятить кого-то в один из секретов своего прошлого… Ну, что же… В конце концов, лично меня его прошлое всё равно никаким боком не касается. Не хочет говорить — ну и не надо. Я же, в конце концов, не на допросе нахожусь, чтобы любыми способами вытягивать из этого парня всю правду!..

* * *

От размышлений меня отвлёк громкий, почти нечеловеческий крик, прокатившийся над спящими улочками. И в тот же миг я вдруг почувствовала, как меня словно обдало ледяной волной. Некое странное предчувствие упорно твердило мне, что я должна немедленно бежать в ту сторону, где кричали.

— Это там! — воскликнула я, указывая рукой в неопределённом направлении. — Вероятно, тот, кого мы ищем, находится в той стороне!

— Что-то я в этом сомневаюсь! — покачал головой Цзи Юань. — Если бы кто-то из представителей местной нечисти был рядом, я бы давно уже ощутил его присутствие. Но ничего подобного я не чувствую, а, значит…

— Скажи, а какие у тебя бывают ощущения, когда ты чуешь нечисть? — спросил я у него.

— Какие? Ну, мне вдруг начинает казаться, будто на меня опрокинули ведро с холодной водой… Очень неприятное ощущение, если уж говорить по-правде…

— Тогда, — перебивая его, спросил я. — Что ты скажешь, если я отвечу, что только что почувствовала что-то очень похожее?

— Тогда… — протянул он. — Я бы сказал, что ты, вероятно, почувствовала присутствие какой-нибудь западной или, возможно, славянской нечисти. Только вот… Я не думаю, что нам и вправду стоило бы с ней сейчас связываться. У нас, ведь, имеется особое задание и потому глупо размениваться сейчас на какие-то пустяки вроде случайно забредших в эту часть города лепрекона или кикиморы.

— Да, но тот крик! — возразила я ему. — Что, если тот человек находится сейчас в смертельной опасности? Разве не должны мы вмешаться и остановить того, кто на него напал прежде, чем станет слишком поздно?

— Может быть, ты и права, — сдался, наконец, Цзи Юань. — Ладно, Аннет, ты меня убедила: мы сейчас же пойдём и посмотрим что там случилось. Однако, если ты ошиблась и на самом деле никакой нечисти там не окажется… В общем, сама будешь тогда перед главным оправдываться!

— Хорошо, договорились! — кивнула я. — Если что, возьму всю вину на себя… А сейчас идём поскорее, мне кажется, что там и вправду всё очень и очень плохо!..

* * *

Пробежав пару кварталов, мы оказались на заброшенной улице. Большинство домов здесь были покосившимися, как бы просевшими под гнётом времени и воздействием погодных осадков. Облупившаяся краска, потрескавшиеся доски, частично обвалившаяся черепица и окна, щерящиеся на нас пустыми рамами… В общем, картина упадка и разрухи налицо. Должно быть, все эти здания подлежали скорому сносу и крайне сомнительным представлялось, чтобы хоть кто-то пожелал жить в таком месте. И всё-таки…

Я вдруг заметила подозрительную тень, метнувшуюся за угол одного из ближайших домов… Интересно, кто бы это мог быть? Подгулявший прохожий, который, возвращаясь домой, решил срезать угол и пройти по улице, где уже давно никто не жил? Уличный воришка, скрывающийся в темноте ночи и высматривающий очередную добычу? Или…

Я обернулась в сторону Цзи Юаня и спросила:

— Скажи, ты тоже это сейчас видел? Тень, скрывшуюся за тем вон домом? Как думаешь: может ли это быть тот, за кем мы с тобой охотимся?

— Цзянши? — с усмешкой покачал тот головой. — Нет, это совершенно точно исключено. Эта тень двигалась слишком быстро и плавно для местной разновидности вампиров.

— Слишком быстро и плавно? — не понял я. — О чём это ты говоришь?

— О том, что цзянши не могут передвигаться иначе, как прыжками. Они… как бы тебе это объяснить? В общем, они по своей сути — ожившие мертвецы. Их тела приобретают такую каменную прочность, что совершенно утрачивают гибкость. Их руки и ноги перестают гнуться и нормально переставляться, из-за чего цзянши приходится прыгать, подобно кенгуру… Впрочем… Зачем я это тебе рассказываю? Если хочешь, то возьми в библиотеке книгу о местной нечисти и сама обо всём этом узнаешь.

— Ладно, — кивнула я. — Так завтра и сделаю. Но что же насчёт той тени? Что, если мы последуем за ней дабы убедиться в том, что это никакая не нечисть?

Ответом мне был едва заметный кивок.

Вдвоём мы свернули за угол того дома, куда скользнула тень и… нашим глазам предстала поистине ужасающая картина.

Мы находились в каком-то небольшом переулке, заканчивающимся тупиком. Возле противоположной стены дома на земле лежало неподвижное тело молодой женщины, судя по её одежде, явно из простонародья, если только не сказать, из городской бедноты. А рядом с ней…

Я даже глаза протёрла: настолько увиденное показалось мне кадром из второсортного фильма ужасов. Рядом с лежавшей на земле женщиной был некто, кого я поначалу принял за её любовника, с которым незнакомка решила почему-то встретиться в столь пустынном месте в этот неурочный час.

Но когда мужчина, сидевший рядом с ней поднял голову и обернулся в нашу с Цзи Юанем сторону, я вдруг увидела что его губы и подбородок вымазаны чем-то красным, подозрительно похожим на кровь. А на шее незнакомки в неярком лунном свете отчётливо выделялись две глубоких раны, похожих на след от удара стилетом или мизерикордом. Но которые, без всяких сомнений были ничем другим, как укусами, оставленными тварью, которая сейчас разглядывала нас, облизывая при этом свои длинные, заострённые клыки…

— Вот же, чёрт! — внезапно услышала я тихий, слегка дрожащий от волнения голос Цзи Юаня. — Похоже, что тот человек всё напутал! Это, разумеется, никакой не цзянши. Это — самый настоящий вампир с Запада, будь он трижды неладен!..

Глава 9: Первый бой с нечистью или История, рассказанная напарником

Признаться, я не сразу поняла, почему мой напарник так встревожился и даже немного испугался от того, что никакого цзянши не оказалось, а вместо него был самый обычный классический европейский вампир. И только потом сообразила: колья из персикового дерева, ну, конечно! Против обычного вампира они были совершенно бесполезны. Тут бы пригодились осиновые колья, но как раз их-то у нас и не было…

Получается, что мы с Цзи Юанем оказались совершенно беззащитны перед кровопийцей, отметившим, возможно, уже не одно столетие? Хотя… Как я могла забыть? У нас же есть ещё пистолеты, заряженные серебряными пулями!

Моя рука непроизвольно потянулась к кобуре на поясе, но прежде, чем пальцы успели сомкнуться вокруг рукояти, Цзи Юань опустил ладонь на мою руку и отрицательно покачал головой.

— Это не поможет! — негромко проговорил он. — Серебро его только ранит, но не убьёт. Так он только ещё больше разозлится…

— Тогда… — в недоумении воззрилась я на него. — Что же нам делать?

— Ну… Можно попробовать остановить его при помощи магии, а потом, как следует прицелившись, нашпиговать серебряными пулями.

— Ты же говорил, что он от этого ещё пуще разозлится?! — фыркнула я. — Ну, и где логика?

— Логика в том, что ты меня не дослушала. Говоря о том, что серебро ещё больше разозлит эту погань, я имел в виду только то, что одна или две пули вампира уж точно не остановят. Но если всадить их в него пару десятков… То процесс регенерации займёт несколько часов. Если мы задержим его здесь до рассвета, то за него уже возьмётся солнце и не оставит нечисти ни единого шанса… Вопрос лишь в том сможем ли мы сейчас остановить вампира…

— Кто знает, кто знает? — философски пожала я плечами. — Слушай, а ты, вообще, какой магией владеешь?

— Магией, повелевающей растениями и животными… А ты?

— Водой во всех её проявлениях и состояниях.

— Отлично! В таком случае… Я сейчас постараюсь разозлить вампира, чтобы он оставил свою жертву и набросился на нас. А ты, как только он обернётся в нашу сторону, тут же выстрой перед ним водяную стену… Обычно, западная нечисть боится проточной воды, так что это не даст ему возможности нас убить. А дальше я использую вьющиеся растения, чтобы связать его ими. Ну, а там уже и ты не зевай: пали в него из всех пистолетов…

Разговор этот происходил шёпотом, так, что я едва могла расслышать слова, которые говорил мне Цзи Юань. Но при этом у меня вовсе не было уверенности в том, что вампир также их не слышит. А ещё я не понимала, почему это нечисть на нас с напарником не нападает прямо сейчас, когда у нас в руках нет никакого оружия и мы не пользуемся магией… Впрочем… Разве может человек понять логику нечистой силы? И существует ли она у нечисти вообще, эта самая логика?..

Между тем Цзи Юань поднял с земли камень и, как следует размахнувшись, запустил его в вампира, продолжавшего терзать свою жертву. Камень со свистом прорезал ночной воздух и угодил кровопийце прямо по голове. Тут уж вампир волей-неволей был вынужден оторваться от своего занятия и посмотреть на тех, кто это его так звезданул.

Бледные, почти белые глаза нечисти обвели взглядом окрестность и остановились на нас двоих. Несколько секунд вампир медлил, как если бы всё никак не мог поверить в то, чтобы обычный человек посмел швыряться в него камнями, а затем…

Я с трудом успела заметить, как нечисть мгновенно сорвалась со своего места и устремилась в нашу с Цзи Юанем сторону. Причём, от её недавней медлительности не осталось и следа. Вампир словно превратился в сгусток энергии, перемещающийся с поистине нечеловеческой скоростью. Но, к счастью, он был не быстрее меня.

За какие-то пару секунд я начертала в воздухе несколько магических знаков и между нами с моим напарником и вампиром вдруг выросла стена, наподобие падающего со скалы водопада. Нечисть попыталась сунуться в воду, но не тут-то было! Отскочив на пару шагов назад, вампир припал к земле и злобно зашипел, подобно разъярённой кошке. И в это время…

Я вдруг заметил, что Цзи Юань, едва заметно чему-то улыбаясь, с самым спокойным видом вытаскивает из-за пояса ту самую нефритовую флейту, что я у него уже видела вчера вечером, когда мой новый сослуживец играл на ней какую-то мелодию белочке, которая специально пришла её послушать.

— Эй, нам сейчас не до музыки, честное слово! — слегка ткнула я в бок Цзи Юаня.

Но тот, всё так же улыбаясь, покачал головой и, поднеся флейту к губам, заиграл мелодию, которую я никогда раньше не слышала. В этой музыке словно смешались свист ветра, играющего в кронах деревьев, шум дождя, барабанившего по крышам, тревожные крики птиц, спешащих укрыться от непогоды и… что-то ещё, чего я не понимала. Откуда-то со стороны словно пахнуло свежестью и мокрой от дождя листвой, а затем…

Я вдруг увидела, как почва вокруг беснующегося на «той стороне» водяной стены вампира вдруг вспучилась и из-под неё полезли зелёные побеги, похожие на плети. Мгновение — и обездвиженная нечисть уже лежит на земле, оплетённая гибкими тонкими ветвями с ног до головы и превращённая в некое подобие египетской мумии.

— Ловко! — невольно восхитилась я, глядя на то, как вампир злобно скрежещет зубами, пытаясь выбраться из опутавшего его зелёного «кокона». — Так вот, что ты имел в виду, говоря, что владеешь магией, позволяющей управлять животными и растениями! Кто бы мог подумать, что…

— Это его надолго не задержит! — прерывая меня, покачал головой Цзи Юань. — Прежде, чем эта погань в клочья разорвёт лианы и вырвется наружу, нужно как следует нашпиговать её серебряными пулями. Бей так, чтобы попасть по жизненно-важным органам и в голову. Я тебе в этом, к сожалению, помочь сейчас не могу: должен контролировать, чтобы хватка растений не ослабевала, не то кокон будет разрушен и… Только боги знают, что с нами обоими тогда будет!

— Хорошо, я тебя, в общем-то, поняла! — кивнула я, убирая водяную стену, а затем вытаскивая из-за пояса пистолет и прицеливаясь в лежавшего на земле вампира. — Только вот… Уверен ли ты, что это сработает?

— Откуда я знаю? — недовольно фыркнул Цзи Юань. — Никогда прежде мне не приходилось сражаться с европейскими вампирами, тем более, не имея подходящего для этого оружия… Надеюсь, что сработает, а там… Кто знает, кто знает?..

Решив больше не тратить времени на ненужные разговоры, я принялась всаживать одну серебряную пулю за другой в извивающуюся подобно гигантскому червю нечисть. Выпустила все девять патронов, перезарядила пистолет и снова принялась палить, мысленно благодаря при этом своё давнее школьное увлечение стрельбой в тире, к которому меня приобщил мой отец и сам любивший на досуге попалить по мишеням. Пули со свистом пронзали воздух и одна за другой входили точно в те места, в которые я целилась. Вампир дико взвыл и задёргался, безуспешно пытаясь вырваться из опутывавшего его зелёного кокона.

Шум поднялся просто ужасный. Так, что окна соседних домов одно за другим начали распахиваться. Но стоило хозяевам выглянуть на улицу и увидеть, что там происходит, как они тут же спешно бормотали слова охранных молитв и немедленно захлопывали ставни.

Не знаю, сколько серебряных пуль я успела всадить в вампира когда тот, наконец, затих и перестал двигаться. Кажется, мне пришлось пять или даже шесть раз перезаряжать оружие прежде, чем это случилось. Цзи Юань всё это время играл на своей флейте, при помощи которой управлял животными и растениями.

— Ну, кажется, всё, он готов! — проговорила я, опуская дымящийся пистолет.

— Ещё пока нет! — с самым серьёзным видом, покачал головой Цзи Юань, также убирая свою флейту. — Эта нечисть всё ещё живее всех живых и очень опасна. Мы не можем просто так оставить её здесь и уйти. Придётся провести на этом пустыре всю ночь. Не то вампир, ещё чего доброго, выберется из кокона и сбежит. А тогда снова гоняйся за ним по всему городу! И это — ещё не говоря о том, что за это время он запросто может сожрать ещё кого-нибудь.

— Ладно, раз так, то побудем поблизости и проследим, чтобы он не вырвался до рассвета, — мысленно вздохнув, кивнула я.

Мечты о спокойном сне развеялись как сон, как утренний туман. Но мой напарник прав: мы и вправду не можем сейчас уйти, оставив тут вампира, пусть и обездвиженного, но при этом всё ещё опасного. Нечисть, тем более, такая древняя, сильна и коварна. Очень может быть, что кровопийца просто притворяется поверженным тогда как на самом деле стоит нам с Цзи Юанем отойти…

Оглядевшись по сторонам, я заметила лежавшее в нескольких шагах от нас поваленное дерево и, кивнув в ту сторону, проговорила, обращаясь к своему товарищу:

— Раз так, то почему бы нам, по крайней мере, не устроиться здесь хотя бы с относительным комфортом?..

Остаток этой ночи мы с моим напарником провели, сидя на поваленном дереве и наблюдая за поверженным, но всё ещё живым и опасным противником. Как и говорил Цзи Юань, вампир, пригвождённый серебряными пулями к земле, не мог вскочить и наброситься на нас, но он всё ещё дёргался, подобно тому, как дёргается и вертится раненая, но не добитая змея. Его когти вонзались в землю, оставляя на ней взрыхлённые борозды, а с обескровленных бледных губ срывались звуки, похожие больше на звериный вой нежели на человеческие стоны и проклятья.

Наверное, окажись я одна в такой ситуации, то не на шутку испугалась. Да и кто бы не испытал страх, оказавшись наедине с вампиром, пусть и обездвиженным! В своей «прежней» жизни я была уверена в том, что нечисти не существует и потому фильмы ужасов только смешили меня нелепостью своих сюжетов и нелогичностью поступков их главных героев, которые словно намеренно лезли в лапы всевозможных монстров, в том числе и вампиров. Однако, в этом мире царили несколько другие законы природы и если у меня «дома» нечисть когда-то и существовала, то была истреблена задолго до моего рождения, ещё веке этак в девятнадцатом. Здесь же она жила и процветала, судя по тому, что в Российской империи царское правительство даже вынуждено было создавать специальные отряды по борьбе с нечистой силой.

Впрочем, поглядев в сторону напарника, который, сидя на поваленном дереве, рассматривал узоры на своей тёмно-зелёной нефритовой флейте и при этом едва заметно чему-то улыбался, я совершенно успокоилась. Как если бы невозмутимость Цзи Юаня каким-то мистическим образом передалась и мне.

— Послушай! — легонько ткнула я в бок своего напарника. — А ты уже давно служишь в этом отряде?

— Полгода, с первого дня его создания, — последовал ответ. — А что?

— Да нет, ничего! — покачала я головой. — Послушай, Юань, почему ты ведёшь себя сейчас так, как если бы ничего особого не происходит? Как если бы в нескольких шагах от нас не лежали самый настоящий, пусть и обездвиженный вампир и жертва, которую он только что прикончил?

— Почему я так себя веду? — криво усмехаясь, повторил мой напарник. — Ну… Наверное, потому, что в своей жизни мне приходилось видеть вещи и пострашнее этого вампира.

— Да неужели?! — недоверчиво хмыкнула я. — И какие же это, например?

— Например? Предательство некогда близких и дорогих людей. Лицемерие, обман, злобу и зависть… Да что там говорить! Если бы ты, подобно мне, родилась в стенах Запретного города, то, поверь, этот вампир показался бы тебе безобиднее котёнка.

— Подожди! — остановил я его. — Хочешь сказать, что ты имеешь какое-то отношение к ныне правящей династии Цин?!

— Ну, а сама-то ты как думаешь? — снова усмехнулся Цзи Юань.

— Я ничего не думаю, я только предполагаю, что твоей настоящей матерью была одна из дворцовых служанок. Правда, насколько я знаю, в империи Цин прислуге строго-настрого запрещено крутить романы в стенах Запретного города, но мало ли… Вдруг местные законы успели измениться…

— Дворцовая служанка?!. — фыркнул Цзи Юань. — Бери выше! Нашей с сестрой матерью была некогда любимейшая супруга императора. Но… Получилось так, что родственники главной соперницы оклеветали её перед отцом вскоре после нашего с Мэйлин появления на свет. Они говорили, будто матушка родила своих детей не от государя, а от демона, иначе, почему их родилось сразу двое, да ещё и разного пола?.. В общем, наслушавшись придворных сплетен, мой, так называемый отец, разгневался на матушку. Он сослал её и нас с сестрой в Холодный дворец. Но завистникам матушки и этого было мало. Через несколько лет они добились, чтобы император… уж извини, я не могу называть этого человека своим отцом… Так вот, они добились того, чтобы император приговорил её к смерти и прислал отравленное вино. Матушка умерла у нас с сестрой на глазах, но на этом ещё ничего не закончилось. Её главная соперница, возвысившись, вошла в фавор и родила сына. Я стал помехой на пути её собственного ребёнка к трону и тогда… Тогда та злая женщина уговорила императора, чтобы тот отправил меня в одну специальную клинику, которая поставляла во дворец новых евнухов. Но сестра случайно подслушала их разговор. Она ничего не стала мне говорить, а просто взяла за руку и увела из дворца под предлогом игры в прятки. Нам с Мэйлин было лет семь и я тогда ещё многого не понимал. Думаю, что и сестра тоже не догадывалась об истинной сути нависшей надо мной опасности. Но она совершенно точно знала, что та женщина была человеком недобрым и завистливым. Что это именно из-за её происков умерла наша матушка, а значит, и нам двоим ждать от неё ничего хорошего не приходится… Последующие несколько месяцев мы с Мэйлин скитались по дорогам, выпрашивая подаяние, а иногда, чтобы не умереть от голода, даже подворовывали, тем и жили. Много раз я говорил в те непростые дни сестре, что хочу вернуться домой, что мне надоела эта игра в прятки и что даже Холодный дворец был бы лучше такой нищенской жизни. Но… Мэйлин каждый раз отвечала, что она забыла дорогу домой, а спросить не у кого. И вообще… Это — ещё не конец игры и что дальше будет только интересней… Я же не видел ничего интересного в голодном и холодном существовании, однако сестра уверяла меня, что скоро всё это закончится и мы с ней заживём так же хорошо и счастливо, как это было при матушке… Только со временем я понял, что благодаря смелости и решительности своей упрямой сестрёнки я избежал участи, которая была бы в сотни раз хуже смерти. И за это всегда буду благодарен Мэйлин. Ну, и тому человеку, который нас с ней нашёл и взял в свой дом на правах приёмных детей. Именно его я и считаю своим настоящим отцом. А вовсе не того, кто сначала хладнокровно расправился с моей матушкой, а потом вздумал меня изувечить, превратив в евнуха… Что же касается сестры… То я поклялся, что буду всю свою жизнь, до последнего вздоха, заботиться о Мэйлин и оберегать её точно так же, как она сама заботилась обо мне и оберегала меня в детстве. В те дни, когда мы из принца и принцессы династии Цин превратились в двух нищих бродяжек, вынужденных побираться и воровать чтобы только не умереть с голода. Я никогда не забуду того, что она когда-то для меня сделала. Но точно так же я никогда не забуду и не прощу тех, кто довёл нас с сестрой до такой кошмарной жизни. Мой приёмный отец говорит, что он поможет мне, если я только этого пожелаю, вернуть положение при цинском дворе и титул принца. Но это всё мне не нужно. Я хочу только одного: чтобы люди, повинные в гибели матушки и в нашем с сестрой вынужденном бегстве, получили по заслугам. И если когда-нибудь вернусь в Цин, то только с одной целью: чтобы отомстить им всем, включая императора…

Цзи Юань замолчал, устремив взгляд на небо, которое уже начинало понемногу светлеть на востоке, предвещая наступление нового дня. Я тоже молчала, так как не знала, что и говорить. История, рассказанная моим напарником, удивительным образом перекликалась с той газетной публикацией, которую я не далее как вчера прочла в одной из местных газет в Иркутске. Вряд ли цинские принцы и принцессы толпами бегут из Запретного города, а значит, по всей видимости…

— Получается, что это они написали в газете про тебя и про Мэйлин?! — невольно вырвалось у меня.

— В какой ещё газете? — не понял Цзи Юань.

— Ну, понимаешь… — попыталась я ему объяснить. Вчера во время пересадки в Иркутске я от скуки купила одну местную газету. Так вот, в ней рассказывалась история, до удивления похожая на ту, которую ты только что мне поведал. Думаю… Думаю, что там было написано о тебе и о твоей сестре.

— Может быть! — с нарочитым равнодушием пожал плечами мой напарник. — Признаться, меня меньше всего волнует то, о чём пишут в газетах. Наверняка там был какой-то вздор, очередная газетная утка, а ты ей поверила.

— Газетная утка?! — покачала я головой. — Извини, но мне так не кажется. Впрочем… Чем бессмысленно спорить, давай я лучше после возвращения в штаб-квартиру покажу тебе ту статью в газете и ты мне скажешь: утка это или нет. А пока… Ответь: почему ты всё-таки рассказал мне свою историю? Ведь ещё пару часов назад ты вовсе не желал со мной об этом говорить.

— Почему я тебе об этом рассказал? — усмехнулся Цзи Юань. — Лишь по одной причине: не хотел, чтобы ты приставала с расспросами к моей сестре. Я только желал избавить Мэйлин от плохих воспоминаний, только и всего.

— Ладно, допустим! — кивнул я. — И всё-таки… Позволь тебя спросить ещё кое о чём. Скажи, почему вчера за ужином вы с Курбским чуть было не вцепились друг в друга? Я слышала, как он пренебрежительно отзывался о твоей сестре. Так значит, вы с ним поссорились из-за Мэйлин?

— Нет! — как-то странно усмехаясь, покачал головой мой напарник.

— Не из-за неё?! А из-за чего же тогда?

— Из-за хули-цзин, — последовал ответ, который я, если честно, меньше всего ожидала сейчас услышать.

— Из-за хули-цзин?! Но… какое отношение лисы-оборотни имеют к вашей с Андрэ ссоре?

— Самое прямое! — хмыкнул Цзи Юань, снова вытаскивая из-за пояса свою флейту. — А почему? Сейчас ты это поймёшь…

Глава 10: Спасение лисёнка или «Определителю нечисти быть!..»

Поднеся к губам флейту, мой напарник заиграл на ней ещё одну мелодию, слышать которую мне никогда прежде не приходилось. На этот раз музыка была лёгкая и быстрая, она словно призывала пуститься в пляс, так, что я невольно начала притопывать ей в такт. И в это время…

Окружавшие пустырь кусты немного раздвинулись и из-за них высунулся любопытный чёрный нос, а через мгновение показалась бело-рыжая мордочка и треугольные ушки… Щенок?! Интересно, откуда он тут взялся? Хотя… Цзи Юань, ведь, говорил, что он при помощи магии управляет животными и растениями. Значит, это он своей музыкой приманил сюда этого щеночка, отдалённо похожего на шпица?

Впрочем, щеночка ли?! Убедившись в том, что ему не грозит никакая опасность, прячущийся в кустах зверёк осмелел и, покинув своё укрытие, осторожно направился в нашу с напарником сторону. Я как завороженная уставилась на три пушистых хвоста и только сейчас поняла, кто это был: та самая хули-цзин, которую я уже видела вчера днём в районе рынка! Тогда я не имела возможности увидеть как в точности выглядит это удивительное создание, которое в моём родном мире можно было бы встретить разве что в старинных восточных легендах и сказках. Теперь же, когда луна, выглянув из-за облаков, заливала землю светом своих серебристых лучей, так, что было светло почти как днём, я смогла более внимательно рассмотреть его.

Это был маленький, пушистый ярко-рыжий лисёнок с тремя пока ещё небольшими хвостиками. На вид ему можно было бы дать месяца четыре, не больше. Зверёк всё ещё настороженно посмотрел на меня и вдруг ни с того ни с сего взял да и запрыгнул моему напарнику на колени.

— Знакомься, Аннет! — со смехом проговорил Цзи Юань. — Это — Лучик, он же — Лу Лу, он же — Луи. Он, можно сказать, мой питомец, хоть и предпочитает гулять сам по себе, несмотря на то, что я ему постоянно твержу о том, чтобы он так не делал, не то снова попадёт в беду, как это с ним уже однажды случилось.

— Твой питомец?! — в недоумении глядя на него, переспросила я. — Но как… Разве хули-цзин можно приручить? Разве лиса-оборотень может стать кем-то вроде собачки, выполняющей команды своего хозяина и согласится служить ему верой и правдой?!

— Если честно… — протянул Цзи Юань, рассеянно почёсывая Лучика за ухом, отчего тот жмурился подобно домашней кошке и словно улыбался. — Мне и самому было бы интересно это узнать. Что же касается этого лисёнка… Ты спросила меня о том, почему я поругался с Андреем Курбским. Так вот: что бы кто ни думал и ни говорил по этому поводу, но истинная причина нашей с ним ссоры — это именно Лучик, а вовсе не Мэйлин. Однажды, когда Андрэ собирался превратить его в подопытное животное, я вступился за лисёнка и не позволил Курбскому над ним издеваться в интересах науки. Никто не видел, как это случилось, потому что в лабораторию, где Андрэ проводит свои эксперименты над нечистью, не может войти ни один человек за исключением командира. Даже Лизе ход туда заказан, не говоря уже о других… Так вот: однажды, когда я шёл по коридору мимо лаборатории, я услышал звуки, подозрительно похожие на детский плач, ну и решил на всякий случай заглянуть. И что же я там увидел? Андрэ, который привязал к хирургическому столу маленького лисёнка и, судя по всему, собирался его препарировать!.. Нет, я понимаю, конечно, что хули-цзин, пусть даже маленькие — всё равно нечисть и с ними нужно бороться. Но не такими же варварскими методами: издеваясь над маленьким, беззащитным существом!

— Вот, значит, как? — хмыкнула я, глядя на то, как синевато-фиолетовое небо на восточной стороне начинает розоветь, что предвещало уже совсем скорый восход солнца. — И что же ты сделал дальше?

— Что я сделал дальше? — усмехнулся мой напарник. — Я спросил у Курбского, что это он собирается делать с детёнышем хули-цзин. И он мне ответил, что ставит эксперимент, который, возможно, изменит ход всего нашего противостояния с лисами-оборотнями и им подобными тварями. Мол, он слышал, что сила и магические способности хули-цзин зависит от того, сколько у них хвостов. А значит, если отрезать их все, один за другим, то лиса-оборотень совершенно утратит магические силы и станет безвредной. Однако, ставить такой эксперимент на взрослой хули-зцин слишком опасно: он, мол, несколько раз уже пробовал. Но лисы-оборотни с пятью хвостами умирают во время операции от потери крови и он ничего не может с этим поделать. А значит, по мнению Андрэ, опыт нужно ставить на детёныше хули-цзин, у которого успело вырасти не больше трёх хвостов. Ещё лучше, конечно, было бы поймать лисёнка с двумя или одним хвостом, только вот взрослые лисы-оборотни с таких малышей глаз не спускают и не позволяют им покидать родное логово. А вот когда у них вырастет третий хвост и им будет позволено гулять снаружи… В общем, Курбский выследил одного такого лисёнка, только недавно отрастившего третий хвост. Он поймал его при помощи ловушки и принёс в виварий, чтобы ставить на нём эксперименты.

— И что ты сделал, когда узнал об этом? — спросила я. — Врезал ему как следует?

— Ну… Вообще-то, хотел врезать, — сдержанно кивнул Цзи Юань. — Однако… Я всё-таки — принц империи Цин по происхождению и неважно, нравится мне это или нет. Я не могу уронить честь предков и не смею опозорить моего приёмного отца, опустившись до банального рукоприкладства. Нет, я не стал бить Андрэ. Я просто… Опутал его лианами почти так же, как сделал с этим вот вампиром и пока он пытался из-под них выбраться, я забрал лисёнка и унёс с собой. Я знал, что хули-цзин ни за что не примут обратно своего сородича, побывавшего в руках людей. И у меня не было другого выхода кроме как оставить его у себя. На следующий день Мэйлин увидела лисёнка, когда заглянула в мою комнату, чтобы пожелать мне доброго утра, как она это обычно делает. Маленький хули-цзин настолько очаровал мою сестру, что она тут же придумала ему имя — Лучик. И сказала, что поможет мне о нём заботиться и защищать его от Андрэ. С тех пор между мной и Курбским словно чёрная кошка пробежала. Андрэ не смог мне простить того, что я отнял у него, как он считает, законную добычу и, я уверен, затаил на меня зло. То есть на людях-то он, обычно, сдерживается и не позволяет себе лишнего. Но стоит нам с ним пересечься где-нибудь в пустынном коридоре или на ночной улице… Впрочем, к чему я это говорю? Ты и сама видела, как это было вчера в столовой. А ещё, скорее всего, мне назло, Курбский начал цепляться не только ко мне, но и к Мэйлин. Пренебрежительно о ней отзывается, ставит под сомнение всё, что бы моя сестра ни сказала… В общем, изводит её почём зря… Правда, следует признать, что Мэйлин и сама не промах, — добавил мой напарник, немного помолчав. — Она ни за что не позволяет Андрэ собой помыкать и раз за разом ставит его на место. Но я… Мне неприятно смотреть на то, как этот высокомерный идиот задевает её и потому порой не могу сдержаться, чтобы не наговорить ему всяких гадостей. В конце концов, сестра однажды спасла меня и теперь я должен отплатить ей за доброту и заботу обо мне. И хотя бы потому я не могу позволить никому плохо к ней относиться…

— Мне показалось, что Курбский ведёт себя так с твоей сестрой вовсе не потому, что хочет тебе таким образом досадить, — покачала я головой. — Может быть, она ему просто небезразлична, но он не знает как ей в этом признаться, потому и ведёт себя как школьник, дёргающий за косички девочку, которая ему нравится и подставляющий ей подножки.

— Хочешь сказать, что Мэйлин ему нравится? — с сомнением глядя на меня, усмехнулся Цзи Юань. — Ну уж нет, это вряд ли! Послушай, Аннет, — добавил он, немного помолчав. — Ты просто не знаешь, какой он, на самом деле, Андрей Курбский! Если бы ты прослужила с ним в одном отряде хотя бы пару месяцев, то ты бы поняла, что это твоё предположение как минимум, странно и нелепо. Андрэ помешан на науке, он проводит в лаборатории и в виварии дни и ночи. Разумеется, в то время, когда не патрулирует город в компании с нашим командиром. Сама подумай: может ли такой как он, так вот запросто взять да и влюбиться? Да к тому же, в кого? В сестру своего личного врага?! Не-ет, если даже предположить, что Курбский заигрывает с Мэйлин… То, боюсь, дело отнюдь не в любви, а в чём-то другом. А вот в чём именно? Хотел бы я это знать!

Он замолчал, тем самым давая мне понять, что разговор закончен. И в это время над горизонтом показался край солнца. Золотисто-розовые лучи залили своим светом землю и стоило им коснуться вампира, окутанного коконом из лиан, как тот снова взвыл и задёргался, безуспешно пытаясь освободиться. Мертвенно-бледная кожа нечисти начала дымиться и тлеть, плоть клочьями полезла с костей. Прошло всего несколько минут и на месте, где совсем недавно лежал обездвиженный вампир, не осталось ничего, кроме пары горстей пепла да обугленного кокона, сплетённого из лиан.

— Вот и всё! — проговорил Цзи Юань, поднимаясь со своего места. — Теперь он не сможет вернуться. Больше ни один человек в городе не пострадает от зубов и когтей этой твари. Так что мы можем возвращаться. Наша работа на сегодня закончена.

Я тоже поднялся с поваленного дерева и направился в ту сторону, где была штаб-квартира отряда «Феникс». Маленький хули-цзин, подобно щенку, повиливая всеми своими тремя хвостиками, последовал за нами…

* * *

— …Что?! Хотите сказать, что это был вовсе не цзянши, а самый что ни на есть классический европейский вампир?!. — недоверчиво глядя на нас с напарником, покачала головой замкомандира. — Ну и дела-а! А тот человек был так уверен, что столкнулся именно с цзянши! Получается, что он ошибся, спутав европейского вампира с местной разновидностью почти такой же нечисти?

— Ошибся ли? — криво усмехнулся Курбский. — А, может быть, он намеренно пытался нас запутать? Чтобы мы, поверив в то, что имеем дело с относительно безвредным цзянши, вступили в заведомо проигрышный бой с настоящим вампиром и понесли потери в этом противостоянии?

— Андрэ, нельзя же быть настолько подозрительным! — проговорил Романов, подходя к нам. — К тому же… Какой смысл тому старику был бы нас обманывать?

— Думаю, — очевидно, желая положить конец этому внезапно начавшемуся спору, вмешался в их разговор Цзи Юань. — Думаю, что тот человек просто никогда в жизни не видел настоящего европейского вампира. Даже не знал о том, что такая погань может существовать, а потому и сказал, что на него пытался напасть цзянши. Сами подумайте: если бы вы сами встретили на улице… ну, скажем, единорога, то что бы вы сказали, если бы кто-то спросил вас о том, кого это вы видели?

— Ну, я бы сказала, что видела лошадь с рогом… А что? — с усмешкой воззрилась на своего брата Цзи Мэйлин.

— Вот именно! — кивнул тот. — Теперь-то вы и сами понимаете, что тот человек вовсе не собирался заманивать нас в ловушку, стравливая с вампиром. Он и вправду спутал его с цзянши.

— Ладно, допустим! — кивнула Лиза. — Но, всё-таки… Мы должны сделать всё возможное, чтобы избежать таких вот ошибок в будущем. У кого-нибудь есть идеи, как это сделать?

— Если местные жители не знакомы с европейской и славянской нечистью, — проговорила я, немного подумав. — То нам нужно, так сказать, познакомить их с ней.

— Познакомить?! фыркнул Курбский. — И каким это образом? Собираешься устроить горожанам экскурсию по злачным местам, где обитает нечисть, с целью, так сказать, знакомства?

— Вовсе нет! — покачала я головой. — Мы не можем рисковать жизнью обычных людей, а значит, должны придумать что-то другое. Что, если нам напечатать что-то вроде справочников по определению нечисти и распространить их среди местных жителей?

— Вот ты сама этим и занимайся если тебе делать больше нечего! — смерив меня презрительным взглядом, бросил Андрэ. — Что же касается меня… То у меня слишком много дел в лаборатории и в виварии, чтобы я тратил его на столь бесполезные и бессмысленные разговоры!.. Вице-командир… и вы тоже, командир! Позвольте мне уйти!

— Хорошо, можешь идти, — милостиво махнул рукой Романов. — Что же касается всех остальных… То я бы попросил вас задержаться. Потому, что твоё предложение, Аннет, кажется мне резонным. Проблема в том, что мы не располагаем собственной типографией, чтобы напечатать такое количество определителей нечисти. Да и к тому же… От одного описания толку будет мало. Обязательно нужно дополнить его иллюстрациями, желательно, сделанными с натуры.

— Хотите сказать, командир, что нам теперь придётся гоняться по всему Дальнему и его окрестностям в поисках самой разнообразной нечисти с тем, чтобы просить её нам попозировать, пока мы будем рисовать её портреты? — насмешливо фыркнула Цзи Мэйлин. — Вам не кажется, что это было бы уже слишком?

— Нет, не кажется! — покачал головой Романов. — Конечно, позировать нечисть никому из нас не станет. Однако, если мы сможем её выследить и какое-то время понаблюдать за ней, то сможем сделать быстрые зарисовки с натуры. А это, согласитесь, значительно облегчит нам работу над иллюстрированием Определителя…

— В таком случае, решено и подписано! — словно подводя итог всему выше сказанному, произнесла Лиза. — Определителю нечисти быть! С сегодняшнего дня мы начинаем работу над ним. Будем во время патрулирования выслеживать нечисть, составлять её описание и рисовать иллюстрации. А когда всё будет готово, займёмся непосредственно составлением справочника.

— Хорошо, да будет так! — кивнул командир. — А сейчас все свободны. Можете идти. И не забудьте как следует отдохнуть перед вечерним патрулированием.

* * *

Вернувшись в свою комнату, я кое-как сняла сапоги и, не раздеваясь, обессиленно повалилась на постель. Спать хотелось просто нестерпимо. И всё же…

Мысли о сегодняшней встрече с вампиром, а также воспоминания о разговоре с напарником, продолжали неотступно меня преследовать, несмотря на то, что я старательно пыталась гнать их прочь.

Получается, что Андрей Курбский, который с самого начала показался мне человеком высокомерным и недобрым, и вправду был именно таким: авантюристом от науки, помешанном на жестоких экспериментах? Но почему же в таком случае командир и вице-командир позволяют твориться таким ужасам буквально у себя перед глазами и ничего не делают для того, чтобы остановить его?

Более того: Курбский — единственный, кто может проводить в лаборатории и в виварии столько времени, сколько ему вздумается, в то время когда всем другим членам отряда строго-настрого запрещено туда приближаться. И уж не может ли быть так, что на самом деле именно он и есть — самый главный человек в отряде «Феникс», этакий «серый кардинал», от воли которого зависят жизнь и свобода всех остальных? Во всяком случае, никогда прежде я не видела, чтобы Романов или Лиза хоть раз резко осадили его, скорее, они оба стараются придерживаться в отношениях с Андрэ вежливого нейтралитета.

Но, если это так и если Курбский, на самом деле, вовсе не тот, за кого себя выдаёт… То, получается, что мой напарник здорово рисковал, осмелившись вчера за ужином бросить ему вызов? И не выйдет ли так, что за это придётся когда-нибудь ответить не только одному Цзи Юаню, но и Мэйлин, а, возможно, даже и мне, если я вдруг решу встать на его сторону?..

Ох, боюсь, что это всё — вопросы, на которые у меня пока нет и не может быть ответа. Может быть позже, когда я немного привыкну к новому месту своей службы и разберусь в здешней иерархии, у меня ещё появится такая возможность. Но сейчас… Сейчас всё, что я могу — это только выполнять приказы своего командования, стараясь в присутствии Курбского не проявлять дружеских чувств по отношению к Цзи Юаню и к его сестре. Потому, что если мои предположения относительно роли Андрэ во всей этой истории верны… То, боюсь, нам всем и вправду может грозить серьёзная опасность в его лице…

Глава 11: Разгул «домовых» или «Зачем же лишать человека крыльев?..»

В последующие несколько дней не происходило ничего интересного, если только не считать пары стычек между Цзи Юанем и Андреем Курбским. Теперь, когда я знала о настоящей причине их ссоры, мне было немного страшно за своего напарника. Но, поскольку все другие свидетели этих склок и даже Мэйлин, делали вид, что ничего особенного не происходит, то и я тоже в конце концов решила не обращать на это внимания. Тем более, что непосредственно меня эта размолвка двух моих сослуживцев как бы и не касалось.

Во время утренних и вечерних патрулирований тоже пока всё было спокойно. Нечисть словно затаилась на время и даже не показывалась нам на глаза, хоть мы с моими товарищами по службе и тратили немало времени и сил на её поиски. А всё ради чего? Ну, конечно же, ради составления Определителя! Работа над которым по вполне понятным причинам временно притормозилась и это меня немного тревожило.

Что же касается самого Дальнего, то жизнь в нём шла своим чередом. Всё так же спешили по улицам прохожие, всё так же работали допоздна торговые лавки и увеселительные заведения, всё так же как грибы после дождя появлялись всё новые и новые здания. Словом, всё выглядело так же, как и в тот день, когда я сошла на землю с борта дирижабля и впервые ступила на улицы этого города.

И всё-таки что-то в окружающем мире неуловимо начинало меняться. В воздухе словно повеяло ветром перемен. И я не знала, что же это было: примета нового, XX века, который уже через несколько месяцев должен был сменить «век XIX, железный», или же предчувствием того, что совсем скоро моя жизнь опять сделает крутой поворот и свернёт на дорожку, которую, если бы у меня был выбор, я сама, возможно, и предпочла бы обойти стороной. А может быть, всё дело было в пока ещё только зарождающихся чувствах к моему напарнику? Цзи Юань мне, определённо, нравился. Только вот в том, что это — не просто симпатия или даже дружеское расположение, я, наверное, не осмелилась бы признаться не то что ему, но даже самой себе. Может быть, когда-нибудь позже я это и сделаю, но только не сегодня и уж точно не сейчас!

Так я мысленно убеждала себя, когда патрулировала улицы вместе со своим напарником и всякий раз невольно вздрагивала, стоило только Цзи Юаню обратиться ко мне с каким-нибудь вопросом. Мне было и досадно, и в то же время смешно от осознания того, что я всего через несколько дней после нашей первой встречи влюбилась в него как девчонка, но ничего не могла с этим поделать.

«А, может быть, это и к лучшему? — мысленно вздыхая, думала я. — Может быть, Юань станет тем, кто заменит мне мою семью, оставшуюся в том, прежнем мире? И если это так… То, возможно, мне не стоит пренебрегать чувствами по отношению к нему…»

Беда же моя заключалась в том, что сам объект моей влюблённости, похоже, ничего не замечал и продолжал относиться ко мне исключительно как к своему боевому товарищу. А ещё… Я вдруг обнаружила, что Мэйлин была права, говоря о том, что её брат явно неравнодушен к нашей замкомандира. Цзи Юань то и дело приносил Лизе из города какие-то местные сладости и безделушки в качестве подарков. Но замкомандира упорно делала вид, что не замечает его неловких ухаживаний. Безделушки она тут же передаривала мне или Мэйлин, говоря, что они не в её вкусе, а сладости выставляла на общий стол под предлогом того, что у неё от сладкого зубы могут разболеться.

А между тем время шло и после ночной битвы с вампиром прошло уже больше двух недель. Всё это время я старательно выполняла свои обязанности: ходила на патрулирование, а однажды даже успела побывать дежурной по поддержанию порядка в штаб-квартире. И всякий раз, выходя на улицу, я спрашивала местных жителей об их невидимых соседях, сиречь, о нечистой силы, определитель которой нашему отряду предстояло составить. Но почему-то все люди, которых я встречала на улице, избегали разговоров на подобные темы. Например, в русской части города стоило мне только спросить у кого-нибудь о том, не досаждает ли ему или его соседям нечисть, как мой собеседник тут же начинал истово креститься и говорить что-то вроде:

— И-и, барышня, да откуда мне об этом знать? Может, бесы где и шалят в городе, но в нашем-то районе всё тихо.

Ну, тихо — так тихо. Я вежливо прощалась и уходила так ничего толком и не добившись.

Тогда я ещё не знала того, что разговоры о нечистой силе здесь были чем-то вроде табу. Люди намеренно старались не говорить о «бесах», дабы случайно не пригласить их к себе в гости. А если я напрямую спрашивала у местных жителей о том, не было ли в их жизни встреч с нечистью, как они тут же переводили разговор на другую тему.

Товарищи по службе только усмехались, глядя на мои безуспешные попытки разговорить горожан и хоть как-то уговорить их рассказать о местной нечисти, но не мешали мне в этом.

Как я и говорила, около полумесяца невидимые соседи не показывались людям на глаза. Во всяком случае, в наш штаб-квартиру никто о подобных случаях не докладывал. Однако вечно так продолжаться не могло. Рано или поздно нечистая сила должна была напомнить о себе внезапным появлением. Да так оно вскоре и случилось.

В тот день мы с моим напарником вернулись с утреннего патрулирования и обнаружили, что у нас в штабе, в приёмной, находится посетитель. Уже немолодой мужик в синей косоворотке и в сюртуке, с картузом на голове, смущённо перебирал пальцами густую пегую бороду и, боязливо оглядываясь по сторонам, говорил, обращаясь к нашему командиру:

— Значит, всё началось с того, что я с колдуном с одним поссорился. Из-за чего? Да разве же теперь упомнишь? Во время давешней ярмарки это случилось, вечером, когда я в трактир заглянул. Выпивши был, да… Сам не помню, чего тому колдуну с пьяных глаз наговорил. Но обиделся он на меня крепко. Ну, то есть, не знал я тогда, что он — колдун, с виду-то это не понять было. А если бы знал, то разве стал бы с ним связываться?

— Ладно, я вас, в общем-то, понял, — кивнул Романов. — Вы поссорились с колдуном и за это он вас проклял, верно?

— Нет, совсем не верно! — замотал головой мужик. — Если бы тот колдун меня просто проклял, разве я бы к вам пришёл? Скорее, отправился другого колдуна или ведьму искать, чтобы они проклятье с меня сняли… Не-ет, тут ещё хуже получилось. Колдун, с которым я поссорился, натравил на меня пришлого домового. Где он его взял, бог ведает. Но домовик, которого ко мне подослали, что ни день затевает драки с домовым, что давно у меня живёт. Как они весь дом по брёвнышку ещё не раскатали — ума не приложу…

— Ладно, а от нас вы чего хотите? — вмешался в разговор мой напарник.

— Чего я хочу? — хмыкнул «гость». — Я хочу, чтобы вы избавили меня от пришлого домового. Тогда и мой домовик успокоится. Драться-то ему больше не с кем будет.

— А разве такими делами не церковь должна заниматься? — с сомнением покачал головой командир. — Скажите, вы священника в свой дом уже приглашали?

— Был у нас батюшка, был! — кивнул мужик. — Да только… Бесполезно всё это.

— В каком смысле бесполезно? — не поняла я.

— Да в прямом… Священник пришёл, посмотрел на безобразие, которое у меня в доме домовики творят и сказал, что не может он помочь. Мол, если бы это обычные бесы шалили, то он их живо прогнал. А домовые, враждующие друг с другом… Это не по его части. Батюшка мне и посоветовал к истребителям нечисти обратиться. Если бы не это, разве я бы к вам пришёл?

— Ясно! — кивнул командир. — Ну, что же… В таком случае, если всё обстоит так, как вы сказали, мы этим займёмся… Аннет, Юань, отправляйтесь с этим человеком и выясните, что там за нечистая сила разгулялась у него в доме: вправду домовые или кто-то другой из незваных гостей? И если это возможно, постарайтесь её успокоить.

— Будет сделано, командир! — хором ответили мы с моим напарником и вслед за визитёром направились к выходу.

* * *

По дороге мужик, назвавшийся купцом второй гильдии, Никифором Ивановым, болтал без умолку. Так, что уже через полчаса мы с Цзи Юанем были в курсе его отношений с многочисленными родственниками и соседями. Раньше я думала, что купцы Российской империи были людьми степенными и немногословными. Однако наш попутчик держался совсем не так, как можно было ждать. Хотя… Может быть, купцом он и стал недавно, а потому ещё просто не привык к своему новому статусу…

Как бы там ни было, но где-то через три четверти часа мы всё же добрались до добротного, двухэтажного бревенчатого дома, немного похожего с виду на сказочный терем, владельцем которого и был наш посетитель.

— Ну, и где же ваши разгулявшиеся домовые? — спросила, когда хозяин отворил перед нами с моим напарником небольшую калитку в заборе, приглашая нас войти.

— Да где же им быть, если только не внутри? — в недоумении глядя на меня, покачал купец головой. — В доме они, в самом доме у меня безобразничают!

…Действительно! Где бы ещё быть домовым, если только не в доме? И как это я, служа в отряде по борьбе с нечистой силой, могла забыть о таких простых вещах, которые в этом мире известны даже детям?..

Однако, не успела я об этом подумать, как входная дверь сама по себе вдруг распахнулась и из дома вылетел фарфоровый чайник. Описав над нашими головами круг, он врезался в ствол растущей поблизости яблони и раскололся на множество частей. Осколки так и посыпались дождём на землю, только чудом не оцарапав при этом никого из нас троих.

— Вот, вы это видели?! — оборачиваясь в нашу с Цзи Юанем сторону, возопил купец. — Снова шалят! Ну, вот и что прикажете мне с ними делать, господа хорошие? Я уж и добром пытался с ними договориться, и батюшку из церкви приводил, чтобы тот дом святой водой окропил… И всё без толку! Чем больше молитвы читаешь да святой водой углы кропишь — тем злее домовики становятся. Я уж боюсь как бы они кому-нибудь из моих домочадцев не навредили.

— Ну, делать с этим в любом случае что-то нужно! — покачала я головой. — Нельзя позволять нечисти посудой и прочими предметами в людей швыряться. Однако… Что-то мне подсказывает, что дело вовсе не в домовых. Может быть, и пришлого домового здесь нет и никогда не было. А было… Ну, скажем так, что-то наподобие детской шалости.

— Детской шалости? — недоверчиво хмыкнул хозяин. — Да не похоже, чтобы это дети так баловались…

— Похоже или нет — мы с этим разберёмся, — произнесла я, подходя к двери и осторожно берясь за дверную ручку.

Подсознательно я была готова к тому, что «бомбардировка» посудой снова продолжится. И потому вовремя успела отскочить в сторону прежде, чем из открытой двери одно за другим вылетело несколько блюдец, устроивших во дворе нечто вроде игры в догонялки.

* * *

Признаться, я была немного обескуражена происходящим. Не то, чтобы считала себя знатоком славянских мифов и преданий о нечистой силе. Но что-то мне подсказывало, что домовые вряд ли будут шалить во дворе. Который, если верить нашим предкам, находится под покровительством дворового — нечисти, куда более суровой и опасной. Вряд ли он позволил бы двум домовым превратить свою личную «вотчину» в поле сражения для разборок друг с другом.

К тому же… Я вдруг вспомнила о том, что в своём «родном» мире прочитала несколько книг, в которых рассказывалось о всяких аномальных явлениях, объяснить которые наука не в состоянии. И то, что я видела сейчас, а именно — самопроизвольное хлопанье дверью и полёты по воздуху кухонной утвари, очень уж похоже на описание полтергейста. Но, если это так, то получается, что никакого «пришлого» домового здесь нет, а есть то, что люди называют «шумным духом».

Хорошо это или плохо? Пока не знаю. Во всяком случае, раньше мне ни с чем подобным сталкиваться не приходилось. И всё же…

Воспоминания о книгах из «родного» мира натолкнули меня на мысль о том, что никакого разгула нечисти, на самом деле, нет. А есть… Что же есть? Может быть… Проявление психологического феномена, по всей видимости связанного с кем-то из представителей подрастающего поколения?..

— Скажите, а кто-то из ваших детей сейчас дома? — задала я вопрос, услышать который хозяин от меня явно не ожидал.

— Кто-то из моих детей дома? — переспросил он. — А почему вы меня о них спрашиваете?

— Потому, что источником этого явления вполне может оказаться кто-то из них, — пояснила я.

Цзи Юань в это время молча осматривался по сторонам, должно быть, при помощи своих собственных методов пытаясь определить, есть ли в доме или во дворе нечисть.

— Ну, вообще-то… — протянул хозяин. — Мои родные дети давно выросли и разъехались кто куда. В доме осталась только моя воспитанница: дальняя родственница жены, Евдокия.

— И сколько ей лет? — уже, кажется, догадываясь, в чём дело, спросил я.

— Да четырнадцатый годок пошёл… Большая девка, а всё глупостями занимается. Нет бы о будущем замужестве думать да приданое себе заранее готовить, она всё картинки какие-то рисует! Уж мы с женой ей и запрещали, и ругали, и бумагу с чернилами пытались отбирать… Так нет же! Ничего не помогает, хоть что ты с ней делай!

— А мы можем прямо сейчас вашу воспитанницу увидеть? — должно быть, сообразив, к чему это я веду разговор, вмешался в разговор мой напарник.

— Да отчего нельзя-то?..

Хозяин опасливо приоткрыл дверь и только убедившись в том, что оттуда ему не прилетит по голове «подарок» в виде горячего самовара или сахарницы, вошёл в дом после чего сделал знак следовать за ним.

Мы поднялись на второй этаж и остановились перед деревянной, ничем не примечательно дверью. Купец громко постучал в неё и строго произнёс:

— Дуняшка, выходи немедленно! К тебе важные господа пришли. Разговор у них к тебе есть!

Послышался звук несмелых приближающихся шагов, а затем дверь открылась и я увидел стоявшую на пороге комнаты худенькую девочку с переброшенной через плечо русой косой, в которую была вплетена зелёная шелковая лента. В огромных, дымчато-серых глазах ребёнка застыла тень страха и… в то же время надежды.

— Вы… Вы что-то хотели мне сказать… батюшка? — едва слышно пробормотала воспитанница.

— Хотел?! Это не я, а этих два офицера хотят с тобой о что-то обсудить!

— Это так? — девочка обернулась в нашу с Цзи Юанем сторону. — Вы и вправду хотите со мной о чём-то поговорить?

— Да, — кивнула я. — Евдокия, твой… э-э… отец, рассказал нам о том, что ты целыми днями занимаешься рисованием вместо того, чтобы готовить себе приданое. Скажи, это правда?

Воспитанница купца смущённо потупилась и едва заметно кивнула:

— Да. Я очень люблю рисовать, но отец, да и матушка против этого. Они считают, что девушка не должна тратить время на подобные занятия вместо того, чтобы шить рубашки да вышивать рушники для будущего мужа. Если бы мы жили в столице, то я убежала бы из дома и поступила в художественное училище. Я знаю, что и женщин туда тоже принимают, хоть и редко. Но здесь ни о чём подобном нечего и мечтать.

— А тебе так сильно хочется стать настоящей художницей? — спросила я её. — Так хочется, что и представить нельзя?

Девочка снова кивнула:

— Да я бы и пол-жизни отдала, чтобы только мне позволили уехать в столицу и поступить в художественное училище. Только вот отец с матушкой… Они никогда мне этого не разрешат. Никогда!..

В её глазах засверкали слёзы обиды, а затем…

— Аннет, ты только погляди на это! — мой напарник, схватив меня за рукав форменного мундира, указал в сторону ближайшего окна.

Я посмотрела туда и увидела, как в центре светло-коричневой бархатной шторы прямо у меня на глазах появилось круглое дымящееся отверстие. Как если бы кто-то прожёг ткань невидимой сигаретой!..

Кажется, я уже понимаю, в чём тут дело! И что это за «домовой» расшалился в доме купца второй гильдии, Никифора Иванова.

— Похоже, нечистая сила тут не при чём! — проговорила я, обращаясь к хозяину дома. — Дело вовсе не в ней, а в вашей воспитаннице.

— Хотите сказать, это Дунька безобразничает?! — в изумлении уставился на меня купец. — Это, получается, она в нас посудой швыряется да шторы поджигает?! Вот негодная! Да как только посмела?!. Вот, подожди! — добавил он, оборачиваясь в ту сторону, где стояла и без того смущённая и испуганная девочка и грозясь ей при этом кулаком. — Мать вернётся — так три шкуры с тебя и спустит! А будь моя воля, то я бы давным-давно тебя из дома за такие вещи выгнал!..

— Нет-нет! — сообразив, что меня не так поняли, поспешно покачала я головой. — Евдокия тут не при чём. Вернее, она тоже в какой-то мере имеет отношение к происходящему. Только вот делает ваша воспитанница это не назло, не специально.

— Не назло? А как же тогда? — хмыкнул хозяин дома.

— По всей видимости, девочка затаила на вас с вашей супругой обиду, — отводя его в сторону, негромко произнесла я. — Вы запрещаете Евдокии рисовать и высмеиваете её за то, что она, по вашему мнению, занимается глупостями. Но почему же вы не подумали о том, что у вашей воспитанницы тоже есть свои мечты и желания? Зачем лишать человека крыльев и отнимать у него то будущее, к которому он стремится?.. Я понимаю, что вы пока не можете отправить Евдокию в столицу учиться в художественном училище. Ну так хотя бы не запрещайте ей дома рисовать столько, сколько ей заочется!

Купец смерил меня саркастическим взглядом и хмыкнул:

— Не понимаю, при чём тут это! Я пригласил вас для того, чтобы вы избавили мой дом от нечисти, вот этим и занимайтесь. А читать мне тут морали, барышня, не нужно. Я и сам прекрасно разберусь со своей воспитанницей!

— Так я как раз этим и занимаюсь! — усмехнулась я. — Пытаюсь избавить ваш дом от того, что вы считаете разгулом нечисти… В общем, коротко говоря: если хотите, чтобы по вашему дому и двору перестала летать посуда, двери сами по себе по себе не распахивались, а шторы не загорались, то прекратите гнобить свою воспитанницу и позвольте ей заниматься любимым делом. Если она хочет стать художницей, то пусть учится. Не нужно ей мешать, иначе… Боюсь даже представить, что ещё может случиться с вашим домом и с вами самими, если обида на вас у вашей воспитанницы возрастёт ещё больше… На этом — всё. А сейчас, позвольте откланяться. Раз тут нет никакой нечисти, то и нам с моим напарником здесь нечего делать.

Хозяин дома смерил меня недоверчивым взглядом, но не решился ничего возразить, а, попрощавшись, вывел нас с Цзи Юанем во двор и проводил до ворот…

* * *

Вернувшись в штаб-квартиру, мы доложили командиру о результатах работы.

— Так значит, никаких домовых, ни своих, ни пришлых, там не было? — покачал он головой.

— Не было, — ответила я. — А была всего лишь обиженная на весь свет и своих близких девочка, которой родственники не разрешают заниматься любимым делом. Я поговорила с её приёмным отцом, объяснила ситуацию, как могла. Надеюсь, он учтёт прошлые ошибки и что такого больше не повторится…

…А вскоре по всему Дальнему и его окрестностям уже гуляла невероятная новость. Люди поговаривали о том, что известный своей жадностью купец второй гильдии Никифор Иванов, у которого и снега-то посреди зимы не выпросить, вдруг ни с того ни с сего расщедрился и выписал для своей воспитанницы учителя рисования из Петербурга дабы тот помог ей подготовиться к поступлению в художественное училище. Воистину, чудные дела творятся в нашем городе!..

Глава 12: Похищение или «Так значит, у тебя уже есть какой-то план?..»

Признаться, я думала, что на этом история с полтергейстом в доме купца Иванова и с последующими за ней событиями закончилась, но, как вскоре выяснилось, очень сильно на этот счёт ошибалась.

День, когда случилось то странное и при этом пугающее происшествие, выдался ясным и безоблачным и это был первый солнечный день после череды затянувшихся ливней. Впрочем, чему тут удивляться? Лето перевалило за свою первую половину и начался привычный для этих мест сезон дождей. Так, что теперь небо над головой постоянно было затянуто тяжёлыми дождевыми тучами и малейший проблеск солнца уже мог бы считаться чем-то вроде подарка судьбы.

Дождь лил так долго, что мне уже начало казаться, будто он никогда и не закончится. Больше недели, просыпаясь и выглянув в окно, я видела хмурое серое небо и слышала стук дождя, барабанившего по черепичной крыше. После завтрака мы с моим напарником отправлялись на утреннее патрулирование и это оказалось хуже всего. Носить с собой зонтики было запрещено по уставу, а прорезиненных плащей или чего-то наподобие у нас не было. Идёшь по улице, а тебе на голову и за шиворот льются целые потоки воды… Пусть летние дожди в этих широтах и тёплые, а всё равно как-то неприятно. Хорошо, если на короткое время набежавший ветерок вдруг разгонит тучи и покажется жаркое солнце, которое за какие-то полчаса может высушить промокшую под ливнем одежду. А нет — так и ходи весь день мокрой, как подзаборная собачонка…

Но вот, наконец, забрезжил просвет в бесконечной череде дождей и наступил по-летнему ясный и погожий день. В то утро, проснувшись, я увидела, что комнату заливают яркие лучи солнца, а на небе нет ни облачка. Что за чудеса? Ещё вчера поздним вечером, когда я собиралась лечь спать, небо было затянуто серой пеленой и дождь лил, не переставая, а сейчас любо-дорого поглядеть: утро — как по заказу… Эх, таким бы утром на пляж отправиться, да только служба есть служба… Ну, ничего: если хорошая погода ещё хотя бы пару деньков продержится, в выходной по-полной оттянусь. И на пляж схожу, и так просто по городу погуляю… Да только вот у Судьбы, судя по всему, были на этот счёт совсем другие планы и беззаботный отдых, явно не входил в их число.

Итак, в тот день, которому суждено было снова изменить мою жизнь в совершенно неожиданную сторону, я, позавтракав, вместе со своим напарником отправилась на патрулирование. После недавнего дождя Дальний сверкал в лучах яркого солнца как драгоценная жемчужина. Капли воды сверкали на ярко-зелёных листьях деревьев и на разноцветных черепичных крышах. Улицы были полны прохожих, спешивших куда-то по своим делам, а прилавки на рынке ломились от свежих фруктов и овощей. И над всем этим великолепием солнечного летнего утра разносились птичьи трели, как если бы пернатые тоже праздновали окончание сезона дождей. Ну или, хотя бы небольшой перерыв во всей этой бесконечной череде ливней.

Идя по городским улицам рядом с напарником, я, подобно кошке, жмурилась на ярком солнце и с интересом поглядывала по сторонам, отмечая, что, вот, оказывается, здесь появилась новая торговая лавка, а тут выросло здание аптеки… И в это время…

— Погляди, Аннет, разве это не та девочка? — внезапно услышал я голос Цзи Юаня. — На этот раз она вовсе не выглядит несчастной или обиженной!

Я обернулась в ту сторону, куда указывал мой напарник и увидела воспитанницу купца Иванова, куда-то спешившую с небольшим этюдником за плечами. Девочку сопровождал немолодой господин в соломенной шляпе и в элегантном, но уже потрёпанном временем сером костюме кое-где измазанном красками. Я поняла, что это и был тот самый учитель рисования из Петербурга, которого выписал для своей воспитанницы купец Иванов.

Вспомнив о том «разгуле нечисти», что я имела однажды возможность наблюдать в его доме, я решила подойти к Евдокии и спросить, чем там всё-таки закончилась история с полтергейстом.

— День добрый! — проговорила я, подходя к девочке, которая, узнав меня и моего напарника, радостно заулыбалась.

— Ой, это и вправду вы, госпожа офицер? — обрадованно воскликнула воспитанница купца. — И ваш товарищ по службе тоже с вами?

— Ну, конечно! — кивнула я. — Он — мой напарник, разве мы с ним можем патрулировать улицы в одиночку?

— А-а, так вы, значит, на патрулировании? — немного разочарованно протянула девочка. — А я думала, что вы с ним просто так гуляете. Ну, знаете, как это обычно делают все влюблённые парочки.

При этих её словах я невольно почувствовала смущение и отвернулась, чтобы воспитанница купца не заметила того, как слегка покраснели мои щёки. Хотя, казалось бы, чего мне было стыдиться? Цзи Юань, мне, конечно, нравится и не только как надёжный напарник и хороший друг. Однако, ничего такого между нами двумя пока ещё не было и быть, скорее всего, не могло. И всё же… Почему я веду себя сейчас как влюблённая школьница, застигнутая на месте «преступления» кем-то из своих одноклассников? Непонятно…

— Просто гуляем? — вмешался в наш с Евдокией разговор Цзи Юань. — Боюсь, что мы не располагаем таким количеством времени, чтобы тратить его вместо выполнения своих служебных обязанностей на прогулки.

— Жаль, очень жаль! — покачала головой девочка. — А я, вот, хотела пригласить вас вместе со мной отправиться на берег. Я туда на пленэр собираюсь, хочу море с натуры порисовать. Заодно и ваши портреты могла бы написать.

— Ты уже и портреты рисовать умеешь? — удивилась я.

— Ну… Не то, чтобы у меня это совсем уже хорошо выходило… — смущённо протянула моя юная собеседница. — Однако, я старательно учусь и, уверена, что совсем скоро у меня и это получится!

— Рада, что твои родители больше не мешают тебе заниматься рисованием! — с улыбкой проговорила я. И только сейчас вспомнила, что так и не задала Евдокии вопрос, который давно уже меня интересовал. — Кстати, — добавила я. — Скажи, а посуда и мебель уже перестали летать по вашему дому?

— Да, в тот же день, когда вы к нам приходили, всё и прекратилось. Блюдца и чайники больше не летают по дому и по двору. И шторы тоже больше не загораются, — ответила девочка. — Знаете, госпожа офицер, я вам так благодарна за то, что вы смогли уговорить моего батюшку позволить мне заниматься рисованием! Так благодарна, что и сказать нельзя!.. Знаете, наверное, однажды, когда я уже совсем хорошо-хорошо выучусь рисовать и стану настоящей художницей, я всё-таки нарисую ваш портрет. И портрет вашего напарника тоже, — добавила она, оборачиваясь в сторону Цзи Юаня.

— Хорошо, договорились! — с улыбкой глядя на неё, кивнула я. — Мы с моим напарником запомним твоё обещание. И когда ты станешь известной художницей, напомним тебе о нём.

— Ой, да я и сама об этом никогда не забуду! — засмеялась девочка. — Не забуду то, как вы мне оба тогда помогли… А сейчас, извините, но мне пора. Солнце скоро поднимется слишком высоко и расположение теней изменится. А я бы хотела нарисовать именно утреннее море…

— Ладно-ладно, иди! — улыбаясь, проговорила я. — Не то и вправду утро в день перетечёт и тогда ничего из твоей затеи не выйдет.

— Ты и твой учитель рисования и вправду собираетесь пойти сейчас на берег моря? — неожиданно вмешался в наш с ней разговор мой напарник.

— Да, а что? — в недоумении воззрилась на него Евдокия.

— Не нужно вам туда ходить! — негромко проговорил Цзи Юань. — Люди на улицах говорят, будто неподалеку от города степных разбойников видели. Так что, лучше порисуйте пока что-нибудь другое, юная барышня. А море позже напишите, когда всех бандитов поймают.

— Ой, да о чём это вы, господин офицер, говорите? — беззаботно засмеялась девочка. — Какие разбойники? Откуда им здесь взяться, если в самом городе ваш отряд находится, а в Порт-Артуре так и вовсе целый гарнизон стоит? Там и пушки, и военные корабли… Разве посмеют они сюда сунуться?.. Да и вообще! — наставительным тоном, не иначе, как позаимствованным у кого-то из старших родственников, добавила она. — Знаете, пословица такая существует: «Волков бояться — в лес не ходить»?

— Ну, смотри, — предостерегающим тоном добавил мой напарник. — Если ты к морю сейчас всё-таки пойдёшь, то, хотя бы, будь осторожна и от своего учителя далеко не отходи. Договорились?

— Ага! — кивнула девочка. — Ну, ладно, я побежала! Хорошего вам дня!

Попрощавшись с Евдокией, мы с Цзи Юанем продолжили патрулирование. А когда вернулись в штаб уже после полудня, то замкомандира сообщила нам новость, которая, как оказалось, уже успела взбудоражить не только весь Дальний, но даже и соседний с ним Порт-Артур.

Воспитанница купца Иванова бесследно исчезла. Вернее, не совсем бесследно: рыбаки из ближайшей деревушки, проплывая мимо прибрежных скал, заметила лежавший на песке этюдник и подобрали тяжело раненого человека, который оказался учителем пропавшей девочки. Он и поведал, что на них напали какие-то люди, похожие на бандитов. Они ударили его несколько раз кинжалом, а затем куда-то увели его ученицу. Куда? Он не знает, не понял. Те люди говорили на непонятном языке, лишь отдалённо похожем на китайский, так, что он не смог разобрать ни единого слова из их беседы.

* * *

— …Я же говорил… Говорил ей туда не ходить! — мой напарник, должно быть решив, что это он виноват в несчастье, случившемся с Евдокией, нервно мерил шагами комнату. — Почему, ну, почему она меня не послушалась?! Если бы я только знал, что так получится…

— То что бы ты смог поделать? — спросила стоявшая возле порога Мэйлин. — Пошёл бы вместе с ними и вступил с теми бандитами в неравный бой?.. Цзи Сяо, ты ведёшь себя как ребёнок! Немедленно перестань обвинять себя в том, что от тебя не зависело!

— Да, но… — протянул её брат. — Если бы я тогда смог их отговорить… Если бы я отвёл девочку домой, пусть даже мне для этого и пришлось бы применить силу… То ничего этого не случилось!

— Пф! Ты как был глупцом, так им и остался! — фыркнула Мэйлин. — Неужели и вправду веришь, что можешь спасти всех без исключения? От всех отвратить беду, разогнать преследующие их несчастья? Если это и вправду так, то, боюсь, у меня для тебя плохие новости.

— Плохие новости я уже и так уже успел сегодня услышать! — покачал головой Цзи Юань. — И, да: я в самом деле виню себя за то, что так получилось. А значит… Мне это и исправлять.

— Эй, ты хоть не заносись-то! — попыталась осадить его сестра. — Кто ты такой, чтобы это исправить? Вон, даже солдаты из гарнизона в Порт-Артуре и местные полицейские ничего толком не смогли разузнать насчёт этого происшествия. А ты… Ты у нас кто? Генерал, командующий тысячным войском? Начальник жандармерии? Или, хотя бы, частный детектив? А если нет, то и не лезь в дела, которые тебя не касаются и в которых ты ничего не смыслишь!

— Ну, а я всё равно попробую найти похищенную девочку! — продолжал настаивать на своём мой напарник. — И не спрашивайте меня, как я собираюсь это сделать!

Сообразив, что ссора с сестрой — последнее, в чём сейчас нуждался Цзи Юань, я поспешила отправить Мэйлин обратно в её комнату и захлопнула за ней дверь. А уж потом, обернувшись в сторону своего несчастного и совершенно растерянного напарника, спросила:

— Ты говоришь, что попытаешься найти воспитанницу купца Иванова… Так значит, у тебя уже есть какой-то план?

— План? — невесело усмехнулся Цзи Юань. — Плана у меня пока нет. Но зато есть одна идея… Что, если нам сейчас сходить на место, где это всё случилось? Я… Мне хотелось бы осмотреть его в поисках зацепок.

— Хорошо, — решив не спорить с ним, кивнула я. — Сегодня после ужина туда и сходим. Сейчас в разгаре лето, темнеет поздно, так что, думаю, у тебя будет достаточно времени чтобы как следует всё оглядеть.

— Не мне! — с улыбкой покачал головой мой напарник.

— Не тебе? — удивилась я. — А кому же тогда?

Но Цзи Юань не стал этого говорить. Он только покачал головой и, загадочно улыбаясь, произнёс:

— Подожди немного и ты сама всё увидишь…

* * *

Море лениво перекатывало на берег свои волны, сверкавшие розоватыми и золотыми бликами в лучах заходящего за горизонт солнца. К тому времени, когда мы с Цзи Юанем добрались до места происшествия, тёплый летний вечер уже полностью вступил в свои права. Дневная жара сменилась веющей со стороны моря прохладой, а над вершинами видневшихся в отдалении гор потянулись стайки облаков, неспешно собирающихся в тучи.

Как и следовало ожидать, за те несколько часов что прошли с момента похищения, любопытные зеваки затоптали все следы и, сами того не желая, уничтожили возможные улики. Так что всё, что нам с моим напарником удалось обнаружить — это пару присыпанных песком пятен высохшей крови…

Похоже, что дело, которое мы с Цзи Юанем взялись расследовать, было из категории тех самых дел, которые в моём «родном» мире называют «висяками» и которые не может раскрыть ни один, пусть даже самый опытный и талантливый следователь. Что уж говорить о нас с моим напарником?..

— Похоже, всё бесполезно! — покачала я головой, в очередной раз осмотрев ту часть узкого песчаного берега, где произошло преступление. — Нам ни за что не удастся напасть на след похитителей! Даже если бы в нашем распоряжении была целая следственная группа и научные лаборатории, даже в том случае я не уверена…

Только сейчас я осознала, что говорю о вещах, незнакомых в конце XIX века и замолчала, опасаясь сболтнуть лишнее.

Но Цзи Юань, похоже, не обратил на мои слова никакого внимания. Сидя на песке, он при помощи тонкой веточки расчищал буроватое пятно засохшей крови. Как если бы надеялся, что оно каким-то образом подтолкнёт нас к правильной догадке. Его лицо при этом сохраняло всё то же сосредоточенно-обеспокоенное выражение, как и в ту минуту, когда он услышал о похищении дочери купца.

Так продолжалось довольно долго: солнце уже коснулось своим краем горизонта, когда на губах моего напарника вдруг заиграла хитрая улыбка.

— Похоже, я понял, что нужно делать! — проговорил он, поднимаясь с песка и вытаскивая из-за пояса свою флейту. — И знаю, кто поможет нам в нашем деле…

С этими словами он заиграл на флейте ту самую мелодию, которую я уже слышал, когда мой напарник вызывал своего питомца.

— Ты что же: собираешься призвать Лучика? — спросила я у него.

Цзи Юань едва заметно кивнул:

— Да. У хули-цзин невероятно тонкое обоняние. Ни одна ищейка с ними в этом не сравнится. Если под песком сохранилась хотя бы одна улика, оставленная бандитами, Лучик запросто их выследит.

— Хорошо, если так! — кивнула я. — Только вот… Где же твой питомец пропадает? В тот раз он почти сразу прибежал к тебе, а сейчас…

— Немного подожди, — усмехнулся мой напарник. — Он появится совсем уже скоро…

И точно: через несколько минут лисёнок, наконец-то, соизволил появиться. Цзи Юань поднял его на руки, и, показав на песок, что-то произнёс на неизвестном мне языке. Маленький лис-оборотень коротко тявкнул: понял я, мол, тебя, хозяин. А когда мой напарник отпустил его, принялся деловито обнюхивать берег, как если бы и вправду что-то искал.

Миг — и три его хвоста мелькнули в воздухе, подобно победным стягам. А сам Лучик, отпрыгнув куда-то в сторону, принялся сосредоточенно раскапывать лапами песок. Выкопав довольно глубокую яму, лисёнок вытащил с самого её дна некий предмет, после чего с гордостью потрусил к своему владельцу.

— Ну, давай, показывай, что это ты там отыскал?..

Говоря так, Цзи Юань отобрал у питомца его находку, оказавшуюся клочком пёстрой грубоватой ткани. Должно быть, это был обрывок одежды одного из бандитов. Только вот… Как эта находка поможет нам в наших поисках?..

— Ого! — между тем присвистнул мой напарник, заканчивая изучать находку Лучика. — А те ребята явно не местные! Издалека, должно быть, явились.

Лисёнок поднял морду и несколько раз заливисто тявкнул.

— Я тебя понял! — сказал мой напарник, выслушав своего питомца. — Значит, утверждаешь, что бандиты пришли из северных районов Цин? Да-а, я помню, как мой настоящий отец всё время сетовал, что племена, которые там живут, основательно портят ему и его подданным жизнь. Но не думал, что эти дикари осмелятся разбойничать ещё и в окрестностях Дальнего, который стал частью Российской империи…

— Может быть, они ещё не в курсе того, что Дальний больше не принадлежит Цин? — предположила я. — Ну, в любом случае, теперь мы, по крайней мере, знаем, откуда пришли бандиты.

— Да, но что это знание нам даёт? — невесело усмехнулся Цзи Юань. — Мало знать, нужно их найти и узнать что они сделали с похищенной девочкой. А для этого… Для этого придётся отправиться за ними в погоню. Только вот… Боюсь, что в этом деле нам не обойтись без посторонней помощи. Здесь у нас нет ни связей, ни денег, а значит, мы ничего не сможем добиться.

— И… Что ты предлагаешь сделать? — спросила я у него.

— Что я предлагаю? Найти того, у кого всё это есть, — ответствовал мне мой напарник. — Вернее… Я уже его нашёл!.. Идём! — добавил он, указывая в сторону города. — Нам нужно прямо сегодня отправить телеграмму в Иркутск моему приёмному отцу…

Глава 13: «Почему никто из вас мне об этом раньше не сказал?!» или Предчувствие опасности

К тому времени, когда мы переступили порог здания, где находился телеграф, город уже окутали вечерние сумерки. То здесь, то там в домах зажигались огни, а дневной уличный шум понемногу начинал смолкать, сменяясь шелестом ветра в кронах деревьев да неумолчным треском цикад. Торговые лавки одна за другим закрывались и только из-за дверей питейных и развлекательных заведений всё ещё слышались отрывки разговоров и смех.

Опасаясь, что можем не успеть до закрытия телеграфа, мы с Цзи Юанем ускорили шаг и, чуть не бегом поднявшись по высоким каменным ступеням, влетели в помещение.

— Уже поздно, мы закрываемся! — покачала головой телеграфистка, увидев нас. — Если вам нужно отправить телеграмму, то приходите завтра утром.

— Барышня! Пожалуйста! Это — вопрос жизни и смерти! — умоляюще глядя на неё, воскликнул мой напарник.

— Вопрос жизни и смерти?.. — недоверчиво протянула телеграфистка, тем не менее, смерив его сочувственным взглядом. — Ну, если это так, то ладно. Так уж и быть, отправлю вашу телеграмму. Диктуйте текст.

Мы с Цзи Юанем едва заметно переглянулись и кивнули друг другу. Вот чего у моего напарника не отнять — так это умения умилительно выглядеть когда это необходимо. Так, что ни одна барышня не может устоять перед его обаянием, благодаря чему наш отряд, кстати, заручился расположением всех хозяек торговых лавок в городе и расположением всех владелиц заведений местного общепита. Вот, чем он их берёт? Непонятно… Да, Цзи Юань и вправду хорош собой, но по причине того, что он является уроженцем империи Цин, его внешность не слишком-то соответствует русским, да и европейским канонам мужской красоты… Может быть, всё дело в его происхождении и в том, что он пусть и изгнанный, но всё-таки, принц? Вот, дамочки интуитивно это и чувствуют, хоть и не могут знать об этом наверняка?..

Впрочем, нет: не хочу об этом гадать. Хорошо уже то, что благодаря напарнику, передо мной с некоторых пор открыты двери большинства заведений города и даже парочка великосветских салонов, которые держат жёны местных чиновников. Вот, и эта телефонистка, судя по всему, тоже пала жертвой обаяния Цзи Юаня. Даром, что видит она его сейчас, судя по всему, впервые в жизни.

И ладно, если бы мой напарник был волокитой каким-нибудь, так нет же! Всё, что его заботит и волнует на самом деле — это благополучие сестры, а вовсе не любовные романы. Вот, если бы на него обратила внимание замкомандира — то тогда может быть. Но как раз Лиза — одна-единственная из всех местных барышень, которая совершенно безразлична к моему напарнику. Так, что все попытки с его стороны покорить её сердце оказываются безуспешными. Такая вот ирония Судьбы…

Между тем Цзи Юань принялся диктовать текст телеграммы, которую он собирался отправить:

— «Отец, нам надо увидеться. Скоро приеду. Твой сын Юань».

— Адрес, куда отправлять будем? — заканчивая набирать текст, спросила телефонистка.

— Иркутск, дом купца Второва, — ответил мой напарник. — Там, на городском телеграфе, сами разберутся с точным адресом.

…Дом купца Второва?!. Но, простите, я же знаю одного известного человека с такой фамилией! Не в этом мире я о нём слышала, а в своём «родном». Когда готовилась к написанию дипломной работы, темой которой было русское купечество начала двадцатого века. Вот тогда и узнала о владельце самого большого состояния в Российской империи. Так неужели?..

— Послушай, имя твоего приёмного отца — Николай Второв? — спросила я у Цзи Юаня, когда мы с ним вышли на улицу.

— Нет, моего приёмного отца зовут Александром Фёдоровичем, — покачал головой напарник. — А Николай — это мой старший брат… А почему ты о нём спрашиваешь?

— Да так, ни почему, в общем-то! Просто, слышала кое-что о нём ещё в Петербурге, когда жила в доме дяди, вот и всё! — хмыкнула я, только теперь сообразив, что в 1899 году Николай Второв не был в 1899 году самым богатым купцом и промышленником в Российской империи. Да, в принципе, не мог он быть и приёмным отцом моего напарника по причине своего слишком молодого возраста. — Ладно, забудь! Всё равно это была великосветская болтовня, ничего важного… Лучше скажи: ты и вправду собираешься отправиться в Иркутск?

— Да, собираюсь, — с самым серьёзным видом кивнул Цзи Юань.

— И… Кто же тебя туда отпустит? — недоверчиво хмыкнула я.

— А почему нет? — пожал плечами мой напарник. — Я скажу, что хочу встретиться с приёмным отцом, чтобы тот помог нам напечатать Определители нечисти. У него много знакомых в Иркутске, в том числе и среди владельцев типографий. Уверен, что отец сможет договорится с кем-то из них. Да и деньги, опять же… Я попрошу отца оплатить печать Определителей, скажу, что дело благое: прочитав эти книги, люди смогут различать по-настоящему опасную нечисть и ту, которая только их пугает, но не может причинить вреда на самом деле. К тому же… Не только в Дальнем, во всей Российской империи та же проблема: слишком много нечисти развелось и при этом далеко не вся она дружелюбная… В общем, я найду что сказать отцу, ты насчёт этого не переживай!

— А я и не переживаю! — усмехнулась я. — Что же касается тебя… То лучше подумай о том, что ты станешь говорить командиру и замкомандира. Как будешь отпрашиваться в отпуск?

— Об этом тоже не беспокойся! — насмешливо хмыкнул Цзи Юань. — Я в любом случае найду способ их уговорить…

— Ну, если так, то хорошо! — кивнула я. — А сейчас давай ускорим шаг, не то, боюсь, можем опоздать к ужину…

* * *

После того, как мы вернулись в штаб-квартиру, Цзи Юаня словно подменили. Куда только делись его недавние растерянность и злость на самого себя! Похоже, что, приняв решение отправиться вдогонку за бандитами, мой напарник окончательно успокоился и стал прежним: спокойным и рассудительным… Ну, вот и хорошо! А то мне только и не хватало для полного счастья быть свидетельницей очередных его ссор с сестрой да с Андреем Курбским…

Так прошло ещё несколько дней. Приближался один из важнейших местных праздников — Циси или, как его ещё называют по-другому, «Сорочий праздник». Отмечался он в империи Цин в седьмой день седьмого лунного месяца и был чем-то вроде Дня всех влюблённых, который только начинал приобретать популярность в постсоветской России в моём «родном» мире и времени.

Ожидалось, что в Дальнем к празднику Циси состоится большая ярмарка, на которую съедутся жители окрестных деревень и близлежащих городов. А значит, будет много приезжих… Что это означает для нашего отряда? Только одно: нам ни в коем случае нельзя терять бдительность, поскольку под видом гостей в город может пробраться любая нечисть. Которая затеряется в толпе, прикинувшись обычным человеком и… Никто, в общем, не знает, чем это всё может закончиться.

А потому, накануне праздника командир вызвал нас всех к себе и проинструктировал насчёт того, что нам предстоит делать во время ярмарки и после неё, когда наступит ночь.

— Вам не следует спускать глаз с гуляющей толпы, — сказал Романов. — Если заметите кого-то подозрительного или почувствуете присутствие нечисти, действуйте осторожно, чтобы не напугать обычных людей.

— Ладно, мы вас поняли, командир! — кивнул Цзи Юань, выслушав его наставление. — Но что же с моей просьбой?

— Ты о бессрочном отпуске и о поездке в Иркутск? — спросила у него Елизавета.

— Да… Так что же? Нам с моей напарницей будет позволено туда съездить?

— Почему только вам двоим? — покачал головой командир. — Вы вчетвером туда поедете: не только ты с Аннет, но и Елизавета с Мэйлин.

— Вчетвером?! — неподдельно удивилась я. — А… Кто же останется здесь?

— Здесь? — переспросил Романов. — Здесь останемся мы с Андрэ. Но, вообще-то, — добавил он. — Я уже давно посылал в Петербург запрос по поводу увеличения численности отряда хотя бы до пятидесяти человек и сегодня получил ответ. Пополнение прибудет через пару дней. Так что, отпустить вас в Иркутск я отпущу, но… Только после Циси и после приезда наших новых товарищей по службе.

— Откуда же их столько возьмётся?! — покачала головой замкомандира. — То за каждого нового человека в отряде бороться приходилось, не хотели никого сюда отправлять, а тут вдруг сразу пятьдесят?!

— Должно быть, высшее начальство, наконец, осознало, что у нас тут — не глушь и не дыра. Что Дальний с каждым годом будет строиться и расти, а, значит тут будет всё больше и больше жителей. А нечисть… Она, ведь — давний спутник человечества. Сколько существуют люди, столько же существуют и нечистые… В общем, как только пополнение прибудет, я со спокойной совестью отпущу вас четверых в Иркутск, чтобы вы там всё уладили насчёт Определителей… Которые нам ещё только предстоит составить…

— А вот с этим у нас дело неважно обстоит! — усмехнулась Лиза. — До сих пор всё ограничилось одними пустыми разговорами… Аннет вот, правда, пыталась местных жителей расспрашивать по поводу их возможных встреч с нечистью. Да только немного в этом преуспела.

— Это всё потому, что люди в городе как воды в рот набрали, — решив, что она меня в чём-то упрекает, принялась я оправдываться. — С кем бы я ни пыталась заговорить, так только и слышу в ответ, что они никакую нечисть здесь не встречали да и вообще не слышали, чтобы она где-то поблизости шалила.

— Ну, так и понятно, что не скажут! — презрительно хмыкнул Курбский. — Местные нечистой силы как чумы боятся. Не только говорить о ней не хотят, но и вообще предпочитают лишний раз в разговоре нечистых не упоминать.

— Как?! Почему никто из вас мне об этом раньше не сказал?! — даже обиделась я на своих сослуживцев. — Вы же видели, как я хожу по улицам, расспрашиваю людей…

— Видели, — кивнула замкомандира. — А почему не сказали? Подумали, что попытка — не пытка и вдруг у тебя что-то да получится? Но, как видно, тебе тоже не под силу их разговорить. Так что, забудь. И больше не пытайся заговорить с кем-то из местных о нечисти, если, конечно, не хочешь нажить себе лишних неприятностей. На этом, я думаю, можно закрыть эту тему. Поговорим лучше о ходе работы над Определителем.

— Да какой там ход работы! — досадливо поморщившись, махнула рукой Мэйлин. — Никто ещё и пальцем о палец не ударил. Ни одна страница не написана, ни одна иллюстрацию не нарисована, а вы уже о печати Определителя думаете и говорите, что нужно прямо сейчас в Иркутск ехать, с владельцами типографий договариваться!

— Если я собираюсь заранее позаботиться о печати Определителя, то что здесь плохого? — с самым недоуменным видом поинтересовался у неё Цзи Юань.

— Плохо то, что мы сейчас занимаемся делёжкой шкуры неубитого медведя! — хмыкнула его сестра. — Или, хочешь сказать, я не права? И что у нас полным ходом идёт работа над Определителем?

— Я хочу сказать то, что организаторские вопросы нужно решать заблаговременно! — продолжал упорствовать мой напарник.

— Ой, ладно тебе! — сдалась, наконец, Мэйлин. — Сказал бы уже, что по дому соскучился и что отца увидеть хочешь — честнее было бы!.. В общем, так, — добавила она, словно подводя итог всему этому разговору. — Я не знаю, для чего на самом деле ты собираешься ехать в Иркутск, дорогой братец. Но отпустить тебя туда одного я совершенно точно не могу.

— А-а, так значит, это ты попросила командира позволить тебе поехать вместе с нами? — многозначительно усмехнулся мой напарник. — Я и сам должен был догадаться об этом… И всё же… Есть ещё кое-что, чего я не могу понять. Ладно, ты едешь в Иркутск чтобы присматривать за мной. А по какой причине туда ехать нашему замкомандира?

— По той причине, что для ведения переговоров с владельцами типографий не обойтись без официального представителя нашего командования, — ответил Романов вместо Мэйлин. — Сам я поехать туда не смогу, как вы понимаете. А потому и посылаю вместе с вами своего заместителя.

— Вот оно как! — кивнул Цзи Юань. — Ну, что же: в таком случае, вопросов больше нет.

Я видел, что ему не слишком нравится перспектива поездки в Иркутск в сопровождении сестры и замкомандира, но он не стал об этом говорить.

— На самом деле, всё не так и плохо как ты думаешь! — проговорила я, подходя в коридоре к напарнику после того, как совещание закончилось.

— Не так уж и плохо? — в недоумении глядя на меня, покачал тот головой. — Видит Бог, я не понимаю, о чём это ты говоришь!

— Я говорю о том, что это, возможно, твой единственный шанс, — понизив голос до шёпота, сказала я. — Второго может и не представиться.

— Единственный шанс? И на что же?

— На сближение с девушкой, которая тебе нравится… На что же ещё? — хмыкнула я, как бы намекая ему на то, что вдали от места службы у нас будет больше шансов узнать друг друга получше. Но, похоже, что Цзи Юань меня неправильно понял, решив, что я говорю сейчас о Елизавете.

— Можно подумать, что она нравится только мне одному! — усмехнулся мой напарник.

— Ну, одному или нет — это не имеет значения, — усмехнулась я, решив пока не спорить с ним и ничего ему не доказывать. — Глупо просто так сдаться без боя. Жалеть же потом всю оставшуюся жизнь будешь, если отдашь её кому-то другому… А потому… Перестань противиться решению командира. Если он решил, что мы едем в Иркутск вчетвером — значит, быть по сему и точка. Давай лучше подумаем о том, что уже через несколько часов наступит праздник Циси, а значит, у нас появятся новые проблемы и новые заботы.

— Да, это верно! — был вынужден согласиться со мной Цзи Юань. — Я слышал, что во время праздников, когда люди веселятся и не ожидают ничего плохого, как раз и происходит разгул нечисти… Думаю, — добавил он, немного помолчав. — Те же хули-цзин запросто могут обернуться людьми и пробраться в город, чтобы кому-нибудь навредить… Вампиры, опять же… Им ничего не стоит обмануть какого-нибудь неосторожного бедолагу, а потом сожрать его.

— Вот-вот! — кивнула я. — Поэтому, давай пока об этом и станем думать. Что же касается поездки в Иркутск… То до неё ещё достаточно времени. Во всяком случае, мы остаёмся здесь до прибытия пополнения. А, может быть, и ещё дольше — до тех пор, пока наши новые товарищи не станут частью отряда «Феникс» и не привыкнут к новому месту службы…

На этом я решила закончить разговор, благо, что мой напарник, похоже, сам уже сообразил, что если он начнёт упорствовать в своём желании ехать в Иркутск в одиночестве или в моей компании, то не только навлечёт на себя недовольство командира и замкомандира, но ещё и поставит нашу будущую поездку на грань срыва. А потому лучшее, что он мог сделать в такой ситуации — это запрятать недовольство куда-нибудь подальше и притвориться, что его всё устраивает и всё идёт в полном соответствии с его намерениями…

* * *

В ту ночь нас вновь отправили на ночное патрулирование. Не потому, что где-то в городе расшалилась нечисть, а дабы убедиться в том, что накануне празднования Циси незваные «гости» не обосновались поблизости от будущих мест массовых гуляний.

Но всё было спокойно. Ни один представитель нечисти не то что не соизволил нам показаться, но и вообще ничем не выдал своего присутствия… Что же… Хотелось бы верить, что и завтра, во время праздника, нечистые тоже будут тише воды ниже травы.

И всё-таки, несмотря на кажущееся спокойствие во время патрулирования, меня не покидало предчувствие близкой опасности. Нечисть уже довольно долго не показывалась на глаза местным жителям и это обстоятельство было крайне подозрительным. То, что сейчас происходило в Дальнем, напоминало затишье перед бурей. Которая — я совершенно отчётливо это чувствовала, должна разразиться уже через несколько часов. И, похоже, что мои товарищи по службе, хоть они и не говорили об этом, но целиком и полностью тоже разделяли моё мнение.

Над городом и его окрестностями, подобно огромному грозовому облаку, уже нависала пока ещё неведомая угроза. И наша работа как раз и заключается в том, чтобы любой ценой эту угрозу предотвратить…

Глава 14: Праздник Циси или Появление девятиголового монстра

Утро праздника Циси выдалось ясным и солнечным, что уже само по себе не могло не радовать. Так, что даже недавние тревоги и недоброе предчувствие, преследовавшие меня уже несколько суток, на какое-то время словно затаились и не давали о себе знать.

После завтрака командир снова собрал нас всех на совет, темой которого было сегодняшнее дежурство на ярмарке и в городе. Разъяснив каждому наши обязанности и то, как мы должны будем действовать в случае какого-нибудь форс-мажора, он добавил:

— Сегодня всё будет немного не так, как это было обычно. Во-первых, вы пойдёте на патрулирование не в форме, а в гражданской одежде. Во-вторых: пойдёте туда не все. Необходимо, чтобы в штаб-квартире оставался кто-то, что смог бы его защитить в случае нападения нечисти. А такое вполне может случиться… Аннет, ты как и всегда, идёшь на патрулирование с Юанем. Элиза и Мэйлин, вы до полудня остаётесь на дежурстве в штаб-квартире. После того, как мы с Андрэ вернёмся с патрулирования, мы вас сменим… Да, и ещё! — добавил Романов, открывая ящик своего рабочего стола и вытаскивая из него четыре довольно увесистых на вид кошелька. — Это — вам, берите.

— Что это? Премия? — в недоумении глядя на лежавший перед ним кошелёк, спросил Цзи Юань.

— Нет! — покачала головой Лиза. — Мы вчера обсуждали с командиром кое-что, имеющее отношение к празднованию Циси, вот и решили, что странно будет, если кто-то из нас, гуляя по ярмарке, ничего не купит по причине отсутствия денег. А потому командир распорядился выделить каждому из нас некоторую сумму. Не слишком большую, чтобы привлечь внимание уличных грабителей, если таковые окажутся в толпе. Но вполне достаточную, чтобы купить на них несколько безделушек или сладостей.

— А-а, понятно! — кивнула Мэйлин. — Значит, этот маскарад с переодеванием в штатскую одежду и всё остальное…

— Нужны для того, чтобы вы сегодня казались не участниками отряда по борьбе с нечистью, а самыми обычными горожанами, — закончил вместо неё командир.

— Такое впечатление, что мы не местных жителей от нечисти должны сегодня защитить, — покачала я головой. — А, наоборот, расставить на неё ловушку… Скажите, командир: вы и вправду считаете нужным, чтобы мы притворились обычными посетителями ярмарки именно для того, чтобы не напугать местных жителей и гостей города? Или… У вас на сегодняшний день имеются какие-то другие планы, в которые вы не посчитали нужным нас посвятить?

— Какие тут могут быть другие планы? — едва не перебивая меня, воскликнул Курбский. — Если командир сказал, что этот маскарад нужен дабы не напугать гуляющую публику, то, значит, так и есть! И нечего придумывать всякие там… нелепые домыслы!

Его поспешность меня, если честно, немного насторожила. Складывалось впечатление, что это вовсе не Лиза и даже не Романов, а сам Андрэ был «автором» плана, который нам только что изложил командир. Может быть, у Курбского имелся какой-то свой личный интерес во всём этом? Только вот, какой именно? Хотела бы я об этом знать, очень даже хотела! Особенно, если учесть, что Курбский давно уже находился у меня под подозрением.

Тогда я ещё не знала того, насколько же права оказался, заподозрив Курбского в том, что он задумал провернуть какое-то тёмное дельце в праздник Циси. Только вот, не учла, что далеко не все людские интересы деньгами можно измерить…

* * *

В тот день улицы в китайском районе города были украшены множеством разноцветных фонариков и запружены толпами гуляющих людей. Не только местных жителей, но и гостей из двух других городских районов: русского и европейского.

Множество лавок, заполненных самым разным товаром, шум голосов и смех, аромат готовящейся уличной еды — всё это создавало картину праздника и безудержного веселья. Идя рядом с моим напарником по улице, я с интересом наблюдала за разворачивающимся передо мной действом. Никогда прежде я не принимала участие в подобных мероприятиях, а потому испытывала неподдельный интерес ко всему, что сейчас видела.

— Господин, купите для своей барышни засахаренные ягоды! — окликнул Цзи Юаня один из уличных торговцев, на прилавке которого были разложено множество сладостей самого причудливого вида.

Я обернулась в сторону своего на какое-то мгновение растерявшегося спутника и тот, немного помедлив, кивнул:

— Мы не должны привлекать к себе лишнего внимания, отказываясь от покупок на ярмарке. И хоть я не уверен, что засахаренные ягоды тебе понравятся, думаю, нам всё же лучше их купить…

Подойдя к прилавку, он протянул торговцу несколько монет:

— Этого достаточно?

Тот кивнул:

— Да, вполне…

Я ожидала, что лавочник свернёт бумажный кулёк и насыплет в него что-то вроде цукатов, но ошиблась. Вместо этого торговец протянул мне палочку, на которую было нанизано несколько красных шариков, похожих с виду на яркие блестящие бусины.

— А где засахаренные ягоды? — в недоумении глядя на торговца сладостями, спросила я.

— Так вот же они! — удивился тот, показывая на палочку с «бусинами». — Должно быть, госпожа приехала в наши края совсем недавно и потому ещё не слишком хорошо знакома с местными лакомствами…

— Ладно, хватит тут стоять, идём! — решив не продолжать этот разговор, я потянула Цзи Юаня за рукав синего бархатного пиджака, в котором мой напарник выглядел настоящим франтом. — Нам ещё столько всего тут осмотреть нужно!

— И то верно! — кивнул тот.

— Ладно, извините за недоразумение! — добавила я, обернувшись в сторону лавочника. — Я и вправду тут совсем недавно, а потому не слишком хорошо разбираюсь в местных сладостях.

После чего мы с моим напарником отправились дальше бродить по ярмарке, восхищаясь всё новыми и новыми диковинами, которые были разложены на прилавках.

Признаться, будучи одетой ради праздника в светло-бирюзовое шёлковое платье, украшенное рядом оборок по низу юбки и кружевом, я чувствовала себя не слишком комфортно, поскольку за несколько недель, проведённых в Дальнем, успела отвыкнуть от подобных нарядов. Да и соломенная шляпка, украшенная цветочками из ткани и лентой в цвет платья хоть и выглядела очаровательно, однако, при этом, как мне думалось, придавала мне слишком легкомысленный вид.

— На что уставился? — спросила я, ещё перед тем, как выйти из здания штаба заметив, что Цзи Юань восторженно разглядывает мой наряд.

— Ни на что особенное! — смущённо отводя в сторону взгляд, покачал тот головой. — Просто… Никогда прежде мне не доводилось видеть тебя в платье, ты всё в форме, да в форме. Вот я немного и растерялся, когда увидел тебя в обычной одежде.

Хотя, конечно, это только для Цзи Юаня и его современников моё платье могло считаться обычным. Для меня же — человека, пришедшего в этот мир из 1990-х, оно было… Ну, да: почти что историческим раритетом.

— Ладно, пойдём! — пожав плечами, беззаботно махнул рукой мой спутник. — Если будем и дальше тут стоять, то неизбежно привлечём к себе внимание… И не исключено, — добавил он шёпотом. — Что не только людей…

Я поняла, о чём это он говорит. Да, действительно: для «влюблённых», роль которых мы с Цзи Юанем играли сейчас по приказу командира, мы и вправду вели себя довольно странно. Не болтали друг с другом о милых пустяках, не смеялись, не принимали участие в играх и развлечениях как это делали другие гуляющие по ярмарке парочки.

Но затем, так и не додумав эту мысль до конца, я отбросила её прочь. Потому, что Цзи Юань потянул меня куда-то в толпу и я, всё ещё сомневаясь в том, всё ли правильно делаю, последовала за ним…

* * *

Наша «прогулка» затянулась до позднего вечера. За это время мы с моим напарником даже успели пару раз перекусить в одной из забегаловок местной едой, похожей на пельмени и на салат из овощей, а ещё — посмотреть театрализованное представление и принять участие в игре, напоминающей городки.

С наступлением темноты небо расцветили огни фейерверка и небесных фонариков, так, что казалось будто прямо среди облаков распускаются яркие экзотические цветы. Час был уже поздним, но люди и не думали расходиться по домам, и, соответственно, мы с Цзи Юанем тоже не могли вернуться в штаб-квартиру… Ох, боюсь, что если это продлится и дальше, то наша «прогулка» затянется и до следующего утра. Но в это время…

Неожиданно громыхнул гром и откуда ни возьмись набежали тяжёлые чёрные тучи, вмиг закрывшие луну. Засверкали молнии, которые, подобно гигантским змеям, пронзали всё пространство от земли до неба. А затем вдруг хлынул холодный, почти осенний дождь, так, что целые потоки воды обрушились на гуляющую толпу.

Послышались испуганные и разочарованные возгласы. Причём, как я поняла, люди сожалели не столько об испорченном празднике, но и о том, что сороки не смогут ночью построить мост, а значит, и встреча Пастуха и Ткачихи в этом году тоже не состоится.

— Нужно спрятаться где-нибудь под навесом! — крикнула я, безуспешно пытаясь прикрыть от льющихся с неба потоков воды свою шляпку, с которой резким порывом ветра давно уже сорвало цветы и ленту и унесло куда-то прочь.

Я принялся оглядываться по сторонам в поисках ближайшей таверны или любого другого заведения, где можно переждать непогоду. Но тут…

Мне вдруг почудилось, что где-то поблизости в толпе промелькнула тёмная тень, похожая на девятихвостую лису, а вслед за тем в темноте ночи, прорезаемой вспышками молний, недобрым огнём сверкнуло множество бледно-жёлтых глаз и блеснули острые длинные клыки.

— Хули-цзин! Это хули-цзин! — послышались испуганные возгласы.

Но нечисть, которая внезапно объявилась под покровом ночи, вовсе не была лисой-оборотнем. Всё, что роднило её с «настоящей» хули-цзин — это девять хвостов и морда, отдалённо похожая на лисью. Вернее, морды, поскольку голов у твари оказалось несколько. Я не стала их пересчитывать — не до того мне было, когда чудовище тёмно-серым, почти чёрным сгустком неудержимой энергии ярости и злобы с пронзительным воплем, похожим на детский плач, вдруг врезалось в группу перепуганных, сбившихся вместе людей и принялось терзать клыками и когтями одну свою жертву за другой…

Да, эта тварь и вправду не имела никакого отношения к лисам-оборотням: созданиям хоть и коварным, но всё-таки не настолько кровожадным. Хули-цзин могут годами вытягивать жизненную энергию из одного и того же человека лишь изредка пробуя при этом его кровь. Монстр же, который орудовал сейчас на площади, не знал жалости. Он явился не для того, чтобы пополнить запас жизненных сил за счёт чьей-то энергии, он пришёл убивать…

— Что здесь происходит?! — внезапно услышала я знакомый голос и увидел Мэйлин, протискивающуюся сквозь перепуганную, вопящую толпу. — Мы с Лизой дежурили в другом районе города и вдруг услышали, что на ярмарке появилась бешеная хули-цзин, которая ни с того ни с сего набросилась на людей!

— Нет, это — никакая не хули-цзин! — вытаскивая из-за пояса свою неизменную тёмно-зелёную нефритовую флейту, пробормотал Цзи Юань, стоявший рядом со мной. — Это… Ну, да, точно! Помнится, я однажды читал описание этой твари в «Каталоге гор и морей». Это — девятиголовый лунчжи*… «Когти его — как у тигра. Его крик подобен плачу ребёнка. Он пожирает людей…» — процитировал мой напарник слова, нкогда прочитанные им в книге.

— И… Что нам теперь прикажешь делать? — спросила у него Лиза, в руках которой я с удивлением увидела меч, испещрённый странными знаками, похожими на древнерусские буквы, которые, казалось, горели огнём в то время как само оружие замкомандира испускало бледно-золотистое сияние.

— Думаю, ответ очевиден! — едва заметно усмехнулся Цзи Юань. — Мы должны уничтожить эту тварь, пока она ещё кого-нибудь не сожрала!

К этому времени Мэйлин тоже успела вооружиться. Я увидела у неё в руках музыкальный инструмент, немного похожий на лютню, но явно восточного происхождения. Если бы не знакомство с напарником и его способностями при помощи музыки управлять животными и растениями, то я, пожалуй, и не поняла бы, что «лютня» его сестры тоже являлась оружием. Да и у самого Цзи Юаня в руках была уже не та флейта, которую я видела раньше. Теперь она немного удлинилась, а прежде золотистые иероглифы словно налились кровью и сверкали тёмно-красным, почти багряным, сиянием.

— Где твоё тайное оружие?! — обернувшись в мою сторону, воскликнула Лиза. — Почему ты его ещё не достала?

Только сейчас я вспомнила о том, что у меня, вообще-то, в сумочке припрятана кобура с пистолетом заряженным серебряными пулями, и потянулась за ним. Но замкомандира, увидев в моих руках пистолет, лишь недовольно фыркнула:

— Это — не то! Я сейчас про другое оружие говорю. Про то, которое ты получила от своих предков… То, что передаётся в вашем роду из поколения в поколение и которое получает самый сильный маг в семье…

— У меня нет такого оружия! — покачала я головой. — Во всяком случае, я его точно ни от кого не получала.

— Ой, да неужели?!..

Елизавета произнесла несколько слов на неизвестном языке, после чего рукой начертила круг возле меня и прямо из пустоты вытащила шпагу с золочёной рукоятью, украшенной сияющим бледно-голубым камнем, похожим на огромный топаз.

— Ого! — присвистнула вице-командир, протягивая мне оружие. — А ты, оказывается, не так проста! Эта шпага… Впрочем… Учитывая твои выдающиеся способности… Разве может быть по-другому?..

Если честно, я была так растеряна, что совершенно забыла о том, что не владею шпагой, а, значит, и толку пусть даже от самого чудесного оружия будет не много. Но клинок лучше меня знал, как нужно действовать. Негромко звеня, он словно потянул меня вслед за собой, заставляя почти помимо моей воли делать выпады и наносить удары. Всё, что мне оставалось — это делать то, что меч от меня требовал. Так, что я и сама не сразу поняла, что, оказывается, уже вовсю сражаюсь против девятиголового монстра, похожего на лису… Как там Цзи Юань его назвал?.. Впрочем, нет: сейчас название этой твари не имеет значения. Главное, что я и мои товарищи должны сделать — это защитить безоружных людей от чудовища. А как там этого монстра зовут… Не так уж и важно.

Краем глаза я заметила, что и Лиза тоже вступила в бой с неведомой тварью. Но, похоже, все совместные наши усилия были напрасны. Ни один из ударов, обрушившихся на девятиголового зверя так и не достиг своей цели. Как если бы у монстра была железная шкура, от которой отскакивает любое, пусть даже и зачарованное оружие!..

— Нет, так дело не пойдёт! — воскликнула Мэйлин. — Замкомандира, успокойте и уведите отсюда людей. Аннет, Цзи Сяо, вы останетесь здесь, со мной!

— Не слишком ли рано ты раскомандовалась? — обернувшись в её сторону, произнёс её брат. — Думаешь, замкомандира без твоей помощи не разберётся, что ей делать?

— Нет, Мэйлин права! — опуская свой меч, покачала головой Лиза. — Так мы не только ничего не сможем достичь, но ещё и позволим чудовищу снова кого-нибудь растерзать… Давайте сделаем так, как говорит твоя сестра: я уведу людей и сбегаю в штаб-квартиру за подмогой. Ну, а вы втроём постарайтесь если не прикончить эту тварь, то хотя бы задержите её здесь до тех пор, пока я не вернусь с подкреплением.

Сказав так, она отошла в сторону и принялась уговаривать последовать за ней тех прохожих, которые не успели стать жертвами девятиголового монстра или не разбежались. Поначалу люди недоверчиво косились на странную барышню в сбившейся набок шёлковой шляпке и в светло-розовом атласном платье, исполосованном когтями чудовища и заляпанном уличной грязью, но… У них сейчас не было другого выхода, кроме как поверить нашему закмому или же быть растерзанными неведомой тварью.

Дождавшись, пока Лиза уведёт всех, кому посчастливилось уцелеть во время нападения чудовища и кто мог сам передвигаться, Мэйлин ударила по струнам «лютни». Музыка, полившаяся из-под её пальцев… Впрочем, нет: я ни за что не смогла бы назвать те ужасные звуки музыкой, скорее, это была пародия на неё. Какая-то безумная какофония, в которой смешались скрежет, свист, звуки, похожие на кошачьи вопли и… даже не знаю, что ещё. В одном я была совершенно точно уверена: не знаю, как девятиголовый монстр, а я от этой, так сказать, музыки, точно сойду с ума…

— Может быть, хватит? — дождавшись, пока Мэйлин на какую-то секунду остановится, крикнула я ей. — Не умеешь нормально играть на этой штуке — так незачем и людей мучить такими кошмарными звуками!

— Много ты понимаешь, а то как же! — снова ударяя по струнам «лютни», фыркнула Мэйлин. — Это — никакая не музыка, а моё тайное оружие.

— Оружие?! — не поверила я. — Ну, да: твоё оружие, которое только и годится чтобы окружающим тебя людям на нервы действовать!

— Вовсе нет! — вмешался в наш с ней спор Цзи Юань. — Оружие моей сестры… Оно не действует на нервы, а отнимает у врага жизненную энергию. Да, согласен: звуки, которые оно издаёт, не слишком мелодичные и вовсе не услаждают слух. Однако… Это — наш единственный шанс справиться с этой тварью. Обессилев, монстр ослабит защиту и тогда мы его одолеем…

* * *

Не знаю, сколько времени продолжался этот «концерт», от которого у меня невыносимо разболелась голова. Но вскоре я заметила, что на чудовище «музыка» и в самом деле действует угнетающе. Девятиголовый явно слабел, а его движения становились всё менее уверенными.

К тому же оружие Мэйлин не только отнимало жизненные силы у монстра, но и создавало над нами тремя что-то вроде защитного купола. Так, что все выпады когтистых лап приходились в пустоту и чудовище не могло до нас дотянуться как ни старалось.

Прошло ещё несколько минут, показавшихся часами и тварь, должно быть, растеряв почти все свои жизненные силы, опустилась на землю где и застыла в неподвижности.

— Ну, вот! — проговорила Мэйлин, переставая играть на «лютне». — Дело сделано. Теперь твоя очередь, дорогой братик!

— Я понял…

Цзи Юань поднёс флейту к губам и заиграл на ней музыку, совсем не похожую на ту, что он играл раньше. На этот раз мелодия была тревожной и в ней слышались звуки, похожие на раскаты грома, а ещё какой-то странный гул. И тут я вдруг увидела, как земля в том месте, где лежала девятиголовая тварь, начинает расползаться, образуя нечто вроде постоянно расширяющейся трещины…

Получается, что мой напарник кроме управления животных и растений, владеет ещё и совершенно непохожей на его «обычные» способности магией земли?! Ну, разве могла я себе это даже просто представить?!..

* * *

Между тем трещина в земле с каждой секундой всё больше расширялась, так, что у меня больше не было никаких сомнений в том, что именно собирался мой напарник сделать с обездвиженным монстром. По всей видимости он хотел загнать лунчжи в ловушку, из которой тот не смог бы выбраться, а потом либо добить его там, либо схлопнуть края ямы чтобы чудовище оказалось навеки погребённым под землёй. Но Цзи Юань не успел ничего из этого сделать потому, что когда он совсем уж было собирался спихнуть лунчжи в западню, послышался звук приближающихся шагов и из-за поворота ближайшей улицы вырулил… Кто бы вы думали? Андрей Курбский собственной персоной!

Признаться, я не ожидала увидеть сейчас нашего «сумасшедшего учёного», как мысленно называла его с некоторых пор. Я-то думала, что Лиза приведёт с собой командира отряда, но чтобы она притащила вслед за собой этого?.

Впрочем, нет: насчёт «притащила» — это я явно поторопился. Потому, что сама замкомандира так и не соизволила объявиться, что уже само по себе было довольно подозрительным. Прежде, чем увести горожан с места нападения чудовища, Лиза пообещала, что непременно вернётся к нам с подкреплением, а она, как я уже успел понять, слов на ветер не бросает… Неужели с ней что-то случилось? Иначе ведь почему Андрэ сейчас один?

— Где замкомандира? — не тратя времени на неуместные любезности, холодно поинтересовалась я.

— Осталась в штаб-квартире, — последовал ответ, который я, если честно, не ожидала услышать.

— Осталась? Но почему? — недоверчиво покачала головой Мэйлин, которая, должно быть, знала Елизавету куда лучше, чем я и хотя бы по этой причине восприняла такой ответ в штыки.

— Откуда я знаю? — зло огрызнулся Курбский. — Она сказала, что вдруг вспомнила о каких-то важных делах из-за которых должна остаться в штаб-квартире.

— Ладно, а ты-то сам чего тогда припёрся? — продолжала «любезничать» с ним Мэйлин. — Это Элиза сказала тебе прийти сюда вместо неё?

— Сказала или нет… Какая разница? — отмахиваясь от неё как от надоедливой мухи, хмыкнул Андрэ. — Лучше ответьте: вам удалось поймать лунчжи?

— О, так ты, оказывается, знаешь, что это за чудовище набросилось на людей во время ярмарки? — с подозрением глядя на него, покачал головой Цзи Юань.

— Ну, конечно, знаю! — смерив моего напарника презрительным взглядом, ответствовал тот. — Замкомандира говорила мне об этом, когда вернулась в штаб. А что? Ты мне не веришь? Или, может быть, хочешь сказать, что я вру?

— Действительно! — решила я вмешаться, чтобы предотвратить уже начинающуюся ссору между Андрэ и Цзи Юанем. — Лиза и вправду могла ему об этом сказать. Конечно же, она предупредила его о том, с кем именно придётся столкнуться и…

— А я ему всё равно не верю! — упрямо покачала головой Мэйлин. — То, как он себя ведёт и какие слова сейчас говорит… Лично мне это всё кажется крайне подозрительным.

— Верно-верно! — поддержал сестру мой напарник. — Если бы Андрэ говорил правду… То зачем ему огрызаться и грубить нам в ответ? А если он избрал тактику нападения и сходу обвинил нас троих в обмане… То, значит, ему, как минимум, есть что скрывать!

— Какие же вы все недоверчивые! — Говоря так, Курбский подошёл к краю пока ещё неглубокой ямы и, заглянув туда, криво усмехнулся. — Так значит, вам всё-таки удалось изловить девятиголового лунчжи?! Великолепно! Я благодарю вас всех за проделанную работу. Должно быть, это было непросто: одолеть столь сильного и опасного монстра… Что же! Наука ваших заслуг не забудет. Жаль вот только…

— Подожди! — только сейчас начиная соображать, что дело здесь и вправду не совсем чистое, остановила я его. — Какие ещё услуги и какая наука? О чём это ты сейчас говоришь?

— О чём? — усмехнулся Курбский. — Ну, так известно о чём! О научных экспериментах по исследованию ещё одного вида нечисти… А для чего бы ещё я стал заманивать в город эту тварь, жившую высоко в горах где-то у чёрта на куличках?

— Ты!.. Как только посмел?! — с ненавистью глядя на него, воскликнула Мэйлин. — Этот монстр… Он убил и ранил множество ни в чём не повинных людей! Так значит… Нападение лунчжи произошло по твоей милости?!

— Если и по моей, то что с того? — цинично усмехнулся Курбский. — Пойми ты уже, глупая девчонка, что я не для себя это всё делаю, а ради науки!

— Ради науки, вот, значит, как?! — холодным тоном протянула я, вспомнив, как в моём «родном» мире точно такие же вот «исследователи» в годы Второй мировой войны ставили свои бесчеловечные эксперименты в концлагерях на живых людях. И, если честно я даже, пожалела о том, что волшебной шпаги при мне сейчас не оказалось, не то я бы ему задала. — Ты, вообще, нормальный: на полном серьёзе утверждать такое? Ты хотя бы понимаешь, что ты натворил?!

— Ну, а чего тут такого? — с видом деланного недоумения пожал плечами Андрэ. — Лес рубят — щепки летят. Вот и здесь то же самое вышло.

— Так то — щепки! — глядя на него с каким-то отчаянием, воскликнул Цзи Юань. — А это — живые люди! Или для тебя и вправду нет никакой разницы?

— Тьфу на тебя, Андрэ! — подходя к Курбскому и отвешивая ему полновесную пощёчину, проговорила Мэйлин. — Никогда бы не подумала, что ты окажешься таким негодяем! Если бы знала… То и руки тебе при знакомстве не подала… И вообще… — добавила она, немного помолчав. — Командир и замкомандира в курсе твоих… скажем так, художеств? Или они тоже участвовали в этом деле вместе с тобой?

— Нет, не знают… Да и зачем бы Лизке и Никки об этом знать? — ухмыльнулся тот. — Мне было известно, что они не одобрят моих действий, а потому не стал им ничего говорить.

— Отрадно, уже хотя бы то, что наши командиры не замешаны в этом грязном деле! — невесело усмехнувшись, покачала головой Мэйлин. — Ладно, ребята, идём! — добавила она, хватая за одну руку меня, а за другую — своего брата. — Нам больше нечего здесь делать!

— Эй, вы что же, и вправду так вот запросто возьмёте — и уйдёте?! — попытался остановить нас Курбский. — А как же я? Кто мне поможет вытащить лунчжи из ямы?

— Он тебе нужен — вот сам его и доставай! — не оборачиваясь, бросила я ему на прощание. — А нас, уж пожалуйста, не впутывай больше во всё это.

— Вы чего, совсем сдурели?! — не на шутку перетрухнул Андрэ. — А если эта тварь из ямы выберется и меня сожрёт?!

— Кажется, ты не боялся её, когда заманивал в город, отлично зная при этом, что обрекаешь на гибель ни в чём не повинных людей! — язвительно ответствовала я ему. — Так чего же ты теперь испугался?

— Да ладно тебе, Аннет! Не трать на него времени! — остановил меня мой напарник, чего я, если честно, от него не ожидала.

Цзи Юань давно уже был в ссоре с Курбским и если кто из нашей троицы и должен сейчас торжествовать, видя, насколько его соперник испуган и растерян — так это именно он. И всё же… Мой напарник явно не собирался вмешиваться, предпочитая на этот раз остаться в стороне… Хм… Хотелось бы мне знать, почему…

Примечания

*** Лунчжи — чудовище (в первоисточнике — «животное»), похожее на девятихвостую и девятиголовую лису. К слову, Цзи Юань в этой главе цитирует выдержку из «Каталога гор и морей» пусть и близко к смыслу, но, всё-таки, не дословно.

Глава 15: Незаслуженная награда или «Ты просто не знаешь того, что с нами случилось в прошлом…»

Признаться, в глубине души я надеялась, что больше мы нашего «сумасшедшего учёного» не увидим. Что лунчжи, немного восстановив свои силы, сожрёт Курбского и не поморщится, но ошиблась. Уже на следующее утро Андрэ заявился в штаб-квартиру. Он катил перед собой ручную тележку, в которой лежал связанный магическими путами монстр. Лунчжи был так плотно опутан слегка светившейся верёвкой, что издали походил на египетскую мумию, обмотанную с ног до головы бинтами.

Должно быть ночное сражение отняло у девятиголового чудовища почти все его силы, а магические путы ко всему прочему ещё и причиняли ему нешуточную боль при каждом движении. Как бы там ни было, но теперь от всей его неудержимой ярости и агрессии не осталось и следа. Лунчжи лишь смерил нас полным презрения взглядом как только мы приблизились к тележке, а затем устало прикрыл все свои многочисленные бледно-жёлтые глаза и отвернулся. Делайте, мол, со мной что хотите: я целиком и полностью в вашей власти, людишки…

— Как же тебе удалось его изловить? — между тем спрашивала Лиза у Курбского, глядя при этом на «сумасшедшего учёного» с явным уважением, которого тот вовсе и не заслуживал.

— Мне тоже никогда прежде не доводилось слышать о том, чтобы такие опасные твари могли быть схвачены живыми! — поддержал её командир. — Если борцам с нечистью раньше и приходилось сойтись в бою с лунчжи, то у них просто не оставалось другого выхода, кроме как отправить девятиголового монстра в ад.

— Да уж изловил, как видите! — самодовольно усмехнулся Андрэ. — Жаль вот только, — добавил он, кивком указывая в ту сторону, где стояли мы с Цзи Юанем и с Мэйлин. — Что наши товарищи по службе струсили и отказались мне помогать при поимки лунчжи. Ну, да ничего: Бог их за это простит!

— Ты!.. — с ненавистью глядя на него, воскликнул мой напарник. — Мало того, что прибыл вчера на место к шапочному разбору, когда лунчжи был уже в ловушке, из которой в любом случае не смог бы вырваться, так теперь ещё и пытаешься себе чужие заслуги присвоить?!

— Какие ещё чужие заслуги? — деланно удивился Курбский. — Множество людей видело, как я связывал лунчжи магическими путами и вытаскивал его из ямы. Но вот кто, скажи на милость, может подтвердить твои слова? Хоть кто-то из местных видел, как сражался с чудовищем или загонял его в ловушку? А если нет, так не смей и разбрасываться подобными обвинениями в мой адрес. В конце концов, если бы поимка лунчжи была твоей заслугой… То почему тебе самому было не связать его и не доставить в штаб?

Только теперь я поняла, что мы с моими товарищами чудовищно сглупили этой ночью, оставив Курбского наедине с девятиголовым монстром. Не знаю, на что уж там рассчитывали Цзи Юань с Мэйлин и желали ли они подобно мне, чтобы лунчжи сожрал Андрэ, однако… Нам и вправду не стоило тогда уходить. Ведь иначе у Курбского не было бы никаких шансов присвоить себе наши заслуги и объявить себя победителем монстра. А сейчас, боюсь, уже слишком поздно что-то исправлять…

— Я сегодня же напишу в Петербург высшему командованию и расскажу им о твоих заслугах! — пообещал Курбскому Романов. И, надо сказать, я почти возненавидела его за эти слова. — Попрошу, чтобы тебя представили к награде и дали новый чин. В конце концов, ты рисковал собственной жизнью когда ловил эту тварь и…

— Боюсь, командир, что вы всё неправильно поняли! — не выдержав, процедила сквозь зубы Мэйлин. — Не награждать его сейчас нужно было бы а, наоборот, под трибунал отдать за то, что он натворил!.. Впрочем… К чему я это говорю? Вы же всё равно мне не поверите, даже если я и расскажу всю правду о том, что же случилось этой ночью в городе! И кто на самом деле победил лунчжи.

— Под трибунал?! О чём это ты сейчас говоришь?! — в недоумении глядя на неё, покачала головой Лиза. — Сестрица Лин-Лин, я понимаю, что ты немного завидуешь Андрэ. Только вот… Я не думаю, что тебе следует говорить такие вещи. Зачем принижать заслуги того, кто сделал почти невозможное? Почему бы вместо этого тебе просто не признать тот факт, что Андрэ — не только выдающийся исследователь нечисти, но ещё и один из лучших в мире борцов с ней? Ведь никто же кроме него не смог поймать живого лунчжи и…

— Чёрт, ну, как же меня это всё бесит! — невесело усмехнувшись, покачала головой Мэйлин. — Хотя, впрочем… — добавила она. — Ничего нового! Всего лишь ещё одно подтверждение того, что в этом мире справедливости ни от кого не дождёшься!

С этими словами она развернулась и, досадливо махнув рукой ушла, ни с кем не прощаясь.

— Подожди, сестра, я с тобой!

Должно быть, испугавшись того, что Мэйлин может в расстроенных чувствах наломать дров, Цзи Юань поспешил вдогонку за ней.

Курбский же, объявив о том, что бесплатное представление окончено и что ему нужно поскорее устроить своего нового питомца в клетке в виварии, также предпочёл удалиться вместе с лунчжи. А я…

Я очень хотела бы рассказать командиру и замкому о том, как же на самом деле всё обстояло и кто был истинным виновником нападения девятиголовой твари на мирных жителей. Да только… Какие у меня имелись доказательства собственной правоты? Слов, которые произнёс Курбский, признавшись в том, что это именно он приманил в город девятиголового монстра, убившего множество людей, не слышал никто кроме меня, Мэйлин и Цзи Юаня. Но те двое, судя по всему, больше и не надеются на то, что справедливость восторжествует. А потому, не станут ничего больше говорить о вчерашнем происшествии. Местные жители, если у них об этом спросят наши командиры, подтвердят, что они лично видели, как Андрэ пленил кровожадное чудище, а значит, и на их показания нам тоже рассчитывать не приходится…

Эх, ну как же всё-таки, мы трое сглупили, позволив Курбскому завладеть пойманным нами монстром! Если бы до прихода Андрэ убили лунчжи или, хотя бы остались там и помогли «сумасшедшему учёному» связать и вытащить из ямы монстра, то нашим словам было бы больше веры. Теперь же всё, что мне и двум моим товарищам остаётся — это признаться в собственном бессилии что-то изменить. А то, ведь, со стороны это выглядит так, будто мы, сами ничего не сделав для поимки чудовища, теперь ещё и клевещем на своего товарища, не побоявшегося в одиночку пленить лунчжи и доставить его в штаб…

Тьфу, как же противно!..

* * *

Нужно ли говорить о том, что настроение у нас троих в последующие несколько дней было хуже некуда? И оно ничуть не улучшилось после того, как командир объявил нам о том, что поездка в Иркутск откладывается на неопределённый срок по той причине, что в Петербурге передумали высылать нам подкрепление. Хотя, наверное, о сорвавшейся поездке по-настоящему и жалели-то одни только Цзи Юань и Мэйлин, мечтавшие после нескольких месяцев разлуки увидеться со своим приёмным отцом. Мне же, по большому счёту, было всё равно…

Хотя, впрочем, скоро выяснилось для нас с моим напарником наметилась другая, куда более интересная командировка. Ну, как сказать, командировка… Правильнее было бы назвать это переводом на новое место службы.

Однажды, когда лето уже близилось к концу и в воздухе веяло дуновением приближающейся осени, командир вновь созвал нас на собрание, где и объявил, что из Петербурга пришёл новый приказ. О том, что в связи с постройкой железной дороги в Маньчжурии, принято решение открыть в Харбине филиал штаб-квартиры отряда «Феникс», поскольку железнодорожным служащим и рабочим то и дело приходится сталкиваться с происками нечистой силы, мешающей прокладывать рельсы. Работы предстоит очень много, поскольку всё придётся делать с нуля. В том числе и возводить здание штаб-квартиры. Вот в Петербурге и решили отправить в Харбин двух участников нашего отряда поскольку опыт "работы" с местной нечистью у нас уже был.

— Я долго думал над тем, кого туда посылать, — между тем говорил Романов. — И пришёл к выводу, что лучшими кандидатами на должность командира и замкомандира нового, харбинского филиала отряда «Феникс» будут Цзи Юань и Аннет.

— Я?! — в изумлении округлил глаза мой напарник, что придало его лицу несколько забавное выражение. — Но я же… У меня вообще нет опыта управления! Как я смогу…

— Прекрасно сможешь! — перебила его Елизавета. — Мы с командиром всё обсудили и пришли к выводу, что кроме вас двоих нам туда и отправить-то некого. Мы с Никки, будучи командующими местным филиалом отряда, не можем ехать в Харбин. Андрэ должен продолжать свои исследования, а значит, он тоже остаётся в Дальнем. Что же касается Мэйлин, то после вашего отъезда она станет единственным участником нашего отряда, который может ощущать присутствие местной нечисти. А, значит, её мы тоже не можем отпустить… В общем, — добавила замкомандира, словно желая подвести итог. — В Харбин едете вы с Аннет. И это не обсуждается. Это всем ясно?

— В принципе, это даже как-то и логично! — немного подумав, кивнула я. — Мы с Юанем — напарники, которые уже неплохо успели сработаться. Мы хорошо ладим друг с другом, а, значит, быстро найдём общий язык и при решении административных и прочих важных вопросов. Кроме того, я могу чувствовать присутствие славянской и европейской нечисти в то время как Юань у нас — главный специалист по нечисти цинской. В конце концов, нас с ним связывают дружеские отношения и…

— И не только дружеские! — добавила Лиза, не слишком деликатно перебивая меня на полуслове. — Впрочем, к делу это не относится. Куда важнее то, что вы двое неплохо ладите и отлично дополняете друг друга в плане магических способностей. А потому если уж кому из всех нас и быть основателями харбинского филиала отряда — так это именно вам, ребята. На этом — всё. Больше тут обсуждать нечего. А сейчас ступайте готовиться к вечернему патрулированию. У вас ещё будет пара недель для того, чтобы успеть завершить здесь все дела и подготовиться к отъезду.

На этом разговор был окончен и мы разошлись по своим комнатам чтобы начать подготовку к очередному вечернему патрулированию. А заодно на досуге как следует поразмыслить над услышанным. И, если честно, мне было совсем непросто свыкнуться с мыслью о том, что уже через каких-то полмесяца нам с моим напарником предстоит переезд в другой город, а в придачу ещё и неожиданное повышение в должности, о котором мы с Цзи Юанем раньше, наверное, и мечтать не осмелились. Из рядовых участников отряда «Феникс» так вот сразу возвыситься до командира и замкомандира… Ну, разве это — не то самое начало головокружительной карьеры, о которой я мечтала ещё в Петербурге, когда жила в фамильном особняке князей Оболенских? Ведь, как говорится, плох тот солдат, который не мечтает стать генералом…

* * *

Поскольку до вечернего патрулирования ещё оставалось много времени, я решила сходить в библиотеку, чтобы немного почитать там в тишине и спокойствии. Тем более, что мне и вправду было бы нелишним прочесть ту книгу, о которой не так давно говорил мой напарник… Как там она называется? Кажется… «Каталог гор и морей», правильно?

Однако, когда я проходила по коридору второго этажа, где располагались жилые комнаты, то внезапно услышала обрывки разговора, привлёкшего моё внимание и заставившего вмиг забыть о посещении библиотеки.

Говорили замкомандира и Мэйлин. Ну, как сказать, говорили, скорее, они спорили, а, возможно, даже и ругались друг с другом.

— Так значит, ты для того хочешь моего брата в Харбин заслать, чтобы он больше не надоедал тебе своими приставаниями? — почти срываясь на крик, допытывалась Мэйлин у Лизы.

— Нет, вовсе не по этой причине, — совершенно спокойно ответила ей замкомандира.

— Не по этой? А по какой же ещё? Разве не ты говорила мне ещё раньше о том, что тебе до чёртиков надоели глупые приставания моего брата? И что было бы просто замечательно, если бы тебе подвернулась возможность перевести Цзи Сяо в другой филиал отряда или же отправить его куда подальше в длительную командировку?

— Говорила… Ну, так что с того? Ты же и сама знаешь о том, что подобные вопросы решаются не на местах, а в Петербурге, в главном ведомстве. Если там было принято решение открыть филиал нашего отряда в Харбине и перевести туда двух наших людей, я-то здесь при чём?

— Да я не об этом! — недовольно фыркнула Мэйлин. — Я спрашиваю тебя, Лиза: почему вы с командиром переводите в тот филиал моего брата, а меня оставляете здесь? Для чего вы хотите нас с ним разлучить? Ты же знаешь, что мы с Цзи Сяо были вместе с самого рождения. Так отчего же?..

— Отчего? — усмехнулась Елизавета. — Вот как раз по этой самой причине, о которой ты сейчас говоришь, сестрица Лин-Лин! Да, вы с Юанем и вправду были неразлучны с рождения. Всю свою пока ещё недолгую жизнь он только и делал, что следовал за тобой по пятам как хвостик. Ты была для него всем: отцом, матерью, лучшим другом и… непререкаемым авторитетом. Юань делал только то, что ты ему велишь, твои интересы были его интересами, твои мечты — его мечтами. Может быть, когда-то это и было хорошо и правильно: то, что он беспрекословно тебя слушался. Но сейчас, когда он давно уже вырос и не нуждается в твоей заботе… Задумывалась ли ты хоть когда-нибудь, сестрица Лин-Лин о том, что такая вот безграничная опека только навредит твоему брату? Что, привыкнув полагаться только на тебя, он рано или поздно превратится в твою безвольную и безмолвную тень? Скажи: ты и вправду желаешь, чтобы твой брат превратился в твою марионетку, не имеющую ни собственной воли, ни стремлений, ни желаний? Ответь: ты и вправду хочешь для него именно этого?

Стоя за дверью комнаты, я слышала, как Мэйлин недоверчиво хмыкнула:

— Если и так… То что с того? И какое тебе может быть дело до моего брата? Ты сама не так давно говорила, что Цзи Сяо тебе безразличен и что как бы он ни старался, ему всё равно не удастся завоевать твоё расположение.

— Так это же совсем другое! — усмехнулась Лиза. — Да, сестрица Лин-Лин, я и в самом деле не испытываю по отношению к твоему брату никаких таких… особых чувств. Вернее… Он нравится мне как надёжный товарищ по службе и как хороший друг, но при этом я не допускаю даже мысли о том, чтобы между нами могло быть что-то большее. Проще говоря, я не люблю его как мужчину и, скорее всего, никогда не полюблю в будущем. Ну, так что с того? Разве романтические чувства или, наоборот, их отсутствие, могут хоть как-то повлиять на уставные отношения или на то, что я вовсе не хочу никому навредить? Уж поверь мне: я отсылаю твоего брата в Харбин вовсе не потому, что мне надоели его, будем прямо говорить, нелепые ухаживания. А по той и только по той причине, что желаю ему добра… Уж поверь мне: лучшее, что ты сейчас можешь сделать — это отпустить Юаня и позволить ему уехать. Пусть он начнёт на новом месте новую жизнь. Жизнь, в которой он сможет в полной мере раскрыть свои способности и таланты. Жизнь, в которой он больше не будет подобием тени, маячившей у тебя за спиной.

— Если бы ты и в самом деле желала добра Цзи Сяо, — фыркнула Мэйлин. — То ты или оставила бы его здесь, в Дальнем или же отправила вместе с ним в Харбин не Аннет, а меня… Я — его сестра. Его единственная родственница, способная о нём позаботиться и уберечь от роковых ошибок. Ты просто не знаешь того, что с нами двумя случилось в прошлом. В противном случае не была бы так уверена в том, что, отсылая Цзи Сяо прочь, ты делаешь ему лучше. Мой брат привык во всём полагаться на меня. И потому он просто не сможет жить по-другому! Не сможет обходиться без меня!

Выпалив всё это, Мэйлин опрометью выбежала из комнаты, чуть не ударив меня при этом дверью по лбу, и стремительным шагом направилась к лестнице, ведущей на первый этаж. На меня она, судя по всему, не обратила ровным счётом никакого внимания. И я была далеко не уверена в том, что она вообще заметила моё присутствие и то, что я была невольным свидетелем случайно подслушанного их с Лизой разговора…

Глава 16: Встреча с лепреконом или «Что, если нам выслушать и другую сторону?..»

— …Сбоку заходи, сбоку! А то уйдёт!

— Да я и так захожу, только там бочки возле забора навалены, попробуй между ними ещё протиснись!

— Да разве я тебе говорила между бочек лезть?! Ты их справа, справа обходи! А я попробую с левой стороны к нему подобраться…

В тот вечер патрулирование у нас с Цзи Юанем выдалось не из спокойных. Чуть ли не до полуночи нам с моим напарником пришлось гоняться за одним маленьким, но при этом до крайности вредным лепреконом. Хотя, вообще-то, принято считать, что такие небольшие создания особых проблем людям не доставляют да и вообще, почти безвредны. Ну, разве что порой могут подстроить недобрую шутку над каким-нибудь бедолагой. Но тут что-то явно пошло не так и обычно благодушный «родственник» гнома вдруг превратился в подлинное исчадие ада. Заявился в дом владельца одного из пабов, расположенного в европейской части города и принялся на серьёзных щах угрожать смертью не только самому хозяину заведения, но и его семье, включая малолетних детей. Понятно, что трактирщик при виде взбесившегося лепрекона перепугался насмерть и помчался за помощью к охотникам на нечисть. Сиречь к нам. К участникам отряда «Феникс».

Признаться, когда во время патрулирования владелец паба подбежал к нам и принялся сбивчиво что-то лопотать на английском, я с трудом смогла понять, чего же он от нас с Юанем добивается. И это при том, что, вообще-то, по иностранному у меня в школе всегда была твёрдая «пятёрка».

С трудом, но я всё же смогла разобраться с тем, о чём говорил англичанин. Оказывается, всё дело было в не иначе как взбесившемся лепреконе, вздумавшем напасть на дом и семью трактирщика…

Да, вот это задачка! О том, что нам делать с лепреконом и как его ловить, у меня и у моего напарника имелись весьма смутные представления. Ни мне, ни Цзи Юаню прежде не доводилось сталкиваться с подобной мелкой нечистью, а потому мы оба даже немного растерялись, узнав о том, что на этот раз нашим противником будет не тысячелетний вампир и не лунчжи, спустившийся, с гор чтобы убивать беззащитных людей, а сказочный карлик на вид кажущийся совершенно безобидным и даже потешным. Однако, владелец паба клялся и уверял нас в том, что лепрекон собирается убить его самого и всю его семью, а потому у нас не было другого выхода, кроме как, прервав патрулирование, немедленно отправляться на охоту.

Бог знает, каких усилий нам с моим напарником стоило выманить внезапно озверевшего «гнома» наружу и, как нам двоим тогда казалось, загнать его в угол. Но зловредный карлик юркнул в щель между сваленными в перед забором бочками и был таков.

— Он ушёл?! — оборачиваясь в мою сторону, с надеждой в голосе спросил напарник.

Я в ответ только покачала головой:

— Нет, этот лепрекон всё ещё здесь. Я чувствую его присутствие… Не переживай: никуда он от нас не денется. Сейчас предпримем что-то вроде обходного маневра и живо его сцапаем!

Мы с Цзи Юанем попытались обойти бочки с двух сторон, да только что толку? Лепрекон оказался слишком хитрым для того, чтобы попасться в такую примитивную ловушку. Он забился в щель между двумя центральными бочками и, сидя в своём убежище, язвительно корчил рожи, явно издеваясь над нами.

— Нет, так дело не пойдёт! — покачал головой мой напарник. — Если это существо прямо сейчас не вылезет… То, боюсь, мне придётся использовать то же заклинание, что и при поимке лунчжи.

— Собираешься заставить землю разверзнуться под тем местом, где он засел? — усмехнулась я. — А кто будет оплачивать вино в бочках, которые ухнут в яму вместе с ним?.. Нет, так у нас с тобой дело не пойдёт! — добавила я. — Нужно придумать что-то другое… Скажи, Цзи Юань, тебе известны способы как можно справиться с лепреконом?

— Нет, я не знаю ни одного из них! — покачал головой мой напарник. — А тебе, Аннет, такие способы известны?

— Тоже не знаю ни одного такого способа! — хмыкнула я. — Однако… Если не ошибаюсь, то почти вся нечисть вне зависимости от её, так сказать, национальности и размеров, боится трёх вещей: холодного железа, огня и проточной воды… Хм, а что, если… Ну, да, точно! Так мы с тобой и сделаем!

Я отвела своего напарника в сторонку, туда, где лепрекон не смог бы случайно подслушать наш с ним разговор, и изложила свой план действий.

— Можно вымыть его из-за бочек, направив туда мощный поток воды, — проговорила я. — Только вот… Что делать после этого? Допустим, мы вытащим лепрекона из его укрытия. И что же дальше? Убивать его мне как-то не хочется, а как его по-другому можно было бы утихомирить, я не знаю.

— Может быть, он успокоится, когда поймёт, что схвачен и что сопротивление бесполезно? — предположил Цзи Юань.

— Ну, да, — кивнула я. — Очень может быть, что это — лучший способ с ним совладать. Остаётся только сообразить, как бы нам ещё удержать лепрекона в ловушке после того, как мы его схватим. Ну-ка, посмотрим, нет ли у нас с собой чего-нибудь подходящего для этой цели…

С этими словами я полезла в сумку, висящую у меня на плече, в которой носила оружие против нечисти и всякую прочую всячину, которая могла пригодиться мне во время патрулирования. И мои пальцы почти сразу же наткнулись на свёрнутую кольцами магическую верёвку… И как это я раньше о ней не вспомнила? Ведь после недавнего сражения с лунчжи, высшее командование обязало нас всех на всякий случай носить с собой магические путы, при помощи которых можно было обездвижить почти любую нечисть. Не подействовала бы она только против «рукотворной» нечисти наподобие големов и некоторых высших стихийных духов. Но лепреконы не относятся ни к первым, ни ко вторым. Остаётся только решить, как же нам сцапать «гнома», поскольку сам он вряд ли согласится покинуть своё убежище…

— Должен же быть какой-то способ, правильно?.. — говорила я, осматриваясь в это время по сторонам, как если бы надеялась увидеть там вещь, которая помогла решить возникшую перед нами проблему.

— Какой-то способ? — в недоумении глядя на меня, переспросил мой напарник. — О чём это ты сейчас говоришь, Аннет?

— Да так… Ни о чём! — махнула я рукой. — Совсем ни о чём! Я только думаю, как бы нам его удержать, только и всего…

И в это время мой взгляд вдруг выцепил из вечернего полумрака рыболовные сети, развешанные для просушки возле соседского дома… А что, если?..

— Есть! — обрадованно завопила я, бросаясь к сетям с такой поспешностью, как если бы от этого зависела вся моя дальнейшая жизнь.

— Что ты хочешь с ними сделать? — спросил Цзи Юань, наблюдая за тем, как я сдёргиваю сети с подпорок, на которых те сушились, и, выхватив из-за пояса нож, отмахиваю от них довольно большой кусок. — Зачем, вообще, они тебе понадобились?

— Ты спрашиваешь, зачем мне нужен кусок рыболовной сетки? — усмехнулась я. — Подожди немного и сам сейчас всё увидишь… Да, и между прочим! — добавила я, вспомнив кое о чём важном. — Юань, у тебя есть с собой магическая верёвка?

— Ну, да, конечно, есть! — всё ещё недоумевая, протянул мой напарник. — Командир велел всё время носить её с собой на патрулировании… А что такое?

— Ничего особенного… Ты можешь мне её ненадолго одолжить?

Пожав плечами, он передал мне кусок светящейся верёвки — точно такой же, как и та, что была у меня.

— Спасибо! Ты — верный друг и надёжный товарищ! — с улыбкой проговорила я, забирая у него обездвиживающие путы. — Теперь я уверена, что тот злокозненный лепрекон от нас сегодня точно не уйдёт!

С этими словами я принялась быстро-быстро переплетать ячейки куска рыболовной сети верёвкой. Особая аккуратность и эстетика тут не требовались, а потому дело у меня шло споро. Так, что уже через пять или десять минут импровизированная ловушка, в которую я планировала поймать лепрекона, была готова.

Мы с моим напарником вернулись к бочкам в углу двора и на всякий случай проверили: на месте ли ещё наша будущая «добыча». Лепрекон был всё ещё там. Он всё так же сидел в своём укрытии и недобро поглядывал по сторонам. Я недоумевала: почему «гном» не сбежал, пока мы с моим напарником где-то ходили? Ведь у него была замечательная возможность улизнуть от нас, так почему же он ею так и не воспользовался? Должно быть, дело в том, что у лепрекона было во дворе паба, некое важное дело, не завершив которое он просто не мог уйти.

— Ну, сейчас ты у меня получишь! — негромко проговорила я, подходя к бочкам сбоку и чертя в воздухе магические знаки при помощи волшебной палочки. — Сейчас узнаешь, как запугивать добрых людей и угрожать им смертью!

С этими словами я направила в щель между бочками целый поток воды, буквально вымывший завизжащего от возмущения лепрекона из его убежища и отправивший его прямиком в сети, которые уже держал наготове мой напарник.

— Ага, попался!!!

Цзи Юань потуже затянул верёвку и пойманный «гном» так и задёргался в ловушке, будучи бессильным из неё вырваться.

— Вы его схватили? Да неужели?! — обрадованный трактирщик уже мчался к нам со всех ног. — Отдайте его мне, я сейчас же брошу его в костёр, чтобы он там как следует поджарился!

— Одну минуточку, сударь! — проговорила я, преграждая ему дорогу и предостерегающе поднимая руку, так, что хозяин паба даже был вынужден попятиться на несколько шагов. — Такого уговора, что мы отдадим вам пойманного нами лепрекона не было. Более того… Нам по уставу не полагается передавать пойманную нами нечисть посторонним людям. К тому же, — добавила я, заметив явное разочарование на лице «жертвы» нападения, уже протягивающего трясущиеся от жадности руки к нашей «добыче». — Что-то мне подсказывает, что дело тут не совсем чисто. Что, если нам выслушать ещё и другую сторону?

— Это вы про него, что ли, сейчас говорите?! — в недоумении вытаращился на меня трактирщик, указывая пальцем на пойманного лепрекона. — Да разве же он хотя бы слово правды скажет? Наверняка что-нибудь соврёт, да так ловко, что вы примите его ложь за чистую монету!

Услышав его слова, лепрекон внезапно заверещал так громко, что Цзи Юань от неожиданности чуть было не выронил импровизированный мешок, в котором он его держал:

— Вор! Гнусный вор! Украл моё сокровище и не хочет возвращать!

— Какое ещё сокровище?! — неподдельно удивилась я. — О чём ты говоришь?

«Гном», поминутно сыпя ругательствами в адрес трактирщика, принялся верещать, что тот обманом отнял у него горшочек с золотом, без которого не может помыслить своей жизни ни один уважающий себя лепрекон. И что лучше бы вору вернуть его сокровище обратно, поскольку счастья оно похитителю уж точно не принесёт, а, скорее, наоборот, превратит его жизнь в настоящий ад. Так, что неминуемое разорение и долговая яма покажутся жадному трактирщику самой меньшей из всех бед которые на него обрушатся.

— Подожди, так значит, — протянула я. — Ты хочешь сказать, что этот человек отнял твоё сокровище, а когда ты пришёл к нему, чтобы вернуть украденное…

— Всё так и было! — взвизгнул лепрекон. — Я только сказал этому воришке, что ждёт его и его семью в будущем, если он не вернёт мне мой горшочек с золотом. А он, решив, что я собираюсь его прикончить прямо здесь и сейчас, сам решил разделаться со мной!

Всё было ясно. И я, обернувшись в сторону нервно кусающего ногти трактирщика, тоном, не терпящим возражений, проговорила:

— Верните ему горшок с золотом. Немедленно! В противном случае не плачьте потом и не жалуйтесь на судьбу, если проклятье, наложенное на вас лепреконом, начнёт сбываться.

— Ишь, чего захотела! — осклабился трактирщик. — Целый горшок золота ему верните, видите ли! Начнём с того, что я это золото вовсе не крал, а честно нашёл. А значит, оно по-праву принадлежит мне!

— Ага! — многозначительно усмехнулась я. — Как там в одном стишке-то говорится? «Тихо стырил и ушёл — называется нашёл»? Так, что ли? Ну, ладно. В таком случае я скажу вам следующее: мы с моим напарником не подряжались выполнять обязанности местного судьи, а потому умываем руки. Сейчас отпустим этого лепрекона и дальше сами с ним разбирайтесь: кто прав, кто виноват. Однако… Что-то мне подсказывает, что вам, господин хороший, лучше было бы не ссориться с нечистью. Потому, что сколь бы безобидной она ни казалась, никто не знает, чего от неё можно ждать. Так что, лучше верните лепрекону похищенное золото пока не стало слишком поздно.

Трактирщик задумался. Видно было, что он колеблется, не зная, как поступить. С одной стороны горшок золота — есть горшок золота, а с другой… С другой лепрекон и вправду может наложить на похитителя его сокровищ страшное проклятье, которое сведёт в могилу не только его самого, но и всю его семью.

— Ладно! — убитым голосом проговорил, наконец, хозяин паба. — Так уж и быть, я верну то, что у него взял. Но пускай он тогда поклянётся, что не станет проклинать меня самого и моих близких.

— Сначала верни горшок! — пискнул лепрекон. — А уж тогда поговорим!

Трактирщик, немного помявшись, ушёл и не было его, наверное, около четверти часа. А когда он вернулся, в его руках был небольшой горшок, прикрытый крышкой, который он по нашему приказу опустил на землю после чего отошёл в сторону на несколько шагов.

— Моё сокровище! — обрадованно завопил «гном». — Оно снова со мной!

— Пока ещё нет! — покачала я головой, делая своему напарнику знак развязать верёвку и выпустить нашего пленника на свободу. — Но сейчас будет.

Вырвавшись из наконец-то отпустившей его ловушки, лепрекон подбежал к стоявшему на земле горшку, наполненному золотыми монетами и, обняв его обеими руками, пустился в пляс. Зрелище это было настолько уморительным, что я с трудом удержалась от того, чтобы не расхохотаться. А затем «гном» высоко подпрыгнул и… буквально растворился в воздухе, как если бы его здесь и вовсе не было. Поклясться, что проклинать «вора» он не будет, лепрекон, понятное дело не успел. А может быть, и не посчитал нужным это делать. Но я была абсолютно уверена в том, что, получив обратно своё сокровище, он не станет делать никого проклинать.

— Вот так-то! — наставительным тоном проговорила я, оборачиваясь в сторону всё ещё расстроенного трактирщика. — В следующий раз подумаете: стоит ли красть сокровища, принадлежащие нечистой силе? А этот случай… Надеюсь, что он послужит вам хорошим уроком!

Сказав так, я сделала своему напарнику жест следовать за мной, после чего развернулась и направилась к выходу со двора.

Только сейчас трактирщик, кажется, окончательно пришёл в себя. Не знаю, то ли заколдованное сокровище лепрекона затмило ему на какое-то время разум, то ли он просто был шокирован встречей с хозяином украденного золота. Но всё это время этот человек вёл себя… прямо так скажем, не вполне адекватно. И только когда «гном» бесследно исчез унеся вместе с собой и своё сокровище, к владельцу паба вновь вернулся здравый смысл. Во всяком случае он больше не шумел и не пытался с нами спорить, более того, даже поблагодарил нас с моим напарником за то, что мы избавили его от опасности в лице взбесившегося лепрекона.

— Не изволите ли заглянуть ко мне в заведение и выпить немного вина? — предложил нам трактирщик. — За мой счёт, разумеется.

Мы с Цзи Юанем переглянулись и дружно покачали головами:

— Нет, мы сейчас при исполнении.

— Ну, тогда, может быть, как-нибудь в другой раз? — продолжал допытываться хозяин паба. — Скажем, завтра? Или, может быть, через неделю?

— В другой раз? Ладно, так уж и быть, заглянем к вам при случае! — пообещала я, уже зная о том, что совсем скоро мы уедем и потому вряд ли нам с моим напарником вообще предоставится подобный случай.

Да и если говорить по-правде, то ни у меня, ни у Цзи Юаня не было ни малейшего желания заходить в трактир, принадлежащий настолько жадному и бесчестному человеку. Которому жажда золота настолько сильно затмила глаза, что напрочь отшибла у него здравый смысл и инстинкт самосохранения. Иначе ведь не стал бы тот трактирщик красть золото у одного из представителей нечистой силы, отлично при этом зная, что наказания в виде проклятья за воровство ему не избежать.

— До чего же неприятный человек! — покачав головой, проговорил мой напарник, когда мы уже возвращались с вечернего патрулирования и были на пол-дороги к штаб-квартире.

— Ага! — кивнула я. — Вот, честное слово, мне даже помогать ему не хотелось. И если бы не то обстоятельство, что проклятье лепрекона могло затронуть всю его семью, включая маленьких детей да не то, что наш прямой долг — бороться с нечистью и защищать от неё обычных людей… То я, наверное, и не стала бы ничего делать.

— Вот и я тоже не стал бы ничего для него делать! — вздохнул Цзи Юань. — Знаешь, Аннет, — добавил он, немного помолчав. — Этот трактирщик напомнил мне одного жадного сановника подвизавшегося возле трона моего настоящего отца. Тот ради богатства точно так же был бы готов не то что рискнуть собственной жизнью, но и продать с потрохами всех своих близких… И что такого уж привлекательного находят некоторые люди в этом жёлтом металле, если ради него готовы на любые грехи и даже на самые страшные преступления?

— Не знаю, если честно! — покачала я головой. — Сама этого понять не могу. Но, как говорил Мефистофель, люди гибнут за металл и с этим трудно поспорить. Не только отдельные люди, целые царства и империи погибали, погнавшись за богатством. И поделом. Потому, что есть вещи куда более ценные чем серебро и золото. Честь, верность, дружба, любовь, наконец…

* * *

Мы замолчали и остаток пути до штаб-квартиры проделали в полном молчании, размышляя каждый о своём. А время между тем уже отсчитывало последние дни, часы и минуты нашего пребывания в Дальнем. Совсем скоро нам с моим напарником предстоит покинуть этот город и отправиться в Харбин…

Интересно, что ждёт нас двоих на новом месте службы? Месте, где мы с Цзи Юанем больше не будем подчинёнными, но сами станем командиром и замкомандира нового подразделения отряда «Феникс»? Подразделения, которое нам придётся создавать с нуля…

Глава 17: Клятва на морском берегу или «С этого дня всё будет по-другому…»

В оставшиеся до отъезда дни я только тем и занималась в свободное от выполнения служебных обязанностей время, что ходила по всей штаб-квартире и осматривала разные помещения. Мне было важно понять: как здесь всё устроено, ведь на новом месте именно мне придётся отвечать за административную, финансовую и хозяйственную часть. Цзи Юань, конечно, пообещал мне помогать. Да только что-то мне подсказывало что на напарника в этом деле мне уж точно полагаться не следует. У него и без того дел в Харбине будет выше головы, а если ещё и это…

К тому же, как Юань и говорил, у него не имелось никакого опыта управления. Должно быть приёмный отец, желая сохранить семейный бизнес за своими родными детьми, не подпускал приёмного сына к документам, касающимся управления и финансов. А может быть, Цзи Юань изначально и не был расположен к подобного рода вещам и потому сам не хотел или не считал нужным во всё это вникать. Во всяком случае, на следующий день после того достопамятного собрания он честно признался мне в том, что ровным счётом ничего в управлении и финансах не смыслит. А потому, будет лучше, если на новом месте службы я возьму это на себя.

Ну, на себя — так на себя. Мне не привыкать: даром, что ли, пусть и не долгое время, но всё-таки была главным бухгалтером на не слишком большой, но при этом вполне себе процветающей фирме? И, уж поверьте: при мне все финансовые дела были в полном порядке. Ни одна копейка не пропала и если бы не то обстоятельство, что наш шеф решил обокрасть своих компаньонов и сбежать с деньгами, подставив при этом меня и водителя под пули бандитов, то…

Впрочем, ладно, не будем вспоминать о плохом. В конце концов та моя жизнь безвозвратно осталась в прошлом. И если о чём-то я сейчас и жалела, так это о том, что никогда больше не увижу и не обниму своего мужа и детей… Как-то им сейчас приходится одним, без меня? Надеюсь, мои родители хотя бы не бросили внуков и пусть немного, но помогают им выстоять перед лицом обрушившихся на них испытаний…

Воспоминания о моей осиротевшей семье вызвали у меня непрошеные слёзы и я украдкой смахнула их рукой, мысленно молясь при этом всем известным мне богам, чтобы моей минутной слабости не заметила замкомандира, которую я попросила устроить мне экскурсию по всему штабу, включая те помещения, куда я прежде вообще не заходила. Скажем, на кухню или в прачечную.

Лиза охотно согласилась помочь, только сразу предупредила о том, что лаборатории и виварий она мне показать не сможет. Я знала о том, что туда запрещён вход всем кроме командира нашего отряда, а также Андрея Курбского, проводившего там свои пугающие эксперименты над содержащейся в виварии нечистью. Мэйлин, впрочем, тоже могла иногда заглядывать в виварий так как она кормила подопытных «животных» и убирала за ними если Курбский был занят другими делами и у него до ухода за «питомцами» просто не доходили руки. Но, поскольку у себя в харбинском подразделении отряда «Феникс» я вовсе не планировала устраивать лабораторию по изучению пойманной нечисти, то отказ замкомандира показать ещё и эту часть помещения тоже не показался мне обидным.

— А где вы заказываете мясо? У кого именно? — расспрашивала я Лизу во время экскурсии по штаб-квартире. — А, понятно… А крупу? А мыло? А дрова? А как нанимаете обслуживающий персонал? Просто ходите по городу и предлагаете местным прийти в штаб, если им нужна работа? А, ясно…

Лиза спокойно и терпеливо отвечала на все мои вопросы и, если видела, что я что-то не понимаю, повторяла всё то же, но более простыми словами хоть я сама её об этом не просила. Вообще, надо сказать, что с нашей замкомандира у меня к этому времени сложились доверительные отношения. Мы с ней были кем-то вроде лучших подруг. Во всяком случае, мне очень хотелось так думать. А вот чего совершенно точно не хотелось — так это расставаться с ней самой и со штаб-квартирой, ставшей для меня вторым домом.

Не радовало меня и то, что Мэйлин, отношения с которой у нас и раньше-то были немного натянутыми, в последнее врем вообще стала избегать встреч со мной. Как если бы ей было неприятно меня видеть! И я отлично понимала в чём тут дело: ну, конечно же, в ревности! Мэйлин ревновала меня к своему брату или, вернее, к тому месту, которое я с некоторых пор заняла в его сердце. И неважно, что это было место не возлюбленной и даже не лучшей подруги, а всего лишь напарницы.

Впрочем, следует признать, что я и сама не слишком хотела сейчас с ней общаться. Мэйлин наверняка стала бы досаждать расспросами о том, какие отношения связывают меня с её братом, а я… Если честно, я и сама затруднилась бы на этот вопрос ответить. Потому, что в последние пару дней Цзи Юань вдруг начал как-то отдаляться от меня. И теперь во время патрулирования всё больше молчал. Казалось, было что-то, тяготившее его, то, что лишало покоя и обычно хорошего настроения. Временами я ловила на себе задумчивый взгляд своего напарника. Но тот, поняв, что я это заметила, тут же притворялся будто он смотрит совсем в другую сторону.

Я была слишком занята подготовкой к отъезду, чтобы всерьёз задумываться об его столь странном и необычном поведении. И, похоже, не только я одна заметила, что с Цзи Юанем творится что-то странное, но и его сестра тоже. Однако, Мэйлин довольно долгое время молчала должно быть, просто не решаясь напрямую спросить меня о своих подозрениях. И я тоже молчала, так как мне нечего было ей сказать…

* * *

Так продолжалось вплоть до самого дня, предшествовавшего нашему отъезду, когда вечером, после патрулирования и ужина, Мэйлин неожиданно подошла ко мне и, отведя в сторону, спросила:

— Ты сейчас очень занята? Нам нужно поговорить кое о чём очень важном.

— Нет, не слишком! — покачала я головой. — Вернее, не то, чтобы я совсем не была занята. Просто, вставать завтра рано предстоит, а потому я бы хотела лечь пораньше, чтобы хорошенько выспаться перед дорогой…

— Успеешь выспаться! — слегка поморщившись, махнула рукой Мэйлин. — Идём! Я и вправду должна многое тебе сказать…

Она потянула меня на улицу, где в этот закатный час было совсем немного прохожих. Туда, где мы с ней могли бы поговорить спокойно и без лишних свидетелей.

— Куда пойдём? — спросила я у сестры моего напарника. — Может быть, в одну из ближайших таверн?

— Нет, — покачала головой Мэйлин. — Лучше давай сходим на берег моря, прогуляемся по пляжу. Ты его теперь не скоро увидишь: в Харбине-то и в его окрестностях моря нет, там только реки да озёра.

— Знаю! — кивнула я, будучи не в силах понять, для чего это она вообще сейчас об этом заговорила.

Будто я маленькая, честное слово! И не знаю, что там, куда мне предстоит переехать, моря нет…

Мы с Мэйлин спустились к самой кромке воды — туда, где море неспешно катило на берег свои волны, подсвеченные золотисто-алым светом заходящего за горизонт солнца. Рядом с нами по песку сновали неугомонные крабы, а в небесах реяли чайки, оглашавшие окрестности своими заунывными криками.

— Похоже, что завтра будет дождь, — проговорила я, указывая на гряду туч, тянущуюся со стороны моря.

— Да, очень возможно, что так оно и будет! — кивнула Мэйлин, явно думая в это время о чём-то своём. — Скажи, Аннет, — добавила она, немного помолчав. — Какие отношения на самом деле связывают тебя с моим братом?

Если честно, я не ожидала того, что она прямо вот так, в лоб спросит меня, а потому даже немного растерялась. Но, уже в следующую минуту взяв себя в руки, задала сестре моего напарника встречный вопрос:

— Тебя интересует то, как я отношусь к твоему брату? Или, может быть, то, как он сам относится ко мне?

— И то, и другое! — усмехнулась Мэйлин. — Иначе разве я стала бы тебя об этом спрашивать?

— Ну-у… — протянула я. — Ты спрашиваешь меня о том, как мы с Цзи Юанем относимся друг к другу? На самом деле, на этот вопрос так сразу и не ответишь. Я могу сказать тебе только то, что он мне нравится. Не только как напарник и друг, но и как мужчина. Однако… Я не обладаю даром телепатии и не умею читать чужие мысли. А потому, не могу знать о том, что думает твой брат по поводу наших с ним отношений и кем для себя он меня считает. Если тебе так важно об этом знать… То, Мэйлин, почему бы тебе не спросить об этом его самого?

— Почему? — хмыкнула Мэйлин. — Да потому, что Цзи Сяо всё равно мне ничего не скажет! Потому, что, по его же собственным словам, он не хочет доставлять мне лишнего беспокойства и переживаний… Как если бы этот дурень не понимал того, что, уходя от прямого ответа, он мне как раз и доставляет и беспокойства, и переживания!

— Должно быть, ты очень сильно переживаешь за своего брата? — вздохнула я. — Что же… Тебя можно понять. Но, я думаю… Думаю, что Лиза была права, говоря о том, что тебе нужно отпустить Юаня и позволить ему жить самостоятельно. Не то, что я против ваших с ним родственных отношений, ты не думай. Просто…

— Просто, ты подслушала тот мой разговор с замкомандира, верно? — хмыкнула Мэйлин и эти её слова прозвучали скорее как утверждение нежели вопрос.

— Да, — кивнула я. — Ты не обижайся на меня и не злись, так уж получилось. Я тогда проходила по коридору и случайно услышала, как ты споришь с Лизой…

— И, конечно же, ты остановилась послушать, чтобы узнать, чем там дело кончится? — снова усмехнулась Мэйлин. — Ладно-ладно, успокойся! — добавила она примирительным тоном. — Я и не собираюсь на тебя обижаться или, тем более, злиться. Но я очень хочу, чтобы ты сказала мне правду об отношениях, которые связывают тебя с моим братом. Поверь, для меня это и вправду очень важно.

— Кажется, я и так сказала тебе правду! — покачала я головой. — О том, что твой брат мне нравится.

— Только лишь нравится? — хмыкнула Мэйлин. — Но ты, ведь, не любишь его на самом деле, верно?

— Если честно… То не знаю! — вздохнула я. — Вернее, пока я и сама не успела разобраться в своих чувствах и…

— И потому не можешь дать ответа на мой вопрос, верно?.. Ладно, я не буду на этом настаивать. Вижу, что Цзи Сяо тебе, по крайней мере, не совсем безразличен и это уже неплохо… Знаешь, — добавила Мэйлин, наклоняясь и подбирая с песка небольшую ракушку, выброшенную на берег морем. — Я хочу тебя кое о чём попросить, Аннет. О том, чтобы ты позаботилась там, на севере, о моём брате вместо меня. Пообещай мне, что ты присмотришь за Цзи Сяо и не дашь ему наделать глупостей, о которых ему придётся жалеть до конца жизни. Я знаю, что брат уже рассказывал тебе о нашем с ним детстве и о том, кто наш настоящий отец, которого он ненавидит больше, чем кого-то ещё в этом мире. Цзи Сяо поклялся вернуться в Цин и вернуть себе титул и положение в обществе. Но, боюсь, что он просто не понимает, какая же это клоака на самом деле — тот самый Запретный город куда он так стремится вернуться. И то, какие страшные преступления с давних времён происходили за этими вроде бы такими неприступными стенами… Наша с ним матушка уже однажды пала жертвой дворцовых интриг и потому я ни за что не позволю, чтобы моего брата постигла та же участь. А это непременно случится, стоит только Цзи Сяо переступить цинскую границу и заявить о своих правах… Так пообещай же мне, Аннет что ты удержишь его в Харбине любой ценой и убережёшь от этого поистине рокового шага!

— Говоришь так, как если бы прямо сейчас собиралась лечь и умереть! — грустно усмехнулась я. — Мэйлин, и что только с тобой случилось? Когда ты стала настолько сентиментальной и в то же время подозрительной? Раньше тебе, кажется, море было по колено, а горы по плечу, теперь же…

— А теперь я просто боюсь того, что в моё отсутствие брат наделает глупостей, которые могут запросто стоить ему жизни! — вздохнула Мэйлин. — Так ты мне обещаешь?

— То, что я позабочусь о твоём брате? Ладно, обещаю! — сдалась я, наконец. — А сейчас давай-ка поскорее вернёмся прежде, чем наступит час отбоя и мы с тобой получим выволочку от командования за то, что где-то шляемся по ночам.

Мы вернулись в штаб-квартиру и, попрощавшись в коридоре, разошлись по своим комнатам. До нашего с моим напарником отъезда оставались считанные часы…

* * *

Утро следующего дня выдалось дождливым и пасмурным. Так, что я даже всерьёз опасалась, что рейс нашего дирижабля отменят. Но к тому времени, когда мы с Цзи Юанем прибыли на лётное поле, уже немного распогодилось и из-за тяжёлых серых туч, заслонявших небо, показался край поднимающегося над горизонтом солнца.

— Похоже, удача сегодня на нашей стороне! — с улыбкой произнесла я, оборачиваясь в сторону своего напарника. — А я уж, признаться, думала, что никуда мы с тобой сегодня из-за отмены рейса не полетим.

Цзи Юань молча кивнул, явно думая при этом совсем о других вещах. И по его нахмуренному и даже слегка мрачному виду я поняла, что он вовсе не разделяет моего оптимизма. Да и вообще… Ещё во дворе штаб-квартиры я заметила, что мой напарник выглядит грустным и немного подавленным. Как если бы перевод на новое место службы и последующее с ним повышение были для него вовсе не радостным событием, а чем-то наподобие личной драмы, а то и трагедии.

— Эй, ну, ты чего?! — попробовала я его растормошить. — Выглядишь так, как если бы собирался взойти на эшафот! Но разве это не ты ещё вчера говорил мне о том, что всё, что ни делается в этом мире — к лучшему? И что даже в плохом следует искать светлую сторону?

— Говорил! — с самым несчастным видом вздохнул мой напарник. — Но, ведь, одно дело просто сказать, а другое…

Он замолчал, устремляя полный грусти и печали взгляд в ту сторону, где располагалась штаб-квартира отряда «Феникс»… Что такое? Неужели это разлука с сестрой подействовала на него настолько угнетающе? Или же?..

Только сейчас я вспомнила о том, что Цзи Юань явно был неравнодушен к нашей замкомандира и хоть сама Лиза не обращала на него ровным счётом никакого внимания, считая всего лишь своим подчинённым, у моего напарника, должно быть, были свои виды и свои надежды на дальнейшее развитие их отношений. Однако теперь, когда нас с ним переводят «за тридевять земель», обо всём этом ему придётся забыть.

Я вспомнила о том, что накануне вечером пообещала Мэйлин позаботиться о её брате, и мысленно вздохнула. Похоже, я слишком уж поторопилась дать ей то обещание. Потому что, боюсь, Цзи Юань и вправду может, поддавшись чувствам, натворить глупостей о которых сам же потом будет жалеть. Например, самовольно покинет новое место службы и рванёт в Дальний только лишь для того, чтобы увидеться с девушкой, которая ему так сильно нравится. Но которой сам он, похоже, совершенно безразличен…

— …Ладно, идём! — только сейчас вспомнив о том, что времени до отлёта осталось уже совсем немного, я потянула своего напарника за рукав.

Тот подчинился, но вид у него при этом был… Ну, да: совсем как у бычка, которого ведут на убой. Ох, боюсь, что если так пойдёт и дальше, то я не сумею выполнить обещания, которое дала Мэйлин. Не сумею должным образом позаботиться о её брате и уберечь его от ошибок, которые запросто могут оказаться роковыми.

А, хотя, впрочем… Кто это, вообще, сказал, что я должна заботиться о своём напарнике и опекать его подобно наседке, квохчущей над цыплёнком? Цзи Юань давно уже не маленький и сам в состоянии о себе позаботиться, так отчего же тогда?..

И потом: а будет ли, в самом деле, лучше для него же, если я стану трепетно оберегать его не только от возможной опасности, но и от любых жизненных трудностей и проблем? Или, может быть, лучше предоставить моему напарнику возможность самому со всем этим разбираться? Так, как это и подобает взрослому и ответственному человеку, коим я хотела его увидеть. Да-да! Именно таким: взрослым, серьёзным и ответственным. А вовсе не безвольной тенью, следующей за мной по пятам и делающей только то, что я ему скажу.

Может быть, Мэйлин, больше всего боявшуюся, чтобы её обожаемый и ненаглядный «Цзи Сяо» не сбежал из дома и не отправился в Цин возвращать себе престол, такое положение дел и устраивает. Но только не меня. В конце концов, Цзи Юань был единственным человеком, на которого я могла бы рассчитывать на новом месте службы. Единственным, кто мог бы мне там помочь и поддержать меня в том случае, если упаднические настроения вдруг возьмут надо мной верх. А значит…

— В общем, так! — проговорила я тоном, не терпящим возражений, глядя при этом в иллюминатор, за которым убегала вниз и отдалялась от нас земля. — С этого дня всё будет по-другому. Может быть, Мэйлин и относилась к тебе так, как если бы ты был её собственным ребёнком или любимой куклой. Может быть, твоя сестра и хотела, чтобы ты был неуверенным в себе и в своих силах настолько, что казался бы беспомощным и неспособным позаботиться не то что о ком-то другом, но даже и о самом себе. Но меня такое положение дел совершенно точно не устраивает. Я хочу видеть рядом с собой не безвольную слабохарактерную тряпку и не беспомощное создание, о котором кто-то должен заботиться и опекать его, а сильного и уверенного в себе мужчину, на помощь, а при необходимость и защиту которого я могла бы рассчитывать. И, видят боги, Цзи Юань, нравится тебе это или нет, но я сделаю тебя именно таким чего бы мне это ни стоило! Сделаю тебя таким человеком, которым твоя сестра сможет по праву гордиться!..

И, словно желая поддержать меня в этом стремлении, Лучик высунул из рюкзака моего напарника заострённую рыже-белую мордочку и коротко тявкнул…

Глава 18: Ну, здравствуй, Харбин или Гостиница с привидением

Несмотря на то, что расстояние от Дальнего до Харбина было меньше, нежели то, что мне пришлось преодолеть во время первого своего путешествия на дирижабле, этот, второй мой перелёт, занял гораздо больше времени. А всё почему? По той простой причине, что император Цин строго-настрого запретил западным державам, в том числе и Российской империи, строить порталы на землях, которые были у него арендованы. Да к тому же, как я понимала, ещё и не везде можно было эти самые порталы построить: нужно было найти такое место, где наш мир как бы соприкасался с параллельным миром из другой Вселенной. А потому, когда мы с моим напарником на рассвете следующего дня добрались, наконец, до места назначения, то были совершенно вымотаны долгой дорогой.

Дирижабль, на котором мы летели, был небольшим и во время полёта его болтало так, что будь здоров. Порой мне даже казалось, что наше воздушное судёнышко того и гляди раздерёт в клочья порывами налетевшего ветра. Или же что в один далеко не прекрасный момент, паровой двигатель вдруг откажет и дирижабль рухнет вниз.

Но ничего такого ужасного, конечно же, с нами не случилось и почти через сутки после вылета из Дальнего мы приземлились на небольшом лётном поле, расположенном неподалеку от Харбина. Там нас, согласно договоренности нашего теперь уже бывшего командира с начальником местного управления уже ждал посыльный, который должен был доставить нас на телеге вместе с багажом в гостиницу, где нам с моим напарником предстояло жить до тех пор, пока не будет отстроено здание местного филиала штаб-квартиры отряда «Феникс». Только вот когда это будет? Бог весть. Потому, что на момент нашего приезда в Харбин строительство штаб-квартиры даже не начиналось. Да что там строительство! У нас ещё даже чертежей проекта не имелось: их только должны были прислать из Петербурга со дня на день.

Посыльный оказался мужиком средних лет, с окладистой бородой. Его одежда, больше подходившая для зажиточного крестьянина чем для путейского служащего, выглядела опрятной и добротной.

— Так значит, вы и есть те господа, которых прислали из Дальнего для борьбы со здешней нечистью? — проговорил посыльный, изучающе глядя на нас.

В особенности, конечно же, на Цзи Юаня, внешность которого была слишком экзотичной для русского офицера коим мой напарник и являлся. Особенно, если учесть, что ко всему прочему он ещё и держал на поводке Лучика, который, поводя по сторонам влажным чёрным носом, с любопытством, свойственным всем без исключения детям — хоть человеческим, хоть звериным, оглядывался по сторонам. Лиса в качестве домашнего питомца, да ещё, к тому же, трёххвостая — тут и вправду было чему подивиться.

— Да, всё верно, — кивнула я. — Мы и есть те два офицера, которых прислали в ваш город для создания нового филиала отряда «Феникс».

— Но ведь этого же просто не может быть! — в недоумении глядя на моего напарника, покачал головой мужик. — Николай Сергеевич говорил мне о том, что к нам должны приехать из Дальнего два офицера из отряда по борьбе с нечистью и что один из этих офицеров — сын знаменитого купца Второва из Иркутска. Того самого, которого во всей России называют не иначе, как «Полотняным королём». Но вы же, вы…

— Всё правильно! — кивнул Цзи Юань. — Я и есть сын купца Второва. Только не родной, а приёмный. А ещё я — командир местного подразделения отряда «Феникс»… Ещё вопросы у вас ко мне будут? Нет? Вот и прекрасно. В таком случае, пожалуйста, отвезите нас с моей спутницей в гостиницу, да поскорее!

— Ладно, отвезём! — Посыльный выглядел растерянным и не скрывал этого. — Позволите у вас ещё кое-что спросить, господин хороший?

— Спрашивайте! — пожал плечами мой напарник. — Только, прошу вас, побыстрее. Мы с моей напарницей провели в дороге весь день и всю ночь, а потому нам не терпится как следует отдохнуть после долгого перелёта.

— Хорошо, — кивнул мужик. — Скажите, а это животное, которое с вами… Это же не обычная лиса, верно?

— Нет, отчего же? — решила я вмешаться, чтобы прекратить все эти расспросы, в которых я сама не видела никакого смысла. — Лучик — самый обычный лисёнок. Ничего необычного в нём нет.

— Но как же?! — не понял посыльный. — Если он самый обычный… То почему же, тогда, у него не один, а целых три хвоста?

— Потому, что у него произошла такая вот странная мутация! — с улыбкой проговорила я.

— Мутация?! — опешил посыльный, который, должно быть, отродясь не слышал такого слову.

— Ну, да! — кивнула я. — Скажите, вам приходилось слышать хоть что-то о науке, называемой генетикой? Ах, не приходилось? Извините, но тогда, боюсь, мне дальше и продолжать этот разговор нет смысла. В общем, коротко говоря, — добавила я. — Всё, что вам нужно знать об этом лисёнке — это то, что три хвоста появились у него не в результате какого-нибудь колдовства, а потому, что так над ним решила подшутить матушка-природа… А сейчас, давайте, наконец, поедем в гостиницу.

— Хорошо, как скажете…

Посыльный помог нам с моим напарником кое-как устроиться на телеге, Лучик улёгся рядом с нами, свернувшись на соломе клубком и прикрыв чёрный мокрый нос одним из трёх своих хвостов. Посыльный вскочил на козлы и щёлкнул кнутом. Телега тронулась с места и поехала в сторону посёлка, которому ещё только предстояло стать небольшим провинциальным городом, а уж потом — и сверкающим разноцветными огнями витрин мегаполису.

* * *

Так началась завершающая часть долгого пути, начавшегося в Дальнем и завершившегося здесь, в Харбине. Который, к слову, тогда больше всего своим видом напоминал большую деревню, центром которой была даже не церковь, а железнодорожное управление, вокруг которого вертелась вся местная жизнь.

По пути я принялась расспрашивать посыльного о том, сильно ли в этих местах шалит нечисть. Ведь, если так подумать, то это именно из-за её разгула нас с Цзи Юанем сюда и направили. Ответ я получила приблизительно такой же, как и в Дальнем, когда пыталась задавать местным жителям тот же вопрос.

— Может, у кого и шалят нечистые, но у меня в доме и во дворе всё тихо, — покачал головой мужик. — А вот за посёлком, там, где поля заканчиваются и лес начинается, а особливо в горах… Там, конечно, уже всякое случается.

— Всякое — это какое? — спросил у него мой напарник. — Какую именно нечисть там видели?

— Да всякую! — махнул рукой посыльный. — И леших, и кикимор, и водяных и много кого ещё. Наше начальство поговаривает, что облюбовала переселившаяся вместе с нами нечисть эти места, чувствует себя здесь как дома. Ну и пакостит, соответственно тоже нехило… Недавно один из наших путейских рабочих в выходной в лес оправился чтобы грибы да орехи пособирать, так примчался он оттуда в посёлок как ошпаренный. Говорит, что в лесу на целую стаю волкодлаков наткнулся. Да ещё и хозяин его по всему лесу водил, так запутал, что насилу смог из его чар вырваться да убежать.

— Какой хозяин? — не поняла я. — Барин, что ли?

— Да не-е! — покачал головой мужик. — Какие тут могут быть баре? Лешак это был. Он его по всему лесу и таскал, чуть, вообще, в трясину не завёл.

— Так значит, — спросила я. — Самая главная и опасная нечисть здесь — это леший?

— Да кто же его знает?! — пожал плечами посыльный. — Кто тут опасный, кто не очень… Нечисть — она нечисть и есть. От неё любому крещённому человеку подальше держаться стоило бы… Никто, ведь, не знает, чего от нечистых ждать!

Вспомнив о том, как мы не так давно с моим напарником чуть ли не до полуночи гонялись за лепреконом — на вид таким безобидным и даже забавным, но на деле оказавшимся весьма опасным, я мысленно вздохнула, соглашаясь с ним. Да, всё правильно: сколь бы безвредной, а порой даже милой или смешной нечисть ни выглядела, людям лучше с ней не пересекаться и уж тем более не пытаться ей вредить. Потому, что последствия могут быть непредсказуемыми, но, по большей части крайне неприятными, а то и фатальными…

Между тем телега въехала в посёлок, представляющий собой центральную улицу, с выстроенными вдоль неё избами и несколько отходивших от неё проулков, разбегающихся в разные стороны подобно лучам. Так, что с высоты птичьего полёта он представлял собой что-то вроде сороконожки. Я знала, что пройдёт какие-нибудь двадцать или тридцать лет и Харбин преобразится, превратившись в город, застроенный каменными домами, со множеством административных зданий, гостиниц, школ, церквей и прочих строений. Но сейчас, в 1899 году его история только начиналась. Сначала посреди чистого поля было воздвигнуто железнодорожное управление, а затем вокруг него уже начали возводиться избы для семей служащих и путейских рабочих. Для тех же, кто не имел возможности или желания вести здесь своё хозяйство, была построена гостиница, куда, собственно говоря, мы сейчас и направлялись. И которая встретила нас таким шумом и гвалтом, что у меня сразу уши заложило.

Из-за дверей гостиницы, которая здесь, по всей видимости, ещё и выполняла функции питейного заведения, неслись безудержный смех и пьяные возгласы, по временам перемежаемые отборнейшей бранью. Несмотря на то, что час всё ещё был довольно ранний, веселье уже шло полным ходом. А может быть, и вовсе не прекращалось со вчерашнего дня? Как бы там ни было, но останавливаться в вертепе, где пиво, вино и кое-что покрепче льются рекой, где мужчины хватают служанок за самые разные места и где звучит такой отборный мат, что даже стены от него краснеют, я вовсе не собиралась. Да и мой напарник, переступивший порог гостиницы и увидевший всё то безобразие, которое творилось в общем зале, в восторг тоже не пришёл.

— Не думаю, чтобы нам стоит здесь останавливаться, Аннет! — негромко проговорил он, отведя меня в сторону. — Хотя, с другой стороны… Разве у нас есть какой-то другой выбор?

— Боюсь, что никакого другого выбора у нас нет! — вздохнула я. — Это — не Петербург, не Москва, не Иркутск и даже не Дальний в котором есть как минимум три гостиницы — по одной на каждую из частей города. А здесь, в этом стихийно выросшем вокруг железнодорожной станции посёлке… Боюсь, что это — единственное место, где мы можем пока остановиться.

— Да, — кивнул Цзи Юань. — По всей видимости, так оно и есть… Ну, что же… Видно, ничего тут не попишешь. Давай подойдём к хозяину сего милого заведения и спросим у него, есть ли в этой гостинице свободные номера.

Протиснувшись между двумя рядами столов, за которыми посетители пили, обмениваясь грубыми и не очень шуточками, играли в карты и заигрывали со служанками, мы с моим напарником оказались возле барной стойки, за которой стояла высокая женщина средних лет, похожая лицом и статью на одну из кустодиевских купчих.

— Вы что-то хотели? — вместо приветствия, лениво поинтересовалась она у нас, попивая при этом дымящийся чёрный чай из кобальтово-синей фаянсовой кружки.

— Да, хотели, — кивнула я. — Мы с моим спутником желаем снять у вас на продолжительный срок два номера.

— На продолжительный срок — это насколько? — продолжая прихлёбывать чай и заедать его баранкой, спросила «купчиха».

— Ну-у… — замялась я, прикидывая, сколько времени займёт строительство штаб-квартиры, учитывая, что к нему никто ещё даже и не думал приступать. — Несколько месяцев, возможно, год или даже больше.

— Год или даже больше? — протянула хозяйка. — Боюсь, я не могу пока сдать вам два номера. Всё, что у меня есть — это один номер. Да только, боюсь, и он вам тоже не понравится.

— Почему это не понравится? — спросил у неё мой напарник.

— А потому… — «Купчиха», зевнув, откусила чуть не половину баранки, после чего прожевала её, запила чаем и только после этого продолжила. — Потому, что в этом номере поселилось привидение. Сколько постояльцев там уже останавливалось — и не счесть. И все они на другое утро убегали оттуда сверкая пятками. Если, конечно, вообще были в состоянии убежать. А то и выносили их оттуда на носилках, да прямиком в больницу и отправляли. После того-то, что они там пережили…

— Привидение?! — усмехнулась я. — Так это же замечательно! Кому как ни нам, участникам отряда по борьбе с нечистью, с ним ещё разбираться?

— Боюсь, вы меня так и не поняли! — покачала головой хозяйка гостиницы. — Привидение, о котором я говорю, на редкость злобное. Оно не просто пугает тех, кто останавливается в том номере, но даже может серьёзно ранить. Несколько моих бывших постояльцев на следующее утро спускались вниз, в общий зал, покрытые синяками и царапинами. Как если бы всю ночь только и делали, что сражались со стаей диких кошек.

— Привидение, которое нападает на людей и царапает их? — проговорила я, едва заметно кивая своему напарнику. — Отлично! Это — как раз то, что нам нужно! Мы снимаем этот номер. Пока — до завтрашнего утра, а дальше уже поглядим по обстоятельствам.

«Купчиха» смерила нас с Цзи Юанем недоверчивым взглядом и пробормотала что-то вроде: «Ненормальные!». Но ключи от номера всё-таки нам протянула:

— Вот, возьмите. Только, если привидение на вас набросится, потом не плачьтесь и не жалуйтесь. Я вас честно предупредила о том, что в этом номере лучше не останавливаться. Но раз уж вы так на этом настаиваете… Что же, пусть будет так.

— Благодарю вас! — Мой напарник с подчёркнутой любезностью и с обезоруживающей улыбкой расплатился за номер и, взяв из рук хозяйки гостиницы ключи, сделал мне знак следовать за ним.

Мы вышли из общего зала в коридор и направились к деревянной лестнице, ведущей на второй этаж.

* * *

Номер, который мы с моим напарником сняли, оказался не так уж и плох. Во всяком случае, он явно превзошёл все мои ожидания. Я-то думала, что нам достанется какой-нибудь клоповник размером чуть побольше собачьей конуры. Но, к моему удивлению, помещение было достаточно светлым и просторным, хоть и обставленным попросту, так сказать, в деревенском стиле.

Никакой изысканной мебели, украшенной позолотой, там, конечно же, не оказалось. Возле стены стояла высокая железная кровать, застеленная стёганым покрывалом. Рядом с ней — деревянный сундук и зеркало. Рукомойник возле противоположной стены, там же — лавка, небольшой стол, парочка стульев да печь. Всё. Впрочем, нет, не всё: были ещё украшенные вышивкой занавески на окнах… Да-а, меблировка не сказать, чтобы роскошная, но, как говорится, где наша не пропадала. В конце концов, если так подумать, то в Дальнем, в нашей прежней штаб-квартире, обстановка была лишь немногим получше.

— Ты посиди пока здесь, а я схожу вниз, принесу нам что-нибудь на завтрак, — произнёс мой напарник после того, как мы вместе с ним разобрали багаж и из подручных средств соорудили лежанку для Лучика.

Которого, к слову говоря, прежде чем переступить порог гостиницы, Цзи Юань поспешно спрятал в своём дорожном рюкзаке. Мы, ведь, не знали: разрешит ли хозяин сего заведения оставить детёныша хули-цзин в номере. Даже если и не заметит три хвоста у нашего питомца, то всё равно может и не позволить нам взять лису в свой номер.

— Ладно, — кивнула я. — Иди. Только, пожалуйста, не вздумай присоединиться к какой-нибудь пьяной компании, пирующей там, внизу. А то не хватало мне ещё приводить тебя в чувство после пьянки. Да ещё к тому же перед предстоящей ночью встречей с местным привидением. От которого, по словам трактирщицы, просто спасу никому нет.

— Ага! — кивнул Цзи Юань, уже стоя возле выхода и берясь за ручку двери. — Если говорить по-правде, то я — не большой любитель спиртного, скорее, наоборот… Ну, ладно, я пошёл. А ты пока осмотрись тут получше, чтобы определить откуда именно может вылезти привидение.

Сказав так, он вышел из номера, оставив меня в одиночестве. Ну, как сказать, в одиночестве: наедине с Лучиком. Который, похоже, уже сейчас ощущал присутствие поблизости какой-то пока неведомой нечисти. Во всяком случае шерсть на загривке лисёнка стояла дыбом, а сам он встревоженно поводил чёрной бусинкой носа по сторонам, а по временам даже предостерегающе рычал.

— Ты чего, малыш? — спросила я, присаживаясь на корточки рядом с детёнышем хули-цзин и успокаивающе поглаживая его по ярко-рыжей спинке. — Тут нет никого кроме нас двоих… По крайней мере, — добавила я. — Мне бы очень хотелось в это верить. Трактирщица говорила, что привидение появляется в этом номере исключительно ночью или, во всяком случае, после захода солнца. Да только вот, боюсь я, что на этот раз оно может прийти значительно раньше.

Говоря так, я взяла Лучика на руки и вместе с ним с ногами забралась на кровать, укрывшись покрывалом. И всё, о чём я могла думать в эту минуту — так это только о том, чтобы мой напарник поскорее вернулся…

Глава 19: «У меня уже есть невеста…» или «Ты что же, боишься привидений?..»

Несмотря на то, что Цзи Юань пообещал мне не задерживаться в общем зале, не было его довольно долго. Так, что мне уже даже начало казаться, что он вообще не появится. Я даже подумывала сама спуститься вниз и увести оттуда моего напарника, который, скорее всего, вопреки своему обещанию, присоединился к одной из пьяных компаний. Но стоило только мне, устав от долгого ожидания, отнести Лучика на его лежанку и направиться к двери, как та сама вдруг открылась и я увидела стоявшего на её пороге напарника, в руках у которого был небольшой поднос со стоявшими там тарелкой и стаканом. На тарелке было несколько разрезанных пополам картошек, политых маслом, а в придачу к ним — жареная куриная ножка. В стакане же, если я правильно поняла, был налит чай, скорее всего, уже подслащенный. По тому, что столовые приборы имелись только в одном экземпляре, я сделала вполне логичный вывод о том, что мой напарник либо уже успел поесть в общем зале, либо не голоден.

— Ух ты! — проговорила я, подходя к Цзи Юаню и забирая у него поднос со своим не то поздним завтраком, не то ранним обедом. — Похоже, у нас сегодня настоящий пир?.. А, и между прочим! — добавила я, решив на всякий случай кое-что у него уточнить. — А ты сам разве не собираешься сегодня есть?

— Нет, не собираюсь! — явно думая о чём-то своём, махнул рукой напарник.

— Да-а? — удивилась я. — И почему же?

— Потому, что уже поел… Думаешь, почему я так долго был внизу, в общем зале?

— Только лишь поел? — не сводя с него подозрительного взгляда, прищурилась я. — Или, может быть, ещё и чего-нибудь покрепче чая или воды выпил?

— Да, представь себе, только поел!.. Говорил же тебе уже о том, что я не любитель алкоголя. А если ты намекаешь на то, что я к тому же ещё и успел пообжиматься с какой-нибудь девицей лёгкого поведения… То тоже нет!

— В самом деле? — усмехнулась я. — А чего тогда ты оправдываешься передо мной, как если бы и вправду был в чём-то виноват?

— Ни почему… — покачал головой Цзи Юань. — Просто, решил, что так будет лучше. Видишь ли, — добавил он, немного помолчав. — Я думаю, что сейчас самое время внести ясность, а то, боюсь, ты так и будешь вечно подозревать меня. В общем, коротко говоря, я не очень хорошо переношу алкоголь. У меня на него аллергия. Что же касается моих отношений с девушками лёгкого поведения… Так это точно не про меня. Во-первых, мне это не интересно — волочиться за каждой юбкой. А, во-вторых, у меня уже есть невеста и я не собираюсь ей изменять пусть даже и до свадьбы.

— Как?!. — опешила я в изумлении глядя на него и будучи почти не в силах поверить в то, что он только что сказал. — Говоришь, у тебя уже есть невеста?! Почему же ты мне об этом раньше ничего не сказал?!

— А должен был? — хмыкнул мой напарник. — Ты не спрашивала меня о моих отношениях с девушками, поэтому я и не говорил. К тому же, не думаю, чтобы моя невеста, которая живёт в Петербурге и которую я, к слову сказать, ещё даже ни разу не видел, могла бы хоть как-то помешать выполнению моих служебных обязанностей. Я всё равно не собираюсь жениться в ближайшие несколько лет, а потому… Не вижу смысла это с тобой и обсуждать. И вообще… Чем попусту болтать, лучше садись-ка за стол да поешь!

В тоне его, обычно мягкого и спокойного голоса на этот раз прозвучали холодные и даже жёские нотки, яснее ясного дающие понять, что этот разговор моему напарнику почему-то неприятен. Хотя… Чего уж тут приятного: быть обручённым с человеком, о котором ты не знаешь вообще ничего, ну, может быть, кроме имени? И неизвестно ещё как бы я сама себя повела на месте Цзи Юаня, вздумай кто-то расспрашивать меня о моей личной жизни.

— Ладно, — примирительным тоном проговорила я, усаживаясь за стол и придвигая к себе тарелку с картошкой и курицей. — И всё-таки… Скажи, а кто она, вообще, такая?

— Кто — «она»?

— Ну, эта твоя невеста…

Цзи Юань вздохнул, должно быть, мысленно при этом ещё и выругавшись. Но затем, всё-таки, соизволил ответить на мой вопрос:

— Мой невеста? — невесело усмехнулся он. — Если честно, понятия не имею кто она такая! Мой приёмный отец много лет назад заключил нашу с ней заочную помолвку через одного из своих петербургских деловых партнёров — дальним родственником той девушки. Я знаю о той барышне только то, что она происходит из старинного боярского рода, но из какого именно, не в курсе. Мне о моей невесте неизвестно абсолютно ничего, даже её имя мне никто не потрудился назвать. Знаю только, что свадьба наша отложена на неопределённое время по причине того, что вся семья той девушки погибла по причине несчастного случая, а дядя, ставший её опекуном, с самого начала был категорически против нашего с ней брака. Правда, приёмный отец договорился, что когда моя невеста достигнет совершеннолетия, они устроят нашу с ней встречу, после которой мы уже сами будем решать: быть нашей свадьбе или же расторжению помолвки.

— О, вот оно что? — покачала я головой, с трудом сдержавшись от того, чтобы не испустить вздох облегчения. — Получается, что это ещё неизвестно: состоится ваша свадьба с той девушкой или же нет?

— Вот именно! — кивнул мой напарник. — Так что, как видишь, нет сейчас никакой необходимости об этом говорить.

— И сколько же лет твоей невесте? — продолжала я у него допытываться.

— Восемнадцать. Так что, до того времени, когда нам с ней придётся решать вопрос о том, быть нашей свадьбе или нет, остаётся ещё почти три года. Сама понимаешь: за это время многое может измениться. И очень может быть так, что мне или ей тогда будет вовсе не до устройства личной жизни.

Я рассудила, что нам и вправду незачем продолжать этот разговор. Гораздо важнее решить, что делать с агрессивным привидением, терроризирующим постояльцев местной гостиницы. О чём я и спросила Юаня после того, как покончила со своим обедом.

В ответ на мой вопрос, напарник только вздохнул и пожал плечами:

— Если честно, — проговорил он, задумчиво глядя в пространство перед собой. — То я вообще не уверен, что нам придётся иметь дело с настоящим призраком. Видишь ли, Аннет, привидения… Ну, я имею в виду обычных, классических привидений… Так вот: они могут только напугать человека своим видом или, скажем, скрежетом заржавленных цепей, но при этом не в состоянии на самом деле кого-нибудь ранить или, тем более, убить.

— Не способны убить? Ой, да ладно?! — не поверила я. — Во множестве фильмов… Ой, то есть, я хотела сказать, книг, говорится о привидениях, встреча с которыми заканчивалась фатально для их героев. А ты говоришь, что привидения фактически безвредны!

— Да, говорю, — кивнул мой напарник. — И ещё раз скажу то же самое! Призраки не обладают физическим телом, чтобы суметь по-настоящему кому-нибудь навредить. Они никак не могут побить или оцарапать человека как бы сильно им того ни хотелось. А все случаи, когда встреча с призраком заканчивалась фатально… Так это только потому, что очевидец в самом что ни на есть прямом смысле пугался призрака до смерти и умирал от разрыва сердца.

— Или, другими словами, от инфаркта, — кивнула я. — Ну да, ну да… Но если та сущность, которая пугает постояльцев этой гостиницы — не привидение… То кто же она, в таком случае?

— Кто? — усмехнулся Цзи Юань. — Да кто угодно! Злой дух, демон, вампир, пришелец из другого мира, наконец… Ещё это может быть какое-нибудь забытое древнее божество, которое, лишившись всех своих почитателей, озлобилось и теперь нападает на людей, чтобы хоть как-то восполнить запасы жизненной энергии. Стихийный дух или дух этого места, которого потревожили во время строительства и который теперь не может найти покоя вот и мстит за это людям… Дальше продолжать?

— Не стоит! — покачала я головой. — В общем, я тебя поняла. Ты считаешь, что вредит постояльцам этой гостиницы вовсе не призрак, а какая-нибудь куда более древняя и опасная сущность. Но если это так… То как же ты собираешься с ней бороться? У нас, ведь, с собой даже нормального арсенала оружия против нечисти нет. Вообще ничего нет кроме пистолетов с серебряными пулями и нашего личного, особого оружия!

— А больше нам ничего и не потребуется! — вытаскивая из-за пояса свою нефритовую флейту и разглаживая слегка помявшуюся кисть, усмехнулся Цзи Юань. — Вспомни, разве во время сражения с лунчжи мы использовали что-то другое?

— Не использовали! — покачала я головой. — Ну, ладно, если ты так говоришь и если настолько уверен в своих словах… То я тебе, пожалуй, поверю. Однако… Что-то мне подсказывает, что этот призрак ещё задаст нам жару.

Мой напарник в ответ только философски пожал плечами. Мол, что будет — то будет, пока же загадывать об этом нечего. А затем, поднявшись со стула, на котором сидел, он заявил, что сходит вниз, в общий зал для того, чтобы отнести посуду…

* * *

День прошёл так себе: ни шатко, ни валко. Должно быть, сказывалась усталость от долгого перелёта, но несколько часов, оставшихся до ужина, я проспала как сурок. Мой напарник в это время был занят изучением пособий для ловцов нечисти, которые он догадался прихватить с прежнего места службы. Естественно, не стянув их просто так, а попросив у командира отряда разрешения взять из библиотеки несколько книг.

Я ещё раньше замечала, что Цзи Юань тратит огромное количество времени на изучение специальной литературы, уделяя при этом особое внимание книгам, в которых рассказывается о разновидностях цинской нечисти. Ну и, само собой о том, как с ней бороться. Меня же куда больше интересовала наша, славянская нечисть. На мой взгляд было во всех этих домовых, кикиморах, леших, болотницах и полевичках что-то такое, особенное: близкое и почти родное.

Иногда я даже не понимала того, а зачем, собственно говоря, с ними нужно бороться? Не лучше ли «подружиться» с домовым, задобрить подарками кикимору, а к местам обитания болотницы или водяного просто лишний раз не приближаться, обходя их «владения» десятой дорогой? Но, к сожалению, далеко не все люди думали так же, как и я. Случайно, а то и намеренно они сами начинали вредить «невидимым» соседям, а потом, когда те выходили из себя и впадали в ярость, искали пятый угол. Ну, или же, забыв обо всём, опрометью мчались к охотникам на нечисть за помощью. Приходилось вмешиваться и разбираться с возникшей «проблемой»…

К тому времени, когда я проснулась, солнце уже опускалось за горизонт и, судя по всему, настало время ужина. И как бы мне ни хотелось пересидеть это время у себя в номере, но на этот раз я всё же решила спуститься вниз вместе со своим напарником. Мало ли, о чём могут говорить за столом другие постояльцы, а также посетители трактира? А вдруг скажут что-нибудь важное? То, что поможет нам с Цзи Юанем хотя бы немного приблизиться к разгадке тайны местного «привидения»…

В общем зале в этот вечерний час было так многолюдно, что как говорится, яблоку негде упасть да и шум стоял соответствующий. Мы с моим напарником кое-как отыскали свободный столик почти в углу у дальней стены и поспешили занять его прежде, чем это сделает кто-то другой.

Усевшись за стол, я взяла в руки меню, написанное от руки на довольно дешёвой сероватой бумаге и принялась его изучать, одновременно прислушиваясь к разговорам других посетителей заведения. Но, в основном, все их беседы касались прокладки железнодорожных путей или строительства зданий, а потому были для меня неинтересными и, если говорить по-правде, то и не очень понятными. Так, что я даже пожалела о том, что вообще пришла сюда этим вечером. Зато мой напарник, похоже, ни о чём не жалел. Ну, разве что о том, что Лучика нам пришлось оставить в номере поскольку приводить лису, тем более, трёххвостую, в общий зал — это было бы уже слишком.

Итак, сидя за столом, я уплетала пшённую кашу, запечённую в горшочке и щедро сдобренную густыми сливками. И в это время моё внимание вдруг привлёк разговор нескольких рабочих, разместившихся за одним из соседних столиков.

— А вы слышали? — сказал один из них, обращаясь к товарищам. — Говорят, что привидение в гостинице поселилось потому, что место это проклято. Тут, мол, в незапамятные времена капище стояло, в котором приносили жертвы какому-то не то древнему богу, не то демону.

Услышав про древнее капище, которое располагалось на месте гостиницы где люди поклонялись какому-то тёмному божеству, я невольно насторожилась. Похоже, вот она: та самая разгадка, которую мы с моим напарником ищем!

— Ты слышал? — слегка толкнула я в бок Цзи Юаня. — Похоже, что прав ты был, когда сказал о том, что местное привидение запросто может оказаться одним из древних, ныне забытых божеств.

— Прав или нет — время покажет, — пожал тот в ответ плечами. — И вообще, давай лучше посидим и послушаем, что они ещё скажут.

Но больше ничего полезного для себя в тот вечер мы так и не услышали. Рабочие за соседним столом как-то слишком уж быстро поторопились перевели разговор на другую тему. Как если бы боялись, что призрак, кем бы он ни был, может случайно их услышать и решить, что раз о нём заговорили, то, значит, приглашают в гости.

Но я почему-то была совершенно уверена в том, что до наступления темноты «привидение» в гостинице уж точно не объявится. А потому не понимала: чего можно бояться сейчас, когда даже солнце ещё не успело сесть за горизонт… Ну, что же! Уже хоть какая-то, но всё-таки зацепка. Хотя, жаль, конечно, что ничего конкретного относительно «личности» зловредного призрака (или кто он там ещё есть) нам так и не удалось узнать.

* * *

Доев свой ужин, мы с напарником вернулись в номер. И там нас ждал весьма неприятный сюрприз. Лучик бесследно исчез. И как мы ни звали его, он так и не соизволил появиться или хотя бы отозваться. Даже флейта Цзи Юаня, при помощи которой тот управлял животными и растениями, оказалась бессильной нам помочь.

Маленький хули-цзин словно в воду канул. Ну, или улетел под небеса.

— Где же он может быть? — встревоженно спрашивала я своего напарника, уже не знаю в который раз пересматривая всю комнату. — Не мог же он, в самом деле, просочиться в дверную щель и убежать?

Мы искали пропавшего лисёнка везде, где только было можно: под мебелью, за занавесками, в сундуке и в шкафу. Но тот словно испарился.

— Пойду поищу его на улице! — вздохнув, проговорил Цзи Юань. — Не мог же его, в самом деле, кто-нибудь украсть?

— А может быть, — предположила я. — Это привидение утащило нашего Лучика? Ох, не нужно было оставлять его здесь одного.

— Но и взять его с собой в общий зал мы тоже не могли! — покачал головой мой напарник. — Что бы сказали другие посетители и хозяйка заведения, если бы увидели лису с тремя хвостами?.. Ладно, ты посиди пока здесь, а я пойду гляну, нет ли Лучика на улице.

С этими словами Цзи Юань направился к двери, намереваясь выйти во двор гостиницы, но я не позволила ему этого сделать.

— С ума сошёл?! — прошипела я. — Уже темнеет. Того и гляди объявится этот призрак или кто он там есть на самом деле. И что же: прикажешь мне одной с ним сражаться? Да хорошо, если это всего лишь обычное, пусть и невероятно злобное привидение, — добавила я. — А если это и вправду какой-нибудь древний бог, озлобившийся на весь белый свет за то, что люди перестали его чтить? С ним-то мне что прикажешь делать?.. Нет уж! Останься здесь, со мной!

— Ты что же, боишься привидений? — едва заметно усмехнулся Цзи Юань. — А я думал, ты смелая. Вон, даже против кровожадного девятиголового лунчжи не побоялась пойти, а тут вдруг чего-то испугалась…

— Боюсь! — честно призналась я. — Против лунчжи я почему не побоялась пойти? Потому, что ты рядом со мной был. А останься я тогда одна… То точно растерялась и не знала бы, что делать. Так, что лунчжи с большой долей вероятности меня слопал бы. И не разговаривали мы бы тогда с тобой сейчас…

— Ладно, будь по-твоему! — сдался, наконец, мой напарник. — Я останусь здесь, с тобой и подожду появления призрака. Ну или кто он там ещё может быть. А Лучик… Будем надеяться, что он просто прогуляться вышел и сам уже совсем скоро вернётся.

С этими словами он сел за стол и взял в руки «Каталог гор и морей», который был его настольной книгой. Я же вытащила из своей дорожной сумки бестиарий где перечислялись виды европейской нечисти и говорилось о том, как с ними бороться.

Всё-таки, что бы мой напарник ни говорил, я всё ещё склонялась к версии о том, что нечистью, терроризирующей постояльцев гостиницы, было обычное, пусть и крайне злобное привидение. Время, однако, уже совсем скоро показало, как же сильно я ошиблась на этот счёт…

Глава 20: Дух столетнего дерева или «Ну что, скажем им правду?..»

Не знаю, сколько времени успело пройти, поскольку в нашем номере не было часов. Да к тому же я сама от долгого ожидания успела задремать, из-за чего происходящее далее в первые мгновения показалось мне всего лишь неожиданным продолжением моего сна. Замечу только, что когда начали происходить всякие странности, то свеча, стоявшая на столе в подсвечнике, уже успела полностью успела догореть, так что Цзи Юаню пришлось убирать огарок и зажигать новую свечу. Но и эта, вторая свечка, тоже успела сгорела где-то на треть, когда комната, погруженная в ночной полумрак, внезапно озарилась ярким зеленовато-золотистым светом, лившимся буквально ниоткуда.

— Вот оно, начинается! — прошептала я, непроизвольно протягивая руку к кобуре с пистолетом, заряженным серебряными пулями.

Хоть при этом отлично знала о том, что серебро против привидений мне уж точно не поможет.

Мой напарник, отложив в сторону книгу, молча вытащил из-за пояса нефритовую флейту и теперь машинально перебирал пальцами нити на её шёлковой кисти, не сводя при этом пристального взгляда с того места, где свечение начинало понемногу сгущаться, принимая пока ещё нечёткие очертания человеческой фигуры. И, судя по всему, фигура эта была женской…

— Эй, ты это на что уставился? — шёпотом спросила я у Цзи Юаня, который будто заворожённый глядел на светящуюся бледно-зелёным светом фигуру.

— Ни на что! Совсем ни на что! — даже не оборачиваясь в мою сторону, покачал тот головой.

Между тем сияние разгорелось с новой силой, образуя некое подобие светящегося кокона. Из которого, подобно новорожденной бабочке, выпорхнула барышня весьма примечательного вида. И дело было даже не в том, что её кожа имела зеленовато-золотистый оттенок и что всё тело незнакомки, как мне показалось, оказалось покрытым татуировками в виде затейливого узора из цветов и листьев. И даже не в том, что особа эта была счастливой обладательницей весьма соблазнительных форм. А в том, что из всей одежды на ней имелась одна только полупрозрачная набедренная повязка. Да и та больше открывала, чем скрывала.

— Ну, ничего себе!.. — невольно вырвалось у моего напарника при виде незнакомки. А затем…

Подобно сомнамбуле, Цзи Юань поднялся со своего места и направился в сторону «позеленевшей» барышни. При этом в его глазах цвета тёмного мёда не было ничего кроме выражения какого-то дикого, почти неистового восторга.

— А ну-ка, стой! Остановись немедленно! — воскликнула я, пытаясь преградить ему дорогу.

Но куда там! Мой напарник попросту взял да и отодвинул меня в сторону после чего продолжил свой путь.

Его движения были механическими как у робота, а дикий восторг смешанный с обожанием и благоговением, запечатлевшийся в глазах — неестественным и почти что пугающим. Особенно, если учесть, что лицо моего напарника сохраняло при этом безразличное, какое-то застывшее выражение. Цзи Юань явно не отдавал себе отчёт в эту минуту. И похоже, был погружен в некое подобие гипноза, который заставлял его — обычно, такого спокойного и рассудительного, творить поистине странные вещи. На меня же саму, впрочем, тот гипноз почему-то не действовал. А это, согласитесь, уже было довольно странно. Если только не сказать подозрительно…

Между тем, подойдя к незнакомке совсем близко, Цзи Юань словно бы против собственной воли, медленно вытянул вперёд руки, очевидно, вознамерившись обнять её. Но стоило ему лишь едва коснуться кожи девушки, как неожиданно сверкнула бледно-зелёная, расцвеченная золотистыми сполохами молния, буквально отшвырнувшая моего напарника в сторону на несколько метров. Так, что тот со всей силы врезался в стену и сполз по ней на пол, растянувшись там подобно тряпичной кукле.

— Негодяй! — внезапно услышала я звенящий от возмущения голос незнакомки. — Как только смел прикоснуться ко мне?!! Разве ты не знаешь, что каждого, кто посмеет вожделеть меня, духа столетнего абрикосового дерева, ждёт наказание? Тебе ещё повезло, что, на самом деле, ты вовсе не такой как все другие. Не такой как те, кто отваживался прикасаться ко мне раньше. Иначе…

— Так, стоп! — остановила я её. — Значит, ты и есть тот самый призрак, который до полусмерти пугает постояльцев этой гостиницы и ранит их?! Не скажешь, зачем ты это делаешь? Разве тебе, как духу природы, полагается нападать на людей? Вот, скажи: моего напарника ты за что сейчас ударила? Разве ты не видела, что он был не в себе и вряд ли вообще понимал, что он творит?

— А пускай не протягивают ко мне свои руки! — фыркнула дух столетнего абрикоса. Которая, по своей сути, была чем-то вроде древнегреческой дриады, только вот оказалась явно азиатского происхождения. — И твой напарник, и все другие мужчины… Тогда и не будут получать по ним. Что же касается этого парня… — добавила она, немного помолчав. — Я думала, что он — не такой как все, что он лучше них, поскольку знает и понимает язык животных и растений. Но, как видно, я всё же ошиблась на его счёт. Он — точно такое же похотливое животное, как и все те, кто приставал ко мне раньше!

— Одеться для начала не пробовала? — фыркнула я, даже обидевшись за своего напарника, которого «дриада» обозвала похотливым животным. — Может быть, тогда твой вид не станет сводить всех встречных мужчин с ума? Ну или, по крайней мере, это у них не будет проявляться так уж явно?

— Одеться? — с сомнением покачала дух столетнего абрикоса. — Боюсь, что это не поможет. Никакая одежда не сможет скрыть воздействие моей особенной ауры. А значит, сомневаюсь, что в ней может быть хоть какая-то польза.

Между тем Цзи Юань уже успел немного прийти в себя. Он сел на полу и помотал головой, как если бы желал прогнать внезапно настигший его морок.

— Не понимаю! — бормотал он. — Ничего не понимаю! Вроде, я же не сделал ничего такого… нехорошего или неправильного! Так за что же меня ударили?!

— Что, ты и в самом деле ничего не помнишь? — усмехнулась дух дерева. — Хотя… — добавила она, прищурившись. — Ты и не можешь об этом помнить. Ну, что же, я тебе так уж и быть, расскажу как дело было. Я ударила тебя молнией за то, что ты пытался меня обнять без моего разрешения. Другие, до тебя, тоже пытались и получали за это ещё более суровое наказание. Тебе же, можно сказать, повезло. Ты в какой-то мере приходишься родственником нам, духам природы, хотя родство это и не настоящее, а духовное. Ты понимаешь язык животных и растений и умеешь подчинять их своей воле. Вот почему отделался легко. Любой другой на твоём месте уже был бы мёртв или же умирал сейчас в страшных муках.

— Ладно, я тебя, в общем-то, понял! — кивнул мой напарник, поднимаясь на ноги и стараясь при этом смотреть куда угодно, но только не на свою собеседницу. — Только вот… Объясни мне, почему я на какое-то мгновение словно лишился чувств: ничего не видел и не понимал?

— Должно быть, это моя аура так на тебя подействовала! — вздохнула «дриада». — Увидев меня ты, подобно всем другим мужчинам, впал в неистовство и не смог думать больше ни о чём другом, кроме как о том, чтобы овладеть мной прямо здесь и сейчас. Я же, будучи введённой в заблуждение твоими способностями, позволила тебе приблизиться ко мне почти вплотную. Поэтому, удар был довольно сильным. Все прочие, кто пытался прикоснуться ко мне, тоже получали по рукам. Но их-то я била сразу, как только понимала, что именно они собираются со мной сделать…

— Всё с тобой ясно! — вздохнула я. — Твоя проблема в том, что некая присущая тебе аура заставляет мужчин терять голову в твоём присутствии. Даже такие, казалось бы, стойкие к магическому воздействию личности, как мой напарник, оказываются не в силах этому наваждению противостоять. Но… Объясни, для какого чёрта ты вообще им являешься если отлично знаешь о том, что последует дальше? Зачем приходишь в этот номер и пугаешь людей, которые здесь останавливаются? Ты что же, специально их провоцируешь, что ли?

— Зачем я прихожу сюда? — усмехнулась дух дерева. — Потому, что хочу попросить о помощи, но в итоге оказываюсь только вынуждена защищаться от бесконечных приставаний… Дело в том, что столетнее абрикосовое дерево, в котором я жила и которое оберегала, оказалось срубленным год назад. Якобы, оно мешало строительству да и вообще занимало слишком много места. Я оказалась лишённой своего дома и была вынуждена обосноваться в подвале гостиницы, которую возвели на том месте, где моё дерево спокойно росло больше сотни лет. Я много над этим думала и в конце концов решила, что раз уж люди погубили моё дерево, то они же должны помочь мне его возродить. Для этого им всего-то и нужно будет, что посадить в землю одну из косточек загубленного ими абрикоса и вырастить из неё новое дерево, в котором я смогу жить.

— Всего-то?! — усмехнулась я. — Просто найти косточку на том месте, где некогда рос твой абрикос и вырастить из неё саженец? Это и вправду всё, что тебе было нужно от постояльцев этого номера?

— Да, — кивнула «дриада». — Это — всё, чего я хочу. Но, к сожалению, у меня нет возможности сказать кому-нибудь об этом. Все люди, которых я видела, появляясь в этом номере, либо пугались моего вида и убегали с криками «Привидение! Это привидение!» или же сходили с ума под воздействием моей ауры и начинали протягивать ко мне руки.

— Ты пообещаешь, что больше никого не станешь тут пугать, если мы выполним твою просьбу? — спросил у неё мой напарник. — Я — командир здешнего подразделения отряда «Феникс», о котором ты, возможно, слышала за свою долгую жизнь. А ещё, как ты уже знаешь, я владею магией управлять животными и растениями, а потому запросто могу вырастить для тебя абрикосовое деревце во дворе нашего штаба. Конечно, когда тот будет построен.

Дух дерева кивнула:

— Да. Я обещаю, что если ты вырастишь для меня новое дерево где я смогу спокойно жить, то я никогда больше не потревожу людей в этой гостинице своим внезапным появлением. Я уйду отсюда и не стану никого больше пугать.

— Ладно, пусть будет так…

Цзи Юань подошёл к «дриаде» и, глядя при этом куда угодно кроме неё самой, протянул ей руку. Дух дерева, немного поколебавшись, пожала его ладонь. Так был заключён договор между духом столетнего абрикосового дерева и моим напарником.

Прежде, чем «дриада» исчезла, я на всякий случай ещё спросила у неё о том, уж не она ли забрала нашего Лучика. Но она ответила, что ей незачем было бы красть маленького хули-цзина или хоть как-то ему вредить. Да, ей известно о том, что Лучик исчез, но сделал он это по своей собственной воле и по крайне важным причинам, а вовсе не потому что кто-то его похитил.

— Ваш лисёнок сам объявится через несколько дней, — проговорила на прощание дух абрикоса. — Не нужно вам его искать, вы всё равно не найдёте его, только потратите впустую своё время и силы. Лучше займитесь куда более важными делами, чем поиски лиса-оборотня, который просто не хочет никому сейчас показываться на глаза.

— Не хочет показываться никому на глаза? — удивилась я. — Но почему же?

— Потому, что настало время его очередной инициации, — ответила «дриада». — Ваш Лучик убежал, чтобы отрастить себе четвёртый хвост. Это — крайне важный период в жизни любой хули-цзин. И нет ничего удивительного в том, что на это время они уходят подальше в леса и пещеры, дабы никто не помешал их медитации. Так что, больше не бегайте по окрестностям и не ищите его. Когда настанет подходящее для этого время, он сам вернётся.

Сказав так, дух столетнего абрикоса исчез, оставив нас с моим напарником в замешательстве и в недоумении молча смотреть на то место, где она только что находилась.

— Получается, прав ты был, когда сказал о том, что никакого призрака в гостинице нет и не было! — покачала я головой. — Однако… Следует признать, что ты и сам хорош оказался! Аура это была или нет, но тебе, дружочек, явно не стоило приставать к духу дерева со всякими глупостями!

— Можно подумать, я сам этого хотел! — обиженно буркнул Цзи Юань. — Просто, когда эта девушка появилась в нашем номере… Я сам не знаю, что со мной случилось и почему это я полностью утратил контроль над собой. Всё было так, как если бы мной, подобно безвольной марионетке, управлял невидимый кукловод. И, если ты думаешь, что такое положение дел доставило мне хоть малейшее удовольствие… То — нет!

— Ладно-ладно, не злись! — примирительно похлопав напарника по плечу, проговорила я, глядя в окно, за которым уже разгорался розовато-алый рассвет. Подумать только: как же быстро ночь успела пролететь! Хотя, с другой стороны, чему удивляться? Сейчас, ведь, уже наступил конец лета, когда темнеет относительно поздно. — Признаться, когда всё это случилось, я и сама была настолько удивлена и растеряна, что с трудом понимала то, что, вообще, происходит.

— Вот и я тоже не понимал, что я делаю и для чего мне это было нужно! — вздохнул Цзи Юань. — Ладно, не будем больше об этом. Поговорим о более важных вещах.

— О более важных вещах? — спросила я у него. — И о каких же именно?

— Дух столетнего абрикоса сказала, что она оставит эту гостиницу и её постояльцев в покое. Но только… Не думаешь же ты что она сделает это просто так, без всяких ответных шагов с нашей стороны? Я понимаю, что своей штаб-квартиры у нас пока в Харбине нет и только боги знают, когда она появится. Но мы, по крайней мере, уже сегодня можем поискать абрикосовые косточки на том месте, где росло столетнее дерево.

— Даже не знаю, получится ли у нас найти хоть одну из них! — вздохнула я. — Дух абрикоса сказала, что её дерево росло точно на том самом месте, где сейчас построена эта гостиница. Так как же мы сможем найти косточки? Разве что, спустимся в подвал и начнём там раскопки… Но я не думаю, чтобы хозяйка сего заведения позволила нам сделать что-то подобное. К тому же…

— На самом деле, — едва заметно усмехаясь, проговорил Цзи Юань. — Нам вовсе нет необходимости лезть в этот подвал. Забыла, разве, о том, что я могу управлять животными и растениями? Нет, я собираюсь позвать к нам на помощь кое-кого из животных… Ну-ка, ответь мне, пожалуйста: кто живёт под землёй?

— Кто живёт под землёй? — протянула я. — Ну, допустим, черви. Ещё, кажется, медведки. Помню, у нас на даче их поначалу видимо-невидимо было, родители просто не знали, что с этими вездесущими тварями и делать…

— Как ты сказала? — переспросил мой напарник. — Медведки? Ну, а кто из зверей на них может быть немного похожим? И кто, подобно медведкам, тоже может разорять огороды? Что, снова не можешь вспомнить?

— Кажется, могу! — кивнула я. — Крот, ну, конечно же! И как это я раньше о нём не подумала?!

— Должно быть, так получилось потому, что ты до сих пор не пришла в себя после ночного происшествия! — многозначительно усмехнувшись, слегка постучал он мне по лбу пальцем

— Эй, кто бы тут ещё об этом говорил?! — фыркнула я. — О том, что было здесь этой ночью. И кто до сих пор ещё не очухался после всего случившегося… Меня-то саму дух абрикосового дерева хотя бы молнией не била. А потому…

— А потому, — не дав мне договорить, быстро произнёс мой напарник. — Давай побыстрее спустимся вниз, в общий зал на завтрак. Выходные, хвала всем богам, наконец, закончились. А, значит, там сейчас должно быть поменьше посетителей, чем это было вчера.

— Хорошо, будь по-твоему, — кивнула я. — А после этого… Думаю, нам и вправду нужно будет поскорее приступать к выполнению хотя бы маленькой части обещания, данного духу абрикоса. Не то, боюсь, она может ещё больше разозлиться, решив, что мы её обманули: пообещали, но ничего даже не плпытались для неё сделать…

* * *

Если говорить по-правде, есть мне не хотелось. Однако я понимала, что день сегодня нам с моим напарником предстоит суетный. Мало того, что нужно искать косточку столетнего абрикоса, так ещё к тому же предстоит нанести визит в управу к одному из основателей будущего мегаполиса.

В общем зале и вправду в этот утренний час оказалось не многолюдно. Поскольку у большинства вчерашних посетителей «трактира» началась рабочая смена, там сейчас не оказалось никого, кроме нескольких постояльцев гостиницы. До которых, судя по всему, каким-то образом долетели слухи о том, что мы с моим напарником этой ночью по-своему разобрались со зловредным "привидением". Так, что стоило нам с Цзи Юанем переступить порог общего зала, как взгляды всех присутствующих разом оказались обращёнными в нашу сторону.

— Смотрите, это же они! — шепотом переговаривались друг с другом сидевшие за столами люди. — Те самые борцы с нечистью из легендарного отряда «Феникс»! Те самые, что обещали избавить нас и эту гостиницу от соседства с привидением и сделали это в неравном поединке с призраком!

—..Ну что, скажем им правду? — легонько ткнула я в бок своего напарника.

— Скажем правду?! — удивился тот. — И о чём же именно?

— О том, что никакого призрака нет и не было. И что «привидение» долгое время терроризировавшее постояльцев «проклятого» номера, на самом деле оказалось духом дерева, которого обидели люди, срубившие его «дом».

— Да нет, наверное, не стоит! — покачал головой Цзи Юань. — Пусть думают по этому поводу что им хочется. Главное же для нас с тобой во всей этой истории — это то что мы уже в первый день после своего приезда уже приступили к выполнению своих обязанностей…

Я молча кивнула, соглашаясь с ним. А тут как раз принесли наш заказ — овсянку на жирном домашнем молоке, поджаристые гренки и чай. И всё моё внимание на следующие несколько минут целиком и полностью переключилось на еду…

Глава 21: Маленькие помощники или Посещение управы

На этот раз хозяйка гостиницы предложила на завтрак блины с разными вариантами начинки. Я заказала блинчики с фруктами и взбитой сметаной, Цзи Юань взял блины с курицей и грибами. Блины, кстати, оказались просто замечательными: пышными, золотистыми, ноздреватыми. Такими, что ел бы и ел, кабы не фигура, которую мне, наверное, стоит поберечь. Мой напарник вот, правда, отнёсся к ним почему-то почти равнодушно. Полчаса уже, наверное, сидел за столом и вяло ковырял вилкой остывший блин, который к этому времени уже успел утратить первоначальную форму и теперь больше всего напоминал своим видом Кайзеровский омлет. Знаете, есть такое блюдо: что-то наподобие сладкой яичницы, которое подают на стол, раздербанив вилкой на рваненькие кусочки? Вот и у Цзи Юаня в тарелке вместо блина образовался как раз такой вот «Кайзеровский омлет».

— Ты это почему не ешь? — спросила я своего напарника.

Но тот в ответ только досадливо махнул рукой:

— Не хочется что-то.

— Почему? Блины невкусные попались?

— Да нет, дело не в этом… Блины, как раз, очень даже вкусные. Просто… Ну, не могу я есть, когда меня преследуют тревожные мысли.

— Тревожные мысли?! — удивилась я. — Ну, и откуда им было бы взяться? И о чём, вообще, можно беспокоиться, если нас с тобой назначили командирами местного подразделения отряда «Феникс», а, значит, повысили в чине и в жаловании?

— Знаю, — уныло кивнул Цзи Юань. — Только вот… Каким это образом моё повышение может избавить мою сестру от возможной опасности? Да, я сейчас — командующий харбинским отрядом по борьбе с нечистью. Но Мэйлин-то осталась в Дальнем! И Лиза, между прочим, тоже с ней. А ещё там Курбский, который может сотворить с ними всё, что угодно… Я боюсь, я в самом деле боюсь за них, Аннет! Что, если Андрэ воспользуется тем, что в отряде осталось всего четыре человека, включая его самого и…

Он не договорил, только скорбно покачал головой и тяжело вздохнул.

Но я и без слов понимала, что хочет сказать мой напарник. Действительно, если так подумать, то наше назначение на новое место службы да ещё и с таким почти немыслимым повышением в должности выглядело если и не подозрительно, то, как минимум, странно. Как если бы кому-то было очень нужно убрать нас с Цзи Юанем из Дальнего. Но зачем? И кому, вообще, это могло понадобиться, если только не Андрэ, который по только ему одному ведомым причинам подбивал колья к Мэйлин? Мой напарник считал, что Курбский делает это ему назло, но… Не смешите мои тапочки, господа! Кто бы, в самом деле, стал приставать к девушке только для того, чтобы досадить её брату? Нет, тут явно было что-то ещё, но, боюсь, что теперь, вдали от прежнего места службы у меня не будет возможности найти ответ на эту загадку.

Однако, вместе с тем мне казалось, что Цзи Юань переживает за сестру и Лизу совершенно напрасно. Эти две барышни совершенно точно не из тех, кто позволит кому-то собой управлять. Андрэ не сможет заставить их делать то, что ему вздумается, ни посулами, ни угрозами. Да и что, вообще, он мог бы им предложить? Чем настолько привлекательным было бы возможно убедить их перейти на свою сторону? В том-то и дело, что ничем! Ну, а насчёт запугивания даже говорить нечего: Лиза и Мэйлин, скорее, сами Андрэ до полусмерти запугают, нежели он их.

Все эти доводы я изложила своему напарнику. Но уже не в столовой, а в нашем с ним номере, куда мы вернулись после завтрака. Цзи Юань меня внимательно выслушал, покивал и, вроде бы, согласился с моими доводами. Но я-то видела, что, на самом деле, тревожные мысли всё ещё продолжали его преследовать несмотря на все мои уговоры.

Однако, у меня не было сейчас ни времени, ни настроения для того, чтобы снова успокаивать своего напарника. Да и Цзи Юань явно не был расположен в то утро к долгим разговорам. Заявив о том, что мы должны немедленно приступить к выполнению обещания, данного духу столетнего абрикоса, он направился во двор гостиницы. Ну а я, разумеется, отправилась следом за ним…

* * *

Найдя во дворе укромный уголок поблизости от хозяйственных построек и вдали от посторонних глаз, мой напарник вытащил свою тёмно-зелёную нефритовую флейту, украшенную алой шёлковой кистью, и заиграл на ней мелодию наподобие той, при помощи которой он призывал Лучика. Я не слишком хорошо разбираюсь в музыке, но даже мне было понятно, что эта мелодия была хоть и похожа на ту, прежнюю, но всё-таки немного от неё отличается. Более лёгкая и незамысловатая, что ли…

— Что это ты делаешь? — спросила я у Цзи Юаня, когда тот закончил играть. — Призываешь крота?

— Крота? — хмыкнул мой напарник. — Нет. Я только сейчас вспомнил о том, что кроты почти ничего не видят, а, значит, он вряд ли сможет сам сюда прийти. Я решил, что в нашем деле не обойтись без посредника, вот и…

Не успел он договорить как где-то совсем рядом с моим правым сапогом послышался негромкий писк. Я скосила взгляд в ту сторону и вниз и…

— Мышь!!! Это же мышь!!! Да какая огромная, гадкая!!!

Мой отчаянный визг был слышен, наверное, на соседней улице.

Цзи Юань как-то странно посмотрел на меня и покачал головой:

— Я-то думал, что ты ничего не боишься, — произнёс он после того, как перемолвился с грызуном несколькими словами на неизвестном мне языке. — А, оказывается, вид всего одной-единственной маленькой мышки способен вогнать тебя в страх и в трепет…

— Но это же мышь!.. — воскликнула я. — Разве ты не знал, что все девушки за очень редким исключением боятся грызунов?

— Не знаю! — снова покачал головой напарник. — Моя сестра мышей, по крайней мере, никогда не боялась и н боится… Хотя, впрочем, — добавил он. — Это к делу не относится… Знаешь, зачем я позвал сюда эту мышку? Чтобы она привела к нам крота, а позднее помогла ему отыскать абрикосовую косточку. Как я уже говорил, крот почти что слеп. Он сам ни за что не сможет найти косточку даже если та и будет лежать в полуметре от него. Мышка, которую я позвал и которую ты, к слову, совершенно незаслуженно обидела, назвав гадкой, станет на время поисков его, так сказать, глазами. В отличие от крота, она отлично видит и потому запросто увидит в раскопе нужную нам вещь.

— Л-ладно! — немного нерешительно кивнула я, глядя как тонкий мышиный хвост исчезает где-то вдалеке. — Если без этой мышки и вправду не обойтись, то я, пожалуй, смирюсь с её присутствием. Однако… В следующий раз, когда ты решись обратиться за чем-то к мышам или крысам, пожалуйста, заранее предупреждай меня об этом, договорились? Чтобы я хотя бы успела мысленно подготовиться к их появлению. И не визжала от неожиданности как сумасшедшая.

— Договорились! — кивнул в ответ Цзи Юань. — А теперь давай немного подождём здесь. Мышка скоро вернётся и при этом не одна.

— Что, хочешь сказать, что она приведёт с собой ещё и других мышей?! — чувствуя, как меня понемногу начинает охватывать самая настоящая паника, взвизгнула я.

— Нет, что ты! — покачал головой напарник. — Мышь приведёт с собой крота. Только и всего. Надеюсь, что хотя бы его ты не боишься?

— Крота? — хмыкнула я. — Крота, вроде бы, не боюсь. Ну, по крайней мере, раньше не боялась.

— Ну, вот и отлично…

Мышь и вправду вернулась, но не так скоро, как рассчитывал мой напарник. Не было её, наверное, где-то с час если только не больше. И когда она появилась, крота с ней не было.

— Он тоже скоро будет здесь, — успокоил меня Цзи Юань. — Крот не может передвигаться днём по земле, он идёт сюда, но по туннелю, который прямо сейчас роет.

И правда. Через пару минут рядом с тем местом, где я стояла, земля вспучилась, образуя небольшой рыхлый холмик. А вслед за тем из-под земли показалась длинная розовая мордочка, испачканная землёй.

— А вот и он! — проговорил мой напарник, присаживаясь на корточки и помогая кроту выбраться наружу. — Ого! Похоже, мышка настолько толково ему всё объяснила, что он уже успел сделать всё, что мне от него было нужно!

При этом я заметила, что Цзи Юань нарочно старался держаться так, чтобы отбрасываемая им тень падала на крота, заслоняя от него яркий солнечный свет. Ну, а дальше мой напарник забрал у крота то, что тот принёс и перебросился с ним и с мышью несколькими словами. Должно быть, так он благодарил своих маленьких помощников.

— Посмотри, что они нашли! — проговорил напарник, показывая мне покрытую землёй косточку.

— Косточка столетнего абрикосового дерева? — покачала я головой. — Надо же! Если честно, я и не рассчитывала на то, что она вообще найдётся. Но даже если и так… То где гарантия, что она прорастёт и даст жизнь новому дереву? Всё-таки, времени со дня гибели абрикоса прошло слишком много и…

— Она непременно прорастёт! — с улыбкой проговорил Цзи Юань. — Или, может быть, ты уже забыла, что я управляю животными и растениями? Причём, не только теми, что живут и здравствуют до сих пор. Но и теми, которые жили когда-то давно. Так, что если только я этого захочу, то у меня прорастёт и даст корни даже палка вон от той метлы не говоря уже об абрикосовой косточке, пролежавшей под землёй в подвале гостиницы чуть больше года.

— Хорошо если так! — кивнула я. — Ну, что же… Я рада уже тому, что мы смогли выполнить первую часть обещания, данного духу дерева. Теперь дело за малым: встретиться с одним из отцов-основателей посёлка и поговорить с ним насчёт выбора места размещения нашей будущей штаб-квартиры… Есть какие-то соображения на сей счёт?

— Ты о выборе места для штаба? Или о встрече с одним из отцов-основателей? — на всякий случай уточнил мой напарник.

— Разумеется, о месте… О чём же ещё? — хмыкнула я. — Скажи, ты уже определился с этим?

— Нет ещё! — покачал головой Цзи Юань. — Однако… Мне кажется, что как только я увижу подходящее место, я сразу же это пойму. Ну, или, в крайнем случае, мне подскажут.

— Кто подскажет? — удивилась я.

— Ну… Деревья. Кусты. Трава. Животные и птицы, наконец. Знаешь, они куда лучше нас разбираются в том, где находятся благоприятные и неблагоприятные зоны. А потому справятся с этой задачей куда успешнее меня.

— Ладно! — махнула я рукой. — Только… Есть и ещё кое-что.

— Да? И что же именно?

— То, что вне зависимости от того, есть у нас настоящая штаб-квартира или нет, нам придётся принимать посетителей, которые будут приходить, чтобы рассказать о своих встречах с нечистью. К тому же, есть у меня кое-какие соображения по поводу формирования здешнего подразделения нашего отряда… В общем, — добавила я, немного помолчав. — Нам нужно найти себе другое жильё. Не дело принимать посетителей и тех, кто захочет вступить в отряд, в гостиничном номере. Это, в конце концов, даже как-то неприлично… А значит, на то время пока здание штаба будет строиться, нам нужно найти для себя квартиру. Только вот не знаю: сдаёт ли здесь кто-то вообще дома или хотя бы комнаты…

— Я тебя понял, — кивнул мой напарник. — Не переживай. Сегодня мы будем в городе, вот и поспрашиваем местных относительно сдачи домов и квартир. А сейчас, думаю, нам нужно поспешить в управу. Поскольку тот человек, с которым мы должны там встретиться, может уехать куда-нибудь по делам. И тогда нам придётся ждать встречи с ним, возможно, не один день.

— Ты прав! — согласилась я с ним. Мы подумаем о поисках дома или квартиры немного позже. А пока посетим управу и выясним, на какие участки для размещения штаб-квартиры мы можем с тобой рассчитывать.

* * *

Николай Сергеевич Свиягин, с которым нам предстояло встретиться в управе, был в конце двадцатого века личностью известной и почти что легендарной. Инженер-путеец, который в своё время прошёл через всю Маньчжурию в поисках места, подходящего для прокладки КВЖД, он был одним из основателей Харбина. Ну, или, вернее, посёлка, выросшего вокруг железнодорожной станции, которая когда-нибудь через несколько десятилетий разрастётся в большой и шумный мегаполис. Если честно, то я даже немного побаивалась этой встречи. Ведь, одно дело читать о какой-то исторической личности в книге, а другое — встретиться с ней лично.

Зря боялась, как вскоре выяснилось. Николай Сергеевич оказался милейшим человеком. Несмотря на то, что у него было великое множество дел, касающихся вопросов прокладки железнодорожных путей, он тепло принял нас с моим напарником в своём кабинете. И, показав нам карту будущего города, предложил самим выбрать участок для строительства нашей штаб-квартиры.

— Конечно, я вовсе не тороплю вас, — произнёс он. — Если хотите, можете дать ответ и через несколько дней. Я распоряжусь, чтобы вам выдали копию этой карты. Так вы лучше сориентируетесь на местности. Ну а, если возникнут какие-то сомнения, то вы всегда можете посоветоваться со мной или же с кем-то из моих помощников.

— Хорошо, тогда сегодня мы с моим напарником осмотрим окрестности посёлка, выберем подходящее место и завтра дадим вам ответ, — кивнула я, подумав о том, что было бы нехудо проконсультироваться по этому поводу и ещё кое с кем. А именно — с духом абрикосового дерева.

Уж кому, как не «дриаде», знать о том, где лучше всего возвести здание штаб-квартиры? Тем более, что у неё есть и свой собственный интерес в этом деле: будущий дом, который мой напарник собирался вырастить из косточки, найденной на том месте, где некогда росло её столетнее абрикосовое дерево.

— В таком случае, жду вас завтра, господа! — проговорил Николай Сергеевич. — Да, и ещё! — добавил он, вспомнив кое о чём важном. — По поводу денег не беспокойтесь, всё будет оплачено. И материалы, и труд рабочих.

Я знала, что из военного ведомства должны были прислать средства на строительство и обустройство нашей будущей штаб-квартиры, но сомневалась, что этих денег окажется достаточно. Скорее всего, напрасно, потому, что как мне было известно, создание отрядов по борьбе с нечистью было в то время одной из приоритетных задач в Российской империи и на это в царском правительстве не жалели ни сил, ни денег.

Мне было интересно: а что, собственно говоря, могло произойти, чтобы «невидимых соседей» развелось столько, что у людей как-то вдруг появилась насущная необходимость с ними бороться. Может быть, всё дело в постройке порталов, соединивших этот мир с мирами, расположенными в параллельных вселенных? Ведь раньше же, если верить историческим хроникам, не было ничего такого! Да, конечно, в избах испокон веков обитали домовые, в лесу — лешие, а в реках и озёрах — водяные и русалки. Но большинство из них старалось избегать встреч с людьми и, в общем-то, особых проблем нашим предкам не доставляли. А стоило кому-то из учёных открыть способ путешествия при помощи порталов, так сразу же и началось это невиданное прежде засилье нечисти. Как если бы она потоком хлынула в наш мир через лазейки, которыми как раз и могли стать эти самые порталы…

Впрочем, кажется, я снова отвлеклась на постороннюю тему. А потому вернёмся лучше к нашему повествованию…

* * *

Итак, покинув управу, мы с моим напарником отправились осматривать окрестности посёлка, который всего через несколько месяцев должен будет превратиться пусть и пока в небольшой, но всё-таки город. Можно было бы, конечно, построить штаб-квартиру и на одной из уже имеющихся улице. Только вот места там явно было маловато для размещения главного здания, окружённого хозпостройками.

Мне понравился невысокий пологий холм, возвышающийся чуть поодаль от посёлка, который казался весь залитым ярким солнечным светом. Здесь уж точно можно не бояться возможных паводков, если протекающая неподалёку река вдруг разольётся в половодье. Да и вообще… Не знаю почему, но мне показалось, что это место было словно пропитано светлой энергией.

— Посмотри, что скажешь насчёт этого холма? — спросила я у своего напарника.

Но тот лишь покачал головой:

— Место и вправду неплохое. Но… Давай, всё же, поищем ещё…

Мы продолжили свои поиски, но ничего более подходящего так и не нашли. В одном, вроде бы подходящем месте, земля оказалась заболоченной и по этой причине совершенно не годилась для строительства. В другом Цзи Юаню не понравилось то, что там не растут деревья и не слышно пения птиц.

— Подозрительное место, не находишь? — спросил он, оборачиваясь в мою сторону. — Животные и растения всегда чувствуют присутствие недоброй энергии и избегают таких мест.

Я кивнула, невольно прислушиваясь при этих его словах к своим собственным ощущениям. Действительно, в этом месте возникает какое-то странное, тягостное чувство. И вправду, тут лучше ничего не строить. Наверное…

В общем, так и не определившись с местом для возведения нашей будущей штаб-квартиры, уже после захода солнца мы с моим напарником вернулись в гостиницу уставшие и голодные до такой степени, что слона впору было бы съесть. А когда после ужина отправились в свой номер, то оказалось, что нас там уже поджидает гость. Или, вернее было бы сказать, гостья…

Глава 22: Начало строительства или Рассказ объездчика

— Признаться, не ожидала увидеть тебя так рано! — проговорила я, обращаясь к стоявшей возле окна «дриаде». Которая, к слову сказать, на этот раз приоделась: на ней было изумрудно-зелёное шёлковое платье.

— Да, — кивнула дух абрикосового дерева. — Я тут подумала, что мне и вправду не стоит показываться на глаза людям в своём первозданном виде, а потому попросила знакомую фею одолжить мне одно из её платьев.

— Очень красиво! — похвалила я. — Тебе идёт… Да, и кстати, — добавила я. — А ты сюда, вообще, для чего сейчас пришла? Да ещё так рано. Я-то думала, что раньше полуночи ты в любом случае не объявишься…

— Пришла для того, чтобы поблагодарить вас за то, что вы уже успели для меня и для моего будущего дерева сделать, — улыбнулась дух дерева. — Ну, и ещё чтобы предложить вам помощь. Я слышала, вы ищите место, подходящее для строительства штаб-квартиры, но не знаете, какой участок вам выбрать. Так вот: я могу вам это подсказать.

— Ты можешь нам помочь с выбором места для штаб-квартиры? — обрадовался мой напарник. — Так это же просто чудесно! Однако… — добавил он, немного помолчав. — Уже совсем стемнело. Я не думаю, что нам следует прямо сейчас отправляться на поиски и…

— Никуда идти вам и не придётся! — покачала головой «дриада». — Просто, опишите мне те места, которые вам приглянулись и я помогу выбрать лучшее из них.

— Какие места нам приглянулись? — протянула я. — Ну, по-правде говоря, таких мест в окрестностях посёлка совсем немного. Мне, например, больше всего приглянулся один холм, который весь словно залит солнечным светом. Если честно, я бы сразу остановила выбор на нём и ничего больше не стала искать. Но мой напарник придерживается другого мнения. Он считает, что мы не должны прекращать поиски до тех пор пока не найдём идеальное место для размещения штаба. И уж точно не должны хвататься за первый попавшийся вариант.

— Холм в окрестностях посёлка, который словно весь залит солнечным светом?.. — хмыкнула дух абрикосового дерева. — Кажется, я знаю, о каком это месте ты говоришь! Когда-то, много сотен лет назад, тут была расположена столица давно канувшего в небытие кочевого народа. А на том холме, который тебе так приглянулся, возвышался древний храм, где хранились некие загадочные реликвии. Увы, несколько столетий назад, ещё задолго до моего появления на свет, тот город был разрушен, а реликвии, которые, если верить слухам, были принесены на землю Небожителями, бесследно исчезли.

— Очень интересная история! — покачала я головой. — Но ты не ответила на наш главный вопрос: можно ли на том холме строить штаб-квартиру? Или, может быть, нам лучше поискать другое, более подходящее место?

— Можно, — немного подумав, кивнула «дриада». — Однако, учтите то, что место это не простое. Реликвии, которые долгое время там хранились, а может быть и до сих пор находятся в тайнике где-то поблизости… Даже мы, духи природы, не знаем о том, насколько сильно они успели изменить энергетику храма и тех земель, на которых он когда-то стоял.

— Ладно, мы тебя, в общем-то, поняли! — кивнул Цзи Юань. — А что насчёт участка возле леса?

— Плохое место! — нахмурилась «дриада». — Очень плохое. Не только из-за древней и опасной нечисти, которая там до сих пор обитает, но ещё и потому, что место это находится в низине и по этой причине его частенько подтапливает во время дождей.

— Странно! — покачал головой мой напарник. — А мне почему-то показалось, что это хорошее место. Во всяком случае ничего такого… предостерегающего, я там не почувствовал.

— Показалось… — усмехнулась дух дерева. — Вот именно, что тебе это только показалось! Это тебе местная нечисть так голову при помощи своей магии заморочила. На самом же деле в той низине даже мы, духи деревьев, стараемся лишний раз не появляться.

— Ладно, тогда, значит, — словно желая подвести итоги этому разговору, сказала я. — Мы, пожалуй, остановим свой выбор на том холме, где когда-то высился древний храм. Не думаю, чтобы намоленное место могло обладать плохой энергетикой или что-то вроде того… В любом случае, — добавила я, обращаясь к «дриаде». — Ты нам здорово помогла с выбором места для штаб-квартиры. За нами — выполнение второй части обещания, касающегося выращивания из косточки твоего нового «дома».

— Да, договорились! — кивнула «дриада». — Ну, а пока я вас покину. Мне уже пора возвращаться в мир духов. Не то, боюсь, грубые энергии материального мира могут не лучшим образом сказаться на моём самочувствии.

Мы попрощались с нашей гостей и та исчезла как и в первый раз: подобно дыму или туману растаяв в воздухе, пропитанным прохладой и сыростью уже совсем близкой осени…

* * *

Ну, а дальше события замелькали одно за другим подобно тому, как мелькают разноцветные стёклышки в калейдоскопе: не успеешь оглянуться, а одно событие уже сменило другое.

После того, как место для строительства нашей будущей штаб-квартиры было выбрано и согласовано с местным управлением, мы приступили к поиску подходящих материалов и к найму рабочих.

Хорошо, что все расходы по постройке взяло на себя военное ведомство. Так, что нам с моим напарником остались только организаторские и административные вопросы. Конечно, кому-то нужно было заниматься финансовыми делами и это взяла на себя я в то время как Цзи Юань обсуждал с рабочими то, как должно будет выглядеть здание и сколько комнат в нём будет. Мудрить с чертежами нам самим тоже не пришлось: из Петербурга прислали готовые, поскольку наша штаб-квартира должна была возводиться по типовому проекту.

Однако, хлопот и забот у нас с моим напарником с этого времени заметно прибавилось. Так, что порой мы с ним уже временами стали даже забывать о том, что нашей главной служебной обязанностью было не руководство строительством, а уничтожение или поимка местной нечисти. И, наверное, совсем забыли бы. Если бы только не одно происшествие, случившееся вскоре после того, как на холме уже был возведён фундамент главного здания и рабочие приступили к строительству кирпичных стен.

Однажды в один далеко не прекрасный день к нам на стройку пожаловал один из офицеров охранной стражи, занимающейся защитой тогда всё ещё строившейся КВЖД от хулиганов, бандитов и прочих асоциальных элементов. Признаться, я удивилась, увидев его рядом с нашей будущей штаб-квартирой, поскольку интересы и задачи отряда «Феникс» и охранной стражи расположены в совершенно разных областях. Мы защищаем местное население от нечистой силы, ну, а стража — от лихих людей да хищного зверя.

— Чем обязаны вашим визитом, господин… э-э… простите, не знаю вашего имени? — проговорил мой напарник, встретивший важного гостя на правах командира местного подразделения отряда «Феникс».

— Начальник штаба охранной стражи Заамурского округа генерал-майор Владимир Викторович Сахаров, — по-военному щёлкнув каблуками, представился офицер.

Имя его показалось мне знакомым, я ещё подумала тогда: где могла его слышать? Может быть, в управе, куда частенько ходила по административным и финансовым делам? Ну, да, скорее всего, так и есть.

— И… Что же за причины привели вас сюда, генерал-майор? — продолжал допытываться мой напарник.

— Дело у меня к вам имеется, господа! — как-то странно усмехнувшись, проговорил Сахаров. — Сегодня утром во время объезда местности два моих подчинённых наткнулись на странный труп… Не желаете ли на него взглянуть?

Мы с Цзи Юанем в недоумении переглянулись.

— Не припоминаю что-то, чтобы осмотр трупов входил в нашу компетенцию! — покачала я головой. — И вообще… Господин Сахаров, боюсь, что вы пришли явно не по адресу. Насчёт трупов — это не к нам, а в полицию следует обращаться.

— Нет, сударыня! — тоном, не терпящим возражений сказал генерал-майор. — Я пришёл как раз-таки по адресу. Это вы, ведь, занимаетесь поиском и уничтожением всякой нечисти?

— Ну, положим, что мы… — не слишком уверенно кивнула я. — А при чём тут наша работа? Как она может быть связана с тем трупом, который обнаружили ваши люди?

— Извините, но этого я не могу вам прямо сейчас сказать! — покачал головой Сахаров. — Тут слишком много посторонних ушей, а я вовсе не хочу, чтобы по всему округу пошли гулять слухи о том, что в Харбине, якобы, появилась нечисть, нападающая на людей. Вы сами всё поймёте. Как только его увидите. Поэтому, попрошу вас проследовать за мной.

Я поняла, что дальнейший спор бессмыслен и бесполезен. И что нам с моим напарником лучше пойти сейчас вместе с генерал-майором. К тому же… Кто может знать, что там ещё за труп такой обнаружили его подчинённые? А вдруг и вправду несчастный стал жертвой нападения кого-то из «невидимых соседей»? Скажем, того же вампира. Ну, или другой, не менее кровожадной и опасной твари?..

* * *

Сахаров привёл нас в подвал местной лечебницы, где за неимением настоящего морга хранились тела умерших или погибших. И где сейчас находился труп, обнаруженный объездчиками.

— Вот он, голубчик! — проговорил генерал-майор, подходя к лежавшему на узком столе телу, накрытому простынёй. — Не изволите ли на него взглянуть?

Стоявший рядом с ним фельдшер откинул в сторону ткань, которой был накрыт труп. Мне ещё показалось, что вся она испещрена буроватыми пятнами и пятнышками, подозрительно похожими на подсохшую кровь. И не ошиблась в этом своём предположении.

Уже примерно догадываясь о том, в каком «хорошем» состоянии было найденное объездчиками тело, я приблизилась к столу, непроизвольно стиснув при этом руку своего напарника. Но то зрелище, которое я увидела, явно превосходило все мои ожидания… Или, может быть, более правильным было бы сказать опасения? Впрочем, неважно…

Я не стану в подробностях описывать все повреждения, которые успела заметить на трупе за ту пару минут, пока имела возможность его рассмотреть. Скажу только, что он весь был покрыт разного размера ранами и царапинами, похоже, оставленными клыками и когтями какого-то, скорее всего, хищного животного. Но уж точно не волка и, тем более, не медведя! Слишком уж мелкими были оставленные на трупе следы зубов. А, скорее, какой-то мелкой живности наподобие крыс. Некоторые части тела отсутствовали напрочь, а лицо было в таком состоянии, что тело не подлежало опознанию.

— Ну, что скажете по этому поводу, господа? — оборачиваясь к нам, спросил Сахаров. — Не правда ли труп этот довольно примечательный?

— Да уж, примечательней просто некуда! — всё ещё находясь под впечатлением от увиденного, покачала я головой. — Однако… Я всё же склоняюсь к мысли о том, что над телом этого несчастного поработали какие-то хищные звери. Возможно, хорьки или горностаи… Не думаю, чтобы это было делом рук нечисти.

— Не думаете, вот, значит, как? — невесело усмехнулся генерал-майор. — А что, если я вам скажу, что мои объездчики видели возле трупа некое странное существо, похожее на помесь обезьяны с летучей мышью? И что это существо даже цапнуло одного из них за палец?

— Где эти объездчики? — сообразив, к чему он клонит, поспешно спросил мой напарник. — Мы можем увидеться с ними прямо сейчас? Ну или, хотя бы так быстро, как это только возможно?

— С одним из них — точно нет, он сейчас на службе, на патрулировании местности, — покачал головой Сахаров. — Что же касается второго, которого та тварь укусила… То здесь он, в больнице.

— В таком случае, — проговорила я, оборачиваясь в сторону фельдшера. — Отведите нас с моим напарником к нему. Немедленно.

* * *

Раненый объездчик находился в изоляторе, расположенном в дальнем крыле больничного здания.

— Мы ведь, не знаем, кто именно его укусил, — произнёс сопровождавший нас фельдшер, открывая перед нами дверь отдельной палаты. — Что, если то животное был бешеным? Поэтому и поместили его в изолятор. Просто так, на всякий случай.

— Боюсь, что животное которое его цапнуло, если это существо вообще можно назвать животным… было не только бешеным, но ещё и… — начал было Цзи Юань. Однако, почему-то, так и не договорив на несколько секунд замолчал, после чего продолжил. — Впрочем, нет, неважно! До тех пор, пока не выясним наверняка, что за животное укусило того человека, я буду верить в то, что всё ещё как-нибудь образуется.

— Эй, у тебя что же, есть уже какие-то подозрения? — осторожно ткнув в бок своего напарника, спросила я.

— Подозрения? — едва заметно усмехнулся тот. — Скорее, предположение. И дай-то боги, чтобы оно не подтвердилось!

По тону его голоса я поняла, что мне не стоит пока расспрашивать Цзи Юаня об этом предположении. В конце концов, мой напарник прослужил в отряде «Феникс» на шесть месяцев дольше меня. Да к тому же ещё будучи цинским принцем по происхождению, он гораздо лучше меня разбирался в местной нечисти. Даром что ли «Каталог гор и морей» давно уже стал его настольной книгой, с которой он почти не расстаётся и то и дело перечитывает её, дабы не забыть ничего важного? И если уж мой напарник с самым серьёзным видом заявляет о том, что положение может оказаться настолько серьёзным, что по сравнению с ним даже угроза распространения бешенства — это ничто, сущие пустяки… То боюсь даже предположить, о чём это там уже успел навоображать Цзи Юань, едва услышав о существе, цапнувшем за палец одного из объездчиков.

— Ну, что, Степан, как ты себя чувствуешь? — проговорил генерал-майор, обращаясь к немолодому бородатому мужчине, лежавшему на больничной койке. — Можешь рассказать этим господам о том, что с тобой сегодня утром приключилось?

— Да получше уж сейчас чем было, ваше благородие, — ответствовал страж. — Рассказать о том, что со мной приключилось? Могу. Отчего бы и нет?.. Значится, — добавил он, оборачиваясь в нашу с Цзи Юанем сторону. — Сегодня поутру, до рассвета ещё, отправился я с моим товарищем по службе — Епифаном его кличут, на объезд местности. И надо же было такому случиться, что возле лесочка, прям вот аккурат рядом с железнодорожными путями, под насыпью, мы с ним наткнулись на труп. Ну, первым делом мы с Епифаном, конечно же, решили, что это бандиты местные того несчастного зарезали. Случаются у нас в округе и такие происшествия порой, знаете ли. Особенно сейчас, когда, по слухам, в Цинской империи неспокойно из-за мятежа этих… как там они их называют? Итэ… ихо… Ну, так называемых боксеров, в общем…

Я кивнула, вспомнив о том, что у нас на дворе — ранняя осень 1899 года. И что сейчас в Цин уже вовсю орудуют мятежники, протестующие против всё набирающей обороты европеизации цинского общества. Между тем объездчик продолжил свой рассказ:

— Мы с Епифаном подошли поближе, чтобы, значится, повнимательней рассмотреть тело и, может быть, анйти какие-нибудь улики. И в это время я вдруг заметил, что на груди трупа сидит небольшой зверёк наподобие белки или крысы, разве что бесхвостой. Дело-то ранним утром было, рассвести не успело ещё, а потому издали и не понять, что это ещё за тварь такая. Ну, белка — и белка. Я подошёл, думал прогнать её, чтоб под руками не мешалась. А эта тварь возьми — да и обернись в мою сторону! Я как её увидел — так сразу же от страха и обмер. Даром, что не из трусливых: сколько лет уж на границах Российской империи служу, с бандитами не раз мне в схватку вступать приходилось. Но бандиты — они, хотя бы, люди. А это… это существо… Не знаю даже как его и назвать. Вроде, зверёк небольшой такой, размером, примерно, с котёнка. Покрыт весь бело-черным мехом. Морда у него похожая на обезьянью, но глаза — что твои плошки, да ещё и жёлтым огнём пылают! Уши навроде как у летучей мыши, но, пожалуй, побольше чем у ней будут. А зубы что у твоей акулы: острые да в два ряда растут! Вот этими-то своими зубищами тварь меня за палец и тяпнула. А потом как заверещит, да как подпрыгнет выше моего роста! Я думал, она мне в лицо метит. Ну, и отпрянул в сторону. А тварь мимо меня шмыгнула в лес да и была такова. Только мы её с Епифаном и видели! Ну, я только тогда вдруг понял, что кровища у меня из прокушенного пальца так и хлещет, так и хлещет. От рубашки своей лоскут оторвал, рану кое-как перетянул, чтобы хотя бы кровь остановить. Да бегом к начальству: докладывать о найденном возле путей теле да о той твари, которая, по всей видимости, того несчастного и загрызла, а меня за палец цапнула…

Слушая его рассказ, мой напарник кивал, явно в это время размышляя о чём-то своём. Но стоило Степану заговорить о загадочном существе, как Цзи Юань тут же оживился.

— Вот! Я так и думал, что без них дело не обошлось! — многозначительно кивнул он.

— Без них — это без кого? — не поняла я.

— Без гуев или, по-другому, могваев… Без кого же ещё?..

Глава 23: «Они и в самом деле об этом говорили?..» или «Разумеется, он меня не послушается!..»

— …Без кого-о?!. — округлила я в изумлении глаза. — Хочешь сказать, что…

Я осеклась только сейчас сообразив, что Цзи Юань всё-таки был уроженцем девятнадцатого века, а значит и видеть нашумевший в середине 1980-х годов фильм «Гремлины», он явно не мог.

— Без могваев, — спокойным, почти невозмутимым тоном повторил мой напарник. — Ой, извини! — добавил он, покачав головой. — Я совсем забыл, что ты не из Цин, а значит, не имеешь ни малейшего понятия о том, кто такие гуи или, как их ещё называют, могваи.

— Ну, кто такие гуи, я, положим, уже знаю! — фыркнула я. — Благо, что ещё в Дальнем на улицах в своё время наслушалась, как местные этим словом называют абсолютно любую нечисть, если только это был не цзянши или не хулицзин.

— В таком случае, — проговорил Цзи Юань, — Ты должна знать и о том, что в Цин так называют демонов, привидений да и вообще, почти любых злых духов. В принципе, большинство из них не способно всерьёз навредить людям. Однако, с этим могваем явно что-то не так. Ну, или же тот человек, которого он убил, сам его и спровоцировал.

— Ага! Облил водой и накормил после полуночи? — не смогла не съязвить я, вновь на какое-то мгновение позабыв о том, что мой напарник кино про гремлинов не видел, хоть, похоже, и знал о настоящих, а не киношных могваях куда больше меня.

— Зря смеёшься! — с самым серьёзным видом покачал головой Цзи Юань. — Не вижу ничего весёлого в том, что сбесившиеся могваи начали нападать на людей. И уж тем более не до смеха, если учесть, что происходит это в непосредственной близости от того места, где мы с тобой живём.

— Ого! — присвистнула я. — Могущественный и отважный Цзи Юань испугался маленького и на вид вполне себе безобидного могвая?

— И вовсе я не испугался его. Просто… Просто нам нужно как можно скорей выяснить, что тут произошло. И почему это у местных гуев, образно выражаясь, сорвало крышу.

— Говорю же: он поел после полуночи! — снова фыркнула я. — Иначе, почему бы тогда…

— Постой, а с чего ты решила, что могваи не должны есть после полуночи? — не без подозрения глядя на меня, прищурился напарник.

Я снова вспомнила о том, что на дворе сейчас, вообще-то, 1899 год. И что Цзи Юань не видел да и не мог видеть того фильма.

— Ну, понимаешь… — протянула я. — В Дальнем однажды подслушала разговор двух стариков. Так вот, один как раз и сказал другому, что могваи могут сбеситься, если их накормить ночью…

— Они и в самом деле об этом говорили? — с сомнением покачал головой мой напарник. — Странно! А я-то думал, что обычные люди, не обладающие магическими способностями, любых упоминаний о нечисти как чумы боятся! Впрочем, к делу это не относится. Думаю, нам нужно попросить второго объездчика отвести нас на место, где был найден труп. Сейчас день. И даже если в лесу и вправду скрывается могвай… Он ни за что не осмелится напасть на нас…

Понятно, что разговор этот происходил вдали от посторонних ушей. Когда мы с моим напарником уже покинули больничное здание и направлялись к городской управе где нам нужно было обсудить кое-какие вопросы, касающиеся хода строительства главного здания нашей будущей штаб-квартиры. На улице, к счастью, почти не оказалось прохожих. Большинство мужчин было сейчас на службе или же на строительстве железной дороги, а женщинам, занятым хлопотами по домашнему хозяйству, по всей видимости, было не до прогулок. Иначе, боюсь, нам двоим не удалось бы избежать в тот день косых взглядов, брошенных в нашу сторону.

Хотя, впрочем, если бы даже кто и увидел нашу с Цзи Юанем шуточную перепалку… Какая, в самом деле, разница, что бы об этом могли подумать люди, с которыми ни я, ни мой напарник не были знакомы лично? Да и вообще… За то время, которое я уже успела провести в отряде «Феникс» ещё в Дальнем, мне и моим подругам по службе не раз приходилось сталкиваться с недоумением, а то и с явным неодобрением окружающих. Прохожие на улице порой провожали нас с девочками косыми взглядами и перешёптывались за нашими спинами, должно быть думая, что мы не слышим о чём это они говорят. Но мы-то прекрасно всё слышали! То, как досужие кумушки судачили о том, что, мол, негоже юным девицам по лесам, полям да городским улицам за всякой нечистью бегать, да ещё к тому же и в мужской компании. И вообще… Чем глупостями заниматься, мол, лучше бы мы себе женихов хороших в столицах на балах искали.

Под «глупостями», конечно же, понималась наша служба. А многие обыватели и вовсе были уверены в том, что мы ничего не делаем и получаем жалованье за то, что целыми днями праздно шатаемся по улицам да изредка устраиваем облавы на всяких там лис-оборотней или, скажем, барабашек. И невдомёк было всем этим людям, что если бы не наш отряд, то их жизнь превратилась бы в сущий кошмар из-за происков нечистой силы. Которая, почуяв безнаказанность, вконец бы распоясалась и жрала простых обывателей пачками. Да и о чём там говорить, если даже при нас иногда случалось, что вампир или, к примеру, лунчжи, нападали на людей и убивали их. Но то, заметьте, были единичные, а вовсе не массовые случаи!..

Я покосилась в сторону своего задумавшегося о чём-то напарника и мысленно вздохнула. Вздыхать вслух я опасалась из-за того, что в этом случае мне уж точно не удалось избежать расспросов со стороны Цзи Юаня. Который, к слову сказать, с каждым днём вел себя всё более и более странно. Казалось, что у моего напарника где-то в душе происходит незримая борьба между его стремлениями и желаниями с одной стороны и личными убеждениями — с другой. Я отлично понимала, что тот сейчас должен чувствовать: горечь потери и боль одиночества, поскольку его помимо воли заставили расстаться не только с любимой девушкой, но и с сестрой, которая долгие годы была для моего напарника единственным близким человеком в этом мире. И которая однажды спасла его от участи, которая была бы во много раз хуже смерти…

Да и я сама чувствовала в последнее время почти то же. В Дальнем, где у меня были подруги с которыми я могла поболтать обо всём и ни о чём, с которыми можно было в выходной день прогуляться по рынку или сходить на пляж, я почти не тосковала о семье, оставшейся в другом мире. Но здесь, в небольшом посёлке, где у меня не было никого кроме напарника, я всё чаще и чаще вспоминала мужа, детей и родителей. Не могла отделаться от мыслей о том, как же они там обходятся без меня…

Эх, если бы только я могла послать им весточку о том, что я жива и что мои дела складываются хотя бы относительно неплохо! Но увы… Не только здесь, но и в моём «родном» мире никто ещё не придумал способа обмениваться сообщениями не только через пространство, но и через время. Без малого сотня лет непреодолимой преградой стояла теперь между мной и моими близкими, с которыми я не могла больше не то что увидеться, но даже и хоть как-то связаться, пусть даже посредством того же телеграфа.

Наверное, лучшим, что я могла бы сделать — это выбросить из головы и из памяти всю свою «прошлую» жизнь. Не думать больше о дорогих для меня людях. Не вспоминать о том, как я была когда-то с ними счастлива, несмотря ни на что. Да только вот… Не уверена, что если я очень сильно этого и захочу, то смогу так вот запросто избавиться от большей части своих воспоминаний.

— А может быть, — тихо проговорила я, ни к кому не обращаясь. — Мне просто нужно начать строить новые воспоминания вместе с другим человеком? С тем, кого я здесь встретила. И который уже стал для меня близким и почти что родным?

— А?.. Ты это о чём сейчас говоришь, Аннет? — оборачиваясь в мою сторону, спросил мой напарник.

— Ни о чём! Совершенно ни о чём! — покачала я головой, уже жалея о том, что у меня невольно вырвалось это восклицание. — Я только сказала, что жизнь — штука сложная и непредсказуемая. И что порой оказывается так, что чем хранить память о времени, которое уже ушло и никогда не вернётся… То, может быть лучше создать для себя новые воспоминания? Те, которые придут на смену уже отжившим и помогут скрасить тебе пусть даже самые сложные моменты жизни.

— Может быть, ты и права! — как-то странно усмехаясь, кивнул Цзи Юань. — Всё правильно: что толку грустить о том, что кануло в Лету? И не лучше ли, оставив прошлое в прошлом, взять и построить для себя то будущее, о котором ты мечтаешь и к которому стремишься?

— Вот как? — хмыкнула я. — А о чём мечтаешь ты сам, Цзи Юань? К какому будущему стремишься?

— Я мечтаю о том, чтобы когда-нибудь, пусть даже через пять, через десять или даже через двадцать лет вернуться в Цин и вернуть себе право на престол.

— Вернуться, чтобы отомстить?

— Нет. Вернуться, чтобы свергнуть нынешнюю, насквозь прогнившую династию. И построить на обломках прошлого новый, более светлый и радостный мир…

* * *

Через пару дней нас с моим напарником вызвали в штаб охранной стражи, с начальником которого мы не так давно уже виделись. Когда за нами прислали ординарца, я сразу поняла: дело плохо. И не ошиблась.

— Степан этой ночью преставился! — огорошил нас печальным известием генерал-майор Сахаров.

— Степан?.. Вы сейчас говорите о том объездчике, которого укусило загадочное животное? — на всякий случай уточнила я.

Генерал-майор кивнул:

— Да. Признаться, я и сам потрясён этой новостью. Подумал даже, что произошла ошибка. Степан, ведь, уже был почти здоров, если не считать небольшой ранки, оставшейся на месте укуса.

— Может быть, он всё-таки подхватил бешенство от того существа? — спросила я.

— Нет. В больнице ему поставили прививку против бешенства, — покачал головой Сахаров. — Да и вообще… Странно это как-то, господа, вам не кажется? Чтобы здоровый взрослый мужик взял да и умер через пару дней после укуса небольшого зверька, предположительно, белки. Пусть даже та и могла быть бешеной.

— Но от чего же он умер? — поинтересовался мой напарник. — Что сказал ваш полковой доктор?

— В том-то и дело, что ничего толком он не сказал! — снова покачал головой генерал-майор. — Сказал только, что, по всей видимости, у Степана обнаружилась какая-то неизвестная до сих пор науке инфекция, которая и свела его в могилу. Но вот что странно! — добавил он, немного помолчав. — Как я и говорил, к тому времени, когда Степана отпустили домой из больницы, он был или, может быть, казался абсолютно здоровым. Рану, оставленную зубами животного, как следует обработали и наложили на неё пару швов. Так, что ничего, как говорится, не предвещало. Однако, прошло всего лишь два дня и всё тело несчастного оказалось покрытым нарывами и язвами. Да, вот так вот сразу — буквально за какой-нибудь час они все вдруг и появились! А ещё через пару часов Степан умер. От чего, почему? Никто не ведает. Доктор провёл вскрытие, но ничего подозрительного так и не обнаружил. Только распорядился как можно скорее закопать, а лучше сжечь труп от греха подальше.

— И вы?.. — спросила я, уже догадываясь, каким будет ответ.

— Распорядился устроить похороны уже сегодня, — ответил генерал-майор. — Мало ли, какую заразу мог подхватить Степан от той твари? Сжигать его тело, это, конечно, уже чересчур. Однако, я не могу позволить, чтобы инфекция, которая его сгубила, пошла гулять по всем окрестностям… Да, и ещё! — добавил он. — Я приказал своим людям прочесать весь лес, но любой ценой поймать ту белку. Доктор сказал, что это необходимо для исследования и профилактики распространения заразы, которую животное переносит.

— Не нужно этого делать! — даже изменившись в лице, поспешно замотал головой Цзи Юань. — Не нужно вашим людям искать в лесу эту… скажем так, белку!

— Почему не нужно? — удивился Сахаров.

— Потому, что это и не белка вовсе. А инфекция, которую она якобы переносит… В общем, это никакая не инфекция… На вашем месте, — добавил мой напарник, немного помолчав. — Я бы распорядился не хоронить Степана в земле, а предать его тело огню. И поскорее. Пока не стало слишком поздно! Всех же, кто хоть контактировал с ним в последние дни и часы его жизни или, тем более, прикасался к его телу после смерти… Всех их нужно отправить на карантин. И если что-то пойдёт не так… То надлежит избавиться от всех этих людей без жалости и сожалений, но так, чтобы не пролить при этом ни капли крови.

— Предать огню?! Избавиться без жалости и сожалений?! — в недоумении воззрился на моего напарника генерал-майор. — Да что за вздор ты несёшь, мальчишка?! Ты, хотя бы понимаешь, о чём, вообще, говоришь?!

— Отлично понимаю! — кивнул Цзи Юань. — Именно поэтому я и осмелился дать вам этот совет. Потому, что отлично знаю о том, с чем мы сейчас имеем дело. И к каким ужасным последствиям это может привести в будущем если сейчас дать слабину и проявить ненужную и неуместную жалость.

Сахаров на пару минут задумался, нервно расхаживая при этом по своему кабинету, после чего обречённо махнул рукой и сказал:

— Распоряжение относительно похорон я отменять не буду. Устраивать карантин для доброй половины гарнизона и почти всего персонала больницы — тоже не собираюсь. Если же что-то пойдёт не так и дело примет скверный оборот… Что же, в таком случае я возьму всю ответственность на себя! Что же касается вас, молодые люди, — добавил он, оборачиваясь в нашу с Цзи Юанем сторону. — То у вас, наверное, запланировано на сегодня немало дел. Что же! Не смею вас больше задерживать. Да, и ещё! Я бы хотел попросить вас никому не рассказывать о нашем сегодняшнем разговоре. Надеюсь, вы и сами понимаете, что это не только в моих, но, также, и в ваших интересах.

— Не беспокойтесь об этом, генерал-майор! — едва заметно усмехаясь, покачал головой мой напарник. — Мы не из болтливых… И всё-таки, — добавил он, немного помолчав. — На вашем месте я бы поспешил принять меры, необходимые для того, чтобы предотвратить распространение… скажем так, инфекции. Впрочем, если не хотите этого делать… Что же, дело ваше! Однако, боюсь, совсем скоро наступит день, когда вы пожалеете об этом своём решении. Да только поздно тогда уже хоть что-то исправлять будет!

Сказав так, он кивком попрощался с начальником штаба охранной стражи и поторопился выйти из кабинета. Я, разумеется, последовала за ним…

* * *

— Слушай, что ещё за страшилки ты сейчас рассказывал Сахарову? — спросила я у Цзи Юаня, когда мы с ним вышли на улицу. — Почему настаивал на том, что тело умершего объездчика нужно немедленно сжечь, а тех, кто с ним хоть как-то контактировал, отправить на карантин? Это потому, что белка, которая его покусала, и вправду переносит какую-то смертельную инфекцию?

— Ну-у, можно и так сказать! — как-то странно усмехнулся Цзи Юань. — Аннет, сегодня ночью я всё выяснил. Зверь, убивший того незнакомца и укусивший одного из объездчиков — это никакая не белка. И даже не могвай, хоть очень на него и похож.

— Не белка и даже не могвай? — повторила я. — Но кто же он, в таком случае?

— Трудно сказать! — покачал головой мой напарник. — Вернее, сказать-то легко, а вот понять или, вернее, принять…

— Так, ладно: не тяни кота за хвост! — прервала я его. — Лучше честно и откровенно скажи: что это ещё за тварь такая тут объявилась?

— Это существо… — на всякий случай оглянувшись по сторонам, дабы убедиться в том, что нас с ним никто не слышит и понизив при этом голос до едва слышимого шёпота, произнёс мой напарник. — Это существо… Оно не животное вовсе. И даже не злой дух, вырвавшийся из преисподней, как вначале я, было, подумал. Оно не менее разумно чем мы с тобой, но при этом напрочь лишено всяких чувств и эмоций. Жалость, сожаление, раскаяние ему не свойственны. И всеми его действиями движут только два инстинкта: поиска еды и размножения. Всё, к чему оно стремится — это сожрать всё более-менее съедобное и оставить после себя как можно больше потомков.

— То есть… — нахмурилась я. — Хочешь сказать, что эта тварь даже не одна? Что их здесь несколько? Если уж она так сильно стремится к размножению…

— К счастью, эта тварь здесь пока только одна! — усмехнулся Цзи Юань. — И, поверь, для размножения ей вовсе не требуется партнёр. Она… Как бы это сказать? Размножается спорами подобно грибам или, может быть, папоротникам, впрыскивая их в кровь своих жертв. Это существо не животное, не растение, не человек и не злой дух, а, скорее, что-то среднее между всем этим — вот что оно такое по своей сути.

— Значит… — многозначительно протянула я. — То объездчик, Степан… Он умер вовсе не от инфекции, а потому, что его изнутри буквально сожрали новорожденные твари, вылупившиеся из спор, попавших в кровь после укуса?!

— Именно! — кивнул мой напарник. — Аннет, ты — невероятно умная девочка. Так быстро об этом догадалась… Теперь-то ты понимаешь, почему я сказал, что нужно поскорее сжечь тело Степана?

— Понимаю! — вздохнула я. — Но, ведь, генерал-майор Сахаров тебя совершенно точно не послушается!

— Разумеется, он меня не послушается! — вздохнул Цзи Юань. — Да и кто бы послушался на его месте? Ведь то, что я посоветовал ему сделать, может поставить под угрозу всю его военную карьеру. А рисковать ею он уж совершенно точно не станет. Лучше рискнёт жизнью ни в чём не повинных людей, которых заживо сожрут расплодившиеся дети похожей на белку твари…

— И что же ты собираешься делать? — спросила я у своего напарника.

Но тот в ответ лишь недоуменно пожал плечами:

— А ничего не собираюсь делать. Генерал-майор Сахаров говорил, что в случае чего он возьмёт всю ответственность на себя. А я… Поступая на службу в отряд «Феникс», я вовсе не подписывался на то, что стану бороться со всякими инопланетными тварями. С нечистью — да. Но не с ними же!

— С инопланетными?!. — опешила я.

— Ну, да. А откуда ещё, как ты думаешь, могла взяться здесь тварь, не похожая своей сущностью ни на одно ныне живущее на Земле существо?..

Глава 24: «Тёмная» сторона порталов или «Хочешь сказать, что я тебе нравлюсь?..»

На какое-то мгновение мне вдруг показалось, что или я сама, или мой напарник, а то и мы с ним оба, сходим или, может быть, уже сошли с ума. Ну, или же у кого-то из нас начался бред, скорее всего, вызванный горячкой. Я даже непроизвольно подняла руку, чтобы проверить, нет ли у моего напарника жара. Но, так и не решившись притронуться к его лбу, сделала вид, что просто хотела поправить свою причёску, слегка растрепавшуюся под порывами уже по-осеннему прохладного ветра.

— Послушай, Цзи Юань! — вкрадчивым голосом протянула я. — А тебя самого, случайно, никакая белочка сегодня не укусила?

— Нет, совершенно точно меня сегодня никто не кусал! — покачал он головой. — И вообще… Может быть, ты уже перестанешь называть меня по фамилии? Я же не называю тебя Анной Оболенской, а зову просто Аннет, правильно? Так почему бы и тебе тоже, в таком случае, не называть меня по имени? Отчего к Мэйлин ты можешь так вот запросто обращаться, а ко мне — нет? Разве мы с ней — не брат и сестра? И разве мы не знакомы с тобой уже достаточно много времени для того, чтобы отказаться от пустых формальностей?

— Хочешь, чтобы я тебя звала просто Юанем? — хмыкнула я. — Или, может быть, лучше тогда уж сразу Цзи Сяо, как это делает твоя сестра? Ой, извини, совсем забыла: Мэйлин не разрешает никому кроме неё называть тебя детским именем!.. Ладно будь по-твоему, — добавила я. — Только вот… Ты мне вот что скажи: откуда тебе стало известно об инопланетном происхождении той твари? И о том, какие инстинкты руководят всем её поведением?

— Долго рассказывать! — усмехнулся мой напарник. — Вчера поздно вечером, когда ты уже спала, я выскользнул из гостиницы и отправился на край посёлка, примыкающий к лесу. Сначала хотел просто встретиться с тем существом и поговорить с ним кое о чём. Но оно так и не откликнулось на мой зов, хоть я отчётливо ощущал его близкое присутствие. Это показалось мне странным: обычно все растения и животные, к которым я обращаюсь, сразу отзываются на звуки моей флейты и делают то, о чём их прошу. Но на этот раз всё было по-другому, как-то… неправильно. И если бы даже тот зверь был могваем… Животная сторона его сущности в любом случае заставила бы его откликнуться на мой призыв. А если этого не случилось… В общем, я пришёл к выводу о том, что эта тварь не является ни животным, ни растением, ни, хотя бы, звероподобной нечистью. А если так, то кто же она?! Я подумал о том, что духам деревьев может быть известно куда больше чем людям, пусть даже и одарённым такими же сверхспособностями как у меня. И вызвал несколькоих из них на беседу. От духов лесных деревьев я и узнал о том, что же, на самом деле, представляет собой то загадочноесущество. И для чего оно прибыло на Землю. Духи деревьев поведали мне ещё и о том, что это своими неразумными действиями люди случайно открыли портал, соединивший наш мир с тем миром, где обитают подобные твари. Когда-то давно, ещё в незапамятные времена, все подобные дыры были запечатаны силами так называемых Девяти Древних. Но теперь, когда учёные заново открыли способ путешествовать при помощи порталов… Да, через них и вправду получается перемещаться в пространстве намного быстрее и дешевле, с этим не поспоришь. Только вот ткань мироздания во время таких перемещений повреждается. А ещё, подобные дыры в пространстве подобно магнитам притягивают к себе обитателей низкоуровневых миров, расположенных в других вселенных, куда нередко и ведут порталы… В общем, коротко говоря: мы сами виноваты в том, что на Землю вновь хлынули толпы существ, которых принято называть нечистью. И если никто не придумает, как снова закрыть порталы, заставив наш и низкоуровневые миры разъединиться… То наша цивилизация может погибнуть, оказавшись в мгновение ока сметённой с лица Земли захватчиками, прибывшими из других, так называемых, тёмных миров… Признаться, я вовсе не хотел во всё это ввязываться, благо, что у меня других дел выше головы накопилось. Но, видимо, придётся. Потому, что, будучи командиром харбинского подразделения отряда по борьбе с нечистью, я должен защитить от неё обычных людей. А может быть, и весь этот мир. Потому, что угроза вторжения на Землю злобных существ из других вселенных — это не шутка, а серьёзная опасность, которая подобно дамоклову мечу нависла над всеми её обитателями. И то, что этого до сих пор пока не случилось — это не закономерность, а почти неслыханное везение для людей.

— Так я и думала! — воскликнула я, выслушав весь его длинный рассказ. — Мне тоже показалось, что проблема непомерно расплодившейся в последние годы нечисти может быть связана именно порталами… Кому и когда, вообще, пришла в голову мысль использовать их для перемещения в пространстве?

— Ну, кому именно — этого я тебе, пожалуй, не скажу! — покачал головой Юань. — Над проектом использования порталов в качестве способа перемещения в пространстве работало несколько исследовательских групп. О том, что все испытания завершились успехом, почти одновременно заявили учёные в Российской империи, в Европе и в Америке. Так что, честь считаться первооткрывателем этого до крайности сомнительного изобретения до сих пор оспаривается. Что же касается вопроса о том, когда это было… Ну, первые порталы на Земле появились лет десять или пятнадцать назад. А сейчас их сетью пронизана добрая половина мира. Закрыть и запечатать их — это будет та ещё задачка. А, самое скверное то, что никто из сильных этого мира не даст нам разрешения это сделать. И никакие доводы относительно того, что порталы небезопасны, что мы не знаем, через какие тёмные миры они проходят, тут не подействуют. Никто по своей доброй воле не откажется от столь быстрого способа путешествовать на большие расстояния. А значит, если всерьёз взяться за эту задачу, то станешь преступником, посягнувшим на общественную собственность. Со всеми вытекающими оттуда последствиями…

— Ну, что же! — пожала я плечами. — Похоже, ты уже принял решение? И ни за что от него не отступишься?

— Да, — кивнул мой напарник. — Я понимаю, что у меня не так много сил и возможностей чтобы закрыть порталы, разбросанные буквально по всему миру. Однако… Этого мне и не нужно делать. Достаточно схлопнуть несколько самых крупных порталов, к которым привязаны все остальные. И тогда вся их сеть разрушится и распадётся. Только вот… Как я и говорил, дело это трудное и опасное. А потому я вряд ли осмелюсь просить кого-то о помощи в этом деле.

— Считай, что ты уже попросил об этом меня! — усмехнулась я, по-приятельски хлопнув его по плечу. — Ты — мой напарник и мой друг. А значит, я ни за что не оставлю тебя перед лицом возможных опасностей. Я помогу тебе разобраться с порталами. Однако… Я не только не знаю, но и не предполагаю, что именно нужно для этого сделать. Хотя… — добавила я, немного помолчав. — Кажется, ты обмолвился о том, что в прошлом людям уже пришлось столкнуться с угрозой, источником которых как раз и были порталы?

— Да, — снова кивнул Юань. — Я говорил о том, что ещё много сотен лет назад назад Девять Древних смогли закрыть и запечатать порталы, пустив в ход всю свою мудрость и все магические способности, накопленные ими за бессчётное количество лет их жизни. Но то — Девять Древних. Никто не знает, откуда они пришли и кем были: богами, небожителями или кем-то ещё, но уж точно не людьми. И это именно Древние стали родоначальниками всех ныне живущих магов. Все императорские и дворянские семейства, в той или иной мере владеющие магией, произошли от кого-то из них. Однако, ни один из потомок так и не смог даже близко подобраться к уровню могущества Древних… А потому… Не думаю, чтобы кто-то вроде нас с тобой мог справиться с такой сложной задачей как закрытие и запечатывание порталов.

— Ну, не попробуешь — так и не узнаешь! — усмехнулась я. — А сейчас, может быть, нам для начала следует подумать о том, как справиться с тварью, которая обосновалась в нашем лесу? С ней самой и, возможно, с тем потомством, которое она уже успела оставить в нашем мире?

— Да, пожалуй, с этого мы и начнём! — согласился со мной мой напарник. — Пусть это испытание станет нашим с тобой экзаменом на профпригодность. Которое и покажет: сможем ли мы в принципе справиться с куда более сложным и опасным делом, чем поимка того существа.

Почувствовав внезапный приступ сентиментальности и в то же время гордости за своего напарника, я протянула руку и в шутку потрепала его по уже немного отросшей чёлке, которую он теперь зачёсывал на правую сторону, после чего сказала:

— Ты такой молодец! Знаешь, за несколько дней до нашего отъезда из Дальнего наша прежняя замкомандира однажды обмолвилась о том, что она специально отсылает тебя в Харбин. Потому, что хочет дать тебе возможность со временем стать по-настоящему взрослым и самостоятельным человеком. Который сможет принимать непростые решения, не прячась за юбкой своей собственной сестры. Но мне кажется, что ты и так уже давно вырос по-настоящему. Потому, что не боишься брать на себя ответственность, от которой отказываются даже куда более взрослые и умудрённые опытом люди. Ты собираешься, рискуя если не собственной жизнью, то, как минимум, карьерой и репутацией, защитить этот мир от угрозы, происходящей из порталов. И не боишься вступать в схватку с хищными и опасными тварями, будь то лунчжи или, к примеру, та же инопланетная белка. А ещё ты честен и благороден. Мало кто из тех, кого я знала раньше, смог бы сравниться с тобой по этим качествам… Вот за это-то я тебя и люблю!

— Как?! — в изумлении глядя на меня и невольно при этом запинаясь, с трудом проговорил он. — Ты что же, Аннет, хочешь сказать… Хочешь сказать, что я… Что я тебе нравлюсь?

— Ну, конечно же! — рассмеялась я, в глубине души потешаясь при этом над его смущением и неуверенностью. — Только, разумеется, нравишься ты мне исключительно как друг! — добавила я, сообразив, что сейчас не лучшее время для признаний в любви. — Пока что как друг. А дальше… Дальше будет видно.

— Что — будет видно? — окончательно растерявшись, спросил мой напарник. Цвет щёк и ушей которого, к слову, мог бы, наверное, уже сравниться с самым спелым и сочным помидором. — На что это ты сейчас намекаешь, Аннет?

— Ох, да ни на что такое, особенное! — с некоей обречённостью махнула я рукой. — Нет, Юань! Всё-таки, кое в каких вопросах ты ничуть не повзрослел, хотя тебе уже давно пора вырасти ещё и в этом смысле. Но ты… Ты как был наивным ребёнком, так им и остался… Что же! Видимо, просто время ещё не пришло для тебя — разбираться в вопросах романтических отношений. Надеюсь, что когда-нибудь ты до этого всё же дорастёшь. А сейчас давай-ка лучше поторопимся. Нам сегодня нужно посетить управу, да ещё кроме того заглянуть в больницу. А то у меня, понимаешь ли, накопилось несколько вопросов относительно болезни умершего объездчика, которые я хочу задать его лечащему доктору… Так что, если не поспешишь, тебе придётся меня догонять! — добавила я, ускоряя шаг и почти что переходя на бег. — Ну же, вперёд, мой дорогой напарник! Поторопимся к новым успехам и достижениям!..

* * *

В больнице, куда мы примчались слегка запыхавшись от быстрого шага, нас попросили немного обождать. Мол, доктор сейчас занят разговором с вдовой погибшего.

— Какого ещё погибшего? — не поняла я, решив, что в посёлке вновь произошло какое-то трагическое происшествие.

— Как это — какого?! — удивилась медсестра, с которой мы сейчас разговаривали. — Да всё того же! Найденного несколько дней назад под насыпью возле леса. Помните, вы ещё приходили сюда, чтобы осмотреть его тело?

— А-а, так это вы сейчас о жертве той странной белки?! — многозначительно кивнула я.

— Ну, да! — кивнула медсестра. — Кто бы мог подумать, что у него в посёлке отыщутся родственники? Привезли-то его сюда без документов, да к тому же ещё и в таком состоянии… Ну, вы и сами, в общем, видели. А потому должны понимать, что никто из нас уж и не надеялся на то, что кто-нибудь признает в нём своего знакомого или родственника. Однако, пару дней назад в городскую управу пришла жена одного из рабочих. Она заявила о том, что её муж бесследно исчез и попросила помочь ей его найти. Ну, её к нам в больницу и направили, чтобы она взглянула на тот неопознанный труп. И, что же вы думаете? — добавила медсестра, всплеснув руками. — Оказалось, что тот несчастный — это и есть её пропавший муж!

— Как же она смогла его узнать? — покачал головой мой напарник.

— Да уж как-то смогла! — хмыкнула медсестра. — Ладно, вы пока посидите тут, в коридоре, — добавила она. — Подождите немного: доктор совсем скоро освободится. А я пока пойду пройдусь по палатам, погляжу: всё ли в порядке…

Сказав так она развернулась и скрылась за ближайшим углом. А мы с моим напарником опустились на скамью, стоявшую возле двери из-за которой до нас доносились громкая брань, перемежаемая приглушёнными рыданиями, по временам переходящими в почти звериный вой.

— Он же, ирод проклятущий, всю жизнь мне загубил! — причитала за дверью приёмного покоя какая-то женщина. — Не поверите, доктор: дня не было, когда бы эта скотина вусмерть не напилась! Я почему и согласилась-то сюда с ним приехать. Думала, что от дурной компании, от собутыльников его чёртовых оторвать. Так он и тут, гад ползучий, новых пьющих дружков себе нашёл! И уж чего я только с ним не делала: и ругала, и грозилась уйти от него, и даже заговоры от пьянства по совету одной ведуньи над этой пьяной образиной читала… Нет, всё бесполезно! Только ещё больше за воротник закладывать начал!.. Тьфу, чтоб он сдох, скотина такая!

— Ну, положим, что он уже и так того… преставился, — хмыкнул доктор. И мне почему-то показалось, что в его голосе прозвучала явная насмешка, не слишком-то уместная, если учесть всю серьёзность и даже драматизм ситуации при которой происходил их разговор.

— А я, ведь, ему, ироду проклятому, сколько раз говорила: не бросишь пить — точно где-нибудь под забором сдохнешь как собака бездомная! — между тем продолжала не то причитать, не то бушевать вдова жертвы нападения «белочки». — Да только разве же он меня когда слушал? И вот вам, пожалуйста! Как в воду глядела! Как говорила, так оно и получилось: взял да и помер от пьянки от своей проклятущей!

— Ну, положим, что не от пьянки, а по причине нападения неизвестного животного, — поправил её доктор. — Ну, вот! — добавил он. — Документы готовы. Поставьте вот тут, в свидетельстве об опознании, вашу подпись и можете идти.

На несколько мгновений брань и причитания смолкли и вместо них послышался скрип пера, а после — звук приближающихся шагов. А затем дверь открылась и на пороге появилась уже немолодая заплаканная женщина в опрятной, но более чем скромной одежде и в белом, украшенном узором из мелких красных цветочков платочке на голове.

— Слава тебе Господи! — проговорила она, истово при этом крестясь. — Избавилась-таки, наконец, от этого ирода! А то уж думала, точно он меня в могилу сведёт из-за своего бесконечного пьянства!

— Простите, но я не понимаю: как вы можете такое говорить? — покачала я головой. — У вас же супруг недавно умер, причём, умер страшной смертью! А вы этому радуетесь…

— Ох, девонька! — невесело усмехнувшись, проговорила женщина. — Пожила бы ты с моё в одном доме с запойным пьяницей, который ни дня не просыхал, ты бы тогда ещё не так на моём месте обрадовалась! Знаешь, что я тебе скажу? — добавила она, немного помолчав. — Если вдруг узнаешь, что парень, который тебе нравится, любит выпивать… То беги ты от него так быстро и так далеко, как только сможешь. Никогда и ни за что не связывай свою жизнь с выпивохой! Не то будешь жалеть об этом всю свою оставшуюся жизнь.

— Хорошо, спасибо! — кивнула я, не слишком хорошо понимая то, для чего это она мне это всё говорит. — Я обязательно приму к сведению ваш совет. Однако… Как у заместителя командира отряда местного подразделения отряда «Феникс» у меня есть к вам один вопрос. Скажите, когда вы были на опознании… Вам ничего не показалось странным в облике вашего покойного супруга?

— Ну, вообще-то, — протянула женщина. — Да, кое-что показалось. Мне показалось, что у него под кожей что-то шевелится. Я даже сказала об этом доктору. Но он мне пояснил, что это, по всей видимости было игрой света и тени.

— Игрой света и тени? Вот, значит, как? — хмыкнул мой напарник. — А мне вот почему-то кажется… Впрочем, нет, это сейчас неважно! — добавил он, поспешно хватая меня за руку. — Идём, Аннет! Нам нужно как можно скорее встретиться с доктором! У меня, знаешь ли, тоже появилась к нему парочка вопросов. Главный из которых: какого, вообще, чёрта он творит?! И почему не желает замечать более чем очевидные вещи?..

Глава 25: «Мыши» из других миров или «Я собираюсь ловить эту тварь на живца…»

— …Какое ещё повторное вскрытие? Вы там что, с ума сошли, молодой человек?! — выговаривал нам с моим напарником пожилой доктор, стоило только Юаню заикнуться о том, что не худо было бы посмотреть, что это там шевелилось под кожей у трупа, найденного возле насыпи. — Я уже распорядился отдать тело того несчастного его родственникам. А потому ни о каком повторном вскрытии не может быть и речи!

— Так отмените это своё распоряжение! — пожал плечами мой напарник. — Поверьте: дело более чем серьёзно. Возможно, речь идёт о начале новой эпидемии, природа которой науке пока что неизвестна. Но зато она отлично известна мне. И я вас уверяю, что если мы не предпримем прямо сейчас меры по предотвращению распространения этой… скажем так, заразы… То дело вполне может закончиться тем, что в Библии называется словом «Апокалипсис». А если уж говорить проще — то концом света.

— Значит, науке причина этой болезни неизвестна, а вам, молодой человек, она ведома? — скептически ухмыльнулся доктор. — Поверьте моему опыту: ничего необычного с тем телом не происходит. Это всего лишь игра света и тени. Ну или же причина кроется в газах, которые всегда выделяются при разложении органической материи.

— Допустим! — кивнула я, решив всё же вмешаться в их разговор. — А что же с другим умершим? Ну, я имею в виду того объездчика, укушенного неизвестным животным.

— Вот, и вы тоже заговорили о чём-то, неизвестном науке! — многозначительно покачал головой доктор. — Сначала — никому неведомая инфекция, теперь ещё и вот это? Говорю вам: зверь, укусивший того человека уже установлен. И это всего лишь самая обычная, пусть и довольно крупная взбесившаяся белка!

— Белка? — фыркнула я. — Ну и где это, скажите пожалуйста, вы видели чёрно-белых белок, которые убивают людей? Вам не кажется, что речь в данном случае уж точно не может идти об обычном животном? И что происходящее куда больше напоминает происки нечистой силы, чем нападение зверя?

— Ладно, так и быть, убедили! — сдался, наконец, доктор. — Только, — добавил он. — У меня нет времени на подобные глупости. А потому я распоряжусь заняться повторным вскрытием одного из своих помощников.

— Как вам будет угодно! — сдержанно кивнул Юань. И мне вдруг показалось, что он почему-то вдруг заметно побледнел. — В таком случае, прошу проводить нас в прозекторскую.

— В прозекторскую? — хмыкнул доктор. — Боюсь, у нас в больнице её пока что нет. Все вскрытия проводятся в том подвале, где вы уже успели побывать во время своего прошлого визита. Надеюсь, дорогу туда вы найдёте сами. И уж точно не заблудитесь где-нибудь в коридорах. А мне, извините, нужно отправляться на обход, так что, как видите, составить вам компанию я не смог бы при всём своём желании… Так что, до новой встречи, молодые люди! — проговорил он, жестом указывая нам с моим напарником на дверь. — Надеюсь, что она состоится ещё не скоро…

* * *

— Странный он какой-то! — покачала я головой, когда мы с Юанем вышли в коридор и направлялись в сторону лестницы, ведущей в больничный подвал. — Разве не в его интересах сделать всё возможное для того, чтобы предотвратить возможную эпидемию? Так отчего же тогда…

— Отчего? — хмыкнул мой напарник. — Боюсь, что всё дело в привычке некоторых людей во всём полагаться на «авось». Ну, а вдруг ничего такого не происходит и снова пронесёт? Так они рассуждают. А потом, когда что-то и вправду случается, хватаются за голову, не зная, как всё исправить… Нам, к сожалению, пришлось столкнуться здесь как минимум с двумя такими вот любителями думать, что «авось, обойдётся».

— Хорошо ещё, что мы с тобой не из таких! — хмыкнула я. — Тебе всё же удалось уговорить местного эскулапа провести повторное вскрытие, хоть он и отбрыкивался от твоего предложения руками и ногами.

— Ага, удалось, — отчего-то окончательно сникнув, кивнул Юань. — Только вот, боюсь… А, хотя, нет! Это — неважно!

— Эй, там ещё неважно? — ткнула я его в бок. — И почему, вообще, ты сейчас выглядишь так, как если бы тебя вели на эшафот?

— А что мне: радоваться, что ли, нужно? — фыркнул мой напарник. — Не скажешь, чем именно? Тому, что мне придётся присутствовать при вскрытии? Или, может быть, тому, что где-то поблизости от нашего посёлка засела опасная хищная тварь, явно вознамерившаяся заполонить всю Землю своими потомками?

— Ну, радоваться тут, положим, и вправду нечему, — покачала я головой, уже берясь рукой за ручку подвала и собираясь её открыть. — Однако, и ходить как в воду опущенным тоже не дело. Этак местные жители решат, будто здесь и вправду происходит что-то по-настоящему ужасное. А это, к счастью, пока ещё не так.

— Вот именно, что только «пока»! — уныло кивнул Юань. — Хотя, впрочем… — добавил он, немного помолчав. — Будем надеяться, что я ошибаюсь в своим предположениях. Иначе… Я даже не хочу думать о том, что может уже в ближайшее будущее произойти с каждым из нас и со всем этим миром.

Он замолчал и больше не проронил ни слова до самого окончания «операции», которую проводил один из ассистентов доктора. При этом я заметила, что моего напарника буквально мутит от вида свежей крови. Что он постоянно бледнел и отворачивался при каждом взмахе скальпеля, но, разумеется, сделала вид, будто ничего такого не заметила. Уверена, что Юань очень не хотел бы, чтобы я узнала об этой его слабости, а потому притворилась, будто я не вижу этой его реакции.

Мне тоже, если честно, было немного не по себе, но я старалась держаться, ничем не выдавая своего состояния. Хотя, если честно, у меня просто ноги подгибались, а в перед глазами будто стоял какой-то туман. Который, наверное, и помешал мне увидеть, как ассистент внезапно побледнел как полотно и отпрянул в сторону. Только услышала, как скальпель, выскользнув из его рук, со звоном упал на кафельный пол, а затем и восклицание, невольно вырвавшееся у ассистента, который вдруг почему-то стал заикаться:

— Святые угодники! А эт-то ещё что за гадость такая?!

— Что там ещё случилось?!. — разом забыв о своих собственных страхах мы с моим напарником наперегонки бросились к столу.

— В-вот… Извольте взглянуть… — Немного придя в себя, ассистент поднял со стола корнцангом некий слабо шевелящийся комок, покрытый редким белым с чёрными пятнами мехом. — Сколько лет на свете живу, сколько операций и вскрытий провёл, а такого ещё никогда ещё не встречал! Знаю, что подкожные черви бывают. Но чтоб мыши?!

— Мыши?! — испуганно вскрикнув, я невольно отскочила в сторону, но затем, взяв себя в руки, всё же заставила себя взглянуть на комок, зажатый корнцангом.

Существо это и вправду было чем-то похожим на новорожденного мышонка. Во всяком случае, его глаза были закрыты плотной кожаной плёнкой, а когти на ярко-розовых лапках были совсем ещё крошечными и больше, как мне показалось, напоминали своим видом человеческие ногти. Зато уши у «зверюшки» оказались непомерно велики для обычной мышки и топорщились за спиной подобно кроличьим. Ну или, может быть, подобно ушам нетопыря.

— Ничего себе! — только и присвистнул Юань. — И много э-э… таких мышей у него под кожей находится?

— По всей видимости, только одна эта! — покачал головой ассистент. Во всяком случае, я ничего подобного больше не обнаружил.

— Слава Богу! — невольно вырвалось у моего напарника. — Значит, эта тварь не особенно и плодовитая. Она способна оставить в одной жертве только одну… ну, может быть, две споры или чем там она размножается… Что же! В таком случае, не всё ещё потеряно… Идём, Аннет! — добавил он, поспешно вымыв руки в тазе с дезинфицирующим раствором, стоящим на небольшом столике возле стены. — Я… Кажется, я уже понял, как нам нужно действовать!

— А что будет… с этим существом? — добавила я, покосившись на «мышонка», всё ещё зажатого корнцангом.

— Кажется, оно уже умерло, — покачал головой ассистент. — Должно быть эти… скажем так, мыши, не могут жить вне тела хозяина. По крайней мере, до тех пор, пока не достигнут определённой стадии развития.

— Да, похоже, что так и есть! — кивнул Юань. — Что же… В таком случае, я бы хотел вас кое о чём попросить, — проговорил он, обернувшись в сторону ассистента. — Запомните это сами и передайте всему персоналу больницы и пациентам, а они, в свою очередь, пусть скажут своим родственникам. Не ходите в лес сами и ни в коем случае не отпускайте туда ваших детей. Потому, что если тварь узнает о том, что её детёныш погиб… Она может снова попытаться заразить спорами кого-нибудь из людей. Да, и ещё! — с самым серьёзным видом добавил он. — На всякий случай приглядывайте также за собаками, кошками и домашней скотиной. Не позволяйте им бегать по улицам без присмотра и ни в коем случае не подпускайте к лесу.

— Да, но в лесу могут быть и дикие животные! — напомнила я ему. — Кто может поручиться за то, что та зверюга не использует и их тоже в качестве живой столовой и дома для своего потомства?

— Я могу за это поручиться, Аннет! — с улыбкой проговорил мой напарник. — Я попросил духов деревьев приглядывать за обитателями леса и, если понадобиться, защитить их от той твари. Хотя, если говорить по-правде, — добавил он. — Не думаю, чтобы до этого дошло дело. Дикие животные куда лучше людей чувствуют опасность. А потому, они почти наверняка не подпустят ту тварь к себе и на пушечный выстрел.

— Хорошо, если так! — кивнула я. — Ну, что же… Раз мы уже выяснили, как именно размножается эта тварь… То нам и вправду тут нечего больше делать… Благодарю вас за помощь в нашем деле, — добавила я, обращаясь к ассистенту, занятому в это время погружением безжизненного тельца «мыши» в ёмкость со спиртом. — Ну, а сейчас мы, пожалуй, с моим напарником и вправду пойдём по своим делам. И, пожалуйста, не забудьте рассказать своим коллегам и пациентам о том, что вы видели. Предупредите их о возможной опасности. Вам, я уверена, они поверят гораздо быстрее, чем нам — людям, далёким от медицины и от науки…

С этими словами я тщательно вымыла руки в тазу с дезраствором и как следует вытерла их одной из сложенных стопкой чистых марлевых салфеток. После чего вместе с моим напарником направилась к двери подвала, ведущей наверх — к свету, к солнцу…

* * *

Тем же днём мы заглянули в штаб охранной стражи и встретились с его начальником, которому Юань поведал обо всём, что ему удалось выяснить по поводу двух загадочных смертей и о твари, которая, предположительно и стала их причиной. Генерал-майор Сахаров выслушал моего напарника слегка скептически, но всё же распорядился, чтобы тело умершего объездчика также отправили на повторное вскрытие. Если, разумеется, его ещё не успели похоронить.

— Как это не успели? — проговорил один из ординарцев, крутящихся поблизости. — Намедни ещё после полудня похороны были… А вы что же, ваше благородие, разве уже успели об этом забыть?

— Ах, да, всё верно! — кивнул генерал-майор. — Вот же, голова садовая! И как только мог об этом запамятовать, если сам же за упокой Степана рюмочку водки на его поминках пропустить изволил, да блинами с красной икоркой заесть?

— Плохо! — нахмурился мой напарник. — Очень плохо! В таком случае, я настаиваю на немедленной эксгумации.

— Вы полагаете, что и Степан тоже был заражён спорами той твари? — покачал головой Сахаров.

— Не полагаю, а совершенно точно в этом уверен! Распорядитесь немедленно выкопать тело и отвезти его на вскрытие! Только, пожалуйста, старайтесь действовать как можно более осторожно: что, если споры той твари могут передаваться не только через кровь, но и через прикосновения: от заражённых к пока ещё здоровым людям?

— Ладно, распоряжусь, — всё ещё сомневаясь в правильности такого решения, кивнул генерал-майор. — Что-то ещё, молодой человек?

— Нет, больше вопросов к вам или к вашим подчинённым у меня не имеется, — покачал головой мой напарник. — Однако, буду вам премного благодарен, если вы соберёте всех своих подчинённых и предупредите их о том, что к лесу нельзя приближаться.

— Так, может, лучше вообще спалить его дотла, это лес? — предложил Сахаров. — Так, чтобы даже памяти о нём не осталось?

Я увидела, как Юань даже в лице изменился и резко побледнел при этом его предложении.

— Нет! — решительным тоном заявил он. — Ни о каком уничтожении леса не может быть и речи. Не говоря уже о том, что там обитает множество ни в чём неповинных животных и растений, место это считается священным. Уничтожите его — и наживёте себе множество врагов среди местных жителей. А вам, ведь, это вовсе ни к чему, не так ли?

— Да-да, вы совершенно правы, молодой человек! — кивнул генерал-майор. — Ну, что же… Лес я трогать не стану, пускай себе растёт. Но что же насчёт той твари? Сможете ли вы её изловить и обезвредить?

— Мы постараемся! — сдержанно ответил ему Юань. — Однако… Я не могу ничего вам пока обещать. И даже не уверен в том, что эта тварь в лесу не одна. Хоть искренне и надеюсь на то, что её сородичи за ней в наш мир всё же не последовали. На этом у меня пока всё. Если появятся какие-то новые сведения относительно этого происшествия, мы непременно вам их сообщим.

— Да-да, обязательно сообщите! Не оставляйте меня в неведении.

Сахаров пожал руку моему напарнику, а мне кивнул в знак прощания. После этого мы вдвоём вышли на улицу и зашагали по направлению к лесу.

* * *

— Эй, что ты собираешься делать? — спросила я у своего напарника, когда мы были уже на окраине посёлка. — Разве ты сам не говорил, что к лесу приближаться небезопасно?

— Говорил, — кивнул Юань. — Только… Это касается обычных людей, лишённых магических способностей и не умеющих чувствовать приближение нечисти. К нам с тобой, Аннет, это не относится.

— Ладно! — вздохнула я. — Но всё-таки, скажи, зачем мы сюда пришли? Ты что же… Хочешь попытаться изловить или уничтожить ту тварь?

— Именно! — усмехнулся мой напарник. — Изловить или уничтожить. Только вот… Не уверен, что у меня это так вот сразу получится.

— Если не уверен, — не выдержав, фыркнула я. — То для чего, тогда, ты меня сюда привёл?

— Для чего? Ну… Наверное, потому, что я собираюсь ловить эту тварь на живца.

— Ага, понятно! — хмыкнула я. — А в роли живца ты, как раз и вознамерился использовать меня?

Цзи Юань посмотрел на меня таким осуждающим взглядом, что мне даже на какое-то мгновение стало стыдно за то, что я заподозрила его в нечестных намерениях.

— Нет! — как-то странно ухмыляясь, проговорил он. — В качестве живца я собираюсь использовать самого себя. А ты… Ты мне в этом немного поможешь, договорились?

— Немного помогу? — удивилась я. — И… каким это образом?

— А вот, подожди немного — и сама это узнаешь!

Говоря эти слова, мой напарник выглядел смелым и решительным. Нисколько не похожим на того Цзи Юаня, которого я знала раньше. Хотя, впрочем, знала ли я его по-настоящему? Да, мы вместе с ним прослужили в Дальнем пару месяцев, да ещё несколько дней здесь, в Харбине, но при этом никогда не были по-настоящему близки друг другу. Во время патрулирования Юань болтал со мной о всяких пустяках, а вне службы и вовсе сторонился меня, как, впрочем, сторонился он и всех прочих сослуживцев, кроме своей сестры. Только с Мэйлин он бывал по-настоящему открытым и искренним, только при ней не боялся показывать свои истинные чувства. Ко всем же остальным, включая меня и даже Лизу, мой напарник относился не то чтобы холодно или отчуждённо, а, скорее, настороженно. Как если бы ожидал удара в спину в самый неожиданный момент.

И я не могла его за это осуждать или, тем более, винить. Потому, что знала через что пришлось пройти Юаню ещё в раннем детстве. Когда самые, казалось бы, дорогие люди, включая собственного отца, предают тебя и даже хотят от тебя избавиться — тут и вправду непросто сохранить открытость и доверие к миру и к окружающим.

Но, несмотря на это, я также знала, что могу всецело положиться на своего напарника. Может быть, Юань и не испытывает по отношению ко мне не то что чувства любви, но и хотя бы простой привязанности, однако при этом он честен и благороден. И ни за что не то что не подставит другого человека под удар, но и, в случае необходимости защитит его любой ценой. Особенно, если речь идёт о девушке…

— Извини… — пробормотала я, смущённо отводя взгляд в сторону. — Я… Мне не стоило думать о тебе хуже, чем ты этого заслуживаешь. И уж точно не нужно было говорить тех слов.

— Ты о том, будто бы я собираюсь использовать тебя в качестве приманки? — невесело усмехнулся он.

Я кивнула:

— Да…

— Ладно, проехали! — ответствовал он, протягивая мне руку как бы в знак примирения, хотя, вообще-то, мы с ним и не ссорились. Но я, тем не менее, пожала её. — Давай лучше повнимательней осмотримся здесь и составим план дальнейших действий. И вот с чего я собираюсь начать…

Глава 26: «Так что там насчёт твоего плана?..» или «Я не хочу, чтобы у меня были от тебя какие-то тайны…»

План Цзи Юаня, который он мне и изложил уже в гостинице, куда мы вернулись после небольшой прогулки по лесу, был прост как орех.

— Та тварь, насколько я понимаю, не нападает на трезвых людей, — проговорил мой напарник, отхлёбывая из чашки горячий чай, который мы с ним попросили принести в наш номер. — Обходчик, которого она цапнула за руку, когда он пытался её прогнать — не в счёт. Нападает эта тварь только на сильно пьяных. На тех, кто не способен не то что оказать ей сопротивление, но и просто понять, что, вообще, происходит.

— Ага, и где же это я тебе ещё одного запойного алкоголика найду в качестве приманки? — насмешливо хмыкнула я, разведя руками. — Я слышала, как люди на улицах говорили, что он один тут такой был — да и того бешеная белка загрызла.

— Ну, на самом деле… — усмехнулся мой напарник. — На самом деле я вовсе не собираюсь привлекать к нашему делу посторонних людей. Ни трезвых, ни, тем более, пьяных.

— Боишься, что всё испортят? — фыркнула я.

— Нет. Боюсь, что они могут пострадать, а мне бы этого не хотелось, — покачал головой Юань. — Я сам всё сделаю.

— Что сделаешь?! — опешила я. — Сам напьёшься и пойдёт в тот лес ловить хищную белочку, так что ли?!

— Само собой, нет. Я не стану напиваться. Я притворюсь пьяным, только и всего. А чтобы та тварь меня случайно не узнала, поскольку, я уверен, она меня уже видела. То прежде, чем идти на охоту, я замаскируюсь под одного из местных рабочих.

Я с сомнением посмотрела на него и покачала головой:

— Боюсь, что ты мало похож на прокладчика железнодорожного рабочего. Во-первых, и в самых главных, ты — цинец, а, во-вторых…

— А ты что же, думаешь, что тут нет никого из моих настоящих соотечественников? — усмехнулся Юань.

— А что, есть, что ли? — недоверчиво хмыкнула я.

— Ну, разумеется! Я сам видел нескольких рабочих, приехавших сюда из Цин. И даже перекинулся с ними парочкой слов на своём родном языке. Те парни стараются держаться отдельно от всех остальных своих коллег, но мне обрадовались так, как если бы увидели родственника, с которым расстались много лет назад. И которого уже и не чаяли увидеть живым и здоровым.

— Надо же! — покачала я головой. — И что они здесь делают?

— Как это — что? — удивился мой напарник. — Приехали на заработки. Сама подумай: много ли можно заработать в Цин крестьянам, трудясь на своих рисовых полях, урожай с которых, к тому же, ополовинят императорские сборщики налогов? А тут им неплохо платят, хотя, конечно, труд рабочего, строящего железную дорогу, лёгким не назовёшь.

— Представляю, как твои настоящие соотечественники удивились, увидев тебя таким! — снова покачала я головой. — Ведь, насколько я знаю, в Цин не принято носить западную одежду и стричь волосы.

— Удивились, но не сильно. Потому, что им уже известно о том, кто я такой.

Услышав эти его слова, я от неожиданности даже чаем подавилась и закашлялась. Юань протянул руку, должно быть, желая похлопать меня по спине, но я решительным жестом остановила его:

— Не нужно! Со мной всё в порядке. Лучше скажи: что именно им о тебе известно? То, что ты — бывший наследный принц империи Цин?!!

— О, Господи! — скорбно возвёл очи горе мой напарник. — Конечно же, нет! Даже мои сводные братья и сёстры не знают о моём императорском происхождении и считают меня всего лишь безродным сиротой, из милости подобранным их отцом на большом тракте. Откуда посторонним людям знать об этом?.. Всё, что известно обо мне тем рабочим — так это только то, что я — командующий местным подразделением отряда «Феникс», только и всего.

— Так, достаточно! — остановила я его. — Я тебя, в общем-то, поняла… Так что там насчёт твоего плана? Ты ничего мне о нём так до сих пор и не сказал.

— Не сказал потому, что ты меня постоянно отвлекаешь и заставляешь отвечать на вопросы, не имеющие к нашему делу никакого отношения.

— Ладно, в таком случае я больше не буду тебя отвлекать… Так что ты там придумал относительно поимки той твари?

— Ты насчёт нашей будущей охоты? Ну, я придумал прикинуться пьяным и поздно вечером немного пошуметь в лесу. А когда тварь заметит меня и нападёт… Я мигом протрезвею и дам ей достойный отпор. Твоё же дело будет не зевать а, улучив момент, набросить на неё сеть с вплетёнными в неё магическими путами. В общем, всё почти то же самое, что ты делала при поимке лепрекона в Дальнем. С одной только разницей: в тот раз мы не собирались убивать нашу добычу, в этот же… В общем, я просто не вижу другого выхода кроме как прикончить это существо кем бы или чем оно ни было.

— И когда ты собираешься отправиться на дело? — спросила я у него.

— Сегодня и собираюсь. Как только наступит поздний вечер и окончательно стемнеет, так мы с тобой сразу и отправимся в лес на охоту.

— Всё понятно! — кивнула я. — Ну, что же. Видимо, остаток этого дня мне придётся посвятить изготовлению ловушки для поимки нашей хищной белочки… Не знаешь, кстати, где бы я могла здесь раздобыть рыболовную сеть?..

* * *

Впрочем, остаток дня нам с моим напарником пришлось посвятить ещё и поискам подходящей одежды для нашей ночной вылазки. Юань вбил себе в голову мысль о том, что нам с ним непременно нужно одеться в крестьянскую одежду — так, мол, тварь, если она и вправду его уже видела, точно не сможет его узнать. Магазинов готового платья в Харбине на самой заре его существования, само собой не оказалось, а потому я, недолго думая, предложила Юаню «позаимствовать» одежду у кого-то из местных жителей, попросту стянув его с верёвки для просушки.

Мой напарник встал на дыбы: как так? Он вовсе не подписывался на то, чтобы заниматься мелким воровством. И тщетно я пыталась ему доказать, что нам вовсе не нужно воровать одежду по-настоящему. И что мы как только дело будет сделано, так сразу же вернём её обратно. «Нет!» — и всё тут… Ну, и вот что прикажете мне с ним, с таким до ужаса правильным и принципиальным, делать?..

Пришлось пойти на хитрость. Я отправила своего напарника на берег Сунгари, дабы он разжился там куском рыболовной сети. А сама в это время, сославшись на то, что якобы подвернула ногу, поднимаясь по лестнице на второй этаж гостиницы, осталась в нашем номере. Но пробыла там недолго: ровно до того времени, пока шаги Юаня не смолкли в отдалении. А после выскользнула на улицу и отправилась на поиски подходящей одежды.

Мне повезло: через два или три квартала я увидела небольшой домик, возле которого сушилась одежда — мужская и женская. Недолго думая, я стянула с верёвки пару рубах и пару штанов — да и была такова. Благо, что хозяев поблизости не оказалось, а окна соседних домов были плотно закрыты ставнями.

Так, что когда мой напарник вернулся домой и с гордостью продемонстрировал мне свою добычу — небольшой кусок старой рыболовной сети — правда, латанной-перелатанной, но не суть важно. Главное, что у нас теперь была сеть, из которой мы могли изготовить ловушку для нашей «белочки».

— Вот, купил на берегу у одного рыбака, — проговорил Юань, указывая на свою добычу.

— Молодец! — похвалила я его. — А более новой сетки там не нашлось?

— Ну-у… — протянул мой напарник. — Я спрашивал. Но эти рыбаки загнули за новую сеть такую цену, что…

— Ты же у нас — сынок богатеньких родителей! — не удержалась я от язвительного замечания. — И приёмных, и настоящих… Что, у тебя и вправду нет денег, достаточных для покупки новой рыболовной сети?!

— Старая сеть или новая — какая разница? — пожал плечами мой напарник. — Что же касается денег… Они у меня, конечно же, есть. Да только вот… Я не считаю нужным тратить их направо и налево, покупая вещи, без которых вполне можно обойтись.

— Ясненько! — кивнула я. — Ладно, не обижайся, я просто пошутила. Действительно, не имеет никакого значения — старая сеть или новая. Нам главное чтобы в неё можно было вплести магические путы. И кое-что ещё.

— Кое-что ещё? — с подозрением глядя на меня, спросил Юань. — И что именно?

— Проволоку, — ответила я. — Знаешь, кусок самой обычной, стальной проволоки здорово может нам пригодиться. Во-первых это — всё-таки, холодное железо, которого большинство видов нечисти как огня боится. А, во-вторых, если магические путы не смогут удержать нашу «белочку», то, может быть, сеть, усиленная проволокой, её хотя бы ненадолго задержит. Мы не знаем, с чем именно нам придётся столкнуться и что такое по своей сути эта тварь. А потому должны быть во всеоружии.

— Ты права, Аннет! — немного подумав, кивнул мой напарник. — Признаться, я тоже думал о том, сможем ли мы вдвоём поймать это существо и обезвредить. Но впутывать в это дело посторонних людей я не хочу. А сообщать в Дальний или, тем более в Петербург дабы попросить у них подкрепление, будет слишком долго. Кто знает, сколько ещё бед успеет принести людям эта тварь за это время? Одно знаю наверняка: мы не должны позволить ей покинуть этот лес. Потому, что тогда выследить её будет так же непросто, как и отыскать иголку в стоге сена.

— Угу! — кивнула я. — Вот поэтому-то я и сразу же согласилась тебе помочь, хоть твой план мне до сих пор ещё кажется чистой воды авантюрой. Потому, что если мы позволим этой твари ускользнуть от нас… То потом ищи-свищи ветра в поле!.. Хотя, впрочем, — добавила я, немного помолчав. — Не будем об этом. Посмотри лучше, что я принесла.

С этими словами я кивнула на висевшую на спинке стула одежду, которую я «позаимствовала» с бельевой верёвки.

Цзи Юань внимательно осмотрел мой «трофей» и обрадованно кивнул:

— Да! Это — как раз то, что надо! Только вот… Где ты это раздобыла? — добавил он, с подозрением глядя на меня.

— Да так! — махнула я рукой. — В посёлке при случае в одном доме прикупила… Что такое? Почему ты на меня так сейчас смотришь? Не веришь, что ли, что я не стянула эти вещи с бельевой верёвки?.. Ладно-ладно! Признаюсь! Всё так и было. В посёлке не оказалось магазинов готового платья, вот мне и пришлось…

Мой напарник несколько мгновений смотрел на меня задумчивым взглядом, склонив при этом голову набок, что придало его, в общем-то, аристократической и даже изысканной внешности немного забавное выражение, а потом внезапно как расхохочется!

— Эй! — даже испугалась я за него. — С тобой всё в порядке? Чего ты ржёшь как ненормальный? Что, вообще, смешного ты нашёл в этой ситуации?

— Что смешного? — спросил Юань, немного успокоившись. — Ну, наверное то, что мы оба с тобой — одного поля ягоды. Ну, или, если тебе так больше нравится, два сапога — пара.

— Эй, ты это о чём сейчас говоришь?! — окончательно растерялась я.

— Да так… Ни о чём, совсем ни о чём! — покачал он головой. — Ладно, не будем больше об этом говорить. Лучше скажи мне вот что: почему ты взяла два комплекта мужской одежды? Думаешь, что мне одного недостаточно? Или решила на всякий случай обеспечить меня сменкой на случай, если я во время охоты свалюсь в темноте в какую-нибудь канаву, наполненную водой и вымокну до нитки?

— Нет! — с улыбкой покачала я головой. — Я взяла второй комплект одежды вовсе не для тебя.

— Не для меня?! А для кого же?

— Для себя самой. Видишь ли, я подумала, что будет лучше, если я выдам себя за твоего также слегка подвыпившего товарища. Ну, как если бы мы с тобой возвращались через лес после вечеринки в соседней деревне и…

— Не думаю, чтоб это такая уж хорошая идея! — нахмурился мой напарник.

— Почему? — осклабилась я. — Так сильно хотел увидеть меня в сарафане и в лапоточках? А теперь все твои чаяния — псу под хвост?

— Вовсе нет! — покачал головой Юань.

— Нет? А в чём же тогда дело?

— Ни в чём. Просто, у меня уже был готов план, согласно которому ты должна была притвориться моей женой, которая сопровождала бы меня, пьяного, до дома и бранилась бы при этом на чём свет стоит. Мне казалось, что такая картина будет выглядеть более чем убедительно. И что у «белки» кем бы или чем она там ни была, не возникнет ни тени сомнений на наш счёт. Теперь же… Извини… — добавил он, кинув быстрый взгляд на мою фигуру, но затем тут же отводя его в сторону и отчаянно при этом краснея. — Но я боюсь… Боюсь, что ты не сможешь достаточно убедительно притвориться моим подгулявшим товарищем. Ты… Слишком красива для этого, вот!

— Ого! — присвистнула я. — Это что же — комплимент?

— Можешь думать, как тебе хочется… — окончательно смутившись, пролепетал Юань. — Однако… Я в любом случае останусь при своём мнении. Тебе ни за что не удастся достаточно убедительно притвориться пьяницей. На этом — всё.

— Ну-у, удастся или нет — это мы ещё посмотрим! — усмехнулась я. — А сейчас давай, наконец, займёмся изготовлением ловушки для нашей «белочки», — добавила я, глядя в окно, закатное небо за которым уже начинало приобретать сиреневые и синеватые оттенки. — К тому же, не худо было бы спуститься в зал и поужинать. Не то, боюсь, что если я пойду на дело, не поев как следует, то уж точно не смогу достаточно убедительно притвориться пьяной. Всё время буду думать не об охоте на ту тварь, а о запечённой яичнице да о румяных блинах со сметаной и с мёдом. И тебе, между прочим, — добавила я, не особенно деликатно ткнув его пальцем в живот. — Тоже не мешает как следует поесть чтобы набраться побольше сил. А то, знаешь ли, мне кажется, что ты заметно отощал по сравнению с тем временем, когда мы служили в Дальнем.

— Это потому, что я так сильно переживаю из-за разлуки с сестрой, что мне уже и кусок в горло не лезет! — отчего-то разом насупившись, буркнул мой напарник.

— Только лишь с сестрой?! — с подозрением глядя на него, прищурилась я. — Или?..

— Да! Только лишь с сестрой! — решительно кивнул он. — Никаких «или» нет и не может быть! Знаешь, Аннет… У меня, ведь, перед самым отъездом из Дальнего был разговор с Лизой… Ну, то есть, с нашим прежним заместителем командира. Я… Я нашёл в себе силы и всё-таки признался ей в своих чувствах. А она… Она сказала, что не любит и никогда не любила меня. К тому же, не понимает, зачем я вообще завёл с ней этот разговор именно сейчас — перед разлукой, которая, скорее всего, окажется для нас обоих вечной. Лиза сказала, что уже через несколько месяцев она возвращается в Петербург. Что её родители уже нашли ей подходящую партию из такого же знатного и древнего боярского рода, как и их собственный род. А я… Будучи всего лишь приёмным сыном пусть и одного из самых богатых в России купцов, но всё-таки простолюдина по своему происхождению, я не смею и не должен рассчитывать на то, что барышня её круга вообще хоть когда-нибудь обратит на меня своё внимание…

— Ого! — только и покачала я головой. — Значит, ночь откровений у тебя не задалась?

— Нет, совершенно не задалась! — вздохнул мой разом погрустневший напарник. — Лиза не говорила мне всех этих обидных вещей напрямую. Только упомянула об отъезде в Петербург и о женихе, которого ей нашли родители. Но я всё понял по тону её голоса. Она яснее ясного дала понять что мне не следует рассчитывать на её расположение. Что у неё уже есть другой, а я… Я для неё всегда был и останусь всего лишь товарищем по службе. Теперь уже бывшим…

— Всё с тобой ясно! — кивнула я. — Поэтому, наверное, ты и придумал этот почти безумный план насчёт поимки инопланетной твари? Чтобы доказать Лизе, что и ты тоже чего-то да стоишь? Мол, зря она так быстро сбросила тебя со счета?

— Нет, на самом деле всё совсем не так! — замотал Юань головой. — Лиза… Видишь ли, Аннет, я совсем недавно понял одну вещь относительно неё. Которую долгое время был не в силах понять. Или, может быть, принять? Впрочем неважно.

— И что же именно ты, наконец, понял? — с неподдельным интересом спросила я у него.

— Понял то, что, на самом деле я никогда её и не любил. Я только видел в нашей замкомандира недостижимый идеал до которого мне ещё тянуться и тянуться. Я восхищался её способностями и боевыми навыками, ну и, конечно же, внешностью. Только вот… О настоящей любви в этом случае не было и речи. Скорее это было что-то вроде… Ну, да: вроде благоговения и почитания. И только оказавшись вдали от объекта моей, как я думал, любви, я вдруг понял, что просто был рад обманываться чувствами, которых никогда по отношению к Лизе не испытывал. Но которые уже успел себе навоображать, приняв желаемое за действительное…

Он замолчал, грустно улыбаясь и глядя при этом куда-то в пространство перед собой.

— Так, — ладно! — кивнула я, выслушав всю эту его исповедь. — Ну, а теперь скажи: почему ты сейчас заговорил со мной об этом?

— Почему? — невесело усмехнулся Юань. — Ну, наверное, потому, что ты — мой друг и мой напарник. А потому, я не хочу, чтобы у меня были от тебя какие-то тайны…

Глава 27: Охота в ночном лесу или «Рождение» нового заклинания

Поздним вечером, как только окончательно стемнело, мы с моим напарником переоделись в «позаимствованную» мной в посёлке одежду и отправились, так сказать, на дело. Признаться, я с трудом удержалась от хохота, увидев, насколько неловко Юань пытается прикинуться пьяным. Сразу было понятно, что с алкоголем он дело имел редко: слишком уж неубедительно размахивал руками и выписывал ногами «кренделя» на улице, пытаясь подражать изрядно подвыпившему человеку. Да и сам его вид в непривычном моему взгляду наряде, состоявшем из светло-синей в белый мелкий горошек косоворотке и в широких, обтрепавшихся по низу штанах, невольно заставлял меня украдкой хихикать, прикрывая рот ладошкой. Слишком уж не вязался этот «костюм» с изысканной и при этом довольно экзотической внешностью моего напарника.

Впрочем, наверное, и я сама тоже выглядела ничуть не лучше Юаня в почти такой же как и у него одежде. За тем лишь исключением, что моя косоворотка была сшита из красно-белой пестряди, а одну из мешковатых штанин «украшала» на коленке большая прямоугольная заплатка.

Поскольку лаптей у нас с моим напарником не оказалось, то обуть нам пришлось свои обычные форменные сапоги. Что, наверное, было и к лучшему. Поскольку я сильно сомневалась в том, что в лаптях нам было бы удобнее бродить по ночному лесу.

Итак, в тот вечер, переодевшись, чтобы нас не узнали, и захватив с собой пару заряженных серебряными пулями пистолетов, несколько магических талисманов, а также сеть, с вплетённой в неё магической верёвкой и проволокой, мы с Цзи Юанем отправились на охоту за опасной тварью, обосновавшейся в лесу неподалеку от Харбина. К счастью, на улице в этот поздний час уже не было прохожих да и никто из соседей нас не заметил. Правда, уходили мы не через главный, а через чёрный ход гостиницы, ведущий во двор. Ну, а уж там через весьма удачно обнаруженную накануне дыру в дощатом заборе выскользнули на улицу, уже успевшую погрузиться к этому времени в ночной мрак.

— Будь осторожен! — шепнула я своему напарнику. — Не хватало ещё наскочить на кого-нибудь из знакомых когда мы с тобой в таком виде! Представляю, что за слухи тогда пойдут гулять по всему Харбину и его окрестностям! О том, что командир и замкомандира легендарного отряда «Феникс» напились пьяными и, переодевшись в крестьянские рубахи да портки, отправились куролесить по улицам.

— Знаю! — коротко ответствовал он мне. — Поэтому-то я и выбрал эту улицу. На ней почти нет жилых домов, одни только недосторори. А, значит, маловероятно чтобы кто-то из наших знакомых мог нам тут встретиться…

По тону голоса напарника я поняла, что он не расположен сейчас к разговорам и решила оставить его в покое. Наверное, Юаню и вправду нужно было многое обдумать, а заодно и составить план того, как бы нам половчей заманить ту тварь в ловушку. «Белочка» не откликается на зов его флейты, она вообще не животное, не растение и даже не нечисть в привычном понимании этого слова. Никто не знает, как можно одолеть подобную тварь и какого оружия она боится. Да и что, вообще, мы можем противопоставить существу, о природе и истинной сущности которого ровным счётом ничего неизвестно? Боюсь, что сколь долго я бы над этим ни размышляла, всё равно не смогу отыскать ответов на мучившие меня вопросы…

* * *

Ночной лес встретил нас неожиданной и даже пугающей звенящей тишиной. Не было слышно ни криков ночных птиц, ни обычно неумолчного стрекота цикад, ни даже шелеста листвы, колеблемой лёгким и прохладным ночным ветерком. Лес словно вымер или же затаился перед лицом невидимой, но при этом более чем очевидной угрозы. Так, что даже мы с моим напарником невольно притихли, стараясь почти неслышно продвигаться по петляющей между деревьями и трудом различимой в тусклом лунном свете тропе. Что же касается нашего первоначального плана относительно переполоха в ночном лесу, который мы должны были поднять, притворившись пьяными… То мы с моим напарником даже не сговариваясь, отказались от него как только лицом к лицу встретились со странной и какой-то зловещей тишиной спящего леса.

Пробираясь между тёмных стволов деревьев, подобно сказочным великанам высившихся вокруг, я не переставала вслушиваться и вглядываться в ночной мрак. Мои нервы были напряжены до предела, а треск сухой ветки, неожиданно громко хрустнувшей под каблуком сапога, заставил меня невольно вскрикнуть.

— Что… Что случилось?!

Мой напарник, ранее отошедший на несколько шагов, чтобы осмотреть ствол поваленного дерева, показавшийся ему подозрительным, разом подскочил ко мне и встревоженно воззрился на меня.

— Ничего… Ничего особенного! — покачала я головой, мысленно досадуя при этом на чувство ужаса, на какой-то миг завладевшее мной. Иначе, ведь, разве я позволила бы себе подобную слабость. — Всего лишь сухая ветка. Не обращай внимания.

— Фух! Хвала Небесам! — облегчённо выдохнул мой напарник. — А я-то уж подумал…

Закончить эту фразу ему не удалось, потому, что в следующий миг в воздухе промелькнула тёмная тень, спикировавшая прямо нам на головы откуда-то с верхних веток дерева.

— Осторожней! — крикнула я, отскакивая в сторону и оттаскивая при этом Юаня назад на несколько шагов. — Эта… Эта тварь уже здесь!

В том, что спрыгнувшее с вершины дерева существо было нашей «белочкой» я нисколько не сомневалась, только вот… На этот раз во внешности монстра не было ничего, что хотя бы немного роднило его с милым и относительно безобидным пушным зверьком, любящим погрызть орешки. То ли тварь, закусившая бедолагой, тело которого обнаружили объездчики возле насыпи, набралось жизненной энергии и значительно подросло, то ли оно изначально умело изменять свой облик, но…

Существо, бросившееся на нас с моим напарником выглядело не просто пугающе, оно ужасало и повергало в трепет одним своим видом. Его приплюснутая сверху голова была покрыта морщинистой кожей, усеянной чем-то наподобие костяных щитков или, может быть, чешуи, через которую пробивался редкий бело-чёрный мех. Такая же редкая белая с чёрными пятнами шерсть покрывала и туловище, и верхнюю часть непомерно длинных когтистых лап. Внизу же, начиная от локтей и колен, руки и ноги существа были чешуйчатыми как у ящера…

Тварь, прибывшая откуда-то из глубин другой и при этом явно не дружественной вселенной, стояла сейчас перед нами с моим напарником и сверлила нас взглядом недобрых глаз, светившихся в темноте ночи бледно-жёлтым сиянием. В её взгляде явно разумного существа яснее ясного читались злоба и слепая ненависть ко всему живому. А самым странным было то, что мы с Юанем, прекрасно осознавая возможную опасность, даже не пытаемся её предотвратить, первыми бросившись в атаку на неведомую тварь. А вместо этого просто стоим и смотрим в её светящиеся глаза, будучи при этом не в состоянии даже пошевелиться.

«Убирайтесь!» — внезапно прозвучал у меня в голове незнакомый, скрежещущий и какой-то механический голос. — «Это — мой лес. А скоро и весь этот мир станет моим».

— Ага, сейчас! Аж два раза! — фыркнула я. — Это не нам, а тебе самой придётся убраться. Ну, или же отправиться прямиком в ад. Или куда там ещё подобные тебе твари попадают после смерти.

— Аннет, ты это чего?! — даже опешил мой напарник. — С кем ты разговариваешь?

— С ней, вот! — ответила я, кивком указывая на продолжавшую сверлить нас недобрым взглядом тварь. — Она сказала, чтобы мы убирались вон и что скоро весь этот мир будет принадлежать ей. Вот я и посчитала нужным объяснить ей, кому это на самом деле следует немедленно убраться прочь и никогда больше здесь не появляться.

— Так, ладно, я тебя, в общем-то, понял, — кивнул Юань. — Не могу вот, правда, понять кое-что другое: почему она просто стоит и смотрит на нас, но даже не пытается напасть?

— Понятия не имею! — пожала я плечами, только сейчас сообразив, что мой напарник прав. — А ты-то сам почему просто стоишь и не нападаешь на неё?

— Вот и я тоже понятия не имею! — ответствовал мне мой напарник. — Вроде бы, она пока не делает нам ничего плохого. А, учитывая, что существо это явно разумное… Я всё же надеюсь, что мне удастся с ним договориться и убедить его покинуть наш мир и вернуться домой, в его собственную вселенную.

— Боюсь, долго нам с тобой ждать придётся! — покачала я головой. — Не похоже, что это существо захочет тебя послушаться.

— Ну, не попробуешь — не узнаешь. К тому же… — начал было мой напарник.

Но не договорил, потому что тварь, которая всё то время пока продолжался наш разговор, стояла так же неподвижно, как каменная гаргулья, внезапно прижала к голове уши, похожие не то на уши кролика, не то летучей мыши, и, оскалив пасть, полную острых треугольных зубов, растущих в два ряда, испустила такой пронзительный вопль, что у меня даже в голове помутилось. А зловоние, дохнувшее на меня при этом из пасти твари, чуть не заставило меня расстаться с сегодняшним ужином… Тьфу, ну и мерзость же!..

В следующую секунду в воздухе промелькнула когтистая лапа, пролетевшая всего в паре сантиметрах от моего лица. К счастью, я вовремя успела от неё увернуться. Так, что острые когти твари лишь прочертили воздух рядом со мной и оставили свой след на коре дерева, возле которого я стояла.

— Аннет, сеть!..

Мой напарник, словно очнувшись от порядком затянувшегося сна, выхватил из-за пояса нефритовую флейту и поднёс её к губам.

Я не понимала, зачем он это делает? Ведь тварь всё равно нечувствительна к звукам его специфического оружия. И уж не лучше ли просто выпустить в неё разом две обоймы серебряных пуль. Авось, если не убьём, так хотя бы заставим её остановиться. Но всё-таки подчинилась, решив, что моему более опытному напарнику лучше знать, как следует действовать в подобных случаях. В конце концов, не ошибся же Юань во время сражения с вампиром и во время битвы с лунчжи? Значит, и на этот раз он всё делает правильно. Наверное… Ну, по крайней мере, хотелось бы мне в это верить.

Выхватив из висевшей у меня на боку сумки сеть, я попыталась накинуть её на тварь, которая снова попыталась нас атаковать. Но с первого раза это у меня не получилось. То ли сеть, рассчитанная на небольшое существо размером примерно с белку, оказалась маловата для монстра, почти в полтора раза превосходящего ростом моего напарника, то ли… Не знаю даже. Но в первый раз ловушка лишь слегка задела атакующую нас с моим напарником тварь, но, похоже, так и не причинила ей при этом никакого вреда.

— Плохо! — с трудом отбиваясь от нападения твари, покачал головой мой напарник. — Давай, Аннет! Сосредоточься и сделай это, наконец! Поймай её в ловушку, пока не стало слишком поздно…

— Каким образом? — фыркнула я. — Ты же и сам видишь, что мы не подрасчитали с размерами и эта сетка оказалась мала… Чем, скажи на милость, я должна её ловить? Голыми руками, что ли?

— Зачем голыми руками?..

Я видела, как тварь снова взмахнула лапой, явно метя при этом в шею моего напарника. Юань в последний момент всё же смог от неё увернуться, так, что острые когти твари вместо того, чтобы разорвать ему горло, лишь оставили на его щеке три или четыре кровоточащих царапины.

— Осторожней! Не дай ей себя укусить! — крикнула я, пытаясь при этом сообразить, как бы мне и вправду поймать тварь в ловушку. Ну, или, может быть, справиться с ней как-то по-другому.

Сеть в этом деле явно не поможет. Она слишком мала по размеру: её хватит только на то, чтобы набросить монстру на голову. Но… Что же мне делать? Не могу я, в самом деле, просто стоять и смотреть на то, как чудовище, прибывшее на землю из другого мира, разрывает в клочья моего напарника, а после добирается и до меня? А что, если…

«Всё верно! — мелькнула у меня мысль, показавшаяся мне спасительной. — Моя магия, ну, конечно же! И как я раньше об этом не подумала?..»

В то, что мне удастся остановить тварь, просто направив на неё поток воды, я сильно сомневалась. Максимум, смогу отшвырнуть её таким образом на несколько метров. Но что же дальше? А дальше — ничего. Чудовище только разозлится ещё больше и станет куда опаснее. Но что, если я использую магию воды не в её обычном, а в твёрдом или в газообразном состоянии? Магия пара… Хм, может быть, мне удастся испарить из тела инопланетного монстра всю воду и превратить его в некое подобие египетской мумии?

Я начертала в воздухе несколько знаков заклинания, выудив его из памяти, доставшейся от прежней хозяйки моего тела, после чего направила волшебную палочку на тварь, снова пытавшуюся зацепить когтями моего напарника. На меня саму она, как ни странно, вообще не обращала внимания. Ну и очень зря, как оказалось.

Несколько мгновений ничего, впрочем, не происходило. Мне даже показалось, что моя магия на это чудовище вообще не подействовала. Но затем… Я вдруг увидела, как от шкуры твари вверх начали подниматься тонкие струйки пара, которые где-то у неё над головой сливались друг с другом в подобие небольшого облачка. Должно быть, только сейчас почувствовав неладное, монстр взвыл и замер на месте, как бы прислушиваясь к своим ощущениям.

Мой напарник, успевший к этому времени обзавестись ещё несколькими царапинами, воспользовался этим и снова заиграл на своей флейте мелодию, которую я уже слышала во время сражения с лунчжи и которая, как я об этом догадывалась, активировала магию Земли. Цзи Юань редко прибегал к этому заклинанию: только тогда, когда ситуация была почти безвыходной. Должно быть, потому, что использование магии Земли отнимало у него немало сил, после чего моему напарнику приходилось долго их восстанавливать. И то, что он решил прибегнуть к этому способу сейчас, будучи раненым, было не слишком хорошим знаком. Боюсь, что если мой напарник продолжит, это может стать для него опасным. Что, если от истощения духовных сил он впадёт в летаргический сон или всерьёз заболеет?..

— Нет! Ты не можешь!..

Прежде, чем Юань успел опомниться, я бросилась к нему наперерез и, выхватив из его рук флейту, на которой уже отчётливо проступали кроваво-алые знаки, отпрыгнула в сторону.

— Аннет, ты что это вытворяешь?!

Сообразив, что он остался без своего главного оружия, мой напарник заметно растерялся. И даже чуть не подставился под очередной удар когтистой лапы твари. Но я, разумеется, не позволила этому случиться. К этому времени я уже знала, что должна сделать, чтобы одолеть монстра. Магия пара хороша, но действует слишком медленно. Нужно кое-что другое. И я, кажется, уже успела понять, что именно.

Подпустив тварь к себе поближе, я, изловчившись, при помощи сетки перехватила в воздухе одну из её лап в то же время чертя в воздухе заклинание, к которому никогда раньше не прибегала. Да, собственно говоря, и не могла прибегнуть, поскольку оно «родилось» у меня в голове спонтанно и буквально только что. Я не была уверена в том, что у меня всё получится как надо, так, как я задумывала. Но, всё-таки, это был мой единственный шанс на спасение и упускать его я не собиралась.

Начертав в воздухе несколько магических знаков в тот же миг начавших сочиться водяными каплями, добавила ещё парочку волшебных знаков, обращающих воду в лёд. А затем, как и в случае использования заклинания пара, направила свою волшебную палочку на тварь, тем самым как бы переводя на неё действие только что придуманного мной заклинания.

— Аннет, что ты делаешь?! — воскликнул мой напарник, безуспешно пытаясь ко мне приблизиться. — Немедленно верни мне мою флейту, слышишь?

— Непременно верну! — пообещала я ему, стараясь при этом не отвлекаться всё ещё творимого мной заклинания. — Как только разберусь с этой тварью, так сразу же и верну.

— Не как только разберёшься, а немедленно! Сейчас! — продолжал упорствовать Цзи Юань.

Но я сделала вид, будто не слышу этих его слов. Вместо этого я сосредоточила всё своё внимание на монстре, шкура которого к этому времени уже была покрыта тонким слоем льда. Что, собственно говоря, мне и было нужно. Дождавшись, пока большая часть воды внутри тела твари застынет, а сама она перестанет дёргаться, безуспешно пытаясь вырваться из ловушки, в которую мне удалось её загнать, я начертала в воздухе ещё парочку знаков заклинания, разрушающего лёд. В тот же миг сверкнула бледно-голубая вспышка и ледяная статуя, в которую превратилась тварь, раскололась на множество острых осколков, разлетевшихся в разные стороны.

— Аннет, осторожно! — разом забыв о своей ненаглядной флейте, крикнул мой напарник.

Но было уже поздно. То ли я до самого конца в глубине души не верила в эффективность придуманного на ходу заклинания, то ли просто замешкалась… Но один из ледяных осколков вонзился в мою ногу в то время как другой осколок прошёл навылет через плечо. Моему напарнику, бросившемуся поспешно меня оттаскивать, тоже досталось: ледяная «стрела» задела его по руке, оставив глубокий кровоточащий след.

Но я успела заметить это уже ускользающим сознанием. Внезапная боль и сапог, наполняющийся кровью, заставили меня думать о худшем. О том, что попавший в ногу осколок пропорол артерию и что жить мне осталось не больше нескольких минут.

Прежде, чем окончательно лишиться чувств, я ещё успела протянуть своему напарнику его нефритовую флейту, которую каким-то чудом всё ещё держала в руках:

— Вот, возьми… К-как в-видишь… я в-всегда… всегда в-выполняю свои… обещания… — с трудом пробормотала я.

А уже в следующую секунду пугающая липкая и почти что осязаемая темнота полностью поглотила моё сознание. Так, что я ничего больше не видела, не слышала и не понимала, что происходит…

Глава 28: В гостях у «Бабы-Яги» или Непростая задачка

Когда я пришла в себя, то даже не сразу поняла, что нахожусь сейчас вовсе не в нашем гостиничном номере, а где-то совсем в другом месте. И что место это явно не было лесом, где произошло недавнее сражение с инопланетной тварью.

Помещение, в котором я оказалась, представляло собой небольшую комнату с бревенчатыми стенами, буквально увешанную некими загадочными амулетами. Меблировка была, прямо скажем, довольно скромной: деревянная кровать, на которой я сейчас и лежала, пара широких скамей, грубо сколоченный стол, неизменный резной сундук (куда же без него-то в избе?) и огромная каменная печь, по всей видимости являющаяся центром этого странного дома.

Возле печки хлопотала незнакомая пожилая женщина в тёмной одежде. Она то помешивала кипевшее в горшке варево большой деревянной ложкой, то пробовала его, то подсыпала какие-то приправы. Откуда-то снаружи, со стороны улицы или, может быть, двора доносился стук топора: должно быть кто-то, кто там был, занимался заготовкой дров к зиме.

Я попыталась пошевелиться, но раненую ногу тут же пронзила острая боль, заставившая меня невольно вскрикнуть. Женщина, хлопотавшая возле печи, обернулась в мою сторону и я увидела что она очень стара. На вид незнакомке можно было бы дать все сто, а то и больше лет, однако её глаза цвета первой весенней листвы сияли так же ярко, как если бы их обладательница была совсем ещё юной девушкой. Возможно, моей ровесницей, ну или же барышней лишь немногим постарше меня.

— Куда это ты собралась, девонька? — нахмурив клочковатые брови, неожиданно звонким и, как мне показалось, молодым голосом проговорила старуха. — Ты лежи, лежи. Тебе пока нельзя подниматься с постели.

— Что это за место? — спросила я у неё. — И где… Где сейчас мой напарник?

— Ты о том пареньке, что был с тобой? — хмыкнула старуха. — Здесь он, во дворе дрова колет. Да и где же ему быть, если только не рядом с тобой?

— Ясно, — коротко кивнула я, чувствуя, что этот разговор, сколь бы короток он ни был, почему-то отнял у меня почти все силы.

У меня имелось немало вопросов к хозяйке странного дома. Только вот задать их ей сейчас я была пока не в состоянии.

Между тем стук топора во дворе смолк, а вместо него послышался звук приближающихся хорошо знакомых мне шагов. Скрипнула, отворяясь, дверь и на пороге комнаты появился мой напарник, державший в руках охапку дров. При этом я невольно отметила, что сейчас на нём была вовсе не та крестьянская одежда, в котором он вместе со мной отправился на охоту за тварью, а форма старшего офицера отряда «Феникс». Точно такая же, как и та, что носит Николай Романов.

— Вот, принёс вам немного поленьев, бабушка! — проговорил Юань, складывая свою ношу возле печки. — Если нужно будет — вы только скажите, я ещё наколю и принесу.

— А, спасибо тебе, милок! — проговорила старуха. — Ты мне здорово пособил. Даже жалко с таким хорошим помощником расставаться будет. Но вскоре мне всё же придётся это сделать.

— Расставаться? — нахмурился Юань. — Вы что же, хотите сказать, бабушка? Что Аннет… Что ей стало хуже?

— Я только хочу сказать, что очнулась, наконец, твоя-то зазноба! — усмехнулась старуха. — Полежит теперь в постели ещё пару денёчков — и можешь её забирать.

— Аннет и в самом деле очнулась?! Хвала Небесам, а я-то уж боялся!..

Мой напарник, забыв обо всём, подбежал к кровати на которой я лежала и так крепко сжал меня в объятиях, что я невольно вскрикнула, почувствовав боль в раненом плече. Но затем, должно быть устыдившись этого своего порыва, Юань отпрянул в сторону и виновато отвёл взгляд:

— Извини. Я… Не не должен был этого делать. Не должен был давать сейчас волю своим чувствам.

…Своим чувствам? А вот это уже что-то новенькое! Никогда прежде Юань не говорил мне таких слов. Делал вид, будто относится ко мне всего лишь как к своему товарищу по службе. Да и вообще… Единственной девушкой, к которой он испытывал чувства наподобие влюблённости, была наша прежняя замкомандира — Елизавета Стрешнева. Но Лиза вместе со всеми остальными нашими сослуживцами осталась в Дальнем и…

«Так, стоп! — мелькнула у меня непрошеная мысль. — Может быть, Юань так вот внезапно воспылал чувствами по отношению ко мне именно по этой самой причине? Потому, что надеется, сблизившись со мной, забыть о своей первой, порушенной, да к тому же ещё и безответной любви? Но должна ли я в этом случае позволить ему?..»

После минутного раздумья я пришла к выводу, что нет, не должна. И при этом не имеет значения то обстоятельство, что мой напарник мне самой давно уже нравится. В конце концов я по своей первой жизни намного старше Юаня и хотя бы по этой причине не должна вести себя так же, как он. Не смею поддаваться неуместным сейчас чувствам и вести себя как влюблённая старшеклассница. И плевать на то, что в этой моей новой, второй жизни я и вправду выгляжу как совсем ещё юная девушка.

— Не должен давать волю своим чувствам? — спросила я у напарника, не без подозрения глядя при этом на него. — Ты это о чём?

— Ну… — смущённо протянул тот. — Я о том, что не должен был сейчас набрасываться на тебя с объятиями. В конце концов, ты была ранена и своими неосторожными действиями я мог причинить тебе боль.

— А-а, вот ты о чём! — почувствовав явное облегчение при этих его словах, кивнула я. Выходит, что Юань всего лишь опасается, что может навредить мне, стиснув меня в слишком крепких дружеских объятиях, а я-то, дура, уже успела навоображать себе такого… Ну, в общем, лишнего. — Не скажешь, кстати, сколько времени я провалялась без чувств?

— Три дня, — ответил мой напарник. — С тех пор, как ты лишилась чувств там, в лесу, так ни разу в себя и не приходила. И ты даже представить себе не можешь как же сильно я испугался, когда вдруг понял, что могу тебя потерять!

— Ты испугался, что можешь меня потерять? — повторила я, невольно при этом подумав, что, оказывается, мои опасения всё же могут быть вполне основанными. И что он взаправду испытывает ко мне некие чувства, явно более сильные, чем просто дружеские. — С чего бы это, а?

— Ну, понимаешь, — вздохнул Юань. — Я просто подумал, что если с тобой что-то случится… То я останусь здесь совсем один. Мэйлин и Лиза сейчас в Дальнем, приёмный отец — в Иркутске, сводные братья и сёстры — вообще, кто где… В общем, я и вправду испугался того, что останусь тут в одиночестве, а потому…

— Ясно! — слегка обиженно кивнула я, досадуя при этом не то на его бесчувственность по отношению ко мне, не то на себя саму — за то, что вновь напридумывала себе лишнего. — Так, значит, всё дело только лишь в этом? В твоём страхе перед возможным одиночеством?

— Да, именно! — неожиданно раздраженно фыркнул мой напарник. — А в чём ещё может быть дело, Аннет? Да, я и в самом деле испугался, когда ты внезапно потеряла сознание и долгое время не приходила в себя! Но не меньше я испугался и в тот момент, когда ты создала то жуткое заклинание. Я, конечно, и раньше знал о том, что тебе подвластна магия не только воды, но также льда и пара. Но никогда прежде и представить себе не мог такого, что ты можешь воспользоваться своими способностями таким вот образом: сначала заморозить своего противника, а затем расколоть его изнутри на куски. Это было… Довольно пугающе, знаешь ли!

Он замолчал, глядя куда-то в пространство перед собой и в его глазах цвета тёмного мёда я заметила тень не так давно пережитого ужаса. Должно быть, Юань просто не ожидал того, что я могу быть способна на такую жёсткость. Если честно, я и сама от себя ничего подобного не ожидала. И заклинание, которое тогда сотворила… Я, ведь, даже не рассчитывала на то, что оно сработает! И уж точно представить себе не могла, что получу от него настолько мощный «откат».

— Я тоже никогда прежде даже подумать ни о чём подобном не осмелилась бы! — вздохнула я. — И, если честно, сама не знаю, что на меня вдруг нашло. Но то заклинание… Оно соткалось словно вопреки моей собственной воли. Как если бы кто-то, управлявший извне, подсказал мне, что нужно сделать дабы его создать!

— Да, я тоже заметил, что ты выглядела тогда… как бы не от мира сего! — кивнул мой напарник. — Но всё-таки, Аннет… Я всё понимаю: ты хотела как лучше. Хотела обезвредить тварь из иномирья, чтобы она никому больше не навредила. Но всё-таки, ты могла хоть немного подумать прежде, чем переходить к заключительной части своего заклинания? Почему ты не выставила перед этим защитный блок? Почему не подумала о том, что тебя и саму может зацепить разлетающимися во все стороны острыми как стрелы ледяными осколками?

— Почему? — хмыкнула я. — Ну, наверное, по той причине, что и сама до последнего момента не верила в то, что заклинание сработает. А, если уж совсем честно, то просто не подумала об этом.

— Ну, а сделать это тебе как раз и не помешало бы! — буркнул мой напарник. — Что, если бы твои ранения оказались ещё более серьёзными? Что, если бы ты умерла? Об этом ты, хотя бы могла подумать?

— Эй! Я, вообще-то, тебя, балду, защищала! — воскликнула я, в шутку щёлкнув его по лбу. — Испугалась, что, использовав магию Земли будучи раненым, ты серьёзно себе навредишь.

— Спасибо, конечно… Но я вовсе не нуждаюсь в том, чтобы меня кто-то защищал. Особенно, девушка. Особенно, ты.

— Что это значит — «особенно, ты»?! Ты что же, хочешь сказать?..

— Да ничего такого я не собираюсь тебе говорить. Я только не желаю, чтобы ты попусту рисковала своей жизнью — вот и всё.

— Ага, конечно же, ты этого не желаешь! Потому, что боишься остаться тут совершенно один, если со мной вдруг что-то случится? — не удержалась я от язвительного замечания.

Но Юань только досадливо махнул рукой:

— Ай, да ну тебя!..

Мы с моим напарником и сами не заметили, как наш вроде бы серьёзный разговор перешёл в шуточную полемику, а та, в свою очередь — в уже откровенное дурачество. И совсем забыли о том, что, вообще-то, находимся в этом доме не одни. И что его хозяйка с любопытством наблюдает сейчас за нашей перепалкой.

— Ну-ну! — ворочая в печи огромным ухватом, с усмешкой проговорила старуха, качая головой. — Милые бранятся — только тешатся.

— Милые?!. О чём это вы говорите, бабушка?! — вмиг забыв о споре, мы с моим напарником разом обернулись в её сторону.

— Да так, ни о чём особенном! — пожала старуха плечами. — Странно вот только, что вы оба сами так до сих пор этого не поняли…

— Чего именно мы не поняли, бабушка?..

Но хозяйка странного дома, ничего не ответив, снова занялась готовкой, не обращая больше на нас двоих никакого внимания. Наконец, где-то через четверть часа, она при помощи ухвата вытащила горшок, от которого вверх поднимались струйки ароматного пара после чего взяла со стола стоявшую там корзинку и направилась к двери.

— Пойду пока целебных трав поищу, — стоя на пороге, проговорила старуха. — Скоро вернусь. А вы пока тут вдвоём без меня поворкуйте. Уверена, что у вас двоих есть, что наедине друг с другом обсудить…

* * *

— Ну, рассказывай! — нетерпеливо дёргая своего напарника за рукав, проговорила я, как только за хозяйкой закрылась дверь.

— Что именно рассказывать? — едва заметно усмехнулся Юань.

— Ну… Начнём с того, что это за странное место такое. И как я здесь оказалась?

— Место? — переспросил мой напарник. — Ну, если честно, я и сам не знаю, что это за место такое. Предположу, что домик одной женщины, которую в посёлке считают колдуньей. Но которая уж точно настоящей ведьмой не является.

— Угу, я это уже поняла, — кивнула я. — Она — кто-то вроде знахарки, правильно? Если уж травами лечит…

— Не совсем! — с усмешкой покачал головой Юань. — На самом деле… Аннет, если я тебе скажу правду о том, кто эта женщина, которая тебя спасла и приютила… Ты же мне всё равно не поверишь!

— Поверю-поверю! — хмыкнула я. — Ты никогда прежде меня не обманывал, а значит, у меня нет оснований сомневаться в правдивости твоих слов.

— Тогда… — понизив голос до таинственного шёпота, проговорил мой напарник. — Аннет, что ты скажешь, если я скажу тебе то, что хозяйка этого дома — Баба-Яга?

— Настоящая?! — хохотнула я. — Та, что из сказок?! Ай, да ну тебя! Всем, ведь, известно, что Бабы-Яги не существует. Что она — сказочный персонаж, которым пугают непослушных ребятишек, не желающих есть манную кашу.

— Ага! — кивнул Юань. — И вампиров тоже не существует! И девятиголовых лунчжи! Только вот как быть с тем фактом, что нам с тобой лично приходилось с ними сражаться?.. Хорошо-хорошо! — добавил он, видя, что я ему не верю и думаю, что это он просто так пошутил. — На самом деле всё обстоит немного не так, как ты думаешь. Видишь ли, Баба-Яга — она, на самом деле, не добрая и не злая. Она только выполняет свою работу: охраняет места, где наш мир соприкасается с миром другой Вселенной. Она может наказать человека, делающего что-то разрушающее ткань мироздания, но может и помочь тому, кто попал в беду. Она — Хранительница Равновесия миров. И от неё зависит то, будут ли враждебные друг другу миры существовать отдельно друг от друга или же они начнут постепенно просачиваться один в другой, неся при этом гибель всему живому.

— Ясненько! — кивнула я. — Я тебя, в общем-то, поняла. Хранительница Равновесия миров — это, конечно, совсем не то, что сказочная Баба-Яга, только и мечтавшая о том, как бы побольше навредить людям. Но если это так… То почему же тогда у Хранительницы такая дурная слава? Почему в сказках она показана ведьмой и людоедкой?

— Почему? — протянул мой напарник. — Если честно, я этого не знаю. Может быть, дело в том, что Хранительницы живут вдали от городов и деревень? В глухих лесах. В горах среди неприступных скал и ледников. И даже в пустынях. Люди думают, что эти женщины там селятся потому, что им есть что скрывать. Что они творят там, в глуши, своё чёрное колдовство. А ещё… Хранительницы, ведь, и в самом деле запросто могут убить нарушителя порядка, который они охраняют, а потому слухи об их суровости не так уж сильно и преувеличены.

— Вот оно что! — кивнула я. — Ну, а как ты с одной из этих Хранительниц познакомился? И как, вообще, я оказалась в её доме?

— Как оказалась? Ну, видишь ли, долго рассказывать. А если коротко… То Хранительница услышала шум, причиной которого было наше сражение с тварью и поспешила туда, чтобы разобраться с тем, что происходит. Она появилась как раз когда ты только начинала творить своё заклинание. Сначала хотела сразу вмешаться и помочь нам, но потом всё же решила немного понаблюдать за ходом сражения. А когда ты расправилась с той тварью, Хранительница даже успела выставить перед нами что-то вроде защитного барьера, который нас с тобой прикрыл, правда, не полностью. После того, как ты была ранена и лишилась чувств, Хранительница при помощи магии очистила твои раны от возможной инфекции, а затем велела мне отнести тебя в её дом. Мол, твои раны слишком серьёзны и в обычной больнице тебе не помогут. Я сделал так, как она сказала. Отнёс тебя в её дом и помог с приготовлением целебного отвара. Ну, а когда опасность миновала и тебе стало лучше, она отослала меня обратно в посёлок. Сказала, что меня там ждут важные дела и что здесь от меня всё равно пользы будет немного. Я вернулся в гостиницу и мне сразу же передали письмо из Петербурга и свёрток с новой формой для нас обоих. В том письме был приказ о том, чтобы мы нашли себе временную штаб-квартиру и немедленно начинали набирать людей в новое подразделение отряда «Феникс».

— И ты?.. — вопросительно воззрилась я на него.

— А что — я?! — недоуменно развёл руками мой напарник. — Я бы и рад выполнить их приказ. Да только вот… Где, скажи на милость, я найду здесь людей, обладающих магическими способностями и умеющих чуять нечисть? Сама знаешь, что это — привилегия бояр и дворян. А здесь, в основном, кто живёт? Железнодорожные служащие да рабочие, занятые прокладкой рельсов. Кто из них может иметь хоть какое-то отношение к аристократии?

— Хм, и в самом деле! — кивнула я. — Задачку перед нами непростую, конечно, поставили. Ну, ничего… Как только на ноги поднимусь, так сразу же и займусь этим вопросом. Так что, не переживай по этому поводу раньше времени: мы с тобой непременно что-нибудь, да придумаем!

— Угу, — не слишком, впрочем, уверенно, кивнул он. — Хотелось бы мне в это верить. Да только вот…

Не договорив, мой напарник замолчал, глядя в пространство перед собой и невесело при этом улыбаясь. Я же…

Я не стала переубеждать его или говорить, что всё непременно наладится. Потому, что к этому времени у меня уже появился кое-какой необычный план. Который, как я надеялась, поможет нам решить возникшую проблему…

Глава 29: История, рассказанная Хранительницей или «Нам нужно поскорее съехать из гостиницы…»

Прошло ещё два дня и я, наконец-то смогла покинуть дом спасшей меня Хранительницы и вернуться вместе со своим напарником в наш гостиничный номер. Хотя, надо сказать, что время, проведённое в увешанной амулетами лесной избушке не прошло для меня даром: я узнала много интересного и полезного, так, что теперь намного лучше понимала законы мироздания этого мира и то, почему их ни в коем случае не следует нарушать.

Узнала я и о том, что Хранительницы, которых в разных странах считали то ведьмами, то лесными феями, а то и богинями, пришли на Землю ещё на заре времён. Они спустились со звёзд вместе с так называемыми Древними, которые, собственно говоря, и «назначили» Хранительниц оберегать границы нашего и других миров, не позволяя тварям из иномирья проникать на Землю, а людям, которые хоть тогда ещё и носили шкуры вместо нормальной одежды, но уже в то время начинали проявлять неумеренное любопытство — приближаться к этим заповедным местам. До поры до времени всё было хорошо: Хранительницы успешно справлялись со своей задачей в то время как Древние помогали людям создавать цивилизацию и развиваться. Но затем…

Кому-то из человеческих жрецов удалось узнать одну из главных тайн мироздания: то, что множество Вселенных соединяются с нашим миром при помощи так называемых червоточин. И что эти самые червоточины можно использовать для перемещения на большие расстояния, поскольку путь через них значительно сокращает время, проведённое в дороге. Собственно, именно так сами Древние и их потомки и перемещались из одной части света в другую, но делится этим секретом с людьми они явно не собирались. Не от жадности, а по той причине, что считали человечество слишком молодым для подобных знаний. И, как показало будущее, в общем-то, были правы.

Итак, если верить Хранительнице, то получается, что ещё несколько тысяч лет назад люди смогли разгадать загадку червоточин и стали использовать их в своих собственных целях. Но тут возникла кое-какая проблема. Которая заключалась в том, что вход в каждую такую червоточину охранялся Хранительницей, которая не подпускала к нему посторонних. Ну, что же: земные властители просто объявили Хранительниц ведьмами и людоедками. Со всеми вытекающими отсюда последствиями в виде преследования, самосуда, а то и костров на главных городских площадях.

К этому времени Древние или, вернее, их потомки, уже утратили былое могущество. И если люди всё ещё продолжали считать их богами и небожителями — так это только по старой памяти. Древние видели, как те расправляются с Хранительницами, но ничего не могли с этим поделать, с головой увязнув в собственных распрях и растрачивая на это последние остатки своего могущества.

А между тем люди, добравшись, наконец, до червоточин, которые теперь никто не охранял, превратили их в порталы, при помощи которых могли теперь путешествовать подобно тем, кого они считали богами. Но сделали это настолько неаккуратно, что почти полностью разрушили и без того хрупкую в подобных местах ткань мироздания. Итогом чего стали толпы «нечисти», буквально хлынувшие на Землю из «пробоин» между мирами.

Вот тогда-то уцелевшие Древние спохватились и решили вмешаться пока не стало слишком поздно. Осталось же их к тому времени всего девять… скажем так, человек. Создав нечто вроде тайной организации, они принялись искать способ запечатать порталы и восстановить хрупкое равновесие миров. Потратив несколько десятилетий на поиски утраченных к этому времени знаний, Древние ценой своих жизней кое-как смогли запечатать все открытые порталы. Это помогло остановить нашествие «нечисти» на Землю, но с теми «невидимыми соседями», кто уже успел пробраться через червоточины в наш мир, уже ничего нельзя было поделать. И пришлось тогда уже человеческим магам и жрецам объединять усилия чтобы уничтожить хотя бы самых опасных «гостей» из иномирья. Так был создан первый отряд «Феникс» и несколько подобных ему, но куда менее известных организаций, занимающихся борьбой с нечистью. Со временем та была частично истреблена, а частично затаилась и вроде бы на какое-то время присмирела.

Так продолжалось много столетий. До тех пор, пока пару десятков лет назад способ путешествовать в пространстве через червоточины снова не был открыт. Так были созданы новые порталы. Правда, на этот раз люди действовали более осторожно и ткань мироздания пострадала от их действий не так сильно как это было в древности. Но проблема заключается в том, что даже при аккуратном пользовании порталами, ткань мироздания с каждым годом разрушается всё больше и больше, поскольку каждое такое путешествие как бы ещё больше истончает границу между мирами. Пока она ещё держится, но… Кто может знать, что случится через пять, десять или сто лет? Охранять большинство червоточин некому, поскольку почти все Хранительницы ещё в древности были объявлены ведьмами и уничтожены. С теми же, кто ещё оставался, позднее разобралась Святая Инквизиция. Так, что уцелело лишь несколько Хранительниц, живших в тех странах, где не велась целенаправленная борьба с ведьмами, как это было, например, в Цин. Ну или же те, кому удалось очень хорошо скрывать свою истинную сущность. Однако, охота на ведьм не лучшим образом сказалась и на их жизни. С тех пор Хранительниц никто больше не считал ни феями, ни, тем более богинями, а все называли их ведьмами, ненавидели и презирали. Но, несмотря на это, уцелевшие Хранительницы продолжают выполнять свою работу. Они по-прежнему охраняют вверенные их заботам червоточины и стараются не подпускать к ним обычных людей. Что же касается построенных заново порталов… То строились они на тех местах, Хранительницы которых уже давным-давно были уничтожены…

* * *

История, рассказанная хозяйкой дома, меня потрясла и в то же время огорчила. Ведь после этого мои худшие подозрения относительно порталов только подтвердились.

— Так значит, — спросила я у Хранительницы. — Та тварь, с которой мы с моим напарником сражались в лесу… Она тоже проникла на Землю через одну из таких червоточин, которые больше некому охранять?

— Нет! — покачала та головой. — Та тварь пробралась в этот мир через один из порталов. Ткань мироздания в том месте уже настолько истончилась, что того гляди вовсе разрушится. Но людям до этого дела нет. Всё, что их интересует — это то, что путешествие через портал куда быстрее, чем, скажем, верхом или в карете. Они не видят и не хотят видеть того, что своими неосторожными действиями могут безвозвратно погубить весь этот мир.

— Тогда… — спросила я. — Что же делать? Вам, бабушка, известен способ закрыть и запечатать порталы?

— Нет, мне такой способ неизвестен, — снова покачала головой Хранительница. — Хотя… Девять Древних, чтобы запечатать порталы, отдали свои жизни. Но даже всей этой их жертвы и всего их могущества было бы недостаточно для этого, если бы не Девять Артефактов, которые они использовали для запечатывания порталов.

— Девять Артефактов? — удивилась я. — И… Что же это такое?

— Девять магических вещиц, созданных Девятью Древними, вложившими в них всю принадлежавшую им магию и почти все свои духовные силы, — усмехнулась старуха. — О них говорится в старинных легендах и преданиях, но к настоящему времени почти все Артефакты давно утрачены. Те же из них, которыми до сих пор владеют люди… Они считаются священными и доступ к ним имеют лишь немногие посвящённые.

— И… Что же это на Артефакты такие? — спросила я. — Бабушка, вы знаете, что это за вещицы такие?

— Это мне неведомо, — покачала головой старуха. — Я знаю только то, что где-то поблизости от этих мест, там, где некогда располагалась столица чжурчжэньского царства, в секретной библиотеке хранится книга, в которой рассказывается об одном из Девяти Артефактов. И подсказка, в которой указывается путь к следующей книге, где говорится ещё об одной магической вещице. Так, следуя от одной подсказки к другой, можно отыскать все Девять Артефактов. Только вот… Боюсь, что обычному человеку, пусть даже и обладающему магическими способностями, не по силам будет подчинить себе эти Артефакты и заставить их правильно работать. К тому же… Поиск Артефактов — дело далеко не простое и не безопасное. Тому, кто возьмётся за их поиски, придётся обойти всю Землю, столкнувшись на своём пути с великим множеством трудностей и опасностей. А потому… Даже не думай об этом, девонька! Не ищи Артефакты сама и парню своему скажи, чтобы он тоже не вздумал их искать.

— А вы, бабушка, уже рассказывали о них Юаню? — спросила я.

— Нет, — с усмешкой покачала головой Хранительница. — Не говорила и не скажу. Потому, что не дело ему с поиском Девяти Артефактов связываться. Другая Судьба ему Небесами предназначена была. Однако… Боюсь, что никто теперь не сможет его остановить или отговорить от решения, которое почти наверняка станет для него пагубным.

— Ясно! — вздохнула я. — Ну, что же… Раз вы, бабушка, так говорите… Раз считаете, что нам с моим напарником не стоит связываться с поиском Девяти Артефактов и запечатыванием порталов… То я сделаю так, как вы мне советуете. Постараюсь выбросить все мысли о них из головы и никогда больше ни о чём подобном не думать. Только вот… Как быть с тем, что этому миру грозит нешуточная угроза? И что пусть не при нашей жизни, но при жизни наших детей или внуков, границы между нашим миром и другими Вселенными разрушатся и на Землю хлынут толпы хищных и опасных тварей?

Хранительница как-то странно усмехнулась, а потом проговорила:

— Моё дело тебя предупредить, девонька. Но окончательное решение за тобой. Только тебе и твоему парню решать, как быть и что делать. Если вы с ним и вправду решитесь на поиски Девяти Артефактов, отговаривать не стану. Однако… Вы оба должны понимать последствия этого шага. И принимать его более чем осознанно.

— Ну, на самом деле, — протянула я. — Юань — вовсе не мой парень. Он — мой товарищ по службе, мой напарник, но не более. А потому я бы не хотела, чтобы кто-то, пусть даже и вы, бабушка, думал, будто нас с ним связывает что-то большее чем служебные и дружеские отношения.

— Ладно, думай, как хочешь! — покачала головой Хранительница. — Однако, ты и сама знаешь, как между вами двумя в действительности дело обстоит. Впрочем… Время всё расставит по своим местам. Пока же… Просто забудь об этом. Выполняй свою работу должным образом, отринув прочь все посторонние мысли. В том числе и о поиске Девяти Артефактов. Потому что, девонька, у тебя и без них дел пока выше головы скоро будет.

Сказав так, она замолчала, недвусмысленно давая мне понять, что разговор окончен. И что это — всё, что мне следует пока знать.

* * *

Разговор этот происходил вечером второго дня после того, как я пришла в себя в лесной избушке. А на следующее утро за мной пришёл мой напарник и отвёл меня в гостиницу, которую я, несмотря на все неудобства уже понемногу начинала считать чем-то вроде своего дома. Во всяком случае, радость от возвращения туда я испытала не меньшую, чем если бы после долгих месяцев отсутствия вернулась в свою родную квартиру, оставшуюся в другом мире. Правда, к радости этой примешивалась и лёгкая грусть, связанная с тем, что я всё ещё продолжала скучать по своим родным, которых мне больше не суждено увидеть, поскольку они тоже остались в другом мире — там, куда мне нет да и не может быть возврата.

Наверное, эти эмоции отразились на моём лице, когда я в сопровождении заботливо поддерживающего меня под руку Цзи Юаня, переступила порог нашего с ним гостиничного номера.

— Аннет, что-то случилось?..

В голосе моего напарника прозвучали встревоженные нотки, а в его глазах цвета тёмного мёда промелькнула тень беспокойства за меня.

— Нет, всё нормально! — покачала я головой, опускаясь в стоявшее возле окна кресло. — Просто… Мне что-то взгрустнулось из-за разлуки с близкими.

Говоря так, я нисколько не соврала. Мне действительно всё ещё хотелось плакать от одной мысли о том, что я никогда больше не увижу ни родителей, ни мужа, ни детей. Умом понимала, что ничего не смогу исправить, не смогу вернуться домой к своим близким. Но в глубине души всё ещё была не в силах с этим смириться. И даже только ещё зарождающаяся в моём сердце новая любовь была не в силах этого изменить. Возможно, когда-нибудь это случится, но только не сегодня и не сейчас. И всё же…

Только теперь, глядя на своего напарника, я заметила, что его лицо «украшают» до сих пор не успевшие зажить царапины, оставленные когтями твари… Странно, что я не увидела их раньше, когда Юань навещал меня в лесной избушке Хранительницы.

Не осознавая, что и зачем я делаю, я подняла руку и провела кончиками пальцев по одному из ярко-алых рубцов, пересекающих его щеку.

— Ай!..

Юань отпрянул в сторону так резко, как если бы я прикоснулась к его коже не рукой, а раскалённым железом. Хотя, возможно, дело было в том, что царапины ещё не успели затянуться и потому прикосновение к ним причинило ему сильную боль.

— Что, очень больно? — спросила я у него, мысленно досадуя при этом на свою неловкость.

— Н-нет, ничего, терпимо! — смущённо отводя взгляд в сторону, пробормотал мой напарник. — Послушай, Аннет! — добавил он. — Я тут подумал… Подумал, что нам, наверное, не следует больше жить вместе в одном гостиничном номере, пусть тот и состоит из двух комнат. И без того уже по Харбину поползли слухи о неуставных отношениях, которые нас с тобой якобы связывают. А потому… Будет лучше, если мы снимем в посёлке отдельные квартиры. Желательно, на разных улицах, дабы избежать дальнейших сплетен, которые запросто могут бросить тень на нашу с тобой репутацию.

— Бросить тень на нашу с тобой репутацию?! — фыркнула я. — Ну, и с чего ты именно сейчас об этом заговорил?

— С чего? Ну, наверное, с того, что у меня есть невеста, а у тебя — жених. И если эти слухи дойдут до Иркутска и Петербурга… Видишь ли, — добавил Юань, немного помолчав. — Мой приёмный отец прислал письмо, в котором сообщает о том, что я могу служить в отряде «Феникс» ещё два с половиной года. Но как только мне исполнится двадцать один год, я должен буду оставить службу, вернуться домой и жениться на своей невесте.

— Это на той, о которой ты не знаешь ровным счётом ничего? — усмехнулась я. — И даже не в курсе того, как её зовут?

— Именно! Ну, а то, что я свою невесту совсем не знаю… Так что же в этом удивительного?

— И вправду ничего такого… — пробормотала я, только сейчас вспомнив о том, что в то время большинство браков заключалось по сговору родителей жениха и невесты, а те, в свою очередь, до самой свадебной церемонии нередко вообще друг друга никогда не видели. — Ладно, проехали. Если честно, я и сама подумывала о том, что было бы не худо снять в посёлке квартиру и съехать туда из гостиницы. Но не из соображений приличий. А по той причине, что меня уже вконец достали пьяные вопли, которые почти каждый вечер доносятся с первого этажа, из общего зала. Да и вообще… Жизнь в гостиничных номерах хороша только в отпуске, когда ты приезжаешь на курорт и просто наслаждаешься там жизнью, не обращая внимания на временные неудобства. Но провести так вот год, а то и больше?! На это я совершенно точно не подписывалась.

— Тогда… — не отводя от моего лица пристального взгляда, протянул мой напарник. — Когда мы займёмся поиском подходящих квартир?

— Не квартир, а квартиры! — покачала я головой. — Знаешь, я обещала твоей сестре, что буду вместо неё за тобой присматривать. А делать это, живя на другом краю посёлка было бы довольно затруднительно. А потому… Я согласна с тем, что нам нужно поскорее съехать из гостиницы. Только вот максимум, на что я могу согласится — это на съём дома, рассчитанного на двух хозяев и имеющего два входа. Две квартиры — это было бы уже слишком. Да и по деньгам выйдет дороговато, тебе так не кажется?

— Ну, не знаю! — с сомнением глядя на меня, покачал головой Юань. — Может быть, ты и права. В конце концов, я совсем забыл о том, что мы с тобой напарники. И потому хотя бы по этой причине не можем и не должны жить слишком далеко друг от друга. К тому же… Квартиру, которую мы снимем, можно превратить во временный штаб. Принимать там посетителей, в том числе и тех, кто захочет поступить на службу в отряд «Феникс».

— Ну, вот и отлично! — одобрила я его решение. — В таком случае, так и сделаем. Завтра же займёмся поиском подходящей квартиры. А для этого… Думаю, что для этого нам не лишне будет завтра прямо с утра заглянуть в управу. Ну, или поспрашиваем людей на улицах. Кто-то же да должен знать о том, где в посёлке можно снять дом или квартиру.

— Ага! — явно думая в это время о чём-то своём, кивнул мой напарник. — Вот, завтра с самого утра, как солнце встанет, мы с тобой этим и займёмся. А пока отдохни как следует. Всё-таки, ты ещё не поправилась окончательно после ранения. Да и прогулка от лесного домика Хранительницы до посёлка был совсем не близким.

— Хорошо, так и сделаю! — кивнула я, невольно ловя себя на мысли о том, что Хранительница, наверное, была права, говоря о том, что нас с моим напарником связывают чувства большие, чем просто партнёрство или даже дружба.

…Интересно, и почему это я раньше ничего подобного не замечала? Может быть, потому, что боялась подобных чувств и гнала их прочь? Как если бы боялась, что если позволю себе снова влюбиться, то тем самым предам свою прежнюю семью. Хотя, наверное, это и был абсурд с моей стороны — так думать и полагать…

Глава 30: Переезд на новую квартиру или Неожиданное прибавление

Следующий день мы с моим напарником собирались посвятить поиску подходящего дома, который могли бы использовать не только в качестве жилища, но и как временный филиал нашей будущей штаб-квартиры. Задачка эта, как мне представлялось, была не самой простой и потому я даже не рассчитывала справиться с ней в ближайшее время. Но нам повезло: на доске, выставленной перед управой, было развешано несколько объявлений с предложениями о сдаче комнат. Мы с Юанем решили обойти все адреса и уже на третьем месте нам улыбнулась удача.

Дом, который сдавался в аренду почти весь, за исключением небольшого флигеля, оказался достаточно большим и просторным. Одноэтажным как и почти все строения в посёлке, но с мансардой, которую можно было бы приспособить под библиотеку или какое-нибудь другое подсобное помещение. Комнат сдавалось пять: четыре поменьше и одна — побольше, причём две маленькие комнаты изолированы от всех других и имели отдельный вход. Словом — как раз то, что нам с моим напарником и было нужно. И даже немного больше нежели то, на что я могла бы рассчитывать.

Договориться о сумме и времени оплаты с квартирной хозяйкой, оказавшейся милой старушкой, не составило никакого труда, поскольку та была согласна на всё, лишь бы только комнаты в слишком большом для неё одной доме не простаивали впустую, а приносили какой-никакой, но всё-таки доход. Единственным условием, которое хозяйка нам выдвинула, было не заходить без её приглашения во флигель, где она сама жила. Признаться, это её пожелание меня слегка напрягло, навеяв не слишком приятные мысли о том, что она там могла заниматься вдали от глаз своих квартирантом чем-нибудь противозаконным. Но затем я подумала о том, что мало ли какие у человека, тем более, пожилого, могут быть причуды. Может, Акулина Егоровна, как представилась наша квартирная хозяйка, просто не любит, когда посторонние суют нос в её личные дела. Может, она вообще привыкла жить одна и ей пока тяжело смириться с присутствием чужих для неё людей в доме… В общем, мало ли какие у неё могут быть причины чтобы не впускать нас в свой флигель.

Мы с Юанем клятвенно пообещали, что без приглашения не переступим даже порога её личных комнат. А про себя я подумала, что, всё-таки, не мешало бы поспрашивать соседей насчёт нашей квартирной хозяйки. А то мало ли чего может случиться…

Впрочем, для этого у нас ещё будет время. А пока нужно как можно скорее заняться переездом. Благо, что тот не займёт много времени: вещей у нас с моим напарником немного: всего-то пара чемоданов да рюкзак, в котором «путешествовал» вместе с нами Лучик… Кстати, насчёт него…

Я вдруг вспомнила о том, что уже довольно давно не видела нашего лисёнка-оборотня. С тех самых пор, когда тот внезапно исчез в первый день после нашего приезда в Харбин и заселения в местную гостиницу.

— Интересно, где же ты можешь быть? — ни к кому не обращаясь, проговорила я. — Дух столетнего абрикоса говорила, что ты исчез потому, что находишься на пороге нового этапа жизни и должен пройти обряд инициации вдали от посторонних глаз. Но, мне почему-то кажется, что этот самый твой обряд слишком уж надолго затянулся. И что тебе давным-давно пора вернуться домой.

— А? Ты это сейчас о чём? — в недоумении глядя на меня, спросил мой напарник.

— Да так, ни о чём особенном! — пожала я плечами. — Просто, вспомнила, что Лучика уже давно не видела… Интересно, и куда это он мог запропаститься?

— Понятия не имею! — покачал головой Юань. — Между мной и Лучиком раньше существовало что-то вроде духовной связи, так, что я интуитивно чувствовал, где тот находится и чем занят. Но несколько дней назад эта связь почему-то оказалась разорванной. Я не хочу даже думать о том, что с Лучиком могло случиться что-то скверное. Однако то обстоятельство, что мне больше не удаётся с ним связаться, невольно заставляет думать о самом плохом, что только могло с ним случиться… Надеюсь, впрочем, — добавил он, немного помолчав. — Что мои опасения не имеют под собой реальных оснований. И что совсем скоро Лучик снова будет с нами.

— Я тоже очень на это надеюсь! — вздохнула я. — Однако… Если этого всё же не случится… Что ты собираешься делать в таком случае?

— Что я собираюсь делать в таком случае? — невесело усмехнулся мой напарник. — Известно, что: я буду его искать до тех пор, пока не найду если не его самого, то хотя бы информацию о том, что с ним приключилось на самом деле… А ты, Аннет? Ты собираешься присоединиться ко мне в этих поисках?

— Если честно… — покачала я головой. — Пока не знаю. Время покажет. К тому же… Что, если мы попросим духа столетнего абрикосового дерева помочь нам найти Лучика? Уверена, что она, как сверхъестественное существо, в чём-то родственное хули-цзин, куда быстрее нас отыщет пропавшего лисёнка-оборотня.

— Да, но если мы обратимся к ней с этом просьбой до выполнения своей части обещания… Не кажется ли тебе, что это будет не слишком честно с нашей стороны?

Вместо ответа я только пожала плечами: мол, думай, как хочешь. В то время я ещё даже не догадывалась о том, что нам с Юанем и искать нашего бывшего питомца не придётся. Что уже завтра Лучик сам соизволит внезапно объявиться. И что его появление окажется совсем не таким, как мы с моим напарником могли бы ожидать.

* * *

Вечером следующего дня, когда мы вернулись домой после патрулирования улиц и посещения места строительства нашего будущего штаба, квартирная хозяйка с самым что ни на есть загадочным видом поджидала нас возле ворот.

— А что же это ты, милок, не сказал мне о том, что к тебе братец собирается приехать? — с порога огорошила Акулина Егоровна моего напарника.

— Какой ещё братец?! Родной или сводный?

На лице Юаня отразился весь спектр эмоций, начиная от изумления и заканчивая испугом. Что же, понять шок моего напарник было возможно, если учесть, что его родные братья — принцы империи Цин, а сводные — дети одного из богатейших купцов Российской империи. Но и тем, и другим в Харбине, вроде бы, делать было нечего. А потому встретить их здесь мы могли бы примерно с той же вероятностью, что и повстречать на улице живого трицератопса.

— Как это — какой?!..

Акулина Егоровна велела нам следовать за ней. И привела нас в свой флигелю, куда, вообще-то, сама же просила нас с моим напарником лишний раз не заглядывать.

— Вот, смотрите! — проговорила квартирная хозяйка, открывая перед нами дверь комнаты, одновременно выполняющей у неё функции столовой и гостиной и указывая на сидевшего за столом и пившего чай с баранками мальчика, которому на вид можно было бы дать лет семь или восемь. Ребёнок был одет по цинской моде, но его длинные светло-каштановые волосы были не заплетены в традиционную косичку, а были собраны в высокий «хвост» и ниспадали на плечи и спину подобно водопаду.

— Ну, ничего себе! — невольно вырвалось у меня. — Ты кто такой и что тут, вообще, забыл?

— Ой! Добрый вечер, сестричка Аннет! — расплылся в лучезарной улыбке незваный гость. — Ты что же: не узнала меня?

— Нет, не узнала! — покачала я головой. — Видишь ли, я — одна дочь в семье. Никаких братьев и сестёр у меня нет и быть не может, а потому…

— Аннет, мне кажется… Кажется, что я его знаю! — между тем, в недоумении глядя на незнакомого ребёнка, тихо проговорил мой напарник. — Во всяком случае, находясь рядом с ним, я чувствую духовную связь наподобие той, что была у меня с Лучиком. Только эта связь слабее и немного отличается от прежней.

— Точно! — обрадованно кивнул мальчик. — Ну, хотя бы ты, братец Юань, меня узнал, пусть и не без труда! Только вот, — добавил он, беря из стоявшей на столе вазочки новую баранку. — Я должен вам обоим кое-что сказать. На самом деле меня зовут вовсе не Лучик. Мама-лисица дала мне при рождении имя Сяо Лу. И я хочу, чтобы вы называли меня именно так.

— Сяо Лу?! — хмыкнула я. — Ну, надо же, оказывается, когда Мэйлин назвала тебя Лучиком, она почти угадала твоё настоящее имя? Кто бы мог подумать!.. Но всё-таки, — добавила я, только сейчас вспомнив кое о чём важном. — Сказать-то ты можешь всё что угодно. Но как докажешь, что ты — тот самый Лучик, которого мы знали раньше?

— Чем докажу?

Сяо Лу усмехнулся, а затем внезапно обернулся ярко-рыжим четырёххвостым лисёнком, на шее у которого был коричневый кожаный ошейник с подвеской в виде медальона с выгравированном на нём именем нашего бывшего питомца.

— Так сойдёт? — спросил он, снова принимая человеческий облик.

Правда, при этом у него почему-то остались заострённые лисьи ушки и четыре пушистых хвоста.

— Обалдеть! — невольно вырвалось у меня. — Так значит, ты теперь умеешь превращаться в человека?

— Ага! — кивнул бывший Лучик, ныне ставший Сяо Лу. — Собственно, — добавил он, смущённо хихикнув. — Я и раньше пытался это сделать, только вот даже неполное превращение у меня почему-то тогда не получалось.

— Ну, так оно и сейчас у тебя тоже не очень-то и получилось, — хихикнула я. — Что, так и будешь расхаживать по дому с лисьими ушками и четырьмя хвостами? Не боишься, что нашу квартирную хозяйку при этом твоём виде удар хватит?

— А она меня таким уже видела! — хихикнул Сяо Лу, откусывая кусок баранки и энергично его прожёвывая. — И нисколечко не испугалась. Сказала только, чтобы я по улицам так не расхаживал, потому что люди в посёлке нервные какие-то в последнее время стали. Того и глядя камнями в меня бросаться начнут, приняв за ещё одну инопланетную нечисть.

Лучик или, вернее, Сяо Лу, сидел за столом, болтал ногами, смеялся и пил чай с домашними баранками и смородиновым вареньем. А я смотрела на него, и думала о том, что с этого дня наша с напарником жизнь уже не будет прежней. Если бы Лучик вернулся к нам в прежнем, своём «зверином» виде, особых проблем не возникло бы. Но теперь, когда он принял свою человеческую форму… Что, скажите пожалуйста, нам с ним теперь делать? Относиться к нему и дальше как к своему питомцу мы не можем, прогнать или сдать в приют — тем более…

— Я так не могу! — шепнула я своему напарнику. — Давай выйдем на улицу. Я хочу с тобой кое-что обсудить.

Мы с Юанем вышли во двор, окутанный сиреневыми сумерками уже довольно раннего сентябрьского вечера.

— Ну, и о чём ты хотела со мной поговорить, Аннет? — спросил мой напарник.

— О Лучике… — вздохнула я. — Или, вернее, о Сяо Лу. Теперь, когда он больше не лисёнок, а самый что ни на есть почти человеческий ребёнок… Что, скажи на милость, мы должны с ним делать?

— Ну-у, я не знаю! — покачал головой Юань. — Да и, если честно… То я как-то не думал об этом. Слишком уж внезапно всё случилось. Я ещё не привык к тому, что Лучик стал таким. И даже не представляю, как к нему теперь относиться.

— Может быть, как к своему младшему братцу? — съязвила я. — Ну, а что? По возрасту вы с ним не так уж сильно отличаетесь и потому на отца с сыном пока что не тянете… Ладно-ладно, не обижайся! — добавила я, видя, что мой напарник заметно погрустнел и что между его бровей пролегла глубокая вертикальная морщинка. — Я всего лишь пошутила. Но всё-таки… Как нам быть теперь? Понятно, что Лучик больше не может быть нашим питомцем. Но у него нет никаких документов, а значит, и жить как обычный человек он тоже не сможет. Сейчас ему по человеческим меркам лет семь или восемь, скоро нам придётся определять его в школу, а для этого потребуется метрика. Которой у него, разумеется, нет и быть не может, ибо лисам-оборотням она по статусу не полагается поскольку все их документы, так сказать, выданные при рождении — это уши, лапы и хвост. А по ним, как известно, ребёнка в школу не устроишь…

— Как ты сказала, Аннет? — внезапно вспомнив о чём-то, оживился мой напарник. — Метрика? Так это я мигом могу устроить! Сегодня же напишу отцу в Иркутск и попрошу его выправить для моего названному братца документы. Я знаю, что когда мы с сестрой были маленькими, отец через каких-то своих знакомых делал для нас с ней метрики. Значит, и в этот раз нам поможет в этом деле.

— Так значит, — с усмешкой глядя на него, прищурилась я. — Ты и вправду собираешься выдать Сяо Лу за своего младшего брата?

— Не совсем! — покачал головой Юань. — Я напишу приёмному отцу о том, что подобрал на улице в Дальнем осиротевшего мальчика, родителей которого сожрал девятиголовый лунчжи. Мол, обстоятельства сложились таким образом, что у несчастного ребёнка вообще никого из родственников на всём белом свете не осталось и идти ему было некуда, оставалось только что умереть на улице. Я знаю, что отец непременно поможет, поскольку он — человек добрый и милосердный. И если уж много лет назад он принял нас с сестрой в свою и без того немаленькую семью… То чего ему будет стоить выправить для Сяо Лу метрику? Заодно ещё напишу отцу о том, чтобы он прислал сюда одежду и обувь из которых я давно вырос, если только их ещё не успели раздать детям из бедных семей. А то, ведь, у Сяо Лу даже сменного костюма нет. И здесь ничего нормального для него не купишь. Всё начальство выписывает себе наряды из столиц, а рабочим одежду их жёны да матери шьют.

— Ладно, тогда так и сделаем, — кивнула я. — Напишем в Иркутск твоему приёмному отцу. Надеюсь, он не забранит тебя за то, что ты без его ведома сирот в свой дом приводишь.

— Нет, совершенно точно не забранит! — усмехнулся мой напарник. — Приёмный отец… Он наоборот ещё и похвалит меня за то, что я взял на воспитание несчастного ребёнка.

— Ага! Но что бы он сказал, если бы ему стало известно о том, что этот ребёнок — маленький лис-оборотень? — не удержалась я, чтобы не съязвить. — Думаешь, что и в этом случае твой приёмный отец…

— Не знаю, что было бы в этом случае! — хмыкнул Юань. — Но я совершенно точно не собираюсь говорить моему отцу всю правду о том, кто такой Сяо Лу на самом деле. Пусть лучше думает, будто я, последовав его примеру, тоже решил совершить богоугодное дело, взяв на воспитание осиротевшего ребёнка. Обо всём остальном ему лучше не знать.

— Ну, ещё бы! — хихикнула я. — Представляю, каким бы шоком для твоего приёмного родителя стало известие о том, что ты привёл в свой дом лисёнка-оборотня в качестве домашнего питомца! А когда тот, повзрослев, вдруг принял свою человеческую форму, ты всё равно решил с ним не расставаться.

— В любом случае, — словно оправдываясь не то передо мной, не то перед самим собой, проговорил мой напарник. — Сама подумай, Аннет: ну, куда Лучик теперь пойдёт? Другие хули-цзин ни за что не примут в свою стаю сородича, который хотя бы пару дней провёл в обществе людей. И что же в таком случае ты мне предлагаешь? Сдать его в сиротский приют?

— Конечно же, нет! — покачала я головой. — Как, вообще, ты мог подумать, будто я всерьёз хотела от него избавиться? Пусть Лучик… или, вернее, Сяо Лу, остаётся с нами и дальше. Только вот… Боюсь, что теперь у нас с тобой появятся новые хлопоты и заботы, с которыми нам раньше иметь дело не приходилось.

Говоря так, я немного лукавила. На самом деле это Цзи Юаню не приходилось прежде думать о воспитании подрастающего поколения, но уж никак не мне. Сяо Лу был сейчас примерно в том же возрасте, что и мой сын, оставшийся в другом, «родном» для меня мире. А, значит, если кто и должен позаботиться о его воспитании и выращивании — так это именно я. Не знаю, как там лисы-оборотни растят своё подрастающее потомство. Но что-то мне подсказывает, что маленький хули-цзин, научившийся принимать человеческую форму, не слишком сильно должен отличаться от обычного ребёнка в плане физиологии и психологии. Ну, по крайней мере, такое впечатление у меня сложилось, пока я наблюдала за Сяо Лу, распивающим чай с баранками в гостях у нашей квартирной хозяйки.

…Кто бы мог подумать, что уже меньше чем через полгода после моего перемещения в новый мир, лишь отдалённо похожий на Российскую империю конца девятнадцатого века, мне снова придётся задуматься о вопросах воспитания и выращивания детей?..

Глава 31: Вечерние разговоры или «Я должен тебя кое о чём предупредить…»

Неожиданное появление ребёнка в «семье» невольно заставило меня озадачиться вопросами, о которых я как-то даже не задумывалась начиная с первого дня жизни в новом для меня мире и до настоящего момента. В частности, о том, что приготовить на завтрак, обед или ужин. Потому, что мы с Цзи Юанем пока были вдвоём, то решали эту проблему очень просто: обедали, ужинали и завтракали в общем зале гостиницы, не утруждая себя ровным счётом никакой готовкой. Да и как, простите, было бы готовить еду в гостиничном номере? И даже теперь, после переезда на съёмную квартиру, мы с моим напарником вовсе не собирались изменять этой своей привычке. И не изменили бы, если бы… Если бы не возвращение Лучика, с некоторых пор ставшего Сяо Лу.

Наш бывший питомец, отрастив себе четвёртый хвост, научился принимать человеческий облик. И, наверное, этот самый облик ему настолько понравился, что теперь стал для него основным и самым главным. Нет, при желании или необходимости Сяо Лу запросто мог бы обернуться лисёнком, но делал он это теперь не слишком охотно. Как если бы считал свою «звериную» форму давно пройденным для себя этапом, достойным разве что малолеток, к числу которых он себя больше не причислял.

А это создавало для нас с моим напарником и, в первую очередь для меня, неожиданные проблемы. Главная из которых была: «чем накормить ребёнка?» Раньше такой задачи передо мной не стояло потому, что Лучик сам добывал себе пропитание и о том, как именно он это делает, не знала не только я, но и Юань, который вроде как считался его хозяином. Теперь же…

Водить ребёнка на завтрак, обед и ужин в трактир, где почти всегда полно пьяных посетителей, мы по вполне понятным причинам не могли. Вот и пришлось одалживать у квартирной хозяйки немного продуктов на ужин и на завтрак да к тому же ещё и просить её показать как пользоваться печкой.

Надо ли говорить о том, что первая моя попытка сварить пшённую кашу на молоке оказалась, мягко говоря, далёкой от идеала? Хотя, вообще-то, я умела неплохо готовить. По крайней мере, в той моей прежней жизни никто из домашних на мою готовку никогда не жаловался. Но там-то я кашеварила на газовой плите, а здесь пришлось возиться с дровяной. Такую печь я и видела-то раньше разве что на картинках в книжке да у бабушки в деревне когда навещала её на каникулах. Но бабушка никогда меня к ней и близко не подпускала. Где уж мне было учиться пользоваться такой печкой и кто, вообще, мог меня этому научить?

Немного подумав, я решила обратиться за помощью к своему напарнику. Но тот только развёл руками, сказав, что в доме его приёмного отца детям вообще не разрешалось заходить на кухню. А в Запретном Городе, где он провёл первые несколько лет своей жизни, кухня и вовсе находилась вдали от всех жилых помещений, включая Холодный дворец куда их с матушкой и сестрой сослали по навету придворных клеветников.

— Ну и ладно! — ставя на стол горшок с местами подгоревшей, а местами сырой кашей, фыркнула я. — В конце концов, не такая уж это и великая премудрость: готовить еду в русской печке. Если другие женщины умеют это делать, то и я в скором времени научусь. А пока, как говорится, чем богаты — тем и рады.

Зачерпнув небольшим половником кашу из горшка, я по очереди плюхнула её в три стоявшие на столе глиняные миски.

— Что это такое? — с подозрением воззрился на свою порцию Сяо Лу. — Это вообще, можно есть?

— Ну, конечно же! — с уверенностью кивнула я, несмотря на то, что и сама в этом сомневалась. — Почему пшённую кашу на молоке нельзя есть? Она для того и варилась, вообще-то, Чтобы её ели.

— Она пригорела! И воняет! — забавно наморщил нос маленький хули-цзин.

За что и получил от меня деревянной ложкой по затылку. Не сильно, конечно, а так, слегка, для порядка:

— Не выдумывай! Ничем эта каша вонять не может! Так что, ешь давай, а не болтай всякие глупости.

— Горелым воняет! — упрямо покачал головой Сяо Лу. — Не буду я её есть!

— Ну, не будешь — и не надо!

Я сделала вид, будто хочу забрать у него тарелку, но лисёнок-оборотень мигом вцепился в неё обеими руками:

— Я передумал! — заявил он. — Эта каша… Не настолько уж она и плохая как мне вначале показалось.

Мой напарник, сидевший рядом с ним и делающий вид, будто он с энтузиазмом уплетает свой ужин, только усмехнулся, слушая нашу перепалку.

Убедившись в том, что они с Сяо Лу оба занялись едой, я опустилась на стул и зачерпнула кашу из своей тарелки… Да-а, вкус и в самом деле оставляет желать много лучшего. Однако, не настолько уж сильно приготовленная мной каша и пригорела. И уж точно ничем она не воняет.

«Хм, а может быть, дело в том, что у лисиц-оборотней очень тонкий нюх? — подумала я. — Поэтому Сяо Лу почувствовал запах гари, а мы с Цзи Юанем — нет? И не придуривается этот ребёнок вовсе и не капризничает, как я сначала решила. А на самом деле ощущает те запахи, которые обычные люди не смогли бы ощутить.»

Подумав так, я сосредоточила своё внимание на еде, не обращая больше внимания на недовольное ворчание нашего бывшего питомца.

* * *

После ужина я отвела Сяо Лу в комнату, которую для него выделили и сказала, чтобы он пока осваивался на новом для себя месте. А сама вернулась в столовую, поскольку мне нужно было обсудить кое-что важное с моим напарником.

— Итак, теперь у нас, наконец-то есть свой угол, — проговорила я, присаживаясь за стол напротив Цзи Юаня. — Так, что сейчас самое время подумать об устройстве временной штаб-квартиры. Скажи, у тебя есть какие-то соображения на сей счёт?

— Ну-у… — задумчиво протянул мой напарник. — На самом деле, Аннет… На самом деле я пока об этом как-то не думал. Ты говоришь, что у нас теперь есть свой угол и что мы можем сделать здесь что-то вроде штаба. Но что на это скажет наша хозяйка? Вряд ли Акулине Егоровне понравится, если в её доме будут с утра до вечера ошиваться толпы посторонних людей.

— Какие ещё толпы? — хмыкнула я. — О чём это ты, вообще, говоришь? Вспомни: разве у нас в штаб-квартире в Дальнем ошивались толпы чужаков? Да хорошо было, если за пару дней хотя бы один посетитель появлялся! То есть, тьфу ты, не хорошо, конечно же! — добавила я, только теперь сообразив, насколько двусмысленно прозвучала эта фраза, учитывая, что появление каждого визитёра в нашей прежней штаб-квартире было связано с разгулом, а то и нападением нечисти на людей. — Но, думаю, ты и сам меня понимаешь.

— Ну, конечно же, я тебя отлично понимаю! — кивнул Юань. — Только вот… Одного я понять не в состоянии. Того, как нам устроить временную штаб-квартиру. Ну, я имею в виду не только организационные вопросы, но и то, где набирать людей в отряд.

— А зачем тебе нужны обязательно люди? — прищурилась я.

— В смысле?! — опешил мой напарник. — Аннет, что именно ты хочешь этим сказать?

— Что я хочу этим сказать? — усмехнулась я. — А то и хочу! Знаешь, я много над этим вопросом думала. И пришла к выводу, что мы можем набирать в отряд не только людей, но представителей тех видов нечистой силы, которые хорошо или хотя бы нейтрально относятся к людям.

— А разве такие есть?

— Есть, конечно же! Достаточно вспомнить хотя бы того же Лучика или дух абрикосового дерева…

— Ну-у, я не думаю, чтобы последний пример можно было считать удачным! — покачал головой мой напарник. — В конце концов дух дерева всё-таки навредила нескольким постояльцам гостиницы…

— А нечего им было руки распускать и лезть к ней с неприличными предложениями! — усмехнулась я. — Тогда бы она их и не тронула.

— Ого, как ты заговорила! — присвистнул Юань. — Это что же: что-то вроде вашей с духом дерева женской коалиции против нас, мужчин?

Сказано это было самым серьёзным тоном, но по лукавому прищуру его глаз я сразу поняла, что мой напарник просто так шутит. А потому решила не обижаться на его слова.

— Думай как хочешь! — фыркнула я. — Главное, чтобы ты понял одну простую вещь: не вся нечисть настроена враждебно к людям. Другой вопрос, что те сами её провоцируют, вынуждая защищаться всеми возможными способами.

— Да понял я это уже! Понял! — досадливо поморщился мой напарник. — Так что, можешь уже переходить к делу. Говори: что ещё ты задумала? И почему уверяешь меня в том, что нам удастся не только поладить с кое-кем из нечисти, но ещё и заманить их в наш отряд?

— Почему думаю? — усмехнулась я. — По очень простой причине. Видишь ли, мне кажется, что агрессивно настроенная нечисть вызывает страх и неприязнь не только у людей, но и, как ни парадоксально это звучит, у своих куда более миролюбивых сородичей. Вспомни хотя бы о том, что, по поверьям, домовые защищают человеческое жильё в первую очередь от других нечистых и если потребуется, могут преподать тем хороший урок. Я, конечно же, не собираюсь привлекать домовых к службе в отряде «Феникс», — добавила я, спеша ответить на вопрос, который, судя по всему, уже буквально вертелся на языке у моего напарника. — В первую очередь потому, что они не могут покидать дом, вверенный их заботам. Другой вопрос, что домовые могут нам пригодиться в качестве информаторов. Но вот что ты скажешь насчёт тех же лис-оборотней или духов природы? Тебе не кажется, что они с радостью согласятся нам помочь, если мы скажем, что собираемся создать что-то вроде полицейского отряда, почти полностью состоящего из нечисти, которая будет бороться с другими нечистыми — злобными и агрессивными?

— Хм… Не знаю, выйдет ли что-то путное из этой твоей затеи, Аннет! — немного рассеянно покачал головой Юань, который, должно быть, думал в это время о чём-то своём. — В любом случае, давай лучше поговорим об этом завтра. Или, может быть, послезавтра. Но уж точно не сегодня. Потому, что я устал за этот день так, что с трудом могу понять, о чём, вообще, ты говоришь. Просто засыпаю на ходу и ничего не могу с этим поделать. А потому, если у тебя нет возражений… Я, пожалуй, пойду в свою комнату и лягу спать.

— Ладно, иди! — с некоторой обречённостью махнула я рукой, уже понимая, что толку от него в таком состоянии и вправду будет немного. — Спокойной ночи. Завтра об этом тогда поговорим.

— Ага! — кивнул мой напарник. — И тебе тоже спокойной ночи, Аннет. Завтра тогда обо всём и договоримся.

Я проводила его до дверей немного задумчивым взглядом, после чего принялась убирать посуду со стола, мысленно досадуя при этом на себя за то, что вообще затеяла этот разговор. И в это время…

— Сестричка Аннет, тебе помочь? — услышала я совсем рядом звонкий детский голос и, обернувшись, увидела Лучика… ой, то есть, конечно же, Сяо Лу, стоявшего возле стола.

— Ну, помоги, если тебе этого хочется, — пожала я плечами, решив, что эту его инициативу лучше поддержать, чем подавить. Потому, что в следующий раз если мне и вправду понадобится помощь Сяо Лу и я его об этом попрошу, то он может и отказаться это делать. — Только, пожалуйста, осторожней! Ничего не урони и не разбей, договорились?

— Уж будь спокойна, сестричка Аннет! Ничего я не уроню и не разобью! — Лисёнок-оборотень сгрёб со стола все миски и отнёс их в таз, стоявший на табуретке возле стены и предназначенный для мойки посуды. После чего старательно принялся тереть их щёткой… Ну, просто золото, а не ребёнок! Моих-то родных детей — тех, что остались в другом мире, мыть посуду и из-под палки не заставить было, а этот сам, по своей доброй воле предложил… — Смотри, я хорошо всё вымыл?

— Лучше некуда! — кивнула я, видя, что Сяо Лу и вправду отлично справился с этой работой. — Спасибо тебе большое… И что бы я сейчас без тебя делала?

— Ну-у… — лукаво прищурился лисёнок-оборотень. — Наверное, мыла бы сейчас тарелки до этого… как там его? А, вспомнил: до морковкина заговенья?

— Верно! — усмехнулась я. — Мыла бы всё сама. Пусть и не до морковкина заговенья, но до полуночи — это уж точно.

— Вот, видишь, сестричка Аннет? — с гордостью протягивая мне стопку вымытых и даже вытертых кухонным полотенцем мисок, произнёс Сяо Лу. — Скажи: от меня же теперь есть хоть какая-то польза? А то, когда я был лисой, то только и мог, что бегать по окрестностям да пугать людей одним своим видом.

— Польза? — хмыкнула я. — Конечно же есть! Да ещё какая!

— А может быть и ещё большая! — усмехнулся лисёнок-оборотень. — Послушай, сестричка Аннет! Я слышал весь твой разговор с братцем Юанем. И в отличие от него я думаю, что ты очень здорово это придумала. Ну, я про отряд нечисти, которая будет бороться с другой нечистью.

— Так значит, — хмыкнула я. — Ты думаешь, что у меня и вправду получится воплотить эту идею в жизнь?

— Ну, конечно, получится! — с уверенностью закивал Сяо Лу. — Только… Сестричка Аннет, я должен тебя кое о чём предупредить… То есть, — добавил он, немного помолчав. — На самом-то деле ты была права, когда говорила о том, что агрессивная нечисть не нравится ни людям, ни животным, ни даже другой нечисти. И очень многие из представителей нечеловеческих народов были бы рады избавиться от таких злобных созданий, как, например, вампиры или те же лунчжи. Только вот… С этим всё обстоит далеко не так просто. Дело в том, что в мире нечисти существует своя собственная система рангов, недоступная пониманию смертных. И самые опасные из тех же вампиров — они же и самые влиятельные. Никто из других видов нечисти не осмелится пойти против них, не говоря уже о том, чтобы попытаться их убить или хотя бы поймать. Но и это ещё не всё. Вы, люди, думаете, что существуют агрессивные и миролюбивые виды нечисти, но это далеко не так. Взять, к примеру, тех же лис-оборотней… Ничего, что я буду говорить именно о них? Ведь они — мои сородичи и я потому я лучше их знаю и понимаю, чем, скажем, цзянши…

— Конечно-конечно! — кивнула я. — Сяо Лу, ты может говорить о ком хочешь. Я в любом случае внимательно тебя выслушаю.

— Так, вот, — между тем продолжал маленький хули-цзин. — Среди моих сородичей встречаются как те, кто доброжелательно относится к людям, так и те, кто совсем даже наоборот: всячески им вредит и даже может ранить или убить если им подвернётся удобный случай. Это… Это как у вас, у людей: есть праведники, а есть и преступники. То же и у нечисти… Понимаешь, о чём я хочу сказать?

— Ну, вроде бы, понимаю! — вздохнула я. — Ты сейчас говоришь о том, что нам не нужно набирать в наш отряд кого попало, правильно? Что мы не должны полагаться только на происхождение каждого из кандидатов, а должны, в первую очередь исходить из его личных особенностей? В первую очередь таких, как характер и отношение к людям?

— Именно! — кивнул Сяо Лу. — Сестричка Аннет, я бы хотел тебя попросить, чтобы ты была особенно осторожной, если надумаешь взять в отряд кого-то из лис-оборотней. Потому, что те лучше всех прочих видов нечисти умеют притворяться и ты далеко не всегда сможешь понять, что у них на уме.

— Тогда… — прищурилась я. — С тобой мне тоже следует быть настороже?

— Со мной? — рассмеялся Сяо Лу. — Нет, что ты! Я говорю о тех своих сородичах, которые прожили уже не одно столетие, а может быть, и не одну тысячу лет. Чем лиса-оборотень старше — тем она сильнее и опытнее — это правда. Но в то же время ещё и хитрее, и опаснее тоже…

— Вот оно как! — кивнула я. — Ну, что же! Спасибо тебе за то, что ты мне об этом рассказал. Я обязательно приму твои слова к сведению и буду тщательно проверять всех кандидатов, а в особенности — лис-оборотней… А сейчас, — добавила я, ставя посуду на полку. — Час уже поздний, а завтра рано вставать. Давай-ка лучше закончим на сегодня все разговоры и пойдём спать? Договорились?

— Ага! — немного разочарованно кивнул Сяо Лу. — Ну, что же… В таком случае… Увидимся завтра, сестричка Аннет!

Сказав так, он убежал в свою комнату, а я, погасив в кухне свет, тоже направилась к себе, ещё даже не догадываясь о том, что день грядущий нам готовил…

Глава 32: Очередное происшествие или «А зачем его выслеживать?..»

Утром следующего дня мы с моим напарником снова отправились на стройку, куда как раз должны были привезти очередную партию досок и кирпичей. Поскольку дома оставить Сяо Лу было не с кем, нам пришлось взять его с собой.

К счастью, лисёнок-оборотень оказался на редкость послушным ребёнком: клятвенно пообещав нам с Цзи Юанем никуда не лезть и вообще не подходить к тому месту, где работают строители, он отошёл в сторонку где и принялся чертить прутиком на земле какие-то знаки, немного похожие на цинские иероглифы. Я подумала, что наш воспитанник просто рисует каракули и не стала присматриваться к этим знакам более тщательно. Да и не до того мне, если честно, было. Поскольку как раз в это время подъехали две телеги, одна из которых была нагружена кирпичами, а другая — досками. И не кому-то другому, а именно мне, как заместителю командира отряда, отвечающему за экономическую часть, пришлось всё это пересчитывать и принимать.

Юань в это время также был занят: он обсуждал с начальником бригады изменения, которые накануне внёс в план здания штаб-квартиры. Бригадир пытался с моим напарником о чём-то спорить, так, что даже находясь в нескольких десятков метров от того места, я всё равно слышала их разговор.

О Сяо Лу вспомнила только перед самым обедом, когда уже нужно было идти на перерыв. Глянула в ту сторону, где наш воспитанник, казалось бы, ещё недавно с увлечением чертил на земле некие странные знаки и… не увидела его на прежнем месте! Как если бы лисёнок-оборотень провалился под землю. Ну, или же улетел под облака.

— Ну и куда это он снова успел запропаститься? — спросила я у своего напарника.

Но Цзи Юань в ответ только недоуменно пожал плечами:

— Всё это время я следил за Сяо Лу. Только недавно он был там, где мы его оставили. И я точно так же, как ты, Аннет, не только не знаю, но даже и не предполагаю, куда это он мог настолько внезапно исчезнуть.

— Может, снова решил сбежать? — хмыкнула я. — Должно быть, Сяо Лу привык бродить там, где ему вздумается. И даже теперь, когда он принял человеческий облик, эта его привычка никуда не делать.

— Всё может быть! — покачал головой Юань. — Однако… Что-то мне подсказывает, что на этот раз…

Договорить мой напарник не успел, потому, что к нам как раз в эту самую минуту подбежал посыльный и сообщил, что нас двоих — меня и Цзи Юаня, очень хотят видеть в управе.

— Что там ещё у них могло случиться? — полная дурных предчувствий, спросила я.

Но посыльный так и не пожелал ничего толком нам отвечать. Только сказал, что мы с моим напарником и сами на месте всё скоро узнаем.

Ну, на месте — так на месте. Жаль, конечно, что нам так и не удалось отыскать нашего лисёнка-оборотня. Но, надеюсь, что Сяо Лу вскоре сам изволит объявиться. А пока…

Предупредив бригадира и рабочих о том, что если наш воспитанник вдруг вздумает вернуться, чтобы они любой ценой задержали его до нашего возвращения, мы с моим напарником зашагали к главной улице посёлка, где располагалось здание управы.

* * *

Первым, кого мы увидели, прибыв на место, был генерал-майор Сахаров, который с самым что ни на есть встревоженным видом расхаживал по коридору. И очень обрадовался, увидев нас с Цзи Юанем.

— Ну, наконец-то! — бросаясь к нам навстречу как к самым дорогим родственникам, воскликнул он. — А я-то уж думал, что вы двое и до вечера здесь не появитесь!

— Что-то опять случилось? — осторожно поинтересовался у него мой напарник. — Почему вы нас сюда вызвали?

— Случилось! — сокрушённо покачал головой генерал-майор. — И вы даже представить себе не можете того, что именно сегодня утром произошло!

— Вот как? — удивилась я. — И что же именно?

— Очередное загадочное убийство! — огорошил нас новостью Сахаров. — А ещё… Вы же ещё помните Степана, того объездчика, которого укусила неведомая тварь и который умер от неизвестной науке болезни?

— Конечно, помним! — кивнула я. — Но при чём тут он? И уж не подозреваете ли вы, что эти две смерти могут быть как-то связаны друг с другом?

— Ничего такого я, конечно же, не подозреваю! — хмыкнул генерал-майор. — Я — взрослый, серьёзный человек, который привык верить только тому, что видел собственными глазами и не верящий во всякие выдумки наподобие бабушкиных сказок. Однако… Даже я бываю вынужден порой признать, что на свете существует немало вещей, не подлежащих здравым объяснениям и невольно заставляющих задумываться о всякой чертовщине…

— Но что, всё-таки, случилось? — продолжала я у него допытываться. — О каком ещё загадочном убийстве может идти речь?

— Случилось то, что сегодня утром кладбищенский сторож увидел, что могила Степана разрыта, а самого его тела там нет. А ещё через полчаса после этой находки неподалеку за оградой кладбища был обнаружен растерзанный труп одного из рабочих, у которого отсутствовали сердце и печень! — воскликнул генерал-майор, стукнув кулаком по стене. — И, судя по следам когтей, убийца явно не может быть человеком, как, впрочем, не может он быть и обычным животным.

— Всё понятно! — вздохнула я. — Должно быть, через портал снова просочилась какая-нибудь нечисть из параллельной вселенной и расправилась с тем бедолагой. Что же касается исчезнувшего трупа и раскопанной могилы… Почему бы не предположить, что тело Степана было похищено для медицинских опытов? Разве это — не самое логичное объяснение того, куда и почему оно могло так вот бесследно пропасть?

— Может, это объяснение и было бы логичным, — покачал головой Сахаров. — Если бы не то обстоятельство, что вся земля возле могилы Степана на кладбище истоптана каким-то неведомым не то зверем, не то чудовищем. Не медведем и не волком — это уж точно. Следы чем-то похожи на человеческие, но намного больше них да к тому же ещё и с огромными когтями. Вот почему я решил обратиться к вам, господа, за помощью. Хоть и не верю, что это снова какая-то нечисть там порезвилась.

«Вот оно, начинается! — мысленно вздохнув, с грустью подумала я. — Мало того, что снова какая-то неведомая нежить поблизости от Харбина объявилась, так ещё и Сяо Лу куда-то пропал! Господи, хоть бы дорожка этого ребёнка с тем монстром случайно где-нибудь не пересеклась! Не то, боюсь…»

— Мы можем осмотреть разрытую могилу объездчика? — между тем спросил у генерал-майора мой напарник. — Ну, и следы, оставленные рядом с ней неизвестным зверем, само собой тоже?

— Да, пожалуйста! — кивнул Сахаров и добавил, обращаясь к своему ординарцу. — Григорий, проводи!

— Будет сделано, ваше благородие! — кивнул тот. — Идёмте, господа! Я отведу вас на место, так сказать, происшествия…

* * *

Признаться, в глубине души я всё ещё надеялась, что моё предположение о том, что тело Степана было похищено гробокопателями, а следы вокруг его могилы оставила какая-нибудь бродячая собака, ненароком забежавшая на кладбище. Но картина, которую я там увидела, вмиг заставила меня расстаться с иллюзиями которые я всё ещё питала.

Могила Степана оказалась не просто раскопанной, а разрытой самым невероятным образом. И, судя по глубоким бороздам, напоминающих следы огромных когтей, оставленным на уже успевшей подсохнуть земле, это явно не было делом человеческих рук. О том, что тут, судя по всему, отметилась какая-то сильная и опасная нечисть, свидетельствовало ещё и то обстоятельство, что гроб был даже не расколот, а словно разодран на куски и эти его обломки, валяющиеся на земле, изнутри покрывали глубокие царапины, также напоминающие следы чудовищных когтей. Вся земля вокруг могилы была истоптана огромными следами, отдалённо похожими на отпечаток босой ноги. Только вот… Какого же роста было существо, которое их оставило, если его след вдвое превышал размер ноги любого человека?

— Ну, ничего себе! — невольно вырвалось у меня, когда я взяла в руки один из валяющихся на земле обломков гроба, чтобы получше разглядеть борозды, оставленные на нём изнутри. — Интересно, какая же инопланетная зверушка порезвилась здесь на этот раз?

— Инопланетная зверушка?.. — Невесело усмехнувшись, мой напарник опустился на корточки и осторожно заглянул за край ямы, как если бы надеялся увидеть там что-то интересное. Скажем, автограф, оставленный неведомой тварью. — Боюсь, что дело сейчас вовсе не в ней… Вот, говорил же я вашему главному о том, что труп умершего объездчика необходимо сжечь от греха подальше. Он меня, разумеется, даже слушать не стал. И что в результате мы теперь имеем?

— Да, и в самом деле, что? — спросил Григорий, в недоумении оглядываясь по сторонам и явно будучи не в силах понять, кто и зачем мог устроить на кладбище такой разгром.

— А в результате мы теперь заполучили своего собственного упыря! С чем я вашего главного и поздравляю! — Криво усмехаясь, Юань поднялся и, отряхнув полы форменного плаща от комьев земли, обернулся в мою сторону. — Аннет, боюсь, что история с той странной белочкой и с болезнью, которую она переносила, до сих пор ещё не закончилась. Всё оказалось даже ещё серьёзнее, чем я предполагал. Мы должны как можно быстрее выследить и обезвредить упыря, в которого превратился после смерти умерший объездчик… Да, и между прочим: как обстоят дела с тем, с другим трупом? — добавил он, обращаясь уже к Григорию.

— Вы про тот труп, который был найден сегодня утром? — спросил тот.

— Нет, — покачал головой мой напарник. — Я про труп, найденный несколько дней назад возле насыпи. Труп человека, предположительно ставшего первой жертвой той странной белки… С ним что случилось?

— Да что ещё с ним могло случиться? — пожал плечами ординарец Сахарова. — Отдали вдове да похоронили как полагается.

— И что? С его могилой никаких странностей пока не происходит?

— Да нет, там, вроде бы, всё спокойно.

— Ладно, — явно думая при этом о чём-то своём, кивнул Юань. — Тогда, передайте, пожалуйста, генерал-майору Сахарову мои слова: тот труп необходимо выкопать как можно скорее и сжечь. Не то, чтобы я был совершенно уверен в том, что и этот покойник тоже может стать упырём. Но лучше уж перестраховаться, чем ещё раз допустить ошибку, цена которой будет непомерно высокой… Аннет! — добавил он, обернувшись в мою сторону. — Идём! Нам нужно как следует подготовиться к охоте на очередную нежить.

* * *

Вдвоём мы вернулись домой и начали собирать вещи, которые понадобятся нам для охоты на упыря. Так, чего там боится эта нечисть? Кажется, святой воды, чеснока и, конечно же, осинового кола. Это всё уже лежит в моей сумке. Что-то ещё? Ах, да: холодное железо и пистолет, заряженный серебряными пулями, куда же без него? А ещё… Не без удивления я заметила, как мой напарник положил в свою сумку небольшой холщовый мешочек, почти доверху наполненный гречневой крупой.

— Эй, а это ещё зачем тебе понадобилось? — хихикнула я, кивком указывая на мешочек с крупой. — Думаешь, подкупить упыря гречневой кашей чтобы он присмирел и перестал вредить людям?

— Подкупить гречневой кашей? — усмехнулся Юань. — Само собой, нет!

— Тогда… Зачем тебе понадобилась гречка?

— Зачем? Ну, наверное, потому, что упыри любят пересчитывать каждое зёрнышко и не могут остановиться пока их все не пересчитают. Если потребуется его задержать, я просто высыплю перед ним весь мешочек и пока он будет занят пересчитыванием зёрен, мы с тобой успеем его обезвредить.

— Ну, надо же! — с уважением глядя на своего напарника, покачала я головой. — Кто бы мог подумать, что ты, оказывается, не только в цинской, но ещё и в славянской нечисти отлично разбираешься? Не скажешь, откуда у тебя такие знания?

— Откуда? — усмехнулся мой напарник, в шутку стукнув меня пальцем по лбу. — Так книги же по специальности читать нужно! А ты до сих пор ещё даже «Каталог гор и морей» освоить не успела, хоть я тебе сколько раз об этом говорил!

— Ну-ну, полегче! — предостерегающе поднимая руку, осадила я его. — «Каталог» я, к твоему сведению, ещё с месяц тому назад прочитала. И что-то не припоминаю, чтобы в нём говорилось об упырях и о том, как с ними бороться… Я ещё раз тебя спрашиваю: откуда у тебя такие сведения?

— Откуда? — сдался, наконец, мой напарник. — Ладно, так и быть, скажу. На самом деле, я вовсе не прочитал об этом в книге. Просто, когда мы с сестрой были детьми, няня в доме моего приёмного отца часто рассказывала нам с Мэйлин страшные сказки, вот случайно и запомнилось.

— Всё с тобой ясно! — кивнула я. — Только вот, книги зачем сюда приплетать было?

— Да просто так сказал… Чтобы ты, наконец, взялась за изучение хотя бы одного бестиария. А то, ведь, до сих пор путаешь кикимору с полуденницей…

— Ага, это типа того, как спутать божий дар с яичницей? — усмехнулась я. — Хватит тебе уже умничать! Давай-ка лучше подумаем над тем, как нам выследить упыря.

— А зачем его выслеживать? — пожал плечами Цзи Юань. — Он и сам придёт.

— Придёт? Куда же?

— Как это куда? Сюда, в посёлок. В поисках очередной жертвы. Вот тут-то мы его и схватим.

— А он точно не успеет никому навредить? — на всякий случай спросила я.

— Ну… Наверное, не успеет. Если мы с тобой будем достаточно осторожны и не допустим появления ещё одной жертвы.

— И как скоро он по твоим расчётам должен будет объявиться?

— Сегодня ночью или, в крайнем случае, завтра к вечеру. Утром-то он сегодня неплохо уже подзакусил, но к тому времени когда стемнеет, снова почувствует голод. Он, ведь, только недавно из могилы вылез. Такие упыри невероятно прожорливы, поскольку им нужно себе, так сказать, новое тело наесть. Если они не успеют это до сорокового дня со времени смерти сделать, то просто растают в воздухе как сон, как утренний туман… А потому, наша с тобой задача — не дать ему возможности нарастить себе новое тело из крови и плоти его жертв.

— Ладно, я тебя поняла, — вздохнула я. — Только вот… Если честно, есть у меня относительно этого упыря одно опасение.

— Опасение? И какое же?

— То, что он мог навредить нашему Лучику… То есть, я, конечно же, хотела сказать, Сяо Лу.

— Хм… Не думаю, чтобы упырь мог причинить хоть какой-то вред лису-оборотню, пусть даже и маленькому! — покачал головой мой напарник. — Слыхала пословицу «ворон ворону глаз не выклюет»? Вот и здесь то же самое. Нечисть, пусть даже самая сильная и опасная, редко когда вредит своим сородичам, если только те первыми не начинают драку. Лучику же совершенно точно делить с тем упырём нечего. У них — разные цели и разные дорожки, которые не то что не пересекаются, но даже и близко не подходят одна к другой. А значит, нет смысла и переживать по этому поводу. В конце концов, мы не должны недооценивать Лучика. Он пусть пока и совсем ребёнок, но не настолько глуп, чтобы затевать драку с упырём, который в разы больше его и сильнее.

— Может быть, ты и прав! — вздохнула я. — И всё равно, у меня на душе как-то тревожно. Как если бы вот-вот должно произойти что-то плохое. То, что мы с тобой окажемся не в силах ни предотвратить, ни хоть как-то исправить…

Мой напарник ничего не сказал, только таинственно усмехнулся. Как если бы он знал некий секрет, о котором я не имела ни малейшего представления. И которым он вовсе не собирался со мной делиться… Ну и пускай! Подумаешь, не очень-то и хотелось!

Я замолчала и продолжила собирать в сумку оружие и приспособления, необходимые для охоты на упыря. Только вот мысли мои в это время были очень и очень далеко от того места, где я сейчас находилась — от нашей съёмной квартиры. Я всё никак не могла отделаться от мыслей о том, что с Лучиком не всё ладно, что он мог из-за своей чрезмерной самостоятельности попасть в беду. И стоило мне об этом подумать, как на мои глаза невольно наворачивались слёзы, а сердце тревожно сжималось в предчувствии чего-то страшного. И всё, чего мне тогда хотелось — это чтобы мои опасения оказались надуманными, не имеющими под собой ровным счётом никаких оснований…

Глава 33: «Не лучше ли тебе самой этому научиться?» или «Вот он, наш красавчик!..»

Засаду на упыря мы решили устроить прямо на дороге, ведущей от кладбища к крайним домам посёлка. Там как раз находилась небольшая рощица, в которой мы с моим напарником могли укрыться, не боясь того, что нечисть заметит нас раньше времени.

Прежде, чем идти так сказать, на дело, мы ещё раз внимательно проверили весь свой арсенал оружия, поскольку нельзя было допускать ни малейшей ошибки или промашки. И не только по той причине, что этот упырь вряд ли был менее сильным и опасным чем девятиголовый лунчжи и даже чем инопланетная «белка» против которой оказалось бессильным всё наше оружие и даже кое-какие способности Цзи Юаня, которые как правило срабатывали безотказно. Нет, дело было ещё и в том, что мы с моим напарником не могли позволить этой нежити навредить ещё кому-то из обычных людей. Ну, хотя бы потому, что его жертва также могла после смерти обернуться упырём. А это — на минуточку! — уже было бы равносильно началу эпидемии вампиризма в Харбине, допустить которую мы не могли и не имели права.

Вот почему, будучи уже наученной горьким опытом во время сражения с инопланетной «белкой» и готовясь отправиться на битву с упырём, я вдруг вспомнила о шпаге, которая была у меня во время противостояния девятиголовому лунчжи. Кажется, Лиза, вручая мне этот клинок, сказала что он — моё особое оружие, обладающее невероятной силой. Думается, что и сегодня мне эта шпага ох как может пригодиться, только вот… Только вот я даже не представляла, как мне её достать. Лиза ничего мне об этом не говорила, а я у неё в горячке боя и не спрашивала. Думала, что потом успею это сделать. Но вышло так, что уже через несколько дней мы с моим напарником уехали из Дальнего и… В общем, теперь мне и спрашивать-то о том моём клинке некого. Разве что…

— Послушай, Юань, — спросила я у своего напарника. — А у тебя есть особое оружие?

— Ну, конечно же, есть! — в недоумении воззрился тот на меня. — Больше того скажу: ты уже не один раз его видела в действии, Аннет.

С этими словами он вытащил из-за пояса и продемонстрировал мне свою тёмно-зелёную нефритовую флейту с ярко-алой шёлковой кистью и золочёной надписью.

— Ах, да! Верно-верно! — кивнула я. — Извини, совсем забыла. Эта флейта всегда при тебе, а потому я уже настолько привыкла к её виду, что даже не считаю её оружием.

— Ну и правильно делаешь, что не считаешь! — усмехнулся мой напарник. — Вернее, это — не совсем оружие, поскольку я в первую очередь использую эту флейту для общения с животными и растениями и только потом уже — в бою.

— Ага! — кивнула я. — Кроме того, ты частенько на ней играешь разные мелодии просто так, для собственного удовольствия… Что такое? Чего ты хмуришься? Я же не говорю, что это плохо и что ты не должен музицировать, а потому…

— Аннет, пожалуйста, ближе к делу! — прерывая меня, попросил Цзи Юань. — Времени до того часа когда совсем стемнеет и нам нужно будет отправляться на охоту, остаётся совсем мало. Говори: чего на самом деле ты от меня хочешь?

— Чего я от тебя хочу? — хмыкнула я. — Только одного. Скажи, ты можешь вытащить из пустоты или откуда там ещё моё особое оружие?

— Твою фамильную шпагу? — хмыкнул Юань. — Ну… Вообще-то, могу. Но зачем? Не лучше ли тебе самой этому научиться?

— Научиться? Я бы и рада, но только как? Лиза мне ничего на этот счёт не сказала, а сама я не догадалась у неё спросить.

— Ну, на самом деле это совсем несложно! — засмеялся мой напарник. — Достаточно вытянуть руку вперёд или вверх и представить, как твоё особое оружие само в неё опускается. Ты уже видела свою шпагу, так что, думаю, без труда сможешь себе её мысленно представить…

— Ладно-ладно! — кивнула я, делая всё, как он мне сказал и в самом деле вытаскивая прямо из пустоты свой клинок. — Но объясни тогда вот что: ты сказал, что мне нужно просто представить как выглядит моё особое оружие. Но Лиза-то не могла раньше видеть мою фамильную шпагу! Так как же в таком случае?..

— Спрашиваешь, как наша прежняя замкомандира достала из другого измерения твоё особое оружие? — хмыкнул Юань. — Извини, но вот этого я тебе объяснить не смогу. Должно быть, Лиза использовала тогда какой-то секретный способ, который известен ей, но не известен нам с тобой. Возможно, она как-то настраивалась на частоту твоей магии или… Не знаю, в общем! Если захочешь, спроси у неё при случае сама. Если, конечно, он нам ещё когда-нибудь предоставится этот самый случай снова её увидеть… — добавил он, вздохнув и я увидела, как в его глазах, кажется, отражается вся вселенская скорбь и печаль. — Извини. Я не должен был этого говорить. Не должен был снова о ней вспоминать…

— Да всё в порядке! — ободряюще хлопнула я его по плечу. — Тебе не нужно думать о таких пустяках, напарник. В конце концов, мы всё равно ничего не значим друг для друга с романтической точки зрения, а потому мне нет смысла и обижаться на тебя за эти слова или, тем более ревновать.

— Ревновать?! — неожиданно расхохотался мой напарник. — Ну, и с какой бы великой радости тебе это делать? Как ты и сказала, Аннет, мы ничего не значим друг для друга в плане отношений более близких чем просто дружеские. А, значит ни у меня, ни у тебя нет никаких причин для ревности… Не согласна?

— Ну, конечно же, согласна! — закивала я в ответ, хотя, если говорить по-правде, вовсе так не считала.

Может быть, Юань и вправду считает меня всего лишь своей боевой подругой. Но только вот как быть с теми чувствами, которые я уже довольно давно испытываю по отношению к нему? Да, я не только не говорю о них, но и старательно слежу за тем, чтобы случайно не выдать себя ни словом, ни жестом, ни даже взглядом. И, кажется, пока мне это неплохо удаётся. Но… Что будет, если когда-нибудь я всё же позволю этим чувствам взять над собой верх и больше не смогу сдержать их в узде? Что будет тогда с нами обоими? Вот чего я боюсь и в то же время желаю так сильно, как это только возможно было бы представить…

Между тем небо за окном уже начало темнеть, предвещая скорое наступление ночи. Нужно было отправляться на охоту. И я, только сейчас вспомнив об этом, не смогла удержаться от тяжёлого вздоха.

— Ты чего это вздыхаешь, Аннет? — спросил у меня мой напарник, который уже в полном боевом облачении стоял возле двери и собирался её открыть.

— Да так! — махнула я рукой. — Просто, подумала, что вот и ещё один день пролетел и мы с тобой ещё немного приблизились к старости.

— Приблизились к старости?! Если честно, не замечал я как-то раньше, чтобы ты говорила подобные вещи. Так с чего бы теперь?..

— А ни с чего! — усмехнулась я, думая в это время о чём-то своём. — Не бери в голову. Это я просто пошутила.

— Пошутила? Ну, тогда ладно…

Пожав плечами, мой напарник вышел из комнаты. А я…

Я так и не смогла признаться о чём тогда на самом деле подумала и почему вздохнула. Не сказала ему того, что больше всего опасаюсь его потерять и потому прошу быть особенно осторожным во время сражения с упырём и не рисковать собой попусту. Не потому, что боюсь остаться одна в этом пока ещё чужом для меня посёлке, а по той причине, что с некоторых пор больше не мыслю без него своей жизни. Как если бы он, мой дорогой напарник, которого я давно уже считала не просто своим боевым товарищем и даже не просто другом, вдруг занял в моём сердце пустоту, возникшую там после потери семьи, оставшейся в прежнем, родном для меня мире…

* * *

Должно быть слухи об упыре уже пошли гулять по всему посёлку, потому что в этот, довольно ранний ещё вечерний час, улицы почти опустели. Редко-редко можно было увидеть быстро скользнувшую за угол тень прохожего. Это возвращались со службы те местные жители, кого задержали на работе какие-то дела.

— Интересно, почему это улицы выглядят так, будто весь посёлок вымер? — спросила я у своего напарника.

Но тот в ответ только недоуменно пожал плечами.

— Я не знаю этого, Аннет, — проговорил он. — Должно быть, жителей уже успели предупредить о том, что поблизости завелась очередная хищная и опасная нечисть, вот они и отсиживаются по домам, боясь после наступления темноты и шагу на улицу сделать.

Тогда мы ещё не знали о том, что всех рабочих и служащих в тот день отпустили домой пораньше: дабы никто из них не разгуливал по окутанным темнотой улицам и не стал очередной жертвой упыря.

Пройдя через весь посёлок по главной улице, мы вышли на дорогу, ведущую к кладбищу, на котором в то время и могил-то ещё было раз-два и обчёлся.

— Давай спрячемся пока за деревьями, — предложил мой напарник, указывая на небольшую рощицу, через которую, собственно говоря, и проходила ведущая от посёлка дорога.

— Хорошо, как скажешь! — пожала я плечами, несмотря на то, что у меня, вообще-то, был уже готов свой план поимки и обезвреживания нечисти, на которую мы собирались сегодня поохотиться. — Ой, тут шиповник, кажется, расцвёл! — добавила я, указывая на заросли кустов, покрытых ярко-розовыми цветами. — Как странно! Разве сейчас ему время цвести?

— Да, и вправду, совсем не время! — покачал головой Юань. — Однако… То, что мы с тобой наткнулись на куст цветущего шиповника — это просто отлично!

— Почему? — не поняла я. — Что, тебе так нравятся эти цветочки? Или, может быть, существует какая-то примета? Ну, знаешь, что-то вроде «увидеть куст шиповника, расцветшего во внеурочное время — к большому счастью и удаче»?

— Нет, дело не в этом! — с усмешкой проговорил мой напарник. — Цветы шиповника, конечно же, очень красивы и с этим не поспоришь. Однако… Есть у этого растения другая, куда более важная особенность. Почти любая нечисть его веток как огня боится. Особенно, упыри, которые аромат роз, как обычных, так и диких, просто на дух не переносят.

— Хм, странно! — удивилась я. — И чем же это запах шиповника им так не угодил?

— А это в точности неизвестно. Существует предположение, что аромат дикой розы ненавистен живым мертвецам потому, что он способен перебивать исходящий от них самих запах тления и даже каким-то образом может повредить их тёмную ауру… В общем, растение очень полезное, особенно — в нашем с тобой деле.

— Полагаешь, мне стоит сорвать несколько веток и положить их в свою сумку?

— Думаю, что не просто стоит, а просто необходимо это сделать! — кивнул Юань. — Только вот насчёт сумки я не уверен. Что, если сделаем так?..

С этими словами он подошёл к кусту шиповника и, сорвав с него пару небольших веток, осторожно воткнул их в мою причёску.

— Ай! Ты что делаешь?!

Не ожидая от него подобных действий, я непроизвольно замахала руками, тем более, что ветви шиповника довольно ощутимо кололись.

— Стой спокойно и не вертись, Аннет! — тоном, не терпящим возражений, проговорил мой напарник. — Не то ещё уколешься иглами.

— Ладно, не буду вертеться, — пообещала я. — Но ты… Скажи, зачем ты это делаешь?

— Зачем? — усмехнулся Юань. — Затем, что хочу защитить тебя от упыря. Теперь, когда у тебя волосы украшены ветками дикой розы, он ни за что не сможет тебе навредить.

— Да, но зато он может навредить тебе! — вздохнула я.

— Ну, что поделаешь? — с улыбкой пожал плечами мой напарник. — Кому-то из нас двоих в любом случае придётся рискнуть, встретившись с упырём лицом к лицу. Так что, пусть уж это лучше буду я, а не ты.

— Ага! Это потому, что ты боишься остаться здесь один если со мной что-то случится?.. — начала, было, я.

Но Юань не дал мне договорить. Он просто взял, да и закрыл мне ладонью рот:

— Помолчи! Я слышу звук чьих-то шагов. И судя по всему, тот, кто сюда направляется — явно не человек.

Я молча кивнула: мол, поняла я тебя, напарник. А затем осторожно выглянула из-за кустов и увидела бредущую по дороге странную фигуру, явно направляющуюся в сторону посёлка.

Существо это было огромного роста и лишь отдалённо походило на того человека, которым когда-то являлось. Собственно, от всего прежнего облика умершего объездчика только и остались что обрывки форменной одежды, в которой тот был похоронен и которая теперь представляла собой самые настоящие лохмотья, перепачканные землёй и засохшей кровью, а так…

Упырь (а в том, что это был именно он, у меня не было и не могло быть сомнений!) выглядел отвратительно. Даже не ужас, а какое-то чувство гадливости охватывало при виде его несуразной, скрюченной фигуры, покрытой серовато-зелёной кожей с тёмными пятнами и с заострённой кверху головы, с которой лишь кое-где свешивались клочья грязных, засаленных волос. Руки твари — непомерно длинные и тоже как бы скрюченные, «украшали» огромные, загнутые книзу когти, а изо рта торчали острые желтоватые клыки, небольшие же, глубоко посаженные глаза, похожие на крысиные, горели красновато-жёлтым светом.

— Вот он, наш красавчик! Явился — не запылился! — негромко пробормотала я, ни к кому не обращаясь.

Но мой напарник, должно быть решил, что я ему это сейчас сказала.

— Аннет, я должен признать, что у тебя довольно необычный вкус, понять который дано не каждому! — покачал он головой. — Раз уж ты называешь этого упыря красавчиком и радуешься его появлению… Впрочем, обсудим это несколько позже, а пока…

Не договорив, Цзи Юань вытащил из-за пояса свою нефритовую флейту и заиграл на ней мелодию, которая, как я уже это знала, должна была вырастить гибкие побеги лиан, которые опутали бы нечисть подобно верёвкам, заключив её в кокон. Однажды мой напарник так уже поймал вампира, терроризировавшего жителей Дальнего. Похоже, что и на этот раз он снова решил прибегнуть к этому же способу. Однако…

Не знаю, то ли тот вампир был слабее «нашего» упыря, то ли дело было в том, что умерший объездчик стал таким потому что нечувствительная к подобной магии инопланетная «белка» заразила его неведомой инфекцией… Но ничего у моего напарника на этот раз не получилось. Лианы лишь едва показались из-под земли, но тут же «спрятались» обратно.

— Ничего не получается!.. — Мой напарник с каким-то отчаянием опустил свою флейту, как если бы тем самым признавался в своём бессилии противостоять упырю. — Всё точно так, как и во время сражения с той «белкой»!

Должно быть, упырь каким-то образом успел заметить эти его безуспешные попытки. Во всяком случае, нечисть замерла на месте и, вращая по сторонам треугольной башкой, стала принюхиваться, пытаясь определить, где скрываются люди, плоть и кровь которых были ей так необходимы для наращивания нового тела.

— Похоже, тварь ничего не видит! — ткнула я в бок своего напарника. — Думаю, это неплохой для нас с тобой козырь!

Но Юань только с сомнением покачал головой:

— Не думаю, что его слепота так уж сильно сыграет нам на руку. Достаточно вспомнить хотя бы то, что вчера ещё до рассвета этот упырь расправился со случайным прохожим даже при том, что тогда он вообще ещё никого не успел убить и только-только вылез из могилы… Боюсь, что на этот раз нам пришлось столкнуться с куда более сильным и опасным противником, чем даже были девятиголовый лунчжи. А, может быть, и инопланетная «белка»…

— Тогда… Что ты предлагаешь нам делать? — спросила я у него. — Сдаться и отступить?

— Ну, зачем же так сразу отступить? Попробуем ввязаться в бой, а там уж будет видно…

Между тем упырь, должно быть, услышав наш разговор, испустил утробный вой, после чего развернулся и двинулся в нашу с моим напарником сторону. Я поняла, что битвы с ним не избежать и ещё крепче стиснула рукоять своей фамильной шпаги, мысленно молясь при этом всем известным мне богам о том, чтобы ни я, ни мой напарник не пострадали слишком серьёзно в грядущем противостоянии.

Как действовать дальше и чем биться с упырём, я уже знала. Ну, конечно же, использовав то самое заклинание, что и во время сражения с инопланетной «белкой»! Только на этот раз, я, пожалуй, постараюсь быть более осторожной и своевременно позабочусь о выставлении магического щита. Надеюсь, что хотя бы на этот раз у меня всё получится должным образом…

Глава 34: Сражение с упырём или «Нам больше нечего здесь делать!..»

Упырь приближался к нам медленно, не торопясь. Как если бы понимал, что никуда мы с моим напарником от него не денемся. Впрочем… Это умертвие, ведь, не знало и не могло знать о том, что мы от него с Юанем вовсе и не собираемся никуда убегать, а потому и рассматривало нас как всего лишь ещё одну, очередную добычу. Которая ещё больше приблизит его к вечной жизни. Если, конечно, такое вот существование в виде живого трупа вообще можно считать жизнью…

Как бы там ни было, но за те несколько минут, пока упырь к нам приближался у меня была возможность получше рассмотреть представителя этого, доселе невиданного мной вида нечисти. И, надо сказать, увиденное не слишком меня порадовало.

Как я и говорила раньше, это существо выглядело, мягко говоря, не особенно привлекательно. Всё какое-то скрюченное, с непомерно длинными конечностями и небольшой, зауженной кверху головой, оно было похоже на огромного паука или же на какое-то гадкое насекомое. Зеленовато-серую кожу упыря, местами свисающую с его тела клочьями, покрывали тёмно-зелёные пятна, придающие ему ещё сходство и с порядком отощавшей жабой. Когда же тварь подошла к нам совсем близко, я вдруг поняла, почему она ничего не видит: потому, что глаз у неё попросту не было, вместо них зияли пустые глазницы. Носа у упыря тоже не имелось, что, впрочем, не мешало ему превосходно чуять запах потенциальной добычи. Но вот «аромат», который исходил от самой этой твари… Когда я его почувствовала, то мне очень сильно захотелось попрощаться с недавно съеденным ужином. От упыря воняло запахом разлагающейся плоти, смешанным с запахом сырной земли и крови, которую он успел сегодня утром выпить.

Я оглянулась в ту сторону, где стоял Юань и сделала ему знак: нападай, мол, первым. А сама тем временем принялась плести нити заклинания, создающего защитный магический купол. При этом я старалась не упускать из вида упыря, к этому времени уже сошедшегося в схватке с моим напарником который уже выхватил из кобуры пистолет и начал стрелять в нежить серебряными пулями.

Собственно, в этом и заключался наш план: я отвечаю исключительно за магическую часть, то есть, заклинания в то время как мой напарник отвлекает нежит физическими атаками, стараясь при этом нанести ей как можно больше урона. Ну, а что в этом деле может быть более полезным нежели пистолет, заряженный серебряными пулями? Однако как раз здесь и возникло затруднение, о котором мы с Юанем как-то не подумали и потому не включили его в наш план.

Наверное, если бы перед нами был обычный упырь то эти выстрелы смогли бы его если и не уложить наповал, так хотя бы на несколько минут остановить и задержать. Однако, Степан стал после смерти упырём не потому, что причинил при жизни много зла людям как это случалось с другими представителями данного вида нежити, тела который из-за довлевших над ними грехами, попросту отказывалась принимать земля-матушка. Нет, причиной превращения объездчика в нежить стала неведомая болезнь, которой тот заразился от укусившей его инопланетной «белки». А потому я даже как-то не слишком и удивилась тому, что серебряные пули просто прошли через тело ожившего мертвеца, почти не причинив ему при этом вреда.

…Плохо! То, что эта тварь не боится серебра — металла, ненавистного и опасного для любого другого нечистого, было скверным. Выходит, что и осиновый кол, с которым охотники на нечисть обычно ходят на вампиров и настоящих упырей, тоже, по всей видимости, окажется бесполезным. Хотя, с другой стороны, я же всё равно собиралась использовать в качестве козыря во время сражения не традиционные средства борьбы с умертвиями, а не так давно придуманное мной заклинание. То самое, которое помогло нам с моим напарником победить инопланетную «белку». Надеюсь, что и на этот раз оно меня не подведёт.

Между тем у Юаня дела складывались далеко не лучшим образом. Упырь, проявив скорость и активность, которых мы от него не ожидали, внезапно метнулся вперёд и, полоснув моего напарника острыми как бритва и длинными, как небольшие кинжалы когтями, сбил его с ног. Я видела, как одежда Юаня окрасилась кровью, но сам он в горячке боя, похоже, не обратил на ранение никакого внимания. Лёжа на земле и будучи прижатым к ней упырём, который уже тянулся своим скрюченными пальцами к его горлу, мой напарник отчаянно сопротивлялся, пытаясь сбросить с себя нежить.

Упырь облизнулся, явив нашим взорам свои длинные, желтовато-бурые клыки, после чего испустил утробный вой, должно быть, знаменующий радость от предвкушения сытного ужина. Но не тут-то было! Разве могла я позволить какой-то там нежити сожрать моего напарника? Конечно же, нет!

И вот, на несколько секунд отвлекаясь от творения магического купола, я быстро прочитала вслух другое заклинание и, направив в сторону упыря свою волшебную палочку, выпустила целый залп ледяных стрел, которые с силой войдя в тело твари, пронзили её насквозь… Вот тебе зараза, получи! Что, не нравится? Ну, извини, другого угощения у меня для тебя пока нет, но уже совсем скоро будет.

Упырь, явно не ожидавший нападения с моей стороны, дико взвыл и попытался выдернуть одну из стрел, торчавших между его рёбрами. Бесполезно! Я немного изменила заклинание, сделав так, что как только ледяные стрелы вонзились в упыря, они тут же покрылись зазубринами, намертво впившимися в его разлагающуюся плоть. Так что теперь, вытягивая стрелу из своего тела, тварь попросту отрывала от себя немаленький кусок в самом что ни на есть прямом смысле. Да тут ещё и мой напарник, изловчившись, с силой пнул упыря ногой в живот, отбросив его в сторону, после чего довольно резво вскочил на ноги.

Тварь снова попыталась его атаковать, но вышло это у неё не особенно удачно. Наверное, всё дело было в том, что нападать на кого-то, когда у тебя из живота торчит несколько довольно длинных ледяных стрел — это, мягко говоря, не слишком удобно. Упырь завывал и размахивал когтистыми руками, но больше не мог подойти к Юаню настолько близко, чтобы вновь нанести удар. Да тут ещё откуда ни возьмись из-за кустов выскочил маленький ярко-рыжий лисёнок с четырьмя хвостами и вцепился мелкими, но острыми зубками в ногу нежити.

Видя, что моему напарнику опасность вроде как пока не угрожает, я вернулась к созданию защитного купола, а вслед за тем — и к плетению заклинания, при помощи которого однажды одолела инопланетную «белку». Правда, мелькнула у меня при этом ещё и мысль о том, что можно было бы прибегнуть к заклинанию, управляющему паром. Но затем я отказалась от этой идеи. Какой, в самом деле, смысл, превращать упыря в подобие египетской мумии, испарив из его тела всю жидкость? Умерший однажды всё равно не сможет умереть от этого повторно, а значит, ни к чему другому кроме как к бессмысленной трате магической энергии это всё равно не привело бы.

Итак, я начертила в воздухе водное заклинание, после чего при помощи магии превратила его в заклинание льда, а уж затем при помощи своей волшебной палочки направила своё «творение» в сторону упыря — точно так же, как это я уже проделывала во время сражения с «белкой». Разница была только в том, что теперь я кроме творения боевого заклинания, ещё и поддерживала защитный купол, который должен был уберечь меня и моего напарника во время финальной стадии битвы: когда поверженная тварь полностью обратится в лёд и расколется на множество осколков, летящих во все стороны. Это было несколько труднее и потребовало от меня большей затраты магической энергии, чем если бы я обошлась одним только своим «фирменным» заклинанием. Но мне однажды уже прилетела из-за моей невнимательности «ответочка», а второй раз я на такой подвиг была не согласна.

Цзи Юань решил мне помочь, на какое-то время обезвредив упыря, дабы мне было удобнее творить боевое заклинание. Он подозвал лисёнка к себе, после чего вытащил из-за пояса нефритовую флейту и заиграл на ней мелодию, заставляющую землю разверзаться под ногами его противников… Вот же балда! Зачем он это делает, если отлично знает, что магия Земли слишком энергозатратна? И что глупо расходовать свои силы, успев перед этим получить довольно серьёзное ранение.

«Немедленно остановись! — хотелось мне крикнуть Юаню. — Ты не должен так рисковать! Не должен столь безрассудно тратить силы, тем более, что я и сама со всем этим прекрасно могу справиться.»

Но почему-то я так и не решилась произнести этих слов, не желая обидеть моего напарник. А, наверное, зря. Потому, что если бы я это сделала… Впрочем, не будем забегать вперёд.

Итак, я продолжила творить своё заклинание, одновременно поддерживая при этом в должном состоянии магический купол в то время, как Юань, загнав упыря в ловушку в виде небольшой ямы, образовавшейся у того под ногами, из последних сил удерживал его там. Я поняла, что мне нужно поторопиться, если я не хочу, чтобы мой напарник окончательно обессилел и, чего доброго, свалился в обморок как раз в тот момент, когда разъярённый упырь особенно опасен.

Но не зря говорят, что спешка хороша только при ловле блох. Потому, что торопясь побыстрее завершить заклинание, я, должно быть, что-то напутала ну или, может быть, не выдержала нужное время. В общем, не знаю, как так получилось, но нежить не успела превратиться в ледяную глыбу полностью. Так что когда я перешла к финальной части своего заклинания и та разлетелась на множество осколков… В общем, зрелище на этот раз было не для слабонервных. Так, что даже я сама, глядя на разбросанные вокруг куски кое-как подмороженной плоти, почувствовала приступ мгновенной слабости и тошноту, справиться с которыми удалось только ценой волевых усилий.

Но главным, конечно же, было то, что несмотря на все трудности, дело было сделано: мы с Юанем обезвредили упыря, который мог убить немало людей, а, может быть, ещё и заразил бы вампиризмом добрую половину посёлка и его окрестностей. Теперь же, если генерал-майор Сахаров не станет больше с нами спорить и отдаст приказ о сожжении тел всех жертв инопланетной «белки» и упыря, в которого превратился после своей смерти объездчик Степан… То, надеюсь, что ничего подобного тут больше никогда не повторится. Особенно, если мы с моим напарником отыщем те Девять Артефактов, о которых рассказывала Хранительница и запечатаем тот портал, откуда, по всей видимости, на Землю и пробралась злополучная «белка».

И всё было бы хорошо, если бы не одно обстоятельство, которое не на шутку меня встревожило.

Мой напарник выглядел сейчас так, как если бы вот-вот был готов свалиться без чувств. Неужели его рана оказалась даже серьёзнее, чем я подозревала?

— Юань, ты в порядке? — задала я ему вопрос, который могла бы не задавать.

В порядке? А то не видно, что нет, если судить по тому, что цвет лица моего напарника, обессиленно привалившегося к ближайшему дереву, был даже не бледным, а каким-то зеленоватым. А по форменному мундиру спереди от плеча до талии расползалось кровавое пятно.

— Аннет… Ты… С тобой-то с самой всё хорошо? — с трудом проговорил мой напарник.

После чего, потеряв сознание, начал медленно сползать на землю по стволу дерева.

— Юань!. Ты не можешь! Не смей!..

Подбежав к напарнику, я попыталась его приподнять, но, к своему удивлению обнаружила, что сделать это не так-то просто, поскольку его тело словно начало каменеть. Или, может быть, коченеть, как это обычно бывает с покойниками.

Испугавшись, я попыталась нащупать пульс на руке у своего напарника… Слава Богу, прощупывается, хоть и слабый. Да и рана, оставленная когтями упыря, больше не кровоточит и даже вроде бы начинает затягиваться…

…Затягиваться?! Что-о? Как, такое, вообще, возможно, чтобы глубокая рваная царапина, идущая наискось от правого плеча к левому бедру, так вот внезапно начала затягиваться уже через несколько минут после ранения? Нет, дело тут явно было нечисто. И я, если честно, даже не знаю, что мне теперь и делать-то. Или… Нет, всё-таки, знаю!

— Лучик… то есть, тьфу ты, конечно же, Сяо Лу! — окликнула я лисёнка-оборотня, вновь принявшего свой человеческий облик. — Ты знаешь, где живёт Хранительница?

— Хранительница? — наморщил тот нос. — Кажется, знаю. А почему ты меня об этом спрашиваешь, сестричка Аннет? И что случилось с братцем Юанем? Почему он сейчас выглядит так, как если бы вот-вот собирался умереть?

В голосе маленького хули-цзина прозвучало неподдельное беспокойство. Было очевидно, что Сяо Лу не меньше меня переживает за моего напарника.

— Почему спрашиваю? — хмыкнула я. — Потому, что хочу тебя кое о чём попросить. Сяо Лу, немедленно бери ноги в руки и дуй к Хранительнице. Скажи ей о том, что с Юанем происходит что-то неладное. Что он был ранен упырём, после чего лишился чувств и что я никак не могу привести его в сознание. Пусть поспешит сюда, потому что, боюсь, без её помощи дело может стать совсем худо…

— Ладно! — слегка растерянно глядя на меня, кивнул Сяо Лу. — Только вот… сестричка Аннет, объясни: а это как — ноги в руки? И на что мне нужно дуть?

— Ой, да никак! — махнула я рукой. — И ни на что… Это… Это просто так говорят, не обращай внимания. Я хотела сказать, чтобы ты бежал к Хранительнице так быстро, как только можешь… Скажи, ты же сделаешь это для меня и для братца Юаня?

— Конечно же, сделаю!

Сяо Лу не нужно было просить дважды. Получив от меня чёткие указания, он сорвался с места и через несколько секунд скрылся где-то за деревьями. А я опустилась на землю рядом со своим до сих пор так и не пришедшим в себя напарником и принялась мысленно молиться всем известным мне богам, включая Кецалькоатля и Юй Ди, чтобы всё у нас было хорошо.

Впрочем… Разве может быть иначе, если у меня появился настолько замечательный маленький помощник, как наш лисёнок-оборотень? Ох, надеюсь, что он не заблудится и сможет быстро отыскать дорогу к домику, затерянному где-то в лесной чаще.

* * *

Сяо Лу не подвёл: где-то через четверть часа он вернулся в сопровождении Хранительницы. Которая, едва взглянув на моего напарника, заявила, что дело плохо: по всей видимости, упырь заразил Юаня вампиризмом из-за чего тот и сам может превратиться в умертвие.

— И… что же теперь делать? — в недоумении глядя на старушку, спросила я, успокаивающе поглаживая при этом по голове испуганно прильнувшего ко мне Сяо Лу, уже готового разреветься. — Может, доставить его в больницу?

— Тебе — уж точно ничего делать не нужно! — покачала головой Хранительница. — Больница тут не поможет. Люди не научились ещё справляться с подобными недугами. Да и где бы им было научиться, если эта зараза только несколько дней назад пробралась на Землю? — добавила она, невесело усмехнувшись. — Оставь своего напарника здесь, девонька. Я сама позабочусь о нём. К счастью, ты вовремя спохватилась. А, значит, шансы на то, что он поправится и станет прежним, всё же есть. Однако… Я должна тебя кое о чём предупредить. Если этот парень всё-таки не сможет даже с моей помощью справиться с одолевшим его недугом, если он станет упырём… Тогда мне придётся его убить. А потому, если такое случится, не вини меня за это.

— Я понимаю! — кивнула я. — Что же… Я и вправду бессильна чем-то помочь своему напарнику. Всё, что мне остаётся — это довериться вам.

— Ну, вот и отлично! — кивнула Хранительница. А сейчас, возвращайся-ка ты, девонька в посёлок. И скажи всем, что упыря больше нет, так что пусть местные больше его не боятся.

— Хорошо! — снова кивнула я. — Но, бабушка… Скажите: а я могу приходить навещать своего напарника?

— Можешь, — милостиво кивнула Хранительница. — Только вот… Какой в этом смысл? Всё равно несколько дней, возможно, даже недель, он пробудет без сознания, на границе жизни и смерти… Не бойся, не умрёт, да и в нежить, скорее всего, не превратится. Но тебе нет смысла сюда приходить, поскольку помочь ты ему всё равно ничем не поможешь, да и не услышит он тебя даже если ты с ним и заговоришь…

— Ладно, я всё поняла! — кивнула я, чувствуя, как у меня в горле будто образовался ком: ни проглотить, ни выплюнуть. — Что же… В таком случае, мне и вправду лучше вернуться… Идём, Сяо Лу! — добавила я, протягивая руку лисёнку-оборотню, который со слезами на глазах смотрел сейчас на своего бывшего хозяина. — Нам больше нечего здесь делать!..

Глава 35: Без напарника или Свиток из неизвестного металла

Вернувшись домой без своего напарника, я в первое время даже не знала как мне быть дальше. И дело тут оказалось вовсе не только в том, что я не на шутку беспокоилась о Цзи Юане, которого оставила в лесу на попечение Хранительницы. Нет, я, конечно же, верила в то, что с ним всё будет хорошо и что уже совсем скоро он ко мне вернётся.

…Что?!. Я и в самом деле сказала сейчас «ко мне»?! Наверное, так вышло только лишь потому, что я и вправду очень сильно скучаю по своему напарнику. Мне его так не хватает несмотря на то, что порой он бывает неловок и неосторожен из-за чего иногда совершает нелепые ошибки. Впрочем… Кто из нас без греха, кто хотя бы раз не ошибался в своей жизни?..

Если уж говорить по-правде, то я и сама совершила сегодня чудовищную ошибку, когда предложила Юаню во время сражения с упырём разделить наши, так сказать, обязанности. Чтобы он, мой напарник, «отвечал» исключительно за боевую часть, а я — за магическую… Это, ведь, именно я предложила этот злополучный план, рассчитывая на то, что так у нас будет неплохой козырь против нежити! Возможно, если бы мы двое действовали сообща, то ничего плохого и не случилось. Вернулись бы мы сейчас домой вдвоём с ночной охоты как это уже бывало раньше, ещё во время службы в Дальнем. Но если, как мудрые люди говорят, и на старуху бывает проруха, то с меня-то что взять? Я, ведь, даже ещё своей вроде как уникальной магией овладела далеко не в совершенстве: до сих пор иногда путаюсь во время плетения даже слабых заклинаний. А другие, куда более сильные и эффективные чары я попросту боюсь применять, дабы случайно не причинить никому вреда…

Вот какие мысли неотступно преследовали меня в ту ночь или, вернее, в то раннее осеннее утро, когда я вернулась из леса домой одна, без своего напарника. Хотя, почему это одна? Лучик, или, вернее, Сяо Лу, был со мной. И, несмотря на свой пока ещё совсем юный возраст, он по мере сил помогал мне справляться с грустью и тоской.

— Сестричка Аннет! — проговорил маленький хули-цзин, как только мы с ним переступили порог нашего дома. — Не переживай ты так сильно: с братцем Юанем всё будет хорошо. Я уверен, что Хранительница непременно о нём позаботится и не позволит случиться ничему плохому.

— Я это знаю, — кивнула я. — Но только… Что поделать с тем, что я никак не могу отделаться от мысли о том, что это я виновата в случившимся? Не нужно было мне предлагать Юаню разделиться и действовать во время боя с упырём по отдельности. Если бы не это…

— Кто может знать, что, на самом деле, случилось бы, если бы вы с братцем Юанем действовали как-нибудь по-другому? — с самым философским видом, совершенно не вяжущимся с его детской мордашкой, пожал плечами Сяо Лу. — А вдруг всё стало бы только хуже? Что, если бы вы оба были ранены, а то и убиты тем ужасным существом? Об этом ты, конечно же, не подумала, да, сестричка Аннет?

— Не подумала, — была вынуждена я признать его правоту. — Что же, Сяо Лу… Возможно, ты и прав. Нам и вправду не дано знать, что было бы, поступи мы как-нибудь по-другому. И было бы нам от этого лучше или же, наоборот, хуже.

— Ну, вот! — с уверенностью кивнул лисёнок-оборотень. — А раз так, то незачем об этом больше и говорить. Давай-ка лучше поскорее завтракать, сестричка Аннет! А то я так проголодался, что готов целого слона съесть.

Только теперь я осознала, что в отсутствие Юаня должна нести ответственность не только за себя, но и за нашего с ним воспитанника. Должна позаботиться о том, чтобы Сяо Лу был сыт, обут, одет и ни в чём не нуждался.

— Извини! — пробормотала я, только сейчас вспомнив о том, что ничего не успела приготовить с вечера на завтрак: думала, что успею вернуться из леса с охоты этой ночью и потому у меня будет достаточно времени для готовки. Но получилось так, что из-за ранения моего напарника и ожидания появления Хранительницы мне пришлось задержаться в лесу и домой я вернулась только под утро, уже на рассвете. — Я… Я сейчас же чего-нибудь по-быстрому приготовлю.

— Только, пожалуйста, не нужно варить больше пшённую кашу с молоком! — забавно наморщил нос Сяо Лу. — Она у тебя, сестричка Аннет, почему-то совсем не получается.

— Нет-нет, не переживай: на этот раз я не стану готовить пшёнку! — поспешила я его успокоить. — Тем более, что у меня сейчас совершенно нет на это времени. Я лучше… Ну, точно! Поджарю-ка я лучше на завтрак яичницу… Хотя нет, тоже не выйдет! — добавила я покачав головой, заглядывая в кухонный шкаф, где мы хранили наши продуктовые запасы. — Яйца закончились, так что, по всей видимости, придётся тебе, солнышко, манной кашкой на воде сегодня довольствоваться.

— В таком случае… Я сейчас, я мигом!

Сяо Лу вскочил со своего места и выбежал из комнаты прежде, чем я успела бы его остановить. Вернулся лисёнок-оборотень через несколько минут, гордо неся в небольшом лукошке пять или шесть куриных яиц.

— Ты не думай, сестричка Аннет, я это не украл! — чуть ли не с порога объявил он. — Я попросил бабушку Лины и она мне их дала. А ещё она просила тебе передать то, что вы с братцем Юанем и так платите ей за квартиру достаточно много и что стол входит в стоимость оплаты, так что впредь вы оба можете брать у неё в огороде, в саду или на птичнике всё, что вам вздумается.

— У какой ещё у бабушки Лины? — не сразу поняла я. — А-а, ты сейчас по нашу квартирную хозяйку, Акулину Егоровну говоришь, верно?

— Верно! — обрадованно закивал Сяо Лу. — Знаешь, сестричка Аннет! — добавил он доверительным шёпотом. — Бабушка Лина… Она, на самом деле, вовсе не плохая и не страшная. Только… как бы это сказать? Со странностями, вот! А ещё… Она вроде как ведьма, настоящая! Только не злая, а добрая и хорошая.

— Ну-у, то, что она со странностями, я и так уже поняла, — усмехнулась я, разбивая в миску четыре яйца и энергично взбивая их вилкой. Чуть подсолила, добавила немного молока и муки и опять взбила, после чего поставила на огонь большую чугунную сковородку, на которую кинула приличный кусок сливочного масла. — А вот то, что ведьма… Ну, были у меня подозрения на сей счёт… А ты-то сам об этом как догадался? Как понял, что Акулина Егоровна занимается колдовством?

— А как же мне было не догадаться? — усмехнулся Сяо Лу. — Я, вообще, кто? Лис-оборотень, хоть пока и маленький! А представители моего племени магию, которая от колдунов да ведьм исходит, за версту чуют. Я как бабушку Лину увидел в первый раз, так сразу же и понял, что не обычный она человек. А теперь, когда к ней за яйцами бегал, окончательно в этом убедился. У бабушки Лины есть комната, вся увешанная пучками всяких волшебных трав и амулетами. А в этой самой комнате у неё есть шкаф, битком набитый разными зельями.

— Так, может быть, Акулина Егоровна просто целительством занимается? — хмыкнула я, выливая взбитые яйца на шкворчащую сковороду. — С чего ты решил, что она ведьма?

— Ой, долго объяснять! — поморщился Сяо Лу. — Да и всё равно ты этого пока не поймёшь, сестричка Аннет. А потому, наверное, мне и говорить об этом незачем.

— Ну, незачем — так незачем! — пожала я плечами, ставя перед ним тарелку с яичницей и куском ржаного хлеба. — Хватит разговоров, лучше ешь, давай! А то, ещё чего доброго, мы с тобой сегодня на объект опоздаем.

Объектом я называла строящееся здание нашей будущей штаб-квартиры, но как правило в разговоре с другими людьми говорила о нём проще и понятнее для них — уроженцев этого времени: «стройка». Теперь же немного чужеродное для конца девятнадцатого века слово «объект» словно бы само невзначай вырвалось из моих уст… Впрочем, Сяо Лу меня, кажется, понял. Во всяком случае он немедленно приступил к завтраку, который, в отличие от вчерашней каши, явно пришёлся ему по вкусу…

* * *

Поскольку деть мне нашего воспитанника было некуда и некого было попросить присмотреть за ним, я снова взяла Сяо Лу на стройку вместе с собой. Было у меня, правда, опасение, что он опять сбежит, как это уже однажды было. И что мне придётся переживать о том, чтобы с ним ничего не случилось. Но на этот раз лисёнок-оборотень клятвенно пообещал мне, что никуда без моего разрешения не уйдёт и я ему поверила.

Зря, как оказалось. Потому, что не успела я и отвернуться, как его уже и след простыл… Ну, что за непослушный мальчишка! Вот, погоди, только ты вернёшься!..

— Сяо Лу! — без особой надежды на то, что наш воспитанник соизволит отозваться, крикнула я. — Сяо Лу, ты это куда снова пропал?

В ответ как, впрочем, этого и следовало ожидать — тишина… Вот же негодник! Мало проблем свалилось мне в последнее время на голову, так теперь ещё и это. Мне бы с делами на стройке разобраться, а вместо этого надо этого ослушника искать.

Только куда же мне прикажете сейчас пойти? Сяо Лу, негодник этакий, может оказаться где угодно: в самом посёлке или же в его окрестностях. Но не могу же я, в самом деле, вместо того, чтобы заниматься сугубо рабочими вопросами, прочёсывать в поисках сбежавшего лисёнка-оборотня все улицы и дома Харбина, а заодно — ещё и ближайший лесок куда лисёнок-оборотень вполне мог наведаться, так сказать, по старой памяти?

В это время ко мне подошёл начальник бригады с жалобами по поводу того, что очередная поставка кирпичей и брёвен задерживается. Я молча выслушала бригадира, покивала в знак согласия, покачала головой, тем самым вместе с ним выражая неудовольствие действиями поставщиков и пообещала, что в ближайшее время со всем этим разберусь. Мол, сегодня после обеда наведаюсь в управу и спрошу у них, нельзя ли подобрать мне других, более ответственных поставщиков.

Бригадир вернулся к своей работе, а я принялась размышлять над тем, что же мне теперь делать. По всему выходило, что дабы всё успеть, мне придётся разорваться как минимум на три части. Ну, или, как вариант, обзавестись парочкой двойников… Как их там называют? Доппельгангерами, кажется?.. Если бы только Юань был здесь, я бы оставила его наблюдать за ходом строительства, а сама понеслась бы в управу, а уж после этого — разыскивать Сяо Лу. Но теперь я была одна, без своего напарника и… Если честно, даже не представляла себе раньше, насколько плохо мне без него придётся!

Впрочем, одна из этих проблем уже через несколько минут решилась сама собой.

— Сестричка Аннет, почему ты выглядишь такой грустной? Что-то случилось? — внезапно услышала я совсем рядом хорошо знакомый мне звонкий голосок нашего воспитанника.

…Хвала Небесам! Сяо Лу всё-таки нашёлся. Или, вернее, сам соизволил ко мне прийти… Но, простите, кто это ещё с ним?

— Нет, ничего не случилось! — покачала я головой и добавила, кивком указывая на стоявшую рядом с Сяо Лу девочку примерно его лет, одетую в крестьянскую одежду и с пёстрым платочком на голове. — А ты, я вижу, подружку сюда привёл?

— Ага! — кивнул Сяо Лу. — Сестричка Аннет, это — Варя. Её отец железную дорогу строит, а мать дома с малышами сидит. Варе с мелкими скучно, вот она целыми днями по улицам и гуляет. Я случайно с ней познакомился и привёл сюда чтобы показать стройку.

— Показать стройку? — покачала я головой. — А родители разрешают твоей приятельнице ходить в такие места? Впрочем, ладно! — добавила я, видя, что бригадир машет мне рукой, не иначе как снова прося подойти к нему. Должно быть, опять что-то случилось. — Под твою ответственность я позволю Варе немного тут побыть. Но только, чур, по всей стройке не шататься и рабочим не мешать! Договорились?

— Договорились! — обрадованно закивал Сяо Лу. — Обещаю тебе, сестричка Аннет, что мы с Варей будем хорошо себя вести… Чего ты стоишь? Идём! — добавил он, хватая свою маленькую подружку за руку и потянув её в ту сторону, где на земле всё ещё были видны следы его давешних «художеств» в виде малопонятных иероглифов. — Я тебе сейчас такое покажу — закачаешься!

Убедившись в том, что дети не собираются лезть под строительные леса или карабкаться на сваленные штабелем брёвна (ну-ка, вся эта пирамида ещё «поедет» да обрушится под их весом!), я направилась в ту сторону, где меня вот уже несколько минут поджидал начальник бригады. Не помню даже, о чём мы с ним и говорили, потому, что-то и дело мне приходилось оглядываться дабы убедиться в том, что Сяо Лу и его маленькая подружка не делают ничего, что могло бы представлять для них опасность. И всё-таки, в какой-то момент я упустила их из виду… Да что же это, в самом деле, такое?! Неужели этим маленьким негодникам так трудно просто посидеть на месте?! И в это время…

— Сестричка Аннет, погляди, что мы с Варей нашли! — потянул меня за рукав наш воспитанник.

— Что… Ну, что ещё вы могли найти? — мысленно выругавшись, вздохнула я.

Надо же, насколько утомительным может порой быть этот ребёнок! А я-то, наивная, раньше думала, что Сяо Лу идеален. Что он, будучи лисёнком-оборотнем, почти не шалит и не озорничает как это делают обычные дети!

— А это я только тебе одной покажу!

Не обращая никакого внимания на стоявшего рядом со мной бригадира, Сяо Лу потянул меня в сторону. И у меня просто не осталось другого выхода, кроме как последовать за ним.

— Ну и что ты хотел мне показать? — спросила я у него, когда мы отошли уже достаточно далеко. — И, между прочим… Где сейчас Варя?

— Варя? — спросил Сяо Лу. — Я хотел показать ей тайник, который обнаружил под домом, когда был здесь в прошлый раз. Там ещё есть такая странная штука, которая стреляет лучами. Но Варя отчего-то испугалась, заплакала и сказала, что хочет домой. Я проводил её до дома, а после вернулся сюда и продолжил поиски. За тем тайником, о котором я тебе говорил, сестричка Аннет, был ещё один тайник. А там… Там лежало вот это!

Говоря так, Сяо Лу протянул мне нечто, похожее на свиток, сделанный из свёрнутого в трубку листа неизвестного мне металла. В том, что это было не железо, не сталь, не алюминий, не бронза, не серебро и даже не золото или платина, я нисколько не сомневалась. Металл был необычного серебристо-фиолетового оттенка, а когда Сяо Лу с гордостью развернул свиток, то я увидела вертикальные ряды отчеканенных значков, чем-то похожих на древние китайские иероглифы, но всё-таки от них отличавшиеся.

— Что это?! — спросила я, в недоумении глядя на своего воспитанника. — Сяо Лу, ты зачем взял эту вещь в руки? Разве ты не знаешь того, что некоторые металлы могут быть опасны? Они излучают невидимое, но крайне вредное для здоровья людей, животных и даже растений излучение.

— Этот свиток ничем не опасен! — покачал головой лисёнок-оборотень. — Если бы это было не так, я бы это почувствовал и уж точно не стал бы к нему прикасаться.

— Да? Хорошо, если так… — протянула я. — Но на будущее всё-таки, пожалуйста, запомни: никогда не бери в руки вещи, о которых ты не имеешь ни малейшего представления… Договорились?

— Договорились, — без особого, впрочем, энтузиазма, кивнул Сяо Лу.

А потом, немного помолчав, добавил. — Сестричка Аннет, я думаю… Думаю, что нам следует показать этот свиток братцу Юаню, когда тот вернётся.

— Если вернётся! — невольно вырвалось у меня.

Но я тут же поспешила отогнать эту непрошеную мысль прочь.

Ну, конечно же, Юань совсем скоро вернётся ко мне и всё у нас будет хорошо! Да и разве может быть иначе? Ведь у нас двоих впереди почти вся жизнь. Сколько ещё нам с моим напарником предстояло сделать и достичь, в скольких важных вещах разобраться! А, самое главное — наконец-то понять: кто же мы, всё-таки, друг для друга? Всего лишь напарники? Или?..

Мысленно вздохнув, я убрала таинственный свиток в сумку, висевшую у меня на плече. А затем, обернувшись в сторону Сяо Лу, сказала:

— Думаю, на сегодня мы здесь со всеми делами разобрались. Так, что теперь можем с чистой совестью двигать в управу. А оттуда — домой. Обедать и пить чай с конфетами и баранками.

— С конфетами и баранками? — обрадовался Сяо Лу. — Это хорошо, сестричка Аннет! Баранки я люблю. А ещё… Давай заглянем в кондитерскую, которая недавно открылась рядом с управой? И возьмём там немного пирожных с заварным кремом? Таких, знаешь, в виде палочек. Они ещё как-то мудрёно называются. Экре… Эгле… Эрке…

— Эклеры, что ли? — усмехнулась я. — Может, и возьмём. Посмотрю я ещё по твоему поведению: как ты себя будешь по дороге вести да в самой управе…

— Вот, вечно ты так, сестричка Аннет! — обиженно надулся лисёнок-оборотень.

— Ну, что поделаешь? — с деланным сожалением пожала я плечами. — В конце концов, должен же тебя кто-то воспитывать? Так что, пока Юаня здесь нет, тебе придётся меня слушаться. И делать только то, что я разрешаю… Ты хорошо меня понял?

— Лучше некуда…

— Ну, вот и отлично. А сейчас, идём-ка, дружок, в управу.

— А оттуда — в кондитерскую, да?

Я вздохнула:

— Ладно, можно и в кондитерскую… Ну, так что? Ты идёшь или нет?

— Иду? Уже бегу!..

Я на всякий случай взяла своего воспитанника за руку, чтобы он снова куда-нибудь не сбежал и вместе с ним зашагала в направлении главной улицы, на которой располагалось здание управы, а также пара недавно открытых магазинов и та новая кондитерская, в которой так сильно хотел побывать Сяо Лу.

Оглавление

Глава 1: Детям нужно верить или Шанс на новую жизнь

Глава 2: «Какая ещё магия?!!» или Разговор с «предшественницей»

Глава 3: Так лёг жребий или Неожиданное предательство

Глава 4: Непростой перелёт или Одна газетная история

Глава 5: Прогулка по городу или Необычное знакомство

Глава 6: Командир отряда «Феникс» или «А ты думала, для чего бы это мы все здесь находились?..»

Глава 7: Ссора за ужином или Особенности местной истории

Глава 8: Ночная тревога или Подозрительная тень

Глава 9: Первый бой с нечистью или История, рассказанная напарником

Глава 10: Спасение лисёнка или «Определителю нечисти быть!..»

Глава 11: Разгул «домовых» или «Зачем же лишать человека крыльев?..»

Глава 12: Похищение или «Так значит, у тебя уже есть какой-то план?..»

Глава 13: «Почему никто из вас мне об этом раньше не сказал?!» или Предчувствие опасности

Глава 14: Праздник Циси или Появление девятиголового монстра

Глава 15: Незаслуженная награда или «Ты просто не знаешь того, что с нами случилось в прошлом…»

Глава 16: Встреча с лепреконом или «Что, если нам выслушать и другую сторону?..»

Глава 17: Клятва на морском берегу или «С этого дня всё будет по-другому…»

Глава 18: Ну, здравствуй, Харбин или Гостиница с привидением

Глава 19: «У меня уже есть невеста…» или «Ты что же, боишься привидений?..»

Глава 20: Дух столетнего дерева или «Ну что, скажем им правду?..»

Глава 21: Маленькие помощники или Посещение управы

Глава 22: Начало строительства или Рассказ объездчика

Глава 23: «Они и в самом деле об этом говорили?..» или «Разумеется, он меня не послушается!..»

Глава 24: «Тёмная» сторона порталов или «Хочешь сказать, что я тебе нравлюсь?..»

Глава 25: «Мыши» из других миров или «Я собираюсь ловить эту тварь на живца…»

Глава 26: «Так что там насчёт твоего плана?..» или «Я не хочу, чтобы у меня были от тебя какие-то тайны…»

Глава 27: Охота в ночном лесу или «Рождение» нового заклинания

Глава 28: В гостях у «Бабы-Яги» или Непростая задачка

Глава 29: История, рассказанная Хранительницей или «Нам нужно поскорее съехать из гостиницы…»

Глава 30: Переезд на новую квартиру или Неожиданное прибавление

Глава 31: Вечерние разговоры или «Я должен тебя кое о чём предупредить…»

Глава 32: Очередное происшествие или «А зачем его выслеживать?..»

Глава 33: «Не лучше ли тебе самой этому научиться?» или «Вот он, наш красавчик!..»

Глава 34: Сражение с упырём или «Нам больше нечего здесь делать!..»

Глава 35: Без напарника или Свиток из неизвестного металла