Библиотека :)

Поцелуя будет мало 239K - Валентина Гордова (скачать epub) (скачать mobi) (скачать fb2)

Глава 1

Пошёл слух, что в «Марселе» откроют портал. Сегодня.

Мы, ведьмы, знаем, что это невозможно. Порталы открываются сами по себе, мы их можем только найти и закрыть, если повезёт. Но с тех пор, как во главе Министерства ведьминского контроля встал маг, нам приходится проверять даже самые абсурдные доносы.

– У-у, центральное отопление! – шипел Вафель у меня на руках. – Держи меня крепче, пока я этих двуногих не поджарил и не съел!

Вафель – крыс, свято верящий в то, что он дракон. Логика у моего фамильяра простая: говорить умею, крылья имею, золото люблю. Усё, точно дракон! А на розовые уши размером чуть поменьше крыльев, огромные чёрные глаза, синий хаер и вот чисто крысиный рост не смотри, а то у нас натура впечатлительная и характер злопамятный. Сказано «дракон» – кивай и соглашайся.

– А может и поджарь? – предложила очень добрая с утра ведьма, удерживая своего упитанного монстрюгу на руках и продираясь сквозь плотную беснующуюся толпу.

Темноту ночного клуба прорезали яркие частые вспышки света, больно бьющего по глазам. Со всех сторон грохотала закладывающая уши музыка. Народ прыгал и скакал, так и нарываясь словить проклятье от неоднократно задетой меня.

Злило оно меня всё.

Сначала Вафель с вечером обломал, и мне пришлось вместо сериальчика любоваться улыбчивой мордой Гэврила – вампира, с которым фамильяр от моего имени договорился о свидании. Заграничный кровосос вовсю хвастался своим замком и нахваливал аромат моей кровушки, гад Вафель без устали травил шутки в духе «У нас товар, а вам капец» и «Она у меня просто клад, так бы и закопал!», я угрюмо качала ногой и силилась никого не убить. Пришлось терпеть, потому что крыс пригрозил: час не отсидишь – скажу Гэврилу наш адрес и дам запасные ключи. Вафля гад и мерзость, с него станется ещё и дом в ночи поджечь, чтобы вампирский граф героически спас обречённую на погибель меня.

Теперь ещё и это! Портал им, видите ли, в ночном клубе откроют. И неважно, что сделать это невозможно. Нельзя. Никак. Даже если очень захотеть и сильно постараться. Законы магии не для того придуманы, чтобы их нарушали все, кому не лень.

– Чтоб ты от зубного не выходит! – ругалась вполголоса себе под нос, расталкивая народ.

Локтями, к сожалению. Магией нельзя, здесь гражданские. Обычные люди, в смысле. Те, кто даже не подозревал о магической составляющей нашего мира. Да и о вселенной Тар-данарии они не слышали ни разу.

При них колдовать нельзя, а то я сначала им память стирай, потом по шее от начальства получай, а у меня и без того день-звездень.

– Мар-р-рин, – Вафель тронул когтистой лапой за руку, – ты коли проклинаешь, то давай, серьёзно к делу подходи. Перед бабкой, светлая память ей в домоуправлении, не позорься.

– А ты бы вспомнил, что девять жизней только у котов бывает, – прошипела в ответ.

И таки добралась до вожделенной винтовой лестницы, ведущей на балкон вдоль всего второго этажа. Вот будь тут магический народ, я бы на метле взлетела… да что там, я бы сразу в микрофон сказала: «кто в портал провалится, того домой не возвращаем» – нелюди бы сами разбежались, расчищая пространство.

Потому что магический народ суть дел знал, и о том, что нет напасти хуже порталов, был осведомлён. Пространственные круги – вообще подстава. Нестабильные, непредсказуемые, появляются когда и где угодно, связывая два мира случайным образом. Некоторые мигнут и погаснут, какие-то раскинутся на долгие годы, половина даже не тоннельные, то есть вернуться по ним обратно нельзя. Вот так выкинет куда-нибудь в нижний мир, и радуйся потом.

– Так, план следующий, – начала рассказывать фамильяру, остановившись у перил и окидывая цепким взглядом толпу внизу, – сканируем пространство, естественно не находим никаких порталов, пишем жалобу на некомпетентное руководство, устраиваем революцию в Министерстве, сажаем на пост главного Бернитскую, а потом домой, есть мороженое и досматривать кино.

Вафель завыл так громко и проникновенно, что на какие-то секунды перекрыл грохот музыки. Тут же подлетел, пользуясь тем, что немаги его не видели, завис напротив моего лица воплощением искреннего негодования и рявкнул:

– Опять Болат?!

Нихрена себе, сказал я себе.

– Альтернативой Сулейман, – развела руками, не разделяя возмущения.

Крыс взвыл повторно, закинул синеволосую морду и изобразил почти правдоподобные рыдания.

Пожалев беднягу, улыбнулась и сказала:

– Ладно, поменяем план. Я домой, а ты в приют для животных.

Спектакль тут же прекратился, Вафель раздосадованно сплюнул, вспомнив, что нельзя давить на совесть тому, у кого этой гадости нет, опустился на перила и уже по делу серьёзно спросил:

– Ты это всё за вечер провернуть собралась?

– Не люблю тратить время, – невозмутимо пожала плечами, снова вглядываясь в толпу.

Мой не огнедышащий, но зажигалконосительный друг решил промолчать в несвойственной ему манере.

Порталы в подпространство, именуемое Ведьминым кругом, открываются сами по себе – это общеизвестный факт. Мы, ведьмы, едва ли не единственные существа на всю вселенную Тар-данарию, способные ощутить колебания магического фона. И повлиять на них. То есть закрыть портал. Но, увы, далеко не каждый.

Абсолютно уверенная в том, что зря трачу время, я встала поудобнее, повела плечами, разминая мышцы, покрутила головой, расслабляя шею, опёрлась ладонями на круглые металлические перила, сделала вдох и…

– Эй, – раздалось властное прямо за спиной.

И на моё плечо легла тяжёлая широкая ладонь, чтобы неаккуратным рывком развернуть на месте.

Взгляд упёрся в чёрный расстёгнутый пиджак, надетый поверх чёрной рубашки. Идеально выглаженный костюм, блестящие туфли, мерцающие чёрные глаза и незаметно переливающиеся на левом виске письмена.

Маг. Да не простой – теневой наёмник, таких похищают в раннем детстве и жестоко воспитывают вдали от всех. Если дети выживают, первое убийство они совершают в пять лет. В семь их продают на Пироге – полностью разбойническом мире. Цены за них бешеные, но эти ребята стоят любых трат. Иммунитет к магии, сумасшедшая скорость и сила, умение убивать голыми руками сотней способов… А чтобы теневые наёмники не убили своего же хозяина, при покупке на них ставится магическое клеймо абсолютной принадлежности.

Страшные они существа. Себе не принадлежат, за господина порвут без раздумий.

Окинув двухметровый шкаф суровой наружности скептическим взглядом, вскинула бровь и раздражённо поторопила:

– Обижают, заюш? Покажи пальцем, тётя ведьма всем морды наскрабирует.

На безэмоциональном лице не дрогнул ни единый мускул. Пропустив все мои слова и интонации мимо ушей, наёмник холодным мрачным голосом велел:

– Отойди. Ты загораживаешь вид моему шефу.

Надо же, какие слова знаем. Не хозяин или господин – шеф. Значит, давно в нашем мире.

Но зря он так. Я сегодня злая, говорю же. Час поздний, а я до сих пор не дома. И платье это дурацкое жмёт, и ноги от каблуков неприятно гудят, а голова стучит от грохота музыки. Да и вообще – дерзить незнакомой женщине чревато. Вдруг она мстительная и злопамятная… ведьма?

– Которому? – уточнила коротко.

И, чуть наклонившись, бросила взгляд за спину наёмника. Безразлично глянула на компанию человеческих парней и на солидных мужчин за соседним столом, а вот на других мужчинах задержалась.

Маги. Все четверо. Сильные, опасные… крылья Вафеля даю, из нижних миров. Светлые маги, какими бы сильными ни были, такого безотчётного ужаса и кома в горле не вызывали. От этих же мурашки ползли вверх по ногам.

Особенно от того, который расслабленно сидел с краю и не сводил с меня чуть насмешливого изучающего взгляда.

Худой, визуально тоньше своих товарищей, именно он вызывал больше всего страха и настороженности. Чёрные чуть отросшие волосы были зачёсаны назад, но одна прядка с вызовом пересекала худое лицо с точёными скулами, ровным носом и чётко очерченными губами. А глаза обсидианово-чёрные, одновременно пронзали насквозь, приковывали к месту, убивали и раздевали…

С кем другим прокатило бы. Да даже со мной в другой ситуации прокатило бы.

А так…

– Этот? – уточнила с коротким кивком вверх.

Спрашивала напрасно, и так всё ясно.

И, не дожидаясь даже попытки ответить, подняла руку и продемонстрировала страшнейшему из когда-либо мной встречаемых магов средний палец.

– Мугу? – уточнила у него мрачно, не размыкая губ.

Ожидала чего угодно, но этот… улыбнулся. Медленно и довольно жутко его губы растянулись в широкой, довольной, даже предвкушающей улыбке… Если бы волки могли улыбаться, именно с таким выражением они бы смотрели на своих загнанных в ловушку жертв.

Моё сердце забилось как-то с перебоями, чего за ним ранее не наблюдалось, да и воздуха вдруг стало не хватать…

Сначала я решила, что банальная паника скрутила и бросила на лопатки, но через пару секунд поняла: портал! Твою мать, портал открылся!

– Метлу нагу в рот! – рывком обернувшись, я позабыла и о магах, и о людях, и вообще обо всём на свете, думая лишь об одном: реально портал! Не было ещё минуту назад, а тут вдруг появился! Прямо как начальство и предсказывало!

Как? Как такое может быть?!

Как ни странно, ответ пришёл мгновенно: совпадение. Появление портала нельзя просчитать, можно только ткнуть пальцем в карту и с умным видом сказать, что достоверные источники прогнозируют его именно вот здесь. И попасть! Какова вероятность? Да немыслимо просто…

Но вот она я, явившаяся по приказу, и вот он портал… Практически по центру танцпола, в одном из мест наибольшего скопления людей…

Дальше случилось нечто.

Мрачно выругавшись, ведьма скинула туфли и рывком разорвала юбку узкого платья, добавив ему неровный разрез от щиколотки до середины бедра, образу пикантности, а себе – свободу движений.

– Гражданские! – завизжал Вафель, но было поздно – я, перемахнув через перила, уже летела вниз, швыряя в потолок сигнальное заклинание.

Магический патруль ощутит зов через секунду, во вторую определит красный уровень опасности, что означает одно – портал. Через минуту специалисты будут здесь.

Одно плохо – у народа в центре зала этой минуты не было!

Глава 2

Вообще, я ведьма. По рождению, по призванию и, главное, по натуре своей. Ко мне в экстренных ситуациях за быстрым верным решением лучше не обращаться. Нет, когда нужно действовать, я действую, но вот последствия…

Едва оказалась босыми ногами на полу первого этажа, швырнула в установку диджея Сбоящим проклятьем ограниченного действия. Грохочущая музыка сменилась оглушительным гудящим шипением, через мгновение зал наполнился криками получивших удар по ушам и мозгам людей.

Не тратя времени, бросила в потолок Слепящее проклятье минимального воздействия, а в сторону выхода – Притягивающее.

И пока вокруг шипело и свистело, а с потолка лился действительно ослепляющий белоснежный свет, народ единой волной потянуло прочь из зала. Быстро, но недостаточно!

Помня, что меня сейчас даже не увидят, рванула с шеи серебряную подвеску, через миг сжала в руке полный силы деревянный черенок метлы, запрыгнула и сиганула по дуге вверх.

Воздушную подушку бросила, основываясь на внутренние ощущения только-только вошедшего в силу портала – и вовремя! По меньшей мере десять человек были отброшены в стороны, тут же пойманы Притягивающим проклятьем и вместе с остальными под крики, гомон и неразбериху понеслись на выход.

А моя подушка мигнула и погасла… Кровь заледенела от страшного осознания: перед нами самый паршивый из существующих порталов – нестабильный. Такие появляются всего на несколько минут, поглощают окружающую энергию, затягивают случайных прохожих в неизвестность и растворяются без следа и возможности спасти унесённых в другой мир.

И прямо сейчас этот портал затягивал в себя светловолосую пронзительно визжащую девушку!

Я не раздумывала.

Рывком наклонившись вперёд, камнем ухнула вниз, думая об одном: лишь бы успеть. Лишь бы поймать. Лишь бы не дать погибнуть там, где у простых людей на выживание крайне мало шансов!

Мои пальцы сжались на тонкой щиколотке, метла оплела чужую ногу прутьями.

Рывок! В спине что-то хрустнуло!

– Йо!.. – просипела раздосадованно, застыв без движения и дыхания.

А метла, она ни о чём не подозревала и полетела вверх, вытягивая девушку из портала и даже не замечая, что меня роняет. А она роняла! Я, блин, соскальзывала! Даже хуже – я и соскользнула! Прямо в портал!

Магические грани приняли с распростёртыми объятьями, переход обжег холодом, ослепляющий свет зала сменился вымораживающей изнутри чернотой другого мира.

Вдруг на горизонте всколыхнулось алое зарево, и в свете поднявшегося высоко вверх луча я разглядела безобразные коряги каменного леса, десятки бесформенных каменных монстров, сотни налитых кровью кровожадных взоров, нацелившихся на меня…

Сердце скакнуло вверх и забилось под горлом, вены заледенели от ужаса, в ушах оглушительно зазвенело…

А монстры, совершив единый плавный поворот, с лёгкостью оттолкнулись от земли и устремились к беззащитной в такой ситуации мне с головокружительной прытью… Но достать не сумели.

Меня обняли рукой поперёк груди, стиснули почти до боли, с силой прижав к чужой каменной груди. Вторая рука мужчины дёрнулась вперёд, как для удара раскрытой ладонью. И он действительно ударил – глухо взорвавшейся волной чистой тьмы, сбившей с ног и расшвырявшей монстров вокруг!

Толчок! Вспышка! И жуткий мир сменился знакомым залитым светом клубом, где продолжали кричать и галдеть уже выбежавшие на улицу люди, которых встречала подоспевшая магическая полиция.

Но это где-то там, а здесь – свет, звенящая тишина, казавшийся оплотом неприкосновенной тьмы маг и я у него на руках.

– Поймал, ведьмуль, – обрадовал он низким, чуть насмешливым бархатистым голосом. Улыбнулся шире, сверкнув белоснежными зубами, и добил. – Как благодарить за спасение будешь?

Очарование таинственного образа усилилось. Будь мы в другом мире, я бы клюнула, честное слово. Но того, кто вырос с Деймоном Сальваторе и Никлаусом Майклсоном в сердечке, сложно впечатлить дьявольской ухмылкой.

– Сойдёмся на моём «спасибо», – решила с нервной улыбкой и шлёпнула мужика ладонью по плечу, чтобы отпустил.

А в моей окованной ледяным страхом груди пыталось начать заново биться остановившееся от ужаса сердце.

Самой себе признаваться не хотелось, но мне в жизни так страшно не было, как за те секунды в полном кровожадных монстров мире. Даже когда поругалась на Пироге с работорговцем и меня похитили, чтобы пустить на элитные и повсеместно запрещённые человеческие наркотики, вот даже тогда так страшно не было. Я просто знала, что выберусь. А тут… без метлы, прилично магически потратившись, без даже нескольких секунд на оценку ситуации и принятие решения… Боюсь, шансов у меня не было.

– Ну уж нет, – непроглядно чёрные глаза сощурились с насмешливой угрозой, – так не пойдёт. Я рисковал своей жизнью, чтобы спасти твою. Это дорогого стоит.

Картина Репина «Приплыли».

Несмотря на улыбку на чётко очерченных губах, весь вид этого мага так и твердил: не шутит. И без достойной оплаты действительно не отпустит.

Та-а-ак… и что мне там не жаль? Душа ещё пригодится, да и он не демон, чтобы такую оригинальную вещь в оплату принимать. Золотые серьги пойдут? Хотя, их как раз жалко. Они ого-го сколько стоили, а я та ещё жадина, так что нет.

Чего бы ему такого дать?..

Мой задумчивый взгляд медленно скользнул по лицу терпеливо ожидающего мужика, остановился на губах…

– Умная девочка, – хмыкнул тот, кто продолжал без труда и видимых усилий удерживать меня на руках.

Поцелуй? Не подумайте, я девушка приличная, но если выбирать между золотыми серьгами и обменом слюнями, то ответ очевиден.

Вздохнув, подавила раздражение, подняла обе руки, обняла ладонями мужское лицо и ка-а-ак давай его целовать! Причём лично я планировала исключительно облизывать. Пусть не совсем красиво и гигиенично, зато на всю жизнь бы запомнил, среди ночи от кошмаров просыпался и впредь никогда не лез к честным ведьмам со своим «Это дорогого стоит».

Но что-то пошло не так.

Я сразу даже и не поняла, что именно. Вроде голову его я держала, и к лицу его тоже я наклонялась, а руководство поцелуем почему-то всё равно оказалось в его… губах. Крайне умелых, нежных, но умудряющихся целовать с такой опьяняющей страстью, что в первое мгновение я растерялась, во второе постыдилась сопротивляться, а в третье поплыла… Вот натурально. Никогда не думала, что так бывает, но в голове засосал вакуум, под рёбрами что-то восторженно зазвенело, а живот налился тёплым сладким сиропчиком…

Все эти ощущения оказались непривычными для меня, но очень приятными. Я и сама не заметила, в какой момент принялась охотно отвечать на действия мага, усиливая внутренние приятности, и с удовольствием продолжала бы начатое всю ночь, если бы не необходимость дышать…

– Знал, что ты девочка с огоньком, – довольно ухмыльнулся часто и глубоко дышащий мужик, пока задыхающаяся я висела на его руках и пыталась вернуть в норму хоть один из своих органов.

Но голова, сердце, лёгкие, мышцы и все внутренности адекватно функционировать отказывались напрочь. Предатели!

– Всё, маг, – выдохнула невнятно, – ты свою награду получил. Отпуская меня и теряйся в неизвестности.

Но удерживающие руки лишь сжались крепче.

– Ведьмуль, – меня окинули снисходительным взглядом. – Ты же не думаешь, что на этом всё? Красавица, одного поцелуя за спасение жизни будет мало.

Глава 3

Я улыбнулась. Услышав приближающиеся многочисленные шаги, голоса и повелительное «Оцепить территорию!», улыбнулась шире, не скрывая ни наглости, ни того факта, что слова и даже действия этого тёмного меня не пугали.

Потому что я жила здесь с рождения и знала одно непреложное правило, о котором маг только-только начал смутно догадываться. Сощурив глаза, он бросил взгляд в сторону дверей и вновь посмотрел на меня, пристально и малость напряжённо.

– У тебя ни шанса, – подтвердила я то, что уже и так было понятно.

Маг не успел ответить.

– Свирская! – прогремело на весь опустевший зал. – Немедленно слезь с мага!

А я ведь только-только порадовалась, что меня узнали и пришли спасать.

Укоризненно цокнув языком, повернулась в сторону капитана Коновалова, одарила сорокалетнего мужика недовольным взглядом и была вынуждена сказать то, о чём эти все, к сожалению, не догадались сами:

– Код синий.

Честно говоря, я уже ни на что не надеялась, но теперь-то полиция сработала как надо.

За считанные секунды нас взяли в плотное кольцо, на мага направили заряженные пулями с магическим блокиратором пистолеты, и Коновалов, стоящий прямо напротив него и бесстрашно заглядывающий тёмному в лицо, твёрдым голосом приказал:

– Отпустите ведьму и поднимите руки так, чтобы мы их видели!

Но мужик даже не шевельнулся… и вот только тогда меня запоздало кольнул страх. Этот маг нырнул за мной в портал, расшвырял местных монстров одним ударом и вернул нас домой. Вопрос: сколько времени ему понадобится, чтобы вот так же легко раскидать полицейских?

Едва дыша от сковавшего страха, я подняла белеющее лицо и с тревогой заглянула в чёрные, даже не посмотревшие ни на одного из мужчин глаза того, кто продолжал взирать на меня и только на меня.

Он словно ждал, пока наши взгляды встретятся, и будто прочитал на моём лице что-то, что и искал.

Тонкие губы изогнулись в кривой снисходительной усмешке.

А через секунду меня поставили. Осторожно, придержав, чтобы не упала, но не отпустив, когда попыталась отойти.

Сильные пальцы сжались на тонком запястье, не причиняя боли, но не позволяя даже подумать о том, что у меня есть хоть крохотный шанс на самостоятельное освобождение.

Терпеть не могу ощущать себя беспомощной.

Нервно тронув щеку языком, раздражённо поинтересовалась:

– Тройной перелом хочешь?

На прямую вообще-то угрозу маг отреагировал улыбкой, широкой и предвкушающей, медленно и показательно нехотя разжал пальцы, хитро сощурился, когда я с не меньшей демонстрацией отошла, потирая запястье, и совсем хищно произнёс:

– До встречи, ведьмуль.

Это не было угрозой… не было же? Но мне от его низкого негромкого голоса и пронзительного взгляда стало почти физически плохо.

– Это вряд ли, – голос дрогнул, несмотря на все мои попытки казаться невозмутимой.

Боюсь, он увидел и понял куда больше, чем мне хотелось бы, и уходил со всё той же предвкушающей кривой ухмылкой на губах и сиянием в глазах.

А я так и стояла на месте, глядя в его спину, пока та не скрылась за дверью клуба.

Чувство чего-то непоправимого и уже случившегося стиснуло грудь.

* * *

Настроение было мрачным.

Вафель, умеющая расставлять приоритеты мерзость, смылся на метле вместе с моей сумочкой, в которой были телефон, все карты и ключи от дома. Собственно, последнее и было причиной, по которой спасающий свою шкуру фамильяр не забыл прихватить сумку с собой. Переезжать на улицу Вафель пока не планировал.

Крыса, она крыса и есть.

Спасибо парням из патруля, вызвались довезти до дома.

Но стоило мне устроиться на заднем сидении рядом с Лёхой Ленитским, как начались странности.

– Напомните, с магической татухой на левом виске у нас кто? – отчаянно спокойно попросил Гриша, выруливая на дорогу.

– Теневой наёмник, – ответила без запинки.

И уставилась в окно, но, сколько бы ни вглядывалась, так и не смогла разглядеть никого подозрительного.

Парни молчали, пока машина не выехала на основную дорогу и не влилась в бурный даже поздним вечером поток.

Несколько минут мы так и ехали в тишине, затем Гриша ровно произнёс:

– Две машины.

– Не скрываются, – зло усмехнулся тоже заметивший слежку Андрей, сидящий на переднем пассажирском.

Я не поверила и хотела обернуться, но Лёша поймал за руку и удержал на месте, шикнув:

– Не привлекай внимания.

– А смысл? – усомнилась справедливо, выразительно посмотрела на его руку, а когда парень скривился и отпустил, добавила. – Андрей же сказал, они не скрываются. Значит, хотели, чтобы их заметили.

И я всё же обернулась, приподнялась и, опираясь локтем на подголовник, посмотрела в заднее окно.

– Майбах? – скривилась презрительно. – Поменьше пафоса, ребята.

Словно услышав, чёрный автомобиль игриво мигнул фарами.

Стиснув зубы, показала не скрывающимся преследователям средний палец, а полицейским с надеждой предложила:

– Давайте им колёса прострелим?

– Нельзя, – Лёха и сам не рад был, но меня заставил сесть нормально, – мы под трибунал не хотим.

– А давай ты в них проклятьем каким швырнёшь? – оживился Дрон и даже обернулся, чтобы на меня посмотреть.

Сморщившись, нехотя призналась:

– Меня тогда не трибунал ждёт, мне просто сразу голову оторвут.

Сколько бы магии ты ни имел, исполнения законов ещё никто не отменял. Да оно и хорошо на самом деле, но точно не в этой ситуации.

– За тобой? – Гриша бегло, но внимательно глянул в зеркало заднего вида.

Я бы очень хотела сказать «нет», но вспомнила пронзительно-чёрные глаза, кривую усмешку и угрожающе-предвкушающее «До встречи, ведьмуль».

– Скорее всего, – отвернулась к окну, сложив руки на груди. – Нарисовался тут один тёмный маг…

Парни, какими бы раздолбаями ни казались, в экстренных ситуациях мгновенно становились серьёзными и начинали искать решения.

– Поставим патруль у твоего дома, – Андрей не спрашивал и сразу достал мобильник.

– Если вдруг что – защищайся, мы трое засвидетельствуем преследование, – Гриша фактически развязал мне руки.

– От кого защищаться? – Лёха оказался самым адекватным, что удивительно. – От теневых наёмников? Да вы, братаны, шутники!

И саданул скривившегося, но вовсе не от физической боли, Гришу ладонью по плечу. Просто наш водитель запоздало вспомнил, что от теневых наёмников защититься попросту невозможно. Если получат приказ, они убьют меня мгновенно и без напряжения.

Вот только… за сохранность своей жизни я почему-то не переживала.

– Всё будет нормально.

Мне не поверила даже я.

Глава 4

К моей девятиэтажке подъехало три машины. Демонстративно и нагло. Ладно наша, но эти две…

На улицу выбрались тоже все вместе. Мои парни с презрением оглядели наёмников, невозмутимо размяли мышцы и в целом всем своим видом показывали готовность крошить пусть будет морды.

Теневые только ухмылялись. Честно говоря, у них для этого были все поводы, потому что физическое и магическое превосходство было на их стороне, но всё равно же бесит.

– Мальчики, потерялись? – протянула ласково.

Мне ухмыльнулись в восемь ртов и не ответили. Уходить тоже никто не стал, но это даже порадовало: раз сразу не напали, значит, вряд ли у них приказ убить. Кажется, у них вообще никакого конкретного приказа не было, потому что мужики не делали ровным счётом ничего.

Глянув на своих, жестом велела убираться отсюда и не устраивать конфликта, из которого эти трое живыми точно не выйдут.

– В подъезд иди, – Гриша даже не шевельнулся, так что пришлось подчиняться.

Меньше всего мне хотелось отскребать от асфальта их расплющенные этими бугаями тела.

А вот у самого подъезда случилась неприятная заминка.

Я по привычке потянулась за сумкой… а сумки-то и нет.

– Гадство! – выдохнула сокрушенно, подступила к панели и набрала номер своей квартиры.

Противное пиликанье раздалось из хрипящего динамика, за моей спиной царила тишина, а я всем телом ощущала направленные на меня взгляды.

Не реагируя, дождалась, когда на том конце провода снимут трубку и после долгой паузы лениво протянут:

– Слушаю.

У ведьмы дёрнулся глаз.

– Это ненадолго, – пообещала с нежностью.

Потрясённая пауза, а затем Вафель как закричал, срываясь от охватившего его возбуждения:

– Маринка! Живая! А ноут тут твои вещи на Авито выложил!

Глаз дёрнулся ещё раз. Тот факт, что у нашего разговора имелись свидетели, не радовал ничуть.

– Открывай, с-с-скотина! – прошипела в бешенстве.

– Ой, что-то я тебе уже не рад, – начал этот.

– Прокляну! – и я уже даже не угрожала, я его перед фактом ставила.

Секунду ничего не происходило, а затем дверь пискнула, сдаваясь. Рванув за ручку, заскочила внутрь, долго ругалась на не спешащий подбирать меня лифт, затем ещё дольше плевалась на его старушечью медлительность, но в конце концов добилась своего и вышла на нужном мне шестом этаже.

Мой дурдом встречал меня всем составом.

– Мари-и-ина-а-а! – провыла подаренная мамой швейная машинка. – Ты что с платьем сделала? Марина, ну ты же девочка, ну нужно же быть аккуратнее!

– Тебе начальство звонило, – обрадовал мобильник, – три раза. На четвёртый я включил запись, когда ты с домоуправлением ругалась и матами их посылала. Звонить перестали, хы-хы! Я молодец?

– Ты труп, – исправила мрачно, пинком закрывая за собой дверь и отрезая для живой техники все пути спасения.

Пока переодевалась, раздавала домашним люлей. Ноут согласился удалить все объявления о продаже моих вещей только после того, как я его свесила из окна, удерживая за не самый надёжный провод зарядки.

– Мар-и-и-ина! – пищала редкостная дрянь. – Я всё прощу, затащи обратно!

А на земле шестью этажами ниже караулили и не думающие уезжать теневые наёмники. Всего двое. Куда делись ещё шесть, я даже думать не стала, но очень понадеялась, что они дружно издохли.

Потом пришлось звонить начальству и пополнять мысленный список тех, кому я желала долгой и мучительной смерти.

Получать по шее мне не понравилось. Очень бесило, что выговаривал Максим Юрьевич холодным отстранённым голосом с ощутимым презрением. Да и выговора как такового не было, лишь «Не удивлён».

Проклясть его что ли? Скажу потом, что так и было.

В итоге спать я ушла почти в четыре, чтобы проснуться в семь от телефонного звонка.

Сонно моргая, зацепилась взглядом за расплывающиеся цифры, ткнула в сенсорную кнопку принятия вызова и уронила голову обратно на подушку, а мобильник на ухо.

– Флуфаю, – буркнула в одеяло.

– Свирская, тебя слили, – раздался надломленный женский голос в трубке.

Резко сев и мгновенно проснувшись, хрипло переспросила:

– Куда?

– Кому, – поправила женщина, в которой я запоздало узнала Лизу Ерейскую, секретаря нашего главного, мерзкую, надменную и заносчивую личность, с которой мы никогда даже не ладили. – Арес Матиан, консул Алиона. Прибыл к нам семь дней назад, отбыть на родину планирует через пятнадцать… с тобой. У него вся твоя подноготная. Информация о семье, рабочие операции, расписание на ближайший год, даже медицинская карта – всё, что было в базе.

Холодея от ужаса, срывающимся голосом прошептала то единственное, о чём могла подумать в такой непростой ситуации.

– Кто меня сдал?

Пауза.

И глухое:

– Я.

А затем звук удара, очень похожий на тот, что издаёт падающее человеческое тело…

Я не дышала, отчаянно сжимая телефон и сквозь звон в ушах силясь услышать хоть что-то, хоть звук…

Шорох, раздавшийся подчёркнуто тяжёлый вздох и прозвучавшее с лёгкой насмешкой:

– Тебя слили за семь миллионов теневых.

Мозг мгновенно перевёл: почти восемнадцать миллионов рублей.

Это была первая и последняя адекватная мысль.

Я не смогла ни ответить, ни пошевелиться, ни хотя бы сделать вдох. Замерла, застыла, потрясённая и напуганная, а тот, кто вчера вечером спас меня в «Марселе» и потребовал в благодарность поцелуй, с полной превосходства ленцой добавил:

– Она согласилась на три, но у меня рука не поднялась выложить за тебя такие копейки.

Вдох, нужно сделать хотя бы вдох…

– Я чего звоню, – продолжил, похоже, только что убивший главного секретаря министра ведьминского контроля тёмный маг. – Как тебе и передали, я возвращаюсь домой через пятнадцать дней. Ты едешь со мной.

Голос прорезался внезапно, но очень вовремя:

– Тебя просто послать или карту пешего эротического нарисовать?

На том конце негромко, но очень довольно усмехнулись и вот так, с усмешкой в каждом слове, сказали:

– Это вопрос решённый, Марина, – у меня мурашки поползли от того, насколько низко, бархатисто, нежно и одновременно с затаённым угрожающим предвкушением он произнёс моё имя. – За тобой остаётся лишь выбор: поехать добровольно или в магических наручниках.

У меня не было ни единого слова. Впервые за всю мою жизнь вообще.

– Не буду врать и говорить, что надеюсь на твоё благоразумие. Но если ты всё же решишь узнать побольше о месте твоей дальнейшей жизни, подойди к кому-нибудь из моих ребят, для тебя они всегда будут на виду, и тебя мгновенно отвезут ко мне. Посидим, поговорим, как цивилизованные люди.

Стиснув зубы, хотела сказать, куда он может засунуть своё предложение вместе с планами и цивилизованностью, но мужик не дал мне проронить ни слова.

– Предчувствуя твоё сопротивление, сразу предупреждаю: убежать и спрятаться не получится. Я найду, ведьмуль. Без вариантов. Вопросы?

Имелся всего один:

– Зачем нужно было убивать? – произнесла глухо и потерянно.

– Шутишь? – в его голосе было лишь удивление и ни намёка на раскаяние. – Продающий конфиденциальную информацию о своих сотрудник – плохой сотрудник. Повезло, что тобой заинтересовался я. А понравься ты кому другому? Эта идиотка могла слить тебя кому угодно, убийце какому или извращенцу…

– А так повезло, – протянула в шоке, просто не понимая – он это сейчас серьёзно?

– Именно, – кое-кто широко и довольно улыбнулся, судя по голосу. – К слову, твоя безопасность отныне моя ответственность.

– То есть это не последний труп? – догадалась верно.

Довольно цокнув языком, маг практически счастливо мурлыкнул:

– Знал, что не ошибся на твой счёт. Всё, малыш, занят.

И этот… попросту отключился, оставив меня в смешанных чувствах, среди которых главенствовали злость и решимость во что бы то ни было отстоять себя.

Не поднимаясь, связалась со службой безопасности главного офиса. А через минуту получила подтверждение самого страшного: Елизавета Ерейская мертва.

Глава 5

Через пять минут позвонило начальство и сообщило нечто невероятное:

– Самоубийство.

– Да иди ты! – не сдержалась, сплюнув зубную пасту. Схватившись рукой за край раковины, посильнее стиснула мобильник и прошипела: – Это было убийство!

На мою несдержанность Юрьевич ответил ледяным:

– Ты видела?

Скривившись, глянула на своё растрёпанное темноволосое отражение, бледное худое лицо, яркие зелёные глаза и нехотя сказала:

– Слышала, как тело упало.

– То есть не видела, – подытожили на том конце провода.

Поджав губы, заметила сверкнувшую в глаза ненависть и твёрдо процедила:

– Это был он.

– Кто, Марин? – на миг в мужском голосе мне почудилась смертельная усталость. – Камеры никого не зафиксировали, магические охранки молчат, охрана и даже призрачные псы никого не почувствовали. Более того, с телефона Ерейской нет исходящего на твой номер.

Искренне удивившись наличию призрачных псов в главном офисе министерства, тут же свела брови у переносицы и поняла, на что мне намекают:

– То есть я вру?

Но начальство говорило об ином.

– То есть у тебя большие проблемы. Жду у себя через час.

И отключился.

Мрачно выругавшись, вышла из ванной, чтобы тут же услышать за спиной:

– Э-э-э! А порошок насыпать кто будет? Вот как запачкаться, так она молодец, а как о бедной мне подумать, так некогда ей!

Пришлось, скрипя зубами, возвращаться и насыпать в стиралку порошок.

Дурдом какой-то, честное слово.

– Побольше, побольше сыпь, – приговаривала она, блаженствую. – И про кондиционер не забудь! Лавандовый.

– Слышь, – я не удержалась и всё же пнула железяку, отставляя мешок с моющим средством, – завязывай, наркоманка.

– Да я о тебе забочусь! – консоль возмущённо сверкнула всеми кнопками. – Чтобы ты чистая ходила и вкусно пахла!

– За вкусным запахом ко мне! – тут же заорала с кухни духовка. – Я для чего тут вообще живу? Да мной пользовались в последний раз три года назад, когда Светлана Владимировна приезжала!

– Заткнись! – велела стиралка.

– Мать не трогать! – сурово напомнила и я.

Духовка кричать перестала, продолжив недовольно бурчать уже самой себе:

– Ах, какую курочку делала эта женщина. Какие у неё ручки… А кто-нибудь может вызвать службу перевозки? Я бы переехал.

– Я бы тоже, – подключился телевизор. – Сил моих больше нет смотреть документалки про маньяков. Неужели такие вещи действительно расслабляют? Или это у нас Маринка того… этого?

– И того, и этого у нас Маринка, – Вафель тоже молчать не стал.

– Сейчас все желающие переедут на свалку! – пригрозила разом и всем.

Да здравствует блаженная тишина!

* * *

Уходя, оставила на квартире защитное проклятье. Оно, конечно, с заклинанием не сравнится, но всех нерадивых взломщиков наградит таким геморроем вкупе с диареей, что мало не покажется.

Сняв вернувшуюся по ночи в подвеску метлу с шеи, сжала деревянный черенок и, помня о том, что времени осталось не очень много, открыла окно в подъезде и попыталась покинуть дом проверенным методом – попросту улететь.

Но стоило мне оседлать молчаливую, слава Творцу, подругу, как форточка захлопнулась, пластиковая ручка опустилась и… растаяла, попросту оплавившись и потеряв способность поворачиваться когда-либо в принципе.

Замерев, я во все глаза так и смотрела на неё, когда услышала за спиной тяжёлые шаги, приблизившиеся и остановившиеся, так и не дойдя, а за ними малость снисходительный незнакомый мужской голос:

– Марина Андреевна, выходить в окно шестого этажа опасно для жизни. Идёмте, я провожу вниз, вас отвезут на работу.

У ведьмы неконтролируемо задёргался глаз.

Ме-е-едленно обернувшись, бросила убийственный взгляд в этого самоубийцу. Увидела гору мышц под чёрным костюмом, насмешливый тёмный взгляд и письмена на левом виске.

То есть мне не просто угрожают, ко мне ещё и нянек приставили. Мне показалось, или эти меня ещё и прослушивают?

Нехорошо прищурившись, мрачно поинтересовалась:

– Проклинали давно?

Расплывшись в довольной улыбке, теневой наёмник напомнил:

– У меня иммунитет к вредоносной магии.

– Да что ты? – мой прищур стал сильнее, а голос – убийственно-нежным.

Оглядев не посчитавшего нужным ответить мужика с головы до ног, прикинула его навыки и свои возможности, нехотя признала, что мерзавец прав.

Но остановило меня вовсе не это, а простое и банальное – законодательство. Сначала полиция вредоносное проклятье зафиксирует, потом первоисточник определит, а потом меня переселят в тесную комнату с антимагическими решётками. Вот славно будет.

Раздосадованно сплюнув, развернулась и побежала вниз по лестнице. На одном из поворотов краем глаза заметила, что мужик совершенно бесшумно следует за мной, умудряясь не отставать и при этом не издавать ни звука.

Гадство!

На улице теневых наёмников оказалось ещё больше. Похоже, как этот Арес Матиан и сказал – для меня его ребята оставались на виду.

Остановившись и мрачно оглядев всех тех, кто на меня взирал со снисходительной насмешкой, безрадостно полюбопытствовала:

– Так чисто, для справки. Убивать меня планируется?

Один из наёмников оскалил белоснежные зубы, а когда я с натугой определила в нём того, кто вчера в клубе развернул меня за плечо и требовал отойти и не загораживать вид его шефу, мужик, усмехаясь, обрадовал:

– У нас приказ сопровождать и охранять. В случае опасных для жизни глупостей – вмешаться и незамедлительно доставить к хозяину.

Из всего сказанного я поняла главное: ведьма будет жить! Как долго и в качестве кого – тема уже отдельная, я о ней потом подумаю.

– Ясненько, – произнесла бодренько и пошла по дороге, намереваясь где-нибудь там поймать такси или хотя бы автобус, а лучше – всё же улететь на метле.

Меня без труда догнали, развернули и, не замечая барахтаний и шипения, усадили в машину. Дверь закрылась, издевательски щёлкнул замок, а устроившийся за рулём тот самый мужик из клуба весело оскалился в зеркало заднего вида и сказал:

– Филарет Ледан. Можно Дан.

– Можно нахрен пойти, – бросила, оставив тщетные попытки выбраться из автомобиля.

Гад татуированный усмехнулся и врубил музыку.

Глава 6

До главного здания Министерства мы домчались за десять минут, после чего для меня галантно распахнули дверь и предложили широкую руку помощи.

Едва сдержалась, чтобы не плюнуть в неё, вышла сама, естественно, мрачно глянула на ухмыльнувшегося негодяя, сцепила зубы и направилась к широким бетонным ступеням.

Гад последовал за мной.

Я не стала останавливать его лишь по одной причине. Такой солидной, в костюме и в количестве двух штук на входе в здание.

Меня охрана пропустила без вопросов, лишь сопроводив взглядом пиликнувший о панель пропуск, а вот на моего провожающего посмотрела недобро.

– Документы, – холодно попросили мужики у наёмника.

Обернувшись через плечо, послала гаду победную улыбку, искренне порадовалась его потемневшему лицу и вдавила кнопку вызова лифта.

Через минуту вышла на верхнем этаже, прошла сквозь толпящихся специалистов из магической полиции, скорой и нашего министерства, здороваясь с мрачными знакомыми, свернула к кабинету начальника и вошла, коротко постучав и не став дожидаться разрешения.

В просторном светлом кабинете висела такая разительная с коридором тишина. Во главе стола из тёмного дуба сидел Максим Юрьевич, крепкий маг сорока с лишним лет, темноволосый, синеглазый и красивый, как все представители его профессии. По другую от него сторону устроились ещё четверо, тоже маги, насколько я знаю, доверенные нашего нового начальника, приглашённые им в Министерство после получения поста главного.

Всех своих вожу с собой.

С этими мы даже знакомы не были, но один тот факт, что маги работают в Министерстве ведьминского контроля, заставлял меня негодовать.

– Вызывали, – напомнила я несколько враждебно, складывая руки на груди и не спеша устраиваться в обществе этих не ведьм.

У шефа для конфликтов со мной было слишком мало свободного времени и слишком плохое настроение. Неодобрительно дёрнув головой, маг поджал губы, но свои эмоции сдержал и ровным бесстрастным тоном произнёс:

– Две новости, обе паршивые, – и тут же ехидно зло спросил: – С какой начать?

– С той, которая не касается меня, – подумав секунду, решила уверенно.

В синих глазах сверкнуло одобрение моим умственным способностям. Значит, я верно поняла, и одна из гадских новостей точно про меня.

– Мы вскрыли базу, – начал начальник, – на данный момент у нас на руках неопровержимые доказательства того, что Елизавета Ерейская продала конфиденциальную информацию как минимум на семнадцать сотрудников.

Меня пошатнуло, но дальше оказалось ещё хуже.

– Семеро из них мертвы, двое объявлены без вести пропавшими, ещё одна была замечена на торгах на Эльмее. Об остальных информации нет.

Мне резко стало тошно и душно от этого простого осознания: Лиза сливала инфу на наших. Лиза сливала наших! Попросту торговала чужими жизнями.

На фоне вскрывшегося я даже искренне порадовалась, что Арес её убил. Тут же отругала себя за эти мысли, но… узнай я всё раньше, сама бы ей голову оторвала.

– Вторая новость, – потребовала, сдерживаясь изо всех сил.

Сначала получаем информацию, потом решаем проблемы, и лишь затем плачем, страдаем и убиваемся по несправедливости жизни.

Юрьевич помолчал, но так как я на него не смотрела и эмоций на его лице не видела, какой-либо реакции от меня маг не получил, подавил вздох и столь же прямо сообщил:

– Ты официально переводишься в отдел в Калифе.

Резко вскинув голову, просто не поверила своим ушам. В том, что меня попросту отсылали в другой мир ради, кажется, моей безопасности, я даже не сомневалась, не понимала лишь, почему этот маг пошёл на такой шаг.

Не став терзаться сомнениями, спросила прямо:

– Почему?

Мне подарили тяжёлый немигающий взгляд, а через несколько томительных напряжённых секунд и глухой ответ:

– Я своих в беде не бросаю.

* * *

За Вафелем и моими вещами поехала не я. Меня даже из здания выпускать отказались, так что несколько часов мрачная я просидела в ожидании. За поехавших переживать смысла не было, там Катя и Ксюша, две мудрые ведьмы, а с ними отряд магической полиции, так что ничего плохого случиться не должно было, но всё равно как-то… чем дольше я сидела без дела, тем больше нехороших мыслей лезло в голову.

В итоге дверь в мой захламлённый кабинет открылась, царапая пол, вбежал встревоженный фамильяр, преодолел всё пространство комнаты и запрыгнул ко мне на колени.

Следом за ним вошла Катя с двумя сумками в руках, глянула на нас с крысом, посмотрела мне в глаза и сообщила:

– Вертолёт ждёт наверху.

Всё дело в порталах. Существуют такие, которые неизменно остаются на одном месте десятилетиями, крепко связывая два мира. Проблема в том, что открываются они где угодно, и чтобы попасть, например, в Нейтлем, нужно добраться до специально построенной магической базы в центре Тихого океана.

С Калифом прямого соединения у нас не было. Придётся сначала лететь в Мбандаку, в севере от неё есть портал в Эльгеллу. Оттуда через половину мира попасть в портал в Алексину, из неё в Марион, а уже из него в Калиф. Путешествие месяца на два, а дальше привет, новый дом и новая жизнь.

Меня посадили в вертолёт, на нём оперативно доставили в аэропорт на окраине города, а оттуда на частном самолёте… вовсе не в Африку. Даже не в её сторону. Мы полетели на запад.

Пересадка на частный самолёт, трёхчасовой перелёт, и в два часа дня по местному времени я уже заселялась в маленькую служебную квартиру в центре Праги.

Сказать, что радости это мне не принесло никакой – ничего не сказать. Бегать от проблем в целом не мой профиль, но попробуй, поспорь с прямыми приказами.

Вот же… блин.

* * *

– Так ты к нам надолго? – вечером этого же дня интересовался Давид, приставленный ко мне гид.

Мы ехали в его служебной машине по городу, только что были в офисе управления, теперь держали путь в знаменитую магическую тюрьму, а оттуда планировали сигануть в портал в Анрей. По этому поводу было решено взять с собой друзей Давида – супружескую пару Матуса и Анну.

Итого нас в машине было пятеро, считая дремлющего у меня на коленях Вафеля. Все эти перелёты и нервотрёпка ему не понравились. Мой гордый дракон не желал оставлять меня ни на минуту, постоянно бродил следом и жалобно спрашивал, когда мы поедем домой.

Хотела бы я знать.

– Как начальство решит, – ответила, отворачиваясь к окну.

Давид моего нежелания продолжать разговор не понял и зашёлся в долгом эмоциональном рассказе о себе, своих друзьях и коллегах, магических делах Чехии… Я не слушала, разглядывая мелькающие мимо автомобили.

И тут раздалась трель.

– Твой, – Давид пихнул рукой по коленке, привлекая моё внимание.

Телефон пришлось сменить, к новому звонку я ещё не привыкла.

Достав мобильный из кармана, глянула на незнакомый номер и, чуть помедлив, приняла вызов.

Мгновение с той стороны молчали, а затем я услышала негромкий, чуть задумчивый мужской голос, от которого меня буквально затрясло всем телом:

– Не нравится мне этот парень рядом с тобой.

Перестав дышать, я во все глаза уставилась на приборную панель перед собой. Сердце, споткнувшись, начало наращивать темп, в ушах зашумело, в голове зазвенело, а в сознании никак не могла уложиться мысль: неужели?.. Неужели это действительно тот, из-за кого я фактически сбежала из дома? Как?! Просто – как?!

– Да и от типа сзади я не в восторге, но этот к тебе хотя бы не пристаёт, – не получив от меня никакого ответа, добавил Арес Матиан тоном человека, невозмутимо размышляющего об убийстве.

Я не дышала. Просто не могла.

– Ну и что ты бледнеешь? – насмешливо поинтересовались у меня из телефона.

Нервно глянув в окно, наконец начала догадываться:

– Сзади? – голос хрипел.

– И спереди, – с лёгкой превосходящей издевкой подтвердил маг. – И справа за две машины.

В такой непредвиденной ситуации я могла сделать лишь одно.

Отняв телефон от лица, молча отключилась, открыла бардачок и зашвырнула туда мобильный, решив сделать вид, что мне просто показалось. Галлюцинации на фоне стресса. Такое случается.

– У тебя проблемы? – напряжённо спросил Давид.

Вафель приподнял голову, приоткрыл глаз и с сонной тревогой посмотрел на меня.

– Ещё не поняла, – ответила глухо, принимаясь успокаивающе поглаживать своего фамильяра.

И тут раздалась трель входящего звонка.

Я не отреагировала ни на него, ни на взгляды всех тех, кто был в автомобиле.

Вскоре случилось закономерное – звонить перестали, но меня это почему-то не успокоило…

В следующую секунду зазвучала новая мелодия, и Давид, особо даже не задумываясь, ответил на свой входящий.

Мне это всё окончательно перестало нравиться.

А наш водитель, выслушав что-то короткое, вдруг побледнел так сильно, что это было хорошо видно даже в прорезаемой городским освещением темноте машины, дёрганно повернул голову и задрожавшей рукой протянул мне свой сотовый.

Я знала, кто позвонил, ещё до того, как медленно поднесла устройство к уху и услышала чуть усталое и очень укоряющее:

– Ты правда так расстроилась из-за смерти этой секретарши?

Глава 7

Появилось дикое, практически неконтролируемое желание выбросить телефон.

И словно почувствовав мой порыв, а, быть может, каким-то образом попросту увидев мой метнувшийся к окну взгляд, Арес невозмутимо произнёс:

– Я остановлю твою машину, и мы всё равно поговорим.

Сделав судорожный вдох, напрочь провалила попытку успокоиться и фактически потребовала:

– Что тебе нужно?

Простой уверенный ответ прозвучал тут же:

– Ты.

Могла бы и догадаться, помня о его прошлых словах.

– Зачем? – я никак не желала принимать такой исход. И тут же задала другой, просто-таки вырвавшийся изнутри вопрос: – Как ты меня нашёл?

– Я тебя и не терял, – в негромком голосе мне почудились загадочные превосходящие искорки. Затем раздался вздох, а за ним размеренно-коварное: – Я знал, что на слово ты мне не поверишь и провернёшь нечто подобное. Ты человек действий, не так ли, Марина? Пока тебе наглядно не продемонстрируют, не поверишь ни единому слову.

На этом моя затянувшаяся безмолвная растерянность завершилась.

– Верно, – подтвердила твёрдо, посильнее сжимая телефон и невольно подаваясь вперёд, словно стремясь тем самым оказаться поближе к этому магу и гарантированно донести до него смысл своих слов. – Раз ты такой отменный психолог, то должен был уяснить и ещё кое-что. Я не бегу от трудностей, это первое. И, требуя действий от других, я сама никогда не бросаю слов на ветер. Хорошенько запомни это, маг, потому что я…

– Марина-Марина, – перебил меня укоризнено-насмешливый цокот. – Остановись, не порть свою безупречную статистику пустыми угрозами, которых не сможешь выполнить. Хочешь сказать, что никогда не будешь моей? Девочка, ты уже моя. И поскольку словам ты не веришь…

Пронзительный рёв гудка, свист и скрип тормозов! Крики, удары! Машину тряхнуло, меня швырнуло вперёд и тут же откинуло на сидение, автомобиль затормозил, проехав несколько метров боком.

Всё произошло так быстро, что я не успела даже испугаться!

За считанные мгновения оживлённая вечерняя дорога превратилась в неразборчивое месиво автомобилей и орущих людей. Давид ругался на чешском, Анна сзади заплакала, отовсюду слепили фары, а мешанина звуков дезориентировала и сбила с толку.

Так что я не сразу поняла, в какой момент моя дверь распахнулась. Очнулась, только когда сильные мужские руки без труда порвали ремень безопасности, схватили меня за плечо и выволокли на улицу.

Мои дёрнувшиеся для создания какого угодно проклятья руки легко перехватили, сжали запястья и завели ладони за спину. Земля исчезла из-под ног. Переворот! Короткий головокружительный забег, и через несколько секунд я уже стояла на освещённом тротуаре в стороне от железного месива.

Ещё через миг в ладонь шокированной ведьмы сунули горячий бумажный стаканчик кофе, в другую руку – чужой мобильный.

Потрясённая до глубины души, я глянула на пустое место, где только что стоял вытащивший меня из машины точно теневой наёмник, на исходящий от стаканчика пар, на случившуюся прямо на глазах масштабную аварию и медленно, ощущая дрожь во всём парализованном теле, поднесла телефон к уху.

– Достаточно? – с лёгкой насмешкой поинтересовался Арес Матиан.

Сглотнула и не ответила.

В моей жизни случалось всякое, но такого… такого я не могла представить и, даже увидев, никак не могла поверить.

Происходящее просто невозможно. Нельзя быть везде и сразу и контролировать всё и всех. Но вот он Арес… вот его наёмники в Праге, куда тайком и обманом вывезли меня. Вот она авария, устроенная им за считанные мгновения.

Он – опасен. Очень.

Сколько у меня шансов устранить его?

Мы виделись лишь мельком, но этих пары секунд хватило, чтобы даже не сомневаться: да ни единого. Нет у меня и шанса его убить. Не смогу. Ни физически, ни морально. Я ведьма, а не убийца.

Сглотнув, спросила:

– С твоими возможностями… почему я всё ещё на свободе?

Это был хороший и правильный вопрос, и маг ответил на него в своей насмешливо-превосходящей манере:

– Ты можешь думать обо мне, что угодно, но при всех своих недостатках я не садист и не мучитель.

Внутри меня встрепенулась надежда, перемешанная с возмущением.

– Так почему бы тебе не оставить меня в покое?

– Ведьмуль, – укоризненный тяжёлый вздох, – не люблю повторяться, но для тебя сделаю одно-единственное исключение. Я вернусь домой с тобой. Оставшиеся дни ты можешь заниматься чем угодно, я не вмешаюсь до тех пор, пока тебе не будет грозить опасность. Хочешь – бегай. Хочешь – приходи, поговорим. В твоих силах сделать наш неизбежно совместный отъезд обоюдо-добровольным, мирным и даже цивилизованным. Ну а если, – короткая пауза и тон его неуловимо изменился, став вкрадчивым и откровенно издевательским, – ты любишь пожестче, и наручники тебя не пугают, а заводят, то просто кивни, я это учту.

Отняв руку, молча отключилась, краем уха услышав из динамика довольный, похожий на урчание смех. Красивый такой…

И сердце дрогнуло. Видимо, испугавшись собственного внезапно напавшего маразма.

Обречённо посмотрела на кофе в руке, на чужой телефон в другой. Там, на дороге, активно выясняли отношения все невольные участники подстроенной аварии, а здесь, на тротуаре, было тихо и почти безлюдно.

Развернувшись, дошла до ближайшей скамейки, рухнула на лакированные доски и сделала глоток того, что мне подсунули. Отравиться почему-то не боялась, а ощутив на языке привкус сладкой тыквы, очень удивилась.

Тыквенный сироп мой любимый.

Вздохнув, попыталась успокоить прохладным летним воздухом бурю в душе.

Провалив попытку, недобро усмехнулась и… набрала последний входящий на чужом телефоне.

Мне ответили мгновенно, даже первый гудок не прошёл, но вот говорить Арес ничего не стал. Просто молчал, ожидая именно моих слов, а ещё, убеждена, улыбался.

Мерзавец.

Скривившись, всё же подавила все бушующие внутри эмоции и даже спокойно спросила:

– Это ты вскрыл махинации Лизы Ерейской?

– Да, – спокойно, без бахвальства и требований признать его заслугу, просто подтвердил маг.

И замолчал вновь, полностью отдавая инициативу в мои руки.

Вот только хозяйкой положения я себя совсем не ощущала.

– Наши доказали её причастность к семнадцати случаям. Ты… м-м…

Я замялась, не зная, как об этом спросить.

А Арес, к моему искреннему удивлению, не стал меня терзать и, верно поняв невысказанный вопрос, ответил:

– Пятьдесят три.

У меня не было слов.

Прикрыв глаза, попыталась просто пережить этот удар судьбы.

Пятьдесят три человека были попросту проданы Лизой. Она променяла жизни на деньги.

– Тебя это расстраивает? – помолчав, с некоторой неуверенностью спросил маг.

– Злит, – горькая усмешка сама собой сорвалась с сухих губ. – Меня очень злит, что мы не узнали об этом раньше и позволили ей проворачивать подобное прямо у нас под носом.

Некоторое время мужчина молчал, позволяя мне взять себя в руки, а затем задумчиво произнёс:

– Хочешь, я достану для тебя некроманта?

Представила, как мужик в чёрной мантии зачитывает длиннющее заклинание и поднимает Лизу из мёртвых, а я с садистской радостью отрываю ей голову.

Почему-то улыбнулась. От этих мыслей на душе неожиданно стало тепло и приятно, но:

– Пусть гниёт, – решила отнюдь не добрая ведьма.

– Я бы принял такое же решение, – с отчётливым одобрением хмыкнул Арес.

Может… не такой уж он и плохой? Или я совсем не такая хорошая, как думала о себе.

Глава 8

– Хорошо, – в конце концов приняла непростое во всех смыслах решение, – давай поговорим.

Ожидала насмешек и тонких издевок, но услышала вполне спокойное:

– Ты ко мне или я к тебе?

– Я в Чехии, – напомнила с лёгким сомнением.

– А я в Рданере, – хмыкнул маг, назвав один из смежных с нами миров, с которым мы так и не смогли наладить отношения. – Буду у тебя через сутки. Или ты у меня через восемь часов.

Естественно, я ответила:

– Жду тебя.

– Не сомневался, – Арес был довольным и даже не пытался этого скрыть.

А я, пользуясь его сговорчивостью и своей врождённой наглость, попросила:

– Скинь мне информацию на всех, кого сдала Ерейская.

– Не сомневался в тебе, ведьмуль, – повторил маг, одобрительно щёлкнув языком. – Оставь телефон себе, сброшу данные на него.

И отключился, лишний раз заставив меня подумать о том, что этот человек не привык тратить время впустую. А вот я люблю прощаться по десять минут. Но с ним не стала бы, конечно.

К моменту, когда пиликнуло уведомление, я успела допить кофе, искренне наслаждаясь его вкусом.

Информация… ужасала. Переписки, счета, показания не понятно когда и как найденных свидетелей…

– Марин, – подошедшего Давида я не замечала до тех пор, пока парень не обратился ко мне напрямую.

С трудом вырвавшись из паутины шокирующих данных, подняла голову и во все глаза посмотрела на него.

– Пойдём, – парень кивнул себе за спину, – не знаю, что случилось, но никто не пострадал, не считая нескольких машин. Движение нормализовалось. Нам нужно ехать.

Я зацепилась за главное: никто не пострадал.

Изучать попавшие ко мне данные продолжила уже в машине, одной рукой листая экран, а второй поглаживая перепугавшегося и теперь жавшегося ко мне Вафеля.

Нашла уйму интересного.

Например, как минимум четырежды Лиза помогала своим клиентам выбирать наиболее подходящий «товар». Я это не придумала, они прямо называли людей товаром! Собирали всю информацию, выбирали, обсуждали достоинства и недостатки.

А ещё выяснилось, что нападение на меня год назад не было случайностью. И то, что при задержании всех четверых оказавших сопротивление нападавших убили, случайностью не было тоже. По всей видимости, от дальнейших попыток похищения меня уберегло лишь одно: портал на Эириму закрылся. Мой заказчик остался на той стороне.

Даже обидно стало. Уж я бы точно нашла способ получить желаемое, тридцать миров бы обошла, но своего добилась. А этот просто сдался. Слабак.

Подавив улыбку, воспользовалась тем, что телефон вроде как отдали мне, и сделала скрин страницы с именем и адресом моего неудавшегося покупателя. Наведаюсь как-нибудь. Не зря же он три миллиона теневых за меня отдал. Нехорошо таким деньгам пропадать.

Тем более, что я, в отличие от него, точно знаю, как попасть в Эириму. Нужно всего лишь пройти через Мирвинеш, Джахегу и…

И тут меня подбросило всем телом! Потому что третьим миром между нашим и Эиримой был Рданер.

«Я в Чехии».

«А я в Рданере».

Какова вероятность?..

Да нет. Быть такого не может.

Медленно выдохнув, поняла, что всё это время сидела и не дышала, потрясённая ударившей по голове мыслью. Но нет, это наверняка всего-навсегда совпадение. Случайность. Арес отправился в Рданер по своим делам, это точно.

А я просто слишком много о себе думаю.

* * *

Я проснулась раньше, чем поняла причины охватившей меня тревоги. Резко сев, ударила ладонями по воздуху, сбрасывая мгновенно созданное Парализующее проклятье.

Магия всколыхнулась алой дымкой, рванула вперёд и… растворилась без следа и звука, не долетев до крепкой мужской фигуры в одних просторных штанах.

Я застыла, а тот, кто без труда уничтожил моё проклятье, тяжело вздохнул и укоризненно велел:

– Ложись спать.

И лёг сам. В мою кровать. А она даже не двуспальная была, то есть оказавшееся громадным мужское тело было впритык к моему… но и на этом маг не успокоился. Сжав пальцы на моих запястьях, с пугающей лёгкостью подавил вторую попытку защититься магически, насильно уложил шипящую барахтающуюся меня рядом, обнял и затих, приготовившись спать.

Спать! В моей постели! Со мной в обнимку!

А я против! Я…

– Ты был у Доно Кигана? – спросила о том, что терзало даже во сне.

И даже барахтаться и вырываться прекратила в ожидании ответа.

Арес Матиан зарылся носом в мои волосы, громко глубоко вдохнул их аромат, с наслаждением выдохнул и с лёгкой насмешкой, пропитавшей каждое слово, спросил:

– Собиралась навестить его сама?

Мой нос утыкался в его обнажённую грудь, скрещенные перехваченные за запястья одной его ладонью мои руки лежали на моём бедре, которое мужик ещё и умудрялся поглаживать костяшками пальцев, и в целом мы лежали близко-близко, плотно соприкасаясь телами, но почему-то, вопреки всем законам логики, я не чувствовала ни раздражения, ни презрения, ни даже страха.

Наоборот. Мне было почти хорошо. Во всяком случае, спокойно точно. И даже его руки, одна, обнимающая, и вторая, бережно удерживающая запястья, нисколько не нервировали, хотя этот человек точно был способен с лёгкостью меня убить, а сегодня утром он и убил. И не факт, что это было единственное убийство, помня о Доно Кигане.

Получается… Сначала он устранил того, кто проворачивал такие злодейства в тайне от всех, а потом буквально отправился в другой мир и убил того, кто год назад купил данные на меня.

Разве злодеи так делают? Разве плохие люди так поступают?

– Да, – подтвердила негромко несколько минут спустя. Хмыкнула, тут же ощутила оттолкнувшееся от тела мага и коснувшееся моего лица собственное дыхание и добавила. – Он идиот.

– Ты про то, что искать оплаченный товар не пошёл? – улыбнулся самый странный из когда-либо встреченных мною магов. Я не стала отвечать, а он не стал ждать и продолжил сам. – Ерейская отплатилась двумя другими, кто как раз был на Эириме.

Я перестала дышать, а Арес всё тем же невозмутимо-размеренным тоном добавил:

– Дарью Устимову вытащили и отправили в Москву к вашим. Валерия Мамагина на момент нашего появления уже не числилась среди живых. Некроманты подняли её из общей могилы, умертвие вместе с другими дало показания, Доно Кагину были вынесены обвинения в незаконной торговле людьми и человеческом рабстве. Приговора о семи пожизненных ублюдок уже не услышал. На данный момент все его… р-рабы проходят лечение, по итогу которого будут возвращены на свои родины и переданы в руки семей и специалистов. Пострадавшие получат финансовую компенсацию со счёта Кагина. Упокоенные останки Мамагиной также переданы родным.

Вытянув руку из мужских пальцев, приподнялась, опёрлась локтем о скрипнувший матрас и заглянула в уставшее, осунувшееся лицо хмурящегося и сжимающего губы даже сейчас Ареса.

Мужчина открыл глаза, наградил меня пристальным, пронзающий насквозь взглядом настолько чёрных глаз, что они казались темнее неосвещённой комнаты.

– Давай отложим благодарственную истерику до утра, – предложил, приподняв уголок губ в издевательской улыбке.

Вот, уставший, а всё равно издевается. Ну не гад ли?

Впрочем, никакой истерики и не планировалось. Он, безусловно, молодец… и даже больше. У меня слов нет, чтобы описать, насколько большое и благородное дело он сделал, хотя, по сути, не обязан был. Но я всё ещё помню о его угрозе уехать домой и забрать меня с собой пусть даже в магических наручниках. Такое не забывается. И после такого ни о каких благодарностях не может быть и речи.

– Раз… рабов было много, значит, они имелись не только у Кагина.

И я попыталась встать, намереваясь пойти и отыскать всю базу данных о покупателях и товаре, уверенная на сто процентов: она есть. Как и другие рабовладельцы.

Но Арес удержал, с раздражающей лёгкостью уложил меня обратно, насильно устроил мою голову на своей груди и только после того, как я перестала сопротивляться, сказал:

– Всех нашли, Марин. Спасательные операции под моим личным руководством прошли разом в девяти мирах. Завтра продолжим, а сейчас я устал, как собака. Даже для секса. Извини, малыш, утром наверстаем.

И этот… попросту уснул, сжимая в объятьях оторопевшую меня.

Глава 9

Согревающие, чуть щекочущие тёплые лучики солнца медленно скользили по моему животу, бёдрам, спускались до не прикрытых коротенькими спальными шортиками коленей, гладили щиколотки, поднимались вверх и вновь спускались вниз. Медленно, игриво, вызывая какой-то странный радостный трепет в груди.

И я, улыбнувшись, чуть повозилась и повернулась на бок, подставляя приятному щекотанию больше территории.

Солнышко не стало отказываться.

Скользнуло по рёбрам, заставляя улыбнуться сильнее, забралось под тонкую ткань майки, погладило грудь и сжало поразительно нежные, но стопроцентно мужские, чуть шершавые пальцы.

Я распахнула глаза в ту же секунду.

И увидела перед собой грудь. Не женскую и уж тем более не мою, а такую крепкую, рельефную, лишённую как волос, так и даже намёка на одежду.

И вот эта грудь чуть дрогнула, откуда-то сверху моих волос коснулся тихий хмык и ситуация окончательно перестала радовать.

Меня.

А магу ничего, он даже не смутился, застуканный на месте преступления. И не заволновался. Вообще никак не отреагировал и, бережно с удовольствием погладив грудь окаменевшей меня, всё той же рукой начал спускаться вниз по животу.

– Сказал же, утром наверстаем, – гортанно произнёс мужчина.

– Арес, – я честно не знала, сразу в него смертельным проклятьем швырнуть или подняться, сходить на кухню за ножом, за эту минуту всё взвесить и убить гада, приняв осознанное на то решение?

Мужчина ответил ленивым, тягуче-довольным:

– У тебя учащённое сердцебиение, тяжёлое дыхание и ставшее крайне чувствительным тело. Ты возбуждена, Марина. Я, – выделил интонацией, – возбуждаю тебя.

Сглотнула. Нервное движение вышло слишком заметным, а звук слишком громким для моей тихой спальни.

Но самое гадкое, что Арес был прав. Его действия и близость действительно заводили.

И ведь даже убийством Лизы Ерейской ему снизить очков нельзя. В итоге-то вышло, что как раз она была злодейкой, а Арес не просто открыл глаза всему нашему министерству, но и провёл масштабную спасательную операцию и действительно многих спас.

Такое игнорировать не получится при всём желании.

И в устроенной им аварии, целью которой было доказать мне свою правоту и вытащить на улицу, в итоге никто не пострадал.

И это его «Ты можешь думать обо мне, что угодно, но при всех своих недостатках я не садист и не мучитель».

Нет. Но наглец – факт, который наглядно доказывала его ладонь, погладившая мой живот и поползшая ниже. Туда, куда ей точно было нельзя, но где её, блин, в предвкушении ждали.

Твою мать.

– Прекращай, – потребовала хрипло, но решительно.

И сжала пальцами его запястье, оказавшееся слишком широким, чтобы я сумела обхватить его полностью.

– Чуть нежнее и не сюда, – пахабно улыбнулась темномагическая мерзость.

И, несмотря на прилагаемые мной усилия его остановить, таки скользнул пальцами под резинку шорт, чтобы накрыть ладонью всё… всё… вообще всё, судорожно довольно вздохнуть и издать тихий, хриплый, полный удовольствия полувыдох-полустон.

– Арес, – вырвалось дрожащее из моей груди.

И тут раздалась мелодичная трель.

– Твой, – уведомил маг, сунул мне в дрожащие руки мобильный, который вчера оставил один из его наёмников, и… сполз вниз.

Прижав телефон к груди, во все глаза проследила за тем, как хищно усмехнувшийся мужчина устроился между моих ног, с лёгкостью и пугающим предвкушением закинул их себе на плечи и…

– Отвечай, начальство звонит, – посоветовали мне.

И откуда он всё знает? Но куда более важно – что он делает?!

– Слушаю, – хрипло выдохнула, принимая вызов.

Откинувшись на подушки, потрясённо уставилась в потолок, приложив ладонь ко лбу и силясь взять себя в руки.

Ответил меня действительно Максим Юрьевич:

– Уже в курсе?

Не знаю, в курсе чего я должна была быть, и спросить тоже не сумела, потому что в эту самую секунду мужские пальцы отодвинули край моих шорт и Арес оставил долгий чувственный поцелуй на внутренней стороне бедра, совсем близко от самого сокровенного и запретного.

Прохрипев что-то невнятное, закусила костяшку большого пальца и невольно свела колени, совсем непозволительно зажимая голову мага… Создатель!

Арес хрипло рассмеялся и поцеловал вновь, поднявшись поцелуем выше и разгоняя сотни колючих мурашек по моей коже.

А Максим Юрьевич произнёс:

– Арес Матиан спланировал и возглавил нападение на дипломатического представителя Эиримы.

Боюсь, на этом список выдающихся способностей Ареса Матиана не заканчивался, что мне и продемонстрировали, коснувшись губами того, прикосновения к чему я одновременно и жутко хотела, и отчаянно не желала.

– Доно Киган? – я задохнулась этим именем, не сумев достойно пережить действий тёмного мага.

Меня подбросило, ноги машинально стиснулись, губу я, кажется, прокусила в кровь.

– Значит, в курсе, – мрачно подытожил начальник.

– Ц-ц-ц, – насмешливо процокал оторвавшийся на миг Арес, метнул на меня пронзительно-издевательский взгляд прямо из положения между моих ног и с хищным укором заметил, – негоже в постели с одним шептать имя другого.

И как лизнул.

Подпрыгнув, попыталась прекратить всё то, что не нравилось сознанию, но очень-очень нравилось телу, потерпела поражение, но не успокоилась и под тихий урчащий смех мага завозилась в простынях, чем крайне насторожила собственного шефа, вынудив его же напряжённо спросил:

– Свирская, у тебя всё в порядке?

Нет, у меня тут проходил самый первый в моей жизни интим, причём в весьма нестандартной, но ужасно приятной форме.

– А вы порадоваться или позлорадствовать? – спросила нервно, когда зацелованное и облизанное очень-очень чувствительное взялись ещё и посасывать, посылая то горячие, то ледяные волны мурашек от макушки до пяток.

– Шли его к Творцу, – оторвавшись на миг, посоветовал маг.

И вновь приник к тому самому.

Я была уже на всё согласна и думать могла лишь о том, чтобы мужик не вздумал останавливаться.

Сбросив вызов, зашвырнула телефон в неизвестном направлении и тут же до боли в пальцах стиснула простыни.

Мне было хорошо. Мне было так хорошо! А через пару упоительных поцелуев внутри меня что-то оглушительно взорвалось и растеклось по венам обжигающей лавой, спина выгнулась, из горла вырвался хриплый крик.

Я падала и взлетала, умирала и возрождалась, задыхалась и просто никак не могла надышаться, даже когда обжигающее внутреннее счастье чуть угасло, сменившись счастьем иным, размеренным, тёплым и тягучим, как мёд.

Шевеление внизу, мои подрагивающие ослабевшие ноги поочередно поцеловали в колени и бережно опустили на одеяло, одежду поправили, маг улёгся рядом, заставив узкий матрас прогнуться под тяжестью его тела, а меня скатиться к тому, кто и так был впритык.

Хозяйским жестом обняв и уместив голову не сопротивляющейся ведьмы на своём плече, Арес вздохнул и сокрушённо признал:

– Да-а, ведьмуль. Тут не только поцелуя будет мало.

Глава 10

Пронзительная трель телефона заставила рывком сесть, распахнуть глаза, бегло глянуть на устроившегося в кресле с планшетом Вафеля, схватить чужой мобильный и ткнуть в кнопку принятия вызова.

– Не хотел будить, но вопрос весьма щепетильный, – задумчиво произнёс знакомый мужской голос. – Тебе имя Маккой Леонад о чём-нибудь говорит?

Глянув на постель, поняла, что лежу в ней одна. Это почему-то неожиданно расстроило, хотя должно было сильно обрадовать.

– Прости, малыш, пришлось уехать, – словно увидев мой взгляд, с доброй насмешкой произнёс Арес. – Но не волнуйся, я вернусь и мы всё наверстаем.

Чуть было не ляпнула, чтобы возвращался скорее.

Прикусив язык, мотнула головой, мысленно ругая саму себя, проигнорировала последнюю реплику и ответила на заданный вопрос:

– Маккой Леонад работает у нас в посольстве Эиримы, – голос хрипел.

Буду думать, что ото сна, а не от Ареса и всего, что с ним тут случилось.

– А ты послов всех миров лично знаешь? – с лёгкой насмешкой и неприкрытым намёком на что-то поинтересовался маг.

– Нет, – ответила честно, – но с Леонадом довелось сотрудничать лично.

– Год назад? – насмешки в мужском голосе стало на порядок больше.

И я поняла, что на момент случившегося на меня нападения год назад, заказчиком которого, как теперь выяснилось, был Доно Киган, я действительно была в команде с молодым, умным и весьма перспективным только поставленным на пост послом Эиримы, желавшим понять и лично понаблюдать за работой Министерства ведьминского контроля. А назначением на задания у нас по большей части как раз Лиза и занималась.

Пазл начал складываться в голове.

Ерейская продала инфу на меня, Киган послал своих устроить нападение с дальнейшим похищением, а Леонада отправил страховать. Парень точно знал, где я нахожусь и что делаю. Возможно, он и курировал операцию.

Вот же гадство.

– В чём щепетильность ситуации?

Арес не стал юлить, но ответил в своей излюбленной издевательской манере:

– Леонад в Праге.

Нахмурившись, глянула на безразличного ко всему происходящему Вафеля, выбралась из постели, подошла к окну, выглянула на город и догадалась:

– Ищет меня?

– Умная девочка, – на похвалу Арес не скупился. – Судя по всему, в скором времени мальчишка выйдет на связь и предложит тебе сотрудничество, итогом которого станет повторное, в этот раз, по мнению Леонада, с вероятностью в девяносто семь процентов успешное нападение. Ничего весёлого, планируется просто убить. Мне его сразу устранить или хочешь поучаствовать?

Улыбнувшись тому, что мне в принципе предоставили выбор, ответила естественно:

– Я в деле. Парень же готовился.

– Аргумент, – хмыкнул, соглашаясь, мужчина. – На то, что будешь послушной девочкой и станешь придерживаться разработанного мной плана, надеяться не стоит?

– Шутишь? – отозвалась вопросом на вопрос.

– Так и понял, – хохотнул понятливый мужик и отключился.

Почему-то улыбаясь, ещё раз глянула на город и пошла в душ, захватив мобильник с собой.

* * *

Звонок раздался, когда я выбралась из стеклянной кабинки и стояла перед зеркалом, замотанная в белое полотенце.

Глянув на незнакомый номер, подавила усмешку и приняла вызов.

– Слушаю.

– Добрый день, Марина, – прозвучал приятный мужской голос с низким грудным звучанием.

Улыбнулась своему отражению.

Говорю же, готовился парень.

– Добрый день, – отозвалась прохладно, делая вид, что не узнала.

К такому посол был готов и спокойно уведомил:

– Это Маккой Леонад из Эиримы, помните меня? Мы работали вместе год назад.

– М-м, такой с проплешиной? – принялась старательно вспоминать никогда, вообще-то, не жаловавшаяся на память я.

Пауза и несколько растерянное:

– Нет.

– Кривозубый? – я не гадина и не издеваюсь, он вообще меня первый подставил.

– Нет, – уже куда решительнее и чуть раздражительнее.

– А-а, – меня посетило долгожданное прозрение, – тот, с крашеными ногтями и кривым достоинством, у которого ещё проблемы по мужском части, о которых всё магическое сообщество страны знает?

– Нет!

– Уверен? – переспросила нежно и невинно.

– У меня нет проблем! – психанул мой собеседник.

– То есть крашеные ногти и кривые причиндалы отрицать не будешь? – вопрос по существу, вообще-то.

Не став отвечать, посол взял и отключился.

Надо же, какие мы нежные.

Вслед за ним раздался другой звонок, причём этот номер определился, и на весь экран высветилось большое красное сердце. Фу, как слащаво.

Но я всё равно ответила, чтобы услышать такое же невинно-издевательское, каким тоном только что я разговаривала:

– Менталисты и технологии вашего мира – убойная смесь. Леонад отследил звонок и едет на север города. К тебе.

А, теперь понятно, причём здесь менталисты. Арес постарался и поломал сигналы, так что Леонад реально думает, что я где-то на севере Праги.

Стало приятно, что при его возможностях и характере, маг всё равно дал мне поучаствовать и даже информировал вон. Ему бы ничего не стоило найти какого-нибудь метаморфа или воспользоваться программой и подстроить мой голос.

Так что приятно, очень.

– У меня три метаморфа, – подтверждая верность сделанных выводов, сообщил мужик, – оставайся дома, мы его возьмём. Ты как хочешь? Живым, полуживым, в нарезке?

Подавив улыбку, сказала нагло:

– Хочу решить на месте.

– Ц! – укоризненно цокнули на меня. Но на этот раз на компромисс пойти не пожелали. – Извини, малыш, – и ни намёка на вину в голосе. – Без тебя разберёмся. Сидишь дома. Всё, скоро вернусь.

И отключился.

Укоризненно покачав головой, вздохнула и… пошла делать, что задумала. Ещё чего, будет он ведьме указывать.

Оделась в чёрные свободные штаны, натянула чёрный облегающий топ поверх спортивного белья, сверху объёмную рубашку того же цвета. Волосы затянула в высокий хвост, на нос нацепила солнцезащитные очки в тонкой оправе, ноги сунула в чёрные кроссовки.

Покидав в рюкзак только самое необходимое, «забыла» телефон на не заправленной кровати, взяла Вафеля и попыталась просто смыться.

У окна напоролась на неприятное: Арес подготовился. Не знаю, знал ли он точно, уходя, что сегодня случится, но окна заблокировал магически и весьма качественно. Я попыталась вскрыть парой проклятий, затем ножом, после – стулом. Результата ноль.

Помянув скотину парой ласковых, вышла из квартиры, закрыла дверь, сделала шаг и остановилась, увидев, как из темноты в углу отделяется мощная фигура теневого наёмника.

Не став терять времени и дожидаться суровой речи, просто сразу бросила мужику под ноги Парализующее проклятье. Чем хорошо – работает не только на живых, но и на территорию вокруг оказывает эффект. Только потому иммунитетный к вредоносной магии наёмник захрипел и сполз по стеночке – удар-то был не на него направлен.

Просчёт Ареса обнаружился тут же. Предусмотрительный мерзавец, но слишком уж самоуверенный. Окна квартиры заблокировал, а про подъездные и не подумал, всецело полагаясь на своих наёмников и их неуязвимость.

Распахнув створки, достала метлу, устроилась сверху, проверила, надёжно ли держался предвкушающий полёт мой неординарный дракон, улыбнулась и сиганула с окна пятого этажа, чтобы тут же набросить на себя чары невидимости и с чувством абсолютной победы рвануть в небеса.

Полетела не на север, естественно. Там мне делать было нечего.

Покружив над городом, пристроилась на краю многоэтажки. Не снимая чар, уселась в углу металлических перил, глянула на плюхнувшегося на упитанную попу Вафеля, перевела дыхание, размяла затёкшие мышцы и попыталась связаться с нашими.

Телефоны – классная, но легко отслеживаемая вещь, что неоднократно и продемонстрировал Арес. Иди, попробуй магическую связь ведьмы с артефактом обнаружь.

Ведьмы ответили на призыв через минуту.

Ещё через минуту со мной на связи один на один был Максим Юрьевич, которому я, не тратя времени, выложила всю имеющуюся у меня на Ареса Матиана информацию.

Глава 11

Сказать, что положение дел шефа не порадовало, это ничего не сказать.

Когда он матерился, я не мешала. Когда перешёл на незнакомый мне, крайне заковыристый и весьма эмоциональный язык, подумала, что надо бы записаться в группу по изучению этой неведомой ерунды. Понравилась уж очень.

В итоге в себя Максим Юрьевич пришёл минут через пять, что ознаменовалось ледяным:

– Отныне связь с управлением поддерживаешь магически.

То есть так, как я сейчас с ним и говорила. Хорошее решение, сама того же мнения.

– Так точно.

– О своих передвижения сообщаешь мне и только мне, – продолжили сыпаться твёрдые, не подлежащие сопротивлению приказы. – Сейчас возвращаешься в страну, на метле возвращаешься, Марина. Летишь в Сибирь, в Ангарске рядом с городской площадью найдёшь заведение «Зов крови». Там управляющий вампир Эрин Моиретти, обычно за стойкой стоит. Скажешь ему: «Заклинатель хочет вернуть долг». Он даст тебе перстень и выведет к порталу в подвале, окажешься в Каллане. Наденешь кольцо и сразу из портала летишь к замку. Родовая магия пропустит.

Осознав, чего от меня хотят, попыталась воспротивиться:

– Я прятаться не…

– Это на две недели, пока Арес Матиан не вернётся на родину.

Замечательно, но:

– Максим Юрьевич, я…

– Это приказ, – отрезал маг.

Сцепив зубы, прокляла и его, и себя за то, что позвала вообще, но подавила эмоции и процедила:

– Вас поняла.

Показалось, что мне хотели ещё что-то сказать, но маг оставил все слова при себе и разорвал связь, пожелав, вроде как даже искренне:

– Удачи.

Ругаясь на все лады, распинала всю каменную крошку на крыше, но деваться тут было особо некуда.

– Вафель, – позвала мрачно и забралась на метлу.

Поглядывающий вниз крыс сноровисто прискакал, запрыгнул мне на ногу, по ней вскарабкался и надёжно устроился на плече.

– Лететь далеко, – предупредила его сразу.

– Поесть залетим? – ещё бы он что другое спросил.

– Залетим, – пообещала, улыбнувшись.

И набросила на нас чары невидимости, чтобы взмыть в воздух и полететь в сторону дома, ужасно сожалея о том, что не смогу в него даже заглянуть.

* * *

Уже вечером, ужасно устав, замёрзнув и сделав две остановки в крохотных городах, мы с фамильяром летели над заснеженным лесом, когда я вдруг отчётливо ощутила поднявшуюся волну энергии.

Ведьмин круг. Определила это мгновенно, встрепенулась и вгляделась туда, откуда ощутила всплеск.

То, что дело дрянь, поняла тут же.

Плохо видимые с такого расстояния, по заснеженной поляне бежали две фигуры, а впереди них несся старенький автомобиль. Миг, и машина угодила прямо в портал! Бегущего следом мужчину от той же участи уберёг пронзительный женский крик:

– Пэйман, назад! Стой, придурок, там новый круг!

Фигура затормозила, а я, не думая, направила метлу вниз.

– О, еда? – Вафель людей внизу тоже разглядел и вовремя вспомнил, что он вообще-то дракон, а, стало быть, хищник.

– Работа, – исправила насмешливо.

– Ведьма внизу, – крыс наших всегда чувствовал.

Попали мы аккурат в разгар скандала. Спрыгнув с метлы и ухватив ту за черенок, я немного подождала, а затем заявила о себе громким:

– Что здесь происходит?!

Ведьма в утепленной меховой куртке, с очень светлыми, я бы даже сказала необычными, переливчато-белыми волосами, и мужчина неожиданно в розовой тёплой одежде и чёрной куртке с розовым мехом замерли и медленно обернулись.

Их взгляды удивлённо скользнули по мне, меньше всего вписывающейся в общий антураж.

– Министерство ведьминского контроля, – обозначила сразу. – Представьтесь, ведьма! По какой причине вы отправили машину на полном ходу через портал?

– Я… мы не отправляли. Он сам уехал… – неуверенно отозвалась девушка и тут же заинтересовалась: – А куда, кстати, уехал-то? Леандра я, Сержевская.

– Не отсюда, – как-то мигом сообразила я, чуть сощурившись.

– Да-да. Она не от мира сего и без мозгов, – пробурчал мужик, старательно пытаясь вытащить что-то из-за шиворота.

Подозреваю, там был снег.

– Марина Свирская, отдел контроля подпространства, – представилась, чуть смягчившись. – Вам известно, что обо всех незарегистрированных Кругах положено докладывать в магическую полицию?

Поглядела на одну, затем на другого. Польщённый неожиданным вниманием, мужик улыбнулся и развязно подмигнул, заставив запыхтеть недовольную Леандру.

А мне вспомнился другой мужчина, в попытках скрыться от которого я и оказалась в этой дыре, собираясь погрузиться в дыру ещё большую.

Вот же негодяй. Где справедливость вообще? Беды с башкой у него, а страдай я.

– Я ничего не делала, – чуть помедлив, отозвалась ведьма. – Два дня назад здесь рейсила и ничего не было. Да он появился на минуту и исчез.

Пока она говорила, с её спутником произошли совсем уж неожиданные метаморфозы. Недовольно крякнув, он вдруг ужался и обзавёлся перьями, превратившись в натуральную птицу. Леандра пакостливо улыбнулась и добавила своему… даже не знаю, кому, валенки, свитер и шапочку с помпоном убойного розового цвета.

– Что ты здесь делала? – переспросила чуть заторможенно, удивлённая случившимися преображениями.

Заинтересованный Вафель тоже перебрался поближе и устроился у меня на руках, с интересом разглядывая забавную парочку.

– Гоняла. Стритрейсила, – пояснила девушка и тут же добавила, подхватывая своего тукана, – прикольный крысёныш, а у меня вот это. Ещё есть песец, но противный…

– На запорожце? – скептически выгнула бровь.

– Я дракон! – зашипел уязвлённый в самое больное место Вафель.

Леандра не убоялась, её губы дрогнули в улыбке. Предчувствуя, что сейчас мой грозный крыс достанет зажигалку и начнёт натурально всё поджигать, принялась успокаивающе поглаживать его по голове.

– Ну, что есть, на том и гоняю, – философски изрекла ведьма. – Вернёшь тачку-то?

– Верну, – хмыкнула, подходя ближе. – Ты бы и сама могла вернуть, тут ещё сильно фонит, я с воздуха ощутила. Тебя кто-то учит?

Потому что недоучка же явно. В столице таких к людям в город не выпускают.

– Песец Руслан и местная библиотека, – выдавила она страдальческую улыбку. – Как видишь, пока получается так себе.

Вижу.

Кивнув, оставила метлу, на неё водрузила Вафеля и отошла в сторону. Найдя нетронутый кусочек снега, опустилась на одно колено, поморщившись от не самых приятных ощущений. И приступила к моему самому нелюбимому – вычислению.

Морщась и с трудом сдерживая горестные стоны, магией прощупала пространственные потоки, определила конечные координаты, прикинула, хватит ли остаточной энергии для того, чтобы запустить её по потокам и затянуть обратно то, что было нагло утянуто…

Поднявшись, потянулась всем затёкшим телом, раскинула руки, перевела дыхание и зачитала обращающее заклинание.

Шипение, ослепившая вспышка и машина вернулась, словно никуда и не пропадала.

Выдохнув, отряхнула руки, развернулась и с чувством выполненного долга произнесла:

– Все мы когда-то начинали. Не парься и учись. Главное в круги не влетай, но у вас их вроде немного. Доклад на этот раз я составлю, но про остальные сразу сообщай нашим. На чай не останусь, холодно тут у вас.

И, махнув рукой, запрыгнула на метлу, чтобы улететь, не прощаясь.

Реально холодно. Промёрзла до костей! И это с согревающими чарами, без них совсем умерла бы.

Глава 12

Стоит ли говорить, что к нужному заведению я прилетела замёрзшая, уставшая и жутко злая?

Вампиры на входе в «Зов крови» сначала поинтересовались вкусом моей кровушки, а когда я пообещала угостить кровопийц их собственными кишками, попросту отказались впускать меня внутрь.

А я злая. А эти выпендриваются и явно плохо знают ведьм.

В итоге я вошла, конечно же, а два истукана остались парализованными статуями, свято верящими в то, что я на них всего одно проклятье наложила. О том, что отныне вкус крови будет вызывать у них жуткую тошноту и отвращение, клыкастым ещё только предстояло узнать.

Ибо нехрен. Голодная и не в духе я, не видно что ли?

В «Зове крови» мне не обрадовались, что было проблемой… но не для меня.

Подкатившего со стороны оборотня послала Чесоточным проклятьем, занервничавших гадюк успокоила проклятьем Резкого опьянения, вампира во всём белом просто усыпила, не понравился он мне. Ну и так, по мелочи.

В итоге, когда я подошла к стойке, в воздухе ощутимо фонило магией, умный народ держался от меня подальше, не умный валялся кто под чем, а я прямо заглянула в красные глаза блондинистого вампира за стойкой, мило улыбнулась и пропела:

– Заклинатель хочет вернуть долг.

Эрин Моиретти побледнел, побелел даже, бросил взгляд за мою спину, нервным жестом остановил свою оклемавшуюся охрану, глянул на меня и дёрнул головой, зовя за собой.

Обернувшись, весело махнула вампирам со входа в заведение, перепрыгнула через стойку и вежливым жестом предложила Эрину первым идти в радушно распахнутую им дверь.

К счастью для вампира, никаких подстав с его стороны не последовало.

В подвале мне вручили золотой перстень, затем провели на этаж ниже и без вопросов позволили влететь в вертикальный Круг.

Долгий и не самый приятный переход, Вафель аж материться начал, но в итоге мы оказались посреди чистейшего голубого неба со светящимся магическим алым кругом, обозначающим границы портала.

Замок тоже увидели сразу. Горделиво занимая целую гору, он возвышался над всей цветущей и потому розовой долиной с переплетением многочисленных краснокрыших деревень, с высоты напоминающих целый город.

– Как думаешь, там кто-нибудь есть? – спросила у фамильяра, направляя метлу к замку.

– Надеюсь, нас покормят! – он себе не изменял.

Надеялись зря – замок оказался не заселён.

* * *

– Мы тут сдохнем, – уныло царапая каменный пол когтями, убеждённо высказался без энтузиазма следующий за мной Вафель. – Еды нет, Интернета нет, даже людей нет, а могли бы парочку на запасы пустить и не голодать…

О, хорошо, что напомнил.

Остановившись, развернулась, протянула руку вмиг насторожившемуся зверю и потребовала:

– Зажигалку.

Зашипев, Вафель отскочил и с негодованием завёл свою шарманку:

– Я дракон! У дракона должен быть огонь! Не позорь меня, женщина!

Подавив вздох, не меняя позы спокойно напомнила:

– Мы гости в этом мире. Если ты что-нибудь подожжёшь и нас выставят, то с очень большой вероятностью начальственный план провалится, и алионская посольственная мерзость меня найдёт. Ты предпочитаешь на две недели остаться без огня или на всю жизнь без меня?

Вопрос по существу, и принявшийся ругаться на все лады Ваф неизвестно откуда вытащил крохотную зажигалку. Бросил её мне на руку, глянул в глаза, простонал и достал ещё четыре. Досадливо сплюнув, отдал и последнюю.

– С тебя ужин, – сообщил угрюмо, развернулся и удручённо побрёл прочь, продолжая царапать пол.

Выпрямившись, посмотрела ему вслед, потрясённо покачала головой от количества старательно запрятанной в таком маленьком теле контрабанды и пошла, куда послали – искать ужин.

* * *

– Мы её не чувствуем, – виновато признали оборотни из клана Азимор, способные брать не физический, а магический след.

Арес Матиан не отреагировал никак, лишь жестом разрешил волкам идти. А когда те, обрадовавшись сохранению жизней, исчезли в сгущающихся сумерках, посол Алиона развернулся, приблизился к реке, опёрся о кованый забор набережной и вгляделся в чёрную воду.

Поисковая магия всех доступных ему видов, предсказатели, пророки, видящие, а теперь ещё и оборотни – никто не видел, не чувствовал и даже не предполагал, где может быть Марина Свирская.

Железо жалобно заскрипело под нечеловечески сильными пальцами мага.

– Может, умерла? – неуверенно предположил появившийся в двух шагах от Матиана теневой наёмник, неоднократно спасавший жизнь хозяина и уже давно перешедший из категории простого охранника в практически пустую у Ареса категорию друзей.

Тяжело опустив голову, маг устало выдохнул и убийственно-спокойно предложил:

– Сходишь за Грань, поищешь?

Филарет Ледан сморщился и убеждённо сказал:

– Тогда сидит под чарами. Забралась в какой-нибудь мирок и спряталась, но долго отсиживаться она не сможет, сам понимаешь. Мы ищем, а она ошибётся. Нужно лишь подождать.

Арес действительно понимал. С его положением, связями и упёртостью у Марины не было шансов.

Но и она сумела его удивить – отыгрывала беззащитную овечку, убедила мага в том, что нет необходимости усиливать охрану и контроль, даже попытку побега предприняла настолько предсказуемую, что посол Матиан без усилий предугадал её следующие шаги. И в момент, когда он убедился в своём абсолютном над ней контроле, в два счёта обставила иммунитетных к магии наёмников и исчезла, не оставив ни записки, ни прощального поцелуя. Лишь телефон, словно говоря: поиграли и хватит, на этом я ухожу.

Даже хорошо знающая хладнокровный, на удивление справедливый характер хозяина, охрана серьёзно забеспокоилась о своих жизнях. Подобных промахов теневые наёмники прежде не допускали, и сам Матиан никогда ранее не отдавал приказов о круглосуточном контроле и абсолютной защите постороннего человека.

Но беспокоились маги напрасно. Единственным, кого обвинял Арес, был он сам. Он недооценил, он посчитал полумеру достаточной, он слишком сильно поверил в своё всемогущество.

И пока он, как последний идиот, пытался польстить полюбившейся ведьме тем единственным способом, к которому привык и который была готова принять Марина – то есть действиями, сама она, мило улыбаясь, удрала.

«Я не бегу от трудностей, это первое. И, требуя действий от других, я сама никогда не бросаю слов на ветер. Хорошенько запомни это, маг, потому что я…»

Никогда не буду твоей.

Слов не прозвучало, Арес не позволил, но решение Марина приняла уже тогда. Или даже раньше, когда только посол Алиона заявил на неё свои права.

Они оба просчитались – в одном и том же. Они оба не пожелали воспринять друг друга всерьёз.

По тонким, чётко очерченным губам мужчины скользнула насмешливая, полная опасного предвкушения улыбка.

Храбрая, смелая и решительная, но такая наивная девочка. Она надеялась, что Арес отступит? Напрасно, он привык доводить дела до конца. Ожидала, что победит? Это было невозможно по определению.

Марина росла в любви и заботе – реальность Ареса с рождения была жестокой и безжалостной, полной крови, боли и смертей.

Она получила магическое образование, потому что родилась ведьмой – он, потому что оказался лучшим среди жесточайших сверстников.

Она была счастлива настолько, что без раздумий делилась своим теплом с окружающими – он зубами выдирал у судьбы каждый мимолётный лучик радости.

Арес Матиан с детства научился сражаться за своё. И всей решимости своевольной ведьмы не тягаться с этим.

– Не останавливать поиски, – распорядился маг, разжимая пальцы и с неприязнью глядя на искорёженное железо.

Движение рукой, немного магии, и забор вновь стал целым и невредимым, словно только что не был искалечен ледяной яростью безупречно контролирующего себя мага.

Глава 13

– Мари-и-ина! – во всю мощь лёгких вопил Вафель, мельтеша под ногами и не зная, ловить меня и калечиться самому или отойти и позволить ведьминой гордости вместе с ведьминым лицом разбиться о каменный пол.

Балансируя на спинке деревянного стула, я упрямо тянулась к верхним полкам замковой кладовой, расположенной рядом с кухней, холодной и пустой, как и всё тут.

Не знаю, кто здесь жил и как давно было покинуто это строение, но неприятный факт оставался фактом – еды нам не оставили. Никакой. Даже муки. Сомневаюсь, что мы смогли бы долго на ней протянуть, но мука и вода – уже, считай, хлеб. С голоду бы не умерли.

– Ладно, – разглядев и на самых верхних полках лишь пыль, сдалась я, тяжело спустилась на пол и принялась решать проблемы, как и всегда. – Мы когда из портала вылетели, внизу поселение видели.

– Было такое, – Вафель настороженно притих, очень надеясь, что я скажу то самое, что он так сильно хотел услышать.

Шумно выдохнув, восстановила дыхание, откинула растрепавшиеся тёмные волосы с лица и действительно сказала то самое:

– Пойдём, попросим нас покормить. Может, сможем обменять физическую и магическую помощь на еду.

Мой крыс драконьего происхождения поморщился и решил не говорить, что договариваться нам придётся без знаний местного языка, ну а я об этом постаралась просто не думать.

Вместо этого припомнила ночь три года назад, на минутку открывшийся прямо в моей квартире Круг и сине-розовый меховой комочек, свалившийся не пойми откуда. Я искала, честно. Пыталась проанализировать остаточный фон, а последующие три года изучала виды разумных существ доступных нашему изучению миров. Не нашла. Вообще ни слова, ни единого упоминания о тех, кто был бы похож на моего Вафеля, а сам крыс в момент перехода был слишком маленьким, и теперь своего дома и вовсе не помнил.

Он говорит, что его дом – это я. У меня в такие моменты сердце болезненно сжимается и хочется сделать для Вафеля всё возможное и невозможное. И пусть сам он говорит, что ему не важны поиски родного дома, я знаю, что это не так.

Подхватив пискнувшего фамильяра, затискала в руках до визгливого хохота, обняла и вместе со своим лучшим другом и верным помощником отправилась на поиски еды, причём желательно без приключений, но что-то мне подсказывало…

* * *

На явление одетой в чёрную одежду девушки верхом на метле местный люд смотрел во все глаза, позабыв о своих делах и, кажется, вообще обо всём. Застыв, мужчины и женщины в объёмных преимущественно коричневых одеждах потрясённо наблюдали за тем, как я пикирую с неба, приземляюсь на землю, слезаю с метлы и, подняв руку в приветственном жесте с растопыренными на манер трёх пальцев собственно пальцами, громко и весело здороваюсь:

– Привет, земляне!

А что? Меня сто процентов не поймут.

Ну, меня и не поняли. А ещё мне почему-то не обрадовались, что стало ясно, едва в руках у мужиков не пойми откуда появились широкие трёхпалые вилы, недвусмысленно направленные остриём на меня.

– Вот давайте без этого, – взмолилась устало. – Моя приносить вам полезный магия, ваша давать мне еду. Ага?

Деревенские от щедрого предложения отказались, альтернативой предложив мне пару новых дырок в теле. К сожалению, от такого пришлось отказываться уже мне, затем уворачиваться от ударов и угрюмо размышлять, как бы наладить коннект.

Пошла по банальному.

Отскочив подальше и увеличив расстояние между собой и нападающими, выставила мерцающий серебряный щит, припала на колено к земле, распростёрла руки над ростком и щедро влитой магией взрастила подсолнух. Хороший вышел! Выше меня ростом, толстый, сочный, с огроменной ярко-жёлтой шапкой и сотнями уже зрелых семечек.

И нападать прекратили, изумлённо переводя взгляды с меня на растение.

Кажись, есть контакт.

* * *

– Нашли!

Арес Матиан оторвал взгляд от стремительно просматриваемых документов, вскинул голову и направил взор на вбежавшего в кабинет теневого наёмника.

Не скрывая охватившей его радости и облегчения, даже не запыхавшийся после быстрого забега мужчина понятливо отчитался:

– Объединили предсказателей с оборотнями Азимора, как вы и приказали. Ощутили применённую ведьмой магию.

Подобно гончей на охоте, маг подался вперёд. Взгляд его сделался пристальнее и опаснее, выражение лица стало убийственно-спокойным.

Наёмник прекратил улыбаться и уже серьёзно добавил:

– Отслеживаем. Пока с уверенностью можем сказать, что она на светлой стороне.

Медленно и плавно мужчина откинулся на спинку высокого кожаного кресла. На мёртвое тело хозяина кабинета он даже не взглянул, но мельком подумал, что надо было отдать мерзавца, пока был жив, семье пострадавшей по его вине девчушки. Сексуальные игры Арес уважал – насильственные извращения с летальным исходом ненавидел всей тёмной душой.

Жестом отпустив подчинённого, маг мягко поднялся, бесшумно приблизился к панорамному окну во всю стену и взглянул на раскинувшийся внизу город с высоты птичьего полёта.

Светлая сторона – это хорошо. В одном из теневых миров у Марины было бы куда меньше шансов выжить.

Через час его люди сделали практически невозможное и из тысячи миров Тар-Данарии отыскали тот, в котором скрылась его ведьма.

Отдав приказ наблюдать, но не вмешиваться без острой необходимости, Арес отправил всю найденную информацию по делу случившегося зверского убийства местной полиции, перевёл средства со счёта ублюдка семье погибшей девочки и велел своим уходить, лично проследив за тем, чтобы ни он, ни его люди не оставили следов.

А уже на улице получил новую информацию касательно своей ведьмы:

– Ощущаю применение боевой магии, – сообщил один из оборотней.

Слышавшие его слова маги и волки напряглись и метнули взгляды на неуловимо мрачнеющего Ареса Матиана.

– Кратчайший путь до Каллана, – приказал он, садясь в чёрный автомобиль.

* * *

Всё было хорошо, пока хрен пойми откуда не появились всадники на просто громадных конях.

Обвешанные неожиданно шкурами и вооружённые мечами в половину меня длиной, мужики появились в сейчас буквально цветущем и благоухающем поселении, мигом разрушив дружественную весёлую атмосферу и поселив напряжение в народе, за пару секунд окружили пространство с местными и мной в центре, а потом тот, кто был крепче и внушительнее остальных, ткнул в меня пальцем и рыкнул:

– Ымхыр.

Не так чтобы я не догадалась, чтобы это могло означать…

– Ваф, – позвала спокойно, не оборачиваясь на до этого игравшего с ребятишками фамильяра, – надо бы как-нибудь мирных оттеснить. Сдаётся мне, сейчас будем драться.

– Да-а? – так ехидно протянул крыс. – А мне сдаётся, что тебя сейчас любить будут. Судя по решительному выражению зверской морды, сей неизгладимый для моей психики процесс будет проходить здесь же.

Сморщившись, осталась стоять, неприятно размышляя над ситуацией.

Увы, меня лишили даже этого.

Спрыгнув на землю, отчего та аж подпрыгнула, волосатый шкурный мужик пошёл ко мне полным решимости астероидом, не замечая никого из тех, кто, к счастью, успевал отпрыгивать.

Он просто не оставил мне выбора.

Вскинув руки, швырнула в громилу проклятьем Онемения.

Искрящееся серебряное облако сорвалось с тонких ведьминских пальцев, пролетело по воздуху и обрушилось на внушительную грудь мужика.

Миг, в который тот должен был застыть с вытаращенными глазами, но вместо этого тормознул, прислушиваясь к ощущениям, и… ухмыльнулся.

Я побелела.

Только не ещё один иммунитетный к магии вид, ну пожалуйста!

Но мы люди наученные, и потому, отступая, я сбросила новое заклинание – на землю под мужиком, которая повела себя крайне странно и, судя по всему, попросту впитала всю энергию. Как?! Я же только что столько растений вырастила, и всё было нормально! Что началось-то?

Мужик был уже совсем близко, примерно на таком же расстоянии, на каком я была от паники.

В такой ситуации мне оставалось лишь одно.

Лихо развернувшись, рванула с места, резко вдыхая воздух и собираясь крикнуть Вафеля, и вот совсем никак не ожидая, что в это же мгновение меня перехватят огроменной лапищей поперёк живота и рванут назад!

Воздух вышибло из лёгких, я подавилась и забарахталась в просто нечеловечески огромных лапах самого настоящего монстра, но раньше, чем успела сделать хоть что-то, почувствовала удар и тупую боль в затылке.

Дальше была темнота.

Глава 14

Я проснулась в тот момент, когда на моей шее защёлкнули стальной ошейник.

И вот вам интересный вопрос: откуда у бомжей в обносках стальной ошейник?!

А со вкусом обставленная комната из тёмного дерева, м? Причём это стопроцентно был дом, даже не пещера и не нора.

А ещё сделать была прислуга в серой хламиде, закрывающей её с головы до ног и оставляющей видимой только узкую полоску для глаз. И вот эти самые глаза изумлённо распахнулись, когда я рывком села и без раздумий зашвырнула в девушку Парализующее проклятье.

Голова просто раскалывалась, но это не помешало мне скатиться на пол, посидеть немного на тёмных досках, переводя дыхание и восстанавливая фокус, затем подняться на ноги и направиться к окну.

Ну, дом, говорю же. Неплохой такой, я находилась, судя по всему, этаже на третьем, окна выходили в довольно необычный, но очень красивый многоуровневый сад. То есть вон там, справа внизу, был прудик и небольшая каменная набережная, повыше стояла деревянная беседка с плетущими цветущими растениями, ещё выше дорожки переплелись с благоухающими клумбами… Красиво. Правда.

Развернувшись, мрачно глянула на так и стоящую без возможности даже закричать девушку, оглядела скупо обставленную комнату, в которой из мебели была лишь кровать и шкаф напротив, хотя площадь явно позволяла поставить и ещё что-нибудь.

Сдаётся мне, это «что-нибудь» тут даже было, но с моим появлением переехало.

Что же… я задерживаться тоже не собиралась.

Окно открываться отказалось, заставив меня удовлетворённо улыбнуться – я так и думала. Что удивило, так это имеющаяся на стекле защита от магического воздействия… Тот, кто принёс меня сюда, оказался довольно сообразительным и предусмотрительным.

Но недостаточно.

Шаг влево, и я использовала то же самое заклинание бесшумного уничтожения на стене.

В лицо ударил приятно прохладный, пропитанный сладким запахом цветов и фруктов воздух, а ведьма улыбнулась теперь уже победно и шагнула в дыру.

По наружному карнизу добралась до угла, ужасно сожалея, что метла была не со мной, и искренне надеясь, что они с Вафелем успели удрать и спрятаться.

Дальше случилось неприятное. Завернувшая за угол я обнаружила широкий открытый балкон, а его обитатели, слегка прибалдев, обнаружили, собственно, меня.

– Твою мать! – я встрече не обрадовалась и хотела развернуться обратно, но потом поняла, что этих сейчас оторопь отпустит и они за мной попрутся.

Выругавшись ещё раз, запустила в обоих мужиков любимым Парализующим проклятьем и спрыгнула на балкон, уже не боясь быть схваченной. Очень здорово, что на этих всех моя магия действовала, и совершенно не понятно – почему не сработала на том, в шкурах?

Может, дело как раз в шкурах и было? Эти вон нормально одетые. В костюмы.

Тормознув перед окном, с неприязнью посмотрела на ошейник у себя на шее, так чётко отражающийся в стекле. Это не было сталью, ободок оказался тонким и изящным и украшался россыпью рубинов.

Шипя проклятья на все лады, попыталась снять эту дрянь и… не смогла. Замочка не было. Я со всех сторон осмотрела и ощупала, покрутила, подёргала. Фиг! В смысле, нифига! Не снимался он, урод.

Оглядевшись, поняла, что так и стоящие столбами мужики тут трапезничать изволили. Сходила к столу, схватила нож, вернулась к окну. И в момент, когда пристраивала острие к металлу, вдруг представила, как лезвие соскальзывает с ошейника и с лёгкостью вспарывает моё горло, а потом я, булькая и захлёбываясь собственной кровью, падаю на пол…

Нервный смех вырвался откуда-то из груди. Я даже сама испугалась. А нож, тяжело вздохнув, зашвырнула обратно на стол и принялась быстро и напряжённо думать.

Как быть? Куда идти?

На работе всегда учили действовать в непредвиденных ситуациях. Например, если свалилась в Круг и оказалась в незнакомом мире.

Первое: нужно разведать обстановку и выяснить, как по отношению к тебе настроены местные жители.

Выяснили. Не понравилось.

Второе: попытаться определить своё местонахождение.

Вскинув голову, посмотрела в безупречно голубые небеса и удовлетворённо заключила: я всё ещё на Каллане. Это хорошо, правда. Я сюда сама пришла и я знаю, как отсюда выбраться. Нужно всего лишь добраться до точки входа.

Третье: попытаться связаться с нашими.

Вот тут была подстава. Насколько я помню нашу внушительную базу, Каллан не входил в список дружественных с нами миров. Соответственно, и наших здесь не было.

Четвёртое: обустроить временное жилище и позаботиться о воде, еде и тепле.

Пятое: сделать всё возможное для возвращения домой.

На этом краткое пособие попавшим заканчивалось, но… был ещё один пункт. Крайне паршивый.

Если возвращение домой невозможно, принять новую реальность и продолжить жить в чужом мире, как в своём родном.

Говорю же, кошмарный пункт. Такой… обречённо-сдавшийся. А я сдаваться не люблю, потому что кто, если не я?

Ладно, сейчас покидаем дом, ищем точку повыше и оцениваем обстановку.

Кто бы сомневался, что проблемы начнутся вот с первого же пункта.

Сообщить о том, что не желают лишаться моего общества, пришла целая армия облачённых в меха и вооружённых мечами мужиков. Моя теория о том, что у них как раз шкуры магию и поглощают, подтвердилась после первого же не сработавшего проклятья.

Гадство.

Пришлось прыгать со второго этажа на дерево. Прыгунья из меня была та ещё, а за ветки цеплялка ещё хуже… Короче, идея оказалась ужасной, и об этом я думала уже на каменной дорожке, куда свалилась, ободрав до крови руки и живот. Было больно. И очень хотелось полежать и пожалеть себя, но убраться отсюда живой и невредимой хотелось как-то посильнее.

Поднявшись, простонала и рванула дальше по саду. Тут в целом выбора особо не было – или назад к дому, откуда уже выбегала охрана в шкурах, или дальше в сад.

Добежав до конца дорожки, не стала сворачивать и сиганула в кусты, припала к земле и отползла подальше, затем накинула на себя заклинание невидимости и юркнула на травку, чтобы прижаться к стволу дерева и застыть, всей душой надеясь, что громилы не отследили меня по шевелящимся кустам и потеряли из виду, как я на то и рассчитывала.

Расчёты полетели в бездну вместе с надеждами, когда охрана, как по команде, замерла, с шумом втянула воздух носами и повернулась в ту сторону, где и притаилась под деревом я.

– Ахэм! – торжествующе вскричал один, указывая рукой вот прямо на меня!

И эти все, игнорируя кусты, рванули в мою сторону.

Я бросилась от них, нервно проверяя заклинание, которое точно наложила, и потрясённо осознавая: запах! Они меня по запаху находят! Должно быть, всё дело в крови. Я была в ней вся, а у этих, похоже, обострённый нюх.

Гады!

Петляя по чужим клумбам и слыша лишь грохот собственного сердца и шелест травы под ногами неумолимо настигающих воинов, пыталась в панике припомнить курс агрессивно-защитной магии. Мне его после подрыва нашего посольства на Арийске приказали забыть весь и полностью, добавив к приказу словесному ещё и ментальный, чего требовал весь потревоженный Арийск… собственно, и приказывали мне принародно, чтобы все видели, что виновник поплатился и понёс заслуженное наказание, и не надо с нами никаких отношений разрывать, и вообще…

Короче, велели забыть, я забыла. Но сейчас мне взрыв ой как кстати пришёлся бы!

Но увы.

Пришлось, не оглядываясь, расшвыривать всё подряд: поджигающие проклятья, дезориентирующие, звуковые, антигравитационные… И тут мне как-то резко и неожиданно, но очень кстати припомнилась агрессивно-защитная магия. Просто по щелчку пальцев.

Прыжок влево – якорь на земле, вправо – второй, и ещё пять штук, а потом активизирующая формула и…

Бабах!

Громыхнуло так, что весь роскошный особняк подпрыгнул и пошёл некрасивыми трещинами, зашатались деревья, посыпались клумбы и попадали с ног мои преследователи. К сожалению, я свалилась тоже, но, в отличие от этих всех, я к подобному была готова и в себя пришла быстро.

Тут же вскочила и сиганула резко влево, пользуясь поднявшимся шумом и клубами пыли.

До забора добралась быстро, с защитным куполом расправилась уже опробованным методом – подорвала его к чёртовой матери. И пока вокруг снова шумело, гудело, кричало в сотню голосов и даже почему-то выло, я юркнула в образовавшуюся в двухметровом заборе дыру.

Прямо был лес, слева лес погуще и пострашнее, а справа очень привлекательная цветущая равнина.

Естественно, я направилась в страшный лес, справедливо полагая, что все преследователи решат, что я выбрала равнину.

Глава 15

Во всём мои расчёты оказались хороши, кроме, разве что, самого главного: проклятый запах!

Не знаю, что с местными не так, но выбравшийся во всё ту же дыру отряд на равнину даже и не взглянул, уверенно поспешив за мной в густой, тёмный, частично непроходимый лес.

Настигли меня удручающе быстро, а ловить взялись явно опробованным и крайне изобретательным методом – окружив полукругом.

Одного народ не учёл. Я не местная и мне тут из всех жаль только одного человека – меня. А я ради себя очень на многое способна, что и продемонстрировала, учинив ещё один взрыв.

Хорошая новость: шандарахнуло знатно, аж посильнее прошлого.

Плохая: воины к этому были готовы.

Предусмотрительно избегая мест, на которых была я, мужики умудрились увернуться от ошмётков земли, гнилой древесины и даже пары свалившихся деревьев, и продолжили преследование полным составом.

А я запыхалась уже. А эти словно только этого и ждали, и в следующее мгновение от погони перешли к ловле.

От захвата я ушла по чистой случайности – споткнулась и полетела вниз. Но так как с физической подготовкой у меня было примерно так же, как с ловкими прыжками на деревья, то подняться я уже не смогла. Зато в последний момент перевернулась и вскинула руки, сбрасывая на окруживших за секунду мужиков воспламеняющиеся чары.

Это было магией лишь в моих руках, с пальцев слетал натуральный огонь, и ему было пофигу, какая там у шкурок защита, он понял главное: мех горит. И очень хорошо.

Поняли это и воины.

В мешанине криков, воплей и сдёргивании горящей одежды я перевернулась на живот и попыталась свалить по-пластунски, не прощаясь, но… сильная, почти болезненная хватка на плече, и меня рывком вздёрнули, оторвав от земли так, что я в повисшем состоянии болтающими ногами до неё не доставала.

А самая грозная морда района – та самая, которая меня в поселении вырубила ударом по голове, притянула к себе поближе, практически нос к носу, и как давай шипеть прямо мне в лицо:

– Кшам ахэн ортемиартес! Эмен! Эран! Ак шасс!

– Шас, шас, – просипела, цепляясь в его громадное запястье двумя руками и силясь хоть немного ослабить очень неприятную хватку.

– Арр тарн! – взревел мужик, с силой встряхнув едва не лишившуюся головы от таких действий меня.

И я натурально испугалась. А испуганная я – это в разы хуже меня же злой.

Вскинув руку, ведьма нанесла удар, которого от неё никак не ожидали. Пальцем в глаз!

Едва взревевший уязвлённый монстр разжал пальцы и я оказалась на земле, чудом устояв, последовал второй абсолютно немагический, но совершенно действенный удар – коленом в пах!

Чисто по-женски, скотина!

И бросилась бежать.

Пробежала шага два. А дальше визжащую, вопящую и матерящуюся на все лады меня попросту повалили на сырую землю, сверху навалилось неподъёмное мужское тело, глухое к моему сопротивлению и безразличное к барахтанью.

Перевалиться на спину мне не позволили, как не дали и использовать руки. Их, сжав толстыми, сильными, способными кромсать камни пальцами, свели вместе и стянули верёвкой у меня за спиной.

Я похолодела. И побелела настолько сильно, что это наверняка было видно всем тем, кто столпился вокруг и… ухмылялся, предвкушая дальнейшие события. И визжащая, тщетно извивающаяся ужом я их забавляла! Уроды! Какие же уроды!

А тот, кто был сверху и менять дислокацию не планировал, с довольным чисто звериным рыком одним рывком разодрал майку на мне.

Сердце забилось где-то в горле, я замерла, всей кожей ощущая прохладу леса и просто не веря…

И не понимая:

– Ну и в чём смысл?! – прошипела в ярости. – Показал мою грудь земле, гений?!

Моего языка здесь не знали и меня не поняли.

Но почему-то через секунду я услышала насмешливо-угрожающее:

– Он обо мне позаботился, ведьмуль.

Сердце споткнулось и загромыхало быстро-быстро-быстро. Оно, как и я, одновременно не верило и очень-очень надеялось, что нам не показалось, и голос Ареса Матиана прозвучал в реальности, а не в моём воспалённом сознании.

На какую-то бесконечно долгую секунду мир застыл, лес погрузился в звенящую тишину, ощутившие опасность воины напряглись и услышали совершенно спокойное, малость задумчивое:

– Но излишне инициативные нам не нужны.

Я не знаю, что произошло. Я просто не успела ничего понять, лишь услышала, как звенящая тишина нарушается глухими ударами, и увидела, как замертво падают те, кто только что стоял и был готов принять бой…

Мне сложно даже представить, что за магию применил Арес, но его бесконтактный удар убил всех тех, кто был от этой самой магии защищён.

Мешающая дышать тяжесть исчезла, стягивающая мои запястья верёвка осыпалась пеплом, меня осторожно подняли и придержали, пока обалделая я придерживала обрывки майки на груди и во все глаза, дыша едва-едва, потрясённо смотрела в невозмутимое лицо Ареса Матиана.

Мне не верилось. Не верилось, что опять нашёл меня, несмотря на все меры предосторожности. Не верилось, что пришёл и спас. Не верилось, что можно вот так, одним неощутимым ударом, убить столько людей…

Мужик невозмутимо стянул с себя чёрную рубашку, оставшись великолепным натренированным голым торсом, натянул сохранившую тепло своего тела, так умопомрачительно пахнущую одежду на меня, избавив от необходимости светить торсом уже своим, не таким шикарным. Но мне до такого было далеко, примерно как до «никогда». Да и вообще, кажется, всем мужикам всех миров до такого далеко.

Грудь у мужика была шикарной. И живот с кубиками. И руки с мускулами и такими сексуальными вздутыми венками… и чего я на всё это внимания не обратила, когда мы были в Праге? Но ладно тогда, сейчас-то зачем обратила? Это же теперь не развидеть ни за что. Да и не хотелось совсем. Вообще. Даже отворачиваться не хотелось.

А маг, не считая нужным сдерживать или скрывать довольный белозубый оскал, от которого мне почему-то дышать стало тяжело, волнующим урчанием сообщил:

– Всё, особняк зачистили. Твоего фамильяра и четырнадцать украденных сегодня девушек спасли.

Мне стало дурно. Вафель тоже был здесь?! А я даже не почувствовала и ушла… а если бы действительно смогла оторваться и убежать? А Вафель бы остался с этими нелюдями?!

– Не бледней, – положив ладонь мне на плечо и бережно придержав, приказал посол Матиан, умудрявшийся оставаться внушающим страх и уважение даже в таком полуголом виде. – Кстати, давно спросить хотел, как к тебе в фамильяры затесался имивейский дракон? Они же гордые и свободолюбивые, такие в услужение не пойдут ни за что.

И вся оторопь слетела, осыпавшись стеклянной крошкой.

Встрепенувшись, пристально вгляделась в лицо ожидающего ответа невозмутимого мужчины и прохрипела:

– Имивейский дракон?

– А-а, – в глазах Ареса загорелось понимание, – ты не знала, кто он? Дай угадаю, его к тебе вынесло порталом.

Он не спрашивал, но я всё равно кивнула.

И с надеждой, которой сама от себя не ожидала, спросила:

– Ты знаешь, как попасть на родину Вафеля?

– Конечно, – маг даже не раздумывал, – как будете готовы, соберём экспедицию.

Вдруг подумала: а в какой момент и по какой причине я решила, что этот человек – злой и опасный? Нет, на самом деле, я помнила: после смерти Лизы Ерейской. Но на фоне всего, что случилось позже… он же всем вокруг помогал. Вон, даже совершенно незнакомых девушек Калланы спас. И моего фамильяра. И меня. И отомстил за меня. И тех, других, девушек из рабства тоже спас. Причём с той скоростью, с какой работал Арес, я так понимаю, что он особо даже и не раздумывал, отправляясь на чьё-то спасение.

Плохие люди так не поступают.

Но был один момент, который всё же требовалось прояснить:

– Ты заберёшь меня на Алион? – вопрос прозвучал тихо и как-то жалко.

Но мужчина посчитал иначе. Нежно улыбнувшись, сместил ладонь с плеча на талию, с наслаждением погладив спину, притянул не способную сопротивляться меня к себе поближе, пальцами второй погладил по щеке, отведя и заправив за ухо тёмные волосы, и негромко, довольно и утвердительно проурчал:

– Я же сказал.

А слов на ветер Арес не бросал.

Ощущая какую-то странную волнующую вибрацию внутри, прошептала:

– И что я буду там делать?

Улыбка мужчины стала шире, моих губ коснулись поцелуем, от которого чуть голова не взорвалась и стало как-то очень жарко, ну и в целом его действия оказались весьма красноречивым ответом.

Но, оторвавшись от моих губ и позволив повисшей у него на руках с руками на крепкой шее мне хватать воздух ртом, посол Алиона мягко ответил:

– Любить меня, растить наших детей, наслаждаться местной кухней и вовремя возвращаться с работы.

Вздрогнув всем телом, распахнутыми глазами в изумлении посмотрела в чуть прищурившиеся, полные насмешки глаза Ареса.

– Работы? – прохрипела потрясённо.

– Не хочешь работать? – тёмные брови мага взлетели вверх, мастерски отыгрывая его весьма правдоподобное удивление. – Твоё решение. Так даже лучше. Больше времени будешь проводить дома…

И ко мне полезли с новым поцелуем, от которого у меня гарантированно снова помутились бы мозги.

Решительно вырвавшись из объятий, отошла на два шага под насмешливым взглядом и кривой ухмылкой, остановилась, перевела дыхание, тряхнула головой и уточнила:

– То есть… я смогу возвращаться домой?

Сложив руки на груди, продолжающий улыбаться гад издевательски поинтересовался:

– А разве я говорил обратное?

Я мгновенно вспомнила наш телефонный разговор и его слова: «Я вернусь домой с тобой. Оставшиеся дни ты можешь заниматься чем угодно, я не вмешаюсь до тех пор, пока тебе не будет грозить опасность. Хочешь – бегай. Хочешь – приходи, поговорим. В твоих силах сделать наш неизбежно совместный отъезд обоюдо-добровольным, мирным и даже цивилизованным. Ну а если ты любишь пожестче, и наручники тебя не пугают, а заводят, то просто кивни, я это учту.»

И его же слова, переданные Лизой: «Арес Матиан, консул Алиона. Прибыл к нам семь дней назад, отбыть на родину планирует через пятнадцать… с тобой. У него вся твоя подноготная. Информация о семье, рабочие операции, расписание на ближайший год, даже медицинская карта – всё, что было в базе.»

Ничего не понимая, ещё раз ожесточённо тряхнула головой, нахмурилась и попыталась разобраться вслух.

– Ты сказал: я вернусь домой с тобой.

Величественный кивок, полностью признающий мою правоту.

– И ты сказал: в твоих силах сделать наш неизбежно совместный отъезд обоюдо-добровольным, мирным и даже цивилизованным.

Ещё раз склонённая голова, только теперь к величественности добавилась едва уловимая насмешка.

– И теперь ты говоришь, – ведьма перешла на яростное шипение, – что я смогу возвращаться домой и даже продолжить работать?!

На этот раз он кивать не стал. И говорить тоже ничего не стал. Просто стоял, чуть склонив голову к плечу, с огромным трудом удерживал подрагивающие в улыбке губы и смотрел на меня – насмешливо и так… тепло. Как на что-то очень-очень приятное, радующее, даже делающее счастливым.

Внезапно поняла, что права… Арес Матиан смотрел на меня с искрящимся в обсидианово-чёрных глазах счастьем.

И это как-то мигом сбило всю мою обоснованную злость, а в груди зашевелилось что-то такое приятное и тёпленькое… наверно, это тоже было счастье. Осторожное, боязливое, несмелое, само себя опасающееся счастье.

Глава 16

– Хочешь сказать, – начала куда тише и ровнее, – я сама себе придумала, что ты собираешься меня украсть, и бессмысленно скакала по мирам всё это время?

Так абсурдно. И так стыдно за себя. Вот до нервного смеха.

Арес и рассмеялся, сделал плавный шаг ко мне, а преодолел почему-то все два, оказался впритык, мягко обнял и этим своим таинственным, чуть порыкивающим, очень низким голосом ответил:

– Я в самом деле собираюсь тебя украсть. И украду, ведьмуль. И за всю эту нервотрёпку ты мне, конечно, ответишь в полной мере. Я в жизни столько не переживал.

Хмыкнув, улыбнулась и уткнулась щекой в его голую грудь. Мне у него в объятьях понравилось. Уютно так, тепло, опять же. А ещё не отпускало ощущение абсолютной безопасности в этих руках.

И мне подумалось:

– А ты зачем меня тогда в клубе спас?

– А ты зачем в портал рванула? – вопросом на вопрос ответил нежно поглаживающий по спине маг.

Нежность медленно, но верно сменялась чувственностью.

– Так… девушка была в беде, – пояснила малость хрипло и облизнула пересохшие губы, ощущая, как утяжелилось дыхание и как стало тяжело и горячо где-то внизу живота.

– Ну вот и я девушку из беды вытаскивал, – усмехнулся мужчина, спустившийся руками значительно ниже и теперь медленно и с чувством поглаживающий вовсе не спину.

– То есть, – мысли путались, я подняла руку и принялась указательным пальчиком очерчивать контуры мышц напрягшегося мужика, – будь на моём месте другая ведьма, ты бы и её спасать рванул?

– Я рад, что это оказалась ты, – искренне признался Арес. – Ты же ощутила мою силу? Знаю, что ощутила. Видел по глазам. Но вопреки инстинкту самосохранения всё равно полезла сначала хамить, а потом целовать.

– Эй! – мне было уже очень жарко, а руки подрагивали от желания обвить крепкую мужскую шею, потянуться на носочках и… действительно полезть с поцелуем. Но это сейчас, а тогда: – Ты сам заставил тебя поцеловать!

– Я? – почти даже искренне изумился прекративший гладить и попросту сжавшись моё предназначенное для сидения место посол. – Я лишь сказал, что ты умная девочка.

Прижав ладонь к его груди, чуть оттолкнулась, вскинула голову, зло посмотрела в чёрные, чуть посмеивающиеся глаза уверенного в своей правоте мужчины и воскликнула:

– То есть я сама тебя поцеловала? А потом сама решила, что ты собираешься меня украсть? Какая я самостоятельная, однако!

Арес пытался сдержать смех изо всех сил, и сдерживал… секунд пять, а потом расхохотался на весь лес. Появилось ощущение, что он в последний раз так искренне и весело смеялся… ну, в детстве. И от этого стало как-то грустно, но совсем на чуть-чуть. Больно уж заразительным был смех мага.

Сначала мои губы задрожали, затем расползлись в улыбке, после грудь начала подрагивать от тихого смеха, который почему-то становился всё громче.

В итоге хохочущих в лесу было уже двое, и лично я просто выпускала накопившееся напряжение и страх, а Арес… он меня поцеловал. Так сильно, крепко, пьяняще. Сжав пальцы на моей талии, подкинул вверх, заставляя обвить руками его голову, ногами торс и ощутить, насколько сильно этот мужчина прямо сейчас хотел меня и никого иного. Его руки придерживали меня за место, которое умудрялись ещё и гладить, периодически с наслаждением сжимая, и я… Это не было осознанной местью, но я поёрзала у него на руках, посильнее вжимаясь в крепкое тело, и услышала, как сквозь упоительный поцелуй прорывается глухой рык.

А потом всё вокруг как-то странно хрустело, шуршало и шумело, но все эти звуки и порывы ветра были где-то далеко, на краю сознания, а мы продолжали исступленно целоваться, распаляя бушующее внутри одно на двоих пламя дикой, неконтролируемой страсти.

В какой-то момент я начала падать, но под спиной ощутила на палки и камни лесной земли, а очень даже мягкую, чуть спружинившую кровать.

Открыв глаза, с трудом повернула голову, и пока мой маг покрывал поцелуями щеку, шею и ниже, растерянно оглядела… ну, шалаш. Довольно большой, сплетённый из веток и палок, укрытый листвой и мхом, с куполообразным, уходящим вверх потолком, отодвигаемой дверью из веток и кроватью из даже не знаю чего, которая занимала абсолютно всё пространство этого, кажется, только что созданного дома.

Прекратив целовать, хотя в этом возбуждающем действии дошёл уже до груди, заставив меня изумиться на тему «и когда рубашка оказалась расстёгнута?», Арес навис надо мной, удерживая свой внушительный вес на вытянутых руках, хмыкнул и весело изрёк:

– С любимым рай и в шалаше.

– Сдаётся мне, подразумевалось что-то иное, – пробормотала честно.

Но Арес так не думал. А когда меня увлекли в новый головокружительный поцелуй, так думать перестала и я. А потом вообще обо всём думать перестала, потому что то, что делали мужские губы, было настолько же нереально и круто, как и то, что делали его же руки, скользящие по моему телу и неуловимо, но основательно избавляющие от одежды.

В какой-то момент поняла, что сладко стонущая и выгибающаяся навстречу ласкам я крепко прижималась уже совершенно обнажённым телом к такому же лишённому одежды телу… В венах кипела кровь, в животе крутились огненные завихрения, кожа была невероятно чувствительной и остро реагировала на каждое прикосновение, в одном определённом месте всё пульсировало и требовало ласки и внимания, а я, цепляясь в широкие плечи и крепкую шею, вдавливалась в тело Ареса, так отчаянно, неконтролируемо желая оказаться ещё ближе, чтобы мы были ещё теснее, чтобы ставшее единым сбитое дыхание уже никогда не разрывалось…

Вот так бывает, живёшь себе и думаешь, что твоя душа – прекрасное цветущее место, богатое и заполненное, а ты сама – целостный человек, у которого всё есть и которому жить замечательно. Но всего один только твой мужчина, его осторожные движения и ты, задохнувшись, ощущаешь – вот она, жизнь! Сейчас! Струится по венам, наполняет до остатка то, что на самом деле было лишь красивой, но пустой оболочкой. И мир переворачивается, начинает играть новыми яркими красками, а ты ощущаешь себя самой-самой красивой, желанной и восхитительной, разделяя упоительный момент чистой любви с тем, кого ты, твоё тело, сердце и душа принимают тем самым, единственным и твоим целиком и полностью.

И мир взрывается, а ты, дрожа, больше никогда не хочешь быть одна и с чувством глубокой радости понимаешь, что и не будешь. Потому что Арес Матиан, посол Алиона, всегда держит своё слово, никогда не отступает и борется за своё до победного конца.

* * *

В родную квартиру я вернулась через сутки в сопровождении теневых наёмников и, к сожалению, без Ареса. Он остался на Каллане разруливать, по какой такой интересной причине некоторые возомнили себя имеющими право покушаться на женские честь и жизнь. Наверно, не остался бы, но на честь и жизнь его женщины тоже покушались, а это дело безнаказанным оставлять нельзя. Вы не подумайте, я не придумала, он сам мне так сказал.

А дом встретил родным:

– Ну и что ты пытаешься тут найти? – надменно поинтересовался холодильник. – Две минуты уже стоит, сейчас глаза лопнут. Марина, я говорящий, а не волшебный. Если в меня еды не положить, я тебе её сам из воздуха не создам. И нечего заглядывать каждый раз, когда приходишь на кухню, во мне ничего не меняется!

– Мари-и-ина, – презрительно пищала стиральная машинка, – девочка моя бедовая, ты где эти тряпки нашла и почему решила, что я вот это пущу внутрь себя? Я тебе не какая-нибудь китайская нелегалка, я породистая немецкая техника!

– Остановись, – не молчала и кофемашинка, – столько кофеина пить вредно, даже тебе. Нет, Марина, тебе тем более!

В общем, типичные домашние будни.

Но я не обижалась, да и не реагировала практически. Находясь в каком-то упоительном восторженном настроении, я с нежностью вспоминала нас в шалаше… потом ещё раз нас в шалаше, и ещё, затем нас же в лесу, и в любезно предоставленном в моё пользование замке… на полу у камина три раза, на диване у камина, в спальне… раз даже не знаю сколько… Поэтому и вернулась только через сутки. Мы были несколько… эм, заняты.

Так что теперь все мои мышцы ныли и подрагивали от усталости, но это была приятно-сладкая усталость, перемешанная с восторгом и чем-то таким трепетным, нежным… кажется, это была любовь. Основательная.

Днём по магическому каналу со мной связалось начальство. Максим Юрьевич потребовал детальный доклад о произошедшем, внимательно выслушал, пронзая меня пристальным взглядом, а в конце холодно уточнил:

– Как я понимаю, защита министерства вам более не требуется?

Это был очень неудобный вопрос, заданный практически обвинительным тоном. Но немигающий взор мага я выдержала, не опустив своих глаз, и спокойно подтвердила:

– Не требуется.

Мужчина поджал губы, медленно недовольно кивнул и отключился, не прощаясь. Его осуждение я кожей ощущала, но… всегда будут те, кто не одобряет, осуждает и даже ненавидит тебя. Подстроиться под всех не получится, и угодить всем тоже не выйдет, поэтому единственный, кого следует слушать – это ты сам.

И я улыбнулась этому дню, этой жизни и самой себе.

А потом улыбнулась шире, когда пиликнул телефон и на экране высветилось предвкушающее: «Всех поубивал, еду к тебе».

Я уже слишком хорошо знала Ареса, чтобы даже не сомневаться: ни одно невинное существо не пострадало.

Он появился в моей квартире к вечеру и украл на свидание, чтобы потом утащить в свой рабочий дом подальше от лишних глаз.

Через два дня отпустил курировать работу нового ведьминского отряда быстрого реагирования на открывшиеся порталы. Уже в Якутске я получила от него несколько изменённое своё рабочее расписание на ближайший год. Арес выделил день нашего отъезда на Алион и расчистил последующую неделю, сместив и объединив пару-тройку моих дел, и освободил ещё сутки через четыре дня, и ещё тут, тут, и там… Попросил утвердить, и пока я всё не одобрила, не отослал файл в министерство.

Оказывается, очень приятно работать и знать, что дома тебя ждут.

А ещё очень-очень приятно жить и знать, что тебя любит самый удивительный, невероятный, добрый, справедливый, благородный и только твой мужчина.

Конец

Оглавление

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16