Библиотека :)

Цветочки Франциска Ассизского [litres] (пер. Александр Петрович Печковский) 1243K - Автор Неизвестен -- Мифы. Легенды. Эпос. Сказания (скачать epub) (скачать mobi) (скачать fb2)

Цветочки Франциска Ассизского (Эпосы, легенды и сказания)

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательская Группа „Азбука-Аттикус“», 2017

Издательство АЗБУКА®

* * *

Глава I. Как господин наш святой Франциск в начале существования ордена своего избрал двенадцать товарищей, так же как Христос – двенадцать апостолов; из этих двенадцати апостолов один удавился – то был Иуда, так же и один из двенадцати товарищей святого Франциска повесился – брат Иоанн с Шапкой^[1], сам надевший веревку себе на шею

В самом начале надо обратить внимание на то, что преславный святой Франциск во всех деяниях своей жизни был подобен Христу, ибо как Христос в начале Своей проповеди избрал двенадцать апостолов, чтобы они презрели все мирское и последовали за Ним в бедности и других добродетелях, так и святой Франциск при основании своего ордена избрал двенадцать товарищей, наставников возвышенной бедности. И подобно тому как один из двенадцати Христовых апостолов, проклятый Богом, кончил тем, что повесился, так же и один из двенадцати товарищей Франциска, по имени брат Джованни делла Капелла, отрекся от него и в конце концов повесился. И это великий пример для избранных и основание для смирения и страха, ибо никто не может быть уверен, что он пребудет до конца в милости у Бога. И подобно тому как святые апостолы, исполненные Духа Святого, поражали весь мир своею святостью, так и святые товарищи святого Франциска были такой святости, что со времен апостольских мир не имел таких святых и удивительных людей. Один из них был вознесен до третьего неба, подобно святому Павлу, – это был брат Эгидий. К устам другого, брата Филиппа Длинного, ангел прикоснулся пылающим углем, как к устам пророка Исайи. Третий, брат Сильвестр, подобно Моисею, говорил с Богом, как друг беседует с другом. Четвертый проникновенным духом возносился к свету Божественной мудрости, как орел, то есть евангелист Иоанн^[2], – это был смиреннейший брат Бернард, который толковал Священное Писание вплоть до его сокровеннейших тайн. Один из них был избран Богом и причислен к лику святых на небе, пока еще жил на земле, – это был брат Руффин, знатный человек из Ассизи. И каждый из них был отмечен особою печатью святости, что будет видно из дальнейшего повествования.

Честь и слава Христу. Аминь.

Глава II. Как святой Франциск первым обратил господина Бернарда из Ассизи

Первым товарищем святого Франциска был брат Бернард Ассизский, который был обращен следующим образом. Когда святой Франциск был еще в миру, но уже отрекся от него, презренный и жалкий с виду и изнуренный покаянием, многие считали, что он не в своем уме, и издевались над ним, как над безумным. Родные и чужие бросали в него камнями и грязью, а он терпеливо не замечал обид и насмешек, как будто глухой и немой. Тогда Бернард Ассизский, один из самых богатых, знатных и мудрых в городе, стал присматриваться к великому долготерпению святого Франциска при таком пренебрежении к нему окружающих. Ведь он, будучи в течение двух лет предметом всеобщего отвращения и презрения, все более укреплялся в постоянстве и терпении. И стал Бернард размышлять и сказал сам себе: «Никак не может быть, чтобы этот Франциск не имел благодати от Бога». И вот он пригласил его поужинать и переночевать у себя. Святой Франциск согласился, поужинал с ним и остался на ночь. Тогда Бернард задумал убедиться в его святости. Для этого он приказал приготовить постель в своей собственной комнате, где ночью всегда теплилась лампада. И святой Франциск, чтобы скрыть свою святость, бросился на постель, как только вошел в комнату, и сделал вид, что спит. Бернард тоже по прошествии малого времени лег и принялся громко храпеть, как будто бы он крепко спал.

Тогда святой Франциск, думая, что Бернард действительно спит, поднялся и встал на молитву, поднимая глаза и руки к небу, и с великим благоговением и жаром он говорил: «Боже мой, Боже мой». И, говоря так и горько рыдая, он простоял до заутрени, все повторяя: «Боже мой» – и ничего больше. Святой Франциск говорил это, созерцая величие Божие и преклоняясь перед ним, ибо Богу угодно было снизойти к миру и через своего раба, бедного Франциска, указать путь к спасению его души и душ ближних. И потому, осененный пророческим духом, предвидя великие дела, которые Бог сотворит через него и его орден, и чувствуя свою слабость и малую добродетель, он молил, чтобы Бог в своем милосердии и всемогуществе помог ему исполнить и совершить то, на что, по человеческому ничтожеству, ему не хватало сил.

Увидев при свете лампады святое радение Франциска и размышляя о его словах, Бернард был вдохновлен Духом Святым на перемену в своей жизни. И как только наступило утро, он позвал святого Франциска и сказал ему так:

– Брат Франциск, я всем сердцем своим решил уйти из мира и следовать за тобой во всем, что ты мне повелишь.

Услышав это, святой Франциск возрадовался духом и сказал:

– Господин Бернард, вы говорите о таком великом и трудном деле, что мы должны для него испросить совета у Господа нашего Иисуса Христа, прося явить нам Свою волю и научить нас, как привести в исполнение этот замысел. Поэтому пойдем вместе на епископское подворье, где найдем доброго священника, отслужим обедню, останемся на молитве до третьего часа и попросим Бога указать нам угодный Ему путь посредством Евангелия.

Бернард ответил на это полным согласием. И вот пришли они на подворье. После обедни и молитвы до третьего часа священник по просьбе святого Франциска взял Евангелие и, осенив себя крестным знамением, открыл его три раза во имя Господа нашего Иисуса Христа. И в первый раз Евангелие открылось на словах, которые Христос сказал юноше, вопрошавшему о пути совершенства: «Если хочешь быть совершенным, пойди, продай имение твое и отдай нищим… и приходи и следуй за Мной»^[3]. И во второй раз открылись слова Христа к апостолам, когда Он послал их на проповедь: «Не берите с собою ни золота, ни серебра, ни меди в поясы свои, ни сумы в дорогу, ни обуви, ни посоха»^[4], желая тем показать им, что они должны всю надежду полагать на Бога и заботиться только о проповедовании святого Евангелия. В третий раз Евангелие открылось на словах Христа: «Если кто хочет идти за Мной, отвергнись себя и возьми крест свой и следуй за Мной»^[5]. Тогда святой Франциск сказал Бернарду:

– Вот совет, который дает нам Христос. Пойди и исполни, что слышал, и да будет благословен Господь наш Иисус Христос, которому угодно было явить нам путь евангельский.

Услышав это, Бернард пошел и продал все, что имел, а был он очень богат. Он с великой радостью раздал все бедным, вдовам, сиротам, странникам, монастырям и больницам, а святой Франциск ему во всем верно и старательно помогал.

Некий человек, по имени Сильвестр, видя, что святой Франциск сам дает и других убеждает давать столько денег бедным, сказал ему, одержимый скупостью:

– Ты мало заплатил мне за те камни, которые купил у меня, чтобы перестраивать церкви, потому теперь, когда у тебя есть деньги, отдай их мне.

Тогда святой Франциск, удивляясь его скупости и не желая, как истинный последователь Евангелия, спорить с ним, сунул руку за пазуху Бернарду и, достав полную пригоршню денег, отдал их Сильвестру, предложив ему еще, если тот пожелает. Сильвестр, обрадованный этим, ушел. Вернувшись домой, он вечером задумался о том, что произошло днем: и о своей скупости, и о рвении Бернарда, и о святости Франциска. В эту же ночь и в две последующие ночи были у него видения от Бога: как будто из уст святого Франциска исходил золотой крест, который вершиной касался неба, а стороны его протянулись от восхода до заката. После этого видения он отдал Богу все, что имел, и сделался Меньшим братом, и, будучи в ордене, исполнился такой святости и благодати, что говорил с Богом, как с другом, как в том не раз убеждался святой Франциск и как будет видно из дальнейшего повествования.

Бернард тоже имел такую благодать от Бога, что часто, при лицезрении Господа, его душа пребывала на небе. Святой Франциск говорил о нем, что Бернард достоин всякого почитания и что он и есть основатель ордена, ибо первым он покинул мир, раздал без остатка все свое имущество беднякам Христовым и приобщился к евангельской бедности, нагим бросившись в объятия Распятого.

Ему же хвала во веки веков. Аминь.

Глава III. Как святой Франциск смутился, когда, окликнув брата Бернарда, не получил от него ответа

Благочестивейший раб Распятого, святой Франциск, был суров в покаянии, постоянно плакал и из-за этого плохо видел и почти ослеп. Однажды он покинул то место, где находился, и пошел к брату Бернарду, чтобы поговорить с ним о Божественном. Когда он пришел, оказалось, что брат Бернард был в лесу на молитве: дух его парил в небесах в единении с Богом. Тогда святой Франциск отправился в лес и позвал его.

– Приди, – сказал он, – и побеседуй со слепцом.

Брат Бернард ничего не ответил ему, потому что был погружен в созерцание^[6], дух его парил в небесах и был обращен к Богу. Но потому святой Франциск и хотел поговорить с ним, что Бернард имел особый дар говорить о Боге. После некоторого времени он позвал его во второй и в третий раз таким же образом, и брат Бернард ни разу его не услышал и поэтому не ответил. И святой Франциск ушел опечаленный, удивленный и сокрушенный тем, что брат Бернард трижды не откликнулся на его зов. С такими мыслями он ушел и, пройдя немного, попросил своего товарища:

– Подожди меня здесь, – а сам пошел в пустынное место, бросился на колени и стал молить Бога открыть ему, почему брат Бернард не ответил. И вот услышал он глас Божий:

– О жалкий человек, это ли тебя смущает? Должен ли человек оставлять Творца для твари? Брат Бернард, когда ты позвал его, был со Мной и поэтому не мог ни прийти, ни ответить тебе. Не удивляйся, что он не мог говорить с тобой, ибо он был так далек от мира, что не слышал твоих слов.

Получив этот ответ от Бога, святой Франциск немедленно вернулся к брату Бернарду, чтобы смиренно покаяться в своих помыслах против него. Брат Бернард, увидев его, пошел к нему навстречу и упал к его ногам. Святой Франциск поднял его и смиренно рассказал ему о своих мыслях, о раздражении против него и о том, как Бог вразумил его, а закончил он так:

– Повелеваю тебе святым послушанием исполнить то, что я прикажу^[7].

Брат Бернард, опасаясь, как бы святой Франциск не приказал ему чего-нибудь чрезмерного, как это нередко бывало, попытался избежать этого послушания и ответил так:

– Я готов исполнить ваше послушание, если и вы обещаете сделать то, что я вам повелю.

И когда святой Франциск согласился, брат Бернард спросил:

– Скажите, отец, что я должен сделать?

Святой Франциск ответил ему:

– Я повелеваю тебе святым послушанием, чтобы ты покарал мое высокомерие и дерзость моего сердца. Поэтому я брошусь на землю, а ты поставишь одну ногу мне на горло, а другую на уста и так перейдешь три раза с одной стороны на другую, понося меня и браня. И скажешь: «Лежи, негодный сын Петра Бернардоне: откуда у тебя такое высокомерие, когда ты презреннейшее существо?»

Услышав эти слова, брат Бернард, как ему ни было горько, исполнил во имя святого послушания повеление святого Франциска так осторожно, как он только мог. После этого святой Франциск сказал:

– Теперь приказывай ты, ведь я обещал тебе послушание.

Брат Бернард отвечал:

– Повелеваю тебе святым послушанием, чтобы ты порицал меня и с суровостью исправлял бы мои недостатки всякий раз, как мы будем вместе.

Святой Франциск удивился этому, потому что брат Бернард был такой святости, что он его глубоко почитал и не находил в нем ничего достойного порицания.

И с этого дня святой Франциск остерегался надолго оставаться с ним, чтобы не пришлось ему говорить слов осуждения такому святому мужу. Даже когда он хотел его видеть или слушать его речи о Боге, он все же при первой возможности удалялся от него. И так назидательно было видеть, с какою любовью, почтением и смирением святой Франциск, отец, говорил с братом Бернардом, своим первородным сыном.

Честь и слава Христу. Аминь.

Глава IV. Как святой Франциск пошел в Сантьяго и оставил брата Бернарда стеречь одного больного, и как затем туда пошел брат Бернард, и как ангел приходил говорить с братом Элией^[8], который не захотел слушать ангела и впоследствии раскаялся

В начале существования ордена, когда еще братьев было мало и обители еще не были устроены, святой Франциск отправился на богомолье к святому Иакову Галицийскому и взял с собою некоторых братьев, в том числе и брата Бернарда. По дороге им встретился бедный больной, к которому святой Франциск проникся состраданием, и сказал он брату Бернарду:

– Сын мой, я хочу, чтобы ты остался здесь и ухаживал за этим немощным.

Брат Бернард, смиренно преклонив колена и опустив голову, принял послушание от святого отца и остался там, а святой Франциск с остальными товарищами пошел к святому Иакову. Находясь ночью на молитве в церкви Святого Иакова, святой Франциск получил откровение от Бога о том, что ему суждено открыть много обителей в мире, потому что орден разрастется и к нему присоединится множество братьев. После этого откровения святой Франциск стал создавать обители в той местности. Возвращаясь назад прежней дорогой, святой Франциск встретил брата Бернарда с немощным, который полностью исцелился. Тогда святой Франциск разрешил брату Бернарду пойти на следующий год к святому Иакову.

Святой Франциск вернулся в долину Сполето, где он поселился в пустынном месте с братом Массео и братом Элией и некоторыми другими. Все они остерегались утруждать святого Франциска или прерывать его молитвы, потому что они относились к нему с великим благоговением и знали, что Бог ниспосылает ему в молитве откровения.

Однажды, когда святой Франциск молился в лесу, к воротам обители подошел прекрасный юноша в одежде странника и принялся так сильно и так долго стучать в дверь, что братья удивились столь необычному стуку. Брат Массео открыл дверь и спросил юношу:

– Откуда ты, сын мой? Ты здесь, верно, никогда не бывал, что стучишь так вопреки обычаю?

Юноша спросил в ответ:

– А как надо стучать?

Брат Массео посоветовал ему:

– Постучи три раза с промежутками; потом подожди, пока брат не прочтет «Отче наш» и не придет к тебе, и, если после этого он не придет, постучи еще раз.

Юноша ответил:

– Я очень спешу, потому что мне предстоит длинный путь, потому я и стучал так сильно; а пришел я сюда, чтобы поговорить с братом Франциском, но он сейчас в лесу в созерцании, и я не хочу мешать ему. Пришли ко мне брата Элию, которому я хочу задать один вопрос, ибо я слышал, что он ученый человек.

Брат Массео передал брату Элии просьбу юноши, но брат Элия рассердился и не захотел идти. Брат Массео не знал, как ему поступить, что ответить юноше. Ведь если бы он сказал, что брат Элия не может выйти, это была бы неправда, а если бы рассказал, что брат Элия гневается и не хочет прийти, то он подал бы юноше дурной пример. Пока брат Массео медлил, юноша опять постучал, как в первый раз, и брат Массео пошел к двери и сказал юноше:

– Ты не постучал так, как я тебя научил.

Юноша ответил:

– Раз брат Элия не хочет выйти ко мне, то пойди и скажи брату Франциску, что я пришел поговорить с ним, но не хочу мешать его молитве, пусть он пошлет ко мне брата Элию.

Тогда брат Массео пошел к святому Франциску, который молился в лесу с поднятым к небу челом, и передал ему слова юноши и ответ брата Элии. Святой Франциск, не двигаясь с места и не опуская чела, ответил:

– Иди и повели от моего имени брату Элии, чтобы он немедленно шел к юноше.

Услышав повеление святого Франциска, брат Элия в сильном гневе пошел к двери, отпер ее с большим шумом и спросил юношу:

– Чего тебе надо?

Юноша ответил:

– Брат, следи за собой, чтобы не поддаваться своему гневу, потому что гнев омрачает душу и не позволяет видеть истину.

На это брат Элия вновь спросил:

– Что тебе нужно от меня?

Юноша сказал:

– Я спрашиваю у тебя, дозволено ли последователям святого Евангелия вкушать то, что им предложено, как говорил Христос своим ученикам?^[9] И еще спрашиваю я у тебя, дозволено ли кому-нибудь предлагать людям нечто противное евангельской свободе?

Ответил брат Элия гордо:

– Я хорошо знаю это, но не хочу отвечать тебе. Иди своей дорогой!

Тогда сказал юноша:

– Я бы лучше ответил на этот вопрос, чем ты.

Рассерженный брат Элия в сердцах закрыл дверь и ушел. Потом он начал размышлять о случившемся и сомневаться в себе самом и не мог разобраться, ведь, действительно, будучи викарием ордена, он сделал постановление наперекор Евангелию и уставу святого Франциска, чтобы никто из братии не ел мяса; таким образом, этот вопрос был прямо направлен против него. И, не находя объяснения, он подумал о том, что скромный юноша хотел дать лучший ответ на вопрос, и он пошел и открыл дверь, чтобы узнать ответ у юлии сделала его недостойным беседы с ангелом.

После этого святой Франциск, узнавший через откровение обо всем, вернулся из леса и громким голосом сурово стал выговаривать брату Элии:

– Дурно ты поступаешь, высокомерный брат Элия, отгоняя от нас святых ангелов, которые приходят поучать нас. Я очень боюсь, как бы твоя гордыня не изгнала тебя из этого братства.

Так и случилось впоследствии, как предсказал святой Франциск, потому что брат Элия умер вне ордена.

В тот же день и час ангел явился в том же облике брату Бернарду, который возвращался от святого Иакова и был на берегу большой реки, и ангел приветствовал его на его родном наречии, говоря:

– Мир Господень с тобою, о добрый брат.

Изумился брат Бернард и красоте юноши, и своему родному наречию, и мирному приветствию и с радостным лицом спросил:

– Откуда ты, добрый юноша?

Ангел ответил:

– Я пришел из обители, в которой живет святой Франциск, и хотел побеседовать с ним, но не смог, потому что он в лесу был погружен в созерцание Божественного и я не хотел мешать ему. В этой же обители живут брат Массео, брат Эгидий и брат Элия. Брат Массео научил меня стучаться в дверь, а брат Элия не захотел ответить на предложенный мною вопрос, а после раскаялся и пожелал увидеть и услышать меня, но не смог.

Затем ангел спросил брата Бернарда:

– Почему не проходишь ты здесь?

Брат Бернард ответил:

– Я боюсь, что вода слишком глубока.

Ангел сказал:

– Пройдем вместе и оставь свои сомнения.

Он взял его за руку и в мгновение ока перенес его на другой берег. Тогда брат Бернард понял, что это ангел Божий, и с великим благоговением и радостью громко сказал:

– О благословенный Богом ангел, назови мне твое имя.

Отвечал он:

– Зачем ты спрашиваешь? Меня зовут Чудесным.

После этого ангел исчез, утешив брата Бернарда, который с радостью окончил свой путь, запомнив день и час появления ангела. Когда он вернулся в обитель, где жил святой Франциск с товарищами, и рассказал им всё по порядку, все они поняли, что тот же ангел в тот же день и час явился им, и возблагодарили Бога.

Аминь.

Глава V. Как брат Бернард основал обитель в Болонье

Святой Франциск и товарищи его были призваны и избраны Богом, чтобы словом, делом и помышлением проповедовать крест Христов; и поэтому они были будто распятыми и в одежде, и в суровой жизни, и во всех деяниях и поступках своих; поношение и позор ради Христа были им дороже мирских почестей, славы или пустых восхвалений. Они даже радовались поношениям и печалились о почестях; так проходили они в мире, как странники и чужеземцы, не беря с собой в дорогу ничего, кроме распятого Христа. И так как они были истинными ветвями истинной лозы, то есть Христа, то и получали великую и добрую жатву душ, обращавшихся к Богу.

Случилось однажды, в самом начале существования ордена, что святой Франциск послал брата Бернарда в Болонью, чтобы с помощью благодати, которую он имел от Бога, собрать там достойные плоды. И вот брат Бернард, осенив себя крестным знамением в знак святого послушания, отправился в путь и пришел в Болонью. Дети, увидев его необычную и жалкую одежду, стали издеваться над ним и оскорблять его, будто безумного. Брат Бернард это терпеливо и радостно переносил ради Христа. Он нарочно садился на городской площади, чтобы быть на виду у всех; дети и взрослые собирались вокруг него, и один дергал его за плащ сзади, другой – спереди, тот осыпал его пылью, а этот бросал в него камнями, кто толкал его в одну сторону, а кто – в другую. Брат Бернард терпеливо и радостно, без перемен и жалоб много дней подряд возвращался на то же место, чтобы испытать то же самое.

Терпение есть дело совершенства и залог добродетели; поэтому один ученый законовед, видя, что постоянство и добродетель брата Бернарда никак не изменились от оскорблений и преследований в течение стольких дней, сказал себе:

– Не может быть, чтобы он не был святым человеком.

И, подойдя к нему, спросил:

– Кто ты и для чего пришел сюда?

В ответ на это брат Бернард вынул устав святого Франциска и дал ему прочесть. Прочтя устав, ученый муж понял его совершенство и, повернувшись к друзьям, с изумлением и благоговением сказал:

– Поистине я не встречал еще такого великого благочестия. Этот человек и его товарищи – самые святые люди на земле, истинные друзья Бога, достойные всякого почитания, и оскорблять их – великий грех.

И сказал он брату Бернарду:

– Для спасения своей души я охотно уступаю тебе место, где ты можешь устроить обитель, чтобы в ней достойно служить Богу.

А брат Бернард ответил:

– Господин, я думаю, что сам Господь внушил вам эту мысль, и охотно принимаю ваше предложение во славу Христа.

Тогда ученый муж, а он был судьей, с великою радостью и любовью повел брата Бернарда в свой дом, а после этого дал ему обещанное место и все приготовил и устроил, не жалея денег. С этого дня он стал отцом и заступником брата Бернарда и его товарищей.

И весь народ стал так почитать брата Бернарда за его святую жизнь, что счастливым считал себя тот, кто мог его увидеть или дотронуться до него. Но он, как истинный и смиренный ученик Христа и святого Франциска, стал опасаться, как бы мирские почести не помешали миру и спасению души его; поэтому он ушел из Болоньи и вернулся к святому Франциску, а возвратившись, сказал ему:

– Отец, в городе Болонье создана обитель; пошли туда братьев, чтобы они там остались и берегли ее; я же не могу быть ей полезен. Боюсь даже, что больше потерял, чем приобрел из-за излишних почестей, оказанных мне.

Тогда святой Франциск выслушал по порядку все, что Бог сотворил через брата Бернарда, и возблагодарил Господа, умножившего число бедных последователей Креста. И он послал товарищей в Болонью и в Ломбардию, и они основали много обителей.

Честь и слава милостивому Христу. Аминь.

Глава VI. О том, как остался брат Бернард после смерти святого Франциска наместником, или генеральным министром^[10]

Брат Бернард был человеком такой святости, что святой Франциск относился к нему с великим благоговением и часто восхищался им. Однажды Бог на молитве открыл святому Франциску, что с Его соизволения брату Бернарду предстоит жестоко сразиться с дьяволом. И святой Франциск, проникшись состраданием к брату Бернарду, которого любил как сына, много дней слезно молился, прося за него Бога и поручая его Иисусу Христу, чтобы Он даровал ему победу над дьяволом. И когда он так благочестиво молился, Господь однажды ответил ему:

– Франциск, не бойся, ибо все искушения, которым подвергнется брат Бернард, позволены Богом для испытания добродетели и увенчания заслуг, и под конец он одержит верх над всеми врагами, ибо он один из наследников царствия Божьего.

Услышав этот ответ, святой Франциск обрадовался и возблагодарил Бога. С той поры он стал еще больше любить и уважать брата Бернарда.

Он доказал это не только при жизни, но и при своей кончине. Ибо, находясь при смерти, окруженный, как святой патриарх Иаков, преданными сынами, опечаленными и оплакивающими потерю возлюбленного отца, он сказал:

– Где мой перворожденный? Подойди ко мне, сын мой, чтобы я тебя благословил, душа моя, перед смертью.

Тогда Бернард потихоньку сказал брату Элии, викарию ордена:

– Отец, стань справа от святого, чтобы он благословил тебя.

И когда брат Элия стал по правую сторону, святой Франциск, потерявший зрение, ибо он выплакал свои глаза, положил правую руку на голову брата Элии и сказал:

– Это не голова перворожденного моего брата Бернарда.

Тогда брат Бернард стал с его левой стороны, и святой Франциск скрестил руки и положил правую руку на голову брата Бернарда, а левую – на голову брата Элии и сказал брату Бернарду:

– Да пошлет тебе Отец Господа нашего Иисуса Христа всякое благословение духовное и небесное в? о Христе. Ибо ты первый был избран в святое братство сие, чтобы подавать пример евангельский и следовать Христу в евангельской бедности; и ты не только отдал все имущество свое, целиком и добровольно раздав его бедным из любви ко Христу, но ты самого себя принес Богу как жертву кротости. Да благословит тебя поэтому Господь наш Иисус Христос вечным благословением, как и я, ничтожный раб Его, благословляю тебя, твой приход и уход, бодрствование и сон, жизнь и смерть твою. Кто благословит тебя, исполнится благословения, кто проклянет тебя, не избегнет наказания. Будь главой над братьями твоими, и пусть они повинуются тебе. Даю тебе власть принимать в орден и изгонять из него братьев по твоему усмотрению. И ни один брат не будет иметь власти над тобой, и тебе разрешается жить, где ты пожелаешь.

После смерти святого Франциска братья любили и почитали брата Бернарда как отца; а перед его кончиной к нему собрались многие братья из разных стран, и среди них божественный брат Эгидий, который, увидев брата Бернарда, с великою радостью сказал:

– Sursum corda, брат Бернард, sursum corda^[11].

И святой брат Бернард тайно сказал одному брату, чтобы приготовили брату Эгидию место, удобное для созерцания; так и было сделано.

Перед самой кончиной брат Бернард велел приподнять себя и так сказал братьям:

– Возлюбленные братья, немного скажу я вам, но помните, что вы такие же братья, каким и я был, и то, что я имею теперь, вы еще обрящете. Я чувствую в душе своей, что за тысячу миров, подобных этому, я не отдал бы служения Господу нашему Иисусу Христу и вам. Прошу вас, дорогие братья мои, любите друг друга.

После этих слов и других благих наставлений он опять лег на кровать, и лицо его сделалось таким сияющим и радостным, что братья изумились; и в этой радости его пресвятая душа, увенчанная славой, перешла из жизни настоящей к блаженной ангельской жизни.

Хвала и слава Христу. Аминь.

Глава VII. Как святой Франциск постился сорок дней у озера Перуджи и съел только полхлеба

Достохвальный раб Божий святой Франциск порою представал как второй Христос, посланный в мир для спасения людей. Поэтому Бог Отец во многом уподобил его Сыну Своему Иисусу Христу. О том свидетельствует и число двенадцати товарищей его, и чудесная тайна крестных знаков на его теле, и непрерывный пост в течение святой Четыредесятницы, который он проводил следующим образом.

Однажды святой Франциск проводил последний день Масленицы в доме одного преданного ему человека на берегу озера Перуджи, и Бог внушил ему провести Великий пост на одном из островов этого озера. Тогда святой Франциск попросил своего хозяина, ради любви ко Христу, перевезти его в ночь на День Пепла^[12], чтобы никто не заметил их, на необитаемый остров. И человек этот из великого благоговения, которое он питал к святому Франциску, поспешил выполнить его просьбу и перевез его на остров.

Святой Франциск ничего не взял с собой, кроме двух маленьких хлебов. Когда они прибыли на остров, святой убедительно просил друга никому не открывать его местопребывания и самому явиться за ним только в Страстной четверг. Тот вернулся домой, а святой Франциск остался один. Так как на острове не было никакого жилища, он вошел в густой лес, в котором из терний и кустарника получилась как будто избушка или логовище; там он стал на молитву и погрузился в созерцание Божественного. Пробыл там он в течение всего поста, ничего не вкусив, кроме половины одного хлеба. Когда его почитатель вернулся за ним в Страстной четверг, он нашел один нетронутый хлеб и половину другого. Вторую половину святой Франциск съел, как полагают, для того, чтобы не равняться с Христом благословенным, который постился сорок дней и сорок ночей, ничего не вкушая. Так он избежал отравы самовосхваления и по примеру Христа постился сорок дней и сорок ночей.

Впоследствии на том месте, где святой Франциск проявил это удивительное воздержание, Господь сотворил много чудес, и люди стали селиться там и строить дома. В скором времени там воздвигли большой и прекрасный замок, а братья устроили обитель, которая называется обителью Острова; и до сих пор мужчины и женщины этого замка питают великое благоговение к месту, на котором святой Франциск постился всю Четыредесятницу во славу Христа.

Аминь.

Глава VIII. Как святой Франциск объяснял брату Льву^[13], что такое совершенная радость

Всякий во власти своей имеет врага, то есть тело, через которое грешит. Посему блажен тот раб (Мф. 24: 46), который этого врага, преданного в его власть, всегда держит пленным и мудро его остерегается; потому что, пока он так поступает, никакой другой враг, видимый и невидимый, не сможет ему повредить.

Из «Наставлений» св. Франциска Ассизского

Однажды святой Франциск в зимнее время шел с братом Львом из Перуджи к Божией Матери Ангельской^[14], и их жестоко мучил сильный холод. Святой позвал брата Льва, который был немного впереди, и сказал ему так:

– О брат Лев, дай Бог, чтобы Меньшие братья во всех странах служили примером святости и назидания. Однако заметь, что не в этом радость совершенная.

Пройдя немного, святой Франциск позвал его во второй раз:

– О брат Лев, дай Бог, чтобы Меньшие братья возвращали зрение слепым и слух глухим, если бы они выпрямляли кривых и изгоняли бесов, заставляли ослабленных ходить и немых говорить и, еще лучше, чтоб воскрешали умерших четырьмя днями ранее, – но заметь, что не в этом радость совершенная.

Пройдя немного, святой Франциск вновь громко воскликнул:

– О брат Лев, даже если бы Меньшие братья знали все языки, и все премудрости, и все писания и могли бы пророчествовать и открывать не только будущее, но даже тайны совести и души, – заметь, что и не в этом радость совершенная.

Пройдя еще, святой Франциск опять воскликнул:

– О брат Лев, Божья овечка, даже если бы Меньшие братья говорили на языке ангелов, и знали бы течение звезд и свойства трав, и были бы им открыты все сокровища земли, и они познали бы природу птиц, и рыб, и всех тварей, и людей, и деревьев, и камней, и корней, и вод, – заметь и запиши, что не в этом радость совершенная.

Пройдя еще, святой Франциск еще раз громко воззвал:

– О брат Лев, если бы Меньший брат так проповедовал, что обратил бы всех неверных в Христову веру, – запиши, что не в этом радость совершенная.

И говорил он так на протяжении добрых двух миль. Тогда брат Лев с удивлением спросил его:

– Отец, скажи же мне ради Господа, в чем радость совершенная?

И святой Франциск ответил ему:

– Когда мы придем к Божией Матери Ангельской, промокшие под дождем, озябшие от холода, покрытые грязью и измученные голодом, и постучимся у входа; и придет разгневанный привратник и спросит: «Кто вы такие?», а мы скажем: «Мы двое из ваших братьев», а он нам ответит: «Вы лжете, потому что вы два мошенника, которые обманывают мир и крадут милостыню у бедных! Убирайтесь вон». И он нам не откроет двери и оставит нас снаружи под снегом и дождем, в холоде и голоде до самой ночи. Вот если мы терпеливо перенесем такую обиду, и такую жестокость, и такой отказ, не ропща и не жалуясь, и будем смиренно и милосердно думать, что этот привратник нас действительно знает и что это Бог заставляет его говорить против нас, – запиши, брат Лев, в этом и будет радость совершенная. И если мы будем продолжать стучать, и привратник выйдет и в сердцах прогонит нас, как несносных попрошаек, с руганью и пощечинами, говоря: «Уходите отсюда, презренные воришки, ступайте в ночлежный дом, потому что здесь вам не место»; если мы это перенесем терпеливо, и с радостью, и с любовью, – запиши, брат Лев, в этом и будет радость совершенная. И если мы, томимые голодом и холодом и мраком, еще постучим и будем просить и молить с великим плачем ради Господа впустить нас, и привратник, еще более возмущенный, скажет: «Мне надоели эти негодяи, я воздам им по заслугам»; и выйдет он с узловатой палкой, и схватит нас за плащи, повалит на землю, втопчет в снег и жестоко изобьет нас этой палкой, а мы перенесем все это терпеливо и с радостью, думая о муках благословенного Христа, которые мы должны терпеть из любви к Нему, – запиши, брат Лев, в этом и будет радость совершенная. И выслушай заключение, брат Лев: выше всех милостей и благодати и даров Духа Святого, которые Христос сообщает друзьям Своим, – заставить себя самого охотно терпеть из любви ко Христу горести, обиды, унижения и лишения. Всеми другими дарами Бога мы не можем хвалиться, ибо они не от нас, но от Бога.

Апостол говорит: «Что ты имеешь, чего бы не получил? А если получил, что хвалишься, как будто не получил?»^[15] Но крестом испытаний и горестей мы можем хвалиться, потому что это от нас; и поэтому говорит апостол: «Я не желаю хвалиться, разве только крестом Господа нашего Иисуса Христа…»^[16]

Хвала Ему и славословие во веки веков. Аминь.

Глава IX. Как святой Франциск учил брата отвечать за утреней, а брат Лев отвечал не то, чему учил его святой Франциск

Однажды, в начале существования ордена, у святого Франциска и у брата Льва не было требника^[17] для отправления божественной службы, и, когда наступил час заутрени, святой Франциск сказал брату Льву:

– Дорогой мой, у нас нет требника, чтобы отслужить заутреню; но для того, чтобы нам все-таки провести время в славословиях Богу, я буду говорить, а ты отвечать, как я тебя научу. Я скажу так: «О брат Франциск, ты сотворил столько зла и столько грехов в мире, что ты достоин ада». А ты, брат Лев, ответишь: «Воистину ты достоин кромешного ада».

И брат Лев с голубиной простотой сказал:

– Хорошо, отец, начинай во имя Господа.

Тогда святой Франциск начал говорить:

– О брат Франциск, ты сотворил столько зла и столько грехов в мире, что ты достоин ада.

И брат Лев ответил:

– Господь через тебя сотворил столько добра, что ты пойдешь в рай.

Святой Франциск сказал:

– Не говори так, брат Лев, но когда я скажу: «О брат Франциск, твоя неправда так вопиет к Богу, что ты будешь проклят», ответь так: «Воистину ты заслужил быть проклятым».

И брат Лев ответил:

– Охотно, отец.

Тогда святой Франциск с рыданиями, вздыхая и ударяя себя в грудь, сказал громким голосом:

– Господь мой, Владыка неба и земли, неправда моя и грех мой против тебя так велики, что я заслужил быть проклятым тобой.

И брат Лев ответил:

– О брат Франциск, Бог сделает так, что среди благословенных ты будешь особо благословен.

Святой Франциск, удивляясь, что брат Лев отвечает ему наоборот, упрекнул его:

– Почему не отвечаешь ты, как я научил тебя? Повелеваю тебе святым послушанием отвечать мне, как я тебя научу. Я скажу так: «О жалкий брат Франциск, думаешь ли ты, что Бог смилостивится над тобой, когда сотворил ты столько грехов против Отца всякого милосердия и утешения, что не заслуживаешь милосердия»? А ты, брат Лев, овечка, ответишь: «Ни в каком случае ты не заслуживаешь милосердия».

Но когда святой Франциск сказал:

– О жалкий брат Франциск, думаешь ли ты, что Бог смилостивится над тобой? – брат Лев ответил:

– Бог Отец, милосердие Коего неистощимо и несравненно больше, нежели твои грехи, окажет тебе великое милосердие и сверх того великую благодать.

После такого ответа святой Франциск с кротким негодованием и терпеливым возмущением сказал брату Льву:

– Откуда у тебя такая дерзость идти против послушания и столько раз говорить обратное тому, что я повелел.

А брат Лев ответил с еще большим смирением и почтением:

– Бог знает, отец мой, ибо всякий раз я положил в сердце своем ответить, как ты мне повелел, но Бог заставляет меня говорить, как угодно Ему, а не мне.

Изумился святой Франциск и сказал брату Льву:

– Прошу тебя, ответь мне на этот раз, как я тебе сказал.

И сказал брат Лев:

– Говори, во имя Господа, ибо на этот раз я наверное отвечу тебе, как ты хочешь.

И святой Франциск со слезами сказал:

– О жалкий брат Франциск, думаешь ли ты, что Господь смилостивится над тобой?

И брат Лев ответил:

– Получишь ты великую благодать от Бога, и Он возвеличит и прославит тебя во веки веков, ибо унижающий себя возвеличится; и не могу я говорить иначе, потому что Господь говорит моими устами.

И так они бодрствовали до утра в этом смиренном споре со слезами и с великим духовным утешением.

Во славу Христа. Аминь.

Глава X. Как брат Массео спрашивал святого Франциска, почему все шли за ним вослед и желали его видеть

Святой Франциск жил в Порциункуле с братом Массео из Мариньяно, человеком большой святости, скромности и благодати. И святой Франциск очень любил его. Однажды святой, возвращаясь с молитвы, шел по опушке леса. Брат Массео захотел испытать его смирение, пошел к нему навстречу и, будто насмехаясь, стал его спрашивать:

– Почему за тобой? Почему за тобой? Почему за тобой?

И святой Франциск спросил в ответ:

– Что ты хочешь этим сказать?

Брат Массео сказал:

– Я спрашиваю, почему весь народ бежит за тобой и всякий желает видеть тебя, и слышать, и повиноваться тебе? Ты некрасив, и неумен, и неблагородного происхождения, почему же именно за тобой идет весь мир?

Услышав это, святой Франциск возрадовался и, устремив свой дух к Богу, долго оставался с поднятым к небу челом; потом он пришел в себя, преклонил колена, возблагодарил Господа и, пламенея душой, обратился к брату Массео и сказал:

– Ты хочешь знать, почему за мной? Почему за мной? Почему за мной идет мир? Потому что очи Всевышнего видят всех добрых и злых на земле; и эти пресвятые очи не нашли среди грешников никого, кто был бы так жалок, и так недостоин, и так грешен, как я. Не найдя более презренного творения, чтобы выполнить то чудесное дело, которое Он задумал, Бог избрал меня, чтобы уничтожить знатность, и величие, и красоту, и силу, и премудрость мира сего, чтобы все знали, что от Творца всякая добродетель и всякое благо, а не от творения, и чтобы никто не мог хвалиться перед Ним, но кто хвалится, пусть хвалится во Господе, Ему же честь и слава во веки веков.

Брат Массео, услышав такой смиренный ответ, сказанный с таким жаром, устрашился и понял, что святой Франциск обладал истинным смирением.

Во славу Христа. Аминь.

Глава XI. О том, как святой Франциск с братом Массео пришли к перекрестку трех дорог, и святой Франциск заставил брата Массео кружиться, чтобы показать дорогу, и как потом они пошли в Сиену, где святой Франциск совершил святые деяния

Однажды святой Франциск с братом Массео шли по дороге, и брат Массео шел немного впереди. На перекрестке дорог, ведущих в Сиену, во Флоренцию и в Ареццо, брат Массео спросил:

– Отец, по какой дороге мы пойдем?

Святой Франциск ответил:

– По той, которая угодна Богу.

Тогда брат Массео спросил:

– А как мы узнаем волю Божью?

Ответил святой Франциск:

– По знаку, который я тебе дам. Повелеваю тебе святым послушанием, чтобы ты на этом перекрестке, на том самом месте, где стоишь, начал кружиться, как кружатся дети; и не останавливайся, пока я тебе не скажу.

Тогда брат Массео принялся кружиться и кружился так долго, что несколько раз падал от головокружения, но, не получая от святого Франциска повеления остановиться и повинуясь ему, он вставал и снова принимался вертеться. Наконец, когда он сильно закружился, святой Франциск сказал:

– Остановись и не шевелись.

Тогда он остановился, и святой Франциск спросил его:

– В какую сторону обращено лицо твое?

Брат Массео ответил:

– В сторону Сиены.

И тогда святой Франциск промолвил:

– Вот путь, по которому Богу угодно, чтобы мы пошли.

Брат Массео, идя по этой дороге, удивлялся тому, что святой Франциск заставил его сделать, уподобив его ребенку на глазах проходивших мирян. Однако из уважения он не посмел ничего сказать святому отцу.

Когда они подошли к Сиене, горожане, узнав о прибытии святого, вышли им навстречу, и, из благоговения, они донесли святого и его товарища до дома епископа, так что ноги их не коснулись земли. В этот день происходила драка между некими людьми и было уже двое убитых. Святой Франциск пришел туда и проповедовал им с таким жаром и с такою святостью, что привел всех к миру, единению и согласию. Услышав об этом святом деле, епископ Сиенский пригласил святого к себе в дом и принял его с великой честью. На следующее утро святой Франциск, искавший, по истинному смирению, во всех делах своих только славу Божью, встал рано и ушел со своим товарищем без ведома епископа. И начал по дороге брат Массео роптать в своем сердце, говоря:

– Что за дела делает этот блаженный? Меня заставляет кружиться, как ребенка, а епископу, который его так почтил, не сказал даже доброго слова и не поблагодарил его.

Брату Массео показалось, что святой Франциск вел себя неподобающим образом. Но немного спустя брат Массео, по внушению свыше, одумался и принялся упрекать себя, говоря:

– Слишком ты горд, раз желаешь судить о вещах божественных, и достоин ада за свою дерзостную гордыню. Вчера брат Франциск сотворил такие святые дела, что и ангел Божий не сделал бы более чудесных, поэтому, если он даже повелит кидать камешки, ты должен повиноваться, потому что все, что он сделал, было по Божьему велению, что видно из благих последствий. Ведь, не помири он сражавшихся, не только плоть их погибла бы от ножа, но и души их были бы увлечены дьяволом в ад. А ты высокомерный глупец, когда ты ропщешь на то, что очевидно происходит по воле Божьей.

И Бог открыл святому Франциску все то, что говорил брат Массео в сердце своем; и, приблизившись к нему, святой Франциск сказал так:

– Пребывай в тех мыслях, которые у тебя теперь, потому что они хороши, полезны, внушены Богом. А роптание твое было слепо, пусто, гордо и внушено тебе дьяволом.

Тогда брат Массео ясно увидел, что святому Франциску были открыты тайны его души, и понял, что дух Божественной премудрости руководил всеми поступками святого отца.

Во славу Христа.

Аминь.

Глава XII. Как святой Франциск поставил брата Массео на службу при кухне, у ворот и по сбору милостыни

Святой Франциск решил унизить брата Массео, дабы он не впал в тщеславие из-за многих даров и милостей, которые имел от Бога, а умножал бы свои добродетели, идя по пути смирения. Однажды, когда он жил в пустынном месте со своими первыми, истинно святыми товарищами, среди которых был и брат Массео, он сказал ему в присутствии всех:

– О брат Массео, все твои товарищи имеют дар созерцания и молитвы, но ты имеешь дар проповеди слова Божьего, и все тебя понимают. Поэтому я хочу, чтобы ты стал привратником, и раздавал милостыню, и готовил пищу, для того чтобы другие могли предаваться созерцанию. Когда другие братья будут за трапезой, ты будешь есть за дверью обители, чтобы приветствовать добрым словом Божьим всякого, кто постучится к нам, чтобы никому, кроме тебя, не приходилось выходить к ним. Ты сделаешь это во имя святого послушания.

Тогда брат Массео с поклоном обнажил голову и смиренно принял и исполнил святое послушание. Несколько дней он исполнял обязанности привратника, и раздавал милостыню, и варил пищу. Тогда товарищи его, люди, просветленные Богом, начали чувствовать угрызения совести, что все тяготы обители лежат на одном брате Массео, человеке большого совершенства, такого же, как они, если не больше. И, побуждаемые общим желанием, они встали и пошли просить святого отца, чтобы он соблаговолил разделить между ними эти обязанности, ибо совесть им не позволяла, чтобы брат Массео выносил такие тяготы. Услышав это, святой Франциск внял их советам и согласился выполнить их просьбу. Позвав брата Массео, он сказал ему:

– Брат Массео, твои товарищи хотят разделить с тобой обязанности, которые я на тебя возложил, и пусть будет так.

Брат Массео с большим смирением и терпением ответил:

– Отец, все, что ты на меня возлагаешь, целиком или частью, я считаю от Бога.

Тогда святой Франциск, видя любовь их и смирение брата Массео, сказал им удивительную проповедь о святом смирении, поучая их, что чем больше даров и милостей мы имеем от Бога, тем смиреннее должны мы быть, ибо ни одна добродетель без смирения не угодна Богу. После проповеди он разделил между ними обязанности с величайшей справедливостью.

Во славу Христа. Аминь.

Глава XIII. Как святой Франциск, по дороге во Францию, поднял своим дуновением брата Массео на воздух и опустил его перед собою

Блажен раб, который поучение, обвинение и обличение от другого принимает так же кротко, как от себя самого. Блажен раб, который, порицаемый, благосклонно успокоится, почтительно уступит, смиренно покается и охотно повинуется. Блажен раб, который не скор в самооправдании и смиренно принимает осуждение и порицание в грехе, когда он неповинен.

Из «Наставлений» св. Франциска Ассизского

Подобно тому как Христос, согласно святому Евангелию, послал Своих учеников по двое по всем городам и местечкам, куда лежал Его путь^[18], так и чудесный раб и последователь Христа, святой Франциск, чтобы полностью уподобиться Христу, призвал двенадцать товарищей и рассеял их по двое по всей земле для проповеди.

Чтобы дать им пример истинного послушания, он сам пошел первым, по примеру Христа, сперва творившего, а потом поучавшего. Поэтому, определив товарищам другие страны, сам он отправился во французскую землю, взяв с собою брата Массео. Дойдя до одного города, они очень проголодались и пошли, согласно уставу, просить хлеба ради Христа. Святой Франциск пошел в одну сторону, а брат Массео в другую. Но святой Франциск, маленького роста и внешне невзрачный, собрал только несколько ломтиков сухого хлеба, потому что его приняли за жалкого нищего; а брат Массео, который был красив собой и высок ростом, получил много больших и хороших кусков свежего хлеба.

Собрав подаяние, они встретились за городом, на берегу чистого ручья; рядом был прекрасный широкий камень, на который они положили собранную милостыню. Святой Франциск, увидев, что куски хлеба брата Массео были и больше, и лучше, чем его, обрадовался и сказал:

– О брат Массео, мы не достойны такого сокровища.

И когда он несколько раз повторил эти слова, брат Массео возразил:

– Дорогой отец, как же можно назвать сокровищем такую бедность, когда мы терпим нужду в самых необходимых вещах? Здесь нет ни скатерти, ни ножа, ни блюда, ни тарелки, ни дома, ни стола, ни слуги, ни служанки.

Ответил ему святой Франциск:

– Это я и почитаю за великое сокровище, что у нас нет ничего, сделанного людьми, но то, что мы имеем, – от Промысла Божьего: и собранный хлеб, и прекрасный каменный стол, и этот прозрачный ручей. Поэтому мы должны молить Бога, чтобы Он дал нам всем сердцем любить благородное сокровище святой бедности, служителем которой является сам Бог.

После этих слов они напитались телесно и, помолившись, отправились во Францию. Проходя мимо одной церкви, святой Франциск сказал товарищу:

– Зайдем помолиться в эту церковь.

И пошел святой Франциск за престол и стал на молитву. И во время этой молитвы Господь воспламенил его душу такой любовью к святой бедности, что лицо его зарделось и, казалось, от него начали исходить огненные лучи любви. Весь охваченный этим огнем, он подошел к товарищу и трижды сказал ему:

– О брат Массео, отдай мне себя.

И на третий раз святой Франциск своим дуновением поднял брата Массео на воздух и бросил его перед собою на расстояние целого посоха. Брат Массео необычайно удивился. Позже он рассказывал товарищам, что, когда святой Франциск поднял его своим дуновением, он почувствовал в душе своей такую сладость и такое утешение от Духа Святого, как никогда в жизни.

После этого сказал святой Франциск:

– Дорогой товарищ, пойдем к святым Петру и Павлу и помолимся им, чтобы они нас вразумили и помогли нам хранить безмерное сокровище святой бедности. Ведь это такое великое и божественное сокровище, что мы – недостойные и презренные сосуды для него. Эта небесная добродетель заставляет нас попирать ногами все земное и преходящее и снимает с души все путы, мешающие ей свободно слиться с вечным Богом. Эта добродетель позволяет душе еще на земле беседовать с ангелами на небесах; она последовала за Христом на крест; она была погребена со Христом, со Христом воскресла и вознеслась с Ним на небо; она позволяет влюбленной в нее душе взлетать на небо – ибо она охраняет истинное смирение и любовь. И поэтому помолимся святым Христовым апостолам, истинным обладателям этой евангельской жемчужины, чтобы их посредством Господь наш Иисус Христос в Своем милосердии удостоил нас быть последователями и смиренными учениками драгоценной, возлюбленной ангельской бедности.

Беседуя так, они достигли Рима и вошли в церковь Святого Петра. Святой Франциск стал молиться в одном углу церкви, а брат Массео в другом. После долгой, благоговейной и слезной молитвы святому Франциску предстали во всей пышности святые апостолы Петр и Павел и сказали:

– Ты желаешь хранить то, что соблюли Христос и святые апостолы, поэтому Господь Иисус Христос посылает нас, чтобы объявить тебе, что молитва твоя услышана и что тебе и твоим последователям вручается сокровище святой бедности. И еще от Его имени говорим тебе, что, кто по твоему примеру последует этому желанию, тот унаследует блаженство жизни вечной, и ты, и все твои последователи будут благословлены Богом.

После этих слов они исчезли, наполнив душу святого Франциска утешением.

Он встал с молитвы, подошел к товарищу и спросил его, не имел ли он откровения от Бога, и тот ответил, что нет. Тогда святой Франциск рассказал, как ему явились святые апостолы и что они ему открыли. И, исполненные радостью, они решили вернуться в долину Сполето, отказавшись от странствия во Францию.

Во славу Христа. Аминь.

Глава XIV. Как Христос явился святому Франциску и его товарищам

Блажен раб, собирающий на небесах сокровища, которые являет ему Господь, и не желающий показывать их людям ради корысти, потому что Всевышний сам откроет дела его, кому захочет. Блажен раб, хранящий тайны Господа в сердце своем.

Из «Наставлений» св. Франциска Ассизского

В начале существования ордена случилось однажды, что святой Франциск беседовал с товарищами о Христе, и, влекомый духом, он повелел одному из них открыто сказать о Боге то, что ему внушит Дух Святой. Брат исполнил повеление и начал удивительно говорить о Боге. Тогда святой Франциск остановил его и повелел другому говорить о том же. Другой брат повиновался и начал мудро говорить о Боге. И его святой Франциск остановил и повелел третьему говорить о Боге. И этот стал так проникновенно говорить о тайнах Божьих, что святой Франциск понял, что устами всех троих говорил Дух Святой. И это было запечатлено особым знамением: пока они еще беседовали, благословенный Христос явился среди них в образе прекрасного юноши. Благословив их, Он наполнил сердца всех такой радостью, что все воспарили духом на небеса и пали ниц, как мертвые.

Когда они очнулись, святой Франциск сказал им:

– Дорогие братья мои, поблагодарите Бога, которому угодно было устами простодушных открыть сокровище Божественной премудрости, ибо Бог открывает уста немым и заставляет мудро вещать простых сердцем.

Честь и слава Христу. Аминь.

Глава XV. Как святая Клара^[19] приходила к Божией Матери Ангельской и казалась вся обитель объятой пламенем

Когда святой Франциск находился в Ассизи, он часто посещал святую Клару и наставлял ее. Она очень хотела разделить с ним трапезу и много раз просила его об этом, но он отказывался даровать ей такое утешение. Его товарищи, зная о желании святой Клары, сказали святому Франциску:

– Отец, нам кажется, что такая суровость противоречит Божественному милосердию. Сестра Клара – святая девственница, угодная Богу; к тому же она, ради твоей проповеди, бросила богатство и почести мира, а ты не хочешь исполнить такого маленького ее желания. Поистине, если бы она просила у тебя большей милости, ты не должен был бы отказать твоей духовной дочери.

Тогда святой Франциск спросил:

– Вы считаете, что я должен исполнить ее просьбу?

И товарищи ответили:

– Да, отец, следует доставить ей это утешение.

Тогда святой Франциск ответил им:

– Раз вы так думаете, то и я согласен. Но чтобы доставить ей бо́льшую радость, я хочу, чтобы эта трапеза состоялась у Матери Божией Ангельской. Ведь она долгое время была заключена в Сан-Дамиано и будет рада увидеть посвященную Пресвятой Деве обитель, где она стала невестой Христовой; и там мы вкусим пищу во имя Бога.

Когда наступил назначенный день, святая Клара вышла из монастыря с одной из сестер и в сопровождении товарищей святого Франциска пришла к Божией Матери Ангельской, где она благоговейно поклонилась алтарю Пречистой Девы, перед которым она приняла пострижение, после чего ей показали всю обитель.

Святой Франциск велел приготовить трапезу, по своему обыкновению, на голой земле. И когда наступило время, святой отец сел рядом со святой Кларой, и один из его товарищей рядом с другой монахиней, а затем и все другие смиренно опустились на землю. И как только подали пищу, святой Франциск заговорил о Боге так сладко и так чудесно, что Божественная благодать сошла на них, и все вознеслись духом к Богу, подняв глаза и руки к небу.

В это время жители Ассизи и окрестностей увидели, что и церковь Божией Матери Ангельской, и вся обитель, и близлежащий лес объяты пламенем. Поэтому они немедленно прибежали, чтобы потушить огонь. Но, дойдя до обители и не увидев пламени, они вошли в нее и нашли святого Франциска, святую Клару и их товарищей сидящими за своей смиренной трапезой и погруженными в Божественное созерцание. Тогда они поняли, что это было не естественное пламя, а небесное, чудесно явившееся по воле Божьей, чтобы ознаменовать и запечатлеть огонь Божественной любви, горевший в сердцах этих святых и сестер. Жители Ассизи ушли с великим утешением. Спустя много времени святой Франциск, святая Клара и все остальные пришли в себя, и, насытившись духовной пищей, они мало позаботились о телесной.

После этой благословенной трапезы святая Клара вернулась в Сан-Дамиано. Сестры боялись, как бы святой Франциск не послал ее руководить другим монастырем, как он уже послал ее святую сестру по плоти, Агнессу, настоятельницей в монастырь Монтичелли близ Флоренции, ведь святой Франциск иной раз говорил святой Кларе:

– Будь готова, если мне понадобится послать тебя в другую обитель.

И она как дочь святого послушания отвечала:

– Отец, я всегда готова идти туда, куда вы мне прикажете.

Поэтому, увидев ее, сестры очень обрадовались. И с этого дня святая Клара стала испытывать большее духовное утешение.

Во славу Христа. Аминь.

Глава XVI. Как святой Франциск посылал спрашивать совета у святой Клары и святого Сильвестра^[20], что ему делать: проповедовать ли или только пребывать в молитве

Смиренный раб Божий святой Франциск вскоре после своего обращения, когда он уже принял в братство многих товарищей, впал в глубокое сомнение, не зная, что ему делать: пребывать ли только в молитве или и проповедовать тоже. Он очень хотел узнать волю Божью, но из святого смирения своего, не полагаясь на себя и на свои молитвы, он решил узнать волю Божью через молитвы других. Он призвал брата Массео и сказал ему так:

– Пойди к сестре Кларе и скажи ей от меня, чтобы она с самыми благочестивыми сестрами усердно молила Бога, чтобы Ему угодно было явить мне Свою волю: должен ли я проповедовать или только молиться. После отправляйся к брату Сильвестру и скажи ему то же самое.

Это был тот самый брат Сильвестр, который увидел, как из уст святого Франциска исходил крест, касавшийся небес и обнимавший весь мир. Брат Сильвестр был такой святости, что получал от Бога все, о чем просил, и часто говорил с Ним; поэтому святой Франциск относился к нему с большим благоговением.

Брат Массео пошел и, по повелению святого Франциска, передал его слова сначала святой Кларе, а потом брату Сильвестру. Последний немедленно начал молиться и, получив в молитве ответ от Бога, вернулся к брату Массео и сказал ему:

– Так сказал Господь: «Скажи брату Франциску, что Я призвал его не только для него самого, но для того, чтобы он собрал жатву душ и чтобы многие спаслись с его помощью».

Получив этот ответ, брат Массео пришел к святой Кларе, и она ответила, что и она, и ее сестры получили от Бога тот же ответ, что и брат Сильвестр. Тогда брат Массео вернулся к святому Франциску, который принял его с великой любовью, омыл ему ноги и приготовил ему пищу. После трапезы святой Франциск позвал брата Массео в лес, преклонил колена перед ним, обнажил голову, скрестил руки и спросил его:

– Что повелевает Господь мой Иисус Христос?

Брат Массео ответил:

– И брату Сильвестру, и сестре Кларе с другими сестрами Христос ответил и открыл, что Ему угодно, чтобы ты шел в мир с проповедью, потому что ты призван не для себя одного, но и для спасения других.

Святой Франциск, услышав волю Христову, встал и, сказав: «Идем во имя Господа», отправился в путь, взяв в товарищи брата Массео и брата Аньоло, святых мужей. Они шли, в духовном порыве не разбирая дороги или тропы, и дошли до замка Кармано. Там святой Франциск начал проповедовать, повелев щебетавшим ласточкам молчать, пока он не закончит. Ласточки повиновались ему, и он проповедовал с таким огнем, что все мужчины и женщины замка хотели последовать за ним и покинуть замок, но святой Франциск запретил им это, сказав:

– Не торопитесь и не уходите. Я скажу, что вы должны делать для спасения души.

И с этого дня он стал помышлять об основании третьего ордена для всеобщего спасения^[21]. Оставив их утешенными и расположенными к покаянию, он отправился оттуда в Беванио.

Подняв очи, он увидел деревья на дороге и на них множество птиц, и святой Франциск удивился и сказал своим спутникам:

– Подождите меня здесь на дороге, а я пойду проповедовать сестрам моим, птицам.

Он пошел в поле и начал проповедовать птицам, сидевшим на земле, и внезапно те, которые были на деревьях, прилетели к нему, и все они не шевельнулись, пока святой Франциск не закончил своей проповеди, и не разлетелись, пока он не благословил их.

Брат Массео рассказал впоследствии брату Иакову из Массы, что святой Франциск ходил среди них и касался их своей одеждой и ни одна не тронулась с места. Проповедь же его вкратце была такова:

«Сестрички мои, птички, вы многим обязаны Богу, вашему Творцу, и всегда и везде должны хвалить Его, ибо Он дал вам двойную и тройную одежду, и Он позволил вам свободно летать, куда вы хотите, и семя ваше сохранил в Ноевом ковчеге, чтобы порода ваша не пропала в мире. И еще вы обязаны Ему за воздух, который Он дал вам в удел. Ведь вы не сеете и не собираете в житницы, а Бог кормит вас и дарит вам реки и ручьи для питья, горы и долины для убежища и высокие деревья для гнезд. Хотя вы не умеете ни прясть, ни шить, Бог одевает вас и детей ваших. Создатель очень любит вас, поэтому так щедро благотворит вам. Потому берегитесь, сестры мои, греха неблагодарности, но всегда старайтесь славословить Бога».

При этих словах святого Франциска все птицы начали открывать клюв, вытягивать шею, раскрывать крылья и почтительно склонять голову до земли, показывая движениями и пением, что слова святого отца доставляли им большую радость. Святой Франциск радовался вместе с ними, удивляясь такому множеству птиц, их красоте и разнообразию, вниманию и кротости. За все это он благоговейно хвалил Творца. Наконец святой Франциск осенил их крестным знамением и разрешил удалиться. Тогда все птицы поднялись в воздух с чудесным пением, и по знамению креста, совершенному святым Франциском, они разделились на четыре части, и одна часть полетела на восход, другая – на закат, третья – в полуденную сторону, четвертая – в полунощную; и каждая стая летела с чудесными песнями.

Во славу Христа. Аминь.

Глава XVII. Как один отрок, желая знать, что святой Франциск делал ночью в лесу, тайно пошел за ним вслед и обмер, увидев, как он разговаривал с Христом

Один отрок, невинный и чистый, был принят в орден еще при жизни святого Франциска. Обитель, в которой он жил, была так тесна, что братья вынуждены были спать по двое в одной кровати. Однажды святой Франциск посетил эту обитель. После вечерней службы он лег спать, чтобы иметь возможность встать посреди ночи на молитву, как обычно, когда все братья спали. Отрок этот решил проследить за святым Франциском, чтобы увидеть его святость. А особенно хотелось ему знать, что святой делает по ночам, когда встает.

Чтобы не забыться сном, отрок лег рядом со святым Франциском и привязал свою веревку, служившую ему поясом, к веревке святого отца, чтобы почувствовать, когда он встанет, а святой Франциск ничего не услышал. Но среди первого сна, когда все братья спали, святой Франциск встал и увидел, что его веревка привязана к другой, и он отвязал ее так тихо, что отрок не проснулся. Святой пошел в лес, окружавший обитель, вошел в маленькую келью и начал молиться.

Через некоторое время отрок проснулся и увидел, что веревка отвязана, а святого Франциска нет. Тогда он встал и отправился искать его. Видя, что дверь открыта, он подумал, что святой Франциск в лесу, и пошел туда. Приблизившись к месту, где молился святой Франциск, он услышал голоса, и, подойдя ближе, он увидел удивительное сияние, окружавшее святого Франциска, а в этом сиянии Христа, и Деву Марию, и святого Иоанна Крестителя, и Евангелиста^[22], и многое множество ангелов, беседовавших со святым Франциском.

Увидев и услышав это, отрок упал на землю без чувств. Когда тайна чудесного явления свершилась, святой Франциск вернулся в обитель и по дороге нашел отрока, лежавшего замертво. Из сострадания он поднял его и донес до постели, как поступает добрый пастырь со своей овечкой. И, узнав от отрока, что он видел явление, он запретил ему рассказывать об этом, пока он жив. Возросли благодать Божья и благоговение к святому Франциску в отроке, и стал он достойным членом ордена. А после смерти святого Франциска он открыл братьям это видение.

Во славу Христа. Аминь.

Глава XVIII. Как святой Франциск созвал общий капитул^[23] в Ассизи, на котором присутствовало более пяти тысяч братьев, и проповедовал перед ними

Тот человек оставляет все, что имеет, и теряет тело свое, кто всего себя послушно отдает в руки своего настоятеля. И что угодно может говорить и творить, лишь бы знал, что это не против его воли, и если творит благо, это и есть истинное послушание.

И если подчиненный увидит лучшее и более полезное для своей души, чем то, что предписывает ему настоятель, пусть по своей воле воздаст Богу; то же, что велит настоятель, пусть стремится исполнить обязательно.

Из «Наставлений» св. Франциска Ассизского

Святой Франциск однажды созвал общий капитул у Божией Матери Ангельской, на который собралось не менее пяти тысяч братьев. Святой Доминик^[24], глава и основатель ордена братьев-проповедников, находясь на пути из Бургундии в Рим, услышал о капитуле, собранном святым Франциском в Порциункуле, и с семью братьями своего ордена пришел посмотреть на него. Присутствовал на капитуле также один кардинал, относившийся с большим благоговением к святому Франциску. Святой предсказал ему, что он станет Папой, что и случилось впоследствии. Этот кардинал специально прибыл в Ассизи из Перуджи, где находился папский двор. Каждый день он посещал святого Франциска и его братьев и служил иногда обедню или проповедовал. И он находил великое утешение, посещая это святое собрание. Братья собирались по пятьдесят, по сто, по двести, а то и по триста человек вокруг церкви и проводили время в разговорах о Боге, молитвах, слезах и делах милосердия. И соблюдали при этом такую тишину и такую сдержанность, что не слышно было никакого шума.

Кардинал удивился такому порядку при подобном множестве собравшихся и со слезами на глазах сказал:

– Поистине это стан и дружина Божьего воинства.

Не слышно было в такой толпе ни пустых слов, ни шуток. Братья либо молились, либо отправляли службу, либо оплакивали свои грехи и грехи благодетелей своих, либо говорили о спасении души. Хижины их были покрыты ивовыми прутьями или тростником, поэтому и капитул был прозван Ивовым. Постелью им служила голая земля, редкий брат имел немного соломы, вместо подушки они подкладывали камень или кусок дерева.

Слава об их святости так разнеслась, а благоговение к ним так возросло, что из папского двора в Перудже и из окрестных земель приходили многие графы, и бароны, и рыцари, и прочие дворяне, и простой народ, и кардиналы, и епископы, и аббаты со всем клиром, чтобы видеть такое великое, святое и смиренное собрание, какого дотоле не было в мире.

И в особенности они приходили, чтобы увидеть главу и святого отца всех этих святых мужей, захватившего такую великую добычу у мира и собравшего такое прекрасное и благочестивое стадо, чтобы следовать по стопам истинного Пастыря Иисуса Христа.

Когда собрался весь капитул, святой отец и глава ордена святой Франциск предложил им слово Божье и начал проповедовать то, что внушал ему Дух Святой. В основу своей проповеди он положил следующие слова:

– Дети мои, многое мы обещали Господу, но несравненно больше обещал нам Бог, если мы исполним обещанное нами, и мы с уверенностью можем ожидать исполнения обетований Божьих. Наслаждение мира кратко, но последующая мука вечна, ничтожна скорбь этой жизни, но бесконечна слава жизни будущей.

И, с благоговением говоря такие слова, он ободрял и призывал всех братьев к послушанию, к почитанию святой матери Церкви, к братской любви и умолял их быть терпеливыми в скорби и умеренными в радостях жизни, сохранять ангельскую чистоту и целомудрие, быть в мире и согласии с Богом и с людьми и со своею совестью, любить и соблюдать святую бедность. И он прибавил:

– Повелеваю святым послушанием всем собравшимся здесь, чтобы никто из вас не думал и не заботился о еде, питье или чем-либо потребном телу; лишь молитесь и хвалите Бога, предоставив всю заботу Ему, кто вас особо хранит.

И все приняли это повеление с радостным сердцем и веселым лицом, и после окончания проповеди святого Франциска все стали на молитву.

Святой Доминик, присутствовавший при этом, удивился повелению святого Франциска и счел его неразумным. Он не мог себе представить, как будет жить такое множество людей, не заботясь о хлебе насущном. Но Верховный Пастырь, благословенный Христос, желая показать, как Он заботится о своих овцах и как особо благоволит к своим беднякам, внушил жителям Перуджи, Сполето, Фолиньо, Ассизи и всех окрестных земель, чтобы они снабдили пищей и питьем это святое собрание. И внезапно со всех сторон пришли люди с лошадьми, ослами, телегами, груженными хлебом, и вином, и горохом, и сыром, и прочею снедью, необходимой нищим во Христе. Вместе с этим они привезли скатерти, и кувшины, и стаканы, и другую утварь – столько, сколько нужно было для такого множества народа. И счастливым себя считал тот, кто мог больше принести или лучше услужить. Даже рыцари, бароны и другие знатные люди, находившиеся там, смиренно служили братьям.

Святой Доминик, увидев это, понял, что Божественный Промысел заботится о братьях, и смиренно признал, что он несправедливо порицал святого Франциска за его повеление. Преклонив перед ним колена, он смиренно покаялся и прибавил:

– Поистине Господь особо хранит этих святых бедняков. Я не знал этого, но с этого дня я даю обет соблюдать евангельскую бедность и проклинаю от имени Бога всех братьев моего ордена, которые пожелают иметь какую-либо собственность.

Так святой Доминик был вразумлен верой блаженнейшего Франциска, послушанием и бедностью такого великого и согласного собрания, Божественным Промыслом и обилием всех благ земных.

На том же капитуле святой Франциск узнал, что многие братья носили на голом теле кольчуги и железные обручи, которые причиняли многим болезни и даже смерть и всем мешали при молитве. Тогда святой, как заботливый отец, повелел святым послушанием, чтобы всякий, носивший кольчугу или обруч, снял их и положил перед ним. Так и было сделано. И собрали около пятисот кольчуг и много больше обручей, так что они образовали целый холм, и святой Франциск повелел оставить их там.

По окончании капитула святой Франциск, укрепив братьев в добре и наставив их, как избежать греха в этом порочном мире, отпустил их с Божьим и со своим благословением, исполненных радости духовной.

Во славу Христа. Аминь.

Глава XIX. О том, как пошел святой Франциск в Риэти лечить себе глаза, и, пока он сидел в доме одного священника, люди, приходившие к святому Франциску, оборвали все гроздья в винограднике, и тем не менее вина получилось больше, чем прежде

Однажды, когда у святого Франциска сильно разболелись глаза, кардинал Уголино, покровитель ордена, очень любивший его, пригласил его к себе в Риэти, где находились лучшие глазные врачи.

Святой Франциск, получив послание кардинала, отправился сперва в Сан-Дамиано, где находилась святая Клара, благочестивейшая невеста Христова, чтобы порадовать ее перед тем, как пойти к кардиналу. И в следующую ночь после прибытия туда болезнь его так ухудшилась, что он даже света не видел и не мог продолжать свой путь. Святая Клара устроила ему хижину из тростника, чтобы он мог отдыхать в ней. Но не было ему отдыха ни днем ни ночью, потому что глаза болели у него очень сильно и, кроме того, там было великое множество мышей, которые ему очень досаждали.

Претерпевая много дней такую муку, святой Франциск начал размышлять о том, что это Бог наказывает его за грехи, и начал он сердцем и устами благодарить Господа и громким голосом восклицать:

– Господь мой, я заслужил это наказание и еще горшее. Господь мой Иисус Христос, Пастырь добрый, являющий нам, грешным и недостойным, милость Твою в различных скорбях и недугах телесных, дай мне, овечке Твоей, никогда не отходить от Тебя, ни в недуге, ни в горести, ни в нужде.

И после этого моления он услышал голос с неба, который произнес:

– Франциск, отвечай мне, если бы вся земля была из золота, а все горы, и скалы, и холмы из драгоценных камней; и во всех морях, и реках, и источниках текло бы миро; и если бы ты нашел другое сокровище, настолько же драгоценнее первого, насколько золото драгоценнее, чем земля, и миро, чем вода, и самоцветные камни, чем простые, и ты бы за свой недуг получил это благороднейшее сокровище, скажи, разве ты не стал бы радоваться и ликовать?

Святой Франциск ответил:

– Господи, я не достоин подобного сокровища.

И услышал он глас Божий:

– Радуйся, Франциск, ибо это сокровище жизни вечной, которую ты наследуешь и непреложно получишь; и недуг твой, и скорбь твоя – залог этого блаженного сокровища.

Тогда святой Франциск, обрадованный таким чудесным обещанием, позвал товарища и решил идти к кардиналу. И, утешив святую Клару святыми словами и смиренно простившись с ней, он отправился в Риэти. Там его встретило такое множество народа, что он не захотел войти в город, а остановился в одной церкви, милях в двух от Риэти. Когда горожане узнали, где он, они побежали толпой, чтобы увидеть его. Потом оказалось, что виноградник при церкви весь истоптан, а все гроздья сорваны. Священник той церкви опечалился, жалея, что он принял святого Франциска; но Бог открыл святому Франциску помыслы священника, он позвал его и спросил:

– Сколько мер вина, дорогой отец, давал тебе этот виноградник в самый урожайный год?

Тот ответил, что двенадцать мер. Тогда святой Франциск сказал:

– Прошу тебя, отец, перенеси с терпением мое пребывание еще несколько дней, потому что я нахожу здесь отдохновение. И позволь всякому срывать твой виноград, из любви к Богу и ко мне, бедному, и я обещаю тебе от имени Господа Иисуса Христа, что ты получишь в этот год двадцать мер.

Святой Франциск хотел там остаться, потому что пожинал обильные духовные плоды: многие из приходивших к нему так проникались божественной любовью, что покидали мир. Священник поверил обещанию святого Франциска и свободно предоставил виноградник всем приходящим. О чудо! Виноградник был так истоптан и обобран, что на нем едва оставалось несколько гроздьев. Наступило время сбора: священник сорвал эти гроздья и положил их в чан и, согласно обещанию святого Франциска, получил двадцать мер превосходного вина.

Это чудо знаменательно и поучительно для нас. Ведь подобно тому, как лоза, лишенная винограда, была богата вином благодаря заслугам святого Франциска, так и народ христианский, бедный добродетелью и погрязший во грехе, стал, благодаря заслугам и учению святого Франциска, приносить богатые плоды истинного покаяния.

Во славу Христа. Аминь.

Глава XX. Об одном юном брате, который питал такое отвращение и нелюбовь к монашеской одежде, что помышлял о том, как бы выйти из ордена

Один очень знатный юноша вступил в орден святого Франциска и спустя несколько дней, по внушению от демона, начал испытывать такое отвращение к одежде, которую носил, что ему казалось, будто на нем отвратительный мешок; рукава внушали ему ужас, капюшон – отвращение, а из-за длины и грубости ткани одежда казалась ему невыносимым бременем.

Так как нелюбовь его к монашеству все возрастала, он в конце концов уже решил снять монашеское одеяние и вернуться в мир. Но у него уже вошло в привычку, как его научил его учитель, проводить час-другой перед монастырским алтарем, где хранилось Тело Христово. С великим благоговением становился он на колени, спустив капюшон и склонившись со скрещенными руками.

Случилось так, что в ту же ночь, когда он должен был уйти из ордена, проходил он перед монастырским алтарем и по привычке встал в благоговении на колени. Внезапно его дух был восхищен^[25] и было ему дивное видение от Бога. Он увидел, как перед ним, словно в торжественном шествии, проходила почти бесконечная толпа святых, шедших по двое и облеченных в прекрасные и драгоценные одеяния; лица их сверкали, как солнце, и шли они с пением и музыкой ангельской. Среди этих святых было двое в более благородных и лучше украшенных одеждах. Они были окружены таким сиянием, что всех взиравших на них повергали в оцепенение. В конце шествия он увидел одного, такого лучезарного, что он казался особенным рыцарем, более знатным, чем другие.

Юноша удивился такому зрелищу и не мог понять, что должно было обозначать это шествие. Он не смел спросить и стоял в сладостном оцепенении. Когда же шествие миновало, он все-таки набрался мужества, догнал замыкавших процессию и с великим трепетом спросил их:

– О дорогие, прошу вас, скажите мне, кто эти дивные мужи, что идут в этом почтенном шествии?

Те ответили:

– Знай, сын, что все мы Меньшие братья и идем сейчас из лучезарных чертогов рая.

Он спросил:

– А кто те двое, что сияют более других?

И получил ответ:

– Это святой Франциск и святой Антоний^[26], а последний, которого ты видел столь прославленным, это один святой, только что умерший брат, которого мы, за мужественную борьбу против искушений и терпение до конца, ведем теперь с торжеством в светлые чертоги Рая. Эти прекрасные одеяния, что на нас, даны нам Богом в обмен на суровые рясы, которые мы терпеливо носили в монашестве. И лучезарная роскошь, которую ты видишь на нас, дана нам от Бога за смиренное покаяние, и святую бедность, и послушание, и чистоту, которой мы служили до конца. А потому, сын, да не будет тебе в тягость плодоносное вретище Монашества, ибо если с помощью вретища святого Франциска ты, из любви ко Христу, сумеешь презреть мир, и умертвить плоть, и мужественно сражаться с демонами, то получишь вместе с нами подобное одеяние и милость славы.

После этих слов юноша пришел в себя и, укрепленный видением, отогнал от себя искушение и покаялся в своей вине перед гвардианом^[27] и братьями. С тех пор возжаждал покаяния и окончил жизнь свою в ордене в великой святости.

Во славу Христа. Аминь.

Глава XXI. Как святой Франциск избавил город Губбио от свирепого волка

Однажды, когда святой Франциск жил в городе Губбио, в окрестностях появился огромный, страшный и свирепый волк, который пожирал не только животных, но даже людей. Все горожане были перепуганы, потому что он часто приближался к городу. Все выходили за ворота вооруженными, как будто шли на сражение. Но при всем при том, встретившись с ним один на один, справиться не могли. Страх довел людей до того, что в деревнях никто не смел покидать свой дом.

Тогда святой Франциск, из сострадания к деревенским жителям, решил выйти к волку, хотя горожане и возражали против этого. Осенив себя крестным знамением, он вышел в поле со своими товарищами, положившись на Бога. Когда остальные побоялись идти дальше, святой Франциск пошел один и направился к тому месту, где жил волк.

И вот, увидев множество горожан, пришедших посмотреть на чудо, волк бросился навстречу святому Франциску с разинутой пастью, и тут святой Франциск осенил его крестным знамением. После этого он позвал волка к себе и сказал ему так:

– Подойди сюда, брат волк, повелеваю тебе во имя Христа, чтобы ты не делал зла ни мне, ни кому другому.

О чудо! Как только святой Франциск сотворил крест, страшный волк закрыл пасть, остановился и, по повелению святого, подошел кротко, как ягненок, и улегся у его ног. Тогда святой Франциск сказал ему:

– Брат волк, ты приносишь много вреда в здешних местах и творишь великие беззакония, мучая и убивая без разрешения Господня Его создания. Ты не только убивал и пожирал зверей, но осмелился убивать и истреблять людей, созданных по образу Божьему. За это ты достоин виселицы, как худший разбойник и убийца. Все ропщут и негодуют, и вся страна против тебя. Но я хочу, брат волк, устроить примирение между тобой и людьми, чтобы ты не обижал их более, а они простили тебе все обиды и ни человек, ни собака не преследовали бы тебя.

После этих слов волк стал показывать всем своим видом, что он соглашается со словами святого Франциска и будет их соблюдать. Тогда святой Франциск сказал:

– Брат волк, если тебе угодно заключить и соблюдать это примирение, то я обещаю тебе, что ты до самой смерти будешь получать пропитание от здешних жителей и не будешь голодать, потому что я хорошо знаю, что ты только от голода совершал зло. Но когда я добуду для тебя эту милость, я хочу, брат волк, чтобы ты обещал мне, что ты никогда больше не причинишь вреда ни человеку, ни животному. Обещаешь ты это?

И волк наклонил голову в знак того, что обещает. Тогда святой Франциск сказал:

– Брат волк, я хочу, чтобы ты клятвой подтвердил мне свое обещание, так я смогу поверить тебе.

Святой протянул руку, чтобы принять клятву, а волк поднял переднюю лапу и, как ручной, положил ее на руку святого Франциска и дал требуемую клятву, как умел. Тогда святой Франциск сказал:

– Брат волк, повелеваю тебе во имя Иисуса Христа пойти со мной, отбросив всякое сомнение, чтобы заключить мир во имя Господа.

И послушный волк пошел с ним, как смирный ягненок, что привело в изумление видевших это горожан.

Весть об этом сразу разнеслась по всей округе. Все: взрослые и дети, мужчины и женщины, юноши и старики – устремились к площади, чтобы увидеть волка со святым Франциском.

Когда собрались все жители Губбио, святой Франциск начал проповедь и сказал так:

– Бог за грехи наказывает нас такими бедствиями, но пламя ада, которое длится вечно, намного страшнее, чем ярость волка, который может убить только плоть. Так насколько страшна должна быть пасть ада, если столько людей привела в страх и трепет пасть маленькой твари! Так обратитесь к Богу, возлюбленные, и сотворите достойный плод покаяния. И Бог освободит вас от волка преходящего и от огня вечного.

После проповеди святой Франциск сказал:

– Послушайте, братья мои, этот волк, который здесь перед вами, обещал и поклялся мне жить с вами в мире и ни в чем не обижать вас, если вы обещаете ему пропитание. И я являюсь поручителем за него, что он твердо соблюдет условия мира.

Тогда народ в один голос обещал всегда кормить его. И святой Франциск перед всем народом сказал волку:

– Брат волк, обещаешь ли ты соблюдать условия мира и не обижать ни человека, ни животное, ни какую-либо тварь?

И волк стал на колени и склонил голову и мягкими движениями тела, хвоста и ушей выразил, насколько мог, свое согласие. И сказал святой Франциск:

– Я хочу, брат волк, чтобы ты поклялся здесь перед всем народом, как поклялся мне прежде, что не обманешь меня в моем поручительстве.

Тогда волк поднял правую лапу и положил ее на руку святого Франциска. И все присутствовавшие были полны изумлением, и радостью, и благоговением перед необычностью чуда. И все с громкими криками хвалили и благодарили Бога, пославшего им святого Франциска, который избавил их от свирепой твари.

А волк прожил еще два года в Губбио. Он, как ручной, ходил из дома в дом, не обижая никого, и весь народ его ласково кормил, а когда он проходил по деревням, ни одна собака на него не лаяла. Наконец, через два года, брат волк умер от старости, и жители очень сожалели о нем, потому что его кроткий вид напоминал им о святости и добродетели святого Франциска.

Во славу Христа. Аминь.

Глава XXII. Как юноша подарил святому Франциску горлиц и как они не покидали обители, пока не получили разрешения святого Франциска

Блажен раб, который столько же любит брата своего, когда тот немощен и не может ему помочь, сколько когда тот здоров, чтобы помочь ему.

Из «Наставлений» св. Франциска Ассизского

Некий юноша, поймав горлиц, нес их на продажу. Повстречался ему святой Франциск, который всегда испытывал особое сострадание к кротким животным, и, поглядев с жалостью на горлиц, он сказал юноше:

– О добрый юноша, подари мне этих горлиц, чтобы эти кроткие и невинные птицы, которых Священное Писание уподобляет целомудренным, смиренным и верным душам, не попали бы в руки жестоких людей, которые их убьют.

Тогда юноша, вдохновленный свыше, отдал их святому Франциску, а тот прижал их к груди и начал им ласково говорить:

– О сестры мои, смиренные, невинные и чистые голубки, почему вы позволяете ловить себя? Я спасу вас от смерти и сделаю вам гнезда, чтобы вы плодились и размножались, как заповедал Бог, ваш Творец^[28].

И святой Франциск пошел и сделал всем гнезда; и горлицы устроились в них и начали класть яйца и выводить птенцов на глазах у братьев. И они были такие ручные со святым Франциском и другими братьями, как будто они были куры, вскормленные ими; и они не улетели, пока святой Франциск не отпустил их со своим благословением. А юноше он сказал:

– Ты будешь братом в этом ордене и послужишь Богу.

Так и сбылось, ибо юноша вступил в орден и впоследствии отличался в нем большой святостью.

Во славу Христа. Аминь.

Глава XXIII. Как святой Франциск увидел всю обитель, окруженную бесами, и как бес вошел в одного из братьев, и как святой Франциск наложил на этого брата покаяние в грехе и исцелил его

Однажды Бог на молитве открыл святому Франциску, что вся обитель в Порциункуле окружена и осаждена бесами, точно войском; но ни один из них не входил в обитель, ибо все братья были такой святости, что бесы не могли проникнуть туда. Тем не менее они упорствовали. И вот один из братьев рассердился на другого и замыслил отомстить ему. Пока были у него эти дурные помыслы, бес вошел в обитель, найдя вход открытым, и сел на шею этому брату. Когда заботливый пастырь, всегда охранявший свое стадо, увидел, что волк собирается пожрать его овечку, он немедленно призвал к себе этого брата и обличил в нем яд ненависти к ближнему, отдавший его в руки врага. Тогда брат этот, видя, что святой отец все понял, открыл все злобные помыслы, покаялся в своей вине и смиренно попросил наказать его. Святой Франциск наложил на него епитимью и отпустил ему его грех, и тогда бес внезапно удалился на глазах святого Франциска. А брат, избавленный добрым пастырем из когтей жестокой твари, возблагодарил Бога и, вернувшись, исправленный и наставленный, в стадо святого пастыря, впоследствии достиг большой святости.

Во славу благословенного Христа. Аминь.

Глава XXIV. Как святой Франциск ехал за море проповедовать христианскую веру перед султаном и сарацинами

Святой Франциск, побуждаемый верой Христовой и жаждой мученичества, однажды отправился за море с двенадцатью самыми святыми товарищами, чтобы предстать перед вавилонским султаном. Когда они добрались до сарацинских краев, которые охранялись такими свирепыми людьми, что ни один проникавший туда христианин не избегал смерти, Богу угодно было, чтобы их не убили, а только схватили, избили, связали и привели к султану.

В его присутствии святой Франциск, по внушению Духа Святого, стал так убежденно проповедовать веру христианскую, что готов был за нее пойти в огонь. Благодаря твердости его веры и презрению к прелестям мира, ибо, несмотря на полнейшую нищету, святой отказался от всяких подарков, султан отнесся к нему с почтением. А больше всего султан был поражен его жаждой мученичества. С этого дня султан охотно слушал святого Франциска и часто призывал его к себе. Он позволил ему и его товарищам свободно проповедовать, где они захотят, и дал он им значок, чтобы никто не мог обидеть их.

Получив такое разрешение, святой Франциск отправил своих избранных товарищей по двое в разные сарацинские страны на проповедь веры Христовой. Себе он тоже выбрал дорогу, взяв одного спутника с собой, и по пути зашел в гостиницу, чтобы отдохнуть. Была там одна женщина, прекрасная по виду, но порочная душой, и принялась соблазнять его. Тогда святой Франциск сказал:

– Я согласен, пойдем и возляжем.

Она повела его к себе в горницу. Святой Франциск подвел ее к большой печи, которая топилась в ее горнице, разделся донага и лег у огня на раскаленные плиты и предложил и ей скинуть одежды и лечь с ним на этом прекрасном пуховом ложе. Он долго пролежал так с радостью и весельем на лице, даже не обжигаясь. Женщина, устрашенная чудом, не только раскаялась в своем грехе и в дурных помыслах, но и обратилась в веру Христову и достигла такой святости, что благодаря ей многие души были спасены в этих странах.

По прошествии некоторого времени святой Франциск, вдохновленный свыше, увидел, что его дальнейшее пребывание среди неверных приносит слишком малые плоды, и решил вернуться со всеми товарищами в христианские земли. Собрав братьев, он пришел к султану попрощаться. Тогда султан сказал ему:

– Франциск, я охотно принял бы веру Христову, но я боюсь сделать это сейчас. Если об этом кто-нибудь узнает, то и я, и ты со всеми твоими товарищами будем убиты. А так как ты должен сделать еще много добра и мне предстоят дела большой важности, я хочу избегнуть подобной участи. Но научи меня, как мне спастись, и я готов выполнить все, что ты повелишь.

Тогда святой Франциск ответил:

– Господин, я покину вас, но, когда я вернусь в свою страну и, если угодно будет Богу, попаду на небеса после смерти, я пошлю к тебе двух моих братьев, от которых ты и примешь святое крещение и будешь спасен, как это было открыто мне Господом моим Иисусом Христом. А ты тем временем постарайся освободиться от всего, что тебя связывает в жизни, чтобы с верою и благочестием принять Божью благодать, когда она явится.

После этого святой Франциск вернулся на родину со своими святыми товарищами и через несколько лет скончался. В это время султан заболел и стал ждать исполнения обещания святого Франциска. Он поставил стражу у границ, приказав немедленно привести к нему двоих братьев в францисканской одежде, как только они появятся.

Тогда святой Франциск явился двум братьям и повелел им без промедления идти к султану и спасти его душу, как ему было обещано. Эти братья отправились в путь, переплыли море и были приведены стражей к султану. Увидев их, султан обрадовался и сказал:

– Я воистину вижу теперь, что Бог послал рабов Своих для моего спасения, как это было обещано мне святым Франциском по откровению свыше.

И, будучи наставлен братьями в вере, он умер во Христе, и душа его спаслась благодаря молитвам святого Франциска.

Во славу Христа. Аминь.

Глава XXV. Как святой Франциск исцелил душу и тело прокаженного

Святой Франциск, истинный ученик Христа, старался во всем следовать Ему, Учителю совершенства. Поэтому часто случалось, что, когда он исцелял тело, Бог в тот же час исцелял душу, как написано о Христе^[29]. И он не только сам охотно служил прокаженным, но повелел и братьям своим делать то же из любви ко Христу, который ради нас принял на Себя проказу греха. Случилось однажды, что братья служили прокаженным и немощным неподалеку от той обители, где жил святой Франциск. И был там один прокаженный, настолько нетерпеливый, грубый и невыносимый, что все считали его одержимым бесом. Так оно и было в действительности. Он не только злобно бранил, но и жестоко бил всякого, кто приходил к нему с помощью. И, что хуже всего, он проклинал Христа и Его святую Матерь, поэтому никто не хотел служить ему.

Хотя братья старались терпеливо переносить свои собственные обиды, упражняясь в терпении, но совесть их не могла переносить хулу на Христа и Его Матерь. Поэтому они решили оставить его, но прежде рассказать все по порядку святому Франциску. Узнав об этом, святой пошел к этому безбожному прокаженному и, подойдя к нему, приветствовал его такими словами:

– Мир Господень с тобой, дорогой брат мой.

Прокаженный сердито ответил:

– Какой для меня мир, если Бог отнял у меня и покой, и всякое благо, и я весь прогнил и стал зловонным.

Святой Франциск ответил:

– Сын мой, имей терпение, ведь телесные недуги посылаются нам Господом для спасения души. И это большая заслуга наша, если мы терпеливо переносим их.

Тогда больной спросил:

– Как могу я спокойно переносить такую муку и днем и ночью? Ведь ее мне причиняет не только недуг, но еще более те братья, которых ты мне дал в услужение. Они не служат мне, как должно.

Тогда святой Франциск понял, что этот прокаженный одержим бесом, и принялся горячо молить Бога за него. Помолившись, он вернулся к больному и сказал:

– Сын мой, я сам буду служить тебе, если ты недоволен другими.

– Я согласен, – ответил больной, – но что ты можешь сделать, чего не делали другие?

Святой Франциск пообещал:

– Я сделаю все, что ты пожелаешь.

Тогда больной сказал:

– Я желаю, чтобы ты меня всего обмыл, потому что издаю такое зловоние, что сам не могу терпеть.

Святой Франциск немедленно велел согреть воду, положив туда много благовонных трав; потом он снял с больного покрывало и начал его обмывать своими руками, а другой брат подавал воду. И там, где святой Франциск прикасался своими святыми руками, проказа исчезала, а тело становилось совершенно здоровым. И с исцелением тела началось исцеление души. Прокаженный, чувствуя себя здоровым, вдруг почувствовал великое раскаяние в своих грехах и горько заплакал. Так что, пока тело снаружи очищалось от проказы водой, внутри душа очищалась от греха покаянием и слезами.

Полностью исцелившись душой и телом, он смиренно обвинял себя и восклицал в слезах:

– Горе мне, я заслужил ада своим богохульством, нетерпением, оскорблениями и обидами, которые я наносил братьям.

И в течение пятнадцати дней он горько оплакивал свои грехи, молил прощения у Бога и во всем покаялся священнику.

Святой Франциск, видя такое чудо, которое Бог сотворил через него, возблагодарил Господа и ушел оттуда в другие края. Потому что из смирения он избегал всякой мирской славы и во всех делах искал только честь и славу Божью, а не собственную.

После пятнадцати дней покаяния этот прокаженный, исцеленный душой и телом, заболел, по Божьей воле, другой болезнью. Сподобившись святых тайн, он благочестиво умер, и душа его пошла в рай. После этого он явился святому Франциску, который стоял на молитве, и спросил его:

– Ты узнаёшь меня?

– Кто ты? – удивился святой Франциск.

А тот ответил:

– Я прокаженный, которого благословенный Христос исцелил по твоим заслугам, и теперь иду в жизнь вечную, и за это я приношу благодарность Богу и тебе. Благословенна душа твоя и плоть твоя, и благословенны слова твои и дела твои, ибо через тебя спасутся многие души в этом мире. Знай, что нет ангела или святого, который не славил бы Бога за святые плоды, которые ты и братство твое приносите по всей земле. Поэтому укрепись духом и поблагодари Господа и будь благословен.

С этими словами он улетел на небо, а святой Франциск утешился.

Во славу Христа. Аминь.

Глава XXVI. Как святой Франциск принял в орден одного юношу, и как юноша прогнал разбойников, и как святой Франциск послал за ними в час трапезы и они покаялись

Рабу Божьему ничто не должно внушать отвращения, кроме греха. И если кто-либо совершит грех, а раб Божий смущается и гневается, но не из-за любви к согрешившему, то сам умножает себе вину.

Тот раб Божий, который не гневается и не смущается из-за чужого греха, живет без собственного.

Из «Наставлений» св. Франциска Ассизского

Однажды, когда святой Франциск проходил мимо одного замка, под названием Монте-Казале, к нему подошел знатный и изнеженный юноша и сказал:

– Отец, я бы очень хотел вступить в ваше братство.

Святой Франциск ответил:

– Сын мой, ты молод, изнежен и знатен. Ты можешь не вынести суровой бедности нашей жизни.

На что юноша воскликнул:

– Отец, разве вы не такие же люди, как и я? Что переносите вы, то, с Божьей помощью, перенесу и я.

Этот ответ очень понравился святому Франциску, и, благословив юношу, он немедленно принял его в братию и нарек ему имя брата Анджеле. Юноша этот вел себя так безукоризненно, что в скором времени святой Франциск сделал его настоятелем обители в Монте-Казале.

В те времена жили три знаменитых разбойника, которые творили много зла. Эти разбойники пришли однажды в обитель и спросили у настоятеля, брата Анджеле, поесть. Настоятель ответил, сурово упрекая их:

– Разбойники и жестокие убийцы, не стыдно вам жить потом и кровью других? И вы собираетесь с наглым бесстыдством пожрать милостыню, поданную слугам Божьим. Вы недостойны, чтобы земля носила вас, потому что вы не имеете почтения ни к людям, ни к Богу, вашему Творцу. Идите своей дорогой и не появляйтесь здесь больше.

Рассерженные разбойники ушли в ужасном гневе. И вот вернулся святой Франциск с хлебом в котомке и кружкой вина, которые он и его товарищ получили Христа ради. Когда настоятель рассказал ему, как он прогнал разбойников, святой Франциск принялся строго укорять его:

– Ты поступил жестоко. Грешники больше привлекаются к Богу кротостью, чем жестокими укорами, поэтому наш божественный Учитель, Евангелие которого мы обещались соблюдать, говорит, что не здоровые нуждаются во враче, а больные, и что Он пришел призвать не праведников, а грешников к покаянию^[30]; и поэтому Он часто разделял их трапезу. А ты поступил против милосердия и Божьего Евангелия, поэтому я повелеваю тебе святым послушанием немедленно взять этот хлеб и это вино, которое мне подали, и пойти вслед за разбойниками по горам и долам, пока ты их не встретишь. И ты предложишь им от меня этот хлеб и это вино. Затем ты станешь перед ними на колени и смиренно покаешься в твоей жестокости. И попросишь их от моего имени не делать больше зла, но бояться Бога и не обижать ближнего, и, если они исполнят это, я обещаю им заботиться об их нуждах и взять на себя их пропитание; а когда ты им все это скажешь, то смиренно вернешься сюда.

Когда настоятель пошел исполнять послушание, святой Франциск стал молиться, прося Бога смягчить сердца этих разбойников и обратить их к покаянию. Тем временем послушный брат Анджеле пришел к ним и предложил им хлеба и вина и выполнил все, что повелел святой Франциск. И Богу угодно было, чтобы эти разбойники, питаясь милостыней святого Франциска, начали между собой разговор:

– Горе нам, несчастным, какие адские муки ожидают нас, когда мы не только грабим, и обижаем, и преследуем ближних наших, но даже убиваем их. И такие злые и преступные дела не вызывают в нас ни угрызений совести, ни страха Божьего. А вот этот святой брат пришел покаяться перед нами в справедливо сказанных словах и принес нам еще хлеба, и вина, и такое великодушное обещание святого отца. Поистине братья эти – Божьи святые и заслужили рай, а мы, дети вечного проклятия, заслужили адские муки и с каждым днем умножаем грехи наши и не знаем, можем ли мы еще приобрести милость у Бога.

На такие и подобные слова одного из них двое других ответили:

– Ты прав, но что же нам делать?

– Пойдем к святому Франциску, – сказал тот, – и если он даст нам надежду на милосердие Господне к нам, грешным, то будем делать то, что он повелит, чтобы спасти наши души от вечной муки.

Этот совет понравился остальным. Они втроем пошли к святому Франциску и сказали ему:

– Отец, на нашей душе столько тяжких грехов, что мы не надеемся на милосердие Божье; но, если ты думаешь, что Господь сжалится над нами, мы готовы исполнить то, что ты повелишь, и принести тебе покаяние.

Тогда святой Франциск милосердно и ласково принял их и ободрил их многочисленными рассказами о спасении грешников. Он с уверенностью обещал им Божье прощение, изъяснив им, что милосердие Господне беспредельно и простирается на наши неисчислимые грехи, ибо, как сказано в Евангелии и у апостола Павла, – благословенный Христос пришел в мир, чтобы спасти грешников^[31]. И после таких слов трое разбойников отреклись от дьявола и от дел его. Тогда они были приняты святым Франциском в орден и стали вести покаянную жизнь.

Двое из них прожили недолго после своего обращения и пошли в рай. А третий, размышляя о грехах своих, предался такому покаянию, что в течение целых пятнадцати лет питался лишь хлебом и водой три дня в неделю, не считая обычных постов, которые он соблюдал со всеми другими братьями; и он всегда ходил босым, в одной тунике и никогда не спал после заутрени.

Тем временем святой Франциск преставился. После долгих лет постоянного покаяния, однажды ночью после заутрени бывший разбойник почувствовал такое непреодолимое влечение ко сну, что не смог его побороть, и наконец, не будучи в силах бодрствовать как обычно и молиться, он лег в постель. И как только он преклонил голову, то увидел себя на высокой-высокой горе, а внизу была глубочайшая пропасть, вся усеянная острыми камнями и обломками скал. Страшен был вид пропасти. И тогда ангел, сопровождавший этого брата, толкнул его вниз, в эту пропасть. Падая с уступа на уступ, разбиваясь о камни, он упал на дно пропасти и был, как казалось ему, весь искалечен. Когда он, распростертый, лежал на земле, тот, кто вел его, сказал:

– Встань, ибо тебе предстоит еще длинный путь.

Брат ответил:

– Ты, видимо, безрассудный и жестокий человек; ты видишь, что я упал, разбился и близок к смерти. Как же ты велишь мне встать?!

Тогда ангел дотронулся до него и исцелил.

Потом он показал ему большую равнину, покрытую острыми камнями, шипами и репейниками, и сказал, что он должен пройти всю эту равнину до конца босиком. После того как брат с большим трудом и страданиями прошел равнину, ангел сказал ему:

– Тебе надлежит войти в эту печь.

Несчастный ответил:

– О ведущий меня, как ты жесток! Я чуть не умер на этой ужасной равнине, а ты велишь мне войти в эту огненную печь.

И тут увидел он вокруг печи множество бесов с железными вилами в лапах, которые, поскольку он медлил, втолкнули его вилами в печь. И увидел он в ней своего бывшего кума, объятого пламенем, и спросил его:

– О несчастный кум, как ты попал сюда?

А тот ответил:

– Пройди немного дальше и ты найдешь мою жену, которая откроет тебе причину нашего проклятия.

Тогда брат пошел дальше, и он увидел свою куму, заключенную в огненной мере для зерна, и он спросил:

– О жалкая, несчастная кума, чем заслужила ты такую жестокую муку?

И она ответила:

– Во время великого голода, предсказанного святым Франциском, мой муж и я обманывали народ при продаже зерна; вот почему я горю, заключенная в этой мере.

После этих слов ангел вытолкнул брата из печи и произнес:

– Приготовься к ужасному пути, предстоящему тебе.

Тот взмолился:

– О суровый проводник, не имеющий ко мне жалости! Я почти сгорел в этой печи, а ты хочешь вести меня дальше по опасному и страшному пути.

Тогда ангел прикоснулся к нему и снова сделал его здоровым и сильным.

Он привел его к мосту, по которому нельзя было пройти без угрозы для жизни: он был узкий, ветхий, скользкий и без всяких перил; а внизу протекал ужасный поток, кишевший змеями, драконами и скорпионами и источавший отвратительное зловоние.

И приказал ангел:

– Перейди через этот мост.

Брат ответил ему:

– Как же мне перейти и не упасть в этот страшный поток?

Промолвил ангел:

– Иди по моим следам, и пройдешь.

Тогда брат последовал за ангелом; но на середине моста ангел вдруг покинул его и улетел на высокую гору далеко оттуда. Так брат остался без проводника. Взглянув вниз, он увидел, что ужасные твари выставили головы из воды и открыли пасти, чтобы пожрать его, когда он упадет. Тогда его охватил ужас, и он не знал, как поступить, и не мог идти ни вперед ни назад.

В такой опасности не было у него иного заступника, кроме Бога. Он лег на мост, обнял его руками и от всего сердца, слезно стал молить Господа не оставить его в Своем святом милосердии. После молитвы ему показалось, что у него растут крылья. Он с радостью стал ждать, пока они вырастут, чтобы улететь к ангелу. Через некоторое время, повинуясь непреодолимому желанию покинуть мост, он попытался взлететь, но крылья не выдержали, и он упал на мост, а перья исчезли.

И опять он нагнулся к мосту и стал молиться, и снова начали расти крылья; но, как и в первый раз, он не дождался, чтобы они выросли, попробовал взлететь и упал на мост, а крылья исчезли. Видя, что он падает из-за своего нетерпения, брат сказал себе:

– Если я в третий раз получу крылья, то подожду, пока они вырастут целиком, чтобы я мог полететь не падая.

И в третий раз стали расти у него крылья, но на этот раз он ждал долго, пока они не стали очень большими; и казалось ему, что на мосту он провел не менее полутораста лет. Наконец он поднялся в третий раз на воздух и долетел до того места, где был ангел.

Когда он постучался в двери дворца, куда вошел ангел, привратник спросил его:

– Кто ты, пришедший сюда?

Он ответил:

– Я один из Меньших братьев.

Привратник сказал тогда:

– Подожди, пока я приведу святого Франциска, чтобы увидеть, узнает ли он тебя.

Когда тот ушел, брат начал разглядывать чудесные стены дворца; и эти стены были настолько прозрачными, что внутри были видны сонмы святых. Пока он смотрел в изумлении, подошли святой Франциск, и брат Бернард, и брат Эгидий, а за святым Франциском – бесчисленное множество святых братьев и сестер, последовавших его жизни. Святой Франциск, подойдя, сказал привратнику:

– Впусти его, ибо он один из моих братьев.

И как только он вошел, он почувствовал такую сладость, что забыл все свои испытания, как будто их и не было.

Святой Франциск показал ему множество чудесных вещей и затем сказал ему:

– Сын мой, ты должен вернуться в мир и остаться в нем семь дней, в течение которых ты будешь благочестиво и ревностно готовиться к смерти; ибо после семи дней я приду за тобой, и мы вместе пойдем в это царство блаженных.

На святом Франциске был дивный плащ, разукрашенный чудными звездами, а его пять крестных ран сверкали, наполняя своим сиянием весь дворец^[32]. У брата Бернарда на голове сверкал венец из прекрасных звезд, а брат Эгидий был окружен чудесным светом. И еще многих святых он увидел среди них, которых никогда не видел в мире.

Отпущенный святым Франциском, он вернулся, хотя и неохотно, в мир. Когда он проснулся и пришел в себя, он услышал, что звонят к первому часу; так что это видение продолжалось только от заутрени до первого часу, хотя ему и казалось, что прошло много лет. И, поведав о своем видении, он заболел лихорадкой и болел семь дней; а на восьмой за ним пришел, по обещанию, святой Франциск с великим множеством славных святых и взял его душу в блаженное царство вечной жизни.

Во славу благословенного Христа. Аминь.

Глава XXVII. Как святой Франциск пошел в Болонью и обратил своею проповедью двух знатных мирян

И пусть никто не зовется первым, но пусть вообще все называются Меньшими братьями. И пусть моют друг другу ноги.

Из Устава, не утвержденного буллой

Однажды святой Франциск пришел в город Болонью. Весь народ стремился увидеть его, и толпа была так велика, что он с большим трудом добрался до площади. Когда вся площадь была битком набита мужчинами, женщинами и студентами, святой Франциск стал на возвышении и начал проповедовать то, что внушал ему Дух Святой. Проповедовал он так удивительно, что казалось, говорил ангел, а не человек, и слова его были как острые стрелы, пронзавшие сердца слушателей.

После этой проповеди множество мужчин и женщин обратилось к покаянию. Среди них было два знатных студента из Марки-Анконы, по имени Пеллегрино и Руджери. После проповеди святого Франциска они, вдохновленные свыше, пришли к нему и сказали, что хотят покинуть мир и стать братьями. Тогда святой Франциск понял через божественное откровение, что они посланы Богом и будут вести в ордене святую жизнь. Он радостно принял их, сказав:

– Ты, Пеллегрино, держись пути смирения, а ты, Руджери, служи братьям.

Повеление это они соблюдали всю жизнь. Брат Пеллегрино не захотел принять священство и оставался простым братом-мирянином, хотя был очень начитан и сведущ в церковном праве. Смирением он достиг такого совершенства в добродетели, что брат Бернард, первенец святого Франциска, говорил, что это один из самых совершенных братьев в мире. Брат Пеллегрино перешел к жизни вечной, сотворив много чудес до и после своей кончины.

Брат Руджери ревностно и верно служил братьям и жил в святости и смирении, и святой Франциск приблизил его к себе и открыл ему многие тайны. Поставленный во главе всех братьев в области Марки Анконы, он долго управлял ими в мире и благочестии.

Спустя некоторое время Бог допустил в душе его великое искушение, которое терзало и мучило его. Хотя он днем и ночью изнурял свою плоть постом, бичеванием и слезами, но не мог отогнать искушения. Часто он впадал в великое отчаяние, потому что считал себя отвергнутым Богом. В таком горе он решил пойти к святому Франциску как к последнему прибежищу, рассуждая так: «Если святой Франциск будет приветлив со мною и близок, как всегда, то я поверю, что Бог сжалится надо мной; если же нет, то это будет означать, что я отвержен Богом».

Он отправился в путь и пошел к святому Франциску, который в это время лежал тяжело больной во дворце епископа Ассизского. Бог открыл ему все об искушении этого брата; и его отчаяние, и его намерение, и его приход. Святой Франциск немедленно призвал брата Льва и брата Массео и сказал им:

– Пойдите навстречу возлюбленному сыну моему, брату Руджери, и приветствуйте его от меня, облобызайте и скажите, что среди всех моих братьев его я особенно люблю.

Они пошли и встретили на дороге брата Руджери, облобызали его и сказали то, что повелел святой Франциск. И тогда брат почувствовал в душе такое утешение и сладость, что едва не лишился чувств, и, возблагодарив Господа Бога всем сердцем своим, он пришел в дом, где лежал немощный святой Франциск.

Хотя святой Франциск был очень болен, услышав, что пришел брат Руджери, он встал и пошел к нему навстречу, нежно обнял его со словами:

– Сын мой, дорогой брат Руджери, среди всех моих братьев я особенно люблю тебя.

Осенив его чело крестным знамением, он поцеловал его и добавил:

– Возлюбленный сын мой, Бог допустил это искушение ради великой заслуги и блага твоего, и если ты не хочешь больше этого блага, то да не будет тебе искушения.

О диво дивное! Как только святой Франциск произнес эти слова, искушение бесследно исчезло, как будто никогда не являлось, и брат остался утешенным.

Во славу Бога. Аминь.

Глава XXVIII. Как брат Бернард из Квинтавалле впал при лицезрении Тела Христова в бесчувствие от заутрени до пятого часа

Как милостив бывает Бог к евангельским нищим, покинувшим мир ради любви к Нему! Это подтверждает нам пример брата Бернарда, который, последовав за святым Франциском, часто возносился духом к Господу при лицезрении Божественного. Однажды он стоял в церкви за обедней, и его душа была так полна созерцанием Бога, что он не видел ничего вокруг себя. При возношении Даров он не стал на колени и не склонил головы, как все другие братья, а неподвижно стоял, устремив глаза в одну точку, с утра до пятого часа, как будто лишенный чувств.

Придя в себя после пятого часа, он стал ходить по обители, восторженно восклицая:

– О братья! О братья! О братья! Нет в этой стране такого знатного или высокопоставленного человека, который не согласился бы с радостью пронести на своих плечах мешок с нечистотами, если бы ему за это обещали прекрасный дворец, весь наполненный золотом.

Это небесное сокровище, обещанное избранникам Божьим, было предназначено брату Бернарду.

И в течение пятнадцати лет его душа всегда парила в горних селениях, а глаза и чело были устремлены к небу. За все это время он ни разу полностью не утолил своего голода, а лишь понемногу пробовал пищу. Он говорил, что истинное воздержание заключается в том, чтобы, попробовав, отказываться от всех сладких яств, а не в том, чтобы совсем не знать их вкуса. И так ясен был свет его премудрости, что самые ученые мужи прибегали к нему за разрешением спорных и трудных вопросов и непонятных мест в Писании, а он разрешал им все сомнения. Его душа была так свободна и отрешена от всего земного, что парила в высоте, как ласточка. Он проводил по двадцать, а то и по тридцать дней один на вершинах высоких гор, погруженный в созерцание Божества. Брат Эгидий говорил, что ни у кого другого не было такого дара питаться на лету подобно ласточкам, как у брата Бернарда.

Из-за этой особой благодати, которую он имел от Бога, с ним часто и охотно беседовал святой Франциск, как днем, так и ночью. И несколько раз их находили вдвоем в лесу без чувств, с душой, вознесенной к Богу, после того как они провели всю ночь в разговорах о Господе.

Ему же хвала во веки веков. Аминь.

Глава XXIX. Как дьявол явился брату Руффину в образе Христа, чтобы обмануть его, и сказал ему, что он проклят

Где любовь и мудрость, там нет ни страха, ни невежества. Где терпение и смирение, там нет ни гнева, ни смущения. Где бедность с радостью, там ни алчности, ни скупости. Где покой и размышление, там ни смятения, ни тревоги. Где страх Господа у охраняющего свой дом, там враг не сможет найти места для нападения. Где милосердие и любовь, там ни избыточности, ни черствости.

Из «Наставлений» св. Франциска Ассизского

Брат Руффин, один из самых знатных людей в Ассизи, товарищ святого Франциска, человек большой святости, подвергся однажды сильному сомнению и искушению от дьявола по вопросу о предопределении. Поэтому он пребывал в печали и огорчении, ибо дьявол внушал ему, что он будет проклят и не предопределен к жизни вечной; и что все, что он делал с тех пор, как последовал за святым Франциском, было тщетно. Это искушение продолжалось немало дней, а он, стыдясь, не открывал его святому Франциску.

Тем временем он не оставлял обычных молений и благочестивых подвигов. Тогда враг рода человеческого усилил свои козни и, не довольствуясь бурей в его душе, стал и извне искушать брата Руффина, мороча его ложными явлениями. Так, однажды он явился ему в образе Распятого и сказал:

– О брат Руффин, зачем изнуряешь ты себя покаяниями и молитвами, если не предназначен ты к блаженству? Поверь мне, я знаю тех, кого я избрал и предопределил; и не придавай веры словам сына Петра Бернардоне, если он будет утверждать обратное. Не спрашивай его, ибо ни он, ни кто другой не ведает этого, кроме меня, Сына Божия. Поэтому будь уверен, что ты из числа проклятых. А сын Петра Бернардоне, отец твой, тоже не принадлежит к избранникам моим, как и ты. И отец его проклят, и всякий, кто следует за ним, заблуждается.

После этих слов он внезапно исчез. А брат Руффин был так омрачен князем тьмы, что начал терять всякую веру и любовь к святому Франциску и ни о чем не говорил с ним.

Но то, что брат Руффин утаил от святого отца, было открыто Духом Святым. Узнав, что брат его в такой опасности, святой Франциск послал за ним брата Массео. Однако брат Руффин ответил пришедшему:

– Что мне за дело до брата Франциска?

Тогда брат Массео, исполненный божественного разумения, увидел сети дьявола и сказал:

– О брат Руффин, разве ты не знаешь, что брат Франциск как ангел Божий, просветивший столько душ в мире. Через него и мы получили благодать от Бога. Ты должен непременно пойти к нему, ибо я ясно вижу, что ты обманут дьяволом.

После этих слов брат Руффин встал и пошел к святому Франциску, который, завидев его издали, воскликнул:

– О жалкий брат Руффин, кому ты поверил?

И когда тот приблизился, святой Франциск по порядку рассказал ему все его искушение, и внутреннее, и внешнее, ясно показывая ему, что явился не Христос, а дьявол, наущениям которого нельзя было верить. И он добавил:

– Когда дьявол скажет тебе вновь, что ты проклят, ответь ему, что замажешь ему рот нечистотами. И ты увидишь, что он дьявол, ибо после этого ответа он сгинет. Ты должен был понять, что это дьявол, еще и потому, что он иссушил твое сердце для всякого добра, по своему обыкновению. Тогда как благословенный Христос не только не иссушает сердца верующего, но смягчает его, как говорит пророк: «Я возьму от вас сердца каменные и дам вам сердца из плоти и крови».

Тогда брат Руффин, видя, что святой Франциск рассказывает всю правду о его искушении, был тронут этими словами и принялся горько плакать. Он упал к ногам святого Франциска и смиренно покаялся в том, что он скрыл искушение. И тогда он был утешен и ободрен увещаниями святого отца и во всем изменился к лучшему. Под конец сказал ему святой Франциск:

– Иди исповедуйся и не оставляй обычных занятий и молитв, и знай, что это искушение послужит тебе на благо и на утешение, и в скором времени ты это почувствуешь.

Брат Руффин вернулся в свою келью в лесу. И когда он слезно молился, внезапно явился искуситель в образе Бога и сказал ему:

– О брат Руффин, не говорил ли я тебе, что ты не должен верить сыну Петра Бернардоне и не должен изнурять себя слезами и молитвами, раз ты все равно проклят? Зачем мучить себя, пока ты жив, если после смерти ты пойдешь на вечное осуждение?

Тогда брат Руффин ответил:

– Я замажу тебе рот нечистотами.

И дьявол в гневе внезапно сгинул, подняв такой вихрь, что от сотрясения посыпались камни с соседней высокой горы, и они в снопе искр покатились в долину со страшным грохотом. Святой Франциск и товарищи его, удивившись, вышли из обители посмотреть, что творится. Каменный провал этот виден до сих пор.

Тогда брат Руффин окончательно понял, что то был дьявол, обманувший его. И, подойдя к святому Франциску, он упал перед ним ниц и еще раз покаялся. А святой Франциск утешил его приветливыми словами и отпустил в келью.

Когда брат Руффин молился там, ему явился благословенный Христос и согрел его душу небесной любовью и сказал:

– Ты хорошо сделал, сын мой, что поверил брату Франциску, ибо ты был опечален дьяволом. Но Я, Христос, твой учитель; и, чтобы ты знал, что это Я, даю тебе знак: пока ты жив, ты не почувствуешь более ни тоски, ни печали.

После этого Христос исчез, наполнив сердце брата такой радостью и сладостью духа, что он проводил в восхищении дни и ночи. С этих пор он так укрепился в благодати и уверился в своем спасении, что сделался другим человеком. Он проводил бы дни и ночи в молитве и созерцании Божественного, если бы другие допустили это. Поэтому святой Франциск говорил о нем, что он уже в этой жизни причтен Иисусом Христом к лику святых и что в его отсутствие он может его смело назвать святым Руффином, хотя он и жив еще.

Во славу Иисуса Христа. Аминь.

Глава XXX. Как святой Франциск послал брата Руффина нагим на проповедь в Ассизи, и как он захотел испытать это унижение на себе, и как они пожали обильные духовные плоды

Брат Руффин, погрузившись в созерцание Бога, стал будто бесчувственным и немым и очень редко открывал уста. Ему совсем не дана была благодать проповеди и легкость речи. Тем не менее святой Франциск повелел ему пойти в Ассизи и проповедовать народу то, что внушит ему Дух Святой. Брат Руффин на это ответил:

– Глубокочтимый отец, прошу, избавь меня и не посылай; ибо, как ты знаешь, я не имею дара проповеди. Я человек простой и несмышленый.

Тогда святой Франциск сказал:

– Раз ты не повиновался мне немедленно, то повелеваю тебе святым послушанием снять свою одежду, кроме исподней, и нагим пойти в Ассизи, и войти в церковь, и в таком виде проповедовать.

Тогда брат Руффин скинул одежду и пошел нагой в Ассизи. Там он вошел в церковь и, поклонившись перед алтарем, встал на амвон и начал проповедовать. Увидев это, взрослые и дети стали смеяться и говорить:

– Поглядите! Эти люди от большого покаяния совсем сошли с ума.

В это время святой Франциск, размышляя о совершенном повиновении брата Руффина и о своем суровом приказании, начал упрекать себя, говоря:

– Откуда такое самомнение у тебя, презренного сына Петра Бернардоне, что ты приказываешь брату Руффину, одному из самых знатных в Ассизи, идти на проповедь нагим, точно безумному? Клянусь Богом, ты испытаешь на себе то, что повелеваешь другим.

Он немедленно разделся и пошел в Ассизи, взяв с собою брата Льва, который нес одежды брата Руффина и его.

Увидев его наготу, жители Ассизи стали издеваться над ним, решив, что они с братом Руффином лишились рассудка от чрезмерного покаяния. Святой Франциск вошел в церковь, где брат Руффин проповедовал, говоря так:

– Возлюбленные, оставьте мир, бегите греха, возвращайте добро неправедное, если хотите избегнуть ада; исполняйте заповеди Божьи, любя Бога и ближнего, если хотите получить жизнь вечную, и покайтесь, чтобы войти в царствие небесное.

Взойдя нагой на амвон, святой Франциск произнес такую удивительную проповедь о презрении к миру, и о святом покаянии, и о добровольной бедности, и о жажде царства небесного, и о наготе и позоре Господа нашего Иисуса Христа на кресте, что все присутствующие горько заплакали от раскаяния и благоговения. И не только в церкви, но и во всем городе в этот день стоял такой плач о Страстях Господних, подобного которому еще не бывало.

Когда весь народ был наставлен и вразумлен, святой Франциск одел брата Руффина и оделся сам. Они вернулись в Порциункулу, хваля и благословляя Господа, даровавшего им победу над собой и позволившего им вразумить добрым примером овечек Божьих, показав, как полезно презрение к миру. И в этот день до того возросло благоговение к ним народа, что тот, кто мог прикоснуться к краю одежды их, почитал себя счастливым.

Во славу Христа. Аминь.

Глава XXXI. О том, что святой Франциск знал о добродетелях и тайных пороках всех своих братьев, как это обнаружилось с братом Руффином и братом Элией

…Великий стыд нам, рабам Божьим, что святые совершили подвиги, а мы, рассказывая о них, хотим получить славу и почет.

Из «Наставлений» св. Франциска Ассизского

Как Господь наш Иисус Христос говорил в Евангелии: «Овцы Мои слушаются голоса Моего, и Я знаю их; и они идут за Мною»^[33], так и блаженный отец святой Франциск, как добрый пастырь, из Божественного откровения знал обо всех заслугах и добродетелях своих товарищей, а также и об их недостатках. Поэтому он умел позаботиться о лучшем лекарстве для каждого: гордых принижал, а смиренных возвышал, пороки порицал, а добродетели восхвалял. Это известно из рассказов о тех чудесных откровениях, которые он имел о своей первоначальной братии. Среди них имеется такой. Однажды святой Франциск находился со своей братией в обители, рассуждая о Боге, а брата Руффина при этой беседе не было с ними. Он был в лесу в созерцании. Пока шла беседа о Боге, брат Руффин вышел из лесу и прошел мимо недалеко от них. Тогда святой Франциск, видя его, повернулся к товарищам и спросил их:

– Скажите мне, как вы думаете, какая самая святая душа у Бога в этом мире?

Они ответили ему, что, по их мнению, его душа. На что святой Франциск сказал им:

– Я, дорогие братья, самый недостойный и гнусный человек, какой только есть у Бога в этом мире; но видите вы брата Руффина, который сейчас выходит из лесу? Бог открыл мне, что его душа одна из трех самых святых душ, какие только есть, и я твердо говорю вам, что не усомнился бы назвать его еще при жизни святым Руффином, раз душа его уже утвердилась в милости и освящена на небе и причтена к святым Господом нашим Иисусом Христом.

Но этих слов святой Франциск никогда не говорил в присутствии брата Руффина.

То, что святой Франциск видел недостатки своих братьев, видно на примере брата Элии, которого он часто укорял за его высокомерие, и брата Иоанна с Шапкой, которому он предсказал, что тот должен повеситься за шею. А еще на примере того брата, которому демон сжимал горло после того, как он исправился от непослушания, и на примере многих других братьев, тайные пороки и добродетели которых он ясно узнавал из откровения от благословенного Христа.

Аминь.

Глава XXXII. Как брат Массео вымолил у благословенного Христа совершенную добродетель смирения

Те, кто поставлен над другими, – пусть столько же гордятся этим начальствованием, сколько если бы были предназначены исполнять службу омовения ног братьев. И если более смущаются об отнятом у них начальствовании, нежели об утрате обязанности мыть другим ноги, тем более набивают себе денежных ящичков на погибель души.

Из «Наставлений» св. Франциска Ассизского

Первые товарищи святого Франциска устремляли все усилия на то, чтобы быть бедными на земные блага и богатыми на добродетели, благодаря которым достигаются истинные и вечные небесные сокровища. Случилось однажды им собраться вместе для беседы о Боге, и один из них привел такой пример:

– Был человек великим другом Господа и имел милость жизни деятельной и созерцательной, но вместе с тем было в нем такое глубокое смирение, что он считал себя величайшим грешником. Это смирение святило его и укрепляло в милости, умножало его добродетели и дары Божии и никогда не позволяло впадать в грех.

Брат Массео, услышав столь удивительные вещи о смирении и зная, что это сокровище жизни вечной, так воспламенился любовью к добродетели смирения, что, подняв лицо к небу, дал обет не знать в этом мире веселья до тех пор, пока не почувствует, что эта добродетель всецело вошла в его душу. С той поры почти беспрестанно он пребывал взаперти в келье, изнуряя себя постами, бдением, молитвами и обильными слезами перед лицом Божьим, пытаясь вымолить у Него эту добродетель, без которой он считал себя достойным ада.

И вот брат Массео много дней пребывал в таком состоянии, и случилось ему однажды войти в лес. Шел он по лесу, роняя слезы, вздохи и слова, и в пламенной жажде своей просил у Бога эту божественную добродетель. А так как Бог охотно внимает молитвам смиренных и сокрушенных сердцем, то до брата Массео в этом состоянии дошел голос с неба, окликнувший его дважды:

– Брат Массео, брат Массео!

А он, узнав духом, что это был голос Христа, ответил так:

– Господь мой, Господь мой!

А Христос промолвил:

– Что готов ты дать, чтобы получить испрашиваемую тобою милость?

Брат Массео ответил:

– Господи, я готов дать очи главы моей.

На что Христос сказал:

– А Я хочу, чтобы у тебя были и милость, и очи.

После этого голос умолк, а брат Массео исполнился милости желанной добродетели смирения и света Божьего настолько, что с тех пор всегда пребывал в радости. Часто, когда молился, он издавал однообразный звук ликования, наподобие глухого воркования голубя, – «У! У! У!» – и стоял так в созерцании с весельем в лице и радостью в сердце. Вместе с тем, став смиренным, он считал себя самым ничтожным из всех людей мира.

Когда брат Якопо из Фалероне спросил его, почему не проходит его радость, он весело ответил, что, когда он что-нибудь одно считает хорошим, нет нужды это менять.

Во славу Христа. Аминь.

Глава XXXIII. Как святая Клара по приказанию Папы благословила за обедней хлеб и на нем мгновенно появилось изображение Креста

И все создания, сущие под небом, согласно со своей природой, познают своего Творца, служат и повинуются Ему лучше, нежели ты [человек]. И даже бесы не сами распяли Его, но ты с ними распял Его и поныне распинаешь, погрязши в пороках и грехах. Чем, следовательно, можешь гордиться?

Из «Наставлений» св. Франциска Ассизского

Святая Клара, благочестивейшая ученица Креста Христова и благородная дочь господина нашего святого Франциска, была такой святости, что не только епископы и кардиналы, но и сам Папа горел великим желанием видеть ее и часто посещал ее лично. Один раз святой отец пошел к ней в монастырь послушать, как она говорит о небесных и божественных предметах. И вот, когда они вместе рассуждали о Боге, святая Клара приказала приготовить столы и положить на них хлеб, чтобы святой отец благословил его. Затем, окончив духовную беседу, святая Клара почтительно стала на колени и попросила благословить хлеб, лежащий на столе. Святой отец сказал ей:

– Сестра Клара, вернейшая из верных, я хочу, чтобы ты сама благословила этот хлеб и сотворила над ним знамение Креста Христова, которому ты всецело предала себя.

На что святая Клара ответила:

– Простите меня, святейший отец, я была бы достойна слишком великого укора, если бы я, презренная женщина, дерзнула в присутствии наместника Христова сотворить такое благословение!

Тогда Папа приказал:

– Чтобы это не было вменено тебе в гордыню, но в заслугу послушания, я повелеваю тебе во имя святого послушания сотворить над этими хлебами знамение Креста и благословить их во имя Божие.

После этого святая Клара как истинная дочь послушания благословила хлебы знамением святого Креста. И дивная вещь предстала перед их очами! Внезапно на всех хлебах оказалось вырезанным прекраснейшее изображение Креста. Тогда часть этих хлебов была съедена, а часть сохранена в память о чуде.

И святой отец, ставший свидетелем этого чуда, отломил от хлеба и, воздавая благодарность Богу, удалился, оставив святую Клару со своим благословением.

Тогда жила в том монастыре сестра Ортолана, мать святой Клары, и сестра Агнесса, ее родная сестра, так же как святая Клара, исполненные добродетели и Духа Святого, а с ними многие другие святые монахини. Святой Франциск направлял к ним больных, а монахини молитвами своими и знамением Креста всем возвращали здоровье.

Во славу Христа. Аминь.

Глава XXXIV. Как Людовик Святой, король французский, посетил брата Эгидия и как они, не сказав ни слова один другому, поняли друг друга

Когда Людовик Святой, король французский, отправился в паломничество по святым местам мира, он прослышал о святости брата Эгидия, одного из первых товарищей святого Франциска, и принял решение во что бы то ни стало посетить его лично. Для этого он прибыл в Перуджу, где жил тогда брат Эгидий, и, подойдя к дверям обители братьев под видом бедного неизвестного паломника в сопровождении немногих товарищей, начал настойчиво спрашивать брата Эгидия, не говоря привратнику, кто его спрашивает.

И вот привратник пошел сказать брату Эгидию, что у ворот стоит какой-то паломник и спрашивает его. А тот, по откровению от Бога, понял, что это был французский король. Немедленно вышел он из кельи и побежал к воротам. А там, не спрашивая, виделись ли они когда-нибудь, с великим почтением упали они друг перед другом на колени, обнялись и облобызали друг друга с такой любовью, как будто давно уже водили дружбу. В то же время один другому ничего не сказал, и они постояли так, обнявшись, в молчании, всем своим видом показывая любовь. И, простояв так долгое время, не говоря ни слова, расстались друг с другом, и святой Людовик отправился своим путем, а брат Эгидий вернулся в келью.

Когда король уезжал, один из братьев спросил кого-то из его товарищей, что это был за человек, который так долго стоял обнявшись с братом Эгидием, и тот ответил, что это был Людовик, король французский, и приходил он с братом повидаться. Когда потом он сказал это остальным братьям, они опечалились тем, что брат Эгидий не промолвил королю ни слова, и спросили его:

– Брат Эгидий, почему ты так невежливо обошелся с таким совершенным королем, который пришел из самой Франции, чтобы увидеть тебя и услышать от тебя какое-нибудь доброе слово, а ты ничего не промолвил?

Брат Эгидий ответил:

– Дорогие братья, не удивляйтесь этому. Вышло так, что ни я ему, ни он мне не могли сказать ни слова, ибо, едва мы обнялись с ним, как свет Премудрости Божьей раскрыл и явил сердце его мне, а мое ему, и, глядя так, по Божьему соизволению, в сердца друг друга, мы гораздо лучше и с бо́льшим утешением узнали то, что хотели сказать друг другу, чем если бы говорили наши уста. А если бы мы захотели голосом выразить то, что чувствовали в сердцах, то, из-за недостатков человеческой речи, которая не может ясно выразить сокровенные тайны Божьи, мы скорее огорчились бы, чем утешились, а теперь вы знаете, что король ушел дивно утешенным.

Во славу Христа. Аминь.

Глава XXXV. Как святая Клара, будучи больной, была в рождественскую^[34] ночь перенесена в церковь к заутрене и видела и слышала все торжество, устроенное братьями. Это было делом рук Божьих

Увы тому монаху, который блага, явленные ему Господом, не скрывает в сердце своем и другим являет не в милосердии, но стремится явить людям излишние слова корысти ради. Сам он получает награду свою, и слушатели извлекают мало пользы.

Из «Наставлений» св. Франциска Ассизского

Однажды святая Клара тяжко заболела, так что совсем не могла идти в церковь стоять службу с другими монахинями, а тут наступил праздник Рождества Христова, и все другие пошли к заутрене, она же одна осталась в постели, расстроенная тем, что не могла идти вместе с другими и получить духовное утешение. Но Супруг ее Иисус Христос, не желая оставлять ее без утешения, чудесным образом перенес ее в церковь Святого Франциска и дал ей прослушать всю службу заутрени и ночную обедню и, кроме этого, принять Святое причастие, а затем перенес ее обратно в ее постель.

По окончании службы у святого Дамиана монахини вернулись к святой Кларе и сказали ей так:

– О мать наша, сестра Клара, какое великое утешение мы получили в эту ночь святого Рождества! Что, если б Богу угодно было, чтобы и вы были вместе с нами!

И святая Клара сказала:

– Я воздаю благодарность и хвалу Господу моему, благословенному Иисусу Христу, сестры мои и дочери возлюбленные, ибо я в эту святейшую ночь присутствовала при сем торжестве, и в большей мере, чем вы, к великому утешению души моей. Заботами отца моего святого Франциска и милостью Господа моего Иисуса Христа, я присутствовала в церкви Святого Франциска и своими телесными и умственными ушами слышала все пение и игру на органе, и там же приняла я Святое причастие. Так возрадуйтесь же оказанной мне великой милости и возблагодарите Бога.

Аминь.

Глава XXXVI. О видении, бывшем брату Льву, и как растолковал его святой Франциск

Однажды святой Франциск тяжко заболел, и брат Лев ухаживал за ним; и вот этот самый брат Лев стал молиться рядом со святым Франциском. Вдруг он был восхищен и оказался будто у широкой и бурной реки. Там он увидел, как несколько братьев, сильно нагруженных, входили в эту реку, но их сейчас же сваливало с ног течением реки, и они тонули. Некоторые доходили до трети реки, некоторые до середины, некоторые почти до другого берега; но все они из-за быстрого течения реки и груза, который несли на спине, в конце концов падали и тонули.

Увидев это, брат Лев проникся к ним великим состраданием. Так он стоял какое-то время, а потом увидел, что идет большая толпа братьев, без всякой ноши груза. В них светилась святая бедность, и когда они вошли в реку, то перебрались на ту сторону без какой-либо опасности.

После этого брат Лев пришел в себя. Тогда святой Франциск, который понял, что брату Льву было какое-то видение, подозвал его к себе и расспросил его о том, что он видел. Когда брат Лев рассказал ему все видение по порядку, святой Франциск сказал:

– То, что ты видел, – правда. Большая река – это мир; братья, тонущие в реке, – это те, кто не следует евангельскому учению, и особенно касающемуся высочайшей бедности; а проходящие реку невредимыми – это те, кто не ищет ничего земного и плотского и ничем не владеет в этом мире. Ведя умеренную жизнь и имея только необходимое, они счастливы, потому что следуют Христу, висевшему на кресте нагим. Это сладкое иго Христово и бремя святого послушания они несут радостно и охотно и потому легко переходят от жизни временной к жизни вечной.

Во славу Христа. Аминь.

Глава XXXVII. Как один богатый и учтивый знатный человек обратился в веру святого Франциска и вступил в орден

Святой Франциск пришел однажды поздно вечером к дому одного важного и могущественного человека из знати и был вместе со своим спутником принят на ночлег, словно ангел рая, с величайшей учтивостью и почетом. За это он понравился святому Франциску. При входе в дом он обнял святого Франциска и любовно поцеловал, а затем умыл ему ноги, и вытер, и смиренно облобызал, и возжег великий огонь, и уставил стол множеством добрых яств. И все время, пока они ели, прислуживал им с радостным лицом. Когда же святой Франциск со спутником кончили есть, этот знатный человек сказал:

– Отец, я предлагаю вам себя и все свое достояние. Когда вам понадобится ряса, или плащ, или еще что-нибудь – покупайте, я заплачу. И еще, я готов снабжать вас необходимым во всех ваших потребностях, ведь, по милости Божьей, я могу это, раз у меня есть в изобилии все земные блага, а потому, из любви к Господу, даровавшему мне их, я охотно отдам их Его беднякам.

Святой Франциск, увидев в нем такую учтивость и приветливость и услышав такие щедрые обещания, сам почувствовал к нему такую любовь, что потом, уходя оттуда, сказал своему спутнику:

– Поистине этот знатный человек смог бы стать нашим товарищем, раз он так благодарит и помнит Бога и так ласков и учтив с ближними и бедными. Знай, дорогой брат, что учтивость – одно из свойств Бога, который из учтивости одинаково посылает солнце и дождь на праведных и неправедных. Учтивость – сестра милосердия, которое тушит ненависть и хранит любовь. А раз я признал в этом добром человеке такую Божью добродетель, то охотно взял бы его в товарищи. Поэтому мне хотелось бы однажды вернуться к нему, и, может быть, Бог тронет его сердце и он пожелает сопутствовать нам в нашем служении Богу. Так что будем мы молить Бога, чтобы Он вложил ему в сердце это желание и даровал ему благодать исполнить его.

Удивительная вещь! Несколько дней спустя, когда святой Франциск совершил моление об этом, Бог вложил это желание в сердце знатного человека. И сказал святой Франциск товарищу:

– Пойдем, брат, к учтивому человеку, ибо уверен я, что он отречется от всего земного и станет нам товарищем.

И пошли они, и, когда подошли к его дому, святой Франциск сказал своему спутнику:

– Подожди меня немного, я хочу сначала помолиться Богу, чтобы Он сделал наш путь счастливым и чтобы Христу, в силу святейших Страстей Его, было угодно уступить нам, бедным и слабым, ту благородную добычу, которую мы хотим похитить у мира.

И после этих слов он стал на молитву в таком месте, где его мог бы увидеть учтивый человек; и было угодно Богу, чтобы последний, посматривая то туда, то сюда, застал святого Франциска за благоговейной молитвой перед Христом, Который явился ему во время этой молитвы. Христос стоял перед ним, и видно было, как святой Франциск телесно поднялся от земли на порядочное расстояние.

Так знатный человек понял, что ему надлежит оставить мир, и он немедленно вышел из дворца и побежал к святому Франциску, стоявшему на молитве. Прибежав к нему, человек упал перед ним на колени и настойчиво, но почтительно попросил позволить ему совершать покаяние вместе. Когда святой Франциск увидел, что его молитва услышана Богом и знатный человек так настойчиво просит у него того, чего он сам желал, тогда он встал с великой радостью духовной, обнял и поцеловал вновь обращенного и благоговейно поблагодарил Бога, Который присоединил к их товариществу такого совершеннейшего рыцаря.

И спросил святого Франциска этот знатный человек:

– Что повелишь ты мне делать, отец мой? Я готов по твоему повелению раздать бедным все, что имею, и вместе с тобой последовать за Христом, свободный от всех благ земных.

Так он и сделал, и, согласно повелению святого Франциска, раздал свое имущество бедным и вступил в орден и жил в великом покаянии, и святости, и честной беседе.

Во славу Христа. Аминь.

Глава XXXVIII. Как святой Франциск познал духовно, что брат Элия осужден и должен выйти из ордена, и молил за него Бога

Когда святой Франциск и брат Элия жили в одной обители, святому Франциску было откровение от Бога, что брат Элия осужден и должен отпасть от ордена. Поэтому святой почувствовал такую неприязнь к нему, что даже перестал разговаривать с ним. И если случалось брату Элии идти ему навстречу, он сворачивал с пути и направлялся в другую сторону. Благодаря этому брат Элия начал замечать, что святой Франциск испытывает неприязнь к нему, и, желая знать причину, подошел однажды к святому Франциску поговорить с ним; а так как святой Франциск разговаривать не хотел, брат удерживал его и начал настойчиво просить его поведать причину, по которой святой так избегал его общества. И святой Франциск ответил ему:

– Причина в том, что было мне открыто Богом, что ты за свои грехи отпадешь от ордена и умрешь вне его. И еще открыл мне Бог, что ты осужден.

Услышав такой ответ, брат Элия сказал так:

– Почтенный отец мой, молю тебя именем Христовым, чтобы из-за этого ты не избегал меня и не прогонял от себя; но, как добрый пастырь, по примеру Христа, разыскивает и принимает овцу, которая погибнет, если ей не помочь, помолися Богу за меня, чтобы Он, если это возможно, отменил приговор о моем осуждении. Ибо написано, что Бог может переменить приговор, если грешник искупит свой грех^[35]. А я так верю в твои молитвы, что, если бы я был в середине ада, а ты помолился за меня Богу, я почувствовал бы прохладу. Поэтому я прошу тебя, чтобы ты поручил меня, грешника, Богу, пришедшему спасти грешных, и Он распространит на меня свое милосердие.

И говорил это брат Элия с благоговением и слезами. За это святой Франциск, как жалостливый отец, обещал ему молить за него Бога, и так и поступил. Благоговейно моля за него Бога, он узнал из откровения, что его молитва была услышана Богом, приговор об осуждении брата Элии был отменен и что в конце концов душа этого брата будет спасена. Но, несомненно, он выйдет из ордена и умрет вне его.

Так оно и случилось. Когда Фридрих, король Сицилийский, восстал против Церкви и был отлучен Папой, вместе с ним отлучен был всякий, кто давал ему помощь и совет. А брат Элия, почитаемый одним из самых мудрых людей на свете, был приглашен королем Фридрихом и согласился стать на его сторону. Он восстал против Церкви и отпал от ордена. По этой причине он был отлучен Папой и лишен одеяния святого Франциска. Будучи отлучен, он тяжело заболел.

Услышал о его болезни родной брат, брат-мирянин, что остался в ордене и показал себя человеком доброй и честной жизни. Он отправился навестить брата Элию и между прочим сказал ему:

– Дорогой брат мой, меня печалит то, что ты отлучен и стоишь вне ордена и умрешь так. Если ты знаешь какой-нибудь путь или способ, которым я мог бы помочь тебе в этой беде, ради тебя я готов на любой труд.

– Брат мой, я не вижу другого способа, кроме одного: пойти тебе к Папе и просить его во имя любви ко Христу и рабу его святому Франциску, благодаря назиданиям которого я оставил мир, снять с меня отлучение и возвратить мне монашеское одеяние.

Брат его сказал, что он с радостью потрудится ради его спасения. Расставшись с братом Элией, он пошел в путь с намерением пасть к ногам святого отца и смиренно просить его ради Христа и святого Франциска оказать милость брату.

Так угодно было Богу, чтобы Папа согласился на то, чтобы брат-мирянин отправился назад и, если найдет в живых брата Элию, снял бы от имени Папы с него отлучение и вернул бы монашеское одеяние. Брат-мирянин в радости поспешил к брату Элии и застал его еще живым, но уже при смерти. Он снял с него отлучение и надел на него монашеское одеяние, после чего брат Элия ушел из этой жизни, и душа его была спасена ради заслуг святого Франциска и его молитвы, на которую брат Элия возлагал столь великую надежду.

Во славу Христа. Аминь.

Глава XXXIX. Как святой Антоний Падуанский чудесным образом проповедовал в собрании перед Папой и кардиналами

Прекрасный сосуд Духа Святого Антоний из Падуи, один из избранных учеников и товарищей святого Франциска, которого святой Франциск называл своим Епископом, проповедовал однажды в собрании перед Папой и кардиналами. На собрании этом были люди разных народов и языков: греки, латинцы, французы, немцы, славяне, англичане и из других краев.

Но святой Антоний, воспламененный Духом Святым, начал излагать Слово Божие с таким проникновением и благоговением, с такой тонкостью и ясностью, так понятно для всех, что все присутствующие, хотя и говорили на разных языках, ясно и точно поняли его слова, как будто он говорил на родном языке каждого из них. Все стояли в оцепенении, и всем показалось, что повторилось древнее чудо с апостолами в день Пятидесятницы, когда апостолы силою Духа Святого заговорили на разных языках.

Присутствовавшие говорили друг другу с изумлением:

– Ведь этот проповедник не из Испании, как же все мы слышим в его речи наш язык?!

Папа тоже удивился глубине его речей и сказал:

– Воистину, этот человек Ковчег Завета и Ларец Божественного Писания.

Во славу Христа. Аминь.

Глава XL. Как Меньший брат святой Антоний Падуанский проповедовал в Римини перед рыбами морскими и рыбы чудесным образом внимали ему

Благословенному Христу угодно было показать великую святость вернейшего раба своего, святого Антония, и то, с каким благоговением даже неразумные твари слушали его проповедь и его святое учение. Один раз он пристыдил безрассудство неверных еретиков на примере рыб, подобно тому как в Ветхом Завете устами ослицы укорил Бог Валаамово невежество.

Святой Антоний находился в Римини, где было великое множество еретиков. Стремясь привести их к свету правой веры и вывести на путь истинный, он много дней проповедовал и спорил с ними о вере Христовой и Священном Писании. Но так как они не только не соглашались с его святыми речами, но в ожесточении и упорстве своем не желали даже слушать святого Антония, то однажды он, по вдохновению Божью, пошел к устью реки, к самому морю, и, стоя на берегу, между морем и рекой, от имени Господа, словно проповедуя, произнес:

– Слушайте Слово Божье, вы, рыбы морские и речные, раз еретики избегают слушать его.

И едва он так сказал, внезапно к берегу подплыло такое множество рыб, больших, малых и средних, какого никогда никто не видал во всем том море и реке. Все эти рыбы держали головы над водой, внимательно глядя на лицо святого Антония, в тишине, послушании и порядке. Прямо перед ним, ближе всех к берегу, стояли маленькие рыбки, за ними стояли рыбы среднего роста, а позади всех, где вода была глубже, стояли самые большие рыбы. И вот, когда рыбы разместились в таком порядке, святой Антоний торжественно начал проповедь и сказал:

– Братья мои рыбы, вы обязаны, по мере возможности, воздавать благодарность нашему Творцу, который дал вам для жилья столь благородную стихию. Вы, по своему вкусу, можете жить в пресной или в соленой воде, можете прятаться от бури во множестве укромных мест. Господь дал вам светлую и прозрачную стихию для жизни и прекрасную пищу для того, чтобы эту жизнь поддерживать. Учтивый и благосклонный Творец ваш, Бог, создавая вас, повелел вам расти и множиться и дал вам Свое благословение. Когда случился Великий потоп, все другие животные умерли, лишь вас одних сохранил Бог от гибели. Затем Он дал вам плавники, чтобы передвигаться, куда вы пожелаете. Вам, по Божьему повелению, дана была честь уберечь пророка Иону и после трех дней выпустить его на землю живым и невредимым. Вы же дали Господу нашему Иисусу Христу монету для подати, ибо Ему, как бедняку, нечем было платить. Затем вы послужили Вечному Царю Иисусу Христу пищей перед воскресением и после, по особой тайне. За все это вы обязаны славословить и благословлять Того, Кто дал вам столь великих милостей больше, чем другим тварям.

В ответ на эти и подобные речи и наставления святого Антония рыбы начали открывать рот и наклонять голову и такими доступными им знаками почтения принялись славословить Бога.

Тогда святой Антоний, увидев у рыб такое почтение к Богу Творцу, возрадовался и сказал громким голосом:

– Да будет благословен Бог Вечный. Рыбы водные Его чтут больше, нежели люди еретики, и лучше внимают Его речам неразумные твари, нежели неверные люди.

И чем больше проповедовал святой Антоний, тем больше собиралось рыб, и ни одна не покидала своего места. На это чудо стали сбегаться жители города, и среди них даже еретики. Последние, увидев столь дивное и явное чудо, сокрушенные, все бросились к ногам святого Антония, чтобы внимать его проповеди. Тогда святой Антоний начал проповедовать о католической вере, и проповедь его была так благородна, что он обратил всех тех еретиков и заставил их вернуться к правой вере Христовой. А все верные пребывали в великой радости и укрепились в вере.

После того святой Антоний отпустил рыб с благословением Божьим, и все они удалились, удивительным образом проявляя свою радость. Разошелся и народ. После того святой Антоний оставался много дней в Римини, проповедовал и собрал большую духовную жатву.

Во славу Христа. Аминь.

Глава XLI. О великой святости брата Симона из Ассизи

В начале существования ордена, еще при жизни святого Франциска, вступил в братию один юноша из Ассизи, которого звали братом Симоном. Бог наделил его такой великой милостью, силой созерцания и полетом мысли, что он, по словам тех, кто долгое время жил с ним, всю свою жизнь был зерцалом святости. Редко встречали его вне кельи. Если же он иногда и бывал с братьями, то говорил только о Боге. Он не учился грамматике, но тем не менее так проникновенно и возвышенно говорил о Боге и о любви ко Христу, что его речи казались сверхъестественными.

Однажды вечером, встретившись с братом Якопо из Массы в лесу, чтобы поговорить о Боге, они в сладчайшей беседе о божественной любви простояли всю ночь. И утро, показалось им, наступило очень скоро, – так рассказывал мне брат Якопо.

Брат Симон воспринимал божественные прозрения и полные любви посещения Духа Святого так кротко, что не раз, чувствуя их приход, ложился на постель; ибо спокойная сладость от наития Духа Святого требовала от него не только отдохновения мысли, но и тела. Во время таких Божьих посещений он бывал много раз восхищен и тогда становился совершенно нечувствительным к телесным явлениям. И вот однажды, когда он был таким образом восхищен в Боге и, став нечувствительным к миру, пылал внутри божественной любовью, а своими телесными чувствами не ощущал ничего, некий брат захотел проверить это и посмотреть, действительно ли брат Симон такой, каким кажется. Он взял горящий уголь и положил его брату Симону на босую ногу. Тот ничего не почувствовал, и уголь не оставил ему никакого следа на ноге, хотя пролежал там долгое время, – он даже потух сам собой.

Садясь за стол, брат Симон, прежде чем принять телесную пищу, принимал сам и раздавал другим пищу духовную, беседуя о Боге. Его благочестивая беседа обратила однажды к Богу одного юношу из Сан-Северино, который в миру был самым пустым и светским человеком благородной крови и нежного телосложения. Брат Симон, приняв этого юношу в орден, оставил его мирскую одежду при себе, а тот пребывал с братом Симоном, чтобы учиться у него соблюдать устав. Демон, который старается вредить всякому доброму делу, вложил в этого юношу такое сильное возбуждение и настолько пылкое искушение плоти, что тот никак не мог противостоять ему. Он пошел к брату Симону и сказал ему:

– Верни мне мою одежду, которую я носил в миру, – я не могу больше противостоять телесному искушению.

Брат Симон, сжалившись над ним, сказал ему:

– Посиди тут немного со мною, сын. – Он начал говорить ему о Боге, и искушение ушло.

Позже, когда со временем искушение опять пришло и юноша вновь потребовал свою одежду, брат Симон еще раз отогнал это искушение беседой о Боге. И после того как это случилось много раз, наконец однажды ночью искушение напало на юношу с такой силой, что он, бессильный противостоять мирскому соблазну, пошел к брату Симону и опять попросил у него свою мирскую одежду, потому что не было у него сил оставаться. Тогда брат Симон, по своему обыкновению, посадил его рядом с собой и завел беседу о Боге; юноша же в тоске и грусти положил голову на колени брату Симону. И брат Симон из великого сострадания к нему поднял глаза к небу и в благоговейной молитве за него Богу был восхищен, и Бог услышал его.

Когда он пришел в себя, юноша почувствовал себя полностью свободным от того искушения, словно никогда его и не испытывал. Пыл искушения даже превратился в пыл Духа Святого. Ведь он сидел рядом с горящим углем – с братом Симоном – и весь воспламенился любовью к Богу и ближнему.

Однажды поймали некоего злоумышленника и должны были ему выколоть глаза. Тогда брат Симон, из сострадания, бесстрашно отправился к наместнику на заседание суда и со слезами на глазах почтительно попросил, чтобы один глаз выкололи у него, а другой у злоумышленника, так, чтобы тот не оказался совсем лишенным зрения. Но наместник и суд, увидев в этом брате великий пыл милосердия, отпустили и того и другого.

Раз стоял брат Симон в лесу на молитве и чувствовал великое утешение в душе своей, а стая ворон принялась докучать ему своим карканьем; тогда он Христовым Именем повелел им улететь и не возвращаться больше на то место; и птицы эти улетели, и с той поры их никогда не видели ни в том месте, ни во всей округе. Это чудо стало известно всей области Фермо, где находилось то место.

Во славу Христа. Аминь.

Глава XLII. О многих святых братьях и о множестве содеянных ими чудес

…Братья, уже давшие обет послушания, пусть имеют одну рясу с капюшоном и другую без капюшона, если будет нужно, и веревку и брюки. И все братья пусть одеваются в дешевые одежды, а латать их могут из мешковины и каких-либо лоскутов с благословения Божьего; потому что говорит Господь в Евангелии: «Одевающиеся пышно и роскошно живущие» (Лк. 7: 25) и «Носящие мягкие одежды находятся в чертогах царских» (Мф. 11: 8). И хотя бы называли их лицемерами, но они да не прекращают поступать хорошо и да не ищут дорогих одежд в этом мире, чтобы могли иметь одеяние в Царстве Небесном.

Из Устава, не утвержденного буллой

Провинция Марка Анкона издревле была, как небо звездами, украшена святыми братьями примерной жизни. Они, как светила небесные, озаряли и украшали орден святого Франциска и весь мир поступками и речами. Среди них был брат Лючидо Древний, который поистине светился своей святостью и пылал божественным милосердием. Его славные речи, внушенные Духом Святым, приносили удивительные плоды, когда он проповедовал. Был еще брат Бентиволья из Сан-Северино, которого брат Массео видел в лесу поднявшимся на воздух во время молитвы на большое расстояние. Из-за этого чуда брат Массео, тогда еще священник, оставил свой приход и стал Меньшим братом. Он прожил святую жизнь и сотворил много чудес при жизни и после смерти.

Брат Бентиволья жил однажды один в Тревебонанти, присматривая и ухаживая за неким прокаженным. В это время он получил от прелата повеление уйти из того места и отправиться в другое, в пятнадцати милях оттуда. Не желая оставлять этого прокаженного одного, он положил его себе на плечи и за время от заката до восхода солнца прошел с ним все пятнадцать миль пути вплоть до Монте-Саничино – места, куда его направили. Будь он даже орлом, он не смог бы пролететь этот путь в такое короткое время. Во всей стране от этого божественного чуда было великое изумление.

Был еще брат Петр из Монтичелло. Брат Серводео из Орбино, в ту пору гвардиан в старой Анконской обители, видел его однажды поднявшимся от земли на пять или даже на шесть локтей, до подножия церковного распятия, перед которым он стоял на молитве. Этот брат Петр, держа однажды с великим благоговением пост святого архангела Михаила, в последний день поста стоял в церкви на молитве, а один юный брат, который спрятался под большим алтарем, чтобы увидеть какое-нибудь проявление его святости, подслушал, как тот беседовал со святым архангелом Михаилом.

А речи, которые они говорили, были таковы. Святой Михаил сказал:

– Брат Петр, ты, как верный, потрудился ради меня и изнурил свое тело; теперь я пришел утешить тебя и сказать, чтобы ты просил милости, какой хочешь, – я вымолю ее тебе у Бога.

Отвечал брат Петр:

– Святейший вождь небесного воинства и вернейший ревнитель Божьей чести и жалостливый защитник душ, я прошу у тебя такой милости: вымоли мне у Бога прощение моих грехов.

Отвечал святой Михаил:

– Проси другой милости, а эту я и так тебе без труда вымолю.

А так как брат Петр не просил ничего другого, то архангел сказал в заключение:

– За твою веру и почтение ко мне я вымолю тебе эту милость, о которой ты просишь, и много других.

И по окончании их беседы, длившейся долгое время, святой архангел Михаил исчез, оставив его в великом утешении.

В одно время со святым братом Петром жил еще один брат, Коррадо из Оффиды, принадлежавший вместе с ним к Форанской обители в Анконской кустодии^[36]. Брат Коррадо пошел однажды в лес, чтобы созерцать там Бога, а брат Петр тайком пошел за ним, чтобы посмотреть, что случится. И вот брат Коррадо стал на молитву и начал благоговейно и с рыданиями молить Деву Марию, чтобы она вымолила для него у своего благословенного Сына милость почувствовать немного той божественной сладости, какую испытал в день Сретения Господня святой Симеон, держа на руках благословенного Спасителя Иисуса. После этой молитвы милосердная Дева Мария вняла ему.

И вот Царица Небесная появилась с благословенным Сыном Своим на руках в великой лучезарности и, приблизившись к брату Коррадо, положила ему благословенного Сына Своего на руки. Тот принял Его с благоговением, обнял, поцеловал и, прижимая Его к груди, весь растаял в божественной любви и неизъяснимом утешении.

Брат Петр, видевший все это из потаенного места, почувствовал величайшую сладость и утешение в душе. А когда Дева Мария ушла от брата Коррадо, брат Петр немедленно вернулся в свое жилище, чтобы его не заметили.

Брат Коррадо вернулся веселым и радостным, и брат Петр сказал ему:

– О небесный, ты получил сегодня великое утешение.

Ответил брат Коррадо:

– Что такое ты говоришь, брат? Что ты знаешь про меня?

– Уж я знаю, знаю, – говорил брат Петр, – как к тебе приходила Дева Мария с благословенным Сыном Своим.

Тогда брат Коррадо, который, будучи поистине смиренным, хотел сохранить в тайне милости Бога, попросил брата Петра не говорить об этом никому. С тех пор была между ними такая великая любовь, что казалось, у них была одна душа и одно сердце.

Однажды в Сирольской обители брат Коррадо избавил от демона одну одержимую женщину, молясь за нее всю ночь. А наутро убежал, чтобы народ не отыскал его и не воздал ему почестей.

Во славу Христа. Аминь.

Глава XLIII. Как брат Коррадо обратил одного юного брата, смущавшего весь монастырь

Брат Коррадо из Оффиды, ревнитель евангельской бедности и устава святого Франциска, был человеком такой благочестивой жизни и таких заслуг перед Богом, что благословенный Христос почтил его многими чудесами в жизни и в смерти. Вот одно из них. Когда он новичком пришел в Оффидскую обитель, братья попросили его ради Бога и милосердия наставить одного юного брата из той же обители, который вел себя так ребячески и распутно, что смущал и старых, и юных в этой братии. О богослужении же и соблюдении других правил юноша этот почти не заботился. Тогда брат Коррадо, из жалости к тому юноше и ради просьбы братьев, отозвал этого юношу в сторону и в пылу милосердия обратился к нему так убедительно и благочестиво, что тот, по милости Божьей, из мальчика нравом превратился в старца, и такого послушного и доброжелательного, заботливого и благочестивого, такого тихого, услужливого и добродетельного, что если раньше вся братия приходила от него в смущение, то теперь все стали довольны, утешились и очень полюбили его.

Однако Богу угодно было, чтобы несколько дней спустя после своего обращения этот юноша умер, о чем все братья очень скорбели, а еще через несколько дней душа юноши явилась брату Коррадо в то время, когда он стоял на молитве перед монастырским алтарем. Душа с любовью приветствовала его как отца. И брат Коррадо спросил его:

– Кто ты?

Она ответила:

– Я душа того юного брата, который умер на днях.

Брат Коррадо спросил:

– О дорогой сын, что с тобой стало?

И душа сказала:

– Дорогой отец, по милости Божьей и благодаря твоим наставлениям мне хорошо, ибо я не осужден. Но за некоторые мои грехи, от которых я не успел очиститься в достаточной мере, я терплю величайшие муки чистилища. Но я прошу тебя, отец, чтобы, подобно тому как ты живому мне помог жалостью своей, так и теперь соблаговоли помочь в моих муках, прочитав за меня хотя бы «Отче наш». Ибо твоя молитва очень хорошо слышна Богу.

И вот, когда брат Коррадо охотно согласился на его просьбы и произнес один раз за него «Отче наш» вместе с заупокойной молитвой, душа сказала ему:

– О дорогой отец, какое блаженство чувствую я и какую прохладу! Теперь я прошу тебя прочитать во второй раз.

И брат Коррадо прочитал еще; а когда он прочел, душа сказала:

– Отец, когда ты молишься за меня, я чувствую, что весь поднимаюсь; поэтому прошу тебя, не переставай молиться за меня.

Тогда брат Коррадо, видя, что его молитвы настолько помогают душе этого юноши, прочел за нее сто раз «Отче наш», и, когда он завершил, душа сказала:

– Благодарю тебя, дорогой отец, от имени Бога за милосердие твое ко мне. Ибо, благодаря твоей молитве, я освободился от всех мук и иду в Царство Небесное.

Сказав так, душа исчезла. Тогда брат Коррадо, чтобы порадовать братьев, рассказал им про все это видение по порядку.

Во славу благословенного Христа. Аминь.

Глава XLIV. Как предстала брату Петру Матерь Божия вместе со святым евангелистом Иоанном и святым Франциском и, согласно его желанию, объяснила ему, кто из них троих носил в себе бо́льшую скорбь о Страстях Христовых

Случилось это в ту пору, когда жили вместе в Анконской кустодии, в Форанской обители, братья Коррадо и Петр, две самые яркие звезды, украшавшие ту провинцию, две небесные души. Между ними была такая любовь и милосердие, что казалось, будто у них двоих одна душа и одно сердце. Они связали себя таким уговором, что о каждом утешении, ниспосланном им по милости Божьей, они должны рассказывать друг другу по любви.

После того как они скрепили такой уговор, случилось однажды, что брат Петр стоял на молитве и благоговейно размышлял о Страстях Христовых. А так как у подножия Креста были изображены блаженная Матерь Божия вместе с любимым учеником Иоанном и святым Франциском, в скорбных думах своих сораспятыми Христу, то ему пришло желание узнать, кто из них троих больше скорбел о Страстях Христовых: Мать ли, родившая Его, или ученик, возлежавший у Него на груди, или святой Франциск, сораспявшийся Христу.

Пока он пребывал в таких благоговейных размышлениях, перед ним предстала Дева Мария со святым евангелистом Иоанном и со святым Франциском, облеченные в прекрасные одежды блаженной славы. Но святой Франциск как будто был одет в более прекрасную одежду, чем святой Иоанн. Видя, что брат Петр так испуган этим видением, святой Иоанн ободрил его, сказав так:

– Не бойся, дорогой брат, мы пришли тебя утешить и разрешить твое сомнение. Итак, знай, что Матерь Божия и я, мы страдаем более всех прочих творений о Страстях Христовых; но после нас больше всех скорбь святого Франциска, и потому ты видишь его в такой славе.

И спросил его брат Петр:

– Святой апостол Христов, почему одежда святого Франциска кажется более прекрасной, нежели твоя?

Тогда святой Иоанн ответил:

– Причина в том, что когда он был в миру, то носил на теле более нищенскую одежду, чем я.

С этими словами святой Иоанн подал брату Петру лучезарную одежду, которую держал в руках, и сказал:

– Возьми эту одежду, я принес ее для тебя.

И когда святой Иоанн начал было надевать на него эту одежду, брат Петр в изумлении пал на землю и громко воскликнул:

– Брат Коррадо, дорогой брат Коррадо, беги скорей, посмотри на удивительные вещи!

И когда он произнес эти слова, святое видение исчезло. А когда брат Коррадо пришел, брат Петр рассказал ему все по порядку, и они возблагодарили Бога.

Аминь.

Глава XLV. Как брату Иоанну из Пенны было откровение от Бога, что он совершит длинный путь и после придет к Нему; и как благодаря этому он сделался братом и долгое время пробыл в ордене в великой святости

Если кто из братьев по наущению врага совершит смертный грех, пусть под послушанием обратится к своему гвардиану. И все братья, которые узнают о том, что он согрешил, пусть не боятся и не отвергают его, но питают к нему великое милосердие и пусть хранят в тайне грех брата своего; не здоровые имеют нужду во враче, но больные (Мф. 9: 12).

Из «Послания к министру» св. Франциска Ассизского

Брату Иоанну из Пенны, когда он был подростком-мирянином в провинции Марка, однажды ночью явился прекраснейший юноша и, назвав его по имени, сказал ему:

– Иоанн, ступай к собору Святого Стефана, где проповедует один из Меньших братьев, уверуй в его учение и внимай его словам, ибо это я послал его туда. После этого тебе предстоит великий путь, а затем ты придешь ко мне.

Тогда брат Иоанн немедленно встал и почувствовал великую перемену в душе своей, и пошел к святому Стефану, и встретил там множество мужчин и женщин, собравшихся слушать проповедь. Проповедовать должен был некий брат Филипп, он был одним из первых братьев, пришедших в Марку Анкону – в Марке тогда было основано еще мало обителей. Этот брат Филипп забрался на возвышение и благочестиво проповедовал, возвещая царство жизни вечной, не столько речами человеческой мудрости, сколько силой духа Христова.

По окончании проповеди юный Иоанн подошел к брату Филиппу и сказал ему:

– Отец, если вам угодно принять меня в орден, я охотно принесу покаяние и послужу Господу нашему Иисусу Христу.

Брат Филипп, почувствовав в юноше невинность и искреннюю решимость служить Богу, сказал ему:

– Ты придешь ко мне в такой-то день в Раканати, и я помогу, чтобы тебя приняли.

В том месте должен был происходить местный капитул. А юноша, по невинности своей, подумал, что это и есть тот великий путь, который ему предстояло совершить, согласно бывшему ему откровению, а после того пойти в рай. «Это, – думал он, – случится немедленно, как только меня примут в орден». Когда его приняли, он увидел, что надежды его не исполняются.

На капитуле министр сказал, что, если у кого есть желание пойти в Провансальскую область во имя святого послушания, тому он охотно даст разрешение. Иоанн твердо решил пойти туда, ибо подумал, что это и есть тот великий путь, который ему предстояло совершить, прежде чем пойти в рай. Но он постыдился сказать это.

Наконец он открылся брату Филиппу, принявшему его в орден, и попросил его оказать ему милость и позволить пойти в Провансальскую область. Тогда брат Филипп, видя его невинность и святость его намерений, достал ему это разрешение.

Брат Иоанн с великой радостью двинулся в путь, уверенный в том, что по окончании этого пути он попадет в рай. Но Богу было угодно, чтобы в этом ожидании и желании он пробыл в той области двадцать пять лет. Жил он в величайшей честности и святости и всем служил примером, добродетели его постоянно росли, и был он в милости у Бога и у людей. Все – и братья, и миряне – его чрезвычайно любили.

Однажды брат Иоанн стоял в благоговении на молитве и, плача, сокрушался, что желание его не исполнялось и путь этой жизни для него слишком затягивался. Вдруг предстал перед ним благословенный Христос, и при виде Его душа брата Иоанна вся растаяла. Христос сказал ему:

– Сын Мой, брат Иоанн, проси у Меня чего желаешь.

Тот ответил:

– Господь мой, я не знаю, чего мне просить, кроме как Тебя Самого, ибо ничего другого я не желаю. Но об одном попрошу Тебя, прости мне все мои грехи и дай мне милость увидеть Тебя еще раз, когда мне будет в этом наибольшая нужда.

Христос сказал:

– Услышана молитва твоя.

И, сказав это, исчез, а брат Иоанн остался всемерно утешенным.

Братья из Марки, прослышав о святости брата Иоанна, уговорили министра, чтобы тот послал ему послушание вернуться в Марку. Послушание это он принял с радостью и пустился в путь, полагая, что по совершении этого пути он, согласно обещанию Христа, пойдет на небо.

Но по возвращении в Марку он прожил в ней тридцать лет, и никто из родных не признал его, а он каждый день ждал милосердия Божия, то есть исполнения обещания. За это время он неоднократно с великой скромностью отбыл службу гвардиана, и Бог через него совершил много чудес.

Среди прочих даров, полученных от Бога, был у него дух пророчества. Так, однажды, когда он был в пути, на одного из его послушников напал демон, и его искушения были так сильны, что он, поддаваясь им, помышлял в душе о выходе из ордена и ждал только возвращения брата Иоанна. Брат Иоанн, узнав своим пророческим духом об этом искушении и о мыслях послушника, немедленно вернулся домой. Он позвал к себе этого послушника и потребовал, чтобы тот исповедался. Но прежде чем началась исповедь, он рассказал послушнику все о его искушении, как оно было ему открыто Богом, и закончил так:

– Сын мой, за то, что ты дождался меня и не хотел уйти без моего благословения, Бог оказал тебе милость. Ты никогда не выйдешь из этого ордена, но умрешь в ордене в милости Господней.

Тогда этот послушник укрепился в доброй воле и, оставшись в ордене, стал святым братом. Про все это поведал мне брат Уголино.

Брат Иоанн, будучи человеком радостным и тихим, редко с кем разговаривал и, как правило, предавался молитве и благочестию. После заутрени он никогда не возвращался в свою келью, но оставался в церкви на молитве вплоть до наступления дня. Однажды, когда он стоял после заутрени на молитве, ему предстал ангел Божий и сказал:

– Брат Иоанн, твоя жизнь завершилась, чего ты так долго ждал, и потому я возвещаю тебе от имени Бога, что ты можешь просить себе какой хочешь милости. И еще возвещаю тебе: выбирай, что ты хочешь: один день в чистилище или семь дней мучений в этом мире.

И когда брат Иоанн предпочел выбрать семь дней мучений в этом мире, он внезапно заболел самыми разными болезнями: его охватила лихорадка, стало ломить руки и ноги, заболело в боку и приключилось много других недугов. Но хуже всего было то, что перед ним все время стоял демон и держал в руке большой исписанный лист, на котором перечислялись все грехи, какие он совершил и о каких помыслил, и говорил ему:

– За эти грехи, что ты совершил мыслью, языком или делом, ты осужден и будешь в самых недрах ада!

Брат Иоанн не мог вспомнить ни о чем добром, что совершил он, ни о том, что он находился в ордене, ни о том, что он когда-либо в нем был. Он подумал, что осужден, как говорил ему демон.

Поэтому, когда его спрашивали, как он себя чувствует, он отвечал:

– Мне плохо: я осужден.

Братья, видя это, послали за одним престарелым братом, а именно за братом Маттео из Монте-Руббио, человеком святым и большим другом брата Иоанна. Брат Маттео пришел к нему на седьмой день его смятения, и приветствовал его, и спросил у него, как он. Тот ответил, что плохо, потому что он осужден. Тогда сказал ему брат Маттео:

– Так, значит, ты не помнишь, как много раз исповедался передо мною и как я полностью отпустил тебе все грехи твои? И не помнишь ты, как много лет служил ты Богу в этом святом ордене? И разве не помнишь ты, что милосердие Божье превыше всех грехов мира и что благословенный Христос, Спаситель наш, заплатил, чтобы искупить нас, безмерную цену? Так питай же благую надежду, ибо, будь уверен, ты спасен.

Когда брат Маттео сказал это, наступил предел, положенный для очищения, и искушение ушло от брата Иоанна, и снизошло на него утешение. Тогда сказал он с великой радостью брату Маттео:

– Так как ты устал, а час теперь поздний, я прошу тебя, отдохни.

Брат Маттео не хотел оставлять его; но все же, в конце концов, по настоятельной просьбе ушел отдыхать. Брат Иоанн остался один с братом, который за ним ухаживал.

И вдруг явился благословенный Христос в великом сиянии и несказанно сладостном благовонии. Ведь он обещал явиться вторично, когда брат Иоанн будет в этом больше нуждаться. Христос полностью исцелил старца от всякого недуга. Тогда брат Иоанн сложил руки и возблагодарил Его за то, что таким наилучшим концом заключил Он путь его здешней жалкой жизни, затем поручил Христу и предал в Его руки душу свою. Так перешел он с благословенным Христом, Которого он так долго жаждал и ждал, от смертной жизни к жизни вечной. И похоронен упомянутый брат Иоанн в Пенне, в обители Святого Иоанна.

Во славу Христа. Аминь.

Глава XLVI. Как брат Пачифико увидел душу брата своего, брата Умиле, идущей на небо

В упомянутой провинции Марка после смерти святого Франциска в ордене жило двое братьев: одному было имя брат Умиле, а другому – брат Пачифико, и были они людьми великой святости и совершенства.

Один из них, брат Умиле, жил в Соффианской обители, там же и умер. Другой жил с братией в другой обители, довольно далеко оттуда. По Божьему соизволению брат Пачифико, стоя однажды в пустынном месте на молитве, был объят восторгом и увидел душу родного брата своего, брата Умиле, идущей прямо, без всяких задержек и препятствий, на небо. В тот час она покидала тело.

После, много лет спустя, случилось так, что этот оставшийся в живых брат Пачифико был перемещен в Соффианскую обитель, где умер его брат. К этому времени братья, по просьбе владельцев Руффорте, ушли из этого места в другое. Среди прочих предметов они перенесли останки святых, умерших в той обители. Брат Пачифико пришел к гробнице своего родного брата Умиле, взял кости его и обмыл их добрым вином, а затем завернул их в белую простыню и с великим почтением и благоговением целовал их и плакал.

Другие братья удивились этому и не увидели здесь доброго примера для себя. Ведь брата Пачифико считали человеком великой святости, а тут казалось, что он плачет о брате из чувственной и мирской любви и что он проявляет к его останкам больше благоговения, чем к останкам других братьев. А ведь многие из них отличались не меньшей святостью, чем брат Умиле, и были достойны почтения в равной мере с ним.

Брат Пачифико, узнав о пагубных мыслях братьев, смиренно дал им объяснение и сказал:

– Дорогие братья мои, не изумляйтесь тому, что я сделал перед костями родного брата своего и не сделал того же перед другими. Ибо – да будет благословен Бог – я не был подвигнут, как вы полагаете, плотской любовью. Но сделал я так вот почему: когда мой брат уходил из этой жизни, я стоял на молитве далеко от него в пустынном месте и видел душу его прямо восходящей на небо. Потому я уверен, что кости его святы и должны быть в раю. Если бы Бог дал мне такую уверенность относительно остальных братьев, я оказал бы и их костям точно такое же почтение.

После этого братья, убедившись в святости его намерений, стали о нем хорошего мнения и воздали хвалу Богу, Который творит со святыми братьями столь дивные вещи.

Во славу Христа. Аминь.

Глава XLVII. Как к больному брату пришла Дева Мария с тремя чашками лекарственной кашки

Апостол говорит: «Буква убивает, а дух животворит» (2 Кор. 3: 6). Те мертвы от буквы, кто стремится познать одни лишь слова, чтобы среди других считаться весьма мудрым и стяжать большое богатство для родственников и друзей. И те монахи мертвы от буквы, кто не хочет следовать духу буквы Божественной, но хочет лучше узнать только слова и объяснять другим. И те животворимы духом буквы Божественной, кто всякое знание, которое имеет или стремится приобрести, относит не к телу, но воздает это слову и примеру всевышнего Господа Бога, Какового есть всякое благо.

Из «Наставлений» св. Франциска Ассизского

В Соффианской обители с давних пор жил один Меньший брат, и была в нем столь великая святость и благодать, что весь он казался божественным и не раз бывал восхищен в Боге. Однажды стоял этот брат, вознесенный мыслями к Богу, ибо ему дана была милость созерцания. Вдруг прилетели к нему птицы разных пород, как ручные, сели ему на плечи, на голову и на руки и дивно запели. Сам он жил очень уединенно и редко с кем-нибудь говорил. Но если его спрашивали о чем-то, он отвечал так ласково и мудро, что скорее был похож на ангела, нежели на человека. Велика была сила его молитвы и созерцания, и был он у братьев в большом почете.

Когда завершился круг его добродетельной жизни, он, по Божьему решению, смертельно заболел, так что не в силах был питаться, но и не желал принимать никакого лекарства для тела, возлагая все свое упование на Небесного Врача, благословенного Иисуса Христа и на Его благословенную Матерь.

От Нее и удостоился он за свое божественное терпение милосердного посещения и утешения. Когда лежал он на постели и всем сердцем готовил себя к смерти, предстала ему преславная и всеблаженная Дева Мария Матерь Христова, с великим множеством ангелов и святых дев в дивном сиянии, и приблизилась к постели его. Он же, взглянув на Нее, исполнился телесной бодрости и радости и стал смиренно молить Ее, чтобы Она упросила Своего Возлюбленного Сына, за Ее заслуги, освободить его из темницы жалкой плоти. Он продолжал свою мольбу, обливаясь слезами, но Дева Мария ответила ему, обратившись по имени:

– Оставь сомнения, сын, ибо твоя мольба услышана. Я пришла к тебе с тем, чтобы подбодрить тебя немного перед твоим уходом из этой жизни.

Рядом с Девой Марией стояли три святые девы, и в руках у них были три чашки с лекарственной кашкой, издававшие удивительно сладостный запах. Тогда преславная Дева взяла и открыла одну из этих чашек, и весь дом наполнился чудесным запахом. Взяв ложкой немного той кашки, она подала ее больному. Последний, попробовав ее, почувствовал такую бодрость и сладость, что душа его как будто не в силах была оставаться в теле. И тогда заговорил он:

– Не нужно больше, о сладчайшая Матерь, благословенная Дева и спасительница рода человеческого! Не нужно больше, ибо я не в силах выдержать столько сладости!

Но жалостливая и благословенная Матерь не переставала подносить больному кашку и, заставляя ее принимать, опорожнила всю чашку. Затем благословенная Дева взяла вторую и опустила в нее ложку, чтобы дать ему. А он кротко посетовал на это и сказал:

– О блаженная Матерь Божия, если уже сейчас моя душа почти совсем растаяла в сладком запахе первой кашки, то как мне вынести вторую? Прошу Тебя, о благословенная превыше всех святых и ангелов, не давать мне больше!

Владычица наша ответила:

– Отведай, сын, еще немного из этой второй чашки. – И, дав ему немного, сказала: – Теперь, сын, ты получил достаточно. Укрепись духом, сын, ибо скоро Я приду за тобой и поведу тебя в царство Сына Моего, которого ты всегда жаждал и искал.

Сказав так, Она простилась с ним и удалилась, а он остался настоль утешенным и укрепленным сладостью того гостинца, что в течение нескольких дней чувствовал себя сытым и сильным, не вкушая никакой телесной пищи. А несколько дней спустя, среди веселой беседы с братьями, он в радости и ликовании перешел от этой жалкой жизни к жизни блаженной.

Аминь.

Глава XLVIII. Как брату Якопо из Массы предстало в видении золотое дерево, на котором находились все Меньшие братья со всего мира, и как он узнал добродетели и пороки всех сразу и каждого в отдельности

Брату Якопо из Массы Бог открыл дверь к своим тайнам и даровал совершенное знание и понимание Божественного Писания и грядущих дел. Был этот брат столь великой святости, что брат Эгидий из Ассизи, и брат Марк из Монтино, и брат Юнипер, и брат Лючидо говорили, что не знают никого в мире, кто значил бы больше перед лицом Божьим.

У меня возникло великое желание увидеть этого брата Якопо, потому что когда я попросил брата Иоанна, товарища брата Эгидия, разъяснить мне некоторые явления духа, он мне сказал:

– Если ты желаешь быть осведомленным в духовной жизни, постарайся побеседовать с братом Якопо из Массы. Сам брат Эгидий жаждал просветиться от него и к его словам не мог ничего прибавить, ни от них убавить. Ум брата Якопо дошел до небесных тайн, речи его – речи Духа Святого, и нет на земле человека, которого я так желал бы видеть.

Брат Якопо, в начале служения Иоанна Пармского^[37], однажды был во время молитвы восхищен в Боге и простоял три дня, отрешившись от всего земного. Он был настолько без чувств, что братья засомневались, не умер ли он. И было ему тогда откровение от Бога о том, чему надлежало быть и случиться с нашим орденом.

Поэтому, когда я услышал об этом, желание видеть его и поговорить с ним во мне возросло. Когда угодно стало Богу, мне выпал случай побеседовать с ним и обратиться к нему с такой просьбой:

– Если верно то, что я слышал о тебе, то я прошу тебя не держать это от меня в тайне. Я слышал, что, когда ты был в течение трех дней почти как мертвый, Бог, среди прочего, открыл тебе то, что должно произойти в нашем ордене. Так сказал бывший министром в Марке брат Маттео, которому ты открыл это в силу послушания.

Тогда брат Якопо смиренно признал, что сказанное братом Маттео было правдой. Слова же брата Маттео, министра Марки, были таковы:

– Я знаю одного брата, которому Бог открыл все, что произойдет в нашем ордене. Брат Якопо из Массы сообщил мне, что после многого открытого ему Богом о состоянии воинствующей Церкви ему предстало в видении большое прекрасное дерево, корни которого были из золота, ветвями же были люди, и все они были Меньшими братьями; на нем выделялись главные ветви, которых было столько же, сколько провинций у ордена; и на каждой ветви было столько братьев, сколько их было в провинции, изображаемой этой ветвью. Тогда он узнал число всех братьев в ордене и в каждой провинции, а также их имена, и возраст, и положение, и службу, и чины, и достоинство, и милости, дарованные им, и вины их всех. А на самом высоком месте средней ветви этого дерева он увидел брата Иоанна Пармского, и на веточках, окружавших эту среднюю ветвь, находились министры всех провинций, и после этого увидел Христа восседающим на величайшем и пресветлом престоле. Христос призывал к Себе святого Франциска и подавал ему чашу, полную духа жизни, и повелевал ему идти, говоря: «Иди посети братьев твоих и дай им испить из этой чаши духа жизни; ибо дух Сатаны поднимется против них и потрясет их, и многие из них падут и не восстанут». И дал Христос святому Франциску двух ангелов в спутники. И тогда пошел святой Франциск подносить чашу жизни братьям своим, и сначала поднес ее брату Иоанну, который поспешно и с благоговением выпил все до дна. И внезапно стал лучезарным, как солнце. После него святой Франциск подносил ее последовательно всем прочим, и мало было таких, кто принял бы ее с должным почтением и благоговением и выпил бы до дна. Те, что принимали ее с благоговением и испивали ее до дна, внезапно становились сверкающими, как солнце; те же, что проливали из нее все и принимали ее без благоговения, делались черными и темными, безобразными и ужасными на вид. Те, что выпивали только часть ее, а часть проливали, делались частью лучезарными, а частью темными, и так больше или меньше, по мере того, сколько выпивали и сколько проливали. Но больше других казался блистающим брат Иоанн, который выпил из чаши жизни больше всех, благодаря чему он глубоко проник взором в бездну бесконечного божественного света и в ней узрел злосчастие и бурю, которая должна была подняться вокруг этого дерева, и пошатнуть его, и потрясти его ветви. Ради этого брат Иоанн сошел с верхушки ветви, на которой находился, и, спустившись вниз, спрятался в основании ствола дерева и погрузился в думы. А брат Бонавентура^[38], который частью выпил из чаши, а частью пролил из нее, взошел на ту ветвь и на то место, с которого спустился брат Иоанн, и, пока он стоял на этом месте, ногти на руках его сделались железными когтями, острыми и режущими, как бритва; после чего он сошел с того места, на которое взобрался, и с бурной яростью хотел броситься на брата Иоанна, чтобы причинить ему вред. Но, видя это, брат Иоанн воскликнул громко и поручил себя Христу, сидевшему на ветви. На крик его Христос позвал святого Франциска и дал ему острый кремень, сказав:

– Обрежь этим камнем у брата Бонавентуры ногти, которыми он хочет исцарапать брата Иоанна, и тогда он не сможет причинить ему вреда.

Святой Франциск пошел и сделал так, как повелел ему Христос. После этого налетел ураган и так сильно потряс дерево, что братья попадали на землю, и первыми упали те, кто разлил чашу с духом жизни, – они унесены были демонами в места тьмы и мучений. А брат Иоанн вместе с другими, выпившими всю чашу, были перенесены ангелами в обитель жизни, вечного света и блаженного сияния.

Брат Якопо, которому предстало это видение, хорошо понимал все, что видел, и разобрал имена, положение и состояние каждого.

Так силен был натиск бури на дерево, что оно упало, и ветер унес его прочь. А затем буря прекратилась, и немедленно из корней этого дерева, сделанных из золота, выросло другое дерево, все из золота. И на нем появились золоченые листья и плоды.

Об этом дереве, о его распустившихся ветвях, о глубине и красоте, о запахе и силе лучше будет сейчас помолчать, а не говорить.

Во славу Христа. Аминь.

Глава XLIX. Как обратился брат Иоанн из Верны и как запросто и с любовью посещал его Христос

Среди других мудрых и святых братьев и сынов святого Франциска, которые, согласно слову Соломонову, служат славой для Отца, жил в наше время в упомянутой провинции Марке почтенный и святой брат Иоанн из Фермо. Из-за того что он долгое время жил в святой обители Верны и там же ушел из этой жизни, его также называли братом Иоанном из Верны, и был он человеком особенной жизни и великой святости.

Этот брат Иоанн, будучи подростком, жил в миру, но жаждал всем сердцем пути покаяния, который сохраняет в чистоте тело и душу. Поэтому, еще совсем юным, он начал носить на голом теле кольчугу и пояс из железа и предаваться великому воздержанию, в особенности когда он жил с канониками святого Петра в Фермо, пребывавшими в пышности. Он избегал телесных утех и умерщвлял свою плоть суровым воздержанием. Однако его товарищи сильно мешали в этом. Они снимали с него кольчугу и всячески препятствовали его воздержанию. Тогда он, по внушению от Бога, замыслил оставить мир с возлюбившими его и предать себя всего в Руки Распятого в одеянии распятого, которое дал святой Франциск. Так он и сделал.

Будучи принят в орден очень юным, он был поручен попечению наставника послушников и стал таким набожным, что иногда, когда слышал, как наставник говорит о Боге, сердце его таяло, будто воск на огне. И разгоралась в нем божественная любовь в такой великой сладости и благодати, что, не будучи в силах оставаться на месте и выдерживать такую сладость, он вставал и, опьяненный духом, начинал бегать по саду, по лесу или по церкви, в зависимости от того, на что подвигало его пламя и порыв духа.

Потом, с течением времени, по Божественной милости добродетели, дары небесные, божественные вознесения и восторги этого ангельского человека увеличились. Один раз мысль его возносилась к блистаниям херувимов, другой раз к воспыланиям серафимов, один раз к блаженным ликованиям, другой раз к любовным и чудным объятиям Христовым, и не только в духовных внутренних движениях, но даже во внешних знаках и телесных движениях.

Однажды его сердце зажглось особенным, необычайным образом пламенем божественной любви, и продержалось в нем это пламя целых три года. В это время он был удостоен дивных утешений и посещений Бога. Много раз бывал он восхищен в Боге, и в это время он, казалось, весь был охвачен пламенем и возгорался любовью ко Христу. И было это на святой Вернской горе.

Но Бог имеет особенное попечение о своих сынах и посылает им в разное время то утешение, то скорбь, то счастье, то бедствие, в зависимости от того, что, видит Он, нужно им для того, чтобы пребывать в смирении или чтобы зажечь в них большую жажду небесных тайн. Божественной благости угодно было после трех лет лишить упомянутого брата Иоанна этих лучей и этого пламени божественной любви и отнять у него всякое духовное утешение. Брат Иоанн остался без света и без любви Бога – неутешный, печальный и скорбный. Поэтому и ходил он в тоске по лесу, мечась то туда, то сюда, взывая голосом, и рыданиями, и вздохами к Супругу души своей, Который скрылся и ушел из души его. А без Него душа его не находит ни отдыха, ни покоя. Но нигде и никак не мог он ни обрести Иисуса, ни ощутить вновь те сладостные духовные проявления любви ко Христу, к которым он привык.

Такая скорбь длилась у него много дней, все это время он проводил в беспрестанных рыданиях и вздохах и просьбах, чтобы Бог, по своей жалости, вернул его душе Супруга. В конце концов Бог решил, что достаточно испытал его терпение и зажег его желание.

Брат Иоанн шел по лесу, печальный и скорбный. Устав, он сел, прислонившись к одному буку. Лицо его было залито слезами, и взор был поднят к небу. И вот внезапно на тропинке, по которой пришел брат Иоанн, появился Иисус Христос. Но Он ничего не говорил. Брат Иоанн, когда увидел Его и понял, что это правда Христос, внезапно бросился к Его ногам и в рыданиях просил Его смиренно:

– Помоги мне, Господь мой, ибо без Тебя, мой сладчайший Спаситель, я пребываю во мраке и рыданиях. Без Тебя, кротчайший Агнец, я нахожусь в тоске и страхе. Без Тебя, Сын Бога всевышнего, я пребываю в смятении и стыде. Без Тебя я лишен всякого блага и ослеплен, ибо Ты Иисус, истинный свет души. Без Тебя я погиб и осужден, ибо Ты жизнь душ и жизнь жизней. Без Тебя я бесплоден и иссушен, ибо Ты источник всякого дара и всякой милости. Без Тебя я совершенно безутешен, ибо Ты Иисус, наше искупление, любовь и желание, подкрепляющий хлеб и вино, Ты радуешь сердца ангелов и сердца всех святых. Просвети меня, милостивый Учитель и сострадательный Пастырь, ибо я Твоя овечка, хотя и недостойная.

Но так как желание святых людей, которому Бог медлит внять, воспламеняет их на большую любовь и заслуги, благословенный Христос ушел, не внемля ему, и, ничего не сказав, зашагал по тропинке. Тогда брат Иоанн поднялся с колен и побежал за Ним, снова бросился к Его ногам и со святой настойчивостью попытался Его задержать. Со слезами благоговения стал он просить Христа:

– Иисус сладчайший, сжалься надо мной, скорбящим, услышь меня в безмерной Своей жалости и ради пролившейся Твоей драгоценной крови воскреси душу мою в милости Твоей любви, раз таково Твое повеление, чтобы мы любили Тебя всем сердцем и всей любовью, а такое повеление никто не может исполнить без Твоей помощи. Так помоги мне, возлюбленнейший Сын Божий, чтобы мне любить Тебя всем моим сердцем и всеми моими силами.

Когда брат Иоанн сказал так, простираясь у ног Иисуса, был он Им услышан и вновь получил от Него первую милость – пламя божественной любви. И опять почувствовал он себя всецело обновленным и утешенным. Когда он понял, что дар божественной милости вернулся к нему, брат Иоанн принялся благодарить благословенного Христа и целовать Ему ноги. А потом, когда он встал, чтобы взглянуть Спасителю в лицо, Христос снизошел к нему и протянул Свои святейшие руки для поцелуя. Брат Иоанн поцеловал их, а затем прильнул к груди Иисуса, обнял Его и поцеловал Его священнейшую грудь, а Христос также обнял и поцеловал его, и в этом объятии и поцелуях брат Иоанн почувствовал такое божественное благовоние, что если бы все снадобья и все благовония мира были собраны вместе, то показались бы зловонными по сравнению с тем благовонием. И вот тогда брат Иоанн был восхищен, и утешен, и просветлен, и пребывало это благовоние в его душе много месяцев.

С тех пор из его уст, напившихся из источника Божественной мудрости в священной груди Спасителя, исходили дивные небесные речи, которые изменяли сердца слышавших их и собирали великую жатву душ. А на тропинке леса, где ступали благословенные ноги Христа, и вокруг нее ощущал брат Иоанн то благовоние и видел тот свет всегда, когда проходил там.

Много времени спустя после того, как брат Иоанн пришел в себя от того восхищения и телесный образ Христа исчез, этот брат в душе оставался столь озаренным бездной Его божества, что, хотя он не был человеком, просвещенным человеческой наукой, тем не менее удивительным образом разрешал тончайшие и сложнейшие вопросы о Божественной Троице и глубокие тайны Священного Писания. Много раз, говоря перед Папой и кардиналами, и перед королями, баронами, и учителями, и докторами, всех их повергал в изумление высокими речами и глубокими изречениями, которые произносил.

Во славу Христа. Аминь.

Глава L. Как брат Иоанн из Верны, служа обедню после Дня Всех Святых, увидел множество душ, идущих на небо

Однажды служил брат Иоанн после Дня Всех Святых обедню за души умерших, согласно постановлению Церкви. Это высшее таинство, которого души умерших жаждут больше всех других благ, какие только могут быть им оказаны, он совершил с таким умилением^[39] любви и с такой жалостью сострадания, что весь он, казалось, растаял от нежности и братской любви. Поэтому, когда во время обедни он благоговейно возносил Тело Христово и преподносил его Богу Отцу и молил Его ради Его благословенного Сына Иисуса Христа, Который во искупление душ был распят на кресте, освободить от мук чистилища души умерших людей, сотворенных им и искупленных, внезапно он увидел почти бесконечное число душ, выходивших из чистилища. Были они подобны бесчисленным искрам огня, исходящим от зажженного горнила, и он увидел, как эти души восходили на небо ради Страстей Христовых. Ведь Христос каждый день приносится в жертву за живых и за мертвых в тех Святейших Дарах, достойных быть почитаемыми во веки веков.

Аминь.

Глава LI. Как брат Иоанн из Верны поручил Богу заболевшего брата Якопо из Фалероне и был чудесным образом услышан

Когда брат Якопо из Фалероне, человек великой святости, тяжко заболел в Мольянской обители в кустодии Фермо, брат Иоанн из Верны, который жил тогда в обители Массы, прослышав о его болезни (а он любил его, как своего отца), встал помолиться за него. Он просил Бога мысленной молитвой, чтобы Он вернул брату Якопо телесное здоровье, если это будет лучше для души. И во время этой благоговейной молитвы брат Иоанн был восхищен и увидел, как над его кельей, в лесу, в воздухе стоит великое войско из множества ангелов и святых, блистающих так, что вся окружающая местность оказалась озаренной. И среди этих ангелов увидел больного брата Якопо, за которого он молился, в чистых одеждах и блистающим. Еще он видел среди них блаженного отца, святого Франциска, украшенного святыми крестными язвами Христовыми и великой славой. Видел он там еще и узнал святого брата Лючидо, и Маттео Древнего из Монте-Руббио, и много других братьев, которых он никогда не видел и не знал в этой жизни.

Когда брат Иоанн с наслаждением смотрел на это блаженное собрание святых, ему было открыто, что душа больного брата спасется и что он должен умереть от своей болезни, а после смерти пойдет в рай, но не сразу, ибо ему надлежит немного очиститься в чистилище.

После этого откровения брат Иоанн так радовался спасению души, что о смерти тела совсем не скорбел, но, напротив, в великой усладе духа говорил про себя:

– Брат Якопо, мой нежный отец! Брат Якопо, нежный братец! Брат Якопо, вернейший раб и друг Бога! Брат Якопо, товарищ ангелов и сожитель блаженных!

В такой уверенности и радости пришел он в себя и немедленно вышел из обители навестить брата Якопо в Мольяно. Увидев, что был он так плох, что едва мог говорить, брат Иоанн возвестил ему о смерти тела и о спасении и славе души, о которых он узнал из Божественного откровения. Тогда брат Якопо, обрадовавшись, принял его с великим ликованием и радостью, благодаря за добрые вести и благоговейно вверяя себя ему. Тогда брат Иоанн попросил его, чтобы после его смерти брат Якопо вернулся к нему и рассказал о своем состоянии. Брат Якопо обещал ему это, если Богу угодно будет позволить.

Когда он сказал эти слова, приблизился час его кончины. Брат Якопо начал благоговейно говорить стих Псалма: «В мире, в вечной жизни упокоюсь я и отдохну». Сказавши этот стих, он с веселым и радостным лицом ушел из этой жизни.

После того как он был погребен, брат Иоанн вернулся в обитель Массы и ждал, что брат Якопо вернется к нему в назначенный день, как обещал. Но в тот день во время молитвы ему явился Христос с великой толпой ангелов и святых, среди которых брата Якопо не было. Брат Иоанн сильно удивился этому и благоговейно поручил его Христу.

Потом, на следующий день, когда брат Иоанн молился в лесу, ему явился брат Якопо в сопровождении ангелов, весь лучезарный и радостный, и брат Иоанн спросил его:

– О святой отец, почему ты не вернулся ко мне в тот день, когда обещал?

Отвечал брат Якопо:

– Потому что я нуждался в некотором очищении. Но в тот самый час, когда Христос явился тебе и ты Ему меня поручил, Христос услышал тебя, а меня избавил от всякой муки. И тогда я явился брату Якопо из Массы, святому мирянину, который прислуживал за обедней и видел, как освященные Дары, когда их вознес священник, преобразились и претворились в образ прекраснейшего живого юноши, и я сказал ему: «Сегодня с этим юношей я улетаю в царство жизни вечной, куда никто не может идти без Него».

С этими словами брат Якопо исчез и ушел на небо со всей блаженной толпой ангелов, а брат Иоанн остался утешенный.

Умер брат Якопо из Фалероне накануне Дня святого апостола Иакова, в июле месяце, в обители Мольяно; а в ней, ради его заслуг, Божественная благость сотворила много чудес.

Во славу Христа. Аминь.

Глава LII. Как Христос показал и дал уразуметь брату Иоанну из Верны высочайшую Троицу и все святые и дивные тайны, какие святая Церковь приняла от Божества

Вышеназванный брат Иоанн из Верны полностью отрекся от всякого наслаждения, от всего мирского и преходящего и возложил на Бога все свое упование и всю свою радость. Божественная благость давала ему удивительные утешения и откровения, особенно в праздники Христовы.

Однажды, когда приближался праздник Рождества Христова, он ожидал от сладостного человечества Иисуса Христа божественного утешения. Святой Дух вложил в душу его столь великую и безмерную любовь и пыл умиления ко Христу, Который унизился до принятия нашей человечности, что поистине ему казалось, будто душа у него извлечена из тела и пылает, как горнило. Не в силах выносить такого пыла, он томился и таял. И не мог из-за порыва к Духу Святому и великого пыла любви удерживаться от крика. И тем же путем, каким приходил к нему этот безмерный пыл, приходила такая сильная и верная надежда на спасение, что он совсем не верил, что ему надлежало пройти через чистилище, если бы он умер тогда. И эта любовь длилась в нем целых полгода; хотя этот безмерный пыл не был в нем постоянно, но приходил в определенные часы. И тогда, и после он был удостоен многократных посещений Бога и много раз бывал восхищен, как это видел брат, первый написавший об этом. Однажды он так был вознесен и восхищен в Боге, что видел в Нем, Творце, все творения Его, и небесные, и земные, и все их совершенства, и степени, и различные порядки. Он ясно понял тогда, как каждое творение являло своего Творца, и то, как Бог пребывает и над, и внутри, и вне, и вокруг всех творений. После он познал единого Бога в трех лицах и три лица в едином Боге и ту бесконечную любовь, с которой Сын Божий воплотился из послушания к Отцу. В конце концов он познал в этом видении, что не было никакого другого пути, чтобы идти душе к Богу для получения жизни вечной, как через благословенного Христа. Он же и путь, и истина, и жизнь души.

Аминь.

Глава LIII. Как брат Иоанн во время обедни, освящая Тело Христово, лишился чувств

…Всякий брат, где бы ни был он и куда бы ни шел, пусть не берет, не принимает и не велит принимать никаких денег ни для покупки одежды или книг, ни в уплату за какой-либо труд, ни для какой надобности, а только из-за явной нужды больных братьев, ибо мы не должны в деньгах видеть и полагать большую ценность, чем в камнях…

И если, чего да не будет, случится кому-то из братьев собирать либо иметь деньги, за исключением вышеупомянутой нужды больных, да сочтем мы все его за лжебрата, и отступника, и вора, и разбойника, и держателя денежного ящика, если искренне не покается.

Из Устава, не утвержденного буллой

В Мольянской обители с братом Иоанном, как рассказывали присутствовавшие при том братья, произошел однажды такой удивительный случай.

В первую ночь после недели святого Лаврентия и в неделю Успения Богоматери, когда он прочел утреню в церкви с другими братьями, снизошла на него благодать Божественной милости. Он ушел в сад для созерцания Страстей Христовых и чтобы расположить себя со всем благоговением для обедни, которую надлежало ему петь утром. Он размышлял над словами освящения Тела Христова, то есть «сие есть Тело Мое», и думал о бесконечном милосердии Христа. Ведь Он не только захотел искупить нас Своей драгоценной кровью, но даже оставил нам в пищу для душ наших Тело Свое и достойнейшую Кровь, в нем любовь к сладчайшему Иисусу дошла до такого рвения и такой сладости, что душа брата Иоанна уже не могла выносить этого, но громко возглашала, и, как бы опьяненный духом, он не переставал говорить про себя: «Сие есть Тело мое», потому что при этих словах ему казалось, что он видит благословенного Христа с Девой Марией и со множеством ангелов.

Во время этих речей он был просветлен Духом Святым обо всех глубоких и высоких тайнах того высочайшего таинства. С зарей он вошел в церковь в том рвении духа, и с той тревогой, и с теми речами, не думая, что кто-нибудь слышит его. Но на клиросе стоял на молитве некий брат, который видел и слышал все.

Брат Иоанн не мог сдержать переполнявшую его Божественную милость и кричал громким голосом, и так долго пробыл в таком состоянии, что наступил час служить обедню. Поэтому он отправился приготовляться и пошел к алтарю. Когда он начал обедню, то чем дольше служил, тем больше возрастала в нем любовь ко Христу и тот пыл благоговения, с которым ему было дано невыразимое чувство Бога, которого он сам не понимал и не мог выразить языком. Поэтому, боясь, как бы этот пыл и чувство Бога не возросли настолько, чтобы не пришлось ему оставить обедни, он задумался и не знал, что предпринять: продолжать ли дальше обедню или подождать.

Но так как с ним раньше происходили подобные вещи и Господь тогда так умерил его пыл, что ему не пришлось оставить обедни, он, полагаясь на себя, что сможет и на сей раз так сделать, робко продолжил обедню дальше. Когда он дошел до молитвы Богородице, в нем так возросло божественное просветление и лучезарная сладость любви к Богу, что, дойдя до слов qui pridie, он едва смог вынести столько сладости и нежности. Наконец, дойдя до совершения таинства и сказав половину слов: «Сие есть…» – никак не мог продолжить дальше, но все повторял эти самые слова: «Сие есть…»

Причина была в том, что он ощущал и видел Христа со множеством ангелов и не мог вынести его величия, но видел, что Христос не входит в причастный хлеб и что причастный хлеб не претворится в Тело Христово, если он не произнесет другой половины слов, то есть «…Тело Мое». Поэтому, когда он стоял в такой робости и не продолжал дальше, гвардиан и другие братья, и даже многие миряне, бывшие в церкви и слушавшие обедню, приблизились к алтарю, в ужасе глядя на брата Иоанна, и многие из них плакали из благоговения.

Наконец, после большого промежутка, когда угодно стало Богу, брат Иоанн громко провозгласил: «Тело Мое», – и тотчас вид хлеба исчез, и в Святых Дарах предстал благословенный Иисус Христос, увенчанный и возвеличенный, и дал ему увидеть смирение и милосердие, ради которых Он воплотился от Девы Марии и по которым Он каждый день снисходит в руки священнослужителя, когда тот освящает Дары. Поэтому он еще больше вознесся в сладости созерцания. Тогда, подняв Дары и священную чашу, он был восхищен.

Так как душа его отрешилась от телесных чувств, тело упало навзничь, и, если бы он не был поддержан гвардианом, стоявшим позади него, он упал бы на землю. Поэтому подбежавшие братья и миряне, бывшие в церкви, мужчины и женщины отнесли его в ризницу, словно мертвого. Тело его похолодело, как тело мертвеца, и пальцы рук закоченели так сильно, что почти совсем не могли распрямиться или двигаться.

И в таком виде лежал он полумертвым до часа третьего^[40], и было это летом. И так как я, присутствовавший при этом, очень хотел узнать, что совершил с ним Бог, то немедленно, как только он пришел в себя, подошел к нему и попросил его из любви к Богу рассказать мне все. И он, доверяя мне, рассказал все по порядку.

Он сказал мне, что, когда он освящал Тело и Кровь Иисуса Христа, и даже раньше, его сердце стало текучим, как сильно расплавленный воск, а плоть казалась ему лишенной костей, так что он почти не мог поднять рук и кистей, чтобы сотворить знамение креста над причастным хлебом и над чашей. Еще он сказал мне, что перед тем, как он сделался священником, ему было открыто Богом, что он должен лишиться чувств во время обедни. Но так как он отслужил уже много обеден и с ним не случилось этого, он думал, что откровение было не от Бога. Но, может быть, за пятьдесят дней до Успения Богородицы, в которое произошел с ним этот случай, ему еще было открыто Богом, что это должно с ним случиться в праздник Успения; но после он не вспоминал об этом откровении.

Во славу Христа благословенного. Аминь.

Примечания

1

 Джованни делла Капелла получил прозвище за то, что хотел заменить монашеский капюшон шапкой. (Здесь и далее примеч. перев.).

(обратно)

2

 Ангел, Орел, Телец и Лев – общепринятые в христианстве символы четырех евангелистов. Орел символизирует апостола Иоанна.

(обратно)

3

 Мф. 19: 21.

(обратно)

4

 Мф. 10: 9–10.

(обратно)

5

 Лк. 9: 23.

(обратно)

6

 Созерцание – форма молитвенного состояния, сопряженная с внутренней беседой с Богом.

(обратно)

7

 Приказание именем святого послушания – формула, ограничивающая волю того, к кому она обращена.

(обратно)

8

 Элия Кортонский (1180–1253) – генеральный министр ордена францисканцев с 1233 г. Свои письма и другие писания Элия всегда подписывал: «Элия, грешник», а современники называли его просто: «брат Элия». До обращения он был скриптором либо, возможно, нотариусом. К св. Франциску он присоединился около 1211 г. и стал одним из первых его спутников. Под его руководством была построена церковь Св. Франциска в Ассизи.

(обратно)

9

 Лк. 10: 7–8.

(обратно)

10

 Генеральный министр – высшая иерархическая ступень во францисканском ордене (пожизненная выборная должность).

(обратно)

11

 Радость сердца (лат.) – возглас священника во время мессы.

(обратно)

12

 День Пепла – в католической традиции, первая среда Великого поста.

(обратно)

13

 Брат Лев (Леоне) (?–1271) – брат-минорит, один из ближайших товарищей св. Франциска. Леоне не входил в число его первых двенадцати спутников, но вступил в братство вскоре после утверждения первого устава ордена (1209–1210). Впоследствии он стал секретарем и исповедником св. Франциска и его постоянным спутником. Похоронен в церкви Св. Франциска, рядом со своим духовным отцом. В 1910 г. брат Леоне был причислен католической церковью к лику блаженных.

(обратно)

14

 Обитель Божией Матери Ангельской (Santa Maria degli Angeli) – полное название обители в Порциункуле, духовного центра ордена.

(обратно)

15

1 Кор. 4: 7.

(обратно)

16

 Гал. 6: 14.

(обратно)

17

 Требник – богослужебная книга, содержащая чинопоследование мессы с приложением нот. Необходимый атрибут католического богослужения.

(обратно)

18

 Лк. 10: 1.

(обратно)

19

 Св. Клара Ассизская (1194–1253) – ученица Франциска Ассизского, вместе с ним основавшая монашеский орден Бедных Женщин (Кларисс). Канонизирована в 1255 г. буллой Папы Александра IV. В Ассизи воздвигнута церковь Святой Клары.

(обратно)

20

 Св. Сильвестр Гоццолини (1177–1267) – основатель братства сильвестринцев, создатель монастыря своего ордена. Канонизирован при Клементе IV как блаженный. В 1598 г. Клементом VIII причислен к лику святых.

(обратно)

21

 Третий орден, или терциарии, – основанный в 1221 г. светский орден Братьев и Сестер Покаяния. Св. Франциск задумывал его как среднее звено между миром и монастырем – организацию для тех, кто хотел пойти по стопам Франциска, но из-за брака или по каким-то другим причинам не мог вступить в первые два ордена (Меньших братьев и Бедных Женщин).

(обратно)

22

 Подразумевается евангелист Иоанн.

(обратно)

23

 Капитул – общее собрание братьев, приурочивавшееся к празднику Пятидесятницы. Потребность в нем была вызвана ростом ордена и его распространением не только по всей Италии, но и за ее пределами. Франциск стал созывать регулярные капитулы ради сохранения живой связи между отдельными членами ордена.

(обратно)

24

 Св. Доминик (1170–1221) – основатель ордена братьев-проповедников, также известного как доминиканский орден. Канонизирован Папой Григорием IX.

(обратно)

25

 Восхищение духа – экстатическое состояние верующего, сопровождающееся потерей чувств.

(обратно)

26

 Св. Антоний Падуанский (1195–1231) – францисканский святой. Наибольшую славу принес ему дар пророчества и чудотворства. Наиболее известны три рассказа о его чудесах. Согласно первому, загнанная лошадь отказывалась от корма до тех пор, пока св. Антоний не опустился на колени и не поклонился Святому Причастию, которое держал в руках. Второе чудо он совершил, когда крестным знамением обезвредил отравленную пищу, предложенную ему еретиками. Третьим его чудом была проповедь рыбам, описанная в «Цветочках». Св. Антоний прославился и тем, что обратил в католическую веру множество еретиков, за что был прозван Malleus Hereticorum – Молот Еретиков. Канонизирован в 1232 г. папой Григорием IX. Католики всего мира до сегодняшнего дня почитают святого Антония как величайшего чудотворца среди христианских святых.

(обратно)

27

 Гвардиан (лат.) – низшая иерархическая ступень (страж) во францисканской организации. Гвардиан возглавляет отдельную обитель.

(обратно)

28

 Быт. 1: 22.

(обратно)

29

 Лк. 6: 18.

(обратно)

30

 Мф. 9: 13; Мк. 2: 17; Лк. 5: 32.

(обратно)

31

 Мф. 9: 13; Мк. 2: 17; Лк. 5: 32; 1 Тим. 1: 15.

(обратно)

32

 За два года до смерти, в 1224 г., св. Франциск провел 40 дней и ночей в посте и молитве на горе Верне. Перед праздником Воздвижения Креста Господня ему было видение: летящий огненный шестикрылый серафим приблизился к нему, и между его крыльев Франциск увидел образ Распятого Христа. Видение привело святого в состояние неописуемой радости и скорби, пронзившей его душу так, что на теле запечатлелось пять язв (стигматов, греч.) наподобие ран от гвоздей при распятии и раны от копья на Теле Господа Иисуса. Эти раны кровоточили до конца его жизни (ср. Гал. 6: 17: «Никто не отягощай меня, ибо я ношу язвы Господа Иисуса на теле моем»).

(обратно)

33

 Лк. 10: 27.

(обратно)

34

 На самом деле речь идет о пасхальной ночи.

(обратно)

35

 Лк. 15.

(обратно)

36

 Кустодия – административно-территориальная единица во францисканской организации. В кустодию входят несколько обителей. Возглавляет ее кустод (лат.) – хранитель. Несколько кустодий составляют провинцию и подчиняются провинциальному министру.

(обратно)

37

 Бл. Иоанн Пармский (1209–1289) – генеральный министр францисканского ордена в 1247–1257 гг. Канонизирован Иоанн Пармский в 1777 г., когда его причислили к лику блаженных.

(обратно)

38

 Св. Бонавентура (1221–1274) – Учитель (Doctor) Церкви, кардинал-епископ Альбанский, генеральный министр францисканского ордена. Канонизирован в 1482 г., а в 1587 г. признан Учителем Церкви.

(обратно)

39

 Умиление – особое состояние христианина, достигаемое покаянием. В нем пересекаются, казалось бы, противоположные чувства печали от осознания своих грехов и радости мысленной исповеди перед Богом.

(обратно)

40

 Час третий – по каноническим часам около девяти часов утра.

(обратно)

Оглавление

Глава I. Как господин наш святой Франциск в начале существования ордена своего избрал двенадцать товарищей, так же как Христос – двенадцать апостолов; из этих двенадцати апостолов один удавился – то был Иуда, так же и один из двенадцати товарищей святого Франциска повесился – брат Иоанн с Шапкой[1], сам надевший веревку себе на шею

Глава II. Как святой Франциск первым обратил господина Бернарда из Ассизи

Глава III. Как святой Франциск смутился, когда, окликнув брата Бернарда, не получил от него ответа

Глава IV. Как святой Франциск пошел в Сантьяго и оставил брата Бернарда стеречь одного больного, и как затем туда пошел брат Бернард, и как ангел приходил говорить с братом Элией[8], который не захотел слушать ангела и впоследствии раскаялся

Глава V. Как брат Бернард основал обитель в Болонье

Глава VI. О том, как остался брат Бернард после смерти святого Франциска наместником, или генеральным министром[10]

Глава VII. Как святой Франциск постился сорок дней у озера Перуджи и съел только полхлеба

Глава VIII. Как святой Франциск объяснял брату Льву[13], что такое совершенная радость

Глава IX. Как святой Франциск учил брата отвечать за утреней, а брат Лев отвечал не то, чему учил его святой Франциск

Глава X. Как брат Массео спрашивал святого Франциска, почему все шли за ним вослед и желали его видеть

Глава XI. О том, как святой Франциск с братом Массео пришли к перекрестку трех дорог, и святой Франциск заставил брата Массео кружиться, чтобы показать дорогу, и как потом они пошли в Сиену, где святой Франциск совершил святые деяния

Глава XII. Как святой Франциск поставил брата Массео на службу при кухне, у ворот и по сбору милостыни

Глава XIII. Как святой Франциск, по дороге во Францию, поднял своим дуновением брата Массео на воздух и опустил его перед собою

Глава XIV. Как Христос явился святому Франциску и его товарищам

Глава XV. Как святая Клара[19] приходила к Божией Матери Ангельской и казалась вся обитель объятой пламенем

Глава XVI. Как святой Франциск посылал спрашивать совета у святой Клары и святого Сильвестра[20], что ему делать: проповедовать ли или только пребывать в молитве

Глава XVII. Как один отрок, желая знать, что святой Франциск делал ночью в лесу, тайно пошел за ним вслед и обмер, увидев, как он разговаривал с Христом

Глава XVIII. Как святой Франциск созвал общий капитул[23] в Ассизи, на котором присутствовало более пяти тысяч братьев, и проповедовал перед ними

Глава XIX. О том, как пошел святой Франциск в Риэти лечить себе глаза, и, пока он сидел в доме одного священника, люди, приходившие к святому Франциску, оборвали все гроздья в винограднике, и тем не менее вина получилось больше, чем прежде

Глава XX. Об одном юном брате, который питал такое отвращение и нелюбовь к монашеской одежде, что помышлял о том, как бы выйти из ордена

Глава XXI. Как святой Франциск избавил город Губбио от свирепого волка

Глава XXII. Как юноша подарил святому Франциску горлиц и как они не покидали обители, пока не получили разрешения святого Франциска

Глава XXIII. Как святой Франциск увидел всю обитель, окруженную бесами, и как бес вошел в одного из братьев, и как святой Франциск наложил на этого брата покаяние в грехе и исцелил его

Глава XXIV. Как святой Франциск ехал за море проповедовать христианскую веру перед султаном и сарацинами

Глава XXV. Как святой Франциск исцелил душу и тело прокаженного

Глава XXVI. Как святой Франциск принял в орден одного юношу, и как юноша прогнал разбойников, и как святой Франциск послал за ними в час трапезы и они покаялись

Глава XXVII. Как святой Франциск пошел в Болонью и обратил своею проповедью двух знатных мирян

Глава XXVIII. Как брат Бернард из Квинтавалле впал при лицезрении Тела Христова в бесчувствие от заутрени до пятого часа

Глава XXIX. Как дьявол явился брату Руффину в образе Христа, чтобы обмануть его, и сказал ему, что он проклят

Глава XXX. Как святой Франциск послал брата Руффина нагим на проповедь в Ассизи, и как он захотел испытать это унижение на себе, и как они пожали обильные духовные плоды

Глава XXXI. О том, что святой Франциск знал о добродетелях и тайных пороках всех своих братьев, как это обнаружилось с братом Руффином и братом Элией

Глава XXXII. Как брат Массео вымолил у благословенного Христа совершенную добродетель смирения

Глава XXXIII. Как святая Клара по приказанию Папы благословила за обедней хлеб и на нем мгновенно появилось изображение Креста

Глава XXXIV. Как Людовик Святой, король французский, посетил брата Эгидия и как они, не сказав ни слова один другому, поняли друг друга

Глава XXXV. Как святая Клара, будучи больной, была в рождественскую[34] ночь перенесена в церковь к заутрене и видела и слышала все торжество, устроенное братьями. Это было делом рук Божьих

Глава XXXVI. О видении, бывшем брату Льву, и как растолковал его святой Франциск

Глава XXXVII. Как один богатый и учтивый знатный человек обратился в веру святого Франциска и вступил в орден

Глава XXXVIII. Как святой Франциск познал духовно, что брат Элия осужден и должен выйти из ордена, и молил за него Бога

Глава XXXIX. Как святой Антоний Падуанский чудесным образом проповедовал в собрании перед Папой и кардиналами

Глава XL. Как Меньший брат святой Антоний Падуанский проповедовал в Римини перед рыбами морскими и рыбы чудесным образом внимали ему

Глава XLI. О великой святости брата Симона из Ассизи

Глава XLII. О многих святых братьях и о множестве содеянных ими чудес

Глава XLIII. Как брат Коррадо обратил одного юного брата, смущавшего весь монастырь

Глава XLIV. Как предстала брату Петру Матерь Божия вместе со святым евангелистом Иоанном и святым Франциском и, согласно его желанию, объяснила ему, кто из них троих носил в себе бо́льшую скорбь о Страстях Христовых

Глава XLV. Как брату Иоанну из Пенны было откровение от Бога, что он совершит длинный путь и после придет к Нему; и как благодаря этому он сделался братом и долгое время пробыл в ордене в великой святости

Глава XLVI. Как брат Пачифико увидел душу брата своего, брата Умиле, идущей на небо

Глава XLVII. Как к больному брату пришла Дева Мария с тремя чашками лекарственной кашки

Глава XLVIII. Как брату Якопо из Массы предстало в видении золотое дерево, на котором находились все Меньшие братья со всего мира, и как он узнал добродетели и пороки всех сразу и каждого в отдельности

Глава XLIX. Как обратился брат Иоанн из Верны и как запросто и с любовью посещал его Христос

Глава L. Как брат Иоанн из Верны, служа обедню после Дня Всех Святых, увидел множество душ, идущих на небо

Глава LI. Как брат Иоанн из Верны поручил Богу заболевшего брата Якопо из Фалероне и был чудесным образом услышан

Глава LII. Как Христос показал и дал уразуметь брату Иоанну из Верны высочайшую Троицу и все святые и дивные тайны, какие святая Церковь приняла от Божества

Глава LIII. Как брат Иоанн во время обедни, освящая Тело Христово, лишился чувств