Библиотека :)

Магические цветы Петербурга 615K - Мила и Виктор Тарнавские (скачать epub) (скачать mobi) (скачать fb2)

Тарнавские Магические цветы Петербурга

Глава 1

Декабрь 2010 года

Это случилось на Ленинском проспекте, возле очень скучного здания — старого и некрасивого. Вывески на нем были такие же скучные: «банк», «нотариус», «стоматология».

Впрочем, Наташа по сторонам и не смотрела: дорога была знакомой, здесь годами ничего не менялось. Девочка шла за сестрой, низко опустив голову и глядя себе под ноги. Боялась поскользнуться и улететь под ближайшую машину. Почему-то казалось, что угрюмые черные внедорожники, припаркованные по обеим сторонам тротуара, только этого и ждут.

Вчера в Петербурге весь день шел снег — белый, пушистый. Дворы сразу стали нарядными, а тротуары — опасными. К сегодняшнему утру дворники все еще не успели прочистить дороги, и прохожие утоптали выпавший снег до состояния льда.

Наташа все-таки не уследила, случайно поскользнулась. От неожиданности ойкнула и взмахнула руками, пытаясь устоять. С трудом затормозив, она остановилась, подняла голову. Прямо перед ней, возле входа в банк, стояли двое мужчин. «Дяденьки», — сказал бы дошкольник, но Наташа в свои десять лет была уже взрослой, чтобы так сюсюкать.

Незнакомцы показались ей какими-то угрюмыми: и одежда мрачная, и лица хмурые. Детская коляска, стоявшая перед ними, лишь подчеркивала это. Красивая, новенькая — она была самым ярким пятном на черно-белой улице. Забавно, что за ручку коляски держались оба: один правой рукой, второй — левой.

«Какой счастливый ребенок: у него целых два папы!», — пошутила про себя Наташа.

Настроение у девочки было хорошим: наконец-то наступил первый день каникул! Впереди — новогодние праздники и много размеренно-ленивых дней.

Но в следующий миг улыбка сползла с лица Наташи. Девочка испуганно замерла, не в силах отвести взгляд от незнакомцев. Оба они… светились!

Да-да, именно так! И один, и второй излучали какое-то странное красное сияние. Причем, этот свет не создавал привычное ровное пятно. Он исходил длинными узкими полосами, как у радуги или мультяшного солнышка. Конечно, не такими яркими — почти прозрачными, но Наташа четко видела их ровные края!

Если бы за спинами незнакомцев было солнце или горел фонарь, девочка бы решила, что ей показалось. Но стоял тусклый зимний день, небо заволокло тучами. Этому свечению — какому-то злому, враждебному — неоткуда было взяться!

Один из мужчин, перехватив внимательный взгляд Наташи, тут же нахмурился и сердито прошипел из-под синего капюшона, надвинутого на лоб:

— Чего стала? Иди быстрее, машину задерживаешь!

Спохватившись, Наташа обернулась. Действительно, за ней медленно, будто крадучись, ехал грязно-желтый фургон. Какой-то необычный, с прямоугольной, слегка приплюснутой кабиной. На узком тротуаре, заставленном с двух сторон машинами, он никак не мог обогнать прохожих, только следом тащиться.

Девочка смутилась и побежала догонять сестру. Алина даже не заметила, что младшая отстала. А увидев фургон, притормозивший у входа в здание, лишь презрительно фыркнула, явно подражая матери:

— Разъездились! Дороги им мало!

Миновав «скучное» здание, девочки свернули в первый же двор. Здесь, в потрепанной жизнью хрущевке жили их бабушка и дедушка. Но сегодня ее украсили белые шапки на козырьках подъездов.

Расчищенная дорожка тротуара была еще уже, чем на проспекте. Девочки продолжали молча идти гуськом — рядом не получалось. И детскую площадку снегом завалило — на ней даже следов ничьих еще не было! Наташа не удержалась, забежала туда на пару минут, проложила первую дорожку.

Громкие звуки, донесшиеся с проспекта, заставили сестер переглянуться. Что-то ритмично то ли стучало, то ли громыхало — казалось, будто строители где-то работают.

— Снова у кого-то ремонт. Все каникулы нам испортят, — недовольно проворчала Алина, отряхивая младшую от снега. — Пойдем уже в подъезд, бабушка ждет.

Вход в бабушкину хрущевку в их семье не принято было называть «парадной». После собственной квартиры с высоченными потолками и лестницей с витыми перилами это было бы странно.

— Мне кажется, на проспекте шумели. Не в доме, — робко возразила Наташа, первой направляясь к входной двери.

Алина была на пять лет старше, потому мнением "малой" редко интересовалась. Вот и сейчас она молча отодвинула сестру, сосредоточенно набрала код на домофоне, дернула дверь и только тогда возразила:

— Чему на проспекте греметь? Высотку уже достроили. И петарды рано запускать — утро. Точно у кого-то ремонт!

Наташа хотела возразить, но не успела. С проспекта донесся громкий, какой-то перепуганный крик, и девочки увидели, что по тротуару бегут двое мужчин.

— Снова те, с коляской! — узнала их красноватое свечение Наташа. — Вернее, уже без коляски. И палка у них какая-то, и мешок.

В этот момент мужчины свернули во двор и… побежали прямо на девочек! Выбор у них был невелик — не в сугроб же прыгать.

— Это не палка, это… — растерянно пробормотала Алина. — Прячься! — перепугано пискнула она и втолкнула сестру в открытый подъезд.

Хорошо, дверь они не успели толком распахнуть — захлопнулась сразу же. Услыхав, как щелкнул электронный замок, девочки облегченно вздохнули: спаслись!

Но расслабляться было рано: с улицы донеслись уже знакомые тарахтящие звуки.

— Домой! — истерически взвизгнула Наташа и первая метнулась наверх.

За ней поспешила Алина. Она быстро обогнала сестру — длинноногая, легко перепрыгивала через ступеньку.

В бабушкину квартиру девочки попали не сразу, пришлось немного подождать. Перепуганным, им эти минуты показались вечностью. Они уже и в звонок обтрезвонились, и в дверь стучать начали, когда замок наконец-то клацнул.

— Да что стряслось? Почему шумите? — возмущенно спросила бабушка, появившись на пороге. — Вы меня из уборной вытащили!

— А дедушка где? — проигнорировав ее вопрос, выпалила Наташа и, не спрашивая разрешения, нырнула в уютный полумрак маленькой прихожей.

— Да спит старый хрыч! Что ему еще делать? — в сердцах отрезала бабушка.

— Не сплю я! — раздался возмущенный рык, и на пороге спальни появился всклокоченный дедушка. — С вами поспишь, а как же! На улице шумят, здесь шумят. Я и так старался уснуть, и эдак…

— А на улице чего шумят? — тут же вскинулась бабушка.

Наташе на минуту показалось, что сейчас ей очень хочется поругаться — все равно с кем.

— Шут их знает! Эти самые… петарды, наверное, пускают, — примиряюще забормотал дедушка. — Другого места им нет, только у нас под окнами, на площадке!

— Это… Это… Не петарды, — заикаясь, прошептала Алина. — Это… выстрелы. Они с автоматом бежали.

Наташа удивленно хмыкнула: с автоматом? Настоящим, который стреляет? Откуда ему взяться у обычных прохожих?

Но Алина больше ничего не говорила, не могла. Лишь горько всхлипывала да слезы горохом катились из глаз.

— Вот те раз! — только и смог сказать дедушка.

Глава 2

Наташу и Алину засыпали градом вопросов, но девочки ничего не смогли рассказать. Наташа вообще не поняла, что произошло: она больше за компанию испугалась, когда увидела побелевшую от страха сестру. Алина вначале тряслась как заячий хвост, только зубы стучали. А когда успокоилась в объятиях бабушки и смогла говорить, выяснилось, что она ни в чем не уверена. Может, и почудилось ей.

Поняв, что от внучек толку не будет, бабушка выглянула в окно, чтобы «проверить обстановку».

— Да у нас на площадке что-то произошло! — охнула она. — Народу полно, отсюда ничего не видно. Небось, все соседи уже там. А я с вами сижу, время теряю!

Бабушка выудила из кармана халата свой мобильный и начала ловко тыкать в кнопки.

— Алё, Маша? — азартно прокричала она, приложив трубку к уху. — Ты уже там или еще тут?

Не выпуская телефон из рук, бабушка поспешила в спальню.

— Так ты еще ничего не знаешь? Вот ворона, все проспала! — ее зычный голос разносился по всей квартире.

Через несколько минут бабушка выскочила из комнаты уже одетая. Телефона в руках у нее уже не было.

— Я — на улицу, за информацией! Дед, стереги детей! — азартно поблескивая глазами, распоряжалась она на ходу. — К окнам не подходить, никого не впускать! Задерните все шторы — и с этой стороны, и с той!

— А шторы-то зачем? — робко возразил дедушка.

Судя по жадному взгляду, брошенному в сторону балконной двери, он как раз собирался занять наблюдательный пост.

— На балкон не ходить! — тут же пресекла его попытку бабушка. — Там снега насыпало, надо вначале почистить. А то нанесете грязи в дом!

Приунывший было дедушка, сразу оживился:

— Мы и почистим! Девочки помогут.

— Что-о?! — возмутилась бабушка. — Себя, старого, угробить хочешь и их за собой потащить? Вдруг снова из автомата палить начнут? Прямо по окнам!

— Но ты же… — забормотал дедушка. — А как же ты?

— Я — с Машей, — сурово оборвала его полностью одетая бабушка и решительно распахнула входную дверь.

На лестничной клетке уже нетерпеливо топталась тепло укутанная соседка — необъятная тетя Маша.

— Погодите! Вы же совсем без ничего, — засуетился дедушка. — Хоть сковородки возьмите!

— А их-то зачем? — удивленно прогудела соседка.

— Отмахиваться…

— От пуль, что ли? — презрительно усмехнулась бабушка. — Не надо! Мы с Машкой и так справимся. И Ритка на улице ждет. Закрывай дверь — детей просквозишь.

Проводив жену, дедушка тут же занял пост у кухонного окна:

— Алло, Силыч? — бормотал он в трубку домашнего радиотелефона. — Твоя тоже там? Еще не звонила, чего узнала?.. А ты чего дома? И тебе внуков подбросили… Каникулы!

Наташа, поняв, что ничего интересного здесь не услышит, побрела в гостиную. Алина уже устроилась на диване и тоже висела на телефоне:

— Слышь, Юль, ты за компом сейчас? Посмотри в новостях, что на Ленинском произошло. А то у меня интернета совсем мало… Когда-когда… Только что! Час назад, наверное.

Логично рассудив, что сестра от подруги быстрее что-то узнает, Наташа тоже примостилась на диване. Убаюканная ровным голосом Алины, девочка сама не заметила, как уснула.

Проснулась Наташа от того, что кто-то громко сказал прямо над ее головой:

— Вот она!

— Что?! — дернулась девочка и торопливо села на диване.

Возле нее столпилась вся семья: бабушка в зимней куртке, сестра, дедушка. И еще какая-то незнакомая женщина, а рядом с ней — полицейский в форме.

— Наталья! — строго проговорила бабушка. — Иди сейчас же умойся и расчешись. С тобой будут говорить органы правопорядка. Как со свидетелем преступления.

— Ага! — послушно кивнула Наташа.

Она была совсем сонная, потому так и не поняла, что от нее хотят эти люди. Но честно умылась и расчесалась.

Пока ее не было, Алину увели в другую комнату — бывшую детскую. В приоткрытую дверь было видно, что ее о чем-то расспрашивает полицейский, а бабушка сидит недалеко, на кровати, сурово насупив брови.

— Иди сюда, садись за стол, — позвал Наташу дедушка.

Девочка обернулась к окну: за столом уже сидела женщина-следователь, что-то писала.

— Меня зовут Наталья Владимировна, — представилась она.

— И меня Наташей зовут.

— Значит, мы тезки, легче будет общаться.

Наталья Владимировна улыбнулась, и девочка подумала, что она очень молодая и красивая. Почти как их школьная учительница истории.

— Вначале мне нужно записать твое полное имя и где ты живешь, — сказала следователь, — Продиктуй, пожалуйста.

— Наталья Александровна Белогривцева.

— Какая красивая фамилия! Где ты живешь?

— Петропавловская крепость, 15.

— Где?!

У Натальи Владимировны даже брови подпрыгнули, так она удивилась.

— В Петропавловской крепости, — повторила Наташа. — Это там, где Алексеевский равелин.

Она ничуть не смутилась: незнакомые часто удивлялись, когда слышали ее домашний адрес. Но следователь почему-то сразу рассердилась:

— Наташа, ты уже взрослая девочка! Должна понимать, что совершено серьезное преступление. Твои шутки сейчас неуместны!

Наташа растерянно хлопнула ресницами: но она же правду говорит! Почему ей не верят?

— Мои внуки действительно живут в Петропавловской крепости, — поспешно вступился за нее дедушка. — Вы должны были слышать — газеты сколько раз об их доме писали. Раньше там было пять жилых домов, но в перестройку остальных расселили. А про их квартиры будто забыли: никак взамен ничего не подберут.

— Я не так давно в Петербурге, — недовольным тоном буркнула Наталья Владимировна. — Наташа, расскажи, что ты видела, когда вы с сестрой шли по Ленинскому проспекту.

Все еще чувствуя себя виноватой — хотя и непонятно, из-за чего, — Наташа честно постаралась подробно все вспомнить. Она даже попыталась рассказать, какой был узор на коляске.

— Коляска нас меньше интересует, преступники ее бросили там же, — отмахнулась следователь.

Наташа хотела спросить, что же все-таки произошло и куда делся ребенок из коляски — неужели тоже бросили? Но Наталья Владимировна уже задала следующий вопрос:

— Опиши мужчин, которых ты видела.

— Честно говоря, я их плохо рассмотрела. Они в капюшонах были, на лицо надвинутых, — призналась девочка. — Один был в синей куртке, а второй — в черной.

— Особые приметы у них были? Усы, борода, шрамы…

— Да, они светились!

Брови следователя снова поползли вверх, но Наташа уже не обращала никакого внимания на недовольные гримасы Натальи Владимировны. Девочка вдохновленно описывала странные красные лучи, которые исходили от незнакомцев. И лишь услыхав предупредительное покашливание дедушки, Наташа спохватилась.

Наталья Владимировна, видимо, и не слушала ее — по крайней мере, она ничего не записывала. Следователь смотрела на девочку с таким недовольным видом, что Наташа сразу почувствовала себя так, будто стоит перед завучем, отчитывающим ее за беготню по коридорам школы.

В комнате повисла напряженная тишина.

— Извините, внучка устала, — первым не выдержал дедушка. — Сами понимаете, такой стресс. Еще и на площадке у нас…

— Хорошо, — тяжело вздохнула Наталья Владимировна. — Наташа, расскажи, пожалуйста, что произошло во дворе.

В тот день Наташа так толком и не поняла, что же случилось на проспекте. Видимо, родственники между собой обсудили, когда она спала, а Наталью Владимировну девочка побоялась спрашивать. Уж очень сердитой выглядела следователь.

После ухода полиции дедушка и бабушка начали щелкать каналами телевизора, выискивая выпуски новостей. А внучек отправили на кухню ужинать, чтобы успели поесть до приезда отца.

Да-да, родители забирали Алину и Наташу домой!

Все их планы на новогодние каникулы рухнули! Вместо того, чтобы провести длинные выходные в просторной трехкомнатной квартире, в большом дворе с собственной площадкой, где у них было полно друзей, девочки должны были вернуться в свою комнатушку в крепости.

Полиция посоветовала бабушке, пока идет следствие, отправить внуков обратно, подальше от места происшествия. И в город на праздники не выпускать — мало ли что!

Сидеть дома в разгар каникул было откровенно скучно. Все еще стояли морозы, за стеной крепости дул пронизывающий колючий ветер. К сожалению, туристов неприветливая погода не отпугивала. До десяти вечера по крохотному островку бродили веселые шумные компании, лишь ночью можно было от них отдохнуть.

Висеть на телефоне тоже было неинтересно: полиция строго-настрого запретила девочкам рассказывать о происшествии друзьям. Алину это вряд ли бы остановило — ее друзья из бабушкиной хрущевки и побольше о преступлении знали, но родители пресекали любую болтовню на опасную тему. Даже просмотр криминальных новостей не одобряли.

В этих условиях еще один визит сотрудников полиции показался девочкам чуть ли не развлечением. Алина даже немного подкрасилась тайком от родителей.

В назначенное время — офицеры предупредили о своем приходе заранее — на пороге появились двое мужчин. Наташа облегченно вздохнула и торопливо отвела взгляд: ей очень не хотелось еще раз общаться с Натальей Владимировной. Хорошо, что она не пришла!

Алина, в отличие от сестры, не смущалась, глаз от гостей не прятала. Наоборот, приветливо улыбнулась, выпрямила спину.

Наташа внимательно посмотрела на нее, на незнакомцев. Один был старше, второй чуть моложе — совсем, как их школьный физрук. С веселой улыбкой — когда здоровался, так белые зубы и блеснули. Похоже, он-то сестре и приглянулся.

Однако, к огорчению Алины, с ней офицер общаться не стал. Сразу сказал, что пришел к Наташе, и попросил маму проводить их куда-то в комнату, чтобы можно было спокойно поговорить. Та засуетилась и почему-то снова начала выяснять, как его зовут, хотя он только что показал родителям свое удостоверение.

— Роберт! — улыбнулся «физрук».

— А отчество?

— Лучше без отчества! Оно у меня такое — только язык ломать!

Глава 3

Когда они заглянули в детскую — небольшой закуток, отделенный от гостиной лишь стеллажом, Роберт не сдержал разочарованного вздоха:

— Тесновато у вас.

— Что есть, — развела руками мама. — Сами, наверное, знаете, что на чемоданах который год сидим — ждем расселения.

— Наслышан о ваших мытарствах. Я справки наводил — говорят, будто в следующем году переселитесь.

— Да они десятилетиями обещают, — огорченно вздохнула мама. — Уже боимся что-то загадывать.

Наташа взглянула на Роберта более дружелюбно: в отличие от Натальи Владимировны, он не задавал глупых вопросов, знал об их доме. Мужчина, перехватив взгляд девочки, улыбнулся:

— Наташа, мне с тобой поговорить надо. Как поступим: мама пусть здесь остается или в гостиную ее отпустим?

— Пусть в гостиную идет. Троим здесь и развернуться негде, — по-взрослому ответила Наташа. — Все равно из-за стеллажа все слышно.

Действительно, из большой комнаты доносился равномерный бубнеж: второй полицейский негромко беседовал с Алиной, сидевшей на диване. При желании, отсюда можно было разобрать, о чем они говорят.

— Наташа, меня интересуют те двое мужчин, которых вы с сестрой видели на проспекте перед убийством инкассаторов, — сказал Роберт.

— Там кого-то убили? — подняла испуганные глаза Наташа.

— Да. Разве ты не знала?

— Нет. Мне ведь у бабушки никто ничего не говорил, не успели. Потом полиция пришла и нас сразу домой отправили.

— Неужели родители не рассказывали? Соседи? — искренне удивился Роберт.

— Мы решили ничего не говорить Наташе, — громко сообщила мама, показавшись из-за стеллажа.

Она посмотрела на Роберта с укоризной, будто он нарушил какой-то важный уговор.

— Наша дочь чересчур впечатлительная, ранимая. В прошлый раз наговорила следователю такого, что стыдно было слушать…

Наташа почувствовала, что краснеет. Получается, дедушка рассказал маме о ее разговоре с Натальей Владимировной.

— Мне кажется, вы перестраховываетесь, — мягко сказал Роберт. — Я видел протокол, ничего ужасного там не было.

— Так следователь и не писала всего! Кто ж будет такое записывать?

— Позвольте, мы с Наташей продолжим, — уже другим, строгим, тоном сказал Роберт.

Мама, недовольно хмыкнув, снова скрылась за стеллажом. Но далеко не ушла, остановилась где-то рядом — Наташа чувствовала ее присутствие.

— Расскажите мне, пожалуйста, что там случилось, — понизив голос попросила девочка. — А то все знают, а я нет.

— Те двое, которых вы с сестрой видели, ограбили банк, — так же тихо сказал Роберт.

— Но они ведь были с ребенком! — удивилась Наташа.

— Они были с коляской, — поправил ее Роберт. — Ребенка в ней не было.

— А зачем тогда коляска?

— Преступники спрятали в ней свое оружие. И внимание от себя отвлекли. Ты ведь тоже лучше всего коляску запомнила, правда?

— Правда! Она такой яркой была.

— Получается, ты на мужчин и не смотрела?

— Смотрела. Только они рассердились. Один даже сказал, чтобы я проходила быстрее.

— Можешь описать его голос?

В отличие от Натальи Владимировны, Роберт слушал Наташу с интересом, не перебивал и не хмурился. Девочка быстро осмелела, подробно отвечала на его вопросы. Даже присутствие мамы где-то рядом ее не смущало — та ничем себя больше не выдала, в детскую не входила.

Их разговор прервался очень неожиданно. Вначале у второго полицейского зазвонил мобильный, а потом, переговорив, он что-то тихо сказал присутствующим.

— Ура! — донесся радостный крик Алины из гостиной и что-то грохнуло, будто стул упал.

Раздались быстрые шаги, в детскую заглянула старшая сестра:

— Наташка, их арестовали. Мы свободны!

— Правда? — радостно улыбнулась Наташа и посмотрела на Роберта. — Значит, нам не надо больше сидеть дома?

Роберт, наоборот, нахмурился:

— Боюсь, все не так просто.

— Зачем же вы допрашиваете детей, если грабителей уже нашли? — сердито спросила мама где-то в комнате. — Только снова травмируете их.

— Не забывайте, что мы должны найти и сообщников. Следствие еще продолжается, — раздался голос второго полицейского.

— Но вы ведь знали об этом, когда сюда пришли? Знали же! — не унималась мама.

— Знали, но не имели права говорить. Утром вопрос о заявлении для прессы еще решался. Дело резонансное — только поэтому следственное управление все-таки сделало официальное заявление.

— Но детям можно наконец-то нормально гулять?!

Полицейский ничего не ответил, прошел к стеллажу, заглянул в детскую и вопросительно посмотрел на Роберта:

— Ты что скажешь?

— Думаю, можно, — осторожно, будто взвешивая каждое слово, сказал он. — Только я бы рекомендовал поменять им верхнюю одежду. Сами понимаете, зимой обычно куртку-шапку запоминают, на лицо меньше смотрят.

Ночью Наташа проснулась от того, что родители снова ссорились.

— Это все твоя Петропавловка, — сердито шипела мама где-то в темноте. — Это она влияет — тут одних привидений сколько! И засыпанный канал совсем рядом! Я давно говорила, что нужно бежать отсюда. А ты: «Исторический центр, мы всю жизнь эту квартиру вспоминать будем». Я теперь точно ее не забуду!

Наташа, затаив дыхание, слушала. Они никак не могла взять в толк, о чем мама говорит. Привидений в крепости никогда не было — все местные жители это знали. В интернете, конечно, писали что-то такое, но там вечно сказки для туристов рассказывают. О засыпанном канале девочка знала: разную плитку на плацу у Монетного только слепой не заметит. Но что в канале такого страшного, если вода там уже не течет?

— Ты же видел, какими глазами этот Роберт на Наташку смотрел! Когда она снова о красных лучах начала заливать, как кот на сметану пялился! Разве что не облизывался.

— Не видел я ничего, — сонно проворчал папа. — Это ты к ним постоянно бегала.

— И бегала! Тебе вот все равно, что с нашими детьми будет, кем они вырастут…

Мама ворчала еще долго, но Наташа быстро уснула, не дослушала ее. А утром проснулась с уже готовым решением: больше ни о каких лучах она никому не расскажет. Хватит с нее неприятностей! И так чуть ли не в дурочки ее записали, даже об убийстве инкассаторов побоялись сказать. Будто она маленькая!

Глава 4

Полицейские больше к ним не приходили и никуда сестер не вызывали — казалось, они забыли о своих свидетелях. В новостях тоже ничего нового о преступлении на Ленинском не сообщали. Только сказали, что грабителей нашли по коляске — продавец из магазина их опознал.

Наташа была только рада этому: пересказывать очередной раз одно и то же ей не хотелось. Кроме того, в последнее время девочка придумала себе новое развлечение: она внимательно присматривалась к свои знакомым и случайным прохожим. Искала у них такое же свечение, как у преступников.

Тайна загадочных красных лучей не давала ей покоя. Поразмыслив, девочка решила, что грабители пользовались каким-то новомодным прибором — он-то и светился. Но если такой прибор был у них, то он должен быть и у других. Не вручную же его сделали!

Один раз девочке даже удалось заметить женщину с непонятным бирюзовым свечением. Она стояла недалеко от школы, на автобусной остановке. Наташа хотела к ней присмотреться, но подошел автобус и незнакомка уехала. Позже девочка встретила еще пару подозрительных человек, но их свечение было слишком слабым. Наташа не была уверена, что вообще его видела.

В тот день в школе выдался каким-то на редкость скучным и длинным. Вдобавок, сестра забрала Наташу с продленки поздно. И потом Алина домой не торопилась — шла еле-еле, уткнувшись носом в телефон. Впрочем, Наташе было чем заняться: она внимательно присматривалась к окружающим. И чуть не подпрыгнула от радости, когда увидела свечение у какого-то мужчины. Нет, лучей в этот раз не было, но свет, который он излучал, был ярким, заметным. Удивительно, почему прохожие не обращали на него внимание.

Незнакомец сидел на лавочке, боком к ним. Листал что-то в телефоне, его лицо частично скрывала забавная шапка с лохматыми «ушами».

— Ты чего остановилась? — недовольным голосом спросила Алина. — Пойдем быстрее, я уже замерзла.

Наташа ничего ей не ответила, только молча кивнула на незнакомца. Неужели сестра ничего не видит? Как можно не замечать такой по-летнему яркий свет в зимнем сером Петербурге?

— Ой, Роберт! — обрадовалась Алина. — Здравствуйте!

Так это Роберт?! Наташа изумленно хлопала глазами. Получается, он тоже умеет «светиться»? Почему же она раньше ничего не замечала? Впрочем, может, он не всегда этот таинственный прибор включает…

— Здравствуйте, сестрички! Вот так встреча! — улыбнулся Роберт. — Как ваши дела?

Алина радостно щебетала, что-то рассказывая ему, а Наташа внимательно наблюдала за сиянием полицейского. Когда он начал говорить, оно усилилось и стало каким-то другим. Резче, что ли? В любом случае, сейчас Наташа видела, что оно какое-то узорчатое, даже могла различить орнамент. Вот затейливо изогнутый лепесток цветка, вот тонкий стебель…

— Наташа, ты так внимательно на меня смотришь. Что-то не так? — спросил Роберт и, сняв с головы свою ушанку, внимательно осмотрел ее.

— Вы светитесь! Но не шапка, а вы сами! — не задумываясь, выпалила девочка.

— Наташка, ты что такое говоришь? — возмущенно прошипела Алина и дернула сестру за руку. — Он же полицейский!

— А полицейским, значит, не положено светиться? — добродушно улыбнулся Роберт.

— Просто, Наташка вечно какую-то ерунду рассказывает. Вы не слушайте ее! — горячилась Алина.

— Ничего страшного, я не обидчивый. Алина, можно я попрошу тебя принести мне кофе? Что-то я немного замерз. В том кафе очень вкусный американо готовят, — Роберт вытащил кошелек. — И себе какой-нибудь интересный выбери, с сиропом. Наташа, ты будешь кофе или какао?

— Нет, я не хочу, — растерянно прошептала девочка. — Не надо мне ничего.

Наташа почему-то застеснялась: как она будет пить кофе с огромным рюкзаком за плечами и обувной сумкой в руках? Еще прольет!

Когда Алина отошла, Роберт снова улыбнулся:

— Наташа, расскажи мне, пожалуйста, что ты сейчас видишь? Ты знаешь, о чем я спрашиваю.

— Свет. Вы будто светитесь изнутри.

— Этот свет такой же, как у тех преступников?

— Нет, конечно! — возмутилась Наташа. — У них красные лучи были. Яркие такие, огненные. А вокруг вас будто орнамент нарисован. Как кружево. Какое-то зеленое… Вернее, салатовое… Вернее, как весенние листики… Извините, я не знаю, как этот цвет называется.

— Цвет юной жабки, — усмехнулся Роберт.

— Как? — удивленно переспросила девочка.

— Это я пошутил неудачно, не обращай внимания. Скажи, а у других людей ты тоже видела свечение?

— Только один раз, — честно призналась Наташа. — И еще пару раз показалось. Я вообще раньше его не видела, только после того… Ну, когда мы…

— Я понял-понял… Ты кому-то рассказываешь, что видишь?

— Нет, конечно! Сестра засмеет, если узнает. И мама сердится…

— Кстати, Алина уже идет. И я вижу у нее в руках мой кофе! — Роберт радостно улыбнулся старшей сестре.

Через несколько лет

Апрель 2017 года

Наташа с удовольствием крутилась перед зеркалом, проверяя, как легли помада и тушь. Конечно, ночью мало кто заметит, что она подкрашена, но ей самой хотелось хорошо выглядеть.

Они с друзьями собирались пойти на Стрелку, посмотреть, как разводят мосты. Стыдно признаться, но Наташа никогда не наблюдала это действо с Васильевского острова, хотя всю жизнь прожила в Петербурге. В детстве с Заячьего смотрела, а после переезда на новую квартиру так ни разу и не выбралась.

И сейчас, может, не собралась бы, но Алина очень хвалила новую музыкальную программу «Поющие мосты». Мол, настоящее шоу сделали. Отставать от сестры не хотелось — пусть старшая меньше нос задирает, не одна она уже взрослая. Наташа тоже следит за новинками!

На Стрелку они приехали заранее, чтобы успеть занять хорошие места. Люди уже собирались, но их было не очень много: основная масса туристов, как всегда, прибудет на майские. Наташа сразу же свернула к лавочкам — хотела вытряхнуть камушек, попавший в кроссовку. Ее друзья не стали ждать, пошли вниз, к реке.

Девушка думала вставать, когда увидела странного незнакомца. Вначале ее внимание привлекло свечение — яркое, опасное. Лучи, исходившие от мужчины, были какие-то агрессивные — темно-оранжевые, с заметными кровавыми проблесками.

Испуганно замерев, Наташа начала наблюдать за незнакомцем. Он был один, слонялся без дела и заметно сторонился других. Даже походка у него была какой-то странной, семенящей. Будто спешил, но останавливал себя. Из-за этого незнакомец слегка подергивал руками и телом. В какой-то момент Наташе даже показалось, что он немного кренится влево.

Девушка глубоко вздохнула. Нельзя сказать, что она совсем уж редко встречала светящихся людей — за последние годы наловчилась сразу выявлять их в толпе. Но именно красные лучи Наташа видела всего лишь раз — много лет назад на Ленинском проспекте.

И что ей теперь делать?

По-хорошему, нужно было найти полицейских, предупредить их. Но что она им скажет? Что по Стрелке бегает какой-то подозрительный тип? А если у него просто такой нервный тик и Наташа оболжет невинного человека?

О красном свечении девушка боялась даже заикаться. В детстве Наташу не раз дразнили из-за ее «глупых фантазий», после чего она замкнулась. И сейчас никогда в жизни не стала бы рассказывать полицейским такой бред.

Не зная, что предпринять, девушка неспешно пошла по дорожке, искоса поглядывая на незнакомца. В какой-то момент, когда он был уже совсем близко, Наташу нагнала большая компания молодежи. Обгоняя, они окружили ее со всех сторон, заслонив собой странного мужчину.

А когда толпа схлынула, Наташа обнаружила, что он стоит прямо перед ней и смотрит на нее безумным взглядом.

— Что вылупилась, стерва?! — неестественно высоким голосом крикнул незнакомец и сделал шаг вперед.

Он попытался ущипнуть Наташу за грудь, но сквозь куртку не смог, лишь скользнул пальцами по скользкой ткани. Рассердившись, мужчина сильно толкнул девушку.

— Уйди с дороги! — взвизгнул, неприятно оскалившись, и помчался дальше, больно задев плечом.

Наташа почувствовала, что падает, не может удержаться на дорожке. «Хоть бы газон был мягкий!» — испугано мелькнуло в голове.

— Стоять! — раздался откуда-то сбоку мужской голос и чьи-то сильные руки подхватили девушку. — С вами все в порядке?

— Да… Он… — заикаясь, пролепетала Наташа и обернулась, чтобы поблагодарить за помощь. — Роберт? Вы?!

Конечно, через столько лет девушка плохо помнила лицо полицейского. Но его свечение она узнала сразу: изящный орнамент цвета «юной жабки».

Глава 5

И все-таки Наташа сильно испугалась. Роберт что-то у нее спрашивал, она пыталась отвечать, но губы ее не слушались. Поняв, что расспросы сейчас бесполезны, полицейский осторожно обнял девушку и прошептал:

— Не бойся, он уже ушел. С тобой ничего не случится.

— Угу, — только и смогла сказать Наташа.

С каждой секундой ее трясло все больше — руки дрожали, подбородок дрожал. Зубы пришлось стиснуть, иначе они начали бы стучать.

— Ш-ш-ш… — Роберт погладил Наташу по голове как маленького ребенка. — Не пугайся, это у тебя отходняк после стресса. Ты же тогда, в первый момент, не испугалась, правда?

— Угу, — кивнула Наташа.

— Молодец! Ты правильно все сделала. Лучше потом перетрусить, когда все закончится. А в самый ответственный момент надо ясную голову сохранять.

— Угу!

— Ну вот, голосок уже громче звучит, увереннее. Сейчас все пройдет…

Он, наверное, и сам не замечал, что уже прижимает голову Наташи к своей груди. Но девушка была не против — ее до сих пор немного потряхивало. Под его большой и теплой рукой было спокойнее.

— Роберт, ты здесь? — раздалось сзади. — Тебя начальство ищет.

Наташа испугано дернулась, хотела отпрянуть, но Роберт ее удержал.

— Я занят, свидетеля успокаиваю, — сердито сказал он. — Что там еще?

— Повязали твоего клиента. У Благовещенского взяли.

— Быстрый он — куда забежал!

— Не то слово! Еле успели: топиться, похоже, хотел. Шишигу, говорит, искал.

— Наташа, тебя случайно не Шишигой зовут?

Девушка улыбку Роберта не увидела, услышала: он как-то хмыкнул по-особенному.

— Нет, — растерянно пробормотала.

Немного успокоившись, она теперь чувствовала себя неловко. Роберт — взрослый мужчина. Наверное, женат. А Наташа прижимается к нему, нос о его куртку вытирает как маленькая. Детский сад, штаны на лямках!

— Ну раз ты не Шишига, командуем отбой! Этот чудик не тебя искал.

— А кого? — растерянно спросила Наташа, на шаг отступая от мужчины.

Он уже не так крепко ее держал, удалось выскользнуть.

— Да кто ж их, психов, разберет? — вставил и свое слово коллега Роберта. — Кстати, там еще один бродит, тоже что-то замыслил. Сегодня урожайный вечер!

— Это плохо, — нахмурился полицейский. — Наташа, ты здесь с кем? Надеюсь, не одна пришла?

— Нет, конечно! С друзьями. Они где-то у реки.

— Давай, я тебя к ним провожу. Мне уже пора идти.

Случайная встреча с Робертом взбудоражила Наташу, всколыхнула воспоминания. Девушка думала, что забылось все, но оказалось: она помнит. И происшествие на Ленинском, и приезд Роберта в их старую квартиру в Петропавловке. И даже ту случайную встречу у школы.

Наташа вдруг поняла, что так и не знает, чем закончилась история с ограблением банка и убийством инкассаторов. Тогда Роберт исчез так же неожиданно, как и появился. А полиция больше не интересовалась юными свидетелями.

В интернете Наташе удалось найти репортаж из зала суда. Преступников приговорили к пожизненному заключению, похищенные деньги вернули почти все. Девушка вчитывалась в подробности дела, и понимала, что ей этого мало. В репортаже ничего не говорилось о том, что грабители использовали какое-то специальное оборудование. Что же за красные лучи она тогда видела?

И почему обычный псих с Васильевского острова светился точно так же, как вооруженные до зубов преступники, готовившие свое ограбление больше года? Зачем сумасшедшему специальные гаджеты?

Умом Наташа понимала, что новомодная техника здесь не при чем. За прошедшие годы она несколько раз встречала людей с характерным свечением. Но почему-то странное излучение никто кроме нее не видел.

Однако девушке так не хотелось признаваться самой себе, что с ней что-то не так! Что ее давнее детское развлечение — совсем не игра. Наташе надо ЕГЭ сдавать, в институт поступать… Может, она как-нибудь потом решит, что с этим всем делать?

Июль 2017 года

Звонок из приемной комиссии застал Наташу на автобусной остановке.

— Здравствуйте, Наталья. Вам звонят из медицинского университета, — представилась оператор.

— Откуда? — растерянно переспросила Наташа.

На улице было шумно, рядом гудели проносящиеся мимо машины. Поэтому девушка решила, что ослышалась.

— Из медицинского университета, — терпеливо повторила женщина. — Вы подавали документы для поступления.

— Подавала, — подтвердила Наташа, недоумевая, зачем она могла понадобиться приемной комиссии.

Конкурс в медуниверситет был такой, что девушка сразу поняла: учиться здесь не придется. В списке ее фамилия сначала болталась во второй сотне, а потом вообще куда-то вниз съехала. Не то, чтобы Наташу это сильно огорчило, — другие вузы ей тоже нравились.

— У нас идет набор студентов для новой кафедры. Специальность только открывают, ее еще нет в списках. Скажите, вам интересно такое предложение?

Наташа понятливо хмыкнула. Похоже, сейчас ее будут вербовать куда-то на платное отделение.

— Боюсь, для меня это будет дорого, — сразу предупредила она.

— Мы предлагаем вам бюджет.

Бюджет? С какой стати такая щедрость?

— А что за специальность? — осторожно поинтересовалась Наташа.

Мало ли, вдруг там какая-нибудь ветеринарно-санитарная экспертиза, на которую никто не хочет идти! Хотя, надо признать честно, в этом году в медицинские и на экспертизу рвались не менее энергично — конкурс везде зашкаливал.

— Лечебное дело, — невозмутимо ответила женщина.

— Всего лишь? — искренне удивилась Наташа. — Зачем для него еще одну кафедру открывать?

— Там есть определенные нюансы. Вам на месте расскажут. Придете?

— Приду, — согласилась Наташа, логично рассудив, что отказаться она может и позже.

В конце концов, не каждый день ей из первого медицинского звонят. Надо хотя бы посмотреть, куда ее приглашают.

Почему-то на встречу Наташу позвали не в приемную комиссию, а в первый корпус университета, что тоже смутило девушку. Все-таки какой-то подвох в этой истории был!

Подойдя к старинному красивому зданию, Наташа нерешительно остановилась. Вряд ли мошенники, о которых говорят сплошь и рядом, заседают прямо здесь, в солидном кабинете. Значит, ее всерьез приглашают учиться в медицинском?

Поколебавшись немного, девушка решительно шагнула в направлении здания. Не съедят же ее там, правда ведь?

Нужная комната нашлась быстро — судя по двери, это оказалась обычная аудитория, а не пафосный кабинет. Осмелев, Наташа достаточно бодро постучала.

— Войдите! — донесся женский голос.

Аккуратно нажав на ручку, Наташа легонько потянула ее на себя и проскользнула в образовавшуюся щель. Ей почему-то показалось некультурным распахивать дверь настежь. С трудом оторвав взгляд от пола — страшно было до жути — Наташа осторожно подняла голову.

— Здра… — начала девушка и замерла на полуслове.

Перед ней, за преподавательским столом, сидела какая-то незнакомая женщина. А напротив, за партой… Роберт!

Глава 6

И без того встревоженная, Наташа, увидев Роберта в строгом костюме и галстуке, совсем растерялась. Что он делает в университете? Роберт ведь полицейский! Может, он здесь на задании? Но тогда Наташе нельзя признаваться, что она его знает.

Сам Роберт, вежливо поздоровавшись, замолчал, даже не смотрел в ее сторону. Говорила, в основном, женщина, которая представилась заведующей одной из кафедр университета.

К сожалению, Наташа не запомнила ни ее имени, ни какую кафедру она назвала. Что-то самое обычное типа семейной медицины.

Девушка никак не могла сосредоточиться, половину слов вообще мимо ушей пропустила. Она то и дело искоса поглядывала на Роберта. Понимала, что нельзя смотреть, но взгляд будто магнитом к его лицу притягивался.

— Я подчеркиваю, — повысила голос завкафедрой, привлекая внимание Наташи. — Диплом вы получите общего образца, хотя, по факту, больше будете работать, чем учиться. Так сказать, на практике пройдете обучение.

Работать?! Но Наташа ведь в институт поступает! О чем вообще речь?

Девушка сидела, раскрыв рот, растерянно хлопая ресницами. Что она умудрилась прослушать? Надо брать инициативу в свои руки, иначе Наташа неизвестно где окажется.

— Скажите, пожалуйста, как называется моя будущая специальность? — спросила она первое, что в голову пришло.

Будет, конечно, смешно, если ей об этом три раза уже сказали, а Наташа прослушала!

— Эм-м-м… — завкафедрой почему-то замялась и бросила растерянный взгляд на Роберта.

Полицейский задумчиво посмотрел на Наташу, выдержал небольшую паузу и внятно, очень четко произнес:

— Магическая диагностика.

— Какая диагностика? — не поверила своим ушам Наташа.

— Магическая, — подтвердила завкафедрой.

Увидев изумленный взгляд девушки, она повернулась к Роберту:

— Вы разве не преду…

— Ирина Семеновна, оставьте нас, пожалуйста, — бесцеремонно прервал ее полицейский. — Мне надо переговорить с будущей студенткой.

Или Роберт не полицейский? Наташа уже ничего не понимала!

— Да, конечно, — ничуть не обиделась на его бестактность Ирина Семеновна. — У вас есть полчаса, потом придет следующий претендент.

Девушка еле дождалась, когда завкафедрой, громко цокая каблуками, выйдет в коридор. Едва за Ириной Семеновной закрылась дверь, Наташа набросилась на Роберта:

— Я для вас какая-то шутка, что ли? Что здесь происходит?

— Наташа, сядь, пожалуйста, — попросил полицейский. — Вопрос слишком важный, чтобы решать его на эмоциях.

— Если он такой важный, почему вы меня заранее не предупредили?!

— Боюсь, твоя мама сразу была бы против. А ты должна принять решение сама, без влияния родственников.

— Вы можете наконец объяснить, что здесь происходит? Я ничего не понимаю!

— Наташа, у нас есть все основания полагать, что ты — очень одаренный диагност. Ты можешь видеть ауру других людей — и обычных, и магов.

— Кого?

— Магов, Наташа. Чему ты так удивляешься? Ты же сама родилась в Петропавловской крепости. Неужели, никогда не слышала, что Заячий остров — один из магических узлов Петербурга?

— Нет, — растерянно пробормотала Наташа. — Мои родители в магию никогда не верили. И они, и соседи всегда говорили, что нет в крепости ничего такого. Если бы хоть что-то подтвердилось, хоть какого-то призрака там нашли, нам бы совсем житья не стало. И так толпы туристов целыми днями по острову бродят.

— Странно, что твои родители ничего не замечали… У тебя ведь явный магический дар. Петропавловская крепость еще и усилила его.

— А откуда вы знаете, что я в крепости родилась? Это действительно так. Мама говорит: роды стремительные были. Когда скорая приехала, уже поздно было в больницу ее везти.

— Я специально наводил справки о вашей семье. Надеюсь, тебя это не оскорбляет?

Наташа неопределенно пожала плечами:

— Нет, наверное. Понятно, что во время расследования полиция и о свидетелях информацию собрала.

— Вами они как раз совсем не интересовались. Сразу же нам протокол твоего допроса передали.

— Вам — это кому? — осторожно спросила Наташа.

— Магнадзору. Магической полиции города.

— Значит, вы все-таки полицейский?

— Можно и так сказать. Боевой маг.

— А здесь вы что делаете?

— Ждал тебя. В этом году в медицинские вузы подали документы пятеро наших «подопечных». У каждого из них есть потенциал, они могут стать магическими врачами. Но не факт, что станут, — не всем удается достаточно развить свои способности. Ты единственная, в ком я не сомневаюсь. Потому тебя нельзя было упустить. Магических врачей в Петербурге и так мало, а магических диагностов вообще единицы.

— Вы так уверенно это говорите… А вдруг я не потяну?

— Наташенька, даже не сомневайся! Я ведь читал протоколы. Помнишь, ты тогда, на Ленинском, разговаривала с Натальей Владимировной?

— Конечно, помню! — фыркнула Наташа. — Неприятная тетка!

— Может быть… Но профессионал она крепкий. Тщательно зафиксировала, как ты описываешь ауру преступников. Грабители ведь минут десять с этой дурацкой коляской инкассаторскую машину ждали, мимо них не один человек прошел. Они уже сильно нервничали, потому ты и смогла увидеть их поле.

— Да уж! У меня эти лучи до сих пор перед глазами стоят.

— Когда я в первый раз прочитал твое описание, то решил, что Наталья Владимировна от себя что-то добавила. Уж очень было похоже на пример из учебника. Потому и решил лично тебя послушать. А ты еще один сюрприз преподнесла: мое собственное магическое поле описала.

— А разве нельзя было? — смутилась Наташа.

— Можно, конечно. Но так точно, как ты, мне его даже в клинике не расшифровывали. Я сам только размытые пятна могу увидеть, да и то не всегда.

— Вы тоже можете видеть ауру? — восхитилась девушка.

— Могу, но сконцентрироваться нужно. Ты же делаешь это легко, как дышишь… Наташа, я предлагаю заканчивать наш разговор — кабинет пора освободить. У тебя есть несколько дней, чтобы подумать над нашим предложением. Если ты откажешься, я пойму. Но знай: такого одаренного диагноста я в своей жизни еще не встречал.

— Хорошо… Я подумаю.

Апрель 2018 года

Наташа еще раз взглянула в зеркало, немного поправила шапочку. И вздохнула огорченно: ну почему медицинская одежда ей так не идет? Она всегда выглядела моложе своих лет, а сейчас вообще казалась школьницей, тайком примерившей мамину униформу. Может, поэтому некоторые пациенты не воспринимают ее всерьез?

Девушка сердито хмыкнула и отвернулась от зеркала, висевшего над умывальником. А что она хотела? Что бы Роберт ни говорил, нельзя, сидя на парах в институте, выглядеть на восемнадцать лет, а в рабочее время — на тридцать пять. И пациентов нельзя заставить серьезно относиться к такому врачу. Какой бы талантливой Наташа ни была, для них она — вчерашняя школьница.

Девушка придирчивым взглядом окинула кабинет. В любом случае, сейчас она — врач, строгая Наталья Александровна. И ее рабочее место должно быть в порядке, прием вот-вот начнется.

Рабочий день подходили к концу, когда дверь в кабинет тихо скрипнула, раздался веселый мужской голос:

— Девушка, к вам можно?

Наташа не видела посетителя: сидела спиной к двери, уткнувшись в компьютер. Но ей не надо было оборачиваться, чтобы понять, кто это, — голос был хорошо знаком.

— Да, можно, Дмитрий. Проходите, — проговорила, не оборачиваясь.

А сама торопливо сохраняла файл с ежедневным отчетом — не хватало потом делать заново! Была настолько сосредоточена, что даже пропустила мимо ушей фамильярное "девушка".

— Наташа, это — вам, — сказал уже совсем рядом Дмитрий.

Врач недовольно нахмурилась: ну вот, теперь еще и "Наташа"! Что он себе позволяет? Намекает на ее возраст?

Она наконец-то оторвалась от компьютера, повернула голову к посетителю. И не смогла сдержать удивленного возгласа:

— Мне? — спросила, растерянно глядя на букетик ландышей, лежавший на ее столе.

Глава 7

— Вам-вам, — подтвердил Дмитрий, кивнув на букет.

Он так тепло улыбнулся, цветы выглядели так нежно, что Наташа тут же забыла о роли строгой Натальи Александровны — тоже мимо воли улыбнулась. Пациент, воодушевленный ее реакцией, громко добавил:

— Пусть и в ваш кабинет придет весна. А то у вас здесь как-то… скучновато.

Его замечание неприятно царапнуло Наташу. Своим рабочим местом — кабинетом и смотровой, напичканными самым современным оборудованием, она искренне гордилась.

— Скучновато? — искренне возмутилась девушка. — И чего же вам не хватает? Немного грязи?

Наташа выразительно посмотрела на букет. Концы ландышей были мокрые — видимо, пациент совсем недавно их купил. Пара капель уже успели упасть на стол, и теперь предательски поблескивали.

— Ну зачем вы так о цветах? — растерялся Дмитрий. — Я же от чистого сердца.

— Уберите! Здесь им не место, — категорическим тоном отрезала Наташа.

— Не место?! — Дмитрий даже покраснел, так задела его грубость врача.

Наташа демонстративно отвернулась к компьютеру: девушка понимала, что, наверное, зря так разозлилась, но уже ничего не могла с собой поделать. Сейчас она была «Натальей Александровной» — положение обязывало.

Дмитрий сердито схватил букет — на стол упали еще несколько капель воды. Он непроизвольно взмахнул свободной рукой: хотел вытереть их прямо ладонью, но только размазал лужицы. Поняв это, парень покраснел еще сильнее и растерянно повертел головой, не зная, куда девать злосчастные цветы. Увидев контейнер с надписью «Медицинские отходы класса А», решительно подскочил к нему и сердито стукнул крышкой, выбрасывая букет.

«Зачем же сразу в урну?!» — едва не одернула его Наталья Александровна, но вовремя спохватилась.

Сама ведь приказала убрать, какой смысл теперь ойкать?

Дмитрий, избавившись от цветов, с нажимом провел мокрой рукой по своим штанам. Думал, что вытер ладонь незаметно, но случайно перехватил взгляд Натальи Александровны. Покраснел еще сильнее и, пытаясь скрыть смущение, сердито рыкнул:

— Мне раздеваться?

— Раздевайтесь! — в тон ему ответила врач.

Еще и головой кивнула, указывая на ширму, за которой стоял стул для одежды.

Она сама разнервничалась из-за дурацкого конфликта. Чтобы занять себя чем-то, взяла спиртовую салфетку и склонилась к столу, чтобы протереть его. Надо же было успокоиться! Однако парень принял ее жест на свой счет, нахмурился сильнее:

— Не беспокойтесь! Больше не повторится! — буркнул, глядя куда-то в окно, и поспешил скрыться за ширмой.

Пока Дмитрий раздевался, девушка открыла его карту. Пациент был дисциплинированным, на профосмотры являлся регулярно. И развернутую диагностику он проходил совсем недавно, Наташа сама вносила результаты на прошлой неделе.

Сегодня можно было ограничиться короткой беседой, без осмотра. Однако, Дмитрий уже разделся, стоял перед ней в одних трусах, переминаясь с ноги на ногу.

Получается, суровый врач Наталья Александровна сама себе лишнюю работу обеспечила. Да уж, веселенький выдался прием — ничего не скажешь!

Прихватив из дорожного кейса портативный магометр, Наташа подошла к пациенту. После ссоры Дмитрий все еще продолжал злиться — чувствовалось, что еле сдерживает себя. И его магическое поле было другим, не таким, как обычно. Магометр фиксировал какие-то необычно яркие проблески. Из-за них аура пациента ощущалась по-другому, она была более живой, пульсирующей.

Магию Дмитрия Наташа всегда воспринимала как рассвет в горах. Светлое, немного перламутровое свечение его ауры очерчивало нечто контурное, скрытое от глаз. Будто легкие облака пытались спрятать массивные вершины. «Картинка» эта была статичной, всегда одной и той же.

Сейчас же его свечение стало тяжелым, обжигающим. Наташа чувствовала жар раскаленного зноя, он был плотного золотого цвета, расцвеченного алыми всполохами. Больше походило на полдень в пустыне. Только не мертвый, «зависший», а с порывами злого ветра.

Но разве у одного и того же человека может быть такое разное поле?! Неужели ее прибор сломался?

Поколебавшись, Наташа пригласила Дмитрия в смотровую, комнату без окон. Ей очень нравилось работать с удобной и точной современной аппаратурой, но своим личным способностям она доверяла гораздо больше. По крайней мере, они не сбоили в самый ответственный момент как капризные приборы.

Плотно закрыв дверь, чтобы не осталось ни малейшей щели, Наташа обернулась. И чуть не ахнула восхищенно. Ей ничего не понадобилось: ни специальная подсветка, ни новомодный стационарный комплекс для магдиагностики. Она почти не видела Дмитрия, только ощущала его излучение. Яркое, жаркое и… безумно красивое.

Наталия никогда не могла объяснить, как именно считывает чужую ауру. Это не было ни зрением, ни осязанием — какое-то совершенно особое чувство.

Рисунки магической ауры — или «отпечатки», как называли их в методичках, изумляли девушку своей красотой, каким-то изысканным совершенством. Правда, описать эти рисунки Наташа не могла, как ни старалась. Приходилось ограничиваться записью показаний приборов. Действительно, разве напишешь в медицинском заключении «золотой зной с алыми всполохами»? Ее же не поймут — ни врачи, ни пациенты.

— Со мной что-то не так? — недовольно буркнул Дмитрий.

Его голос был злым, Наташу буквально опалило пустынным ветром. Но она не отшатнулась, наоборот, постаралась впитать его тепло. Весна не спешила прийти в Петербург, на улицах все еще было холодно и сыро. А пациент, казалось, излучал жаркое лето, и это манило.

Дмитрию было откровенно неуютно под странным взглядом молоденькой девушки в белом халате. Он стоял в одних трусах, босиком на каком-то холодном коврике. Продолжал злиться, хотя и старался держать себя в руках. Ему хотелось быстрее уйти, забыть о неприятном инциденте. А Наталья Александровна, как назло, не торопилась начинать осмотр.

Это же надо было додуматься прийти к ней с цветами! Юная соплячка невесть что подумала.

Дмитрий не собирался покупать злополучные ландыши, даже не думал о них. Просто проходил мимо бабушек, торговавших «с земли», и одна его окликнула:

— Парень, цветы не заберешь? Недорого отдам.

Дмитрий остановился только из любопытства:

— А что тут у вас?.. Ландыши?.. Их же нельзя рвать!

— Да это домашние, в парнике выращиваю. Потому и стоять с ними долго не хочу, дома еще полно. Если все заберешь, за половину цены отдам.

Слово за слово — и Дмитрий не устоял. Ландыши были свежими, пахли совсем по-весеннему. Бабушка аккуратно завернула цветы в бумагу и поставила в яркий пакет, чтобы вода со стеблей не капала. Так, в пакете, они и «приехали» с ним на работу.

Раздаривать ландыши Дмитрий начал сразу же, еще на входе. Вначале вручил администратору, улыбчивой Калерии. Она так обрадовалась, что даже чмокнула мага в щеку. Да и другие женщины начинали улыбаться, увидев в руках Дмитрия первые весенние цветы. И питерская непогода уже не казалась такой мрачной и тоскливой.

Конечно, Дмитрий и для Натальи Александровны один букет приберег. Хотел, чтобы девчонка наконец-то улыбнулась, перестала изображать бывалого врача.

Когда Роберт привел в офис вчерашнюю школьницу и объявил, что Наташа будет работать у них, Дмитрий ничуть не удивился. В эту компанию шеф многих приглашал сам. Своих специалистов Роберт собирал долгие годы, где только не выискивал. Надо отдать ему должное, он сумел сформировать очень эффективную команду: их филиал знали далеко за пределами Петербурга.

Впервые увидев смущенную девчонку, Дмитрий сразу подумал: малолетка! Придется всем офисом нос ей вытирать. И где только шеф умудрялся неоперившихся самородков находить?

Однако вслух ничего не сказал: сам когда-то таким же сопляком пришел. Но если парень к тому моменту хоть что-то умел, то Наташа, похоже, свою магию еще даже не чувствовала. От девушки буквально фонило дикой, неприрученной силой. Наверное, все окрестные психи на нее сбегались. И хорошо, если только психи! Желающих поживиться на дармовщинку всегда хватало.

Глава 8

Чтобы защитить Наташу от охотников за чужой магией, Роберт мог либо приставить к девушке охрану, либо взять на работу. Он закономерно выбрал второй вариант: отвел Наташу в пункт профосмотров, к Леониду Михайловичу — опытному и сильному магу. Девчонке поручили проводить первичную диагностику.

Наташа оказалась очередным уникумом, ауру считывала на лету. Вот только старше от этого не стала: ни права подписи не имела, ни солидной внешности. Первокурсница, что с нее взять?

Тем не менее, к свои обязанностям девушка отнеслась с рвением школьной отличницы, идущей на медаль. Леонид Михайлович высоко ценил ее старательность, даже выделил для молодого специалиста отдельный кабинет — позволил хозяйничать в смотровой.

Усердие юной симпатичной медички нередко вызывало улыбку у ее коллег. Между собой маги то и дело подтрунивали над «строгой Наташенькой», но в обиду ее никому не давали. Понимали, что молодая еще, неопытная, нет в ней никакой злости.

Однако сейчас Дмитрий так не думал. Не имея возможности развернуться и уйти, он злился на Наталью Александровну все сильнее. Ноги уже ощутимо замерзли, а девчонка продолжала молча стоять перед ним. И свет не включала.

Под ее пристальным взглядом, который жег Дмитрия даже в темноте, было неуютно, на всякий случай хотелось прикрыться. Или хотя бы самое ценное ладонями закрыть. Казалось, что врач ощупывает пациента своим взглядом, таким внимательным он был. И странно тяжелым, будто Наталья Александровна не просто смотрела, а… А что?!

— Вы не вампирите случайно?

Парень выпалил эту фразу одним духом, не задумываясь. А чего ему бояться? В центре, как и в других организациях магнадзора, на каждом углу натыкали рамок безопасности. Здесь было одно из самых спокойных мест в городе. Да и Наталья Александровна не с улицы пришла — были бы у нее какие-то странности, давно бы опытные маги заметили.

Потому Дмитрий, скорее, пошутить хотел, но получилось не смешно — слишком сердитым тоном он это сказал.

Наталья Александровна так глубоко задумалась, разглядывая ауру пациента, что даже вздрогнула, услыхав его вопрос. И лишь через несколько секунд до нее дошел смысл сказанного:

— Почему вампирю? — спросила она, испуганно распахнув глаза. — Что вы такое придумываете?

— Тогда, может, я уже пойду? А то что-то прием затянулся.

Дмитрий выразительно оглянулся, будто ища что-то в темноте. Наташа почувствовала, как ее щеки полыхнули жаром. Она ведь ни свет не включила, ни приборы! Стоит рядом с голым пациентом и ничего не делает. Что он мог о своем враче подумать?

— Хорошо, идите, — торопливо пробормотала девушка. — Я в вашей карте отмечу, что вы осмотр прошли.

К счастью, Дмитрий оделся быстро, а из кабинета выскочил еще быстрее. Его никто не задерживала, Наташа сама не могла дождаться, когда пациент уйдет.

Лишь только хлопнула дверь, она схватила свой портативный магометр, начала просматривать его память. Показания последнего исследования сохранились полностью, и Наташа начала торопливо вносить их в карту пациента. Цифры заметно отличались от предыдущих, будто с другого мага их снимали. Очень интересный случай!

Жаль, данные были не полными. И почему она не провела полное обследование? Когда еще такая возможность представится? Ведь не будет же она с Дмитрием специально ругаться, чтобы на изменения его магического поля посмотреть?!

Посетителей сегодня больше не было, и Наташа смогла с головой погрузиться в работу. Не только показания приборов, но и свои субъективные ощущения постаралась записать как можно точнее, пока не забыла. Неизвестно, сколько бы она просидела над картой пациента, если бы не Роберт.

— Ты еще здесь? — удивился он, заглядывая в кабинет. — А трубку почему не берешь?

— Трубку? — озадаченно переспросила Наташа и посмотрела вначале на свой мобильный, а потом перевела взгляд на стационарный аппарат.

— Я тебе несколько раз звонил, ты не отвечала.

— Я звук забыла включить, — спохватилась Наталия. — Когда пациенты приходят, стараюсь отключать.

— И как прошел прием?

— Нормально, — отмахнулась девушка.

Конечно, можно было посоветоваться с Робертом по поводу странного поля Дмитрия, но ей не терпелось вернуться к своим записям. Да и, честно говоря, не хотелось пока рассказывать. Наталье было самой интересно разобраться, что к чему.

— А у меня другие сведения, — недовольным тоном произнес шеф, усаживаясь на стул для посетителей. — Излагай, что у вас с Дмитрием произошло.

— Ну что, успокоилась уже, суровый врач-специалист?

— Сейчас… Еще минутку, — еле слышно прошептала Наташа.

Она уже не плакала, но ей было уютно так сидеть — уткнувшись носом в плечо Роберта. Можно было представить, что она — обычная первокурсница и сложные рабочие конфликты ее никак не касаются.

— Отрывайся уже от меня. А то зайдет сейчас Михалыч — самой неловко будет. Я же дверь в кабинет так и не закрыл.

— Угу…

Наташа наконец-то отодвинулась от Роберта, но в глаза ему не смотрела. Стыдно было. Встала и направилась к умывальнику, чтобы привести себя в порядок.

— Ты хоть карту мне его покажи, — как ни в чем не бывало сказал шеф. — Мне самому интересно, из-за чего вы так сцепились. Нормально ведь ладили до сих пор.

— Да там что-то непонятное. У него заметно изменилось магическое поле, представляете? Я ведь совсем недавно его смотрела, все было как обычно.

— Поле изменилось? — нахмурился Роберт. — Только этого не хватало! Ты мне почему сразу не сказала? Доложила уже Михалычу?

— Нет, я хотела сама…

— Мала ты еще, чтобы сама! — отрезал Роберт.

Наташа снова всхлипнула. Ну зачем она согласилась на эту работу? Рано ей!

— Давай, открывай карту, посмотрим, что там, — будто не заметив ничего, приказал Роберт.

Наташа впервые видела, чтобы шеф так смеялся.

— Ну ты и сильна пугать! — пробормотал он, когда немного успокоился. — Влюбился наш Дмитрий, вот его ауру и штормит. А я тоже дурак — сразу не сообразил, что к чему.

— Как это влюбился? — недоуменно переспросила Наташа.

— Как, как… Сказал бы я чем к верху! Роман у него с одной нашей девочкой, с Полиной. Тот-то я смотрю, он в университет зачастил. А они, значит, на полную катушку с ней вдвоем за тамошними призраками присматривают.

— Но этого не может быть! — настаивала Наташа. — Я же стояла рядом с ним, чувствовала его поле. Оно было злым, даже чуточку агрессивным. Хотя и теплым, согревающим.

— Правильно все, так и должно быть.

— Почему правильно? Когда любят, добрые чувства должны быть, — кипятилась девушка.

— Наташка, ты серьезно сейчас? — удивленно спросил Роберт.

— Ну да… А что, я что-то… — начала она и осеклась.

Девушка впервые увидела, чтобы Роберт покраснел! Не сильно, но заметно.

— Скажите же, что не так! А то я снова себя дурочкой чувствую, — потребовала девушка.

Роберт смутился еще больше, но быстро взял себя в руки.

— Ладно, ты у нас уже врач — скажу прямым текстом. Твой пациент очень сдерживает себя. Если говорить примитивно, то он хочет эту девушку, но пока себе не позволяет. А сдерживаемая сексуальная энергия всегда агрессивна. Вот ее-то ты и заметила.

Наташа почувствовала, что теперь уже ее щеки полыхают румянцем:

— Извините, я не поняла… Не подумала…

Глава 9

— Тебе в институте о сексуальной энергии разве подробно не рассказывали? — огорченно спросил Роберт.

— Нет, я ведь пока общие предметы прохожу. Да и график у меня индивидуальный, сокращенный. Энергетические поля не входят в обычный список предметов.

— А магдиагностику тебе читают? Я же просил, чтобы поставили сразу, с первого курса. Там есть теория полей.

— Вот именно, только теория. Преподаватель сам говорит, что он слабенький практик, по учебнику со мной идет. В реальности я впервые такой отпечаток увидела.

— По сравнению с тобой большинство диагностов и будут казаться слабенькими, — недовольно проворчал Роберт.

— Извините…

— За что? За твой талант? Ладно, проехали. Ты за Дмитрием присматривай, но не сильно — вполглаза. Девушку он себе выбрал правильно, там все в порядке должно быть.

— А… Разве… — замялась Наташа.

— Говори-говори! Чего мямлишь?

— Может, с Дмитрием кто-то другой будет работать? — еле слышно пробормотала девушка, чувствуя, как предательски краснеет.

— И кто же? Ты так говоришь, будто у меня полно крепких диагностов в команде. Не забывай, Дмитрий — смотритель Литейного. Капризный мост в любой момент может ему каверзу устроить. Твое врачебное наблюдение — это его безопасность.

— Но…

— Наташа, отношения с пациентами — это часть твоей работы. Выстраивать их тебя в институте не научат. Сама учись! — отрезал Роберт.

Но увидев расстроенное лицо девушки, уже мягче добавил:

— Я поговорю с Дмитрием. Не думаю, что он сильно на тебя обиделся. И ты парня прости, не держи на него зла — он влюблен сейчас, сама понимаешь.

— Спасибо, — еле слышно прошептала Наташа.

Июнь 2018 года

Весна пролетела быстро, а в начале лета Наташу ждала зачетная неделя и сессия. Хоть и училась она по индивидуальному графику, спрашивали с нее так же строго, как и с остальных. А может, и строже.

В тот вечер Наташа допоздна засиделась за учебниками, спать легла уже за полночь. Только-только уснула, как затрезвонил мобильный.

— Алло, — еле внятно пробормотала девушка, наощупь включив телефон.

— Наташа, просыпайся! — раздался встревоженный голос Роберта. — У нас ЧП, нужна твоя помощь. Через полчаса за тобой машина приедет.

— Что случилось?!

— С Дмитрием и Полиной беда. Атакан их приложил.

По пути в больницу Наташа пыталась успокоиться, взять себя в руки, но получалось плохо. О кровожадности Атакана она, конечно, знала. На счету камня, лежавшего у основания Литейного моста, была не одна катастрофа с многочисленными жертвами. В последнее время смотрителям Литейного удавалось держать его в узде, но время от времени на встречу с камнем все-таки прорывались отдельные суицидники. Впрочем, эта публика всегда была плохо управляема.

Что же такого страшного произошло, что Атакан напал на Дмитрия — своего смотрителя, с которым у камня до сих пор были мирные отношения?

Роберт встретил Наташу в больничном холле.

— Соберись! — приказал он, едва взглянув на лицо девушки. — Тебе сейчас придется диагностировать обоих — и Дмитрия, и Полину.

— Что с ними?

— Сильный магический удар. Эти придурки на Литейный вдвоем потащились, представляешь?!

— Нет, — честно призналась Наташа. — Что в прогулке по Литейному такого страшного?

— Да они же влюблены друг в друга как два весенних кролика! — откровенно психанул Роберт. — От них за километр несет сексом! Никакой диагностики не надо, чтобы почувствовать.

— При чем здесь это?

— Ах, да! Ты же у нас несмышленыш, еще ничего не знаешь.

— Не надо мне хамить! — оборвала его Наташа. — Вы сами меня вызвали. Мне надо точно знать, что произошло с пациентами.

— Извини, — Роберт взял Наташу за руку, легонько сжал ее пальцы. — Я просто сильно рассержен. Похоже, этой ночью я потерял двух сильных магов.

— Они живы?

— Да, их тела практически не пострадали. А вот что там от магических полей осталось, не ясно. Атакан и так ревнив, а тут еще его любимый смотритель явился прямо на мост со своей невестой. Камень и разошелся. Похоже, вырвал их цветок с корнем. Хорошо, вразнос не пошел, а то бы двумя жертвами не обошлось.

— Какой цветок? — уточнила Наташа.

— В смысле? — опешил Роберт. — Ах, да, ты же вдвоем их не смотрела…

Наташа хотела сказать что-то резкое, но почувствовав, что и сама сейчас начнет психовать, постаралась успокоиться. Вряд ли капризы зеленой первокурсницы поднимут Роберту настроение.

— Я посмотрю, что с ними, — уверенно сказала девушка и чуть сильнее сжала руку Роберта.

Она подумала, что не имеет права расклеиваться, что шеф тоже нуждается в поддержке. Нельзя круглосуточно тащить все на себе, даже если ты — один из самых сильных магов Петербурга.

Зрелище, кончено, было не для слабых нервов — у Дмитрия вместо магического поля были какие-то ошметки, а у Полины и того не осталось.

В какой-то момент Наташе захотелось расплакаться и убежать, как маленькой девочке. Только бы не видеть этого. Но она не имела права, от нее многое сейчас зависело. Девушка постаралась отстраниться, не думать о пациентах как о живых людях, видеть только их поля. Важно было как можно точнее и аккуратнее сделать свою работу.

Кажется, у врачей все получилось — по крайней мере, у Дмитрия отпечаток ауры не вызывал уже такого испуга. У Полины удалось практически восстановить обычное поле.

— Что там? — бросился к Наташе Роберт, когда она вышла из отделения.

— У Дмитрия магическое поле как решето — сплошные сквозные дыры. Но они затянутся со временем. Врачи говорят, размеры повреждений не критичные, есть возможности для регенерации.

— Уже легче! — облегченно вздохнул Роберт. — Лечить — не хоронить. Что с Полиной?

— Там совсем не радостно, — отвела глаза Наташа. — Стягивать было нечего. Боюсь, ее придется комиссовать.

— Бедная девочка, — искренне огорчился Роберт. — Таким перспективным магом была! Как ты думаешь, почему это произошло?

— Похоже, основной удар Атакана пришелся именно на нее.

— Но ведь именно Дмитрий — смотритель моста! Зачем Атакану Полина?

— Не знаю.

— Ладно, с эти пусть специалисты разбираются. Как там твоя сессия?

— Сдаю потихоньку.

— Сейчас тебе придется сюда заглядывать, помогать.

— Знаю, мне врач уже сказал. Я договорюсь с преподавателями.

Роберт ничего не ответил, лишь легонько сжал ее пальцы. А Наташа и не заметила, когда он взял ее за руку!

Хоть и сессия была, хоть и времени ни на что не хватало, Наташа, как только выдавалась свободная минутка, открывала учебник по теории магических полей. Ей катастрофически не хватало знаний, на работе она «выезжала» только на своих способностях. Вот и слово «цветок», которое то и дело упоминали и врачи, и Роберт, ни о чем ей не говорило.

Когда Наташа в первый раз нашла разъяснение в учебнике, не выдержала, расплакалась. Хорошо, дома в тот момент никого больше не было, можно было выплеснуть напряжение последних дней.

«Цветком» древние врачи называли сплетение магий двух влюбленных. Говорили, оно похоже на необыкновенной красоты растение — у каждой пары свое. Цветок скрепляет их любовь, поддерживает ее и питает магией. Увидеть его можно, только когда влюбленные находятся рядом.

Получалось, что ревнивый Атакан вырвал цветок Дмитрия и Полины с корнем. Причем, девушке досталось сильнее — ее магия была основой для цветка, стеблем. Красоту листьев и бутонов создавала магия парня.

Наташе было жаль всего и всех. Полину, которая уже никогда не сможет вырастить магический цветок любви. Веселого и заводного Дима, которому в опеку достался коварный Атакан. Роберта, который не знал сна и покоя из-за «двух глупых кроликов». Себя саму — глупую зеленую первокурсницу.

Магический цветок удавалось вырастить далеко не всем парам. У Наташи была уникальная возможность наблюдать за ним, увидеть, как он растет, как распускаются его бутоны, а она все проморгала. И надо же ей было так не вовремя поссориться с Дмитрием!

Во время лечения ни с ним, ни с Полиной толком Наташа не общалась — ими занимались другие врачи, она только отпечатки ауры снимала. Да и не хотелось ей лезть к потерпевшим со своими разговорами — и так психологи-реабилитологи от них не вылезали.

В филиале происшествие на Литейном обсуждали еще долго: Дмитрий и Полина нарушили технику магической безопасности, проводилось расследование. С одной стороны, коллеги жалели пострадавших, с другой — сердились на их безалаберность.

==============

* О том, как сложилась в дальнейшем судьба Полины, упоминается в книге «По ту сторону питерских мостов» https://author.today/work/354375

Глава 10

После выписки Полина не смогла вернуться в магнадзор, уехала в другой город. Дмитрий, проводив ее, превратился в тень себя прежнего. Стал каким-то отстраненным, резко повзрослел. Не было уже немного безбашенного парня, его сменил молчаливый мужчина.

И поле его после реабилитации изменилось, стало откровенно унылым. Наташа уже не чувствовала ни «рассвет в горах», ни «всполохи раскаленного зноя».

С таким Дмитрием общаться было еще сложнее. Будь ее воля, Наташа бы с удовольствием передала своего пациента другому врачу. Но в некоторых случаях Роберт становился упрямым до невозможности. Вот и сейчас он даже слушать ее не захотел. Когда же девушка попробовала потребовать, Роберт невозмутимо сказал:

— Ты работаешь сейчас с редким случаем. Я бы на твоем месте не терялся, сразу собирал материалы для кандидатской. Потому не капризничай, а цени хорошее отношение к себе!

Наташа в ответ промолчала, не сталаа продолжать спор. Уж историю Полины она точно не собиралась брать темой для эфемерной диссертации!

Через пять лет

Декабрь 2023 года

Наталья влетела в кабинет шефа разъяренной фурией:

— Роберт Милославович, у нас неприятности! — бухнула прямо с порога

— Большие? — невозмутимо спросил маг, даже не оторвавшись от компьютера.

— Очень! — ответила девушка, сердито сверля глазами спину мага.

Она терпеть не могла, когда коллеги разговаривали с ней через плечо. В таких случаях Наталье казалось, что ее до сих пор серьезным специалистом не считают, относятся как к неопытной первокурснице.

— Может, все не так страшно? — задумчиво проговорил Роберт. — Ты слишком спокойна для настоящего ЧП.

Наталья почувствовала, что эмоции захлестывают ее. Это называется «она спокойна»?!

— Когда ты нервничаешь, то не можешь выговорить мое имя-отчество без ошибок. А сейчас без запинки произнесла, — невозмутимо продолжил шеф.

Он наконец-то повернулся к Наталье лицом и ехидно улыбнулся. Шутник!

— Докладывай, суровый врач Наташенька, что тебя так напугало.

— Пожалуйста, не называйте меня Наташенька! — взвилась девушка.

Сейчас она была готова взорваться по любому поводу, даже более мелкому.

Долго еще Роберт будет ее дразнить как десятилетнюю девчонку? Если сам шеф к ней так относится, чего ждать от коллег?

— Извини, снова забыл, что ты не любишь это имя… Так что там стряслось? И с кем? Присаживайся и начинай рассказывать.

— С Дмитрием! Сначала у него начало меняться магическое поле. То было ровное, почти без рисунков, а в последнее время появились всплески других цветов…

— Интересно, каких именно? Цвета перепуганной антилопы или сонного бегемота?

— Роберт Милославович… — укоризненно протянула Наталья.

— О, Господи! Наташа, хватит! В кабинете, кроме нас, никого нет — забудь об официозе. С твоей легкой картавостью только мое имя-отчество произносить.

Наталья почувствовала, что щеки снова запылали. Ну почему Роберт упорно считает ее маленькой девочкой? Конечно, он по-дружески подтрунивает над ней, без злости. Но Наталье все равно неприятно!

И что сегодня за день такой? Сначала Дмитрий сюрприз преподнес, а сейчас шеф строит из себя шута горохового! Уже вечер, поздно — Наталья с удовольствием пошла бы домой, но вместо этого носится по кабинетам.

— Роберт Милославович, у нас чрезвычайное происшествие, — медленно произнесла Наталья. — Я должна вам доложить, пока ничего серьезного не случилось.

— Так все-таки происшествие или «пока не случилось»? — по-прежнему улыбаясь, уточнил шеф.

— Почти случилось…

— Почти — это как?

— Я не знаю! Что вы к словам цепляетесь? — взвизгнула Наташа.

Она почувствовала, что больше не может сдерживаться, — губы уже дрожали. Вот-вот расплачется.

— А вот это уже серьезно, — озадаченно пробормотал Роберт, увидев ее гримасу.

Он встал из-за стола, подошел к девушке, сел рядом с ней и попытался заглянуть в глаза:

— Неужели ты снова плачешь? Давненько уже строгая Наталья Александровна не рыдала в этом кабинете. Что там Дмитрий натворил? Докладывай четко и по существу. Без всех этих художественных описаний типа «сполох цвета усохшей пальмы». Подробности я потом в его карте прочту.

— Он влюбился! — выпалила Наталья.

— Так это же хорошо! — обрадовался шеф. — То-то я смотрю, Дмитрий снова на человека стал похож. Или ты ревнуешь?

Этот бесцеремонный вопрос стал последней каплей:

— Ну что вы все об одном и том же? — взорвалась Наталья. — Дмитрий тоже обвинил… Я же вас сколько раз просила: заберите у меня этого пациента! Мы с ним столько возились, он так долго восстанавливался… А теперь снова! Если что-то с ними обоими случится, кому придется на ошметки магии смотреть? Мне, конечно! Тем более, он Лизу свою приворожил, ее мнения не спрашивал. Девочка-то в чем виновата? И он даже слушать меня не хочет, огрызается! О чем только думает?

— Понятно все с тобой… — тяжело вздохнул Роберт, выслушав эмоциональный Наташин рассказ.

Маг встал, подошел к двери, громко клацнул замком, запираясь.

— Чай будешь? — спокойным, даже скучающим тоном спросил у Натальи.

— Не надо… Лучше скажите, что мне с ними двумя теперь делать? У них уже цветок хорошо считывается — и стебель можно различить, и отдельные листья.

— Это которая Лиза? Новенькая, которую он сам и привел?

— Да.

— Значит, Дмитрий сразу ее заприметил, раз уже успел цветок вырастить. Но почему ты сразу занервничала?

— Потому что Лиза не сама его выбрала, он приворожил девчонку! — упрямо повторила Наталья.

Конечно, она понимала, что формально приворот еще надо было доказать. Но Дмитрий снова нарушил должностную инструкцию! Когда он уже начнет правила соблюдать?!

— А Лиза против, что ли? — задумчиво спросил шеф.

— Не думаю. Она так на него смотрит… Может, Лиза и сама еще этого не поняла, но цветок-то уже растет!

— Тогда чего ты кипятишься?

— Потому что я не хочу нового ЧП! А вдруг с ними что-то случится? Дмитрий ведь и сейчас с Литейным работает. Мне страшно за них!

— Так что, парню не жить теперь? В подвале остаток жизни просидеть?

— Я не знаю! — Наталья снова расплакалась.

Понимая, что толку от этого разговора не будет — Роберт ее не понимает, девушка порывисто вскочила, метнулась к двери, собираясь уйти. Но не успела — шеф перехватил.

— Да что ж ты так переживаешь-то? — пробормотал он, заключая Наталью в объятия. — В любом случае, что бы не случилось, это их выбор. Мы же не можем запретить им любить друг друга.

— Но Лиза… Он приворожил!

— Глупости не говори! — сердито оборвал ее шеф. — Не было бы у них цветка, если бы не любили оба. Другие пары как стараются, чтобы талисман заполучить, — и без толку. А эти двое и знакомы не очень давно, и уже…

Роберт еще что-то говорил, но Наталья мало его слушала. Умом понимала, что он прав, а сердце сжималось тревожно в нехорошем предчувствии. Хотелось бежать отсюда — от Дмитрия, от Роберта, от этой работы, от этих проблем.

Шеф будто почувствовал ее сомнения:

— Наташ, а может тебе отпуск подлиннее на новогодние каникулы взять? Ты же столько лет и работала, и училась. Мне кажется, ты просто устала, вот и чудится всякое…

— Нет! — строптиво мотнула головой Наталья. — Мне придется наблюдать за ними. Мало ли что… Хотите верьте, хотите — нет, а добром это не закончится!

Она выскользнула из рук Роберта, намереваясь уйти, но не успела. Роберт перехватил ее снова, снова пригреб к себе, прижал спиной к своей груди.

— Тише-тише… Сначала успокойся, потом уходи, глупая пташка, — шептал он, а у самого сердце стучало так, что даже Наташа почувствовала его стук.

Похоже, ей таки удалось заставить Роберта нервничать.

— Куда ты, плачущая, сейчас пойдешь? — шептал он.

— Я уже не плачу, — попыталась оттолкнуть его руки Наталья.

Девушка упрямо тряхнула головой и мельком взглянула в темное ночное окно — шторы так никто и не задернул. Хотела отвести взгляд, но в следующий миг испуганно замерла: что это?!

Всмотрелась внимательно в зеркальное отражение кабинета Роберта в оконном стекле… Это они, что ли?.. У них?!

— Тш-ш… Хотя бы просто постой, не спеши, — продолжал бормотать маг, своим горячим дыханием согревая ее затылок. — Не могу я тебя такую отпустить… Пойми, не могу… Ты же глупостей сейчас наделаешь.

— Роб, ты это видишь? — едва слышно шепнула Наталья, неотрывно глядя в окно как в зеркало.

Она впервые назвала его Роб, хотя раньше даже в мыслях не позволяла себе этого. Но он, кажется, и не заметил.

— Что там? — спросил, не отрываясь от Наташиного затылка. То ли тихонько целовал его, то ли вдыхал аромат ее волос.

— Цветок… Наш с тобой цветок! На нем уже и бутоны есть…

— Мне и смотреть не надо было, чтобы понять. Это только ты, глупая девчонка, столько лет ничего не видишь и не замечаешь, — немного сердито проворчал Роберт. — Чужие ауры каждый день разглядываешь, а нашу никак не удосужишься посмотреть.

Глава 11

Роберт проснулся первым.

Наташа еще сквозь сон почувствовала, как изменилось его дыхание, как он шевельнулся, и тоже дернулась, выныривая в реальность. А в следующий момент ее накрыла волна ужаса: она вспомнила, что произошло сегодня ночью.

Строгая Наталья Александровна позволила себе снова стать Наташей, довериться Роберту. Мужчине, рядом с которым было уютно и спокойно, — он мог защитить ее в любую минуту, решить любую ее проблему. Одному из сильнейших магов Петербурга, способному растопить сердце любой красавицы.

Но так вчерашняя история выглядела с ее стороны. А с другой — со стороны родителей и коллег — это смотрелось совсем иначе. Наташа соблазнила своего начальника, который по возрасту ей в отцы годится!

Хорошо, не в дедушки…

Хотя что это меняет? Все равно все будут считать, что Наташа погналась за деньгами и карьерными перспективами. А в такую чушь, как цветок любви, мало кто поверит. Особенно, те, кто вообще магию не признает.

— Ты что так нервно сопишь?

Роберт повернулся к Наташе, навис над ней, нежно поцеловал девушку в висок, в щеку…

— Не надо, Роб, — пробормотала Наташа. — Я уже встаю. Нам пора уходить, пока уборщица не застала нас прямо в твоем кабинете в недвусмысленной обстановке.

— Тебя это так волнует?

— Сплетни пойдут…

— Они уже и так который год ходят. О Роберте и его «соплюшке».

— Что?! — подскочила девушка. — Повтори сейчас же, что ты сказал!

Она так возмутилась, что не обратила внимание на одеяло, которое упало ей на колени, открыв перед Робертом весьма соблазнительный вид.

— Ох, красота-то какая! — маг бесстыже разглядывал Наташу.

Даже руку поднял, чтобы погладить, но девушка решительно отвела его ладонь.

— Что ты сказал? — нахмурившись, повторила она.

— Наташ, тебе все-таки надо иногда отрываться от учебников, а также всяких натальных карт с прочими аурами и полями, — нежно обнимая ее, проговорил Роберт. — У себя в кабинете ты авторитетная, квалифицированная, а в жизни так и осталась ребенком. Хоть бы подружек себе завела, что ли… Чтобы они держали тебя в курсе последних сплетен нашего офиса.

— Роб, не отвлекайся, — сердито пробубнила Наташа. — Что о нас с тобой говорят?

Она хотела было вырваться из его объятий, но передумала. Наоборот, прижалась к магу крепче, с удовольствием вдохнула запах его кожи. Даже после сна Роберт пах соблазнительно — немного терпко, но не удушающе-пряно. Точно каким-то чародейством пользуется для соблазнения наивных Наташ!

— Что еще могут о нас говорить? Люди-то не слепые, им не надо ауру разглядывать, чтобы очевидное понять. Я же со стажерами никогда не вожусь, не барское это дело. А с тобой нянчусь уже сколько лет.

— Почему ты мне раньше ничего не сказал? Не о сплетнях… о своей любви.

— Ждал, когда вырастешь. Чтобы растлителем малолетних себя не чувствовать.

— Но я давно выросла.

Роберт ничего не ответил. Отпустил девушку, встал с дивана и подошел к стулу, на котором была свалена его одежда. Наташа бесцеремонно рассматривала его подтянутую фигуру:

— Ты очень красивый, Роб. Ты знаешь это?

— Догадываюсь, — буркнул он, натягивая белье.

Наташа отбросила одеяло, тоже потянулась к своей одежде. У Роберта испортилось настроение — она это почувствовала. Но не понимала, почему так произошло. Шеф, если нужно было, умел надежно экранировать свои мысли, ничем не выдавая себя. Вот и сейчас закрылся в одно мгновение.

Они молча оделись, молча привели себя в порядок, молча вышли из кабинета. И лишь в машине, когда Роберт вез ее домой, Наташа посмела вернуться к прерванному разговору:

— Почему ты так долго не говорил мне? Мы могли быть счастливы уже несколько лет. Я ведь никогда других мужчин не замечала — ты всех вытеснил, герой моего детства.

— Я не был уверен, что тебе это нужно. Все ждал, что ты какого-нибудь Дмитрия себе найдешь. Помоложе.

— Мне кажется, за Дмитрием и так бегают все, кому не лень. Гены бурятского шамана дают себя знать… Но я тебе не верю, тут должно быть что-то другое. Ты же никогда не сравниваешь себя с малолетками, Роб!

— А ты хорошо меня изучила!

— Не тебе одному исподтишка изучать коллег, — съехидничала Наташа.

Настроение у нее было отличное, хотелось шутить и смеяться. От вчерашнего шторма не осталось и следа. Даже судьба Дмитрия и Лизы больше не беспокоила: взрослые люди — пусть сами между собой разбираются.

— Ты бы лучше о другом подумала: что мы сейчас скажем твоим родителям? Откуда мы, все из себя довольные, явились ранним утром?

— А ты как думаешь?

— По-хорошему, надо бы им сразу сообщить, что мы в загс планируем заглянуть. Чтобы не задавали глупых вопросов о том, чем мы с тобой занимаемся по ночам.

— А мы в загс пойдем?

— Обязательно. Я так устал от сплетен! Или ты против?

— Я — нет! Но что-то мне подсказывает, что моя мама будет против.

— Мне тоже так кажется, — тяжело вздохнул Роберт.

Наташа удивленно посмотрела на шефа. Она не ослышалась? В его голосе действительно прозвучала тревога?

— Твоя мама ведь завучем в школе работает, — ответил на ее невысказанный вопрос маг. — Как зыркнет — у меня сразу коленки подрагивать начинают. Я реально не представляю, как ее можно уговорить.

Девушка почувствовала, что губы начинают предательски подрагивать — смех рвался наружу. Грозный Роберт Йессенский — маг, которому мало кто отважится перейти дорогу, — боится ее мамы? Это правда?!

— Ну что ты смеешься? — обиженно пробормотал Роб. — Она все эти годы на меня как на растлителя малолеток смотрит. Когда при первом знакомстве я попытался ей намекнуть, что у тебя магические способности, чуть не испепелила меня взглядом. Я тогда сразу подумал: точно в школе работает! С полицией я пересекаюсь, такую суровую женщину обязательно бы запомнил.

Наташа уткнулась лицом в ладони, но сдержаться не могла — уже рыдала от смеха. Вот тебе и несгибаемый маг Йессенский!

Роберт как в воду глядел: скандал получился знатный.

— Это все твоя Петропавловская крепость! — мама Наташи орала почему-то не на будущего зятя, а на своего мужа, Наташиного отца. — Говорила я тебе, что надо бежать оттуда! А ты все выжидал!

— Мам, но при чем тут крепость? — попыталась возразить девушка.

— Потому что твоя бабка, моя мать, мне сразу же сказала, что младенчик не простой! Как только тебя впервые увидела. Тогда еще можно было что-то поправить. Но разве поправишь, если тебя крепость каждый день облучала?

— Так наша бабушка тоже магичка? — удивилась Наташа.

— Цыц, дурочка! Нет такого слова и магии вашей нет. Одни проблемы от нее. Бабушка всю жизнь маялась со своим талантом, сколько раз переезжала после анонимок и доносов. И ты туда же! Еще и мужа себе такого же выискала. Я думала, хоть с внуками отдохну, но от вас же теперь нормальных не дождешься. Мало того, что у завуча Белогривцевой младшая дочка со странностями, так и во внуков пальцами будут тыкать.

— Мам, ну что ты за глупости говоришь? Кто и когда в меня пальцами тыкал?

— Ты, может, и не видела. А я-то замечала!

Неизвестно, сколько бы длилась их перепалка, но Роберт не выдержал первым.

— Как вы думаете, на сколько лет я старше вашей дочери? — невозмутимо спросил он.

— Да на пятнадцать-двадцать, не меньше! — сердито фыркнула будущая теща. — А все туда же! Молоденькую ему захотелось!

Почувствовав новую горячую тему, она снова оживилась.

— Да? И сколько же мне было, когда мы с вами впервые встретились? — будто не замечая ничего, продолжал Роберт.

— Да лет сорок, не меньше. Я и тогда подумала, что опытный следователь, поработал уже… Подождите! — она замолкла, что-то подсчитывая в уме. — Но такого не может быть!

— Может-может, — ухмыльнулся Роберт. — Магия — это ведь не только хорошая зарплата. Это и магическая поддержка здоровья, и даже, не побоюсь сказать вслух, продление жизни. Ваша матушка в свои годы как себя чувствует?

— Нормально. Бодрая старушка… Стойте! Вы намекаете?

— Я не намекаю, я прямым текстом говорю. Ваша дочь может прожить долгую интересную жизнь, занимаясь любимым делом и получая хорошие деньги. Родить здоровых внуков — об этом я позабочусь. Мало того, вы, наверное, не знаете, но семьи наших магов тоже имеют право на определенный медицинский пакет.

— Вы предлагаете мне взятку? — сурово сдвинув брови, спросила мама Наташи.

Но Роберт устоял, не опустил глаза под ее гневным взглядом.

— Какая взятка? — с деланным удивлением округлил он глаза. — У меня просто есть определенные возможности, и я привык держать свое слово. Я обещал вашей девочке высшее медицинское на бюджете? Она его получила. Я обещал ей хорошую зарплату в моем филиале? Она получает. Поинтересуйтесь, кто из ее ровесников может похвастаться таким же доходом?

Наташин отец, до сих пор молчавший, вдруг резко вскочил со стула:

— Хватит! Довольно скандала! — рявкнул он.

Обернувшись к жене, уже более мирно произнес:

— Ты что-то разошлась сегодня, дорогая. Поворчала и будет. Наташа давно выросла, пусть сама теперь решает, что ей делать. Если она любит Роберта, кто мы такие, чтобы ей перечить?

— Ну ладно, — женщина как-то разом обмякла. — Просто я так волнуюсь…

— Не удивительно! Все волнуются перед свадьбой своих детей. Посмотри на себя: тебе на работу пора собираться, а ты вся растрепанная.

— Ох! Времени-то уже сколько! Я ведь опоздаю.

— Иди-иди, собирайся!

Когда мама Наташи вышла, отец заговорщицки подмигнул своей дочери, и как ни в чем не бывало предложил:

— Роберт, как вы думаете, может, нам сегодня вечером встретиться где-нибудь в городе? И спокойно, вдвоем, обсудить, что вы можете предложить нашей семье. Сразу скажу: на мою поддержку в этом доме вы всегда можете рассчитывать.

— Отличная идея!

Будущие тесть с зятем понимающе переглянулись и пожали друг другу руку. Наташа облегченно вздохнула: кажется, отношения между потенциальными родственниками начали налаживаться.

Эпилог

Лето 2024 года

Наташа вышла из Академии следственного комитета и сразу увидела Роберта. Муж стоял у машины — загоревший, в светлой рубашке с высоко закатанными рукавами — и широко улыбался.

«Красавчик! — подумала Наташа. — Надо все-таки заманить его на фотосессию с близнецами».

— Ну как прошла твоя лекция? — чмокнув ее в щеку, спросил Роберт.

— Нормально! Больше перед началом переживала.

— Поехали домой? Дети, наверное, уже заездили бабушку и дедушку.

— Может, пройдемся немного? — предложила Наташа. — Нам так редко удается погулять вдвоем. Мы же не говорили моей маме, когда вернемся.

— Давай! — оживился Роберт.

Наташа издалека узнала Дима и Лизу. Она сразу заметила характерную тяжелую походку парня, все еще ходившего с тростью.

— Подожди, — попросила Наташа мужа. — Может, свернем куда-то?

— Что, снова твои докучливые пациенты на горизонте маячат? — понятливо хмыкнул Роберт.

— И твои тоже, — Наташа кивнула в сторону Поцелуевого моста.

— О-о-о, как все запущено… — протянул шеф Петербургского магнадзора, глядя, как упоенно целуются его подчиненные, остановившись в центре моста. — Диму, похоже, мало того, что он дважды довел до истерики Литейный. Теперь Поцелуев дразнит!

— Не разбираешься ты в мостах! — упрекнула Роберта жена. — На Поцелуевом и надо целоваться — он это обожает. Судя по его отпечатку, сейчас мост занят тем, что тихонько подпитывается от их цветка.

— Может, и нам попробовать? На счастье?

— Лишним не будет! Только чуть позже, когда Дим и Лиза уйдут. Не будем их смущать.

— Но потренироваться надо прямо сейчас! Чтобы не опозориться на глазах почтенной публики. Видишь, как долго они поцелуй тянут? Видимо, на рекорд идут. Чем мы хуже? — бормотал Роберт, подталкивая жену в ближайшую подворотню.

В дворике консерватории, в который они свернули, растительность была совсем чахлой. Крохотный пятачок с одинокой лавочкой просматривался из любого окна, но Роберта это ничуть не смутило:

— Пусть завидуют! — пробормотал он перед тем, как поцеловать Наташу. — Не все же потомкам бурятских шаманов интеллигентную питерскую публику дразнить!

КОНЕЦ

Июль-август 2025 года

Напоминаю, историю Дмитрия и Лизы можно прочитать здесь https://author.today/reader/354375/3257777

Оглавление

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11