Библиотека :)

Что скрывается в ночи [сборник litres] 1865K - Надежда Александровна Чубарова (скачать epub) (скачать mobi) (скачать fb2)

Надежда Александровна Чубарова Что скрывается в ночи

Странные шорохи по ночам, внезапно ожившие тени…

Нет, это не игра воображения, вам не показалось.

Добро пожаловать в реальность, в мир кошмаров.

© Чубарова Н., 2024

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

Всё равно тебе водить

1

– И вот чёрная рука пролезла под дверью, потянулась к ребятам и схватила того, что стоял ближе…

– Хватит!.. – взмолилась Катя и закрыла руками уши. – Я больше не могу такое слушать!

– Не можешь – иди отсюда! Не мешай другим!.. Давай, Васян, что там дальше-то? – Стёпка сосредоточенно вытаращил глаза туда, где в темноте смутно виднелись очертания Василия, и в нетерпении подался вперёд, чтобы не пропустить ни слова.

– Схватила, потащила к двери, – таинственным голосом продолжил Василий, – а потом и говорит…

– Бред какой-то! – воскликнула Ленка Сидоркина, которую вообще трудно было убедить в чём-то мистическом, потому что она была отличницей и всему находила научное объяснение. – Кто там у тебя говорит? Рука, что ли? Как рука может говорить? Значит, она была прицеплена к какой-то голове, точнее, к туловищу, у которого есть голова, на которой есть рот. А это уже не страшно.

– Ага – не страшно!.. Голова-то с туловищем могут быть ещё пострашнее, чем просто одна рука, – таращила испуганные глаза Катя. – Рука-то что, она тебя не догонит. Кулаком только сможет погрозить.

– Нет, когда одна рука – это страшнее! – принялся защищать историю Степан. – Попробуй пойми, что у неё на уме.

– У кого на уме? – поморщилась Ленка. – У руки?

– Ну, ребята! Не мешайте! Давай, Васька, рассказывай дальше!

– Лена, ну в самом деле! Хватит уже придираться! – отозвалась из темноты Таня. – Даже если это неправда, всё равно прикольно.

– Вы уже достали! Перебиваете всё время! – возмутился Васька. – Кому неинтересно, идите отсюда, я не держу!

– Интересно, давай, рассказывай! Тихо все! – скомандовал Колька Цыплаков.

– Ну так вот… потащила к двери и говорит: «Зря вы меня вызвали…» Раз! – и парень исчез! Как будто в воздухе растворился… А чёрная рука опять к пацанам потянулась и снова схватила крайнего… Так они все исчезли… – Васька таинственно замолчал.

– И чего?.. – напряжённо спросил Стёпа, ожидая продолжения. – Дальше-то чего было?

– Всё… – невозмутимым тоном ответил Васька. – Больше этих пацанов никто никогда не видел. Родители их поискали, в полицию заявление писали, но их так и не нашли.

– А чёрная рука – чего? – с волнением спросила Катя, на всякий случай держа ладони наготове рядом с головой, чтобы в любую секунду снова заткнуть уши и не слушать ужасы.

– Руку тоже больше никто не видел… – ответил Васька и задумчиво добавил: – Может, тоже исчезла, а может, бродит где-нибудь в поиске новых жертв…

В избушке наступила тишина. Ребята осторожно, с опаской заозирались, и только Васька остался спокоен.

Небольшая охотничья избушка, в которой сидели ребята, была, пожалуй, очень удачным местом для таких рассказов. Потолок нависал так низко, что взрослому мужчине наверняка пришлось бы нагибаться, чтобы здесь стоять, но шестиклассники стояли свободно. А уж ходить тут вообще никто не смог бы, потому что места для хождения не было совсем. Бревенчатые стены, из которых страшными лохмотьями торчал мох, дощатый потолок, маленькая печка в прокопчённом углу. Здесь было темно, никаких лампочек или свечей, тусклый свет попадал только через оконце слева от входа, с мутным грязным стеклом, через которое ничего не было видно. Ребята в первые минуты здесь даже друг друга не видели, но со временем глаза привыкли к темноте и стали различать кое-какие очертания. От окна широким подоконником выступал стол совершенно кукольных размеров, за которым смог бы расположиться только один человек, да и то без особого комфорта. А под столом аккуратной поленницей были сложены дрова. Возможно, эта поленница выполняла и роль стула или лавки. Избушку построили, чтобы охотники, застигнутые тёмным временем суток, могли остановиться на ночлег. Поэтому большую часть её занимал своеобразный настил, сделанный из досок, который Лена обозвала странной кроватью, а Сашка Прутиков, едва заглянув в избушку, авторитетно заявил, что это нары и он уже такие видел, когда с папой на рыбалку ездил. Вот на них-то вповалку и расположились ребята.

– Да ну тебя с твоими историями! – воскликнула Катя. – Не могу больше такое слушать! – Она подскочила на месте и стала торопливо переползать через ребят, пробираясь к выходу. Катя открыла дверь, и все зажмурились от яркого дневного света, тут же ворвавшегося в их тёмное убежище.

– Ты идёшь? – обернулась она в избушку и уставилась невидящим, ослеплённым солнцем взглядом в дальний угол, где осталась подружка Танька.

– Нет, я тут побуду, – ответила та.

– Васян, расскажи ещё что-нибудь! – попросил Колька, когда дверь за Катей закрылась и все снова погрузились во вновь сгустившийся мрак.

– Ну, чего бы вам такого рассказать?.. – задумался Васька. – А! Вот! Пошли как-то раз пацаны в лес за грибами…

– Ребята! – прервал его голос Анны Сергеевны. Она заглянула в избушку, запуская очередную порцию яркого дневного света, голоса ребят, оставшихся на улице, и щебетание птиц, словно кусочек жизни в мрачный загробный мир. – Выходите давайте на улицу! Там так хорошо! В мяч поиграем. Чай скоро будет готов.

– Да-да, Анна Сергеевна, мы сейчас идём, – хором ответили ребята и, как только дверь за Анной Сергеевной закрылась, опять повернулись к Ваське. – Ну, давай, рассказывай!

– В общем, пошли ребята в лес за грибами, а в том лесу когда-то давно, много-много лет назад или даже столетий, жила старая ведьма, которая питалась людьми. – Васька перешёл на полушёпот и, наблюдая за реакцией одноклассников, явно наслаждался тем, что все притихли и напряжённо слушают. – И уже ведьмы давно не было на белом свете, а избушка её, старая и перекошенная, всё ещё стояла где-то в лесу… Вот ребята шли, шли и наткнулись на эту избушку, постояли, подумали… А они же не знали, что там когда-то ведьма жила, ну и зашли в неё… – Васька сделал таинственную паузу, оглядел притихших ребят и продолжил: – И больше их никто не видел. Избушка до сих пор стоит, а ребята из неё уже никогда не выйдут, и никто не знает, что с ними случилось… Говорят, что призрак ведьмы забрал их с собой.

– Ребята, – вкрадчивым голосом вдруг проговорил Колька. – А представляете, если мы сейчас сидим в той самой избушке?.. Анна Сергеевна ведь сказала, что не сюда планировала нас привести, она про какое-то другое место говорила… Представляете, вот зашли мы сюда и никогда больше не выйдем…

В избушке повисла тишина. Если бы не звуки, гулко доносящиеся с улицы, стало бы вообще жутко.

– Тьфу! Ну тебя, Цыплаков! – воскликнула Лена. – Совсем дурак, что ли?! Катька-то вон смогла выйти! Васька! У тебя все истории какие-то… «они исчезли, и больше их никто не видел…», давайте что-нибудь другое.

– Я знаю! – воскликнул Миша.

Тут дверь опять скрипнула, и в избушку зашёл улыбающийся Сашка Прутиков, от него пахло костром.

– Ребята, там чай закипел, пойдёмте пить! – радостно сообщил он.

– Подожди, Саня, Мишка сейчас историю будет рассказывать! – сказал Антоха.

Сашка попытался пробраться на нары, торопливо потыкался туда, сюда, но не нашёл свободного места. Тогда он присел на поленницу рядом с выходом и тоже приготовился слушать.

– Ты дверь-то прикрой! А то так совсем не страшно.

– Ого! А вы страшилки рассказываете? – восхитился Саша и торопливо закрыл покрепче дверь.

Тьма тут же окутала всё вокруг. Сашкина голова почти наполовину перекрывала и без того маленькое оконце, загораживая тусклый свет. Его светлые волосы теперь стали совсем прозрачными, они лишь окаймляли круглую голову пушистым нимбом. А оттопыренные Сашкины уши светились каким-то таинственным розовым светом.

– Эта история про нави… – начал Мишка.

– О! Я тоже такую знаю! – воскликнула Таня. – Смотрела «Аватара». Да эту историю все знают, и ни капельки она не страшная. Подумаешь, нави – инопланетянское племя! Там даже про любовь, – смущённо добавила она.

– Нет, я про других нави, – даже не улыбнувшись, серьёзным тоном сказал Мишка. – Нави – это ожившие мертвецы. Они живут в потустороннем мире, который называется Навь. Бывает Явь, где нормальные люди живут, и Навь – царство зловещих мертвецов. Никто до сих пор не знает, каким образом они появляются, но они вдруг поселяются в какой-нибудь деревне или городе, в общем, там, где есть люди, и питаются их энергией до тех пор, пока не вытянут всю… Иногда так целые деревни пустеют… Люди тают прямо на глазах, пока не растворятся в воздухе. И тогда эти нави переходят в другое место, где им есть чем питаться…

– Все это ерунда! – сказала Ленка категорическим тоном. – Если бы такое было на самом деле, то по телику в новостях сообщили бы, ну, что, типа, из такой-то деревни вдруг за одну ночь исчезли все жители.

– Так они не за одну ночь исчезают, а постепенно! – спорил Мишка. – Сначала из одного энергию высосут, потом из другого, а его родственники думают, что он ушёл куда-то и потерялся. Ищут его, в полицию заявление пишут, а найти не могут. И никогда не смогут, потому что их забрали нави…

Все притихли, обдумывая Мишкины слова. Вдруг посреди этой тишины раздался душераздирающий крик. Сашка, сидевший ближе всех к выходу, мгновенно среагировал и резко открыл дверь, впуская в избушку дневной свет. Все посмотрели в ту сторону, откуда раздался крик. В углу избушки сжалась Марина, всё это время молча слушавшая истории. Она сидела так тихо, что ребята даже забыли о её присутствии. Марина держала в дрожащих руках комок высохшего мха, вытаращив на него испуганные глаза.

– Он мне на голову упал… – виноватым тоном сказала она. – Я подумала, что меня ожившие мертвецы трогают…

– Ну ты, Маруська, даёшь!

Все засмеялись и гурьбой выбежали на улицу.

2

Пожалуй, нет, всё началось ещё раньше. В тот момент, когда мы только вошли в лес. Вот тут-то всё и закрутилось. Правда, тогда мы этого не заметили. Эх, если бы мы могли тогда знать, что всё так случится…

О походе Анна Сергеевна предупредила нас заранее. Ещё в конце учебного года мы договорились, что соберёмся примерно в середине лета и пойдём в поход с ночёвкой. У Анны Сергеевны есть неподалёку домик в деревне, оставшийся ей от бабушки, а вокруг – леса. Очень уж она здорово рассказывала про то, как в детстве они с одноклассниками ходили в лес и ночевали в охотничьей избушке. Конечно же, мы тоже захотели. Весь класс горел желанием свалить куда-нибудь подальше от контроля родителей. Пусть даже под присмотром Анны Сергеевны. Потому что это же Аннушка, она самая молодая из учителей нашей школы. Нам повезло, что с этого учебного года она стала нашей классной! Ну, потому что сама совсем недавно была такой же школьницей и понимала нас. А ещё с ней можно поболтать о жизни, она с нами на одной волне.

Помнится, когда Аннушка предложила встретиться всем вместе в июле, все так обрадовались, загалдели. Скорее стали мечтать и фантазировать, как там всё будет. Кто-то предложил позвать с собой друзей, Цыплаков кричал, что возьмёт у дедушки резиновую лодку и удочку, а Никита Нечаев хвастался, что у него есть четырехместная палатка, но если потесниться, то весь класс туда влезет. Анна Сергеевна попыталась сказать, что лодка и палатка нам точно не понадобятся, потому что ночевать мы всё равно будем в добротной избушке, а из водоёмов поблизости только родник и ручей, который спокойно перешагнуть можно. Но ребята так увлеклись, что совсем не слушали учительницу и фантазировали ещё больше. Уже в поход готовы были тащить мангал, дрова, не задумываясь, что в лесу и так полно дров. Все спорили, кто возьмёт котелок, кто – картошку. Аннушка уже устала всех утихомиривать и просто с улыбкой наблюдала за нами.

В общем, поход намечался быть улетным. Казалось, от мая до июля целая вечность! Как бы дождаться? А как время подошло, то оказалось, что кого-то родители не отпустили, кто-то уехал к бабушке, кому-то пришлось отрабатывать барщину на даче. Тот же Нечаев поплатился за свои двойки, был наказан родителями и батрачил теперь на огороде, окучивая картошку на два раза. Ну и где теперь его палатка? А Цыплаков хоть и явился сам, но без лодки и удочки: не смог с дедом договориться.

Короче, нас набралось от силы полкласса. И я даже не знаю, кому повезло больше. А всё началось с того, что мы заблудились. Да. Хоть Аннушка до последнего этого не признавала и всячески нас поддерживала, делая вид, что всё так и было задумано, мы всё же заблудились. И каждый из нас это понимал. Храбрился, но понимал.

3

Ребята шли уже, наверное, часа четыре, а обещанной избушки не было видно. Даже намёка. Хотя Анна Сергеевна говорила, что она недалеко. Ныть и спрашивать через каждые пять минут, долго ли ещё, – это как-то совсем по-детски, поэтому все крепились и даже не жаловались, что уже давненько хотят есть.

– Я уже устала, – первой не выдержала Оксана.

– Ты что? Мы только в лес зашли, ещё вон и дорогу позади видно, – ответила ей Марина, усмехнувшись. Дорогу, конечно же, уже давным-давно не было видно, но не впадать же в панику.

– Долго ещё? – не унималась Оксана, делая измученный вид. – Меня уже комары всю сожрали.

– Оксана, комаров-то нет совсем! Это разве комары? – воскликнула Анна Сергеевна. – Потерпи немного, скоро дойдём.

– Ага, вы и в прошлый раз говорили, что уже скоро! Я устала!.. У меня рюкзак тяжёлый!.. – не переставала ныть Оксана.

– Успокойся уже! – не выдержала Катя. – У всех рюкзаки тяжёлые! Ребята вон ещё ведра и еду несут. А тебе нужно было поменьше косметики с собой брать, легче было бы!.. Только настроение своим нытьём портишь.

– Давай мне твой рюкзак, – предложил Серёга.

Оксана с радостью сняла рюкзак и, даже не подав Серёге, просто бросила на землю, перешагнула через него и пошла дальше.

– Ну ты и фифа! – воскликнула Таня. – Могла бы хоть спасибо Серёжке сказать.

На что Оксана только бровью повела.

– Странно… Мы уже давно должны были подойти к избушке… – задумчиво, как бы сама себе сказала Анна Сергеевна.

– Мы что, заблудились? – испуганно пролепетала Марина. Она шла ближе всех к учительнице и слышала, что та сказала.

– Ребята, ура! Мы заблудились! – закричал Васька, услышав слова Марины. – Приключения начинаются!

– Никто не заблудился, – попыталась утихомирить ребят Анна Сергеевна. – Это я так просто сказала… пошутила.

– Но вы же только что сказали, что мы уже давно должны были прийти к избушке. – Марина с надеждой посмотрела на учительницу.

– Маруся, здесь избушки на каждом шагу! – Анна Сергеевна постаралась придать голосу уверенность. – Я же выросла в этих краях, все леса в округе исходила вдоль и поперёк. Не волнуйтесь, если не к той, то к другой избушке дойдём.

– Ну вот, – разочарованно протянул Васька. – А я-то думал, что нас на вертолёте искать будут…

– Вася, вот ты уже такой взрослый, неужели думаешь, что заблудиться в лесу – это так весело? Это ведь очень опасно! И никакие это не приключения, а очень большая беда, – назидательно заявила Анна Сергеевна.

– Да, Васька, ты совсем глупый! – строго сказала Лена. – А чем питаться, когда заблудишься?

– У нас ведь с собой много еды! – усмехнулся Васька.

– Так еда-то когда-нибудь закончится, и не факт, что к тому времени выберемся. Что тогда будем есть? Кору с деревьев?

– Зачем кору? – удивился Васька. – Грибы и ягоды. А ещё можно охотиться.

– Какие грибы? Много ты разбираешься в грибах? А ягоды в конце лета только появляются. Или ты до августа собираешься по лесу блуждать?

– А чё? Мы с Васяном яму выкопаем, туда звери будут падать, – поддержал Колька. – Правда, Васян?

– Ага!..

– Какую яму? – мученическим тоном спросила Лена и страдальчески закатила глаза. – Ну вы совсем уже!..

– Ребята, не нужно никаких ям! – вступила в разговор Анна Сергеевна. – Никто не заблудился! Скоро мы дойдём до избушки. В этом лесу невозможно заблудиться.

– А жаль… Я бы хотел немного пожить как Робинзон… – мечтательно потянул Колька.

– Ага… – подтвердил Василий.

Даже тревожные мысли о том, что они заблудились, не могли испортить хорошего настроения. Точнее, они вовсе не воспринимались как тревожные, скорее наоборот, детский разум рисовал картинки весёлых приключений и неожиданных происшествий, о которых ребята потом будут вспоминать всю зиму. Да и с погодой сегодня явно угадали. Солнце ярко светило, играя лучами в листве деревьев, лёгкий ветерок запутался в кронах и, так и не добравшись до земли, затих где-то на половине пути.

– Я вижу дом! – крикнул Антоха и побежал в ту сторону, где среди стволов деревьев показалась избушка. Ребята с радостными криками кинулись за ним.

– Меня-то подождите! – крикнула им вслед Анна Сергеевна, но ребята уже не слышали её, они добежали до избушки и принялись со всех сторон её обследовать.

– Уж прям-таки дом, – поморщилась Оксана, поглядывая на жилище издалека. – Бомжовский приют какой-то…

– Анна Сергеевна, а мы разве все поместимся в этой избушке? – удивлённо спросила Лена учительницу, когда та тоже вышла на небольшую полянку, поставила рюкзак на землю и, уперев руки в бока, рассматривала строение. По выражению лица Анны Сергеевны можно было понять, что она растеряна, наверное, задавала себе этот же вопрос.

Небольшая поляна была оборудована для отдыха. Здесь нашлось всё самое необходимое: под дощатым навесом – большой стол и пара лавок, сделанных из толстого бревна, распиленного вдоль, место для костра расчищено и выложено камнем. Вот, пожалуй, и всё. Вокруг стола трава была вытоптана до самой земли, сразу видно, что эта избушка довольно-таки популярна у местных грибников и охотников.

Ребята побросали свои рюкзаки и разбежались по поляне, заглядывали в избушку, которая от времени сильно вдалась в землю и покрылась мхом, а на крыше местами даже росли пучки травы. Это была очень маленькая избушка, настолько маленькая и замаскированная мхом и травой, что даже удивительно, как они вообще смогли разглядеть её среди деревьев.

– Анна Сергеевна! Здесь даже родник есть! Вон там, совсем недалеко, – радостно сообщил Василий, уже успевший проверить, что творится в округе. – Всё как вы говорили!

– Очень хорошо, Вася, – ответила Анна Сергеевна и растерянно посмотрела на избушку. – Д-а-а… это какой-то прямо игрушечный домик… – тихо сказала она сама себе и погромче добавила: – Сейчас, ребята, разберёмся… Ну, это, конечно, не тот дом, про который я вам говорила. Здесь нам всем и не разместиться на ночлег… Но я оказалась права: охотничьи избушки тут на каждом шагу. А если есть избушка, значит, мы не заблудились. Ну что ж… Все мы устали, поэтому предлагаю остановиться здесь, тем более и вода рядом.

– Ура! – одобрительно крикнули ребята.

– У нас с вами получится целое приключение, – улыбнулась Анна Сергеевна. – Так!.. Давайте соорудим костёр, будем готовить еду, что ли.

Все засуетились на поляне, как муравьи. Кто-то побежал в лес за ветками для костра, кто-то – за водой, кто-то принялся доставать припасы из сумок, кто-то начал чистить картошку. Сашка с Антохой принялись как-то хитро раскладывать принесённые ветки, приговаривая, что только так можно будет разжечь костёр, иначе всё потухнет. Все действия шумно и весело обсуждались, на поляне, только что такой необитаемой, закипела жизнь.

– Ой! Анна Сергеевна! Здесь кто-то соль забыл! И спички! – Марина стояла на пороге избушки и держала в руках коробок спичек и пачку соли, превратившуюся от дождей и засухи, от многоразовой смены холодов и жары в камень.

– Это не забыли, их специально оставили в избушке для путников, – пояснила Анна Сергеевна. – Вдруг какой-нибудь грибник заблудится в лесу и у него даже спичек с собой не будет, чтоб костёр развести и согреться, вот он набредёт на эту избушку, а здесь и спички для него лежат, пожалуйста!

– А соль зачем? Заблудившийся грибник её на костре жарить будет, что ли? – усмехнулся Колька.

– Соль на всякий случай. – Анна Сергеевна не удержалась и засмеялась, вероятно, представив, как бедный голодный грибник жарит на костре пачку соли, надетую на ветку. – Положи, Мариша, все на место, у нас с собой есть и соль, и спички.

Марина ушла обратно в избушку, унося найденные припасы. А на поляне тем временем уже разгорелся костёр, вокруг которого суетился Саня Прутиков. Он сразу объявил себя главным костровым и с важным видом оценивал принесённые ребятами ветки, не позволяя никому самолично их подбрасывать в огонь, а только лишь под своим строгим контролем. А пламя с радостью принимало новую сухую корягу, облизывало её со всех сторон, словно пробуя на вкус, и начинало с треском пожирать, превращая в чёрную головешку, а затем и вовсе в золу. Над костром подвесили ведро с начищенной картошкой.

– Ну, ребята, вы просто молодцы! – удивилась Анна Сергеевна. – Как будто всю жизнь в деревне прожили! И костер-то какой хороший сделали.

– А я каждое лето к бабушке в деревню езжу! – гордо сообщила Таня.

– А я с папой на рыбалку часто езжу, мы там костёр делаем. Мне сейчас папа уже доверяет самостоятельно огонь разжигать, даже не контролирует. Да там и сложного-то ничего нет, – важным тоном сказал Саня.

– За костром всё равно нужно следить, чтоб огонь не перекинулся на лес. С огнём нужно быть осторожным, – поучительно сказала Анна Сергеевна.

– Да знаю я, – отмахнулся Саня, – мы же участок под кострище подготовили, расчистили всё, да и камнями, смотрите, всё огорожено. Ничего тут не перекинется.

– Ну да, молодцы, – согласилась Анна Сергеевна.

В ведре начинала закипать картошка. Анна Сергеевна сняла белую пену ложкой, которая стала просто телескопической из-за привязанной к ней ветки, потом посолила и ещё раз собрала вновь образовавшуюся пену.

– Ну что? Одну или две банки тушёнки закинем? – спросила она у ребят.

– Давайте две! – воскликнул Антон и зажмурился от предвкушения еды. – Так, чтобы повкуснее получилось, понаваристей.

– Ну две так две. – Анна Сергеевна вычерпала ложкой содержимое банок, и тушёнка от соприкосновения с горячей картошкой стала издавать такие аппетитные запахи, что ребята даже заурчали от удовольствия. Варево в ведре булькало и клокотало, картошка разварилась, размякла, превратившись наполовину в жидкое наваристое пюре, горячие пузыри лопались, выпуская очередную порцию ароматов, которые наверняка распространялись далеко за пределы этой поляны.

– Ммм… какой запах!.. – восторженно прошептала Лена, закрыв глаза. – Дома почему-то так не получается…

– А на улице еда всегда вкуснее, я это уже давно заметил, – сказал Вася.

– Ага, а если на костре сварено, так вообще пальчики оближешь! – поддержал друга Колька.

– Ну вот, кажется, всё готово… – Анна Сергеевна зачерпнула ложкой немного жидкой похлёбки, подула и осторожно попробовала. Ребята замерли, наблюдая за её действиями и за реакцией на это волшебное варево. А реакция не заставила себя долго ждать: – Ммм! Какая вкуснотища!.. Снимаем скорее с огня!

4

Я даже не помню, кому в голову пришла идея рассказывать страшилки. Мы наелись вкуснейшей в мире картошки, намыли посуду, набрали ведро свежей воды, чтоб вскипятить чай, и, пока вода на костре грелась, гурьбой забрались в избушку. Все, конечно, не влезли. Да все и не хотели. Кто-то остался следить за костром, кто-то играл в мяч, кто-то просто не горел желанием сидеть в душной избушке. Здесь было темно, пахло деревом и чем-то незнакомым, терпким и неприятным. Но мы быстро привыкли к посторонним запахам и вскоре уже не обращали на них внимания. Обстановка была та ещё. В самый раз для страшилок. Мрачные, закопчённые стены, крошечное мутное окошко, низкий потолок – чем не комната ужасов? В такой атмосфере даже нестрашные истории звучат как-то особенно, от них тоже начинаешь ожидать подвоха, напрягаешься и вздрагиваешь от малейшего шороха.

5

– А как мы тут будем ночевать? – спросила Таня. – На этой лавке мы все не поместимся.

– Сколько нас там было? – Степан принялся загибать пальцы. – Семь! И Саня потом пришёл – восемь!

– Я не поместился на нарах, – уточнил Сашка Прутиков.

– Нет, мы точно все не влезем, – сделал вывод Стёпка.

– Хм… – Учительница задумчиво посмотрела куда-то в лес, а потом пожала плечами и, улыбнувшись, взглянула на ребят. – Эта избушка действительно маловата. Я не про неё говорила, когда обещала, что пойдём в поход с ночёвкой. Вот в той мы бы все поместились. Тесновато, конечно, но места хватило бы.

– И где та избушка?

Анна Сергеевна пожала плечами.

– И что теперь?

– Жалко, что Нечаев не пришёл. Он обещал палатку притащить, говорил, что там места всем хватит.

– Ну кто же знал, что так получится? Ладно, ничего, будет поход без ночёвки.

– Ну-у-у… – прокатился разочарованный гул.

– Не нойте! – примирительным тоном сказала Анна Сергеевна. – Будут у нас ещё походы с ночёвками. А сейчас отдохнём и пойдём в деревню, там в доме переночуем.

– А мы можем и здесь. На улице! – с готовностью заявил Стёпа.

– Нет, – твёрдо сказала Анна Сергеевна. – Ночевать вы будете под крышей и уж никак не на голой земле.

– У-у-у-у… – опять недовольно загудели ребята.

– Ну что «у»?! – вспылила Анна Сергеевна. – Я за вас отвечаю.

– Я так и знал! Взрослые никогда слово не держат! – возмутился Цыплаков.

– Да ладно, так тоже прикольно, – примирительно сказала Катя. – Правда, девчонки? Я, к примеру, не хочу спать на земле, где всякие жуки ползают. Анна Сергеевна, а у вас большой дом в деревне?

– Ну, там две комнаты, но мы все разместимся, – пообещала учительница.

– Вот и отлично! – согласились девочки. – Ночевать в деревенском доме тоже прикольно. Там хотя бы комаров не так много, как в лесу.

– Анна Сергеевна, вам не кажется, что нужно уже идти обратно? Мы сюда ведь долго шли, – заметила Лена Сидоркина. – А то стемнеет и мы даже тропинки не увидим.

Анна Сергеевна посмотрела на небо, потом на часы в телефоне.

– Ты права, Лена, – сказала она и громко объявила: – Так, ребята, пора собираться! Нам до темноты нужно успеть дойти до деревни.

– А если мы опять заблудимся? – спросила Катя.

– Не заблудимся, – заверила её учительница. – Здесь негде плутать, сплошь дорожки и тропинки.

Ребята принялись неторопливо собираться. Хотя кто-то, может быть, и торопился, такие как ответственная Сидоркина, но большинство не пугала перспектива оказаться в ночном лесу. Когда на улице ещё день и вокруг светло, то совсем не думаешь о том, чего такого страшного может быть в темноте.

Вдруг послышался девчоночий крик. Анна Сергеевна вытянула шею, пытаясь охватить взглядом всю территорию и выявить источник и причину крика.

– Марина, что случилось? – взволнованно спросила она, увидев, что девочка морщится, неловко сидя на земле.

Не дожидаясь ответа, она торопливо подошла к Марине, окружённой ребятами.

– Нога… Я споткнулась… – Марина жалобно посмотрела на учительницу.

– Добегалась, – нравоучительно произнесла Сидоркина. – Сказано же вам было – собирайтесь!

– Встать можешь? – тоном бывалого доктора спросил Саня Прутиков.

– Ой! – вскрикнула Марина, попытавшись подняться.

– Да всё ты притворяешься! – усмехнулась Оксана.

– Да нет, похоже, она и вправду ногу подвернула, – со знанием дела покивал Саня.

– И что же теперь? – растерялась Анна Сергеевна. Впервые она решилась взять на себя такую ответственность, пойти с детьми в поход, – и всё с самого начала шло не по плану. А уж о том, что кто-то мог получить травму, она даже и подумать не могла. Этот поход ей представлялся весёлым, лёгким и задорным, как и всем ребятам.

– Ну, если мы тут не остаёмся, значит, придётся её нести, – сделал вывод Саня.

– Неплохо устроилась, – хмыкнула Оксана, явно пожалев, что ей в голову не пришла мысль прикинуться больной.

– Тебе помочь ногу сломать? – усмехнулся Василий. – Тогда тебя тоже понесут.

– Уж прямо перелом там у неё! – съязвила Оксана. – Даже синяка нет!

– Зато смотри, как распухла! – вмешалась Катя.

– Ребята, давайте не будем ссориться! – попыталась примирить всех Анна Сергеевна. – Нужно придумать какие-нибудь носилки.

Мальчишки быстро сообразили, как сделать из палок и веток подобие носилок. Но они сами по себе получились тяжёлые, да ещё Маринка сверху, поэтому несли вчетвером: Серёга и Антон спереди, а Коля и Саня – сзади.

– Слышишь? – Стёпа прислушался и поднял указательный палец.

– Птицы? – предположил Василий.

– Да нет же! Кроме птиц. Слышишь? Звуки какие-то.

Вася прислушался. Сквозь шум листвы, птичье щебетание, голоса одноклассников и редкий скрип стволов, на которых раскачивался ветер, и правда различался ещё какой-то звук. Он был такой знакомый и в то же время такой чуждый для леса. И он приближался.

– Машина! – обрадовался Стёпа. – Анна Сергеевна, слышите, машина едет! Давайте попросим, чтоб Иванову довезли.

– А вы знаете, что садиться в машину к посторонним людям категорически нельзя? – строго спросила учительница.

– Знаем! – радостным хором ответили ребята, но всё же повытягивали шеи, выглядывая, что за машина там едет.

Из-за деревьев показался небольшой автомобиль цвета хаки. Он яростно фырчал и подпрыгивал на кочках. Не зря же в народе его прозвали «козликом». Ребята сошли с дороги и посторонились, пропуская машину с таким норовистым характером. Но та вдруг остановилась, и из неё выглянул бородатый мужчина в зелёном защитном костюме. Явно какой-то грибник или охотник. Давно не стриженные волосы на затылке были вздыблены и подмяты кепкой так, что теперь даже без неё оставался чёткий след.

– У вас случилось что-то? Помощь нужна? – спросил он.

– Нет, спасибо, – отозвалась учительница.

– Я смотрю, у вас тут учения какие-то, – добродушно усмехнулся мужчина. – По ОБЖ, что ли?

– Она на самом деле ногу подвернула, – пояснила Катя.

– Ах, вон оно что! – Мужчина сразу стал серьёзным. – А говорите, помощь не нужна.

– Нет, спасибо, мы сами доберёмся, – смутилась учительница.

– Далеко идёте-то? – поинтересовался незнакомец.

– В Малиновку! – хором ответили ребята. Анна Сергеевна тоже хотела что-то сказать, но осеклась и с укором посмотрела на детей. Ну что с ними поделаешь! Так доверчиво относятся к незнакомцам.

– О! И я туда же! – обрадовался мужчина. – Эко вас занесло в такую даль! Вам ещё часа три идти! А с таким грузом и того дольше. К ночи-то доберётесь?

Подумать только – три часа! Коля вздохнул и покосился на тяжёлые носилки, но ничего не сказал. Одно дело – идти эти три часа налегке, и совсем другое – с таким грузом. Так даже забываешь наслаждаться свежим воздухом, пением птиц и чем там ещё принято наслаждаться в лесу.

– Говорите, вы тоже из Малиновки? Я вас не знаю. – Анна Сергеевна с подозрением посмотрела на мужчину.

– Я весной домик там прикупил, теперь на дачу езжу, – спокойно пояснил незнакомец.

Анна Сергеевна с недоверием рассматривала его.

– Вашей раненой надо бы помощь оказать. Да побыстрее. Всех-то я взять не могу, сами видите: машина небольшая, а вот раненую возьму. – Незнакомец пристально посмотрел на молодую учительницу, ожидая её решения.

Анна Сергеевна беспомощно переводила взгляд то на ребят, то на незнакомца, то на машину.

– Давайте я с ней поеду, – предложил Серёга, будто поняв опасения учительницы. – Буду присматривать. Помогу ей идти, если что.

Анна Сергеевна с благодарностью посмотрела на него.

– И я поеду! – торопливо ответила Оксана.

– И что ты там будешь делать? – усмехнулся Вася.

– Что-нибудь. А чего он такой хитрый: на машине поедет, а мы все пешком поползём?

– Нет, давайте вот мальчики и поедут, которые Марину несли, – решила учительница. – Вас много, поможете друг другу, если что.

– Хорошо, – быстро согласился незнакомец. Оглядел ребят и усмехнулся: – Сколько вас, пятеро? Попробуйте разместиться.

– Не, я останусь, – запротестовал Саша. – Да ну, в толкотне такой ехать. Я лучше с вами, пешком.

– А я поеду! – настаивала Оксана и первая полезла в машину.

– А вещи возьмёте? – спросила Анна Сергеевна у водителя.

– Отчего ж не взять? Всё же вам полегче будет добираться.

Ребята вместе с вёдрами и сумками с провизией кое-как разместились внутри, водитель взглянул на оставшихся, будто пересчитывая их, и завёл мотор.

Анна Сергеевна с тревогой смотрела вслед удаляющейся машине. Та порыкивала, задорно подпрыгивая на неровной лесной дороге и виляя задом.

– Да не волнуйтесь вы так! – попыталась успокоить её Катя. – Всё будет хорошо. Через три часа уже встретимся с ними.

Анна Сергеевна улыбнулась в ответ, но тревога не отступила. Правильно ли она поступила, отпустив детей с этим незнакомым человеком? И что скажет их родителям, если что-то случится? А уж предположения, что может случиться, не заставили себя ждать. Буйной очередью они толпились в мыслях, толкаясь и соревнуясь, какая из версий пострашнее. Анна Сергеевна тряхнула головой, прогоняя их.

– Ребята, давайте поторопимся, – обратилась она к остальным.

– Нужно было рюкзаки с ними отправить, тогда бы мы быстрее дошли, – вздохнула Катя.

– Что ты сразу-то об этом не подумала? – с укором ответила ей Лена.

Катя молча пожала плечами. Откуда она знает, почему раньше не подумала? Почему другие об этом не подумали? Отдали только самое тяжёлое. Теперь-то уж что? Машина уехала.

6

Ребята даже не заметили, в каком месте они свернули с дороги, и теперь вместе со своей учительницей шли по еле заметной тропинке. По ней мало того что машине не проехать, по ней уже давно никто не ходил, но ни ребята, ни Анна Сергеевна этого не замечали. Они просто шли и разговаривали, не обращая внимания на то, что вот прямо на тропинке раскинулся уже прилично подросший кустарник. Сколько лет нужно здесь не ходить, чтобы он вырос до таких размеров?.. Саня и Миша, идущие впереди всей группы, просто обошли кустарник и пошли дальше по едва заметной тропке, ребята двинулись за ними, уходя всё глубже в лес.

– Смотри, смотри! – Василий вдруг потянул Стёпу за рукав в сторону.

Они сошли с тропинки, подбежали к старому дереву без листьев и с облезлой корой. Под ним, из-под вспученных толстых корней, торчали вытянутые, серые… ребята даже не могли объяснить, что это. Словно сморщенные пальцы мертвяков из фильма ужасов. Даже ногти как будто есть. Казалось, того и гляди они шевельнутся, земля разверзнется и покажется рука, а потом вылезет и весь он – тот, чьи это пальцы. Даже мороз пробегал по коже от страха.

– Что это? – насторожился Степан.

– Зомбаки из земли вылазят, – понизив голос, произнёс Василий.

– Чё, правда, что ли? – Стёпка с опаской оглянулся назад, туда, где шли остальные ребята и Анна Сергеевна. Всё-таки толпой не так страшно, а уж со взрослой учительницей – тем более. Пусть даже Анна Сергеевна такая молодая.

– Не трусь! Они только по ночам вылазят. Днём они спят.

– А чего руки высунули? – осторожным шёпотом спросил Стёпка. Будто боясь разбудить спящих зомбаков.

– Не успели до рассвета спрятаться, – не задумываясь пояснил Вася.

Стёпа с сомнением посмотрел на приятеля, но Василий был авторитетным рассказчиком страшилок, поэтому все сомнения тут же отпали. Уж он-то наверняка всё знает про оживших мертвецов. Степан не мог отвести взгляда от жутких пальцев. Они пугали и одновременно притягивали к себе. Ну точно мистика какая-то! Он пристально всматривался в серые мертвячьи руки, стараясь уловить хоть малейшее движение, чтобы тут же драпануть подальше отсюда. От напряжения и ужаса холодок проскользнул между лопатками вверх и коснулся затылка. Стёпка невольно передёрнул плечами, но признаться Васе, что ему страшно, не собирался.

– Вон Сидоркина идёт. Сейчас визгу бу-уде-ет! – Василий кивнул в сторону приближающейся отличницы и многозначительно шевельнул бровями. – Ленка, ну-ка, посмотри, что тут такое?

Лена подошла, остановилась рядом с мальчишками и спокойно посмотрела, куда они показывают. С таким видом, будто делала им одолжение.

– Ну? И что? Ксилярия полиморфная, – пожала плечами Ленка.

Мальчишки переглянулись. То, что она произнесла, казалось заклинанием, таким же страшным, как эти пальцы мертвяков. Как будто сейчас непременно должна сверкнуть молния и загрохотать гром. Но не сверкнуло и не загрохотало. А Ленка присела совсем рядом со страшным пучком, достала телефон и принялась фотографировать.

– Сейчас они тебя схва-а-атят! – зловещим голосом произнёс Васька и потянул к ней растопыренные руки.

– Кто? – устало закатив глаза, со вздохом спросила Лена.

– Мертвяки-и-и. Вон они пальцы из земли уже показали, к тебе тя-а-анутся.

– Придурки, – спокойно констатировала Ленка. – Сами вы мертвяки! Это гриб. Ксилярия полиморфная называется. – Она сделала ещё пару фотографий, встала и пошла дальше.

– Сама ты гриб! – обиженно крикнул ей вдогонку Васька. – Тоже мне…

Степан снова посмотрел на страшные пальцы. Теперь они уже не казались ему такими ужасными. С одной стороны, сразу стало спокойнее, а с другой – как-то даже грустно. Разочарование какое-то, что ли. Из-за того, что в этих грибах нет ничего ужасного. Эта всезнающая Сидоркина разрушила всю мистику!

7

– Мы пришли! – громко объявил Миша. – Вон, я уже дома вижу.

– Ура-а-а-а-а! – заголосили ребята.

– Ого, мы дошли даже быстрее, чем планировали! – удивилась учительница.

– Это потому что без носилок, – предположил Вася.

Вдалеке сквозь деревья виднелась покосившаяся деревянная изгородь, сделанная из длинных продольных жердей. За ней – дом. Старый, серый, с маленькими окошками. Рядом виднелся ещё один.

– А где ваш? – спросил Стёпа.

– В нашей деревне мало участков, всего штук пятьдесят. Это небольшая деревенька, сейчас здесь больше дачников. Мой дом стоит в самом центре, голубенький такой, вы его сразу увидите. Так… – Анна Сергеевна замолчала, растерянно глядя на дома. Их было явно не пятьдесят, а всего три. Сейчас, когда они подошли ближе и лес больше не загораживал обзор, стало видно, что это небольшое поселение, настолько старое, что дома покосились и вросли в землю почти по самые окна.

– Что? – Сидоркина попыталась вывести учительницу из ступора.

– Я не узнаю это место… Похоже, мы дошли до другой деревни, – расстроилась Анна Сергеевна.

– Ура-а-а! Мы снова заблудились! – радостно заорал Стёпа.

– Так, ребята, без паники! Это населённый пункт, а значит, ничего страшного не произошло. Мы спросим у местных жителей дорогу и спокойно дойдём.

Но похоже, что никто из детей не беспокоился, паниковала одна Анна Сергеевна.

– А где здесь вход? – спросила Катя. Она вытянула шею, рассматривая сплошную изгородь, уходящую вправо и влево.

– Где-нибудь должен быть, – ответил Стёпа и уверенно пошёл вдоль забора.

Ребята двинулись за ним. Брели они долго, эта изгородь казалась бесконечной, она огибала не один дом, а как будто всю деревню разом. Ребята обошли кругом и вернулись на то же место, откуда начали. Ни прохода, ни калитки, это место словно было огорожено деревянным кольцом.

– Как-то жутковато, – поёжилась Лена. – Забор этот нескончаемый… и нет никого… Если бы тут были ворота с черепом и куча людей, и то было бы не так страшно.

– Вот уж черепов точно не надо! – запротестовала Катя.

– В черепе нет ничего страшного. В древности это был своего рода защитный тотем, – пояснила Анна Сергеевна.

Катя с недоверием покосилась на неё, но ничего не сказала.

– Да что вы мучаетесь? – усмехнулся Василий и перемахнул через изгородь.

– Разве так можно? – ужаснулась Таня. – А если хозяева заругаются?

– Где ты видишь хозяев? Эй, хозяева! Мы тут через ваш забор перелезли, извините, пожалуйста, но мы калитки не нашли. Всё? – спросил он, повернувшись к остальным. – Нам всего-то нужно узнать дорогу.

Ребята последовали его примеру. Кто-то с сомнением, кто-то озираясь по сторонам в ожидании, что строгий хозяин сейчас выскочит из-за угла и устроит скандал, кто-то с уверенной ловкостью, но все перебрались через изгородь. Даже Анна Сергеевна, несмотря на свой статус, тоже перелезла.

– Ребята, мы просто спросим и уйдём, – будто оправдываясь, сказала она. – Но вообще вы же понимаете, что так делать нельзя? Если территория огорожена, значит, это личные владения, их нельзя нарушать.

– Конечно понимаем, Анна Сергеевна, – усмехнулся Саня Прутиков.

Ребята дошли до ближайшего дома и постучались в дверь.

– Вот сейчас-то нам всем и попадёт, – сделав наигранно-страшные глаза, сказал Вася и, заметив испуг на лице Кати, громко рассмеялся.

Но никто не вышел на стук.

– Спят, что ли? – Несколько кулаков увереннее забарабанили в дверь.

Тишина.

– Может, дома никого нет? Ушли куда-нибудь? – предположила Катя.

– Пойдёмте в другой дом постучим? – предложила Анна Сергеевна.

Но и в другом доме им тоже не ответили. И в третьем.

– Да куда они все вместе могли уйти?! – возмутилась Таня.

– А что, они были обязаны нас ждать? – усмехнулся Василий. – У людей своя жизнь. Они вообще не знали, что мы придём.

– Слушайте, ребята, мне кажется, здесь вообще никого нет… – озираясь по сторонам, тихо пробормотала Катя. – Вы заметили, что даже собаки не бегают?

– Если никого нет, то чего ты тогда шепчешь? – усмехнулся Стёпа. – Никто же всё равно не услышит.

– Не знаю… – Катя поёжилась и обняла себя за плечи. – Жутковато что-то…

– Ну, Катька, ты, как всегда, на пустом месте готова в обморок грохнуться. Ничего тут жуткого нет. Подумаешь, заброшенная деревня… Сколько их таких вокруг! – попытался успокоить её Степан.

– Ага, из Мишкиной истории про живых мертвецов, – усмехнулся Василий.

– Каких мертвецов? – насторожилась Катя.

– Живых! – засмеялся Васька. – Которые людей высасывают.

– Она тогда уже вышла из избушки, не слышала эту историю, – пояснил Мишка.

– Ай, не бери в голову! – отмахнулась Лена. – Не бывает никаких живых мертвецов, правда, Анна Сергеевна?

– Конечно, – подтвердила учительница.

Катя доверительно кивнула, но на всякий случай всё же огляделась по сторонам.

– И у кого мы теперь спросим, куда нам идти? – поинтересовалась Таня.

– Да что мы тупим? Можно же по навигатору посмотреть, где мы, забить название деревни, проложить путь и спокойно дойти. – Сидоркина достала телефон.

– Молодец, Лена! Как я сама об этом не подумала?

– Бесполезно. Здесь даже связи нет! – недовольным голосом воскликнула Катя и кивнула на смартфон в руке. – Я уже сколько времени пытаюсь интернет поймать.

– Как это нет? Разве сейчас ещё есть такие места, где нет связи? – удивилась Анна Сергеевна. Она достала свой телефон, вытянула его в руке, подняла вверх, покрутилась. – Хм, действительно, нет.

Остальные тоже достали мобильники и принялись крутиться с ними, чтобы уловить хоть какой-то намёк на связь.

– И что теперь? – наконец спросил Мишка, поняв, что искать бесполезно.

– Так, ребята, без паники! – громко сказала учительница, стараясь говорить как можно увереннее, но её голос предательски дрогнул. – Ничего страшного не случилось. Все живы и здоровы.

– А как же ребята, которые на машине уехали? – с тревогой спросила Катя.

– Не нагнетай, пожалуйста! – Анна Сергеевна теряла терпение. Она и так переживала за ребят, которые остались с незнакомцем, теперь ещё и сама с детьми заблудилась.

– Да что с ними будет? – усмехнулся Вася. – Их уже, небось, накормили, Маруське помощь оказали, и спать все укладываются.

– Анна Сергеевна, уже темнеет… – осторожно предупредил Сашка Прутиков. – Мы сможем найти дорогу?

Повисла напряжённая пауза.

– Значит, так… – Анна Сергеевна сдержанно вздохнула. – Сейчас мы никуда не пойдём. Остановимся на ночь здесь. Тут хотя бы крыша над головой есть. Если это заброшенная деревня, то нас отсюда никто не выгонит. А если вернутся владельцы, то…

– Выгонят? – перебил её Степан.

– Почему выгонят? – удивилась учительница. – Не выгонят. Мы же ничего плохого не делаем. Если придут владельцы, то мы им объясним ситуацию, и они подскажут нам, как дойти до Малиновки.

– Можно в любой дом заходить? – оживились ребята.

– Давайте договоримся не баловаться, – приструнила учительница. – По всем домам не разбегайтесь! Хозяевам будет неприятно, если мы тут устроим беспорядок, и тогда нас точно выгонят. Давайте найдём открытый дом и разместимся там.

– Вот этот точно открытый! – крикнул Колька, уже успевший проверить ближайший дом.

Ребята кинулись к нему.

8

Мы зашли внутрь. Даже странно, что здесь нет людей. В доме чисто, ни пылинки. Как будто только что прибирали. Но дом действительно старый, как снаружи, так и внутри. Даже выключателя не нашли, чтоб свет включить. Да что там, даже лампочки на потолке не было и столбов с проводами во дворе! Огромная печь, выступающая почти до середины комнаты. Ладно, не до середины, но на треть точно. Мне так кажется. Просто ещё и комнатка маленькая. Пол такой скрипучий, будто дом с нами разговаривает без умолку. Кто-нибудь сделает шаг, и дом отвечает. А если учесть, что нас здесь много и никто не стоит на месте, то можно представить, какими скрипучими голосами постоянно поёт дом. Оконца задёрнуты короткими занавесками, белыми, в мелкий голубой цветочек. Тоже чистые, без осевшей пыли. И на подоконнике чисто. Но, кроме печки, стола, стула и шкафа, здесь ничего не было. Ни кровати, ни дивана, где могли бы спать хозяева, ни какой-то аппаратуры. Другой комнаты тоже не оказалось. Это странно. Кто-то из ребят заглянул в шкаф, получив за это порцию назидательной речи от Аннушки. Но в шкафу, к нашему удивлению, оказалось пусто. Ни вещички. Просто чистые полки. А кто же тогда следит здесь за порядком?..

9

– Хоть и неудобно всё это, зато крыша над головой есть. И если ночью пойдёт дождь, мы не промокнем, – приговаривала Анна Сергеевна, устраиваясь на ночлег прямо на полу.

– Так можно было бы и в той избушке остаться, – усмехнулся Вася.

– Мы бы не поместились там все! – принялся спорить Саня Прутиков. – Если бы мы там остались, то Маруська ногу не подвернула бы, они бы никуда не уехали и мы такой толпой не вместились бы в ту избушку.

– Саша прав, – подтвердила учительница. – Ну ничего, всего одну ночь, а завтра сразу с утра выйдем по тропинке обратно до того места, где мы ошиблись и свернули не туда.

В темноте ребята пытались разместиться кто где, натыкались друг на друга, хихикали. Наконец все улеглись.

– Анна Сергеевна, а вы знаете какие-нибудь страшилки? – спросил Миша.

– В детстве знала, а сейчас забыла уже все.

– Вася знает! Вась, расскажи что-нибудь, – глядя в темноту и не определяя, где именно устроился на ночлег Василий, попросил Стёпа.

– Хм, – авторитетно хмыкнул из темноты Вася. – Ну, слушайте. Это очень страшная история, и произошла она с моими друзьями. Они сами мне рассказали.

– Ага, перед тем как пропасть или уже после? – засмеялся Сашка.

– Что-то я не слышал, что у тебя пропали друзья, – поддержал его Мишка.

– А я и не сказал, что они пропали, – отозвался Василий.

– Ну, у тебя же все истории заканчиваются на «они исчезли, и больше их никто не видел», – подтвердила Таня.

– Это другая история. Никто тут не пропал, но она самая жуткая, потому что произошла на самом деле всего пару месяцев назад. Если вы не будете перебивать, я расскажу.

– Давай, Васька! Всё, ребята, не мешайте! – прикрикнул Степан.

– Значит, так… Мои друзья задумали вызвать Пиковую Даму, – начал Вася.

– Ты что! Это же опасно! – ужаснулся Мишка. – Пиковая Дама – самая ужасная из всех, кого можно вызывать!

– А ещё кого-то можно? – робко поинтересовалась Катя.

– Конечно, – усмехнулся Мишка. – Лешего, Бабу-Ягу, Железного Рыцаря, Чёрную Руку… да там много всяких, но Пиковая Дама – самая опасная.

– Вот и они так думали, поэтому и решили её вызвать. Но оказалось, что есть что-то пострашнее Пиковой Дамы… – Васька таинственно замолчал.

– Ой, мамочки… – послышался тихий шёпот, и никто даже не усомнился, что это Катя.

– Ну, давай, не тяни! – поторопил Сашка.

– Значит, так… – продолжил Василий. – Договорились они встретиться в подвале пятиэтажки, ну, той, где Ленка Сидоркина живёт, знаете?

– Хе! – усмехнулась Лена. – Там закрыты подвалы. И я, кажется, знаю, кто эти твои друзья. Кузьмичёв с Ивановым, да?

– А я и не говорю, что они сейчас открыты, – ничуть не смутился Вася. – Но тогда, два месяца назад, они реально были открыты. Не знаю, может, там что-то ремонтировали и забыли закрыть, может, ещё что-нибудь…

– Ну хватит уже мешать! «Закрыты-открыты, закрыты-открыты», – передразнил Стёпка. – Какая разница?! Давай, Васька, рассказывай дальше!

– Ну и вот, спустились они в подвал, приготовили там всё. Ну, знаете, зеркало, красную помаду, свечи…

– Интересно, кто из твоих друзей пользуется помадой, – снова усмехнулась Лена.

– Ну чего ты до всего докапываешься? – возмутился Стёпа. – Может, они у мамы взяли или специально купили, чтоб Пиковую Даму вызвать.

– Да, Лена, хватит уже! Пусть Вася расскажет, – вступилась Таня.

– В общем, принесли, всё расставили как надо и стали вызывать, – продолжил Василий.

– Ой, мамочки… – опять запричитала Катька. Наверняка даже уши заткнула, только в темноте это было не видно.

– Долго вызывали, но Пиковая Дама так и не вышла из зеркала, – продолжил Вася.

– Чего и следовало ожидать! – торжественно резюмировала Лена.

– Из зеркала-то она не вышла, – словно не замечая насмешки Сидоркиной, невозмутимо продолжил Василий. – Но парни вдруг почувствовали, что кто-то ещё появился там, в подвале. И чётко услышали дыхание за спиной.

Васька замолчал. В нависшей тишине, вдруг ставшей такой густой и осязаемой, было слышно, как на чердаке что-то скрипнуло. Катька взвизгнула.

Теперь, когда становились известны такие подробности, как точное место произошедшего и даже конкретные люди, которых кто-то знал понаслышке, а кто-то и лично, история обретала реальные черты.

– А дальше-то что? – нетерпеливо спросил Стёпка.

– И больше их никто не видел, – спокойно отозвалась Лена. – Вот только почему-то и Кузьмичёва, и Иванова я видела пару дней назад.

– Парни убежали оттуда, – не обращая внимания на язвительные высказывания Сидоркиной, продолжил Вася. – Они честно признались, что струхнули тогда. А вы бы не испугались? Любой бы испугался! Даже любой взрослый. Но на следующий день они опять пошли в подвал. Потому что вспомнили, что оставили там зажжённые свечи, и побоялись пожара. Но подвал уже был закрыт, и они не смогли туда попасть.

Васька сделал паузу, но никто, даже Лена, не поспешил занять её какой-нибудь умной фразой.

– И вот, когда они уже вечером гуляли неподалёку, то заметили, что в одном подвальном окошке как будто горит свет. Они же досками заколочены, и сквозь доски тускло-тускло свет просачивается. Днём-то этого не видно, а вечером, когда стало темно, они и заметили. Ребята попытались в щель заглянуть, а там свечи. Представляете, их свечи! И всё ещё горят. И даже совсем не уменьшились. Хотя за сутки, наверное, должны были полностью догореть. Анна Сергеевна, свеча за сутки догорит?

Но ответа не последовало.

– Спит, наверное, – предположил Сашка.

– Потому что нормального, разумного человека эти Васькины страшные истории просто усыпляют, – съязвила Сидоркина.

– Что ж ты тогда не уснула? Или ты не разумный человек? – шёпотом, чтобы не разбудить учительницу, парировал Сашка Прутиков. – Давай, Васян, потихоньку дальше рассказывай, чтобы Аннушку не разбудить.

– Ну и вот, смотрят они, а их свечи совсем не уменьшились, стоят как новенькие. И тут они увидели тень. Она двигалась, как будто кто-то ходит. Но там никого не было. Не было слышно шагов или вообще каких-то звуков, просто одна тень от человека.

– И что это значит? – тревожным шёпотом спросила Катя.

– Получается, они вызывали Пиковую Даму, но что-то сделали не так и вызвали что-то другое. Чёрную Тень, например, или Заблудшую Душу. И она теперь там бродит, – пояснил Стёпа.

Ребята притихли, обдумывая историю.

– Сидоркина, это в твоём доме! – усмехнулся Сашка.

– Чушь всё это! – ответила Лена, но в её голосе уже не чувствовалось уверенности. – Всё, хватит уже! Давайте спать!

10

Похоже, все уснули. Как им это удалось? А у меня в голове крутятся все эти страшилки. Ужас пробирает до самых внутренностей. Можно, конечно, разбудить кого-нибудь, но Анна Сергеевна опять будет ругаться. И вот я лежу и таращусь в потолок. Такая темень, что непонятно, закрыты или открыты у меня глаза. Зажмуриваюсь крепко-крепко – темно, распахиваю во всю ширь – опять темно. Так и запутаться недолго. И своим ощущениям перестать верить.

Вдруг раздался тихий шорох. Пришлось напрячь слух, чтобы понять, показалось или нет. Шорох повторился. Затем торопливый топот маленьких ножек. Потянуло холодом. Или это такая реакция на страх? Человеческий разум – странная, загадочная штука. Он до сих пор до конца не изучен и может вытворять такое со своим хозяином! Нет, точно потянуло холодом. Будто лёгкий ветерок прошёлся по лицу. Жуть какая! Кто там может бегать? Мыши? К счастью, я не боюсь мышей. А если это не мыши?..

Опять послышался быстрый топот. Может, это и не топот вовсе… А что тогда?.. Ох уж эти страшилки! Это из-за них разыгралось воображение.

Звук монотонный, глухой и как будто с каким-то клацаньем. Воображение тут же нарисовало длинные когти на жутких лапах, которыми таинственное существо стучит по полу. Затихло. Опять застучало.

Может, это просто ветка бьётся в окно, качаясь от ветра? И нет в этом ничего страшного!

Только уснуть под этот стук совершенно невозможно!

И как другим удалось? Но, кажется, раньше не стучало…

Всё-таки это топот. Я даже чётко представляю, в каком направлении движется существо. Звук то приближается, то отдаляется. Неужели никто, кроме меня, это не слышит? Или все тоже боятся пошелохнуться?

– Игра началась. Поиграйте со мной… – раздался чёткий шёпот.

У меня всё похолодело внутри. Слова были отчётливы и не могли мне примерещиться.

«Спокойно… – выдыхаю я. – Наверняка это Васька прикалывается. Он любит такие шуточки. Сейчас кто-нибудь заорёт, а он заржёт как конь. Но я точно не покажу, что мне страшно».

– Поиграйте со мной! – капризно повторил кто-то.

И почему Анна Сергеевна молчит? Могла бы поругать шутника, чтобы не пугал людей. Хотя спит, наверное. Иначе точно поругала бы.

Осторожные шаги послышались совсем рядом.

Сердце застучало так, что, мне казалось, его удары должны были слышать все вокруг. В горле перехватило, будто сдавил кто-то.

Наверняка кто-то стоит совсем рядом и смотрит на меня. А я боюсь даже глаза открыть. Да и толку-то? Что открыты, что закрыты – всё равно ничего не видно, тьма вокруг.

И тишина.

Ни шагов, ни шёпота.

Ведь должен же он куда-то отойти. Не станет же стоять всю ночь возле меня.

Но звуков больше не повторялось, и сон наконец победил страх, забрав в своё волшебное царство грёз.

11

Свет мягко пробивался сквозь окошки, задёрнутые ситцевыми занавесками. Летом рано светает, но ребятам показалось, что ночь была слишком короткой. Это, скорее всего, из-за того, что вчера набродились и устали. Кажется, едва уснули, а вскоре уже и вставать. Но трудно продолжать спать, если свет бьёт прямо в глаза.

– Ну? И кто этот шутник? – спросила Лена Сидоркина, усевшись на своём месте и строго оглядев одноклассников.

Ребята потихоньку просыпались один за другим, потягивались и зевали.

– Ты тоже слышала? – удивился Сашка.

– Ещё бы не слышать! – возмутилась Лена.

– Ребят, а что случилось? – Катя таращила на всех глаза, не понимая, о чём они говорят.

– Кто-то тут бродил ночью и шептался, – пояснил Стёпа.

– Васян, ты? – усмехнулся Миша.

– Я тоже на Васю подумала, – закивала Таня.

– Если честно, я тоже, – согласилась Лена.

– А чего сразу Васян? – Василий даже как будто обиделся. – Я подумал, что это Мишка шептал. Он тоже горазд страшилки рассказывать.

– Если ты подумал, что это я, чего же не ответил? – хитро прищурился Миша. – Струхнул? Значит, подумал, что не я. Меня-то чего бояться?

– А если это призрак? – настороженно, словно боясь, что тот самый призрак может его услышать, предположил Стёпа.

– Ерунда! Призраков не бывает! – Лена сразу отмела версию Степана. – Это кто-то из нас. Я точно знаю, что это не я, значит, это кто-то из вас.

– Ребят, это точно не я, – оправдывалась Катя. – Я вообще спала и ничего такого не слышала. К счастью. Я всего этого до жути боюсь!

– Ты боишься, когда тебя пугают. А сама запросто могла пугать, зная, что тебе ничего не угрожает, – спорил Вася. – Уж я-то знаю, что пугать не страшно.

– Нет, Катя не могла. – Лена оценивающе посмотрела на неё. – Я думаю, это кто-то из мальчишек. Шёпот был не девчоночий.

– Как ты шёпот-то определила? – усмехнулся Стёпа.

– Вот так и определила. Короче, признавайтесь, кто ночью пугал, – приказала Лена.

– Не я.

– Не я.

– Точно не я.

– А кто тогда? Здесь больше никого нет. Значит, это Анна Сергеевна прикалывалась, – усмехнулась Лена и позвала учительницу: – Анна Сергеевна, мы вычислили, что это вы нас ночью пугали. Анна Сергеевна?

Ребята закрутили головами в поисках учительницы.

– А где Аннушка? – удивилась Таня.

– Может, на улицу вышла? – предположил Саша.

Ребята гурьбой выбежали из дома.

– Анна Сергеевна! – кричали они, бегая от одного дома к другому.

– Кто-нибудь видел, как она выходила?

– Ребят, а вообще сегодня кто-нибудь её видел?

– Анна Сергеевна!..

– Может, она ушла? – предположил Саша.

– Куда ушла? – вытаращилась на него Таня.

– Домой, – пожал плечами Прутиков.

– Ты что? – Таня покрутила пальцем у виска. – Она не могла одна уйти. Она за нас отвечает. Да и вещи её остались.

– Ой, ребята… а если это волки? – чуть не плача залепетала Катя.

– Не говори ерунду! – тут же пресекла её Лена. – Мы бы услышали. К тому же летом волкам и так еды предостаточно.

– Нам-то что делать? – Прутиков выжидательно смотрел на Лену, как на самую умную. Уж она-то должна придумать какое-нибудь решение.

– Я предлагаю ещё немного поискать Анну Сергеевну, а потом идти, – после небольшой паузы ответила она.

– Куда? – вытаращился на неё Стёпа.

– К людям, – пожала плечами Лена. – За помощью. А что ещё остаётся делать? Каждая минута дорога.

Спустя час учительница так и не нашлась.

– Ну что, нужно идти, – сказала Лена.

– А вещи Анны Сергеевны тут оставим? – поинтересовалась Катя.

– Нет, нужно с собой забрать.

– А если она придёт, а тут ни нас, ни её вещей?

– Катя права, – подумав, ответила Лена. – Давайте оставим её вещи и напишем записку, чтоб она не волновалась, что мы ушли.

Ребята вернулись в тот дом, где ночевали. Все рюкзаки, в том числе и Анны Сергеевны, были на месте.

– Я всё равно не понимаю… – задумчиво произнесла Катя.

– Что?

– Если она пропала, а рюкзак остался, то с ней точно что-то случилось. Не могла она так просто уйти.

– Знаешь, было бы действительно странно, если бы она посреди ночи вместе с рюкзаком ушла, а нас тут оставила, – усмехнулся Сашка.

– Вот поэтому и нужно идти за помощью, – сделала вывод Лена.

– Ребят, а может, она пошла дорогу посмотреть? Или сама за помощью отправилась, – предположила Таня. – Поэтому и вещи с собой не взяла.

– И что ты предлагаешь? Нет, мы, конечно, можем ждать её до вечера, а когда стемнеет, начнём выбираться из леса, – усмехнулся Степан. – Если бы она пошла за помощью, то предупредила бы нас.

– Значит, так. Давайте голосовать. Кто за то, чтоб идти? – Лена пристально оглядела одноклассников. Руки подняли все, кроме Кати и Тани. – Кто за то, чтоб остаться? – снова задала вопрос Лена, глядя прямо на девочек. Но ни та, ни другая опять не подняли руку.

– Я не знаю, как быть, честно, – заныла Катя. – Если мы уйдём, а Анна Сергеевна вернётся, куда она кинется нас искать? Вдруг пойдёт совсем в другую сторону? А если останемся и с Анной Сергеевной и в самом деле что-то случилось и ей нужна помощь? Мы же упустим время. Как будет правильно?

– Правильно будет – не разделяться, – спокойно сказал Василий. – Не хватало нам сейчас ещё кого-нибудь потерять!

– Ты прав, Васян, – сказал Миша. – Поэтому как решило большинство, так и сделаем.

– Мы согласны, – переглянувшись, кивнули Катя и Таня.

Блокнот и ручка, конечно же, нашлись у Ленки Сидоркиной. Никто и не сомневался.

– Я напишу, что мы пошли по тропинке на север, – комментировала Лена.

– Почему на север? – удивился Сашка.

– Потому что, если бы ты был внимательным и нормально учился в школе, то заметил бы, что вчера мы шли в южном направлении и чуть-чуть на запад, но это незначительно. Так что сейчас нам нужно идти обратно – на север.

С Сидоркиной никто не спорил. Её уверенным аргументам трудно перечить. Да и не ошибалась она никогда.

– Где ты это взяла? – спросил Мишка, глядя, как Таня крутит в руках какую-то фигурку, связанную из тонких коричневых веточек.

– Здесь лежала, – пожала плечами Таня и кивнула на узкий подоконник.

– Покажь? – попросил Миша.

Таня протянула ему фигурку.

Кукла была неаккуратная, будто наспех сделанная или просто очень старая. Тонкие веточки взъерошенно торчали в разные стороны, казалось, того и гляди кукла развалится. Но это только на первый взгляд. На самом деле фигурка была крепко перевязана гибкой веточкой по шее и по талии.

– Хм, прикольно, – усмехнулся Миша. – Страшная-то какая. «Я зомба-а-ак! Я жру люде-е-ей!» – Миша немного покривлялся, делая вид, что кукла с диким рычанием нападает на девчонок, и кинул её Тане.

– Придурок, – незлобно проворчала Таня, еле поймав фигурку. Она попыталась пригладить кукле растопыренную юбку, непослушный пучок на голове, изображающий волосы, и поставила её обратно на подоконник.

– Всё, готово, – торжественно сообщила Лена.

Она огляделась, обдумывая, куда бы положить записку, чтобы Анна Сергеевна непременно её увидела, и положила её прямо на рюкзак учительницы. Уж тут-то она её точно не пропустит.

Ребята вышли на улицу, плотно прикрыли за собой дверь и огляделись.

– Анна Сергеевна!.. – покричали они на всякий случай.

Но ответа не последовало.

– Ну что, надо идти.

12

То же солнце, то же пение птиц, но лес уже не кажется таким дружелюбным. Не знаю… Что-то напрягает… Кажется, будто за нами всё время кто-то следит. Из-за деревьев, из-за кустов. Как будто кто-то идёт за нами. Нет, даже не идёт, а присутствует. Везде и всюду. Сказать ребятам о своих страхах? Засмеют! Прислушиваюсь, присматриваюсь, как шизик. Вроде бы и нет никого. Ребята болтают о разной ерунде, будто ничего не случилось. Смеются даже. Но Анна Сергеевна же пропала. Правильно ли мы поступили, что ушли, не дождавшись её?

13

– А если мы ещё больше заблудимся? – испуганно пробормотала Катя.

– Не бойся. Если знать некоторые тонкости, то невозможно заблудиться, – успокоила её Лена. – Во-первых, мы можем определить стороны света, и точно знаем, что нам нужно идти на север. Во-вторых, мы же идём не через какие-то дебри, вот она – тропа, значит, здесь ходили люди. Ну, грибники там какие-нибудь, охотники. Куда-нибудь она точно вы-ведёт.

– Ага, если только это не звериная тропа, – усмехнулся Василий.

– Звери не ходят по тропинкам, как люди, – принялась спорить Таня. – Ещё скажи, что они с корзинками тут ходили и грибы собирали.

– Нет, Вася прав, бывают звериные тропы. – Удивительно, но Лена поддержала Василия. – Только эта не похожа на звериную. Звери обычно помечают свои тропы продуктами жизнедеятельности.

– Какими продуктами? – захохотал Саня. – Тебе тут что, магазин, что ли?

– Жизнедеятельности! – громко и членораздельно повторила Лена. Она даже не улыбнулась и смотрела на него строго, как учительница.

– Что это ещё за продукты такие? – прищурился Саня.

– Неважно, – ответила Лена после небольшой паузы, во время которой задумчиво смерила Сашку взглядом, будто определяя, можно ли доверить ему столь великую тайну. – В общем, я уверена, что эта тропа выведет нас к дороге, или к реке, или даже к деревне.

– Успеть бы… – вздохнула Катя. – Как там бедная Анна Сергеевна…

Ребята погрустнели. Похоже, все сомневались, правильно ли поступили, когда ушли.

– Послушайте, – привлёк внимание одноклассников Стёпа. – Мне кажется или уже вечер? Неужели мы так долго идём?

Вокруг действительно смеркалось. Хотя по ощущениям они шли не больше пары часов.

– За разговорами время незаметно летит, – пояснила Лена.

– Но не до такой же степени, – усмехнулся Стёпа.

– Сколько уже времени? Посмотрите кто-нибудь.

Все как по команде достали телефоны.

– Два часа, – сообщил кто-то из ребят.

– Дня или ночи? – спросила Катя.

– Что за чушь! Конечно, дня! – Лену раздражали глупые вопросы. В другое время она бы ответила вежливее, но сейчас некоторые вещи заставляли её сомневаться в своей правоте, в знаниях, которыми она всегда гордилась. Вокруг происходило одно странное событие за другим, и она никак не могла найти им объяснение.

– Мне и ночь показалась слишком короткой, – сказал Миша. – Только уснул, а уже рассвело.

– Да, я тоже заметила, – поддержала его Таня.

– Связь есть у кого-нибудь? – спросил Стёпа, водя телефоном вокруг себя.

– Нет, – отозвались ребята, делая то же самое.

– Ребята! Вон, вижу дома! – радостно сообщил Мишка. – Дошли, кажется.

– Пойдём быстрее! Пока ещё светло, можно будет за Анной Сергеевной помощь отправить, – торопила Лена.

– Ну вот, видите, тропинка человеческая, а вы: «звериная, звериная», – передразнила Таня.

Но стоило только ребятам выйти из-за деревьев, как все оторопели. Несколько серых бревенчатых домов с маленькими окнами почти у самой земли, подёрнутые зелёным мхом крыши. И изгородь из длинных продольных жердей. Бесконечная, окружающая сплошным кольцом всё это поселение.

– Этого не может быть… – задумчиво нахмурилась Лена.

– Что это? – Катя растерянно посмотрела на друзей. – Это мы что, пришли обратно, что ли?

– Похоже на то… – Стёпа пристально рассматривал дома.

– Этого не может быть! – никак не соглашалась Лена. – Мы шли строго на север, никуда не сворачивали. Уже только поэтому мы должны были отойти от того места.

– Может, это какая-то другая деревня, похожая? – предположила Таня.

– А вот это больше похоже на правду. – Лена даже обрадовалась этому предположению. Если это другая деревня и другие дома, то всё сходится, всё логично, как и должно быть.

– Чего это тут по лесу столько заброшенных домов раскидано? Вам не кажется это странным? – спросил Вася.

– Не кажется! – прервала его Лена и первая полезла через изгородь.

Дома были удивительно похожи на те, откуда ребята ушли утром. Как будто близнецы! Такое же крыльцо с навесом. Вон у того дома ступенька сломана. На двери угловатая деревянная ручка. Даже запах такой же.

– Ребята, это тот же самый дом, – ошарашенно произнёс Мишка, когда они толпой ввалились внутрь.

Теперь-то уже все это поняли: на стуле аккуратной стопкой лежали вещи Анны Сергеевны. Там же, где их и оставили.

– Анна Сергеевна так и не вернулась? – с тревогой спросила Катя, хотя и так всем это было понятно.

– Что будем делать? – Все с надеждой посмотрели на Лену.

Лена молчала. Похоже, она впервые была в растерянности и не знала, как быть.

– Придётся снова остаться здесь. Вряд ли мы успеем дойти до деревни, – наконец сказала она. – Так быстро стемнело, хотя в это время года день достаточно длинный… Я не пойму, что это за природное явление. На затмение не похоже… – размышляла Лена.

А темнело действительно быстро. Ребята уже с трудом различали друг друга.

– И чего? Спать ложиться, что ли? – шёпотом спросила Таня.

– Какое «спать»? Время ещё детское! – возмутился Стёпа, но почему-то тоже шёпотом.

– Вы чего шепчетесь-то? – прошептал Мишка.

– Не знаю, – ответил Стёпа своим обычным голосом, но он прозвучал так странно и чуждо, аж до мурашек.

Ребята невольно заозирались по сторонам. Нет, громкий голос как будто был не для этого места.

– Да чего мы в темноте-то сидим? У нас же есть фонарики! – шёпотом обрадовалась Лена.

Ребята быстро достали телефоны и включили фонарики. Тьма тут же рассеклась несколькими световыми лучами и мгновенно отступила.

– Так-то лучше, – усмехнулся Саня, поглядывая в дальние углы, куда испуганно сжалась тьма.

– Хоть какая-то польза от этих телефонов, – назидательно прошептал Мишка.

– Ребят, у меня печенье есть. Будете? – предложила Таня.

– Давай, – шёпотом отозвались все.

– Хорошо, что мы рюкзаки с ребятами на машине не отправили, – произнесла Катя, – хоть какая-то еда осталась.

– Это да, – согласились с ней ребята. И даже Ленка Сидоркина на этот раз не стала укорять её за то, что она вовремя не предложила свою идею.

– Как думаете, что случилось с Анной Сергеевной? – спросила Таня.

– Надеюсь, ничего плохого…

14

Я, конечно, могу не показывать вида, что мне страшно, но только мне известно, чего это стоит. Даже сейчас, когда стало светло от телефонных фонариков, жуть всё равно легонько шевелит волосы на затылке, холодком забирается под одежду. Всё время кажется, что кто-то стоит за спиной и смотрит… Хочется оглянуться. Еле сдерживаюсь. Ребята тоже то и дело оглядываются. Наверное, у них такое же чувство. Но никто об этом не говорит.

Страшные тени ползают по стенам. Да всё я понимаю: это наши тени. От нас с ребятами. Всё равно страшно. Они как будто живут своей жизнью. То удлиняются, даже на потолок забираются, то становятся маленькими и прячутся где-то за спиной. Шевелятся, дрожат, некоторые вдруг раздваиваются.

15

– Ребят, кажется, у меня зарядка кончилась, – виновато сообщила Таня, кивнув на погасший телефон.

– У меня тоже, – отозвался кто-то из ребят.

– Гадство! – выругался Саня. – Вот ведь мы лохонулись. Додумались одновременно все телефоны включить! Сейчас совсем без света останемся.

– Даже не подумали, что батарейки могут сесть… – огорчилась Лена.

– И зарядить здесь негде, – вздохнула Таня.

Один за другим фонарики тускнели и гасли. У кого-то насовсем, из-за того, что разрядилась батарейка, кто-то сам выключил, чтоб спасти остатки заряда.

Тьма сразу навалилась, как толстое душное одеяло. А вместе с тьмой и тишина. Было слышно только дыхание ребят.

– Поиграйте со мной, – внезапно раздался громкий шёпот.

Казалось, он звучит отовсюду, возле каждого из детей.

Все замерли.

– Васька, прекрати! – прикрикнула Катя. – Не смешно уже!

– Ребят, ну честное слово, это не я! – принялся оправдываться Вася.

Ребята опять притихли. Было слышно дрожащее дыхание Кати, которое вот-вот перейдёт в плач.

Внезапно раздался смех. Тоненький, заливистый, совсем детский. И топот маленьких ножек. Это оказалось ещё страшнее, чем шёпот.

Кто-то из ребят быстро включил фонарик. Луч света судорожно задёргался по комнате, по лицам, разгоняя тьму и заставляя жмуриться. Вдруг он выхватил что-то большое, тёмное, и тут же погас.

– Игра началась, – раздался шёпот.

– Какая игра? Чего тебе надо?! – не выдержал Стёпка.

Но никто не ответил.

– Что? Загадки? Прятки? Догонялки? Что за игра? – выкрикнула Лена и попыталась включить фонарик. Но телефон ей как будто не подчинялся.

16

Тишина. Мы жмёмся друг к другу, чтобы хотя бы так чувствовать поддержку. Кто-то ходит рядом. Его не видно, но я чувствую. Его взгляд такой тяжёлый, что я ощущаю его кожей. Кто-то смотрит на нас из темноты. Смотрит и молчит, будто наслаждается нашим страхом. Или выбирает? Подходит ближе, заглядывает в глаза. Бывает, лёгкий ветерок касается лица. Это даже не ветерок, а движение воздуха, говорящее о каких-то шевелениях поблизости. Неприятное ощущение. Как будто он совсем близко. Видит меня, а я не вижу его. Пялюсь в темноту, как в пустое место, а там он стоит.

Я не понимаю, чего от нас хотят. Какие правила у этой игры? Может, нужно убегать? Чего все ждут?

17

Тьма постепенно рассеивалась, глаза стали различать очертания предметов. Ребята напряжённо вглядывались вокруг себя, стараясь как можно меньше шевелиться. Но чем светлее становилось вокруг, тем дальше отступал страх. Теперь уже стало понятно, что в комнате, кроме них, никого больше нет.

– Что за тупой розыгрыш! – возмутилась Лена.

– Кто-нибудь понял, что мы должны делать?

– Хоть бы какое-то объяснение было.

– Что за игра такая дебильная!

– Может, нас снимают? – предположила Таня. – Ну, знаете, все эти реалити-шоу. Наверняка везде скрытые камеры стоят.

– Точно! – согласились с ней одноклассники.

– Это незаконно, – спокойно ответила Лена. – Мы несовершеннолетние. Они не могут брать нас в реалити-шоу без письменного согласия родителей. И снимать на скрытые камеры тоже не имеют права.

– А может, родители дали согласие? Просто мы об этом не знаем, – предположила Таня.

– Мои точно не давали, – сказала Катя. – Они меня в этот поход-то с трудом отпустили. Лучше бы я дома осталась. А я ведь ещё уговаривала их…

– Вряд ли чьи-то родители дали такое согласие, – размышляла вслух Лена.

– Ребят, а где Саня? – вдруг спросил Стёпа.

Все принялись крутить головами в поисках приятеля. Вася даже под стол заглянул, подняв край скатерти. Саши нигде не было.

– Саня! Хорош прикалываться, выходи! – с усмешкой громко сказал Мишка, глядя на громоздкий шифоньер.

Ребята притихли в ожидании, что дверцы сейчас распахнутся и из шкафа выскочит довольный Сашка: «Ага! Здорово я вас напугал?» Это казалось таким явным, что ребята даже чётко представляли, как скрипнут дверцы, когда распахнутся. Но в комнате стояла тишина.

Мишка подошёл к шкафу и осторожно приоткрыл его. Ребята напряглись, будто ожидали, что из шкафа выскочит не Саня, а жуткое чудовище. Но нет, там вообще никого не было.

– Ничего не понимаю… – развёл руками Миша.

– Всё! Я больше не могу! – Таня резко встала, схватила свой рюкзак и торопливо направилась к выходу.

– Ты куда? – окликнула её Катя.

– Куда-нибудь! Подальше отсюда!

– А Аннушка? А Саня? Мы их что, здесь бросим?

– Вы понимаете, что их больше нет? – нервно крикнула Таня. – Нет больше Аннушки! И Сани больше нет! И мы все пропадём, если не свалим отсюда!

– Таня права, – задумчиво произнесла Лена.

– Ты о чём? А как же научное объяснение? – удивился Стёпа.

– А я и не говорю, что здесь что-то мистическое. Здесь явно ходит какой-то преступник, какой-то маньяк. И если мы отсюда не выберемся, то он нас всех тут прикончит.

– О чём вы говорите? – возмутился Стёпа. – А если они ещё живы? Если им нужна наша помощь? Конечно, сваливайте отсюда, спасайте себя!

– А ты давай, геройствуй! – закричала Таня. – Мы просто дети! Что мы можем сделать против маньяка?

– Мне кажется, это не человек, – задумчиво произнёс Вася.

– А кто? – в запале выкрикнула Таня.

– Не знаю… какой-то призрак или дух, – спокойно ответил Вася, как будто речь шла об обычных вещах.

– Прекрасно! Ну и оставайтесь со своими призраками, а я пойду к нормальным людям! – Таня решительно направилась к выходу.

– Таня! Подожди! Нам нельзя разделяться. – Лена кинулась за ней.

– Вот и не разделяйтесь, – бросила через плечо Таня.

– Ты заблудишься! Мы же совсем не знаем этого леса! – До самой изгороди Лена шла за ней и пыталась уговорить. Ребята вышли на крыльцо и наблюдали оттуда.

Таня вдруг резко остановилась и обернулась. Это произошло так неожиданно и быстро, что Лена нечаянно натолкнулась на неё.

– Я пойду по тропинке. Ты сама говорила, что так можно куда-нибудь выйти. Я приведу помощь. Но оставаться здесь и ждать, когда меня тоже утащат какие-то привидения или маньяки, я не хочу. – Её голос был уверен и спокоен.

– Но ты не можешь идти одна.

– Ребят, я пойду с ней, – вызвался Миша. – Таня права, нужно идти за помощью. А вы ищите Сашку и Анну Сергеевну. Так мы время не потеряем.

– Хорошо, – немного подумав, согласилась Лена. – Там будет развилка, мы в прошлый раз пошли направо и вернулись сюда, попробуйте свернуть налево. И отмечайте дорогу, чтоб обратный путь найти.

Таня подождала, пока Миша зашёл в дом за рюкзаком, и они вместе перелезли через изгородь и пошли в лес.

– Хоть бы у них всё получилось… – как заклинание шептала Катя.

18

– Слушай, Вась, а в твоих страшилках есть счастливые финалы? – с надеждой спросила Катя. – Может, какое-то противоядие от всего этого бывает или как там оно называется?

– Я ничего такого не слышал. – Вася с сожалением покачал головой.

– М-да… оптимистично, – задумчиво произнесла Лена.

– Давайте другие дома проверим, – предложил Стёпа.

– Проверяли уже, – ответила Лена.

– И что, предлагаешь просто так сидеть? Давайте ещё раз проверим! Может, маньяк где-то там прячется и Сашку с Анной Сергеевной там держит.

– Это не маньяк, а призрак, – настаивал Вася.

– Призраков не существует, – устало вздохнула Лена. У неё уже не было сил спорить.

– Тогда почему этот твой маньяк только в темноте появляется?

Лена не знала, что на это ответить. Но по сосредоточенному взгляду, по нахмуренному лбу было видно, что она усиленно думает.

– Если это не маньяк, то остаётся единственная разумная версия: это всё устроено с помощью технологий. Микрофоны, записанные звуки, и наверняка нас снимают на скрытую камеру. Потому что версия с призраком вообще провальная, я даже не хочу её рассматривать.

– Хорошо, давайте поищем микрофоны и скрытые камеры, – усмехнулся Вася. – Но я уверен, что мы ничего этого не найдём, потому что это дух. Все признаки есть. Свет гаснет даже на телефонах. Как человек мог это сделать? Даже если он маньяк. Это же не значит, что он настолько разбирается в технике, что может влиять на неё на расстоянии.

– Существуют какие-то гасители волн, они действуют на расстоянии, – спорила Лена.

– Ага, и разряжатели батареек, – усмехнулся Вася.

– Хватит уже спорить! – влез в их разговор Стёпа. – Давайте просто всё тут хорошенько осмотрим. Если здесь где-то прячется человек, то мы найдём хотя бы его следы. Если есть скрытая аппаратура, то тоже хоть что-то найдём.

Ребята обошли все дома, осмотрели всю мебель, но ничего не нашли.

– Ребят, мне кажется или опять вечер наступает? – Катя в недоумении смотрела вокруг.

Сумрак заметно сгущался. Ещё чуть-чуть, и снова наступит тьма.

– Я уже не понимаю, день сейчас или ночь, – рассеянно пробормотала Катя. – И который час, не понимаю. Всё так быстро чередуется… Сколько мы уже здесь? Два дня?

– Не думаю. – Лена задумчиво смотрела на небо. – Ни солнца, ни звёзд… Нужно прислушиваться к внутренним биологическим часам. Организм всё равно нуждается в бодрствовании и сне через определённое время. Спать пока не хочется, значит, ещё не ночь.

– Давайте зайдём в дом, – жалобно попросила Катя.

Никого не пришлось уговаривать. В доме, где есть крыша и стены, все равно чувствуешь себя в большей безопасности. Пусть даже здесь и творится что-то странное.

– Я предлагаю разделиться и спрятаться в разных домах, а не сидеть в одной куче и тупо ждать, кого следующего схватят, – сказал Стёпа.

– Ага, именно так и поступают герои в ужастиках: сначала разделяются, а потом их всех по одному маньяк и отлавливает, – хмыкнула Катя.

– Мы не в ужастике. А ещё есть поговорка: «За двумя зайцами погонишься – ни одного не поймаешь». Мне кажется, ты прав, – подумав, ответила Лена. – Так мы сможем запутать того, кто с нами играет. Он ждёт, что мы будем соблюдать его правила, а мы сделаем наоборот.

Ребята переглянулись. Прав-то прав, но кому-то теперь нужно решиться и перейти в другой дом. По тёмной улице. Но лучше сделать это как можно быстрее, пока не стало совсем темно.

Вдруг снаружи послышались какие-то звуки. Катя вцепилась в руку Лены, но не вскрикнула.

Звуки приближались. Теперь ребята отчётливо слышали шаги.

– Начинается… – прошептал Вася.

– Мы же спрятаться не успели, – простонала Катя.

Нервы, накрученные до предела страшилками, готовы были вот-вот лопнуть. Фантазия рисовала страшные образы. Сейчас дверь откроется, и…

Дверь распахнулась, и на пороге появились Таня с Мишей.

– Вы как здесь? – удивилась Лена и с облегчением выдохнула. Она чуть не задохнулась от напряжённого ужаса. Всё же увидеть знакомые лица гораздо приятнее, чем каких-нибудь чудищ. Пусть даже эти лица и не должны сейчас быть здесь.

– Мы сами не поняли, – развёл руками Миша. – Шли, шли, там, где тропинка раздваивается, пошли налево, как ты и говорила. Ещё прошли сколько-то. Вдруг опять начало темнеть, и мы вышли к этим домам.

– Я ничего не понимаю… Куда бы мы ни пошли, тропинка все равно выводит сюда… – Таня пожала плечами.

– Есть такие места, – спокойно сказал Вася. – Там нет ни времени, ни дня, ни ночи. Как будто временное болото. Они затягивают людей из реальности, и люди там пропадают навсегда. Про эти места говорят, но изучить их никому не удавалось, потому что обратного пути нет. Похоже, мы увязли.

– Васька, прекрати! Опять эти твои страшилки! Не до них сейчас. Всё серьёзно!

– Да куда уж серьёзнее. – Вася даже не улыбнулся. – Знаете, почему мы не можем отсюда уйти? Потому что игра началась. И пока она не закончится, нам не выбраться.

– Мы даже не знаем, что это за игра! – выкрикнула Лена и тут же спохватилась, оглянулась по сторонам, словно испугавшись, что её крик может разбудить кого-то.

– Вот поэтому мы проиграем… – тихо ответил Василий.

Повисла тяжёлая пауза.

– Ну что, мы будем разделяться? – напомнил о своём предложении Стёпа.

– В смысле? – удивился Миша.

– Мы решили спрятаться в разных домах, – пояснила Лена.

– Я остаюсь здесь! – настойчиво заявила Катя.

– Я тоже не вижу в этом смысла, – согласилась Таня. – Вместе не так страшно.

– Ага, и поэтому ты недавно решила бросить нас всех и уйти, – усмехнулся Вася. – Я за то, чтоб разделиться.

– Короче, ребят, времени нет. Я пошла в другой дом, – уверенно сказала Лена и направилась к выходу. У двери она немного задержалась, набираясь уверенности, выдохнула, затем толкнула дверь и вышла.

Следом выбежали Стёпа, Миша и Вася.

19

Опять начинается… Глаза в этой тьме ничего не видят, поэтому обостряется слух. Каждый шорох, тихий звук, даже тишайшее перебирание лапками мелкой букашки стократно отзывается в моей голове. Все эти мельчайшие звуки заставляют напрягаться и вздрагивать, выискивать среди них те, которые могут представлять опасность.

Призрак или реальный человек, в какой дом он сегодня зайдёт?

Скрип. То ли это ссохшаяся доска просто от старости подала голос, то ли на неё кто-то наступил.

Я напрягаю слух ещё больше. Старательно вглядываюсь в темноту. Но там ничего не видно. Может быть, он совсем близко, может, прямо передо мной, а я не знаю об этом. Страшно протянуть руку: вдруг она коснётся чего-то?..

– Поиграйте со мной, – раздался шёпот где-то совсем рядом.

Ну, всё, раз он здесь, значит, жертвой точно стану я… Захотелось плотнее прижаться спиной к стене и крепко-крепко зажмуриться. И будь что будет…

20

Начало светать, уже можно было различить очертания предметов, но никто из ребят не решался пошевелиться. Когда раньше сидели все вместе, было проще. Начинали видеть друг друга, каким-то образом понимали, что опасность миновала. А сейчас… Вдруг ещё не всё закончилось? Вдруг некто стоит где-то поблизости и наблюдает. Ребята изменили условия, и он тоже изменил. Теперь будет появляться не только когда темно. Ведь может же быть такое?

– Ребята, вы где? – раздался снаружи громкий крик Ленки Сидоркиной.

Настороженно оглядываясь, ребята вышли из своих укрытий.

– Все целы? – громко спросила Лена. – Фух, я думала, у меня сердце остановится. Он сейчас был в том доме, где я пряталась. Я думала, что всё, конец.

– Я тоже слышал голос. Было такое ощущение, что совсем рядом, – отозвался Стёпа.

– И я слышал. Страху натерпелся! Думал, он за мной пришёл, – выдохнул Миша.

– Ребята, Катя пропала! – в панике прокричала Таня, выскочив из дома.

– Как пропала? – удивилась Лена.

– Мы с ней вместе сидели, за руки держались. Я была уверена, что чувствую её руку, а когда рассвело, Кати рядом не оказалось. – Таня заметно дрожала не то от страха, не то от волнения.

– А рука? – вытаращился на неё Мишка.

– Что – рука?

– Ты говоришь, всё это время за руку её держала. Рука тоже пропала?

– Она вся пропала! Целиком! Я даже не заметила, в какой момент. Пока было темно, я чувствовала, что держу её за руку, а потом стало светло, а её нет.

– Ты видела, кто это был? Кто её утащил?

– Нет. Говорю же, темно было, я ничего не видела.

– Как такое вообще возможно? – удивился Миша.

– Мне тоже это кажется каким-то подозрительным, – прищурилась Лена. – Как это: ты её держала, а она пропала? Если бы я держала и почувствовала, что у меня из рук человека вырывают, я бы до последнего боролась.

– Что вы хотите сказать? – растерялась Таня.

– Да ничего. Просто странно это как-то, – хмыкнула Лена.

– Я даже не поняла, как она пропала. Её никто не вырывал, она не кричала, она как будто просто исчезла, растворилась в воздухе, – принялась оправдываться Таня.

– Ну-ну. – Лена смерила одноклассницу взглядом. – А почему тогда ты не пропала вместе с ней? Ведь вы же за руки держались. Как тебе удалось спастись? Мне кажется, ты что-то недоговариваешь.

Таня растерялась, не зная, что ответить.

– А где Васян? – Стёпа огляделся по сторонам.

– Вася! – крикнула Лена.

– Вася! – закричали ребята хором.

Но никто не ответил.

– В каком он был доме? – спросила Таня.

– В этом. – Стёпа указал на избушку поблизости.

Ребята кинулись к ней, кричали, звали приятеля, но Василий так и не отозвался.

В доме было пусто и тихо.

– Я хотел здесь спрятаться, а Васян меня опередил. Это получается, я пропал бы, если бы вперёд него сюда заскочил? Это что же, он вместо меня пропал?

– Необязательно, – ответила Лена и задумчиво пробормотала: – Почему в этот раз двое пропали?

– Потому что мы нарушили правила… – предположил Стёпа.

– Да какие правила? Нам никто ничего не объяснял! – возмутилась Лена. – Мы вообще не знаем, во что играем и с кем! Чтоб нарушить правила, нужно знать эти правила! В этой игре нет никакой логики, только случайность. Что бы мы ни предприняли, всё равно кто-то пропадает. Я терпеть не могу, когда нет логичного объяснения и правил!

– Не переживай, тебе недолго осталось мучиться, скоро мы все пропадём, – грустно усмехнулся Мишка.

– Вот уж нет. Я никогда не проигрываю! – твёрдо произнесла Лена и с вызовом посмотрела на Мишу.

Это да, Сидоркина никогда ни в чём не проигрывала, всегда занимала первые места. Где-то своим упорством, где-то знаниями, но всегда была первой.

– И как же ты собираешься выиграть? – поинтересовался Стёпа.

– Не знаю пока…

– Ребята! – откуда-то сверху послышался знакомый голос.

Все задрали головы и непонимающе уставились на потолок. Голос явно шёл оттуда.

– Васян? – неуверенно позвал Стёпа.

– Да, это я. – Наверху раздались скрипучие шаги, шорох, и вот открылась прямоугольная дверца прямо в потолке возле стены, а оттуда показалось довольное лицо Васи. – Ребят, подставьте вон ту лестницу.

Он кивнул на лестницу, лежащую на полу, на которую ребята даже не обратили внимание. Ну валяется какой-то хлам, это же заброшенные дома, почему бы тут не валяться лестницам?

Миша со Стёпой приставили её к стене, и Василий торопливо спустился.

– Круто ты спрятался! – восхитился Стёпа.

– Ага, – довольно улыбнулся Вася. – Я зашёл, а тут лестница, присмотрелся – наверху люк какой-то. Дай, думаю, залезу туда. Залез и лестницу уронил специально, чтоб никто не догадался, куда она ведёт. Ребят, я видел его… – Он вдруг посерьёзнел и вытаращил глаза.

– Кого? Маньяка? – спросила Таня.

– Тень. – Вася сделал паузу и посмотрел на ребят. – Там на чердаке окошко есть, я осторожно с краю подошёл и смотрел, в какой дом он пойдёт. А там – тень. Как будто человек, но тёмным сгустком.

– Прямо как из твоей страшилки, – поёжился Стёпа. – Тень без человека.

– Да это и есть очередная страшилка! – усмехнулась Лена. – Что вы, Ваську не знаете, что ли? А мы стоим тут, уши развесили, ждём, что он нам что-то важное скажет.

– Ребята, я не вру! Там правда была тень! – Вася даже как будто обиделся, что ему не верят.

– Ага, конечно, – кивнула Лена. – Как ты тень в темноте увидел? Чтоб получилась тень, нужен хоть какой-то источник света, а там было темно.

– Ну, я не знаю, может, это была не тень, а что-то похожее. Но я точно видел! Оттуда, сверху хорошо было видно, как тень бродила по улице, – настаивал Вася.

– Знаешь, Вася, это уже не смешно. У нас Катя пропала, а ты продолжаешь веселиться и рассказывать небылицы! – возмутилась Лена.

– Погоди, – остановил её Стёпа. – А куда она зашла, эта тень?

– Никуда, она вообще ни в какой дом не заходила, – ответил Вася.

– Ребята, ну что вы слушаете? Васе что-то от страха примерещилось, а вы верите! Даже если допустить, что эта тень – какой-то человек, просто в темноте Вася принял его за тень, но мы же слышали шаги и голос внутри дома.

– Даже внутри разных домов, – поправил её Миша.

– Вот именно. А ты говоришь, что эта тень оставалась на улице.

– Что видел – про то и говорю, – обиделся Вася.

21

– Ребят, как вы думаете, сейчас день или ночь? – спросила Таня.

– Не знаю… По моим ощущениям должен быть вечер: спать очень хочется, – предположила Лена.

– М-да… а вечером-то и не пахнет. – Стёпа, задрав голову, посмотрел на светлое небо, на котором не было ни облачка, но и солнца тоже не было.

– Скоро будет тебе вечер, – усмехнулся Вася, тоже посмотрев на небо. – Здесь это быстро происходит.

– Я предлагаю подготовиться, – встрепенулась Лена. – Пока ещё светло, мы должны осмотреться и занять выгодные места.

– Опять в разных домах?

– Мне кажется, в этом нет смысла. Мы уже попробовали и поняли, что он всё равно кого-нибудь утащит. И алгоритм его действий просчитать невозможно. – Лена задумалась, покусывая нижнюю губу.

Миша загадочно косился на девочек, пряча что-то в руке за спиной. Потом вдруг внезапно кинул в них это «что-то» и тут же захохотал. Девчонки завизжали, и это ещё больше развеселило Мишку.

– Ты считаешь себя нормальным? – строго спросила Лена. – Нашёл время для приколов.

– Где ты её взял? – Таня подобрала с земли куклу, сделанную из пучка травы.

– Да там валялась. – Мишка, хохоча, неопределённо махнул рукой. – Видели бы вы свои лица!

– Не смешно! – Лена сердито сдвинула брови.

– Обхохочешься как смешно! – веселился Миша.

– Хм, это уже вторая. Похоже, до нас тут был какой-то кукольник. – Таня задумчиво крутила куклу в руках. – Интересно, что с ним стало…

– Думаешь, тоже пропал? Может, это просто какие-нибудь столетние куклы, – предположил Миша. – Валяются тут ещё с древних времён. Может, с тех пор никого, кроме нас, здесь не было.

– Может, и так. – Таня рассматривала растрёпанную соломенную куклу. У этой нижний пучок не топорщился юбкой, а был разделён на две ножки.

– Может, это какой-то тотем или знак? – предположил Стёпа. – Вдруг они что-то значат? Ну, показывают направление, к примеру.

– Направление чего? – усмехнулась Лена.

– Да выбрось ты эту рухлядь! – Вася выхватил куклу из Таниных рук и не глядя закинул её куда-то в кусты. – Нашла время в куклы играть!

Таня с сожалением посмотрела туда, куда улетела кукла, но ничего не сказала.

В этот момент у Стёпки громко заурчало в животе.

– Что-то есть хочется. – Он виновато прикрыл рукой живот, так нагло выдавший его.

– Да, мне тоже, – согласился Миша.

– Как вы можете думать о еде в такое время! – возмутилась Лена. – У нас друзья пропадают, а вы!..

– А что мы? На сытый желудок думается лучше, – принялся спорить с ней Вася. – Я сейчас ни о чём другом думать не могу, только о том, что хочу есть.

– Ребята правы, – согласилась с ними Таня.

– У меня только хлеб, – после небольшой паузы сказала Лена, согласившись наконец, что поесть всё же нужно, но вслух это не признала.

– У меня вообще ничего нет, – развёл руками Миша.

– У меня, кажется, пара печенюшек ещё оставалась, – вспомнила Таня.

– Давайте посмотрим у ребят в рюкзаках, – предложил Василий.

– Ты что?! Нельзя по чужим рюкзакам лазить! – возмутилась Лена.

– А что ты нам прикажешь, с голоду тут умирать?! – в том же тоне ответил ей Вася. – Вряд ли эти рюкзаки им уже пригодятся. А нам, может, жизнь спасут.

– И всё равно, это как-то неправильно. – Лена уже не кричала, но её подсознание бунтовало против того, чтобы проверять чужие сумки.

Ребята пошли в тот дом, в котором остановились в самую первую ночь. Там остались все вещи их пропавших одноклассников.

– Тут тоже только хлеб, – комментировал Стёпа, проверяя рюкзак Сашки Прутикова. – А, нет, смотрите, два огурца!

– Ну, хлеб с огурцом – это уже что-то! – обрадовался Вася. – Ещё бы соль найти.

– Ребят, тут у Кати карамельки лежат, – с грустью улыбнулась Таня. – И бутылка с водой.

– Вода – это хорошо! Дай-ка мне. – Лена потянулась за бутылкой.

– А Аннушкин рюкзак будем смотреть? – неуверенно спросила Таня. – Как-то нехорошо, она всё же учительница.

– Будь она здесь, она бы поделилась с нами едой, – заверил её Вася.

– Но мы же не знаем, есть ли там еда. Там могут быть какие-то личные вещи, – замялась Таня.

– Мы не будем трогать никакие вещи, нам только еда нужна. – Вася решительно взял рюкзак Анны Сергеевны.

– Правильно, Васян, – согласился с ним Миша. – Мы ничего плохого не делаем. Мы просто пытаемся выжить.

Под строгим присмотром девочек Вася торопливо порылся внутри и достал большую консервную банку.

– О, смотрите, тут тушёнка! – обрадовался он. – А если бы не проверили, то так и сидели бы тут голодные, а банка спокойно лежала бы. Кому она нужна? Аннушке?

Девочки молча согласились с ним.

– Дай я открою, у меня есть с собой открывашка. – Миша взял банку, приставил к крышке консервный нож и стукнул по нему сверху ладонью. По дому тут же разнёсся аппетитный аромат тушёного мяса и пряностей.

Ребята принялись накладывать тушёнку на хлеб, размазывая её прямо пальцами, и есть.

– Мммм… Это блаженство!.. – промычала Таня, закатив глаза. – А я ведь терпеть не могу тушёнку.

– Ты ещё огурец укуси – вообще кайф! – советовал Стёпа.

– Ребят, смотрите, тут ещё телефон есть, – сообщил Василий, продолжив рыться в рюкзаке.

– Мы же договаривались не трогать личные вещи! – строго прикрикнула на него Лена.

– Но, послушай меня, это у нас единственный телефон, у которого не разрядилась батарейка.

– Ну-ка, дай мне его. – Лена протянула руку, и Вася послушно передал ей телефон учительницы.

– Не запароленный, – прокомментировала Лена.

– Какой от него толк? Всё равно связи-то нет, – пожала плечами Таня. – Позвонить мы никому не сможем. Да выключи ты его! Сейчас ещё и этот телефон разрядится, а заряжать здесь негде.

Лена выключила телефон. Но по её взгляду было понятно, что она что-то придумала.

– Ребят, я знаю, что нам нужно делать. – Глаза Лены сияли, как будто она лучше всех решила контрольную. Она обвела взглядом одноклассников, выдержала многозначительную паузу и продолжила, понизив голос, словно боясь, что её могут подслушать: – Мы поймаем его!

– Ка-а-ак? – Таня от удивления чуть не плюхнулась прямо на пол.

Лена знаками показала, чтобы все подошли ближе, и тихонько продолжила делиться планом:

– Очень просто. Нужно, чтоб два человека стояли у входа, один ослепит его фонариком, второй накинется сзади, а потом остальные набросятся. Только нужно сразу, чтоб он ничего не понял.

– Давайте мы с Михой его встретим, – шёпотом предложил Стёпа.

– Да легко! – согласился Миша.

– Только, ребята, будьте осторожнее, – взмолилась Таня. – Вдруг у него есть оружие?

– Он не успеет. Мы сразу на него накинемся, – заверила Лена. И ещё больше понизив голос, прошептала: – Он же не знает о наших планах.

– А как мы поймём, что он зашёл? Дверь же не открывается, – насторожился Миша.

Ребята в задумчивости замолчали. Всё получалось так запутанно. Как можно поймать того, кто входит в дом, не открывая двери?

– Будем на голос ориентироваться, – предложила Лена.

– У меня плед есть, можно на него накинуть и замотать, – вспомнила Таня и сразу полезла в свой рюкзак.

Плед оказался небольшой и тонкий, но чтобы ошарашить врага и сбить с толку – самое то.

– Давай ты будешь светить фонариком, а я сзади наброшусь на него и накину плед, – предложил Стёпа, обращаясь к Мише. Тот согласно кивнул.

– Ой, ребята, какие вы смелые! – восхитилась Таня. – Я бы так не смогла.

– Погоди хвалить, – остановила её Лена. – Ещё неизвестно, как всё получится.

– Темнеет, кажется, – сказал Василий, поглядывая в окно. – Сейчас начнётся.

22

Темнеет теперь быстро. Мне кажется, с каждым разом всё быстрее и быстрее. И светлый период вроде бы короче становится, а тёмный – дольше. Как будто ещё немного, и наступит кромешная тьма. Постоянная. От этой мысли становится жутко.

Мы притихли, прислушиваясь к тишине. Я не вижу никого из своих одноклассников, только примерно знаю, где они находятся. Сердце бьётся так сильно, что его слышу сильнее, чем все остальные звуки. Нужно прислушиваться, а удары сердца мешают. Как угадать, что тот, на которого мы все должны наброситься, уже пришёл? Он должен прошептать свою коронную фразу, да. Это ожидание невыносимо!

– Поиграйте со мной…

23

Как ни ждали ребята, а этот шёпот застал их врасплох. Кто-то из девчонок взвизгнул. Миша тут же включил фонарик. Светлый луч мигом разрезал тьму и нервно задёргался по стенам, по лицам, вдруг выловив огромный чёрный сгусток. И луч погас. Это было лишь мгновение.

– Стёпа, давай! – крикнул Миша.

Раздался шум, грохот, кто-то или что-то упало, какая-то возня на полу.

– Я держу его! Держу! Ребята, помогайте!

И вдруг какая-то сила будто оттолкнула всех, раскидав в разные стороны. Это не были чьи-то руки. Ребята могли поклясться, что это не был какой-то предмет. Это была именно сила. Как мощный ветер. Он одним рывком расшвырял ребят по комнате.

24

Очнулись они, когда уже рассвело.

– Что это было? – простонала Таня. – Мы поймали кого-нибудь?

– Все целы? – не глядя на ребят, спросил Василий.

– Я норм, – отозвалась Лена.

– Миха!.. – позвал Вася.

Но никто не отозвался.

– Мишка? – Вася подскочил на месте и огляделся. – Мишка пропал!

– И Стёпы нет… – заметила Таня.

– Они не могли раньше нас очухаться и выйти из дома, пока мы без сознания лежали? – предположила Лена.

Ребята, не договариваясь, вскочили и выбежали на улицу.

– Стёпа! Миша! – кричали они, но никто не отзывался.

– Может, они ушли за помощью? – предложила свою версию Таня.

– Ага, вслед за Аннушкой и остальными, – грустно усмехнулся Вася.

– Как же так? – растерялась Таня.

– На этот раз мы точно нарушили правила. – Лена пристально посмотрела на оставшихся одноклассников.

– Да какие правила?! Мы даже не знаем этих правил! – возмутилась Таня.

– Одно теперь знаем: игра каждый раз проходит в темноте. И нельзя темноту нарушать. – Вася по очереди посмотрел на девочек.

– И нападать на водящего нельзя, – добавила Лена.

– Что же, значит, нам отсюда никак не выбраться? – Таня была так напугана и расстроена, голос её дрожал, и казалось, что она вот-вот расплачется.

– Я выберусь любой ценой, – твёрдо ответила Лена. – Нужно просто хорошенько подумать. Не мешайте мне!

Лена отошла в сторону, остановилась и в задумчивости принялась тереть пальцами переносицу.

– Она обязательно что-нибудь придумает, главное – не мешать ей, – потихоньку, но уверенно произнесла Таня. – Я прям верю!

– Да, Ленка очень умная, – согласился с ней Вася.

– Как ты думаешь, сейчас день или ночь? – спросила Таня у Василия.

– Не знаю. – Вася посмотрел на небо. – Я даже не представляю, сколько сейчас времени.

– Аннушкин телефон же ещё работает! – вспомнила Таня. – Пойдём посмотрим.

Они поспешили в дом.

– У нас остался единственный неразряженный телефон, нам нужно его поберечь. Вдруг удастся как-нибудь позвонить и вызвать помощь? – рассуждала по пути Таня.

– Не удастся, – хмыкнул Вася, подобрав телефон на полу. – Он тоже разрядился.

Вскоре и Лена вернулась в дом.

– У нас больше нет работающих телефонов, – с ходу сообщила ей Таня.

– Это плохо. – Лена задумчиво нахмурилась.

– Ну что, придумала что-нибудь? – спросил её Василий.

– Я тут подумала, может, дело именно в этом доме? – Лена жестом подозвала ребят ближе и, сильно понизив голос, чтобы их никто не подслушал, продолжила: – Ведь вспомните, пропадали только из этого дома. И когда мы спрятались в разных, пропала Катя именно из этого дома.

Ребята задумались.

– А ведь ты права, – согласилась с ней Таня.

– Девчонки, вы как хотите, а я пойду в тот дом, где прятался в прошлый раз, – решительным шёпотом отозвался Вася. – Там отличное место на чердаке.

– Мы с тобой, – поддержала идею Таня и посмотрела на Лену, ожидая её согласия. Та молча кивнула. – И лестницу снова спихнём, как ты в тот раз.

– Ага, а кто нам её будет обратно приставлять, чтоб спуститься? – поинтересовалась Лена. Она всегда обдумывала решение на несколько ходов вперёд.

Ребята переглянулись. Идея с откинутой лестницей была очень хороша, но как потом спуститься?

– Я спрыгну и поставлю вам лестницу, – пообещал Вася.

– Тогда пойдём, – кивнула Лена. – Нужно успеть приготовиться до темноты.

Ребята поспешили в другой дом.

25

Чердак с треугольной крышей был достаточно просторным. Куча старой мебели, ставшей когда-то ненужной хозяевам, годами мирно покрывалась слоем пыли. Сундуки, стол, несколько ломаных стульев свалены в кучу, покосившийся комод, ещё что-то непонятное, снова сундуки. В другое время это могло бы вызвать интерес, но сейчас мысли ребят оказались заняты совсем другим.

Здесь не было окон, и свет проникал сквозь щели во фронтонах, украшая внутренности чердака причудливым полосатым рисунком. Тут было тихо и спокойно до появления детей. А теперь слежавшаяся пыль заволновалась из-за внезапного появления непрошеных гостей и возмущённо заплясала в лучах света дивными завихрениями. Лишь пауки невозмутимо продолжили плести свои ловушки. Словно у них был план заполнить весь чердак паутиной. Запылёнными клочьями свисали совсем старые паучьи ловушки, поблёскивали и переливались на свету новые липкие сети.

– Только здесь грязно, – виноватым тоном, будто он пригласил их в свою неприбранную комнату, сообщил Вася.

– Да я уже заметила, – ухмыльнулась Лена, осторожно ступая и стараясь ни к чему не прикасаться.

– Не страшно. Лишь бы сюда за нами никто не забрался. – Таня с опаской посмотрела на прикрытый люк, через который они только что поднялись.

– Да кто заберётся-то? Лестницу я откинул, окон здесь нет, чтоб через них мог кто-то залезть. Единственный вход – этот люк. Мы можем его завалить, – предложил Василий.

– А это мысль! – обрадовалась Лена. – Здесь полно рухляди, которая сгодится.

Ребята принялись стаскивать тяжёлые сундуки и ломаную мебель на люк. Перепачканные, но довольные своей работой, они любовались выросшей посреди чердака кучей лома.

– Теперь сюда точно никто не заберётся! – радовался Василий.

Темноты не пришлось долго ждать. Так же, как до этого свет лился сквозь щели на чердак, внутрь стала проникать тьма. Она просачивалась и заполняла пространство густой темнотой. Но ребята были уверены, что нашли безопасное место, поэтому оставались спокойны. Нужно просто переждать тёмный период. Молча, не выдавая себя. Не двигаться и не бродить туда-сюда, потому что от малейших передвижений старые доски под ногами несносно скрипели, обращая на себя внимание.

Ребята стояли, боясь шелохнуться, и прислушивались к звукам.

Раздался скрип. Где-то внизу. Как будто кто-то ступил на рассохшуюся половицу. Ребята напряглись: это случайность и дом стонет от старости или внизу кто-то есть? Ещё скрип. Затяжной скрежет, выворачивающий всё нутро, будто кто-то провёл когтями по стене. От этого звука зубы сводило и волосы на голове вставали дыбом. Пусть так, лишь бы не выдать себя, лишь бы тот, кто внизу, не догадался, где спрятались его жертвы. Кто-то явно бродил внизу. Скрип половиц выдавал осторожные шаги. Ребята изо всех сил старались не шевелиться и даже почти не дышать. Кто-то явно искал их. Медленно ступал, прислушивался, всматривался. Может, ему не придёт в голову обратить внимание на лестницу. Да даже если и придёт, ребята услышат, как он поднимает её, приставляет к стене – беззвучно это сделать невозможно. Ну поставит он лестницу, потыкается в люк, а поднять-то его нереально! Вон сколько хлама на него водрузили.

– Поиграйте со мной… – внезапно раздался шёпот совсем рядом. Здесь! На чердаке!

Это было так неожиданно, что девчонки не сдержались и завизжали. Да что там девчонки, уж на что Василий был мастак рассказывать страшилки и пугать друзей, а тут даже он вскрикнул.

Они в панике забегали, пытаясь спрятаться, натыкались в темноте друг на друга, не узнавали и пугались ещё больше. Наконец ребята нашли укромные места среди ломаной мебели и притихли. Кто где. Боясь пошевелиться, сказать слово, боясь поднять глаза и вдруг увидеть того, кто охотится на них.

Они дождались, когда тусклый свет начал проникать сквозь щели фронтонов, и полоски медленно поползли по стенам и полу, становясь всё чётче и чётче. Но даже тогда никто из ребят не решался первым заговорить.

– Вы как? – наконец спросила Лена.

– Я здесь, – отозвалась Таня.

– Вася? – позвала Лена.

Никто не ответил.

Девочки вышли из своих укромных мест и осмотрелись.

– Вася!

Василия нигде не было.

26

Разгрести вещи, сваленные на люке, оказалось очень трудным для девчонок. Вася старался, притаскивал сундуки потяжелее. Теперь им приходилось прилагать огромные усилия, чтобы освободить проход. И тут перед ними открылась новая проблема: лестница валялась на полу. Василий говорил, что он спрыгнет и приставит её, чтобы девочки смогли спуститься. Таня и Лена переглянулись. Прыгать было высоковато. Это когда смотришь снизу вверх, кажется, что не такая уж это и высота, а вот сверху всё воспринимается совсем иначе. Но кому-то всё равно придётся спрыгнуть.

– На цу-е-фа? – предложила Лена, пристально глядя Тане в глаза. Добровольно прыгать никому не хотелось.

Таня кивнула и выставила кулак. Не сводя друг с друга пристального взгляда, девочки трижды тряхнули кулаками и замерли. У Тани «ножницы», у Лены «камень». Всё понятно без слов.

Таня присела на край люка, собирая всю свою решимость, но ни напряжённые вдохи-выдохи, ни мысленные внушения, что это необходимо и важно, не могли заставить её спрыгнуть.

– Сейчас-сейчас, – бормотала она. И снова сосредоточенные вдохи-выдохи в попытке настроиться.

– Подожди! Может, здесь какие-то верёвки есть? – вдруг нашлась Лена.

Она кинулась к сундукам и принялась в них рыться. Верёвок там не оказалось, но обнаружились какие-то старые тряпки. Девочки кое-как связали их вместе. Теперь одной можно было спуститься по импровизированному канату. Раз уж Таня проиграла в «цу-е-фа», то спускаться пришлось ей. А Лена изо всех сил держала верёвку. Потом и она спустилась по приставленной лестнице.

– Как же так, Лен? Ведь Васька – он же такой, он же столько знает этих страшилок, его ничем не напугаешь. Мне казалось, он к любой ситуации был готов и знал, как из неё выбираться, – сокрушалась Таня.

– Значит, нет никакой разницы, где мы прячемся… – задумчиво произнесла Лена, не слушая, что говорит подруга.

– Бесит уже эта фраза! – выкрикнула Таня.

– Какая?

– «Поиграйте со мной», – скривившись, передразнила Таня.

– Да уж… Если выйдем отсюда, до конца жизни буду от неё вздрагивать. – Лена передёрнула плечами.

– Если выйдем… – задумчиво повторила за ней Таня.

– Брось киснуть! Выберемся! Обязательно выберемся! Всегда есть выход, в любой ситуации!

– Но как?

– Зря мы заранее на чердак забрались. – Лена задумчиво покусывала нижнюю губу. – Он наверняка узнал об этом.

– Ты так думаешь?

– Конечно! – хмыкнула Лена. – Нужно было в последний момент туда забираться, как Васька в прошлый раз.

– И что нам теперь делать? Может, ещё раз попробуем убежать отсюда? – предложила Таня.

– Думаешь, есть смысл? Сколько раз уже пробовали – и всё равно возвращались. Мы только потеряем время.

– Но что-то же надо делать! Или просто будем ждать, кого из нас он утащит?

– У меня есть план. – Лена притянула её ближе и зашептала в самое ухо, не забыв при этом прикрыть ладонями рот с обеих сторон, чтобы никто-никто больше не услышал ни слова: – Мы сейчас начнём делать вид, что готовимся. Будем громко обсуждать. Если здесь есть микрофоны или камеры, то пусть они видят и слышат то, что нам нужно.

– А что нам нужно? – не поняла Таня.

– Нам нужно их запутать и обмануть, – снова зашептала Лена. Затем, отодвинувшись и многозначительно взглянув на подругу, нарочито громко произнесла: – Ты говорила, где-то карамельки ещё остались?

Таня непонимающе посмотрела на неё, но, когда Лена подмигнула, тоже громко ответила, искоса поглядывая вокруг:

– Да, у Кати в рюкзаке были.

– Будем делать вид, что не боимся их и просто заняты своими делами, – снова зашептала ей в ухо Лена.

Девочки достали конфеты, выбрали по одной и принялись непринуждённо болтать, посасывая карамель.

– Знаешь, мне не нравится, как стоит этот стол, – специально громко сказала Лена.

– Да? А что не так? – удивилась Таня, поглядывая на стол возле окна.

– Давай его переставим, – предложила Лена и, не дожидаясь ответа, подошла к краю стола.

Таня пожала плечами и встала с другой стороны. Она не понимала, чего хочет Лена, но чувствовала, что всё это – часть её плана.

Девочки передвинули стол. Лена отступила на шаг назад и критически осмотрела его на новом месте.

– Да, так лучше, – со знанием дела сказала она. – А теперь переставим шкаф.

– Ты что! Смотри, какой он огромный! – ужаснулась Таня.

– Но он же явно не на своём месте, – убеждала Лена.

– Что за бред? – поморщившись, шёпотом спросила Таня.

– Так надо. – В голосе Лены было столько уверенности, что Таня поверила в важность этой перестановки.

Девочки взялись вдвоём с одной узкой стороны и, кряхтя, попытались сдвинуть громоздкий шкаф. Такое чувство, будто он врос в пол. Даже не шелохнулся! Девочки ещё напряглись, поднажали, чтобы хоть немного отодвинуть его от стены. Шкаф недовольно крякнул, скрипнул и нехотя на чуточку поддался.

– Ну вот, сейчас будет полегче, – обрадовалась Лена.

Таня совершенно не понимала, зачем они двигают здесь мебель. Вся эта затея казалась настолько бессмысленной, что она просто автоматически выполняла то, что ей говорила подруга.

– Куда мы его переставим? – поинтересовалась она.

– Сейчас, ещё немного… Тяжёлый, гад… – пробормотала Лена, силясь сдвинуть шкаф.

Толстые деревянные ножки со скрипом медленно продвигались по полу, оставляя след.

– Я больше не могу!.. – взмолилась Таня.

Лена заглянула в щель, образовавшуюся между стеной и шкафом. Она шла углом, сужаясь к другому краю.

– А больше и не надо, – улыбнулась Лена и заговорщицки подмигнула подруге.

И только тогда Таня поняла, ради чего они затеяли всю эту якобы перестановку. Вовсе не для того, чтобы расставить мебель по фэншуй. Они подготовили себе место, где смогут спрятаться. А чтобы тот, кто, возможно, следит за ними, не догадался об их замысле, создали весь этот спектакль.

– Какая ты умная, Ленка! – восхитилась Таня.

– А то! – Лена горделиво вскинула подбородок.

Вскоре стемнело. Тьма в этих местах наступала стремительно, не давая опомниться.

– Рано ещё, – напряжённо бормотала Лена, поглядывая в окно.

Таня молча ждала команды, готовая в любую секунду сорваться и спрятаться за шкаф.

Когда уже достаточно стемнело, но девочки ещё могли различать в полутьме друг друга, Лена кивнула: пора. И они торопливо укрылись в убежище, которое сами же и приготовили. Таня подальше, а Лена у самого выхода.

Теперь оставалось ждать.

Тьма сгущалась, накидывая свой чёрный платок на всё вокруг.

Внезапно Лена схватила Таню за руку и потащила из укрытия. Та растерялась:

– Ты что? Мы же… – Она не успела договорить, Лена быстро прикрыла ладонью её рот и торопливо зашептала:

– Тсс!.. Если ты догадалась, то и они могли догадаться. Поэтому мы их снова обманем.

Она быстро распахнула дверцу шкафа и юркнула внутрь, Таня за ней.

– Давай будем сидеть тихо-тихо, и нас никто не заметит, – шёпотом предложила Лена. – Во всяком случае, если кто-то попытается забраться в шкаф, мы об этом сразу узнаем. Ты, главное, молчи!

Это было разумно. Девочки притихли.

Тишина стояла такая пронзительная, что, казалось, звенит в ушах.

Внезапно тонкий заливистый смех резанул тишину как ножом. Девочки вздрогнули и прижались друг к другу.

– Поиграйте со мной… – раздался шёпот снаружи.

Девочки замерли.

Он точно знает, что они в доме, в этом не было сомнения.

В шкафу так темно и душно… Здесь тесно, но места для двоих достаточно. Вот бы ещё была возможность подсмотреть, что творится там, снаружи.

– Ты слишком громко дышишь! – шёпотом возмутилась Лена. – Так нас сразу найдут!

– А я твоё дыхание слышу, – отозвалась Таня.

– А если это… – вдруг осенило Лену. – Если это не мы с тобой, а кто-то ещё?..

От этой мысли стало вдруг так жутко! Что, если в этом тёмном, маленьком замкнутом пространстве сейчас находится тот, от кого они прячутся? Девочки во все глаза пытались рассмотреть, но они даже друг друга не видели.

– Поиграйте со мной. – Снаружи снова раздался шёпот и резвый топот маленьких ножек.

Девочки испуганно жались друг к другу. Их осталось только двое. И кто-то из них прямо сейчас исчезнет. Если бы можно было предугадать, кто это будет…

– Прости… я не собираюсь проигрывать! – пробормотала Лена и что было силы внезапно толкнула одноклассницу к выходу. Туда, откуда доносились звуки.

Таня вскрикнула от неожиданности. В одно мгновение в её голове пронеслось столько мыслей! Почему Лена это сделала? За что? О ужас, её крик, наверное, привлёк внимание, и теперь всё, конец. В оцепенении она стояла посреди комнаты и боялась пошевелиться. Да что там пошевелиться, она даже глаза открыть боялась! Так и стояла: обняв себя за плечи, крепко зажмурившись и мысленно прощаясь с жизнью.

Ничего не происходило. Наконец Таня решилась открыть глаза. Уже начало светать. Значит, можно не опасаться.

– Лена, он ушёл, можешь выходить, – вполголоса пробормотала Таня. – Я так испугалась, когда ты меня толкнула. У тебя был какой-то план? Слушай, я ничего не поняла, но, мне кажется, он сработал: нас никто не тронул. Лена?..

Таня замерла и насторожённо осмотрелась. Ей никто не ответил. Из шкафа не исходило никаких звуков.

Едва переводя дыхание от волнения, боясь увидеть именно то, о чём она догадывалась, Таня подошла к шкафу. На всякий случай снова позвала:

– Лена?.. Ты там? Не пугай меня…

Дрожащей рукой она потянулась к дверце и осторожно открыла её. В шкафу никого не было…

27

Никого больше не осталось. Я совсем одна. Никак не могу сдержать слёзы. Наревелась уже до икоты! Потому что страшно и я не знаю, что мне делать. Полнейшая растерянность и ужас. Такое чувство, что мне никогда не выбраться отсюда. Останусь здесь – буду следующей жертвой. Пойду в лес – всё равно вернусь обратно. Это какое-то мистическое место, мы уже пробовали уходить и всё равно возвращались. Как там Васька говорил? «Мы увязли»? Вот, точно, увязли! Мне никогда отсюда не выбраться.

«В итоге все они исчезли, и больше их никто не видел…» – так, кажется, заканчивались Васькины истории… Сегодня моя очередь. Потому что больше никого нет. Не знаю, что страшнее: когда сидели толпой и гадали, за кем следующим придут, или сейчас, когда я точно знаю, что придут за мной.

Скоро уже стемнеет. Может, и не прятаться вовсе? А какой в этом смысл? Просто сидеть и ждать, когда всё закончится. И почему именно я осталась?

Ожидание выматывает.

Я посмотрела на шкаф, который мы с Леной двигали. В полутьме его ещё пока видно. Там, за ним, и правда получилось укромное место. А что, если сработает? В прошлый раз мы здорово их запутали. Их или его – я даже не знаю.

Для меня одной за шкафом достаточно места, если уж мы с Леной там свободно поместились. Как только стемнело, я торопливо юркнула за шкаф – надеюсь, никто этого не видел, – и затихла…

Вот-вот раздастся этот противный шёпот. Нет, сначала шаги. Обычно он ходит, скребётся или что там ещё, а потом начинает говорить.

Тишина. Может, там и нет никого? Почему никто не просит поиграть?

Я осторожно продвинулась к краю шкафа. Едва дыша, выглянула.

Темнота. Полнейшая темнота. Я изо всех сил напрягла глаза, пытаясь разглядеть хоть что-то. Сердце тарабанит в ушах, мешая слушать. Органы чувств от такого напряжения будто начали играть против меня. Слышались какие-то звуки: то стоны, то шорох, то внезапно смех или быстрый топот. В темноте мерещились образы. Я могла бы поклясться чем угодно, что только что видела, как мимо прошла Анна Сергеевна. Прошла и тут же растворилась дымкой. А вон там у стены стоят… ну да, точно, Вася и Миша. Это на самом деле или только мерещится? Я окликну их и сразу выдам себя. Но если они настоящие? Если им нужна помощь? А если мне только кажется и на самом деле здесь никого нет? Или маньяк специально как-то всё это сделал, чтобы выманить меня? Может, это какие-то спецэффекты? Нет, я ни за что не выйду!

Я забилась ещё дальше за шкаф. Здесь настолько тесно, что даже голову не повернуть. Просто нужно переждать, когда тьма рассеется.

– Тебе страшно? – раздался шёпот где-то совсем рядом, сзади.

Я дёрнулась, чтоб обернуться, но лишь упёрлась носом в стенку шкафа. Я как будто в ловушке, в которую сама себя загнала. Но позади совсем нет места для ещё одного человека! Я готова поклясться чем угодно, что там никого нет. Только голос. Точнее, шёпот.

– Я не трону тебя, ты уже выиграла. Ты осталась одна. Что ты хочешь за победу? Хочешь уйти отсюда? Только пообещай никогда никому не рассказывать, что здесь произошло.

– Верните моих друзей! – не раздумывая, выкрикнула я и сама испугалась своего громкого голоса. Как будто здесь только шёпот имел право звучать.

– Ты правда этого хочешь? – шипел голос.

– Да!

– Тогда нужно продолжить игру. Теперь тебе нужно водить, – после небольшой паузы произнёс голос.

– В смысле?

– Нужно найти, где они спрятаны. А спрятаны они в самом лучшем месте. Ты хочешь водить в этой игре? Скажи это.

– Я хочу водить!

– Теперь ты водишь. Ищи! Игра началась.

Легко сказать – «ищи». Где искать-то? С другой стороны, если голос сказал «ищи», значит, они ещё пока живы, просто где-то спрятаны. Нужно поторопиться, пока светло. В темноте я точно не найду. Хм, в самом лучшем месте… Где же это может быть? Этот участок мы с ребятами обошли вдоль и поперёк! Если бы здесь было такое замечательное место, то уж, наверное, сами спрятались бы там. Нет здесь таких мест!

Я снова обошла все дома, осмотрела всё вокруг. Уж не в лес ли он их утащил? А что, может, там, в лесу, где-нибудь есть землянка? Да нет, если бы ребят тащили, то они сопротивлялись бы, а остальные их услышали бы. Но всё происходило слишком тихо. Были бы видны какие-то следы. А Катя? Она вообще исчезла из моих рук! Хоть Лена и говорит, что всё можно объяснить научно, но здесь происходит что-то совсем не научное.

Вдруг мой взгляд упал на куклу из тонких прутьев, которую мы с Катей когда-то нашли. Я подошла к подоконнику и взяла куклу в руки. Не знаю, что меня натолкнуло на мысль. Если честно, очень глупо – думать, что куклы как-то связаны со всем этим, но… Я оглянулась по сторонам. Здесь же нет никого, меня никто не видит. Если я сейчас совершу великую глупость, об этом всё равно никто никогда не узнает и уж точно не будет смеяться надо мной. Но эти куклы… Вот эта и та, которую мы нашли позже во дворе. Они такие странные. И появляются внезапно, из ниоткуда. Может, здесь есть и другие куклы? Просто мы не обращали на них внимания.

Я выбежала во двор. Помнится, здесь тоже была кукла из соломы. Кукла-мальчик. Она появилась… Я никак не могла припомнить… К тому времени уже Катя пропала, кажется. А значит, и Сашка. А первая кукла, кукла-девочка, появилась, когда пропала Анна Сергеевна. Впрочем, она могла там валяться ещё задолго до нашего прихода.

Но чем больше я об этом думала, тем больше мне нравилась эта версия.

Единственная возможность узнать, права ли я, – найти всех кукол.

Вот она! Та самая, соломенная, которую Васька в кусты забросил! Еле нашла в такой высокой траве. Что ж, если найду ещё пять, то моя версия подтвердится. Успеть бы до темноты…

28

Я собрала всех кукол, которых нашла, и сложила их в том доме, где мы все вместе ночевали. Ровно семь штук. Как и моих пропавших друзей, включая Анну Сергеевну. Четыре куклы-мальчика и три куклы-девочки – всё сходится! И что теперь? Что дальше делать? Если моя идея верна и куклы – это люди, то как мне их превратить обратно?

Ждать, когда придёт тот, кто нас пугает? Или хватать их и бежать подальше отсюда? Но куда? И что я скажу родителям ребят? Вот, возьмите куклу, это ваш сын?

И я просто уселась на пол среди всех этих соломенных человечков…

И тут я заметила её – ту самую тень, о которой говорил Вася. А ему никто не поверил. Я готова была увидеть страшного маньяка, ведь преступники не бывают красивыми. Или группу людей, которая внезапно выскочит из-за угла с радостными криками, что съёмка окончена, я достойно выдержала все испытания и награда ждёт победителя. Что угодно, но только не это… Тёмный сгусток, по форме похожий на человека, уверенно и быстро приближался ко мне. Нет бы удирать скорее, прятаться, но от ужаса я словно окаменела. Просто тупо стояла и смотрела, как нечто приближается. Это были всего лишь какие-то секунды. Доли секунд. И тёмный сгусток коснулся меня. В какой-то момент я почувствовала холод и невыносимую тоску, от которой скручивало живот.

– Игра закончена, – прошептал голос.

И всё. Лишь тьма…

29

Яркий утренний свет врывался в маленькие окошки и бесцеремонно прыгал по сонным лицам детей, заставляя просыпаться.

– Васька! Из-за твоих страшилок мне такая чушь приснилась! – Лена, потягиваясь, сурово смотрела на Василия.

– И мне, – сжалась Катя.

– Чуть что – сразу Васька виноват, – проворчал Василий. – Мне, может, каждую ночь ужастики снятся, я же никого не обвиняю!

– Вот наснится тебе всякая ерунда, а ты потом людей пугаешь, – засмеялся Саня Прутиков.

– Это я настоящие истории вообще-то рассказываю, не сны! – возмутился Вася.

– Да ладно, Вася, не сердись. Мне тоже сегодня твои страшилки приснились, – миролюбиво сказала Анна Сергеевна и потрепала Васю по волосам.

Таня сидела на полу и растерянно смотрела на одноклассников. Неужели получилось? Она подняла руки перед лицом, пошевелила пальцами. Да, однозначно, получилось! Она жива! И одноклассники её живы! Но, похоже, они ничего не помнят, воспринимают всё произошедшее как сон. Ну и пусть так будет.

Она хотела что-то сказать, но, видимо, от пережитого голос совсем не слушался. Ей пришлось откашляться.

– Нужно скорее уходить отсюда! – наконец заторопила Таня приятелей.

– А что такое? – удивилась Катя.

Таня пристально посмотрела на неё, будто обдумывая, что можно говорить, а что нет.

– Мне здесь не нравится. Да и до темноты нужно успеть, – сказала она.

– Успеем, – усмехнулся Миша. – Ещё только утро.

Таня промолчала. Уж она-то знала, как быстро может меняться день с ночью. Но, похоже, сейчас ей никто не поверит.

Ребята собрались и вышли на улицу.

– Странно как-то. – Лена задумчиво смотрела на небо. – Вроде бы день, светло, а солнца нет.

– Эх, Сидоркина! А ещё отличница! – хохотнул Миша. – Тебе не приходило в голову, что оно может быть за деревьями?

Лена озадаченно хмыкнула, покрутила головой, глядя на небо, и хотела что-то сказать, но тут её внимание привлёк возглас Степана:

– О, смотрите, ворота! – обрадованно воскликнул он. – А мне почему-то казалось, что здесь нет входа.

– Странный ты! Как это может не быть входа? – усмехнулась Лена, забыв про солнце.

– Но сюда-то мы через забор перелезали.

– Может, просто не заметили. Все были уставшие, проще было перелезть, чем бродить вокруг и искать. Вы пошли по пути наименьшего сопротивления, – с улыбкой пояснила Анна Сергеевна.

Таня с удивлением смотрела на закрытые ворота. Она могла поклясться, что их тут раньше не было. Вообще не было! А сейчас появились. Но утверждать это – означало рассказать и обо всём остальном.

Стёпа снял верёвочное кольцо с деревянного столбца, и калитка легко отворилась. Её даже не пришлось подталкивать. Как будто она только и ждала, когда ей дадут свободу.

Все вышли наружу.

Таня обернулась. Неужели теперь им удастся уйти отсюда? Ведь все условия игры выполнены. Сколько она здесь пробыла? Кажется, целую вечность.

Ребята уходили всё дальше и дальше в лес. Здесь скоро будет развилка, и, куда бы они ни свернули, тропинка снова приведёт их к заколдованному месту. Все остальные это забыли, но Таня-то помнила. В груди нарастала тревога. Они всё шли и шли по лесу. Таня с волнением вглядывалась в просветы между деревьями.

– Вон они! Я их вижу! – вдруг где-то впереди раздался радостный крик.

Ребята вытянули шеи. Из-за деревьев навстречу им выбежали встревоженные люди, а среди них мальчишки, которые вчера уехали на машине в Малиновку.

– Мы вас уже искать пошли! – взволнованно кричал Серёга.

– Ждали, ждали вчера, а вы так и не пришли, – подтвердил Колька Цыплаков. – Мы уже переживать начали, не случилось ли чего.

– Дядя Максим вчера ездил обратно, искал вас, сигналил. – Серёга кивнул на того самого мужчину, который вчера довёз их.

– А где Маруся с Оксаной? – забеспокоилась Анна Сергеевна.

– Они там. – Антон неопределённо махнул рукой куда-то назад.

– Не волнуйтесь, девочки у меня в доме, – подтвердила пожилая женщина. – Марине помощь оказали, всё хорошо.

– Мы ребят накормили, спать уложили, а сегодня с утра вас пошли искать, – вступил в разговор дядя Максим.

– А вы что, заблудились? – восторженно спросил Антон.

– Нет, мы вышли на какое-то заброшенное поселение, там и заночевали, – ответила Анна Сергеевна.

– Какое поселение? – удивилась женщина.

– Здесь нет никаких поселений. – Мужчина с сомнением посмотрел на учительницу: уж не сошла ли она с ума?

– Ну как же? – растерялась Анна Сергеевна. – Там… избушки…

– Да вы, наверное, просто набрели на охотничью избушку! – догадался мужчина.

– Да, наверное, – задумчиво повторила Анна Сергеевна. – А до Малиновки далеко ещё?

– Так почти пришли. Вон там, за холмом, уже и Малиновка будет. – Женщина махнула рукой в сторону. – Видите, вдалеке деревья редеют? Там и дорога.

– Я же говорила, что здесь невозможно заблудиться! – обрадовалась учительница.

Чем ближе ребята выходили к просвету, тем отчётливее слышались звуки жизни: шум машин, крик петухов, лай собак. Да, там точно деревня.

– Ты чего такая молчаливая? Случилось что-то? – поинтересовалась Катя у подруги.

– Нет, всё прекрасно! – улыбнулась Таня, отвлёкшись от своих мыслей.

Таня сорвала тонкую ветку берёзы и принялась задумчиво обрывать с неё листья. Листочки крепко держатся. Нужно приложить усилие, отогнуть в обратном направлении так, чтобы черешок сломался у основания. Под ним, на месте слома – едва начала формироваться новая почка. Из неё появится новый лист. В следующем году. Появился бы, если бы Таня не сломала ветку.

К этому телу ещё нужно будет привыкнуть. Но в целом оно подходит. Здоровое и молодое. Она уже забыла, как когда-то выглядело её настоящее тело. Какое счастье, что школьники забрели в то заброшенное поселение. Очень редко кто-то по своей воле соглашается занять место водящего. Обычно люди до последнего спасают свою жизнь и не думают помочь друзьям. Сколько лет она просидела в этом заброшенном поселении? Шестьдесят? Да больше уже! А ведь когда-то тоже рискнула спасти своих друзей. Ничего, скоро эта бедолага разберётся, что ей нужно делать. А потом найдёт способ, как выбраться. Она-то ведь нашла.

Руки привычно прикладывали тонкие веточки, перегибали их в нужных местах. Даже не приходилось задумываться, что делать. Сколько она накрутила таких кукол за эти годы! Пора отучаться от дурной привычки! Таня забросила недоделанную куклу в кусты и улыбнулась.

Эпилог

– Ребята! А как же я? – крикнула изо всех сил, но не услышала свой голос. Ничего. Ни одного звука. – Ребята, подождите меня!

Как же так? Они ушли без меня, просто прошли мимо и даже не заметили, как будто я – пустое место. Если бы не я, они навсегда остались бы здесь.

– Ребята! – Я потянула к ним руки и оторопела: лишь бесформенная тень тёмным облаком поднялась в направлении моих друзей.

Как они могли меня здесь оставить? Обидно до слёз! Ведь это я их спасла!

Одноклассники уходили всё дальше в лес, а среди них… я. Я? Как же так? Ведь я – вот она, здесь! Как же вы не видите, что она – это не я!

Я снова бросилась за ними, но что-то удержало меня, не пропустило дальше сплошной изгороди, которой окружено это поселение.

– Ребята! – снова безрезультатно крикнула я.

А мои друзья со смехом удалялись по тропинке. Деревья уже полностью их скрыли. И только та, которая стала мной, лишь однажды обернулась.

И тут я начала понимать. Всё сложилось. Я сама согласилась на эти условия… А что, если?.. Я не уверена, что получится, но всё же попробовала прошептать:

– Поиграйте со мной…

Получилось…

Затерянные в сторис

1

Дождевая вода тонкими, быстрыми струйками стекала по боковому окну, искажая всё, что виделось за ним. Полина поймала себя на мысли, что уже не пытается вглядеться в проносящийся мимо пейзаж, а смотрит на это мутное пятно, не различая, где дома, а где деревья. Да и что можно было разглядеть в этот пасмурный осенний вечер? Вот и в душе так же: мутно и слезливо, как картинка за окном.

Дорога была на удивление ровной, машина плавно покачивалась. В наушниках звучала грустная мелодия, поддерживая и без того плаксивое настроение Полины. Она не хотела переезжать. На прежнем месте её всё устраивало. Школа, в которую она ходила уже седьмой год и давно свыклась со всеми её правилами. Одноклассники, с которыми была «на одной волне», ну, почти со всеми, за исключением нескольких, но и с теми держала ровные отношения. Петров из десятого, чьё внимание уже почти удалось привлечь. Квартира, в которой у неё было своё личное пространство.

А здесь что?

Родители хоть и говорили, что им обещали хорошее жильё, но обещать можно что угодно, а как всё получится на самом деле? С кем придётся учиться в одном классе? Сплошная неизвестность. А ещё дождь, который Полина терпеть не могла. Уж если новое место встречает её таким мерзким дождём, то ясное дело, ничего хорошего тут не ожидается.

Полина вздохнула и пригладила волосы. Одна ярко-синяя прядь выделялась среди чёрных даже в полумраке. От природы у Полины были русые волосы, она называла их «скучно-серые» и уже год как красилась. Пришлось покапризничать, чтобы выклянчить мамино согласие.

Семь часов пути. Это же немного? Всего семь часов. Всё равно что отсидеть день в школе. Возможно, не так уж и далеко она уехала от друзей. Полина достала телефон и зашла в соцсети. Слава Всевышнему, связь есть! И Танюха, как всегда, онлайн.

тут же просигналило сообщение от подруги. Наверное, увидела, что Полина в сети.

быстро набрала Полина.

– Поль! По-о-оль! – Стёпка, сидящий рядом с ней на заднем сиденье автомобиля, нетерпеливо потыкал её в бок.

– Чего тебе? – скорчив недовольную мину, Полина повернулась к брату.

– Смотри, у меня зуб шатается! – Он открыл рот и пошевелил языком верхний резец.

Полина, закатив глаза, вздохнула и снова отвернулась.

– быстро набрала она двумя пальцами и, немного подумав, добавила несколько рыдающих смайликов.

Мессенджер молчал. Машина въехала в зону, где не было сети.

– Отлично… – тихо пробубнила Полина.

– Стёпа, не лезь грязными руками в рот! – не оборачиваясь, строго сказала мама.

– А я не руками! Я языком! – радостно сообщил он и снова потыкал в бок сестру: – Поль, а ты так можешь? – Стёпка широко улыбнулся и потолкал языком зуб, отчего тот смешно задрыгался.

– Не могу. Отвали уже! – Полина прибавила громкость в наушниках и отвернулась, прошептав: – Уродец…

– Я всё слышу! – пригрозила мама, многозначительно взглянув на дочь. – Разве можно так на брата?

Поля не ответила. Всю дорогу, все семь часов переезда, у неё было ужасное настроение. Родители о чём-то говорили между собой, мама с увлечением крутила головой, пытаясь хоть что-то рассмотреть, как будто это имело значение. Стёпка то и дело приставал ко всем с очередной глупостью. Только Полина ни с кем не разговаривала, мысленно жалела себя под грустную мелодию, звучащую в наушниках. Ну почему именно сейчас родителям вздумалось переехать?! Разве плохо им жилось на прежнем месте? Полина провела пальцем по дорожке, оставленной с той стороны стекла дождевой слезинкой, и вздохнула. Ну да, родителям пообещали хорошую работу, вот они и сорвались. Решили всё за пару дней. И за себя, и за неё. Полина даже не успела как следует попрощаться с друзьями. Эх, и почему ей всего тринадцать?! Ещё бы несколько лет, и она уже закончила бы школу, поступила бы куда-нибудь, и тогда уже не пришлось бы таскаться всюду за своей семьёй, у неё была бы своя собственная взрослая, самостоятельная жизнь, в которой даже не нужно просить разрешения, чтобы покрасить волосы. Полина представляла, что теперь её жизнь будет состоять только из унылых дождливых дней в окружении незнакомых людей непременно с отвратительными лицами. И это никогда не закончится!

Вдруг машина остановилась. Полина вопросительно взглянула на родителей. Мама с радостной улыбкой повернулась к ним, и Полина неохотно выключила плеер.

– Ну, кажется, всё, мы приехали! – объявила мама.

Папа, прищурившись, вгляделся в табличку на доме, затем достал из кармана сложенный вчетверо лист бумаги, сверился.

– Да, похоже, это наш дом, – подтвердил он.

– Уже можно выходить? – нетерпеливо заёрзал Стёпка.

– Только куртку накинь, – ответила мама.

Стёпка торопливо кое-как нахлобучил капюшон и, не всовывая руки в рукава куртки, выскочил наружу. Полина открыла дверцу со своей стороны, но выходить не спешила, она оглядела улицу, поражающую своей простотой и геометричностью. Совершенно одинаковые двухэтажные домики располагались в строгом порядке, никаких заборов вокруг них, дорожки чётко очерчены, а деревья посажены в одну линию и ровно подстрижены. Если бы не валяющиеся повсюду опавшие листья, нарушающие порядок, то картина была бы слишком идеальной. Аж до противности правильной. На улице никого не было. Даже звуков машин не слышно. И лая собак. Оно и неудивительно, в такую-то погоду. Наверняка люди закрылись в этих своих одинаковых домах, ели одинаковый ужин и смотрели один и тот же фильм по телевизору.

– Мне тут не нравится, – поморщилась Полина.

– Почему? – удивилась мама. – Смотри, какие чудесные, уютные домики!

– Тут всё такое… ненастоящее. Такое чувство, будто тут все люди – близнецы.

– Ну что ты такое говоришь? – усмехнулась мама.

– Посмотри, какое тут всё одинаковое. И деревья как будто кто-то специально подстригал по одному шаблону.

– Не вижу в этом ничего плохого. Наоборот, о таком порядке можно только мечтать. – Мама взяла сумку из машины и, вжав голову в плечи, словно это могло спасти от дождя, торопливо направилась к домику с тёмными окнами, по пути успевая оглядеть небольшую полянку перед ним. – Весной мы посадим тут цветы, а здесь можно поставить скамеечку. Получится очень красиво и уютно.

– Мам, ты заметила, что здесь ни у кого нет цветов и скамеечек? Может, это тут нельзя делать?

– Глупости! Нет такого закона, который запрещает цветы выращивать. – Мама добежала до крыльца и остановилась под навесом. – В крайнем случае можно их здесь в горшках расставить.

Полина вздохнула. Мама всё ещё считает её маленькой и ставит под сомнение все её доводы.

– А мне здесь нравится! – Стёпка, перескакивая из одной лужи в другую, разбрызгивал вокруг себя фонтаны.

– Степан, выйди из лужи! – строго сказала мама, возясь с замком. Возле неё стоял папа с большой коробкой и молча ждал, когда же откроется дверь и можно будет избавиться от тяжёлого груза. Наконец маме удалось повернуть ключ, она распахнула дверь и с улыбкой повернулась к своей семье: – Добро пожаловать домой!

Стёпка вприпрыжку поскакал к ней. Полина неохотно вылезла из машины. Прищурившись от моросящего дождя, огляделась. «Какие же всё-таки они одинаковые, – подумала снова, разглядывая дом напротив. – Хоть бы в разные цвета покрасили, что ли. Похоже, что в них даже шторы из одной ткани сшиты». Вдруг ей показалось, что в окне второго этажа шевельнулась занавеска. Полина в ожидании задержала на ней взгляд, но больше никаких движений не было.

– Полина! Ну ты идёшь? – позвала мама.

– Иду! – отозвалась Полина и, перескакивая через лужи, поспешила к дому. На крыльце она немного помедлила, затем резко оглянулась и посмотрела на тёмное окно по соседству. Занавеска тут же дёрнулась и опять затихла. Полина задумчиво нахмурила брови и зашла в дом.

2

Стёпка носился по комнатам, изучая планировку и проверяя все тайные закоулки, где можно было бы при случае спрятаться, а потом, выскочив оттуда с диким криком, хорошенько напугать маму или Полинку. Папу пугать не имеет смысла – он, наверное, вообще ничего не боится. Это был первый переезд в Степкиной шестилетней жизни, поэтому он наслаждался каждым мгновением как праздником. Ведь это безумно интересно: сначала сообщить всем друзьям о переезде, и они будут расспрашивать обо всём и втайне завидовать, потом собирать вещи по коробкам, потом долго-долго куда-то ехать, а потом обследовать новый дом, который поначалу кажется каким-то волшебным замком, потому что Стёпка раньше никогда не жил в двухэтажном доме, внутри которого даже есть лестница.

– Мам! За нами подглядывают, – сообщила Полина, зайдя в дом.

– Кто? – удивилась мама.

– Так. Куда бы нам убрать документы?.. – будто сам с собой разговаривал папа, не обращая внимания на слова Полины, занятый лишь мыслями о коробке, будто ценность её содержимого была настолько огромной, что всё другое вокруг не имело значения. Документы и важные бумаги – это единственное, что они привезли сами, не доверив посторонним.

– А вон там, в доме напротив, – ответила Полина, – в окно кто-то пялится. Я видела, как занавеска дёрнулась.

– Ну и ладно. Соседям же интересно, кто приехал. – Мама мельком взглянула в окно, будто проверяя слова Полины, но тут же повернулась к папе: – Поставь пока куда-нибудь. Потом всё разберём.

– Вот и смотрели бы в открытую, зачем прятаться-то? Как будто мы кусаемся… – Полина неторопливо сняла плащ, покрутилась на месте, присматривая, куда его можно повесить, и в результате оставила на перилах лестницы.

– Ох, ну ничего себе! – воскликнула мама, открыв холодильник. – Тут даже продукты есть!

На полках, пестря разноцветными этикетками, стояли консервные банки.

– Может, мы не в тот дом зашли? Может, тут уже кто-то живёт? – предположила Полина.

– Да нет же! Это точно тот адрес, который указан на документах, – сказал папа, снова достал сложенный вчетверо лист бумаги, нашёл глазами нужную строчку и утвердительно кивнул. Затем порылся в коробке с документами, достал оттуда тонкую синюю папку: – Вот договор. Смотрите, прописаны все условия: жильё, адрес такой-то. Всё верно.

– Да, это тот адрес, – подтвердила мама, заглянув в документы. – Странно… Впервые сталкиваюсь с подобным.

– А я не вижу ничего странного, – сказал папа, убирая договор обратно в коробку. – Фирма борется за хороших работников, поэтому обеспечивает их всеми условиями для проживания. Почему бы нет? Подумаешь, немного продуктов в холодильнике! Может, это аванс. Фирма побеспокоилась о том, что её новые работники приедут в дом голодными, вот и закупила продукты в счёт будущей зарплаты. Так что ничего странного.

– Значит, это можно есть? – на всякий случай уточнила мама.

– Ну конечно! – воскликнул папа.

– Знала бы – не стала б закупаться. А то я, вон, всяких каш понабрала, – сказала мама, пристраивая в шкаф пакетики с крупами.

Она принялась суетиться на кухне, на скорую руку готовя ужин из обнаруженных в холодильнике и шкафах консервов, попутно проверяя, что где лежит, и осваиваясь на новом месте.

– Тебе помочь? – спросила Полина.

– Нет, я сама, – сказала мама, даже не оглянувшись и не переставая рассматривать одну банку за другой, тут же что-то помешивать, резать, накрывать на стол.

Полина, тщательно скрывая своё любопытство, стараясь выглядеть как можно безразличнее, направилась изучать дом. Комнаты уже были обставлены незнакомой мебелью, отчего возникало ощущение, что они в гостях или в каком-то отеле. Чисто, ни единой пылинки, как будто в доме прибрались как раз перед их приездом. Полина нехотя отметила, что ей здесь даже нравится. Она провела рукой по гладким перилам и проследила взглядом вверх, куда вела лестница. Ей ещё никогда не приходилось жить в двухэтажном доме. И среди её знакомых не было таких, кто жил бы в подобном доме. Да и вообще, такие дома она видела только в фильмах. Полина поднялась на второй этаж, не включая свет, зашла в одну из комнат. Свет от уличного фонаря проникал сквозь тюль и придавал какую-то таинственность этой незнакомой комнате, обставленной просто, но уютно. Подойдя к окну, Полина выглянула на улицу. Там по-прежнему шёл дождь. Кажется, он стал ещё сильнее. Быстрые капли стучали в стекло и, собираясь в ручейки, стекали вниз. Свет фонаря выделял из темноты лужайку перед домом и одно из деревьев. Мокрые, отяжелевшие листья срывались с крон и падали вниз, не кружась. Прохожих не было. Тёмные окна дома напротив, затаившись, смотрели на неё. Ни одного движения. Может, ей тогда показалось? Или это сквозняк шевелил занавеску? Или кот? А вовсе не злобные, недовольные соседи, которые тайком за ними подсматривают. Может быть, всё не так уж и плохо? И здесь у неё найдутся новые друзья, а с прежними можно будет созваниваться и приезжать друг к другу в гости. Тут всего-то семь часов пути. Полина, спохватившись, достала телефон и набрала номер подруги – они же не разговаривали с утра! И теперь неизвестно, когда снова увидятся.

«Абонент разговаривает по телефону…» – сообщил приветливый женский голос бота. Затем короткие гудки… Полина немного подождала и снова набрала номер. Опять занято! С кем можно болтать так долго?! Хотя, зная Таньку, чему тут удивляться? Полина снова задумчиво уставилась в окно.

От мыслей её отвлёк брат, радостно ворвавшийся в комнату:

– Полька! Тебя зовут ужинать! – выкрикнул он и тут же, не дожидаясь её ответа, побежал обратно, грохоча по лестнице.

Похоже, он уже освоился здесь.

Полина пошла за ним следом. Все уже сидели за столом.

– Еле её нашёл, такой дом огромный! – восторженно делился впечатлениями Стёпка.

– Тебе здесь не нравится? – спросила мама, глядя на унылое выражение лица дочери.

– Не знаю, – пожала плечами Полина и постаралась сделать ещё более страдальческую мину.

– Просто сегодня погода плохая, да и мы приехали уже вечером, когда единственное желание – поесть и лечь спать. Завтра днём посмотришь, как здесь красиво, – обнадёжил папа.

– А мне уже сегодня нравится! – с набитым ртом воскликнул Степан.

Полина взглянула на брата и вздохнула.

– А наши вещи когда привезут? – спросила она. – Там мой ноут… с ним ничего не случится?

– Что с ним может случиться? – усмехнулся папа. – Транспортная фирма вполне серьёзная, думаю, что завтра все вещи и твой компьютер будут уже здесь. А вообще – я тебе говорил, чтоб ты его с собой в машину взяла. Но ты же лучше всех всё знаешь!

– А завтра утром я провожу вас до школы, – сказала мама. – Всё там разузнаем, посмотрите ваши классы, познакомитесь с одноклассниками, с учителями.

От этих слов Полина поёжилась, словно ей вдруг стало холодно. Уже завтра? Так быстро? Она боялась появляться в новой школе и в то же время не хотела себе в этом признаваться. Но чем ближе становился момент, когда она появится перед новыми одноклассниками, тем чётче осознавала свой страх. Он закрадывался за воротник и холодной рукой водил по спине до тех пор, пока не побегут мурашки. Отсюда и плохое настроение, и недовольство, и разные глупые мысли. Быть новичком – это то ещё испытание. Подруги таких ужасов понарассказывали! Говорили, что новичкам разные проверки устраивают, могут подшутить как-нибудь неприятно, или запросто прозвище какое-то обидное дадут, даже не разобравшись, хороший человек или плохой. И ходи потом до конца своих дней с этим прозвищем. Вон, у Таньки знакомая есть – хорошая девочка, но в первый день у неё коса расплелась, так мальчишки её Горгоной прозвали. Танька говорит, что так и приклеилось прозвище. Полина эту девочку не знала, но Танькиным словам доверяла – подруга всё же. А подруга плохого не пожелает. Полина посмотрела на Стёпку. Беззаботный и радостный, как будто завтра его не будут с любопытством разглядывать и обсуждать. Хотя ему-то что! Он в своём первом классе проучился-то всего две недели, вряд ли за это время успел перезнакомиться со всеми одноклассниками. Полина вздохнула и поковырялась вилкой в тарелке. Даже аппетита нет, хотя в дороге они лишь немного перекусили.

– Попробуй, это очень вкусно! – уговаривала мама.

– Да, необычный вкус, – подтвердил папа. – Никогда раньше такое не ел.

Полина нехотя попробовала. И удивлённо вскинула бровь. Это на самом деле было очень вкусно. И необычно. Вкус как будто растекался по всему телу, вытесняя мысли, переживания, заполняя собой всё. Не хотелось думать ни о чём постороннем, а вот пробовать новые вкусы хотелось.

– Ну вот, подкрепились, теперь нужно ложиться спать. Завтра вставать рано, – сказал папа.

– А как мы спать будем? – спросила Полина. – Бельё-то мы с собой не взяли.

– Да, что-то мы не подумали… Нужно было хотя бы постельное в машину положить… Ну ничего, сейчас придумаем что-нибудь, – пообещала мама.

– Я могу и без белья! – радостно сообщил Степан.

– Конечно. Ты же уродец. Тебе вообще можно на коврике у двери постелить, и ты будешь счастлив, – вздохнув и закатив глаза, тихо сказала Полина, словно нечаянно произнеся мысли вслух. Но всем было понятно, что это не нечаянно, и кому адресовались эти слова, тоже было понятно.

– Ну, Поля! Сколько можно? – возмутилась мама.

– А чего я такого сказала? – удивилась Полина. – Посмотри на него: как питомец. Ест как свинёныш, и никакой пользы от него.

– А где мы будем спать? – спросил Степан, которому, казалось, весь этот переезд доставлял только удовольствие, а слова сестры он пропускал мимо ушей.

– Наверху, на втором этаже, – ответил папа.

– Можно выбирать любую комнату? – обрадовался Стёпка.

– Ага, разбежался! – грозно сказала Полина, чтобы хоть как-то остудить его радость. – Сначала я себе выберу, а тебе – что останется.

– Там все комнаты хорошие, можно в любую заселяться, – усмехнулся папа.

– Нет, я выберу себе сама! – настаивала Полина.

– А я первый! – Стёпка выскочил из-за стола и помчался к лестнице.

Полина, даже не подумав, тут же инстинктивно рванула за ним, уже по пути соображая, что ведёт себя не как взрослый тринадцатилетний человек, а как мелкая шестилетка. Но эти мысли не остановили её. Полина мчалась вверх по лестнице, стараясь обогнать шустрого брата, опередила его и быстро ворвалась в комнату, вид из окна которой ей приглянулся. Сердце бешено колотилось, будто она победила в каком-то суперважном соревновании и получила главный приз. Едва переведя дыхание, Полина, довольная собой, оглянулась, ожидая увидеть расстроенного брата, но тот, вполне счастливый, выглядывал из дверей соседней комнаты и улыбался. Полина даже фыркнула от досады: стоило так мчаться, забыв о своей взрослости, если Стёпке изначально понравилась другая комната.

– Ну и на здоровье! – буркнула Полина.

Она включила свет, подошла к кровати и, откинув покрывало, удивлённо воскликнула:

– Мам! Тут всё застелено!

– И у меня тоже! – откликнулся Стёпка из своей комнаты.

– Ну вот, а ты говоришь, что здесь плохо, – ответила мама, поднявшись по лестнице. – Видите, как нас тут встречают: дом обставленный, продукты в холодильнике, даже постели приготовили к нашему приезду. Нет, это просто замечательное место! – Она зашла в комнату Полины и улыбнулась: – У тебя здесь очень уютно.

– Представляешь, если сейчас кто-то зайдёт и заругается: «Чего это вы в мой дом забрались?» – страшным голосом изобразила Полина. И ей самой стало жутковато от этой мысли.

– Не зайдёт и не заругается, – заверила её мама. – У нас ключ от этого дома. И по договору этот адрес прописан, я посмотрела. Нет, здесь правда очень уютно. – Мама подошла к окну и поправила занавески.

– Моих вещей не хватает, – ответила Полина. – Вот завтра всё привезут, я расставлю по местам, и тогда это уже действительно будет моя комната. А пока я как будто в гостях.

– Ну, это-то конечно, мне тоже не хватает домашней обстановки, – согласилась мама. – Ладно, ложись спать. Завтра у нас очень много дел. Нужно ведь уладить всё в школе, встретить машину с вещами, да и вообще, как подумаю, сколько тут ещё нужно сделать, – голова кругом идёт… Ладно… Будем думать об этом завтра. А сейчас спать. Спокойной ночи, моя дорогая. – Мама поцеловала Полину и вышла из её комнаты, чтобы уложить Степана.

Полина разделась и забралась в постель, которая оказалась невероятно мягкой и удобной, а бельё приятно пахло. Впервые за этот долгий день она улыбнулась. Может, и правда в этом переезде нет ничего страшного? Может, это просто новый виток её жизни? Вдруг Полина спохватилась, вскочила с постели и принялась рыться в карманах своей одежды в поиске телефона. Ведь ей же непременно нужно было позвонить подруге! Если ещё недавно она хотела только жаловаться, то теперь можно было рассказать о чудесном доме и о том, как удивительно здесь всё подготовили к их приезду. Полина торопливо набрала номер и с улыбкой приложила телефон к уху, ожидая услышать знакомый голос Таньки. Но в ответ раздались короткие монотонные гудки.

– Опять занято… – раздосадованно произнесла Полина. – Вот болтушка!

Она поводила пальцем по сенсорному экрану, выбирая иконку соцсетей. Открыла список сообщений, нажала на верхнее – переписка с Танюхой.

– «Была в сети два часа назад», – прочитала она надпись вверху.

Полина покачала головой и быстро написала сообщение:

Подумала немного и добавила три недовольных смайлика.

Затем быстро пролистала вкладки, выбрала видеозапись, отвела в сторону руку с телефоном, нажала большим пальцем на кнопку внизу.

– Всем привет, – улыбнулась Полина своему отражению, но, представив, что это увидят другие люди, смутилась. – Мы доехали. Это наш новый дом. Это моя комната. Завтра покажу. Вы ведь хотите это увидеть? – Она снова улыбнулась, стараясь вложить в улыбку как можно больше интриги, и отключила запись.

Пересмотрев, загрузила запись в сторис. Затем положила телефон рядом с подушкой, легла и принялась ждать…

3

– Подъём! Проспите в школу в первый же день!

Полина нехотя разлепила глаза и тут же закрыла их снова. Смена места жительства не означала, что она вдруг стала с охотой просыпаться по утрам. Привычки остались прежними. Минуточку!.. Смена места жительства? Полина резко подскочила в постели и осмотрелась. Ну конечно! Сон как рукой сняло. Сегодня же нужно идти в новую школу! Полина поморщилась и, рухнув обратно на постель, закуталась с головой в одеяло. А ведь ей уже начинало здесь нравиться. Если бы только не новая школа…

– Полина, вставай давай. Опоздаешь, – сказала мама, стягивая с неё одеяло.

Полина нехотя села, свесив ноги с кровати.

– Тебе во сколько на работу? – спросила она.

– Я сегодня не пойду. А папа уже ушёл. – Мама откинула штору с окна, и в комнату тут же ворвался яркий утренний свет. – Мы с ним договорились: он попросит, чтоб я с завтрашнего дня вышла. Нужно же вещи встретить, да и вас одних как я отпущу?

Полина задумчиво болтала ногой, касаясь босыми пальцами солнечного луча. Вдруг её осенило:

– Мам! А школьная форма-то вместе с другими вещами!.. Её же только сегодня привезут. В чём идти-то? Может, и мы сегодня не пойдём? Подождём машину с вещами? Тебе же нужна будет помощь.

– М-да… Что-то мы не подумали про форму… Вот что значит второпях собираться. – Мама потёрла переносицу. – Но я думаю, в первый день можно и в обычной одежде сходить. К тому же мы не знаем, может, в этой школе форма другого цвета, так что старая не подойдёт. Вот сегодня сходим и всё разузнаем. Вставай давай, Стёпка уже давно позавтракал.

Мама вышла из комнаты, а Полина вздохнула и принялась одеваться. Да, ничего не поделаешь, придётся взять себя в руки и встретиться с одноклассниками. Не будешь же прятаться от них всю жизнь. Везёт Таньке, собирается себе спокойно в школу и не переживает, как её примут в классе, потому что все её знают как облупленную, никто не будет рассматривать и обсуждать. Полина взяла телефон и набрала номер подруги.

– Да что такое! Опять занято! – возмутилась она, поводила пальцем по экрану, открывая страничку соцсетей. – «Была в сети два часа назад», а сообщение не прочитала!

– Что-то до Танюхи дозвониться не могу… Всё время занято, – пожаловалась Полина, когда зашла на кухню.

– Бабушка тоже не отвечает, – ответила мама. – Вчера ей звонила и сегодня опять. С кем она может так долго разговаривать?..

– С Танькой, наверное, – усмехнулся Стёпка.

– Ага, смешно. – Полина скривила лицо, передразнивая брата. – Прямо клоун! Надо было тебя в цирк сдать. Может, хоть денег за тебя дали бы.

– Поля! – Мама решила вмешаться, чувствуя, что перепалка может затянуться.

Полина снова, на этот раз молча, передразнила брата, и не успела она сесть за стол, как вдруг раздался звук. Тихий, но неприятно завывающий, как будто мучили кого-то. Причём не здесь, а в потустороннем мире – вот такое мерзкое завывание, от которого по спине пробегали мурашки, как от холода. Звук шёл из соседней комнаты.

– Что это? – Полина удивлённо посмотрела на маму. Никогда раньше она не слышала подобного.

Мама пожала плечами, похоже, для неё этот звук тоже был незнакомым. Она растерянно посмотрела на детей и осторожно вышла из кухни. Полина и Стёпка пошли за ней. Прислушиваясь, они прошли в зал и остановились. Завывания определённо шли отсюда. Из угла.

– Да это же телефон! Обычный стационарный телефон. – Похоже, мама даже обрадовалась, что завывания шли именно оттуда. Одно дело, когда ты знаешь, откуда исходят такие странные звуки, пусть даже это обычный телефон, который и звучать-то должен по-другому, и совсем иное, когда их издаёт некто неизвестный. – Вот уж не думала, что кто-то в домах ещё пользуется такими.

– Разве телефон может так мерзко сигналить? – на всякий случай усомнилась Полина.

– Как может, так и сигналит, – ответила мама и сняла трубку: – Да?

– А я думал, что это игрушка, – разочарованно произнёс Стёпка.

– Ага, игрушечный зомби с ужасным голосом, – усмехнулась Полина и направилась обратно на кухню. – Нужно поменять рингтон, пока он нас всех до инфаркта не довёл.

– Да, это я… да, конечно… да… но… да, я поняла… сейчас… – Мама разговаривала по телефону, и по её выражению лица дети поняли, что разговор ей не очень нравится. Полина остановилась в проходе и выжидающе смотрела на мать.

Мама закончила разговор, положила трубку и на какое-то время затихла, словно обдумывая то, что сейчас услышала. Потом повернулась к детям:

– Придётся вам самим в школу идти, – с грустью сказала она.

– А как же?.. – Полина так и не смогла закончить вопрос и просто развела руками.

– Ну, вот так, – в том же тоне ответила ей мама. – Только что позвонили с фабрики, сказали, что за работу нужно приниматься с сегодняшнего дня, иначе договор будет расторгнут и нас отсюда выселят.

– А чего они такие злые-то? – возмутилась Полина. – Ну подумаешь, один день же всего! Завтра бы ты вышла на работу.

– Они не злые, а строгие, – поправила мама. – Раз у них такие правила, то нельзя их нарушать. Сказали, если с сегодняшнего дня по договору прописаны обязательства, то именно с сегодняшнего дня их нужно исполнять. Я и так уже опоздала, штраф наложили.

– Ну почему опять я должна с ним нянчиться? – Полина брезгливо покосилась на брата.

– Полина! – Мама строго посмотрела на неё. – Ты видишь, какая у нас ситуация?

– А как же вещи? А как в школе всё это делается – я же не знаю!

– Ты же большая девочка, справишься сама, – сказала мама, торопливо надевая плащ. – Ваши документы из прежней школы уже пересланы, так что проблем не должно быть. За Степаном там присмотри. А вещи, может, вечером привезут. С работы придём – тогда и разберёмся. Так… вот ключ от дома. Ну всё, я побежала. Полина, я надеюсь на тебя. – Мама взяла дочку за плечи, на какую-то секунду замешкалась, пристально глядя ей в глаза, и Полину вдруг охватила такая необъяснимая тоска!.. Будто они прощались не на несколько часов, а на всю жизнь. Мама обняла её, потом прижала к себе Стёпку. – Ну ладно, вечером увидимся.

Мама ушла, а Полина ещё какое-то время не могла отогнать от себя то непонятное чувство тревоги, так и стояла, глядя на закрытую дверь. Всё идёт не по плану, а когда план вдруг начинает рушиться – это очень сбивает с мысли. Конечно, спокойнее было бы идти в школу с мамой. Пока Полина предавалась бы своим переживаниям, мама решала бы там разные вопросы. А так ей самой придётся и кабинет искать, и узнавать, кто у неё классный руководитель, да и вообще. Хотя, может, это и к лучшему? Тогда времени на переживания совсем не останется.

Ещё за этой мелкотой присматривать… Полина посмотрела на брата, вздохнула и отвернулась.

– Не переживай! Справимся! – уверенно кивнул Степан, который, казалось, ни капли в этом не сомневался.

– Ага, справимся… А ты знаешь, где школа? – Полина только сейчас поняла, что там, за дверью, незнакомая местность, в которой она совершенно не ориентируется.

– Ну так спросим у кого-нибудь, – ответил Степан.

Полина вздохнула: ну вот, ещё одной проблемой больше. Разговаривать с незнакомыми людьми – то ещё испытание.

4

Правильно папа вчера сказал, что при ясной погоде улица будет выглядеть по-другому. Солнце подсушило дождливые слёзы, природа улыбалась яркими осенними красками, и Полине, несмотря на напряжение от свалившейся на неё ответственности, вдруг тоже захотелось улыбнуться.

– Простите… – обратилась Полина к солидному мужчине в строгом сером костюме.

Она уже хотела задать вопрос, но мужчина, даже не взглянув на неё, прошёл мимо. «Нехорошо быть таким невоспитанным, – подумала Полина. – Даже если куда-то спешишь, можно же вежливо ответить».

Полина растерянно покосилась на брата, а он терпеливо выжидал от неё каких-то действий. Ведь она старшая.

– Здравствуйте! – Поля подбежала к рыжеволосой женщине, которая вела за руку мальчишку ростом чуть поменьше Стёпы.

Уж эта-то должна им помочь. Женщины, у которых есть ребёнок, по-доброму относятся к чужим детям.

Нет, видимо, это не то место, где хорошо относятся друг к другу. Здесь все куда-то спешат, не обращая внимания на посторонних. Женщина тоже торопливо прошла мимо, даже не ответив на приветствие. Такое чувство, если Полина споткнётся вот прямо здесь, на дорожке, то эти люди просто перешагнут её и пойдут дальше.

– Смотри, вон какая-то бабушка. – Стёпка отвлёк её от размышлений. – Давай спросим у неё, где школа. Бабушки обычно добрые и поговорить любят.

Полина посмотрела в ту сторону, куда показывал её брат. Там неподалёку действительно шла старушка в простеньком зелёном пальто. Маленькая, сухонькая, даже со спины видно, что очень древняя, но вполне ещё бодрая, она торопливо, как только могла, мелкими шажками семенила через улицу.

– Бежим! – Полина помчалась догонять старушку.

– Подождите! Бабушка! – крикнула Полина и даже помахала рукой, но бабулька, видимо, была на самом деле очень старая, она не услышала и не обернулась, хотя Полина крикнула очень громко. Или, может быть, у неё были какие-то очень важные дела, которые она не собиралась откладывать из-за посторонних, незнакомых детей. Старушка продолжала торопливо шагать, опираясь на палку, и ребятам пришлось прибавить скорости. Они даже запыхались, когда, наконец, догнали её.

– Здравствуйте! – первым делом выдохнула Полина, ведь она была воспитанная девочка. – Не подскажете, где школа?

Старушка, топчась на месте, медленно развернулась к ребятам и удивлённо выпучила на них глаза, будто не ожидая увидеть рядом с собой. «Ну конечно! – решила Полина. – Она же не слышала, как я звала её».

– Кто вы? Я вас не знаю… – Бабулька казалась очень растерянной и даже испуганной.

– Мы только вчера приехали. Совершенно не знаем города. Подскажите, пожалуйста, как дойти до школы, – ответила Полина, не понимая, чем они могли так испугать старушку. Ну, разве что тем, что неожиданно подскочили и окликнули её.

– Синие волосы… – Она протянула сухую, сморщенную руку с крючковатыми пальцами и коричневыми пятнами на коже и коснулась бы Полининой головы, если бы та не отшатнулась от странной старушки.

– Бабушка, нам бы узнать дорогу до школы, – настаивала Полина, стараясь держаться на расстоянии, а бабулька не сводила глаз с синей пряди.

– Тут какая-то ошибка… синие волосы… такая мелочь может всё испортить… как же так получилось… – забормотала старушка, нахмурив редкие белёсые брови, и вдруг, словно очнувшись, удивлённо посмотрела на Полину, будто только что увидела её: – Что ты спросила?

– Как дойти до школы? – терпеливо повторила Полина.

– А, вам в ту сторону, – указала она дорогу, которая сворачивала в проулок между домами.

– Спасибо, – поблагодарила Полина, не забывая о воспитании, и, легонько подтолкнув брата, направилась по указанному пути.

– Это может всё испортить… Они не должны были… Придётся начинать всё заново, – бормотала старушка.

– Старая маразматичка, – тихонько, себе под нос прошептала Полина, когда они чуть отошли.

– Что? Как ты её назвала? – заинтересовался Стёпка.

– Никак. Пойдём.

– Нет, я слышал. Мурма… зама… мармази… – настойчиво выяснял Стёпка.

– Пойдём, я тебе сказала! – сквозь зубы зашипела Полина на брата.

– Я у мамы спрошу, раз ты не рассказываешь, – надулся Стёпка.

– Я сказала «старая бабушка», а уж что тебе послышалось – твои проблемы.

Стёпка с сомнением посмотрел на сестру, но, кажется, поверил.

– Странная она какая-то… – сказал Стёпка, как только они отошли на несколько шагов.

– Тихо ты! – шикнула на него Полина и быстро оглянулась через плечо. Старушка так и стояла на месте, глядя им вслед. Полина, неловко замявшись, сказала брату: – Это возрастное.

– Хочешь сказать, когда ты постареешь, то тоже станешь такой же странной? – не унимался Стёпка.

– Да тихо ты! – Полина толкнула локтем брата. – Она же слышит!

– Ничего она не слышит. Она же глухая, – не унимался Стёпка. – Если бы слышала, то сразу откликнулась бы, когда ты её звала.

Понимая, что просто так Степан не утихнет, Полина молча ухватила его за рукав и потащила в школу.

Здание школы ни с чем не спутаешь. Даже если на нём нет таблички «ШКОЛА», даже если вокруг не будет толпы детей, всё равно по каким-то критериям школу можно узнать в любом населённом пункте, будь то город или деревня. Увидишь её и сразу понимаешь: «Да, это школа». Ну или хотя бы: «Наверное, это школа».

Сразу за поворотом показалось белое оштукатуренное здание, вызвавшее у Полины новую волну паники, которая вмиг заставила забыть о встретившейся им старушке.

– Ладно, Стёпка, ты, главное, не бойся. Подумаешь, новая школа, – напутствовала она по пути брата, но было похоже, будто этими словами она пытается успокоить саму себя. – Нам главное – сегодняшний день выдержать.

– Почему? – удивился Степан.

– Ну… потому что завтра мы уже будем не новенькими, – пояснила Полина. – Самый страшный – первый день.

– А я и сегодня не боюсь, – пожал плечами Стёпка, не понимая, чего тут такого страшного.

Они подошли к школе. Двухэтажное белое здание, – похоже, в этом городке не было построек выше двух этажей – с высоким каменным крыльцом и большими окнами, из которых виднелись цветы в горшках. Да, это определённо школа. Хотя… можно подумать, что это здание больницы. А что, больницы тоже такие бывают. Таблички-то никакой нет. Полина, засомневавшись, остановилась. Но тут мимо них пробежали две девочки лет десяти с ранцами за спинами и, поднявшись по ступеням, скрылись за двухстворчатой дверью белого здания. Последние сомнения отпали: это точно школа.

– Ну, пойдём, что ли? – Полина с тоской посмотрела на брата, а тот радостно кивнул.

Они зашли в холл и растерянно остановились: куда теперь? Повсюду ходили дети, и не было видно ни одного взрослого. Зато Полина не без удовольствия отметила про себя, что все дети были одеты кто во что. Это означало, что единой формы в этой школе нет, а значит, они с братом не сильно выделялись на общем фоне.

– Девочка! – окликнула Полина светловолосую девчонку в сине-красной клетчатой юбке. – Да-да, я к тебе обращаюсь. Не подскажешь, где тут кабинет директора?

Девчушка остановилась, непонимающе посмотрела на Полину и пошла дальше.

«Странная какая-то… – подумала Полина. – Как можно не знать, где кабинет директора? Вроде бы не маленькая уже…»

Полина взяла брата за руку и прошла по коридору, спрашивая у всех встречных ребят, не подскажут ли они, где кабинет директора. Но все как будто сговорились: никто не знал, где директор школы. Куда подевались все учителя? Хоть бы один прошёл по коридору! Можно было бы у них всё спросить – намного больше толку. И куда мог пропасть директор, раз никто не знает, где его искать? Ведь кто-то же должен записать их в списки учеников этой школы, или как там это делается? Не могут же они просто явиться в кабинет: «Здрасьте! А вот и мы!» Всё-таки сначала нужно, чтобы их куда-то записали, направили в какой-то кабинет. Полина мысленно рассуждала, покусывая от напряжения нижнюю губу. Эх, жалко, что маме не удалось проводить их. Так бы она сама выяснила всё про директора и кабинеты, а Полине и Стёпке осталось бы только идти следом за ней. Ведь Полина впервые в жизни меняла школу и совершенно не знала, как это делается. Во всяком случае, представляла она всё это себе совсем не так.

– Ну, давай тогда сначала поищем твой класс, – предложила она Степану, решив, что это будет лучшим вариантом. – Спросим у твоей учительницы, как нам поступить, а потом я уже пойду искать свой.

Стёпка кивнул, соглашаясь с планом сестры.

– Ребята! – крикнула Полина, обращаясь ко всем суетящимся вокруг детям: авось кто-то да ответит. – Подскажите: где кабинет первого класса?

В ту же минуту задребезжал звонок, созывающий всех на урок, и ребята кинулись врассыпную по кабинетам. Полина так и не дождалась ответа.

– Спасибо. Вы очень добры. И воспитанны. Прекрасно отвечаете на вопросы, – с иронией сказала она в пустоту.

За какие-то секунды коридоры опустели. Никто больше не суетился под ногами, не бегал, не кричал. Зато можно было спокойно продолжить поиски, не боясь, что тебя собьют с ног.

– Поль, давай быстрее! Уже урок начался! – заныл Стёпка.

– Ну и что, что начался, – ответила Полина. – Мы же не по своей воле опаздываем. Мы же не виноваты, что тут всё вот так наперекосяк идёт. Если бы мы сразу попали к директору, то уже спокойно сидели бы в своих кабинетах.

Она взяла Стёпку за руку и потянула за собой. На первом этаже были кабинеты с цифрами от четырёх до восьми, остальные двери оказались совсем без табличек. Ни тебе кабинета русского языка, ни кабинета физики или географии. Ведь так же должно быть написано на дверях? Нет, в этой школе таких табличек не висело: либо цифра, либо просто пустая дверь без каких-либо указателей. «Наверное, они находят их по памяти, – подумала Полина. – Придётся ходить следом за одноклассниками, чтоб не заблудиться».

Дверь с единицей они нашли на втором этаже. Сразу, как только поднялись по лестнице, самая первая дверь. Ребята остановились перед кабинетом, Полина критически оглядела брата, поправила воротник, провела руками по плечам, словно разглаживая невидимые складки или стряхивая невидимые соринки, пригладила волосы, ещё раз оглядела и только тогда постучалась в дверь.

Но ответа учителя не последовало, как Полина ни прислушивалась. Она посмотрела на брата, вздохнула, тихонько пролепетала заготовленное «здравствуйте, мы новенькие» и робко приоткрыла дверь в кабинет.

– Здравствуйте! – громко начала она отрепетированную речь и тут же осеклась.

– А где все? – удивился Стёпа, заглянув в кабинет.

В классе никого не было.

То есть вообще никого.

– Не знаю, – растерялась Полина. И тут же её осенило: – Они, наверное, на экскурсию ушли! Или у них физкультура. Пойдём, поищем спортзал.

Чем дольше ребята шли по коридору, тем сильнее что-то не давало покоя Полине. Что-то здесь было не так. Что-то странное.

Она подошла к ближайшему кабинету и чуть приоткрыла дверь.

– И тут никого, – задумчиво произнесла Полина.

– Тоже на экскурсии? – уточнил Стёпка.

– Наверное… – машинально ответила Полина и подошла к соседней двери. Этот кабинет тоже был пуст.

– Что? И там никого? – поинтересовался Стёпка.

– Никого…

– А они где?

Полина не знала, что ответить на вопрос брата. Не могли все дети разом куда-то уйти, она бы заметила. Полина только что видела, как школьники толкались в коридоре, потом разбежались по кабинетам, и вот они все куда-то пропали. Что тут вообще происходит?

– Я понял! Здесь портал в потусторонний мир! – таращил глаза Стёпка.

– Какой портал?! Не говори ерунды! – поморщилась Полина. – Порталов не бывает.

– Хочешь сказать, они все через окна на экскурсию ушли?

– Я маме позвоню, – осенило Полину.

Она быстро нашла на экране телефона мамин номер и нажала зелёную кнопку.

– Занято… – нахмурилась Полина.

– Позвони папе, – предложил Стёпа.

– Школьными делами обычно мама занимается, но… – Она отыскала номер папы и нажала кнопку вызова. – Хм, тоже занято.

– Все друг с другом разговаривают, а мы ни до кого дозвониться не можем! – возмутился Стёпка.

– Позже ещё наберу. Или они сами перезвонят. Увидят пропущенный от меня и перезвонят.

– А сейчас что нам делать?

Полина замешкалась.

– Давай проверим остальные кабинеты, – предложила она. – Где-то кто-то должен же быть.

Они открыли все двери, заглянули во все кабинеты. Если в первые заглядывали робко, то теперь уже уверенно распахивали дверь, будто заранее зная, что там никого нет. Или надеясь, что там всё же кто-то есть. Но везде было пусто.

– Волшебство, – развёл руками Стёпка. – А ты говорила, что его не существует.

– Не существует, – машинально ответила Полина, задумчиво разглядывая двери кабинетов. – Интересно, почему здесь цифры от одного до восьми? Если это классы, то где девятый, десятый, одиннадцатый?

– Я не знаю, – пожал плечами Стёпка.

– А я не у тебя и спрашиваю.

– А у кого? – Стёпа оглянулся на пустой коридор.

– Ай, отстань. Не мешай думать. – Полина сосредоточенно нахмурила брови, но хорошие идеи всё равно не приходили в голову.

Стёпка терпеливо ждал.

– Пойдём домой? – предложила Поля, так ничего и не придумав.

– А как же уроки? – растерялся Стёпа.

– Я, что ли, буду у тебя уроки проводить?! – сорвалась Полина, и её голос гулким эхом разнёсся по пустому коридору. – Видишь, тут нет никого! Даже уборщицы. Родители придут с работы, мы им расскажем про эти странности, они решат, что нам делать. Такие вопросы, вообще-то, взрослые должны решать.

5

Уже по знакомому пути ребята дошли до дома. Редкие прохожие, занятые своими делами, спешили кто куда, и никому не было дела до двух детей, прогуливающих уроки.

– Ну вот, дождёмся родителей и расскажем им про эту странную школу, – сказала Полина, пристраивая плащ на вешалку. Рядом пыхтел Стёпка, пытаясь справиться с ранцем. Полина искоса посмотрела на него, вздохнула и помогла стянуть лямки.

– В нашей школе никогда такого не было, чтоб все разом уходили. Всё равно кто-нибудь оставался, – сказал Стёпа, освободившись наконец от ранца. – Думаешь, мама поверит?

– Ну ты же видел, что там никого нет? Мы же это не придумали?

– Не придумали, – кивнул Стёпка.

– Вот и всё. Так и скажем. Мы же не знаем, куда все ушли и где их искать. А сидеть просто так в пустой школе – ну такое… – Полина поморщилась. – Пойдём лучше что-нибудь вкусненькое съедим.

Это предложение Стёпка с охотой поддержал.

Найти вкусненькое в заполненном холодильнике не составило труда. Мама утром не успела ничего приготовить, поэтому ребята выставили на стол всё, что им приглянулось. Ну конечно же, определялись по этикеткам. А этикетки были разнообразные, красочные и такие манящие! Да и внутри была та ещё вкуснотища! Ешь ложкой прямо из банки и чувствуешь, как тепло и спокойствие разливается по телу.

– Здорово! И не надо ждать, пока сварится, – облизнув губы, сказала Полина.

– Угум, – не отвлекаясь от еды, согласился Стёпка.

Полина достала телефон, ещё раз набрала номер мамы. Занято. Чуть провела пальцем по списку и нажала на номер Тани. Тоже короткие гудки. В мессенджере стоял статус, что подруга была в сети два часа назад, а сообщение до сих пор так и не прочитала. Даже вчерашнее!

– написала Полина и задумалась. Чем она могла обидеть Таньку? Вроде бы простились вчера хорошо, обнимались, всплакнули даже. Обещали приезжать друг к другу в гости и созваниваться каждый день. Что могло произойти за эти сутки?

Полина навела на себя камеру:

– Всем привет! Я сегодня ходила в новую школу. И не попала в неё. Поэтому я до сих пор не знаю, кто мои одноклассники.

– Скажи, что они все ушли, – подсказал Стёпка.

– Отстань! Я сама знаю, что говорить! – недовольно выкрикнула Полина и снова повернулась к телефону: – В общем, всё снова отложилось, перенеслось, и завтра я опять буду новенькой. – Полина театрально поджала губы и закатила глаза. И тут она заметила, как Стёпка позади неё строит рожицы в экран. – Отвали, я сказала! Не позорь меня, уродец!

Стёпка засмеялся и, увернувшись от руки сестры, отскочил в сторону.

– Вот, пусть все увидят, какой придурошный у меня брат! – пригрозила Полина и отправила видео в сторис.

– А чего ты себя придурошной не показываешь? Сидишь всё время такая, улыбаешься на камеру, а когда не снимаешь, то только ругаешься. Пусть все знают, какая ты на самом деле.

– Я ведь сейчас тебя отлуплю, и мама не спасёт, – сквозь зубы пригрозила Полина и дёрнулась в сторону брата, делая вид, что хочет его поймать.

Стёпка не стал дожидаться, задал такого стрекача, что Полина при всём желании его не догнала бы. Он пулей умчался на второй этаж, заперся у себя в комнате и уже оттуда принялся кричать дразнилки.

Полина опять расслабилась, поставила телефон на стол, оперев его на чашку, и направила на себя камеру.

– Ну что вам рассказать… – Полина откинулась на спинку стула и осмотрелась. – Это дом, в котором мы теперь живём. Вся эта мебель здесь уже была. Здесь даже еда есть, мы ничего не покупали. Сегодня должны привезти наши вещи, буду держать вас в курсе, покажу, как будут выгружать. А вы не забывайте ставить реакции, чтоб я знала, что вам это интересно.

Затем выключила камеру и загрузила запись в сторис.

Часы монотонно отщёлкивали секунды, нарушая тишину. Странная штука: иногда ты совсем не замечаешь этого тиканья, но временами оно становится таким громким, что кажется, ещё чуть-чуть – и у тебя лопнут перепонки от напряжения.

– Эй, ты, уродец! – крикнула Полина, глядя на потолок, как будто сквозь него могла увидеть брата на втором этаже. – Ты не помнишь, мама говорила, во сколько вещи должны привезти?

– Не помню, – отозвался Стёпка. – А она говорила?

Полина нахмурила лоб, вспоминая. Может, и не говорила. Поскорее бы пришли родители, чтобы ей не пришлось ещё и вещами самой заниматься.

Она подошла к окну. На улице было пустынно, будто и впрямь все люди на работе или в школе. Все при деле, и только Полина со Стёпкой – злостные прогульщики – отсиживаются дома. Ни машин, ни пешеходов. Лишь ветер гоняет листву по дорожкам и шелестит ею в ветвях деревьев. Дом напротив тоже как будто нежилой. Полина не видела, чтобы сегодня кто-то выходил оттуда. Впрочем, она не особенно за этим следила. Вдруг штора на втором этаже соседского дома едва заметно шевельнулась, и Полина тут же отпрянула от окна. Выждала немного, отдышалась от внезапного испуга и снова присмотрелась сквозь тюль. Нет, это не сквозняк. В том окне определённо кто-то есть.

– Вот чокнутая! – выругала сама себя Полина. – Чего испугалась? Напридумывала себе маньяков. Подумаешь, соседи подсматривают в окно! Сама-то так же делаю.

На улице быстро темнело. Осенью вечера наступают стремительно, и после летних долгих тёплых дней с этим трудно смириться. Сегодняшний вечер наступал слишком быстро. Так казалось Полине. Уже пора ложиться спать, а родителей всё не было. Она уже сбилась со счёта, сколько раз пыталась дозвониться до них, но слышала в ответ только короткие гудки.

– Иди давай спать, – сказала она брату. – Времени уже много.

– Меня мама перед сном целует, – робко заметил Степан.

– Ты маленький, что ли? – брезгливо поморщилась Полина.

– Скоро уже мама с папой придут? – спросил Стёпка. Было видно, что он сдерживается из последних сил, чтобы не раскиснуть.

– Я не знаю, – честно призналась Полина.

– Разве бывает такая долгая работа?

– Бывает. – Полина чуть отодвинула штору и посмотрела в окно. На улице уже совсем стемнело, фонари размывали тьму жёлтым светом. Он казался каким-то мистическим и вызывал неприятные ощущения. Странно, что вчера Полине не приходили в голову такие мысли.

– Ладно, пойдём, уложу тебя, – сжалилась Полина и торопливо предупредила: – Только целовать не буду!

– Мы завтра опять в школу пойдём? – спросил Степан, шагая по лестнице в свою комнату.

Полина вздохнула. Из-за беспокойства за родителей она совсем забыла про странности, произошедшие с ними днём в школе. Проблемы налипали одна на другую, как мокрая осенняя листва, опадая, слипалась в неприятные комки, которые сами уже никак не разделялись.

– Слушай, давай не будем сейчас об этом думать, – предложила Полина. – Мама с папой придут и во всём разберутся. Это их дело.

От этой мысли Полине и самой становилось легче. Не нужно что-то решать, брать ответственность. На это есть взрослые. А Полина, хоть и мнила себя взрослой, но сейчас бы с радостью призналась, что она ещё совсем ребёнок, лишь бы не думать обо всём этом.

– А они придут?.. – робко спросил Степан и с надеждой посмотрел на сестру.

– Конечно придут! – поспешила ответить она, но почему-то ей вдруг стало страшно. Так страшно, как никогда раньше.

Стёпка послушно лёг в постель. Полина подоткнула одеяло и пошла в свою комнату.

Спать не хотелось. Тревожные мысли будто не подпускали к ней дрёму. Полина снова набрала мамин номер. Занято… Папин – занято. Попыталась набрать номер бабушки, Танюхи, потом прошлась по списку друзей-одноклассников – везде короткие гудки.

– Это уже не смешно… – пробормотала Полина.

Она навела на себя камеру и нажала кнопку записи:

– Ребят, я волнуюсь. Родители ещё не пришли. Я даже не знаю, где эта их работа… Дозвониться не могу… И я понятия не имею, что делать. Не знаю, стоит ли уже паниковать… Я просто не была в такой ситуации, и спросить не у кого. Напишите что-нибудь вот здесь, внизу. – Она показала пальцем. – Мне очень нужна ваша поддержка.

6

Полина проснулась оттого, что кто-то осторожно тряс её за плечо и звал по имени. Она открыла глаза и увидела перед собой брата.

– Поль, мы в школу опоздаем, – сказал он.

Как бы ни относилась Полина к Стёпке, но нужно отдать должное, просыпался он рано, даже будильник можно было не заводить.

– Мама с папой пришли? – первым делом спросила она.

– Нет, – поджал губы Стёпка.

– Ладно, не реви. Разберёмся, – пообещала Полина. Хотя сама даже не представляла, что им делать.

Она взяла телефон, чтобы посмотреть ответы к её вчерашней сторис: может, кто-то посоветовал что-нибудь дельное. Ничего. Ни одного ответа. Более того, ни одного просмотра! И её сообщения Танюхе так и остались непрочитанными.

– Ничего не понимаю… Меня что, заблокировали все, что ли?.. – задумчиво пролепетала она и отложила телефон.

– Что? – не расслышал Степан.

– Ничего. Давай собираться.

Уже одетая, она вышла из комнаты. Спускаясь по лестнице, Полина навела на себя камеру телефона:

– Уже не знаю, смотрит ли меня кто-нибудь… Зачем я это всё снимаю… Родители до сих пор не вернулись. Мы с братом живём здесь одни. Сейчас опять пойдём в школу. Опять будем искать своих однокла…

Вдруг на кухне что-то брякнуло.

– Блин! – подскочила от неожиданности Полина. – Стёпка! Что ты там уронил?

– Ничего, – отозвался Степан из своей комнаты наверху.

Полина осторожно заглянула на кухню. Никого.

На полу возле стола валялась ложка. Должно быть, это она упала. Поля подняла ложку и небрежно бросила её на стол.

– Вот так мы и живём, – сказала она на камеру, отключила её и, не пересматривая, загрузила в сторис.

Позавтракав, ребята оделись и вышли из дома. На крыльце Полина замешкалась.

– А знаешь, давай пойдём в полицию, – предложила она. – Родители пропали, и мне всё это не нравится.

– Точно! Нужно идти в полицию! – обрадовался Стёпа и, подумав немного, добавил растерянно: – А где это?

Полина вздохнула и посмотрела по сторонам. В их сторону по дорожке шёл солидный мужчина в сером костюме.

– Здравствуйте! – Полина подбежала к нему. – Не подскажете, как дойти до полиции?

Но мужчина не ответил. Будто даже не увидел её.

– Нет, ты это видел? – спросила Полина у брата, когда мужчина отошёл дальше. – А потом говорят, что дети растут невоспитанными.

– Вон вчерашняя тётенька с мальчиком идёт, – подсказал Стёпа.

– Здравствуйте! – бросилась Полина к рыжеволосой женщине. – Подскажите, пожалуйста…

Но женщина даже не взглянула на неё, торопливо прошла мимо. Полина только развела руками.

– Наверное, где-то в той стороне детский сад, – предположил Стёпа. – Наверное, они опаздывают.

– Ну и ладно. Сами найдём. Нашли же мы вчера школу. В любом городе есть полиция.

Ребята побежали по дорожке.

– Что-то не так, – озираясь, задумчиво пробормотала Полина.

– Что?

– Не пойму…

Они торопливо шли дальше, осматриваясь по сторонам в поиске полицейского участка.

– А ты заметила, что здесь совсем нет машин? – спросил Стёпа.

Вот оно – что так смущало её. Вокруг действительно не было ни одной машины. Ни звука заведённого мотора, ни проезжающего автобуса, ни даже припаркованного мотоцикла. Только пешеходы.

– И вчера их не было? – спросила Полина, пытаясь припомнить.

– Не было, кажется, – наморщив нос, ответил с сомнением Стёпа и тут же обрадованно, будто встретил давних знакомых, воскликнул: – Смотри-ка, вон тех девчонок мы вчера в школе видели!

Полина посмотрела, куда он показывал. Да, две девочки свернули в проулок в сторону школы. Те самые, вслед за которыми они вчера шли.

– Ну да… – задумчиво произнесла Полина, оглядываясь по сторонам, присматриваясь к прохожим.

– Вон та тётенька с мальчиком сегодня мимо нашего дома шла, – подсказал Стёпа. – Теперь обратно идут… Наверное, детский сад закрыт…

– Ну да… – рассеянно повторила Полина, глядя на рыжеволосую женщину с ребёнком. – Знаешь, что? Как-то мне не прикольно всё это. И полиции нигде нет.

– В школу? – уточнил Стёпа.

– У нас родители пропали! Мне совсем не до учёбы!

– Пойдём домой? – с надеждой спросил Стёпа. – Мы уже так далеко отошли. Не заблудиться бы. Всё равно нам никто дорогу не подскажет.

Полина посмотрела на брата. Что ж, у него бывают светлые идеи, но вслух она это никогда не признает.

– Да, пойдём домой, – согласилась Полина.

Дома было всё так же тихо. Значит, родители ещё не вернулись.

Полина задумчиво прошлась по холлу, соединяющему кухню и большую комнату в одно общее пространство. Повернула в комнату, заглянула в окно. Сама не понимая, зачем туда смотрит. Это тягучее чувство ожидания и неизвестности заставляло постоянно выглядывать в окно в надежде, что там всё изменилось. Но снаружи была всё та же улица, та же осень, те же редкие безразличные прохожие. И соседский дом с каким-то тайным шпионом. Странно, что Полина ни разу не видела его на улице возле дома, а только лишь дёргающуюся занавеску.

И тут её взгляд упал на стационарный телефон в углу комнаты. Она подошла ближе. Было в нём что-то странное, но что – Полина не могла понять. Именно по нему вызвали маму на работу, и с тех пор он молчал. Словно выполнил единственное, что ему предназначалось.

А если позвонить по этому телефону? Ну как ей сразу это в голову не пришло! Если дозвониться до сотового мамы не получается, то можно же позвонить напрямую в фирму. Позвонить и потребовать объяснений!

Полина сняла трубку с рычага, и тут она поняла, что ей показалось странным. Точно! На нём не было ни диска, ни кнопок, ни сенсорного экрана, только трубка. Как же тут набирать номер? Полина растерянно приставила трубку к уху. И гудков даже нет! Может, он сломался? Полина посмотрела на телефон, как будто могла на глаз определить поломку, и снова приставила трубку к уху. И вдруг в тишине она чётко услышала чьё-то дыхание. Как будто на том конце провода кто-то тоже держал телефон возле уха. Но как такое может быть? Ведь она не набрала ничей номер, да и ей никто не звонил. Полине стало так жутко, что она, не в силах справиться с собой, бросила трубку на место.

– Ты чего? – спросил Степан, наблюдая за сестрой.

Полина растерянно посмотрела на него и прошептала:

– Там кто-то дышит…

– Ну и что? Может, это мама или папа, – предположил Стёпка. – Даже если это не они, нужно было просто спросить, кто там, а не бросать телефон. Дай-ка я.

Он решительно отодвинул сестру и, взяв трубку, приставил её к уху.

– Ага, дышит… – прошептал он и погромче прокричал в трубку: – Алло!.. Алло!.. Алло, я вам говорю! Чего вы там дышите и молчите? Верните моих маму и папу! – и внезапно заплакал…

7

Полина и сама чуть не заплакала. Но нельзя: она старшая. Если и она раскиснет, то кто будет следить за порядком? Проще всего сидеть тут вдвоём и плакать.

Нехотя она обняла брата и неловко погладила его по спине.

– Ну всё, ладно тебе уже, – приговаривала она.

Но Стёпку почему-то это не только не успокоило, а ещё больше расстроило.

Вдруг за окном что-то мелькнуло. Полина не увидела точно, а заметила движение лишь краем глаза. Будто тень промелькнула и скрылась за стеной дома.

– Ну-ка, подожди, – прошептала она Стёпке.

Это ведь и на самом деле может быть тень, обычная тень от дерева, например. Так почему же вдруг стало так жутко? Полину будто сковало ужасом. Она еле заставила себя подойти к окну. А если не тень, то это могут быть родители. Зачем же сразу думать о плохом? Или это вещи наконец привезли.

– Ведь может же быть такое? – шёпотом закончила она свои размышления, а Стёпка уставился на неё, ничего не понимая.

Зато он перестал плакать.

Полина еле заставила себя подойти к окну.

– Что там? – шёпотом спросил Стёпа.

– Тихо ты! – так же шёпотом ответила Полина, будто их мог кто-то подслушать.

Она торопливо спряталась за шторой, напряжённо вытянулась и замерла. Затем осторожно высунула голову, совсем чуть-чуть, чтобы только одним глазом подсмотреть, что там снаружи. Но там никого не было. Точнее, вдалеке по дорожке шли люди, занятые своими делами и мыслями, а возле дома никого. И дерево, которое могло бы бросать тень на окно, стояло слишком далеко. Неужели показалось? Полина задумчиво нахмурилась и медленно перевела взгляд на соседский дом, на то загадочное окно второго этажа. Случайно. Или, скорее, уже по выработанной привычке. И вдруг в это самое мгновение штора на окне первого этажа дрогнула. Полина готова была поклясться, что она дрогнула! Ну да, она пристально смотрела совсем на другое окно, но это находилось как раз под ним и тоже попадало в поле её зрения. Занавеска дрогнула и замерла. Будто кто-то точно так же, как она, стоял там, придерживая штору, чтобы было лучше видно, а потом отошёл. Или спрятался.

– Ну хватит! Задолбали уже! – сердито воскликнула Полина.

Она решительно направилась к выходу, рванула дверь и вышла на улицу.

Стёпка засеменил за ней.

Полина пересекла дорожку и, не сбавляя темпа, зашла на чужой участок, подошла к двери и тут же требовательно постучала. Как будто она какой-то важный инспектор, а не напуганная девчонка.

– Эй! Я видела, что вы там! – строго крикнула она и снова постучала.

– Поль, пойдём отсюда. – Стёпка оглядывался по сторонам.

– Подожди. Мы не делаем ничего плохого. Эй, выходите! Вы слышите меня?

– Поль, там нет никого. – Стёпа потянул её за руку.

– Я видела, как шевельнулась занавеска, – уверенно сказала Полина.

Страх, который ещё несколько минут назад сковывал её и мешал думать, сейчас почему-то улетучился. Эти странные соседи, похоже, сами её боятся, так чего же ей опасаться? Она со злостью пнула дверь и пошла прочь.

– Поль… – бежал следом Стёпка. – Что мы будем теперь делать?

– Не знаю, – коротко бросила Полина.

Мимо по дорожке опять прошёл солидный мужчина в сером костюме, но Поля даже не взглянула на него. Неприятный тип. Ходит, бродит туда-сюда. Строит из себя такую важность, что даже на её «здравствуйте» утром не ответил. Ну и она не будет больше с ним здороваться! Подумаешь!

Полина торопливо перебежала дорожку прямо перед его носом и уже было забежала в дом, как вдруг раздался осторожный свист. Полина замешкалась: показалось или нет? Стёпка стоял рядом и явно тоже слышал это. Свист повторился. Робкий, осторожный, будто кто-то пытался кого-то позвать, но очень боялся, что об этом узнают посторонние. А может, это она и есть посторонняя, от которой пытаются утаиться? Полина оглянулась, пристально вглядываясь в лица прохожих. Но те шли мимо как ни в чём не бывало. Жителям этого городка, похоже, ни до кого не было дела, кроме них самих.

Снова раздался тихий свист. Полина кинула взгляд на дом через дорогу и оторопела. Дверь, в которую она только что стучалась, была чуть приоткрыта, а из узкого проёма высунулась рука и подманивала её.

Её ли? Полина осмотрелась по сторонам, рукой нашарила, не глядя, Стёпку где-то сбоку от себя и подтащила его к себе поближе. На всякий случай. Потому что, похоже, рука подзывала именно их.

А рука тем временем поманила их настойчивей. И повторившийся свист, хоть и был таким же тихим, но стал более требовательным.

– Иди домой, – шёпотом приказала Полина брату, а сама направилась к странному дому.

– Я с тобой! – заупрямился Стёпа и побежал следом.

Не сводя взгляда с приоткрытой двери, ребята торопливо перешли дорогу. Уже на крыльце Полина в сомнении остановилась. Но из темноты проёма вдруг снова высунулась рука, ухватила её за одежду на груди и втащила внутрь.

Полина вскрикнула, и кто-то тут же грубо зажал ей рот.

– Тсс! Тссс! Тсссссс! – раздалось со всех сторон.

В ужасе таращась по сторонам, она заметила нескольких человек. Их лица были скрыты под тряпочными масками, явно самодельными, с кривыми прорезями для глаз. В другой ситуации она посмеялась бы над ними, так нелепо они выглядели, но сейчас было совсем не до смеха. Сейчас они казались искажёнными жуткими гримасами. Рядом стоял Стёпка. Он испуганно жался в угол, но не кричал. Может быть, поэтому никто не пытался зажать ему рот, как ей.

Наконец Полина перестала сопротивляться и тут же почувствовала, что её отпустили.

– Что вам надо? – крикнула она.

– Да тихо ты! – зашипела на неё ближайшая маска.

– Смотрите, у неё синие волосы! – Чьи-то руки потянулись к её волосам, и Полина испуганно отпрянула.

– Отпустите нас! У нас ничего нет. И выкуп за нас никто не заплатит, – продолжила она переговоры с похитителями.

– Заткните её кто-нибудь!

Полине снова зажали рот рукой. Оставалось только смотреть. Да, нужно быстро осмотреться, оценить ситуацию, чтобы по возможности даже минусы превратить в плюсы. Может, эти соседи и родителей так же похитили? Вдруг это дом каких-нибудь маньяков? Подсматривали за ними, наблюдали, наверняка записывали, когда те выходят из дома. Полина сейчас была уверена, что та тень, которая мелькнула недавно за окном, точно была не от дерева. Это были вот эти маньяки в масках. Они следили за ними и выбирали подходящий момент, чтобы похитить. Похитили, а теперь что? Что они делают с похищенными? Едят? Ужас неприятным холодком пробежался по коже, ставя дыбом тонкие волоски на руках.

Что ж, родители оставили Полину за старшую, они понадеялись на неё, значит, нужно успокоиться и быстро придумать, как им со Стёпкой спастись.

Изнутри это был такой же дом, как и их. Значит, и расположение комнат такое же. Комнаты в своём доме Полина уже знала, так что, если их со Стёпкой закроют в одной из них, она сможет сориентироваться, где они находятся и как оттуда выбраться к выходу. Даже если их туда приведут с завязанными глазами.

Полина присматривалась к похитителям. Насчитала семь человек. Если сзади никого больше нет.

Люди в масках, когда набросились на неё, в первые мгновения показались ей огромными, страшными и ужасными. Сейчас, присмотревшись, Полина с удивлением отметила, что они даже не выше её ростом. А самый маленький так и вовсе ниже Стёпки. Что же, получается, это дети? Банда детей?

– Будешь кричать? – угрожающе спросила ближайшая маска, строго зыркнув на неё сквозь кривые дырки.

Полина отчаянно помотала головой, насколько это было возможно при том, что её крепко держали.

И тут же почувствовала свободу. Её больше никто не держал, никто не зажимал ей рот. Она быстро нашла взглядом брата. Похоже, ему тоже ничем не угрожали.

– Чего вам надо? Вы кто такие? – спросила Полина.

Похитители переглянулись и начали снимать маски. Ну точно, Полина оказалась права: это банда детей. Дети прячутся под масками и похищают местных жителей.

– И что ваши родители на это скажут? – строго спросила Полина.

Сейчас, когда она убедилась, что перед ней дети и большинство из них даже младше её, она вмиг осмелела.

– У нас нет родителей, – ответил самый маленький.

– Интересно знать, куда же они делись? – съехидничала Полина.

Ребята переглянулись и не ответили. Ну понятно, играют в свою странную игру и пытаются втянуть в неё Полину со Стёпкой.

– У нас тоже нет родителей, – вздохнул Стёпка.

Полина строго взглянула на него. Похоже, он принимал условия этой дурацкой игры. Но Полина-то уже слишком взрослая, чтобы играть во всякую чушь.

– А что же сразу нам не открыли? Мы же стучались. А вы придумали какую-то глупость с похищением.

– Мы присматривались, вдруг вы не настоящие.

– Что за ерунда! А какие же мы?

– Прислужники.

Полина поморщилась. Она совершенно не понимала, о чём они говорят.

– Слушайте, я не хочу в это играть, – миролюбиво, как неразумным маленьким детям, сказала Полина. – Сейчас придут ваши родители и будут ругаться, что вы тут такой погром устроили.

– Здесь ни у кого нет родителей.

Полина вздохнула: опять они начали эту свою песню. Никак из образа не выйдут. Сказала же, что не играет с ними.

– Как это нет? – возразила она. – У нас есть! Мы недавно с ними приехали!

– И кто это видел?

– Ну, я не знаю… – растерялась Полина. – Мы вечером приехали… К тому же шёл дождь, на улице никого не было.

– Ты что-то выдумываешь, – усмехнулся мальчишка лет десяти. – Здесь вообще нет взрослых. Самая старшая из нас – Зойка. Ей через неделю четырнадцать исполняется. Поэтому она у нас главная.

По тому, как невысокая полная девочка горделиво вскинула рыжую кудрявую голову, Полина поняла, что это и есть та самая Зойка. Главарь банды.

– Что вы такое говорите? А её родители? А ваши родители? Вы же не одни живёте! – Все эти разговоры уже начали порядком раздражать.

– Одни. У нас нет родителей.

– Глупость какая-то… – Полине казалось, будто она стоит среди иностранцев и разговаривает с ними на разных языках. – А! Это вы меня так разыгрываете! – поняла она. – У вас принято так разыгрывать новеньких! Как же вы говорите, что здесь нет взрослых: а кто те люди, которые ходят по улицам? Скажете, не взрослые?

– Они с тобой разговаривали?

– Н-нет… – нахмурилась Полина, припоминая. А ведь и правда, она подходила к тем людям с вопросом, но никто, ни один ей не ответил. И вдруг она вспомнила: – Старенькая бабушка! Два дня назад мы с братом встретили её на улице! Мы ещё у неё спросили, где школа находится. И она ответила! Странно, правда, но ответила. Не могла же я всё это себе выдумать.

Ребята переглянулись.

– Ага! Поймала я вас! – обрадовалась Полина.

– Ты с ней разговаривала? И она тебе ответила? – не поверили они.

– А что в этом такого? – не поняла Полина.

– Она хозяйка этого города.

– Мэр, что ли? Не старовата она для мэра? – усмехнулась Полина.

– Нет, именно хозяйка. А все те люди – её прислужники.

– Что за бред? – поморщилась Полина.

– Мы сначала думали, что и вы такие же, поэтому присматривались к вам.

– Чушь какая-то! – воскликнула Полина и повернулась к брату: – Пойдём отсюда!

Не дожидаясь его ответа, она схватила Стёпку за руку и потащила к выходу. Никто из похитителей их не остановил, они беспрепятственно вышли на улицу.

8

Полина торопливо переходила улицу, позади семенил Степан, едва успевая за ней.

– Здесь все какие-то шизанутые! – ворчала Полина. – Взрослые невоспитанные, дети играют в каких-то прислужников, похищают людей… Божечки, как я уже хочу уехать обратно из этого дурдома!..

Неподалёку показался прохожий. Полина настороженно присмотрелась к нему. Обычный мужчина, лет тридцати, в обычных джинсах, и куртка на нём тоже обычная. Спокойно идёт себе, никого не трогает. Даже по сторонам не смотрит. Ну как же нет взрослых? А это кто? Может быть, это даже отец кого-нибудь из тех ребят, которые утверждают, что у них нет родителей.

– Так я тоже скоро сойду с ума, – вздохнула Полина. – Давай быстрей! – поторопила она брата, придерживая дверь.

Стёпка юркнул в узкий проём, Полина зашла следом.

– Мы в школу совсем не будем ходить? – поинтересовался Степан.

– Не знаю, – задумчиво ответила Полина, не вникая в вопрос. Нужно было что-то делать дальше, как-то разыскать родителей. Уже столько времени прошло, а они в своих поисках не продвинулись ни на сантиметр. Затем до неё дошло, о чём спросил младший брат, и она добавила: – Почему? Будем. Когда-нибудь… Может, нужно поискать саму эту фирму? Ты не помнишь, в какую сторону ушла мама?

Стёпа пожал плечами и покачал головой.

– И я не знаю, – вздохнула Полина. – Они говорили, что это фабрика, но я не видела здесь больших зданий…

– Они придут с работы? Хоть когда-нибудь? – с надеждой спросил Стёпа. – А вдруг они нас бросили?

– Конечно придут! Что ты такое говоришь?! – рассердилась Полина.

Но тут же поняла, что больше рассердилась на себя, потому что только что сама думала о том же. Не так смело, как заявил об этом Стёпка, но вскользь всё же подумала. Бывает же такое? Ведь откуда-то берутся же дети-беспризорники. Нет, о своих родителях они ничего плохого сказать не могли, но куда-то ведь они пропали.

Остаток дня они провели то выглядывая в окно, то выходя на улицу и вглядываясь в даль. Ожидание очень волнительно. Оно наполняет тревогой душу и путает мысли. Накатывает чувство, будто дальше будет только хуже. Уже прошёл второй день. Родители так и не вернулись…

– Поль, у меня зуб выпал… – похвастался Стёпка.

– Угу, – отозвалась Полина, даже не вслушиваясь, что там говорит брат. Все её мысли сейчас были заняты этим странным городом и тем, что здесь происходит.

– Как ты думаешь, здесь водятся зубные феи? – снова спросил Степан.

– Угу… – снова ответила Полина.

– Вот и я думаю, что они везде должны водиться, – счастливо вздохнул Стёпа.

– Ладно, иди спать, – скомандовала Полина брату, не обращая внимания на его болтовню. – Сегодня уже не хочу ни о чём думать. Чем больше думаешь, тем больше разных глупостей лезет в голову!

Полина тоже пошла спать. Но спать совсем не хотелось. Она подняла повыше подушку и, опершись на неё спиной, полулежала на кровати.

Что ж ей никто не звонит? Неужели Таньке не интересно, как она тут устроилась? Бабушка уж точно позвонила бы. Неужели и они тоже куда-то пропали? Полина торопливо поводила пальцем по экрану, набрала бабушкин номер. Занято… Разговаривает опять с кем-то. Танюха была в сети два часа назад, как гласила надпись в мессенджере. Значит, и она не пропала. А сообщение так и не прочитала! Вот ведь какая!

Полина направила на себя камеру, вздохнула, собираясь с мыслями, и… так и не придумала, что сказать. Да и какой смысл кому-то что-то рассказывать, если по-прежнему просмотров – ноль. Даже Танька, уж если была в сети два часа назад, могла бы и заглянуть к ней.

Она молча смотрела на своё отражение. Задумчиво глядя, как мигает маленький красный кружок внизу экрана и отсчитываются секунды. Затем выключила и загрузила сторис в соцсеть. Сама не зная почему. Бессмысленное, бессловесное видео. Всё равно их никто не смотрит, так зачем стараться?

Полина включила просмотр. Ух, какой у неё тут взгляд! Как будто бы даже с укором. Пусть знают, что она о них думает! Хотя на самом деле она в тот момент просто задумчиво смотрела, как перескакивают секунды. Но пусть считают, что она на них сердится. Хорошо получилось.

Вдруг на экране позади неё что-то шевельнулось. Полина от неожиданности чуть телефон не выронила и резко обернулась посмотреть, что там может быть. Ничего. Да и что там может быть – стена у изголовья кровати! Просто какая-то тень. Мало ли.

Полина пролистала сторис назад и пристально вгляделась. Сердце колотилось так, будто хотело выскочить из груди, отдавая бухающими ударами где-то в горле, в голове, в ушах.

Вот она смотрит с укором на зрителей. Ещё секунда, ещё… Мгновения вдруг стали такими тягучими. Как в замедленной съёмке. Вот оно! Полина ясно увидела тень позади себя. Не свою тень, чью-то ещё. И вслед за тенью мама склонилась и поцеловала её в макушку, ласково прошептав: «Спокойной ночи. Долго не засиживайся»

Видео закончилось, а Полина ещё несколько секунд ошарашенно пялилась в экран. Не покидало ощущение, что она не одна в комнате. Но пошевелиться, обернуться было невыносимо страшно.

– Мам?.. – растерянно позвала Полина. – Мама, ты дома?..

Она не понимала, чего сейчас боится больше: услышать тишину в ответ или мамин голос. Полина смотрела на закрытую дверь. Умом она понимала, что сквозь неё никто в комнату не входил, но ведь она собственными глазами только что видела на записи маму.

– Мама… Я не слышала, когда вы пришли… – Голос предательски дрогнул.

«Что за глупости! – ругала сама себя Полина. – Бояться собственных родителей. Ещё чего не хватало!»

– Мам?.. – Полина встала с кровати, нерешительно открыла дверь, выглянула в коридор.

Там было тихо. Тихо и темно. Сквозь окна пробивался свет фонарей, тускло освещая первый этаж и лестницу.

Полина прислушалась.

– Мама, папа, вы дома?.. – робко спросила Полина, вытягивая шею, чтобы увидеть, что там, на первом этаже, но не решаясь выйти туда.

Тишина.

Вряд ли родители стали бы так подшучивать над ней. Это Стёпка может внезапно выскочить с криками из-за угла, а маму в такой роли она представить не могла.

Полина осторожно спустилась вниз. Ступенька, ещё одна. Озираясь по сторонам и прислушиваясь к тишине, она спустилась до самого низа.

Стоя босиком на полу в пустом холле, из которого хорошо просматривались и кухня, и зал, Полина обеими руками прижимала телефон к груди и ёжилась, будто от холода. Здесь никого не было. Вообще никого.

Свет из окна падал чёткими прямоугольниками на пол и тускло разливался по комнате. Громко тикали часы, разрывая тишину на отдельные ровные кусочки.

Но не могло же ей показаться!

Полина снова включила последнюю сторис. Вот она смотрит с экрана… Если остальное ей померещилось, то всё, пора в дурку.

Но нет, вот мама наклонилась, поцеловала её в макушку, «Спокойной ночи, долго не засиживайся». На этом видео обрывалось. Это точно была мама, никаких сомнений.

– Точно, пора в дурку… – прошептала Полина, проведя рукой по макушке. Она даже не почувствовала, что мама прикасалась к ней.

Чему вообще верить: тому, что происходит вокруг, или тому, что она видела сейчас на экране?

Полина задумалась. Всё смешалось в её сознании. Может, родители и не пропадали вовсе? Напридумывала себе всякого и сама же поверила в это. А они спят себе спокойно в своей комнате.

Уже смелее Полина побежала вверх по лестнице, распахнула дверь в родительскую комнату.

Кровать ровно заправлена, вещи не тронуты. В комнате никого.

– Ничего не понимаю… – пробормотала Полина.

И вдруг с тревогой распахнула дверь к брату. Стёпка спокойно спал в своей постели, даже не подозревая, что тут творится.

– Ну хотя бы он реальный и никуда не пропал, – с облегчением выдохнула Полина.

9

Она зашла к себе в комнату и села на кровать. Задумчиво посмотрела на телефон, который лежал рядом. Там же были и другие записи, она много чего снимала и сегодня, и вчера, и до этого. Память телефона переполнена, Полина давно хотела удалить лишнее. Она пролистала пальцем по экрану, нашла галерею, открыла ту самую последнюю запись, которую только что загрузила в сторис. На которой была мама…

Полина просмотрела всю запись от начала до конца, но мама там так и не появилась.

– Что за розыгрыши? – поморщилась она.

Опять зашла в соцсеть, включила последнюю выложенную сторис. Вот же! Всё то же самое, только в какой-то момент подходит мама, целует её в макушку и желает спокойной ночи. Полина несколько раз просмотрела оба ролика. Точно, на записи мамы нет, а в сторис она вдруг появляется. Но никто не мог смонтировать и подменить видео. Ни у кого просто времени на это не хватило бы. Да и Полина не выпускала телефон из рук. Записала и тут же загрузила в соцсеть. Но ведь каким-то образом видео изменилось.

Полина задумалась. Никакие объяснения не приходили в голову.

А что, если… Это была невероятная мысль, Полина снова нажала на иконку соцсети. Открыла свои сторис с самого начала.

– Так… это сегодняшнее утро, – комментировала она увиденное.

На экране была она крупным планом. Явно расстроенная. Конечно! Чему радоваться-то?

«Уже не знаю, смотрит ли меня кто-нибудь… Зачем я это всё снимаю…» – Полина вспомнила, что в этот момент она спускалась по лестнице.

«Поля! Стёпа! Идите завтракать!» – послышался мамин голос.

Это было так неожиданно, что Полина чуть не расплакалась.

«Родители до сих пор не вернулись, – продолжала она на видео. – Мы с братом живём здесь одни. Сейчас опять пойдём в школу. Опять будем искать своих однокла…»

Послышалось бряканье. Да, Полина помнила, что это упала ложка. Помнила, как это её напугало.

«Блин! Стёпка! Что ты там уронил?» – спросила она на записи.

А сейчас Стёпа со второго этажа должен крикнуть, что он ничего не трогал. Полина услышала очень приглушённую реплику брата и вдруг громче совсем рядом знакомый голос папы: «Это я. Испугалась?»

Он мельком показался в кадре, и Полина чуть не задохнулась от волнения.

«Уже опаздываю, всё из рук валится. Подними, пожалуйста», – обратился он к маме, которая была тут же, на кухне.

– Мама… – прошептала Полина, когда камера вскользь захватила её где-то с краю.

Видимо, от испуга телефон утром дёргался в её руке, она не контролировала, что снимала. В кадр попадала то она сама, то кто-то из родителей, то просто пустое место. И тогда Полина напряжённо вглядывалась, пытаясь рассмотреть всё, что там происходило. Всё мелькало перед глазами.

– Надо же было такое выложить! – возмутилась Полина. – Здесь же ничего не видно!

Кто же поднимет ложку? Утром Полина сама это сделала, но только что слышала просьбу папы. И вообще, на этом видео всё так странно. Полина то узнавала события, то нет. Всё путалось в голове. Что из этого правда? Что было на самом деле? Всё казалось таким реальным, таким настоящим.

Нет, всё так, как и было утром: Полина подняла ложку, бросила её на стол. И тут камера случайно выхватила на мгновение лицо мамы.

«Спасибо, Поля», – улыбнулась она.

И вот в кадре уже снова Полина:

«Вот так мы и живём».

Сразу началась следующая сторис, та, которую она загрузила перед сном. Эту она уже несколько раз смотрела, знала наизусть, по секундам, когда там появится мама. Полина пролистнула назад, на самое начало, и снова запустила. Она нажимала пальцем на экран, чтобы остановить мгновение и хорошенько рассмотреть лица родителей. Они суетились, разговаривали, ходили, улыбались. Как ни в чем не бывало! Это было их обычное утро. Такое, как многие прежде. Полина даже забыла, что этот ролик ненастоящий, она пересматривала его снова и снова и не замечала, что улыбается. Там, с той стороны экрана, было так хорошо… Вот бы в реальности оказаться там, в тех сторис.

– Жалко, вчерашние сторисы уже удалились, – пробормотала Полина. – Вчера я больше снимала.

И тут её осенило: в архиве же всё сохраняется! Полина открыла вкладку архива, пролистала. Но последние записи там были ещё с прежнего места жительства. Как будто после и не было ничего.

Но в галерее же сохранились записи! Доказательство, что они здесь, что всё это существует на самом деле. Да, то последнее видео, которое она смотрела, было обычным, но оставалась маленькая надежда, что на других могли оказаться родители.

Полина подоткнула подушку и устроилась поудобнее, бросив взгляд на часы.

– Ого! Уже три часа ночи! – удивилась она.

Спать не хотелось совсем. Да и какой может быть сон? Тут такие странности творятся!

Она тщательно просмотрела все видео с момента, как они приехали в этот городок. Ничего не пропускала, не перематывала, просматривала каждую снятую секунду, надеясь хоть где-то увидеть родителей или подсказку, где они могут быть сейчас. Но это были обычные видео, те же самые, которые она снимала, без изменений.

«Это что же, получается, снимаю я одно, выкладываю в сторис, а там выходит совсем другое? И вот это другое видят все знакомые? Поэтому они ничего не написали, когда я просила помощи… Представляю: я ныла, что родители пропали, а они в кадре были за моей спиной».

Сама эта мысль была такая сумбурная и такая жуткая… Представлять, что рядом есть кто-то невидимый, чей образ проявляется только на видео. Бррр. Полина передёрнула плечами и невольно огляделась по сторонам. А что касается знакомых: всё равно её записи никто не видел, просмотров-то ноль!

– Ещё одна загадка… – пробормотала Полина.

10

– Поля, мы сегодня опять в школу не пойдём? – робко спросил Стёпа, осторожно открыв дверь в её комнату и замерев в проходе.

– Ты чего не спишь? – Полина устало подняла на него взгляд.

– Так уже утро, – удивился он. – Я выспался.

Полина посмотрела на окно. Сквозь задёрнутые шторы пробивался свет. Подумать только, она не спала всю ночь!

– Нет, сегодня мы опять не пойдём, – ответила Полина. У неё были другие планы на сегодняшний день.

Она пристально посмотрела на брата, который мялся на пороге, не решаясь войти. Полина всегда ругалась на него, когда он заходил на её территорию. Можно ли ему рассказывать про эти странности, которые она обнаружила сегодня ночью?

– Зайди, – тоном королевы велела она брату.

Стёпа подошёл к её кровати.

– У меня к тебе вопрос: ты трус? – с ходу спросила Полина. – Только признавайся сразу, не юли!

– Не-е-ет, – замотал головой Стёпа и насторожился, прикидывая, где тут подвох. Не могла же Полинка просто так спросить об этом.

– Тогда смотри. – Она включила потухший экран телефона, нажала на иконку соцсети, на сторис и показала Стёпе.

Стёпка смотрел, не понимая, чем таким хочет напугать его сестра. Ну сидит она, снимает на видео саму себя, молчит чего-то, ну мама подошла – чего ж тут страшного?

Он непонимающе уставился на неё.

– Ну? – нетерпеливо спросила Полина.

– Чего? – пожал плечами Стёпка.

– Это я вчера вечером снимала, – пояснила Полина.

Стёпа несколько секунд таращился на неё, а потом вдруг его губы растянулись в широкой улыбке.

– Мама и папа вернулись! – обрадованно воскликнул он и, не дожидаясь ответа, выбежал из комнаты.

– Стёпа! – крикнула ему вдогонку Полина, но он уже не обращал внимания, бежал проверять, где же родители.

Полина вздохнула и покачала головой.

Через несколько секунд раззадоренный Стёпка вернулся, на мгновение заглянул к ней в комнату, чтобы только спросить впопыхах:

– А где они?

И тут же снова умчался проверять комнаты в доме.

– Стёпа, их нет! – крикнула в ответ Полина.

– Как? Что ты сказала? – переспросил Степан, вернувшись. Глаза его всё ещё светились счастьем, а улыбка пока не успела сойти с губ. Видимо, слова Полины не совсем уложились в его сознании.

– Их нет, – спокойно ответила Полина. – Они всё ещё не вернулись.

– Но как же видос? – не понял Стёпа.

– Это какая-то мистика, наверное, – попыталась объяснить Полина. – На видео они есть, а в реальности их нет.

– Ты же говорила, волшебства не бывает.

– Волшебства не бывает, а мистика бывает.

Стёпка хотел ещё что-то возразить, но Полина в его глазах была слишком взрослой и слишком умной. Вон она какие толстые книжки читает. И уроков в школе у неё не по три, как в его первом классе, а по шесть или даже по семь. За семь-то уроков можно о-го-го сколько нового узнать! И про мистику тоже.

– Как такое может быть? Они что, невидимые? – растерянно спросил Стёпка.

От этой мысли становилось жутко. Полина невольно оглянулась. А ведь он прав: они могут быть невидимыми и ходить где-то рядом. Ладно – родители, а если кроме них здесь ещё есть кто-то невидимый?

Полина взяла телефон и, включив камеру, выставила его перед собой. Медленно обвела комнату, вышла на лестницу.

– Ты чего, видос снимать будешь? – Стёпка высунулся перед камерой и состроил рожицу.

– Отстань! Это для дела, – отмахнулась Полина.

Старательно снимая свой путь, она дошла до кухни. Здесь медленно обвела всё пространство, чтобы захватить как можно больше и ничего не упустить. Затем выключила и уселась смотреть. Стёпа пристроился рядом, а Поля даже сама не заметила, что не отогнала его. Раньше она послала бы его куда подальше, ещё и уродцем назвала бы. Но сейчас ей это почему-то даже в голову не пришло.

На видео было всё обычно.

– Не получилось? – расстроился Стёпа.

– Я не загрузила ещё, – ответила Полина. – Они только на сторис проявляются.

Она скинула видео в соцсеть.

Это ожидание, пока оно загрузится, казалось необычайно долгим. Колёсико всё крутилось и крутилось, а ребята всё смотрели и смотрели на него…

– О! Загрузилось! – воскликнула Полина, и они, голова к голове, уставились в экран.

Вот они ещё в комнате Полины, и здесь, кроме них, никого.

– О, вот он я! – обрадовался Стёпа, увидев себя на экране.

Полина только молча зыркнула на него, и он тут же притих.

Лестница…

«Ты не помнишь, куда я документы положил?» – раздался вдруг голос папы.

И хотя Полина была готова к этому, сердце её сжалось от напряжения. А уж Стёпка и вовсе вцепился в её руку и принялся озираться по сторонам. Голос папы был такой реальный, но его самого на экране было не видно.

– Он на кухне, наверное, – пояснила Полина. – Мы дотуда ещё не дошли.

Но вот камера выхватила краешком дальний угол комнаты, там, где стоял стационарный телефон и висела полка на стене. Вот там и стоял папа.

– Ты видела? Видела? – обрадовался Стёпка.

– Видела…

Это была всего лишь доля секунды, но её хватило, чтобы узнать. Это точно был папа.

«Не помню», – отозвалась мама из кухни как раз в тот момент, когда ребята с камерой зашли туда.

Стёпка, увидев её, судорожно вздохнул.

– Не реви! – тут же пресекла его Полина.

– А я и не реву… – шмыгнул Стёпа.

Картинка плавно менялась, как Полина перемещала камеру во время съёмки. И теперь на экране было окно, стол, затем и вовсе пустая стена, а не родители. Их приглушённые голоса слышались на заднем фоне, но ничего невозможно было разобрать.

– Что ты стол снимаешь? Наведи камеру на маму! – сердился Стёпа.

– Как я тебе её сейчас наведу? – нервничала Полина. – Это уже снято.

– Ты снимаешь пустое место! А нужно родителей.

– А где они? Если такой умный, сам попробовал бы!

– Дай мне телефон – попробую.

– Ага, хитрый какой! Так я тебе и дала! В твои кривые руки. Телефон ему дай… – ворчала Полина.

– Всё… закончилось… – прокомментировал Стёпа, когда сторис отключилась. – Из-за тебя я не слышал, о чём они говорили.

– Ага, из-за меня, – передразнила Полина.

– Давай снова снимать, – предложил Степан.

Полина включила камеру и вытянула руку, снимая перед собой.

– Вот сюда наведи. Может, они здесь, – подсказывал Стёпа.

– Отстань! Я сама знаю, куда наводить.

Полина медленно обвела кухню, задержалась на том месте, где в прошлый раз была мама, затем пошла в комнату.

– Ты куда пошла-то? – окликнул её брат.

– Отстань! – отмахнулась Полина.

Она знала, куда идёт: там, в комнате, сейчас стоял папа, его тоже нужно было заснять. Стёпа шёл за ней, заглядывая в экран телефона.

– Вон тот угол ещё не сняла. Там тоже они могут быть, – подсказывал он.

– Всё, только минута в сторис влезает. В следующий раз сниму.

Она загрузила видео в соцсеть и тут же включила сторис.

Кухня, стол, мама стоит возле раковины и моет чашку.

– О, мама! – воскликнул Степан.

«Вот сюда наведи. Может, они здесь».

– Это я говорю! – обрадовался Стёпа, услышав свой голос.

– Без тебя знаю!

«Вы кого ищете? – спросила мама. – Опять какая-то игра?»

«Чего сейчас только не придумают!» – усмехнулся папа, который теперь стоял тут же на кухне.

«Нашёл документы?» – спросила мама.

«Нет», – отозвался папа.

«Ты куда пошла-то?» – раздался голос Стёпы в тот момент, когда камера отвернулась от кухни и Полина пошла снимать комнату.

Сейчас она и сама понимала, что в комнате уже никого нет, раз и мама, и папа на кухне.

Целых двадцать секунд потрачено зря! На такую старательную съёмку пустой комнаты!

– Если ты хоть слово сейчас скажешь, получишь! – пригрозила Полина, предупредив какую-нибудь Степкину реплику типа «ну я же говорил».

Стёпа благоразумно промолчал.

Вбежав на кухню, Полина снова включила камеру. Она встала в угол кухни, чтобы как можно больше снять с одной точки, посчитав, что это удачное решение. Медленно поворачивая камеру, она снимала, пытаясь угадать, где в этот момент могут быть родители.

Красная точка внизу экрана отсчитала восемнадцать секунд, и телефон громко пиликнул, давая понять, что память заполнена.

– Гадство… – пробормотала Полина.

– Что там? – заинтересовался Стёпа, заглядывая в экран.

– Память заполнилась.

– Нет, я видел, там что-то другое написали, на букву «Д», не на «П». Вдруг это родители нам послание оставили? – настаивал Стёпа.

– «Достигнуто максимальное время записи», – недовольно отмахнулась Полина.

Она загрузила эту коротенькую сторис в соцсеть.

«Чего это вы в угол зажались?» – усмехнулась мама, подойдя к ним.

Сейчас было очень хорошо видно её лицо.

«Мы уже опаздываем!» – послышался голос папы.

«Ну всё, мы побежали, – сказала мама на камеру. – Справитесь сами? Вы же у меня уже взро…»

– А дальше? – спросил Стёпа после небольшой паузы.

– Всё. Дальше не записано, – сказала с досадой Полина.

Это была досада на саму себя: она же ещё вчера видела, что память телефона почти заполнена, так почему не удалила лишнее?

– Потом мама, наверное, меня поцеловала… А куда они пошли? – спросил Стёпа.

– Не знаю. Может, на работу… – задумчиво пробормотала Полина, удаляя файлы из галереи, потом из корзины.

– Поль… Они теперь призраки, что ли? – спросил Стёпа и сам испугался своего вопроса.

– Ты что, дурак? Какие призраки? – заругалась Полина. И вдруг её осенило: – Можно же заснять, куда они пошли! И мы узнаем, где они работают.

– Точно! – поддержал Стёпа.

Но экран телефона вдруг совсем погас.

– Гадство!.. Батарея разрядилась…

11

Полина вздохнула и поставила телефон на зарядку. Могла бы и сама догадаться, что, если так долго снимать, загружать и тысячу раз пересматривать видео, то батарея быстро сядет. Упустила это из виду…

Подумав немного, она приняла решение.

– Пойдём, – коротко бросила брату, накинула плащ прямо поверх домашней одежды и вышла из дома.

Стёпа как мог торопился за ней.

Ребята пересекли улицу, и Полина постучалась в дверь соседского дома.

На этот раз ей открыли почти мгновенно.

Мальчишка лет десяти, которого Полина запомнила с прошлого раза, открыл дверь и молча отступил в сторону, пропуская их внутрь. Остальные дети сидели на кухне за столом и завтракали. Взрослых никого не было.

– Рассказывайте! – с ходу велела Полина.

– Что рассказывать? – поинтересовалась рыжая Зойка.

– Всё!

– Ага, поверила, значит? – усмехнулась Зойка.

– Не важно, – вскинула подбородок Полина. Она очень не хотела чувствовать себя неправой, но со вчерашнего дня столько всего произошло. И всё это не укладывалось у неё в голове. Но похоже, что у этих ребят были ответы на её вопросы.

– Вы завтракали? Садитесь с нами, – предложила Зойка.

Полина хотела возразить, но Стёпа уже с готовностью втиснулся за стол, за которым и так было тесно. Кто-то быстро притащил ещё один стул, и Полина нехотя согласилась сесть.

Ребята открывали банки с консервами, пробовали друг у друга, делились, жевали, шутили и смеялись. Всё это выглядело как одна большая дружная семья. Только без взрослых.

– Ну, давай, спрашивай, – разрешила Зойка.

– Кто вы такие? – спросила Полина.

– Мы – ваши соседи. Вот Белка, Головастик, Шнурок, Буба и Муська. А это Мелкий, – перечислила Зойка, указывая пальцем на каждого из ребят по очереди.

– Что за прозвища такие? А имена у вас есть?

– Это и есть наши имена. А вас как зовут?

– Меня Полина зовут, это Стёпка – мой младший брат.

– Скучно, – хмыкнул Буба.

– Что скучно? – не поняла Полина.

– Имена у вас какие-то скучные. Нужно новые придумать.

– Вот уж не надо, – запротестовала Полина, представив, какое имя они могут ей дать с их-то фантазией. Но, мельком взглянув на брата, добавила: – Хотя, вон, ему можете придумать. Вы родственники, что ли?

– Почему? – удивилась Муська – голубоглазая девочка со светлой растрёпанной косичкой.

– Ну, вы же все вместе живёте.

Ребята молча переглянулись и пожали плечами.

– Мы можем и по отдельности жить, здесь все дома пустые – заходи в любой и живи. Просто вместе веселее, – пояснила Зойка.

– Куда делись ваши родители?

– У нас их не было.

– Ну вот, опять… Этого не может быть! У всех есть родители.

– А у нас нет. Мы уже вчера вам это говорили.

– Ладно. Нет так нет, – смирилась Полина. – Расскажите, что тут у вас вообще творится? Кто такая эта хозяйка? Про прислужников расскажите. Куда смотрит полиция, раз у вас тут такие безобразия? И где директор школы?

– Ого! Сколько вопросов! – усмехнулась Зойка. – Мы и в школу-то не ходим, а ты хочешь, чтоб знали, где директор.

– Другие-то дети учатся, – возразила Полина. – Мы ходили в школу и видели там много детей.

– Это прислужники, – спокойно ответила Зойка.

– И дети тоже прислужники? – вытаращилась Полина. – А где гарантии, что вы не прислужники?

– Мы разговариваем. А прислужники молчат.

– И зачем они нужны?

– Смотрят за порядком.

– Ну, если они такие хорошие, за порядком следят, то чего ж тогда вы от них прячетесь?

– Потому что у нас есть одна штука… Мелкий, принеси. – Зойка мельком взглянула на самого младшего мальчишку и кивнула в сторону.

Он тут же убежал. И вскоре вернулся с несколькими листами бумаги. Зойка взглядом показала, чтобы он отдал листки Полине, и та прочитала вслух:

было написано на самом верхнем. – Что это значит?

– Никто не знает, – пожала плечами Зойка. – Но мы придерживаемся этих правил, и они нас ещё пока не подводили.

Полина перебрала остальные листы.

Полина посмотрела на стол, заполненный открытыми консервными банками.

– Вы же говорите, что придерживаетесь этих правил. – Полина кивнула на бумажки. – Вот тут написано не есть консервы, а вы едите.

– Это единственное, что мы нарушили. Ты не бойся, консервы не отравленные. Когда мы нашли эти правила, то перестали есть. Голодали даже. Потом подумали, что ели же до этого и ни с кем ничего не случилось. Значит, ничего страшного. Зато быстро: раз, открыл банку – и готово! Заморачиваться не нужно.

Полина посмотрела, как они все уплетают за обе щеки из банок, и Стёпа вместе со всеми, и ничего не сказала. Они и в своём доме ели консервы, и с ними тоже ничего не случилось. Нужно признать, что эта еда в банках очень вкусная.

Полина вздохнула и принялась читать остальные правила.

– А это что значит? – спросила Полина, подняв последний листок. – Что случается с четырнадцатилетними?

– Мы не знаем, – отозвалась худенькая девочка со взъерошенными тёмными короткими волосами, которую представили как Белку.

– Зойке скоро четырнадцать исполнится, тогда и узнаем, – усмехнулся Головастик – тот самый мальчишка лет десяти, который открыл им сегодня дверь.

Зойка горделиво выпрямилась и свысока оглядела всех. Будто на бумажке было написано не «берегите четырнадцатилетних», а «четырнадцатилетним полагается награда».

– А дома зачем считать? – поинтересовалась Полина.

Ребята как по команде пожали плечами.

– А где остальные люди? Ну, нормальные люди, не прислужники. Ведь должен же кто-то работать в магазинах, в больницах.

– Здесь нет ничего такого, – пожала плечами Зойка. – И других людей, кроме нас, нет.

– Ерунда какая-то… А еда откуда берётся? – Полина кивком указала на стол.

Ребята опять пожали плечами.

– Она просто есть, – неровным хором ответили они.

– Ты расскажешь им про видосы? – шёпотом спросил Стёпа.

Полина окинула взглядом эту странную компанию и решилась.

– У нас есть непонятная запись, – начала она. – Уж вы-то наверняка встречались с таким, раз у вас здесь всё так… – Полина даже не могла подобрать подходящего слова и только развела руками.

Ребята заинтересовались и тут же закидали вопросами:

– Что за запись?

– Тоже правила?

– Дай почитать!

– Нет, видеозапись. Ну, видос, – уточнила Полина, потому что ребята продолжали непонимающе смотреть на неё. – Но снимала я одно, а в результате получилось совсем другое. И там наши родители. Кстати, про которых вы говорите, что их не существует. Так вот, на самом деле их нет, но на видео они есть. Бррр… – помотала головой Полина, увидев, с каким непониманием таращатся на неё соседи, и осознав, что запутывается ещё больше. – Короче, это нужно увидеть. Сейчас принесу!

Она вскочила из-за стола и побежала к своему дому. Телефон уже должен подзарядиться.

Быстро выдернув его из розетки, Полина примчалась обратно.

– Вот, смотрите. – Она включила сторис с самого начала и положила телефон на середину стола, чтобы всем было видно.

– Какая прикольная штука! – восхитился Головастик.

– Ой, там вы! – удивилась Муська, увидев на экране Полину и Стёпу.

– Вы чего? – поморщилась Полина. – Это обычный телефон.

Ребята как по команде покосились на стационарный телефон в углу, потом на плоский прямоугольник, который Полина положила в центр стола.

– У меня такое чувство, будто я уже где-то видел эту штуку. – Головастик склонился к столешнице, рассматривая телефон со всех сторон. Потом решился и взял его в руки. – Как будто у меня такая была. Как будто это моя…

– Ага, сейчас! Твоя, как же! – Полина грубо отобрала телефон и снова положила его в центр стола. – Вы будете видос смотреть?

Ребята уткнулись в видео.

– Вот! Вот они, наши родители! – обрадовался Стёпа, когда на экране показались по очереди сначала мама, потом папа.

Сторис закончились, и все непонимающе посмотрели на Полину.

– Ну и? – спросила Зойка.

– Там были наши родители. А вы говорили, что их не существует, – пояснила Полина.

– А ты уверена, что это не прислужники? Очень похожи на прислужников.

– Что ж я, собственных родителей от прислужников не отличу? – криво усмехнулась Полина. – Но самое интересное, что на самом деле их не было.

– Кого? – сосредоточился Головастик.

– Родителей! – не сдержалась Полина.

– Так мы вам об этом и говорим уже второй день! – в её же манере ответила Зойка.

Полина вздохнула, уткнувшись лицом в ладонь. Затем собралась с мыслями и принялась спокойно объяснять:

– В реальности родителей в тот момент в комнате не было, а на видео они появляются. Понимаете? Я не знаю, как это возможно, но как будто на видео совсем другая жизнь идёт.

Ребята молчали, видимо пытаясь сообразить.

– Вы что, не пробовали сторисы выкладывать? – удивилась Полина.

– Сторисы? – Настала очередь удивления Зойки и остальных ребят.

– Ну да, в соцсеть, – кивнула Полина.

– В соцсеть? – снова повторили ребята.

– Да вы чего? С луны свалились, что ли? – усмехнулась Полина. – Даже Стёпка знает про соцсеть и сторисы. Хотите сказать, что и про селфи не знаете?

– Может, это ты с луны свалилась? – насупилась Зойка. – Рассказываешь нам какие-то небылицы, словечки разные придумываешь и хочешь, чтоб мы тебе поверили?

– То есть какие-то прислужники, пропажа родителей, весь этот дурдом в городе – это нормально, а селфи, соцсеть и сторисы – это мои придумки? – вытаращилась на неё Полина, пытаясь понять, насмехается эта странная девчонка над ней или нет. – У вас телефоны-то есть?

– Есть! – хором ответили соседские ребята.

– Ну слава вселенной! – с облегчением выдохнула Полина. – Доставайте.

– А чего его доставать? Вот он. – Головастик указал пальцем на стационарный телефон в углу. – Только он не работает.

– Вы что, прикалываетесь? Нормальные телефоны доставайте! Такие, как этот. – Полина кивнула на свой.

– У нас таких нет. Но мне кажется… – Головастик уже потянулся к смартфону Полины, но она его опередила.

– Тебе это кажется! Этот точно мой! – Она обеими руками прижала телефон к груди.

– Таких у нас точно нет, – уверенно ответила Зойка.

– Ладно. – Полина с опаской оглядела ребят, словно решая, стоит ли продолжать общаться с этой странной компанией. Но других-то вариантов не было. Похоже, остальные люди, или прислужники, как их тут называли, ещё более странные. – Ладно. Я сейчас сниму видео, выложу его в соцсеть, и посмотрим, что получится. Только телефон у меня, чур, не выхватывать! – Она грозно зыркнула на Головастика.

Полина направила телефон на ребят.

– Ой, а можно посмотреть? – Муська выскочила из-за стола, подбежала к Полине и, прижавшись щекой к её плечу, уставилась в экран телефона.

– Я тоже хочу смотреть! – настойчиво пробубнил Головастик и поднялся.

– Э, нет! – запротестовала Полина. – Если вы все будете смотреть с этой стороны, то кого я буду снимать?

Головастик послушно сел на место, сердито зыркнув на Муську, которая так и осталась возле Полины.

Та нажала на кнопку записи, выставила руку с телефоном перед собой и стала снимать, медленно обходя комнату. Ребята притихли, наблюдая за ней, будто Полина проводила какой-то очень сложный и жизненно важный обряд. Они даже жевать перестали. Да что там жевать! Кажется, они и дыхание задержали, чтобы случайно не нарушить этот самый таинственный обряд. Головастик не сводил взгляда с телефона Полины. Он хмурил брови, молчал, будто пытался что-то вспомнить.

Полина загрузила видео в сторис и, включив его, снова положила телефон на стол. Ребята придвинулись поближе, чтобы лучше рассмотреть.

– Это мы! – с восторгом удивились они, когда на экране появилась вся компания.

– Вы дальше смотрите, – подсказала им Полина. – Не только на себя, а вообще на всё, что вокруг происходит.

– А что происходит? Ничего не происходит, – ответила Белка.

На экране и в самом деле ничего не происходило. Обычная комната, группа ребят сидела не шевелясь, и больше ничего.

– Не получилось… – прокомментировал Стёпа.

– А что должно было получиться? – поинтересовался Головастик.

Полина не ответила, она взяла телефон в руки и задумчиво перематывала сторис.

– У нас родители там проявлялись, – сказал Стёпа. – Может, сломалось что-то?

– Вы думаете, ваши родители здесь? Невидимые? – Муська с опаской оглянулась.

– Да ну! Ерунда! Невидимых не бывает, – поспешила успокоить её Зойка.

– Ага, я раньше тоже так думал, – спокойно ответил Стёпа.

– А вот это кто, вы не знаете? – Полина нажала пальцем на экран, остановив запись, и показала ребятам. – Я не припомню, чтобы кто-то выходил из-за стола.

В кадре и правда был человек. Камера лишь краешком захватила его, видны были только спина и рука. Лишь на мгновение. Поэтому сперва, увлечённые каждый своим изображением, ребята этого не заметили.

Все напряжённо переглянулись.

– А никто и не выходил… – неуверенно сказала Зойка.

12

В доме определённо был кто-то ещё. И этот кто-то был не из их компании.

Ребята настороженно озирались.

Это неприятно – осознавать, что где-то рядом ходит человек, которого ты не видишь.

– Ну-ка, давай, сделай так ещё. – Зойка сдержанно кивнула на телефон.

Полина поняла, что та имеет в виду, и снова принялась снимать, медленно обводя комнату камерой. Самое досадное, что невозможно было определить, где сейчас мог находиться тот невидимый человек. Как получилось сегодня утром. Можно было старательно снимать одну сторону комнаты, каждый сантиметр, каждый уголок, а он в это время преспокойно сидит на стуле где-нибудь за спиной и даже не пытается спрятаться, просто сидит, потому что там находится стул. А за минуту попробуй тщательно снять всё.

– Готово, – сказала Полина, когда загрузила сторис, и положила телефон в центр стола.

Все снова сбились в кучу, голова к голове.

Вот на экране появилась вся их компания. Ребята уже не восторгались и не выкрикивали, увидев себя, все они старательно рассматривали то, что происходит вокруг них, смирно сидящих за столом. Даже самый младший Мелкий, нахмурив брови, сосредоточенно пялился в экран.

– Вот он! – не удержался Головастик, когда на экране снова показался незнакомец. Это оказался совсем седой старенький дедушка.

«Ну что, Дениска, вы бы с друзьями хоть на улице поиграли. А то сидите целыми днями дома», – сказал он и направился к детям.

Ребята напряжённо замерли. Но в этот момент Полина отвернула телефон, и камера стала снимать совсем другой угол, поэтому так никто и не узнал, что же было дальше, к кому именно подошёл тот человек.

– Кто из вас Дениска? – спросила Полина, когда сторис закончилась.

Ребята переглянулись, будто ожидая, что кто-то сам признается.

– Ну? – поторопила Полина.

– У нас таких нет, – торопливо ответила Зойка.

– А как вас зовут? Ну, по-настоящему, без прозвищ, – спросила Полина.

Ребята снова переглянулись.

– Мы… не помним…

– Та-а-ак… понятно… – нахмурилась Полина. – Значит, среди нас есть некий Дениска, который знаком с тем дедом, и мы не знаем, кто он. Вы хотя бы деда-то узнали?

Ребята одновременно покачали головами.

– Отлично… – пробормотала Полина и снова выставила перед собой телефон.

На этот раз она снимала только детей, сидящих за столом, не отводила от них камеру, старалась, чтобы каждый попал в кадр. А ребята опять замерли и не двигались.

– Чего вы сидите, будто вас на древний фотоаппарат фоткают, – усмехнулась Полина. – Это видео, здесь можно шевелиться.

Но отреагировал только Стёпа. Да и то его активности хватило лишь на то, чтобы выставить вверх два растопыренных пальца и выкрикнуть: «Йо-хо!»

Отследив минуту, Полина выключила запись и загрузила её в сеть.

В первые секунды на экране ничего не происходило. Ничего необычного. И никого постороннего.

Потом неожиданно, даже несмотря на то, что его ждали, появился дед. Он стоял с краю и улыбался, глядя на ребят.

«Ой, можно, я тоже с вами сфотографируюсь? – спросил дед. – А то у меня фотокарточки совсем старые».

Он подошёл сзади, встал между Головастиком и Бубой, приобнял их за плечи и тоже замер, уставившись в камеру. А те словно и не заметили и вели себя так, будто это нормально.

Буба и Головастик резко отпрянули друг от друга, увидев на экране, что их обнимает незнакомец.

– Да теперь-то что? Теперь он уже, наверное, отошёл, – сказала Зойка. Но, подумав немного, добавила страшным голосом: – Или стоит где-нибудь рядом, вместе с нами смотрит.

От этой мысли стало жутковато. Ребята напряжённо оглядывались, пытаясь разглядеть где-то возле себя какие-то очертания, или мутное облако, или что там ещё в таких случаях бывает.

«Чего вы сидите, будто вас на древний фотоаппарат фоткают? Это видео, здесь можно шевелиться», – послышался из телефона голос Полины, который напомнил всем, что видео продолжается.

Все тут же повернулись к экрану. Вот Стёпа вскинул руку с двумя выставленными пальцами, вот дед, глядя на него, чуть запоздало и неуклюже повторил то же самое, а все остальные так и остались сидеть недвижимо.

Видео закончилось.

– Может, кто-то из вас Дениска? – предположила Полина, посмотрев на Головастика и Бубу.

Мальчишки переглянулись, словно увидели друг друга впервые, и как по команде пожали плечами.

– Карточки какие-то… – задумчиво пробормотала Белка.

– Ты о чём? – спросила её Зойка.

– Он говорил о каких-то карточках. – Белка кивнула на телефон. – Может, это важно? Может, он хотел рассказать нам ещё о каких-то правилах на карточках?

– Да нет, это он про фотки, – пояснила Полина. – У нас бабушка тоже фотки фотокарточками называет.

– Какие же у него фотки? Он же невидимый, – удивилась Белка.

Полина замерла, задумчиво уставившись на неё. Что-то зашевелилось в её мыслях, какая-то логическая цепочка. И сейчас главное – не спугнуть её.

– Но ведь когда-то он был видимый, – наконец сказала она. – Значит, у него где-то есть фотки. На них он наверняка с Дениской. Вот мы и узнаем, кто он. Я думаю, он жил в этом доме.

– Почему ты так решила? – спросила Зойка.

– Ну, он ведёт себя здесь как хозяин. Обращается к Дениске как к своему внуку. То есть как будто они тут живут, а остальные пришли в гости, – предположила Полина.

– Ты такая умная! – восхитилась Белка.

– Это же сразу в глаза бросается, – смутилась Полина. – Сами-то подумайте.

– Мы тут все вместе живём, поэтому нам ничего такого не бросается, – хмыкнула Зойка.

– Нужно найти здесь хоть какие-то фотки, и тогда поймём, права я или нет. – Полина с вызовом посмотрела на Зойку, которая явно вела себя как соперница, но Полине и в голову не приходило с кем-то соперничать. А главное – из-за чего? К тому же, хоть Зойка и была немного старше, Полина оказалась заметно выше её и невольно смотрела на неё сверху вниз. Что, вероятно, злило Зойку.

– А что искать-то? Где могут быть эти карточки? – Головастик уже побежал в комнату.

– На стенах могут висеть. Или в рамочках стоять где-нибудь.

– Тут нет ничего такого.

– Какие-то альбомы, коробки, папки, – подсказала Полина. – Что-то должно быть.

Все разбежались по дому в поиске фотографий, которые могли бы стать хорошей подсказкой. Ребята ещё пока не понимали, что именно это им даст, но были уверены, что они на правильном пути.

Искали везде: во всех комнатах, во всех шкафах и шкафчиках, на полках, в тумбочках и под кроватями. Ребята двигали кресло и заглядывали под диван. Кто-то предположил, что, возможно, фотографии были спрятаны в тайник. Но Полина усомнилась. Вряд ли кто-то стал бы делать ради этого тайник. Тайники делают, чтобы спрятать что-то важное и секретное. Или на случай надвигающейся опасности. А чего секретного в обычных фотографиях? Да и об опасности, похоже, этот дед до сих пор не догадывался. Даже когда стал невидимым.

– Нашла! – радостно выкрикнула Белка. – Кажется, это то, что мы искали.

Все бросились к ней. Довольная Белка прижимала к себе старый, но добротный альбом, обтянутый малиновой ворсистой тканью.

– Давай, показывай! – в нетерпении выкрикнул Головастик.

Но Белка, горделиво выпрямившись, чинно прошла на кухню, важно положила альбом в центр стола и только тогда открыла первую страницу.

В альбоме действительно были карточки. Старые, черно-белые, на которых улыбались совершенно незнакомые люди. Никого из ребят на них не было. Да и того деда тоже. Разве что…

– Смотрите! А это не он? – спросила Полина, указав на мужчину с усами, которые чёрной полосой шли над губой и спускались по краям рта чуть ли не до подбородка.

– Совсем не он! – категорично заявила Муська.

– Да не, похож… Только молодой, – прищурилась Зойка.

– Если усы закрыть, то ещё больше похож, – отметил Буба, прикрыв пальцем усы на карточке.

– Да, сейчас-то он совсем без усов, – согласился Стёпа.

Теперь среди всех этих незнакомых людей ребята узнавали хотя бы вот этого деда. Пусть он тоже был незнакомым, но все очень радовались, когда на очередной фотографии отыскивали его. В конце альбома было несколько цветных фотографий, на которых он уже совсем стал похож на себя. На одной из них он был с мальчиком. Они стояли на берегу реки, радостные и улыбающиеся, дед держал удочки, а мальчишка – огромную рыбу, которая едва помещалась в обе руки.

– Значит, Дениска – это ты. – Полина пристально посмотрела на Бубу. Ведь именно он был на той фотографии, никаких сомнений.

– Дениска… – прошептал он, словно знакомясь с самим собой. Имя было непривычным и каким-то чужим. Но в то же время оно вызывало в памяти что-то смутное, далёкое, как будто давно забытый сон.

Остальные ребята смотрели на него с таким удивлением, будто только сейчас увидели.

– Ты же здесь не маленький. – Зойка кивнула на фотографию. – Тебе здесь лет примерно как сейчас. И ты совсем не помнишь этого человека?

– Совсем… – покачал головой Буба.

– А здесь – как будто вы с ним очень хорошо знакомы. – Головастик, выпятив нижнюю губу, со знанием дела покачал головой.

– Я вообще не понимаю, как вы могли забыть свои имена, – удивилась Полина. – Так вы и про родителей забыли, и про этого дедушку, а сами говорите, что их и не было никогда.

На этот раз с ней никто не стал спорить.

13

До самого вечера ребята строили планы, пытаясь придумать, как им вспомнить имена и что делать дальше.

– Вы можете остаться с нами, – предложила Зойка, когда Полина со Стёпой засобирались домой. – Здесь места всем хватит. Мы все вместе можем жить сначала в этом доме, потом выберем другой.

Стёпка с надеждой посмотрел на сестру. Похоже, эти ребята ему понравились и он готов был остаться.

– Нет, – твёрдо ответила Полина. – А вдруг родители вернутся? Нам нужно быть дома.

– Какие родители? – удивился Стёпа.

– Ты что? Наши родители! Вдруг они вернутся, а нас нет?

Стёпа непонимающе уставился на сестру.

– Так! Всё! Нам пора! – Полина схватила брата за руку и потащила за собой.

Непонятно, что тут происходит. Может, Стёпка как-то заразился от этих ребят и тоже начал забывать родителей.

Переходя дорожку, они снова повстречали рыжеволосую женщину с ребёнком. Теперь ребята даже не удивились тому, что мама с сыном гуляют в такой темноте. Прислужники – что с них возьмёшь? Возможно, они даже ночью здесь бродят, контролируя порядок. От этой мысли стало жутковато.

Полина схватила брата за руку и прибавила шагу. А заскочив в дом, торопливо защёлкнула замок, и только тогда выдохнула.

– Ты чего? – шёпотом спросил Стёпка.

– Так. Ничего, – ответила Полина, решив, что не стоит пугать младшего брата своими страхами. Да ещё и перед сном.

А спать не хотелось. В голове роились кучи мыслей, планов, идей. И ещё больше вопросов.

Ребята прошли на кухню, и Стёпка первым делом открыл шкаф с ровными рядами консервных банок.

– Поль, а ты не будешь есть? – поинтересовался он.

– Нет, что-то не хочется. – Полина задумчиво смотрела в одну точку.

– Ты и у соседей ничего не ела, – заметил Стёпа, выбрав одну банку.

– Угу. – Полина встала, налила воды в чашку и села обратно. Странно, но есть не хотелось. – Завтра нужно будет проследить за родителями.

– За кем? – не понял Стёпка.

– За родителями! Мы с тобой хотели утром проследить, куда они уходят. Договаривались же.

– Поль, ты уверена, что у нас были родители? Может, их и не было никогда?

– Не говори ерунды! – возмутилась Полина.

Она задумчиво смотрела, как Стёпа потянул за кольцо на крышке банки. Крышка поддалась и с шуршанием начала отгибаться.

– Постой! – вдруг остановила его Полина.

– Ты что? – Стёпка даже вздрогнул от её окрика.

– Я думаю, не нужно это есть.

– Почему?

– Не знаю. Но почему-то на тех карточках было написано не есть консервы.

– Ничего же страшного не происходит, – пожал плечами Стёпка. – Может, это прислужники специально карточки написали, чтоб мы голодали. Мы же не знаем точно.

– Мне кажется, что-то с ними не так. И у тебя вон что-то с памятью случилось. Вдруг это из-за консервов? Пока мы с этим не разобрались, я думаю, лучше не есть.

– А что будем есть?

– Ты голодный?

– Нет, – прислушиваясь к своим ощущениям, ответил Стёпа.

– Ну и всё. А завтра приготовим что-нибудь. А сейчас вот лучше воды выпей.

Стёпка нехотя отодвинул от себя банку. Ещё неохотнее взял стакан.

– Ну? Тебе лучше? – спросила Полина, когда он сделал несколько глотков.

– Угу, – кивнул Стёпа, хотя не особо понимал, к какому месту в своём организме нужно прислушиваться.

– Давай пойдём уже спать, – предложила Полина. – Мы же не хотим завтра проспать?

– Поль? Как ты думаешь, мама целует меня перед сном? – с надеждой спросил Стёпа. – Раньше она всегда целовала меня.

Полина хотела ответить что-нибудь дерзкое, но в глазах младшего брата читалось, что он ждёт один-единственный ответ. В них было столько тоски, что Полина не решилась прикалываться на эту тему. К тому же, если Стёпа снова вспомнил родителей, это вселяло надежду, что не всё потеряно. Его забывчивость не дошла до той же степени, как у соседских детей.

– Конечно целует. И желает спокойной ночи.

Стёпа с облегчением улыбнулся.

14

Утром Полина встала даже раньше брата, что бывало очень редко. Да что там, такого прежде никогда не случалось! Первым делом Поля взяла телефон, вышла из комнаты и тут же начала снимать.

Лестница, холл, на пустой кухне чуть задержалась. Вряд ли на лестнице может происходить что-то интересное. А кухня – это с виду она пустая, а на самом деле тут всякое может быть. Поля загрузила видео в соцсеть и уселась смотреть.

На лестнице и правда ничего не происходило. В холле суетился папа.

«Ты не видела, куда я положил документы?» – спросил он.

«Посмотри в шкафу», – отозвалась мама из кухни.

«Я уже несколько раз там смотрел. О, ты уже проснулась? Так рано!» – Папа посмотрел в сторону Полины, но она уже отвернула камеру, входя на кухню.

Мама что-то помешивала в кастрюле, стоя у плиты.

«Завтрак вам готовлю, – улыбнулась она. – Перед школой нужно плотно поесть. Кстати, как дела в школе?»

Полина посмотрела поверх телефона на то место, где на видео стояла мама. Там было пусто. Но на плите и правда стояла кастрюля. Полина вытянула шею и заглянула внутрь. Пусто. Может, эта кастрюля ещё с вечера здесь?.. Полина вздохнула и покачала головой: на что она надеялась? Волшебства не бывает. А всё, что здесь происходит, – это… это… Это ерунда какая-то.

– Стёпка! Вставай! Они уже здесь! – крикнула Полина, глядя на потолок: где-то там комната Стёпы.

Тут же послышался грохот, топот, как будто стадо слонов мчалось к водопою, а не один маленький мальчик спускался по лестнице.

– Где? Показывай! – Стёпка наспех тёр заспанные глаза.

– Да там ничего особенного, – ответила Полина, но всё же протянула телефон.

Стёпа сосредоточенно просмотрел сторис.

– А что за документы папа всё время ищет?

– Не знаю, – пожала плечами Полина. – По работе что-нибудь, наверное.

– Мама про школу спрашивает, а мы туда даже не ходим. Это правильно?

– Они с папой не знают, что тут у нас происходит. Они думают, что всё нормально и они видимые. Понимаешь?

Стёпа огляделся, остановил взгляд где-то в середине кухни, не зная точно, куда нужно смотреть, робко улыбнулся и помахал рукой:

– Привет. Мы сейчас пойдём в школу.

– В этом не было смысла. – Полина закатила глаза и вздохнула. – Они всё равно невидимые, а тут жизнь совсем другая.

– Но ты же говорила…

– А, не бери в голову, – махнула рукой Полина и взяла телефон, чтобы снова снимать.

– А есть мы будем? – поинтересовался Стёпа.

Самое простое – открыть прямо сейчас банку консервов. Но Полина теперь настороженно к ним относилась.

– Я не знаю, сколько у нас времени, – призналась она. – Ну, давай хотя бы сварим что-нибудь, а поедим потом.

Полина открыла шкаф. Одни консервы! Сейчас такое изобилие уже не радовало. Хорошо, что они привезли с собой немного крупы. Полина налила воды в ту самую кастрюлю, которая стояла на плите, включила конфорку. Затем достала телефон и начала снимать.

Снимала, выкладывала, просматривала и снова снимала.

– Поль, тут кипит, – доложил Стёпа, наблюдавший всё это время за кастрюлей.

– Насыпь туда какую-нибудь крупу, – мельком взглянув в его сторону, ответила Полина.

– Какую? – растерялся Стёпа.

– Любую, – отмахнулась Полина. – Мне пока некогда.

Стёпка растерянно уставился на полку. Потянулся сначала к пакету с белой крупой, потом метнулся к коричневой и всё же остановил свой выбор на мелко порубленной бежевой.

– Эту? – на всякий случай уточнил он.

– Да, – не глядя ответила Полина.

– Всю?

– Половину.

Стёпа ещё посомневался несколько секунд, потому что Полина даже не посмотрела в его сторону, а потом засыпал крупу в кастрюлю.

– Знаешь, что я подумала? Нужно снимать не по минуте, а короче. Потому что, пока минуту снимаю, пока её загружаю, пока мы её смотрим, пройдёт целая вечность! И потом непонятно, где снимать. За это время столько всего может измениться.

– Ну да, – согласился Стёпа, задумчиво глядя сквозь прозрачную крышку, как кипящая вода в кастрюле поднимает и перемешивает крупинки. Она будто играла с ними.

– Так, всё! Быстрее собирайся! Они уже уходят, – вдруг выкрикнула Полина, второпях накидывая плащ.

– А каша? – заволновался Стёпка.

– Выключай! Потом доварим.

Стёпа щёлкнул ручкой выключателя и поспешил к выходу.

– Давай скорее, некогда! – торопила его Полина, помогая попасть в рукав куртки.

Ребята выбежали на улицу. Снимая маленькими кусочками, Полина тут же торопливо выкладывала их в соцсеть и просматривала. Это был непрекращающийся процесс, который оказался очень утомительным.

– Поль… а что с домами? – насторожился Стёпа.

Полина, так увлечённая слежкой за родителями, даже внимания не обратила на дома. А они и правда на видео выглядели совсем другими. Не было той аккуратности и одинаковости, как здесь. И чем ближе к краю города они подходили, тем больше становилась заметна эта разница. Здесь дома уже были совсем другие: разные по размеру, скособоченные, с облезлой краской, а штукатурка местами отвалилась до самых кирпичей, окна криво заколочены досками.

– Как это?.. – удивился Стёпа.

– Не знаю, – отмахнулась Полина. – Некогда об этом думать!

– Смотри, они завернули за тот дом! – Стёпка тыкал пальцем в экран.

– Да, вижу. Бежим скорее!

Ребята забежали за угол дома и оторопели. Здесь повсюду были люди. Одни топтались на месте, другие бесцельно ходили туда-сюда. И взрослые, и дети. Некоторых ребята видели раньше. Все были словно в ожидании команды.

– Это прислужники? – шёпотом спросил Стёпа, словно боясь, что его могут услышать.

– Да, похоже, – так же шёпотом ответила Полина.

– Вон те девочки в школе были, – кивком указал Стёпа.

– А вон мужик в сером костюме, – шепнула Полина.

– Что с ними? Почему они такие?

– Я не знаю.

Прислужники выглядели странно. Некоторые неподвижно стояли на месте, как манекены в магазине. Другие слегка покачивались. Третьи делали какие-то непроизвольные движения, как сломанные игрушки. На ребят никто не смотрел. Все эти люди будто пребывали в состоянии полусна.

Зачем сюда свернули родители? И куда пошли дальше? Чуть поодаль дорожка раздваивалась, а дальше и вовсе был перекрёсток. Полина снова выставила телефон и обвела им всю округу, пытаясь понять, где именно сейчас находятся мама и папа. Трудно снимать то, чего не видишь. Да ещё повсюду эти прислужники… Пусть они не обращают внимания на детей, стоят, покачиваются, смотрят куда-то мимо, но всё же ситуация странная. И немного жутковатая.

Полина загрузила сторис. Ребята придвинулись ближе, чтобы рассмотреть картинку на экране.

– Что это? – ужаснулся Стёпка и растерянно взглянул на сестру.

– Я не знаю… – оторопела Полина.

– Поль, пойдём отсюда. – Озираясь по сторонам, Стёпа потянул её за рукав.

Полину не пришлось долго уговаривать. Ребята попятились, настороженно поглядывая на прислужников, а потом драпанули так, как никогда до этого не бегали. Хорошо, что отошли не так далеко от дома. Отдышались они, когда уже забежали внутрь и захлопнули за собой дверь.

Стёпка осторожно отодвинул краешек занавески и выглянул в окно.

– Ну? Что там? – Полина подошла к нему и выглянула в эту же щель.

– Нет никого, – доложил Стёпа. – Ну-ка, покажи ещё.

Полина достала телефон. Ей и самой хотелось ещё раз взглянуть и хорошенько рассмотреть то, что они увидели, но только сделать это в безопасном месте.

Ребята склонились над экраном. Полина быстро промотала сторисы, остановившись на той, которую выложила недавно. Прислужники здесь выглядели совсем не так, как в реальности. Одежда та же, ноги, тело, но вот руки, а точнее, пальцы безвольно болтались, спускаясь до самой земли длинными верёвками. И головы у всех были одинаковые и лысые, неважно, взрослый это или ребёнок, мужчина или женщина.

– У них нет глаз, что ли? – удивился Стёпа.

Полина нажала пальцем на экран, остановив картинку.

Да, у прислужников не было ни глаз, ни носа, ни рта, ни ушей. Лишь тонкий рисунок в виде снежинки через всё бледное лицо. Простой, шестиконечной, такой, как рисуют маленькие дети, скрещивая три чёрточки.

– Понятно теперь, почему они нам не отвечали, – сделал вывод Стёпа.

Полина даже с какой-то брезгливостью убрала палец, которым касалась прислужника, и картинка снова ожила.

– Смотри, смотри, оно шевелится! – не удержавшись, воскликнул Стёпа.

Полине тоже показалось, что края нарисованной снежинки едва заметно шевельнулись, но в тот же момент сторис закончилась. Полина снова включила видео и в нужный момент зажала пальцем экран, остановив изображение. Вот, в самом центре странного лица, если это можно было так назвать, краешек снежинки как будто чуть отогнулся. В этом не было сомнения, это не могло быть тенью или грязным пятном. Как раз там, где у нормального человека нос, один из уголков отогнулся, а под ним что-то сверкнуло.

– Гадость какая. Как мне теперь это развидеть? – поморщилась Полина.

– Жу-у-уть! – с восторгом протянул Стёпа.

Краем глаза Полина заметила шевеление за окном и настороженно вгляделась. Соседские ребята, пересекая дорожку, толпой шли к их дому. Кто-то заспанно потягивался, кто-то потирал глаза, которые никак не хотели открываться после сна. Было заметно, что ребята только что проснулись и первым делом поспешили к ним.

Полина открыла дверь, быстро огляделась по сторонам и поторопила ребят:

– Давайте быстрее!

– Мы видели прислужников! – воскликнул Стёпка, едва они переступили порог.

– Эка невидаль, – усмехнулась Зойка.

– Хе! Кто их не видел? Здесь их полно! – хохотнули ребята.

– Такими вы их точно не видели. – Полина достала телефон, предвкушая их реакцию.

Все столпились над экраном.

– Мы хотели проследить за родителями, чтоб узнать, куда они уходят, – комментировала Полина. – И вот там за поворотом увидели толпу прислужников.

– Ну да, они там спят, – кивнула Зойка.

– Так вот, мы их тоже сняли, смотрите.

Ребята оторопели, увидев на экране странных существ с длинными пальцами и жуткими безглазыми болванками-головами.

– Это прислужники? – удивилась Муська.

– А представляете, мы там, среди них, стояли? – гордо сообщил Стёпка.

Все с недоверием покосились на него. Но тут хоть верь, хоть не верь, а вот оно – доказательство.

– Кто же они такие? – в ужасе прошептал Буба-Дениска.

– Не знаю. Но точно не люди, – ответила Полина.

– И что мы теперь будем делать?

Полина задумалась.

– А у вас какие планы были? – спросила она.

– Ну, мы просто жили. Прятались от прислужников и от хозяйки.

– Нет. Просто жить здесь и прятаться – меня это не устраивает. Я хочу найти родителей и уехать из этого города! – решительно заявила Полина.

Ребята переглянулись. Похоже, они об этом даже не задумывались.

Ну раз уж речь пошла о желаниях, то и Стёпка решил воспользоваться случаем.

– А я хочу есть, – сказал он.

– Мы тоже ещё не завтракали, – вспомнил Головастик.

– Я с вами о серьёзных вещах говорю, а вы… Эх вы! Только о еде и думаете, – разочарованно вздохнула Полина.

Но её никто не слушал, все убежали на кухню.

– Поль, смотри, каша-то сварилась! – с удивлением воскликнул Стёпа, подняв крышку кастрюли. Рассыпчатая каша, разбухшая до самой крышки, тут же пыхнула горячим паром, донося знакомый запах. Она выглядела совсем как та, которую готовила мама.

– Что это у вас? – заинтересовался Головастик.

– Каша, – гордо объявил Стёпа. – Я сам варил.

– Вот ещё заморачиваться, – хмыкнул Головастик. – У вас еды, что ли, нет?

Он открыл дверцу шкафа, в котором все полки были заставлены консервными банками, совсем как в магазине.

– Мне кажется, не нужно это есть, – предупредила Полина. – Вчера Стёпка тоже стал забывать родителей, я думаю, из-за этих консервов. Наверное, туда специально что-то добавляют. Не зря же на ваших табличках было предупреждение. Мы решили сами готовить.

Ребята переглянулись, подумали немного и уселись за стол. Стёпа с Полиной разложили кашу по тарелкам и раздали гостям.

– Она даже не сладкая! – поморщилась Муська.

– Она вообще никакая, – попробовав, сделал вывод Головастик.

Полина попробовала и тоже поморщилась.

– Ты не солил? – взглянула она на брата.

– А ты не говорила, – начал оправдываться Стёпка. – Я откуда знаю, что туда нужно класть? Я что, мама?

– Ладно, зато она полезная, – смирилась Полина, чуть-чуть подсолив кашу в тарелке.

После всех этих консервов с яркими, разнообразными вкусами каша казалась совсем пресной и скучной. Настолько скучной, что даже разговаривать не хотелось. Ребята молча жевали её, с тоской поглядывая на шкаф, где за дверцами хранилось такое огромное количество вкуснятины.

15

– Смотрите: проснулись! – предупредил Шнурок, осторожно выглянув в окно через занавеску.

По тротуару вдоль домов как ни в чем не бывало шли люди: рыжеволосая симпатичная женщина с ребёнком, две девочки с ранцами, навстречу им пожилая женщина, держа на сгибе локтя сумку. Обычное утро обычного городка.

– Подумать только… – задумчиво пробормотала Полина и вдруг передёрнула плечами, вспомнив запись на телефоне: – Бррр!

– Что они вообще делают? – спросил Стёпа.

– За порядком же смотрят! – как непонятливым разъяснила Муська.

– А как смотрят? Они же даже не разговаривают. Они не могут сказать: «Не мусорьте тут!» – искажённо строгим голосом произнесла Полина. – Что они при этом делают?

– Ничего, – пожал плечами Буба и взглянул на Зойку – может, она чего добавит.

– Ничего, – подтвердила Зойка. – Просто ходят туда-сюда целый день, а потом спят вон там, за углом. Стоя, как лошади.

– Но что-то же они должны делать, – не успокаивалась Полина. – Для чего-то же они нужны?

– Да не знаем мы! – повысила голос Зойка. – Нам велено от них прятаться, вот мы и прячемся.

– Они же никого не трогают. Сами говорите, что просто бродят туда-сюда. В первый день мы со Стёпкой вообще не знали, что от них нужно прятаться, даже спрашивали у них, где школа находится. И они нам ничего не сделали.

– Ты хочешь сказать, что они безопасные? – прищурилась Зойка.

– Ага, такие-то страшилищи! – Белка от ужаса втянула голову в плечи.

– Я ничего не хочу сказать, – продолжила Полина. – Я просто размышляю вслух. И вообще, мы же тогда не знали, что они страшилищи. И они нас не трогали. Они вообще как будто нас не видели.

– Может, они действительно просто смотрят, чтоб мусор на улицах не валялся? – предположил Буба. – И эти длинные пальцы им нужны, чтоб фантики с земли поднимать.

Ребята задумались.

– И что мы будем теперь делать? – спросил Головастик.

– Считать дома, – пожала плечами Полина.

Ребята непонимающе уставились на неё.

– Ну, в тех ваших карточках написано же «считайте дома». Вы, кстати, считали? – Полина посмотрела на Зойку.

– Конечно! – хмыкнула Зойка. – На нашей улице – восемнадцать, на соседней столько же, на той, которая поперёк, – двадцать три, которая идёт к школе – шестнадцать. Я это наизусть знаю. Несколько раз пересчитывали, потом поняли, что в этом нет никакого смысла.

– Зачем тогда об этом написано в карточке?

– Не знаю. Ты меня спрашиваешь, как будто это я те карточки написала!

Полина задумалась.

– Какой-то в этом всё равно должен быть смысл, – наконец сказала она. – Если не подсказка, то какое-то предостережение. Может, загадка?

– Какая загадка? – усмехнулась Зойка. – Там даже вопроса никакого нет, просто «считайте дома». Чего тут загадочного?

– Может, ещё раз посчитать? – предложил Стёпа.

– Чего там считать-то? – гневно зыркнула на него Зойка. – Думаешь, какой-то дом переехал с одной улицы на другую?

– Так! Не кричи на него! – вступилась за брата Полина.

Стёпа удивился такой её реакции, но ничего не сказал. Обычно Полина сама ворчала и прикрикивала на него, а тут – нате вам – заступилась.

– Мне кажется, Стёпка прав, нужно ещё раз пересчитать, – продолжила Полина.

– Ну и считайте кто хочет. А я уже сто раз считала. – Зойка развернулась и вышла из дома.

За ней, виновато поглядывая на Полину, вышли Мелкий, Белка и Буба. Муська, вздрогнув торчащими белобрысыми косичками, спрыгнула со стула и тоже поспешила вслед за остальными. В окно было видно, как они торопливо перебежали дорогу, стараясь не столкнуться с прислужниками. Из соседских ребят остались только Головастик и Шнурок.

– А вы чего? – грозно спросила Полина.

– А мы с вами посчитаем, нам нетрудно, – пожал плечами Шнурок и широко улыбнулся.

Улыбка у Шнурка была завораживающая. Хоть у него и не хватало пары зубов, Шнурка это ничуть не смущало, он улыбался открыто, как будто душу распахивал. Тем более зубы отсутствовали не передние, так что чего смущаться. Никто не мог ругаться, когда он улыбался, Шнурок это знал и пользовался.

– Ладно. Пойдём, – согласилась Полина, подпав под магию его улыбки.

Ребята вышли из дома и остановились, посмотрев в одну и другую сторону. С одной стороны было видно два дома, затем улица поворачивала, в другую сторону она уходила дальше. Все дома были видны даже отсюда, не нужно подходить к каждому, чтобы пересчитать. Благо улица недлинная – всего-то восемнадцать небольших домов, по девять с каждой стороны.

Повсюду бродили люди. То есть прислужники. Ребята поначалу с опаской обходили их, но прислужники не проявляли к ним никакого интереса, просто бродили с бессмысленными взглядами туда-сюда.

– Да они безопасные! – махнул рукой Шнурок. – Они нас даже не замечают.

– Ага, безопасные, – усомнился Стёпа. – Это они только кажутся обычными людьми.

Полина достала телефон и засняла на видео улицу вместе с прислужниками. Загрузила в соцсеть. Ребята сгрудились посмотреть, что получилось.

– Даже не верится, что это на самом деле, – пробормотал Головастик.

То, что они видели вокруг, и то, что было на экране, – как два совершенно разных мира. На записи вместо людей странные существа с болванками вместо голов передвигались, прощупывая перед собой путь длинными пальцами-верёвками. Скособоченные дома, угловатые и кривые, с выбитыми стёклами, мрачные, серые.

– Как такое возможно? – удивились ребята.

– Тут все не такое, каким кажется, – сказала Полина и убрала телефон.

– Пойдём, на другой улице посчитаем? – спросил Стёпа.

– Да. Раз уж начали, – согласилась Полина.

Ребята побежали дальше. Сейчас они уже поняли, что прислужники безопасны, поэтому просто пробегали между ними, не опасаясь.

– Что-то не сходится, – задумчиво пробормотала Полина, подходя к школе. – Сколько, вы говорили, здесь домов?

– Шестнадцать, – ответили хором Головастик и Шнурок.

– Мы ещё до конца улицы не дошли, а я вижу восемнадцать, – Полина остановилась и принялась пересчитывать, тыкая в воздухе пальцем. – Ну точно, восемнадцать.

– Не может быть! – запротестовал Головастик. – Здесь всегда было шестнадцать домов.

– А теперь восемнадцать. Сам посчитай, – усмехнулась Полина и отступила чуть в сторону, потому что в это время по тротуару шла полная женщина в оранжевом пальто. Её вид был настолько невозмутим, что казалось, не уступи Полина ей дорогу, она прошлась бы прямо по ней. Прислужники – что с них взять?

– Точно, восемнадцать, – с удивлением подтвердил Головастик, пересчитав дома.

– Может, вы ошиблись? – предположила Полина.

– Мы не могли ошибиться. Мы же не один раз считали.

– Тогда откуда здесь два лишних дома? Когда их успели построить? – Полина выжидательно посмотрела на ребят, но те только пожали плечами.

– Стройки точно не было! – заверили её Головастик и Шнурок. – Мы бы такое сразу заметили.

– Значит, какие-то два дома просто однажды перешли с другой улицы на эту, и теперь там на два меньше, – с серьёзным лицом размышляла Полина и, увидев, как мальчишки раскрыли рты от удивления, рассмеялась: – Да шучу я, шучу! Мы что, в мультике, чтоб тут дома ходили? Но что-то тут явно не так… Пойдёмте остальные дома посчитаем.

Но на других улицах их количество не изменилось.

– Нужно Зойке сказать, – решил Шнурок, и ребята побежали к своему дому.

Конечно же, им никто не поверил. А кто поверил бы, что дома сами собой множатся?

– Вы обсчитались, – решительно заявила Зойка.

– Ага, все вместе обсчитались, пересчитывая несколько раз, – усмехнулась Полина. Она не чувствовала Зойкиного превосходства, как другие дети, потому что они были примерно одного возраста, и запросто спорила с ней, насмехалась над её словами, чем очень злила Зойку. Та не привыкла к такому общению, она была лидером в своей компании.

– Ну, я не знаю тогда… – замялась Зойка.

– Домов реально больше, чем ты говорила, – примирительным тоном сказала Полина. – Если не веришь, можешь сама пересчитать. Вот только что это может значить? Прямо мистика какая-то.

16

Утром Полина уже по привычке снимала видео на первом этаже дома и выкладывала его в соцсеть. Мама, как обычно, суетилась на кухне, готовя обед, папа был тут же, помогал ей чистить картошку, по ходу дела переживая, что никак не может найти документы. На работу они не спешили. Должно быть, сегодня выходной, Полина уже запуталась в днях недели, живя без школы, без связи, без родителей, которые напомнили бы. Она посмотрела в календарь на телефоне: точно, сегодня воскресенье.

– Хм, у нас разве есть картошка? – удивилась Полина. Она поискала по кухонным шкафам и полкам и даже заглянула в мусорное ведро. Картошки нигде не было. Повсюду только банки с консервами и немного крупы. А жаль. От жареной картошечки она бы сейчас не отказалась.

Полина считала себя уже взрослой и самостоятельной, родители с их устаревшими понятиями и странными советами, как правильно поступать, порой даже раздражали. Но сейчас самое большее, чего она хотела, – это чтобы мама и папа вернулись и всё решили сами. Чтобы ей не пришлось ломать голову над всей этой ситуацией, не пришлось брать ответственность за себя и младшего брата.

– Я так соскучилась… – прошептала Полина, легонько проводя пальцем по экрану, где были мама и папа.

Вдруг раздался резкий звонок. Это было так неожиданно, что Полина вздрогнула. Она уже слышала этот звук раньше. В их первое утро здесь. Полина подошла к телефону в углу комнаты, который с того утра впервые напомнил о себе, нерешительно подняла трубку и приложила к уху.

Тишина. Только лёгкий треск и как будто бы дыхание.

– Алло?.. Мама? Мама, это ты? – чуть не плача произнесла Полина.

Сердце от волнения колошматилось так, будто хотело разлететься на куски.

– Алло! Почему вы молчите? Чего вам надо?! – крикнула Полина, бросила трубку и расплакалась.

Слишком уж напряжёнными были все эти дни.

– Что случилось? – Потирая заспанные глаза, встревоженный Стёпка вышел из своей комнаты на крик сестры.

– Ничего, – коротко ответила Полина и отвернулась, быстро вытерев слёзы.

– Сегодня ведь Зойкин день рождения? – спросил Стёпа.

– Я не знаю, – отрешённо ответила Полина. Но, подумав, добавила: – Да, кажется, сегодня.

Она достала свой телефон и снова стала снимать вокруг себя. Ведь родители остались дома. Но в сторис никто не проявился. Только Стёпка мелькал в кадре. Но у Полины не было цели снимать Стёпку, он и так постоянно перед глазами. Она прошлась по всему дому ещё раз, засняла на видео весь свой путь.

– Мама! Папа! – позвала Полина в надежде, что они отзовутся и на записи будут их голоса.

Выложила в сторис. Нет, родителей дома не было. Они бы точно отозвались. Полина задумалась. Ещё этот звонок… А что, если?.. Что, если позвонили им? Как тогда, в первый день, маму вызвали на работу. Так и сейчас позвонили и снова вызвали. Ну, значит, теперь-то уж бессмысленно снимать на видео их путь. Наверняка вот так вслепую их уже не догнать. Полина вздохнула.

– Поль! Что мы подарим Зойке? – спросил Стёпа.

– М? – Полина отвлеклась от своих размышлений и попыталась сосредоточиться. – Не знаю. Здесь даже магазинов нет.

– Так у нас и денег нет, – усмехнулся Стёпа.

– М-да уж…

– Давай испечём торт! – предложил Стёпа.

– Ты что! Это очень сложно! Да и нужных продуктов у нас нет, одни консервы… И машина с вещами так и не приехала. А то можно было бы что-нибудь выбрать.

– Пойдём просто так поздравим. Ей будет приятно.

– С днём рождения! – прямо с порога радостно закричали Стёпа и Полина.

– Спасибо, – важно ответила Зойка. – И всё равно я никак не пойму, откуда могли взяться лишние дома. Такого быть не может!

– Ну как не может, если нас было четверо и все мы видели два лишних дома? – принялась спорить Полина.

– Да, так и было, – подтвердили Шнурок и Головастик, а Стёпа просто молча закивал.

– А ты не пересчитывала вчера? – спросила Полина.

– Мы уже сто раз до вас пересчитывали, – подбоченилась Зойка. – Ничего не менялось, а вы вдруг приехали – и поменялось?

– Послушайте, а может, и правда, дома добавляются, когда кто-то приезжает? – вдруг осенило Полину.

– Как это они сами добавляются? – недоверчиво поморщилась Зойка. – Ни строек не было, ни строителей, ни даже машин, которые бы привезли готовые дома. Мы бы это всё заметили.

– Здесь вообще творится странное. Я уже ничему не удивляюсь, – вздохнула Полина. – И если дома вдруг сами появились, то это не странней всего того, что здесь происходит.

– Ну что, идём пересчитывать? – с вызовом спросила Зойка.

– Идём, – пожала плечами Полина.

Ребята гурьбой выскочили на улицу.

– Я же говорила, что ничего не изменилось, – важно прокомментировала Зойка.

– Ты на другой улице посчитай, – усмехнулась Полина.

– Пойдём на другую, – уверенно согласилась Зойка и направилась на соседнюю улицу.

– Смотрите! Что-то не так, – вполголоса настороженно проговорил Стёпа.

Ребята посмотрели куда он показывал.

За всеми этими подсчётами и спорами они не заметили, что прислужники стали вести себя не как обычно. Вот мужчина в клетчатой кепке остановился и принялся водить носом, словно пытался уловить запах в воздухе. Двое мальчишек вдалеке внезапно поменяли направление, развернулись и пошли в сторону ребят. Пожилая женщина с отрешённым взглядом отбросила в сторону сумку и, вытянув перед собой руки, тоже двинулась к ним. Да и все вокруг внезапно изменили движение и отовсюду, со всех сторон теперь шли в одном направлении. Словно кто-то дал им команду.

– Чего им надо? – растерялся Мелкий.

– Они к нам, что ли, идут? – засомневался Буба.

– Похоже, что к нам. – Зойка настороженно осматривалась.

Сомнений не было: прислужники медленно продвигались в их сторону.

– Бежим! – крикнула Зойка и первая рванула наутёк.

Ребята кинулись за ней, туда, где прислужников было поменьше.

– Они медленные, не догонят, – на бегу предупредил Головастик.

Но прислужники не отставали. Из медленных, отрешённых, бесцельно бродящих туда-сюда они вдруг стали быстрыми и неутомимыми. У них появилась цель, достичь которую нужно во что бы то ни стало.

– Поля! – послышалось где-то сзади.

Полина оглянулась. Стёпка споткнулся и сидел на асфальте, потирая ушибленную ногу. Прислужники уже почти настигли его. Вот-вот схватят. На размышления оставались доли секунды. Да какие там размышления! Стёпка – единственный, кто остался от её семьи. Полина кинулась обратно.

– Стёпка! Вставай скорее! – крикнула она, потянув его за руку.

– Я не могу. Больно, – скуксился Стёпа.

Полина растерялась. Что же делать? Прислужники всё ближе. Они тянули руки, но невозможно было определить, что они задумали. Их лица по-прежнему были непроницаемы, без чувств и эмоций. Полина в отчаянии посмотрела туда, куда убежали их приятели. Они были уже далеко, не было смысла звать их на помощь. Полина схватила брата и потащила его. Стёпка что было сил старался, прыгая на одной ноге. Но долго они так бежать не смогут и далеко не убегут. Прислужники всё приближались. Они уже догнали ребят и скоро схватят. Полина вдруг остановилась и, крепко обняв и загородив собою брата, зажмурилась в ужасе. Будь что будет…

Ничего не произошло.

Их толкали, пихали, но никто не причинял им вреда.

Ребята осторожно подняли головы и осмотрелись.

Прислужники торопливо проходили мимо, не останавливаясь возле них, не обращая внимания, будто их здесь и не было. Да, некоторые натыкались на них, но только лишь потому, что Полина и Стёпа стояли у них на пути. Сплошным потоком они шли в одном направлении – туда, куда убежали остальные ребята.

– Пойдём, – быстро прошептала Полина и, подхватив брата, двинулась за прислужниками. Вместе с ними.

Стёпка прижался к сестре и, осторожно поглядывая по сторонам, запрыгал на одной ноге. Они сейчас были словно частью этой толпы. Как будто они тоже прислужники. Им даже стало казаться, что здесь, среди них, безопаснее.

Впереди показались их приятели, и прислужники как будто сразу оживились. Они прибавили скорость, и Полина со Стёпой стали заметно отставать. Вокруг послышались какие-то странные урчащие звуки. Урчание переходило в хрип, вой, короткие, резкие рыки. Прислужники будто переговаривались между собой. Вот они уже нагнали ребят, окружили их, и теперь стало ясно, что их цель – эти соседские дети.

– Стёпа, ты ведь не боишься? – с тревогой спросила Полина, приняв какое-то решение.

– Нет. – Стёпка отчаянно покачал головой.

– Я оставлю тебя, ладно? – Полина успокаивающе положила руки ему на плечи и заглянула в глаза. – Я сейчас нужна там, ребятам, а ты в безопасности. Видишь, они проходят мимо и не трогают нас?

Стёпка кивнул.

Было очень страшно оставаться одному. Страшно до слёз! Но он крепился.

– На вот, возьми. Я боюсь разбить его. – Полина протянула брату свой телефон.

Стёпа удивлённо посмотрел на неё. Никогда ещё не было такого, чтобы Полина сама давала ему смартфон. Даже притронуться к нему не разрешала! А тут настойчиво впихнула в руки, посмотрела так жалостливо и одновременно тревожно, и убежала.

Стёпка по инерции сделал несколько шагов следом за ней и остановился: нога очень болела.

Впереди толпились прислужники, рычали, фырчали, были слышны крики ребят, и Полина ринулась в самую гущу.

Она не сразу поняла, что происходит. Ребят никто не трогал, наоборот, скорее, это они с криками бросались на прислужников. Те угрожающе шипели и скрежетали. Выставив руки, они отодвигали детей, теснясь всё ближе. Зойка! Зойки не было среди ребят!

– Где Зойка? – выкрикнула Полина.

– Они её забрали! – плаксиво ответила Белка.

Пока одни прислужники задерживали детей, другие плотной гурьбой уходили дальше, уводя с собой Зойку. Ребята ещё кидались на прислужников, пытаясь отбить подругу, но всё было бессмысленно. Эти существа как истуканы! Им всё нипочём!

Зойку унесли. И ребята не знали куда. Просто в какой-то момент прислужники как ни в чём не бывало разошлись и из одурманенных существ снова стали будто бы обычными людьми. Рыжеволосая женщина вытянула руку, поводила ею вокруг и, нащупав своего ребёнка, пошла вместе с ним по тротуару. Как всегда. Мужчина поправил свой серый костюм, шевельнув плечами, и отправился как будто по своим делам. Все остальные тоже спокойно разбрелись, оставив ребят в полной растерянности. Зойки нигде не было.

– Зоя! – крикнула Полина.

– Зойка! – подхватили ребята.

Белка в голос заревела. Видимо, напряжение и страх достигли своего максимума и наконец-то выплеснулись.

Полина обернулась и посмотрела на Стёпку, который одиноко стоял на дороге, осторожно приподняв одну ногу. Прислужники, проходившие мимо, аккуратно обходили его, не касаясь. Полина подбежала и с тревогой осмотрела брата:

– Ты как? Нормально? Они тебя не тронули?

– Да всё нормально, – отмахнулся он. – Поль, извини, я включал твой телефон, – робко признался Стёпа.

– Откуда ты знаешь пароль? – грозно спросила Полина.

Стёпа ничего не ответил, только пожал плечами. Он и сам уже не помнил, когда случайно подсмотрел, какие цифры набирает Полина. Подсмотрел и запомнил. Нечаянно.

Полина грозно зыркнула на него, но ничего не сказала, только выхватила телефон и осмотрела его со всех сторон – нет ли на нём царапин.

– Мне было не видно, я испугался, что вас всех схватили. А потом подумал, что можно же, когда снимаешь видео, приближать картинку и рассмотреть, вот я и приблизил.

– Ты снимал? – насторожилась Полина.

– Немножко, – смутился Стёпа, испугавшись, что она будет ругаться.

Полина включила просмотр последнего видео. Съёмка была неуклюжая, дёрганая, но всё же получилось разглядеть, что там происходит. Видно было, как прислужники схватили Зойку, как она сопротивляется, извиваясь всем телом, но они крепко держат её. Ребята кидаются на прислужников, Полина подбежала. Вот Зойка вдруг притихла, будто уснула, и её унесли… Потом ещё бесполезная возня ребят, их попытки пробраться сквозь строй прислужников, которые стояли непреодолимой плотной стеной и, по сути, ничего такого не делали: не нападали, не сопротивлялись, просто сдерживали детей и медленно отступали от них.

Полина загрузила видео в сторис. Ребята в напряжении сгрудились над телефоном, ожидая увидеть ужасное. То, о чём каждый в отдельности боялся даже подумать. Ведь когда они пытались спасти Зойку и вырвать её из рук прислужников, то совсем не думали, как те могут выглядеть. Перед ними были обычные люди. Ну, почти обычные.

Странные существа шли толпой, прощупывая перед собой путь длинными пальцами. Их головы-болванки теперь не выглядели так безопасно. Та самая снежинка вдруг раскрылась жутким цветком с вытянутыми живыми лепестками, которые шевелились, скручивались и извивались. А внутри, в самой середине, оказалось несколько рядов острых зубов, расположенных по кругу. Существа слегка касались пальцами-верёвками детей, будто обнюхивали, водили ими по воздуху, словно прислушиваясь, и, выбрав направление, все шли туда, где была Зойка. Они как будто чувствовали её, и именно она была их целью. Несколько прислужников схватили Зойку, обмотав её своими пальцами так, что она не могла пошевелиться… Всё. На этом видео обрывалось.

Ребята переглянулись.

– Вы думаете, они её съели? – в ужасе захлопала глазами Белка.

– Ну что ты! Они просто её утащили, – поспешила успокоить Полина, но в её голосе не чувствовалось уверенности. – Мы обязательно найдём её и всех остальных пропавших и спасём их.

– Мы бы никогда так и не узнали, как они выглядят на самом деле… – оторопело пробормотал Буба. – А ведь ходят, как обычные люди…

– А откуда ты знаешь, как на самом деле? – усомнился Головастик. – Здесь я всё вижу своими глазами, а там всё не так. Может, это там что-то меняется? Может, там какие-то специальные штуки установлены, чтоб всё менять? Полина, что скажешь?

– Я не знаю. Раньше такого не было. Всегда совпадала реальность с видео. Но мне кажется, что реальность сейчас там. – Полина кивнула на телефон.

– А мы где? – вытаращилась на неё Муська.

– А мы как будто застряли между настоящей реальностью и той, которая здесь, – путано объяснила Полина.

– Сколько же этих реальностей? – поморщился Шнурок.

– Ну вот смотрите, как мне это представляется: мы жили своей обычной жизнью в нормальной реальности, потом приехали сюда, а здесь какая-то своя реальность, которую можно увидеть только в сторис, пока мы в неё не попадём. А мы, получается, ушли из той нашей реальности и в эту новую не попали, остались как бы между ними.

– А Зойка теперь в новой реальности? – спросил Стёпа.

– Я не знаю, – после паузы устало выдохнула Полина. – Это ведь только мои предположения.

– А почему прислужники нас не тронули? – поинтересовался Мелкий.

Полина молча пожала плечами. Она на самом деле не знала, была ли то случайность или намеренный план схватить Зойку. Но ведь прислужники раньше так бурно на них не реагировали, они просто бродили где-то рядом. Да и сейчас, когда Стёпка подвернул ногу и они отстали от остальных, прислужники их не тронули. Что могло сегодня их так взбудоражить?

– «Берегите четырнадцатилетних…» – пробормотала Полина, вдруг вспомнив надпись на табличке.

– Как раз сегодня её день рождения! – воскликнул Стёпа. – Так вот что случается с четырнадцатилетними!

Ребята замолчали, ошарашенно переглядываясь.

– Теперь ты у нас старшая. – Головастик пристально посмотрел на Полину.

И все тут же уставились на неё. Выдержать эти взгляды, наполненные страхом и жалостью, – то ещё испытание!

– Так! Всё! Я не собираюсь сидеть и ждать, когда меня вот так же схватят в мой день рождения! – выкрикнула Полина и решительно пошла.

Куда? Она и сама не знала. И никто не знал. Но все последовали за ней.

17

Теперь, когда Зойка пропала, Полина стала главарём этой странной компании. Она не хотела этого и не стремилась, ребята сами, без её согласия провозгласили Полину по старшинству главной, а ей пришлось согласиться. Ведь должен же кто-то заботиться о них… Хотя это было самое меньшее, о чём она мечтала: заботиться о малышне. Да кого она обманывала! Она никогда в жизни об этом не мечтала! Только первое время, когда родился Стёпка, ей было интересно. Но Полине тогда было всего семь лет, и она думала, что Стёпка – это как игра с куклой: захотела – поиграла, надоело – убрала в шкаф. На деле же всё оказалось совсем не так. Ладно, если бы он был девчонкой. Но младший брат – это такое себе.

И вот теперь она вынуждена нянчиться не только с младшим братом, а ещё и с целой толпой малышни!

Ребята, запыхавшись, вбежали в дом и сразу поспешили к Полине.

– Мы посчитали дома, – сообщила Белка.

– Кто вам разрешил ходить одним? – Полина строго уставилась на неё. Мало того что сами пошли, ещё и Стёпку с собой взяли. Как же это трудно – за всех нести ответственность!

– Мы осторожно. Прислужники нас даже не заметили, – заверил её Мелкий.

– И что? Верите теперь, что домов стало больше? – хмыкнула Полина.

– Похоже, их стало ещё больше, – растерянно сказал Стёпа.

– В смысле? – не поняла Полина.

– На нашей улице ведь их должно быть восемнадцать? А теперь их девятнадцать! – торжественно сообщил Стёпа, будто это была какая-то радостная новость.

– А на других улицах? – после небольшой паузы спросила Полина.

– Там ничего не изменилось. Всё так же, как мы с тобой считали.

Полина задумалась. Глядя в одну точку, она медленно потирала подбородок и совсем не обращала внимания на спор ребят. А они спорили. Кто не ходил пересчитывать дома, тот не верил, что их количество опять изменилось. Кто ходил, те отчаянно доказывали свою правоту, уверяя, что сначала сами не поверили и пересчитывали несколько раз.

– Я поняла! – вдруг осенило Полину. – Дома появляются, не когда кто-то приезжает, а когда кто-то пропадает. Пропали наши родители – появилось два новых дома, пропала Зойка – ещё один новый дом.

– А как это может быть связано? – удивился Головастик.

– Не знаю. Это просто моя версия.

– Но ведь и правда совпадает, – согласился Шнурок.

– И что же, нам дают дома взамен людей? – Белка ошарашенно уставилась на Полину.

– Или людей превращают в дома… – задумчиво пробормотала Полина.

Ребята переглянулись. Как-то жутковато становилось от мысли, что они сейчас находятся в доме, который когда-то был человеком.

– А когда люди законча… то есть когда мы закончимся, то что будет? Одни пустые дома вокруг? – Стёпка с ужасом посмотрел на ребят.

– Я думаю, тогда приедут новые люди, – спокойно ответила Полина. – Ведь мы же приехали.

– И так до бесконечности? – Стёпа пристально посмотрел на сестру, надеясь, что она скажет сейчас что-то успокаивающее, но Полина молча пожала плечами. И было совсем не понятно, «да» это или «нет».

– И что же, мы просто будем сидеть и ждать, когда из нас сделают дома? – вытаращил глаза Головастик.

– Вот уж нет! – Полина выпрямилась, будто была готова прямо сейчас идти и что-то делать. – Вы как хотите, а я не собираюсь сидеть и ждать!

– И что мы будем делать? – Ребята внимательно уставились на неё, ожидая решения.

– У нас уже есть много подсказок, – подумав, ответила Полина. – Мы разгадали секрет домов, знаем, как на самом деле выглядят прислужники. – Она загибала пальцы.

– Знаем про хозяйку! – подсказал Мелкий.

– Ну, про хозяйку мы знаем только то, что она есть, – уточнила Полина. – Больше ничего. Я видела её всего один раз. У нас нет доказательств, что она причастна ко всему этому. Вот от прислужников я явно видела угрозу.

– Нужно найти, где она живёт, – предложил Стёпа. – Если она хорошая, то поможет нам.

– Ничего она не хорошая! – поморщился Головастик.

– А если она плохая, то мы за ней проследим, – тут же нашёлся Стёпа.

– Да, Стёпка прав, – согласилась Полина. – Нам нужно найти хозяйку. Но так, чтобы она этого не заметила.

– А может, она… – начал Стёпа и сам обомлел от своей догадки. – Может, она на видосе тоже какая-то другая? Может, у неё тоже щупальца или рога?

Полина задумалась. В общем-то, здесь может быть всё что угодно, её уже трудно было бы чем-то удивить. Но предположение брата стоило проверить. Она взяла в руки телефон и посмотрела на ребят:

– Ну что, пойдём?

– А как мы её найдём? – спросила Муська.

– Предлагаю разделиться и просто обойти весь город. Тут не так много места, мы быстро все оббежим. – Полина взглянула на телефон, но экран вдруг подмигнул и погас.

– Батарея разрядилась… – разочарованно вздохнул Стёпа.

– Пойдём пока без телефона, – сказала Полина, поставив его на зарядку. – Сначала разведаем, а потом уже и заснимем.

Ребята вышли из дома.

– Разойдёмся в разные стороны, – командовала Полина. – Нам нужно найти, где живёт хозяйка. Если увидите её, то осторожно проследите. И постарайтесь не попасться.

Ребята очень серьёзно выслушали её, кивнули и разбежались в разные стороны.

– А ты куда? – возмутилась Полина и еле успела схватить брата за рукав.

– Хозяйку искать, – как ни в чём не бывало ответил Стёпа.

– Со мной пойдёшь, – строго сказала Полина.

– Я что, маленький? – Стёпа обиженно надул губу.

– Да. Маленький и неумелый, – ответила Полина. Но на самом деле ей было неловко признаться, что она просто волнуется за него. Вот ведь угораздило взять на себя такую ответственность! Да она, в общем-то, и не просила, само как-то получилось.

Стёпка, конечно, был недоволен. Другие вон сами решают, куда им идти, а ему приходится со старшей сестрой, как какому-то детсадовцу, ходить. А он уже очень даже взрослый и самостоятельный. И может сам принимать решения. И отвечать за себя тоже может. Белка с Муськой ненамного старше его, а Мелкий даже младше – и ничего, пошёл ведь как-то один. Но с Полиной спорить бесполезно. Можно так и проходить за ней следом, пока остальные геройски проявляют себя.

– Пойдём туда, где прислужники спят, – предложил Стёпа.

Полина подумала немного и молча кивнула. Сейчас они ещё не столпились в той стороне города, бродят повсюду, так что можно проверить, что же они охраняют. Возможно, там и живёт их хозяйка. К тому же не давал покоя вопрос: почему тогда, в сторис, родители шли туда якобы на работу?

Ребята поспешили на окраину. Здесь не было ничего необычного. Просто улица, просто дома. Так и не скажешь, что где-то тут можно работать. Помнится, родители говорили, что теперь трудятся на фабрике, а что это за фабрика – Полина не задавалась таким вопросом. Да и как найти здесь фабрику, если вокруг совершенно одинаковые дома?

– Ты не помнишь, что это за фабрика, на которой работают родители? – спросила она брата.

– «Зелёный фонарь», кажется, – пожал плечами Стёпа.

– И что они там делают? Фонари, что ли?

Стёпка опять пожал плечами.

Полина опасливо поглядывала по сторонам, стараясь придерживать брата возле себя. А Стёпка сердился, что сестра не даёт ему самостоятельности.

– Помнишь вон тот дом? – спросил Стёпа. – Он был другим тогда, в сторис.

– Они все были другими, – ответила Полина, озираясь по сторонам.

– А этот вообще другой, – настаивал Стёпа.

Полина посмотрела на дом. Обычный. Как и многие вокруг. Как же ей не хватало телефона! Сейчас засняли бы видео, и всё стало бы понятно. Полина напрягла память. Тогда она старалась не упустить из виду родителей и больше внимания обратила на ужасных прислужников с длинными пальцами, а вот дома… Ну да, в целом, дома, конечно же, были другие, это сразу бросалось в глаза.

– Кажется, да, на видео этот дом был больше других, – подумав, согласилась Полина, глядя на обычный дом, такой же, как и другие в этом ряду.

– Пойдём туда? – Глаза Стёпки загорелись в ожидании чего-то таинственного, опасного и манящего одновременно.

Полина огляделась по сторонам. Уже вечерело, прислужники вот-вот придут к месту своего ночлега. Вон, вдалеке некоторые уже целенаправленно шли в их сторону.

– Давай завтра, – предложила Полина. – Днём не так опасно. Прислужники разбредутся по всему городу.

– Сейчас тоже можно, – настаивал Стёпа. – Они ещё далеко, мы успеем.

Полина сомневалась. Забраться в чужой дом, осмотреться, найти хозяйку или что-то, что им может быть полезно. Или даже найти родителей. И всё это быстро, чтобы не попасться в жуткие лапы прислужников. Будь она одна, то рискнула бы. В случае чего смогла бы убежать. Но вот Стёпка… А прислужники уже стягивались со всех сторон. Это сейчас они выглядели безопасно с этим их безразличным выражением на лицах. Но Полина прекрасно помнила то видео, когда они схватили Зойку. Ни к чему их злить.

– Нет, – уверенно сказала Полина. – Завтра. Но не говори ребятам. Если пойдём большой толпой, это будет слишком заметно. Сами сходим и всё разузнаем.

Как-то так получилось, что обратно к дому все вернулись почти одновременно.

– Ну что? Видели что-нибудь? – спросил Буба.

– Нет. Только прислужников, – ответил Стёпа и покосился на сестру. Если бы не она, то он, возможно, нашёл бы хозяйку. Даже не возможно, а непременно!

– Мы тоже, – вздохнула Муська.

– А мне даже прислужники не попались. – Белка разочарованно вздохнула.

– Эта хозяйка наверняка прячется где-нибудь, – предположил Головастик. – Может, она как-то узнаёт о наших планах?

– Скрытая камера! – осенило Стёпу. Он даже сам оторопел от своей догадки.

– Возможно. – Полина задумчиво огляделась вокруг. – Пойдёмте в дом.

Она открыла дверь и пропустила ребят, а те, настороженно оглядываясь в поиске следящих за ними устройств, зашли внутрь. Если за ними следят, то многое объясняется. Не только то, что они сейчас не нашли хозяйку, но и то, что она так удивилась, когда они ей встретились впервые. Она как будто знала всё, что происходило в городе, и про них должна была знать, но упустила этот момент, поэтому и удивилась. А ещё Зойка. Ведь кто-то же должен был направить прислужников за ней.

– Нужно быть осторожнее, – сказала Полина уже дома.

Она выглянула в окно, проверив, что происходит на улице, затем подошла к розетке, в которую подключила телефон. Но телефона не было. Полина в растерянности застыла.

– Кто взял? – Она повернулась к ребятам и строго посмотрела на них.

– Что? – не поняли те.

– Здесь был телефон. Кто его взял? – повторила Полина.

– Это не мы, – запротестовали ребята.

Полина пристально посмотрела на каждого. Стёпка был вне подозрений, он всё время находился рядом с ней. Остальные… Остальные смотрели на неё такими честными взглядами, так искренне хлопали глазами. Да и не подумаешь ни на кого из них. Разве что… Помнится, Головастик как-то странно реагировал на её телефон, когда впервые увидел его. Полина принялась сверлить его взглядом, надеясь, что под таким прицелом он сам сдастся.

– Ты чего? – замялся Головастик.

– Ты его взял? – прямо спросила Полина.

– Когда бы я успел? Мы же все сейчас хозяйку искали, – принялся оправдываться Головастик.

– А откуда я знаю, что никто из вас не вернулся за телефоном? – прищурилась Полина.

– Как ты могла про нас такое подумать? – возмутилась Белка.

– Но кто-то же взял телефон. И кроме вас, никто не знал, что я оставила его на зарядке, – продолжила допытываться Полина.

– А как же скрытые камеры? Если за нами следят, то и про телефон они знали, – подсказал Стёпа.

Полина ещё раз пристально посмотрела на каждого из ребят. Нет, они не могли. А ей должно быть стыдно, что подумала про них такое.

– Ладно. Простите, – буркнула она.

– Пойдём мы лучше к себе. – Головастик обиженно поджал губы и вышел из дома.

Остальные, забросав Полину осуждающими взглядами, вышли следом за Головастиком.

– Ребята! Ну что вы, в самом деле?.. – Полина попыталась их остановить.

– А на кого я должна была подумать? – спросила она у Стёпы, когда все ушли.

– На прислужников? – предположил Стёпа, пожав плечами.

Полина взглянула на брата. Он так преданно смотрел на неё и совсем не осуждал.

– Иди спать. Поздно уже, – тихо буркнула Полина.

Стёпка не упрекал, но Полина сама себя казнила за то, что подумала плохо про друзей. Про друзей? А друзья ли они? Ну конечно же! Они уже столько пережили вместе. Конечно же, они друзья. А друзья должны доверять друг другу.

Стыдно. Невыносимо стыдно! Но она растерялась. Ведь телефон им здорово помогал разобраться во всём этом. Вон, они жили спокойно и не знали, как на самом деле выглядят прислужники. А теперь знают. И это только при помощи телефона. А сколько они ещё всякого могли бы узнать! Теперь-то уж что об этом рассуждать?.. Теперь нужно придумывать, как обходиться без телефона. Ладно, сейчас уже поздно, завтра она обязательно поговорит с ребятами. Попросит прощения.

– Поль? – Стёпа отвлёк её от размышлений. Он неловко мялся на пороге её комнаты, не решаясь зайти.

– Чего тебе?

– Можно я у тебя посплю?

– Чего это вдруг? – усмехнулась Полина.

– Я боюсь, – тихо пробормотал Стёпа и тут же торопливо добавил: – Я не буду тебе мешать, лягу вон в том кресле.

Полина кинула быстрый взгляд на кресло, которое было даже не раскладное, потом на брата, подумала немного и ответила:

– Ладно, ложись в постель.

– А ты?

– А я не хочу спать.

– Но ты не уйдёшь? – насторожился Стёпа.

– Нет, – заверила его Полина.

Стёпка радостно вздохнул, забрался в постель и зарылся в одеяло. Было видно, что он сразу успокоился.

Полина снова задумалась о своём. Мысли и переживания никак не отпускали. Спать совсем не хотелось.

– Знаешь, Поль, я тут подумал, а ведь стать домом – это лучше, чем превратиться в такого уродского прислужника, – сонно произнёс Стёпка. – Дома хотя бы пользу приносят.

Полина растерянно посмотрела на него, не поняв сначала, о чём он.

– Даже не думай об этом! – строго сказала она, но всё же присела рядом и обняла брата. – Мы не станем домами. И придумаем, как спасти родителей.

Стёпка закрыл глаза и как будто даже задремал.

– Поль? – вдруг снова позвал он.

– М?

– А если люди начнут обратно из домов превращаться, то мы у кого-то в животе окажемся? – поинтересовался Стёпка.

– Не говори ерунды! – отмахнулась Полина. – Спи давай!

Она получше укутала брата одеялом и прилегла рядом.

– Мама так делала… – сквозь сон прошептал Стёпа.

Полина ничего не ответила. И встать с постели не решилась. А ведь и правда мама так делала: утыкала одеяло и ложилась рядом, когда Полина болела. Она тогда была совсем маленькая, и всё это как-то подзабылось. А теперь вот вспомнилось. И эти воспоминания были до того тёплыми и приятными, что вставать совсем не хотелось. Полина лежала рядом с братом поверх одеяла, думала, вспоминала и сама не заметила, как уснула.

18

– Крупы очень мало. – Полина переставляла в шкафах банки, пытаясь разглядеть, что за ними, но повсюду были только консервы. – Не знаю, на сколько хватит.

– И что потом? Опять будем есть консервы? – поинтересовался Стёпа.

Полина задумалась.

– Посмотрим в других домах, – решительно заявила она. – Всё равно там никто не живёт. Может, хоть продукты остались.

– Мы прямо утром пойдём? Ну, куда вчера ходили, – поинтересовался Стёпа.

– Да, сейчас поедим и сходим. Жалко, что телефона нет.

Входная дверь приоткрылась, и в дом робко заглянул Головастик. Он не спешил заходить, для начала присмотрелся, в каком настроении Полина.

– Чего? – не переставая помешивать в кастрюле, спросила Полина. – Заходи уже.

– Мы к вам кашу есть, – предупредил Головастик.

– Так заходите, – повторила Полина.

Дверь приоткрылась шире, Головастик переступил через порог, а за ним Буба и Белка.

– А остальные где? – спросила Полина.

– Остальные не хотят. Сказали, что каша невкусная, – пояснила Белка.

– А вам вкусная? – прищурилась Полина.

– Консервы вкуснее, – призналась Белка, усаживаясь за стол. – Но ты же сказала, что их нельзя есть.

Полина внимательно посмотрела на неё, потом на Бубу, Головастика и на Стёпку. А ведь они доверяют ей. Эта малышня считает её главной и прислушивается к её словам.

– Ребята… Я вчера была неправа. Ну, вся эта история с телефоном… – Полина старательно подбирала слова. – Простите меня.

– Это ведь правда не мы. – Головастик даже прижал ладони к груди: нечаянный жест человека, который хочет показать, что говорит от чистого сердца.

– Я вам верю, – твёрдо сказала Полина. – Думаю, что это прислужники. Вот только их так много, и непонятно, у кого из них мой телефон. Ладно, давайте завтракать.

– А то нам ещё идти нужно… – начал Стёпка и тут же осёкся, поняв, что проговорился.

– Куда идти? – сразу заинтересовалась Белка.

Стёпа виновато посмотрел на сестру, а она поджала губы и строго глянула на него. Она же его предупреждала, а он сболтнул. Как теперь выкручиваться?

– Поль, но пять человек – это же ещё не толпа? – с надеждой спросил Стёпа.

– Дело не в толпе, а в том, что это может быть опасно!

– Вы что-то задумали? – тут же зацепился за разговор Головастик, а у самого аж глаза от восторга загорелись.

Полина пристально посмотрела на него и на остальных. Отнекиваться было уже поздно: слишком много сказали. Если она откажет ребятам пойти с ними, то они расскажут остальным и тогда вообще всё испортят. Ещё, чего доброго, начнут выслеживать их со Стёпкой. Нет, то, что они запланировали, должно пройти тихо.

– Ладно, – подумав, согласилась Полина. – Только дайте слово, что больше никому не скажете.

– Клянёмся! – с уверенностью пообещали ребята.

Полина поверила. Слишком уж серьёзные были у них лица. А чтобы они нечаянно не сболтнули остальным, как Стёпка, Полина сразу же после завтрака повела их на окраину.

Сейчас здесь не было прислужников, они разбрелись по городу, выполняя какую-то свою странную программу. Но и хозяйки поблизости не оказалось.

– Может, это и к лучшему, – прошептала Полина, не заметив, что стала размышлять вслух.

– Что? – не расслышал Стёпа.

– Ты не помнишь, в какой дом тогда родители зашли? – спросила Полина у брата.

– Я не видел. Но кажется, куда-то сюда. – Он ткнул пальцем в сторону одного из домов. Сейчас они все были одинаковыми, а тогда на видео сильно различались, поэтому было трудно сориентироваться.

Озираясь по сторонам, ребята поспешили к дому.

– Мы что, без спроса зайдём? – Белка ошарашенно уставилась на Полину.

– Ну почему? – Полина с трудом справлялась с волнением. – Мы сейчас постучим в дверь и спросим… попросим воды! – быстро нашлась она. – Или скажем, что ищем подружку, которая живёт где-то здесь.

Полина решительно подошла к двери и постучала. Но это только с виду она казалась уверенной, на самом деле ноги вдруг стали будто тряпочные и руки вмиг похолодели, а сердце так колотилось, что казалось, оно вот-вот сломает рёбра и вырвется на волю, как пойманная птица.

Никто не ответил.

– Нет никого, – сообщил Буба.

Полина молча покосилась на него, подумала и ещё раз постучала. Погромче.

Тишина.

– И что дальше? – спросила Белка.

– А ничего, – ответил Головастик и наотмашь хлопнул ладонью по ручке двери. Та вдруг отпружинила, раздался щелчок, и дверь тихонько приоткрылась.

Ребята растерянно переглянулись. Полина кивнула в сторону приоткрытой двери, давая сигнал, и первой юркнула в образовавшийся проём.

Это было странное место.

Здесь всё было совсем не так, как в их доме. Стоило только двери за спинами ребят захлопнуться, как всё тут же погрузилось во мглу. Но не успели они испугаться, как что-то зажужжало, щёлкнуло, и включился свет. Тусклый, но достаточный для того, чтобы осмотреться. Небольшой коридор, совершенно пустой, словно какая-то кладовка с двумя дверями: вход и выход.

– Смотрите! – Буба показал пальцем на дверь, по периметру которой узкой полосой шло зеленоватое свечение.

– Что это? – настороженно спросил Стёпа.

– Пойдём посмотрим, – предложила Белка.

– Стойте! – Полина резко остановила ребят. – Вдруг это какая-нибудь радиация?

– Она зелёная? – уточнил Стёпка.

– Не знаю. Я никогда раньше не видела радиации. Но она опасная. И что тогда там светится, если это не радиация?

– Может, это вовсе не она, – усомнился Стёпа. – Может, это какие-нибудь фонарики.

– Ага, новогодние, – усмехнулась Полина, но посмотреть, что же там такое, ей тоже очень хотелось.

Полина осторожно подёргала дверь, проверяя, в какую сторону она открывается и открывается ли вообще. Может, она заперта на кучу замков, и тогда вопрос отпадёт сам собой. Но дверь внезапно поддалась. Полина даже испугалась, когда дёрнула её на себя и та со щелчком открылась.

– Стой! – испуганным шёпотом зашипела Полина. Она ещё хотела добавить что-то про опасность радиации и схватить Стёпку за рукав, но было уже поздно: он юркнул в узкий проём, а за ним и остальные. Полине ничего не оставалось, как пойти следом.

Это было большое пространство. Даже слишком большое. И повсюду ровными рядами стояли машины. Множество машин. Всякие-разные, разных марок, цветов и возраста.

– Что это? – настороженно спросил Стёпа.

– Автомобильная стоянка, – ответила Полина. Хотя это и так было понятно.

– Да я вижу! Но как здесь поместилось столько машин?

А вот на этот вопрос Полина не могла ответить. Дом внутри оказался намного больше, чем снаружи.

– И как они сюда попали сквозь такую маленькую дверь? – удивилась Белка.

Ребята прошли вдоль рядов, рассматривая машины. И вдруг перед ними открылось нечто. Полина даже не сразу поняла, что это такое и что здесь происходит.

– Это прислужники? – настороженно спросил Головастик.

– Да, наверное, – ответила Полина. Жаль, что у неё не было с собой телефона, а то она засняла бы на видео и узнала наверняка.

В центре огромного зала было полно людей. Они толпились в самой середине, на пустом от машин месте, тесно прижавшись друг к другу. Странные, неподвижные, с закрытыми глазами. Ещё более странным было то, что все они будто висели в воздухе, не касаясь ногами пола. Не шевелились, не разговаривали, просто висели, едва заметно покачиваясь, как на волнах. А вокруг них было зеленоватое свечение. Как будто облако. Да, зелёное облако, внутри которого люди. Или всё же прислужники?

– Мама! – вдруг раздался Стёпкин крик. Посреди всей этой тишины и таинственности он показался слишком громким и резким.

Опасность? Стёпка попал в беду? Полина, не раздумывая, бросилась к брату.

И оторопела.

В зеленоватом облаке, среди остальных, висела их мама.

Она была не с самого края, её загораживала другая женщина, но разглядеть маму удавалось, и это точно была она.

– Мама? – растерянно пробормотала Полина.

Она осторожно протянула руку в зелёное облако, совершенно забыв, что это может быть радиация, которой она только что пугала ребят, и коснулась маминой ладони. Пришлось просунуть руку по самое плечо, мимо чужой женщины, чтобы коснуться мамы. Было страшно почувствовать неживое, холодное тело. У Полины вся душа сжалась и тяжёлым комком укатилась куда-то… куда-то вглубь живота, мешая дышать и думать. Но нет, рука была тёплая. Даже теплее, чем её собственные руки, вдруг похолодевшие от волнения. Полина судорожно выдохнула.

Мама не шевельнулась, не открыла глаза, не улыбнулась. Лишь слегка качнулась в этом облаке от прикосновения Полины, а вместе с ней и те люди, кто был рядом.

– Мама, ты слышишь меня? – робко спросила Полина, словно боясь её разбудить.

Мама никак не отреагировала.

– Что с ней? – с тревогой спросил Стёпа.

– Я не знаю, – не сводя глаз с мамы, ответила Полина.

– Может, нам нужно её разбудить?

– Я не знаю, – повторила Полина. – А если мы сделаем хуже? Что это за зелёная ерунда? Вдруг она поддерживает в них жизнь?

– Как это? – удивился Стёпа.

– Стёпка, я не знаю! Я никогда раньше такого не видела даже в фильмах! Я знаю, что она живая. Она как будто спит. А что делать дальше – не знаю.

– Может, где-то здесь есть папа? – Стёпа уже пошёл искать, и Полина, ещё раз взглянув на маму, пошла следом.

Папа тоже оказался в облаке. Тут же, неподалёку, но в глубине толпы. До него было не дотянуться. Но уже одно то, что родители наконец-то нашлись и они живы, хоть и находятся в странном состоянии, успокаивало и вселяло надежду.

– Ребята! Здесь Зойка! – раздался возглас Головастика.

Все кинулись туда.

Зойка висела тут же, в зелёном облаке среди других людей.

– Зойка! – обрадовалась Белка. – А мы думали, эти противные прислужники тебя сожрали!

Зойка осталась невозмутима. Могла бы подмигнуть или улыбнуться хотя бы. Ну, краешком губ, чтобы только ребята заметили, раз уж им тут, в этом зелёном облаке, нельзя улыбаться. Но Зойка даже бровью не повела.

– Ребят, похоже, она нас не слышит, – предположил Буба.

– Не слышит, – подтвердила Полина. – И остальные тоже. Но главное, что они живы!

– Ой, смотрите! А здесь тот дедушка. Ну… помните? – Белка запрыгала от радости, будто встретила старого знакомого.

Ребята подошли ближе. Это был тот самый дедушка, которого они видели в сторис. Но там он улыбался, разговаривал и даже позировал с ребятами, думая, что его фотографируют. А здесь завис вместе с остальными в этом странном облаке и делает вид, что спит.

Ребята взглянули на Бубу. Ведь это был его дедушка. А Буба, или Дениска, как называл его незнакомец, пристально смотрел на него. И, похоже, что-то шевельнулось в его памяти. Совсем чуть-чуть, самую малость, но шевельнулось. Буба ещё пока не понял, что это было, но ему вдруг почему-то очень-очень захотелось, чтобы его называли Дениской.

– Что мы будем делать? – спросил Головастик, и все как по команде посмотрели на Полину.

Та уже хотела ответить, что не знает и чего это они все к ней прицепились, как вдруг раздался отвратительный визгливый скрежет. Ребята мигом сообразили и бросились кто куда. Через мгновение они уже так притаились, что никому и в голову бы не пришло, что они здесь.

Полина засела за ближайшую красную машину и затаилась там. Попыталась взглядом отыскать брата, но отсюда она видела только Белку, остальные ребята отбежали дальше.

Послышались шаркающие звуки. Как будто шаги.

Полина чуть привстала и осторожно посмотрела сквозь кабину машины. С самого краешка, стараясь не привлечь внимание. Хорошо, что в кабине сквозные окна и можно наблюдать, оставаясь в укрытии.

Вдалеке из-за зелёного облака показалась фигура. Сгорбленная старая женщина шла еле передвигая ноги. Будто тащила на плечах невидимый, но очень тяжёлый груз. Редкие седые волосы свисали жидкими серыми прядями, закрывая лицо. Но Полина узнала её. Не по лицу, а скорее, по одежде. Это была та самая старушка, у которой они со Стёпкой однажды спрашивали дорогу к школе. Хозяйка города. Но сейчас она казалась ещё старше. Как будто прошла не пара недель, а целая вечность. Ну или хотя бы пара десятков лет. Старушка еле передвигалась, и казалось, вот-вот свалится от бессилия. Немощная пожилая женщина, а они тут все попрятались от неё. Смешно! Что она сможет сделать, даже если увидит детей? Да она и догнать-то их не сумеет, если что. Ну, разве что своих прислужников науськает. Нет, всё же с этой старухой нужно быть осторожными. Да и неспроста она здесь бродит.

Старуха вдруг остановилась и как будто прислушалась. Полина замерла, она даже дышать перестала и потихоньку сползла вниз, прислонившись спиной к дверке машины. Не хватало ещё, чтобы старушка своих прислужников позвала. И тут Полина заметила, что Белка последовала её примеру и тоже подсматривает сквозь окна кабины. Она старалась быть осторожной, но сильно выдавала себя. Во всяком случае, так показалось Полине. Она замахала на отчаянную девчонку руками и сделала грозное лицо, чтобы та всё поняла без слов. Белка заметила сигналы Полины и спряталась. Полина убедилась, что Белка не подглядывает, и снова осторожно высунулась в окно.

– Как же всё это выматывает… – устало пробормотала старуха.

Она стояла к Полине спиной и смотрела на зелёное облако, в котором плавно покачивались люди. Затем вдруг порылась в кармане и вытащила… Полина, забыв про осторожность, даже высунулась побольше, чтобы рассмотреть. Да, ей не показалось: это был её телефон! Старуха повертела его в руках, неумело потыкала пальцем в экран, который так и не подал признаков жизни, и со всей силы бросила его об бетонный пол. Потом протянула дрожащую руку в облако и пошевелила пальцами, будто щупая его. Качнулась, собираясь с силами, и сделала шаг. Прямо туда, внутрь, к тем людям.

Полина вытянула шею, не подумав, что старуха в любой момент может оглянуться. А та тем временем полностью зашла в облако и скрылась в толпе. Её совсем не было видно!

Сколько так продолжалось, Полина не знала, но внезапно старуха вышла с противоположной стороны. Она как будто прошла всё облако насквозь, задержавшись ненадолго внутри, и теперь возвращалась, обходя его. Но теперь уже не горбилась и не шаркала ногами. Её походка стала заметно легче. Она как будто даже немного помолодела, если так можно сказать про старуху. Так, будто из трехсот скинула лет двести. Вот сейчас Полина точно узнавала в ней ту бабушку, у которой они спрашивали дорогу.

Старуха обошла вокруг облака, водя по нему рукой, будто подбивая в кучу зеленоватый свет, чтобы он не распылялся вокруг, и ушла. Полина подождала ещё чуть-чуть и осторожно высунулась из своего укрытия. Остальные ребята, глядя на неё, тоже стали выбираться.

– Вы видели? – Полина посмотрела на каждого из своей банды.

– Это хозяйка, – со знанием дела сказал Буба.

– Нет, вы видели, это был мой телефон! – Полина подняла с пола обломки и возмущённо потрясла ими.

– Как он у неё оказался? – удивился Стёпа.

– «Как, как», – передразнил Головастик. – Прислужники притащили!

– А вы видели, что она помолодела? – спросила Полина.

– Ты что! – скривилась Белка. – Она же старуха! Как она могла помолодеть?

Полина посмотрела на неё, уже открыла рот, чтобы что-то сказать, но передумала. Белка ещё слишком мала, чтобы подмечать такие вещи. Полина подошла к облаку и коснулась его рукой.

– Здесь творится что-то странное, – задумчиво произнесла она.

– Ты только сейчас это поняла? – усмехнулся Стёпа. – Тут вообще всё странно. Вокруг! Эй! Ты куда?!

Но Полина его не слушала. Она сделала шаг к облаку и строго бросила через плечо:

– Стойте там! – набрала побольше воздуха и пошла.

Ребята уже было собрались идти за ней, но тут же остановились.

Было жутковато. Ещё недавно она предостерегала ребят, а теперь шагнула внутрь. Сама! По собственной воле! Но ведь старуха прошла, и с ней ничего не случилось. Ничего страшного. Есть, конечно, вероятность, что Полина тоже каким-то образом помолодеет и превратится в младенца… Но если не попробовать, то она так и не разгадает тайну зелёного облака. Стараясь не дышать, Полина пробиралась сквозь толпу замерших. Поначалу было страшно касаться всех этих людей. От её прикосновений они начинали колыхаться. Полина, задрав голову, вглядывалась в их безразличные лица. Ни одного человека в сознании, все с закрытыми глазами. Они, кажется, не осознавали, что с ними происходит, не знали, что Полина сейчас рядом с ними. И всё равно жутко. Непонятно, что страшнее: вот так или если бы они сейчас все смотрели на неё… Пусть уж лучше будет так.

– Ай! – вдруг вскрикнула Полина, ударившись обо что-то твёрдое. Она совсем забыла, что планировала не дышать. Трудно об этом помнить, когда вдруг ударяешься и вскрикиваешь.

– Полина, что с тобой? Что случилось? – послышались встревоженные голоса ребят, гулко, как будто из другой комнаты. А ведь они стояли совсем рядом.

– Всё нормально, – отозвалась Полина, прислушиваясь к ощущениям. Кажется, здесь вполне можно дышать, этот зелёный туман не имел ни запаха, ни вкуса. Будто обычный воздух.

«Лишь бы не стать младенцем», – подумала Полина и попыталась разглядеть, на что же она наткнулась.

Тумба или что-то такое, похожее на цилиндрический столб с резными узорами на боках. Сверху в выемке лежал шар. Именно он был источником зелёного света. Полина протянула руку, чтобы потрогать, но тут же, не коснувшись, отдёрнула её и задумалась. Что-то же повлияло на хозяйку города. Не стоит пихать руки куда ни попадя. Полина принялась рассматривать шар, для надёжности заложив руки за спину. Шар как шар. Стеклянный. Во всяком случае, так определила Полина. А внутри вздрагивали, искрили и кривлялись зелёные молнии. Они будто бы зарождались в глубине, выстреливали в разные стороны, но, встретив преграду, не могли прорваться сквозь оболочку шара и растворялись, озаряя всё вокруг зелёным светом. Дивный светильник! Полина даже залюбовалась, так магнетически действовали эти вспышки молний.

– Ну? Что там? – нетерпеливо спросил Буба, когда Полина вышла с другой стороны.

– Ничего, – пожала она плечами. – Я думала, там какое-то магнитное поле или что-то такое, что держит их в невесомости. Но там ничего нет.

– Ты хорошенько проверила? – уточнил Буба.

– Но я же не поднялась в воздух, – хмыкнула Полина.

– А зелёное облако? – спросил Стёпа.

– Там просто светильник с зелёным светом, – пожала плечами Полина.

Она уже смелее протиснулась сквозь подвисшие тела к маме и подёргала её за руку:

– Мама! Ма-а-ам! Очнись же!

– Она не слышит, – подсказал ей Буба.

– Будто я не знаю. Мне кажется, это облако как-то на них влияет. Нужно просто достать их оттуда. – Полина потянула маму за руку, пытаясь вытащить из зелёного облака, но стоило только дойти до какой-то невидимой черты, и дальше что-то не пускало. Полина свободно могла перейти эту черту, а вот мама – нет.

– Так ты её не разбудишь, – усомнился Головастик. – Тут нужно что-то другое.

– Что – другое? Нам даже врачей не вызвать, – с горечью сказал Стёпа.

– Старуха что-то знает… – уверенно закивал Буба.

– Так уж явно знает, – усмехнулась Полина. – Она здесь вообще всем заправляет. Но как нам понять, что именно она знает?

– А ты что молчишь? О чём думаешь? – спросил Буба Белку, которая всё это время молча смотрела на подвисшую в зелёном облаке толпу.

– А если здесь и мои родители висят? – задумчиво произнесла Белка. – Просто я их не узнаю… И твои. – Она посмотрела на Головастика.

– Я подозреваю, здесь вообще все люди, которые пропали, – сказала Полина. – И для чего-то они нужны, раз висят здесь.

– И что мы будем делать? – Все посмотрели на Полину.

– А что сразу я? – возмутилась Полина. – Я вообще ничего не знаю!

– Без хозяйки мы ничего не сможем сделать. Сама она нам ничего не расскажет, только прислужников на нас натравит, и тогда всем конец. – Головастик провёл ребром ладони по шее.

– Жалко, Зойка не с нами. – Буба с сожалением посмотрел на подругу, мирно спящую в зелёном облаке. – Уж она бы обязательно что-нибудь придумала.

– Что? Как получше спрятаться? – съязвила Полина. – Это нам не подходит. Прятаться и я умею. А сейчас нужно как-то взрослых вернуть. И Зойку тоже.

– Говори, что делать?

– Нужно рассказать остальным, – решительно заявила Полина. – Вместе мы что-нибудь придумаем.

Она ещё раз взглянула на родителей и пошла прочь. Ребята заторопились за ней.

– Слушайте, тут дверь захлопнулась. – Головастик подёргал ручку и растерянно посмотрел на остальных.

– Она не захлопнулась, это хозяйка намеренно её заперла, – поправил Стёпа.

– Что будем делать? У нас же нет ключей! – запаниковала Белка.

Полина отодвинула ребят и сама попробовала открыть дверь, но та не поддавалась.

– Откройте! Выпустите нас! – крикнула Белка и принялась колотить в дверь.

– Тихо ты! – зашипела Полина и оттащила её от двери. – Хочешь, чтоб все узнали, что мы нашли их логово? Ребята, поищите какую-нибудь железяку.

Благо здесь было полно машин, и найти что-то металлическое оказалось не проблемой. Все вместе они как смогли расковыряли замок. Получилось неаккуратно, но действенно.

Ребята выбрались наружу и помчались к дому, где их ждали остальные.

– Мы видели взрослых! – с порога объявил Головастик.

– Прислужников? – уточнил Мелкий.

– Нет, других взрослых, настоящих. И Зойка там была.

– Где? – оторопела Муська.

– Они у хозяйки. И они… они как будто спят, – подбирала правильные слова Полина. – Мы пытались их разбудить, но не получилось. Это не простой сон. Нам нужно придумать, как их спасти и при этом не навредить.

– То есть ты предлагаешь пробраться в логово хозяйки? – Шнурок вытаращил глаза.

Полина широко улыбнулась и кивнула.

– А как же прислужники? Это же очень опасно! – ужаснулась Муська.

– Там не было прислужников, – сказал Стёпа. – Они там толпятся только ночью.

– Ну, придём мы, и что будем делать? – спросила Муська. – Сами же говорите, что не смогли разбудить. Нет, ребят… я, конечно, очень люблю Зойку, но не хочу, чтоб меня поймали так же, как её. Если бы она была сейчас с нами, то сказала бы хорошенько прятаться и беречь свои жизни.

– Ну да, Зойка так бы и сказала, – согласился с ней Головастик.

– Эх вы! – с досадой вздохнула Полина. – Пойдём отсюда, Стёпка.

Они, не оглядываясь, пошли к себе.

19

Полина зашла в свою комнату и бухнулась на кровать. Нужно было обо всём подумать. И, раз уж помощи ждать неоткуда, то спланировать свои действия.

– Поль, посмотри, не эти документы папа искал? – Стёпа заглянул в комнату и показал ей синюю папку.

– Ну-ка. – Полина открыла папку и принялась читать. – Да, похоже, что эти. Тут контракт и договор на жильё. И ещё какие-то дополнительные соглашения. Где ты её взял?

– В коробке лежала. – Стёпа кивнул в сторону своей комнаты.

– Наверное, родители второпях положили и забыли, – предположила Полина. Она немного подумала и вдруг принялась молча читать документы.

– Интересно? – спросил Стёпа.

– Так, ерунда какая-то непонятная. Но почему-то же папа их искал. Вдруг здесь написано что-то важное? Так… компания называется «Зелёный луч»… Наши родители обязуются работать здесь пять лет с пролонгацией договора.

– Что такое «пролонгация»?

– Продление. Им предоставляется в пользование дом… Так, тут всё про дом… Но что-то я не вижу, чтоб здесь было написано, чем они должны заниматься. А, вот. Обеспечение города энергией и едой. Хм, что это значит?

– Читай, что совсем мелкими буквами написано, – подсказал Стёпа.

– Сама знаю! – отмахнулась Полина, пропустила кусок текста, написанный обычным шрифтом, и принялась читать совсем мелкий: – В случае пропуска даты окончания договора, тот продляется навечно.

– Как это? – вытаращил глаза Стёпа.

– Пожизненно, – пояснила Полина, взглянув на него. – А если учесть, что родители висят там, в бессознательности, и не смогут в какой-то момент сказать, что расторгают контракт, то продление договора на вечность – это вполне себе реальная вещь. И они уже никогда не выберутся…

– Что ты такое говоришь? – Стёпа испуганно вжал голову в плечи.

– А то, что нужно всё читать, когда подписываешь! – сердилась Полина. Она злилась сейчас на родителей за то, что они такие взрослые и умные, а попались в ловушку. Но, с другой стороны, разве они могли предвидеть, что их подвесят в облако?

– Там ещё есть что-нибудь? Дай я посмотрю. – Стёпа потянулся к документам.

– Я сама! – Полина резко убрала их и подняла вверх, а когда Стёпа убрал руки, продолжила читать: – Так… График работы ненормированный… Вот! Расторжение договора возможно только в случае полного исчезновения потребности снабжать город энергией и едой.

– Это значит когда? – с надеждой спросил Стёпа.

– Это значит никогда! – Полина опустила руки. – Как ты себе представляешь это полное исчезновение потребности? Это значит, весь город должен исчезнуть. Только тогда он не будет ни в чём нуждаться.

– Это тоже мелко написано?

– Что?

– Что город должен исчезнуть.

– Нет конечно! – сказала Полина, взглянув на договор. – Кто такое вообще пишет? Это моё предположение.

– Получается, то, что мы сегодня видели… – начал Стёпа.

– …это и есть их работа, – догадалась Полина. – Они каким-то образом обеспечивают город энергией.

– А ещё дома новые появляются, – добавил Стёпа.

– Вероятно, дома появляются, когда приходит новый «работник». Их подсознание продолжает жить обычной жизнью, как будто ничего не произошло. И это мы видели в сторис.

– А почему нас туда не забрали? Ты же даже внутрь облака заходила.

– Не знаю. Может, на детей это не действует? – размышляла Полина и тут же сама себе ответила: – Да, скорее всего, до четырнадцати лет всё это не действует. Не зря же на той табличке написано про четырнадцатилетних. Возможно, нас даже прислужники не видят, они реагируют только на взрослых. Всё складывается, как пазл! – с восторгом воскликнула Полина. – Стёпка, если они не хотят, давай мы сами это сделаем?

Стёпа посмотрел на сестру и с готовностью кивнул.

– Давай быстрее! Я боюсь, что если мы промедлим, то потом уже не сможем их спасти. Сейчас хозяйка увидит сломанный замок, всё поймёт и такие преграды там устроит, что вовек не добраться будет. Или вообще переправят всех взрослых в другое место? Сможем ли мы их тогда найти?

Теперь, когда они отыскали родителей, невыносимо было просто так сидеть. Нужно что-то делать, как-то спасти их.

20

Ребята прямиком отправились к тому дому, где они были утром.

– Смотри, они все тоже туда идут, – заметил Стёпа.

Полина и сама видела, что прислужники идут в одном направлении. Туда же, куда и они с братом. Это было странно. Как тогда, когда они все выслеживали Зойку. Но сейчас здесь больше не было четырнадцатилетних, значит, охотиться не на кого. Так зачем же они идут туда? Кто их призывает?

Ребята настороженно поглядывали на прислужников, но, похоже, у тех была своя задача и они ни на что вокруг не обращали внимания. И с каждой минутой их становилось всё больше.

– Эй! Погодите! – послышалось сзади.

Полина и Стёпа обернулись. Вся их компания в полном составе бежала за ними.

– Мы тут подумали и решили пойти с вами, – сказал Головастик.

– Да что вы такое говорите! – съехидничала Полина. – А я думала, вы прятаться будете.

– Что тут происходит? – спросил Буба, сделав вид, что не заметил слов и язвительного тона Полины.

– Прислужники, – пояснил Стёпа.

– Их же только что не было, – удивилась Белка.

– Наверное, хозяйка узнала о наших планах и созвала их, – предположила Полина.

– Как она могла узнать? – Головастик удивлённо развёл руками.

Ребята зашли за поворот и оторопели: здесь была уже целая толпа прислужников. Они будто собрались на ночлег. Но времени было ещё достаточно мало, да и солнце не село. Прислужники топтались на месте, поворачивали головы, задрав носы, будто пытались уловить в воздухе какой-то запах.

– Нам нужно пройти вон туда, – прошептала Полина и указала на дом, в котором они побывали утром.

– Но это нереально! – Головастик в отчаянии смотрел на толпу прислужников.

– Как вы думаете, если бы там было что-то не важное, стала бы хозяйка это так охранять? – Полина сделала паузу, чтобы друзья смогли обдумать её слова. – Это значит, мы на правильном пути и медлить нельзя.

– Ребят, я что-то боюсь, – заныла Муська. – Как вспомню, как они Зойку схватили этими своими щупальцами… Может, ну их, этих прислужников? Пойдём обратно?

– Не бойся. – Полина приобняла её за плечи. – Мне кажется, они нас не видят. Помните, в сторис – они безглазые.

Полина первая пошла в сторону прислужников. Сердце бешено колотилось от страха, но она изо всех сил делала вид, что не боится, а обернувшись, даже улыбнулась ребятам, чтобы подбодрить их. Правда, улыбка вышла так себе, но улыбнулась же. А потом отвернулась и напряжённо выдохнула эту улыбку, глядя на преграду из шатающихся людей.

Осторожно проходя между прислужниками, Полина старалась не касаться их и двигаться бесшумно. Кажется, получилось. Искоса поглядывая на эти бесстрастные лица, Полина ловко уворачивалась от случайного движения какого-то прислужника и продвигалась дальше. Представлять их безглазыми было легко, но вместе с болванками-головами представлялись и их длинные пальцы, и страшная пасть, раскрывающаяся снежинкой во все лицо. Если это можно было назвать лицом. Прислужники будто не знали, что делать, растерянно топтались, подёргивались, не предпринимая никаких действий. Полина осмелела. Оглянувшись, она увидела, что ребята так же осторожно продвигаются за ней. И тут же замешкалась и не заметила, как наткнулась на мужчину с бородой. Тот будто проснулся, занервничал, задёргался, растопырил руки, пытаясь её поймать, но Полина быстро пригнулась и проскочила прямо под его рукой, даже не успев удивиться своей внезапно откуда-то взявшейся ловкости. А прислужник на этом не успокоился. Он вдруг заурчал, продолжая хватать руками воздух вокруг себя. Наткнулся на стоящую рядом старушку и словно передал ей заряд энергии: она тоже зарычала, взмахнула руками и принялась шарить ими вокруг себя. И тут же коснулась той самой рыжеволосой женщины, которую ребята постоянно видели возле своего дома. Та тоже заволновалась, распахнула руки, пытаясь поймать или хотя бы нащупать свою добычу.

Как падающее домино, одно касается другого и роняет, а то – следующее. Так и прислужники, касаясь один другого, словно передавали сигнал. И за какие-то секунды они превратились в толпу урчащих, шипящих существ. Одни просто водили руками вокруг себя, топчась на месте, другие приседали, пытаясь поймать понизу, третьи, особенно активные, перемещались, да так быстро и внезапно, что не угадать, куда в следующее мгновение они бросятся. Одно было точно ясно: они не видят. Это как игра в жмурки, только на кону твоя жизнь.

– Бежим! – раздался крик Головастика.

И ребята помчались. Уворачиваясь от протянутых рук, петляя, прыгая зигзагами, как зайцы, они пытались добраться до нужного дома, который так яростно охраняли прислужники. Полина первая добежала до заветной двери.

– Ребята, быстрее! – крикнула она, выискивая глазами Стёпку.

Тот ловко уворачивался от прислужников, пригибался и отскакивал.

– А-а-а-а! Помогите! – вдруг раздался звонкий крик.

Полина с тревогой оглядела толпу в поиске источника. Одному из прислужников – тощему парню в модных рваных джинсах – удалось схватить Белку. Та кричала, извивалась и брыкалась в его руках. Рядом, в шаге от них, стояла Муська и оторопело хлопала глазами. Полина растерялась. Что делать? Кинуться на помощь? Сейчас ведь и растерянную Муську схватят! Но сможет ли она потом снова добраться до двери? Прислужники становились все агрессивнее и быстрее.

– Муська! Убегай! Сейчас и тебя схватят! – крикнул Шнурок, пробираясь в их сторону.

– Полина, не жди нас! – прокричал Буба. – Мы их отвлечём!

Ребята принялись бегать вокруг прислужников, намеренно касаясь и дразня их. Стёпка ловко скакал меж вытянутых рук, не давая себя поймать. Полина даже не сомневалась, что он справится. Ведь он же её брат. Шнурок бросился на спину прислужника, схватившего Белку, и повалил его на землю. Это ещё повезло, что прислужник попался хилый и тощий и другие не успели подойти. Белка кое-как выбралась из его цепких рук, а он растерянно размахивал ими, пытаясь снова её схватить. Безрезультатно.

– Они нас не видят, – ещё раз убедилась Полина и толкнула дверь.

Замок всё так же был сломан, поэтому дверь сразу поддалась. На этот раз Полина знала, куда идти, и, не останавливаясь, заторопилась в зал, где стояли припаркованные автомобили и висели люди в зелёном облаке. Всё здесь было так же, как и утром.

Полина внимательно осматривала стены. Где-то должна быть кнопка, которая всё это отключит. Ведь должно же это как-то отключаться? Любой механизм включается и выключается. А волшебства не существует! Но нигде: ни на стенах, ни на потолке, ни на каких-то специальных пультах – не было ни кнопок, ни рубильников, ни чего-то похожего. Полина с тоской посмотрела на родителей. Но вряд ли они могли ей сейчас помочь. Хотя… А что, если та тумба с зелёным фонарём, которая стоит там, внутри толпы, – это и есть кнопка?

Послышался шорох, осторожные шаги. Полина напряглась и уже готова была броситься прятаться за машинами, как увидела Муську.

– Ты как здесь очутилась? – удивилась Полина.

– Так же, как и ты, – ответила Муська.

– А ребята?

– Там ещё. – Она кивнула в сторону выхода. – Прислужников слишком много. Не знаю, как мне удалось пробраться.

– А Стёпка? – Полина внутренне напряглась, ожидая ответа.

– Кажется, его схватили прислужники. Пойдём, там нужна твоя помощь! – Муська потянула её за руку.

Полина уже было кинулась к выходу, но на мгновение задумалась, а потом решительно зашла в облако.

– Что ты хочешь сделать? – испугалась Муська, но всё же последовала за ней.

– Хочу всё тут отключить, – пояснила Полина. – Прислужники ведь ненастоящие, они как роботы, значит, их можно отключить. Вот это силовое поле тоже можно отключить. Я не верю в магию и колдовство. Всему должно быть объяснение.

– Ты с ума сошла! – воскликнула Муська. – Мы же ничего этого точно не знаем! А если ты отключишь и всё разрушишь? Если вот эти люди ещё живы только потому, что их что-то подпитывает?

– Я всё разрушу?.. Я всё разрушу… – задумчиво пробормотала Полина. – А ты знаешь, именно об этом мы сегодня говорили со Стёпкой.

– О чём? – не поняла Муська.

– Нужно всё разрушить… Полное исчезновение потребности… – как в бреду бормотала Полина. – И это не их что-то подпитывает, а они! Они обеспечивают город энергией и едой. Так и написано в контракте.

– Стой! Полина! Это ведь всего лишь догадки. А если ты всё только испортишь? – Муська испуганно таращилась на неё. – Если тут вообще всё сломается? Полностью! Не останется ведь ничего!

– И контракты расторгнутся! Не бойся, мы всё правильно делаем, – улыбнулась Полина и одобрительно приобняла Муську за плечи.

Вместе они дошли до тумбы, на которой светился шар, выпуская зелёные молнии.

– Где-то должен быть выключатель, – бормотала Полина, торопливо осматривая шар и тумбу. Но ничего такого не нашлось. Даже проводов, которые можно было бы вырвать.

– Пойдём отсюда! – торопила Муська. – Ребятам нужна наша помощь! Мы зря теряем время! Их, наверное, уже всех схватили!

– Да где же выключатель?.. – бормотала Полина. Она уже начала заметно нервничать, слова Муськи заставляли её сомневаться в своей правоте. А вдруг она и правда всё только испортит? Вдруг из-за неё пропадут её друзья?

– Ты нас всех погубишь! – в отчаянии крикнула Муська, пытаясь схватить Полину за руки.

Полина отмахнулась и со всей силы толкнула тяжёлую тумбу. Та покачнулась, словно в замедленной съёмке, и встала на место. Полина снова толкнула, а потом ещё.

– Ну же! Помоги мне! – крикнула она Муське, но та в оторопелом ужасе смотрела на подругу и не могла пошевелиться, только что-то бормотала одними губами.

Полина ещё раз толкнула тумбу, та крутанулась на месте, накренилась и рухнула. По залу раздался грохот. Стеклянный шар со звоном разбился вдребезги, выпустив на волю зелёные молнии. Они сразу почувствовали свободу, вырвались, заметались, заискрили, прямо на глазах набирая силу и мощь. Во всех машинах разом включилась сигнализация, они тревожно заорали, завыли, завизжали, запиликали на разные голоса. Полина присела, в ужасе закрыв голову руками. Что же она наделала? А молнии громили всё вокруг, носились по залу, раскалывали каменные стены, с грохотом тыкались в потолок. Столько лет их усмирял стеклянный шар, не давая разгуляться в полную силу.

Когда начали крушиться стены и потолок рассыпался в мелкую пыль, когда вокруг неё начали падать тела, Полина уже плохо помнила. Единственная мысль стучала в мозгу, что она всё испортила… Хотела спасти, а только всех погубила…

21

Это место теперь совсем не походило на то, каким оно было вчера. Ни домов, ни ровных дорожек и аккуратно подстриженных деревьев. Зато повсюду машины и люди. Полина и Стёпка таращились вокруг, они уже совсем отвыкли от такого скопления машин. Да и людей тоже. А это были настоящие люди, с эмоциями, с разговорами, с улыбками. Все собирались в дорогу, бурно обсуждали внезапное расторжение всех договоров и катастрофу на фабрике. Но зато радовались, что, к счастью, все остались живы.

– Зоя! Белка! – Полина помахала рукой.

– Что за прозвище такое странное? – удивилась мама. – А имя у этой Белки есть?

Полина растерянно улыбнулась, потому что имени она не знала, а «Белка» уже воспринималось как вполне себе нормальное имя.

– Мам, мы попрощаемся с друзьями? – спросила Полина, и они со Стёпкой поспешили к толпе ребят.

– Ну, как вы? Как родители? – Полина посмотрела на друзей.

– Они ничего не помнят, – пожала плечами Белка. – Думают, что всё это время жили обычной жизнью, ходили на работу, а я их не слушалась, с друзьями бегала. Но ведь мы-то с вами знаем, где они были на самом деле. Как я могла их слушаться, если я их даже не видела? А из-за консервов вообще забыла, что у меня есть родители. Ну, вы же знаете…

– Мои тоже ничего не помнят, – закивал Головастик. – Говорят, что в последнее время я стал неуправляемый, всё нужно по десять раз повторять, и всё равно не сделаю.

– Наверное, не стоит их переубеждать, – сказала Полина. – Если бы мне сказали, что я бессознательно висела в каком-то облаке в то время, когда думала, что живу своей обычной жизнью, я бы не поверила. А взрослые тем более в такое не поверят.

– А ведь там действительно другая реальность. – Зойка прижала руку к груди. – У других переход был не такой, как у меня, они его даже не заметили. Просто пришли устраиваться на работу, а попали в зелёное облако. Других четырнадцатилетних тоже хозяйка спокойно переводила. Просила помощи, к примеру, а сама как-то одурманивала. Я бы, возможно, тоже не заметила перехода, если бы мы столько не узнали про всю эту систему. А так прислужникам пришлось устроить на меня настоящую охоту.

– А если бы не вы, то в конце концов мы все оказались бы в этом облаке. – Буба задумчиво посмотрел на Полину и Стёпу.

– Ну что, куда вы сейчас? – спросил Стёпа у ребят.

– Поедем обратно, туда, откуда мы приехали, – ответил Головастик.

– Ну да, здесь же жить больше негде, домов не осталось, – усмехнулся Буба.

– Правда, я ещё не совсем вспомнил, откуда мы. – Головастик задумчиво почесал нос. – Но родителей я узнал.

– Это сколько же людей хозяйка сюда заманила? – Белка смотрела вдаль вокруг себя. Повсюду, где ещё недавно стояли здания, теперь была пустошь. И множество людей и машин, на которых они когда-то сюда приехали.

– Кстати, а где сама хозяйка? – спросил Стёпа.

Ребята переглянулись. Никто из них даже не задумывался, где может быть хозяйка города.

– Надеюсь, она испарилась вместе со своим городом, – сквозь зубы пробубнил Головастик.

– А где Муська? Вы её не видели? – Зойка огляделась.

– Может, она уже уехала? Все уезжают, – сказала Полина. – Шнурок тоже уже уехал. Кстати, вы знаете, как его настоящее имя?

– Как?

– Федя. Фёдор Синицын, – сказала Полина.

– А почему его прозвали Шнурком? – удивился Стёпа.

Ребята пожали плечами.

– А я Марина, – застенчиво представилась Белка. – Родители меня так называют. Сначала было непривычно, а теперь я всё-всё вспомнила.

– Дениска! – тот самый дедушка из сторис окликнул Бубу.

– Иду! – отозвался Буба и помахал ему рукой. – Ребята, мне пора идти.

– Как он тебе? – Полина кивнула в сторону деда.

– Хороший, – улыбнулся Буба-Дениска. – Я ещё не всё вспомнил, но помню, как мы с ним на рыбалку ездили и как он меня учил на велосипеде кататься. Он добрый, и я рад, что он есть.

– Полина! Стёпа! Нам пора! – послышались голоса родителей.

– Нам пора, – повторила за ними Полина.

– И что же, мы теперь никогда больше не увидимся? – Голос Зойки дрогнул.

– Давайте найдёмся в соцсетях! – предложила Полина.

– Я даже не знаю… Как там искать-то? – усомнился Головастик.

– Я вас обязательно найду, вы только зарегистрируйтесь, – пообещала Полина. – А лучше под своими прозвищами, тогда точно найду!

Ребята обнялись на прощание, и Полина со Стёпой побежали к своим родителям, которые уже ждали их возле машины.

Как ни странно, обратно ехать тоже было грустно. Сказал бы кто об этом Полине ещё месяц назад, ни за что не поверила бы!

– Ты чего, плачешь, что ли? – распереживался Стёпа.

– Нет, ты что! – Полина заморгала вмиг увлажнившимися глазами и улыбнулась.

Стёпка, видя, что всё хорошо, широко улыбнулся беззубым ртом. Полина засмеялась – слишком уж комичной была его улыбка – и обняла брата.

Осень набирала силу, с остервенением рвала листья на деревьях и швырялась ими, норовя попасть прямо в лицо. Какая же всё-таки капризная, неуравновешенная дама эта осень. Настроение меняется по нескольку раз за день. То улыбается ласковым солнцем, то вдруг пускает дождевые слёзы, то психует, поднимая ветер и кружа в нём опавшие листья, потом вдруг успокаивается, и не знаешь, чего ждать от неё в следующую минуту.

Эпилог

Муська стояла посреди пустоши и задумчиво смотрела вдаль. Все давно разъехались, и она осталась совсем одна. Никто даже не вспомнил о ней. Ветер трепал её светлые волосы, пытаясь высвободить их из косичек. Грустно и обидно до слёз. Муська не заметила, как сзади к ней подошла старуха. Та самая хозяйка города, но, похоже, силы снова покинули её. Сгорбленная, еле переставляя ноги, она приблизилась и протянула руку. Скрюченные пальцы словно одеревенели.

– А, это ты, бабушка? – обернулась Муська.

– Я. Кто ж ещё? – проскрипела старуха.

– Никого не осталось, – пожала плечами Муська и жалобно посмотрела на старуху. – Ты обещала, что у меня теперь всегда будут друзья.

– А ещё я тебе говорила, чтоб ты уничтожила карточки. Откуда они вообще взялись?! Стоило только ненадолго оставить вас, и всё разрушилось!

– Да всем было плевать на карточки, пока не появились эти новенькие… – жаловалась Муська.

– Я же говорила тебе, что девочка с синими волосами все испортит. Это было давно предсказано, а ты не верила, говорила, что синих волос не бывает.

– Да при чем тут волосы?! Не в них дело, а в этом её телефоне!

– В большом мире всё слишком быстро меняется, – вздохнула старуха. – Раньше было проще, а теперь навыдумывали всякие телефоны-шмылефоны, житья от них нет.

– Но я же принесла его тебе.

– Когда уже было поздно и все стали догадываться.

– Кто ж знал, что там всё так переделывается. Если бы не телефон, то ребята никогда бы не узнали правду. А твои прислужники ни на что не способны! Им всего лишь нужно было охранять ядро. – Муська возмущённо вздохнула.

– А ты? Ты же сама привела их к источнику. – Старуха недовольно взглянула на внучку.

– Если ты заметила, я пыталась их отговорить. И прислужников на них натравила. И Белку специально прислужникам в руки подтолкнула, чтоб ребята кинулись её спасать и в дом не зашли. – Муська поджала губы и покосилась на бабушку. Наверное, не стоит говорить, что это она в последний момент подсказала Полине разрушить источник. Это вышло случайно, Муська даже не подозревала, что Полина именно так воспримет её слова.

– Да, поздно мы спохватились, – кивнула старуха. – Теперь всё пропало… Из-за этих новеньких всё разрушено… Всё кончено. Я не знаю, сколько мне осталось… Сколько нам осталось, – уточнила она.

Муська хитро посмотрела на неё, улыбнулась краешком губ, порылась в кармане и достала что-то оттуда в сжатом кулаке.

– Смотри! – Она с гордостью протянула руку. На открытой ладони лежало зёрнышко чуть побольше кукурузного. Оно переливалось зелёным цветом и будто бы светилось изнутри.

– Ядро? – не поверила своим глазам старуха. – Но я думала… Как тебе удалось?

– Но я же твоя внучка, – улыбнулась Муська. – Ты ведь можешь всё восстановить?

Старуха осторожно взяла двумя пальцами ядро, посмотрела сквозь него на свет.

– Оно не повреждено! – восхитилась она. – Значит, мы снова сможем создать свой мир. То, что было однажды сделано, повторить уже будет легче.

Старуха крепко зажала ядро в кулаке и прижала к груди. С каждым вздохом силы словно возвращались к ней, спина выпрямилась, в глазах появился живой блеск.

– Только нужно быть осторожней с новенькими, – предупредила Муська.

– Это твоё дело – присматривать за ребятнёй. Со взрослыми я быстро справляюсь, и проколов у меня не было, – заметила хозяйка.

– Ну что уж теперь-то? – вздохнула Муська. – Пойдём. Как же я не хочу обратно в землянку… Там темно и тесно.

Бабушка с внучкой направились в сторону леса, по пути обсуждая, как бы ловко в следующий раз забрать телефон, чтобы успеть ещё до того, как люди узнают про тайну сторис. И не только телефон, а вообще все новшества. А то мало ли, вдруг у них тоже есть какие-то побочные свойства?

Оглавление

Всё равно тебе водить

  1

  2

  3

  4

  5

  6

  7

  8

  9

  10

  11

  12

  13

  14

  15

  16

  17

  18

  19

  20

  21

  22

  23

  24

  25

  26

  27

  28

  29

  Эпилог

Затерянные в сторис

  1

  2

  3

  4

  5

  6

  7

  8

  9

  10

  11

  12

  13

  14

  15

  16

  17

  18

  19

  20

  21

  Эпилог