Библиотека :)

Запретное желание принцессы Амелиты 1084K - Виктория Цветкова (скачать epub) (скачать mobi) (скачать fb2)

Виктория Цветкова Запретное желание принцессы Амелиты

1 Вредная запретная книга

Адреналин, заставивший меня вначале лезть по отвесной стене башни, а затем красться мимо стражи в подземелье, постепенно перегорал в жилах.

Я окинула взглядом массивный книжный шкаф, подпирающий сводчатый потолок. Крошечный светящийся шар, словно блуждающий огонёк, парил перед открытыми полками, выхватывая из мрака старинные гримуары. Их переплёты таинственно мерцали.

«Мне кажется, или они действительно насмешливо взирают на меня? Сколько же книг томится в этой темнице! И как тут найдешь ту, ради которой я сюда пробиралась?»

— Эй, гримуар по зельеварению от ведьмы Эрины, отзовись! — шутливо позвала, чтобы подбодрить себя.

В королевском хранилище для запретных предметов было жутковато. С полок открытого стеллажа по соседству на меня таращились какие-то чуднЫе маски.

«Может, это забальзамированные головы монстров? Брр, надеюсь, они не оживут и не набросятся на меня», — от этой мысли по телу побежали мурашки. Поскорее отогнала страхи и снова повернулась к книжному шкафу.

Рука сама потянулась к верхним полкам, где стояли запрещенные исследования некромантов-отступников.

«Интересно, за что вас сослали сюда? Вот бы прочесть все эти тома! Впрочем, некромант из меня пока никудышный — некромагия в зачаточном состоянии».

Тишина архива давила на нервы. Я покосилась на уродливые маски и решила говорить вслух, надеясь разогнать мрачные чары.

— Так-так, на самом верху расположились высшие магические науки — некромантия и менталистика. М-да, Алес и Роэнн наверняка заинтересовались бы! — мысли о брате и кузене приободрили меня. — Уж братья бы здесь не терялись!

Пальцы лихорадочно скользили по корешкам. Охраняющая книги магия слегка покалывала кожу.

— Что у нас здесь? «Тайные откровения орочьих шаманов», хм? Интересно, но мимо. А это? «Зельеварение и травничество. Утерянные рецепты» — с сожалением вернула книгу на место. Жаль, что невозможно забрать это собрание запретных знаний с собой.

Я добралась до небольшого томика в красном бархатном переплете, но что-то оттолкнуло мою руку.

— Что? — упрямо потянулась к книге, но смогла лишь чуть сдвинуть ее. — Хырова чешуя, что за вредный гримуар! Надеюсь, ты не то, что я ищу.

Двинулась дальше, просматривая корешки трудов по орочьим обрядам и рецептам. Неудивительно, что они здесь, ведь жестокая магия крови под строгим запретом.

«Эх, хоть бы одним глазком взглянуть, интересно до жути! Но надо спешить…»

Наконец-то я дошла до сборников по варке зелий. Близко к тому, что я ищу! Я внимательно просматривала каждый том, но заветной книжицы так и не обнаружила.

— Это все? Как же так? — в отчаянии я приникла лбом к полке. — Бабушка Мариэль писала, что книга рецептов ведьмы Эрины должна находиться в тайном хранилище у короля Россхельма…

БАБАХ!

Я не успела поймать свалившийся с полки тяжелый томик, и он ударил меня по голове. Охнув, потерла ушибленную макушку. Наклонилась, чтобы поднять книгу и замерла.

Падая, фолиант раскрылся на титульном листе, где было выведено:

'Сборник рецептов Эрины,

записанных ее ученицей и наследницей — ведуньей Кати'.

— Оно! Оно! — зашептала я в восторге. Торопливо зашуршала страницами. — Так, так… Зелье «Разлучница», зелье для импотен… Чего-чего? Хм… Дальше! Вот — зелье «Великой Черной Силы»! Это оно! Ура!

Принялась торопливо копировать рецепт в принесенный с собой блокнот:

«Следует помнить, что в основе всех Зелий Приращений лежат пять ключевых элементов: это Плод Растения, Часть Животного, Кристалл, Вода и Чувство. Взятые в равных долях…»

Дописать не успела, так как на мои плечи и голову внезапно опустилась ловчая сеть. Секретное хранилище наполнилось грохотом подкованных сапог.

Я едва успела захлопнуть книгу и втиснуть ее на свободное место на нижней полке, а также спрятать в подпространственное хранилище блокнот.

А затем меня грубо вздернули и поставили на ноги.

— Ну-ка, кто здесь у нас? — поинтересовался чей-то надменный голос.

Грубая рука сдернула надвинутую на глаза шапочку. Виновато моргая, я уставилась в ошеломленное лицо командора дворцовой гвардии.

— Принцесса Амелита? В-ваше высочество?

2 Козни фаворитки

Марс ди’Зорр

Я захлопнул папку и надписал резолюцию для секретаря. Пора сдавать дело в архив. На протяжении пяти лет в Сарросе действовала вражеская шпионская сеть. Чувствительная для нашего государства информация о торговых сделках и магтехнологических патентах утекала в империю Атакан. Но теперь этому разгулу конец. Сеть разгромлена. Конечно, организаторам удалось уйти — в Темную башню заключили лишь мелкую рыбёшку, но у нас есть нужные имена, и демонам придётся очень постараться, чтобы внедрить сюда новых агентов. Обещаю, это будет непросто, пока я занимаю пост начальника Тайной службы Его Величества.

Я отложил папку на край стола и довольно потер руки: так или иначе, ещё одно успешно завершённое дело. Нужно бы отметить сегодня.

Сигнал маговизора прервал ход победных мыслей, и я недовольно поморщился:

«Ну что там ещё?»

Взглянул на экран и изумленно поднял бровь — сообщение из приемной короля? В краткой, но корректной форме меня срочно вызывали к его величеству.

«Что нужно Россхельму? Неужели демоны настолько обнаглели, что направили официальную ноту протеста из-за своих арестованных шпионов?»

По дороге во дворец я не был спокоен. Его величество Россхельм Второй редко работает по утрам, значит, случилось нечто неприятное. Следуя по широкой аллее, серпантином вьющейся вверх по обрывистому холму мимо особняков министров и советников короля, я не мог отделаться от мысли, что в неурочном вызове виновата моя дорогая сестрица Сильвия.

Наш король неплохой, в принципе, правитель. Вот уже двести тринадцать лет он всеми силами мудро избегает войн и междоусобиц, однако слишком уж доверяет своей фаворитке, а та крутит им, как хочет. Хуже всего, что это замечают все, в том числе и враги Сарроса.

Проносясь в магомобиле мимо особняка герцогини Ролланд, я невольно задумался, уж не очередной ли навет Сильвии послужил причиной срочного вызова на ковер.

Замок де’Лемсдор-Эйс венчает Королевский холм, словно тяжеловесная корона. Это приземистое мощное укрепление — наследие средних веков эпохи мира, когда человеческие королевства не были спокойным местом. Я добирался около четверти часа, но, оставив каррус на стоянке, столкнулся со взъерошенным адъютантом, который сообщил, что его величество в ярости, так как ждёт уже десять минут.

Плохо дело. Обычно Россхельм более снисходителен и учитывает, что порталом на Королевский холм не попадешь (конечно, есть особенные, защищенные пространственные переходы, но их используют лишь в исключительных случаях), это сделано для безопасности самого же короля и его семьи.

«Что же все-таки произошло?»

— Сюда, пожалуйста, мой эйс, — поторапливал адъютант. — Государь примет вас в рабочем кабинете.

Вскоре я уже стоял перед массивным письменным столом, за которым восседал пожилой, но еще полный сил монарх. Седые волосы спадали на украшенный серебряным галуном воротник его камзола. Лицо хранило замкнутое и строгое выражение.

— Наконец-то, явился, — проворчал король, недовольно скрипнув креслом, и смерил меня суровым взглядом серо-стальных глаз. Унизанные перстнями пальцы впились в подлокотники кресла, вырезанные в виде лап диковинных животных. — Какие новости?

В вопросе явно слышался подвох. Только я еще не понимал, в чём провинился.

— Мы закончили дело со шпионской сетью Атакана… — начал было я, но король немедленно перебил.

— Это радостно, ди’Зорр. Но кое-что в твоей работе меня всё же огорчает. Сегодня утром в Косую башню, где — как я надеюсь, тебе известно — хранятся секреты всего государства, проник нарушитель. Как это понимать, Марс?

Я молчал, но лишь потому, что отвечать было нечего.

«Проник и что? Вообще, в этом дворце и не такое случалось! Недавно залетный дракон едва не унес ценную реликвию из сокровищницы, и небо на землю не рухнуло».

— Насколько мне известно, мой государь, секретный архив находится в ведении министра двора.

— Вот ещё глупости! Ты глава Тайной службы, и у тебя под носом зелёная девчонка лезет на башню, а затем спускается в подземелье, и стража не замечает её!

— Что за девчонка, государь?

«Какое мне дело до воровки? Моё дело ловить шпионов по всей стране, но за сохранность документов и прочих ценностей я ответа не несу. По крайней мере, до сегодняшнего дня мне не было известно об этом. Если бы король хоть что-то объяснил, а то получается, я должен получать пинки за каждого нерадивого стражника. А чем тогда заниматься командору дворцовой стражи и лейтенанту королевской гвардии? Уж молчу о Главном дознавателе».

Я смотрел на короля и ждал продолжения. Возможно, мой прямой взгляд показался его величеству дерзким, но заискивать в надежде снискать милость я не привык.

Чего-то ждал и король.

— Что-нибудь ценное исчезло, Ваше Величество?

— Ценное… — сквозь зубы проскрежетал король. — Ничего не исчезло. Нарушительницу поймали на горячем. Но почему ты об этом ничего не знаешь, мой друг?

Россхельм Второй грохнул кулаком по крышке стола так, что подпрыгнул раззолоченный письменный прибор.

— В своём королевстве я сам ловлю шпионку, а начальник Тайны службы понятия о ней не имеет!

Я выдохнул. Шпионка? Наконец-то, что-то прояснилось, но это «что-то» по-прежнему вызывает кучу вопросов. Мысленно уже прокручивал в голове карточки с именами известных авантюристок, способных на дерзкий поступок и когда-либо замеченных в работе на иностранные государства.

— Кто же эта дама, Ваше Величество? Леди Ламбер? Госпожа Диассоль?

«Хм, вроде бы ни одну из этих прожжённых особ „зеленой девчонкой“ не назовешь».

— А вот и не угадал, эйс Всемогущий-охотник-за-шпионами.

Я резко обернулся на голос. Возле двери, ведущей во внутренние покои дворца, стояла моя сестра.

3 Воспитатель для строптивой принцессы

Марс ди’Зорр

Дневной свет беспощаден к моей сестре, герцогине Ролланд, и она хорошо это знает, потому несколько последних десятилетий без надобности не появляется там, где лучи дневного светила правдиво высвечивают дряблую кожу на висках и морщины возле глаз и губ. То ли дело неверный, но уютный свет восковых свечей; Сильвия настолько привержена ему, что даже балы в королевском замке проходят по старинке — при свечах, и это вызывает робкий протест у придворных дам, чьи роскошные туалеты вечно закапаны воском.

Но Россхельм II околдован ею, словно под действием запретных любовных чар. Некоронованная королева Сильвия царит при дворе. С этим смирились все, даже законная королева. Софина-Улия Ильская обитает со своими дамами в Летнем дворце и возвращается в де’Лемсдор-Эйс лишь изредка, когда без ее участия в официальных церемониях не обойтись.

Не удостоив сестру ответом, я вновь повернулся к королю.

— Ваше Величество, прошу посвятить меня в суть дела.

Мой голос прозвучал подчеркнуто холодно и официально. Я сжал кулаки и твёрдо смотрел в стальные глаза правителя. Ярость клокотала в жилах. Сестра вновь расставила ловушку — мысль об этом бесила до невозможности.

Я ожидал, что хозяин кабинета прикажет Сильвии выйти, однако он словно одобрял ее присутствие.

«Кажется, Россхельм Второй испытывает на прочность мои преданность и терпение. Ни один подданный не заслуживает подобного. Если, по его мнению, я упустил шпионку, и поэтому мерзавка смогла свободно проникнуть во дворец, это действительно моя недоработка, а может быть, и вина. Но дело требует, чтобы подобное обсуждалось не в присутствии фаворитки. Раньше король это понимал, но, похоже, хорошие времена прошли».

Видимо, у Россхельма и его любовницы было иное понимание ситуации.

Покачивая бёдрами, сестрица неторопливо обошла письменный стол и встала рядом с креслом монарха. Красивое еще лицо брюнетки дышало злорадством.

Теперь я был уверен, что наблюдаю спланированное представление. К сожалению, терпение — единственное, что мне оставалось.

Король негромко стукнул ладонями по полированной столешнице.

— Хорошо, ди’Зорр, разъясню тебе твои же обязанности. Пять лет назад ко двору прибыла принцесса Амелита Зангрийская. По давней договоренности с ее дядей, королём Дарреном, она просватана за моего внука Ансара. Моя супруга пожелала воспитать девушку сама, боясь тлетворного влияния чересчур роскошного двора Зангрии. Я принял аргументы королевы и согласился, что так будет лучше. Однако девушка оказалась уже довольно испорченной. Её неукротимый нрав сказался с первых же дней, и, боюсь, моей супруге не удалось осуществить мечту и воспитать послушную невесту для нашего внука. Однако договорённость с Дарреном обязывает нас все-таки принять её в королевскую семью, когда Ансар достигнет возраста двадцати пяти лет.

Я недоуменно моргнул, не понимая, зачем монарх рассказывает то, о чем все в королевстве и так знают. Рыженькая принцесса пришлась в Сарросе не ко двору: слишком своевольная и строптивая. Держится гордо, особняком — этого не скроешь под маской притворной светскости. Собственно, я в эти проблемы никогда не вникал — своих дел по горло. В конце концов, это головная боль принца Ансара и его родни. Тут меня осенила догадка: неужели принцесса и есть та нарушительница, что пробралась в Косую башню? Быть не может!

К моему изумлению, дальнейшая речь монарха не оставила сомнений.

— Однако, похоже, мы пригрели на груди змею. Сегодня на рассвете командор дворцовой охраны застал принцессу в секретном хранилище, возле шкафа с запрещёнными книгами. Вот я и хочу спросить главу разведки, почему за иностранной принцессой до сих пор не было организовано наблюдение? Чего проще — внедрить преданную нам даму в окружение юной девушки? Не ваша ли обязанность, ди’Зорр, знать, какие указания она получает от родителей, брата и от дяди-короля?

Глаза его величества сейчас напоминали буравчики. Он пытливо всматривался в моё лицо, стараясь различить признаки лжи или предательства, явившегося причиной вопиющего небрежения обязанностями.

Сильвия сияла плохо скрытым торжеством.

Похоже, никто из них не ожидал, что у меня готов ответ.

— Ваше Величество, как всегда, совершенно правы. В окружение принцессы действительно необходимо было внедрить лояльного нам человека, однако, осмелюсь напомнить, что, когда я обратился с этим предложением, вы, государь, отвергли его, указав, что не стоит так рьяно исполнять инструкции и следить за шестнадцатилетней малышкой просто глупо.

Король досадливо поморщился и снова скрипнул стулом. Видимо, припомнил и этот разговор, и свой отказ.

— У тебя хорошая память, ди’Зорр. Но хочу заметить, что с тех пор прошло пять лет, и малышка выросла. Как видишь, теперь Амелита совсем не безобидный ребёнок. За ней требуется установить строгий надзор. Это должен быть не просто агент, а профессионал высшего уровня.

— Я немедленно займусь этим делом, Ваше Величество, — Я почтительно склонил голову, надеясь, что аудиенция окончена, и меня, наконец, отпустят.

— Конечно, займёшься, Марсик, — вдруг пропела сестрица. — Ты давно это заслужил.

Я с удивлением перевел на неё взгляд и встретил ехидную ухмылку.

— Принцесса совсем отбилась от рук, — в голосе короля гремели грозовые раскаты. — Она нуждается в строгом воспитателе и телохранителе, чтобы исключить подобные возмутительные эскапады в будущем. Этим займёшься лично ты, Марс. Тебе я доверяю. Надежнее человека нам не сыскать. Сегодня передашь все дела заместителю, а с завтрашнего дня приступай к службе. Отвечаешь головой за то, чтобы отныне Амелита сидела тихо и крестиком вышивала, как полагается невесте моего внука.

4 Все говорят, что это безрассудство

Амелита ди’Ринор, принцесса Зангрии

— Ты хоть понимаешь, что наделала, девочка? Какое безрассудство!

«Безрассудство», — эхом отскакивало от мраморных стен галереи и вторило нашим шагам. Это слово повторялось сегодня на все лады, причем всеми кому не лень — а охота была у многих. Вначале его бросила королева Софина-Улия, ей вторила статс-дама двора, а после — фрейлины помельче. Потом явился Ансар и всё началось снова. Обычно ближайшее окружение королевы со мной вообще не разговаривает и как будто не замечает, а сегодня их словно подменили: гневно сдвинутые брови, возмущённо вытаращенные глаза, презрительно кривящиеся губы.

После скандала, последовавшего за поимкой нарушительницы в запретном хранилище, королева и ее дамы вернулись в Летний дворец. Ну и я, конечно, вместе с ними.

«Безрассудство». В данную минуту надоевшее слово выговаривала фрейлина — подруга моей матери, которая приехала со мной из Зангрии. Я покосилась на сухопарую пожилую даму с зачесанными в высокую прическу седыми волосами и с добрыми, в лучистых морщинках, глазами. Пожалуй, милая дей’Форе — единственный человек, от которого я готова выслушивать замечания безропотно.

— Да-да, дей’Форе, знаю. Всё знаю.

— Да что на тебя нашло, моя дорогая? Перед рассветом я зашла в спальню, а тебя нет! Это такой ужас! Я страшно перепугалась! Тебя повсюду искали… Что ты забыла в той жуткой башне?

— Как я уже говорила её величеству, просто хотела узнать рецепт окраски волос, чтобы навсегда изменить их цвет. Надоел мне огненно-рыжий, решила создать новый образ и стать блондинкой.

— Что за вздор? С чего вдруг?

Я задумалась. Королева не допытывалась до причин, просто пригрозила некими мерами и приказала удалиться к себе. Но что отвечать дей’Форе? Хырова чешуя, я ведь ляпнула первое, что пришло в голову. Не говорить же, что искала рецепт, чтобы увеличить свои магические способности. Желание, на первый взгляд, по-детски безобидное, вот только подобные действия запрещены магической инквизицией.

Да и никто в такое не поверит.

Здесь никому нет дела до того, что я слабый некромант. Её величество не занимается магическими науками, а предпочитает проводить время, сплетничая и обсуждая наряды. Кроме того, я здесь не для того, чтобы магичить, а затем, чтобы в будущем производить родовитых наследников, а также служить залогом союза между королевствами.

Однако мир не ограничивается двором королевы, и за пределами Летнего дворца слабых магов презирают. Ну или жалеют, что для меня одно и то же. Как говорит мой папа принц Алард: «Займись рукоделием, дитя моё, если тебе не дано большее». Эта фраза всегда повергала меня в слёзы. Ненавижу вышивать, шить и заниматься домашними делами. Моя любимая мамочка, эльфийка по крови, честно пыталась приобщить меня к садоводству, но отступилась, уразумев, что мне это попросту не интересно.

Я в Большой мир хочу!

С детства меня влекла магия и превращение неживой материи. Хочу стать магом, магистром, как папа, брат и большинство членов моей семьи. Но с уровнем дара, какой скупо отмерил Шандор при рождении, меня даже в академию не примут. Как гляну на тонкий черный ободок родовой метки вокруг предплечья, кулаки сжимаются. Только мой брат Алес понимает меня, но он, как это обычно бывает со взрослыми старшими братьями, чаще всего невероятно занят. Да и чем он может помочь? Благодаря дядюшке-королю, который выпихнул меня на родину жениха в шестнадцать лет, я давным-давно не была дома.

Между тем дей’Форе все еще подозрительно таращилась на меня и ждала ответа.

— Что тут удивительного? Просто хочу понравиться своему жениху.

Фрейлина недоверчиво фыркнула. Я поняла, что нужно поднажать.

— Ты видела, как Ансар пялится на одну из младших фрейлин своей матушки? А она ведь яркая блондинка!

На всё ещё красивом лице наперсницы появилась брезгливо-презрительная гримаса. Она приподняла тонкую бровь.

— Ты это серьёзно, девочка, или, как всегда, шутишь?

Я предпочла не отвечать и ускорила шаг.

Фрейлина вздохнула.

— Как бы Россхельм не пожаловался Его Величеству королю Даррену.

— Не думаю, что это случится. Дядя Дар — тёртый калач, с него станется обвинить во всём самого Россхельма и Софину-Улию.

Дей’Форе тихонько прыснула в кулачок, молчаливо соглашаясь.

Длиннющая галерея закончилась, мы вышли в огромный неуютный гулкий холл, где в этот час не было ни души, если не считать застывших истуканами гвардейцев у дверей. Прошли к боковому выходу и свернули в ворота, ведущие в парк.

Я нечасто бываю в Летнем дворце, хотя живу буквально в двух шагах в небольшом флигеле, который называется Девичий или Невестин. Меня поселили здесь, как только я прибыла в Саррос, сюда же наведываются многочисленные учителя. Вот уже пять лет как это мой дом, и я прикипела к нему душой, несмотря на то что первое время страшно скучала по папе и маме. Когда-то, еще будучи невестой, здесь жила нынешняя королева, а после нее — бывшая жена наследного принца, принцесса Дагмара Джитская.

Ступив в парк, мы выбрали аллею, ведущую к Южному пруду, и вскоре вышли к замысловатому двухэтажному особнячку. Я любовно оглядела стены из шероховатого, замшелого камня — с фасада их почти скрывали буйно разросшиеся за лето лозы ярко-бордового хмельника. Взгляд скользнул по высоким каминным трубам и обежал причудливо изогнутую черепичную крышу — под ней имеется чердак, где живут голуби. На первом этаже холл (он же гостиная) и небольшая столовая, которая на время занятий превращается в классную комнату. Наверху две спальни — моя и дей’Форе, а просторную комнату с окном-фонарем я использую в качестве лаборатории.

Девичий флигель стал убежищем от неприятностей и противных обязанностей, которыми полна жизнь при любом дворе, если ты не готов льстить и подстраиваться. Я точно не готова, вот и жажду любой ценой стать могущественным магом и завоевать право жить так, как хочется мне! Быть кем-то, чтобы со мною считались. Вот чего я добиваюсь. И добьюсь, так или иначе!

5 Поручение наследника

Марс ди’Зорр

Последние лучи солнца позолотили волнистую гладь огромного озера. Я остановил магомобиль возле самой кромки воды, чувствуя, как легкий ветерок играет с моими волосами.

Передача дел заместителю не заняла много времени. Департамент, разумеется, загудел, как растревоженный улей. Ещё бы — внезапная отставка главы! Ничто не предвещало и вдруг… Даже своему заместителю я не сообщил, куда меня назначили. Уверен, вскоре это ни для кого не будет секретом — моя сестрица об этом позаботится.

«Плевать!»

Я набрал горсть камешков и принялся кидать блинчики, стараясь, чтобы каждый ударился о воду несколько раз, прежде чем затонуть. Ярость, смешанная с едкой горечью поражения, по-прежнему клокотала в жилах, но потихоньку её вытесняла апатия.

Гори оно все… Подам в отставку и уеду из страны — благо, состояние позволяет жить вообще без службы. Да, это будет бегство. Однако бегство не от проблемы, а от неблагодарного монарха, который не ценит двадцать пять лет, отданных службе ему.

Мне будет скучно? Возможно. Но кто мешает стать, например, частным детективом? Брать только интересные дела? Всё лучше, чем быть нянькой у несмышлёной девчонки!

Может статься, мое неповиновение взбесит короля. С подачи всесильной фаворитки он наверняка вздумает мстить и покусится на имущество семьи ди’Зорр. Тоже не беда — попрошу защиты у Ильхарда — принц ненавидит Сильвию и будет только рад сделать ей гадость.

Проводив взглядом последний голыш, я вернулся в салон магомобиля. Теперь, когда решение полностью изменить свою жизнь было принято, гнев почти оставил меня.

«Немного жаль потерянных лет, но терпеть подобное… Если Россхельм из-за прихоти мстительной бабы разбрасывается верными людьми, не стоит такой монарх службы».

Со злой улыбкой на губах я погнал каррус по направлению к городу и вскоре уже летел по аккуратным, нарядным улочкам столицы.

Неприязнь сестры ко мне давно перешла в ненависть. Трудно назвать причину. Пока я рос, мы почти не виделись — Сильвия намного старше меня, и когда я родился, была уже замужем за жирным старым бароном. В семье относились ко мне как к наследнику рода и уделяли много внимания, — возможно, причина в банальной ревности? Позднее я получил крупное наследство от прадеда — он был видным ученым магом. Самое ценное для меня — его библиотека. Собранные графом дей’Зорр книги занимают почётное место в моих апартаментах на верхнем этаже ультрасовременного многоквартирного дома в прибрежном районе Гелмара.

Вероятно, эти книги — вторая причина, почему сестра так злится на меня. Несколько лет назад Сильвия прислала мне список изданий, которые желала бы получить, якобы в память о прадеде. Кое-какие из поименованных ею книг числятся в списке запретных: любовные заговоры и проклятья, а также кровавая магия. Власть фаворитки над королём неизбежно слабеет, вот она и ищет новых знаний.

Разумеется, я отказал, и сестра развила бурную деятельность: затеяла тяжбу с новым разделом имущества, при каждом удобном случае оговаривала меня перед королём, дважды посылала неких неопрятных субъектов ограбить мой дом, и все неудачно. И вот теперь новая пакость.

Нужно позаботиться, чтобы опасные знания не попали в руки Сильвии — прадед особо предостерегал меня от этого.

Я въехал в ворота ничем не примечательного двухэтажного особняка. Мало кто знает, что здесь помещается частный мужской клуб для избранных. Упитанный любезный швейцар с готовностью распахнул двери. В фойе звучала тихая музыка. Меня с поклоном встретил распорядитель.

— Звёздной ночи, мой эйс. Рад приветствовать в нашем заведении. Его высочество спрашивал о вас и просил сразу же проводить к себе.

«Как удачно».

Я прибыл сюда в надежде встретиться с наследным принцем Сарроса. Мы давние друзья, ещё с университетской скамьи. Ильхарду я могу рассказать всё как есть, без утайки.

Вслед за ливрейным лакеем я поднялся на второй этаж приватного заведения. Здесь помещались отдельные кабинеты. Безлюдный коридор привел нас к личным покоям принца, расположенным в одной из башенок. Служитель с поклоном отворил дверь, и я оказался в атмосфере роскошной, почти варварской неги.

Золочёные плафоны, искусные нескромные миниатюры на стенах, яркие витражи, толстый узорчатый ковёр из Табхайера. Вместо мебели здесь повсюду разбросаны удобные подушки. Принца видно не было, однако я не сомневался, что он здесь. За расписными ширмами помещались бассейн с фонтаном и кровать поистине королевских размеров, в настоящий момент скрывающаяся за парчовым пологом. Оттуда послышался прерывистый томный вздох.

Я усмехнулся и потянулся к бутылке саросского, на этикетке которого значился редкий, а потому особо ценный год урожая. Плеснул в бокал и сделал глоток. Покатав терпкий напиток на языке, ощутил приятное тепло.

«Славно, что я, наконец, решился покинуть Саррос. Вино здесь хорошее, а вот монарх…»

Почти полбутылки опустело, прежде чем мой приятель, наконец, появился из-за ширм. Принц Ильхард невероятно мощный маг-универсал — гораздо сильнее, чем его отец. Это позволяет сохранять молодость и бодрость, хотя оба мы уже встретили пятьдесят зим. Волосы необычного стального цвета были распущены по плечам. Шелковая рубашка полурасстегнута. Красивые, чеканные черты благородного лица расслаблены. Непривычно видеть этого хищника умиротворенным и довольным жизнью. Впрочем, где наследному принцу расслабиться, как не в его собственном клубе? Повисшая на его плече полуодетая рыжеволосая девица дополняла картину.

Я отсалютовал Ильхарду бокалом. Тот знаком велел мне наполнить его бокал и повёл красотку к выходу. Без особых церемоний выпроводив недавнюю любовницу, принц расположился на парчовых подушках напротив меня.

— Сегодня только одна девица? — с усмешкой поинтересовался я. — Стареешь, мой друг.

Наследный принц хохотнул.

— Времени нет, дружище. Девушки могут подождать. Это дела не ждут.

Он залпом осушил свой и снова наполнил наши бокалы. Покачивая хрустальный кубок в руке, он внимательно изучал меня.

— Я ждал тебя, Марс. Жаль, что только хорошая встряска у короля, способна заманить тебя в мое скромное убежище.

— Да, сегодня был тяжёлый день, — хмурясь, признал я.

— Я слышал. Сьерра Сильвия постаралась?

— Даже не сомневайся. Она при этом присутствовала и наслаждалась.

— Тхарова стерва! Что ты намерен делать?

Настал момент для откровенного разговора. Я встретил прямой взгляд лазурных глаз принца.

— Разумеется, я не собираюсь становиться надсмотрщиком у принцессы. Мне нужна твоя помощь, Ильхард. Хочу бросить здесь всё и уехать. Ты поможешь мне? Король наверняка наложит лапу на мое состояние.

— Об этом ты мог бы и не просить. Я не позволю им ограбить моего друга.

— Знаю, дружище, и ценю это. Особое внимание удели моей библиотеке: ни одна книга не должна достаться Сильвии, иначе быть беде, слышишь?

— Да, знаю. Видел у тебя ценные экземпляры по магии крови. Можешь не сомневаться, ничего ей не достанется. — Ильхард сделал глоток и помолчал, смакуя доброе вино. Затем вновь поднял на меня взгляд. — Но вот что, Марс: я думаю, ты спешишь с переездом.

Я выпрямился и заговорил горячо и сбивчиво:

— Не могу я больше оставаться на службе! Сегодняшнее унижение… Россхельм — твой отец, я понимаю, но…

Принц горько усмехнулся.

— Нет, ты не понимаешь. Дело не в отце, который сидит под пятой злобной, мерзкой дуры. Это лишь одна сторона дела. Но есть и другая — мой сын Ансар. Мальчик должен жениться на принцессе Амелите в следующем году, иначе грянет международный скандал. А нам, как ты знаешь, совсем не нужны осложнения с Зангрией. Этот союз выгоден — он укрепит нас, хотя принцесса всего лишь племянница короля Даррена.

Я слушал молча, уже понимая, к чему он клонит.

— Эта девушка, Амелита, немного странная. Хорошенькая и своевольная, но скрытная, я никак не могу подобрать к ней ключик. Если она действительно шпионка или замышляет что-то, мне нужно это знать, ведь Ансар — мой наследник. Не хочу, чтобы моя невестка шпионила на другое государство или сыпала проклятиями из запрещённых сборников. Если она виновата, требуются чёткие доказательства, чтобы мы могли обоснованно отказаться от этого брака.

Я молчал, уставившись на цветной витраж, за которым уже темнело звездное небо, но не видел ничего.

— В общем, ты уже понял. — Принц протянул руку и сжал моё плечо доверительным жестом. — Я прошу тебя разобраться. Расценивай это, как службу мне. Найди доказательства, что Амелита чиста или что она виновна, и тогда уж бросай нас. Я не буду возражать, но обязательно призову тебя однажды обратно на службу.

6 Крыло летучей мыши, кристалл…

Амелита ди’Ринор, принцесса Зангрии

Утро началось рано. Рассвет застал меня в лаборатории, где я лихорадочно листала «Большой справочник травника».

«Хырова чешуя, как же неудобно, что ингредиенты для зелья Великой Черной Силы придется подбирать наугад! И чего бы этому противному командору охраны не войти в тайное подземелье на пять минут позже? Тогда бы я успела списать весь рецепт целиком».

В сердцах я захлопнула и отбросила бесполезную книгу. Неопределённость так разочаровывает! Кажется, вот-вот получишь результат, а на самом деле ты еще в самом начале. Впереди куча препятствий, и победа под вопросом.

«Ничего. Я непременно решу эту загадку!»

На столе поверх мешанины бумаг и книг лежал блокнот — тот самый, что удалось утаить несмотря на все перипетии вчерашнего дня. Просто чудно, что никто в Сарросе не знает (исключительно, потому что не интересовались), что у меня имеется собственное подпространственное хранилище. Впрочем, эта запись уже не особенно-то и нужна, ведь строки надежно врезались в память:

«Следует помнить, что в основе всех зелий приращений лежат пять ключевых элементов: это плод растения, часть животного, кристалл, вода и чувство. Взятые в равных долях…»

Эх, в этой фразе тхарски мало толку. Это всего лишь общая схема, раскрывающая структуру зелья, без подробностей. Такие часто встречаются в учебниках по зельеварению. Они помогают запоминать рецепты, а также составлять новые — в общем-то, для исследователя или практика штука полезная. Вот и мне предстоит подбирать вещества самостоятельно, экспериментальным путем, ориентируясь на логику и чутье.

Поскольку вход в тайное хранилище пока закрыт («пока», потому что, если не добьюсь успеха, обязательно придумаю, как проникнуть туда снова), мне лучше не терять время и немедленно начать серию экспериментов с доступными ингредиентами, имеющими свойство усиливать магию. Их не так-то много в каждой из перечисленных групп. Буду соединять их вместе, авось натолкнуть на что-то интересное.

Я подошла к столу и взяла чистый лист и стилос. Расчертила таблицу для записи результатов эксперимента. Графы озаглавила в соответствии с элементами зелья Приращения. Шестую оставила пустой — сюда буду записывать результаты эксперимента и заметки.

Первая графа сомнений почти не вызывала. Растение, дающее некоторое приращение магической энергии, подобрать нетрудно. Например, нигелла — декоративный кустарник с устрашающими черными шипами — дарит силу и укрепляет пошатнувшееся здоровье, особенно если растрачен почти весь резерв. Кроме того, это растение обладает интересным побочным эффектом — оно усиливает действие проклятий. Кажется, это идеальный ингредиент для моих целей.

Записала «Плоды нигеллы» в первую графу.

Далее следовал столбец под заглавием «Часть животного». Формулировка весьма туманная: что значит «часть»? Какая именно? Что это может быть? Клюв, селезенка, перо? Толчёный коготь зара или рог винторогого папуана? А ведь есть и магические животные, дающие довольно экзотические ингредиенты. Хорошо, если не придется гоняться за драконом, пытаясь отодрать от него чешуйку.

«Так, нужно найти ингредиент, имеющий свойство восстанавливать магию».

Я задумалась, но мысли почему-то сползали к огромным кальварским тараканам — это ведь тоже животные, хотя для роста магии и бесполезные — их толчёные панцири добавляют в средства для избавления от неуместных волос на теле.

«Нет-нет, тараканы не годятся. Но если вспоминать о мерзких вещах, как насчет летучих мышей? Видела парочку дохлых за досками на чердаке. Это животное считается у ведьм священным проводником магических сил».

Я вскочила, порылась на полке и отыскала тонкую иллюстрированную брошюрку, подаренную когда-то бабушкой Мариэль. Полистала.

«Так-так… Вот эти сроки: „Летучие мыши, кружащие в сиянии Теи, навевают магические чары“. Э-хм? Что за ересь? Хотя, наверное, в этом есть какой-то смысл».

И во второй графе появилась запись «Крыло летучей мыши».

Следующим в списке числился кристалл. Тут у меня почти не было сомнений. Вряд ли имеется в виду что-либо, кроме иллирийского кристалла — ценнейшего естественного накопителя магии. Потихоньку, чтобы не привлекать внимания фрейлины, я вернулась в свою спальню. Открыв стоящую на трюмо шкатулку с драгоценностями, отыскала заколку со сверкающим голубым иллирийским кристаллом в центре. С помощью маникюрных щипчиков споро расковыряла золотую оправу и высвободила достаточно увесистый камешек.

Готово. Третья графа заполнена. Оставалось два последних элемента.

Четвертый элемент: вода. Радовало, что прямо указана вода, а не кровь младенцев или желчь химеры. Думаю, питьевая, из графина, вполне подойдёт для первого эксперимента. Если не выйдет, попробую дождевую или талую.

И последняя графа: чувство. Самый странный ингредиент.

Я снова крепко задумалась. Что за чувство должно войти в состав зелья? Что ведьма Эрина имела в виду? Может, горячее желание стать сильнее? В этой эмоции недостатка нет; попробую влить ее вместе с магией.

Собрать всё необходимое труда не составило. Запас сушеных ягод нигеллы всегда имеется в домашней аптечке. Повозиться пришлось лишь с летучей мышью. Я стащила рабочие перчатки у садовника и, кое-как просунув руку в щель между перекрытиями на чердаке, завладела сухим шелестящим крылышком на тоненькой косточке. Брр!

Тщательно взвесила все ингредиенты, ведь в гримуаре специально оговорено, что все вещества должны браться в равных долях. Запалила огонь в камине и поставила котелок на специальный таган. Налила меру воды, бросила в нее сразу и камень, и плоды нигеллы, и крыло бедной мышки. Помешивая деревянной лопаткой, влила немного магии.

Жидкость быстро нагревалась и вскоре начала побулькивать.

— Ничего, закипит, тогда и чувство присоединю, — пробормотала я, озабоченно помешивая странную смесь, которая уже принимала сложный буро-серый оттенок.

— Что присоединишь? — раздавшийся за спиной знакомый мужской голос заставил меня испуганно подпрыгнуть и обернуться.

7 Опасно прерывать эксперимент!

С затаённым неудовольствием я обернулась на голос.

В дверь заглядывал Его Высочество наследный принц Сарроса Ильхард дей’Лемсдор, — двухметровый красавец лет тридцати на вид. Его спутника я встречала нечасто, но как не знать главу Тайной разведки короля? Марс ди’Зорр — волнующий, но мрачный высоченный брюнет со странными, похожими на янтарь глазами.

Как же они не вовремя! Зелье вот-вот закипит, и, если запоздать с вливанием «чувства», Тхар знает, что может случиться. К тому же я вовсе не стремилась посвящать отца так называемого женишка в свои дела.

Незваные гости без спроса шагнули в комнату, и просторный кабинет стал крошечным и тесным.

Увлечённая экспериментом, я не сразу сообразила, что неожиданный визит, возможно, напрямую связан с моим вчерашним фиаско в тайном подземелье.

«Неужели будущий свекор явился читать мне лекцию о благонравии? Да ещё и начальника шпионской службы зачем-то приволок. Может, думает напугать?»

Мужчины меж тем осматривались с непонятным мне вниманием и настороженностью. Принц Ильхард подошёл к столу и небрежно поднял блокнот. Прочитал коротенькую запись и убедился, что остальные страницы чисты. Отбросив этот предмет, пробежался взглядом по разлинованному листу для записи хода эксперимента, после чего передал его подошедшему спутнику.

— Ваше Высочество, могу ли я узнать в чём дело? — спросила я. Открытая бесцеремонность и возмущала, и бесила. — Не могли бы вы объяснить цель визита. Замечу, что, согласно принятому этикету, мне следует принимать посетителей только в гостиной и в присутствии моей фрейлины.

Однако лорды спокойно перебирали мои книги и не демонстрировали признаков смущения или раскаяния. Я повысила голос:

— Это обыск? Тогда я должна обратиться за защитой к моему дяде, королю Зангрии. Это произвол…

Признаюсь, тут я импровизировала, потому что подобная ситуация не была оговорена в межгосударственном договоре о моем пребывании при дворе Сарроса. Однако угрозы, похоже, возымели действие: принц, наконец, соизволил обратить на меня свои невозможно голубые глаза — я оказалась бессильна истолковать их выражение. Как всегда, под взглядом этого мужчины я почувствовала себя маленькой, неуклюжей девчонкой, которую нельзя воспринимать всерьез. Это окончательно меня разозлило.

— Нет, моя прекрасная принцесса, это ни в коем случае не обыск и не вторжение на вашу территорию. Я всего лишь хочу представить вам моего хорошего друга, Марса ди’Зорра. С сегодняшнего дня он ваш телохранитель с неограниченным числом обязанностей и привилегией наблюдать за вами двадцать четыре часа семь дней в неделю.

Я онемела. В душе взорвалась, накинулась на принца с кулаками, и спустила эту двухметровую орясину с лестницы. Вслед за ним, отсчитывая лбом ступени, полетел и новоявленный телохранитель. Однако многолетняя выучка премудростям придворного этикета не позволила выразить возмущение явно. Я лишь слегка подняла бровь и уже открыла рот, чтобы спросить, уж не шутит ли принц, но тут за моей спиной послышалось мерное бульканье.

«Пора вливать чувство. Ну же! Хочу стать сильнее! Будь я могущественным магом, дядя не отправил бы меня за границу, словно породистую самку верда. Нет, хорошими магами не разбрасываются».

Однако единственными эмоциями, что бушевали внутри, были возмущение и гнев.

Повернувшись к котелку, я сжала руки в кулаки до побелевших костяшек. Не знаю, как так вышло, но то, что присоединилось к начавшей густеть массе, не было страстным желанием стать выдающимся некромантом. Возможно, из-за этого смесь громко булькнула в последний раз и взорвалась с оглушительным грохотом.

Из котелка повалил едкий удушливый дым ядовито-зеленого цвета, он быстро заполнял комнату. Брызги раскалённой смеси разлетелись во все стороны. Добрая часть досталась бы мне, но я благоразумно укрылась за спинкой ближайшего стула.

Безобразные едкие пятна малинового цвета украсили безупречный мундир его высочества и черный, наглухо застёгнутый камзол его спутника.

Кашляя, я кинулась к окну. Однако принц опередил меня: налетевший вихрь распахнул неплотно прикрытые створки, выпуская удушливую вонь от эксперимента.

Спустя несколько минут, когда в комнате уже можно было дышать, я рискнула посмотреть на принца и его приятеля. Уродливые пятна на расшитом серебром голубом мундире, оказывается, еще полбеды: с эполета его высочества свисало что-то мерзкое, похожее на вареную лягушачью лапку. Двумя пальцами принц Ильхард снял странный предмет со своего плеча и брезгливо осмотрел.

— Что это за тхарова гадость?

Мой непрошенный телохранитель, или, если я верно поняла принца, надзиратель, указал на вторую графу в табличке.

— Насколько я понимаю, это крыло летучей мыши.

— Вот как? — Крылышко на косточке просвистело мимо моего плеча и, зашипев, приземлилось на угли в камине. Принц неторопливо вытер руку и эполет тончайшим платком с вышитым вензелем, а затем подцепил меня пальцами за подбородок, заставляя смотреть себе в глаза. — Что за зелье вы варили, моя прелесть?

8 Возмутительные условия

Марс ди’Зорр

Да, эксперимент принцессы удался на славу! Лишь взглянув на список ингредиентов, я понял, что сохранять серьёзный вид будет тхарски трудно. Стараясь не ржать в голос, я внес свой вклад в дело избавления комнаты от дикой вони, попросту вышвырнув дымящийся котел в окно.

— Что вы делаете? Это мой любимый котелок! — завопила принцесса.

— Видимо, уже нет, — невозмутимо откликнулся я, наблюдая за полетом чугунной посудины. Со звоном приземлившись на садовой дорожке, котел ударился о каменный бордюр и раскололся надвое. Остатки ядовитой жижи выплеснулись на землю.

— Что за зелье ты варила, Амелита? — повторил вопрос принц.

Чем больше Ильхард настаивал, тем сильнее злилась прелестная нарушительница спокойствия королевского двора. Прищуренные от ярости глаза с явным эльфийским разрезом метали зеленые искры. Чувствовалось, что лишь вбитые с детства правила мешают девушке наброситься на нас с кулаками.

Перебирая книги на столе, я понимающе хмыкнул. Принцессу легко понять: мы ворвались непрошенными и прервали важный эксперимент, а теперь ещё и огорошили новостью, от которой любая девушка взбесится, как разъяренная зара. Но, может, следовало раньше подумать и вести себя в чужом королевстве более осмотрительно?

— Где мой маговизор? — Амелита кинулась к столу и принялась лихорадочно рыться в нагромождении книг и бумаг. Затем попыталась метнуться мимо нас к выходу, но Ильхард преградил ей дорогу. И не подумав отпрянуть, принцесса запрокинула голову и упрямо уставилась на принца. — Я должна связаться с родителями.

Ножка в изящной туфельке звонко топнула по паркету.

— Свяжешься, моя дорогая, обязательно, если только эйс ди’Зорр тебе позволит, — тихо ответил Ильхард, не отводя взгляда. — Я вижу, моя маменька совсем запустила твое воспитание. Моя будущая невестка не должна позволять себе экстравагантных выходок. Я ведь тоже могу связаться с твоими родителями и дядей, дорогая. Мне есть что порассказать, поверь. Лучше не противься моему решению.

Последняя фраза из уст принца прозвучала особенно зловеще. Даже меня проняло. Но поймет ли угрозу красотка, которая, вероятно, совершенно не разбирается в людях?

Наверное, крошка все-таки что-то почувствовала, потому что отскочила, и в волнении прошлась до камина. Затем, вновь резко повернулась к нам. Видимо, короткая передышка помогла собраться, и Амелиту озарила новая мысль.

— Как её величество могла доверить подобную миссию молодому мужчине? Вы ставите под удар мою репутацию, Ваше Высочество!

— Что-что, прости? Ты о том, что будут болтать при дворе? Поверь, они будут говорить то, что я прикажу, или умолкнут навеки.

Прозвучало сильно. Амелита в отчаянии заломила руки и, поникнув, словно изысканный яркий цветок, опустилась на стул.

Ильхард посчитал свою миссию выполненной. Хлопнул меня по плечу напоследок и вышел, не потрудившись попрощаться с будущей невесткой. Его шаги прогрохотали по лестнице. Снизу послышались приглушенные голоса: спокойный и властный баритон принца и суетливый фальцет старой фрейлины. Несомненно, пожилая сьерра получала указания насчет «телохранителя».

— Всё-таки я должна поговорить с королевой. Не может её величество допустить подобный скандал! — девушка шептала словно в лихорадке, явно позабыв, что не одна.

— Вынужден огорчить вас, моя сьерра, — жёстко ответил я. — Я здесь, потому что этого хочет Россхельм II. Мы с принцем только что от ее величества. Королева выразила полную поддержку и одобрение действиям Ильхарда.

Девушка резко вскочила. Щёки пылали, а глаза, кажется, готовы были прожечь меня насквозь.

— Не смейте обращаться ко мне таким образом! Разве вам неизвестен мой титул?

Я присел на подоконник и скрестил руки на груди.

— Конечно, известен, моя сьерра. Вы сьерра ди’Ринор, а титул принцессы дан лишь по необходимости. Иначе как бы вас сосватали за иностранного принца?

Амелита вздрогнула, словно я ее ударил. Побледнела и отвернулась.

Жестоко? Да, и я намеренно бил по самолюбию. Если девица настолько чванлива, что принимает свой титул всерьёз, это сразу расставит все руны по местам. Я ей не нянька и не кавалер, и рассыпаться в церемониях не собираюсь. Буду воспитывать — да, но сюсюканья от меня не дождутся, это я сразу дал понять и королеве, и Ильхарду.

Ответа я не ждал (признаюсь, думал, она заревет или закатит истерику), но Амелита пробормотала чуть слышно:

— Как будто я мечтала о том, чтобы меня отправили в чужую страну и держали тут в изоляции, словно прокаженную. — Тон был спокойный, словно она снова говорила сама с собой. — Если бы спросили меня, с удовольствием обменяла бы титул на студенческую форму.

Я невесело усмехнулся. Могу понять ее разочарованность. По этой комнате и книгам я видел, как она увлечена науками. Если она прочла хотя бы треть из этих учебников… Впрочем, мое ли это дело?

— К сожалению, свой путь мы выбирать не вольны, — хмуро откликнулся я, сожалея о собственной потере.

Принцесса снова поникла на стуле, а я запустил заклинание бытовой магии, пытаясь убрать пятна с камзола. Белоснежные искорки забегали по ткани, очищая ее. Я внимательно наблюдал за процессом, но принцесса вновь заговорила, и пришлось отвлечься.

— Совсем недавно вы были главой Тайной службы, мой эйс. Что же случилось? За что вас разжаловали до телохранителя?

«Ты случилась», — мелькнуло в голове, но я понимал, что это несправедливо. Проступок Амелиты лишь предлог. Моя отставка была закономерной. Сильвия давно подкапывалась под меня, а я недооценил силу ее влияния на короля.

— Неважно, моя сьерра. Как я уже сказал, мы не выбираем наших дорог. Взрослые люди просто выполняют то, что обязаны, и если сожалеют об упущенных возможностях, то лишь мимолетно, потому что заняты делом.

— Ах вот как это происходит?

Девушка уже оправилась от недавнего уныния и вернулась к прежнему возмущенно-саркастическому тону. В зеленых глазах мелькнули злорадные искорки.

Заподозрив неладное, я опустил взгляд на свой камзол и с досады скрипнул зубами. Там, где раньше расплывались пятна от тхарова зелья, теперь зияли уродливые дыры с обгоревшими краями.

9 Побег

Новоявленный телохранитель не стал выяснять, что случилось с камзолом, а просто стянул его и остался в одной рубашке. Белый цвет эффектно оттенял смуглую кожу мужчины, а тонкий шелк выгодно обрисовал широкие плечи и рельефную грудь. Пятен на ткани, к моему огорчению, не наблюдалось.

В противоположность ему, меня остатки зелья, хотя бы и в виде пятен, весьма заинтересовали. Как ни велика была антипатия к навязанному в надсмотрщики субъекту, однако ситуация с самовозгоранием ткани под действием простеньких очищающих чар, настораживала. Все-таки готовое зелье предстоит принимать внутрь: что же будет с моим бедным желудком, если бытовая магия так реагирует? Результат эксперимента более чем странный, особенно учитывая, что я брала простенькие, немагические ингредиенты.

Завтра встану чуть свет и наведаюсь к травнице, что живет на опушке Королевского леса, может быть, она что-нибудь дельное посоветует. И еще, не забыть написать бабушке: расскажу ей о своей находке. Составив план действий, я уставилась на эйса ди’Зорра, с нетерпением ожидая его ухода. Но тот с удобством расположился на широком подоконнике распахнутого окна-фонаря, зачитавшись трудом по зельеварению.

«Что он там интересного нашел? Этот тип вроде бы некромант».

Все еще по-летнему теплый ветерок трепал длинные темные волосы мужчины. Опущенные ресницы отбрасывали густые тени на его высокие скулы. Хорош.

«Хм, и чего я уставилась на него?»

— Нравится то, что вы видите, моя сьерра? — на чувственных губах эйса зазмеилась ядовитая ухмылка.

— Не могу этого сказать, увы.

— А почему? Язычок от восхищения проглотили?

«Так, приехали! Кажется, соревноваться в ехидстве с этим бесстыжим напрасный труд».

— Вот еще! Жду, когда увы беретесь отсюда. Свое дело вы уже сделали: лишили меня рабочих инструментов и испортили интересный эксперимент. Можете быть свободны до завтра.

— Вы плохо слышите, моя сьерра? Наверное, следует пригласить целителя, чтобы он проверил ваш слух. Я ваш телохранитель, значит, куда вы, туда и я.

— Как забавно! Ночью свернетесь калачиком возле двери моей спальни?

— Только если возникнет необходимость. Но пока, думаю, расположиться в этой комнате.

Он кивнул на софу с вышитыми подушками, уместившуюся между стеной и камином.

— Диван, конечно, маловат, но мне не привыкать спать и на более неудобных поверхностях.

— Как насчет крылечка или садовой скамьи? Вы что, серьезно намерены компрометировать меня своим присутствием?

— Так вы, наконец, поняли, что все это не шутка, принцесса? Для представительницы династии ди’Ринор соображаете туговато.

Боль резанула душу. Я отпрянула, будто он меня ударил. И тут же отругала себя: «Когда уже я научусь стойко держать удар? Без этого при дворе короля Сарроса, где все, или почти все, настроены против меня, не выжить».

Янтарные глаза тускло мерцали в полумраке комнаты, мужчина внимательно наблюдал за мной.

— Значит, вы решили оккупировать мой кабинет? Но где же мне заниматься?

— Насколько я понял, классная комната внизу. Кстати, принц выдал мне ваше расписание. — В руках ди’Зорра появился листок. Он прочел: — «Понедельник и среда с полудня до трех — занятия с танцмейстером в бальном зале Летнего дворца. Четверг и воскресенье по утрам: благочестивые беседы с магистром философии мэтром Роттенби». И это всё. В остальное время вы свободны для вышивания и прочих дамских дел. Для этого не обязательно выделять отдельную комнату, можете располагаться в гостиной или на террасе.

Я пропустила подколку мимо ушей и зацепилась за главное:

— Как это «всё»? А практика искусства смерти и общая теория магии с магистром Ори? Мы занимаемся четыре раза в неделю…

Телохранитель помахал перед моим носом листом, заполненным лишь наполовину.

— Ничего этого в списке нет, как видите. Принц Ильхард решил, что не стоит понапрасну греть вашу очаровательную головку лишними знаниями. Главное, помните: всё это для вашей же пользы, пусть сейчас вы злитесь и не способны это оценить.

«Всё. Как только сварю зелье Великой Черной силы — а я его сварю — первым прокляну Ильхарда, а вторым будет его пособник! Нашлю что-нибудь экзотическое! Например, проклятье позеленения — в тайном хранилище видела нечто подобное. Хорош будет красавец-принц с зелёным носом! И погляжу, сохранит ли ди’Зорр столь надменно-самодовольный вид, если, к примеру, его уши по цвету будут похожи на свежую листву?»

Но, разумеется, о своих коварных планах врагов оповещать не стала. Фыркнула и понеслась к выходу. И даже не сбилась с шага, когда в спину ударил приказ.

— Внизу фрейлина приготовила все для рукоделия. Спускайтесь в гостиную и приступайте. Через полчаса проверю.

«Держу удар».

Я заперлась в своей спальне и несколько минут стояла, прислонившись к двери.

«От меня ждут покорного исполнения приказов? Пускай заведут себе ручного пуффа и дрессируют! Я личность и не собираюсь выполнять их команды, тем более такие глупые и бесполезные. Согласна, что рукоделие — не пустая трата времени, однако к этим занятиям нужно иметь склонность и желание, а у меня — ни того ни другого. Ну не увлекают меня крючки и коклюшки, скучно тыкать иголкой в материю, к тому же нитка все время заканчивается и то и дело требует замены! Это так бесит!»

Я подошла к гардеробной и решительно открыла дверь. Через пять минут, сменив платье на узкие брючки и полотняную куртку, осторожно вылезла из окна (к счастью, окна моей спальни выходят не на фасад, а в уединенный уголок сада). Крепко держась за упругие лозы хмельника, я начала спуск.

10 Жених пожаловал!

Шершавые лозы царапали кожу, но я отчаянно цеплялась. До земли было еще далеко. Остановилась, пытаясь перевести дыхание. Ноги елозили по потемневшей от времени стене в поисках опоры.

«Ага, вот так! — Носок удобного походного ботинка, угнездился в выемке. — Отлично!»

Спускалась таким образом, конечно, не в первый раз. Правда, раньше и в мыслях не было сбегать — просто не хотелось беспокоить прислугу и дей’Форе, ускользая из дома перед рассветом. Но сейчас требовалось, чтобы наглый эйс, захвативший мой кабинет, зарубил на своем идеальном носу, что подчиняться я не намерена.

Наконец, я спрыгнула на мягкий дерн и нырнула в густые заросли, с наслаждением вдыхая острую смесь из запахов земли и листвы.

Следовало обдумать всё, что произошло. Разумеется, я ожидала наказания за свой проступок. Предполагала, что король пожалуется дяде, а тот, как всегда, покричит и, возможно, даже расскажет родителям, и этим дело закончится. Но тут такое…

Под прикрытием растительности — кое-где низко пригибаясь к земле и стараясь не потревожить даже ветку — я обогнула дом и зашла с фасада. Окно в кабинете всё ещё было распахнуто. Ди’Зорр отложил книжку. С ногами забрался на подоконник и задумчиво уставился на дорожку перед домом, где валялся расколотый котелок.

«У, захватчик! Сама обожаю там сидеть, только еще подушку под спину подкладываю… Да, Лита, все вышло, как в сказке: была у тебя уютная комнатка, но пришел наглый некромант и выгнал тебя. Но еще посмотрим, кто кого!»

Взгляд соскользнул к узкой открытой террасе на первом этаже. Пара удобных кресел и мои любимые качели прятались в густой тени от багровых лоз хмельника. В окне гостиной мелькнула фигура фрейлины: ди’Форе располагалась у вышивального станка.

«Большая удача, что надсмотрщик пока не ожидает бунта. Что же, его ждет неприятный сюрприз! Возможно, эйс даже откажется от своей миссии. Почему бы и нет? Он ожидает послушания, словно я на армейской службе, но что будет, если не подчинюсь? Отправит чистить сахели? Ха! Вообще, кому влетела в голову идея назначить этого красавца в хранители юной девы? Неужели все так уверены в нём или во мне?»

Передо мной закружился легкий мотылек. Сделав изящный пируэт, он уселся на травинку и затрепетал узорчатыми крылышками.

«Стоп, стоп, стоп. А если они уверены в противоположном, и их цель как раз устроить провокацию, чтобы иметь повод отказаться от нашего с Ансаром брака?»

Насколько я знала, репутация Марса ди’Зорра при дворе неоднозначная. Его сестрица — весьма противная старуха — официальная любовница короля, однако всем известно, что родственники не ладят между собой. Мне приходилось слышать, как фрейлины сплетничали о многочисленных любовницах эйса.

«Хырова чешуя! И такого человека вдруг навязывают мне в наперсники! В случае доказанной измены королевская семья Сарроса потребует от Зангрии компенсацию. Подлый шаг, но, как говорит дядя Дар: в мировой политике ни у кого нет чистых рук. Интересно, понимает ли мой надсмотрщик, что его выбрали в жертву? Если нет, мы договоримся и испортим игру этим интриганам! Хотя, может, ди’Зорр с ними заодно?»

Ветерок, игравший в вышине ветками деревьев, зашептал, предупреждая лес о вторжении чужака. В отличие от моей матери, чистокровной эльфийки, я не разбирала слов в тихом шелесте, но, благодаря крови первородных, все-таки способна ощущать сигналы, которые посылает Мать-Природа.

«Кто-то приближается». Не хотелось быть застигнутой в кустах, а потому убедилась, что заросли надежно скрывают меня.

«Интересно, кто это решил прогуляться до Девичьего флигеля?»

Невеста внука короля не так уж избалована визитерами — не считая слуг из дворца, сюда приходят только учителя (тут воспоминания о самоуправстве наследного принца с планом занятий заставили громко заскрипеть зубами) да изредка сам жених.

Вскоре на дорожке стали слышны быстрые шаги, и я слегка раздвинула ветки.

Это был Ансар. Высокий, стройный юноша, белокурые волосы кольцами спускались на плечи. Голубые глаза слегка навыкате — обычно взгляд принца рассеянно блуждает по сторонам, но сейчас он был устремлен на флигель, а точнее, на окно-фонарь второго этажа. Разглядев сидящего на подоконнике мужчину, Ансар резко ускорил шаг, но не преминул пнуть валявшийся на обочине расколотый котел. Обломки печально звякнули.

Приближение принца не осталось незамеченным и в доме. Ди’Зорр оставил меланхолическую задумчивость.

— Эй! — Принц не утерпел и опустился до крика. — Мой эйс… как вас там? Что вы здесь делаете? Это дом моей невесты.

Я прикусила губу, чтобы не рассмеяться. Узнал про телохранителя и вспомнил, что я его невеста? Балованное дитя, которому сообщили, что игрушку отдали другому!

— Спускайтесь сюда, — гневно приказал единственный отпрыск принца Ильхарда и его бывшей супруги — дочери короля Джита, принцессы Дагмары.

— Светлого дня, Ваше Высочество, — откликнулся эйс, слегка свешиваясь из окна и даже не меняя позы. — О том, зачем я здесь, лучше справиться у принца Ильхарда или у Ее Величества.

— Я сам буду судить, что для меня лучше, эйс! — принц окончательно вышел из себя и едва не топнул ножкой от раздражения. — Держите ответ, а лучше немедленно убирайтесь отсюда!

Я была бы рада неожиданному заступничеству, если бы Ансар всегда принимал мою сторону. Но, к несчастью, этот юноша подобен флюгеру, и поворачивается туда, куда дует ветер. Чаще всего в противоположную от моих интересов сторону.

Тем временем некромант почти незаметным движением забросил на конёк крыши чёрный, призрачный, словно сотканный из некро-тьмы, трос и выскользнул из окна. Ловко спустился и оказался перед принцем. Этот маневр весьма впечатлял: мне бы такую силу!

Рассматривая мужчин, стоящих друг напротив друга, я не сдержала усмешки: кудрявый, словно детёныш ханна, юноша был противоположностью ди’Зорра. Некромант был и выше, и явно сильнее, его окружала мрачноватая аура воина Смерти. На стороне щупленького Ансара оказалась лишь кровь правящей династии. Несмотря на то что принц привык побеждать в стычках и на турнирах (кто будет противостоять внуку короля?), что-то мне подсказывало: на сей раз будет по-другому.

11 Ритуал поиска

Марс ди’Зорр

— Как вы додумались войти в этот дом, мой эйс? Это вопиющее нарушение приличий! — горячился юнец. От ярости принц пучил глаза и плевался. Кадык на тощей, как у цыпленка арода, шее беспомощно дергался. Думаю, его высочество взбесило в том числе и то, что я не согнулся в угодливом поклоне и не отступил. — Мужчина в Девичьем флигеле! Или вы евнух, эйс?

Последнее оскорбление нашло отклик в моих собственных невеселых размышлениях, потому ударило весьма хлестко. А как иначе, если молодому, полному сил мужчине поручают быть хранителем и воспитателем юной прелестной девушки? Можно надеяться на порядочность, конечно, но в том-то и проблема, что слово или магическую клятву с меня взять никто не потрудился. Забыли? Сомневаюсь.

Сдерживая клокочущую в душе ярость, я сделал шаг вперед, нависая над щуплым потомком королевской династии (все-таки близкородственные браки — зло). Не угрожал явно, но знаю, что подобный маневр выглядят внушительно.

— Задайте все эти интересные вопросы тому, кто послал меня. Не сомневаюсь, ваш отец представит достаточно убедительные аргументы. — В моей руке появился маговизор. Я быстро отыскал имя наследника. — Давайте спросим его прямо сейчас, Ваше Высочество.

Ансар отшатнулся и нервно закусил губу.

— Нет-нет, — торопливо проговорил он, отталкивая мою руку с артефактом связи, — не стоит беспокоить отца по таким пустякам! Я поговорю с ним… при случае или спрошу у бабушки. Да, лучше обсужу это с королевой. Но не рассчитывайте, что вы тут надолго. И если вы посягнёте на честь моей невесты, вас казнят, так и знайте! Казнят без права на помилование!

Я кивнул, чтобы утихомирить этого младенца, и тот будто бы успокоился, хотя угрозы в мой адрес выглядели жидковато. В Сарросе уже лет триста нет казней, а преступников всех мастей предпочитают ссылать в Тюремное измерение, чтобы исправлялись и заодно приносили пользу, перерабатывая мусор и возвращая его часть на Андор в виде полезных материалов.

Думал, что мальчишка захочет проведать невесту, а, возможно, привлеченная шумом, Амелита и сама покажется на крыльце — мне была интересна ее реакция, но ничего из этого не случилось. Принц Ансар снова выместил зло на останках несчастного котла, и, не попрощавшись, отправился восвояси. Я провожал балованного внучка нашей королевы взглядом, пока тот не скрылся за поворотом аллеи, после чего перевел взгляд на раскиданные по дорожке обломки, измазанные отвратительным зельем.

«Хм. Прибежал, нашумел, раскидал мусор».

Ничего не оставалось, как отправить черепки туда, куда сошлют меня самого, если посягну на честь чужой невесты. Простеньким бытовым заклинанием я уничтожил мусор и вернулся к крыльцу.

Прислушался. В доме было тихо. Слишком тихо. Подозрительно. Неужели Амелита покорилась и занялась рукоделием? Не ожидал такого. Кроме того, я не засек, когда она спустилась. Между тем девочка не могла не слышать «выступления» жениха: Ансар блажил на всю округу.

«Нужно проверить малышку и сразу же дать понять, что манкировать моими приказами не получится».

Я вошел в дом. Заглянув в гостиную, обнаружил там лишь старую фрейлину. Дама дей’Форе неприязненно зыркнула на меня и заявила, что не видела принцессу с утра.

«Хороша наперсница! Девушка предоставлена сама себе. Неудивительно, что ее ловят по тайным хранилищам».

Взбежал по лестнице и забарабанил в дверь спальни принцессы. Ожидал протестующих возгласов или даже истерики, но в комнате царила тишина. Недолго думая, выжег замок и рывком распахнул дверь. Взгляд метался в поисках порученной мне особы, но не нашел ее ни на скромных размерах кровати с пологом, ни в гардеробной. Спальня была небольшая, куда девчонка могла деться? Я заглянул под кровать — пусто. И тут ветерок пошевелил шелковые шторы, привлекая мое внимание к раскрытому окну.

«Неужели?.. Да нет! Что, серьезно?»

Я осмотрел подоконник и примятые лозы, до которых легко можно было дотянуться. Ошибки нет — плутовка сбежала.

«Как забавно! А с ней, пожалуй, не соскучишься!»

Прихватил с трюмо яркую ленточку и покинул спальню. Накинув на плечи защитную мантию, спустился в переднюю и вышел на уютное широкое крыльцо. Уселся на ступеньке, чтобы с удобством раскинуть поисковую сеть. Выбрал на песчаной дорожке местечко поровнее и первым же подвернувшимся под руку прутиком начертил большой четырехугольник, центр которого пометил кружком — так я обозначил место, где нахожусь. На круг положил ленточку — ее носила та, кого следует найти. Расчертил четырехугольник на квадраты, условно разделяя местность на зоны. Воспроизвел повторяющий поисковую руну жест. Прошептал заклинание и влил магию. Линии, проведенные на песке, быстро заполнялись густой некро-тьмой, и вскоре рисунок уже напоминал решетку. Вдруг один из квадратов — судя по всему, это кусты как раз напротив крыльца — весь заполнился тьмой. Весьма довольный результатом, я убрал чары и подошвой сапога затер рисунок.

«Оказывается, плутовка все это время наблюдала за мной из первого ряда партера».

Повел ладонью. На куст буйно цветущей стерры упала ловчая некро-сеть. Оттуда раздался придушенный визг.

«Попалась!»

12 Беглянка

Амелита ди’Ринор, принцесса Зангрии

Увлечённая подглядыванием за некромантом, я подобралась ближе — уж очень было интересно, что он там вычерчивает на песке перед крыльцом. Мужчина казался полностью погружённым в свое занятие.

Стоя за кустом стерры, я напрасно вытягивала шею, пытаясь разгадать смысл его манипуляций.

Вот ди’Зорр повёл над рисунком рукой в защитной перчатке, слегка раздвинул пальцы, а затем резко сжал их в кулак и с видимым нетерпением уставился на свой рисунок. Чему-то вдруг усмехнулся, а после затёр начертанные линии. Резко поднявшись, некромант уставился прямо на цветущий голубыми колокольчиками куст, за которым укрывалась я.

У меня мурашки по спине проскакали: показалось, будто некромант смотрит прямо на меня.

«Нет, не может быть! Ему не разглядеть меня сквозь густую листву!»

Всё произошло страшно быстро: Марс ди’Зорр выбросил руку вперёд, и мне на плечи опустилась чёрная, сотканная из живой, клубящейся некро-тьмы — а потому особенно жуткая — ловчая парализующая сеть. Потеряв способность двигаться, я громко охнула и застыла. Попыталась применить заклинание рассеивания, но куда там! Оставалось лишь беспомощно смотреть, как захватчик кабинета и угнетатель свободы не спеша приближается к моему убежищу.

Сжала зубы, чтобы сдержать неподобающее для принцессы крепкое словцо. Радовать своего врага и терять лицо я точно не стану.

Ди’Зорр раздвинул цветущие ветки и усмехнулся, глядя мне в глаза.

— Ловко ты прячешься, принцесска. Теперь понимаю, почему именно меня приставили к тебе. Слабаку, что зовётся твоим женихом, никогда не укротить тебя, дикая рыженькая саулла!

Я поморщилась.

«Во-первых, терпеть не могу, когда меня называют рыжей! Цвет волос достался мне через два поколения от бабушки Мариэль, и это вечный предмет для подтрунивания (мой братец Алес особенно отличается на этом поприще). Я предпочитаю слово „огненный“ — по-моему, так гораздо благороднее. Во-вторых, о каком таком „укрощении“ этот нахал толкует? Воображает, что обездвиживающие чары сломят мою волю к свободе? Ха, ха и еще раз ха! Ну и, в-третьих, ничего себе обращение „принцесска“, да еще и на ты! Что за невежа!»

В общем, мне было что заявить в ответ, только высказаться не дали.

Мужчина ловким движением выудил меня за талию из гущи растительности и забросил себе на плечо. Сеть он не снял, потому я была лишена возможности и удовольствия молотить обидчика кулаками по широкой спине, а также врезать носком ботинка ему по… ну, в общем, куда придется.

— Послушайте… послушайте… эйс! Это… уж слишком!

Дыхание с хрипом вырывалось из моей груди. Я толком и протестовать-то не могла — совсем невесело свисать с плеча двухметрового гиганта, будучи скованной некромантской ловушкой. Перед глазами плыли темные круги, но все-таки удалось разглядеть, что ди’Зорр направляется к дому.

— Ты не знаешь, девочка, что значит «слишком» для меня. И не дай тебе Шандор узнать это! В следующий раз подумай, прежде чем злить меня.

Я дышала с трудом — крепкое, мускулистое плечо при каждом шаге едва не выбивало из меня дух, а вот негодный телохранитель даже не запыхался. Ровным шагом он взошел на крыльцо, пересек переднюю и сгрузил мою почти бесчувственную тушку на диван у камина в гостиной.

— О Светлые девы, что случилось? — залопотала дей’Форе и вскочила из-за вышивального станка. Пожилая фрейлина бросилась было ко мне, но замерла, заметив черную с крупными ячейками сеть, облепившую мое тело. — Как… Что это, мой эйс?

Коротким жестом некромант убрал сдерживающие чары. Путы перестали стягивать члены, но лучше мне не стало. Голова бессильно упала на подушку. Комната плыла перед глазами, и я прикрыла их.

— Что вы себе позволяете, эйс ди’Зорр? Я подам жалобу на то, что вы издеваетесь над Ее Высочеством!

Телохранитель только презрительно фыркнул. Он стянул защитные перчатки, затем наклонился и похлопал меня по щеке — не слишком нежно. Я отстранилась от его прохладной ладони.

— Все нормально, — заключил мужчина. — Дайте ей воды, леди. А по поводу жалоб… Жалуйтесь, ваше право. Принцесса едва не сбежала, а вам и дела нет.

Быстрыми шагами он вышел из комнаты. Фрейлина тут же засуетилась, и вскоре к моим губам был приставлен стакан, половину которого я жадно осушила. Мне действительно стало лучше. Я села ровнее, откинув голову на подголовник, прикрытый кружевными салфеточками. Добрые руки дей’Форе помассировали мне виски, я почувствовала запах меда и столистника — этим бальзамом фрейлина усмиряет свою мигрень. Покорно терпела эти манипуляции некоторое время, а затем запротестовала.

— Достаточно. Мне гораздо лучше… Спасибо, дей’Форе!

— Что случилось, девочка моя? Это правда, ты собиралась бежать? Твоим родителям это не понравится, не говоря уж о…

— Да, знаю, король Даррен будет в ярости. Но я вовсе не убегала!

«Хотела бы, сбежала. Но нет, это не выход для меня».

— Правда?

— Конечно! Куда бы я пошла? Как скрыться, ведь на мне магическая печать короля. Дядя Дар отыщет где угодно.

Перед тем как отправить шестнадцатилетнюю племянницу в дружественное королевство, дядя призвал меня и долго наставлял, как себя вести и что говорить, а затем взял слово быть всегда верной Зангрии. Клятву я дала без раздумий, но тут же почувствовала на запястье укол: на руке сверкнул и тут же исчез замысловатый вензель магического договора. На мой обиженный, вопросительный взгляд дядя ответил, что печать клятвы ни к чему не обязывает — это простая предосторожность. Если, например, меня однажды похитят, неплохо знать, где искать. Когда я стала старше, из курса права узнала, что все не так. Хитрый дядюшка Даррен решил гарантировать мою лояльность в случае, если когда-нибудь стану королевой.

13 Месть принцессы

Марс ди’Зорр

«Не слишком ли круто я обошёлся с девчонкой? Принцесса — нежное сознание. Нет, я прав: парализующие чары не причинили существенного вреда, зато сразу дали понять, что отныне глупостям конец».

Еще раз осмотревшись в передней и на кухне, я поднялся в спальню принцессы и подошёл к окну. Вытащил из подпространства склянку с зельем Альги — эта жидкость без цвета и запаха используется в некро-ритуалах, когда нужно создать особенно прочную и долговечную преграду, ведь Тьма имеет свойство ослабевать со временем. Брызнул на подоконник пару капель. Несколько пассов, и запирающие заклинание было готово. Опустив ресницы, проверил оконный проём магическим зрением: окно сверху донизу перегородила ажурная решётка. Эту преграду не одолеть ни снаружи, ни изнутри.

«Думаю, такой подарок малышке совсем не понравится. Но что делать? Не могу же я в самом деле позволить девчонке спускаться по стене и сбегать из дома — ещё убьётся! Я всё-таки её телохранитель».

Вернувшись в свою комнату, расположился на диване для освежающего некро-сна. Прошлой ночью в отчаянии от перемен и помыслить не мог об отдыхе, зато сейчас, пока девчонка отходит от действия парализующих сетей, у меня есть два или три спокойных часа для восстановления. Я прикрыл глаза (что делать не обязательно) и призвал блаженную стихию.

Сон некроманта для стороннего наблюдателя немного походит на смерть: кожные покровы бледнеют, глаза наполняются жутковатым мраком, в котором не отражается свет — выглядит все это не очень, признаю. Однако в это время организм восстанавливается, а раны, если они получены, регенерируют гораздо быстрее. Отдыхает не только тело, но и душа. Сознание некроманта покоится в объятиях Матери-Тьмы, и — что бы там ни говорили всякие невежи — это ласковый приют. Сон этот крепкий, но чуткий — разбудить мага Смерти может пристальный взгляд или подозрительный шорох.

Хороший маг всегда на страже, а я даже в забытьи помнил о свалившейся мне на голову подопечной и невольно прислушивался в ожидании лёгких шагов на лестнице. Потому обрушившийся на меня поток ледяной воды стал неприятной неожиданностью.

Вырванный из уютного забвения мрака, весь мокрый, я резко вскочил и попытался схватить девчонку, окатившую меня водой из ведра. Но она уже отбежала к двери, откуда строила невинную мордашку и усиленно хлопала длиннющими, тёмными ресницами.

— Я подумала, что вы умерли и решила оживить. Его спасаешь, а он ещё и недоволен!

Помянув Тхара, я призвал заклинание сушки на свою одежду и промокший диван.

— Не строй из себя дурочку, рыжая бестия! Ты из семьи некромантов, и тебя пугает некро-сон?

— Конечно, нет, я и сама частенько так отдыхаю, — затараторила принцесска. — Но вы выглядели таким мёртвым, краше в гроб кладут! Мой брат Алес как-то рассказывал о некромантах, что заснули и не проснулись, ушли за Грань навсегда.

Я почувствовал себя оскорблённым вдвойне.

«Ну ладно, подкараулю тебя как-нибудь и сделаю маг-изображение на память».

Моя одежда и волосы уже высохли, но по бархатным подушкам дивана всё ещё пробегали искорки бытовой магии, так что я предпочёл сесть на стул.

— Так зачем ты явилась?

— Хотела предупредить, что люблю гулять по утрам в парке, — вкрадчиво сообщила принцесса. — Очень-очень рано, почти на рассвете — так нет риска наткнуться на этих кривляк из дворца. Я заметила, что вы запечатали входную дверь и моё окно, так что выйти без вашего ведома всё равно не получится. Надеюсь, вы не станете препятствовать прогулкам, они придают бодрости и улучшают самочувствие.

«Ага, заметила мои чары и сразу же придумала месть, паразитка! Что же касается прогулок — это полезная привычка. Подозрительно, конечно: обычно молодые сьерры предпочитают нежиться в кровати до полудня. Может, эта рыжая искорка затеяла очередную шалость? Или надеется встретиться с кем-то?»

— Если так, я буду сопровождать тебя, сьерра.

Девушка моментально нахмурилась.

— Не могли бы вы вернуться к более официальному тону? — чопорно попросила она.

— Не вижу смысла. После того как ты окатила меня водой, нам предстоит познакомиться гораздо ближе! — Я нарочно понизил голос и подпустил зловещих ноток, сопровождая все это многозначительной ухмылкой.

— Это угроза? — Меня просверлили настороженным взглядом.

Кивнул, рассчитывая, что Амелита впечатлится и станет пай-девочкой. Но малышка лишь презрительно фыркнула и скрылась из глаз, плотно прикрыв за собой дверь.

Я прислушался. Похоже, в коридоре она двигалась на цыпочках — так тихо, что ухо едва уловило лёгкий шелест. Вот только звуки удалялись от её спальни. В чём дело? Отправилась в общую купальню, расположенную возле лестницы? Я ожидал услышать, как скрипнет дверь, но ничего не произошло. Тогда я прошел к выходу и, слегка приоткрыв дверь, выглянул в щёлочку: как раз вовремя, чтобы заметить, как плутовка исчезает на узкой темной лестнице, ведущей на чердак. Это место я осмотрел лишь мельком и не счел нужным запечатывать. Как оказалось, зря.

«Неужели принцесса сбегает через крышу? Черепица старая, а скаты довольно крутые! Вдруг эта ненормальная решила свалиться, а заодно освободить меня от хлопотливых обязанностей?»

Естественно, я отправился следом. Пришлось! Едва вышел на площадку лестницы, как, к своему неудовольствию, столкнулся с дей’Форе, которая поднималась снизу.

— О, эйс ди’Зорр, прошу, уделите мне несколько минут.

Мне не терпелось последовать за её воспитанницей, но нельзя же отказать в разговоре уважаемой даме. А той не терпелось высказать все, что накипело с момента моего появления.

— Мой эйс, простите, но мне показалось, что вы были слишком грубы с принцессой. Понимаю, она провинилась, и, возможно, вы недовольны своей должностью при ней. Однако попросила бы вас впредь быть более корректным.

Пришлось сдерживать нетерпение и гнев. Конечно, пожилую сьерру можно понять. Но меня просят быть корректным после того, как её милая и нежная принцесска окатила меня водой? Однако уважительное отношение к старшим, воспитанное в семье, не позволили возражать. Мне осталось лишь нетерпеливо переминаться с ноги на ногу и цедить сквозь зубы, что я не имел в виду ничего дурного и впредь обещаю не применять ловчих сетей. Разумеется, если меня не будут провоцировать.

Дей’Форэ как будто поверила и принялась болтать о распорядке в доме. Тут я заинтересовался.

— Скажите, моя сьерра, а во сколько принцесса обычно встает?

— Если не назначены утренние занятия, мой эйс, то около одиннадцати, — любезно доложила дей’Форе, не подозревая, что сейчас подставляет свою воспитанницу.

«Любит гулять на рассвете, значит? Гм. Запомню».

Ещё несколько минут пришлось выслушивать, когда в Девичьем флигеле подают ужин, и что в полдень в столовой накрывают завтрак с легкими закусками. Наконец, когда я уже совсем потерял надежду, что дама удалится к себе, дей’Форе заявила, что идёт переодеваться к ужину. При этом она выразительно взглянула на мою рубашку — вкупе с недовольно поджатыми губами мне давали понять, что следует одеться прилично. Конечно, следует, вот только её подопечная испортила камзол, а мой багаж должен прибыть ближе к ночи.

Наконец, наперсница скрылась в своей комнате, и я бросился наверх. Бесшумно поднялся по ступеням и пробежался магическим взором по простой деревянной двери чердака. Увидел у защелки слабенькие, но весьма замысловатые некро-чары. Они должны предупредить Амелиту о вторжении. Благодаря многолетней практике, я без труда смог уничтожить их, не давая знать их создательнице.

Я тихо открыл дверь и вошёл.

14 Домашние любимцы принцессы

Принцесса Амелита

Месть вышла неполной: невежа-телохранитель не испугался выплеснувшейся на него воды, как я планировала. Он был настороже, словно ожидал какой-нибудь гадости. У меня даже возникло подозрение, что некромант не спал, а притворялся. Вопреки моим издевательским утверждениям, вид ди’Зорра вовсе не внушал опасений, будто он умер. Всё это я наговорила в расчёте уязвить его самолюбие. Последнее, кажется, получилось.

Слегка раздосадованная, я покинула свой бывший кабинет и устремилась к лестнице наверх. Некогда возиться с некромантом — у меня еще куча дел, которые нужно переделать перед ужином.

За дверью, ведущей на чердак, слышался тихий, размеренный клёкот. Перед тем как войти, я проверила, работает ли охранное заклинание — нужно всегда быть настороже.

Стоило открыть дверь, как каринские королевские голуби подняли радостный гомон, приветствуя хозяйку. Все пятнадцать моих питомцев уже сидели по жердочкам и важно раздували радужные грудки, щеголяя веерами роскошных хвостов. Эта особая порода голубей невероятно красива: окрас от светло-голубого до глубокого ультрамарина, а лапки и клювик серебристые. Кроме эффектного внешнего вида, эти птицы поразительно умны и легко приручаются. Утром и днём они свободно летают в королевском парке, но к вечеру неизменно возвращаются в свой домик на чердаке.

Я запустила сразу несколько заклинаний очищения, а пока бытовая магия работала, проверила, хорошо ли открыто слуховое окошко, заглянула в гнёзда, а затем открыла ящик с кормом и насыпала в кормушку отборного зерна. Некоторое время забавлялась, набирая золотистые зернышки в ладонь — голуби смело, по очереди, садились на руку и деликатно поклёвывали корм.

Вот на запястье уселся большой самец необычного окраса — светло-голубой с роскошным тёмно-синим хвостом. Я погладила благородный изгиб его шейки.

— Ну что, милый Вихрь, у меня есть работа для тебя. Отнесёшь послание бабушке Мариэль?

Голубок распушил хвост и довольно заклекотал.

Я извлекла из кармана наспех написанную записку, сложенную трубкой. Уложить ее в специальный чехол и привязать к лапке почтового голубя не составило труда.

— Лети, Вихрь, и возвращайся поскорее с ответом! — Я вытянула руку и подошла к небольшому окошку в скате крыши. Голубь взмахнул крыльями и исчез в ночи.

Постояла у окна, вдыхая свежесть ночи. Позади слышалась привычная возня кормящихся птиц. Но вдруг в голубятню ворвался новый звук. Это был скрип открываемой двери.

«Что? Почему моё заклинание не сработало? Дверь не должна была открыться».

Впрочем, увидев высокую фигуру в темном проеме, я поняла, что напрасно понадеялась на своё умение: пусть и сложное, но без вливания достаточного количества силы плетение не представляет серьёзного препятствия для опытного мага.

Птицы испуганно шарахнулись от кормушки и расселись по жердочкам, настороженно посверкивая глазами-бусинками на чужака. Каждый член стаи сейчас напоминал сжатую пружинку, готовую распрямиться при первом же неосторожном движении незнакомца.

— Что вы тут делаете, сьерра? — настороженно спросил телохранитель.

Янтарного цвета глаза Ди’Зорра сияли в полумраке голубятни, словно два подозрительных уголька. Он внимательно осмотрел меня, затем переключился на помещение и взглядом уцепился за открытое чердачное окошко. Что он там нашёл? Вообразил, будто я собираюсь вылезти на крышу? Вообще-то, могу и в жаркие летние вечера даже часто практикую. Однако сейчас, в первый месяц осени, в Сарросе ночи уже прохладные, и тянет скорее к камину, нежели на крышу.

— Ухаживаю за птицами, разве не видите? — Указала на кормушку, которая, впрочем, уже опустела наполовину.

Медленно, чтобы не волновать и без того встревоженных птиц, я направилась к выходу.

И в это время некроманта Тхар дёрнул проверить магический след — не колдовала ли я, не пользовалась ли маг-связью. Разумеется, след имелся, ведь я пользовалась магией, чтобы убрать за питомцами. Ди’Зорр только активировал заклинание, а голуби принялись метаться, биться об стены, хлопать крыльями так, что я почти оглохла. Птицы, да и другие животные, не терпят некромантов.

Закрывая голову руками, я пригнулась и бросилась к двери. На ходу выкрикнула заклинание, которому мама научила меня еще в детстве:

— Beata, soair sio!

Эльфы — мастера успокаивать животных, и переполох в голубятне утих, хоть и не сразу. Взъерошенные и всё ещё взволнованные птицы уставились на мага, забравшись повыше и сбившись вплотную друг к дружке.

Я взглянула на нарушителя спокойствия с укором. Вид у мужчины был довольно смущённый и — что меня особенно позабавило — в тёмных волосах красовалось нежное голубое перышко.

— Не стоит искать того, чего нет, и волновать моих питомцев некро-чарами, — хмуро проговорила я, героическим усилием сдержав издевательскую усмешку. — Я убирала за птицами при помощи бытовой магии. Надеюсь, это ещё не запрещено законом?

— Не запрещено, но кто тебя знает, девчонка?

— Действительно, кто? Давайте уйдём отсюда, вы волнуете птиц.

Некромант не возражал и поспешно вышел. Бросив птицам ещё пару горстей корма — в знак извинения за устроенный переполох, я последовала за мужчиной.

К моему удивлению, он не ждал меня на лестнице, а немедленно скрылся у себя в кабинете.

«Зачем приходил? Думал, я сбегу через крышу? Наверное, хотел удостовериться, что сверну себе шею! Только бежать я не собираюсь. Пока не собираюсь. Нужно сварить зелье Силы, а после всё изменится».

Я побрела к себе переодеваться: если спущусь в столовую в брюках и куртке, дей’Форе удар хватит.

К моему удивлению, телохранитель не явился на ужин. Мы с пожилой дамой меланхолично прожевали две перемены блюд и десерт. «Обрадовав» меня, что из дворца прислали приглашение на завтрашний раут у королевы, дей’Форе вновь засела за вышивальный станок — фрейлина из тех, кто готов терпеливо, стежок за стежком, корпеть целый день. Расшитые ею гобелены уже украсили стены наших спален, но ей всё мало!

Я поднялась к себе. В спальне у меня немного книг — в основном по искусству Смерти. Улегшись на кровать, я принялась перечитывать пособие, написанное магистром Гейром арк’Асгейрром — деканом факультета некромантии из академии «Синяя звезда». Эта тонкая брошюрка содержит больше сведений и знаний, чем все толстые учебники; я выпросила ее у брата, который учился у магистра, и буквально до дыр зачитала.

Но сегодня вникнуть в написанное не получалось.

За стенкой, в общей купальне, шумела вода. Это не дей’Форе. Когда фрейлина поднимается наверх, всегда заглядывает вначале ко мне. Она ещё не приходила, значит, купальню оккупировал некромант. Во время ужина я слышала беготню слуг в передней: видимо, прислали его багаж. Окопался здесь надолго. А я-то надеялась, что эйс сбежит после столь неприятного дня. Что же, постараюсь выжить его отсюда как можно быстрее. Он помешает поиску.

15 Утренняя пробежка с Марсом

— Ты собираешься вставать?

Я с превеликим трудом приоткрыла веки и с укором взглянула на мучителя. Натянула одеяло по самую макушку.

— Ещё немножко посплю… Всего полчасика…

— Подъем, соня рыжая! Всё утро собираешься бока мять?

Я приоткрыла один глаз и зло уставилась на отвратительно бодрого темноволосого красавца, облаченного в наглухо застёгнутый тёмный камзол. Длинные, черные как смоль волосы мужчина собрал в хвост на затылке. Некромант отошел от кровати к окну и раздвинул шторы.

То, что я увидела снаружи, не прибавило мне бодрости — серенькое небо едва окрасили розовые лучи.

— Еще даже солнце не встало…

В ответ послышался глумливый смешок.

— Что и требовалось доказать!

«Будет теперь издеваться, что я не выполняю обещаний».

— Ну, хорошо, хорошо! Сейчас спущусь.

Я силилась оторвать голову от подушки, но растрепанная коса тяжелым канатом тянула обратно.

— Ты встаешь, сьерра? Или эти странные телодвижения призваны соблазнить меня?

«А вот злить меня с утра не надо!»

— Я жду, когда вы все-таки уберетесь из комнаты!

— Отлично. Если через пять минут не спустишься, я вернусь и сам тебя одену.

Не то, чтобы эта угроза на фоне остальных сильно пугала. Просто я вспомнила о своих планах. Днём не будет времени из-за приёма у королевы, потому у травницы следует побывать с утра.

Навестив купальню, я быстро облачилась в свой обычный костюм для прогулок в лесу: плотные брюки, шерстяная рубашка и куртка. Пока переплетала косу, в дверь снова нетерпеливо застучали.

— Иду, иду!

Подхватила шапку из мягкой шерсти и постаралась как можно резче открыть дверь, чтобы ударить нетерпеливого надзирателя. К несчастью, за дверью никого не обнаружилось. Голос ди’Зорра прозвучал с лестницы:

— Спускайся уже!

Никакой благодарности за то, что я почти уложилась в отведенное время! Раздражённо фыркнула и подчинилась.

Едва мы вышли на крыльцо, пахнуло резким душистым ароматом свежей листвы, прихваченной первым морозцем. В этом году осень пришла так рано. Вот уже пять лет, как живу в Сарросе, а все никак не привыкну к смене сезонов. На моей родине в Зангрии времена года едва заметны — это страна вечной весны. Но, если подумать, в постоянных изменениях погоды имеется и своя прелесть.

Светало, первые лучи солнца вот-вот должны были коснуться верхушек деревьев. Их пока что скрывала серая мгла, но даже в полумраке чётко различались золотые всполохи тронутой морозцем листвы.

«Красиво!»

Я предприняла последнюю попытку:

— А вы уверены, что вам нужно сопровождать меня, эйс? До сих пор со мной ничего не случалось.

Ди’Зорр не ответил, его хмурый вид вообще не располагал к беседе. Знаком мне приказали следовать вперёд.

«Замечательно, я только за».

Бодрячком, чтобы согреться, я устремилась в глубь парка. Телохранитель отстал шага на три и поддерживал тот же темп.

Мне не хотелось, чтобы навязанный спутник знал, что у моей прогулки есть цель. Конечно, ничего предосудительного в посещении пожилой травницы нет. Я маг, и могу вполне легально пополнять запасы, покупая ингредиенты — никто мне этого не запрещал. Однако раз уж не посчастливилось вызвать подозрения столь непродуманной эскападой, как вторжение в запретное королевское хранилище, нужна осторожность. Любое моё знакомство или визит сейчас будут рассматриваться с особым пристрастием. Некромант, разумеется, захочет пойти со мной и неизбежно помешает разговору.

Как бы от него отделаться?

Стараясь не показывать, что следую в определённом направлении, я прошла по одной из центральных аллей, а затем свернула на узкую тропку, которая вела к северному краю леса. Здесь некромант впервые заговорил:

— Принцесса, ты уверена, что нам нужно именно туда? Обязательно таскаться по самым глухим местам?

В душе я готова была согласиться: лесок, и правда, довольно дикий — на обочинах непролазный бурелом. Но вслух заявила иное:

— О каких глухих местах идёт речь? Это разве не Королевский парк? Я всегда здесь гуляю.

Проход между тёмными елями был густо заплетён паутиной, пришлось смахнуть её, перед тем как следовать дальше. Солнце уже полчаса, как взошло, но здесь по-прежнему царили сумерки, и тишина стояла такая, что уши закладывало: ни шелеста ветра в кронах, ни птичьих трелей.

— Говоришь, всегда здесь гуляешь? Хм, я чувствую опасность впереди.

— Глупости! Но если боитесь, я пойду одна. Подождите меня в Тисовой аллее.

— Вот ещё. Отойди, девочка, я пойду первым.

Мужчина бесцеремонно оттеснил меня и пошёл вперёд. Мне оставалось лишь следовать за телохранителем, и, любуясь широким разлетом его плеч, ломать голову, как бы избавиться от чересчур назойливого надзора.

Что, если посвятить Ди’Зорра в свои планы? Открыть, так сказать, душу и сердце? Поведать о том, как я устала быть игрушкой чьих-то планов и государственных интересов. Как опасаюсь, что вся жизнь пройдёт в напрасных попытках доказать, что я личность, в мире, где понимают лишь язык магической силы. Нет, нельзя так рисковать. Я разговаривала и с отцом, и с дядей, но они мужчины и сильные маги, им не понять меня. Они нуждаются в таких, как я, чтобы исполняли их приказы. Им требуются пешки. А я пешкой быть не хочу. Шандор обделил меня магическим резервом при рождении, значит, я должна его завоевать!

«Этот Ди’Зорр — приспешник наследника, он не на моей стороне. Как же мне избавиться от него?»

В этот момент земля на обочине рядом с нами вдруг всколыхнулась, корни ближайших елей заскрипели. Из темной норы взметнулось нечто жуткое, белёсое, с пастью, усеянной острыми зубами.

16 Травница

— Борг!

Некромант поднял руку, с пальцев сорвалась чёрная молния, и лесную глушь огласил разъярённый визг. Чудовище забилось в конвульсиях, едва не задев меня хвостом с гребнем из сочащихся ядом колючек.

Меня обдало дождём из комьев грязи. Отскочила за ближайшее дерево, понимая, что не должна мешать бою с самым свирепым из хищников наших лесов. Борги любят устраивать логово возле тропинок, подстерегая ни о чем не подозревающего спутника.

Ещё одна молния навсегда успокоила вечно алчущего жертвы гигантского плотоядного червя.

— Что за тхар здесь творится? Почему в королевском парке гнездятся борги? — Некромант оглянулся и, порыскав взглядом, убедился, что я невредима.

Я равнодушно пожала плечами. Парк, если он не заметил, довольно дикий. Её величество в северной части никогда не бывает, потому садовники давно перестали тратить силы на то, чтобы расчищать здесь валежник. Хорошо, если упавшие поперёк дорожек деревья убирают.

— Безобразие! А если бы ты шла здесь одна⁈

Я снова не выказала беспокойства, чем окончательно взбесила телохранителя. Но не объяснять же, в чем состоял мой план: на этой дикой тропке я бы не оказалась, потому что выбрала бы короткую и безопасную дорогу напрямик — к дому травницы ведет прекрасная широкая аллея.

Некромант извлек из подпространства и накинул себе на плечи защитную мантию. Наклонился к туше неприятного белёсого цвета. В защищённой перчаткой руке блеснул кривой нож. Хлюпнула под лезвием жирная плоть червя. Я с отвращением отвернулась.

— Борги живут целыми семьями и обычно устраивают гнёзда, — пробормотал ди’Зорр. В руке некроманта появилась склянка, в которую он принялся собирать густую ядовитую слизь из желез. Разумеется, он не мог упустить такой случай — это важный и дорогостоящий ингредиент некро-ритуалов. — Нужно найти нору и уничтожить ее, иначе никому житья не будет.

Я нетерпеливо переступила с ноги на ногу, стараясь не коситься в сторону спутника и его жуткой жертвы.

— Похоже, наша прогулка затягивается, а мне ведь ещё к приёму у королевы готовиться.

— И что ты предлагаешь? — спросил ди’Зорр, не отвлекаясь от работы.

— Возможно, мне лучше вернуться в Девичий флигель, пока вы тут возитесь, — я старалась говорить, как могла, более равнодушно — закинула, так сказать, пробную удочку. — Дей’Форе будет волноваться, если не вернусь в ближайшие полчаса.

Кажется, сработало: на лице некроманта проявились некоторые признаки сомнений. Он покосился на меня, словно прикидывая, говорю ли я правду. Я незаметно поправила амулет, прицепленный к браслету на левой руке. Хорошая вещь — всегда меня выручает, ведь сильный маг может почувствовать ложь. Ди’Зорр, разумеется, бросать добычу не хотел. Тут я его прекрасно понимала: кому не хочется разжиться ценной слизью и, может быть, помериться силами с другими взрослыми боргами, если те обнаружатся в гнезде. На противоположной чаше весов были ненавистные ему обязанности телохранителя.

— Ну, иди, — наконец, разрешил он. — Только не сворачивай с дорожки — позади нет опасностей. И сразу домой, слышишь, Огонек?

«Огонек? Хырова чешуя, это уже несколько лучше, чем 'рыжая».

— Конечно.

Я не заставила просить себя дважды: помчалась назад на всех парусах. Вот только на развилке свернула не к Девичьему флигелю, а в противоположную сторону и уже через четверть часа без приключений достигла опушки.

Запыхавшаяся, с раскрасневшимися после бега по утреннему лесу щеками, постучала в дверь домика травницы Хелены. Низенькая жизнерадостная женщина лет пятидесяти — разумеется, она пережила гораздо больше зим — встретила меня с обычным радушием. Хелена — не простая деревенская травница, она училась магии и очень много знает. Ее прошлое полно тайн, недаром ей разрешено поселиться на окраине парка при летней королевской резиденции. Мы познакомились случайно, столкнувшись на одной из тропинок в северной части парка, разговорились и как-то незаметно подружились. Только ей я доверила свою тайну.

— А, дитя моё! Я ждала вас ещё на прошлой неделе.

— Знаю, но не смогла вырваться.

Мы договаривались о встрече, но королева Софина-Улия неожиданно решила навестить супруга в столице, и весь двор, включая меня, вынужден был отправиться туда вслед за ней.

В домике приятно пахло травами — многочисленные их пучки сушились под потолком, свисая, подобно диковинной бахроме.

— Нашли ли вы, что искали, Амелита?

— Не совсем.

Я прошла к столу и торопливо нацарапала то, что только и удалось выцепить из рецепта древней ведьмы Эрины. Хелена пробежалась взглядом по единственной строчке.

— Хм, не густо.

— Да, только общая формула. Быть может, удастся подобрать годный состав. Я правильно понимаю, для зелья силы подойдут ингредиенты, способные пополнять запас магии?

— Вовсе не обязательно, дитя, — развела руками женщина. — Мне ведомы рецепты, где вещества с самыми разными свойствами в соединении дают особый, совершенно неожиданный эффект.

Я огорченно поникла — надежда простым перебором ингредиентов подобрать нужное сочетание, испарилась. Получается, без точной рецептуры мне никогда не обрести зелье Великой Чёрной Силы.

— Погодите расстраиваться, дитя. Нужно все же попробовать разные смеси. Вдруг повезет? Бывает и такое. А еще, почему бы не поискать запретную книгу рецептов Эрины по лавочкам букинистов в столице? Слышала, что ее много переписывали от руки, прежде чем инквизиторы наложили запрет. Возможно, какие-то списки где-то и остались. Сама я терпеть не могу Гелмар, но у меня там живет дочка — у нее гадальная лавка, неподалеку от рынка. Пошлю ей весточку, может, чего и узнаем.

— Я буду очень вам обязана, Хелена! Это на почтовые расходы.

Пара золотых монет перекочевали из моего кармана на стол травницы.

Полчаса, которые я заранее отвела на этот визит, пролетели незаметно. Я пока не отказалась от мысли самой составить зелье Силы, и мы с Хеленой договорились, что она оставит котелок и подходящие по свойствам ингредиенты возле старой хижины лесника, неподалёку от моего дома. Если удастся сбежать от надзора, смогу сварить там пробное зелье.

С добрыми пожеланиями Хелена проводила меня до порога, но едва я сошла с крыльца, путь заступила высокая фигура в тёмном.

17 Торжественный прием у королевы

— Простите, Ваше Высочество, но Её Величество уже дважды спрашивала о вас, — в голосе статс-дамы слышались нотки откровенного возмущения. Пожилая старшая фрейлина — вся в седых буклях и рюшках — встретила нас в холле. С виду — само благодушие, но я как-то была свидетелем крепкой пощечины, которую она отвесила одной из младших фрейлин. Сейчас герцогиня Вийская не скрывала нетерпения, и, кажется, лишь строгий дворцовый этикет не позволял ей поторопить меня, толкая в спину для ускорения. Мы с дэй’Форе проследовали за ней во внутренние покои летней резиденции, активно шурша пышными юбками.

Её величество Софина-Улия скучает в добровольном изгнании, потому устраивает подобные сборища почти в каждую неделю, и повод для них ей совсем не нужен. Церемонная любезность и показная роскошь полуофициальных приемов, должно быть, придают королеве значимости в собственных глазах.

Лакей с почтительным поклоном распахнул двери, и я оказалась в раздушенной пестрой толпе фрейлин, собравшихся перед входом в личные апартаменты. Герцогиня Ви скрылась за дверью будуара, а все пятнадцать фрейлин немедленно прекратили шептаться и, отвесив обязательный поклон, принялись разглядывать и оценивать мой наряд из нежно-зелёного шёлка и сверкающее ожерелье из бриллиантов и изумрудов на шее. Судя по недовольно поджатым губам некоторых, выглядела я безупречно. Пожалуй, кислые мины придворных красоток льстили мне больше, чем зеркало.

И минуты не прошло, как лакеи распахнули широкие двери, и показалась государыня Сарроса —невысокого роста, тоненькая дама в платье из эльфийского шелка глубокого синего цвета. В тёмных волосах Софины-Улии, уложенных в высокую прическу, уже проглядывала седина. Видимая хрупкость не мешала ей с гордым достоинством носить тяжёлый, украшенный иллирийскими кристаллами венец. Яркие голубые глаза, столь похожие на глаза её сына — принца Ильхарда — обежали присутствующих и остановились на мне.

Мы с дей’Форе изобразили вежливое приветствие, как того требует этикет.

— Вы уже здесь, дитя моё? А где же ваш телохранитель?

«А на кой тебе сдался этот проклятый ди’Зорр? Не знаю, нахал не отчитался, куда пошел».

— Он присоединится к нам позже, Ваше Величество, — ляпнула я наобум, придав себе почтительный вид.

Тонкие брови королевы слегка выгнулись, но другой реакции не последовало.

Вообще-то, визиту во дворец предшествовала довольно громкая сцена, в которой участвовала я, висящая на плече дылды-некроманта, и сам телохранитель, доставивший меня в Девичий флигель порталом. В роли судьи-примирителя выступила моя пожилая фрейлина.

Не обнаружив меня дома, ди’Зорр разошёлся не на шутку. Мне не поверили, что я зашла к травнице дружески поболтать и договориться о поставке ингредиентов. Жаль, что не догадалась купить хотя бы пучок ниссы полевой в доказательство, что не плету заговоров. Боюсь, как бы у Хелены теперь не было из-за меня неприятностей.

Проводив нас до дверей дворца, ди’Зорр исчез в неизвестном направлении.

Её Величество направилась к выходу, и приближённые, выстраиваясь по ранжиру, потянулись за ней. Впереди и в арьергарде чеканили шаг гвардейцы из охраны Летнего дворца. Непосредственно за королевой шла я, а за мной — герцогиня Ви во главе отряда фрейлин.

Прошествовав сквозь анфиладу парадных залов, процессия оказалась в величественном — по-моему мнению, он походит на мавзолей — беломраморном зале. Присутствующие здесь аристократы, прибывшие на приём из столицы и окрестных поместий, дружно склонили головы.

Королева торжественно приблизилась к возвышению и уселась на обтянутое голубым бархатом кресло с высокой спинкой. Думаю, в такие минуты она всерьез представляет, что правит единолично, а в Гелмаре нет никакого грозного супруга, посмевшего сделать любовницу официальной фавориткой. Софина-Улия много лет терпела владычество герцогини Ролланд при своём дворе, и переезд в Летний дворец, наверное, дался королеве нелегко — словно поражение. Гордость оскорблена, тем не менее здесь хотя бы имеются вот такие приятные моменты.

Небрежно махнув свите, чтобы располагались на узких банкетках позади трона, королева кивнула церемониймейстеру, и тот начал представление именитых гостей. Я привычно привалилась к дей’Форе и приготовилась спать с открытыми глазами.

«Какая скука! Интересно, как буду развлекаться я, когда стану королевой? — подумала, и чуть заметно усмехнулась. — Вряд ли такое случится, конечно. Найду способ стать великой магессой, и дядя непременно заберет меня отсюда. А если не смогу, все равно править не придется. Король Россхельм еще не собирается на покой, а за ним следует его сын, и только потом — лет через триста — настанет очередь внука. Да и какой из Ансара король? Он балованное дитя».

Тут я, кстати, заметила, что среди присутствующих не мелькают белокурые кудри моего жениха. «Интересно, где он? — тут пришлось подавить зевок, — Впрочем, не очень-то и интересно».

Церемония тянулась и тянулась. На лицах присутствующих читалось слово «СКУКА», написанное крупными буквами. И какой смысл чинно перечислять все титулы герцога Эссершира, если он бывал здесь уже десятки раз и всем хорошо знаком? Но королеве все это страшно нравилось, потому остальным приходилось терпеть.

Я слегка взбодрилась, поймав на себе полный зависти взгляд хорошенькой блондинки, скромно примостившейся на задней скамье — это и есть очередной предмет воздыханий моего жениха — младшая фрейлина Лиара ди’Вале. Сколько их сменилось за пять лет? Кажется, принц перебрал их всех.

Мой взгляд, лениво скользящий по лицам приглашенных, вдруг наткнулся на знакомые хищные черты. Янтарные глаза смотрели с насмешкой. Лорд Ди’Зорр затесался в толпу гостей и открыто, и, как мне показалось, с неприязнью следил за мной.

«Ха, если пожалуется на сегодняшний инцидент в лесу, мне есть чем парировать! — Тут я ненадолго задумалась. — Ну хорошо, парировать нечем, но всегда можно что-нибудь сочинить».

— Рада приветствовать вас, мои дорогие подданные! Благодарю, что приняли приглашение на дружеские посиделки, — объявила королева, поднимаясь с трона. — Прошу всех в Малахитовую гостиную.

Вздох облегчения прошелестел по залу. Лакеи распахнули двойные двери в смежный уютный салон.

18 Неожиданное появление

Малахитовая гостиная получила такое название оттого, что вся мебель здесь, исключая, разумеется, обтянутые изумрудного цвета бархатом диваны и кресла, выточена из благородного природного камня с причудливыми прожилками.

Королева уселась на свое любимое место у камина, в котором пылал, не давая тепла, зеленоватый магический огонь, и пригласила одного из прибывших ко двору старцев, занять кресло напротив. Остальные вольны были разбиться группками по несколько человек и проводить время в досужих сплетнях и обсуждениях туалетов, в ожидании дармового ужина по завершении скучнейшего приёма.

Всем было известно, что я не в фаворе, хотя причины, наверное, остались тайной. Так что, мы с дей’Форе вскоре очутились в одиночестве. Не знаю, как фрейлина, но я вовсе не страдаю от отсутствия льстивых прихлебателей. Впрочем, дей’Форе терпеть не может этот двор и всё время с тоской вспоминает добрые старые времена и свою службу при Малом королевском дворе Зангрии — у моей маменьки, принцессы Отилии. Там все просто, и нет глупой церемонности, которая, наверное, имела ритуальное значение в средневековье, но сейчас лишь раздражает молодёжь.

«И зачем меня вечно приглашают на это мучение?»

Я вновь поймала на себе странный, словно сочувствующий, взгляд янтарных глаз. Я села ровнее.

«Ди’Зорр мне сочувствует? Бывший глава тайной службы, разжалованный в телохранители? Вот это я докатилась!»

Неторопливо поднялась с места и, делая вид, что просто прохаживаюсь и рассматриваю роскошные фрески по стенам, медленно добралась до оконной ниши, где примостился интересовавший меня мужчина.

— Наслаждаетесь приёмом, мой лорд? — После его сегодняшнего непочтительного обращения с моей особой мне хотелось наговорить ему гадостей — отвести душу. — Наблюдаете, делаете умозаключения?

— Ехидство вам не идёт, рыженький Огонёк.

Я захлопала ресницами, обезоруженная этим возмутительным прозвищем, произнесенным вполголоса.

— Не обзывайтесь! Кто-нибудь услышит и решит, что вы непочтительны к невесте его высочества. Вас казнят, а я заступаться не буду, так и знайте!

Кстати, принца Ансара, моего жениха, я почему-то сегодня не видела. Обычно он крутился возле младших фрейлин, словно угодливый лакей, подавая им напитки и оброненные веера.

— Неужели нет? — уточнил некромант с притворным сожалением. — Я заметил, что вы прекрасно скрываете ложь, принцесса. Советую снять амулет, помогающий это делать. Ношение его противозаконно.

— Какой амулет? Не знаю, о чём вы. — Артефакт, скрывающий правду ли я говорю, был замаскирован под золотой часовой артефакт. Его мне подарил брат, и отказываться от столь прекрасной и удобной вещицы из-за глупых законов Сарроса я, конечно, не собиралась. — Скучаете по службе в департаменте Тайной разведки, вот и цепляетесь ко мне.

— А ты, Огонек, конечно, сама невинность!

— Не называйте меня так, невыносимый вы человек! — возмущенно прошипела я. — Если вам наплевать на свою судьбу, то хотя бы о моей репутации подумайте.

— С каких пор вы озабочены репутацией? Те, кто заботится о таких вещах, не залезают в тайные архивы. Ладно-ладно, не переживайте, я установил вокруг нас стену молчания.

Я возвела очи горе: час от часу не легче! В комнате полным-полно неприятелей, которые немедленно заинтересуются, к чему подобная предосторожность.

— Ваше Высочество, принесли напитки и угощения. Не хотите ли присесть за столик? — дей’Форе подошла к нам и, к счастью, прервала неприятные расспросы.

— Конечно…

Но тут грянул голос церемониймейстера:

— Его королевское Высочество, принц Ильхард.

Все пришли в движение, когда в дверях показался наследный принц. Прием был почти неформальный, но поднялись все, кроме королевы, разумеется. Поклоны отдавали по мере его продвижения.

Высокий, с царственной осанкой, в белоснежном военном мундире с пышными эполетами. Серебристые волосы были собраны в привычный хвост. Я из принципа не смотрела на будущего свёкра, но все равно видела, как он пересекает комнату, широким шагом царя местных хищников.

Одна из фрейлин, маркиза ди’Фанн, уронила веер, но сделала это неловко и слишком уж нарочито. Расшитый шелком веер упал рядом со щегольским сапогом наследника. Ильхард мельком взглянул на смелую красавицу и слегка приподнял бровь, словно удивляясь неловкости плебейки. Прошел дальше. Маркиза стояла, как оплеванная, пока кто-то из эйсов не поднял для нее аксессуар, который тут же был сломан от досады.

Отвлекшись на эту сценку, я не уловила, о чем говорили Ильхард с королевой. Вот он поцеловал ее руку, бросил несколько тихих слов и взглянул прямо на меня. Этот взгляд прошил меня насквозь, словно выбил воздух из груди. Я немедленно отвернулась, но открытые плечи все равно покалывали мурашки. Этот мужчина всегда так странно на меня действует…

— Кажется, здесь прохладно…

Я обернулась к ди’Зорру. Некромант словно сканировал меня взглядом своих янтарных глаз, и мне это совсем не понравилось. Из огня да в полымя.

— Как приятно встретить вас снова, принцесса.

Низкий голос принца прозвучал у меня за спиной. Пришлось резко развернуться и отступить на пару шагов, потому что мужчина встал непозволительно близко. А наследник, словно не заметив мой маневр, кивнул телохранителю:

— Светлого дня, Марс. Как дела?

— Лучше бы ты сослал меня в Тюремное измерение! — это было сказано настолько искренне, что Ильхард расхохотался.

А вот мне было не до смеха.

«Подумаешь! Мне он тоже не нравится!»

— Неужели все так плохо?

— Ты даже не представляешь, насколько… Сегодня утром эта девчонка подставила меня под сражение с целым семейством боргов, а сама сбежала.

Голубые глаза взглянули на меня с каким-то новым интересом. Я поежилась под их выразительной остротой.

— И куда же ты бегала, Амелита?

Только будущий свекор способен произносить мое имя так, словно перекатывает на языке сочную ягодку сулаи. Я почти что ощутила эту сладость во рту и — что хуже всего — тупо вытаращилась на чувственные губы мужчины.

19 Допрос с пристрастием

«Тьфу! Проклятый! Недаром про наследника идет молва, что еще младенцем его подменили высшие духи из Круга Забвения».

Героическим усилием, заставила себя собраться.

— Я не сбегала, Ваше Высочество, просто завернула по дороге к травнице Хелене.

Ди’Зорр неприлично громко фыркнул и повторил, будто про себя: «По дороге! Хорошая шутка».

Я с тревогой огляделась, уверенная, что мы стали предметом всеобщего внимания, но — о чудо — никто на нас не смотрел, так как королева вздумала поговорить с гостями. Вероятно, нас прикрыл один из магических экранов, отводящий глаза, на которые наследный принц — мастер. Кажется, это его личный дар. Мужчины тем временем переглядывались, словно готовились услышать что-то забавное. Меня это, конечно, не подбодрило, но гнула свое:

— Зашла заказать травок. А что?

Я заметила, что принц украдкой опустил глаза на один из перстней, унизывающих его длинные, тонкие пальцы. Странный темный камень, ограненный в форме треугольника, мигнул зеленым.

— Не стоит ходить туда, дорогая. Откуда ты вообще знаешь ведьму Хелену?

— Столкнулись как-то в парке. А что с ней не так?

— Это сильная ведьма и когда-то оказала серьезную услугу моему отцу, но слава о ней идет дурная.

— Несколько раз подвергалась штрафам за изготовление ядов и любовных проклятий, — отчеканил бывший глава Тайной службы.

Я подняла бровь. Интересно.

— Ну я-то ничем подобным не занимаюсь…

— А чем вы занимаетесь? — быстро спросил ди’Зорр. Глаза некроманта снова напоминали янтарь, наполненный солнечным светом.

— Да, милая Амелита, чем? — пытливо вторил ему принц. Ильхард включил обаяние на полную, и у меня даже волосы на затылке зашевелились от напряжения. — Вам удалось заинтриговать двух мужчин, которые, поверьте, многое повидали на своем веку.

«Ну уж нет! Если ди’Зорр еще под вопросом — все-таки он многое потерял и разочарован службой неблагодарному королевскому дому Сарроса, то тебе, дорогой будущий свекор, я ничего не открою. Это все равно, что рассказать все дяде Дару — тот посмеется и даст мне конфетку, но все сделает по-своему».

— Поклянитесь хранить мою тайну, эйсы! — выпалила с самым заговорщицким видом.

Мужчины подавили довольные ухмылки и переглянулись.

— Клянусь, — серьезно проговорил принц.

— И я, конечно, тоже, — поспешил некромант.

Я сделала шаг вперед и слегка понизила голос.

— Так вот, я ищу способ навсегда избавиться от рыжего цвета волос. Хочу стать блондинкой.

Мой черед прятать торжествующую усмешку и любоваться явным разочарованием идиотов, решивших, что я сейчас во всем признаюсь. Ага, спешу и падаю.

Однако принц вновь взглянул на перстень Истины и был немало смущен, когда тот снова мигнул зеленым, подтверждая мою выдумку. Наследник хмуро взглянул на меня из-под длинных ресниц.

— Блондинкой? Что за вздор пришел вам в голову, Амелита? Ваши огненные кудри — единственное, на что стоит кинуть взор в свите матушки, — он подцепил пальцем мой длинный завитой локон, игриво спущенный на плечо из высокой прически. — Неужели вы хотите слиться с безликой толпой придворных блондинок? — Ильхард оставил мои волосы в покое и выразительно показал себе за спину.

— Не слушай ее, Ильхард! Девица искусна во вранье. — Правдоруб ди’Зорр таки не утерпел и выступил с обвинениями. — С каких пор формула зелья Силы осветляет волосы? А ведь именно за ней…

К счастью, в этот момент сеанс разоблачения прервали. Одна из фрейлин — к моему великому удивлению, это была нынешняя возлюбленная Ансара — внезапно сомлела и изящным снопом упала возле ног наследника. О, это было проделано так искусно, что я невольно впечатлилась. Золотистые локоны художественно рассыпались по узорчатому паркету, бледное личико было обращено к принцу, длинные темные ресницы трепетали так трогательно.

Толпа придворных ахнула, подалась вперед и насторожилась в ожидании, что предпримет наследник. А тот не спешил приходить на помощь. Он осмотрелся и заметил поблизости румяного здоровяка.

— Эйс ди’Гроссе, — принц обратился к мужчине, как к старому знакомому, — почему бы вам не прийти на помощь этой даме?

Мужчина поклонился и с готовностью склонился над младшей фрейлиной. Та тихонько зашевелилась, невольно выходя из роли дамы в беде. Но мне не удалось подсмотреть, как Лиара ди’Вале выпутывалась из дурацкого положения, потому что властная рука подцепила меня под локоток и потащила в сторону выхода на открытую галерею. Мне пришлось улыбаться, чтобы скрыть нервозность, но, боюсь, все смотрели нам вслед, разинув рты от изумления. Ди’Зорр шел следом и невежливо закрыл дверь перед носом спешащей за мной дей’Форе.

Выйдя на продуваемую осенними ветрами террасу, Ильхард позволил себе громко возмутиться:

— Да что же это за Тхарово племя! Стоит появиться на публике, и девицы тут же начинают валиться мне под ноги! Это просто невыносимо!

— Все из-за того, что ты теперь свободен, друг мой, — хохотнул в ответ Марс ди’Зорр. Я заметила, что едва мы покинули зал, он отбросил всякую почтительность.

Наблюдая за мужчинами и гадая, как и когда они сдружились, я не обращала внимания на холод, но тут мои плечи, словно манто, овеял легкий теплый ветерок. Принц маг-универсал — это всем известно, но я никак не ожидала, что он станет заботиться о ком-то, кроме себя.

— А сам ты-то, на что надеялся, когда разводился? — продолжал некромант. — Первый жених королевства! Теперь ты обречен, приятель.

— Действительно, — с тонкой улыбкой откликнулся принц. И вновь остановил взгляд на мне. — Но, надо думать, у меня была цель.

«Интересно, какая же именно? Вот бы узнать, тогда я могла бы ему помочь, а он — мне. Уж принц точно имеет доступ в этот проклятый архив».

Но меня отвлекли безжалостные слова моего — не телохранителя, нет, а скорее надсмотрщика.

— Возвращаясь к разговору о формуле…

— Да, кстати, — перебил его принц, — очень интересно, зачем вам зелье Силы, Амелита?

20 Записка от эльфийской ведуньи

Я молчала, мысленно просчитывая возможные варианты реакции на свое признание. Эйсы не отстанут, они полны желания разобраться со мной раз и навсегда. Принц, кроме того, способен наложить печать запрета, и тогда мне придется расстаться с мечтой стать фигурой, с которой вынуждены будут считаться. Некоторое время всерьез обдумывала: а не пополнить ли отряд валящихся под ноги Его Высочества девиц? Но решила оставить это средство на крайний случай, если уж вконец допекут.

— Ну же, Амелита! — снова подступил ко мне Ильхард. Нечто темное, промелькнувшее в его светлых глазах, почти испугало меня. — Зачем вам Сила?

— Обычно дамы гоняются за любовными проклятьями или иллюзиями для сокрытия недостатков внешности, — хмуро заметил некромант. Ди’Зорр небрежно облокотился на балюстраду и мерил меня чуть прищуренным взглядом.

— Вы считаете, что в моей внешности есть недостатки, и их нужно скрывать? — Я притворилась оскорбленной — все что угодно, только бы подальше от истины.

Некромант лишь выгнул бровь.

— Не уходи от темы, сьерра.

— Серьёзно, что вас беспокоит, малышка? — К моей величайшей досаде, принца никак не удавалось отвлечь. Голос звучал соблазнительно и ласково, но неотразимые голубые глаза прожигали насквозь. — Сила дается не просто так. Может быть, вы, Амелита, сами не до конца понимаете чего хотите. Так давайте разбираться вместе: высшая магия — это всегда жертва. Ничто в мире не происходит просто так. Сила, особенно сила Тьмы, потребует дань. Вы об этом задумывались?

Мое детство прошло в окружении некромантов, и я знаю, что за каждое серьезное применение силы им приходится платить цену, которую забирает тьма. Боль, похожая на агонию, скручивает тело мага Смерти. Мне пришлось стать свидетелем того, как мой брат на волосок от Грани, разделяющей жизнь и смерть, а все потому, что Алес израсходовал почти весь резерв на удержание боевой ипостаси демона.

— В самом деле, это так, — серьезно подтвердил ди’Зорр. — Отдача после сильных заклинаний мучительна, но со временем к ней привыкаешь, как к неизбежному, и почти не замечаешь. Однако это не то, что должна испытывать девушка ваших лет.

Я гордо распрямила плечи, без слов показывая, что с болью справлюсь и мой пол тут совсем ни при чем. Мужчины лишь коротко и обидно рассмеялись.

— На свете до сих пор живёт одна королева, — тихо произнес Ильхард, — которая однажды забрала в голову, будто призвана стать могущественнее драконов и провела запретный ритуал призыва Силы. Однако вместо увеличения резерва, бедняжка получила проклятие, которое тянет из нее жизнь и едва не свело в могилу пару лет назад.

Я слегка вздрогнула. Речь шла о моей тетке по матери — королеве Иоланте Ильской. Я далеко от семьи, но кое-что все-таки доходит до меня через бабушку Мариэль и Алеса. Но вроде бы это государственный секрет, откуда же об этом известно в Сарросе?

— Нельзя с таким шутить, Амелита. — Ильхард снова подошел слишком близко, да еще и склонился, словно для того, чтобы ощутить аромат моих духов.

Я машинально сделала шаг назад, чтобы вырваться из-под власти мощной ауры принца. Мысли улетели далеко. Не то, чтобы их страшилки меня испугали, ведь ритуал призыва Силы я проводить не собираюсь. Зелье расширения резерва не грозит никаким проклятием, что за вздор! Бабушка не посоветовала бы что-то настолько опасное.

Я мило улыбнулась и развела руками.

— Ничего подобного у меня и в мыслях нет!

Некромант недоверчиво сощурил на меня свои янтарные глазищи и ничего не сказал.

Из гостиной на террасу имелся еще один выход, и в дальнем ее конце показались прогуливающиеся пары. Принц взглянул на часовой артефакт.

— Кажется, пора возвращаться в зал. Но мы не закончили с этим вопросом, Амелита.

Он подал мне руку, и мы вернулись в гостиную тем же порядком.

Дей’Форе тут же забрала меня под свое крылышко: усадила за столик, вручив тарелку с тарталетками и стакан с нектаром. Принц снова подошёл к королеве. Та принялась что-то недовольно выговаривать ему, но он лишь бегло улыбнулся и почти сразу направился к выходу.

С уходом наследника на зал снова опустилась скука. Обед был отмечен лишь несколькими неприязненными выпадами. Справедливости ради стоит отметить, что свита королевы представляет собой роскошное собрание ядовитых змей, где все готовы сожрать друг друга.

Вечером, когда мы вернулись в Девичий флигель, я поднялась на чердак. Голуби уже безмятежно ворковали по жёрдочкам. С удовольствием заметила среди них крупного самца с контрастным оперением.

— Вихрь, поди сюда, мальчик!

Я вытянула руку, и птица легко перепорхнула на запястье. Торопливо освободив лапку пернатого почтальона от небольшого мешочка, я развернула листок. Бабушка писала по-эльфийски:

'Да пребудет с тобой благословение Сил Матери-Природы, дитя. Жаль, что твои поиски пока не увенчались успехом. Впредь, если решишься продолжить, действуй с осторожностью.

Легко понять, отчего ваши властители наложили запрет на знания, оставленные вещей Эриной и ей подобными. Если рецепт Силы будет доступен, любой простолюдин применит его и станет сильным магом, а, значит, соперником за власть. Этого люди не могут допустить, ибо они не перворожденные и не обладают высшей мудростью. Но я верю, что твоё желание исполнится, дитя. Напиши мне, как только обретёшь полный рецепт.

Мариэль'.

21 Неожиданный эффект

Спрятав письмо за корсаж, я наполнила кормушку и поспешила вниз.

На жилом этаже царили потемки. Дей’Форе удалилась к себе отдохнуть после приема. Дверь в кабинет, откуда меня выселил некромант, была, как всегда, открыта. Слабый отсвет от настольной лампы падал на ковровую дорожку.

«Чем там занят страж? Может, удастся застать его врасплох еще раз?»

В голове зароились планы мести за утреннее унижение. Я подкралась к двери и заглянула внутрь. Некромант сидел в кресле возле камина, боком ко мне. На тумбе перед ним лежал маговизор, над которым чуть подрагивало объемное голографическое изображение прелестной блондинки.

— Мы очень скучаем, — зазвучал ее нежный голосок. — Тимми каждый день спрашивает, когда приедет дядя Марс.

— Я тоже соскучился, но не буду обманывать, что скоро навещу вас, Рианна. Отныне вам придется довольствоваться обществом ледяного дракона.

— Почему не приедете? Что за вздор? — на небесном личике блондинки отразилось крайнее недоумение.

«Кто эта девушка, интересно? — Я было решила, что незнакомка — родственница некроманта, но тут же опровергла сомнительную версию: нет, по обращению видно: они скорее друзья, чем родня. — А может, возлюбленная некроманта?»

— Поистине вы, счастливцы, живете в особом, отличном от нашего бренного мира, измерении! — воскликнул ди’Зорр. В его голосе звучала горечь пополам с дружеской насмешкой. — Разве ты не слышала о моей отставке с поста главы управления внутренней разведки?

— Что? Нет… О чем вы говорите, Марс?

— По приказу короля я сложил полномочия, а моя нынешняя служба не предполагает отлучек, к сожалению.

Блондинка нахмурилась, слегка подалась вперед, с тревогой всматриваясь в лицо сидящего в кресле мужчины. Я внимательно наблюдала за ней.

«Кажется, красавица, похожая на демонессу, и в самом деле огорчена. Интересно, что ее связывает с некромантом?»

— Но за что? Что произошло? Надеюсь, это не из-за того, что вы выпустили из страны посох Ледяного Тлена[1], Марс?

Мой страж с горечью рассмеялся и покачал головой.

— Нет, Ри, вы с ад’Варггом ни при чем. Есть люди при дворе, которые давно хотели сделать мою жизнь невыносимой и добились своего.

«Ой, бедный-несчастный! Его жизнь невыносима? Как же! Занял мой кабинет, следит, не дает не то, что шагу ступить, вздохнуть свободно!»

— Но где вы находитесь, Марс? Что за службу вы упомянули?

Тут некромант внезапно повернул голову и взглянул в сторону двери, прямо мне в глаза. На точеном лице ди’Зорра не было ни удивления, ни гнева. Кажется, он с самого начала знал, что я подслушиваю. Я хотела фыркнуть и уйти, но осталась — чисто из вредности.

— Служба королю, — буркнул некромант, но, услышав досадливый вздох собеседницы, вынужден был объяснить: — К сожалению, по магсвязи не могу сказать больше.

— Это опасно?

Новый взгляд на меня и ехидный смешок.

— Еще как! Рианна, очень рад был тебя увидеть, но мне пора.

Видно было, что ему не хотелось прощаться с небесным созданием, но продолжать разговор при мне он не желал. Перед тем как распрощаться, красавица заставила ди’Зорра пообещать сообщать о себе по магсвязи и навестить их при первой же возможности.

Едва голограмма погасла, я вплыла в комнату.

— Удивительно узнать, что где-то существуют люди, которые не бегут от вас в испуге, а хотят видеть. Новая информация для меня, — я подошла к книжному шкафу, выбирая книгу для чтения на вечер.

— Мда, представь себе, — некромант поднялся и подошел к окну. На подоконнике стоял поднос, на котором красовался большой графин с темно-рубиновой жидкостью.

— Если что, я вполне могу провести день дома, а вы тем временем съездите в гости. Не думаю, что безотлучно болтаться здесь так уж необходимо.

Некромант наполнил бокал и поднес к губам.

Исподтишка наблюдая за ним, я внезапно почувствовала, что готова отдать титул принцессы за глоток воды — так захотелось пить. Пожалуй, освежающее саросское вино тоже сойдет.

— Налейте и мне стаканчик.

Мужчина недоверчиво поднял бровь.

— Это крепкое вино, принцесса.

— Ерунда. Если вы не знали, в моей семье не было запрета на алкоголь. — Я нарочно умолчала, что мне позволялось сделать пару глотков слабенького пунша на балу. — Папа считает, что запреты действуют сильнее уговоров.

— Что же, не буду спорить с принцем Алардом, но право же…

Я подошла и встала рядом с мучителем.

— Что? Неужели позволите мне умереть от жажды?

Некромант пожал плечами и плеснул в стакан немного соблазнительной влаги. На лице мужчины застыло озадаченное выражение, но он не протестовал, когда я поднесла стакан к губам.

Наконец-то! Во рту пересохло, словно в пустыне. Наверное, всему виной соленые пикули, что в изобилии подавали во дворце.

Я сделала большой глоток рубиновой жидкости и почти задохнулась. Напиток, хоть и приятный на вкус, показался расплавленным огнем. Едва не поперхнулась, но под изучающим взглядом янтарных глаз не могла опозориться: проглотила, уверенная, что мне подали яд. Однако вместо слабости, вызванной отравлением, неожиданно почувствовала уютное тепло. Оно зародилось в центре моей грудной клетки и разошлось по телу. Приятной расслабленностью откликнулось в руках и ногах.

Глубоко вдохнула и, торжествующе глядя на некроманта, сделала второй глоток, за ним третий. Теперь понимаю, почему мужчины так часто употребляют крепкие напитки — такая согревающая нега!

Стакан опустел, я показала его некроманту, приглашая наполнить его снова.

— Э, нет! Тебе уже хватит!

— Жадина! Тогда я сама налью!

Я подступила к графину — к моему изумлению, хрустальный сосуд оказался немного не там, где мне представлялось. Рука схватила пустоту. Со второго раза получилось, и в стакан полилась жидкость.

— Амелита!

На мое плечо опустилась тяжелая рука. Я дернула им — или всем телом — в результате на подоконнике образовалась большая темно-красная, словно пролитая кровь лужа, а в мой стакан попало всего несколько капель.

— Погляди, что ты наделал! — гневно завопила я, не понимая, почему комната немного покачивается.

Жадно прильнула к своему стакану, но его у меня отняли.

— Амелита, заканчивай это представление… А, впрочем, это даже забавно.

— Что тебе забавно? — вскинулась я, комкая в руках плотный шелк его камзола. — Забавляешься. Или тобой забавляются?

Я стукнула кулаком в широкую грудь.

— Вот ты сильный маг, а служишь сильным мира сего… П-почему? Ответь!

— Не понял. Ты спрашиваешь, зачем я служу королю?

— Т-точно!

— Есть долг и честь. Вот как ты… Ты почему выходишь за принца? Только не говори, что влюблена в Ансара.

— Нет… Ик… — Наверное, тут нужно бы смутиться — сьерры не должны так громко икать, но мне было не до того. Подозрение, что кто-то думает, что я влюблена в это ничтожество, требовало немедленного опровержения. — Нет, я вообще не собираюсь за него выходить!

— Вот как? Тогда, что же ты здесь делаешь, Амелита? — сверкающие в полутьме, словно расплавленная лава, глаза, казалось, заглядывали прямо в душу. Лицо телохранителя было так близко, что я рассмотрела даже крохотный шрам на правом виске. Подняла руку и погладила отметину, чем несказанно удивила Марса. Он поймал мою руку и зачем-то поцеловал пальцы. — Почему ты здесь?

— Я… — шептали мои губы, а ноги вдруг отказались служить, и я начала падать. С тяжелым вздохом некромант подхватил меня на руки и понес куда-то.

* * *

[1] Приключения, о которых упомянула собеседница некроманта, описаны в книге «Истинные. Не пара для дракона»

22 Нечто ужасное

— К-куда вы меня несёте? Немедленно поставьте на м-место! — То, что должно было звучать, как гневный окрик, на деле оказалось всего лишь испуганным писком.

Но только на это меня и хватило: мир вокруг отчаянно кружился. Я зажмурилась и уткнула нос в расшитый серебром лацкан камзола, благоухающего свежим ароматом сандала с нотками чабреца и мяты. Стало немного легче, да и запахи понравились, так что, когда моя спина вдруг коснулась прохладного покрывала, не желая с ними расставаться, я судорожно вцепилась в камзол некроманта.

Глаза мои по-прежнему были закрыты, но я вполне осознавала, что происходит: некромант принёс меня в спальню и уложил на кровать. Во всей этой ситуации было, конечно, что-то унизительное для достоинства благородной сьерры. Вот только расплавленный мозг не позволял понять, что именно не так. Шёлковая ткань камзола выскользнула из моих ослабших пальцев — некромант выпрямился.

Веки казались такими тяжёлыми, словно налились свинцом. Я силилась открыть глаза, но не могла.

— Амелита? — тихий хрипловатый шёпот нарушил тишину моей девичьей спальни.

«Происходит что-то ужасное, но что?» Мысли разбегались и роились — панические, беспокойные — и ни одну из них я была не в состоянии додумать до конца.

«Я должна быть в панике. Но этого нет».

— Амелита, ты ведь не спишь? Тебе плохо?

Всё ещё не открывая глаз, я отрицательно помотала головой.

— Выглядишь неважно, — с сомнением проговорил ди’Зорр, и я обиделась. Глаза сами собой приоткрылись и с укором взглянули на одетого в тёмное мужчину, который возвышался надо мной, будто башня-великан.

— Что за нахальство говорить такое девушке? Я всего лишь немного устала и прилегла отдохнуть!

— Ах ты прилегла? — сверкнул озорной улыбкой некромант. Он наклонился, и опытные пальцы его забегали по боковой шнуровке на моём платье.

— Хырова чешуя! Что это вы делаете, негодяй⁉

Я ударила его по руке — вернее, попыталась это сделать, но промахнулась, и моя рука бессильно упала на покрывало. Принялась ёрзать и крутиться, чтобы помешать наглым поползновениям.

— Спокойно, принцесска! Я просто ослабляю шнуровку на твоём платье — она слишком тугая. Не понимаю, как ты дышишь…

Это было возмутительно и не подлежало оправданию, но упрямый маг всё равно добился своего. Теперь я действительно могла дышать глубоко, всей грудью, и стало немного легче.

— С-спасибо… Уйдите, пожалуйста. — Я вновь обессиленно прикрыла глаза.

Мужчина колебался, явно опасаясь оставлять меня одну.

— Я позову дей’Форе, пожалуй.

Мне тут же в красках представились все те упрёки, которые обрушит на мою бедовую голову милая, добрая, но зацикленная на правилах старая дева, и я подскочила на кровати. Откуда только силы взялись!

— Не вздумайте!

Низкий вырез корсажа при этом слегка опустился, обнажая кружевное бюстье. На ковер к ногам некроманта спланировало письмо от бабушки Мариэль.

Вот тут-то и проявилась вся мерзкая сущность ди’Зорра. Вместо того чтобы, как положено воспитанному эйсу, отвести глаза и немедленно удалиться из моей спальни, он двумя пальцами небрежно поднял бумагу. Развернул аккуратно сложенную записку и пробежал глазами.

Я тупо рассматривала его узкую, аристократической формы кисть. На безымянном пальце красовался большой перстень-печатка, с багрово-черным камнем — он словно заворожил меня. Я вспомнила, что следует возмутиться и протестовать, только когда записка исчезла в руках Марса.

— Что вы делаете⁈

«Негодяй отправил письмо бабушки Мариэль в свое подпространственное хранилище! Эй, так нечестно!»

Хотела завопить и наброситься на вора с кулаками, но вдруг со стоном опустилась на подушку. Резкая боль сжала виски, а в желудке стремительно нарастало противное жжение. От былой приятной расслабленности не осталось и следа. Проклятое саросское! Кажется, так плохо мне не было, даже когда в детстве я тайно объелась тортом с кремом.

Зажав рукой рот, я выразительно взглянула на стража и простонала:

— Уйдете вы, наконец?

Разберусь с ним позже, а пока мне необходимо уединение. Желательно в обнимку с тазиком!

* * *

Принц Ильхард Саросский

— Ваше Высочество, добро пожаловать! — Бравый генерал армии, герцог ди’Анно, и военный министр, маркиз Готье, приветствовали меня, едва адъютант открыл дверцу карруса.

«Ворюги! Но что делать? Других-то нет!»

Я вышел из транспортной капсулы и скользнул взглядом по величественному фасаду Военного министерства, заметив вытянувшихся у входа с десяток молодых и фигуристых курсанток.

— Ого, это у вас что, пополнение?

Девчонки зазывно постреливали глазками. Клянусь, одна из плутовок мне подмигнула. Симпатичная, рыжая… Рыжая! Снова рыжая… Они что, меня преследуют? Это наваждение какое-то! Нет, эта не такая симпатичная, как Амелита, к тому же вся в веснушках. Однако, проходя мимо, я не удержался и ласково ущипнул упругую щечку.

В кабинете министра я занял место во главе длинного стола для совещаний. Кивнул офицерам, командовавшим войсками Сарроса, и они расселись. Заседание Высшего военного совета началось. Сегодня на повестке значились рутинные вопросы, и главный из них — строительство оборонительных укреплений на границах с орками. В прошлом месяце Надзорная комиссия казначейства обнаружила крупную недостачу. Вороватый комендант уже две недели, как отправлен в Тюремное измерение. Немало времени ушло на утверждение наиболее толковых предложений по укреплению крепостей.

Далее шли менее важные вопросы, в том числе и кадровые. Министр Готье спешно куда-то вышел и вернулся с высоким, широкоплечим драконом. Это был красавец с холодными голубыми глазами и белыми как снег, коротко стриженными волосами.

«Что здесь забыл ледяной дракон, интересно?»

— Ваше Высочество, позвольте представить вам лорда Даниэля ад’Варгга, — вкрадчиво обратился ко мне министр. — Этот храбрый лорд в Северном Легионе командовал дивизией под названием «Лёд Иллирии». Он подал прошение о зачислении в ряды армии его величества короля Россхельма II.

«То-то имя показалось знакомым. Это Лёд».

Я поднялся, позволив себе благожелательную улыбку. Пришелец отсалютовал, как принято в драконьем Легионе — щелкнув каблуками, прижал кулак к левой стороне груди и склонил голову, и я отвел его в нишу окна.

— С удовольствием буду ходатайствовать о вашем назначении, лорд ад’Варгг. Мы рады храбрецам. Но, позвольте узнать, надолго ли вы к нам в Саррос? И почему оставили службу в Легионе?

В ледяных глазах дракона появилась улыбка, словно он вспомнил о чем-то приятном.

— Я женюсь в Сарросе, а моей леди не очень-то по душе воздух холодной Иллирии. Так что, Ваше Высочество, похоже, я здесь навсегда.

«Да-да, припоминаю доклад Тайной разведки. Его невеста — демонесса, вот почему ему пришлось уехать из Иллирии. Выбрал любовь. Наверное, это было непросто. Но ад’Варгг решился».

Я подавил волну зависти.

— Что же, это наша удача, мой лорд. Не сомневаюсь, мой отец будет рад предложить вам один из высших армейских чинов. Я поговорю с ним.

Тут маговизор в моем кармане издал резкую трель. Я извинился и отошел, чтобы взглянуть на экран. Марс ди’Зорр писал в своей фирменной лаконичной манере:

«Нужно встретиться. Мне стали известны все Тайны девочки».

Сердце застучало чаще. Слово «тайны» написано с большой буквы. Любопытно, что же это?

— Пора расходиться, мои эйсы. Время нынче дорого. Рад был познакомиться, мой лорд.

И я устремился к своему каррусу с такой скоростью, что корпулентный министр и его свита безнадежно отстали.

23 Хмурое утро подгулявшей принцессы

Серое утро робко заглянуло в незашторенное окно. Мудрые люди говорят, что утро добрым не бывает, с этим я вполне согласна. Хотя и от предстоящего дня мне не приходилось ждать ничего хорошего. Несмотря на бурную ночь, проснулась на рассвете. Нечистая совесть, кажется, тревожила даже во сне.

Вчера, отпаивая меня отваром из ниссы полевой и плодов нигеллы, дей’Форе ворчала, что я совсем отбилась от рук, и что в очередном рапорте королю Даррену она обязательно отразит все мои проступки. Только пугает, я её знаю. Однако от ди’Зорра подобной лояльности ждать не приходилось. Уж этот обязательно раззвонит о моей невоздержанности всем, кто только захочет слушать. И принцу-наследнику, конечно, тоже. Я живо представила высокомерный, насмешливый взгляд, которым наградит меня Ильхард, и, застонав, натянула подушку на больную голову.

«И что только на меня нашло вчера? Чего я пыталась добиться? Ди’Зорр все равно никогда не примет меня всерьез. Ох, как стыдно!»

Дверь скрипнула, по ковру прошелестели чьи-то тихие шаги. Я притворилась спящей: благо голова спрятана под пуховой подушкой.

«Дей’Форе не станет тревожить меня так рано».

Подушка внезапно исчезла, и я растерянно заморгала на свежего и невыносимо бодрого телохранителя.

«Ну как так-то? Подозреваю, он спал еще меньше, чем я. Помню, фрейлина упоминала, что ди’Зорр убыл куда-то сразу после ужина и до полуночи во флигель не возвращался».

— Тхарова чешуя! От вас ни днем ни ночью покоя нет! Вам кто-нибудь говорил, что спальня девушки — не проходной двор? Врываетесь, как к себе домой!

— Кто-то сегодня не в духе? А что так? Неужели головушка болит?

— Нет, все в порядке, к вашему огромному сожалению. Признайтесь, вы нарочно меня вчера отравили? Подсыпали что-то в вино?

Некромант надменно поднял бровь.

— Что не так? — продолжила издеваться я. — Не нравится, когда обвиняют на пустом месте?

В янтарных глазах заискрились смешинки.

— Ладно, принцесска. Давай заключим перемирие. Ни ты, ни я не вольны распоряжаться своей судьбой в данный момент, так зачем нам воевать?

Я насупилась и с подозрением уставилась на мужчину.

— Если предполагается, что при этом я должна безропотно выполнять все ваши распоряжения, миру не бывать!

— А по-другому просто не может быть, — озорно улыбнулся ди’Зорр, и у меня руки зачесались — так захотелось его ударить. — Вот сейчас ты встанешь, умоешься, и мы отправимся на пробежку. Сегодня ведь воскресенье — после завтрака у тебя занятие с магистром философии мэтром Роттенби. Затем можешь располагать своим временем, как хочешь. Единственное условие: я должен знать, где ты находишься.

Не озаботившись согласием, некромант взял мою правую руку, и, прежде чем я попыталась вырвать ее, на запястье защелкнулся тонкий, изящный браслет со сверкающими голубыми камнями.

Я с подозрением прищурилась, но магическое плетение было слишком тонким и искусным — нужно быть опытным артефактором, чтобы с ходу разгадать назначение этого амулета.

Марс спокойно наблюдал за мной, ожидая взрыва. Но после вчерашнего я была не в состоянии порадовать его полноценной истерикой. К тому же воспаленный мозг и без того уже корпел над загадкой: за какие такие заслуги мне удлинили поводок? Прочитали письмо и убедились, что я не злоумышляю против королевства? Или здесь что-то другое?

— Это еще зачем? — хмуро спросила я, рассматривая изящную плетеную цепочку.

— Поможет мне знать, где ты находишься.

Эти слова живо напомнили о клятве, которую вынудил меня принести король Даррен. Дядя обосновал свою манипуляцию подобным же образом. Я смерила мужчину мрачным взглядом исподлобья.

— Зачем это вам? Бежать я не собираюсь.

Несмотря на ажурное плетение, браслет показался неприятно тяжелым.

— Не хочу бегать за тобой по всему парку, как вчера утром. Ритуал поиска трудоемок, а этот браслет — просто маячок. Когда я захочу узнать, где ты, достаточно будет просто открыть карту местности в маговизоре и найти там Рыжую искорку. — Небрежным жестом Марс ухватил один из длинных локонов, рассыпавшихся по простыне. Я немедленно возмутилась и вырвала прядь. — Если это всё, о чем ты хотела спросить, жду тебя внизу через пять минут. — и некромант, очень довольный собой, направился к двери. У порога он обернулся и предостерегающе блеснул янтарными очами: — Не явишься, пойдешь на улицу прямо в ночной сорочке, мне так даже интереснее.

Дверь закрылась. Я выместила раздражение на ни в чем не виноватой подушке и поплелась готовиться к утренней прогулке. Попутно — в который раз со вчерашнего вечера — зареклась от употребления крепких напитков. Нетвердой походкой (мир все еще казался немного неустойчивым) я сошла вниз и вслед за телохранителем протащилась по нескольким аллеям, попутно развлекая себя продумыванием каверз в адрес невыносимого и не по чину высокомерного ди’Зорра.

Прогулка и в самом деле несколько взбодрила меня, и за завтраком, под все еще укоризненным взглядом фрейлины, я даже смогла проглотить половинку вареного яйца, наотрез отказавшись от молочной каши, которую обычно предпочитаю по утрам.

Едва убрали посуду, на крыльце послышались торопливые шаги, и служанка ввела в гостиную суетливого тщедушного человечка — мэтра Роттенби. Магистр философии магии два года назад скучнейшим образом преподавал мне этикет и теософию. Так что я подавила зевок, приветствуя магистра. Однако первые же его слова, когда мы остались в столовой одни, заставили меня поперхнуться воздухом:

— Сегодня, милая принцесса, мы поговорим о влиянии невоздержанности в спиртных напитках на женский организм.

«О, хырова чешуя!»

24 Рыжая бестия

Ильхард, наследный принц Сарроса

— Ваше Высочество, как вы просили, вот документация к договору «О дружбе и торговле с Кальваром».

Не отрывая взгляда от казавшейся бесконечной сметы на ремонт королевского госпиталя для бедных, я недовольно прорычал, что мне некогда. Стол и так завален текущими делами, которые требовалось срочно рассмотреть.

— Положи папки в сейф и больше не носи мне ничего.

Нехорошо вымещать досаду и усталость на подчиненных, но в это утро я ничего не мог с собой поделать. Адъютант быстро выполнил распоряжение и исчез. Когда дверь за ним закрылась, я, со стоном разминая затекшие плечи, оторвался от бумаг и утомлённо откинулся на спинку кресла.

После встречи с ди’Зорром я намеревался отправиться спать, но едва мы расстались, поступил сигнал о нападении орков на границе. Наглые степняки атаковали тот самый гарнизон, куда я определил Ансара, поручив руководству своего хорошего друга. Прорыв отбит, а мальчик — цел и невредим, однако мне пришлось до утра выслушивать гневные тирады вначале от короля, затем от мамы. Словно этого мало: уже на рассвете ко мне пробилась Дагмара со вздорными наветами, будто я хочу сжить со света её милого мальчика.

«Мальчик».

Ансару уже двадцать два года. К этому возрасту я не раз ходил в рейды на орков и дрался на нескольких магических дуэлях. Шёл в бой, вопреки протестам матери и отца, доказывал свою силу и право рисковать. А вот Ансар совсем не похож на меня, ему не по душе неповторимое ощущение опасности, когда в жилах кипит адреналин, и ты стоишь лицом к лицу с врагом, смотришь ему в глаза, а затем он падает, сражённый твоим оружием или магией. Или падешь ты, если не был достаточно хорош и быстр. В открытом столкновении с сильным противником всегда есть риск, и сознание этого горячит кровь и заставляет чувствовать себя живым.

К сожалению, сын пока что не понимает для чего мужчине война. Я примчался на место событий и увидел испуганного взбудораженного ребёнка. Куда этому слабаку жениться? Да ещё и на такой девушке, как Амелита.

Вспомнив о рыжей бестии, я потянулся к маговизору и раскрыл карту. Увеличил масштаб местности, прилегающей к летней резиденции матушки, и увидел шуструю огненную Искорку, резво перемещающуюся по аллеям парка. Уже встала и полна бодрости? Наблюдая за маячком, я и сам почувствовал прилив сил.

Откровения Марса позабавили меня и сняли тяжелый груз подозрений. Значит, Амелита тайно переписывается со своей бабкой — темной эльфийской ведьмой Мариэль энн’ДорГаллан? Эта детка честолюбива, ее явно не устраивают вторые роли. И когда только неуклюжая, но симпатичная девочка стала невероятно привлекательной женщиной?

Последил за рыжей искоркой взглядом, представляя аппетитную фигурку и развевающиеся яркие волосы. От быстрого бега на шее и груди у этой дикой сауллы наверняка выступили капельки испарины. Почему-то представилась, как, жадно вдыхая сводящий с ума аромат дикого жасмина с нотками мяты, я слизываю влагу, чувствуя на языке неповторимый сладковато-соленый привкус.

Смета на госпиталь была забыта, я не спешил прогонять грешные мысли.

* * *

Амелита, принцесса Зангрии

После трех часов зануднейшей лекции о том, что трезвость — норма жизни, я наконец вырвалась на волю. Проводив магистра, я обошла весь дом, но телохранитель куда-то запропастился — печально, потому что я была полна страстного желания высказать все, что накипело в душе за три часа. Тема лекции, несомненно, его работа!

Убедившись, что в Девичьем флигеле гадского ди’Зорра не наблюдается, я сменила скучный утренний туалет на облегающие бриджи и куртку. Северный ветер мигом остудил горящие от возмущения щеки. Легко сбежав со ступенек крыльца, я спрятала волосы под вязаной шапкой и направилась по дорожке к центральной аллее. Там начиналась едва заметная тропа, ведущая к заброшенной сторожке лесника. Если травница не обманула, там уже ждали ингредиенты для приготовления пробного зелья.

Свежий лесной воздух быстро развеял досаду. Я ведь маг природы и не могу грустить, находясь в таком замечательном, полном силы месте. Обогревая себя бытовым заклинанием комфорта, я даже принялась тихонько мурлыкать какую-то песенку, когда порыв ветер донес ощущение, что я больше здесь не одна. Я замолчала, с досадой вслушиваясь в живую, полную звуков, тишину парка.

В случайной встрече на аллее, конечно, нет ничего странного или страшного — днем в парке довольно людно (а что еще делать придворным, как не гулять?). Однако моя одежда — вполне приемлемая в Зангрии, — неизменно вызывает косые взгляды и кривотолки у чопорных фрейлин. И свое недоумение они, конечно, поспешат донести до ее величества. У меня однажды уже забрали всю походную одежду, и новым комплектом удалось обзавестись лишь спустя год.

«Сейчас рисковать нельзя. Принц и ди’Зорр будут рады ограничить меня еще и в свободной одежде».

Впереди уже явственно слышался шорох гравия и чьи-то голоса. Я юркнула в кусты и удостоверилась, что тронутая первым морозцем, пожелтевшая листва надежно укрывает меня.

А нарушившая мою прогулку парочка меж тем приближалась. Я узнала один из голосов и с интересом прислушалась.

25 Подслушанный разговор

Ждать пришлось недолго. Парочка ещё не показалась из-за поворота, а до меня уже явственно долетал возмущённый тенорок моего жениха.

— Представьте же, моя сьерра: по велению отца, меня сослали в ужасный, грязный гарнизон, где невыносимо воняло навозом, а вокруг было сплошь грубое офицерьё. Эти хамы смотрели на меня свысока, совершенно не считаясь с моим положением!

«Снова ноет! Вечно все Ансару не так».

— Это невыносимо, — вторила собеседница, в голосе проскальзывали нотки сочувствия. — Но чем же вы прогневали его высочество, милый принц?

— Ах, я повздорил с его приятелем, вот отец и взбесился. Решил, что я не умею вести себя как мужчина и в наказание отправил в ту жуткую дыру в приграничье. Но это ещё не всё, моя дорогая: ночью на гарнизон напали орки. Они перерезали посты и окружили жалкую крепостишку, в которой мы все помещались. Я думал всем нам конец, но, к счастью, комендант оказался неплохим некромантом. Орки сгорали в жутком зеленоватом призрачном огне — бежали, но падали, сраженные. Было так страшно!

Я навострила ушки, жадно вбирая подробности. Ах, вот бы мне туда! Мысленно увидела себя у стены крепости — голову и плечи покрывает защитная мантия с глубоким капюшоном. Вот я разбиваю склянку с желчью борга и раскидываю руки, бормоча заклинание призыва Огня Дживейд. У ног, над лужицей сероватой жижи, вспыхивает зловещая искорка потустороннего огня — сперва слабая, она разгорается и вот уже, разбившись на несколько ручейков (по числу врагов), неминуемая смерть устремляется по следам непрошенных гостей из степи. Да!

— Бедненький, сколько же вы перенесли! — Сквозь листву мелькнули белокурые кудельки мерзавки Лиары ди’Вале. Вот ведь проныра! Везде успевает — и под ноги старшему принцу валиться и утешать младшего.

— Как вы меня понимаете, Лиара! Как никто! — горячо воскликнул Ансар, сжимая в руке пальчики втируши. — Да, я многое пережил, и притом всего за одни сутки. Узнав о происшествии, отец прибыл в крепость с весьма недовольным видом. Просто не представляю, как угодить ему!

— Вам нужно изучить, что ему нравится. А потом сделать вид, что вы в восторге и хорошо разбираетесь в тех вещах, — наставляла дурня многоопытная интриганка.

— С детства пытаюсь! — с досадой воскликнул принц. — Но как быть, если отцу по душе только оружие да женщины самого низкого разбора.

— Ах, будь вы наследным принцем, были бы вольны распоряжаться собой, — подзуживала белобрысая фрейлина.

— Конечно! И разве выбрал бы я в невесты Амелиту? Эта рыжая стерва ужасно меня пугает.

Кое-кто в кустах заскрипел зубами от злости, услышав оскорбление.

— Бедненький! Но, к счастью, сердце в вашей власти. Крепитесь, когда-нибудь и вы будете наследником, и сможете распорядиться своим браком по примеру вашего отца. И тогда…

«И тогда?.. — я насмешливо подняла бровь. — Неужели ты, наивная и простая душа, думаешь, что, если я получу хоть каплю власти, тебе будет позволено остаться при дворе?»

Но тут Ансар удивил и меня, и свою пассию.

— Вы имеете в виду развод? Если к тому времени у нас с Амелитой будут дети, я вряд ли пойду на это, — голос Ансара зазвучал вдруг с несвойственной ему решимостью. Я даже выглянула из кустов, посмотреть, точно ли он это говорит. — Сам я немало пострадал от развода родителей. Мать хоть как-то защищала меня от придирок отца. А теперь она далеко.

«Да, надо думать, для мальчика, привыкшего держаться за материнские юбки, иметь такого отца, как Ильхард, сущее наказание. Бедняга Ансар. Я-то знаю, каково это, когда родные тебя не понимают».

Вновь послышался сахарный голосок Лиары:

— Однако поскольку вы здесь, Ваше Высочество, вероятно, принц Ильхард уже смилостивился и разрешил вам снова жить в Летней резиденции?

— Ничего подобного. После того как комендант гарнизона отказался отвечать за меня, заявив, что граница не место для маменькиных сынков, отец забрал меня в столицу. Жить буду во дворце у деда и должен теперь с утра до вечера корпеть у отца, в государственном департаменте. Приступаю с завтрашнего дня. Признаюсь, это мне больше по душе, чем махать тяжеленной саблей на плацу. К тому же столица не так уж далеко, и я смогу навещать вас в свободные часы. Вы будете ждать меня?

Голоса удалялись, я отцепила от куртки наглого жука, который решил, что я неплохой объект для исследования, и потихоньку вынырнула из кустов.

Несмотря на то что Ансара я терпеть не могла с самой первой нашей встречи, все же надеялась, что со временем мы хотя бы подружимся. И теперь чувствовала легкую досаду, что принц никогда не был со мной так же откровенен, как с этой белобрысой Лиарой.

Бесшумно ступая, я последовала своим путем и вскоре уже подходила к покосившемуся бревенчатому срубу, который едва можно было разглядеть среди буйно разросшихся древовидных папоротников. Нырнув под их широкие перистые листья, я пробралась к входу и дернула за проржавелую щеколду. Дверь со скрипом открылась, и в лицо мне повеяло плесневелым запахом сырости и пыли.

Я вошла, но дверь не затворила. Не знаю, почему никогда не могла побороть внутренний страх перед этим заброшенным жилищем. Слышала, как служанки во флигеле шептались, будто последний хозяин был одержим бесами и повесился. Знаю, некроманту подобное не к лицу, но неупокоенных духов я немного опасаюсь.

На цыпочках, чтобы не скрипели рассохшиеся доски, прошла в единственную комнату. Здесь, на грубо сколоченном столе лежал новенький медный котелок и травы в бумажных пакетах с аккуратными наклейками.

26 Источник Разбитого сердца

Хелена не забыла об обещании снабдить меня всем необходимым для продолжения экспериментов. На этикетках значилось: трава раваса снежного, лапки жаб сушеные, истертый в порошок изборит — редкий природный минерал, известный способностью поглощать магическую энергию. Также здесь имелся крошечный пакетик с солью озера Саннилай — это ценное подспорье при варке зелий, его следует растворить в воде для лучшего взаимодействия остальных ингредиентов.

«Итак, здесь есть все, чтобы сварить экспериментальное зелье Силы. Растение, часть животного, кристалл, вода. Пятый элемент — чувство. За ним дело не станет. Ненавижу свое зависимое положение!»

Я извлекла из подпространства блокнот и стилос, а также походные аптекарские весы. Аккуратно записала все, что собираюсь положить в котелок, как того требуют правила проведения научного эксперимента. А после с опаской взглянула на громадную дровяную плиту в глубине помещения. Как растопить это чудище, я представляла лишь теоретически, но где наша ни пропадала! Приоткрыв чугунную заслонку, обнаружила золу.

«Так, значит, сюда кладут дрова. Остается понять, где их берут».

Я всегда думала, что их приносит служанка. Откуда-то. Слуги в королевском дворце вышколенные, незаметные. Иногда нужные вещи словно появляются сами собой. Но не здесь. Я порыскала взглядом по углам, и у входа обнаружила ящик, наполовину заполненный сухими поленьями.

«То, что надо!»

Загрузив топку, пустила в печь искорку природной магии.

Убедившись, что огонь в очаге принялся, я отправилась за водой. Неподалёку от сторожки (всего около десяти минут ходьбы вглубь парка) расположено чудо чудесное — Источник Разбитого сердца. Это небольшое озерцо в форме сердца, в центре которого возвышается громадный валун, расколотый посередине. Из глубокой трещины в камне бьет источник, по замшелым неровностям кристально чистая вода стекает в водоем. Говорят, окунувшись, можно излечиться от несчастной любви. У придворных редко саднит разбитое сердце, потому здесь обычно безлюдно и тихо, разве что налетит парочка прекрасных лебедей или стая уток. Однако сегодня я ещё издали услышала плеск воды. С досадой прикусила губу: желания встречаться с придворными по-прежнему не было.

Кто же там плещется?

Выглянув из зарослей прибрежного кустарника, я немедленно получила ответ на этот вопрос.

Марс ди’Зорр, собственной обнажённой персоной, переплывал озерцо из края в край, поднимая в гребке то одну руку, то другую. Красиво.

Я вовсе не хотела глазеть на него, но зрелище против воли заворожило. Солнце играло на гладкой, смуглой коже, оттеняя мощные мышцы. Длинные чёрные волосы намокли и отливали синевой. Вот пловец подплыл к камню и встал на ноги. Здесь было мелко, и моему нескромному взору открылась широкая, смущающая воображение мужская грудь, кубики поджарого живота и узкая полоска тёмных волос, интригующе убегающая под воду.

— Не хочешь ли искупаться, принцесска? Водичка бодрит!

«То есть? Я тут не дышу, таюсь в кустах, а он меня все равно заметил?»

— Я же не ненормальная. И не влюбленная, — подала голос, стараясь звучать как можно увереннее. — Вы не забыли поверье, что, если купаться после ночи Студеных вод, вас ухватит за ноги утопленница и утащит на дно?

— Хотел бы я посмотреть, как она такое провернет в этой мелкой луже. Ты пришла за чем-то конкретным или продолжишь любоваться мной? Я могу выйти из воды, если тебе любопытно.

С неподобающим для девушки из приличной семьи фырканьем я побыстрее зачерпнула воду в котелок и поспешила убраться восвояси. Это не было бегство, нет. Просто стратегическое отступление. Конечно, провокационное поведение телохранителя требовало отмщения, но с этим можно ведь и потерпеть, а вот эксперимент ждать не будет — свободного времени у меня не так уж много.

Я вернулась в хижину, в печи гудел огонь. Подбросила в топку еще несколько поленьев и приступила к взвешиванию ингредиентов. Оставила в котелке нужное количество воды и растворила в ней саннилайскую соль. Тщательно отмерила противные жабьи лапки. Затем засыпала изборит и снежный равас. Все перемешала нашедшейся на полке деревянной ложкой с длинной ручкой и поставила котелок на плиту.

Привычно контролируя температуру огня, время от времени помешивала зелье. Нагреваясь, оно заметно густело и, по неведомой мне причине, принимало темно-синий цвет.

Вот жидкость пошла мелкими пузырьками, и я встрепенулась. Пора вливать магию, а заодно с ней и чувство. Призвала крупицы своей некромагии, и вокруг котелка хороводом закружились резвые частички тьмы.

С чувством все оказалось сложнее. Вместо того чтобы представлять себя в образе великой и могущественной магессы, в памяти вдруг всплыл обнаженный торс некроманта: по гладкой коже стекали струйки воды. Разозлилась на себя и прогнала этого негодяя, но тут же всплыло другое непрошенное видение: пронзительный взгляд голубых глаз наследного принца.

«О, хырова чешуя!»

Зелье вскипело — бурно, хлюпая и опасно выплескиваясь. Ультрамариновая шипящая жижа забрызгала плиту и, пока я убирала котелок с огня, все время норовила испачкать мою одежду. Я отставила посудину на окошко — остывать, и тут услышала:

— Так и думал, что ты снова займешься зельеварением.

Вздрогнув от неожиданности, я повернулась к двери. Низкий входной проем заслонила мощная фигура принца Ильхарда. Судя по небрежной позе — его высочество опирался плечом о косяк — он наблюдал за мной уже некоторое время.

— И какую гадость ты сотворила на этот раз?

27 Странное поведение будущего свекра

Его высочество где-то оставил свой роскошный мундир — широкую грудь картинно обрисовывал темный шелк рубашки — полурасстегнутой.

«Сегодня день такой? То и дело в глаза лезут развитые мужские торсы. Безобразие!»

Я отвела взгляд от смуглой рельефной груди и вернулась к синей жиже в котелке — она на глазах застывала, как студень.

— С какой целью интересуетесь? Попробовать хотите? Подходите, я как раз ищу добровольцев на дегустацию получившегося зелья.

Принц хмыкнул и приблизился к столу. Прочел мои записи в блокноте, заглянул в котелок. Усмехнулся.

— Не уверен, что хочу это пробовать. Сушеные лапки жаб… Серьезно? В своем ли ты уме, Амелита?

Я раздраженно дернула плечом. Подумаешь: обычный ингредиент, не хуже порошка из толченых панцирей кальварских тараканов, который широко применяется в косметологии.

— Ди’Зорр мне все рассказал. Ты ищешь зелье силы.

Я замерла, сосредоточенно рассматривая порыжелые листья, слегка покачивающиеся за окном.

— Могу помочь, — веско сказал принц, и тут же все испортил: — Конечно, если найду это целесообразным.

«Конечно, не найдешь! Тебя же все устраивает: мой брак с Ансаром — залог союза Сарроса и Зангрии».

С досадой ткнула ложкой в густую массу и проломила застывшую корочку. Зелье захрустело, будто я варила карамель.

«Да что же это такое?»

В сердцах распахнула окошко и выкинула котелок. Не будь рядом принца с его «проникновенными» речами, я бы этого не сделала, но сейчас мне требовалось выместить недовольство хоть на чем-то. Впрочем, это не помогло. Опустив голову, я присела на грубый табурет у плиты.

— Спасибо, что не швырнула мне котел в голову, — сдержанно поблагодарил Ильхард.

— На здоровье.

— И все же, детка, давай поговорим откровенно. — Его высочество отошел от окна и приблизился к плите. Словно в нерешительности замер в паре шагов от того места, где я сидела.

— Начинайте! — Сердито сверкнула глазами на будущего свекра. Все, чего я хотела: побыстрее закончить этот разговор, остаться одной и подумать, отчего зелье не получилось. Возможно, позже зайду к Хелене, обсудить плачевный результат эксперимента.

Внезапно принц оказался прямо передо мной. Властная рука обвилась вокруг моей талии и вздернула наверх так, что теперь невозможные голубые глаза находились в десяти сантиметрах от моего лица.

— Ты меня заводишь, дерзкая Искорка!

«Невероятно! Должно быть, я ослышалась!»

Действительно, неожиданно слышать такое от отца моего жениха. Я с сомнением посмотрела на наследного принца, но его пронзительный взгляд был настолько выразительным, что стало ясно — слух меня не поводит.

Рука и грудь мужчины показались обжигающими. Вот в чем разгадка!

Протянула кисть и пощупала лоб принца — и этим, видимо, сильно того озадачила. Пальцы скользнули по гладкой пылающей коже, случайно задев мягкую прядь пепельно-белокурых волос.

— Да вы весь горите, принц! У вас бред и лихорадка!

Мне достался озадаченный взгляд. За ним последовал тихий смешок, от которого по моей спине неожиданно пронеслась толпа мурашек.

— Осторожнее, девочка. — Принц поймал мою руку и поцеловал пальчики. — Иначе, нам обоим гореть в этом моем огне.

«Размечтался!»

Я выкрутилась из объятий Ильхарда. Тот неохотно отпустил меня, и вовремя: снаружи послышался какой-то шум. Скрипнула входная дверь, и через порог, наклонившись, чтобы не протаранить лбом притолоку, перешагнул мой телохранитель. Мужчина был в обычном своем мрачном наряде, о недавнем купании свидетельствовали лишь чуть влажные волосы.

Не могу сказать, что обрадовалась его приходу, но сейчас он весьма кстати: странное поведение Ильхарда и пугало, и смущало безмерно.

— Ты уже здесь? — некромант с приятельской небрежностью кивнул принцу, а затем сосредоточился на мне. Губы кривились в усмешке. — Ну что? Наколдовала уже? Видел на дворе твое зелье. Так и было задумано? Ты варила стекло?

Мои плечи огорченно опустились.

— Вовсе нет, — потерянно пробормотала я и вернулась к столу, проглядывая записи. — Не понимаю, отчего так вышло.

— А я понимаю. В том письме, что я забрал у тебя, принцесска, упоминалась ведьма Эрина, а еще, зелье Силы. Вообще-то, они разные бывают, но то, о котором писала древняя ведьма — кстати, довольно злая особа была, проклятьями сыпала налево и направо, — тут некромант со значением уставился на меня своими янтарными очами, словно предостерегая. — Так вот, Эрина оставила рецепт зелья Великой Черной силы, якобы расширяющего магический резерв сверх обычных размеров.

— Почему «якобы»? — спросил принц. Он расположился на моем табурете, с удобством закинув ногу на ногу.

Некромант пожал плечами, прохаживаясь по небольшой комнате. Половицы громко скрипели. Я напряженно слушала ответ некроманта, боясь пропустить хотя бы слово.

— Никто пока не отважился опробовать этот рецепт. По крайней мере, мне неизвестны записи о результатах. Да и ингредиенты там… хм… весьма специфические.

— Какие⁈ Вам известен рецепт?

Мужчины заулыбались моей нетерпеливой горячности.

— Так ты хочешь увеличить магический резерв, Амелита? — медленно протянул принц. — Припоминаю, что магическая сила у тебя невелика. Не волнуйся, это не главное. Достаточно того, что твой род обладает силой, и та, разумеется, передастся законному наследнику.

Я посмотрела ему прямо в глаза так злобно, что мужчины снова начали давить смешки.

— Я бы с радостью помог тебе, огненная Искорка, вот только не уверен, что ты используешь свою силу во вред самой себе. Магия — это серьезная ответственность.

— Знаю, и могу принести магическую клятву, не вредить вам и Сарросу. — Я мучительно подбирала слова. — Как вам объяснить?.. Мне не нравится быть всего лишь дополнением к договору между государствами.

— И от Ансара ты не в восторге, — теперь в голубых глазах принца сверкали едва заметные искорки. При этом выражение лица оставалось спокойным, и я никак не могла понять, смеется он или злится. — Разве ты не хочешь быть принцессой?

Я завела очи к потолку и проговорила устало:

— Я в магическую академию хочу! Стать магом. Некромантом.

Мужчины уставились так, словно у меня выросла вторая голова. Затем Ильхард медленно улыбнулся, и я подзависла, невольно очарованная этим опытным сердцеедом. Но тут же вновь напряглась, ожидая чего-то вроде насмешливой отповеди. Но принц в очередной раз меня удивил.

— А почему нет, собственно? Мне это по душе. Я помогу тебе, Искорка. Только чур без самодеятельности. — Большим пальцем он указал себе за спину, где на плите остались отвратительные синие пятна от зелья.

— Ильхард, ты уверен? — Марс ди’Зорр подался вперед, в голосе явственно прозвучало опасение.

Принц пружинисто поднялся и дружески хлопнул друга по плечу.

— Абсолютно. Ты с нами?

28 Марс и неслучившаяся любовь

Марс ди 'Зорр

Признаюсь, я был удивлён, обнаружив в заброшенной сторожке наследника. Румянец на щеках рыжеволосого чуда, порученного моим заботам, а также знакомый шальной взгляд его высочества навел на интересные мысли.

Зачем он пришёл, и чему я помешал? Что вообще нашло на Ильхарда?

Все это настолько не вязалась с первоначальными намерениями, озвученными мне Ильхардом, что я решил добиться разговора по душам. После обеда Амелита в очередной раз в резкой форме отказалась садиться за пяльцы и поднялась в свою голубятню, а я уединился в кабинете. Чтобы никто не подслушал, прикрыл дверь и установил «Стену молчания». Приняв эти меры, я взялся за маговизор и отправил магический маячок с вызовом. Пришлось ждать минут пять, прежде чем над моим артефактом связи вспыхнул голографический экран, отобразив полутемное помещение, в котором я узнал гостиную в личных апартаментах принца в столичном дворце.

Принц расположился в кресле у камина и приветливо, но чуть устало улыбнулся, откладывая в сторону толстую папку с бумагами.

— Звездной ночи, Марс. Как там наша девочка?

«Девочка»! Мне послышалось, или в голосе наследника прозвучала игриво-ласкательная интонация?

— Шкодит где-то на чердаке.

Точеная бровь принца вопросительно изогнулась.

— Где-где?

— Разве тебе не известно, что на чердаке принцесса держит стаю каринских голубей? По вечерам она всегда поднимается туда и воркует с ними.

Принц выглядел удивленным.

— Так вот, как она переписывается с бабкой, этой эльфийской ведьмой!

— Точно! — Я хлопнул себя по лбу. — Как это я сам не догадался? Наверняка среди птиц есть и приученные относить почту. Впрочем, не думаю, что в этих письмах найдется что-то, кроме жалоб на скучную жизнь при дворе твоего отца, или попыток отыскать то проклятое зелье.

— Хорошо, что ты напомнил о зелье. У тебя есть мысли, как нам добыть рецепт и ингредиенты? Если я спущусь в подземелье, об этом немедленно доложат отцу, и придется выкручиваться, а этого не хотелось бы. Старик до сих пор всегда чует, когда я вру.

— Вот затем я и связался с тобой. Но прежде скажи, Ильхард: неужели ты всерьёз решил заняться этим? Всего несколько дней назад ты поручил мне выяснить, не шпионка ли твоя будущая невестка…

— Хочешь спросить, почему я переменил намерение так круто? — уточнил принц, и взгляд его слегка затуманился, словно он глубоко задумался.

— Именно, — подтвердил я.

По губам Ильхарда скользнула легкая усмешка, взгляд голубых глаз вновь сделался пронзительным.

— Возможно, мне нужно было задержать тебя на службе, — улыбка сделалась коварной.

Я невесело хмыкнул в ответ и вздохнул про себя: «Как похоже на него!»

— Мне не понравилось, что ты хотел покинуть меня, Марс. Без тебя на моей стороне позиции партии наследника ослабнут и перевес сил будет в пользу фаворитки. Кроме того, тебе, наконец, удалось разговорить Амелиту. До этого она всё больше отмалчивалась и сбегала от меня.

— Мне показалось, что сегодня ты был далек от роли будущего свёкра. Мне это только показалось, да?

Ильхард запустил пятерню в длинные волосы, что всегда у него служило признаком смущения (насколько наследник престола вообще в состоянии смутиться, конечно).

— Не знаю, как объяснить… Ты прав, я не должен так вести себя. У меня долг перед Ансаром и все такое… Но я всё ещё тхарски молод, а Амелита — такая горячая штучка…

Я молчал и слушал, а он продолжал говорить сбивчиво и пылко — это не было совсем похоже на обычную циничную манеру принца.

— Рядом с этой девочкой я чувствую, как в жилах начинает кипеть кровь. Я почти забыл о таком в моей глупой никчёмной жизни со всей этой бесконечной бумажной суетой в министерстве!

В сердцах он ударил ладонью по папке, и несколько листов, кружась, упали на пол.

— И тебе захотелось приключений, старик?

Он взглянул на меня, глаза лихорадочно блестели.

— А тебе их не хочется? Не верю! Помнишь, как в студенческие годы мы лазали на крышу Главного храма Шандора, пытаясь открутить золотой шпиль, чтобы заложить его трактирщику? Негодяй не верил нам в долг, думая, что мы обычные школяры…

— Ха-ха, то было спьяну! А сейчас ты ради девчонки хочешь пуститься в опасную авантюру. Я-то, конечно, с вами, но, помяни моё слово, мы пожалеем об этом!

— Пусть жалеют те, кто боится жить полной жизнью! — дерзко воскликнул принц.

Я усмехнулся. Узнаю заводилу всех наших прежних шалостей. Впрочем, я был рад, что прежний Ильхард возвращается. В последние годы, за холодной и отстранённой маской наследного принца, я совсем перестал видеть его настоящего. И я уже думал, что никогда больше не увижу приятеля оживлённым и жаждущим новых впечатлений. За одно это нужно сказать спасибо принцессе Огоньку.

— Что ж, я не против, — пробормотал, задумчиво глядя на пляску огня в камине. — Почему бы не устроить себе небольшую встряску?

— Я чувствую, дружище, что и тебе это тоже необходимо. Ты о чём-то грустишь в последнее время. Не верю, что это козни змеи-Сильвии, твоей сестрицы, вогнали тебя в депрессию.

Я с деланным возмущением вздёрнул брови.

— О чём ты? Я бодр и полон веселья!

— Что-то не верится. Давай, выкладывай.

От проницательного взгляда принца не укрылось моё замешательство. Пришлось приоткрывать душу.

— Да так… Было что-то, но не случилось.

— Неразделённая любовь? — поднял брови Ильхард. — Сочувствую, дружище. Я её знаю?

— Нет. И, кстати, я хотел ходатайствовать перед тобой об одном славном парне. Это ледяной дракон Даниель ад’Варгг.

— Да, он крутой. Я сразу приметил его. Так этот яркий блондин — твой счастливый соперник?

Я отрицательно покачал головой, но принца явно не убедил.

— Хочешь, назначу его в гарнизон подальше? В какую-нибудь дыру, куда и молодую супругу не привезёшь?

Вновь пришлось отрицать, еще энергичнее.

— Вовсе нет. Даниэль — отличный воин и просто герой. Думаю, он пригодится тебе в военном министерстве, чтобы сбить гонор с этих казнокрадов.

— Я тоже так думаю, осталось представить его отцу. — Ильхард снова оценивающе посмотрел на меня и продолжил гнуть свое: — Значит, я был прав, Марс. Ты киснешь и чахнешь от неразделённой любви. Что ж, мы оба высохли эмоционально, пора нам встряхнуться.

29 Мазурка от старшего поколения

Принцесса Амелита

Разговор в заброшенной сторожке, разумеется, пробудил в моей душе тьму надежд, но и посеял сомнения, которыми я, разумеется, немедленно возжелала поделиться. Однако принц ускользнул от моих вопросов и вскоре с нами попрощался. Тогда я попыталась выяснить всё у ди’Зорра, но тот пребывал в задумчиво меланхолическом настроении, предпочитая отмалчиваться.

А вопросы тем не менее были весьма актуальные, я бы даже сказала животрепещущие. Вот принц пообещал содействие, но насколько он был серьёзен? Можно ли ожидать, что наследник действительно поможет найти рецепт и нужные ингредиенты? С чего это он вдруг такой добрый? Неужто зелье, которым я их с Марсом окропила, оказало благотворное действие? Да ну, быть не может!

И главное, можно ли доверять Ильхарду и его слову?

До сих пор ничто не предвещало подобного поворота. Я привыкла опасаться и избегать отца своего жениха. При дворе о его высочестве ходили разные слухи: в частности, я слышала о коварстве, присущем правящей ветви рода дей’Лемсдор. Что, если его обещание — лишь хитрый ход, продолжение всё той же загадочной игры, которую ведут на протяжении всех пяти лет моего пребывания здесь. Вроде как при дворе не признают меня, но и совсем изгоем считать не смеют.

Разумеется, ночью я долго ворочалась и лишь под утро забылась сном. Но мой страж, конечно же, не обратил на это ни малейшего внимания. Он явился, едва за окном чуть забрезжила заря. Вырванная из приятного сновидения, я проснулась с тяжёлой головой и сильно не в духе. По комнате завертелся небольшой вихрь, поднимая в воздух расчёску и серебряную пудреницу, в знак возмущения привычкой Марса ди’Зорра бесцеремонно врываться в моё личное пространство каждое утро.

— Идите к Тхару! Я никуда не пойду!

Марс, к сожалению, увернулся от расчески и на лету поймал пудреницу.

— Ещё как пойдёшь, Огонёк! Иначе после урока танцев мы с Ильхардом никуда тебя не возьмем.

Я отбросила одеяло и взвилась с кровати со скоростью взлетающего дракона. Брюнет даже невольно отшатнулся, поражённый всплеском неожиданно вскипевшей энергии, ведь я ещё две минуты назад клялась, что не встану до завтрака. При этом некромант слегка завис и с усилием отвёл глаза от открытого выреза моей ночной сорочки.

Чего это он? Мне стесняться нечего, к тому же на бальных платьях вырез гораздо откровеннее.

— И куда мы собрались с принцем? — наступала я.

— Пока это тайна, но ты всё узнаешь, если не будешь досаждать мне своими капризами, — ответил он, сверкнув глазами.

Я упёрла руки в бока и шагнула вперед.

— Это кто ещё кому досаждает!

Марс демонстрировал все признаки отступления с поля боя. Он пятился к выходу, лихорадочно нашаривая за спиной дверную ручку.

— Жду тебя внизу через пять минут, — напоследок выпалил он, и я осталась одна.

— Мы победили, и враг бежит, бежит, бежит! — процитировала я запомнившуюся строку из бравурного армейского марша и бросилась к гардеробу, чтобы облачиться в халат. После чего чинно прошествовала в купальню, где меня уже ждали теплая вода и ароматы дикого жасмина.

«Кажется, принц решил сдержать обещание? Неужели мы собираемся навестить тайное хранилище? О, Шандор! Как же я люблю весь этот мир!»

Через пару часов, однако, моё настроение претерпело некоторые изменения.

Я всё так же обожала этот мир, но в сердце моём пылала ненависть к злосчастному танцмейстеру тэ’Нор. Трижды наступила ему на ногу — и каждый раз намеренно!

«И чего он застрял на этой проклятой мазурке?»

Напрасно я пыталась убедить его вернуться к вальсам. Нет, упрямый хореограф требовал от меня «необычайной лёгкости и грации» в каждом движении.

— Я устала, у меня сейчас ноги отвалятся! Давайте, прервемся.

— Ваше Высочество, балы порой длятся по шесть часов, а на последнем Танцевальном собрании в столичной ратуше мазурка играла больше шестидесяти минут! Вам нужно развивать выносливость, принцесса. И не забудьте, все это время танца будете под прицелом чужих внимательных глаз. Вам не стоит так яростно трясти ногами в перерывах, чтобы размять их!

Я понимала: тэ’Нор прав, но из упрямства прошипела, что хилдо ломанного не дам за чужие глаза и их прицелы. Рухнула на стоящую возле стены банкетку и вытянула ноги в мягких бальных туфельках.

Кажется, не только мне требовалась передышка от мазурки: я засекла, как сидящая за клавиром дей’Форэ малозаметными движениями разминает затекшие плечи и спину.

«Ага! Вот кому нужно размяться!»

— Мэтр тэ’Нор, станцуйте пока с дей’Форэ. Может быть, я со стороны увижу, чего вы от меня добиваетесь.

Фрейлина покраснела и бросила на меня возмущенный взгляд, но учителю эта идея пришлась по душе. Он сделал шаг к громоздкому клавишному инструменту и манерно изогнулся, приглашая даму на танец. Дей’Форе пошла пятнами, но учтиво приняла руку худощавого тоненького танцмейстера. Я подскочила к клавиру и уселась на жесткий табурет, беглым взглядом пробежав по расставленным на подставке нотам. Быстро размяла пальцы и взглянула на приготовившуюся к мазурке пару.

Ничего более потешного и представить было нельзя: Дей’Форе оказалась на голову выше своего партнера.

Танцмейстер кивнул мне, и я с жаром ударила по клавишам. Пара взялась за руки и с удивившей меня рысью понеслась по залу. Удивительно, но сейчас ни танцоры, ни разница в их росте больше не казались комичными. Хиленький мэтр удивительным образом преобразился в танце и вел партнершу уверенно и даже властно. Я так загляделась на них, что взяла неверную ноту и чуть не сбилась с ритма, но, к счастью, дей’Форе, у которой я училась музыке, в пылу танца ничего не заметила.

Аккомпанемент то и дело перекрывали привычные команды: «Приседаем. Пятки в стороны и — раз: сводим вместе! Выпрямились. Раз. Два. Три! Спина ровная. Рука наверх — локоть не выпячиваем!»

Увлекшись, мы и не заметили, что у нашего занятия появились зрители.

30 Вперед за книгой древней ведьмы

— Это было великолепно! — воскликнул принц Сарроса, стоя в дверях Зеркального бального зала. Его сопровождал Марс ди’Зорр, который пожелал участвовать в уроке танцев. — Браво, дей’Форэ! И вы, мэтр, выше всяких похвал.

Тэ’Нор не стушевался, напротив, его душа наполнилась гордостью от похвалы принца. Маэстро изящно поклонился. А разгоряченная бурным танцем бедняжка дей’Форе, отдавая поклон, вновь пошла пятнами от смущения.

Я осталась сидеть за клавиром, но вежливо нагнула голову.

— Что ж, я смотрю, ваша ученица преуспела в искусстве аккомпанировать.

— Ее высочество принцесса Амелита обладает выдающимися талантами во всех изящных искусствах, Ваше Высочество, — неожиданно похвалил меня мэтр, который столько пережил от моих рук (и ног!). — Она легка и грациозна, но ей необходимо тренировать концентрацию и выносливость.

«Что? А вот это было подло, мэтр! — я досадливо прикусила губу. — Я всего-то три раза вам на ногу наступила! Нельзя быть таким мстительным».

— Это полезные качества при дворе. — Принц по-прежнему стоял у входа в зал, довольно далеко, потому я не могла разглядеть, но была уверена, что в голубых глазах искрятся смешинки. — Возможно, нам следует иметь это виду при составлении расписания для занятий принцессы. Благодарю за подсказку, мэтр.

«Ненавижу этого тэ’Нора!»

Фрейлина украдкой обернулась ко мне и тихонько погрозила пальцем за то, что я слишком громко скрипела зубами.

«Да-да, знаю, так благородные сьерры не делают. Но им вообще запрещено многое из того, что я себе позволяю, так что забудем об этом, ладно? И почему вообще все меня пытаются воспитывать? Р-р-р-р-р-р!»

— Жаль, мы не увидели, как принцесса танцует мазурку, — Марс почти не трудился маскировать насмешку.

Это окончательно меня взбесило.

— У вас будет возможность оценить! — с деланным энтузиазмом воскликнула я и встала из-за инструмента. Отдала вежливый поклон мужчинам. — Ее величество устраивает в это воскресенье бал. Я приглашаю на мазурку, вас, мой принц. И вас, мой эйс.

Широкие улыбки на лицах насмешников заметно полиняли. Некроманта я прежде не встречала на придворных балах, но вот принц, как известно, не любитель танцевать. Иногда он снисходит до одного тура вальса с приглянувшейся дамой, но я ни разу не видела его в вихре весёлой мазурки.

— Почту за честь, — внезапно согласился Ильхард.

— С большим удовольствием составлю вам пару, принцесса, — отозвался ди’Зорр.

«Что? Я же пошутила!»

Дей’Форе схватилась за сердце. Знаю, ее часто шокирует мое поведение, но глупейшие саросские порядки мне не указ, я зангрийская принцесса! На балах при дворе Софины-Улии, если ты обручена, то не должна танцевать ни с кем, кроме своего жениха. Единственное исключение: нулатинга — скучнейший танец, в ходе которого партнеры держатся в разных частях зала, чтобы даже случайно не коснуться друг друга. Идиотия полнейшая! Вот потому-то, протанцевав два положенных вальса с Ансаром, я обречена сидеть возле дам постарше и слушать их сплетни. И кажется, скоро эта нелепая традиция скоро нарушена! Что ж, если ради этого нужно танцевать мазурку, я не поленюсь выучить все ее причудливые коленца.

— А теперь, мэтр, полагаю, вам следует завершить урок и сопроводить даму дей’Форе во флигель. Кажется, ей необходима поддержка.

Бедняжка фрейлина и в самом деле была бледна. Она всегда близко к сердцу принимает нарушения придворного этикета. А тут ее воспитанница приглашает мужчину на танец! Сама! И не одного мужчину, а двоих! Я подлетела к пожилой женщине и порывисто обняла ее поникшие плечи.

— Мы ненадолго отлучимся из дворца с принцессой, — продолжал Ильхард. — Проедемся до столицы и обратно в моем каррусе.

Дей’Форе тут же встрепенулась.

— Я готова сопровождать принцессу, Ваше Высочество, — с жаром произнесла она.

— Нет необходимости, моя сьерра, — живо вмешался Марс. — Его величество поручил честь принцессы моим заботам. Невесте принца в нашем обществе ничего не угрожает.

Я едва ли не вприпрыжку поскакала к скамье, где оставила уличные туфли.

Дей’Форе явно желала поспорить, но принц непреклонным взглядом остановил дискуссию. Через пять минут мы трое оказались на крыше дворца, где на плоской площадке для посадки магомобилей, сверкал полированными боками и затемненными стеклами каррус самого хищного вида.

Сильная рука принца обвила мою талию, помогая забраться на заднее сиденье роскошного салона. Вообще-то, это было совершенно излишне, ведь я отнюдь не беспомощное создание. Думаю, ему просто доставляло удовольствие прикоснуться ко мне.

«С чего это мы вдруг такие галантные? Нет! Что-то не то все-таки было в том первом зелье, иначе странности в поведении принца не объяснить». — Меня охватило любопытство, смешанное с тревогой.

Заинтригованная не только внезапной переменой в отношениях, но и таинственной атмосферой, которой принц и мой страж окутали предстоящую поездку, я устроилась на кожаном сидении, с удобством вытянув ноги.

Принц занял место перед панелью управления, некромант уселся рядом с ним, и магомобиль, словно гигантская птица, взмыл вертикально над крышей Летней королевской резиденции и взял курс на северо-запад.

31 В гости к некроманту

Летняя резиденция располагается всего в двадцати минутах от столицы — конечно, если лететь на быстрокрылом верховом ящере или в магомобиле, а не тащиться по земле в экипаже, запряжённом наалами.

Моё любопытство разыгралось не на шутку, однако из гордости я не донимала спутников вопросами. Ничего, ждать недолго — внизу уже потянулся бесконечный ковер из разноцветных крыш Гелмара. Еще несколько минут, и всё выяснится само собой, а потешать эйсов детским любопытством не хотелось. Конечно, мы направляемся во дворец короля. Куда же еще? Только на сей раз в знакомую мне башню мы войдём вполне официально: через дверь, а не через окно под самой крышей.

Не могу передать, как я была разочарована, когда вместо того, чтобы устремиться к вершине далекого холма, которую венчал королевский дворец, магомобиль вдруг резко пошёл на посадку возле одной из не так давно построенных высоченных башен. Здесь, насколько мне известно, предпочитают селиться богатые аристократы, не желающие содержать в столице собственный дом.

Магомобиль приземлился, Марс ди’Зорр галантно предложил мне руку, чтобы помочь выбраться из салона. Я проигнорировала любезное предложение и выскочила сама, подхватив подол широкой пышный юбки, предназначенной для уроков бальных танцев.

— И куда мы прибыли? Это точно не тайное хранилище!

Я даже не собиралась скрывать, что собираюсь обиженно надуть губы.

— Терпение, Амелита! Ты слышала о таком положительном для женщины качестве? — спросил принц, явно забавляясь.

Я дерзко сверкнула глазами — специально, чтобы позлить его.

— Конечно, слышала, Ваше Высочество. Пусть им запасутся окружающие!

— О да, похоже, в ближайшие время нам терпение пригодится, — вздохнул Марс и направился к застекленному входу в здание, возле которого вытянулись во фронт два ливрейных лакея. Принц, в своей властной и слегка бесцеремонной манере, просто взял меня за руку и повёл следом.

Признаюсь, пока мы ехали в тесной кабинке подъёмника мне стало очень не по себе. Сердце билось, словно пойманная птичка. Я крепко стиснула руку принца: вцепилась так, как если бы мы уже падали.

— Эй, Амелита, полегче, девочка, ты мне руку сломаешь! А я в ней меч держу, между прочим.

Марс рассмеялся, глядя на меня из-под длиннющих черных ресниц.

— Расслабься, Огонек! Здесь нечего бояться. Магия не позволит кабинке упасть.

Легко сказать! Я вообще-то не боюсь высоты, но замкнутое пространство без окон и четко обозначенных дверей для меня — не самое приятное место. Так и кажется, что сейчас весь воздух закончится, и мы задохнёмся. Не знаю, откуда это у меня? Может, братец рассказывал в детстве страшные истории про задохнувшихся в гробах, а может, читала где-то.

Подъемник в высотном доме — как раз это самое замкнутое пространство, да еще и зависшее над пустотой. Двое огромных мужчин почти втиснули меня, бедную, в обитую бархатом стенку. В общем, первый подъем на новомодном изобретении для меня прошла не особенно приятно.

Ильхард вдруг ласково провел пальцем по моей щеке. Я хмуро взглянула на него, но, нельзя не признать, что возмущение помогло мне пережить остаток пути.

Весь подъем занял около двух минут, показавшихся мне часами. Я была счастлива покинуть этот роскошный бархатный гроб.

Мы оказались на верхнем этаже башни перед входом в чьи-то апартаменты. Марс прижал ладонь к полированный медной пластине возле двери. Замок тихо щелкнул и открылся.

Тут только до меня дошло, где мы.

— Вы здесь живёте, Марс?

— Добро пожаловать в логово некроманта, принцесса Огонёк.

С любопытством оглядываясь, я вошла, но к моему большому разочарованию, ничто в этой шикарной квартире не напоминало о том, что ее обитатель маг Смерти.

— Зачем мы здесь?

— Сперва я предложу вам напитки — так, кажется, принято у гостеприимных хозяев, а потом мы пройдём в библиотеку.

Я недовольно фыркнула, но слово «библиотека» внушило некоторую надежду. Вдруг у Марса имеется список со старинной книги?

Боясь разочароваться, я постаралась не демонстрировать нетерпение и вместе с мужчинами прошла в просторную гостиную. Марс втиснул мне в руку стакан со вкусным ягодным компотом. Обставленная с большим удобством комната мне понравилась. Поглазев на ярких проворных рыбок в диковинном аквариуме (он представлял собой столб, вокруг которого вилась винтовая лестница, убегающая на верхний уровень апартаментов), я залипла у широкого, во всю стену, окна. С высоты седьмого этажа открывался потрясающий вид на столицу и лазурные воды соленого озера Саннилай.

— Как же чудесно!

— Да, панорама не уступает виду из моих апартаментов, — небрежно обронил принц. Он развалился в кресле с бокалом чего-то освежающего.

Смакуя напиток, я вернулась к мужчинам. Пора было поговорить начистоту.

— Вы покажете то, ради чего привезли меня сюда? — спросила, пытаясь скрыть волнение.

На лицах собеседников тут же заиграли усмешки. Они явно ждали этого вопроса. Сейчас начнется: «Ты такая нетерпеливая, Амелита!». Да, я нетерпеливая! Кажется, мы это уже выяснили.

Но, против этих ожиданий, Марс отставил свой бокал и поднялся.

— Что ж, пойдём. Вот только советую хорошенько подумать над тем, нужно ли тебе это зелье? Когда чего-то страстно желаешь, всегда нужно задаться вопросом: а нужно ли мне это.

— Хорошо сказал, Марс, — одобрил принц. И счел нужным обратиться ко мне с еще одним поучением: — Всегда следует помнить, что сила — это прежде всего ответственность. В повседневной жизни для могущественного мага главное — уметь контролировать свой дар и использовать его лишь тогда, когда это действительно необходимо.

— Для стихийников это так, но подобное не касается магов искусства Смерти, — живо возразил хозяин апартаментов. — Некромант должен постоянно использовать свою силу, иначе Тьма просто сожрёт его изнутри. Однако в остальном ты совершенно прав, друг мой.

На прекрасное лицо Марса набежала тень. Стало немного не по себе, но я упрямо вздёрнула подбородок. Отступить и остаться никем только из-за мелких неудобств?

— Я готова к этому, причем давно. Вы забыли, что мои папа и брат — некроманты? Мне дан скромный резерв от рождения, но я прекрасно осведомлена о возможностях магической мощи и ответственности, которую она налагает. Идемте же скорее, мои эйсы! Мне не терпится увидеть рецепт.

32 Рецепт Великой Черной силы

Мы переступили порог комнаты, где от пола до потолка высились шкафы с книгами. Марс уверенно направился к письменному столу, а мы с принцем уютно расположились в мягких креслах возле низенького столика. Внимательный взгляд Ильхарда пронизывал меня насквозь, и я старательно избегала смотреть ему в глаза.

Меня раздражали неясные намерения принца. Что ему нужно от меня? Возможно, он стремится завоевать дружбу будущей невестки? Я была бы не против. Но зачем тогда эти мимолетные прикосновения и обжигающие взгляды? Чего он действительно хочет?

Однако думать сейчас о подобном не время — ди’Зорр уже снял с шеи небольшой медальон в форме четырёхконечной звезды. Он аккуратно вставил подвеску в скрытую прорезь на боковой стенке одного из шкафов. Щёлкнул механизм, и, к моему изумлению, шкаф легко повернулся, открывая нашим взорам вход в потайную комнату. Я ахнула и вытянула шею, пытаясь разглядеть, что там находится, но вход был затянут косматой тьмой.

Марс нырнул под эту завесу и исчез. Его не было около пяти минут, за это время я искусала губы в кровь, беспокойно ёрзая на кожаном сидении. Ильхард, думаю, рад был бы назвать мое нетерпение ребяческим и посмеяться, но, к счастью, на его маговизор пришло какое-то секретное и важное послание. Он сосредоточенно уставился на строчки, а затем начал отвечать, сурово сдвинув точёные брови. Некоторое время я развлекалась, наблюдая, как скользят по экрану его тонкие, но сильные пальцы, унизанные перстнями.

Наконец, из таинственной комнаты донесся еле слышный шелест шагов. Завеса из тьмы расступилась, выпуская Марса. Брюнет бережно сжимал в руках старинный фолиант, обтянутый темной кожей.

— Вот. Один из первых списков со «Сборника рецептов Эрины». В запретном королевском архиве, кажется, хранится более поздний вариант.

Я протянула руки к заветному гримуару, что вновь заставило мужчин рассмеяться. Если верно, что смех продлевает жизнь, то я для них просто источник бессмертия!

— Сюда, сюда! — почти пропела я, не обращая внимания на этих взрослых клоунов. Я похлопала по гладкой поверхности стола. — Сюда, мой драгоценный гримуарчик!

Марс расплылся в насмешливой улыбке и направился к нам. Не знаю, как так вышло, но едва он приблизился, тяжелая рукописная книга вырвалась из его рук и хлопнула меня по голове — я как раз подалась вперед, охваченная нетерпением.

— Хырова чешуя! — Искры посыпались у меня из глаз.

— О, Тхар! Я вовсе не хотел тебя ударить, Огонек! Проклятый том просто выскочил из рук.

Я так яростно растирала ушибленную макушку, окончательно разрушив высокую прическу — шпильки разлетелись по ковру. Рыжие локоны каскадом упали на мои плечи.

— Посмотри-ка на меня, Амелита! — Принц присел и, ухватив меня за подбородок, заставил взглянуть себе в глаза. — Больно? У книги металлические уголки. Может быть, лед приложить?

Я высвободилась из его рук и метнула злобный взгляд на книгу, невинно лежащую на низком столике.

Марс позвонил в колокольчик, вызывая прислугу.

— Сам не знаю, как так вышло, прости! — продолжил извиняться он.

— В этом нет твоей вины, в архиве случилось то же самое, — пробормотала я.

— Вредная, говорят, была ведьма. — Некромант настороженно косился на томик. — С древними гримуарами случаются разные странные штуки, но такое я вижу впервые!

Когда служанка закрыла за собой дверь, все мы отбросили сдержанность и устремились к книге. Одной рукой я придерживала на голове грелку со льдом, а другой лихорадочно перелистывала страницы в поисках зелья «Великой Черной Силы».

— Вот оно!

Все заинтересованно уставились в книгу.

«Следует помнить, что в основе всех Зелий Приращений лежат пять ключевых элементов: Плод Растения, Часть Животного, Кристалл, Вода и Чувство. Эти вещества, взятые в равных долях, следует измельчить вручную и прокалить над открытым огнем, а затем варить. Как закипит, медленно вливать магию той стихии, резерв которой маг желает увеличить…»

— Ничего не понятно, — раздраженно проговорил у меня над ухом принц. — Как прокалить над огнем воду и чувство? И что такое «чувство»? Бред какой-то!

— Может, прокаливать нужно то, что измельчаешь, то есть твердые вещества, — резонно предположил Марс. — Действительно, описание туманное, но что взять с древней ведьмы? Здесь еще довольно подробно. Однажды мне попадался сборник рецептов, записанных сплошь стихами. Вот там было непросто понять, кого куда класть.

Но я почти не слушала их, торопясь прочесть дальше:

«Чувство — основа зелья Силы. Можешь пожелать смерти, и мор пойдет гулять по земле, а можешь дать жизнь. Если же хочешь силу обрести, пожелай стать величайшим из магов!»

— С чувством вроде бы все ясно, — пробормотала я и принялась изучать рисунок под текстом. Здесь были изображены весы, на одной чаше которых помещался крохотный человечек, а на другой — огромный мир со схематично обозначенными городами и лесами. Нарисованная пером от руки иллюстрация была довольно примитивной, зато хорошо отражала суть текста, ее предваряющего.

— Похоже, эта Эрина была немного философом, — заключил Ильхард, также рассматривая незамысловатые линии. — Она дает рецепт власти над миром. У того, кто использует его, должно быть накоплено огромное желание превзойти всех. — Насмешливый взгляд голубых глаз принца прогулялся по мне. — У тебя имеется такое в запасе, Огонек?

— А как же! — Я дерзко улыбнулась принцу. — Вот, подумаю, что должна выйти за вашего сына, и от желания этого избежать волком хочется выть!

33 Диковинки древней колдуньи

— Неужели Ансар тебе совсем не по сердцу? — кажется, кто-то решил прикинуться, что сильно этим огорчен.

Я лишь усмехнулась, не желая продолжать разговор. Передо мной книга с рецептом, о котором я мечтала на протяжении нескольких месяцев! До постылого жениха ли мне сейчас?

Марс осторожно перевернул страничку, и нам открылся сам рецепт с перечнем ингредиентов. Написанный ровным убористым почерком, он был весьма лаконичен. Некромант пробежал глазами по строчкам и задумчиво потёр подбородок.

— Итак, пять компонентов: растение, животное, кристалл, вода и чувство. И, похоже, только с последним у нас не возникнет проблем.

Я тоже вчиталась в написанное:

'Найди свежий плод тыквы-обманки. Высуши его на солнце и измельчи в порошок. Затем убей огненную виверну, возьми ее рог и истолки в ступке. Отыщи кристалл постолита и жерновами сотри его в пыль. Высыпай все в котелок равными долями. Вода из ключа, что на озере Мертвеца, дополнит состав.

Как закипит, присовокупи формулу силы: «ISEA KAROR HETAKA DO!» и добавь Желание'.

Прочитав все это, я напрочь лишилась языка, а вот мои союзники — нет.

— Убить огненную виверну? — воскликнул принц изумленно. — А ничего, что это мифическое животное?

— А постолит тебя не удивил, Ильхард? О таком минерале я и не слышал! Похоже, нам следует обратиться к специалистам по камням. Меня также заинтересовала тыква-обманка. Что это за штука, как думаешь?

— В справочнике редких растений наверняка найдется и такая.

Признаюсь, мой дух упал в глубокую пропасть. Бабушка Мариэль писала, что ингредиенты для зелья раздобыть будет трудно. Но до сих пор я думала, что речь идет лишь о количестве золота, которое придется отвалить за редкие вещества. Но теперь, читая странные указания, которые никому из нас ни о чем не говорили, я трезво оценила собственные возможности достать их. Боюсь, тут не помогут ни деньги, ни даже такие опытные маги, как Ильхард и Марс.

«Убить виверну! О чем только думала древняя ведьма, записывая весь этот бред? Наверное, от всей своей черной души потешалась над ищущими силу. У, вредная старушенция! Нужно искать верный рецепт или же вообще другой способ увеличить резерв».

Марс, похоже, всерьез заинтересовался, что за чудо-тыква такая. Он отошел к одному из книжных шкафов. Приставив передвижную металлическую лесенку, полез куда-то под самый потолок и извлек с полки толстенный том какой-то энциклопедии. Присев на верхнюю перекладину, полистал страницы и озадаченно взлохматил макушку.

— Странно. Нет здесь никакой тыквы-обманки! Есть только обыкновенная, да и про ту написано очень скудно. Это растение произрастало в мире, откуда на Андор прибыли люди. Имело широкие зеленые листья и плод весом аж под тысячу килограмм!

— Ого! На Андоре нет ничего подобного. Впрочем, наверное, это и к лучшему. — Ильхард лукаво посмотрел на меня: — А ты что скажешь, Огонек? Что-то ты примолкла.

— Я… — голос сорвался, но я начала снова. — Не думаю, что эти вещества и впрямь возможно собрать. — Ткнула пальцем в сторону гримуара. — Это какая-то шутка! Возможно, у вас искаженная копия книги, эйс ди’Зорр?

Марс насмешливо хмыкнул из-под потолка. Он поставил справочник на место и теперь вытаскивал и просматривал остальные книги, связанные с ботаникой.

— Я бы не надеялся на это, принцесска, — откликнулся он, сверкнув янтарными глазами сквозь упавшую на глаза смоляную прядь. — И это все не шутка, а интересная загадка. Вот так, жили мы с Ильхардом и не ведали ни о какой тыкве, а теперь она нам покоя не даст. Верно я говорю, друг мой?

— Это правда, — серьезно согласился принц, — хотя меня больше занимает, где мы возьмем огненную виверну, чтобы ее убить.

«Как они не понимают? Поистине мужчины — тупоголовые ханны!»

— Не надо никого убивать! — искренне возмутилась я. — Ясно же, что злющая Эрина просто издевалась над теми, кто захочет превзойти ее по силе!

Раскрытый сборник рецептов ведьмы вдруг подпрыгнул на столике и с грохотом захлопнулся. Я испуганно пискнула и отпрянула подальше от опасного гримуара. Ильхард рассмеялся, потянулся ко мне и погладил по щеке.

— Осторожнее, Огонек, не говори о ней плохо! Видишь, как она злится? С древними гримуарами частенько так. Помню, на третьем курсе я крайне небрежно обращался с манускриптом одного средневекового философа-отшельника — очень мне не по душе было разбираться с его витиеватым языком. Так вот, книга загорелась в моих руках! Потом мне досталось и от хранителя королевской библиотеки, и от отца.

А Марс, все еще погруженный в свои книжные изыскания, вернулся к сути моих возражений.

— Если же говорить о рецепте, то чего ты ожидала, принцесска? Средневековый маг добывал все сам и чаще всего расставался с жизнью где-нибудь на болотах. Это сейчас в каждом городе по нескольку торговцев магическими редкостями. А если у них чего-то не найдется, для тебя все достанут. Но, чтобы добыть редкие компоненты для серьезных ритуалов, магу и сейчас зачастую приходится убивать.

— Все это мне известно, эйс! — нетерпеливо вскричала я. — Но тыква-обманка? Виверна? Озеро Мертвеца? Я хочу от вас честного ответа: зачем вам-то поиск этих нелепостей?

Голубые глаза Ильхарда насмешливо сверкнули.

— Наши намерения, дорогая, не твоего ума дело. Достаточно того, что мы заинтересовались поисками всей этой ерунды.

Вот как его понять? Может, принц решил забрать зелье Силы себе? Вот это вполне возможно. Это объяснит и то, почему Марс взялся ему помогать.

Ну посмотрим, кто кого перехитрит! Главное, достать ингредиенты.

— Я нашел еще два упоминания о тыкве обыкновенной, — доложил некромант, ловко спрыгивая с лесенки. — Об обманке ничего. Нужно поискать в королевской библиотеке для начала.

— Отлично, прямо сейчас и отправимся во дворец. У меня срочные дела в министерстве, а вы с Амелитой пока что поохотитесь за знаниями. Только одно условие: никто во дворце не должен знать, что именно мы ищем. У твоей милой сестренки, Марс, повсюду уши.

34 Королевская библиотека

Марс ди’Зорр

— Его королевское высочество повелел открыть вам, мой эйс, и ее высочеству полный доступ ко всем разделам, — монотонный голос библиотекаря походил на шелест бумажных страниц и навевал сон.

Моя рыжеволосая спутница тайком подавила зевок, прикрыв рот ладошкой, и тут же метнула на меня недовольный взгляд из-под длинных темных ресниц. Мне нравилось читать принцессу, как раскрытую книгу: хулиганка припомнила, что ее сегодня рано вытянули из кровати.

Тут перед моими глазами некстати встал соблазнительный образ Амелиты в тоненькой ночной сорочке. Я с усилием прогнал прелестное видение, возращаясь к реальности.

От утренних пробежек не откажусь, иначе как держать себя в форме? Ничего, привыкнет! Я не охотник до одиноких прогулок: осенний парк навевает тоску, к тому же мне нравится любоваться легкой фигуркой, мчащейся по мшистым аллеям парка.

Я одарил Амелиту упрямым взглядом. В ответ она вздернула свой задорный носик.

Ведя эту увлекательную дуэль, я краем уха уловил, о чем все еще толкует занудный парень в черной униформе хранителя королевской библиотеки, и поспешил прервать поток его болтовни.

— … Я буду сопровождать вас и приносить нужные книги, — бубнил тип, встретивший нас у входа.

— Милейший, вы получили указание его высочества открыть нам все разделы? Прекрасно. Дальнейшего участия от вас не требуется.

— Но я обязан записывать все книги, которые просматривают посетители… — испуганно зашуршал библиотекарь и осекся под моим взглядом, помявшись немного, он почтительно поклонился и убрался к заставленной стопками книг кафедре.

— Фу, думала, он никогда не замолчит! — Амелита потянула меня вглубь огромного зала, где царила таинственная тишина. — Интересно, хранитель тоже работает против принца?

Я пожал плечами и подвел девушку к высокому, во всю стену, стеллажу с рядами небольших пронумерованных ящиков. Тут же помещались указатели разделов, по которым предлагалось искать нужную книгу.

— Что это за штука? — полюбопытствовала принцесса, с интересом присматриваясь к обширным таблицам. Маленькая тонкая ручка пробежала по строкам. — Цифры, руны… Ничего не понятно!

— Ты что, никогда не была в библиотеке? — Я не смог скрыть своего изумления.

— Здесь впервые. Учебники мне предоставляли преподаватели. Но в Зангрии я часто засиживалась в Королевском книжном хранилище. Так это у вас каталог книг?

— Да, сейчас найдем раздел «Ботаника», и отберём нужные книги. В Зангрии, как я слышал, бумажные формуляры считаются устаревшими?

— Да, у нас всем управляет «система». Если честно, не знаю, как она работает… Печатаешь на экране инфо-стойки все, что хочешь найти, и «система» выдаст список книг по темам. Плохо только то, что тайно ничего не возьмешь, — пробормотала принцесса с легкой досадой в голосе и даже слегка покраснела.

Я понимающе хмыкнул, уловив, что она, должно быть, попалась с какой-нибудь пикантной книжкой. Дразнить не стал, еще успеется.

Следующие несколько минут я объяснял Амелите принятый во всех книжных лавках и библиотеках Сарроса способ поиска книг. Все просто: следуя указаниям таблицы, называешь вслух букву и номер раздела, и нужные ящики каталога выезжают на специальный стол. Здесь отбираешь карточки с книгами и следуешь указаниям в формуляре. Для начала я решил обратиться к разделам «Ботаника» и «Травничество в средние века».

Пока мы копались в каталоге, нам изрядно докучал библиотекарь. Сомнений, что он и впрямь шпион оставалось все меньше: приходилось то и дело отгонять его мрачным взглядом.

В поисках информации о тыкве-обманке мы собрали целую стопку карточек (это противоречило правилам, но бегать сюда по сто раз было бы просто глупо). Библиотекарь крутился неподалеку, у тележки с книгами, бросая на нас тревожные взгляды, но протестовать не осмеливался.

У шкафов, забитых пестрыми томами, мы разделились. Принцессе достались ботанические атласы, а я в соседнем ряду занялся кропотливыми изысканиями в трудах про травничество. Открыв первый же фолиант и полистав указатели, я понял, какая тхарова бездна работы предстоит. Многие из общеизвестных растений, как оказалось, известны под несколькими именами. Кроме того, в каждой стране одна и та же травка может называться по-разному.

«Так-так, ведьма Эрина жила в Ильсе, может быть, она использовала местные названия?».

Это предположение показалось мне не лишенным основания. Я отставил справочник, составленный травником из Атакана, и переключился на поиск авторов из родного для древней вредины королевства. В общем доступе таких книг оказалось две. Я тщательно просмотрел каждую страницу в этих сочинениях, но ни отшельник, удалившийся в Орочьи степи, ни травница Марилана не удосужились упомянуть странное растение под названием «тыква-обманка».

Раздались легкие шаги, и в моем ряду появилась очень недовольная принцесска.

— У меня от этих корней и тычинок уже в глазах рябит! Пролистала все двадцать книг, что мы отобрали. Ничего. А у тебя как, Марс?

— Пока ничего. — Я ухмыльнулся, созерцая капризную гримаску на озорной мордашке. — Ну а чего ты ждала, Амелита? Поиски они такие… нудные. И это только начало!

Девушка слегка смутилась. Я уже не раз замечал, что в такие моменты она накручивает на палец прядь своих огненных волос.

— Кажется, мы потонем в этом море книг! Может быть, чтобы заново не изобретать маговизор, стоит сразу обратиться к видным специалистам по естественным наукам?

Я рассмеялся и вновь вернулся к книге.

— Боюсь, магистры покрутят пальцем у виска, если мы придем к ним с тыквой-обманкой, постолитом, а также с предложением отыскать для нас огненную виверну, а заодно уговорить ее пожертвовать нам рог. Нет, чтобы правильно сформулировать запрос узким специалистам, нужно хотя бы немного разбираться в том, что ищешь. Иначе можно случайно выдать лишнюю информацию, которая рискует попасть не туда, куда следует. Помнишь, что сказал принц?

— У нас уже появились враги? — недоверчиво усмехнулась Амелита. Но тут её озарило: — Ах да, ваша сестра… Неприятная особа эта герцогиня… Только не сердитесь, Марс!

— И не подумаю, — я растянул губы в улыбке, показывая, что мои родственные чувства не задеты, но в груди что-то неприятно заныло. Я захлопнул последнюю книгу и вернул её на полку. — Здесь ничего. Похоже, нам всё-таки придётся отправиться в особое хранилище.

35 Таинственное предупреждение

— Так-так, ищем-ищем! — я нетерпеливо листала страницы. Пергаментные листы древнего атласа растений протестующие поскрипывали под пальцами.

Мы уже около часа находились в закрытом отделе библиотеки. Здесь собраны самые ценные и древние книги, многие из которых рукописные. Ужасно хотелось просто побродить между рядами высоких, под потолок, шкафов и поискать раздел магии, но я обложилась скучными ботаническими атласами и справочниками. Пролистав целиком, я отложила книгу в сторону и взяла следующую. Это была объемная, изящно переплетенная папка со старинными гравюрами.

— «Сведения о мире Земля», мэтра Пабло Паскаля. Какая редкая книга!

На первой странице помещалась гравюра, изображающая горную местность: на одной из скал лежали обломки какой-то огромной невиданной машины. Этот Паскаль был попаданцем в мир Андора. Подумать только, не занеси крылатую железную махину под названием «самолёт» сюда в 1957 году эпохи мира, на Андоре не появились бы люди. Или появились бы, но гораздо позже. Возможно, человеческих королевств не было бы вовсе, а у нас была бы иная судьба.

Пабло Паскаль, похоже, сильно скучал по своей Земле и старался запечатлеть в гравюрах все странные и непонятные вещи, привычные в мире людей. Предваряя свой труд, автор писал, что, будучи пришельцем на Андор, ему хочется сохранить для потомков память о своём мире. Странные названия бросались в глаза: «автобус», «телевизор», «парламент». Мне некогда было вчитываться, зачем все эти штуки. А значение вот этого слова мне известно — «война». За общими понятиями шли рисунки. Я мельком поглазела на необычных, но милых зверей. Был здесь и ботанический раздел с цветными иллюстрациями.

— Тыква-обманка, находись! — приговаривала я нетерпеливо, скользя взглядом по когда-то ярким, а сейчас — выцветшим картинкам. Многие земные растения были похожи на наши, оттого получили у нас сходные названия, хотя у изначальных рас назывались по-другому. Несмотря на то что люди почти во всем уступают драконам, демонам и эльфам, наша раса многое тут перевернула и устроила по-своему.

Я перевернула страницу, и моему изумлённому взору предстал крупный — в половину листа — круглый, чуть сплюснутый плод. Бледно-рыжий, но, надо полагать, художник имел в виду сочный оранжевый цвет. Широкие листья растения от времени приобрели бурый оттенок.

Поискала глазами название.

«Тыква — распространенный съедобный овощ».

— Так вот, ты какая «тыква»!

Я вскочила и, подхватив книжку, направилась радовать своей находкой Марса — некромант зарылся в книги в разделе отчётов учёных натуралистов на другом конце уставленного книжными стеллажами просторного зала.

Забежав в соседний ряд, я вдруг наткнулась на твердую преграду. Отскочила, ошеломленно моргая, и обнаружила перед собой молодого человека в кителе служащего дворцовой канцелярии.

— Светлого дня, вам что-то подсказать, Ваше Высочество?

Незнакомец был симпатичен и строен, даже удивительно, что у него настолько каменная грудь. Я несколько надменно подняла бровь.

— Вас, эйс, за что-то сослали помогать библиотекарю?

Молодой чиновник рассмеялся.

— К сожалению, я здесь по долгу службы, но благородный кавалер никогда не оставит даму без помощи.

— Благодарю! Дама не в беде, потому в помощи не нуждается, — проговорила я, смягчив отказ слегка кокетливой улыбкой.

Добровольный помощник вынужден был сдаться. Он поклонился и убрался с моей дороги. Но едва он скрылся между стеллажами, а я застыла на месте и едва не выронила из рук тяжёлую книгу. В воздухе передо мной посверкивала россыпь крохотных золотых звёздочек. Они мельтешили и искрились, складываясь в строчку:

«Сегодня в полночь покушение на принца. Берегитесь!»

Надпись сверкнула и исчезла, не оставив магического следа. Теперь даже опытный маг-криминалист не обнаружил бы, что она здесь была.

Я изумлённо моргнула, отмирая. Покушение на принца… Это было предупреждение? Молодой человек оставил его для меня?

— Эй, постойте!

Я бросилась следом за таинственным незнакомцем. Мелькали ряды, но везде было пусто и тихо.

Вдруг послышалось какое-то шарканье. Я бросилась на звук и наткнулась на седобородого хранителя библиотеки. В отличие от работника общего зала, этот служитель оказался совсем не любопытным. Когда мы с Марсом вошли, он бегло просмотрел наше разрешение и, почтительно кивнув, удалился за кафедру.

— Вы что-то хотели, Ваше Высочество? — дребезжащий голос старика вывел меня из растерянности.

— Где эйс, который только что был здесь⁈

— Ваш спутник в разделе путевых записок, Ваше Высочество. Я могу проводить вас к нему.

— Да нет, не эйс ди’Зорр! Другой — служащий канцелярии его величества?

Старик помотал бородой, демонстрируя полное непонимание.

— Здесь никого, кроме вас, с самого утра не было, Ваше Высочество. В особый раздел вход только по специальному разрешению.

Я прикусила губу в нетерпении. Дедушка старенький — может, память подвела?

— Он сказал, что пришел по службе… Может, вы просто забыли? Такой, неширокий в плечах молодой человек в форме дворцовой канцелярии… — Я осеклась, так как только сейчас поняла, что не могу вспомнить его внешность. Неужели «отвод глаз»?

Старик развёл руками, поклонился и принялся составлять принесённые книги на полку, ясно давая понять, что ему некогда попусту болтать.

Некоторое время я оторопело наблюдала с ним, а затем помчалась к Марсу. Сомнений, сообщать о странном предупреждении или нет, у меня не было.

36 Записки бежавшего из Ничьих земель

— Говоришь, надпись сверкнула и исчезла?

Марс хмурил брови, откинувшись в кресле. Взгляд его золотистых глаз затуманился.

Это было немного похоже на магические сообщения, которые использовались до изобретения маговизоров. Но тогда записка появлялась со щелчком, а здесь в воздухе парило облако сверкающей пыльцы, и вдруг из блесток сложились буквы.

— Библиотекарь не пускал никого постороннего?

— Он так сказал, я не почувствовала фальши.

— Всё это очень странно. Почему предупредили не самого Ильхарда, а тебя. Как будто знали, что мы сегодня будем здесь.

Я с опаской оглянулась по сторонам. Кажется, у меня развивается паранойя.

— Может быть, шпионы твоей сестры следят за нами? — предположила, понизив голос до шепота.

— А как же? Конечно. — Брюнет небрежно махнул рукой: мол, все это в порядке вещей. — Но магическое послание… У меня большие сомнения, что кто-то из клевретов герцогини стал бы предупреждать принца. Наследник Сильвию терпеть не может, и это взаимно.

— Но мы ведь предупредим его? — с надеждой спросила я.

Марс заглянул мне в глаза с насмешливой улыбкой.

— Волнуешься, Огонёк?

Я вспыхнула.

— Ещё бы! Он же обещал помочь в поисках.

Марс усмехнулся и, достав свой маговизор, набрал на нём длинное послание, которое отправил Ильхарду.

Я ожидала, что тот ответит немедленно. Но оставленный на столе артефакт связи молчал.

— Как думаешь, принц воспримет предостережение всерьёз?

— Разумеется. Не беспокойся, Амелита, предупреждён — значит вооружён. С тех пор как Илихард объявлен наследником, он пережил множество покушений.

— Неужели всё настолько серьёзно в противостоянии с фавориткой?

— Думаю, как раз Сильвия к этому непричастна. Она, скорее, яд подсыплет или уговорит короля сослать неугодного, приспособив к какому-нибудь гиблому делу.

Я насмешливо ухмыльнулась.

— Вот как тебя ко мне!

— Верно, малышка. — Марс в ответ блеснул беззаботной улыбкой, но тут же его черты омрачила тень. — А убийство — это по части тех, чья жизнь и благополучие под угрозой от действий наследника. Военное министерство, которым в прошлом руководил сам король — настоящий притон казнокрадов. В прошлом году мы едва не проиграли жалкой кучке отступников на северной границе. После этого Ильхард заставил отца уступить руководство армией ему. Он регулярно встряхивает это болото, но поменять всех невозможно. Где новых-то найдёшь? Вот с тех пор попытки избавиться от него заметно участились.

— С ума сойти! Какая дерзость, покушаться на наследника!

— Зверь, загнанный в угол, бросается в последнюю, отчаянную атаку.

Ответа на наше предупреждение всё не было, и мы вновь погрузились в книги. Я показала Марсу тыкву, и почти не удивилась, что она не явилась с новостью для него, ведь этот некромант начитан, словно магистр-академик.

Мы уселись рядом и принялись листать путевые дневники разных травников и натуралистов.

Пролистывая «Записки о путешествии на континент Табхаер», магистра естественной магии ди’Ломэ, Марс наткнулся на нечто, по его мнению, интересное:

«Я выехал из Тиза и за один день добрался до границы королевства огненных драконов Надании с Ничейными землями. Земли эти заповедные и, как мне поведали местные крестьяне, 'Ничейные, потому что владеет ими нечисть». Люди, а равно и драконы, избегают этих мест, хотя пространство, на которых расстилаются Ничейные земли, — огромное и тянется с севера на юг от Донного моря до побережья Великого океана.

Я задумал пересечь эти ненаселенные земли и описать всё то, что увижу. Однако планам моим не суждено было сбыться. В первый же день пути я серьёзно заболел и вынужден был вернуться в Тиз, где с трудом нашёл целителя, который, взявшись лечить неизвестную болезнь, едва не угробил меня своими зельями'.

Я сделала вид, что заснула, а затем рассмеялась:

— Ну и занудство! И что тут примечательного? Подумаешь, путник простудился в дороге!

— Слушай дальше, — сказал Марс значительно и продолжил читать:

'Единственный день, когда я был в пределах Ничейных земель, запал мне в память множеством мелких и досадных происшествий, какие со мной никогда не случались прежде. Стоит отметить великое множество боргов в лесах. Некому здесь истреблять их. Лишь мастерство боевого мага позволило мне уйти оттуда целым и собрать много ценной слизи. Продав её по возвращении, я получил необходимые средства для лечения.

Помимо гигантских земляных червей, тучи насекомых докучали мне, несмотря на охранный талисман, на которой я весьма надеялся. И наконец, когда мучимый первыми признаками лихорадки, я остановился на привал возле невысокой горы, напоминающей по форме правильный конус, меня атаковали странные сущности. Оранжевые и круглые, эти шары были приплюснуты сверху и снизу, и по форме походили на плод растения, знание о котором донесли до нас первые люди, попавшие на Андор. Мне попадались их изображения в старинных книгах. Примечание магистра ди’Ломэ: Название надо бы уточнить, что-то неудобоваримое, похожее на «туки-кава» или «тыка-ва».

— Вот оно! Тыква! — вскричала я и в восторге хлопнула в ладоши.

Марс задумчиво взлохматил свои темные волосы.

— Похоже. Только я не понял по поводу атаки этих тыкв… Это же растение.

И мы снова нырнули в книгу:

«У них ужасные скособоченные пасти, а глаза, походили на жуткие горящие фонарики».

— Стоп-стоп! Что-то я совсем ничего не понимаю. Рты, глаза… Что за вздор? Или этот эйс увлекался вдыханием дыма от листьев кассеи?

— Всё просто, ты же сам прочёл, что этот бедолага серьёзно заболел в тот день, так что ему даже пришлось тащиться обратно. Разумеется, у него начался жар, вот и привиделось!

Это объяснение как будто бы немного успокоило Марса, но не до конца. А следующая фраза добила и меня.

«Едва я забылся сном, как эта нечисть оплела меня колючими побегами и принялась пить кровь. Не выдержав мук, я оставил все свои вещи и поспешил прочь из этих проклятых земель».

— Ну, дела! — протянул Марс.

И тут его маговизор разразился трелью.

37 Ночь, звезды и…

Ночь была звёздная. Огромная яркая Веолика сияла над куполами дворца. Чёрные, длинные тени ложились на ровное покрытие посадочной площадки для каррусов.

— Ну, где он? Я уже замёрзла!

Марс недовольно хмыкнул: «Мол, какая ты капризуля!», но все же расстегнул свой камзол и накинул на мои озябшие плечи. Меня окутал приятный аромат чабреца с теплыми древесными нотками сандала, я расслабилась и принялась мечтать о чашке горячего молока с мёдом. Или лучше попросить чай с лепестками жасмина?

Поговорив с его высочеством Ильхардом, я немного успокоилась по поводу грозящего ему покушения. Принц остался совершенно спокоен, и его нерушимая уверенность невольно передалась и нам. А ещё он был страшно доволен тем, что я переживаю за него. И это мне совершенно не понравилось. Вне всяких сомнений, точно так же я всполошусь, если кто-то задумает убийство… скажем, голубя или Ансара.

Жизнь — священная штука. Как же нужно ненавидеть или бояться, чтобы задумать столь страшное преступление? Не подозревала ни о чем подобном, и, признаюсь, меня расстроило, что в спокойном и мирным Сарросе кипят такие страсти. Нечто в этом роде случилось несколько столетий назад в Зангрии. Дело кончилось убийством наследника; с тех пор мужчины королевской семьи носят личины на официальных мероприятиях, а их истинная внешность — государственная тайна. Мой брат и младший принц спокойно разгуливают по городу в своем истинном облике, и никто даже не подозревает, что они члены правящей семьи. Впрочем, мой старший кузен, принц Истиан, так сросся со своей личиной, что всегда и везде появляется в облике ледяного блондина. На такого никто в здравом уме не покусится, ведь он лорд-дознаватель королевства.

Возможно, Ильхарду не стоит разгуливать повсюду, не меняя облика? Это как минимум спутало бы карты заговорщикам.

Размышляя над этими вопросами конспирации, я, наконец, заметила в сияющем мириадами далеких светящихся миров ночном небе голубые огоньки карруса. Они быстро приближались к площадке, на которой мы с Марсом ждали, и вскоре стал виден удлинённый силуэт транспортной капсулы и даже голубоватое свечение магического защитного поля вокруг неё.

— Вот и принц, — Марсу явно не терпелось обсудить Ильхардом найденные нами сведения.

Вскоре большой серебристый каррус, отражая полированными боками звезды и огоньки посадочного поля, приземлился точнехонько возле нас.

Два техно-мага, как тени, скользнули к каррусу принца и специальными приборами принялись проверять заряд работающего на иллирийских кристаллах двигателя.

Дверцы приглашающие поднялись, открывая вид на роскошный кожаный салон.

— Экипаж подан, принцесса, — Марс попытался обнять меня за талию, чтобы помочь ступить на высокую подножку, но я увернулась и всучила ему камзол, после чего забралась сама.

— Звёздной ночи, ваше высочество, рада, что вы счастливо избежали опасности.

Принц белозубо усмехнулся, явно рисуясь.

— Волнуешься за меня, девочка? Ничего необычного. Просто работа.

Марс тем временем уселся на сидение впереди. Я заметила, что принц, немного нахмурившись, покосился на камзол друга.

Дверцы закрылись, отсекая нас от звуков снаружи. Один из техников поднял руку, давая принцу понять, что всё в порядке. И чуть дрогнув, каррус начал набирать высоту.

— Где ты так задержался? Я думал, ты присоединишься к нам в библиотеке.

— Показывал строящийся на границе форт новому инспектору военного министерства, — с энтузиазмом откликнулся принц. — Кстати, это твой знакомый белый дракон. Кажется, я, наконец, нашёл единомышленника. Даниеля ад’Варгга тоже бесят казнокрады. Надеюсь, сам он воровать не станет.

— Ну что ты, за это я ручаюсь!

— Ясно, что не станет, — со смехом продолжал Ильхард. — Во-первых, он дракон — для них честь превыше всего, а, во-вторых, этот плут потребовал царское жалование… Считай, что красть больше и нечего!

Магомобиль набрал высоту, теперь Гелмар сиял многочисленными огнями далеко внизу, споря со звездным небом.

— Ну, рассказывайте! Я вижу, Амелита подскакивает на заднем сидении от нетерпения. Вы действительно что-то нашли?

— Ещё как нашли! — выпалила я. — Тыквы-обманки растут в Ничейных землях!

— Стоп, дорогая воспитанница! — Марс нравоучительно поднял палец. — Эта местность теперь именуется на картах — Ничьи или Дикие земли. А, во-вторых, если рассудить здраво, бедняга-магистр просто записал свой бред.

— Так что же вы нашли? Выкладывайте, — нетерпеливо переспросил принц.

Мы подробнейшим образом изложили всё, о чем писал в своих заметках, жившей несколько сот лет назад учёный путешественник.

— Я слышал, эти Ничьи земли — ещё тот подарок, — пробормотал Ильхард. — Но, возможно, чудаку просто не повезло: попал в неудачный сезон?

— То, что я слышал о тех местах, косвенно подтверждает некоторые утверждения магистра. Это в основном болотистая равнина. Есть, конечно, и возвышенности, но, если нет желания встречаться с дикими племенами орков, туда лучше не соваться.

— В общем, тхарски похоже на наши орочьи степи, — подытожил принц. — Живут одни отморозки и орки, так?

— Примерно так, — согласился ди’Зорр. — Относительно нормальная жизнь там только на побережье. Там расположены несколько поселений и торговых факторий. А на самом востоке Табхайера возникла и процветает пиратская республика. Те земли, как я слышал, прекрасно подходят для выращивания кассеи. Так что рабовладение, торговля «синей травой» и контрабанда процветают.

Ильхард лишь презрительно хмыкнул, не отрываясь от управления каррусом. А я навострила ушки. География всегда казалась мне невыносимым занудством — поди запомни все эти неисчислимые природные ресурсы, морские течения и рельеф местности. Скукота! Очкастый магистр, забивавший мне голову этой чепухой, и не подумал сообщить интересные сведения о пиратской республике.

Но пора было вернуть спутников к нашим поискам.

— Всё это очень занимательно, но как мы добудем тыкву-обманку? — Я снова подскакивала на сидении, мне это было известно, но не терпелось перейти к практической стороне добычи ингредиентов для зелья.

— Подожди добывать, принцесса, — недовольно одернул меня Марс. — Нужно найти ещё хотя бы несколько упоминаний, а затем навести справки у специалистов. Лучше потратить время в библиотеке, чем долго пробираться по джунглям, а в итоге обнаружить, что никаких плодов-кровопийц на самом деле не существует.

— Завтра я буду посвободней и смогу помочь вам, будем искать нашу обманку среди более современных источников.

За разговором мы незаметно достигли Летней резиденции королей Сароса. Магомобиль начал плавно снижаться. В стороне проплыли крыши дворца, а затем потянулись освещённые луной дорожки парка.

Принц посадил транспортную капсулу прямо перед Девичьим флигелем, что, вообще-то, противоречило дворцовым правилам, но, наверное, они писаны для других.

— Звёздной ночи! Спи крепко, Амелита. — Мне достался весёлый, немного дерзкий взгляд.

Наученный горьким опытом Марс не помогал мне выбираться из салона, и я самостоятельно спрыгнула на дорожку.

На крыльце тут же появилась взволнованная и всполошённая, как наседка, дей’Форе. Фрейлина начала было лопотать, что уже без двух минут полночь и приличные девушки спокойно спят в постельках, но, заметив наследника, с поклоном отступила.

«Ну вот, полночь, а Ильхард здесь: жив-здоров и ничего с ним не случилось! Что за идиотское происшествие в библиотеке! Просто чья-то глупая, не смешная шутка».

Ильхард напоследок улыбнулся мне, и дверцы опустились. Капсула бесшумно пошла вверх и вскоре уже помаргивала голубыми огоньками где-то рядом с луной.

Я осмотрелась, любуясь захватывающей красотой ночи. Ветра не было, и в ярком свете Веолики каждый листик на тронутых морозцем яворах был четко прорисован.

— Какая чудесная ночь! И я бы не прочь прогуляться по парку.

— Конечно-конечно, — подозрительно легко согласился Марс, и меня сразу насторожил его обманчиво-ласковый тон. — Расскажешь, как полуночничала, завтра утром во время пробежки.

Я надулась и топнула ножкой.

— У, тиран! Я спать пойду, осталось менее шести часов.

Повернулась, чтобы уйти в дом, и тут позади ухнул гром.

38 Гром

Гром? Среди ясного неба? Звук был приглушённый, непонятный, он прокатился над лесом и затих вдали.

Я обернулась и неверяще уставилась в звёздное, такое чистое небо.

— Мне показалось, или хлопок прозвучал в небе? Что случилось?

— Если бы я знал! — Марс хмурился, повернувшись в ту сторону, откуда пришёл звук.

— Возможно, очередные болваны из свиты ее величества решили сразиться на магическом поединке? — предположила фрейлина.

Это звучало довольно правдоподобно — идиотов во дворце хватает. Пажи, бывает, такое вытворяют.

Я сглотнула, со странным волнением изучая звезды, чтобы найти среди них крохотные удаляющиеся огоньки карруса принца. Но голубые звездочки габаритных огней транспортной капсулы уже исчезли в сияющей дали.

— Пойдёмте в дом, моя дорогая, завтра будете жаловаться, что не выспались. — Дей’Форе упорно тянула меня за руку в дом.

— Верно, Огонёк, тебе пора спать, — пробормотал Марс, не отрывая цепкого взора от небосклона на севере.

Я неохотно поднялась на крыльцо и на всякий случай оглянулась. Замерла и вцепилась в колонну, поддерживающую козырек над террасой.

Над лесом поднималось зарево. Сперва малозаметное, бурое, оно быстро становилось зловеще багровым и ширилось.

Некромант цветисто выругался.

«Нет, это был не гром и не чья-то шалость» — сердце сжалось от ужасной догадки.

— Там что, пожар? — изумленно выдохнула фрейлина.

Марс, всё ещё державший в руках свой камзол, быстро надел его. При этом он всё ещё не отводя глаз от неба, которое больше не было ни тёмным, ни звёздным. Зарево пожара разгорелось так, словно пылало пол-леса.

— Сьерра дей’Форе, уведите принцессу в дом, — распорядился брюнет.

— Пойдёмте, моя лапушка, здесь не на что смотреть. Не бойтесь, огонь далеко.

Но я, конечно, не двинулась с места — потрясенная, растерянная. Холод и решимость в голосе Марса подтверждали, что не только меня пронзила тревога из Ильхарда.

Нет, магическая записка в библиотеке не была шуткой! Нас предупреждали всерьёз. Ровно в полночь преступный замысел покушения на наследника был исполнен чётко и безжалостно.

— Дей’Форе, милая, я никуда не пойду! Перестань тянуть меня. Ты что, не понимаешь, с принцем произошло несчастье!

— Не придумывай, принцесска, — глухо проговорил некромант. — Всё с Ильхардом нормально. Иди в дом!

Но, противореча собственным словам, мой наперсник накинул на плечи защитную мантию некроманта, а затем открыл портал.

«Он идёт туда, где, возможно, погиб принц?»

— Я с вами! — крикнула я.

Фрейлина попыталась поймать меня, внушая, что все это меня не касается и мне необходимо вернуться в дом. Но одним прыжком я соскочила с крыльца и повисла на руке Марса. Тот хотел оттолкнуть меня, но слишком торопился. Потому лишь выругался сквозь зубы и шагнул в портал с висящей на его мантии мной.

В лицо пахнуло невыносимым жаром: кругом был огонь, мы словно оказались в пылающем мире Тхар. Я закашлялась от дыма. Всюду летали искры, и моя пышная юбка, кажется, была целью у каждой второй из них. А вот Марсу было все нипочём: его защищала широкая, длинная мантия с глубоким.

Недолго думая, я нырнула под полу мрачного одеяния некроманта. Он глухо заворчал, что не звал меня с собой и я только мешаюсь, но кто его слушает? Под защитой милой моему сердцу некротьмы я почувствовала себя сносно, даже задыхаться перестала.

— Где мы?

— Не узнаёшь? Не удивительно. Я открыл портал к опушке леса, к домику ведьмы Хелены. Видишь, вон там он пылает?

Я уставилась в указанном направлении. Ревущее пламя пожирало небольшое строение. Крыша уже провалилась, стекла вылетели, и в оконные проемы было видно, как бешено внутри полыхает огонь.

— Ох, надеюсь, травница не пострадала! Как это могло произойти? Я думала, что-то случилось с Ильхардом…

Двигаясь медленно, словно привязанные друг к другу, мы с трудом пробрались сквозь барьер из объятых огнем деревьев, и двинулись к тому, что еще недавно было аккуратным, увитым зеленью домиком.

— Что тут случилось? Не могла же Хелена взорвать свой дом.

— Это маловероятно, но не невозможно, — откликнулся Марс, хмурясь.

Чтобы идти быстрее, некромант высвободил из прорези мантии одну руку и обнял меня за талию.

Вокруг летали снопы искр, мне было жалко лес до слёз. Я слышала стоны деревьев и могла бы помочь одному-двум лесным великанам, но пожар был слишком велик — на весь участок моих скромных сил не хватит. И эльфийская половинка моей души плакала.

— Погаси пожар, Марс!

— Вот ещё! Пусть уже огонь догорает и освобождает место для новых деревьев. Нам нужно узнать, что с Хеленой, ты не забыла?

Я лишь вздохнула. Марс прав: жизнь травницы, разумеется, важнее.

Выбравшись на открытое место — там, где раньше был небольшой огородик с полезными травами — мы увидели их.

Огонь пылающего дома подсвечивал две фигуры — высокую и маленькую, приземистую. Камзол Ильхарда был разорван и перепачкан сажей. На светлых волосах принца играли отблески пламени. Хелена была в кружевном чепце и длинной ночной рубашке, местами прожжённой и черной от копоти — и данный факт, казалось, ничуть её не смущал. Травница костерила принца на чём свет стоит:

— Ну что, твое высочество, долетался? Ты посмотри, что с моим домом стало! Да я тебя прокляну, превращу в отвратительно жабу, пусть принцесса потом тебя целует!

Ильхард отвечал с неменьшей любезностью:

— Успокойся, ведьма! Что мне твой дом, я тебе десять таких домов построю, только перестань визжать!

— Да, я королю пожалуюсь: взорвал мой дом своим дурацким магомобилем, мальчишка! Взяли моду летать, по земле им не ездется…

— Я же объяснил: каррус вдруг загорелся и потерял управление! Чего тебе ещё надо?

— Вы долго так собираетесь стоять и перепираться? — нетерпеливо спросил Марс. Его голос был неузнаваемо хриплым от дыма, которым мы оба, кажется, основательно надышались несмотря на защитные чары. — А кто пожар тушить будет?

Двое спорщиков изумлённо уставились на странную, слишком толстую фигуру, которая приблизилась к ним внезапно из мглы пожарища. Оба инстинктивно выбросили правую руку вперёд, вставая в боевую стойку.

39 Вдвоем под мантией некроманта

В нас вот-вот должны были метнуть что-то вроде ледяного копья или вызвать рой жалящих ядом пчел. Но тут Марс догадался сбросить капюшон, а я выглянула из широкой прорези мантии.

Нападающие тут же расслабились. На лице Ильхарда заиграла насмешливая улыбка. Принц хотел что-то сказать, но некромант опередил его.

— Дружище, что произошло? Мы пришли, чтобы откопать из пепла твои косточки. Уже и не чаяли увидеть тебя целым. Как ты спасся?

Принц рассмеялся и подошёл ближе.

— Если бы не предупреждение, которое получила Амелита, я бы подумал, что это несчастный случай. Но слишком уж странное совпадение: ровно в полночь у карруса вдруг отказали двигатель и управление, а затем раздался хлопок — защитное поле исчезло. Я выпрыгнул из падающего магомобиля, спланировав с помощью воздушной петли на крышу дома, и удачно скатился на землю. Но карр упал следом и взорвался. Как видишь, результаты печальные.

— Никакое это не совпадение! — выпалила я. Голос был заметно осипшим, и Ильхард нахмурился.

— Малышка, тебе не стоило сюда приходить. Надышалась дымом… О чем ты только думал, Марс?

Тот хрипло рассмеялся.

— Ха, попробуй, удержи ее: вцепилась в меня как клещ!

Я непочтительно фыркнула.

— Конечно! Вы предлагаете мне сидеть дома, когда такое происходит? С ума сошли?

— Значит, на тебя покушались, принц? — задумчиво спросила Хелена. Травница спокойно, из-под полуопущенных век рассматривала нас с Марсом. Напоследок прошлась неодобрительным взглядом по ладной фигуре наследника и покачала головой с осуждением.

— По-прежнему бегаешь по краю лезвия, Ильхард! — произнесла она с упреком. — Смотри, я тебя предупреждала!

«Что она имеет в виду?» — Сердце кольнуло нехорошее предчувствие.

Принц беспечно пожал плечами и дерзко ухмыльнулся.

— Знать бы, что ты станешь так злиться, ведьма, не спасал бы тебя!

— Ха, не спасал бы он! — Хелена надтреснуто рассмеялась. Протянув руку, она извлекла из-под пространства тёмный плащ и рывком накинула его себе на плечи. В этот миг она словно прибавила в росте и показалась мне значительной и грозной. Возможно, виноваты неверные багровые отблески и игра теней? — Спасись вначале сам, принц! Насколько я понимаю, на тебя охотятся в твоем собственном королевстве, словно на дичь, ха-ха-ха.

Ильхард раздраженно нахмурился.

— Я решу этот вопрос, это не твоя забота. Не беспокойся, Хелена, я возмещу тебе убытки.

— Даже не сомневаюсь! Построишь новый домик, и там, где я скажу.

— Договорились.

Ведунья повела руками в стороны, и огонь, пылающий на опушке и руинах дома, немедленно угас. Ночь вновь вступила в свои права. Налетел порыв ледяного ветра и сдул парящий в воздухе пепел и дым. Я прижалась к Марсу, так как его мантия не защищала от холода, и тут же поймала на себе недовольный взгляд Ильхарда.

— Уже поздно. Думаю, всем нам следует немедленно переместиться в резиденцию моей матушки, — сказал принц и, не ожидая нашего согласия, открыл портал.

Никакие отговорки не помогли мне избежать осмотра у целителя, ведь его высочество был встревожен тем, что я наглоталась дыма. Было решено, что возвращаться в Девичий флигель поздно, потому нам с Марсом и Хеленой отвели комнаты в гостевом крыле дворца.

Принц лично проводил всю компанию до отведенных нам покоев.

— А не хочешь ли узнать, кто на тебя покушался, Ильхард? — спросила травница, немного смягчившись при виде роскошной комнаты, которую ей отвели.

— Ты назовешь имена? — принц не скрывал скепсиса. — Я поручу расследование главному дознавателю, ведьма.

— Могу раскинуть кости, но дело твоё.

— А зачем гадать? — нетерпеливо спросил Марс, в нем явно проснулся экс-глава Тайной службы. — Это сделали техно-маги, что проверяли каррус перед отбытием из дворца.

Ильхард задумчиво потер лоб, хмурясь.

— Эти люди служат моему отцу десятки лет и проверены не раз. Но даже если твоё подозрение оправданно, это всего лишь исполнители.

— Дело техники — вытрясти из них имя заказчика, — в полумраке отделанного дубовыми панелями коридора глаза Марса зловеще блеснули янтарем. — Любую информацию можно выудить даже после смерти, как тебе известно.

— Не факт, что простые исполнители знают имя заказчика, — возразил принц.

— Возможно, но негодяи всё равно должны быть наказаны! — настаивал Марс.

— Если виновны, так и будет, не сомневайся, дружище.

Вышколенные лакеи держались на почтительном расстоянии, один из них уже открыл дверь предназначенной для меня комнаты.

— Звездной ночи, моя принцесса, — Ильхард поймал мою руку и прижался к ней поцелуем. Это было неожиданно — незамужним девушкам ручки не целуют, но, не могу не признать, волнующе. Контраст горячих губ и слегка колкой, отросшей за день щетины, отправил целые толпы мурашек путешествовать по телу.

Наскоро приготовившись ко сну, я улеглась, но сон не шел. Эмоциональные качели, на которых пришлось прокатиться этим вечером, не давали сомкнуть глаз. Ночные события на время вытеснили восторг от обретения рецепта зелья силы и разочарование от осознания, что на поиски ингредиентов к нему может уйти вся жизнь. Когда же, среди пылающего хаоса и стонущих деревьев, я узрела принца рядом с Хеленой, на меня нахлынуло непередаваемое чувство облегчения. Кажется, за всю жизнь я не испытывала такой пьянящей радости, как в ту минуту.

Вспомнив вдруг о рецепте, я подскочила на кровати, села и нащупала ногами тапочки (их вместе с халатом и ночной сорочкой прислала мне дей’Форе, когда узнала, что я буду ночевать во дворце). Аккуратно запахнув халат, я выскользнула в коридор и уже через минуту тихонько скреблась в соседнюю дверь.

40 Полуночница

— Входите, дитя мое! — послышался негромкий голос.

Меня не удивило, что Хелена знает, кто к ней стучится. За годы нашего знакомства мне ни разу не удалось застать ее врасплох. Я скользнула внутрь. Комната была освещена лишь магическим пламенем, пылающим в камине безо всяких дров. Рядом с очагом, дающим уютное тепло, устроилась с книгой травница.

— Вы не спите, госпожа Хелена?

— Нет, не сплю, дорогая. В моём возрасте пары часов сна перед рассветом вполне достаточно.

— Что я могу сделать для вас? Вы потеряли всё имущество, и, наверное, дорогие для вас вещи.

— Не переживайте, дитя. Ильхард всё возместит, или я, и правда, превращу его в жабу. А мои записи и памятные вещи всегда со мной. Плоха та ведьма, что не сумела создать себе просторное подпространственное хранилище.

Я улыбнулась. За год до того, как было решено отправить меня в Саррос, я потратила немало сил на уговоры старшего брата, чтобы помог мне создать укромный тайничок в подпространстве. Это совсем не просто и под силу лишь сильнейшим магам, но и я кое-что смогла. Загвоздка тут была не только в моем скромном резерве: для подобных манипуляций требуется повышенная концентрация внимания, что также нелегко мне далось.

По другую сторону от камина стоял стул, я устроилась на жестком сидении.

— И вам не спиться, дитя? Еще бы! Может, заварить целебных травок для сладкого сна?

Я покачала головой.

— Я нашла рецепт силы, который искала.

Хелена отложила книгу и с интересом уставилась на меня. Глаза под набрякшими веками сверкали отблесками пламени.

— Вот как? Значит, удалось? Что же за ингредиенты вам предстоит отыскать, детка?

— Ещё более чудны́е, чем я предполагала. Тыква-обманка, рог только что убитой виверны, а еще камень простолит или простатит… не помню точно. Последний элемент: вода из ключа на озере Мертвеца.

Хелена долго молчала, задумчиво поглаживая пальцами подбородок.

— Это интересно, — прошептала она. — Что за обманка? Хм, нет, никогда не слыхала. И камень с таким названием тоже. А вот про озеро знаю. Их два на самом деле. По крайней мере, те, что мне известны. Одно — в горах на западе Кальвара. Опасное место, населённое личами и отступниками. Правительственные войска туда даже не суются. А второе, как я слышала, совсем гиблое место. На Про́клятых островах, если не ошибаюсь. Какое из них нужно?

Я пожала плечами.

Час от часу не легче! В прошлые эпохи Проклятые острова служили местом ссылки. Туда ссылали преступников за особо тяжкие проступки, и это была дорога в один конец. Так продолжалось до открытия Тюремного измерения — теперь каторжников отправляют туда, чтобы, отбывая наказание, они приносили пользу. Но про архипелаг, затерянный где-то в океане, и поныне идет дурная молва. Впрочем, если выбирать между кишащими личами горами и отдалёнными островами, я бы, пожалуй, выбрала последние.

Глядя на мое растерянное лицо, Хелена усмехнулась.

— Мне кажется, девочка, у вас появились защитники с тех пор, как мы виделись в последний раз. Амелита, доверьтесь им. Одной вам эти элементы не добыть: такие не купишь в столичной лавке. — Травница покачала головой, всматриваясь в магическое пламя. — Великая была ведунья Эрина, из тех, которым открывает тайны само мироздание. Ох, теперь такие и не рождаются…

Часовой артефакт на стене пробил два раза.

Хелена вздрогнула и посмотрела на меня с улыбкой.

— Что ж, вам пора спать, дитя. Усните и пусть вас не тревожит будущее, скрытое от всех завесой.

Напустила ли ведунья чары или ее размеренный шепот так подействовал, но я в самом деле почувствовала, что веки начинают слипаться. А может, многочисленные события этого длинного дня, наконец, утомили меня?

Пожелав Хелене звездной ночи, я отправилась на боковую. Тихонько вышла за дверь и… внезапно очутилась в кромешной тьме. В коридор не просачивалось ни одного лучика света, потому хорошее ночное зрение мне не помогало.

Я спешно щелкнула пальцами, вызывая световой шар. Ничего не произошло. Помянув хырову чешую, прошептала бытовое заклинание вызова светляка: «Luxus gordio». И тоже ничего.

Странно. Почему магия не откликается?

Попыталась нащупать дверь, чтобы вернуться к травнице, но пальцы коснулись лишь гладкого мрамора стены.

Я не стала задерживаться и искать дверь, а отправилась к себе, выбрав, как мне показалось, правильное направление. Сделала шаг, другой, и больно ударилась коленом обо что-то тхарски твердое!

Протянула руки вперед и нащупала гладкий холодный камень.

«Что это? Каменная ваза? Откуда она здесь? Не помню, чтобы что-то в этом роде попадалось на пути из моей спальни в комнату травницы».

Руки продолжили шарить в темноте: нет, это не ваза, а целая статуя, похоже! Гостевое крыло Летнего дворца прекрасно отделано, но в проходе между спальнями точно не было никаких статуй — я бывала здесь не раз.

«Не могла ведь я спутать направление? Как глупо, заблудиться в паре метров от выделенной мне комнаты!»

Чувство, будто все происходит во сне, не оставляло. Я бы посмеялась над собой, вот только было слишком жутко.

Пока я тыкалась, как слепой детеныш ханна, пытаясь обойти выросшее на пути странное препятствие, в дальнем конце коридора вдруг вспыхнул огонек.

«Сюда кто-то идет! Ура!»

Огонек приближался. Бледный и холодный светляк весьма скупо освещал чью-то угловатую фигуру. Наверное, это слуга, вызванный звонком в один из гостевых покоев. Тем лучше. Меньше позора. Мне было бы неловко, если бы Марс застал меня здесь. Засмеет ведь!

«И почему у того типа получилось зажечь световой шар, а у меня нет?»

Я попробовала еще раз — ничего!

Фигура меж тем бесшумно приближалась, но я все еще не могла рассмотреть лицо лакея в неверном свете. Игра теней на его лице казалась странной и пугающей. Я с достоинством выпрямилась, готовясь любезно, но властно озвучить слуге просьбу проводить меня до комнаты. Так прошла еще минута.

Но вот огонек приблизился, озарив коридор бледным призрачным светом. Я увидела, что стою напротив высоких раззолоченных дверей и даже успела подивиться, откуда они здесь взялись. А затем взглянула на того, кто шел рядом с парящим в воздухе световым шаром… И мой визг пронесся по коридору, эхом отражаясь от мраморных стен.

41 Пробуждение

Ледяной пот градом катился по лбу, дыхание вырывалось с хрипом. Сердце колотилось как бешеное, и я не могла сдвинуться с места или пошевелиться. Куда бежать в этой мрачной тьме? Где спрятаться? Я прижалась спиной к ледяной мраморной статуе, словно пытаясь слиться с ней и раствориться в камне. Не было укрытия и спасения от взгляда пустых глазниц ходячего скелета. Полуистлевшая кожа местами обнажала кости черепа, а жуткий оскал казался насмешкой самой смерти, пришедшей за мной.

Словно сквозь ватное одеяло ушей достигли стук и скрежет, но их источник я определить не сумела. Все мое внимание поглотил страшный пришелец из-за Грани.

Скелет, облаченный в грязные лохмотья, остановился как раз напротив меня. Все так же ухмыляясь, он беззвучно хлопнул в ладоши и… исчез.

Мертвенный свет тут же погас, и — вот чудеса — оказалось, что коридор все это время был освещен — потолочные светильники пригашены, но давали достаточно света. Мельком оглядевшись, я с изумлением поняла, что нахожусь вовсе не в гостевом крыле. Великолепные картины и статуи, драгоценная отделка стен…

Тут высокие, раззолоченные двери с шумом распахнулись.

— Какого Тхара…

В проеме возникла высоченная фигура, и у меня появилось стойкое желание вновь стать частью статуи. Потому что это был Ильхард. Полуобнаженный. Грива пепельно-белокурых волос рассыпалась по плечам. Гневное выражение на прекрасном лице, когда он резко распахнул двери и вылетел в коридор, быстро сменилось на изумленное.

— Амелита? Это ты кричала? Что ты здесь делаешь?

Опираясь спиной на несчастную статую морской богини, я медленно покачала головой и перевела взгляд туда, где несколько мгновений назад стоял отвратительный пришелец из потустороннего мира.

— Знать бы, что я здесь делаю… — прошептала я непослушными губами.

Ноги все-таки отказались меня держать, и я съехала к подножью статуи.

Ильхард бросился ко мне, отрывая от ставшего почти родным мрамора. Поднял на руки и понес куда-то. Останься у меня хоть чуточка сил, я бы протестовала, но привалиться щекой к гладкой рельефной груди и вдыхать аромат оказалось намного приятнее, чем ругаться и спорить. На это у меня, возможно, появятся силы, но после.

Вскоре под спиной для разнообразия оказалась мягкая поверхность. Словно со стороны я видела себя лежащей на диване в незнакомой гостиной. Ильхард плеснул что-то в стакан и поднес дурнопахнущую жидкость к моим губам. Я сморщилась и замотала головой.

— Ну один глоточек, Амелита!

Я решительно воспротивилась. Принц отставил стакан и опустился возле меня на колени.

— Что случилось, детка? Ты сама на себя не похожа… Как ты попала сюда?

— Не знаю, — прошептала я. Голос был хриплым — должно быть, я сорвала его. — Я была в гостевом крыле и внезапно оказалась в полной темноте. Света не было. И магии тоже. Наткнулась на статую и никак не могла сообразить, что это такое. А потом появилось… оно…

— Что за «оно»?

Веки налились свинцовой тяжестью, и мой ответ прозвучал совсем сонно.

— Скелет.

Ильхард пощупал мой лоб. Озабоченно заглянул в глаза. Зачем-то прижался губами ко лбу (это было неожиданно, но приятно). Затем принц резко отпрянул от меня, в его руках появился маговизор. Я не пыталась осмыслить, зачем принц совершает все эти действия, просто следила из-за полуприкрытых век. Сквозь дрему и приятную расслабленность, охватившие меня, еще слышала, как его королевское высочество рычит на кого-то, требуя целителя. Но вот и эти звуки отлетели куда-то, и я погрузилась в сон — крепкий, без сновидений, как и обещала травница Хелена.

* * *

Проснулась резко, словно от толчка. Приоткрыла глаза, из-под ресниц осматривая комнату и изумляясь, что нахожусь не в своей спальне в Девичьем флигеле. Лишь через миг дошло, что это гостевой покой, отведенный мне во дворце… Сознание медленно прояснялось, и я обнаружила, что на кровати, недовольно нахохлившись, расселся Марс в обычном, строгом наряде. К моему удивлению, здесь был и наследник, Ильхард расхаживал от окна к противоположной стене мимо жарко пылающего камина. Он был облачен в темный камзол с вышивкой на плечах и груди, его белокурые серебристые волосы были собраны в хвост на затылке. Я проследила за метаниями его высочества и попутно удивилась, что за окном совсем светло.

«Выходит уже утро? Что у меня в спальне делают мужчины, интересно?»

Я прислушалась к себе. Во рту чувствовался неприятный привкус пряных трав, словно я хлебнула горького зелья.

«Что случилось? Я заболела? Вроде бы ничего не болит».

— Почему она не просыпается? — голос принца звучал встревоженно. Он задержался у окна и невидящим взглядом уставился на лужайку за окном.

— Целитель сказал, что все в порядке, — откликнулся Марс. — И Хелена подтвердила это. Сядь, Ильхард, ты уже дорожку в ковре протоптал!

— Не верю я этой ведьме. Она говорит, что Амелита была у нее, а после отправилась спать. Но я обнаружил девочку, перепуганную и измученную, под своей дверью на жилой половине дворца, двумя этажами выше Гостевого крыла!

— Надеюсь, Огонек сейчас проснется и объяснит, как ей удалось проскользнуть мимо охраны королевских покоев, — задумчиво протянул Марс.

— Перед тем как потерять сознание, Амелита болтала что-то о скелете и темноте. Не понимаю…

Я лежала, прислушиваясь, и тоже ничего не понимала. Но постепенно остатки сна рассеялись, восстанавливая картину жуткого ночного приключения.

«Что все-таки это было? Бред воспаленной фантазии? А может, привидение?»

Я не слышала, чтобы в Летней резиденции обитали призраки. Это ведь не древний замок, построенный в первое тысячелетие эпохи мира. Насколько я помнила, дворец был построен в прошлом веке королем, который ненавидел помпезный, неудобный для жизни столичный замок. Выбрав уютную, тихую бухту на берегу прекрасного лазурного озера Саннилай, он построил просторный, роскошно отделанный дворец, способный вместить как весь двор, так и сотню приглашенных.

«Но я видела ходячий скелет! Он был на расстоянии вытянутой руки от меня, совсем как Марс сейчас… Кстати, а чего это наглый некромант так вольготно расселся на моей кровати? Совсем стыд потерял!»

Стараясь двигаться незаметно, я немного сдвинулась и с силой ударила мужчину ногой под поджарый зад.

42 Очень важное совещание

Марс подскочил и обернулся; сурово сдвинув брови, брюнет уставился на меня огоньками янтарных глаз.

— Очнулась, Огонек, и сразу хулиганить?

Я возмущенно сверкнула глазами.

— Может, встанешь с моей кровати, Марс? Ты мне все ноги отдавил!

Ильхард живо подлетел ко мне. Склонился, с тревогой заглядывая в глаза.

— Как ты, Амелита?

Я похлопала ресницами. Что сказать? Вроде бы все в порядке. Руки-ноги работают, как я это только что проверила, голова вроде бы тоже.

— Жива как будто, — ответила. И тут же пошла в наступление: — Но что вы оба делаете в моей комнате? Где моя фрейлина? Вы двое что-нибудь слышали о хрупкой девичьей репутации?

Принц пренебрежительно хмыкнул: мол, нашла о чем вспоминать. Но все-таки отошел к окну. А нахальный некромант и не подумал сдвинуться с места.

— А сама-то ты о ней слышала, Огонек? — поинтересовался он. — Ильхард принес тебя сюда едва живую. Зачем ты пробралась в королевские покои? Такое бывает, знаешь ли, лишь когда девице невтерпеж.

Я заскрежетала зубами от негодования.

«Ну вот, доказывай теперь этим неверующим, что я в своем уме и не пыталась штурмовать спальню его высочества! Вот это положение! Впрочем, мне, и вправду, наплевать на репутацию. Ну заберут меня в Зангрию, ну поругают. Мне от этого хуже будет? Впрочем, да, хуже: дядя Даррен способен устроить мне „веселую“ жизнь, заперев в каком-нибудь замшелом замке. К тому же там не будет ни Марса, ни Ильхарда, ни наших поисков».

Злиться я перестала. Натянула одеяло по шею и уселась, удобно опершись спиной на подушки.

— Я расскажу вам, как там очутилась. Только обещайте не перебивать!

Ильхард кивнул и с удобством устроился в изножье моей кровати, рядом с Марсом.

Сдержав возмущенное фырканье, я принялась вспоминать каждую деталь вчерашнего происшествия. Как ступила за порог спальни Хелены и едва успела дверь закрыть, как оказалась в полной темноте. Как не могла сообразить, где нахожусь, ощупывая непонятно откуда взявшуюся в Гостевом крыле статую. Закончила описанием кошмарного, медленного шествия мертвеца по коридору. Наверное, глумливая ухмылка скелета, прикрытого кое-где истлевшими остатками кожи, будет являться мне в кошмарах.

Собеседники молчали, уставившись на меня с одинаково сложными выражениями на красивых породистых физиономиях.

— И что это было, как считаешь, Марс? — напряженно спросил принц.

— Понятия не имею. Я исследовал коридор возле твоих покоев, но не нашел и следа от портала, а также любого другого магического воздействия. Потусторонние сущности специально не смотрел, но не сомневаюсь, что сразу бы обнаружил следы, если бы они там были.

— Вот это и подозрительно! — воскликнул Ильхард, задумчиво потирая подбородок, на котором еще заметнее, чем вчера, проступила темная щетина. — Возможно, следы стерты. Я думаю, это шутка Хелены. Она вреднющая ведьма, и, насколько я знаю, умеет проходить пространство, не открывая порталов.

— Но зачем ей надо мной шутить? — возразила я. — Хелена добра ко мне. Нет, не думаю, что это она.

Марс с сомнением покачал головой.

— Возможно, это все-таки проделки ведьмы. Иногда они насылают что-то похожее на морок, просто чтобы преподать урок. Но у нас нет возможности припереть Хелену к стенке, никаких следов ведь не осталось. — Марс смерил меня долгим взглядом. — А зачем ты к ней вообще приходила среди ночи? — поинтересовался брюнет.

Тут я кое о чем вспомнила и даже подпрыгнула от возбуждения.

— А, кстати… Я рассказала ей о том, что мы ищем… — осеклась и немедленно пожалела, что призналась. Потому что мужчины немедленно насторожились и обменялись взглядами из серии: «Я же тебе говорил!».

На меня тут же посыпались упреки.

— Зачем ты ей рассказала⁈

— А что в этом плохого? Я и раньше советовалась с ней. Не вижу, почему мы должны таиться. У вас какая-то паранойя, ребята. Что с того, что ведунья узнает, какие ингредиенты нам требуются? Большая их часть оказалась ей неизвестна. Но зато имелись соображения по поводу воды. Вы знали, что существуют два озера «Мертвеца», и оба — страшно неприятные для посещения?

— Я слышал об озере Мертвеца на Про́клятых островах, — хмуро откликнулся Марс. — Такое себе местечко, как говорят.

— На островах вроде бы сейчас убежище изгнанников из Атакана, — задумчиво произнес Ильхард. Его большая ладонь как бы невзначай накрыла мои ноги поверх одеяла, так что я вынуждена была поджать их. — Территория полного беззакония.

— Вот именно, — подтвердила я. — Но есть еще одно, в горах на западе Кальвара. Гиблое место, по мнению Хелены. Там тоже обитают маги-отступники, а еще водятся личи.

— О боги! — произнес Марс, но глаза его возбужденно засверкали. Чувствовалось, что его задело за живое упоминание о неупокоенных некромантах-отступниках, вынужденных вечно бродить после смерти и пить жизненные силы живых. Если, конечно, рядом не найдется достаточно сильного боевого мага, чтобы упокоить нежить.

Ильхард, напротив, кажется, энтузиазма не испытывал.

— Проклятые ведьмы, все-то они знают… — сквозь зубы процедил он. — Провались они все в огненный мир Тхар, никто не пожалеет!

Я с подозрением уставилась на него. Уж не думает ли его королевское высочество отступить перед какими-то жалкими личами?

Однако Марс тут же все объяснил.

— Что, принц, все не можешь забыть тот случай с ведьмой Мойрой? — Мощная рука некроманта хлопнула приятеля по плечу.

— Вот еще! — пробормотал Ильхард и, досадливо морщась, потер ушибленное место. — Полегче, друг мой! Я, кажется, вывихнул плечо, когда прыгал вчера из падающего карруса.

— Что за случай? И что за ведьма? — немедленно заинтересовалась я.

— Мойра — дочка Хелены, — охотно пояснил Марс. — Когда-то она приворожила нашего принца.

Мне показалось, или на щеках Ильхарда выступил румянец. Он злобно прищурился на Марса.

— У тебя сегодня словесное недержание, приятель? Ты помолчать можешь?

Марс ответил его высочеству невинным взглядом.

— А что такого? Амелита и так в курсе, что ты первый бабник в королевстве.

— Ну спасибо тебе! — прошипел Ильхард, зло сверкая голубыми глазищами.

Я подавила (не совсем удачно) смешок. Хотелось бы и дальше слушать их забавную перепалку, но стрелки на часовом артефакте неуклонно приближались к полудню. Не можем же мы целый день валяться в кровати!

— Вернёмся к озеру Мертвеца! — с жаром воскликнула я, пытаясь разрядить напряжённую атмосферу между двумя мужчинами.

Но в этот момент послышался легкий стук в дверь. На пороге появилась дей’Форе, за ней следовала служанка с подносом. Обе ошеломленно уставились на компанию, удобно развалившуюся на широкой кровати.

43 Неприятные обязанности принцессы

«Хырова чешуя! Поверить не могу, что это происходит со мной!»

Эта горестная мысль оформилась на полдороги к жилым покоям Софины-Улии и уже не оставляла меня. Марс и Ильхард отправятся в библиотеку на розыски сведений об озере Мертвеца, тыкве-обманке и прочих редкостей, нужных для рецепта, а я…

— Не вздыхайте так тяжело, моя душенька, — шепнула дей’Форе. — При дворе есть и более неприятные обязанности, чем вышивать вместе с королевой и ее фрейлинами.

Приглашение навестить королеву во время ее занятий рукоделием доставили в Девичий флигель сегодня утром. Её величество, вероятно, ещё не ведала о том, что я провела ночь во дворце. Оставалось лишь уповать, что никто не расскажет ей о моих скандальных ночных приключениях перед покоями наследника.

— Наверняка есть, — с готовностью согласилась я, — а вот более скучные нужно еще поискать!

Прочтя приглашение, фрейлина не на шутку взволновалась и бросилась во дворец, где не упреками (ворчать на принца она не осмелилась бы), а хмурым видом и неодобрительно поджатыми губами, прогнала из моей спальни мужчин. Все время, пока я завтракала и облачалась в дневной туалет из шелка цвета весенней листвы, мне выговаривали за легкомыслие и неподобающее поведение.

— Прошу сюда, Ваше Высочество. — Чинный лакей в голубой с серебром ливрее распахнул дверь в просторный, залитый солнечным светом зал. В нос ударила тяжелая волна из смеси различных ароматов, и я едва не чихнула.

Мы вошли и оказались в лабиринте между станками для вышивания, над которыми уже прилежно склонялись королева и с десяток фрейлин из числа наиболее приближенных. Я с удивлением заметила белокурую головку Лиары ди’Вале, возлюбленной Ансара.

«Она что, самая любимая из младших фрейлин?»

Мы с дей’Форе двинулись по узкому проходу вглубь зала, где возле одного из панорамных окон трудилась ее величество Софина-Улия, она расшивала шерстью гобелен. Придворный этикет требовал вначале поприветствовать ее и получить разрешение присоединиться к обществу.

По мере нашего продвижения фрейлины вежливо приподнимались со своих мест и кланялись. Приходилось отвечать на приветствия, так что продвигались мы страшно медленно и торжественно. Тишину то и дело нарушал скрежет отодвигаемых табуретов и шорох платьев. Однако королева, сидевшая боком к дверям, упорно не поднимала глаз от вышивки, словно не замечая шума. Когда же мы подошли совсем близко, стало ясно, что нас намеренно игнорируют.

Приближенные королевы почти открыто обменивались насмешливыми и торжествующими взглядами. Гадюка Лиара даже привстала со своего места, чтобы ничего не упустить.

Мне захотелось устроить скандал: например, повернуться и уйти.

«Уверена, что Софина-Улия будет до крайности шокирована таким поведением, но мне все равно. Надеюсь, принц с Марсом еще не отбыли в столицу, и я успею к ним присоединиться».

Однако, взглянув на расстроенное лицо собственной фрейлины, я передумала. На щеках бедняжки дей’Форе выступили некрасивые красные пятна. И без слов было понятно: если мы будем топтаться перед королевой, словно бедные просительницы — а именно этого от нас и ждут, — выйдет позор.

— Кхм, светлого дня, Ваше Величество, — жизнерадостно и громко поздоровалась я. Может быть, излишне громко и чересчур жизнерадостно, но только хорошо знающие меня уловили бы эти нюансы. — Как прекрасно, что вы пригласили нас! Обожаю вышивать, особенно в хорошей компании! Благодарю! — И высмотрев два свободных места у соседнего окна, я указала на них фрейлине: — Дей’Форе, давайте, сядем вон там!

Софина-Улия подняла на меня взгляд. У нее, как и у фрейлин, что находились рядом, глаза и рот округлились в форме буквы «О».

Взгляд моих глаз был невинен и чист.

«А чего ты ждала, задумав унизить Амелиту ди’Ринор?»

— Да, я звала вас, принцесса, — тихо проговорила королева. — Но мне сказали, что вы нездоровы. Вчера произошло нечто неприятное, не так ли?

«Уже доложили! Вот стервы!»

— Да, Ваше Величество! — живо откликнулась я. — Но не со мной, а с наследным принцем.

Королева встрепенулась и вскочила, взволнованно схватившись за грудь. Затем, очевидно, вспомнила, что она не просто мать, а королева Сарроса, и тяжело опустилась обратно.

Фрейлины оживленно шушукались. Новость оказалась интереснее, чем какие-то там неприятности с зангрийской принцессой, на это я и рассчитывала.

— Ильхард? — выговорила Софина-Улия. — Что произошло, и откуда вам это известно?

— Я и мой телохранитель случайно оказались свидетелями катастрофы с каррусом его высочества.

Королева еще больше побледнела. Одна из пожилых фрейлин заботливо подскочила к ней с водой. Дрожащими руками взяв бокал, Софина-Улия нащупала в кармашке платья пузырек с большими белыми пилюлями и проглотила одну из них.

Мне стало немного стыдно. Довела бедную женщину! Но разве не она первая начала?

— Но принц ловко избежал опасности, и даже почти не ушибся! — поспешила я успокоить взволнованную мать.

Королева сделала еще несколько глотков из бокала, и кивком поблагодарила свою фрейлину. Краски постепенно возвращались на все еще прекрасное лицо. Высокий лоб, обрамленный темными с проседью волосами, разгладился. Ее величество тяжело вздохнула и махнула рукой в сторону облюбованных мной мест.

— Располагайтесь, принцесса. Почему бы вам не украсить вышивкой кошель для моего внука, вашего жениха. Через два дня во дворце бал — мы будем праздновать день рождения принца Ансара, вы не забыли?

«Очередной бал! Вот еще незадача!»

— Э… нет, не забыла, конечно. Как любезно, что вы подали превосходную идею подарка, Ваше Величество. Я как раз ломала голову над тем, что подарить принцу!

Мы потащились к вышивальным столам, и я поймала укоризненный взгляд дей’Форе, обращенный ко мне.

«Ну да, вру и не краснею! А что такого? Буду я помнить о всякой ерунде!»

Уселась на высокий жесткий табурет и с тоской оглядела рабочее место. Это все не мое. Для рукодельниц здесь, конечно, раздолье: наборы игл на все случаи жизни, мотки шелка и шерсти, баночки с бисером. О предназначении некоторых замысловатых инструментов я даже гадать не стала. Передо мной оказалась рама с натянутым на ней плотным шелком. С третьего раза я вдела нитку в иголку и воткнула ту в центр полотнища; ткань противно заскрипела.

И все, у меня заломило спину с непривычки. Оставив попытки вышивать, я оперлась на локти и уставилась в огромное — от пола до потолка — окно. За полоской пышных, еще зеленых крон деревьев разливалась роскошная лазурь огромного соленого озера Саннилай. Вдали над гладкой водной поверхностью парили всадники на крылатых ящерах — вердах.

«Ах, мне бы туда, на простор!»

— Ваше Высочество, вам чего-то не хватает? — послышался голос одной из первых зануд двора — герцогини Моррон.

«Ага, свободы от всего этого!»

Я отвернулась от манящих голубых далей и уныло взялась за иголку.

44 Приказ короля

Ильхард, наследный принц Сарроса

Не без сожаления мы оставили Амелиту в цепком капкане светских обязанностей. Огонек поникла, словно сорванный цветок, когда ее фрейлина сообщила о приглашении от моей матери. Правда, была минута, когда на прелестном личике вспыхнул бунтарский протест. Я ожидал взрыва, но крошка стиснула зубы и взяла себя в руки. Впечатляющая сила воли, учитывая, что ей пришлось на время отказаться от дальнейших поисков в пользу скучных посиделок с невыносимо чванливыми дамами.

Я бы мог попросить мать не настаивать на приглашении, но не стал. Рядом со мной становится опасно. К тому же Амелите так или иначе, но все-таки придется выстраивать нормальные отношения с королевой и ее штатом.

Мы прибыли во дворец и, никому не дав о себе знать, сетью секретных порталов прошли в особый отдел хранения. Здесь мы с Марсом разошлись: я остался в секции «История и география», изучать мемуары и хроники Надании — королевства, граничащего с Ничьими землями. А приятель удалился на другой конец хранилища, чтобы уточнить информацию по озерам Мертвеца — нужно же понять, какое из них нам требуется. Не бродить же по местности, кишащей личами, в поисках родника, которого там и нет!

Я провел пальцем по разномастным корешкам, выстроившихся на полке книг. Вспомнились студенческие годы. Перед экзаменами приходилось просиживать в библиотеке по нескольку дней кряду. Преподаватели были безжалостны к малейшей неточности в ответах, за что я им сейчас благодарен.

«Так, что у нас тут? „География и описание природных зон Надании“ — нет. „Путешествие на юг Табхайра“ — да!»

Я отобрал три книги и толстый манускрипт и перенес их на стол. Открыл первую страницу «Путешествия», но едва погрузился в неизбежное многословие средневекового автора, как услышал призывный сигнал своего маговизора.

Подчиненные осмеливаются беспокоить меня лишь по самым важным вопросам, потому я поспешил извлечь артефакт связи из подпространства. Почти без удивления увидел имя Главного королевского дознавателя. Еще ночью я поручил ему разобраться в странном происшествии с моим каррусом.

«Ваше Высочество! Питер тэ’Лук — один из техно-магов, дежуривших вчера вечером на верхней посадочной площадке дворца — обнаружен мертвым в портовом квартале Гелмара. В числе других мы отрабатываем версию, что убрали важного свидетеля. Второй техно-маг, Ари Петри, задержан и отправлен в Темную башню. Работает команда дознания. Буду держать вас в курсе».

Я отложил маговизор и попытался снова погрузиться в текст книги, но напрасно — строчки прыгали перед глазами. Мысленно вернулся во вчерашний вечер: Пит тэ’Лук дал отмашку к взлету. Это означало, что с транспортной капсулой все в порядке.

Он был предателем?

Но чего человеку не хватало? Пит поступил на службу, когда я был еще мальчишкой. Это был опытный и верный малый — талантливый техно-маг. Он получал прекрасное жалование, а в прошлом году отец наградил его титулом лейра. Помощник тоже не был обижен. Так в чем дело? Что заставило кого-то из них предать? Долги? Скрываемая десятилетиями ненависть ко мне или к королю?

Потерев лоб, я усилием воли выбросил эти неразрешимые пока вопросы из головы и вновь погрузился в сочинение средневекового мага Люка ди’Фиерволфа. Насколько я понял, этот наданец из тех искателей приключений, что в молодости не могут и дня усидеть на одном месте, а в старости — если чудом не свернут себе шею и доживут до почтенных лет — пичкают всех, кому не лень их слушать, удивительными небылицами. Люк не был исключением: в частности, он поведал, что нашел портал из Андора в другой мир, побывал там и благополучно вернулся.

«Не понимаю, почему эта книга находится здесь, а не в разделе сказок для детей? Возможно, какая-то часть из этих россказней все-таки содержит ценное зерно истины? Жаль, что здесь нет Амелиты, ей бы эти выдумки понравились. Я предоставил бы девочке разбирать громоздкие фразочки эйса, а сам любовался бы ее живым, нежным личиком и ладной фигуркой».

Я пролистал еще несколько страниц, по диагонали читая, как автор искал какую-то огненную геенну в Золотых горах. На кой Тхар она ему сдалась, Люк не упоминал. Наверное, тоже искал редкие ингредиенты? Разрешить эту загадку мне не дали: проклятый маговизор снова ожил. На сей раз беспокоил мой адъютант. Гордон осторожно интересовался, когда я подъеду, чтобы подписать срочные документы.

Ох уж эти бумаги! Каждый день ко мне в Государственный департамент (а подвластное мне учреждение контролирует буквально все в королевстве — от ремонта общественных дорог и содержания больниц для бедных до взаимоотношений с соседями) стекается около тысячи документов на утверждение. Пока я не изобрел магическое факсимиле, заменяющее роспись, рука отваливалась после такой непосильной работы.

Тяжело вздохнул, но что делать? Мое решение необходимо, иначе встанут все дела. Я набрал ответ: «Пришли бумаги с доверенным нарочным, я в особом разделе библиотеки».

Уже через десять минут в проходе между стеллажами послышалось громкое пыхтение, это был Ансар с толстенной папкой под мышкой. Избегая моего взгляда, сын склонил голову в знак приветствия, а затем бухнул свою ношу на стол. Судя по надутым губам, мой недоросль опять был чем-то недоволен.

— Что случилось, Ансар? — поинтересовался я, придвигая к себе папку.

— Я так больше не могу! Этот невежа Гордон использует меня, словно младшего клерка! Это невыносимо! Когда вы поручите мне настоящее дело, чтобы я смог показать себя, отец? Я принц, а не посыльный!

— Вначале ты должен хоть как-то проявить себя в работе, которую тебе поручают в канцелярии. За тобой внимательно наблюдают, чтобы выявить склонности и то, что у тебя лучше всего получается. Я тоже принц, но, поверь, так же как ты, начинал с самой простой работы в департаменте.

Недовольное сопение было мне ответом, но я счел, что разговор закончен и нырнул в дела.

Первым в стопке лежал договор подряда на ремонт детского отделения госпиталя Светлых дев в Гелмаре. Цифры в нем были похожи на нормальные, я прижал перстень печатку, после чего на бумаге появился переливающийся магический росчерк.

Следующий документ — прошение об отставке королевского казначея — остался без подписи, но с резолюцией: «Отказано. Пока я не нашел замену, пусть работает!»

Ансар все это время терся возле стеллажей, не решаясь сесть без моего позволения и со скуки изучая корешки книг. Пусть постоит, хоть какая-то физическая нагрузка.

Я взялся за очередной договор, внимательно перечел и подписал. Работал привычно, быстро вникая в содержание. Тишину читального зала прерывали лишь стук печатки или сердитое поскрипывание стилоса, если требовалась резолюция. Так, я просмотрел около пятидесяти документов, но вдруг зацепился взглядом за знакомую сумму.

Передо мной лежала смета на возведение форта. Того самого, за строительством которого, я летал вчера надзирать вместе с Даниэлем ад’Варггом. Мне отчетливо помнилось, как я подписывал этот документ на прошлой неделе. Да и астрономическая сумма в двести две тысячи леев не из тех, что скоро забудутся. Если я это сейчас подпишу, деньги уйдут из казны во второй раз.

От гнева зачесались кулаки, и я с удовольствием разбил бы сейчас в кровь наглые физиономии собравшихся в военном министерстве ворюг. Однако, поймав любопытный взгляд Ансара, я сдержался. Не стоит подавать мальчику дурной пример, тем более что виновные пока далеко. Я аккуратно убрал доказательство подлога в свое подпространственное хранилище и продолжил подписывать бумаги.

Когда я закончил и отпустил сына, то обнаружил, что потеряно полтора часа. Устало откинулся в кресле и вновь принялся просматривать книгу. Но, да простит меня тень эйса Люка ди’Фиерволфа, в его сочинение мне не суждено было погрузиться.

Маговизор снова издал призывный звук, и я едва не взвыл от отчаяния. Искатель сведений из меня никудышный.

В висках застучало, едва я взглянул на присланное главным дознавателем короткое сообщение: «Ваше Высочество! Король личным приказом повелел прекратить дознание. Дело о крушении вашего карруса, к сожалению, закрыто».

45 Дневник каторжника

Марс ди’Зорр

Тишину библиотеки то и дело нарушал приглушенный шум голосов.

«Кажется, моему другу не дают сосредоточиться на поиске. Ну ещё бы, ведь король скинул на него всё управление государством. Принцу не позавидуешь!»

Меня же ничего не отвлекало, и, просмотрев с десяток книг про горный массив Уруз-Хай, я отыскал несколько упоминаний о бьющих в низинах ключах и высокогорных родниках. Было бы странно, если бы ничего не нашлось, ведь с этой возвышенности берут начало несколько крупных рек. Отыскалась даже местная легенда о Гномьей Деве, обитающей в источнике где-то в предгорье. Что творит сия особа я так и не понял. То ли утаскивает неосторожно задремавших на бережке путников в омут, то ли, наоборот, одаривает их речными жемчугами — у авторов ее деяния описывались по-разному.

Рассказы о скитаниях в предгорьях пестрели смертельными схватками с личами, стаями огромных волков, а также неведомыми монстрами, достоверно и научно описать которых до сих пор не удосужились. Может, потому что никто не вернулся из тех мест.

Мрачно усмехнувшись этому «оптимистическому» предположению, я аккуратно зафиксировал описание источника и приступил к изысканиям в сочинениях о Про́клятых островах.

Официальных справочников по этому отдаленному архипелагу, затерянному в Ледяном океане, в королевском книгохранилище не нашлось, но некоторые каторжники умудрялись составлять подробные заметки о своей жизни на удалённом от родины клочке суши. Какими причудливыми путями эти потрепанные тетрадки вернулись в Саррос, оставалось лишь гадать. Дневники, исполненные безысходностью и отчаянием, всегда обрывались неожиданно и более не возобновлялись.

'3-й день второго месяца весны 3555 года эпохи Мира.

Утро. Подрался с соседом из-за разбитого горшка. До обеда копали с ним грядки возле землянки, так как удалось раздобыть немного семян сахели. Авось не будем голодать этой осенью.

Полдень. Пришел надсмотрщик и растоптал грядки. Теперь до осени точно не дотянем, нечего и думать.

По слухам, Дэви и Чарта утащил в горы громадный грифон. Надсмотрщик гонит нас завтра с соседом в каменоломню, чтобы заменить их.

Наверное, это последняя запись. Мой дар выжжен, так что я, как и все здесь, легкая добыча для мерзких тварей. А их развелось в горах, что твоих голубей на Королевской площади Гелмара! Я был большим лиходеем, да простит меня Шандор, но лучше уж быстрая смерть от лап ненасытного чудовища, чем мучительная агония от голода'.

И правда, других записей в грязной, растрепанной тетрадке не было.

Упоминания об огромных хищных грифонах — чудовищных птицах-зверях с гигантским размахом крыльев, способных унести в своих цепких когтях даже взрослого ханна — разумеется, не обрадовали меня. В наше время эти хищники стали такой редкостью в человеческих королевствах, что немногие помнят о них. Но, вероятно, где-нибудь в пустынных горах еще можно встретить две-три особи. Впрочем, для сильного мага это не такая уж большая проблема.

Среди десятков подобных дневниковых записей о невзгодах каторжан нашлось упоминание об источнике «живой» воды. Один из таких бедолаг — бывший маг, сосланный на острова пятьсот лет тому назад — упомянул про родник вскользь, словно обо всем известном факте.

Он и его напарник заблудились в горах во время сильнейшего тумана. Сбились с тропинки и свалились в глубокую пропасть. Товарищ его умер от травм на месте, а маг — бывалый малый, судя по всему, — израненный, полз по дну ущелья целую ночь, а на рассвете оказался на берегу озера и набрел на бьющий прямо из скалы источник, вода из которого за несколько часов затянула раны и придала ему сил. Правда, через месяц, записи в его дневнике все равно резко оборвались. Вероятно, злой рок проклятого архипелага свершился и над беднягой.

— Нашел что-нибудь?

Углубившись в поиски достоверных подтверждений существования источника с «живой» водой, я так увлекся, что не заметил, как ко мне присоединился Ильхард.

Я поднял голову от старинного манускрипта, относящегося к Эпохе Исследования земель — так черные ледяные драконы назвали период в несколько десятилетий, когда они активно собирали сведения о землях, на которых можно основать могущественное государство. В конце концов, они захватили богатое месторождение иллирийских кристаллов на западе континента Аганроуз, и даже страну свою назвали Иллирия.

— Есть кое-что забавное, — откликнулся я, вновь опуская глаза на страницу. — А у тебя?

— Тоже кое-что… — голос Ильхарда полнился грозовыми нотками.

Я взглянул на друга внимательнее. Тот был бледен, по скулам ходили желваки, а глаза недобро щурились.

— Что случилось?

— Король прекратил расследование инцидента с моим карром, — прорычал принц сквозь зубы. — Якобы огласка подобных фактов крайне нежелательна.

Я нахмурился.

— А что же он предлагает в таком случае? Если кто-то покушался на наследного принца…

— И не в первый раз, я замечу, — вставил Ильхард.

— … Подобный инцидент нельзя оставить без внимания.

— Вероятно, отец подозревает, кто это затеял, и не хочет, чтобы цепочка привела к…

Ильхард осекся, чутко прислушался к мертвой тишине вокруг и не стал продолжать.

Мне и не требовалось имен. Я сам, к сожалению, прекрасно знал, кто тот дорогой королю человек, на которого может указать тщательное расследование. Всевластие фаворитки мне пришлось совсем недавно прочувствовать на своей шкуре.

И все-таки мне не верилось, что в покушениях замешана фаворитка. Неужели Сильвия окончательно погрязла в интригах? Ладно бы мое смещение, у нас старые счеты, но покушаться на жизнь наследника!

Однако я не мог не признать, что логика здесь есть. Россхельм II давно устал от власти, а Ильхард год от года теснит отца и требует строгой отчетности в расходовании казенных денег. Он как кость в горле для присосавшихся к трону паразитов. То ли дело милый мальчик Ансар: пройдут годы и годы, прежде чем юный принц начнет хоть немного разбираться в хитросплетениях внешней и внутренней политики.

— И что мы будем делать? — спросил я, напряженно взглянув в голубые глаза принца.

— Искать информацию, конечно, — откликнулся Ильхард, указывая на книгу в своей руке. — Если явимся с пустыми руками, Огонек устроит нам веселую жизнь!

46 Загадочный подарок

Марс ди’Зорр

На следующую пару часов словно вернулись наши беззаботные студенческие годы. Тогда, прогуляв весь семестр, мы так же плотно зарывались в книги в лихорадочных попытках наверстать упущенное.

Слава богам, сейчас нас никто не отвлекал, потому что Ильхард намеренно оставил свой артефакт связи в разделе, посвященном континенту Табхайер. Принц увлеченно проглядывал заметки какого-то средневекового искателя приключений, а я тем временем отыскал еще два упоминания родника с «живой» водой.

«Отчет о землях Северного Духрейвена», найденный в древнем манускрипте эпохи Исследования земель, давал общее описание этого сурового края. Драконы здесь столкнулись с серьезным соперничеством в воздухе. Стоило им взлететь, как свирепые грифоны накидывались на них. Кинжальные когти этих крылатых зверей легко пробивали драконью чешую. Разведчики остановились близ озера Мертвеца, чтобы залечить раны, и набрели на источник. Чудодейственные свойства местной воды были отмечены как единственное достоинство этого дикого края.

Другим подтверждением существования «живой» воды стала легенда одного из орочьих народов, живущих в самом сердце континента Духрейвен. Записанная около пятисот лет назад путешественником-атаканцем, она ничем бы не отличалась от других сказок, но указанные в ней топонимы идеально совпадали с реально существующими. Однако это не помешало нам с Ильхардом от души посмеяться над ее содержанием.

«Однажды славный воин из племени Белого волка оседлал крылатого верда и полетел на запад. Он надеялся отыскать новые земли для своих людей, да сгинул. Его невеста Айвен ждала его тридцать зим, а после отправилась искать».

— Наверное, за это время она успела родить ему восьмерых сыновей? — с циничной усмешкой поинтересовался принц.

— Думаю, их было больше. Иначе объяснить, зачем она ждала столько лет, просто невозможно!

«Шла она пешком через Вейрские степи и холмы Чуди. Перебиралась через Черный хребет и переплывала глубокие реки Ар и Авен. Храбро сражалась Айвен с чудовищами, но не нашла своего любимого. Никто не видел его. Так, девушка вышла на берег океана. Там рыбаки поведали ей, что дальше в море лежат острова. Айвен рассудила, что, если на большой земле ей не удалось отыскать следы своего милого, его нужно искать за морем. Она взяла челн и поплыла…»

— На челне? — подняв бровь, уточнил Ильхард, не отрываясь от своей книги.

— Хорош пошлить! — одернул я приятеля и продолжил читать:

«Много дней плыла верная дева, мучаясь от жажды и голода. Когда же она взмолилась богам о быстрой и милосердной смерти, Шандор снизошел к ней, и на горизонте показались серые очертания далеких островов. Причалив к самому большому, Айвен долго бродила по берегу, но не встретила ни людей, ни демонов. Тогда она отравилась в глубь острова, по пути сражаясь с крылатыми монстрами. Долго бродила по горам, пока, наконец, ведомая самой богиней любви Лаиной, не вышла к глубокой расселине в скале. В ней-то она и отыскала окаменевший труп своего жениха».

— Расселина образовалась, несомненно, от падения тела ее возлюбленного?

— Разумеется. Навернулся с верда, растяпа!

«Зарыдала дева, забилась на земле от горя, застучала кулаками по холодному камню. От ударов этих треснула скала и забил источник с чистой, ледяной водой. Айвен набрала той водицы в пригоршню и полила окаменевшее тело своего милого. И ожил он, и стал еще краше и сильнее. Открыл воин глаза…»

— Ты собрался этот бред до конца читать, Марс?

— Нет, уже закончил. Завтра осторожно наведу справки у моего знакомого из Королевской магической академии об этом озере.

— Хорошо. Посмотри, что я нашел у эйса дей’Фиерволфа из Надании. Он тот еще хвастун, но пишет занятно. Кстати, почему имя его рода кажется мне таким знакомым? Дей’Фиерволф…

Я поспешил напомнить ему:

— Последняя из этого рода — леди Дана арк’Одден дей’Фиерволф. Наверное, ты, как и все, слышал о ней. Она последняя Зрящая и замужем за Черным драконом из Иллирии.

— Ах да, та конфетка… — восхищенно присвистнул Ильхард. Но вдруг осекся и, словно вспомнив о чем-то неприятном, серьезно взглянул на меня. — Кстати, не именуй меня бабником при Амелите.

— Ладно. Так что там этот дей’Фиерволф?

— Он упоминает «сумасшедшие оранжевые шары», о которых ему поведал приятель — читай: «собутыльник», он был тоже бывалым путешественником по Табхаейру. Про Ничьи земли этот тип отзывался, как о средстве немедленно покончить со своим бренным существованием. — Наследный принц захлопнул книгу и пружинисто поднялся, разминая затекшие плечи. — Мне все сильнее хочется немного отдохнуть от лжи и ненависти, которые опутывают трон, и навестить те гиблые места.

Я хмыкнул и тоже поднялся.

— Хранитель придет в ужас, но, пожалуй, нам следует на время позаимствовать эти тома. Амелите будет любопытно самой прочитать сказки.

— Верно. Девочка, наверное, в ярости после дня, проведенного в обществе моей матушки.

— Очень может быть!

Я убрал пригодившиеся нам книги в подпространство, и мы направились к выходу.

— Ты вернешься в Летнюю резиденцию вместе со мной? — поинтересовался я у друга.

Принц покачал головой.

— Нет, дела в министерстве. Готовься, Марс, как только вся эта ерунда с покушениями закончится, я запрягу тебя помогать мне. И для Амелиты тоже найдется работенка. Ее кипучую энергию нужно задействовать исключительно на благо государства.

Я рассмеялся, но тут же оборвал себя. Мы оба замерли в проходе между шкафами.

— Что за Тхар? — вырвалось у принца.

На широком столе, возле стопки разномастных книг был оставлен маговизор принца — плоский металлический планшет с большим темным экраном. Поверх него лежала изящная, кружевная дамская перчатка, а на ней покоилась черная роза — пышная, вся в капельках росы.

Ильхард двинулся было к столу, но я схватил его за плечо и дернул назад. Хотел сказать, чтобы он взглянул на этот натюрморт магическим зрением. Но не успел.

47 Побег из змеиного гнезда

Принцесса Амелита

Исколов себе пальцы, я оставила попытки рукодельничать и снова уставилась в голубую озерную даль и всерьез пожалела, что не догадалась пронести сюда в кармане платья небольшую книжицу или номер «Еженедельного Некроманта». Сейчас потихоньку развернула бы и отвлеклась от надоедливого жужжания о рюшечках и кружавчиках.

— Ваше Высочество, вам чем-то помочь? — немедленно подала голос одна из доверенных дам королевы.

«Да, помогите: оставьте меня в покое! Следят, будто коршуны!»

Я вновь повернулась к едва начатой, но уже ненавистной вышивке. Присмотрелась к тонким линиям замысловатого рисунка, нанесенного на ткань и… Уронила бы голову в отчаянии, да побоялась оцарапаться о булавки.

'Ненавижу свое подчиненное положение! Почему я должна заниматься тем, что мне не по душе?

Добро бы эти дамы еще для сиротского приюта одежку шили. Я как-то имела глупость предложить это. Хи-хи! Ух, что было… Они, видите ли, жертвуют на бедных достаточно, пусть сиротки сами себя обслуживают. Труд-де облагораживает!

Вот затем-то мне и требуется зелье Великой Черной Силы: магистр не обязана подчиняться глупому дворцовому распорядку. От моей невестки Миарет, например, никто не требует принудительного труда в обществе королевы Зангрии. А все оттого, что супруга моего брата — сильный маг Света и занята серьезными исследованиями, а не этим бесполезным протыканием материи иголкой'.

Вспомнив о Миарет, я, разумеется, подумала и о доме. Очень странно, но прошла уже неделя с тех пор, как я получила последнюю весточку от родителей. Нахальный некромант в первый же день забрал мой маговизор, и не удосужился отдать до сих пор. Правда, к своему стыду, я и не вспоминала об артефакте связи — до него ли было, ведь столько всего произошло! Нужно обязательно исправиться сегодня же вечером.

— Что-то я давно не видела его высочества принца Ансара, — произнесла герцогиня Моррон, восседавшая за пяльцами рядом с ее величеством. — Говорят, он теперь работает в Государственном Департаменте под руководством наследника.

— Ах, бедный мальчик так устаёт, — с чувством воскликнула королева.

— Зато его королевское высочество, принц Ильхард, каждый день навещает вас, Ваше Величество! И это очень приятно, ведь раньше он бывал здесь лишь по большим праздникам.

— Каждый день бывает здесь? — удивилась королева. Она даже оторвалась от работы и обернулась, чтобы взглянуть на герцогиню.

Я напряглась. Началось: змеиные укусы с милой улыбочкой.

— Его высочество считает своим долгом развлекать невесту сына, пока тот отсутствует.

Кто-то уронил ножницы, и противное дребезжание долго отдавалось в ушах — такая повисла тишина. Провокаторша невинно хлопала накрашенными ресницами, а королева вновь потянулась к своим успокаивающим пилюлям.

Я сделала над собой усилие, чтобы не вспылить. Не верилось, что меня намеренно хотели оскорбить — такая дерзость обычно королевой не поощрялась. Но, учитывая скандальную репутацию его высочества Ильхарда, фразочка статс-дамы прозвучала так, словно принц меня в постели развлекает!

— Вы сделали неправильный вывод, герцогиня, — спокойно проговорила я. Хоть волосы у меня и огненные, но я не так быстро краснею, как другие… рыжие. Сейчас я радовалась этому свойству. — Его высочество навещает моего телохранителя, а вовсе не меня. Он заинтересовался научными изысканиями, которые проводит эйс ди’Зорр. Вы ведь знаете, что он ученый?

Как я и рассчитывала, при словах «научные изыскания» дамы потеряли интерес к моим словам. Скандала не получилось, и головы вновь прилежно склонились к пяльцам.

А я мысленно перенеслась в Королевскую библиотеку. Интересно, нашлось ли там что-нибудь новенькое? Надеюсь, что да. Куда нам предстоит отправиться? В сумрачные горы Уруз-хай или на Проклятые острова? То, что нашу троицу ожидает путешествие в загадочные Ничьи земли Табхайера, я почти не сомневалась. Это так увлекательно и захватывающее! И так не похоже на мою унылую и скучную жизнь.

Но случится ли это? Вдруг Ильхард и Марс решат, что это слишком опасно, и отправятся за приключениями без меня? Такое вполне возможно. Кроме того, для моего отъезда нужно веское прикрытие. Не могу же я заявить королеве, что отправлюсь в джунгли вместе с ее сыном. Да ее удар хватит от подобного нарушения приличий!

— … Почему бы вам не навестить его в столице, Амелита?

«А? Что?… Ой, оказывается, Ее Величество что-то мне говорит».

Я подняла голову, отчаянно пытаясь уловить, о чем идет речь.

— Это подбодрило бы Ансара, — закончила свою речь королева.

«Ах, вот что! — я выдохнула с облегчением. — С удовольствием скаталась бы в столицу, вот только не к Ансару».

— Я подумаю над этим, Ваше Величество.

Моя фрейлина прилежно кроила кошель для моего жениха, а я поднялась.

— С позволения Вашего Величества, я бы хотела посетить дамскую комнату.

Дей’Форе дёрнулась было, чтобы проводить меня., но я мимоходом дотронулась до её плеча. Мы понимаем друг друга, потому фрейлина не последовала за мной.

Пока пробиралась к выходу, дамы провожали меня взглядами разной степени едкости. Я с удовольствием прикрыла за собой дверь и вдохнула полной грудью. Как же прекрасно, когда воздух не переполнен мускусными и цветочными амбре! Я и сама предпочитаю жасмин, но, смею думать, что не злоупотребляю этим роскошным ароматом.

Отказавшись от сопровождения услужливых лакеев, я направилась в противоположную от дамской уборной сторону и свернула в Малую картинную галерею. Вскоре показались высокие двери библиотеки. Осторожно приоткрыв створку, я скользнула в просторное, заставленное рядами шкафов помещение. Здесь было тихо и пустынно, от начищенной до блеска кафедры библиотекаря пахло воском. От самого лейра тэ’Сири — старичка-гнома, который заведовал этим книжным собранием — ударил довольно сильный запах чеснока, словно почтенный хранитель им натёрся.

Стараясь держаться подальше, я вежливо поздоровалась с лейром. Тот затряс седой бородой, обрадовавшись постоянной посетительнице.

— Добро пожаловать, принцесса! Сегодня вы снова хотите взять что-нибудь из раздела некромантии?

— Нет. Вернее, не совсем. Я услышала одну историю про призрака в этих местах. Возможно, всё это глупости, но мне стало интересно. Вот я и хотела бы посмотреть что-нибудь об истории этого дворца.

— Летняя резиденция — совсем ещё молодое строение. Ее строили по приказу батюшки короля Россхельма II, да продлят боги его царствование. Для истории это всего лишь миг. Что же касается призраков… — Старик степенно пригладил пышную бороду и хитро на меня посмотрел. — Кое-что об этом месте я всё-таки смогу вам рассказать.

Гном поманил меня к одному из шкафов и достал с полки старинный атлас. На стол легли пожелтевшие карты.

— Вот тут карты восьмисотлетней давности. Вот озеро Саннилай и бухта Уютная. А мы с вами сейчас находимся здесь. — Старик ткнул длинным костистым пальцем в едва заметную точку. — Вот это храм богини Марраны, построенный ещё в предыдущую эпоху. Он благополучно пережил нашествие демонов, однако сильно пострадал во время знаменитой грозы, которую назвали Гневом Шандора. А через сто лет в несчастное строение снова ударила молния, причем с такой силой, что купол раскололся надвое, и начался пожар. Это сочли карой богов, и храм был покинут. Местные крестьяне подрастащили его по камешку. К тому времени, когда батюшка нашего короля задумал построить летнюю резиденцию, никто уже не помнил, что когда-то здесь находился древний храм.

Старик закрыл атлас и бережно убрал его на полку, не прерывая рассказа:

— Но это обнаружилось, когда начали рыть котлован под фундамент. Наткнулись на руины и обратились к документам. Созвали даже комиссию при магической инквизиции, которая рассмотрела вопрос о святотатстве, но нарушений не нашла, так как храм был разрушен самим Шандором. Строительство продолжили. К счастью, никаких нарушений магического поля на территории дворцового комплекса до сих пор не зарегистрировано. Если случается что-то на берегу или в окружающих дубравах, дело уж точно не в древнем храме.

Я тепло поблагодарила словоохотливого старика и поспешила в раздел «Некромантия». Во время рассказа про храм, разрозненные фрагменты, будто мозаика, начали складываться у меня в голове.

«Скелет, его странный жест, богиня Маррана… Что-то мне это напоминает…»

48 Проклятье высшего уровня

Принц Ильхард

Роза исчезла с едва слышным хлопком, оставив после себя клуб легкого черного дыма. Не нужно быть некромантом, чтобы сообразить: вдохнувший эти пары немедленно отправится за Грань. Хуже всего было то, что облако Черной Смерти стремительно росло, захватывая и отравляя все новые частицы воздуха.

Мы с Марсом, разумеется, не стали ждать, пока смертоносный воздух доберется до нас. Едва хлопок, сопровождавший активацию заклинания, стих, мы уже мчались между рядами шкафов к выходу. Захлопнув дверь, я поднял руку: с пальцев слетело стихийное заклинание, герметично запечатывая помещение Особого отдела хранения.

Спуртовать, задерживая дыхание, то еще удовольствие. Легкие горели, и я с трудом отдышался.

— Уф-ф-ф, давно я так не бегал… Что это за Тхаров дым?

— К Тхару этот дым не имеет отношения, это смертельное проклятье высшего уровня, — поправил Марс, умудряясь умничать даже сейчас. — Нам здорово повезло, что мы остались живы.

— Да я не про проклятье, а вообще обо всем, что произошло в последние дни… Кто-то всерьез взялся за то, чтобы спровадить меня на тот свет.

— А, ты об этом… Да, не дают нам скучать… Но так ведь и ты теснишь ворюг из военного министерства. Вот они и огрызаются.

— Если бы отыскать доказательства, что кто-то из генералов причастен к этим инцидентам… Но нет! Отец связал мне руки своим запретом продолжать расследование. Самое отвратительное во всем этом, чувствовать себя дичью, и не иметь права ответить!

Я сжал кулаки, подавляя дикое желание впечатать их в стену, чтобы хоть как-то подавить фрустрацию.

— Хвала богам, мы не взяли с собой Амелиту. Девочке бы не спастись…

— Вот-вот, я ей так и сказал… Со мной становится слишком опасно…

— Постой-ка, друг мой, — прервал меня Марс, к чему-то прислушиваясь. — А ведь хранитель особого отдела библиотеки должен был находиться на своем месте?

Я вздрогнул и тоже уставился на высокие резные двери, на которых морозной изморозью посверкивала вязь заклинания «Воздушной Печати».

— Тхар, ты прав: старик остался внутри…

Мы переглянулись, решая, что делать.

— Надеюсь, бедняга еще жив.

— А я-то как надеюсь! — подхватил я. — Очень любопытно, как этот тип объяснит появление посторонних предметов на столе в закрытом отделе хранилища.

— Вызвать на откровенность можно и мертвого… Ты готов, Ильхард? От тебя потребуется создать для нас воздушный заслон. Входим, я оцениваю опасность, и только если проклятье уже нейтрализовано, следуем к кафедре библиотекаря.

Еще одно «веселенькое» свойство высших проклятий — саморазрушение. Они распадаются без следа через пять — десять минут после активации. Позже невозможно доказать, что смерть наступила под действием проклятья, а не от естественных причин.

Я снял печать с двери. Ди’Зорр осторожно приоткрыл створку, и я немедленно выставил «Воздушный заслон». Стена воздуха, плотная, но прозрачная, выдвинулась вглубь помещения, потеснив зараженную атмосферу. Марс шагнул в образовавшуюся безопасную камеру, накинув защитную мантию некроманта.

Я должен был концентрироваться, удерживая заслон, не то непременно бы вспомнил, как вчера из этой широкой, но мрачной накидки выглядывала задорная мордашка Амелиты.

Мне пришлось задержаться у дверей в ожидании отмашки, что все в порядке. Марс чертил в воздухе какие-то руны, один за другим перед ним возникали и рассеивались похожие на серую паутину символы. Наконец, некромант повернулся ко мне.

— Все чисто. От тлетворного влияния не осталось и следа.

Я развеял стену и с опаской вдохнул воздух, насыщенный неистребимой книжной пылью.

Мы устремились к месту, где библиотекарь обычно копошился с книгами. Возле кафедры были разбросаны книги. Чуть поодаль мы увидели старика. Он лежал навзничь, его блеклые глаза незряче пялились в потолок.

Марс попытался нащупать пульс на шее, но куда там — старик был мертвее мертвого уже несколько минут.

— Какое мастерское проклятье! — почти восторженно воскликнул Марс. — Кожные покровы лишь чуть побледнели, в глазах нет обычной для некро-заклинаний черноты. И вообще, труп выглядит так естественно!

Я хмыкнул. Эти некроманты все немного сдвинутые на почве смерти. Надо же, какой красивый мертвец!

— Тхар тебя побери, Марс! Да ведь мы с тобой могли бы сейчас так же красиво лежать!

— Окоченение уже наступило. Интересно… — Ди’Зорр не слушал меня, увлеченный какой-то одному ему известной мыслью. Наконец, он отвлекся. — А? Что? Могли бы лежать, говоришь? Вот потому-то и нужно исследовать все досконально, чтобы понимать, что это за гадость, и кто ее наслал.

— Мне ясно одно: от этой тхаровой библиотеки и от дворца нужно держаться подальше. Уйдем уже отсюда!

Мне и правда, стало невыносимо тесно и тошно в этом помещении без окон. Но покинуть его нам удалось далеко не сразу.

Королевский целитель констатировал смерть библиотекаря от сердечного приступа. Мы не пускались в откровения по поводу проклятья, просто сообщили, что старик найден мертвым. Эта версия не вызвала подозрений ни у целителя, ни, позже, у королевских коронеров, которые забирали труп.

Почему мы не упомянули о проклятии? Да просто не сочли нужным сотрясать воздух понапрасну. Король ведь не желал огласки, не так ли?

Когда посторонние удалились, мы с Марсом вернулись к столу, где я оставил маговизор. Считайте меня параноиком, но я больше не чувствовал себя в безопасности здесь, потому установил вокруг нас «Купол молчания».

На экране по-прежнему лежала черная дамская перчатка. Некромант сделал мне знак не подходить и принялся колдовать над ней, выискивая зловредные чары. Но ничего не происходило. Наконец, перчатка была поднята и рассмотрена со всех сторон. Дорогое эльфийское кружево, на лайковой окантовке шелком были вышиты замысловатые буквы «С» и «З».

Мы долго молчали, глядя на эту монограмму.

— Сильвия ди’Зорр, — нарушил тишину Марс.

— Похоже. Но зачем бы ей оставлять перчатку? Что за дурацкий жест? Ну ладно, умер старик-библиотекарь — его смерть похожа на естественную. Но скончайся внезапно здоровый, молодой мужчина, и началось бы расследование.

— Вот-вот, на то был и расчет, вероятно. Неопровержимая улика должна была указать на мою сестру. Как я не ненавижу Сильвию, но, похоже, ее хотят подставить. Причем работают довольно нагло.

— Одним ударом хотят убрать с доски две сильные фигуры? — Я задумчиво потер подбородок. Ярость, владевшая мной, мгновенно улеглась, ее место заступил азарт охотника. — Кто же этот самоуверенный игрок?

— Это нам и предстоит узнать. Мы должны составить план действий.

Я убрал маговизор в подпространство.

— Послушай, Марс, довольно нам уже сидеть в этих четырех стенах! Мы просто обязаны немедленно прочистить легкие от книжной пыли за бокалом старого кальварского.

— Отлично, отправляемся в твой клуб. Но для хорошей компании нам потребуется кое-кто третий.

49 Секретное расследование

Марс ди’Зорр

«Кое-кем третьим» был Лерой — мой хороший товарищ по службе в Управлении внутренней разведки — видный чин в департаменте Главного дознавателя.

Я не был удивлен, когда выяснилось, что принц и Лерой неплохо знакомы. Оказалось, что Ильхард не раз прибегал к услугам сыщика, когда требовалось расследовать особенно запутанные дела в Государственном департаменте. Еще бы, это уникальный специалист — о способностях Нилса Лероя к перевоплощению ходят легенды.

Заместитель главного дознавателя примчался в убежище принца на громадном крылатом ящере, переполошив непривычную к такому «транспорту» прислугу. Трое здоровенных лакеев едва управились, привязывая взволнованно клокочущего гигантского верда. Когда уже казалось, что люди близки к успеху, ящер взмахнул крыльями, выдергивая поводья из их рук, и все началось сначала.

— Тебе предстоит раскошелиться на чаевые этим беднягам, Нилс, — ухмыляясь, проговорил принц, придвигая гостю оплетенную лозой бутылку с добрым красным вином семилетней выдержки.

Лерой лишь хмыкнул и, опрокинув бокал, откинулся на подушки. Его большие серо-зелёные глаза с любопытством поблескивали из-под непослушных прядей чёлки, которые падали на лоб.

— Что-то еще случилось, Ваше Высочество?

— Давай оставим церемонии, Нилс. Ты, наверное, слышал, что король запретил расследовать недавнее покушение?

— Конечно, и все мы в недоумении, тем более что на обломках магомобиля нашли остатки артефакта, сработавшего в назначенное время.

Мы с принцем переглянулись.

— Как интересно. А техно-маги что-нибудь рассказали?

— Помощник, похоже, ничего не знал. Допрашивать мертвого пока не стали, ведь его величество наложил запрет.

— Король опасается огласки, — Ильхард безнадежно покачал головой. — Он всегда был такой. Королевская власть сакральна и неприкосновенна. В его понимании, любая болезнь или слабость для монарха недопустима. «Покушение» и «наследник» — нельзя, чтобы эти слова стояли рядом, понимаете?

— Да, но не кажется ли тебе, что тут другое? — многозначительно спросил я.

Ильхард задумчиво крутил пустой бокал в своих длинных пальцах.

— Знаю, что имеешь в виду. Отец беспокоится, что расследование выведет к одной особе?

— Да, я бы сказал к особе, под очаровательной пятой которой он находится, но я не привык лгать, потому промолчу. Как бы то ни было, я считаю, что замалчивание — не лучший выход. Тем более что сегодня новая дерзкая попытка лишила нас дворцовый штат хранителя Особого отдела библиотеки.

Глаза Нилса загорелись живым интересом, он подался вперед. Мы ввели его в полный курс дела.

— Так. Противник пользуется занятными и разнообразными методами. До этого я подозревал, что мы имеем дело с умелым артефактором, способным создать компактный, но мощный нейтрализатор защитного поля с часовым механизмом. Но во втором случае проклятье высшего уровня заключено в искусную иллюзию. Хм. Очень интересно будет допросить старика-библиотекаря. Он был пособником, иначе как мог проникнуть в закрытое хранилище молодой чиновник, который предупредил принцессу о покушении, а также сегодняшний зловещий подарок.

— Мне кажется, беднягу использовали втемную, — вмешался Ильхард. — Иначе он вряд ли бы остался в помещении, где должна была витать смерть.

— Вполне возможно. Интересное дело, — Нилс энергично взлохматил свою русую шевелюру. — Но что вы хотите от меня?

Ильхард взглянул на него многозначительно.

— Я хочу поручить расследование тебе. Под строгим секретом, как ты понимаешь. Займись этим, Нилс.

— Что ж, можно. Только ты, Ильхард, тогда как-нибудь прикрой меня от начальства.

Принц извлек из подпространства свой маговизор и отправил пару строк главному дознавателю.

— Готово, я велел направить тебя в новый гарнизон на восточной границе с неофициальным расследованием. Кстати, там и вправду, есть что покопать.

Он достал из подпространства толстую папку с документами и передал ее Лерою.

— Просмотри на досуге. Что-то мне подсказывает, что здесь могут найтись ключи и к моему делу.

* * *

Вернувшись в Девичьей флигель, я застал в гостиной сьерру дей’Форе. По слегка взъерошенному виду почтенной дамы нетрудно было догадался, что во дворце с ней произошло нечто неприятное. Я тяжело вздохнул, готовясь к очередной порции плохих новостей, и осторожно поинтересовался:

— Что-то снова не так, уважаемая сьерра?

— Ах это вы, мой эйс? — Дама вздрогнула и обернулась ко мне, нервно ломая руки. — Впредь я бы попросила вас не отходить от принцессы. Где вы вечно пропадаете?

Я пропустил мимо ушей ворчливый упрек.

— Да что случилось-то?

Оказалось, ничего экстраординарного. Просто наша воспитанница сбежала от королевы и ее дам, и скрывалась, пока ее искали по всему дворцу. В конце концов, принцессу обнаружили в библиотеке за чтением книги по некромантии. Хуже всего, что королева отчитала Амелиту при всем дворцовом штате, и теперь рыжий Огонек сидит, надувшись, в своей комнате.

Фрейлина была на меня в обиде, но я был искренне рад, что избежал участия в этой кутерьме. Скорее всего, я бы поддержал желание девушки удрать. И кончилось бы тем, что гнев монаршей особы достался бы нам двоим.

Оставив упреки дамы без ответа, я поднялся на второй этаж. Хотел толкнуть дверь спальни принцессы, но решил сперва переодеться и прошел к себе. Окно-фонарь было распахнуто. Свежий ветерок врывался в комнату и шелестел бумагами на столе. Я сбросил камзол на пол, раскрыл дверцы шкафа, выбирая подходящий жилет, когда вдруг безотчетное чувство опасности заставило резко обернуться к окну.

Инстинкт не обманул. На подоконнике, вальяжно согнув длинную ногу в колене, развалился неизвестный мне блондин. Пришелец был красив, аж до тошноты и, похоже, нагл сверх меры. Сверкающие золотом волосы собраны в небрежный хвост на затылке. Злые зеленые глаза с вертикальным росчерком зрачка, выдававшем в нем демона, оглядели меня с ног до головы, будто измерили.

— Ты кто такой и что здесь делаешь? — надменно спросил незнакомец.

50 Заботливый старший брат

Марс ди’Зорр

Голос у пришельца был низкий и прозвучал весьма властно. Вероятно, этот тип — важная птица и привык к повиновению. Но сейчас он наскочил немного не на того.

— А ты как сюда просочился? Уж не ветром ли тебя надуло?

Неизвестный блондинчик презрительно сощурил глаза, на миг мне показалось, что они полыхнули фиолетовым пламенем. Точно демон, и, скорее всего, использует маскировочную иллюзию, только работает она паршиво.

— Думаешь, нагородил магических решеток, и никто не проберется? — он коротко и хрипло рассмеялся, мельком взглянув на крышу.

Понятно, вероятно, спрыгнул на скат кровли с верда или с карруса. После прыжка Ильхарда это не оригинально, но своего этот гад достиг.

— Кто ты такой и почему переодеваешься в кабинете моей сестры?

Я замер на мгновение, переваривая новую для себя информацию.

«Вот как? Явился родственничек Амелиты. Значит, это и есть знаменитый Алес ди’Ринор, герцог Сетт[1]. Баловень удачи, гонщик, и, как говорят, невероятно сильный некромант, способный принимать боевую ипостась демона. Та же неукротимая кровь течет, кстати, и в жилах нашего Огонька. На примере брата и сестры наглядно видно, насколько подавляли волю принцессы ее воспитатели. Оно к лучшему, конечно. То, что в обществе легко прощают молодому повесе, ни за что не простят девице благородных кровей».

— Теперь это мой кабинет, дорогой герцог. Хочу узнать, что заставило вас пренебречь парадной дверью?

Сетт нетерпеливо дернул плечом, отметая столь глупые условности, как обычный вход в дом. Взгляд его сделался жёстче.

Я спокойно повернулся к шкафу и, выбрав жилет из мягкой замши, неторопливо облачился в него.

— Маговизор сестры не отвечает уже неделю, и я понял, что настала пора навестить ее. — Тут Сетт смерил мою фигуру холодным взглядом, словно выбирая место, куда метнуть кинжал, и продолжил: — До меня также дошли неясные слухи о том, что здесь плохо обращаются с принцессой Зангрии.

Презрительный тон неприятно царапал мне нервы. Я холодно усмехнулся.

— И что же? Вы нашли здесь ее тюремщика и надзирателя. Что дальше?

— Ты ищешь смерти, парень, — пробормотал герцог.

«Парень⁈ Да ты просто наглый щенок!».

— Давайте без угроз, Сетт. Я тут не по своему желанию, ясно? Но я задал вопрос: что будете делать, обнаружив, что ваша сестра здесь несчастлива?

Я спрашивал не только для того, чтобы взбесить герцога. Мне и в самом деле не давало покоя то, как родители Амелиты относятся к своей младшей дочери. На маговизоре, что забыла в кабинете девочка, за неделю высветилось двенадцать непринятых вызовов: два от ее невестки, Миарет, и десять — от брата. А что же родители — принц Аллард и принцесса Отилия? Отправили дочь в чужую страну, где ей предстоит жить с нелюбимым человеком. Они не могут не понимать, как тяжело Амелите среди чуждых по духу людей. Неужели им безразлична судьба дочери?

К моему изумлению, красавчик помрачнел и оставил грозный тон.

— К сожалению, забрать Амелиту я не вправе, хотя желал бы этого больше всего на свете. Решение короля не изменить. Государственные интересы, будь они прокляты!

Я промолчал, исподтишка рассматривая полудемона на предмет схожести с сестрой, и не нашел общих черт. Может быть, в этом секрет отношения к ней родственников? Амелита как-то упоминала, что она копия прабабки по материнской линии — рыжеволосой эльфийской ведуньи, в то время как Сетт унаследовал яркие черты мужчин правящего дома.

— Но где же Амелита? Я должен поговорить с сестрой! Почему она не отвечала? Она здорова?

Я не успел ответить, так как дверь внезапно открылась настежь, и на пороге появилась сама принцесса. В темном брючном костюме — она, кажется, была готова к прогулке. Девушка не заметила брата, так как тот все еще сидел на подоконнике. Сверкающий любопытством взгляд ее изумрудных глаз был направлен исключительно на меня.

— Наконец-то ты вернулся, Марс! Ну, что там новенького? Что вам удалось отыскать?

Ну, что сказать? Старший братишка был слегка изумлен фамильярным тоном, с которым принцесса обратилась к своему тюремщику. Демонские глазищи вновь зло засверкали. Молодец пружинисто спрыгнул с подоконника, преградив сестре путь.

И тут же пошатнулся под напором прыгнувшей ему на шею Амелиты.

— Алес! Откуда ты здесь взялся?

— Малышка! Да ты совсем взрослая! Погоди, задушишь!

Пережидая порыв родственных приветствий, я уселся в кресло у камина. Кинул на аккуратно сложенные в очаге дрова искорку тьмы, разжигая жаркое магическое пламя.

— Я буквально сегодня вспоминала, что нужно с тобою связаться. И вот ты здесь!

— Да, я здесь именно по этой причине. Твой маговизор не отвечал, Лита!

Амелита смущенно спрятала лицо на груди у блондина. Тхар его знает почему, но мне очень хотелось отцепить ее руки, обнимающие брата за шею. Что это? Ревность? Собственничество? Неужели я уже настолько свыкся со своей ролью при принцессе?

Сетт подвел сестру к камину и, устроившись в кресле напротив меня, усадил ее к себе на колено.

— Ну, рассказывайте, что у вас происходит. Вижу, вы тут не скучаете.

Я не без интереса посмотрел на Амелиту: как она будет выкручиваться? Да, принцесса хорошая врушка — я не чувствую ее лжи. Тем не менее было интересно, купится ли знаменитый некромант на девичьи уловки.

— Ничего не происходит, все в порядке. — Рыжая бестия невинно захлопала темными ресницами. Видя скепсис в глазах брата, Амелита поежилась в притворной попытке перевести разговор на другое. — Здесь немного дует от окна, ты не находишь?

Ветер, скорее похожий на ураган, немедленно захлопнул створки рамы, а Сетт даже головы не повернул. Он улыбнулся уголком рта и подцепил один из брелоков, свисающих с золотого браслетика, с которым не расстается Амелита.

— Я сам подарил тебе этот артефакт. Не думай, что я не чувствую твоей лжи.

Он поднял требовательный взгляд на меня, но я беспечно ухмыльнулся: мол, ты не мой брат, подчиняться не заставишь.

Амелита громко вздохнула и уселась на коленях брата поудобнее. Взглянула испытующе ему в глаза.

— Думаю, можно тебе все рассказать. Только обещай не выдавать маме и папе, и, конечно, дяде Даррену.

Блондин нахмурился, но кивнул — для принцессы этого было достаточно.

— Помнишь, ты рассказывал про зелье Великой Черной Силы? Так вот, мы нашли рецепт и ищем ингредиенты.

— «Нашли»? «Мы»? А кто это «мы»? — озадачился старший брат. — Впрочем, одного помощника я вижу… Кстати, мне так никто и не объяснил, почему в твоем доме живет мужчина!

— Больше никого нет, — снова состроена невиннейшая мордашка.

— Аме-ли-та! Я вижу твою ложь, забыла? Есть кто-то третий. Кто он? Твой жених?

— Эм, нет… — Принцесса вдруг вышла из себя и стукнула кулачком в широкую грудь герцога Сетта. — Хырова чешуя, Алес! Ты же сам говорил, что Ансар никуда не годится.

— Верно. Тогда кто?

Было так забавно наблюдать за отпрысками младшей ветви зангрийского королевского дома.

— Его отец, — подсказал я.

Огонек послала мне предостерегающий взгляд. Но, оценив мое спокойное лицо, сдалась.

— Шутите? — Нас обоих полоснули лиловые демонские глаза.

— Ты все не так понял, — запротестовала Амелита, тряхнув копной волос цвета огня. — Принц Ильхард — друг Марса и наш компаньон по поиску компонентов для зелья силы.

Блондин погрузился в глубокую задумчивость. Некоторое время слышалось лишь потрескивание пламени, пляшущего на толстых поленьях.

А затем прозвучал хрипловатый голос нашего гостя, и в нем слышалась затаенная ярость:

— Вот что, друзья мои. Вызывайте сюда принца Ильхарда. Я хочу знать, какого Тхара он вертится рядом с моей сестренкой!

* * *

[1] Волнующие приключения Алеса ди’Ринора и его кузена, принца Роэнна, а также их очаровательной невесты Миарет описаны в романе «МИА. Замуж по воле Солнца»

51 Прекрасный старший брат

Принцесса Амелита

Алес! Я не видела брата почти год и чуть с ума не сошла от радости, внезапно обнаружив его здесь.

У меня есть право десять дней в году провести на родине. В остальное время встречи с семьей — лишь в заранее оговоренные дни и в присутствии членов правящего дома Сарроса. Таковы условия межгосударственного договора, на который с легкостью пошел мой дядя, ради каких-то там торговых выгод для Зангрии. Король Даррен искренне не понимал, почему мои родители так возмущены тем, что не могут видеться со своей дочерью, когда и сколько захотят. Но, как ни возмущался младший брат короля, ему пришлось согласиться.

Алес пробрался сюда тайком, раньше он такое не раз проделывал. Но с тех пор как братик женился, я видела его редко, что вполне объяснимо. Мне было приятно, что Сет волнуется за меня, однако, кажется, он сердит? Я вгляделась в прекрасное родное лицо, слегка искаженное при помощи изменяющего внешность артефакта. Так и есть: нахмуренные брови, твердо сжатая линия губ.

Я насмешливо фыркнула и ткнула пальцем в твердокаменную грудь брата.

— Что ты мелишь, братец? До глупостей ли нам? Тут на Ильхарда по десять покушений в день происходит, вестники смерти по дворцу гуляют… А еще ингредиенты редкие надо искать. Так о чем ты, вообще?

Кажется, мне удалось завладеть вниманием герцога Сетта.

Он сел поудобнее и приказал:

— Рассказывайте все подробно.

Я обернулась к Марсу, тот выразительно посмотрел на меня и отвел глаза. Ясно, встал в позу и подчиняться приказам не намерен.

Пришлось говорить мне. Я начала издалека со своих поисков, находке общего рецепта, неудачных экспериментов.

— Стекло сварила? — Алес рассмеялся, но не издевательски, а по-доброму, потому я не обиделась. — Сестренка, ты всегда торопишься и вливаешь слишком много силы, оттого и выходит все чересчур.

Я пожала плечами и продолжила рассказ, стараясь избегать любых фактов, свидетельствующих о внимании наследного принца ко мне. Не хотелось, чтобы между братом и Ильхардом возникла ссора. Рассказала о том, что рецепт нашелся у Марса в библиотеке.

— Значит, редкие книги собираете, ди’Зорр, — задумчиво прищурился на некроманта Алес, словно оценивая его по-новому. — Это любопытно.

Я знаю, почему брат заинтересовался старыми книгами, его жена Миарет сама не своя до всяческих библиографических редкостей.

Марс пожал плечами, но, думаю, интерес герцога ему польстил.

— Мой дед собрал неплохую коллекцию редких гримуаров, а я так, по мелочи.

— А что за рецепт? Говоришь, редкие ингредиенты?

Я немедленно выдала заученную наизусть рецептуру.

— Тыква-обманка… Тыква — земной овощ вроде бы. Но никогда не слышал об «обманке».

— Мы нашли место, где они предположительно обитают, — проговорил Марс. — Это Ничьи земли континента Табхайер.

Брат вздернул бровь.

— Обитают, вы сказали? Значит, это не растение?

— Растение, но вроде бы плотоядное. Пьет кровь, по некоторым свидетельствам, — Да, кстати, Амелита, я принес тебе книги. Мы нашли кое-что новенькое.

— Отлично! — Я потерла руки в предвкушении. — Что же касается остальных ингредиентов, мы пока…

Я хотела добавить «в затруднении», но Марс меня перебил:

— По поводу воды, у нас с Ильхардом почти не осталось сомнений. Источник расположен на Проклятых островах.

Я ахнула от восторга, а братец заметно потемнел лицом.

— Я там практику проходил перед магистерским экзаменом. Про источник тоже слышал, но побывать не пришлось, и слава Шандору! Гиблые места. Грифоны, отступники и мириады тхаровой мошкары, на которую никакие чары не действуют, только дым от костра.

— Примерно о том же писали бедолаги, сосланные в те места, — кивнул Марс.

— Да, порой студентам достается не хуже каторжников, — ухмыльнулся, вспоминая былые приключения Сетт. — Что же касается рога огненной виверны, тут могу вас просветить. Виверна, насколько я помню, устаревшее название этого монстра. Сейчас более известны огненные джергги. Водятся в Табхайере, где-то поближе к экватору. Но мне довелось встретиться с ними в полупустыне, возле пика Амен в Саласе. Препротивные создания, помнится, мы перебили тогда не меньше полутора десятков.

— Рога у них были?

Алес кивнул.

— Рога и крылья. Налетают стаей и опасны даже для опытного мага-одиночки.

Брат вдруг обратил взгляд ко мне и щелкнул по носу.

— Я уже вижу, как у тебя сверкают глаза, сестренка. Даже не думай! — Сетт строго посмотрел на моего телохранителя. — Слышишь, ди’Зорр? Ноги моей сестры не будет ни в одном из этих опасных мест!

— Ты нас за идиотов держишь, герцог? — ядовито усмехнулся Марс. — Это даже не обсуждается. Но раз уж ты все знаешь и такой опытный, может, составишь нам с принцем компанию?

Брат хотел ответить, но его перебил взрыв.

Взрыв моего негодования!

— Погодите, погодите! — Я вскочила и уперла руки в бока. — Как это — не обсуждается? Еще как обсуждается! Я должна сама добыть все эти ингредиенты, иначе какой я маг?

— Никакой ты маг пока что, дорогая, — с нажимом ответил Алес и попытался посадить меня обратно. Но я не далась, отпрыгнула от него. — И не станешь им, если тебе откусит голову грифон или выпьет всю кровь эта обманка.

От ярости у меня искры из глаз едва не сыпались.

— Да, не женское это дело, Амелита, — примирительный тон Марса еще больше взбесил меня. — Но ты тоже примешь участие. Будешь готовить ингредиенты. Их ведь не сразу в зелье кидать следует.

— Я посвятила вас в тайну зелья вовсе не для того, чтобы вы оставили меня в стороне! Вам с Ильхардом скучно, душа жаждет приключений, вот вы и пустились в поиски, я понимаю. Но поймите и меня: невыносимо день ото дня сидеть и киснуть в этом убогом месте, подчиняясь нелепым правилам. Сегодня я ускользнула из скучного и душного зала для вышивания в библиотеку. Представьте, королева повела себя так, будто я совершила серьёзное преступление! И я обязана терпеть все это только потому, что меня угораздило родиться девочкой! Вы хоть понимаете, как это несправедливо?

— Понимаю, как тебе порой горько, сестренка. Но соваться в опасные места, не имея толком защиты и средств нападения, крайне глупо.

— Щит у меня хороший. Его же ставил ты сам, а я усовершенствовала. Смотри!

Я отпрыгнула на середину комнаты и вскинула руку. Полупрозрачная зеленоватая с черными разводами толстая пленка окружила меня. Алес устало привалился к спинке кресла, показывая, что я его не убедила. Зато Марс наклонился вперед, из-под ресниц рассматривая меня, а затем послал в мой щит тонкую черную стрелу. Подпитываясь энергией от магии природы, доставшейся мне от матери, я сдержала эту атаку, и черный сгусток тьмы впитался в пленку щита.

— Видишь? — торжествующе вскричала я, рассеивая защиту. — Я вовсе не беззащитна!

— О да, Амелита! Ты прекрасно держишь удар. — подтвердил Марс. И тут же, как всегда, все испортил: — Но что будет, если дротиков будет с десяток? А если в тебя полетит Рассекающее копье?

Да, некро-снаряд высшего уровня мой щит, конечно, легко проломит.

— Но кто станет угрожать мне копьем в тех местах?

Мужчины дружно рассмеялись. А мне стало так обидно, даже слезы выступили, и я не смогла их удержать.

— Мы не над тобой смеемся, крошка! — взволновался Алес. Знаю, он терпеть не может женских слез.

«Поднажмем!»

— Я понимаю, — всхлипнула я, поникая, словно цветок. — Но так больно, что меня считают никчемной… Я ведь…хлюп… ди’Рино-о-о-р!

Брат в отчаянии запустил пятерню в свои светлые волосы, а затем резко поднялся.

— Ладно, — сквозь зубы процедил он. — Я поеду с вами и буду оберегать тебя… Хорош меня душить, Амелита!

Но как не задушить в объятиях такого прекрасного брата, как Сетт?

52 Час от часу не легче!

Принц Ильхард

На столе были развернуты чертежи ирригационного канала, который призван облегчить жизнь фермерам западной части страны. Я бегло прикидывал потребное количество материалов на строительство и сравнивал свои расчеты со сметами. Выписывая колонки цифр, сам себе удивлялся:

«Вот до чего дошло: считаю быстро и уже без справочников знаю, сколько и каких материалов потребуется на метр. Словно не боевую стихийную магию в академии изучал, а корпел над промышленной».

Учителя и отец не готовили наследника королевства к такому, но, как говорится, жизнь заставила. Я мрачно усмехнулся и продолжил эту мысль вслух:

— Жизнь или ворюги, годами набивающие себе карманы из казны.

Маговизор на другом конце стола издал прерывистую трель, сигналя о поступившем сообщении. Раздосадованный помехой, я бросил расчеты и взглянул на экран. Имя «Нилс Лерой» заставило меня спешно развернуть вложение. Я пробежал глазами отчеты дознавателя.

Да, приятель даром времени не терял и потихоньку от начальства возобновил расследование. Начал он с малоаппетитной процедуры допроса трупов библиотекаря и техно-мага.

Первым шёл отчёт по хранителю особого отдела книгохранилища. Выяснилось, что старику иногда давали поручения некие лица, несколько раз он впускал в отдел посторонних. Называть имена отказался. Скорее всего, при жизни с него была взята магическая клятва, она действует и после смерти. Хранитель не имел понятия, что содержится в предметах, которые ему поручили положить на стол рядом с вещами наследника. В общем, не зря старик поплатился жизнью.

Второй отчёт был посвящён посмертному допросу техно-мага. Я с сожалением убедился, что и этот бедолага не был до конца верен нам. Детали для магомобилей королевского дома производит только фирма «Тореддо и Сыновья». Это условие поставки — так гарантируется качество и безопасность на долгие годы.

И вот штатный техно-маг по неизвестной причине, назвать которую он отказался, вдруг устанавливает в магомобиль блок скоростей, произведённый сторонним артефактором. Делает это втайне от помощника, на ходу, даже не отогнав магомобиль в мастерскую. После чего идёт в портовый район, очевидно, рассчитывая получить деньги за свое предательство, но вместо этого получает десятисантиметровый кусок железа под ребро.

Я откинулся в кресле и расстроено упёрся взглядом в двух танцующих богинь на расписном плафоне потолка.

«Да будет ли конец этому бесконечному предательству и вечной лжи?»

К сожалению, это не первый случай, и я давно лишен иллюзий. Но порой все-таки задаюсь вопросом: есть ли вообще при дворе лояльные люди? Я понимал, что такие мысли несправедливы. Верные и благодарные нашей династии люди, несомненно, имеются, но все-таки больше всякой сволочи, примазавшейся к кормушке.

Я решительно захлопнул папку с чертежами, убрал её в сейф и поднялся.

С меня довольно на сегодня. Мне срочно требуется глоток свежего воздуха. Чувствуя себя словно сбегающий с занятий школьник, я подхватил сброшенный на спинку кресла мундир и открыл портал прямо в матушкину резиденцию.

Очутившись в своих апартаментах, я никому не дал знать, что прибыл. Раскрыл стеклянные двери и вышел на террасу, жадно втягивая ноздрями морозный воздух, полный запахов прелой листвы. Дыхание вырывалось густыми облачками пара.

Уже синели сумерки, и я знал, что за огонек мерцает вдали сквозь полуголые ветви деревьев. Поддавшись внезапному порыву, я — словно и не было всех этих лет — перекинул ногу через балюстраду и с прежней ловкостью соскользнул по колонне вниз. Все-таки не потерял сноровку. Выбрался из редеющих зарослей стерры, оттененной вечнозеленым терном и, выбирая пустынные аллеи, поспешил к Девичьему флигелю.

Будь я тем страстным и жаждущим любви юношей, которым был когда-то, бежал бы, летел, чтобы только увидеть ту, что уверенно и по-хозяйски расположилась в моих мыслях и мечтах. Тот, прежний, юноша с жаром воскликнул бы, что Амелита — прежде всего в его сердце. Глупец, он не понимал, что это всего лишь фигура речи.

Дав себе слово не спешить, я тем не менее взбежал на крыльцо и, миновав переднюю, взлетел по лестнице. Распахнул дверь в кабинет и замер на пороге, созерцая невероятную картину: Амелита повисла на шее у какого-то смазливого блондина.

Да, пару секунд спустя я его узнал — с Сеттом мы были представлены друг другу несколько лет назад. Но тот первый миг ошеломил настолько, что я едва мог совладать с собой, пока сияющая и чем-то очень довольная девочка весело щебетала и, кажется, заново представляла мне своего братца. Я едва слышал ее, пытаясь осознать, что это со мной сейчас было.

Такой слепящей всепоглощающей ревности я не испытывал никогда. Даже легкая ревность к Марсу казалась лишь забавной игрой по сравнению с открывшимся вдруг бурлящим океаном страсти, в который меня унесло, словно щепку.

Заметив холодный, оценивающий взгляд герцога, я тоже не спешил проявлять теплые чувства.

«Откуда он взялся здесь? Я не получал запроса из Зангрии на свидание с крошкой. Не было также и доклада службы внутренней разведки, что в Саррос прибыл герцог».

Сквозь эти полные недоумения (и возмущения) мысли пробился радостный голосок моего Огонька:

— Представляете, Ваше Высочество, мой брат знает, где обитают огненные виверны, то есть джергги! А еще он согласился сопровождать нас!

Час от часу не легче!

53 Тревога и надежда

Принцесса Амелита

Мужчины всё-таки презабавные существа. Наблюдать за тем, как Алес и наследный принц обмениваются приветствиями, обшаривая друг друга насторожёнными, враждебными взглядами, было интересно. Этим двоим вроде бы нечего делить, кроме водной границы по озеру Саннилай, тем не менее общение представителей двух королевских домов поначалу совсем не клеилось.

— Вот как? — только и проронил Ильхард в ответ на сообщение, что мой брат решил сопровождать нас. Казалось, мысли принца витали где-то далеко. Я с тревогой взглянула на него, опасаясь, не стало ли причиной его состояния новое покушение. Но он был цел и невредим, хотя обычно бесстрастное выражение лица и сменилось нахмуренными бровями.

Ильхард недоволен вмешательством моего брата? Понять бы почему.

Но что бы он там ни думал, это — лучшее решение. Алес поможет мне вырваться в Большой прекрасный мир. Обеспечит меня поводом для отлучки. Признаюсь, у меня камень с души упал. Знаю, Марс и Ильхард вполне уверены в себе, но такой опытный боевик, как мой брат, пригодится в опасной экспедиции.

Всё это время я была сама не своя. Вчерашняя ночная жуть не забылась, а то, что прочла потом, лишь усилило тревогу. И сейчас, пользуясь заминкой в разговоре, поспешила поделиться с друзьями важной, как мне казалось, информацией.

Я не просто так скрывалась от нудных обязанностей в библиотеке, а провела время с толком за книгой «Покаяние у трона Матери-смерти». Это каноническое произведение написано в Средние века магистром ди’Улови — главным жрецом храма Марраны в Джите. Книга рекомендована к прочтению студентам, изучающим искусство смерти, и, разумеется, мне тоже доводилось ее читать. Разговор с библиотекарем напомнил мне об этом сочинении, вот я и поспешила освежить память.

В главе о нежити, явившейся из-за Грани, магистр приводит подробную классификацию призраков, выделяя среди прочих так называемых предвестников. Именно они чаще всего появляются в храмах мрачной богини зимы и смерти. Учёный некромант приводит десятки достоверных случаев, и всегда явление призрака предшествовало какому-то страшному бедствию: смерти, неудачным родам, наводнению, массовой гибели или сдаче крепости.

Внезапное появление сущности из-за Грани иногда нарушало пространственный континуум, и тогда стихийные перемещения и порталы возникали там, где их раньше никогда не было. Также магистр отмечал сбои в работе охранных чар.

Заново переживая все, что случилось со мной ночью, я с ужасом осознала, что мне явился именно такой зловещий предвестник. Знак, который показал напоследок полуистлевший мертвец, можно было бы расценить как шутку, вот только призраки напрочь лишены чувства юмора.

Это предостережение, и его нужно воспринимать серьезно.

В душе я все-таки надеялась, что мужчины весело посмеются над моими опасениями. Однако некроманты приняли эту информацию весьма серьёзно, а Ильхард и без того был чем-то озабочен, потому тревоги мои так и остались со мной, и даже усилились.

— Нужно раскрыть этот тхаров заговор как можно скорее, — процедил сквозь зубы Марс.

Алес посмотрел на меня вопросительно, но я тайком сделала знак, что расскажу все потом. Ильхарду, кажется, был неприятен весь этот разговор, и он поспешил свернуть беседу к нашим поискам, чтобы подытожить то, что уже известно. В тыкву-обманку, кажется, были готовы поверить все, а вот сам факт существования источника с «живой» водой вызывал серьезные сомнения.

— Если бы была где-то такая вода, известны были бы десятки трудов, описывающих ее свойства. Нет, это сказка. — Алес с улыбкой покачал головой и заключил: — Оживлять может только Мать-тьма.

— Нам на ее свойства, в сущности, плевать. — Недовольно откликнулся Марс, — Нам она важна, как ингредиент.

— Я пройдусь по особым отделам библиотек Зангрии и Ильса, поищу, что там есть.

— И заодно про этот камень… Постолит, посмотри, — попросила я. — Мы пока не нашли никакой информации.

Когда пришло время ужина, за мной явилась дей’Форе. Надо было видеть её изумлённое лицо, когда она обнаружила меня в кабинете в компании трёх мужчин, двое из которых появились в доме совершенно неожиданно. Укоризненный взгляд фрейлины был обращён ко мне, но я ничем не могла помочь — я и сама была поражена внезапным визитом брата.

Напоследок мы с Алесом договорились, что он прибудет за мной в субботу. Официально мы отправимся в Зангрию, чтобы навестить родных, но на самом деле это будет лишь небольшая остановка по пути в приграничный городок Надании. Уже на месте к нам присоединится Ильхард.

Гости на ужин не остались, и после еды обитатели Девичьего флигеля разбрелись по своим комнатам.

Мне предстоял нескучный вечерок с уведенными из королевской библиотеки книгами, которыми снабдил меня Марс. Но я медлила и долго не могла отойти от окна, любуясь светлыми звездами. Улыбка не сходила с моих губ, и, казалось, недавние тревожные мысли ушли прочь.

Назначена дата! Скоро, совсем скоро мы отправимся в захватывающее путешествие!

Однако перед этим предстоит пережить ещё одно утомительное официальное мероприятие — бал, посвящённый дню рождения моего жениха.

54 Бал по случаю дня рождения принца

Наступил день бала. Не могу сказать, что я его очень ждала, но всё же несколько причин почувствовать радостное оживление имелись. Во-первых, следующие несколько дней после нашего вечернего совещания прошли чрезвычайно тихо. По крайней мере, для меня. Я почти не видела Марса: он уезжал ранним утром после нашей пробежки и возвращался поздно вечером к ужину. Я знала, что он пытается навести справки для наших поисков у учёных друзей. Подробностями пока не делился, как я ни донимала.

Во-вторых, из Зангрии прислали чудесное бальное платье. Мама постаралась на славу и отыскала где-то изумительную ткань: лёгкий эльфийский шёлк бледно-зелёного цвета, сверкающий звёздами на заломах. Сшитое по моим меркам искусной портнихой платье село как влитое, и, конечно, мне не терпелось его выгулять.

В-третьих, я давно не видела Ильхарда. Принц не показывался несколько дней кряду, что было на него не похоже. Не могла не признаться себе, что соскучилась. Немного. Марс заверил меня, что наследник будет на предстоящем балу.

С полудня мы с дей’Форе предпринимали отчаянные попытки стать прекрасными. После того как Марс увидел меня сначала с зелёным лицом — я нанесла на кожу экстракт водорослей для отбеливания, а затем — с фиолетовой пастой на волосах (маска для сияния и мягкости), он заявил, что мы укорачиваем ему жизнь. Закрылся в своей комнате и не показывался вплоть до сумерек, когда настала пора отправляться во дворец.

Дей’Форе в скромно декольтированном платье из тёмно-сиреневой парчи, с аметистами в ушах и на груди, выглядела эффектно и элегантно — настоящая благородная дама.

Я с удовольствием продемонстрировала кавалеру свой сияющий звёздами наряд. Легко покружилась и отдала изящный поклон. Сейчас я чувствовала себя настоящей принцессой из сказки. Волосы были взбиты в лёгкую высокую причёску, украшены бриллиантами и изумрудами. Длинные серьги с теми же камнями игриво покачивались. Платье было сильно декольтировано по зангрийской моде, что, несомненно, вызовет недовольство местных дам. Ну и пусть!

Некромант просто ослепил меня, появившись в шелковом камзоле цвета черного жемчуга. Узкие брюки были привычно темными, но я с изумлением заметила на ногах мужчины легкие туфли, а не сапоги, с которыми наши эйсы, шика ради, не расстаются даже на балах.

— Куда это ты так разоделся, Марс? Уж не хочешь ли, и правда, протанцевать сегодня мазурку?

Золотые глаза сверкнули улыбкой.

— Я всегда готов, детка. Но не могу же я вести в танце самую красивую даму при дворе в своем обычном наряде?

— Так ты собрался танцевать с другой? — притворно обиделась я, шутливо стукнув его по руке веером.

Мой телохранитель лишь белозубо рассмеялся и предложил мне руку.

Основная часть гостей попадала во дворец обычным путем — каррусы и кареты вереницей тянулись к парадному входу, где царили неизбежные для королевских балов суета и толкотня. Маленькая компания обитателей Девичьего флигеля прибыла порталом прямо в Гостиный зал Летней резиденции. Здесь было пустынно, и прохлаждались лишь несколько встречающих привилегированных гостей лакеев. Пройдя короткую анфиладу отделанных драгоценными породами мрамора помещений, мы оказались перед входом в бальный зал.

Распахнулись широкие створки, являя нам пестроту праздничной толпы. Навстречу вырвались легкая музыка и оживленное гудение множества голосов. Все заглушил церемониймейстер, провозглашающий мое имя, далее последовали имена эйса ди’Зорра, а также дамы дей’Форэ. Гости притихли, многие лица обернулись к входу, и мы вступили зал.

Ничего с собой не могу поделать: волнуюсь каждый раз перед балом, словно он первый. Пора бы уже привыкнуть, что ничего хорошего со мной на таких мероприятиях не случается. Все эти дворцовые празднования — сплошное разочарование.

«Но сейчас со мной Марс, возможно, нам удастся хотя бы похулиганить и бросить вызов глупому этикету».

Так как меня угораздило явиться первой из членов королевского дома, мне досталось больше внимания, чем обычно. Мой туалет впрыснул зелень зависти в глаза и души придворных модниц. То и дело слышались скрежет зубовный и стоны вроде: «Настоящий эльфийский шелк, он баснословно дорогой», «А какое декольте! Да, принцессе есть что показать!», «Кавалеры глаз не отводят, зато у нее такой нелепо яркий цвет волос, фи!».

Мелькнул в толпе сплетниц и острый носик Лиары ди’Вале. Блондинка была в ярко-розовом туалете и явно намеревалась оттянуть внимание присутствующих на себя. Да я и не против. Надеюсь, она будет вести себя достаточно скандально и займет все внимание ее величества, и на меня упреков не останется.

Ко мне подлетели несколько молодых придворных, желающих узнать, буду ли я танцевать и нельзя ли меня заранее пригласить.

— Если позволит ее величество, — вежливо отговорилась я, и кавалеры увяли и ретировались, подгоняемые мрачными взглядами, которые бросал на них Марс, торчащий за моей спиной.

Мы потихоньку пробирались поближе к тронному возвышению, но то и дело приходилось останавливаться и отвечать на вежливые поклоны.

Две дамы рядом слишком громко перешептывались, взволнованно обмахиваясь веерами.

«Король уже прибыл, как говорят, с ним принц Ансар»

«А где же его высочество Ильхард?» — задалась вопросом другая, на что ее подруга выразительно пожала оголенными плечами и, прикрывшись веером, продолжила сплетничать.

Мне, кстати, тоже хотелось поскорее увидеть наследника. А вот весть о прибытии короля меня немного расстроила. Старый ворчун, он редко посещает мероприятия супруги, и обычно всем недоволен. Сидит с кислым видом и подмечает каждый твой промах.

Едва мы пробрались к ступеням тронного возвышения, церемониймейстер гулко стукнул своим жезлом и объявил выход короля и королевы. Все склонились в глубоком поклоне. Однако придворные сплетничать не прекратили даже в нелепо согнутом состоянии!

«Они вместе… неужели помирились? А как же герцогиня Ролланд?»

В глубине зала, за троном, лакеи распахнули двери царского выхода. Рука об руку к подданным вышли убеленные сединами король и королева.

Россхельм II высок, как и его сын, статен и крепок, несмотря на годы. Благородные черты к старости сделались жестче, глубокие морщины избороздили лоб, но следы былой красоты все еще видны на худощавом лице. Рядом с супругом королева Софина-Улия выглядела миниатюрной и хрупкой в своем темно-синем бархатном платье.

Поприветствовав гостей и придворных милостивым наклоном головы, король галантно усадил жену на левую половину трона, а затем и сам опустился рядом с ней. Мне показалось, что Россхельм в добром расположении духа. С едва заметной улыбкой он скользил взглядом по разряженной толпе знати. Попадая в поле его зрения, каждый снова особенно низко кланялся монарху.

Дошла очередь и до меня, при этом глаза у короля стали величиной с монету в один лей.

Я спешно опустила взгляд на платье — все ли в порядке. Нет, ничего никуда не сползло. Ну не виновата я, что в Зангрии мода на столь открытые вырезы!

Вслед за супругом оценила мой туалет и королева: ее впалые щеки покрыл слабый румянец, а в голубых глазах зажглись сердитые огоньки.

К счастью, в этот момент объявили имя виновника торжества, и в зале появился Ансар.

55 Неприятности начались

Церемониймейстер снова вышел вперед и стукнул жезлом об пол.

— Его Высочество принц Ансар дей’Лемсдор!

Двери бального зала открылись, и показался мой жених. Я приподнялась на цыпочки. Прежде чем море голов скрыло юношу, я отметила, что его белый шелковый камзол эффектно оттеняет распущенные по плечам блестящие золотые локоны. Похоже, не одна я наводила красоту перед торжеством.

Разряженная толпа гостей заколыхалась и расступилось перед отпрыском правящего дома. Я обнаружила, что стою в самом конце прохода, как и полагалось по дворцовому протоколу. Принц должен прошествовать через весь зал и, поприветствовав свою невесту, предложить ей руку. А после мы вместе взойдем по ступеням на тронное возвышение. Этот ритуал повторяется уже пять лет, и все хорошо выучили свои роли.

Вот только сегодня что-то пошло не так. Неясный гул волной прокатился по толпе, и я насторожилась. Слегка повернув голову, увидела в проходе лишь часть плеча Ансара. Принц почему-то остановился на полпути.

Я обернулась и вопросительно взглянула на Марса — с высоты своего роста некромант, конечно, видит более полную картину. Тот понял мою просьбу, склонился ко мне и шепнул:

«Женишок остановился поприветствовать одну из фрейлин. Вертлявую такую, в поросеночно-розовом туалете. Обмениваются любезностями».

Я не выдержала и хихикнула. Но на самом деле, не смеяться следовало, а вопить во всю глотку! Этот идиот не должен нигде останавливаться, и я — его официальная невеста — единственная, кого ему следует удостоить приветствия.

Сохраняя безмятежную улыбку на чуть тронутых персиковым блеском губах, я обернулась в надежде, что королева готова прекратить это безобразие. Однако Софина-Улия все еще гневно пялилась на меня, и при этом давала какое-то распоряжение одной из приближенных фрейлин.

«Ну же, Ваше Величество, обратите внимание на непотребство, которое творит ваш внук! Окоротите грозным взором. Довольно на меня пялиться, дался вам мой вырез!».

Я снова посмотрела на Марса, требуя отчета о текущем состоянии дел. Его золотистые глаза светились насмешкой.

— Наговориться не могут. Поросеночно-розовая блондинка, кажется, сейчас в обморок от счастья грохнется.

«Ну еще бы! Публично унизить меня при помощи этого болвана! Да Лиаре такая удача даже во сне не снилась».

Видимо, на тронном возвышении, наконец, заметили, что творится неладное. Король негромко кашлянул и мягко произнес:

— Ансар, прошу вас, мы ждем.

Движение принца сквозь толпу возобновилось, но тут меня отвлекла та самая доверенная фрейлина, графиня ди’Блиор.

— Ваше Высочество, королева настоятельно просит вас накинуть на плечи вот эту шаль.

Я была в полном недоумении, когда увидела большую шёлковую шаль с длинными кистями, это вещица была неприятного пурпурного оттенка.

— Я благодарю ее величество за заботу, но эта вещь не подходит к моему платью.

— Но ее величество настаивает… — графиня покачала головой и развела руками, давая понять, что спорить бесполезно.

Дей’Форе, видя, что я готова взорваться, выступила вперед и забрала несчастный аксессуар у фрейлины.

— Мы благодарны королеве и обязательно воспользуемся ее рекомендацией.

Что делать? Мои плечи укрыл ненавистный шелк. Однако в моей власти сделать так, чтобы декольте, которое Софина-Улия находит таким неприличным, все-таки оставалось на виду. Теперь это был вопрос принципа.

Мой жених тем временем уже кланялся мне. Кинув равнодушный взгляд на меня, отвернулся, и не глядя, протянул руку. Я накрыла своей ладонью его, отметив про себя неприятную влажность кожи принца. Дурацкая шаль все время сваливалась, и ее приходилось ловить где-то в районе локтей.

Медленно и торжественно, как и предполагал церемониал, мы поднялись на возвышение и, поклонившись королю и королеве, заняли место слева от королевы. Тут Ансар немедленно отпустил мою руку и, фамильярно облокотившись на высокую спинку трона, заговорил с бабушкой.

Я стояла в двух шагах от него и задумчиво созерцала блестящих гостей. На торжество собралось около двухсот приглашенных. Придворные — особенно те, кто стоял, подальше от трона — не скучали и что-то взволнованно обсуждали. Не удивлюсь, если предметом сплетен стала моя уродская шаль, или то, как подчеркнуто равнодушно ведет себя мой жених.

Не успел Ансар закончить жаловаться как его гоняет отец в министерстве, поручая нудную и скучную работу письмоводителя, как церемониймейстер снова ударил жезлом.

Я вздохнула с облегчением: наконец-то явился Ильхард. Значит, скоро начнется бал — хоть какое-то разнообразие.

— Принцесса Дагмара Джитская! — пророкотал распорядитель. Двери распахнулись, впуская стройную, высокую блондинку с волосами цвета старого золота, уложенными в изящный узел на затылке. Дочь «безумного» короля Джита в алом, словно пылающем шелке — он сразу сделал ее заметной фигурой среди дам сарросского двора. В этом сезоне у нас считаются модными пастельные оттенки, и большинство дам щеголяют в бледно-голубом или светло-бежевом, а тут…

За прошедшие с нашей с Ансаром помолвки годы я видела его мать лишь дважды, да и то мельком, и никогда она не появлялась на балах. А вот сейчас такой сюрприз! Ах-ах.

Ансар восторженно вскрикнул и, не извинившись ни перед кем, помчался навстречу матери, до боли похожий на длинноногого ягненка, завидевшего самку ханна.

Король неодобрительно покачал головой на это грубое нарушение этикета, но Софина-Улия успокаивающе похлопала его по руке.

— Будьте снисходительны, государь! Мальчик устает в министерстве. К тому же он так давно не видел маму.

Пожалуй, с последним аргументом можно было бы согласиться. Но мне пришлось стоять одной у трона в непонятной роли брошенной невесты, да еще и в глупой шали! Более жалкого положения для дочери рода Ринор не сыскать!

56 Интриги Дагмары

Его величество Россхельм произнес несколько приветственных фраз, обращенных к джитской принцессе, и Ансар оставил мать перед ступенями, ведущими на тронное возвышение — подняться сюда она не имела права, ведь Дагмара больше не дей’Лемсдор и даже не невеста принца.

Вновь стоя рядом с женихом, я поймала на себе оценивающий взгляд этой яркой блондинки. Ох, представляю, что любезный сынок наплел про меня матушке. А я что? Я ничего. Как он ко мне относится, так и я к нему. Возможно, я немного виновата в том, что Ансар боится и ненавидит меня: на одном из скучных приемов у королевы как-то спалила стул, на котором он сидел. Сейчас уже не припомню почему, но точно были основания. С другой стороны, я несколько раз делала дружеские шаги навстречу жениху, но он их игнорировал. Нельзя быть таким злопамятным: подумаешь, прилюдно свалился в кучу пепла, перепачкавшись, словно трубочист!

Вспомнив ту уморительную картинку, я широко улыбнулась, чем, наверное, удивила многих придворных. По крайней мере, поймала изумленный взгляд Марса — он словно бы спрашивал, чего это я так рассиялась.

Церемониймейстер снова бухнул посохом, и все головы повернулись к дверям.

«Шандор: все, больше, пожалуйста, без сюрпризов!» — мысленно взмолилась я, и верховное божество на сей раз смилостивилось.

— Его Королевское Высочество принц Ильхард дей’Лемсдор!

Распахнулись двери, и по залу волной пробежал восторженный шепоток. Сомкнувшие было ряды гости снова разошлись, освобождая дорогу высокому, статному блондину в голубом парадном мундире с орденской лентой через плечо. Я с трудом сохранила серьезность, заметив на ногах принца сверкающие сапоги.

«Он явился в военной форме, значит, танцевать мазурку не планирует? Эх, придется донимать лишь Марса!»

Тут я поймала на себе взгляд невозможно-голубых глаз, и едва не уронила злополучную шаль. Ильхард ни с кем не раскланивался и не задерживался по пути, и потому быстро пересек огромный бальный зал, однако на подходе к трону все-таки вынужден был остановиться.

Путь наследнику преградила стройная блондинка в пышном алом платье. Дагмара изящным жестом протянула обе руки к своему бывшему супругу.

Я не без интереса следила за этой сценой. Благодаря болтовне дворцовой челяди, я была в курсе отношений родителей Ансара. Они расстались вполне мирно, как только это стало возможно, по обоюдному согласию, признав, что брак между кузенами — не лучшая идея их родителей. Разрыв случился пять лет назад и, насколько я знаю, с тех пор попыток примирения не предпринималось.

Но что обозначают эти протянутые к принцу руки? Стремление наладить отношения? Призыв вернуться? Что еще? И почему это делается публично?

Все в зале замерли, с жадным интересом наблюдая за реакцией принца.

Глаза Ильхарда сейчас напоминали острые осколки льда. Он сердится? Не ожидал?

Пауза длилась, но Дагмара все так же не опускала рук, тянущихся к бывшему мужу.

— Ильхард, веди же нашу дочь сюда, и давайте начинать бал в честь вашего сына! — не выдержала королева.

Ага, так и знала, что сцена отыгрывается не спонтанно, Софина-Улия это только что подтвердила. Конечно, меня резануло то, как королева назвала бывшую невестку — «дочка».

«Чему я удивляюсь? Дагмара ведь дочь ее родной сестры, королевы Джита».

Ильхард, наконец, отмер и коротко поклонился принцессе. Руки так и не протянул. С отстраненным видом прошел и сделал ей знак следовать за собой. Дагмара ответила глубоким поклоном и, ни на шаг не отставая от принца, взошла на тронное возвышение.

Только я решила, что эффектная сцена Дагмаре не удалась, как Софина-Улия поднялась с места и захлопала в ладоши, восторженно глядя на приближающуюся к трону красивую пару. Вслед за ней разразился одобрительными аплодисментами Ансар, а за ним и все гости.

Ильхард смотрел на родителей зверем, но эффектное возвращение ко двору Дагмаре уже обеспечили. Отдав королю и королеве низкий поклон, блондинка скромно встала рядом с бывшим супругом.

— Сердце любого родителя радуется, когда все его дети устроены и счастливы, — проговорил король торжественно. Его голос, не нуждающийся в магическом усилении, едва различимым эхом отдавался от отделанных мраморными панелями с прожилками из аметиста стен. — Благодарю всех, кто разделяет эту радость с нами. Давайте же повеселимся сегодня в честь дня рождения моего единственного внука!

Россхельм сделал знак сидящим в ложе на галерее музыкантам. Звуки вступления к вальсу «Приглашение на танец» полились над взбудораженной толпой.

Я поймала взгляд Ильхарда поверх спинки трона, но отвернулась, сохраняя на губах легкую улыбку.

Двери в соседние залы, где располагались столы для игр, и буфет, тем временем открылись. Придворные отхлынули к стенам, готовые любоваться открывающим бал танцем, который обычно в этот день принадлежал Ансару и мне. Этим первым вальсом все танцы для меня частенько и заканчивались, затем долгие часы приходилось сидеть в окружении пожилых дам и королевы и любоваться, как танцуют другие.

Кажется, этот бал обещает быть менее скучным.

— Ильхард и Дагмара, вы открываете бал, — деловито распорядилась королева. — Со второго тура к вам присоединятся Ансар и принцесса. — Заметив яростный протест в глазах наследника, Софина-Улия примиряюще улыбнулась. — Пожалуйста, мой милый, сделай подарок своему сыну! Я редко о чем-то прошу тебя.

Ансар спрятался за спинку трона от яростного взора отца. Но, разумеется, Ильхард не стал устраивать публичных сцен. Тут я его одобряла, хотя не скажу, что мне так уж все равно, с кем он танцует. Нельзя публично отказать бывшей супруге — принцессе иностранного государства — в такой мелочи, как танец, иначе завтра над этим будет потешаться и судачить все королевство.

57 Первый танец

Бравурные переливы вальса гремели под сводами зала. По зеркальному паркету в такт мелодии скользила единственная пара. Элегантная дама в красном была легка и грациозна, её статный кавалер — безупречен. Присущая принцу властная манера, в полной мере проявлялась в том, как он вёл партнёршу. Однако те, кто хорошо знал Ильхарда, не могли не заметить напряжённую линию скул и сжатые в раздражении губы.

Мне было любопытно, о чём говорят бывшие супруги. В основном говорила Дагмара. Она с жаром в чём-то убеждала принца, а тот лишь отмалчивался и хмурился.

— Красивая пара! — заключил король.

— Прекрасная, — откликнулась его супруга с восторженной улыбкой.

Мелодия летела вперёд, близился наш выход. Ансар подал мне руку и, поклонившись королевской чете, мы спустились к танцевальному кругу. Ко мне приблизилась дей’Форе, и я сбросила ей на руки навязанную мне шаль. Сейчас королева уже ничего не скажет, ведь я танцую с ее внуком.

Ильхард и Дагмара, кружась, пролетели мимо нас, и мы с принцем, вступили в танцевальный круг.

Стоит отметить, что мой жених — великолепный танцор. Ансар закружил меня так, что сверкающие пышные юбки метались за мной словно крылья диковинной бабочки. В упоении от движения и волшебной музыки я счастливо рассмеялась и кружилась, кружилась, кружилась.

Подняв руку Ансар завертел меня вокруг моей собственной оси. Вот тут-то я и столкнулась вдруг взглядом с его отцом. Тот с улыбкой наблюдал за мной поверх головы своей дамы. Прихотливая фигура танца заставила меня повернуться к жениху.

— Сегодня я так счастлив! — вырвалось у Ансара.

Я изумленно моргнула. Воистину это должно быть так, раз он решил поделиться со мной. В ответ на мою вопросительно приподнятую бровь юноша охотно пояснил:

— Матушка вернулась! — его блекло-голубые, чуть навыкате, глаза так и сияли.

Вполне его понимаю, я тоже скучаю по маме.

— Это хорошо. Но надолго ли?

— О, надеюсь, навсегда! Она больше не может жить при дворе своего отца.

Я искоса взглянула на соседнюю пару. Принцесса улыбалась, невесомо удерживая руку на груди бывшего супруга.

— Легко могу понять принцессу. Но твой отец не выглядит довольным, или я ошибаюсь?

— Да, но у него нет иного выхода, кроме как согласиться. Не выгонит же он из дворца мать своего сына?

«Да, неплохая интрига. Но неужели Ильхард ничего не знал?»

Мне стало тревожно, и даже танец больше не доставлял удовольствия. Я уверяла себя, что это из-за того, что наши планы на экспедицию теперь могут сорваться, но обманывать себя долго не получилось.

Главная пара вечера закончила очередной тур, и к вальсу присоединились с десяток других. В танцевальном кругу моментально стало суматошно и тесно. Обычно я люблю атмосферу бала, но только не сегодня.

— Давай остановимся, Ансар, — попросила я нетерпеливо.

— Что? Голова закружилась?

Мы вышли из круга танцующих, и, к счастью, я сразу заметила высокую фигуру некроманта, который стоял у окна.

— Ты можешь не провожать меня, Ансар, я и сама дойду.

Мне не терпелось спровадить принца, чтобы спокойно поговорить с ди’Зорром. Но юноша — а он обычно рад сбежать — сейчас, как назло, колебался.

— Точно? Боюсь, бабушка увидит.

— Точно, иди!

Блондин унесся туда, где розовело платье младшей фрейлины королевы. А я, лавируя в толпе, направилась прямиком к Марсу.

— Почему не веселишься?

— Жду, когда ты натанцуешься со своим резвым женишком.

Марс протянул мне руку, предлагая потанцевать. Но я не дала своей. Захотелось повредничать.

— Вообще-то, на танец со мной дает разрешение королева.

Золотые глаза шаловливо блеснули.

— Ее величество ничего не заметит! Она увлеклась организацией игры в фанты. Так что, сегодня будем хулиганить.

Я оглянулась на трон. Он был пуст.

— Их величества отправились развлекаться, — продолжал Марс. — А мы чем хуже?

Он все еще протягивал мне руку. Я колебалась ровно до того момента, как увидела, что ко мне с ненавистной шалью в руках спешит графиня ди’Блиор. Ухватив некроманта за руку, я сама потащила его в танцевальный круг.

— Идет! Давай хулиганить!

Марс закружил меня. В его объятиях было так надежно и свободно, что я немного расслабилась. Но все же задала столь интересующий меня вопрос:

— Как тебе появление принцессы Дагмары?

Марс небрежно дернул плечом. Улыбка не покидала его золотистых глаз.

— Нас это не коснется. А Ильхард — взрослый мальчик, сам разберется.

Эти слова меня несколько успокоили. Но все-таки не все зависит от наследника, есть еще королевская чета — а те, кажется, спят и видят, чтобы супруги воссоединились. Интересно, почему? Дагмара — племянница, это понятно, но, я сильно подозревала, что тут не последнюю роль играют государственные интересы. Джит расположен между Зангрией и Сарросом, на его протяженной сухопутной границе, на которой никогда не бывает спокойно.

Люблю первые часы бала: приглашенные еще слишком заняты собой, своим туалетом и вальсом, чтобы обращать внимание на явное попрание дворцового этикета. Мы с Марсом воспользовались этим сполна, оставшись на следующий танец, когда первый подошел к концу. Косых взглядов не отмечалось. Бурный вступительный вальс сменила прелестная напевная мелодия, и мы закружились, плавно и медленно двигаясь по кругу.

Проплывая в танце мимо дверей в зал, где собрались желающие развлечься за игорными столами, я бросила настороженный взгляд внутрь. Заметила яркое платье Дагмары, рядом обнаружилась королева, но Ильхарда поблизости не было видно. Не оказалось его и среди танцующих. Лишь на последних тактах вальса я нашла, наконец, высокую фигуру в голубом гвардейском мундире. Группка военных в больших чинах вольготно разместилась в углу танцевального зала, напрочь вытеснив оттуда штатских. Среди затянутых в военную форму блестящих офицеров и обнаружился наш сообщник. Ильхард спокойно беседовал с одним из генералов, совершенно не обращая внимания на кружение бала у него за спиной.

Словно почувствовав, что я смотрю, принц обернулся и цепко поймал мой взгляд. Я не отвела своих глаз.

Танец завершился, и мы оказались в плотной толпе, суетливо ищущей партнеров для следующего тура.

Марс принял у официанта бокал с лимонадом и вручил мне. Он всегда угадывает мои желания: меня уже некоторое время мучила жажда. Мы отошли к окну, но тут сзади послышался знакомый низкий баритон:

— Куда это вы собрались, принцесса? Веселье только начинается.

58 Скандал

— Веселитесь, дети мои! — несколько меланхолично проговорил Марс, передавая мою руку Ильхарду. — А я пойду пока брошу кости на сукно. Вдруг хотя бы там повезет?

Мои пальчики утонули в крупной ладони принца. Это было приятно. Его рука прохладная и крепкая, а кожа чуть шершавая от постоянных тренировок с оружием. Это так отличается от влажной и вялой руки Ансара.

Пустой бокал был отставлен на поднос, подвернувшегося официанта.

— Вроде бы на неудачливость ты раньше не жаловался, Марс, — с доброй усмешкой заметил Ильхард.

Тот лишь пожал плечами и скорчил унылую гримасу. Впрочем, он тут же все испортил, так как при виде моей озабоченной физиономии его губы расползлись в широкой улыбке.

Я сердито сверкнула глазами на притворщика и предостерегла:

— Смотри, не проиграй свои прекрасные апартаменты.

Марс презрительно фыркнул, а я потащила наследника танцевать.

Как раз начался очередной вальс, пары бешено закружились, образуя концентрические круги. Благодаря напористости принца мы легко вклинились между танцующими.

Следуя быстрому рисунку танца, я все же уловила, что к игорному залу устремился не только Марс, но и графиня ди’Блиор. Пожилая дама куда-то торопилась. К затянутой в унылый серый атлас впалой груди она прижимала шаль, которую ей так и не удалось всучить мне. В распахнутые двери эти двое вошли одновременно, но здесь их пути разошлись: ди’Зорр легкой походкой сытого хищника повернул направо, чтобы влиться в плотную толпу эйсов, развлекающихся азартными играми, а доверенная фрейлина устремилась к столу, где в окружении несколько дам расположилась королева.

— Побежала, сейчас доложит! Наябедничает про мое нежелание накинуть шаль и усесться во «вдовьем» углу.

Так я в шутку окрестила отдаленный уголок бального зала. Его оккупировали желающие посплетничать пожилые придворные дамы, маменьки дочек на выданье, вдовы, которым траур уже позволял выезжать, но танцевать — пока нет, и старые девы, которых никто не приглашал. Раньше мне приходилось подчиняться вздорным требованиям глупого чопорного этикета здешнего двора, впрочем, это и труда особого не составляло: танцы и кавалеры меня не особенно увлекают. Но теперь в моей жизни слишком многое изменилось. В нее вошли Ильхард и Марс, а с ними окрепла надежда изменить все. Стать значимой в собственной семье.

Ильхард вопросительно поднял бровь, но затем понял и улыбнулся.

— Не тревожься, Огонек. Матушка, конечно, поворчит, но публичных сцен больше устраивать не будет. Я поговорил с ней.

— А с кем еще ты поговорил? — с некоторым вызовом спросила я. Сама не знаю, что побудило к этому, ведь не хотела же совать нос в чужое дело. Но внезапное появление Дагмары на балу и ее намерение остаться встревожили не на шутку.

Не мгновение глаза Ильхарда потемнели, но тут же снова прояснились, напоминая чистое весеннее небо. Я думала, он не ответит или посоветует заниматься своими делами. Но, к счастью, этого не случилось.

— Приезд Дагмары стал неожиданностью. Не скажу, что приятной. Она хочет остаться здесь, при дворе отца ей плохо, это я вполне могу понять.

Я кивнула — с этим не поспоришь. Король Джита Адельрик I недаром получил прозвище Кровавый. Характер у него самый мерзопакостный. Это я знаю не понаслышке, ведь моя кузина Каталина Зангрийская замужем за ним. Дагмаре, вернувшейся домой после развода, несладко, это понятно.

— Прекрасный подарок сыну на день рождения, — холодно проговорила я. — Ансар доволен. А еще твои родители.

Вальс достиг апогея, и разговаривать стало трудно. Я оглянулась по сторонам, выискивая надоедливую графиню, и наткнулась на настороженный взгляд Ансара, который кружил млеющую от восторга Лиару, но смотрел почему-то на нас.

Тут мой партнер приподнял меня за талию и закружил. Мир превратился в пеструю карусель, в нем осталось только прекрасное лицо Ильхарда, и сверкающие радостные искорки восхищения в его взгляде. Я рассмеялась, чувствуя внезапный прилив невероятного счастья.

— Я уже говорил, что ты самая прекрасная принцесса, из тех, кого я встречал в жизни?

— Нет, не говорил. — Надула губы в притворной обиде. — Хм, это значит, что кто-то из присутствующих дам, прекраснее меня?

— Ты прекраснее всех на свете, Огонек! — рассмеялся Ильхард и закружил меня еще сильнее.

Еще несколько оборотов и музыка смолкла. Я огляделась и заметила графиню ди’Блиор, пробирающуюся ко мне через зал в сопровождении герцогини Моррон. Эта тяжелая кавалерия, несомненно, посланницы королевы.

Ильхард обнял меня за талию, провожая к столику, где были выставлены напитки, но не успели мы взять бокалы, как подскочил Ансар. Мне прекрасно известна его робость перед отцом, но сейчас он, кажется, страстно желал высказать недовольство. При этом он напомнил мне птенчика, выпавшего из гнезда, который нахохлил перья, пытаясь придать себе грозный вид. Голубые, на выкате, глаза сверкали от гнева.

— Чего тебе, сынок? — Ильхард, разумеется, не упустил из вида перемену в настроении своего отпрыска. На чувственных губах мужчины заиграла несколько надменная улыбка. Я попыталась вывернуться из его полуобъятий, но он держал крепко.

— Мою невесту не нужно развлекать, отец! — выпалил юноша. Сказано это было достаточно твердо, я даже удивилась. Форму я одобрила, но содержание его реплики мне совсем не понравилось.

— Вот как? — Ильхард красиво изогнул бровь. — Ты уверен? Мы на балу, и здесь никому не возбраняется танцевать.

— Это моя невеста, отец! Тебе следовало бы приглашать маму…

Зимой вода в Источнике Разбитого сердца промерзает до дна, превращаясь в прозрачный светло-голубой лёд. Глаза Ильхарда сейчас напомнили мне об этом чуде. Не хватало ещё, чтобы посреди бала разразилась ссора между отцом и сыном. Придворные, наблюдая за нами, навострили уши.

Я сбросила наглую ладонь Ильхарда со своей талии и шагнула к Ансару.

— Стоп, стоп, — едва слышно прошипела я, глядя в разъяренные глаза жениха. Его гнев меня не трогал. Произнесла, раздельно выговаривая слова: — Я твоя невеста, но не твоя рабыня. И буду танцевать с кем пожелаю. А теперь оставь меня в покое!

Снова заиграла музыка, но на сей раз лишь несколько пар вышло на тур. Все остальные притворялись сильно уставшими и обвисали по стульям, а на самом деле исподтишка наблюдали за нами.

Ансар кипел от гнева, но, кажется, принял во внимание, что ссориться с отцом и невестой посреди бала по меньшей мере глупо.

— С тобой мы побеседуем позже, Ансар, — спокойно проговорил Ильхард, и, давая понять сыну, что тот свободен, повернулся ко мне. — Огонек, ты, наверное, проголодалась? Пойдем, я провожу тебя в буфет. Держу пари, что ты не обедала сегодня.

— Еще бы! А как бы я в платье влезла, по-твоему?

Наследник предложил мне руку, и, оставив побелевшего от гнева принца, мы обогнули зал и направились туда, где были приготовлены закуски для гостей.

59 Мазурка

Когда мы подходили к накрытым столам, здесь было почти пусто, однако стоило остановиться возле одного из столов, публика немедленно потянулась сюда из бального зала. Несомненно, для придворных наша пара — главное развлечение этого вечера. Впрочем, Ильхарду удавалось держать любопытных на почтительном расстоянии, отгоняя слишком назойливых мрачными взглядами.

Принц отобрал несколько закусок на тарелочку, и проверив своим перстнем, протянул мне.

Я опустила взгляд на крошечные — на один укус — тарталетки с разноцветными салатами, но не спешила есть. Произошедшее в зале оставило дурной осадок.

«Нет, я должна узнать, что он думает делать!»

— По поводу всей ситуации… — Начинать было неловко, а когда мне неловко, я злюсь. Подняла пытливый взгляд на принца и спросила прямо: — Тебя заставят вернуться к бывшей жене?

— Что⁈ Не будь глупенькой! — Ильхард рассмеялся, но в глазах не было улыбки.

— А если твое несогласие будет иметь международные последствия? — усомнилась я.

— Даже если это вызовет войну! Наш брак с Дагмарой был страшной ошибкой. Точка. Я так ей и сказал.

Сзади послышался чей-то звонкий (и до неприличия громкий) смех. Я оглянулась. Ансар, настороженно посматривая на нас, демонстративно вел Лиару к столам с пирожными.

Я отвернулась и фыркнула. Ильхард тяжело вздохнул.

— Вот наказание… Я хотел бы вырастить из него мужчину и брать всюду с собой, но маменька и бабушка носились с ним, потому что он родился слабым. И вот мы имеем мальчика двадцати трех лет!

— А мне за этого мальчика замуж приказывают выходить, — тихо вздохнула я.

— Ну, это мы еще посмотрим! — Ильхард отнял все еще полную тарелку и развернул меня к себе. — Похоже, аппетита у тебя нет. Придется нагулять его, пойдем-ка еще потанцуем!

— Ильхард, но это же скандал и открытый вызов всем, в первую очередь королеве! — все это я успела шепнуть, прежде чем меня увлекли обратно в бальный зал и закружили в ритмах зажигательного делийского галопа.

В вальсе мой партнер вел себя весьма уверено и авторитарно, и мне было интересно увидеть его в более живом и сложном танце. Галоп — это, конечно, не мазурка, но тоже требует и грации, и легкости движений. Первый тур танца убедительно показал, что даже столь рослый мужчина может скакать, словно горная козочка, и при этом не выглядеть смешно.

Зато другие эйсы показывали свою «прыть» во всей красе. Кто-то забавно подскакивал, кто-то умудрился наступить партнерше на пышную юбку, так что лиф сорвало с петелек, и бедняжке пришлось срочно бежать в дамскую комнату, чтобы поправить свой туалет.

Поворот. Рука Ильхарда скользнула по моей талии, и жар этого касания я почувствовала даже сквозь плотный корсет. Наши правые руки встречаются. Плавный шаг назад. Теперь очередь левых рук. Какие у него все-таки невероятные глаза, они сверкают из-под темных ресниц словно иллирийские камни. Поворот. Держась за руки, проходим три шага и снова — лицом друг к другу.

— Я не танцевал этот проклятый галоп уже лет пятнадцать, — признался вдруг принц. — И как только не забыл фигуры?

Я насмешливо выгнула бровь.

— Устал? — Должна признаться, мое дыхание тоже заметно участилось.

— Вот еще!

Мы весело промчались по кругу, на время выбросив из головы проблемы и тревоги.

После танца рядом с нами нарисовался Марс. Я заметила его в толпе несколько раз — он танцевал со знойной вдовушкой, графиней ди’Крет.

— Сейчас будет мазурка! Ты, Ильхард, уже показал себя в галопе. Теперь моя очередь, зря я, что ли, туфли надевал?

— Что ты? Это же гвоздь вечера! — воскликнул наследник, с шутливым поклоном уступая мою руку.

Я позволила себя вести, и мы с ди’Зорром заняли место среди приготовившихся к танцу пар и поскакали вместе со всеми, вытягивая носочек. Я так смеялась, что даже пару раз сбилась с шага.

Случайно взглянув во «вдовий» угол, я заметила среди дам, алое платье Дагмары. Сквозь открытые двери буфетного зала я увидела группку военных, среди которых выделялась высокая фигура Ильхарда. Принц что-то говорил, держа в руке бокал с игристым вином.

Мне было интересно, выискивать знакомые лица, но танец требовал постоянного внимания.

Марс был великолепен, он с мужественно-суровым, истинно некромантским видом проделывал все необходимые вращения и повороты. Кажется, более забавного танца, чем этот, еще не придумано. Кстати, кто вообще все эти танцы изобрел? Впрочем, копаться в крупицах знаний, оставшихся после уроков нудного танцмейстера тэ’Нора, было некогда: Марс подхватил меня на руки и легко закружил. Мир снова поплыл веселыми размытыми пятнами.

Запыхавшиеся и всё ещё смеющиеся, мы было направились в сторону закусок, но тут прямо на нас из-за разлапистой пальмы в кадке выскочила герцогиня Моррон.

Я едва не топнула ногой. Не суждено мне сегодня поесть!

Старая мегера, туго затянутая в жёлтое платье, заступила нам дорогу. На Марса фрейлина не смотрела, демонстративно обращаясь только ко мне.

— Ваше Высочество, Её Величество просит вас немедленно подойти к ней.

Мы с телохранителем переглянулись. Уступать было противно, но это же прямой приказ! Марс нехотя кивнул и, слегка поклонившись, отошёл.

— Я провожу, Ваше Высочество, — герцогиня направилась в игорный зал, величественно покачивая юбками, в полной уверенности, что я следую за ней.

Но являться так скоро пред очи королевы не входило в мои планы. Бал немного утомил меня, к тому же, выпитый лимонад давал о себе знать. Проходя мимо узкой арки, ведущей к туалетным комнатам, я шмыгнула в извилистый коридор и почти бегом, приподняв колыхающуюся юбку, помчалась к дамской уборной. Бал был в самом разгаре, потому, к счастью, тут было пустынно.

В уютной комнатке пришлось, при помощи горничных, расставаться с пышными юбками, а затем вновь облачаться в них. Это заняло примерно четверть часа. Что делать, такова реальность: бальное платье — вещь красивая, но жутко неудобная в некоторых смыслах. Освежив лицо при помощи косметических салфеток, я вышла в коридор. Спугнула целующиеся в уголке парочку и направилась в бальный зал.

Шла медленно, прикидывая, как бы избежать новой встречи с герцогиней или её товарками.

«Если сейчас предстану перед королевой, разноса не миновать, что бы там ни говорил Ильхард. Потому подожду, пока гнев уляжется. А лучше — завтра получить всю порцию нравоучений скопом».

Я тихонько миновала ещё одну увлеченную друг другом парочку, а вот за поворотом меня ждал сюрприз.

60 Подарок для жениха

Ансар.

— Я видел, как ты сюда забежала.

«Видел? Ну, молодец, и что дальше?»

Блондин мерил меня острым неприязненным взглядом, я отвечала — непонимающим. Принц изволит гневаться? Точно: на скулах ходят желваки, тонкие губы вытянулись в неприязненную линию.

— В чём дело, Ансар?

— А ты не понимаешь? Ты моя невеста, и я запрещаю тебе кокетничать с моим отцом. Твой телохранитель тоже позволяет себе много вольностей, о чем я уже поговорил с дедом, и он пообещал разобраться.

— С чем? С моим телохранителем? Или с моим кокетством?

Лицо принца на миг исказила гримаса гнева.

— Амелита, ты мёртвого из себя выведешь! — процедил он сквозь зубы. — Я понимаю, что ты воспитывалась в Зангрии, но прояви хотя бы уважение… Ты выставляешь меня идиотом, когда млеешь в объятиях моего отца на глазах у всего двора!

— Можно подумать, ты сам ведешь себя идеально, — проворчала я, делая попытку обойти юношу. Но, конечно, широкий кринолин немедленно застрял в проходе, и Ансар этим воспользовался. Меня схватили за плечо и дёрнули, притискивая к стене рядом с огромным комнатным растением в широкой мраморной вазе.

Я изумленно вскрикнула. Мои губы тут же смяли влажным поцелуем; грубые пальцы впились в плечо, отчего рукав платья опасно затрещал. Опомнившись, я принялась отталкивать жениха, брезгливо вытирая губы. Но Ансар наступил на жесткий каркас моей юбки, и мне никак не удавалось освободиться.

— Когда я сделаю тебя своей, ты не будешь смотреть на других!

Я многое могла бы сказать по поводу такого заявления, однако сейчас было не до разговоров. Казалось, я борюсь с омаром, у которого двести щупалец, и все они шарят по моему телу.

— Идиот, что ты делаешь? Платье порвешь! — прошипела я, опасаясь привлечь внимание влюбленной пары за углом. — Хотя бы представь, какой будет скандал, если здесь кто-нибудь сейчас появится!

Но меня не слушали. Принц снова добрался до моих губ, и я пустила в ход зубы. Он коротко вскрикнул и отпрянул, укушенная губа наливалась кровью.

Ансар зло сжал меня, приподняв.

— Не смей кусаться, дрянь! Мне нужен мой подарок на день рождения — твоя невинность.

— Ты с ума сошел, подлец! При своем отце повторишь свои последние слова!

Я едва увернулась от пощечины. Как с ним сладить? Пьян он, что ли?

Применить щит и отбросить негодяя в сторону я не могла: одно из колец, которое Ансар носит постоянно — из числа священных королевских регалий: оно не позволит активировать против принца магические чары.

В коридоре по-прежнему никого не было, однако в поле моего зрения попали широкие листья цветка. Один из сочных побегов как раз качался над плечом принца.

Вот оно. Я призвала магию и дала приказ на нападение:

«Em pettum!»

Отталкивая от себя руки негодного жениха, я почти отстранённо наблюдала, как растение дрогнуло, листья шевельнулись, и к Ансару потянулись зелёные ростки. Удвоила усилия, пытаясь оттеснить своего противника поближе к вазе. В пылу борьбы принц даже не заметил, как на его плечи и стан ложатся толстые побеги, быстро оплетая.

Только когда шершавый молодой листик случайно задел щеку, подбираясь к шее, Ансар взглянул вниз и тут только понял, что случилось. Лианы надёжно спеленали его. Принц хотел сбросить живые путы — не вышло. Руки оказались стиснуты крепкими побегами. Он прошептал заклинание уничтожения, но эльфийская магия, доставшаяся мне от матушки, не разрушается под действием стихийной, и уж, конечно, устоит перед бытовой.

— Посиди пока в кусте, Ансар, и подумай над своим поведением! — Я лихорадочно оправляла платье. Слава Светлым девам, этот идиот не порвал его.

— Что тут происходит? — голос, раздавшийся за спиной Ансара, походил на раскаты грома.

От неожиданности я вздрогнула, резко повернулась и с облегчением узнала Марса. Некромант был мрачнее тучи.

В яростных попытках освободиться от все более бурно разрастающейся растительности, принц опрокинул мраморную кадку. Та с грохотом покатилась по плитам пола, рассыпая землю. При этом и сам Ансар не устоял на ногах, и его, словно на аркане, поволокло за горшком. Бессильно трепыхаясь, весь красной от гнева, принц хрипло заорал:

— Учти, ди’Зорр! Если ещё раз притронешься к моей невесте, вызову тебя на магический поединок!

Я фыркнула, находя эту угрозу смешной.

— Почему на магический? Боитесь сразиться со мной как мужчина, на саблях? Или воображаете, что я слабее в магии? С удовольствием это проверим, когда вам будет угодно, Ваше Высочество. — издевательский тон Марса не оставлял сомнений в том, что думает он о валяющемся на полу принце.

Однако ситуация была отчаянная. Непристойные крики Ансара привлекли внимание слуг и сбежавших с бала любовников — со стороны уборных послышался топот и изумленные возгласы при виде шевелящейся зеленой массы, которая расползалась все дальше по коридору, выстреливая все новыми сочными отростками.

Ансар уже почти скрылся под лианами, наружу торчала лишь нога в бальном башмаке, да искаженное яростью красное лицо с выпученными глазами.

Я спешно привела в порядок платье, радуясь, что прическа надежно закреплена заколками. Некромант протянул мне руку, и я с готовностью ухватилась за нее. Спокойным, почти неторопливым шагом мы вышли в зал и постарались смешаться с толпой.

Приглашённые уже натанцевались, посреди зала кружилось лишь несколько самых упорных пар. Среди них оказалась Дагмара в паре с незнакомым мне эйсом. Остальные гости, как обычно, на раутах, разбились на небольшие группки и что-то увлечённо обсуждали. Сплетничали, конечно.

Мы отошли вглубь зала, и я заглянула в одно из настенных зеркал. Отметив, лихорадочный румянец на щеках, заправила выбившийся на щеку локон.

«Хырова чешуя! Как же хорошо, что под руку подвернулся тот цветок! Нужно бы его отблагодарить потом».

— Я встревожился, что ты так долго не выходишь оттуда. Но думал, дело в ваших дамских штучках или, что ты решила отсидеться вдали от гнева королевы. Ее Величество была недовольна, когда герцогиня явилась без тебя.

— Женишок подкараулил меня, как ты видел.

— Ловко ты его. Так ты сильна в эльфийской магии? Зачем тебе тогда некромантия и зелье силы?

— Резерв мал. К тому же эльфийская магия хороша для чистокровных эльфов, а не для полукровок с демонской кровью. Магия природы подчиняется мне лишь в редких случаях. — Я помолчала, расправляя юбку. — Послушай, у меня в животе неприлично бурчит! Пойдём в буфет. — Тут я заглянула Марсу в лицо, лукаво ухмыльнувшись. — Если, конечно, ты не собирался пригласить на танец ту пышную вдовушку, с которой уже дважды танцевал.

Марс сверкнул довольной улыбкой.

— Так ты следила за мной, детка?

— Ой, не воображай о себе!

Вскоре я снова получила в руки вожделенную тарелку с закусками. На сей раз на яды ее проверял Марс. Ждать не стала, сразу отправила в рот крошечную тарталетку с изысканным паштетом, пристально наблюдая за выходом в танцевальный зал — не появится ли Ансар.

— Надеюсь, лианы хорошенько потрепали этого мозгляка!

Марс не стал есть, вместо этого он устремил на меня горящий янтарем взгляд.

— Он приставал к тебе из-за того, что увидел с Ильхардом?

— Никакой другой причины не приходит в голову. Негодяй хотел получить в подарок мою невинность, только представь! Но у меня для него всего лишь кошель, да и тот вышивала дей’Форе.

Марс скрипнул зубами, и я услышала тихое:

— Негодяй. Пожалуй, он заслуживает вызова…

Эти слова заглушил громкий щелчок. Из бального зала послышались нестройные возгласы и женский визг. Музыка резко оборвалась.

Гости сбились в плотную, словно стадо, толпу. Они замерли, вытягивая шеи и приподнимаясь на цыпочки, чтобы рассмотреть, что происходит в дальней части зала.

61 Наказание

Все, кто были в буфете, бросились к дверям. На месте остались лишь я, Марс да толстяк министр двора. Мы с некромантом были все еще немало смущены приключением с принцем, и не желали мешаться в очередной скандал, а перед эйсом дей’Моном стояло полупустое блюдо из-под пирожных: бедняга так объелся, что, попытавшись вскочить, повалился обратно на стул. Смирившись с судьбой, он продолжил набивать рот пирожными.

Теперь, когда музыка и разговоры в бальном зале смолкли, мы ясно расслышали сперва негромкий свист, словно звук рассекаемого воздуха, а затем щелчок. И еще. И еще.

— Что это? — шепотом спросила я у Марса.

Тот пожал плечами и все-таки поманил меня к выходу.

— Пойдем посмотрим, интересно же.

Запихав за щеку еще одну тарталетку, почти бегом догнала Марса, который уже подходил к толпящимся в дверях. Однако выйти в бальный зал нам не удалось — здесь плечом к плечу сгрудились эйсы и сьерры, стиснутые кринолины не позволяли им даже двинуться. Нечего было и думать, чтобы вклиниться. Более того, все были так увлечены наблюдением за происходящим, что вообще не реагировали на требования Марса пропустить нас.

«Что же там такое занятное происходит?»

По лицу некроманта я поняла, что он готов силой обратить на себя внимание невеж, и дернула его за рукав, убеждая оставить эту мысль. Он-то пробьётся. А я? В моем-то платье!

Марс смирился с тем, что нам придется остаться здесь, и облокотился спиной о створку двери. Видимо, ему пришла в голову другая мысль, потому что он быстро стал чертить в воздухе какие-то магические формулы.

— Что ты делаешь? — заволновалась я.

— Увидишь, Огонек, — отмахнулся Марс, не отвлекаясь от своего таинственного занятия.

Я ахнула, когда над головами зевак сгустилось дымное облачко из тьмы. Вначале малозаметное, в какой-то момент оно вытянулось и превратилось в плоское темное зеркало.

— Какая замечательная выдумка, Марс! — Я едва в ладоши не захлопала от восторга, но обмерла, когда поверхность зеркала прояснилась и мы, наконец, увидели, что происходит на другой половине зала.

Первой бросилась в глаза высокая фигура Ильхарда. Он стоял посреди значительного пустого пространства, слегка расставив длинные ноги. Что он держит в руке, я не разобрала до тех пор, пока он не взмахнул этим предметом. Раздался тот самый свист, а затем щелчок.

— Это же кнут! — выдохнула я изумленно.

— Бич, — поправил Марс, злорадно усмехнувшись. — Принц владеет им в совершенстве.

Ансар, которому прилетело по плечам, подхватился и заметался по залу. Нарядный белый камзол принца был изорван, но обрывки зеленых лиан все еще болтались на плечах, придавая бедняге вид сказочного лесного духа. Скрыться он никуда не мог — все выходы запечатала жаждущая зрелищ толпа.

За этими двумя бегала кругами дама в алом платье, что-то крича и заламывая руки. Ильхард не обращал на нее никакого внимания и снова поднимал свое грозное орудие.

Я в ужасе прижала руки к щекам. Какая сцена. Какой скандал!

А вот Марс казался спокойным и даже довольным. Оно и понятно, Ансар, разумеется, заслужил взбучку. Вот только терпеть столь унизительное наказание прилюдно…

— Кто-то просветил принца по поводу сцены в коридоре? Или бедняга уже и перед отцом проштрафился?

— Вероятно, последнее. Я еще только собирался расписать Ильхарду непростительное поведение его отпрыска во всех красках.

— Хырова чешуя, может, не стоит говорить? — усомнилась я. — Мне вовсе не хочется, чтобы Ансар возненавидел отца или чтобы Ильхард убил своего сына.

Интерес к скандальной сцене у меня резко угас. Я отвернулась и направилась обратно к буфету, хотя о еде, разумеется, уже и не помышляла. Уселась на стул, мрачно сверля глазами полупустые столы.

— Могу ли я узнать, что там происходит, Ваше Высочество? — отдуваясь, спросил толстяк-министр, выглядывая из-за гор тарталеток с паштетами.

— Не можете! — отрезала я. Дей’Мон исчез из вида.

Вскоре шум бича стих.

— Да, Ильхард зол не на шутку, — произнес Марс, появляясь рядом со мной. — Не слушает не только Дагмару, но и королеву. Лишь когда ее величество схватилась за свои пилюли, позволил увести Ансара.

— А что же король? Почему он не остановил его?

— Россхельм вроде бы давно покинул бал. Пойдем, сейчас гости будут расходиться, нам лучше вернуться во флигель до того, как королева оправится от потрясения и вспомнит о тебе.

Снова послышался свист, но уже снаружи. Следом что-то мощно громыхнуло, и ночь за арочными окнами озарилась множеством ярких красок. Фейерверк начался точно по расписанию, в одиннадцать. Однако никто не пошел смотреть на яркие всполохи, гости ломились к выходу. Никто не разговаривал, физиономии у придворных были хмурые и сосредоточенные. Когда мы смогли выйти из буфетной, в бальном зале уже не видно было никого из главных действующих лиц.

Мы неторопливо вышли в Приемный зал, и Марс потянул меня на пустынную террасу. В лицо пахнуло морозцем и острыми ароматами палой листвы. Над головой с шумом взрывались шутихи, раскрашивая фасад дворца и окружающие его деревья всеми цветами радуги.

Ди’Зорр заботливо накинул свой камзол мне на плечи.

— Ты как, Огонек?

— Лучше не бывает, — пробормотала я, любуясь стремительно несущимся по небу диковинным огненным ящером и уныло размышляя о том, что будет, когда королю доложат о наказании, преподанном моему жениху. — Любопытный вышел бал.

62 Домой!

Вопреки моим опасениям следующий день прошёл спокойно. Из дворца не было гневных призывов, Ильхард не появлялся.

Мимо слуг, разумеется, вчерашний инцидент не прошёл. К моему удивлению, воспитательная мера, примененная принцем к своему наследнику, в целом одобрялась персоналом дворца. От вздорного характера принца, оказывается, страдали здесь многие. Общее мнение выразила дей’Форе после того, как я поведала ей о приставаниях моего жениха: если публичная порка не научит Ансара уму-разуму, ничто уже не поможет.

После обеда, как всегда, доставили свежие газеты. Я посмотрела на свёрнутые в трубку издания, словно это были бомбы, и решилась ознакомиться далеко не сразу. Но, как оказалось, волновалась зря. Статьи были полны подробными и красочными описаниями бала, снабженными цветными магизображениями. Я не заметила журналистов во дворце, тем не менее обнаружила и свои снимки. Восторженному описанию моего платья и внешнего вида «Дамское обозрение» посвятило целый разворот. Детально приводилось меню фуршета, а также оформление зала. Вскользь упоминалось имя принцессы Дагмары Джитской, посетившей празднование в честь ее сына. Однако ни одного намека на то, что произошло в конце, я не нашла. Видимо, с газетчиками провели разъяснительную беседу.

Осознав, что скандала на весь мир не случилось, я вздохнула свободнее. Угадать причину ссоры отца и сына было несложно. Пресса могла бы превратить мою репутацию в тлен, но, к счастью, кто-то позаботился о том, чтобы этого не произошло. О радикальном воспитательном акте, учинённым Ильхардом над сыном, широкую общественность также не проинформировали.

Однако я была уверена, что по неофициальным каналам слухи рано или поздно дойдут до Зангрии, потому испуганно подскочила в кресле, когда к вечеру со мной связался мой отец.

Папа занимает очень важную и хлопотную должность канцлера королевства, потому мы разговариваем по магсвязи не так уж часто.

— Так скоро… — я втянула голову в плечи.

Первой мыслью, было подозрение, что Софина-Улия или Россхельм нажаловались на меня. Так что, принимая вызов, я готовилась отражать атаку праведного родительского гнева.

«Как ты, милая? — голос папы был ласков и спокоен. — Алес говорит, что ты соскучилась, дорогая. Почему не сказала? Я уже связался с королём Росхельмом, тот согласен отпустить тебя домой на недельку».

Значит, Алес начал приводить в исполнение наш план по вызволению меня отсюда? Прекрасно. И, похоже, в Зангрии ещё ничего не известно о вчерашнем скандале? Пусть так дальше и остаётся.

«Мы с мамой тоже очень ждём тебя, моя девочка. Как скоро ты сможешь приехать?»

Я обернулась к прислушивающейся к разговору дей’Форе и обменялась с ней многозначительным взглядом.

— Да прямо завтра! Я быстро соберусь.

«Отлично, свяжись со своим братом, чтобы он встретил тебя в здании Главного Портала».

Сразу после разговора мы с дей’Форе поднялись в мою спальню и принялись отбирать вещи, которые я намеревалась взять с собой. Фрейлину я, разумеется, не посвящала в подробности наших планов. Пришлось согласиться и взять несколько платьев для приёмов, чтобы не возбуждать подозрения. Мое желание засунуть в чемодан куртку, брюки и ботинки для походов вызвали бурный протест, однако привыкшая к моему своеволию фрейлина была вынуждена уступить, когда я заявила, что всего лишь хочу продолжить наши утренние пробежки с эйсом ди’Зорром.

С Марсом я встретилась перед ужином. Мы столкнулись на лестнице, когда я спускалась с чердака, а он только что вернулся после вылазки в город.

— Здесь все спокойно? — поинтересовался он.

Я с удовольствием поведала, что мы вольны завтра же ехать в Зангрию.

— Отлично. Я как раз разузнал для нас кое-то.

Разумеется, мой интерес тут же взыграл до небес, и я хвостиком увязалась за Марсом в его комнату.

— Любопытный Огонек! — Марс внезапно подхватил меня за талию и закружил по комнате.

— Ой-ой-ой! Отпусти, ты чего? — возмутилась я, но не выдержала и рассмеялась. — Расскажи, о чем ты узнал?

Марс усмехнулся и усадил меня на широкий подоконник, где я немедленно с удобством устроилась, вытянув ноги.

— О постолите.

— О! Так-так! — Я навострила ушки. — Где же нам его искать?

— Этот кристалл крайне редок, и мой приятель, всю сознательную жизнь изучающий минералы в Королевском исследовательском институте, предполагает, что постолит имеет инопланетное происхождение. Он слышал, что образцы есть у драконов, но никто не изучал и даже толком не видел этих камней.

— Что ж, значит, обратимся к драконам? Надеюсь, они не станут жадничать и отсыплют нам малую толику этого постолита. Здесь нам опять-таки сможет помочь мой брат. Вернее, его жена Миа. Она какая-то там дальняя родственница Повелителя Иллирии.

— Тогда отправляемся в Зангрию завтра прямо с утра. Нужно еще успеть закупить необходимое снаряжение для экспедиции.

— Да, мы с дей’Форе уже готовы, — заверила я.

Марс кивнул с довольным видом и, нырнув в шкаф, вытащил небольшой походный саквояж. Не желая мешать ему, я спрыгнула с подоконника и направилась к выходу. Но у порога остановилась.

— Ты не видел Ильхарда? Как он после вчерашнего?

— А ему что сделается? Сегодня с утра, кажется, умчался инспектировать строительство приграничного форта.

— Я думала, король не обрадовался тому, как развивались события на вечере…

— А ты об этом… — Марс усмехнулся, оставил багаж и плеснул в стакан янтарной жидкости из графина. — Иногда такому юнцу, как Ансар, следует показать его место. Причем лучше делать это публично, иначе его не проймёт. Ильхард вполне способен объяснить это своему отцу, не переживай за него. Он уже большой мальчик.

63 Гнездышко Черного дракона

— Каждый раз забываю, как здесь прекрасно!

Быстрый как ветер каррус Алеса бесшумно мчал нас по широким прямым проспектам Триесты. Цветущие парки, нарядные фасады многоэтажных домов и яркие витрины, как всегда, радовали взор. Город вечной весны даже ранним утром был полон движения и красок. Я крутила головой, стараясь вобрать в себя всю эту невероятную красоту и запечатлеть ее в памяти.

Вскоре мы свернули с шумных улиц на тихую аллею с рядом великолепных особняков, среди которых располагается городской дом моих родителей. Вообще-то, младший брат короля, принц Алард и его супруга, предпочитают виллу на южном берегу озера Саннилай, а в городской дом приезжают, лишь когда маме необходимо присутствовать на придворной церемонии, что бывает довольно редко.

Принцесса Отилия вышла встречать меня на крыльцо величественного особняка. Не успел магомобиль остановиться, как я выскочила и волкозайкой запрыгала по ступеням крыльца в объятия матери.

Мы не виделись полгода, и я едва не расплакалась, только сейчас осознав, насколько соскучилась по своей маме. Темноволосая стройная эльфийская принцесса, вечно прекрасная — матушка всегда была для меня недостижимым образцом красоты и изящества. Мне далеко до неё, а живой характер не позволяет надеяться, что когда-нибудь я смогу двигаться столь же плавно и величественно.

— Амелита, девочка моя, как же хорошо, что ты приехала!

Мама поцеловала меня в лоб и пригладила растрёпанные огненные локоны.

— Кажется, ты подросла. Дей’Форе, милая, — обратилась мама к степенно поднимающейся по ступеням фрейлине, — я же просила хоть немного откормить девочку!

— Мам, да у меня всё на месте, — проговорила я, нетерпеливо вырываясь из материнских объятий, чтобы обнять вышедшую поприветствовать нас невестку.

Супруга Алеса Миарет держала в руках большой кружевной сверток, из распахнутых стеклянных дверей гостиной вслед за матерью выбежал трёхлетний белокурый малыш. Я подхватила его на руки и закружила.

— Эрик, как же ты вырос!

Мальчик захохотал и липкими от сладостей ручками ухватил меня за щёки.

— Вы кое о ком забыли, дорогая моя, — поспешила отвлечь меня дей’Форе.

— Что?

Я оглянулась и увидела Алеса и Марса. Мужчины остались внизу, возле магомобиля.

— Ах да, познакомься, мамочка, эйс Марс ди’Зорр — мой телохранитель, назначенный королём Россхельмом.

Некромант почтительно склонил голову, и мама вежливо улыбнулась и попросила его быть её гостем. Я же в очередной раз подивилась на свою матушку: кажется, ничто не может поколебать железного спокойствия эльфийской принцессы. В любой ситуации она не теряет лица и не позволяет себе выказать даже удивления. Впрочем, не сомневаюсь, что, когда мы останемся одни — а я постараюсь, чтобы это случилось как можно позже, — меня ждёт допрос с пристрастием.

Пока хозяйка дома распоряжалась по поводу комнат, Миа увела меня в гостиную, и мы принялись болтать. Я обожаю жену брата, с ней легко и свободно беседовать на любую тему. Иногда мне кажется, что мы родственные души, ей тоже не чужда авантюрная жилка.

Воспользовавшись тем, что мы временно остались одни, я поспешила задать интересующие меня вопросы.

— Постолит? — задумчиво протянула Миа. — Нет, о таком я не слышала. Ты уверена, что образцы этого камня могут находиться у драконов?

— Есть такое предположение.

Острый взгляд сияющих золотыми блестками солнечной магии серых глаз невестки пытливо впился в меня.

— Амелита, что ты ищешь? Я знаю, что Алес вроде бы собрался куда-то тебя сопровождать, но это великая тайна. Что происходит, дорогая?

Брат строго-настрого наказывал мне не посвящать Мию в подробности нашего будущего приключения. Прошло всего два месяца после последних родов, но, зная мою невестку, можно с уверенностью сказать, что Миарет соберётся сопровождать нас.

Я пожала плечами с безразличным видом.

— Да я просто ищу редкий ингредиент для опыта. Ты же знаешь, как я скучаю в Сарросе. Чтобы хоть как-то размяться и не закиснуть, стараюсь отыскивать древние рецепты. Мечтаю сварить одно действенное зелье…

Как я и рассчитывала, при словах «рецепт» и «зелье» Миа перестала слушать, она ненавидит зельеварение по неизвестной мне причине[1].

— Ох, и когда только король Даррен поймёт, что, отослав тебя в эту глубокую провинцию, он совершил огромную ошибку? Как засверкал бы его двор, если бы он оставил тебя при дворе!

— Дяде Дару наплевать на сверкание. Его интересуют лишь звон монет да крепость границ.

В гостиную вошла мама и сообщила, что мужчины уже куда-то уехали. У меня не возникло вопросов или возражений, так как план отправиться за экипировкой и провизией на время путешествия у них составился ещё по пути сюда.

Горничные подали ароматный травяной отвар. В нашем доме его заваривают на эльфийский манер — непременно с лесными ягодами. Отведав ароматный напиток, Миа предложила мне немного прогуляться. Это вполне соответствовало моему плану держаться от матушки подальше, чтобы избежать ненужных расспросов.

Оставив внуков с бабушкой и отрядом нянек, моя невестка сама уселась за руль новенького симпатичного карруса серебристого цвета.

— Ты всё-таки уговорила своих мужей! — восхитилась я.

— Да! — сияя, призналась Миарет. — Алес с самого начала был не против, но вот Дейн сопротивлялся до последнего. Только расчувствовавшись, что у нас родилась дочка, он разрешил мне ездить в черте города.

— Ох уж эти мужчины! Всего-то они боятся!

Подсмеиваясь по-доброму над сильным полом, мы помчались по улицам в сторону побережья, где на холмах, вдоль синего озера Эрс, раскинулись величественные особняки знати. Миа остановились перед одним из них.

— Хочу познакомить тебя с моими друзьями. С Даной мы сдружились еще в академии Синей Звезды, позже она вышла замуж за Чёрного дракона, Нико арк’Оддена[2].

— Постой-постой, того самого? Возрожденного?

— Именно, я как-то писала тебе о них. Уверена, лорд Нико поделится с нами информацией о кристалле.

Я радостно потерла руки. Кому и знать о магической редкости, как не Великому Черному дракону?

— Лишь бы только он был дома, — пробормотала Миа, звонком вызывая охранника из сторожки у ворот.

Хозяева двухэтажного особняка оказались на месте, и вскоре нас провели в богато обставленную гостиную. Здесь, обложившись тетрадками и учебниками, сидела хозяйка дома — прекрасная яркая шатенка со смелым открытым взглядом. В кресле возле камина в небрежно застёгнутой шёлковый рубашке и со стаканом в руке отдыхал дракон.

Нико арк’Одден оказался высоким привлекательным мужчиной с белозубой улыбкой и яркими сапфировыми глазами. Он вежливо поднялся, стоило нам войти в комнату, и хотел немедленно оставить нас поболтать всласть втроём, но Миа, со свойственной ей деловитостью, задержала его и немедленно задала интересующий нас вопрос в лоб.

Дракон слегка ошалел от настолько прямой манеры, но опустился обратно в кресло и, пока его супруга хлопотала по поводу угощения для нас, молчал, будто собирался с мыслями.

— Позвольте узнать, мои сьерры, а на что вам этот камень?

Врать или отвечать уклончиво дракону бесполезно даже с моим артефактом — он непременно почувствует фальшь и замкнётся навсегда. Потому я ответила правду, хотя, конечно, и не всю.

— Я нашла древний рецепт, вот собираю компоненты.

— Редкий, видимо, рецепт. — Дракон задумчиво потер свой упрямый подбородок. — О постолите и его свойствах среди моего народа ходят легенды. Сам я никогда его не видел, и потому не могу утверждать, что он существует в реальности. Могу разузнать для вас, если это действительно важно.

— Вы очень меня обяжете, мой лорд, — со значением проговорила я.

— Думаю, скоро свяжусь с вами, моя сьерра, — улыбнулся дракон и повернулся к Дане. — Пойду проверю, как там наши сорванцы, милая.

Когда дверь за лордом Нико закрылась, Миа оживленно повернулась к хозяйке дома.

— Идеальный мужчина! Занимается с детьми! Сам!

Дана зарделась от смущения и, спрятавшись за чайную чашку, призналась:

— Да, кому-то из нас двоих приходится быть хорошим родителем… И если мать погрязла в зачетах и экзаменах, отцу нелегко, особенно с близнецами!

— Ха-ха, а вот моих я буквально запинываю в детскую. Иногда кажется, обоим больше нравится процесс производства детей, чем его плоды. Малышку на руки взять пока что боятся.

— О, это ничего! Это пройдет. Дети ведь растут и становятся с каждым днем все интереснее.

Я прислушивалась к неспешной беседе двух замужних матрон, держа ушки на макушке и мотая на ус советы, как держать мужа в тонусе, но внезапно наши с Мией маговизоры одновременно зашлись тревожными сигналами. Мы уткнулись в артефакты связи и прочли одно и то же сообщение от моей мамы: «Скорее возвращайтесь домой, король Даррен немедленно требует Амелиту к себе».

* * *

[1] — Миарет (Миа) — героиня серии книг «МИА».

[2] — Дана и Нико — герои серии книг «Невеста ледяного дракона»

64 Угрозы короля

— Что за дикая спешка, мама? Что нужно дяде Дару?

Мы с Мией с порога атаковали маму вопросами, но принцесса Отилия отмахнулась от объяснений и, схватив меня за руку, потащила в мою комнату.

— Следовало ожидать, что твой дядя захочет повидаться с тобой, — произнесла она огорченно. — Неразумно с моей стороны было отпускать тебя, как только ты приехала. О чём я только думала?

— Да ладно, мамочка, не переживай! Дядюшке, наверное, просто делать нечего. Все указы о смертной казни уже подписаны, к соседям шпионы направлены, вот и захотел повидаться с племянницей.

Мама сосредоточенно рылась в моём сундуке, выискивая платье понаряднее, но, услышав такие речи, всплеснула руками и негодующие уставилась на меня.

— Девочка моя, не шути так!

— Да чего ты так всполошилась? В жизни не видела тебя настолько взволнованной.

— А как иначе? С чего это Даррен хочет встретиться с тобой? Это странно, после всех этих лет. К тому же твой папа не отвечает, я ему уже пять маячков отправила, чтобы он со мной связался.

— Возможно, он занят или находится там, куда магическая связь не долетает. В этом нет ничего удивительного.

С грехом пополам мы выбрали нарядное дневное платье — одно из самых нелюбимых — дей’Форе засунула его в багаж тайком от меня. Пять минут ушло на то, чтобы привести его в порядок при помощи бытовых заклинаний, а еще через пять я в этом отвратительно скромном платье, с аккуратно причесанными волосами была водворена на заднее сидение, а матушкин водитель поднимал магомобиль в воздух.

Я приникла к окошку, чтобы воспользоваться редкой возможностью полюбоваться родным городом сверху. Полёты над столицей запрещены, исключение допускается только для таких вот срочных поездок во дворец. Так что мы были одни в огромном пространстве (если не считать висящего над озером патруля на крылатых вердах), а под нами в розоватых закатных лучах расстилался цветущий, словно сад, город. Темно-лиловые сумерки уже прятались в закоулках и дворах, а нарядные фасады высотных домов всё ещё купались в лучах заходящего над синими водами Эрса солнца.

Мне не передалось волнение матушки. И чего она так всполошилась? Я допускала, что дядя узнал о происшествии на вчерашнем балу и жаждет подробностей. Возможно, на меня поступила жалоба. В таком случае меня поругают, а я, так и быть, сделаю вид, что расстроена, — то есть всё будет как всегда. Грозной ауры короля-некроманта, перед которым дрожат и теряются бывалые воины, я не страшусь, и дядя это знает. Так что, он, скорее всего, не станет даже тратить силы, пытаясь меня испугать.

Золотые купола королевского дворца, стоящего чуть в стороне от города посреди чудесного парка, с каждой минутой приближались, и вскоре каррус пошёл на снижение. Получив разрешающий посадку сигнал от охраны дворца, мы приземлились на ровную площадку на крыше дворца, предназначенную для транспортных капсул членов королевской семьи.

Адъютант его величества уже встречал меня и помог выйти из магомобиля. После чего мы отправились бродить по лабиринту запутанных коридоров и лестниц, дважды миновали портальные проходы — это что-то вроде лифта, когда, например, входишь в дверь на третьем этаже, а переступив порог, оказываешься на шестом.

Когда я окончательно запуталась в направлении, мы оказались перед выходом во внутренний садик, примыкающий к кабинету его величества. Здесь я уже бывала, потому, когда адъютант отворил дверь, смело вышла в густо благоухающие цветочными ароматами сумерки и направилась по дорожке к ажурной мраморной беседке с фонтаном посередине.

Короля Даррена я нашла расположившимся в уютном кресле со стаканом какого-то напитка, янтарного цвета.

— А вот и ты, девочка моя! — Дядя окинул меня одобрительным взглядом. — Как выросла — настоящая красавица!

— Ты, дядюшка Дар, тоже отлично выглядишь.

Говоря это, я ничуть не кривила душой. Передо мной сидел красивый блондин лет сорока с эльфийскими чертами. Как дядя выглядит на самом деле — мрачная государственная тайна. Но, думаю, он сохранился не хуже, чем мой папа, ведь разница в возрасте между братьями не так уж и велика. Мой папа — красивый темноволосый мужчина с преобладанием демонической крови, что придаёт его чертам некоторую резкость. Но, как я уже упомянула, это секрет, ведь мужчины моей семьи в целях безопасности на людях носят личину.

— Рад, что ты решила навестить родню. Возможно, хочешь сообщить какие-то новости? Угощайся, детка, там на подносе найдёшь отвар и твоё любимое печенье.

Предложение пришлось мне по душе. Проверив еду на яды — скорее по привычке, чем из недоверия, — я захрустела миндальным печеньем и, только съев парочку и утолив первый голод, плеснула в чашку ароматного отвара.

Всё это время король из-под ресниц разглядывал меня, терпеливо ожидая ответа.

— Нет никаких новостей, дядюшка.

— А мне доложили другое. Судя по всему, с некоторых пор ты живёшь довольно беспокойно, детка.

Я вздохнула. Разумеется, у зангрийского короля везде глаза и уши, и я не ждала, что вчерашние события надолго останутся для него тайной.

— Ты про маленькое нравоучение, которое наследник преподал своему сыну?

— Да, твоему жениху. Но не только об этом. Не буду скрывать, мне доложили о повышенном внимании, которое оказывает тебе принц Ильхард. Это ни на чём не основанные сплетни, или твоя помолвка действительно вот-вот расстроится?

Голос дядюшки звучал очень спокойно, что свидетельствовало о приближении грозы.

— С чего вдруг так решили? — осторожно спросила я. — Ни о чём таком и речи нет.

— Я так понимаю, что ты уехала домой, чтобы утихли сплетни. Если ты не знала, готов просветить: от девушки требуются благонравное поведение вовсе не для того, чтобы беречь её так называемую честь, а для того, чтобы удерживать мужчин от безумств. Не сомневаюсь, что стычка наследника и твоего жениха спровоцирована твоим безрассудством, моя дорогая. А в результате унижен твой будущий супруг и поставлен под вопрос ваш брачный контракт. Я слишком уважаю себя, чтобы отдавать племянницу за выпоротого принца. Лучше уж ты вообще не выйдешь замуж!

Последняя фраза была произнесена грозным голосом и прозвучала зловеще.

Но я умею обращаться с дядюшкой. Потому довольно равнодушно пожала плечами.

— Как вам будет угодно, дядя Дар. Но если вы думаете, что я так сильно желаю выйти замуж за Ансара, вы ошибаетесь.

Сказав это, я вновь захрустела печеньем.

Король коротко рассмеялся. Мое равнодушие выбило его из колеи, и он несколько смягчился.

На то и был расчёт.

— В делах государственных, девочка моя, наши желания часто не совпадают с политической необходимостью.

— Знаю, знаю, Ваше Величество.

— Надеюсь, нам удастся прекратить слухи, в противном случае придётся отложить вашу свадьбу ещё на год, — заключил король, и я едва удержалась, чтобы не захлопать в ладоши. Всё самое страшное было позади. Дядя Дар ещё минут пять поспрашивал о моих успехах в науках и отпустил.

Путь назад, на стоянку, как ни странно, занял вдвое меньше времени, и вскоре я уже расположилась на заднем сиденье роскошного маминого магомобиля, который, петляя по подъездной аллее, устремился к оживлённой в этот час магистрали.

65 Семейный вечер

Темнеет в Триесте очень быстро. Когда я направлялась к замершему на дворцовой стоянке магомобилю, на горизонте, над озёрной гладью, ещё виднелся краешек огромного красного солнечного диска. Через пять минут мы влились в поток бешено мчащегося по шоссе транспорта, и я обнаружила, что ночь уже вступила в права. Домчались быстро, и вскоре Алес нетерпеливо открывал дверцу, помогая мне выбраться из салона.

— Ну что, — сочувственно спросил брат, — попало от дяди?

Я с удовольствием ступила на плиты двора и подняла глаза в чёрное бархатное небо. Миллионы алмазов улыбались мне оттуда, лукаво подмигивая.

— Было немного… Грозил расторжением помолвки и последующим безбрачием. — Я рассмеялась. — Напугал снеговика морозом.

— Говорят, твой Ильхард выдрал этого щенка Ансара прямо на балу. Это правда?

Я нехотя кивнула, досадуя, что всё-таки понеслись слухи. И уточнила:

— Только Ильхард вовсе не мой.

— Рассказывай! Достаточно посмотреть, как вы друг на друга смотрите. Уверен, все это видят. Про тебя тоже говорили… Мы с Роэнном, конечно, заткнули пару пастей, но будь все-таки поосторожней. — Брат помолчал, затем подал мне руку. — Пойдём, родители ждут на ужин.

В столовой уже собрались все близкие. Мама и папа, Миа с мужьями и детьми, Марс, дей’Форе и мамины подруги-фрейлины.

В начале трапезы все молчали. Уткнувшись в тарелки, вслушивались в лепет Эрика, который как раз вошёл в возраст почемучки. Его звонкое «почему» то и дело звучало за столом. Почему суп жидкий? Почему мамины серёжки так блестят? Почему надо есть невкусное, чтобы быть здоровым? Хорошо, что у этого мальчика сразу двое отцов: то один, то второй терпеливо и подробно отвечали на все эти бесконечные вопросы. Малыш выслушивал с серьёзным видом, а затем тут же выстреливал следующим «почему».

Часто вопросы Эрика ставили меня в тупик. Действительно, почему жутко полезные фиолетовые грибы-светляки, похожие на трясущийся студень и ужасно невкусные, считаются деликатесом?

Когда подали мясо синего краба в винном соусе, мама впервые нарушила молчание.

— Вижу, дочка, что визит к дяде совсем не испортил тебе настроения и аппетита. Это хорошо.

— Он просто хотел узнать о моих успехах в учёбе.

Папа был в курсе новостей и не переставал хмуриться. Разумеется, он сообщил обо всём и маме, потому что последовал упрек:

— Как глупо, что ты, как и твой брат, предпочитаешь скрывать важные вещи от родителей! Но это ведь касается всего нашего рода!

— Что именно касается, мамочка? Не понимаю, чего вы так всполошились? Ансар нам не родственник, и, надеюсь, никогда им не будет. Вот и всё.

— Вот только не говори, что кто-то заставлял тебя провоцировать жениха и танцевать с наследником!

— А что тут такого? С кем хочу, с тем и танцую!

— При дворе королей Сарроса так не принято, сама знаешь, — развела руками мама.

Тут, наконец, вмешался Алес:

— Да ладно, мам. С самого начала было понятно, что этой свадьбе не бывать. Что с того, что наша девочка повеселилась на балу? Даже если эта свадьба расстроится, это не конец света. Сейчас, слава Шандору, не средневековье, и Амелиту не заточат в храме Марраны.

— Но расторжение помолвки — это скандал на весь свет, сынок.

— Алес прав, тетя, — вступил в разговор Роэнн — темноволосый младший сын нашего короля. Кузен вырос в нашем доме, вот только я всегда немного его побаивалась: он ведь менталист. Ненавижу, когда кто-то копается у меня в голове, а он любит это дело. — Амелита не должна страдать из-за того, что принц Ансар — заморыш, да ещё и идиот. Но если бы он обращался с невестой, как того требует честь, ничего бы этого не случилось.

— Подписываюсь под каждым словом, — пробормотала я.

Мама вроде бы приняла наши аргументы, но отец все-таки продолжал хмуриться. Тогда я решила сменить тему. Мне не нравилось, что родители так тяжело воспринимают грядущий разрыв с Ансаром. Хотелось бы, чтобы они смотрели в будущее с такой же надеждой, как и я.

— Вы не будете против, если я на пару дней отправлюсь к бабушке Мариэль?

— Только приехала и уже уезжать? — по новой расстроилась мама. — А я хотела устроить большую семейную вечеринку.

— Думаю, с вечеринкой ты немного поторопилась, дорогая, — живо откликнулся папа. — Пусть сначала улягутся все эти разговоры…

Мама расстроенно поджала губы, и я поняла, что предстоит приложить немало усилий, чтобы прогнать грустные тени из её прекрасных глаз.

После ужина родители в сопровождении маминых подруг убыли на премьеру в Королевскую оперу. Марс сослался на некие таинственные дела и исчез. А остальные сошлись в гостиной. Роэнн с Эриком играли с машинками на ковре. Миа устроилась на диване с крошкой Лилианной на руках. Темноволосая малышка умильно улыбалась матери беззубым ротиком и то и дело норовила засунуть беспокойные крохотные кулачки в рот или в розовый завиток ушка. Сидящий рядом Алес поймал одну из этих шаловливых ручек и поцеловал кулачок.

Ох, наговаривает Миарет на своих мужей! Но, вообще-то, это правильно, мужчин нужно держать в строгости. Особенно таких красавцев и бывших записных сердцеедов, как мои брат и кузен.

— Признавайтесь, что вы задумали? — Миа сверлила меня недовольным взглядом. — Насколько я поняла, поездка к бабушке — всего лишь прикрытие для ваших истинных намерений. Так?

Мы с братом украдкой переглянулись, в лиловых демонских глазах Алеса я прочла решимость ни под каким видом не рассказывать правды.

— Нет, не так. Мы действительно навестим бабушку, — не моргнув глазом, соврала я. — Ты же знаешь, Миа, что из Сарроса мне в Северной Золотой лес не выбраться. А в письме, отправленном голубиной почтой, многого не напишешь. Вот и приходится ехать в эльфийскую глухомань. Бабушка говорит, что в лесах сейчас неспокойно, потому Алес и взялся сопровождать меня. Так что, никаких тайн у нас от тебя нет. Алес и Марс будут гонять чудищ по болотам, а мы с леди Мариэль сосредоточимся на варке зелий.

Волшебное слово «зелье» было произнесено, и фокус внимания Миарет моментально сместился на малышку, а мы с Алесом вздохнули с облегчением. Я подметила тонкую улыбку, скользнувшую по губам Роэнна, устроившегося на ковре возле ног супруги.

66 Тот самый день

Утро следующего дня выдалось солнечным. Я бодро вскочила с кровати и первым делом распахнула окно в спальне. Где-то далеко на севере осталась скучная, серая осень с печально каркающими граями. Здесь же в саду по-летнему щебетали птицы. Я коснулась нежных розово-фиолетовых цветов гномьей сливы, что протянула ветки прямо к окну.

— Сегодня тот самый день! — улыбаясь, прошептала я цветам. — Позавтракаем, соберёмся в дорогу, и вперёд на поиски магических редкостей и приключений!

В спальню впорхнула горничная с подносом, на котором исходил паром чайничек с освежающим отваром, приготовленным по особому эльфийскому рецепту. Я с удовольствием выпила чашечку, после чего отправилась приводить себя в порядок перед решающим днем.

Спустившись в столовую, я обнаружила за завтраком лишь мужчин. Папа уже поел и, поднявшись, застёгивал мундир с тяжелыми золотыми эполетами, готовясь отбыть на службу. Поцеловав, я проводила его до дверей, а вернувшись, обнаружила за столом лишь Алеса и Марса.

Мой брат обычно не завтракает, предпочитая стакан отвара из игольчатой нигеллы и княженики, что, по его собственному выражению, прочищает ему мозги. Напитки по маминым рецептам действительно обладают бодрящими свойствами, но я всё же предпочитаю начинать день с плотного завтрака. Перед Марсом уже дымилась яичница с беконом, но он, кажется, совсем забыл о еде, закрывшись свежим выпуском «Вестника Андора».

На пожелание светлого дня, Алес отреагировал вяло, а Марс только коротко взглянул на меня поверх газеты и снова опустил взгляд.

«Что там такого интересного пишут?»

За утренней трапезой в родительском доме слуги не прислуживают, потому что домочадцы поднимаются в разное время. Матушка, как и ее фрейлины, вообще, предпочитает не выходить из своих комнат до полудня. Середину стола занимали серебряные судки и кастрюльки с разнообразной снедью. Я оглядела их со своего места, силясь выбрать блюдо по настроению.

— Давай-ка я поухаживаю за тобой, сестрёнка, — оживился Алес. — Что тебе положить?

Я заметила, что брат исподтишка кидает любопытные взгляды на моего телохранителя. Похоже, он, как и я, находит, что Марс ведет себя странно. Обычно некромант безупречно вежлив. Хотя, чего ему с нами церемониться? Мы же свои.

Стоит ли говорить, что я изнывала от желания узнать, что так заинтересовало Марса. Попыталась разгадать его настроение по лицу, но — ох уж эти некроманты и их вечно суровые физиономии с плотно сжатыми губами, словно они каждую минуту смотрят в пасть Тьмы! При этом не угадаешь, размышляет ли он о гибели человечества или просто переваривает сытный обед.

Наконец, я не выдержала:

— Что это ты читаешь, Марс? Поделись, что там за новости.

Ди’Зорр неохотно оторвал свои странные золотые глаза от строчек и перевёл их на меня. Коротко вздохнул, словно собираясь с духом.

— Не знаю, как и сказать, Амелита. Взгляни сама. Надеюсь, всё, что здесь написано, враки.

Я потянулась за газетой через стол, но брат быстрым движением перехватил свёрнутый в трубку альманах.

— Эй, Алес! Так нечестно! — завопила я, совсем как в детстве.

Но нахального родственника никогда не трогали мои протесты, — разумеется, не подействовали и сейчас. Алес внимательно просмотрел газетную статью, а затем громко помянул мир Тхара, откуда, на беду Андора, пришли демоны.

Мужчины обменялись долгими взглядами через стол.

Мое сердце и без того билось часто-часто. А сейчас еще и дыхание перехватило от дурного предчувствия.

«Да что там такое? Пропечатали всю правду о событиях на балу? Нас ждет продолжение скандала? Ну, это-то я как-нибудь переживу».

— Дай посмотреть!

Я вскочила и отняла у брата «Вестник». Он не сопротивлялся, что еще сильнее встревожило меня.

Возвратилась на свое место и развернула газетный лист. Строчки крупного заголовка от волнения прыгали перед глазами. Но, прежде чем до меня дошёл их смысл, я увидела большой — на целых две колонки — портрет Ильхарда.

Принц смотрел прямо в снимавшую его камеру, оттого казалось, что он глядит мне в глаза.

Я задохнулась, потому что руны вдруг сложились в слова:

«Его королевское высочество принц Ильхард погиб при странных обстоятельствах».

— Что?

Я неверяще уставилась на прекрасное лицо наследника трона Сарроса. В чуть прищуренные, чистые, светлые глаза.

— Нет, это неправда!

Строчки снова поплыли, на сей раз от слез.

— Это… это не может быть правдой!

Алес забрал у меня газету и вновь пробежался взглядом по строчкам.

— Будем надеяться, что ты права, малышка. Никаких подробностей не приводится. Все эти многочисленные «по предположениям» и «как стало известно нашему специальному корреспонденту»… Чушь! Правда, сказано, что помощник главного королевского дознавателя опознал его.

Я едва расслышала эти слова, их смысл потерялся в оглушающей пустоте, которая вдруг разверзлась в моем сердце.

67 В дорогу

На несколько следующих часов я сама словно умерла. Не слышала, не ощущала присутствия других людей, заботы друзей и близких, осталась безучастна даже к нежным объятиям матери.

Все мои мысли были о прошлом. Сожаления, все эти бесконечные «а если бы…» терзали, словно резали по живому.

Наконец, около полудня Алес потерял терпение. Отослав свою супругу и маму из комнаты, он довольно бесцеремонно встряхнул меня.

— Амелита, я всегда считал тебя бойцом! А ну, соберись! — скомандовал он, словно генерал на плацу. — Мы даже не знаем, правда ли написана в этой жалкой газетенке. Неизвестно толком ничего. А потому, кончай разводить сырость и займись сборами. Теперь нам просто необходимо продолжить то, что начали.

Брат резко отпустил меня, и я бессильно упала обратно, на диван, где до этого лежала, свернувшись калачиком. Увидев, что нотация меня не расшевелила, Алес обернулся к Марсу:

— Верно я говорю, ди’Зорр?

Мой телохранитель отставил в сторону стакан с крепкой настойкой на ведьминой ягоде и пружинисто поднялся на ноги.

— Что ж. Ты прав, Амелите пойдет на пользу перемена обстановки. Убегая от обманок-кровопийц, некогда будет страдать. Отправимся в эту тхарову экспедицию немедленно, как и планировали. Все равно ничего сделать не можем.

— А ты пытался хотя бы что-то разузнать? — срывающимся от волнения голосом спросила я, подавшись вперед.

— А как же? В первую очередь связался с каждым, кто хоть что-то значит в Сарросе, но никто ничего толком не знает или не говорит.

— И почему мы не остались в Сарросе? — Я вновь апатично привалилась к спинке дивана, чувствуя полную неспособность двигаться. — Не лучше ли нам туда немедленно вернуться?

— А что это изменит? — с вызовом в голосе спросил Алес. Брат снова принялся тормошить меня. — Давай-давай, сестренка, поднимайся!

Меня опять насильно оторвали от дивана. Клянусь, в ту минуту я почти ненавидела и брата, и все наше предприятие. Но все же, понимая, что Сетт не отстанет, отправилась к себе собирать вещи.

В комнате было сумрачно, что вполне соответствовало моему настроению. Собственно, почти все было уже уложено с вечера, оставалась лишь пара бытовых мелочей — с этим я быстро справилась.

Переодевшись в дорожное платье, окинула комнату равнодушным взглядом, взвалила сумку на плечо и вышла.

Алес и Марс уже слонялись возле карруса, но, прежде чем спуститься к ним, мне пришлось выдержать прощание с мамой и дей’Форе. Жалость на их лицах досаждала так же, как и неловкие слова утешения. Я вообще не люблю прощания, а тут…

Но все на свете проходит, и вот я уже выбралась из любящих объятий и заспешила к готовой рвануть с места транспортной капсуле. Забралась на заднее сидение, и мы помчались по улицам, красоту которых я больше не замечала.

Зато всем телом ощутила скорость. Кажется, брат верно рассудил: адреналин мне сейчас просто необходим.

— Быстрее! Ну же, Алес! Обгони эти медлительные фургоны! И тот не в меру резвый серебристый карр! Ты же гонщик.

— Вообще-то, уже бывший, детка, — проворчал брат, но скорость все же заметно прибавил, и его черный, хищного вида магомобиль стрелой понесся по широким проспектам, сбавив скорость, лишь перед площадью Главного Портала.

Оставив карр на стоянке, мы прошли в широкие автоматические двери великолепной башни под сверкающим белизной куполом и оказались в страшной толчее. Но стоило шепнуть пару слов портальному стражу, как нас провели в отдельный зал, где очень быстро оформили все наши документы. К моему удивлению, у мужчин оказалось немало багажа: какие-то ящики, баулы и упакованные в чехлы таинственные продолговатые предметы. Рассматривая их, я немного развеялась и невольно отвлеклась от горьких мыслей.

Вскоре мы уже всходили по ступеням на платформу. Возле большого пульта, на котором мигали многочисленные кнопочки и шкалы, возились, выстраивая пространственно-временной коридор в город Стромби, столицу Надании, сразу несколько портальных инженеров.

Алес положил мне свою тяжелую руку на плечи, я уютно привалилась к нему и прикрыла глаза, стараясь сосредоточиться на конкретных вещах. Нам предстоит за пару минут пересечь Великий океан. Жутковато даже думать обо всех этих порталах! А уж представить, что несешься с бешеной скоростью сквозь пространство в виде набора атомов — такое среднему человеческому разуму не осилить. Лучше думать о пункте нашего прибытия. Из Стромби — столицы королевства, которым правит огненный дракон — мы, не выходя в город, сразу же отправимся дальше, в северное приграничье.

Там мы должны были встретиться с Ильхардом. Но не встретимся.

— Закройте глаза и не открывайте их, пока не услышите сигнал прибытия. — проинструктировал нас один из портальщиков. — Время в пути шесть минут тридцать секунд. Приятного путешествия!

По периметру платформы вспыхнули голубым сиянием края разрыва пространства, в который мы погружались.

Я послушно закрыла глаза и только теперь почувствовала, что щеки мокры от слез. Большая теплая рука Алеса, прошлась, стирая эти влажные дорожки. Его губы коснулись моего лба.

А дальше… Дальше потянулись самые долгие и напряженные шесть с половиной минут в моей жизни.

Я давно заметила, что, если чего-то нельзя, все помыслы и устремления моментально сосредотачиваются на том, чтобы нарушить запрет. Со мной так всегда. Вот и сейчас, я прекрасно знала: если открыть глаза, подхватишь портальную болезнь. Тошнота и головокружение уложат в постель на следующие сутки, а то и дольше. Но доводы разума оказались бесполезны, мне пришлось прижать ладони к глазам, чтобы избавиться от навязчивой идеи взглянуть на запретный тоннель.

За считаные минуты, которые мы провели в пространственно-временном переходе, я так измучалась, что, услышав объявление о благополучном прибытии в Наданию, едва не осела на пол от облегчения.

А впереди у нас был еще один такой переход. Правда, покороче.

68 Прелести туземной жизни

Портальный переход от столицы Надании до городка Тиз занял всего минуту. Открыв глаза, мы обнаружили, что стоим на единственной платформе в тесной и темной коморке. Смуглолицые стражи с подозрением осмотрели нас и наш багаж, но не нашли повода придраться к документам.

К моему удивлению, чтобы выйти наружу, пришлось карабкаться наверх по грубым каменным ступеням. Портальная башня, построенная, Шандор знает, сколько веков назад, чуть ли не наполовину ушла под землю от собственной тяжести.

Одолев подъем, мы оказались на краю убогого городка, похожего на обычную окраинную слободку. Жители здесь, в основном, занимаются животноводством. Причем, судя по замеченным нами стадам тощих ханнов, не слишком-то удачно.

Вдоль узкой пыльной дороги тянулись хижины, похожие на ящики из-под сахара, накрытые сухими пальмовыми листьями, что придавало им довольно живописный вид.

Первое, что меня поразило в Тизе — всепроникающая белая пыль, которая покрывала кожу, волосы и одежду ровным слоем, стоило лишь выйти на улицу.

Второе яркое впечатление: жуткая жара. Солнце, кажется, решило испепелить этот ужасный край. Хорошо, что за несколько медяков удалось подрядить нескольких подростков тащить наш багаж, иначе туго бы нам пришлось с непривычки.

И, наконец, третье: огромные мухи, которые пикируют на путника с жутким жужжанием. Кусают эти твари зверски, и никакие бытовые заклинания против них не работают.

— Ну что, сестренка? Как тебе вкус приключений? — хмуро поинтересовался Алес, отплевываясь от пыли.

Но мне было не до его язвительных подколок — меня атаковал особенно крупный экземпляр местной мухи. Я защищалась, отчаянно махая перед собой сорванной на обочине хворостиной, а лупоглазая хищница охотилась на меня, подлетая то слева, то справа. Отряд ее товарок кружил в неподалеку, наблюдая за нашей борьбой.

— Что за мерзкое создание! — взбешенно вскричала я. И тут насекомое все же изловчилось и пребольно ужалило меня в плечо, прокусив плотный шелк дорожного платья. — А-а-ай! Эта гадость отхватила мне полруки!

— Это всего лишь бычий овод. Не беспокойся, Огонек, он не ядовит, — попытался успокоить меня Марс.

«Ага! Идет себе в сторонке, чистенький и свеженький, словно вышел прогуляться по Триесте. Смотреть противно. Даже насекомые почему-то облетают этого некроманта стороной!»

Подозреваю, что от жары я сама была краснее своих волос, а еще пот и эта едкая пыль…

— Спасибо за информацию, эйс Всезнайка!

Мужчины расхохотались.

Ох, как я зла!

Из достопримечательностей в Тизе имеется трактир — единственное место, где могут остановиться путешественники, а также небольшой храм Каи — богини плодородия. Расположенное на невысоком, но живописном утесе, святилище как бы парило над городом. Позже мы узнали, что храм заброшен — последний жрец умер лет десять назад. Но местные все равно активно посещают это место: лечатся. Родник, бьющий из расселины прямо возле ступеней храма, эффективно снимает похмелье.

Вскоре мы увидели трактир. Перед этой двухэтажной хибарой под нависающей крышей из почерневшей соломы раскинулась неширокая площадь. Сюда по выходным и праздникам, наезжают окрестные фермеры, а иногда раскидывают палатки бродячие торговцы или акробаты. Однако сейчас, в середине недели, здесь было пусто. Оборванные, загорелые до черноты ребятишки возились в пыли, играя в камешки, да возле невысокого крыльца важно прохаживались в поисках семян пестрые курочки арода.

— Шевелитесь! Они снова готовятся нападать! — я взбежала на открытую галерею, огибающую здание, но кусачие мучители упорно последовали за мной.

— Кажется, принцесска, ты очень нравишься этим мухам, — не смог не съязвить Марс. — Наверное, сроду не пили такой сладкой кровушки!

Я рывком распахнула тяжелую, сколоченную из некрашеных досок дверь и буквально запрыгнула внутрь. Осмотрела большой зал, заставленный грубыми столами и лавками. Кажется, здесь собрались за кружками пива все жители городка. Все разговоры тут же оборвались. Местные сердцееды оживленно загалдели и повскакали на ноги.

— Красотка! Ух ты! Рыженькая!

Тут за моей спиной выросли Марс и Алес, и аборигены обреченно рухнули обратно по своим местам.

Я неловко переступила, брезгливо созерцая заплеванные опилки под ногами, в которых тонули мои сапожки. В горле запершило от неприятного, резкого запаха, которым пропиталась распивочная.

Но как ни ужасен был трактир, слава Шандору, здесь не было ни одной мухи! Даже удивительно, но эти чудища не посмели последовать за мной внутрь. Наш багаж сгрузили у стойки бара. Чувствуя наживу, к нам подскочил толстяк-хозяин в полосатом жилете, надетом прямо на голое тело. Вытирая руки о длинный грязный фартук, он, не умолкая, расхваливал комнаты и свое заведение.

— Золотой с каждого в сутки, прекрасный лорд. Лучшая комната по эту сторону границы!

По тому, как замерла публика за столиками, было ясно, что о таких суммах здесь и слыхом не слыхивали, и нас нагло дурят.

— Ты решил, что перед тобой богатые простаки, мошенник? — зарычал Марс.

Хозяин оценил твердый взгляд золотых глаз и затрясся, а цена мгновенно слетела на три четверти. Осмотрев темные клетушки без окон, вход в которые был с открытой галереи второго этажа, мы дружно решили, что они и этой суммы не стоят.

— А где купальня? — нерешительно спросила я, разглядывая лежащие на полу пыльные циновки. Признаков кровати не наблюдалось, комната была совершенно пуста.

— Вам нужно помыться, госпожа? Во дворе есть сарай, где стоит целая бочка воды. Пойдемте, покажу, — с готовностью откликнулась вертлявая девчушка, которая внесла мои вещи. Сейчас она вертела в руках сумку, с каким-то детским восторгом рассматривая модную аппликацию.

— Э, нет, спасибо. Может быть, позже. А где же кровать? Я хотела бы немного отдохнуть.

Мне указали на пол: вот, мол, располагайся прямо на голых циновках хоть вдоль комнаты, хоть поперек. Нет, пожалуй, поперек не получится, иначе, я проломлю ногами тонюсенькую циновочную перегородку и попаду в чужую комнату.

Я вылетела на галерею и рванула соседнюю дверь.

— Алес! Куда мы попали? Я не могу спать на полу!

69 Поцелуй солнца

— На полу? А чего ты хотела, малышка? — Брат рылся в сумке с вещами, но при моем появлении отвлёкся. Рассмотрев мою пылающую, возмущенную физиономию, он усмехнулся и развел руками. — Приключения, они такие. Здесь, по меркам жарких стран, еще роскошно. Вот как-то мы с Роэнном заночевали в заброшенной хижине высоко в горах, так в середине ночи вынуждены были спалить это гнездо ядовитых сороконожек и цапстрохов, к тхаровой матери! А тут даже твоих любимых оводов нет.

Я зашипела от ярости, но возмутиться не успела. В коморку заглянул Марс.

— Что случилось? Ой, принцесска, кажется, у тебя веснушки появились… Ты из-за этого так завелась?

— Что⁈

Я подхватилась и пулей вылетела вон. Марсу пришлось отпрыгнуть с дороги. Вдогонку летел хохот моего жестокого братца, который еще в детстве издевался над этой бедой большинства рыжиков. И почему из нас двоих именно Алесу достались и чудесные блондинистые волосы, и безупречная кожа, и почти неограниченный резерв магии с уникальными даже для некроманта способностями? Сплошная несправедливость!

Влетела в комнату и, напугав служанку, которая все еще рассматривала причудливые узоры и сверкающие камешки на многочисленных карманчиках, вырвала сумку и зарылась в нее, ища ручное зеркальце. Искомый предмет нашелся на самом дне, и я с отчаянием убедилась, что Марс не солгал.

Нос и щеки покрывали рыжие конопушки. Ы-ы-ы!

Я снова занырнула в сумку в тщетной надежде обнаружить отбеливающий крем от «Принцессы». Но нет, память не подвела: симпатичная баночка из белой глины с задорной золотой короной на крышке осталась на туалетном столике. И почему мне не пришло в голову захватить ее?

Знаю почему: не до того было из-за как громом ударившего известия об Ильхарде. Я вздохнула и еще раз посмотрелась в зеркало. Прав был брат: житейские трудности действительно отвлекают от печальных воспоминаний. В том смысле, что делают существование невыносимым, оттого мысли о погибшем уже не вызывают такой горечи. Как там сказано в пророчестве о приходе демонов на Андор? «И живые да позавидуют мертвым»? Вот-вот, словно про окрестности Тиза сказано!

Закралась даже кощунственная мысль, что Ильхарду в некотором роде повезло: он не увидит меня такой. Нет, ну а как иначе? Мне не забыть восхищения в его глазах… Что бы я увидела в этих прекрасных голубых очах сейчас? Жалость, в лучшем случае.

Я схватилась за голову и застонала.

«Светлые девы, совсем сдурела! Нет, лучше бы Ильхард выжил! Ради этого, я согласна остаться конопушчатой до конца жизни! — Я молитвенно сложила руки. — Пожалуйста, Светлая Тея, сделай так!»

Служанка примостилась на корточках в углу коморки, терпеливо дожидаясь приказаний. Девчушка лет пятнадцати, она изучала меня большими, сверкающими от любопытства глазами.

Я невольно задержала взгляд на ее смуглой, медного оттенка коже. Ей не мешало бы умыться, а так — ровный, красивый тон без изъянов.

Тут кое-что пришло мне в голову.

— Послушай, милая, а нет ли у вас здесь средства для того, чтобы убрать с кожи веснушки?

Девушка непонимающе уставилась на меня, но затем во взгляде появилось понимание.

— Вы об этих странных отметинах у вас на лице, госпожа? Никогда таких не видела!

«Ы-ы-ы! Хырова чешуя, какой ужас!»

— Пойду, мамку спрошу. Может, она какую травку ведает. Она знахарка местная.

Я кивнула, и служанка выскользнула из комнаты. Вскоре юная посланница вернулась и, застенчиво комкая передник, сообщила, что травок для отбеливания кожи ее мать не знает, но можно попробовать припарки и компрессы из мочи ханна. Должно подействовать.

— Э… нет, спасибо. Я еще не настолько отчаялась.

Через некоторое время в дверь коморки осторожно поскреблись, и в щелку несмело заглянул ди’Зорр. При виде моей поникшей фигуры, он скроил сочувственную мину, но глаза насмешливо сверкали.

— Огонек, пойдем вниз. Обед готов.

Мысль о том, чтобы сойти вниз и снова тонуть по щиколотку в нечистотах, вызвала прилив дурноты. А еще эти веснушки…

— Я не пойду! Пусть несут сюда.

Тут Марса оттеснили от двери, и в комнату ввалился мой братец. Я раздраженно уставилась на его безупречную физиономию без единой отметины. Раскосые, с вертикальными демонскими зрачками, глаза Алеса горели праведным возмущением.

— Капризничаешь? А что будет в Ничьих землях? — негодующе отчеканил он. И добавил, будто обращаясь к самому себе: — Так и думал, что не стоило брать девчонку сюда.

Я хлюпнула носом. Знаю, упрек мною заслужен, но обидно слышать такое от Алеса. Тем более что и Марс тут же принял сторону братца.

— Согласен, это была плохая идея. Думаю, Огонёк должна отправиться назад, в Зангрию, — произнес некромант, словно приговор подписал.

Я вскочила и уперла руки в бока.

— Да о чем вы говорите? Я просто не желаю обедать в грязном хлеву. Вам самим-то будет не противно? Вспомните, какой там дух стоит!

Взгляд брата слегка оттаял.

— Так бы и сказала, а то: «Не пойду!»

Марс, все еще торчащий в дверях, тоже просветлел лицом.

— Не беспокойся, принцесска, я приказал там убраться и заодно проветрить помещение. Разумеется, плут-хозяин тут же стребовал с нас еще один золотой. Сами местные никакого дискомфорта от грязи не испытывают. Наоборот, натираются настоем из наальего навоза.

— Зачем? — Этот вопрос вырвался у нас с Алесом одновременно.

Брюнет ослепил нас насмешливой улыбкой.

— По их представлениям, это отгоняет злых духов.

Заверения Марса слегка успокоили меня, но все же я с опаской спускалась в общий зал. И зря. Если уж очень придираться, противный запах, пропитавший хлипкие стены трактира, так до конца и не выветрился — наверное, это невозможно. Но результаты стараний были видны повсюду. Здесь стало даже как-то светлее. Полы посыпали свежими, сливочного цвета опилками, столы и скамейки были выскоблены, а с потолка даже свешивались пучки ароматных трав.

Наверное, местным такие нововведения пришлись не по вкусу. В зале и у стойки было пусто, лишь трое суровых мужчин в пестрых куртках обедали в дальнем углу.

Сам хозяин приоделся: поддел под свой жилет алую рубаху. Едва мы спустились, он немедленно проводил нас за стол и велел стряпухе подавать обед. Перед нами появились жареное над открытым огнем мясо ханна, тушеные овощи и каша из кимуры.

— Приятного аппетита, высокие лорды и леди! — поклонился толстяк, довольный тем, что мы оценили спешно наведенную чистоту и вкусный обед.

Едва он отошел от нашего стола и вернулся за стойку, скрипнула входная дверь.

70 Не ждали? А я пришел!

В дверной проем протиснулся тощий паренёк. Отчаянными усилиями он ухитрился втащить в зал объемистый заплечный мешок. Обменявшись парой слов с хозяином, подросток сгрузил увесистую ношу возле барной стойки и вышел. Это маленькая сценка ненадолго отвлекла нас от еды.

— Вероятно, пожаловал ещё один постоялец, — заметил Алес, налегая на свою порцию. — У хозяина сегодня удачный день.

— Ага, золото ручейком потекло. Я слышал, что в Тизе месяцами не бывает проезжающих.

— Ещё бы, этот городишко можно смело назвать краем света, — беззаботно усмехнулся братец. Но тут он заметил, что я без аппетита гоняю деревянной вилкой кусочек мяса по жестяной миске, и, конечно, не мог удержаться от совета: — Амелита, детка, налегай на мясо. Силы тебе понадобятся, чтобы дойти до холма, где обитают обманки.

Я недовольно заворчала, чтобы он занимался своими делами. Но вспыхнувшую было новую ссору предотвратил Марс, умело подхватив тему.

— Выходим завтра затемно. Мы с Ильхардом заранее наметили маршрут.

У меня сердце заныло от одного упоминания имени принца. Уверена, что не только у меня.

«Нет, не мог он погибнуть. Просто не мог и все!»

— Надеюсь, вы учли рельеф местности? Не хотелось бы пробиваться сквозь мангровые болота.

Брату достался довольно высокомерный взгляд от Марса.

— Не волнуйся, друг мой. Мы тоже были когда-то студентами, да и в военных походах участвовать приходилось.

Ухмыльнувшись, я посмотрела на братца, которого Марс так красиво срезал.

«А нечего задаваться: не он один весь такой умный и опытный!»

Вообще-то, я была немного сердита на обоих, особенно на Алеса за желание отправить меня домой. Родной брат, а не понимает, что я готова крушить всё от ярости и бросаться на каждого. И да, я всем недовольна! Но вовсе не потому, что в моей комнате толком нет мебели, и не из-за дурацких веснушек. Там, где другая рыдала бы или впала в беспробудную тоску, я злюсь на всё и на всех. Даю выход гневу и раздражению. Вот такой у меня отвратительный характер!

Между тем Марс вытащил из подпространства карту и, отодвинув блюдо с остатками мяса, принялся показывать нам предстоящий путь.

— До границы с Ничьими землями примерно час пути. Здесь тянутся степи, и, хотя никакой дороги нет, идти будет легко. Особенно если выйдем до рассвета.

— Судя по карте, по границе с дикими землями протекает река? — Я провела пальцем по извилистой голубой ленте, пересекающей зеленую равнину.

— Верно. Она не слишком бурная и глубокая, так что мы с лёгкостью переправимся на тот берег. А дальше ландшафт понижается. Примерно на полдня пути тянутся непроходимые джунгли. Это нам даже на руку: укроемся от полуденного зноя. К вечеру мы должны выйти к отрогам плоскогорья. — Марс указал пальцем на отметку там, где заканчивалась полоса джунглей. — Примерно здесь находится тот самый холм, где путешественникам встречались хищные тыквы-обманки.

Алес недоверчиво покачал головой.

— Мне всё-таки кажется, что эти вампиры — либо миф, либо мистификация. Этот холм недалеко от границы. Уверен, местные бывали там. Сами понимаете, что слухи о таком чуде распространились бы по всему миру как пожар. Хорошо бы расспросить о тех местах хотя бы хозяина, прежде чем соваться туда.

Недоверие брата меня злило, но сама идея собрать сведения показалась неплохой. Впрочем, Марс тут же привел контраргумент: опасно раскрывать цель нашего путешествия. Безопасности ради, мы заранее решили, что, чем меньше людей знает, зачем мы явились сюда, тем лучше.

Дверь снова скрипнула. На сей раз мы были слишком поглощены изучением рельефа, чтобы обращать внимание на посторонние шумы.

— Вижу, что меня не ждали, — хрипловатый, насмешливый голос прозвучал совсем рядом.

Мы разом вскинули головы и ошарашенно уставились на того, кого уже успели оплакать.

Ильхард был заметно бледнее, чем обычно, но все так же красив. Наверное, поэтому вначале он показался мне выходцем из-за Грани. Тёмные тени, залегли под глазами, но они, взгляд был острым и ясным. Непривычный походный наряд и лёгкая небритость, делали его почти неузнаваемым.

Однако это был он. Ильхард.

— Ильхард! — с громким писком вскочив с лавки, я повисла на его шее. От слез почти ослепла и отчаянно моргала, желая убедиться, что это и вправду он.

Сильные руки сжали мою талию, приподнимая. По моей щеке и виску скользнули лёгкими поцелуями, но тут мой нежданный слегка пошатнулся.

— Ильхард, что с тобой? — перепугалась я. Мне показалось, что он сейчас упадет. Я соскользнула вниз и крепко ухватилась за его кожаную куртку.

— Ты ранен? — Брат, сидевший с краю, вскочил и поддержал принца. Помог усесться за стол. Я примостилась рядышком, не в силах наглядеться.

«Это чудо! Тея, Слава тебе, ты явила чудо!»

— Как ты, друг мой? — спросил заметно побледневший от волнения Марс.

Наследник со слабой улыбкой на губах слегка облокотился на стол.

— Попал в небольшую переделку. Ночь отлежался, но теперь всё в порядке.

— Ну-ну, вижу, как все здорово, — фыркнул ди’Зорр. — Ты бледнее привидения.

— Что случилось? Почему газеты написали, что ты погиб? — допытывалась я.

— Да, и почему бывшие коллеги, не смогли дать мне никакой информации? — поддержал мои расспросы Марс.

На скулах принца заходили желваки, он решительно выпрямился.

— Гибель — это официальная легенда. Наш с Марсом хороший приятель, помощник Главного дознавателя, Нилс Лерой уговорил меня проделать эту штуку, чтобы выйти на заговорщиков. Хотим посмотреть, как они проявят себя, уверившись, что я погиб.

— Но почему ты не предупредил нас? — с горечью спросила я. Слезы снова повисли на ресницах, как я ни боролась с ними.

Ильхард с нежностью взглянул на меня и осторожно провёл рукой по моей щеке. Тут я вспомнила о веснушках и с досадой прикусила губу.

— Прости, Огонек, всё должно было быть по-настоящему. Кто знает, какие у врагов связи в других королевствах?

— Расскажи, что произошло! — нетерпеливо потребовал Алес.

Ильхард вздохнул и сделал знак трактирщику, чтобы тот подал ему кружку пенного.

— До сих пор не понимаю, как им это удалось. В тот день у меня был сложный маршрут. Я инспектировал форты на северной границе. Среди прочих посетил и строящийся, нагрянув к генералу ди’Анно. Затем отправился в один из бастионов второй линии обороны — глава инженерных войск, Гар ди’Шу, попросил захватить его в столицу.

Принц сделал несколько больших глотков и отставил кружку, некоторое время задумчиво глядя на поверхность, где лопалась с шипением светлая пена.

— И вот когда мы возвращались, примерно на полдороге, магомобиль взорвался в воздухе. Мне повезло, я был всего лишь ранен, а вот водителю и бедняге ди’Шу повезло куда меньше. Иллирийский камень в двигателе взорвался, уничтожив защиту. Те, кто находились на передних сиденьях, были буквально разорваны на куски. Я сидел в салоне на заднем сиденьи — это меня и спасло. Хотя, возможно, благодарить нужно королевскую защиту — медальон, который я с некоторых пор начал носить. Куски металла вонзились в грудь и в ногу. То, что осталось от транспортной капсулы, стремительно падало. С помощью стихии воздуха мне удалось обеспечить обломкам довольно мягкую посадку. Но от пылающего двигателя загорелся и близлежащий лес. Едва не задохнувшись от дыма, я кое-как выбрался из пожарища.

— Тхар! Я бы не поверил в такое, если бы услышал от кого-то другого! — воскликнул Марс, и судя по мрачной физиономии Сетта, он был полностью согласен с моим телохранителем. Магомобили прочно вошли в жизнь андорцев не так уж давно — примерно четверть века назад. Аварий за этот срок зарегистрировано не так уж много, в основном, причина — неосторожность водителя. Двигатель и его сердце — иллирийский камень — генерируют защитное поле. Это самая надёжная вещь на Андоре, оберегающая капсулу от внешних столкновений. Риск погибнуть, путешествуя в карете, в десятки раз выше.

А я просто представляла, что пришлось пережить принцу, и сидела ни жива ни мертва.

— К сожалению, оказалось, что неприятности только начинаются. Я хотел было вызвать подмогу, но обнаружил, что маг-связи нет, так как каррус упал в низину между двумя холмами. Тут вдалеке послышался клёкот вердов. Я было обрадовался спасению, но из головы не выходило, что взрыв двигателя подстроен нарочно. Потому все-таки решил отползти подальше и укрылся в густом подлеске.

Ильхард помолчал, сделал несколько глотков, чтобы промочить горло, а мы все напряженно ожидали, что же дальше.

— Их вожаком был генерал ди’Анно, — продолжил принц, и в голосе его зазвенел металл. — Я давно его подозревал. По обрывкам разговоров стало ясно, что они ищут мой труп. Негодяи не знали, что со мной летел еще и несчастный ди’Шу, так что, и не заподозрили, что я спасся. Был бы я здоров, предатели успокоились бы рядом с их жертвами, но, к несчастью, все мои силы уходили на то, чтобы оставаться в сознании.

— Как же ты спасся, раненый? — едва пролепетал чей-то дрожащий голосок. Я с удивлением поняла, что он принадлежит мне.

— Раны действительно серьёзно беспокоили меня, но вскоре, когда я достаточно удалился от места катастрофы, ландшафт стал повышаться, и маг-связь заработала. Я связался с Нилсом, и тот забрал меня. Мне хотелось сразу же вернуться и арестовать всех, кто был замечен рядом с каррусом, но у дознавателя появилась идея поинтересней. Он указал, что это всего лишь исполнители. Ликвидировав их, мы, конечно, осложним дело главным заговорщикам, но потеряем возможность уличить их. А они всегда смогут найти новых подручных и рано или поздно достигнут успеха. Вот почему все думают, что я погиб. Даже мои родители. Я не мог открыться отцу, потому что он под каблуком у твоей сестры, Марс. Нам придётся поддерживать эту легенду некоторое время, пока Лерой не выйдет на настоящего преступника.

71 Мать Тьма

Ильхард завершил рассказ. Некоторое время всё молчали, а затем Марс и Алес заговорили разом.

— А как?.. — мужчины досадливо переглянулись, и ди’Зорр предоставил брату озвучивать то, что их встревожило.

— А как вы попали сюда? Насколько я знаю, портальные службы регулярно обмениваются данными о пассажирах.

Принц усмехнулся.

— Разумеется, я путешествую под псевдонимом. Вы сейчас разговариваете с Дарком Блоккли из Зангрии.

— Как мило, — невесело ухмыльнулся Алес, некстати вспомнив, что он работает в департаменте внутренней разведки Зангрии. — Когда всё закончится, я хочу поговорить с тем, у кого вы получили эти документы, господин Блоккли.

— Не будь занудой, Алес, — презрительно отмахнулась я.

Ильхард расцвёл своей знаменитой усмешкой и повторил за мной:

— Не будьте занудой, Сетт.

Тем временем на улице резко стемнело. Под потолком вспыхнули масляные лампы и принялись чадить, распространяя устрашающее зловоние, которое неотвратимо погнало нас наверх.

Брат втащил по лестнице вещевой мешок принца. Оказалось, что тот привез свернутые трубкой маты, которые избавят нас от необходимости спать на голой земле.

Ура! Нам не придется спать на жестких циновках!

— Ложимся отдыхать, завтра подъем в три, — объявил Марс. — Выйдем в четыре, чтобы к рассвету оказаться у границы с Ничьими землями.

Мужчины с готовностью кивнули, а вот я с таким распорядком была не согласна.

— Но вначале я хотела бы получить воду для мытья. Хотя бы тазик, а лучше два.

Брат недовольно заворчал о капризных девчонках.

— Что? Разве вы не чувствуете всю эту противную пыль? У меня словно глиняная маска на лице!

Ох, зря я это сказала! Это привлекло общее внимание к моим ненавистным веснушкам. Ильхард протянул руку: тёплые пальцы нежно коснулись моей скулы и легко пробежали по переносице. Тихонько щелкнули по кончику носа.

— Тебя солнышко поцеловало, Огонёк. Это очень красиво.

— Не издевайся… Я просто забыла дома крем.

Прекрасные голубые глаза наследника сверкали в полумраке каморки, словно иллирийские кристаллы.

— Тебе он и не нужен.

Не в силах выносить его пристальный, слишком о многом говорящий взгляд, я нырнула за спину Алеса и уже оттуда снова подала голос:

— Так кто-нибудь принесёт мне хотя бы миску воды?

— А бытовая магия тебе не поможет избавиться от пыли, сестренка? — раздраженно уточнил брат, который до этого о чем-то шептался с Марсом.

Лишь представив, какими пересушенными будут мои кожа и волосы после бытовых заклинаний очищения, я в ужасе замахала руками. Мужчины страдальчески переглянулись, и ди’Зорр отправился добывать воду.

Алес обернулся к Ильхарду и посверлив его взглядом своих странных глаз с вертикальными щелочками зрачков, обратился к нему совсем в неподобающем тоне:

— Друг мой, ты и вправду решил отправиться с нами завтра?

Принц пожал плечами, при этом заметно поморщился — то ли рана беспокоила, то ли не понравилось фамильярное обращение моего брата. Наследник королевства и герцог — не слишком-то равнозначные фигуры. К тому же они недостаточно хорошо знакомы, чтобы переходить на ты, да ещё и по инициативе младшего из них. Ильхард смерил моего родственника довольно надменным взглядом.

— Вне всякого сомнения, а у тебя есть возражения?

— Тхарски плохая идея отправляться в джунгли, будучи раненым. Знаю по себе. Но могу помочь. От отца мне передался дар исцелять при помощи Матери Тьмы.

Я усиленно закивала, подтверждая, что это так. В отдельных случаях брат способен вернуть даже мертвого, если он еще не достиг Грани — таинственной завесы, отделяющей от нас мир мертвых. И как мне самой в голову не пришло, что Алес может помочь Ильхарду?

Принц некоторое время молчал, явно не решаясь соглашаться, и я вполне его понимала. Некромантия вызывает страх и недоверие у непосвященных в искусство смерти. Но аргументы «за» были слишком существенны. Лекарства, которые дал ему доверенный целитель, все ещё действовали, и Ильхард чувствовал себя сносно. Но если раны откроются, а это, скорее всего, произойдёт уже во время переправы через реку, он не сможет продолжать трудный путь, и нам придётся вернуться.

С непонятной робостью я взяла принца за руку и осторожно потянула вниз, понуждая опуститься на мат, расстеленный на циновках. Ильхард сжал мои пальцы и поднес их к губам, а затем улегся на мат и закрыл глаза. Алес, не теряя времени, сел рядом с изголовьем и, натерев ладони особым зельем, раскинул руки для призыва Матери Тьмы.

Я притулилась возле двери, стараясь слиться с ползающими по коморке тенями, чтобы не мешать брату. Я прочла много книг о ритуалах, но наблюдала их нечасто. Сейчас по-настоящему повезло, ведь исцеление Тьмой — уникальный акт.

— Амелита, сдерживай нетерпение! — проворчал братец. — Ты так сопишь, что не даешь мне сосредоточиться.

Ильхард на своем мате усмехнулся. Я оскорбленно поджала губы, но постаралась дышать потише.

Вскоре фигуру лежащего мужчины начало заволакивать тьмой. Сначала это была лишь лёгкая дымка, которая все сгущалась, пока не превратилась в густые клубы почти черного тумана. Это выглядело жутковато: некро-тьма поглотила Ильхарда полностью, словно заключив в кокон. Мой брат, казалось, впал в транс.

Я понимала, что Алес сейчас делает: медленно сканирует тело принца, призывая Тьму излечить раны. Энергозатратное действо, которое заставит Сетта на несколько часов впасть в некро-сон, восстанавливающий силы.

Сам ритуал длился около часа.

За это время успел вернуться Марс с двумя ведрами, в которых плескалась холодная и горячая вода, а девчушка-служанка приволокла вместительную лохань. Не слушая возражений, телохранитель отправил меня принимать водные процедуры, а сам занял мое место у двери.

Конечно, мне хотелось досмотреть акт исцеления до конца, оценить состояние Ильхарда, а после помучить братца вопросами, но я понимала, что сейчас все это не уместно. Разумнее привести себя в порядок и побыстрее улечься спать, чтобы подкопить силы к завтрашнему походу.

Однако, где разумность, а где реалии моей жизни?

72 Разборки в ночи

При помощи различных ухищрений и уловок мне удалось искупаться в чуть тёплой воде и даже вымыть и ополоснуть волосы. Закончив с водными процедурами и проверив, не исчезли ли противные веснушки (к сожалению, нет), я выбралась из лохани. Расчесав волосы, не спеша переоделась в чистое бельё, после чего облачилась в лёгкий халатик.

Из соседней комнаты все это время не слышалось ни звука. Надо понимать, что ритуал восстановления все еще длился.

Лохань с мыльной водой занимала все свободное место в каморке. Служанка давно ушла, но я решила, что и сама отлично справлюсь. Попытка подтолкнуть тяжелую посудину к двери не увенчалась успехом. Но это не беда: нет ничего легче, чем избавиться от воды — достаточно испарить ее при помощи бытовых чар.

На несколько минут тесное помещение наполнилось густыми клубами пара. Я кинулась к двери и распахнула ее, чтобы горячая влага не осела на моих вещах. Пришлось также погасить светильник, чтобы не налетело кусачих тварей с улицы. Вскоре дышать стало значительно легче.

Вместе с неожиданно прохладным ночным воздухом в клетушку проникли странные, непривычные звуки тропической ночи — стрекот невидимых насекомых и таинственные шорохи. Звезды и одинокий фонарь над входом в сарай служили единственными источниками света. Этого вполне хватало, чтобы разглядеть погруженную во мрак улицу и пустырь. Высокая сорная трава слегка мерцала, колыхаясь под легким дуновением ветра.

Я подошла к дверному проему и, опираясь плечом о косяк, невольно залюбовалась картиной ночи на краю цивилизации. Большие и светлые звезды на небосводе хоть и были иными, чем в моей родной Зангрии, все-таки оставались такими же прекрасными и таинственными.

Вдруг внизу проскользнула черная тень, за ней другая. Я вздрогнула. Показалось? Нет, я ясно видела темные силуэты. Кто там бродит в ночи? Запоздавший путник, а, может, разбойник? Страха не было — на худой конец, позову защитников из комнатушки по соседству. Несколько минут я вглядывалась в ночь, но все было спокойно, и дикие травы по-прежнему волновались на пустыре под звездным небом.

Внутренне насторожившись, я все-таки не отказалась от намерения убрать из комнаты громоздкий банный инвентарь. Прижимая к себе тяжелую лохань, в которую поместила оба ведра, я осторожно ступила на галерею.

Это был довольно узкий дощатый настил, крытый пальмовыми листьями. От случайного падения вниз защищала лишь тонкая рейка перил. Просто оставить лохань за дверью я не могла — это преградило бы путь в комнату Ильхарда. К счастью, других постояльцев на верхнем этаже не было. Потому я прошла чуть дальше его комнаты и опустила надоевший инвентарь на пол.

«Надеюсь, все здесь обладают хорошим ночным зрением и не запнутся в темноте».

Повернулась, чтобы возвращаться к себе, и тут у настила, прямо возле моих ног, показалась чья-то голова. Страшная, кудлатая, с дикой, как я рассмотрела в потемках, бородой. К моей ноге потянулась огромная лапища.

Я не размышляла. Схватила ведро и надела его на эту самую голову. И только потом окружила себя защитной полусферой (слабенькой, но уж какая есть) и завизжала во весь голос.

Бандит грязно выругался и сражался с ведром на башке. Кажется, ручка очень кстати запуталась в его бородище. Тут рядом с первой показалась еще одна голова, менее лохматая, но с не менее свирепой рожей. Удар вторым ведром пришелся новому пришельцу точно по макушке. А затем в край озверевшая я схватила тяжелую лохань и с силой опустила ее на головы отщепенцев, вообразивших, будто я легкая добыча.

Мою талию вдруг взяли в захват. Прежде чем я опомнилась, поняла, что меня куда-то уносят. Я взвилась и попыталась лягнуть схватившего меня сзади негодяя.

— Тихо, тихо, детка! Это я.

Голос Ильхарда я узнала бы из тысячи. Я обмякла от облегчения в объятиях принца, но все-таки успела увидеть, как двое бандитов пытаются выбраться из черной сети, накинутой на них Марсом.

— Ловко ты их огрела, Огонек! Ты жестокая, детка, оказывается!

— А чего они? — возмущенно пробормотала я, с удовольствием прижимаясь к теплой обнаженной груди мужчины. — Как ты, Ильхард?

— Это поразительно, но твой брат сотворил чудо.

Дверь каморки, где проходило лечение принца, была открыта. Ильхард внес меня туда и усадил на мат, на котором в изнеможении уже вытянулся Алес. На брата — как и всегда, при большом расходе некро-магии — было страшно смотреть: глаза запали и были окружены тенями, кожа словно высохла, а губы почернели. Кажется, он уже впадал в некро-сон. При нашем появлении он обессиленно прикрыл веки.

Снаружи слышались чьи-то вопли.

Коротко прижавшись поцелуем к моим губам, Ильхард метнулся назад, на помощь Марсу.

Несмотря на жгучее желание узнать, что там и как, я смирно сидела и ждала, понимая, что сейчас не время путаться под ногами у воинов. Минут через десять мужчины вернулись с победой. Бандиты были связаны и в таком виде переданы трактирщику, которого пришлось вытаскивать из постели. Что он будет с ними делать, моих друзей не интересовало. Возможно, он с ними в доле и отпустит на все четыре стороны. Важнее, что этой ночью нас никто беспокоить не будет.

— Ужас. Герцог выглядит, словно труп, — пробормотал Ильхард огорченно. — И все из-за меня.

— Ничего, часа два или три поспит в объятиях Матери Тьмы и будет как новенький, — заверил Марс. Некромант с усмешкой повернулся ко мне: — Ну ты даешь, Огонек! Одному из них ты голову ведром разбила, а второго контузила!

В таких спорных случаях я предпочитаю занимать оборонительную позицию. Инстинкт, выработанный с детства, когда мне часто доставалось за проказы.

— Я не виновата! Они сами полезли!

Мужчины расхохотались, что, кстати, ничуть не потревожило сон Алеса.

— Все, расходимся, поздно уже, — постановил принц.

— Да, Огоньку нужно выспаться. Да и тебе тоже после восстановления требуется полноценный отдых, друг мой. — протянул Марс почти лениво. — А я посторожу нашу принцессу, чтобы не украли. — Тут он обернулся ко мне и лукаво подмигнул. — Или чтобы она ненароком кого-нибудь не укокошила.

73 Вперед, в Ничьи земли!

Меня пожалели и разбудили не в четыре, а в половине пятого утра. Мой брат — свеженький после некро-сна словно огурчик — небрежно растолкал меня и сунул в руки миску с желтоватой кашей, посреди которой плескалась озерцо растаявшего масла. На вкус эта штука напоминала клей, но я мужественно проглотила несколько ложек, так как Алес пригрозил, что до полудня привалов не будет.

Мужчины деловито упаковывали наши вещи в большие заплечные мешки. То, что не входило, или должно было быть под рукой, в чехлах крепилось к рюкзакам. Меня тоже ожидала поклажа, правда, не слишком объемная и тяжелая.

Костюм, в который мне предстояло облачиться, выглядел довольно брутально: облегающие бриджи, высокие сапоги и застёгивающаяся наглухо куртка с капюшоном. Все сшито из черной тонкой водонепроницаемой кожи и снабжено усиленными заклинаниями прочности, самоочищения и комфорта. Последнее свойство обеспечивало прохладу даже в сорокоградусную жару — по крайней мере, так обещала этикетка.

Мужчины облачились в нечто подобное, и вся наша группа выглядела так, словно попала в Тиз с другой планеты. На мой вкус костюм был уж слишком облегающим, особенно в районе бедер и груди. С непривычки мне захотелось прикрыться от горячих взглядов, которым встретили меня Ильхард и Марс. Чтобы замаскировать неожиданное смущение, пришлось укрыться за спиной брата и помочь ему затягивать ремни на вещмешках.

Провожать нас явилось, кажется, всё население городка. В предрассветной мгле обращенные к нам лица казались высеченными из камня. Женщины с младенцами, детишки от мала до велика, суровые мужчины (возможно, родные братья тех, кого я избила лоханью), в сопровождении кудлатых ханнов высыпали к границе города, обозначенной покосившимся забором.

Дальше начиналась холмистая степь. Ни дороги, ни даже тропы не было намечено на убегающем вдаль девственном ковре из диких трав.

«Они уходят в Ничьи земли. Безумцы!» — долетел до нас чей-то громкий шепот.

Какой-то седобородый старик, вероятно, пользующийся среди горожан уважением, заступил дорогу Алесу.

— Мир вам, путники! Мы не желаем вам плохого, потому хотим предупредить, что ходить на тот берег опасно. Там обитают злые духи, они не выпустят вас назад.

— Спасибо за предупреждение, мы ценим вашу заботу, — вежливо откликнулся Сетт и обошёл старика, давая понять, что разговор закончен.

В душе меня немало взволновало то, как на нас смотрели все эти люди. Словно на призраков или на ходячих мертвецов. Многие со страхом, но кое-кто с сожалением. Несколько молодых девушек бросили цветы под ноги моим спутникам. Вот это показалось мне совсем уже лишним: и впрямь словно похоронную процессию провожают.

Вскоре городок Тиз и его жители остались позади. Ильхард обернулся и подмигнул мне.

— Чего ты загрустила, Огонек? Не слушай вздорных туземцев. Они зовут злыми духами всё, чего не понимают. Мы для них тоже духи.

— Точно! — откликнулся Марс. — Не стоит воспринимать их суеверия как истину. Как я заметил, многие из них насквозь пропитались дымом кассеи. Думаю, после сеансов вдыхания дыма «синей травы» им и мерещатся всякие ужасы.

Слова друзей звучали довольно убедительно, потому я взбодрилась — насколько можно взбодриться, когда на небосводе ещё только гаснут звёзды, а солнце раздумывает, вставать ли из-за горизонта.

Идти было довольно легко. Никаких оводов и прочих воинственных насекомых поблизости не наблюдалось. Поднявшись на очередной холм, мы оглянулись. Там, откуда мы пришли, еще можно было разглядеть на горизонте высокую скалу с белеющим на ней заброшенным храмом Каи. Но мы предпочитали смотреть вперед: туда, где сквозь розоватую туманную дымку посверкивала лента пограничной реки. Взгляд упрямо скользил еще дальше, к другому берегу, и разбивался о сплошной заслон леса. Несмотря на то что там, где сходилось небо и земля, уже пробился краешек солнечного диска, джунгли казались погруженными в ночную мглу.

— Да уж, впечатляет, — проворчал Марс, останавливаясь и поправляя лямку заплечного мешка. — Неудивительно, что местные считают тот берег прибежищем злых духов.

Остальные не могли с ним не согласиться. Только Ильхард заметил:

— Ночной лес всегда немного пугает. Посмотрим, как все будет выглядеть, когда взойдёт солнце.

И уже через четверть часа, стоя на берегу неширокой реки, мы смогли убедиться, что солнце, да и вообще освещение тут ни при чём. Деревья, растущие в Ничьих землях почти вплотную друг другу, казалось, окутывала темная, мрачная дымка.

— Интересное явление, — пробормотал Алес. — Это не некро-тьма и явно что-то нерукотворное.

Марс согласился с коллегой, а нам с Ильхардом оставалось лишь довериться суждению знатоков искусства Смерти.

Берег был высокий и обрывистый, спускаться к воде оказалось нелегко. К счастью, подошвы сапог не скользили даже на влажной глине. У самой воды Марс и Алес извлекли из чехла нечто, показавшееся на мой неискушенный взгляд сморщенным куском кожи размером с обычное полотенце. Будучи сброшенным в воду, полотнище быстро расправилось и увеличилось. Через пять минут на волнах покачивался вместительный плот.

Алес прямо с берега запрыгнул на него и протянул руку мне. Убедившись, что эта штуковина не уходит под воду от веса высоченного мужчины с тяжелой ношей, я смело шагнула на оказавшуюся твёрдой поверхность.

Однако не все вышло так гладко. Вес троих мужчин и девушки данное чудо магтехнологий, может, и выдерживало, а вот плыть категорически отказалось. И тут на помощь пришла старая добрая стихийная магия. Принц — сильный маг-универсал — заставил воздух и воду послушно нести наше упрямое судёнышко к противоположному берегу.

Уже через несколько минут плот вошёл в заросшую густым тростником заводь, а дальше, прямо из воды, стеной поднимались деревья.

Мы выбрались на мелководье, благо сапоги не промокали. Правда, я с подозрением присматривалась к водной глади. Несколько пестрых маленьких рыбок подплыли к моему сапогу и попытались прогрызть кожу. Я испуганно задрыгала ногой.

— Тихо ты, Амелита, — одернул меня брат. Он вместе с принцем вытаскивал плот из воды. — Это всего лишь ламиусы, ничего они тебе не сделают. Ты ведь в сапогах, а вот была бы босая — лишилась бы ноги.

Ой!

Едва плот был вытащен из воды, его с виду твердое покрытие начало морщится, сдуваться и вскоре вновь превратилось в небольшой коврик, после чего он был быстро скатан и убран в чехол.

Теперь мои спутники полностью сосредоточились на следующем этапе экспедиции. Только сейчас мы поняли, почему издали лес казался окутанным мрачной дымкой. Все деревья от корней до макушек были заплетены тонкими чёрными лианами, густо усеянными острыми шипами. Джунгли были полностью непроходимы.

— Рохелия, растение-паразит, — задумчиво протянул Марс. — Впервые вижу чёрную окраску у этих лиан.

Брат с уважением покосился на моего телохранителя. Не удивлюсь, если эти двое крепко подружатся к концу нашей экспедиции.

— Да, гадость жуткая… Что ж, если лианы разрослись настолько, что их не обойти, придётся выжигать дорогу. Другого выхода не вижу, — заключил Алес. — Думаю, лучше всего это получится у его высочества.

Тон был саркастический, но Ильхард не ответил на подначку. Отошёл от нас и слегка оставив ногу, принял боевую стойку. С его ладоней сорвался ревущий, огненный смерч и помчался в сторону деревьев.

Багровое пламя на некоторое время затмило свет дня. Нам пришлось установить щиты, чтобы защититься от нестерпимого жара и стреляющих во все стороны искр. Раскалённая добела стихия словно солому пожирала толстые деревья вместе с оплетавшими их шипастыми лианами, прорубая неширокую просеку.

Перед нами открылся дымящийся обугленный проход, а далеко впереди пламя всё ещё неистовствовало.

74 Странный лес

Прежде чем мы вошли в открывшийся проход, по просеке промчался ураганный ветер, вызванный нашим магом-универсалом. Он поднял в воздух тучу золы и развеял её над джунглями.

— Идём цепочкой. Амелита, ты держись посередине, — скомандовал Марс.

Сейчас мой строгий телохранитель выглядел непривычно собранным и мрачным. Он первым ступил на обугленную почву Ничьих земель. За ним двинулся Алес. Я последовала за братом, а замыкал нашу процессию принц.

Идти было легко, но не очень приятно. Под ногами то и дело путались корни сгоревших деревьев. Они были живы и готовились произвести новые ростки. Я попыталась, используя свои эльфийские способности, договориться с корнями растений, но, к сожалению, те оставались глухи к магии природы.

Мой братик забавно ругался, шагая впереди. У него особые отношения с представителями растительного мира: любой цветок или росток он способен превратить в источник энергии, высасывая их жизненные силы. Это полезное умение однажды спасло ему жизнь. Однако растения чувствуют его тёмную силу и протестуют как могут. Вот и сейчас он едва не споткнулся о корень, который внезапно вылез из-под земли.

— Смотри под ноги, Алес, — насмешливо проговорила я, чтобы хоть как-то рассеять мертвую тишину, царящую в этом странном, словно неживом, лесу. Здесь не пели птицы и даже отсутствовали насекомые.

— Ты тоже смотри, сестрёнка, — раздражённо откликнулся Сетт.

И вовремя. Если бы Ильхард не поддержал меня, я упала бы, запутавшись в паутине обугленных корней.

Мы шли и шли по узкой просеке, а вокруг поднимались, почти закрывая небо, обгоревшие джунгли, увитые пострадавшими от огня, но вполне живыми лианами.

Однако вскоре обстановка изменилась. Путь преградил лесной ручей, возле которого стихийное пламя естественным образом угасло.

Здесь на нас набросились тучи болотного гнуса. Воздух потемнел от множества крошечных чёрных тел, взвившихся к слепой жажде крови. Правда, подлетать ближе, чем на расстояние вытянутой руки, насекомые не осмеливались. Нападать не позволил хитрый прибор, которым Марс и Алес предусмотрительно снабдили каждого члена экспедиции. Небольшая коробочка легко умещалась в кармане; нажатие кнопки, активировало ее работу, после чего вся зловредная гнусь вокруг валилась наземь, а остальные разочарованно зудели на почтительном расстоянии.

— И почему ты не дал мне этот отпугиватель в Тизе? — накинулась я на Марса. — Теперь ясно, почему те зверюги-оводы набрасывались на меня, а вас не трогали!

— Вовсе не поэтому, сестрёнка, — засмеялся Алес. — Просто мы с Марсом ядовитые, а ты нет.

— Против оводов эта штуковина бесполезна, Огонек, — просветил меня ди’Зорр. — Артефакт действует только на гнус и прочих безмозглых мошек, которым всё равно кого кусать.

Я недовольно хмыкнула, не до конца принимая столь простое объяснение.

— Некромантов насекомые, и правда, не кусают, Огонек, — поддержал спутников Ильхард, помогая мне спускаться по почти отвесному склону оврага. — В академии мы частенько выбирались вместе в походы, и я не раз имел случай убедиться в этом. Этим мерзавцам все нипочем!

Некроманты польщенно захихикали.

Вскоре мы четверо стояли на дне оврага и с подозрением присматривались к струящемуся здесь ручейку со зловонной водой ядовито-зелёного цвета.

— Я бы такое пить не стал, — поморщился Алес и приложился к своей фляге с водой.

— Думаю, никто бы не стал, — согласился Марс и огляделся. — Странный лес. Ни птиц, ни зверей.

— Может, испугались пожара? — предположила я.

— Птицы вряд ли умолкли бы так надолго.

Я неприязненно уставилась в небо, затянутое серой зудящей дымкой. Утро было в разгаре, но здесь, в овраге, царили густые сумерки от нависавших крон деревьев.

— Лично у меня звенит в ушах гнус! Я бы сейчас даже карканья грая не услышала!

Возле моей щеки вдруг что-то прожужжало и вонзилось во влажную глину у самой воды. Я вздрогнула, оглядываясь, а через удар сердца Ильхард вдавил меня в обрывистый склон оврага и сам тяжело навалился сверху.

— Ты чего? — Я хотела возмутиться и задергалась было, но гневные слова замерли на устах, потому что мир над нами заслонила полупрозрачная, пылающая огнём полусфера.

Принц зачем-то укрыл нас своим щитом. Сквозь пелену магической защиты я увидела две тёмные тени, карабкающиеся вверх по склону оврага.

— Что происходит?

— Похоже выстрел из духового ружья, — шепнул мне на ухо Ильхард. Его теплое дыхание шевелило волосы на виске и странно волновало меня. А может, это адреналин мешал думать? — Кто-то охотится за нами. Алес и Марс выяснят в чём дело.

Только сейчас до меня дошло, что предмет, просвистевший мимо щеки, был пулей из духового ружья — примитивного оружия, которым пользуются дикари и степняки, не наделённые магией.

— А ты мог бы не вжимать меня так в эту проклятую глину, Ильхард? — взмолилась я. — Раздавить меня хочешь?

Мужчина немного сдвинулся, позволяя мне набрать воздух в лёгкие. Моей щеки коснулись тёплые губы.

— Прости, детка. Я очень испугался за тебя, — прошептал принц.

Что-то затрепетало в груди, но я отмахнулась от этого нового чувства. Сейчас важнее другое.

— Откуда в этой чаще бандиты? Как они передвигаются сквозь джунгли? Прилетели на вердах?

— Хм, сколько вопросов, детка, — судя по голосу принц улыбался. — Верды исключены, ведь полеты в Дикие земли в Надании под запретом. К тому же мы услышали бы шум крыльев. Скорее всего, негодяи прокрались за нами из города. Недаром мне казались подозрительными все добрые советы и предостережения, с помощью которых нас пытались отговорить от экспедиции. Сегодня утром хозяин трактира подходил ко мне и ласково так увещевал не рисковать жизнью.

— Ты думаешь, местные заинтересованы в том, чтобы никто не ходил сюда? Но почему?

— Мне тоже очень интересно, что они прячут.

Горячие губы снова коснулись моей шеи. Я выгнулась, высвобождаясь из объятий принца.

— Где там наши некроманты застряли?

Отошла на шаг, не выходя из-под защитной сферы, и нетерпеливо прислушалась, чтобы хоть что-то расслышать сквозь неумолчный звон мошкары. Но над лесом стояла мертвая тишина.

75 Лесные приключения

С края оврага вдруг посыпались камушки, а следом на влажную почву у ядовитого ручейка спрыгнул Алес. За ним легко приземлился Марс. Оба были в мрачных защитных некромантских мантиях, потому вначале напугали меня до заикания.

— Уф! Ну вы даете! Так и разрыв сердца получить можно. Хоть бы мяукнули, чтобы предупредить нас, что идете!

— Что-что мы должны были сделать? — не понял, а потому немедленно заинтересовался, ди’Зорр.

— Неважно, — отмахнулась я. Хотела уже подступить с расспросами, но принц меня опередил.

— Нашли кого-нибудь?

— Разумеется. Десяток местных решили поиграть в охотников за живым товаром, — небрежно ответил Алес и, скинув капюшон, размял плечи. — Плохая была идея.

— Но как они нас догнали? — Ильхард недоуменно хмурился, высокий благородный лоб пересекла морщинка. — Я ведь проверял. Могу поклясться, что следом никто не крался.

— А им и не нужно было, — откликнулся Марс. — Этот лес только нам, чужакам, казался неприступным. Для местных здесь никаких препятствий нет — в дебрях проделаны тайные ходы, целая сеть. Они просто следовали параллельно нам, а у ручья решили напасть.

— Мы прошли по одному такому ходу немного. Он вырублен прямо в гуще джунглей. Кстати, держи, сестренка. — Брат протянул мне невзрачную короткую металлическую палку с зеленоватым камнем-навершием. — Довольно удобная штука. Только, чур, на нас не направлять!

— Что это? — Я крутила тяжелый предмет, не понимая, на кой он мне сдался.

— Оглушитель, — пояснил Марс. — Примитивный посох. С помощью этих штук нас хотели вырубить. Наверняка затем, чтобы продать работорговцам, промышляющим в этих землях.

Я все еще недоверчиво смотрела на орудие в своей руке.

— И как он работает?

— Очень просто, — просветил меня Ильхард. — Призываешь малую толику магии — любого рода — и направляешь в посох. Навершие должно быть устремлено на объект, который требуется нейтрализовать.

Я сделала так, как он велел, и направила навершие на противную лиловую жабу, которая, на свою беду, выбралась из воды на камень. Зеленый луч, хорошо заметный даже при свете дня, ударил в нее, и ядовитое земноводное свалилось кверху брюхом в ручей.

— Ого! Замечательная штука! — восхитилась я и бережно убрала посох в свое подпространственное хранилище, чтобы он был всегда под рукой. Не таскать же его на себе, мне и заплечного мешка хватает.

Однако я тут же пожалела об этом опрометчивом поступке, так как заметила изумленные взгляды принца и моего телохранителя, от которых этот мой жест не укрылся.

«Ой, хырова чешуя, как же я опростоволосилась! Впрочем, это ничего, что друзья узнали мою тайну».

Ильхард промолчал, задумчиво потирая подбородок, а вот Марс не удержался:

— Кое-кто у нас полон секретов. Хм…

Пришлось уводить разговор в сторону.

— Надеюсь, вы узнали у тех несчастных, что они скрывают? — жизнерадостно (но чуть-чуть наиграно, признаю) спросила я.

— Плантации кассеи, — сплюнув, проговорил брат и, подхватив свой рюкзак, направился к противоположной стороне оврага. — Судя по всему, нам их не миновать. Так что идем быстрее.

Информация не слишком-то вдохновила. Одурманивающая синяя трава кассея — вернее, вдыхание продуктов ее горения — запрещена во всех цивилизованных странах. Говорят, буквально с первой затяжки этот проклятый дым вызывает труднопреодолимую зависимость. Тем не менее властям приходится постоянно бороться с ее распространением. Впрочем, судя по мрачным оценкам из газетных публикаций, эта борьба напоминает битву с ледяными големами — сразив одного, вы из каждого осколка получите нового.

Разумеется, распространением и выращиванием этого наркотика занимаются самые отпетые преступники, и то, что мы направляемся, возможно, прямо к их логовищу, не слишком вдохновляло моих спутников. А я понимала, что мужчин беспокоят вовсе не бандиты, а наличие в нашем отряде «слабого звена», то есть меня. Потому злилась и отмалчивалась.

Джунгли за оврагом оказались совсем не похожими на те, что мы видели до сих пор. Они отдаленно напоминали дождевые леса южной части моей родной Зангрии. Здесь тоже встречались лианы, но не такие колючие и агрессивные, как у реки. Кроны деревьев сплелись высоко над головой.

Здесь все паразитировало на всем. Со стволов свешивалась роскошная зелень и гроздья ярких орхидей. Студенистые грибы покрывали нижнюю часть поросших мхом стволов, а на их светящихся шляпках росли грибы поменьше. Странные насекомые носились в душном спертом воздухе — к счастью, их отпугивали наши приборы. Подлеска не было, под ногами чавкала жирная черная грязь.

До полудня нашему отряду пришлось отразить еще две атаки местных банд. К счастью, мы были настороже, и им не удалось захватить нас врасплох. Мрачный тип, которого я сразила своим посохом, показался мне смутно знакомым. И лишь продолжив путь, вспомнила, что видела его в компании с другими во время обеда в общем зале таверны.

Джунгли закончились довольно неожиданно, перейдя в непролазные заросли древовидного папоротника. Здесь на каждом шагу пришлось остерегаться склизких змей, расплодившихся в палой листве в изобилии.

Раздвинув длинными палками очередные веерообразные листья, мы вдруг обнаружили, что стоим на краю поля, убегающего за горизонт. Трава, цвета ультрамарин, красиво волновалась под ударами вольного ветра. Растения с широкими резными листьями и сочным стеблем достигали взрослому мужчине до пояса, а я тонула в них чуть ли не по плечи.

76 Портал наудачу

— Где же искать тот холм с обманками? — тоскливо спросила я.

После полумрака джунглей солнце казалось особенно ослепительным, да и палило нещадно. Мои спутники хмуро щурились, рассматривая плоский как стол ландшафт. В сероватом мареве, далеко-далеко у самого горизонта, угадывались очертания одинокого дерева. Казалось, до него целый день пути.

— Тхаровы негодяи, — проворчал Алес и явственно скрипнул зубами. — Выращивают наркоту, да еще и так близко к границе. Ясно, по какой причине сюда никого не пускают, и для чего все их нелепые россказни.

— Вернемся, напущу на них «Вестник Андора», — мрачно пообещал Ильхард. — А то пишут обо всякой чепухе.

— Братик, а ты мог бы построить портал вон к тому дереву? — наудачу брякнула я, указывая вдаль. Уж очень не хотелось брести под палящим солнцем, путаясь в стеблях и пачкаясь противным синим соком этой сверхподозрительной травы.

— А что? — оживился вдруг Марс. — Это неплохая мысль, и может сэкономить нам массу времени. — Как, Сетт, справишься?

Брат выглядел не слишком уверенным, но все же кивнул. Некроманты углубились в детали. Я тоже училась строить пространственные переходы, правда, не слишком преуспела. По крайней мере, не рискнула бы воспользоваться открытым мной порталом — тхар знает, куда он приведет. Попыталась следить за учеными рассуждениями, но быстро потеряла нить и отвлеклась на Ильхарда. Тот руками поймал какую-то пеструю птичку, скакавшую по земле. Пригладил перышки и пересадил на широкий лист папоротника. Пичуга чирикнула и скрылась в джунглях.

— Что это с ней?

— Одурманена. Скорее всего, семенами кассеи.

Я с неприязнью перевела взгляд на убегающие вдаль ряды стройных растений. Гибкие, сочные стебли волнами гнулись от легкого ветерка, подставляя широкие листья солнцу.

— А мы-то не одуреем? — с беспокойством спросила я.

Принц сверкнул лукавой улыбкой и покачал головой.

— Ну мы же не станем жечь эту траву и вдыхать дым. Хотя приятного в таком походе будет мало.

Тем временем рядом с некромантами уже затеплилось голубое сияние. Пространство было разорвано.

— Так, вначале иду я, — объявил Марс. — Сразу за мной Алес вместе с Амелитой. Последний — Ильхард.

Возражений не было, и мой телохранитель смело шагнул в светящуюся голубую дымку портала. Алес сгреб меня в охапку и последовал за ним.

В лицо ударила вода. В панике я не разобрала, где нахожусь. Прежде чем зажмурить глаза, вроде бы видела пронизанные лучами солнца зелено-голубые толщи воды вокруг. Кто-то тащил меня куда-то, я попыталась вырваться, борясь не столько за свободу, сколько со своими взрывающимися легкими. Сильная рука ухватила меня за волосы и потянула вверх. Другая —зажала мне рот и нос.

Секунды показались вечностью, но вскоре я уже отчаянно кашляла на руках у Марса и Алеса, которые вынесли меня на покрытый травой берег.

Последним на поверхности крохотного водоема, в который наши «умельцы» умудрились построить портал, появился Ильхард. Встряхнув потемневшими волосами, он смахнул с глаз воду и тут же устремился к нам. Присел на корточки перед позеленевшей мной.

А я меж тем раздумывала, много ли еще пахучей озерной воды во мне осталось.

— На, глотни из фляжки, — Марс сунул мне под нос сосуд с резко пахнущей темной жидкостью. — Давай, Огонек. Один глоток.

— Фу, меня и так тошнит!

— Перестанет. Пей, Лита! — скомандовал брат.

Не уверена, что это правильная тактика — гасить одну гадость, другой, но в таком состоянии спорить с тремя мужчинами я была не способна. Сделала глоток и… меня закономерно стошнило. После чего действительно сразу стало легче.

Три пары глаз некоторое время наблюдали за мной с тревогой, но я быстро пришла в себя и обнаружила, что чудо-костюм уже сухой. Голенища сапог плотно прилегали к ноге и воды не зачерпнули. В общем, я осталась довольна свойствами походной одежды. Рюкзаки, кстати, тоже нисколько от контакта с водой не пострадали.

Другое дело — мои волосы. Они все еще были мокрыми, но это не беда — высохнут на солнце. Гораздо хуже, что они, как мне казалось, впитали запах тины, которая плавала на поверхности стоячей воды.

Повздыхав про себя, я обнаружила, что озерцо, в которое нас занесло, расположено в довольно приятном, светлом лесу. Высокие белоствольные деревья росли здесь на некотором расстоянии друг от друга. Почву покрывала мягкая зеленая трава, на которой играли пятна солнечного света. Кое-где вздымались валуны, поросшие густой щеткой разноцветных лишайников.

— А где же синяя трава? — растерянно спросила я, вставая и оглядываясь.

Никто не ответил, да, собственно, это был риторический вопрос.

— Где мы ошиблись, Марс? — брат растерянно взлохматил свою светлую шевелюру.

— Вероятно, с расстоянием вышла накладка, — мрачно ответил некромант. — Судя по всему, нас забросило в предгорье, а мы не учитывали коэффициент на повышение ландшафта, ведь поле было ровным.

— Ясно, потому оказались на дне озера, — заключила я, отчаянно пытаясь расчесать пальцами волосы, чтобы заплести их в косу.

В руках Ильхарда оказался серебряный гребень. Я потянулась за ним, но принц покачал головой. Зашел мне за спину и принялся расчесывать мои волосы.

— Они сияют, словно огонь, Огонек, — шепнул он мне на ухо. Я почувствовала, что глупо краснею. Было что-то в его словах, а особенно в прикосновениях. Смущенно засмеялась и отобрала у него гребень, быстро закончив прическу.

Все это время наши ученые головы спорили о важных вещах. Я выхватила последнюю фразу Марса, и она меня не обнадежила.

— Проблема только в том, что мы не знаем, как далеко нас забросило. Похоже, мы крупно просчитались и чего-то не учли.

— Что значит, не знаем? — возмутилась я. — Как вы строили переход, грамотеи? Мы все еще в Ничьих землях или уже нет?

77 Поиски

На меня уставились демонские — фиолетовые, с вертикальным зрачком — глаза брата и янтарные — Марса. Оба были явно возмущены моими обвинениями.

— Конечно же, мы в Ничьих землях, — Марс даже фыркнул от возмущения. — За кого ты нас принимаешь, Огонек? Возможно, порталы здесь работают с отклонениями. Свидетельства о подобных аномалиях я встречал, пока искал сведения об обманках.

— Ладно, ладно, оправдан. — Я примирительно подняла ладони. — Но что теперь делать? В какую сторону идти?

— Это хороший вопрос, сестренка, — проговорил Алес и слитным движением закинул себе за спину вещевой мешок. — Решим, когда заберемся вон на ту возвышенность.

Он указал куда-то рукой. Я проследила направление его взгляда, но никакой горы не увидела. Только деревья и валуны.

Все подняли свои рюкзаки и направились за Сеттом. Но я, хоть и топала вместе со всеми, все же попыталась докопаться до истины.

— Ты о чем? Какая возвышенность?

— Эти валуны, — нетерпеливо откликнулся Алес, — посмотри на них внимательно. Видишь, что все они скатились откуда-то?

Я послушно уставилась на встречные камни. Вначале ничего такого не разглядела, но затем заметила, что почва за каждым из них словно бы стерта. Создавалось впечатление, что какой-то великан проволок эти громадины по земле. Это могло произойти также, если под действием собственной тяжести они потихоньку сползали вниз по почти незаметному откосу.

Вскоре идти стало труднее, а уклон круче. Высокие белоствольные великаны остались позади, уступив место низким кривеньким сосенкам. Под подошвами сапог поскрипывал сухой жесткий мох. Отдельные валуны почти исчезли, уступая место группкам скалистых утесов.

На один такой каменный кряж мы взобрались, чтобы осмотреться. С высоты открылась зеленая долина, расчерченная огромными синими полями и небольшое поселение вдали. А дальше шла полоса джунглей. В другой стороне громоздились разрушенные ветрами скалы.

— Кажется, мы на месте, — заключил Алес, глядя в карту. Где-то здесь должен быть холм обманок.

— Верды! Всем в укрытие! — скомандовал вдруг принц и мгновенно увлек меня в какую-то расщелину. Остальные тоже мигом скрылись за камнями.

— Откуда здесь крылатые ящ… — зашептала я, но тут же умолкла, увидев с десяток брутальных мужчин на вердах, парящих над ультрамариновыми полями.

— Это местная стража. Проверяют, нет ли нарушителей. Возможно, им уже донесли о чужаках. Хорошо, что мы не пошли полями.

Испуганные мурашки заполошно скакали по моим рукам.

— Как думаешь, нас заметили?

— Думаю, нет, — ответил Ильхард, но в голосе не было той уверенности, на которую я надеялась.

Крылатые ящеры унесли бандитов в сторону полосы джунглей, что подтвердило предположение принца о том, что местным плантаторам-контрабандистам стало известно о нашем вторжении.

Мы потихоньку спустились со скалы, подобрали вещи и отправились дальше.

Дважды нам приходилось прятаться от патрулей на вердах. Нас явно разыскивали, что, впрочем, не особенно тревожило моих спутников. «Пускай попробуют сунуться», — мрачно изрек Алес, вот и все.

Давно перевалило за полдень, когда мы, наконец, сделали привал. Для бивака мои спутники выбрали уютную расселину между двумя скалами. Я к тому времени вообще ног под собой не чувствовала, потому просто рухнула на расстеленный плащ, привалилась к валуну и отключилась.

Проснулась уже в сумерках и обнаружила, что лежу на довольно удобном ложе из смолистых сосновых веток. Над небольшим бездымным костерком неподалеку уютно побулькивал котелок с каким-то варевом. За готовкой следил Марс. Я огляделась в поисках остальных, но больше рядом никого не было.

— Проснулась? Сейчас будет готова изысканная похлебка из хыра.

— Что? — ужаснулась я, живо представив маленького смешного грызуна с ярким хохолком. — Разве их едят?

— Шучу-шучу, — тихо рассмеялся ди’Зорр. — Принцу удалось оглушить жирного каплуна.

Уф, ну и юмор у этих некромантов!

— А где остальные?

— Отправились на разведку. Скоро вернутся.

— А это не опасно? — Я указала на костер, разведенный в специально вырытой яме. Пламя, хоть и невысокое, отбрасывало неверные багровые отблески на стенки пещерки, что могло выдать наше местоположение с воздуха.

— Стоит отвод глаз. Не волнуйся о местных, но в случае чего, не забудь, что и у тебя имеется посох.

Вовремя он это сказал. Неподалеку раздался протяжный, тоскливый вой. Начался он в одной стороне, но был подхвачен, казалось, отовсюду разом. Спина вдруг стала неприятно-влажной от ледяной испарины. Я вскочила и уставилась на Марса, который продолжал невозмутимо сидеть на камне и помешивать похлебку.

— Ч-что это за хырова чешуя?

— Пурпурные волки, наверняка. Успокойся, они нас не тронут.

— Не тронут? Да они нас уже окружили! А как же Алес с Ильхардом?

— Не волнуйся, детка, они взрослые мальчики и могут за себя постоять.

Равнодушие некроманта меня взбесило, но и успокоило одновременно. Наверное, для такой железной уверенности есть основания. Ведь есть? Осталось лишь уповать на это.

Сев на край импровизированного ложа, я натянула сапоги. Давно уже ощущала потребность уединиться. Предупредив Марса, который велел не отходить далеко от лагеря, я отправилась на дело. Это всегда самый неудобный момент в экспедиции и самый рискованный, ведь на несколько минут приходится отрываться от группы. Я отошла на десяток шагов, не больше. Завернула за скалу, держа наготове посох. Здесь обнаружился уютный сосновый лесок.

Закончив дела, я уже хотела возвращаться, когда увидела великолепный, полыхающий теплым оранжевым светом цветок. И как я раньше его не заметила? Он радостно сиял неподалеку. Едва сделала пару шагов к этому чуду, как вокруг моей ноги что-то обвилось.

Змея⁈

Меня резко дернуло вперед, так что с изумленным вскриком я упала на спину. Звезды на небе слились в единый белесый поток, когда неведомая сила со страшной скоростью потащила меня за ногу в гущу леса.

78 Хищник стал жертвой

Густая листва закрыла звёзды. Спиной я ощущала все кочки, камешки и корни, выступающие из земли. Вокруг поднимался частокол тонких стволов — похоже, меня тащили через рощицу из молодых, гибких деревьев. Дерзкий похититель вынужден был замедлиться, выбирая дорогу, и я не упустила возможности и ухватилась рукой за ближайший стройный стволик.

Крепко обхватив деревце одной рукой, я приподнялась и активировала посох, в расчёте на то, что тот, кто тащит меня на аркане, будет повержен. Зелёный оглушающий луч осветил заросли впереди, однако фигуры похитителя я так и не увидела. Меня резко дёрнули за ногу, едва не заставив отпустить стволик, но я вцепилась что было силы. Бедное деревце тряслось, страшась и негодуя, насколько я могла чувствовать его.

Путы вдруг спали с моей ноги. Рядом мелькнула тень, а затем я явственно увидела небольшой, примерно с голову человека, шар. В темноте он казался светлым, но у меня не возникло сомнений, что его истинный цвет — оранжевый или теплый желтый. Странное создание катилось, не обращая внимания на неровности почвы. Замерло возле моих ног. Приостановилось, словно раздумывая, куда податься дальше, и затем подкатилось ближе.

Я направила зелёный луч на шар, силясь рассмотреть его внимательно, и вздрогнула. В этом призрачном свете бледные, белесые глаза непонятного существа пристально изучали меня. Похоже, магия посоха не причиняла невиданному монстрику ни малейшего вреда. Его форма, а главное, цвет действительно напоминали те крупные плоды, изображение которых нам попадались в книгах выходцев с Земли.

Тыква-обманка.

Весь страх мгновенно прошел. Сейчас я не вспоминала о том, что это странное существо похитило меня для каких-то неясных целей. Может быть, для того, чтобы выпить кровь. Помнила лишь, что передо мной ингредиент для зелья, ради которого мы предприняли эту экспедицию.

— Иди сюда, иди, — тихо и ласково позвала я, словно подманивая комнатного пуффа моей матушки.

Обманка замерла, как бы в нерешительности.

Я пожалела, что в руках у меня посох, а не меч. Вот сейчас бы нашинковала этот шарик!

— Амелита, — прозвучал вдруг сзади тихий голос моего телохранителя. В голосе Марса явственно звучало раздражение пополам с гневом. — Что за игру ты затеяла, хулиганка? Какого Тхара, ты тут разлеглась? Ты хоть помнишь, что я запретил отходить от лагеря?

Я оскорбленно засопела, но ответить не успела. Едва во мраке нарисовался силуэт некроманта, вожделенный приз нашей экспедиции сорвался с места и покатился наутек.

— Вперёд за ним! — закричала я, вскакивая и не обращая на боль в спине, бросилась следом.

— За кем? — рявкнул Марс. У некроманта не было шанса быстро разобраться, что к чему, но всё-таки помчался за мной. — Если не скажешь, за кем мы гонимся, клянусь: закину тебя на плечо и унесу в лагерь!

По лицу нещадно хлестали ветки, так что угроза получилась не слишком-то грозной. Но я ей все-таки вняла. Почти задыхаясь от быстрого бега, прокричала:

— На меня обманка напала! Вон она, лови, лови!

Других объяснений Марсу и не требовалось. Он обогнал меня.

Да! Хищник стал жертвой!

Плод катился вперед с невероятной скоростью. Уже потом я узнала, каким образом обманке это удавалось. Этот плод лишен корней, зато наловчился выбрасывать тонкие, но прочные жгуты-лианы, захватывая жертву. Выстреливая ими и зацепляясь, словно щупальцами, это странное растение подтягивает плодовое тело с удивительной быстротой и ловкостью.

Нам почти удалось загнать обманку, прижав ее к утесу, но в последний момент рыжая бестия закатилась в узкую щель под скалой и исчезла.

— Вероятно, это существо живёт в этой норе, — предположил ди’Зорр.

— Разве растениям не нужно солнце для жизни?

— А где ты видишь сейчас солнце? Почему ты сразу не позвала меня, а бросилась за ним сама?

— Бросилась? — возмущённо переспросила я, гневно подступая к некроманту. Коса растрепалась, волосы настырно лезли в глаза. Я сердито откинула их и прорычала: — Эта дрянь обхватила меня за ногу своим жгутом и проволокла за собой половину этого леса!

— Нужно было кричать и звать на помощь, — не отступал Марс.

— В следующий раз обязательно, — проворчала я, потирая ноющую поясницу.

Марс недовольно фыркнул и наклонился, чтобы оценить наши шансы изловить забившуюся под скалу обманку.

Вот в этот-то момент нас атаковал целый отряд обманок. Позднейшее исследование свело их количество к трем, но вначале мне показалось, что хищных шаров не меньше десятка. Они разом вынырнули из рощицы и мгновенно опутали нас сетью жгутов. Их цепкие щупальца со свистом взвивались в воздух и оплетали наши руки, ноги и туловища.

Одна из тыкв накинула свой жгут прямо на горло Марса, и тот захрипел, силясь разорвать сдавившую горло лиану. Не вышло. Я попыталась прийти ему на помощь, но лишь повалилась навзничь.

Почувствовала резкую боль в бедре и застонала.

«Эта дрянь укусила меня!»

Я в панике задергалась, но это нисколько не помогло.

— Что тут у нас? — раздался вдруг чей-то незнакомый голос. — Эй, Гонч, посвети-ка сюда!

Бледный луч скользнул по траве рядом со мной.

— Ха-ха, обманки решили полакомиться свежей кровушкой! — прозвучал глумливый ответ. — Ловко ты углядел их, Лоис!

Лежа ничком, я с трудом повернула голову, чтобы посмотреть на незнакомцев, которые с видом праздных зевак так равнодушно переговариваются, наблюдая расправу тыкв-кровопийц.

Черные тени. Двое. Я смотрела с земли, и они показались мне гигантами. Их глаза скрывались под тенью низко надвинутых капюшонов, а нижняя часть лица пряталась под маской.

— Помогите, — прошептала я. Голос прозвучал хрипло, так как щупальце захватило шею.

— Помочь? — усмехнулся тот, кто заговорил первым. Он подошел ближе. Я увидела очертания его сапог перед собой. — А что нам будет, если мы вас спасем?

— Да ну, возиться еще! — проявил жестокосердие Гонч. — Пускай тхаровы обманки нажрутся этими двумя, зато целый месяц не будут утаскивать наших рабов!

79 Отрезвление

Меня снова укусили — на сей раз за место, на котором обычно сидят.

Я заорала. Громко. Надеясь, что наши друзья услышат и придут.

— Тихо ты, девка, а то мы передумаем и бросим тебя здесь на съеденье, — стращал Лоис.

— У нас есть золото, — прошептала я в полном отчаянии. Оно лишь обострилось, когда я увидела, что Марс больше не силится освободиться. Сильное тело некроманта обмякло. Шевелились лишь оплетшие его лианы, и это было отвратительно.

— Ха, что ж, богатенькие птенчики нам, пожалуй, пригодятся, — снова хохотнул Гонч.

«Весельчак, хырова чешуя!»

— Скорее! Иначе они всю кровь из нас выпьют! — придушенно просипела я. Красные круги плыли перед глазами от нехватки кислорода.

— Не указывай, иначе можем и передумать! — прикрикнул Гонч.

Послышался троекратный чавкающий звук — мужчины затаптывали наших мучителей тяжелыми сапогами. Мои путы не ослабли, но хотя бы перестали мерзко шевелиться и ползать по телу.

Один из гнусных типов наклонился над Марсом.

— Готов, — хмуро пробормотал он.

«Что это значит?»

Вдруг мужчина выпрямился и прислушался.

— Берем девку и уходим. Быстро, — приказал он.

Я вскрикнула, когда меня резко вскинули на плечо. Жгуты больно впивались в грудь, выбив воздух.

Мир погрузился во тьму.

* * *

Я пришла в себя от того, что в лицо бил холодный ветер. Совсем рядом слышалось непонятное сухое шуршание. Я никак не могла определить природу этого звука, пока не пришла в себя настолько, чтобы осознать, что лежу поперек седла на спине верда, а странный звук — шуршание его кожистых крыльев.

Тела я почти не чувствовала. Пошевелиться или сменить позу не могла из-за крепких пут.

«Проклятые тыквы-обманки. Они и впрямь обманули нас».

Что это за существа? Откуда они взялись? Никакие это не растения! Теперь не удивляет, что о коварных зверюгах в большом мире ничего не слышно. Просто от этих хищников лишь единицам удавалось уйти живыми. Смертоносные цепкие жгуты мгновенно удлиняются и укорачиваются. А еще эти монстры обладают некими зачатками разума, позволяющими заманивать ни о чём не подозревающего путника красивыми цветами, и убегать, если чувствуется превосходство противника. А ещё, нападать стаей.

«Внезапно выскочившим из леска монстрам, как ни странно звучит, удалось захватить нас врасплох. Магия не действовала на них. Никакая. Я уверена, что и Марс перепробовал всё, что было в его арсенале».

Марс.

Слёзы покатились по щекам, ветер тут же высушивал их. Что с ним? Он упал и не двигался, когда его тело плотно опутали тугие жгуты.

Марс. Верный, надежный друг. Только не умирай! Я проклинала себя и своё эгоистичное желание стать сильным магом. Как это глупо и по-детски, пытаться перепрыгнуть через себя и свои возможности. Поистине, что бы со мной ни произошло в плену у мерзких рабовладельцев, я буду справедливо наказана за гордыню! Шандор не дал мне магию великого рода дей’Риноров, и было дерзко со стороны простой смертной идти против его воли.

Но я бросила вызов богам, и теперь из-за меня, возможно, погиб прекрасный человек. Я никогда не прощу себе смерти Марса!

А огромные крылья верда несли нас дальше и дальше. В лунном свете поля с синей травой казались эбеново-чёрными провалами. Вскоре вдали замаячили крыши крытых пальмовыми листьями хижин, и всадники начали снижение.

Меня снова грубо схватили и закинули на плечо. К счастью, на сей раз я сознание не потеряла, хотя была близка к этому. На несколько минут мир словно заволокло туманной плёнкой. Я слышала чьи-то голоса, но не понимала ни слова, так громко в голове стучала кровь. Наконец, меня бросили на что-то мягкое, после чего оставили одну в сарае.

Немного придя в себя, я огляделась в полумраке. Лунный свет проникал через дырявую крышу. Сарай был наполовину завален сеном. Ложе удобное, если не обращать внимания на то, что в углу все время кто-то скребся.

Я прислушалась, применив доставшийся от матери дар: маленький разум громко радовался найденному колоску с зернами. Прервав контакт, брезгливо поёжилась — терпеть не могу анур и прочих мелких, вечно копошащихся грызунов.

Странно было не чувствовать ни рук ни ног. Впрочем, укушенные места немного ныли.

Я напряглась и попыталась высвободить прижатую к бедру кисть правой руки. Пришлось помучиться, но все-таки удалось. В результате один из жгутов ослаб, и я чуть приспустила его с бедра, тем самым освободив и левую руку.

На этом мои успехи закончились, потому что в сарай вошла пожилая женщина в пёстром платке, повязанном на степной манер. Она несла масляную лампу, а также небольшую миску.

Я вновь прижала руки к бокам, чтобы старуха не поняла, что они уже не связаны.

Осветив меня, орчиха довольно закряхтела и невнятно забормотала себе под нос:

— Экий цыплёночек попался!

И столько было жадного, хищного удовольствия в этом тихом шепоте, что на меня нахлынула волна отвращения и страха. Уж не хочет ли эта грязнуха меня сожрать?

Орчиха, неприятно сопя, поставила лампу на земляной пол. Наклонившись ко мне, несколько раз провела влажной тканью по моему лицу.

«Веснушки, что ли, хочет стереть? Так, они не стираются, я пробовала».

К счастью, смоченная в тёплой воде ткань оказалась относительно чистой, да и процедура длилась недолго, иначе меня бы стошнило от запаха немытого тела вкупе с мерзкой, прогорклой вонью от чадящей лампы.

— Лежи, девушка, отдыхай да сил набирайся. Хозяин наш тебе сегодня всю ноченьку спать не даст! Такая сладкая девочка… Хе-хе-хе.

Она вышла, бесшумно затворив за собой дверь.

80 Гарпии

Гнусное хихиканье старухи вкупе с нарисованными ею отвратительными перспективами грядущего вместо того, чтобы вогнать меня в ступор от ужаса, напротив, побудили к действию.

Нужно бежать отсюда, пока не пришёл вожак. На то, что Ильхард и Алес успеют спасти меня, я не рассчитывала. Молила светлых дев лишь о том, чтобы они были живы и вовремя помогли Марсу. Что же касается меня, этот посёлок находится слишком далеко от того утёса, где на нас напали коварные обманки. Если друзья живы и догадаются, где меня искать, пешком они доберутся сюда в лучшем случае к утру.

Нужно действовать самой.

Я задёргалась сильнее. Гусеничкой перевалилась на живот, изогнулась, высвобождая ноги. Руки в районе локтей также недолго оставались в путах. Вскоре я сорвала жгуты с плеч и принялась энергично растирать занемевшие мышцы.

Прошлась, разминая ноги. Подняла с пола лампу, оставленную старухой. Над плошкой, защищённой мутным закопчённым стеклом, едва тлел огонёк. Я заглянула в резервуар для масла: тот был полон. Здесь хватит для приличного пожара, а растопки в сарае полным-полно. Но это на крайний случай.

Осматривая стены, я забралась на большой тюк сена и смогла дотянуться до потолка. Но, как ни старалась, туго сплетённые пальмовые листья не поддались, а только оцарапали мне пальцы.

Между тем снаружи уже некоторое время происходило нечто интересное. Доносились звуки ударов, крики и стоны. Сквозь неплотно пригнанные друг к другу доски, то и дело мелькали огни, будто кто-то носится по селению с факелами.

На лагерь напали? Или это ежевечерний обычай местных рабовладельцев?

А может, друзья пришли за мной? — в груди загорелось надежда.

Я спрыгнула с груды сена и отыскала широкую щёлку в двери. Припав к ней, с трудом разглядела смутные серые тени, снующие невысоко над землей. По улице в панике метались жители — мужчины и женщины — они пытались отбиваться от странных теней, но один за другим падали и застывали без движения.

Я испуганно отпрянула, когда взгляд наткнулся на бесформенную кучу тряпья. Не без труда узнала отвратительную старуху, что наведывалась в сарай не более четверти часа назад. Теперь она лежала, нелепо изогнув голову и раскинув руки.

Что за тени атакуют жителей? Пожалуй, сейчас безопаснее всего оставаться в укрытии.

Тут снаружи вновь послышался шум, и я вернулась на наблюдательный пост. На дороге появился высокий, широкоплечий мужчина, он замер, посмотрел вверх и с его поднятой руки сорвался огненный шар. На миг пламя осветило всё багровым светом. Я вскрикнула и прижала руку к губам.

«Гарпии!»

Я читала об этих созданиях — опасных порождениях кровавой магии. Они нападают стаями и не щадят никого.

Воздух над посёлком рабовладельцев буквально кишел белёсыми крылатыми чудовищами. Несколько уродливых горбатых тел загорелось, но затем вся стая набросилась на мага, и он упал. После чего кошмарные твари облепили его, выпивая кровь, а вместе с ней и магию.

В Зангрии давно не слышали об этих созданиях. Мой папа рассказывал, что давным-давно гарпии причинили немало бедствий нашим северным границам. Все это продолжалось, пока войско под предводительством самого короля не предприняло рейд вглубь степи и не уничтожило стойбище орочьих колдунов, насылающих проклятую напасть. Папа был награжден за участие в этом славном походе, как особо отличившийся.

Тут я вспомнила главное: обычно следом за нападением гарпий, налетает кочевое племя. Их цель — грабёж, а также пленники, из тех, кто укрылся в домах.

«Нужно уходить любой ценой».

Я подняла лампу и хорошенько полила маслом дверь. Затем, используя бытовую магию, послала крохотную искорку и отбежала в самый дальний угол сарая.

Дверь мгновенно вспыхнула. Пламя жадно лизало сухие доски. Сарай наполнился едким дымом, но, к счастью, большая часть его уходила сквозь дыры в крыше. Закрыв рот и нос платком, я терпеливо ждала, когда препятствие рухнет. Но ждать пришлось долго. Пламя вскоре перекинулось на стену, следом вспыхнула часть крыши.

Потребовалось немало мужества, чтобы подойти к пышущей жаром стене и ударом ноги выбить обгоревшие доски вместе с замком. Выбравшись наружу, я не стала медлить. Сарай, в котором меня заперли, находился на краю селения, а сразу за ним темнели джунгли.

Я со всех ног бросилась под защиту деревьев и вступила в густой мрак, надеясь, что здесь, рядом с людьми, вряд ли прячутся обманки или дикие звери. Где-то в небе всё ещё метались гарпии, но сквозь плотные кроны им было ко мне не пробиться.

Оказавшись в полной темноте среди частых стволов, я некоторое время не различала дороги и брела на ощупь. Редкие копья лунного света, скорее сгущали тьму, чем рассеивали ее. Но постепенно глаза привыкали к мраку, вскоре различила слабое свечение, которое исходило от гниющей древесины и плесени, ее покрывающей. Насыщенная влагой почва неприятно чавкала под подошвами.

Пауки чувствовали себя вольготно в этом лесу, и иногда приходилось продираться сквозь их липкие сети. Ненавижу этих созданий!

Я больше не натыкалась на покрытые склизким мхом стволы, но свисающие широкие листья растений-паразитов, по-прежнему пугали, ненароком касаясь моих волос, словно клешни гигантских чудовищ. С ними можно было бы договориться при помощи магии природы, но я экономила свой небольшой резерв, понимая, что основные трудности впереди.

Заходить далеко в джунгли я не собиралась. План был такой: спрятаться от кочевников, а потом прокрадываться полями к своим. Возможно, встретится с ними на полдороге.

Это был превосходный план, но кое-что пошло не так. Чуть подальше я услышала голоса.

Сердце радостно забилось в надежде, что это друзья, но тут же упало. Нет, скорее, кто-то из безжалостных рабовладельцев, тоже прячется в лесу от атаки гарпий. Я замерла, навострив ушки.

— Проклятые гарпии, они все еще висят над поселком. Из-за их мельтешения я ни тхара не вижу! — грубый голос послышался откуда-то сверху, с верхушки одного из соседних деревьев. — Сарай, в котором заперли рыжую девку, уже сгорел дотла.

— Нам не девка важна, Рон, — откликнулся голос, в котором звучали командирские нотки. — Не пропусти момент, когда ее дружки явятся сюда за ней. Положим их всех! Негодяи убили всех наших ребят, что должны были взять их в дебрях возле пограничной реки. Теперь это личное, а денежки только приятный бонус.

81 Помощь леса

В ложбинке за кустами радостно загомонили. Насколько я могла понять по отдельным репликам, бандиты — числом пять или шесть человек — расположились здесь в засаде.

— Тхарски выгодное дельце!

— Легкие денежки! Это вам не в гарнизоне тараканов давить, ребзя!

— Как думаешь, командор, та важная сьерра, что заказала их, и в самом деле заплатит нам тысячу золотых монет? — пытливо спросил кто-то. — Не обманет?

— Обманет, так мы эту красотку на сабли поставим, и на охрану ее не посмотрим! — бодро ответил главарь. — Только не забудьте: сьерра требует принести верное доказательство того, что дело сделано.

— Чего проще? — хохотнул один из сообщников. — Знамо дело! Колечки всякие поснимаем — у богатеньких эйсов полно приметных вещиц!

— Заткнись, болван! — одернул его командор. — Ей нужна голова одного из них. Не промахнитесь: вот его портрет.

Возникла краткая пауза. Видимо банда рассматривала изображение будущей жертвы.

— Смазливенький лорд! — хохотнул один из подчиненных.

— А эти благородные другими и не бывают! — ядовито заметил кто-то.

— ЧуднО! Волосы словно серебро, но не старый и не седой!

Я и до этого слушала, ни жива ни мертва, а сейчас и вовсе упало сердце.

«Ильхард. Они говорят о нем».

— Такого и ночью ни с кем не перепутаешь! Сделаем, раз плюнуть! — заключил один из бандитов.

Я пряталась за стволом дерева, переваривая новую информацию.

Что за таинственная сьерра их наняла? Кто-то из Сарроса?

Это очень плохо. Ведь это значит, что кому-то из врагов Ильхарда известно, что тот не погиб при взрыве карруса. Вероятно, они каким-то образом узнали, что вместо принца убит один из офицеров. Это наверняка установило официальное следствие. Но как они могли прознать про Наданию и последовать за ним сюда? Мало того, они даже успели нанять местных бандитов! Все это выглядело крайне загадочно.

Оставался также открытым вопрос, кто эта женщина. Мне было трудно представить благородную сьерру, которая отважилась отправиться в далекую чужую страну для того, чтобы организовать покушение. Я позволила себе поразмышлять на эту тему, и мне показалось, что я знаю одну предприимчивую леди, которая при дворе из кожи вон лезет, чтобы очернить наследника, при этом не вылезая из постели короля.

Однако тревожиться сейчас следовало о другом, так что я отбросила все эти загадки, и сосредоточилась на насущной проблеме.

Бандиты.

Я не особенно верила в то, что этим бродягам, пускай они даже довольно сильные маги (во что я не верила), удастся захватить врасплох моего брата. Да и для Ильхарда, как я узнала за время похода, практически нет ограничений в магии — резерв принца устрашающе огромен. Если же друзьям удалось поставить на ноги Марса, то втроём они легко справятся с превосходящим числом противников.

Другое дело я. Не могу позволить себе роскошь обходить их, делая крюк по ночному лесу. Слишком большой риск попасться в плен к этим уродам, а времени нет.

Мне нужно как-то нейтрализовать их.

Я присела на корточки, привалившись спиной к чуть склизкому от влаги стволу.

Ночной лес вокруг жил своей обычной жизнью. По земле сновали полупрозрачные муравьи величиной с фалангу моего мизинца, светящиеся потусторонним фиолетовым светом. Они деловито перетаскивали с места на место большие розовые яйца.

«Нет, вы мне тут никак не поможете, ребята».

Я задрала голову. Под плотной завесой крон прятались мелкие грызуны, я чувствовала их осторожное любопытство, но игнорировала его. Взгляд упал на толстые сучья, плотно переплетённые с ветвями других деревьев. Их оплетали тонкие лианы, петлями свешивающиеся почти до самой земли.

«А что? За неимением других средств, ловушку с заколдованными лианами можно повторить, слегка усовершенствовав».

Я немного поразмышляла, как бы провернуть всё, что задумала, и самой не остаться без сил. Какое заклинание лучше выбрать? К какой из бесчисленных лиан обратиться?

Наконец, я выбрала то, что нужно. Белоствольный платан, стоящий чуть поодаль, на самом краю ложбинки, в которой засели неприятели, был сплошь заплетен гибкими, похожими на упругие канаты, лианами. Растения-паразиты буквально душили дерево и не давали ему развиваться и дышать. Кроме того, под зелёными кожистыми листьями лиан, нашли убежище сотни вредителей, разрушающих кору бедного платана. Я приказала бедняге сбросить убивающих его паразитов на землю, и дерево вдруг содрогнулось от корней до макушки, сбрасывая все лишнее. И еще раз. И еще.

Тишину ночи разорвал громкий панический крик откуда-то из-под кроны.

С земли послышались недоуменные возгласы.

— Ты чего там, Рон? Зачем ветки трясешь?

Дерево продолжило методически сбрасывать с себя лишнее, но теперь под угрозой были не только лианы.

На высоте верхнего яруса за ветки изо всех сил цеплялся бедолага в походной одежде. С земли он казался неуклюжим зверьком — абсолютно чуждым этому лесу элементом. Прячась за стволом соседнего дерева, я отвела глаза, когда мужчина все-таки не удержался и, ломая сучья, полетел вниз, под ноги собравшихся у подножия дерева приятелей.

А тех уже подстерегала другая опасность. Лианы, упавшие с дерева, вдруг разом зашевелились и поползли к ногам ни о чем не подозревающих вояк.

— Что за Тхар? Ты видел, командор? Дерево качалось, словно в него бесы вселились!

— Бедолага Рон. Шея сломана…

— Осторожно, здесь змеи, целый клубок! — взвизгнул кто-то.

Нет, это не змеи, а нечто пострашнее. Бандиты поняли это слишком поздно. Тонкие, но прочные жгуты спутывали им ноги, не давая шагнуть, цеплялись за руки, за одежду. Кто-то упал, а те, кто еще держался на ногах, боролись с ополчившимися на них растениями.

— Это колдовство! — в панике вскричал командор и упал, словно поваленное дерево. Его подчиненные не собирались помогать ему, борясь с упрямыми жгутами, которые с механическим упорством атаковали сразу с десяти сторон. Ножи разрезали путы, но каждый обрубок мгновенно удлинялся и упорно вцеплялся в сапоги.

«Спасибо, Мать природа! Ты самая лучшая магия на Андоре!»

Я пробежала шагах в двадцати от мужчин, копошащихся в живых зеленых сетях. Никто из них даже не заметил меня. Спрыгнув в опустевшую ложбинку, изо всех сил припустила по ночному лесу и вдруг с размаху впечаталась во что-то твердокаменное.

82 Исход из Ничьих земель

Сильная рука мгновенно обхватила мою талию.

— Хырова чешуя!

Дыхание занялось от неожиданности. Я попыталась отпрыгнуть, но меня держали крепко.

Тёплые губы мужчины, в которого я врезалась, скользнули по моему лбу, спустились к виску, а затем и нежно поцеловали кончик носа. И я услышала чуть хриплый, насмешливый голос.

— Вот и ты, малышка!

Ильхард!

Я обхватила его шею. Привстав на цыпочки, сама нашла его губы и впилась поцелуем. Принц застонал и, сжав мою растрепанную косу на затылке, немедленно углубил этот спонтанный поцелуй.

Однако наши объятия прервало неожиданное и возмутительное вмешательство.

— Эй, голубки, не время обниматься, — прошипел Алес, вырывая меня из объятий, которые из горячих быстро становились страстными. — Мы на вражеской территории!

С явным неудовольствием Ильхард разжал руки и отпустил меня. Я обернулась к брату, чтобы выразить сестринский протест, но в этот момент из-за деревьев показалась ещё одна фигура.

— Там впереди какие-то идиоты шумят на весь лес!

Марс! Он отлучался на разведку и был еще не в курсе, что я нашлась.

Я подбежала к некроманту и чмокнула в колючую от щетины щёку. Тот хрипло рассмеялся, сжимая меня в тесных объятиях.

— Нашлась! Слава богам! Эй, полегче, детка! Несмотря на то, что твой брат вытащил меня почти из-за Грани, моя шея всё ещё болит. Проклятые обманки едва не сломали ее.

Я ожидала, что друзья забросают меня вопросами о том, как мне удалось освободиться, но оказалось, что они уже побывали у сгоревшего сарая и допросили уцелевших жителей поселка, которые укрывались в домах во время нападения гарпий и потому выжили. Это помогло друзьям составить примерное представление о том, что произошло с момента моего похищения и куда я делась. После чего они решили прочесывать близлежащий лес, рассчитывая, что я прячусь там.

— Ну всё, — заключил Ильхард. — Теперь, когда мы нашли тебя, мой Огонек, нам больше нечего здесь делать. Нужно уходить. Марс, откроешь портал прямо в столицу?

Мои спутники заранее рассчитали координаты портала, который вернет нас в цивилизацию. Ди’Зорр коротко кивнул и уже собирался взмахнуть рукой, разрывая пространство, но я перехватила его ладонь.

Крики наемников-неудачников по-прежнему оглашали лес. Кто-то из них довольно громко звал на помощь. Мои друзья слушали эти призывы с полным равнодушием. Как и я.

— Не так быстро! Вы еще не все знаете. Нам нужен один из тех негодяев, что вопят неподалеку. Желательно, командор.

Три вопросительных взгляда обратились на меня, и я вкратце рассказала о том, что удалось подслушать в лесу. И принц вместе с Марсом мгновенно сорвались с места в направлении, откуда раздавались сдавленные стоны и крики жертв моей магии.

Алес устало прислонился к дереву. Брат потерял много энергии, возвращая к жизни моего телохранителя.

— Мне так жаль, что всё так вышло, Алес, — пробормотала я, рассеянно ковыряя носком сапога влажную лесную подстилку.

— Ты о чём, сестрёнка?

— Да о том, во что превратилась наша поездка. Вы все планировали развлечься, а в результате Марс чуть было не попрощался с жизнью.

— Забудь! Мы все отлично развлеклись. Думаю, и Марс со мной согласится от души. Знаешь ли, груз ответственности и статус в обычной жизни несколько утомляют. А здесь… Только в такие моменты и чувствуешь себя настоящим мужчиной. Если бы ещё не этот забег по джунглям и тревога за тебя, сестренка, эти выходные можно было бы называть образцовыми. Впрочем, из нас троих, я меньше всех за тебя переживал. Знаю же, какая ты заноза, а вот остальные, гнали так, что я едва поспевал.

— Неудивительно, ты же отдал большую часть своей силы на излечение Марса и не имел времени восстановиться.

Алис кивнул, но ответить не успел.

До нас донесся громкий заунывный вой, который вскоре стих. Кажется, он пришел оттуда, куда направились наши друзья.

— Гарпии напали на кого-то? — спросила я с тревогой.

Алес мрачно усмехнулся в ответ:

— Почти наверняка.

Вскоре в темноте мы различили темные силуэты. Марс и Ильхард двигались бесшумно, словно тени. Когда они приблизились, меня насторожили их мрачные взгляды.

— Ну что, узнали что-нибудь? — поинтересовалась я.

Марс кивнул, а Ильхард неожиданно обнял меня:

— Тебя словно сами Светлые девы вели и защищали, Огонек.

Брат с хмурым видом понаблюдал за нашими объятиями, но прерывать их не стал.

— Ну что, отправляемся? — нетерпеливо спросил он.

Голубое сияние разлилось на прогалине между деревьями и вскоре поглотило нас.

К моему удивлению, оказавшись в заданных координатах — на окраине столицы Надании, мы не поспешили к ближайшей Портальной башне. Вместо этого друзья решили остановиться в небольшой, но приличной таверне.

Вначале это решение меня озадачило. Мне не терпелось оказаться дома, в Зангрии, и принять, наконец, долгую — очень долгую — ванну с магическими травами, и весь оставшийся день валяться с масками и притираниями для смягчения волос и кожи. Отбелить проклятые веснушки. Избавиться от озерного и лесного запахов; кажется, это более стойкие ароматы, чем любой парфюм (интересно, в чем тут секрет?).

Однако у остальных были другие мысли по поводу возвращения. Мне пришлось смириться с тем, что мужчинам прежде всего нужен хороший обед.

Мы выбрали стол в укромном уголке общего зала. Стояла глубокая ночь, в трактире мы были одни. Заспанная хозяйка сама подала на стол жаркое и гарнир из тушеных овощей. Ароматы мяса вдруг разбудили во мне зверский аппетит. Только сейчас я поняла, что ничего не ела около суток. Наш ужин так и остался вариться в охотничьих угодьях обманок.

При воспоминании об этих коварных монстрах меня пробирал холодный пот. Не могу передать, как я была счастлива оказаться как можно дальше от Ничьих земель, полных таких кошмаров.

Утолив первый голод, мужчины уткнулись в свои маговизоры. За сутки, что нас не было в пределах маг-связи, конечно, накопилось множество неотвеченных писем. Мой маговизор благополучно остался в Сарросе, потому я лишь спокойно потягивала горячий травяной отвар. Взгляд скользил по лицам спутников.

— Пишу маме, что с нами всё в порядке и бабушка Мариэль передаёт привет, — сообщил брат, тронув меня за плечо. — Кстати, тебе привет от Мии, Эрика и Роэнна.

Я кивнула, едва заметно улыбнувшись при мысли, что за всеми этими приключениями в диких землях совсем забыла, о чем мы лгали родным. Наш поспешный отъезд в Наданию казался таким далеким, чем-то вроде предания. Столько всего произошло с нами, со мной. А еще я многое поняла и, кажется, окончательно повзрослела. Пора отбросить детские мечты и браться за ум.

Искоса посмотрела на Ильхарда, сидевшего напротив меня и с кем-то оживленно переписывающегося. Между точеных изогнутых бровей залегла глубокая складочка. Мне захотелось разгладить ее, но я сдержалась. Длинные темные ресницы были опущены, под глазами обозначились тени от усталости. Скулы на любимом лице обозначились резче, чем обычно. Сейчас принц был явно чем-то озабочен, и я, конечно, знала, чем именно. Заговор против него, кажется, близился к раскрытию, и мы, похоже, вышли на след злоумышленников. Но кто-то в Надании все же пронюхал о том, что принц остался жив и скрывается.

Вдруг меня осенило.

— Ильхард, а кто знал, что ты жив и просто хочешь на время исчезнуть? — спросила я у принца. — Ну, кроме твоего друга-дознавателя.

Тот тяжело вздохнул и ответил не сразу, сперва дописал и отправил послание. А затем поднял на меня глаза, полные боли.

— Только моя мать.

Все уставились на него, словно он был призраком. Три пары ошеломлённых, непонимающих глаз. Не желающих понимать.

— Но не хочешь же ты сказать, дружище… — начал Марс, но принц нетерпеливо оборвал его.

— Я ничего не хочу сказать. Мы с Нилсом договорились, что я не скажу никому, но я не мог не предупредить маму. У неё больное сердце, и она не вынесла бы вести о моей гибели. Я взял с неё строгую клятву, что она не расскажет об этом даже отцу. Королева согласилась со мной, что убийцы должны быть вычислены и наказаны. Она обещала затвориться в своих покоях на это время и никого не принимать, сказавшись больной. Потому я ничего не понимаю…

Темные мыслишки всколыхнулись у каждого из нас. Могла ли королева предпочесть внука сыну, и попытаться избавиться от ставшего чересчур самостоятельным, а потому многим неудобным, наследника? Как мать она могла восстать против этого, но Софина-Улия прежде всего королева, а потом уже мать. Цинично? Но чего только я не видела при дворе…

Тут в голове всплыла одна фраза, и я отбросила мрачные подозрения.

— Эти типы называли благородную сьерру, которая наняла их, чтобы убить тебя и всех нас, красоткой. Я не думаю, что твою мать бандиты стали бы называть так фривольно.

В потухших было глазах Ильхарда зажглась надежда.

— Ты права, Огонечек. Если та сьерра молода, ну или хотя бы создаёт такое впечатление, тогда всё выглядит более реалистично. Однако все еще непонятно, откуда этой «красотке» известно, что я жив и скрываюсь в Надании.

— Возможно, кто-то узнал тебя по дороге сюда, несмотря на фальшивые документы и отвод глаз, — предположил Алес. — Или же твоя мама рассказала кому-то. Хотелось бы выяснить, кому именно.

— Так просто узнать у королевы? — усомнился Ильхард с грустной усмешкой. — Если она захочет солгать, ни один маг этого не поймет.

— Тхар, — выругался брат.

— Нилсу Лерою удалось засечь кое-какие разговоры нескольких генералов в военном министерстве. Каждый из них тянет на государственную измену. Но я по-прежнему не уверен, что всё упирается лишь в заговор военных.

— Нет, тут замешана женщина. Она главная. При этом ее мотив — месть, — размышлял вслух Марс. — Она явно слабее среднего воина, иначе не стала бы нанимать этих идиотов на границе, а отправилась бы сама.

— Кто же это может быть? — спросила я и тут же пожалела об этом, потому что брат кинул на меня негодующий и слегка презрительный взгляд: мол, ты действительно так глупа?

Мало того, что Ильхард наследный принц, так он еще и невероятно привлекательный мужчина. К тому же известен своими скандальными похождениями. Думаю, немало женщин были оскорблены его непостоянным нравом. Так что под подозрение могут попасть и бывшие любовницы.

— Пока что главное кандидатка — моя сестрица, — заявил Марс. — Конечно, красоткой Сильвию не назовёшь, но даже с весьма скромными внешними данными сестрица умудряется как-то очаровывать мужчин.

— Вряд ли герцогиня стала бы практиковать чары на столь низменном объекте, как командор отряда в занюханном гарнизоне, — пробормотал Ильхард, но было видно, что принц принял эту версию, как наиболее вероятную.

А вот мне их предположение не показалось правдоподобным. Конечно, главная любовница короля никогда не скрывала ненависти к наследнику, и это у них взаимно. Однако имелось существенное возражение, и я поспешила его озвучить:

— Но как сьерра Сильвия могла узнать, что принц выжил и отправился сюда?

Повисло молчание. Все понимали, что королева никогда не поделилась бы тайной с ненавистной пассией своего мужа.

— Гадать бесполезно, — покачал белокурой головой Алес. — Тебе, Ильхард, придётся прямо спросить королеву, кому она рассказала об этой тайне.

— Похоже, ты прав, — мрачно согласился принц. Он снова склонился к артефакту связи и написал несколько строк. Серебристые пряди упали на лоб, он нетерпеливо откинул их. — Теперь остаётся только ждать.

— Думаю, твоя матушка ответит не скоро, — заметила я, глянув на часовой артефакт, привычно болтающийся на браслетике. — Сейчас в Сарросе около одиннадцати утра, обычно в это время королева в комнате для рукоделия со своими дамами. И это на несколько часов.

— Значит, у нас есть время для отдыха, — заключил Алес, устало потягиваясь. — Кажется, это то, что всем нам сейчас необходимо.

83 Выходим из тупика

Проснувшись, я долго не понимала, где нахожусь. За окном оживленно пели птицы, и на минуту мне показалось, что мы все ещё не вышли из джунглей. Скромная, но чистенькая комнатка в гостинице виделась чем-то нереальным, из другой жизни. Да что там комната… Крохотная купальня с допотопным душем воспринималась сейчас пределом роскоши. Не могла нарадоваться на это благо цивилизации и выбралась из-под тёплых струй, только когда кожа на руках распарилась и сморщилась. Веснушки, конечно, не отмылись, но я была полна решимости избавиться от них, когда вернусь домой.

Спустившись в общий зал, я нашла друзей за завтраком.

— Уже встала, сестренка? — Брат встретил меня своей фирменной, чуть насмешливой улыбкой. — А мы-то решили дать тебе выспаться.

Горячий взгляд Ильхарда отозвался во мне жаркой волной. Я была счастлива убедиться, что отдых нам всем пошёл на пользу. Алес и принц смотрелись свеженькими — хоть сейчас на обложку дамского журнала. Марс тоже выглядел неплохо, хотя был все еще бледен. Тонкие чёрные полосы, темнеющие на его шее, напоминали об ужасном происшествии. У меня самой на руках и ногах тоже осталось несколько синяков от крепкой хватки жгутов обманок. Да, этот кошмар нам вовек не забыть! Хорошо, что мы теперь далеко от мерзких тыкв, бррр!

Разумеется, первым делом я поинтересовалась, не получен ли ответ от королевы, к моему разочарованию, Ильхард покачал головой. Он тоже с нетерпением ждал ответа матери. Плоский, с большим тёмным экраном маговизор лежал рядом с его тарелкой.

Хозяйка подала нам дымящийся омлет, зелёные свежие овощи, мёд, масло и румяные, только что из печи, булочки.

Едва она отошла, артефакт связи издал резкую заливистую трель. Четыре пары глаз уставились на экран, где высветился короткий текст:

«МАМА: Сынок, я не понимаю к чему твой вопрос. Конечно, я никому не говорила. Как ты и просил, я не читаю газет, не общаюсь практически ни с кем, только со своими дамами. Но они берегут меня, потому избегают обсуждения тревожных слухов о тебе».

— Тупик, — с досадой констатировала я.

— Постой-ка, а что значит: «практически ни с кем»? Как думаешь, дружище, это фигура речи или умолчание? — обратился к принцу Марс.

Тот пожал плечами, но судя по тому, как он хмурился, его тоже весьма занимал этот вопрос. Он раскрыл небольшую панель с рунами внизу экрана и принялся набирать новый текст.

«Пожалуйста, мама, это очень важно. Ответь, кому ты сказала? Даже если это прислуга, мне нужно знать имена».

Ответ поступил неожиданно быстро.

«Хорошо, изволь. Получив известие о твоей гибели, моя дорогая Дагмара была безутешна. Ее искреннее горе надрывало мне сердце. Думаю, это не преступление, что я поделилась с ней. Ты же не будешь подозревать свою супругу, мой милый?»

— Бывшую супругу, — сквозь зубы пробормотал Ильхард.

— Принцесса Дагмара? На неё действительно не подумаешь! — воскликнула я недовольно. — Мы по-прежнему в тупике.

— О нет! Вовсе не в тупике, Огонёчек! — На прекрасном лице наследника заиграла очень странная усмешка, при этом глаза гневно сверкали.

— То есть, ты хочешь сказать, что подозреваешь Дагмару? — недоуменно переспросил Алес. — Сам я ее видел несколько раз, она ведь падчерица нашей кузины Каталины, которая замужем за королем Джита. Выглядит эта сьерра удручающе безобидно — прекрасно и нежно. Кажется, на такую дунешь, и она улетит.

Я была полностью согласна с оценкой брата.

— Все так, — подтвердил Марс. — А ещё у этой женщины есть все основания ненавидеть своего бывшего мужа. Он оторвал её от сына, которого она обожает. Препятствует возвращению, публично унизил её кровиночку. Почему бы не убрать с дороги Ильхарда, чтобы расчистить дорогу Ансару?

— Но постойте, она ведь хотела вернуться к Ильхарду, — заметила я.

— Вовсе не от большой любви, Огонек, а чтобы улучшить собственное положение. Это как раз свидетельствует против неё, Дагмара на всё пойдёт, чтобы закрепиться в Сарросе.

— Уверовав в свою победу, она лила ложные слёзы перед моей матерью, именно затем, чтобы иметь лишний повод остаться, — задумчиво проговорил Ильхард. Его сверкающие голубые глаза сейчас напоминали острые осколки льда. — Замечательно.

В этом слове мне послышались одновременно и горечь, и боль, и облегчение, что все хоть как-то разрешилось.

Его длинные, тонкие пальцы вновь заскользили по экрану.

«Спасибо, мама. Ты меня очень обяжешь, если не скажешь никому, особенно Дагмаре, о том, что я у тебя спрашивал. Пойми, это государственное дело. Не волнуйся, скоро всё кончится».

— Это удержит королеву от излишней доверчивости, — пробормотал он и убрал артефакт связи в подпространство.

Я обменялась с братом долгим взглядом, а затем потянулась через стол и накрыла руку принца своей. Утонула в его взоре, словно смотрела на небо.

— Нам здесь больше нечего делать, Ильхард. Думаю, наши родители будут рады видеть тебя в своём доме.

Его тёплая рука захватила мою ладонь и нежно сжала её.

84 Возвращение домой

После блаженной тишины провинциальной Надании суета и многолюдье на Главном Портале столицы Зангрии меня просто ошеломили. Судя по тому, как напряженно оглядывались по сторонам мои спутники, они чувствовали себя так же.

Только в Триесте я поняла, насколько странно, и в то же время впечатляюще, мы выглядим. Багаж остался в Ничьих землях, так что на нас были лишь чёрные обтягивающие, как вторая кожа, костюмы. Надо отдать должное мастерству их создателя: несмотря на все тяготы путешествия, они все еще выглядели как новенькие. Но всё равно это было слишком смело для нашего общества, потому я пряталась за мощными фигурами спутников. Толпа расступалась перед нами, и очень скоро мы оказались на стоянке для каррусов и нырнули в салон роскошного магомобиля Алеса.

Промчавшись по центральным улицам и бульварам, мы свернули на знакомую тихую аллею. Ворота нашего городского дома гостеприимно распахнулись. На крыльце уже ждала Миа с малышом на руках. За её спиной маячила высокая фигура её второго мужа — Дейна, принца Роэнна. Синеглазый брюнет легко сбежал с крыльца, открывая дверцу и помогая мне выйти.

— Тхарски рад тебя видеть. Ого! Как же ты выросла, Кнопка!

Клюнув насмешника-кузена в щёку, я побежала обнимать Мию и своего племянника Эрика. После чего сразу же попала в объятия мамы. Однако принцесса Отиллия весьма быстро отошла от первого всплеска радости.

— Доченька, что это за костюм на тебе?

Тут матушка узрела остальных мужчин, облачённых в такую же чёрную кожу. Заметила среди них высокого блондина с серебристыми волосами, собранными в хвост на затылке. С подозрением взглянула на меня.

— А это ещё кто? — едва слышным шепотом спросила она.

— Ильхард, наследный принц Сарроса, — откликнулась я ей в тон.

— Как⁈ — матушка заметно повысила тон, но, к счастью, этого никто не услышал, так как в это время Алес поднял на руки, приветствуя, сразу Мию и Эрика, и те запищали от восторга. — Разве он не погиб? Мы же читали в «Вестнике»…

— Да-да, мамочка, но там всё сложно, потом тебе объясню. Сейчас тебе лучше поприветствовать его.

— Конечно… Но твоего отца удар хватит!

Мама сердито сверкнула на меня глазами, но тут же любезно улыбнулась, приветствуя неожиданно воскресшего члена королевской семьи соседнего королевства.

Бывалые дипломаты могли бы поучиться выдержке у моей мамы. Я видела, что в ее прелестной головке роятся сотни вопросов. И главный из них: где ее дочь пропадала целых три дня? Однако, как полагается радушной хозяйке, принцесса Отилия пригласила прибывших в гостиную и отдала распоряжение относительно комнат.

Я намеревалась шмыгнуть вслед за остальными, однако мамочка мастерским маневром оттеснила меня в уголок холла. Глядя на решимость, сверкающую в родных аквамариновых глазах, я не сомневалась, что допроса первой степени не избежать.

Однако оказалось, что маму сейчас заботит другое.

— Лита, ты действительно решила присоединиться к гостям в этом скандальном наряде? Кроме того, советую, дорогая, прежде всего привести в порядок лицо и кожу. Они выглядят ужасно! А эти веснушки… Где ты их подцепила?

Я удручённо вздохнула, понимая, что матушка теперь не даст мне покоя. Но про себя обрадовалась: пока ее волнует мой внешний вид, она не задаст вопросов на щекотливые темы. Бросив полный сожаления взгляд на гостиную, откуда слышались голоса друзей и родни, я направилась вверх по лестнице в свою комнату.

Вошла, и сердце забилась часто и радостно. Вспомнилось, в каком настроении я покидала это место. Всё тогда казалось чужим и ненужным. На трюмо была небрежно брошена сумка с косметикой — хотела взять ее с собой, но забыла. И хорошо сделала, иначе драгоценные магические средства были бы потеряны.

Из купальни слышались весёлые голоса прислуги и шум воды. Я подхватила косметичку и направилась прямо туда. Горничные уже приготовили полотенца и пустили воду в глубокий беломраморный бассейн. На поверхности воды кружились лепестки эльфийских лотосов, вперемежку с пышными островками пены. Я отпустила девушек и, наскоро приняв с дороги душ, поспешно окунулась в ароматную воду. Немного отдохнула, после чего последовали маски для волос и отбеливающие притирания для лица. Покрутившись перед огромным зеркалом, я обнаружила, что синяки на теле почти прошли. Еще бы, регенерация у дей’Риноров прекрасная.

Вот только веснушки, к большому ужасу мамы, по-прежнему яркой россыпью цвели на моём носу и щеках.

— Доченька! Как же тебя угораздило забыть защитный крем? Это так похоже на тебя, Амелита! — Она недовольно поджала губы. — Твой брат рассказал мне о ваших приключениях. Это просто кошмар! Неужели ты не могла договориться с этими тыквами? Я ведь тебя всему научила…

Мама в ужасе поежилась. Я рассмеялась и обняла ее хрупкие плечи. Вот оно что: значит, отправив меня наводить лоск, матушка пристала с расспросами к братику. Не иначе как с ножом к горлу. Алес, конечно, поручился за мою честь, потому меня лишь немножко журят.

— Нет, мамочка! — Я так энергично замотала головой, что огненные волосы, которые мать собирала в высокую прическу, вновь рассыпались по плечам. — Думаю, и у тебя ничего не получилось бы. Казалось, они нечто чуждое, и не слышат голоса Матери-Природы.

— Хм, интересно. Возможно, это инопланетные существа.

— Мне тоже это приходило на ум. Здесь какая-то загадка.

— В любом случае твоему отцу лучше не знать о ваших приключениях.

Мама снова вернулась к любимой теме — красоте, и продолжила рассматривать мое лицо.

— Тебя это вовсе не портит, наоборот. Но это так немодно, — удручённо пробормотала она. — Ты с этими отметинами — словно простолюдинка. Давай-ка, замажем это безобразие специальным кремом. Я, как чувствовала, купила новое средство от «Принцессы».

Модная фирма магической косметики[1] недавно открыла филиал в столице Зангрии с обширным ассортиментом, до этого всё приходилось заказывать из Ильса.

Вскоре я уже крутила в руках бочоночек из белой глины, на этикетке которого, помимо небольшой золотой короны, значилось, что это увлажняющий крем для сокрытия несовершенств кожи. Открыла баночку и с подозрением уставилась на благоухающую травами розовую, кремообразную массу внутри. Осторожно орудуя кисточкой, мама нанесла немного крема на проблемные места. Проклятые веснушки не пожелали скрываться, а лишь слегка поблекли.

— Ну, возможно, издалека не так заметно, — неуверенно пробормотала мама.

Я удручённо уставилась на своё отражение и бросилась к умывальнику.

— Не видно⁈ Это выглядит как грязь! Лучше не замазывать.

— Не волнуйся, детка. Я немедленно отправлю фрейлину в «Принцессу и Ко». Закажем специальный, усиленный состав отбеливающего крема, — решительно проговорила принцесса, все еще не желая смириться со столь кошмарными дефектами дочери.

Раньше и я била бы тревогу и, возможно, рыдала, не желая выходить из комнаты. А сейчас с удивлением поймала себя на том, что мне почти всё равно, исчезнут конопушки или нет. Ильхард сказал, что они ему нравятся, и смотрел так…

Однако маме я, разумеется, об этом сообщить пока не могла, потому просто кивнула, после чего направилась в комнату брата, где, как мне сообщила служанка, собрались друзья.

Надеюсь, они не будут против моего общества.

* * *

[1] Историю создания фирмы «Принцесса и Ко», а также о приключениях ее основательницы, читайте в одноименном бытовом фэнтези.

85 Сюрприз

Я осторожно заглянула в гостиную брата и нашла там лишь Марса и Ильхарда. Они что-то возбуждённо обсуждали, но при моём появлении резко замолчали и поднялись. Хозяина апартаментов видно не было.

Мужчины уже успели переодеться и навести привычный лоск. Серебристые волосы Ильхарда были распущены и сверкали, словно лунный свет. Сейчас друзья показались мне какими-то новыми, чужими. Наверное, такое же чувство испытали и они, увидев меня в легкомысленном дневном платье в цветочек, вместо чёрной кожи.

Поймала себя на том, что уже скучаю по той удивительной простоте, с которой мы общались во время экспедиции. За эти несколько дней я многое открыла в Марсе и Ильхарде, узнала их настоящих, и еще больше полюбила. Да и брат открылся мне с новой стороны: теперь Алес зрелый мужчина, а совсем не тот беззаботный мальчишка, каким я его помнила.

Я не удержалась и прыснула в ладошку, при виде того, как мрачное, сосредоточенное выражение на лицах мужчин, сменяется восхищенным. Не зря красоту наводила!

— А где Алес? — Бочком проскользнула в комнату и уселась на диванчике напротив Ильхарда.

— Его похитила жена, — откликнулся принц, наливая мне сок из большого кувшина, стоящего на низком столике рядом с початым до половины графином с крепким алкоголем. Когда он передавал бокал, наши пальцы встретились; вверх по руке проскакала стайка колких мурашек.

— О чем вы тут секретничаете?

— Да всё о том же, — недовольно откликнулся Марс, устраиваясь на диване рядом со мной. — Пытаюсь отговорить друга от поспешных действий.

Я послала своему любимому блондину недоуменный взгляд поверх стакана с соком.

— У меня была идея связаться с отцом и просить его арестовать Дагмару, — признался Ильхард. Прекрасное лицо принца исказила судорога гнева, сильные пальцы стиснули подлокотники кресла. — Но Марс почти убедил меня подождать немного.

Такое решение напрашивалось, однако принцесса Джита ведь действовала не в одиночку. Куда ей! Некоторое время я накручивала на палец прядь волос, размышляя.

— Я согласна с Марсом, спешить нельзя. Нужно захватить всех сообщников разом, чтобы навсегда избавиться от проблемы заговора.

Отпив несколько глотков, я отставила стакан на поднос.

— Вот и я говорю, — подхватил Марс. — У нас есть преимущество — неожиданность. Даже если Дагмара знает, что ты выжил в джунглях, она не подозревает, что мы допросили её наёмников. Поэтому не стоит спешить. Сейчас действовать должен Нилс Лерой. Я уверен, он быстро выяснит, с кем общается твоя бывшая супруга.

Ильхард коротко кивнул, соглашаясь с аргументами.

А я надолго задумалась о том, как далеко может простираться заговор. Если Дагмара виновна, это ставит вопрос о причастности Ансара. А это уже не шутки. Заговор в королевской семье — это худшее, что может случиться. Подобное невозможно утаить от общества, и оставить без сурового наказания нельзя. Понимала, почему Ильхард колеблется: он боится, что вскроется вина его сына.

«Какой же дурак этот Ансар, зачем, ради чего? Что это, месть суровому отцу? Пошел на поводу у властной матери? Или самому править захотелось? Нет, буду надеяться, что этого детёныша ханна не стали впутывать во взрослые дела».

А если копнуть заговор глубже, можно рассмотреть вопросы лояльности короля и королевы. Что им было известно о замыслах бывшей невестки? А может, они ею и руководили? Что если, Дагмара — просто исполнитель? Эти вопросы леденили мне кровь, пока я любовалась четким профилем наследника.

«Бедный мой! Он, конечно же, тоже задается этими вопросами».

Знакомая резкая трель вдруг разорвала повисшую в комнате тишину. Ильхард выхватил маговизор и просмотрел короткий текст.

— Нилс пишет, что нашёл явную связь между моей бывшей женой и маркизом Готье, военным министром. Они довольно часто встречаются в Гелмаре. Недавно он отлучался, якобы по служебным делам, но вчера вернулся в город. Равным образом и Дагмару не видели несколько дней, а сегодня она появилась, вся в чёрном.

— В трауре, значит, ну-ну, — Марс довольно потёр руки. — Что ж, кого-то ждёт сюрприз.

Принц принялся печатать инструкции дознавателю, но тут оказалось, что сюрприз ждёт нас. Дверь открылась, и наш важный дворецкий Долинс торжественно вплыл в комнату с известием, что Ильхарда ожидают в библиотеке.

Мы обменялись вопросительными взглядами. А потом меня озарило: наверное, папа вернулся домой.

Принц вышел вслед за дворецким, а мы с Марсом спустились в гостиную, чтобы быть поближе к событиям. Здесь мы нашли одну принцессу Отилию. Мамочка сидела у окна за пяльцами и расшивала салфетку чудесными узорами.

— Я так взволнована, — сообщила она, не отрываясь от работы.

Марс недоуменно поднял бровь, и я его прекрасно понимала, ведь принцесса казалась воплощением спокойствия и уравновешенности. Мы уставились на нее, ожидая объяснений.

— Ах, Лита, девочка моя. Твой отец внезапно вернулся, а вместе с ним и твой дядя Даррен. Король навещает нас, только чтобы сообщить что-то крайне неприятное. В прошлый раз он принёс известие о том, что ты просватана и уезжаешь в Саррос!

86 Предложение принца

Ильхард, наследный принц Сарроса

Я дал понять дворецкому, что не нуждаюсь в докладе, и толкнул дверь в библиотеку, ожидая найти там лишь отца Амелиты. Однако, едва я переступил порог просторной комнаты, заставленной по стенам стеллажами с книгами, как столкнулся с мёртвым взглядом по волчьи прищуренных глаз короля Зангрии. Он расположился в удобном кресле возле камина.

Этого только не хватало! Разумеется, я был знаком и с Дарреном Х, и с членами его семьи, но ровно настолько, насколько того требовало добрососедство двух стран. Мы встречались пару раз на официальных приёмах в честь помолвки наших детей.

Наших детей… Какая странная штука жизнь!

Передо мной стояла довольно непростая задача. Ведь я намеревался, не откладывая, поменяться ролями со своим сыном. При этом я, разумеется, понимал, что желание заполучить в жены Амелиту ставит меня в тхарски уязвимую позицию.

Не без труда выдержав взгляд некроманта, я нашел взглядом сидящего за столом в глубине комнаты хозяина особняка. Оба брата дей’Ринор — моложавые блондины, разменявшие уже пару сотен лет, но, благодаря сильной магии, выглядели примерно на сорок.

Неловкую паузу нарушил король Даррен.

— Светлого дня, Ваше Высочество, счастлив, видеть вас живым и невредимым.

В голосе старого интригана звучало радушие, но он не двинулся с места, что несколько портило впечатление от его слов.

— Благодарю вас, Ваше Величество, — ответил я и расположился в кресле напротив, спокойно закинув ногу на ногу.

Хозяин дома кивнул на поставец, заставленный батареей хрустальных графинов.

— Не хотите ли освежиться, Ваше Высочество?

Я отказался вежливым жестом. Всё моё внимание было устремлено на короля, у которого явно было много вопросов. Ради них он и прибыл сюда.

— Не ожидал вас здесь встретить, принц.

— Уверен, вам уже доложили о некотором неблагополучии в Сарросе.

— Вы имеете в виду покушение на вас, Ильхард? — задумчиво поинтересовался король, поднося к губам бокал с янтарным содержимым.

— Да, есть силы которые хотели бы избавиться от меня. Это внутренние враги, и они будут повержены.

— Мне нравится ваш оптимизм, мой друг. Однако не каждого врага можно победить. Вы уверены, что у вас хватит сил?

Он что, хочет предложить мне помощь?

— Игра будет сложной, но и на моей стороне немало преимуществ.

— Что ж, вижу, вы уверены в своих силах, и это прекрасно. Но если вам вдруг понадобится помощь в разведке или в магии, вы можете обращаться, сын мой, помогу чем могу.

— Благодарю.

— Я не заинтересован в том, чтобы наша граница на севере превращалась в подобие того, что мы имеем сейчас с Джитом. Кстати, вы не думайте, что корни заговора тянутся именно к этому государству?

— Мы пока что лишь в начале расследования, Ваше Величество. Думаю, арест главных действующих лиц даст нам немало интересной информации.

— Прекрасно, — все так же благостно проговорил король и обернулся к брату. — Ты что-то хотел сказать, Алард?

— Надеюсь, вы со мной согласитесь, Ильхард, что пока всё не уляжется, моей дочери лучше пожить дома, в Зангрии.

Вот этого не хотелось бы. Расставаться надолго с Амелитой не входило в мои планы. Настала пора раскрыть карты.

— Я очень сожалею, но вынужден просить Ваше Высочество и вас, Ваше Величество, расторгнуть помолвку принцессы Амелиты с моим сыном.

В углах комнаты задвигались неприятные тени.

Оба дей’Ринора посмотрели на меня, одинаково приподняв брови. Сосредоточенное выражение их лиц немного напомнило Амелиту, когда та чего-то не понимает.

Жуткая аура королевского гнева буквально придавила меня к сиденью. И как это у Даррена получается? Что это? Особый дар? Артефакт?

— Вы хотите расторгнуть помолвку наших детей? — медленно и очень спокойно переспросил Даррен X.

У меня горло сдавило, но я постарался сохранить выдержку.

— Именно так, Ваше Величество, я прошу расторгнуть помолвку с Ансаром Сарросским. Этот брак был бы ошибкой. Мы заключали его, когда Амелита была еще ребенком. Но сейчас принцесса выросла и стало очевидно, что она не может выйти замуж ни за кого, кроме меня.

Я нарочно выбрал именно такую форму и эти слова, с ходу дав понять, что не потерплю отказа.

На минуту в комнате повисла тишина, слышен был лишь шелест ветра за окном. Я наблюдал за собеседниками. Принц Алард был неприятно поражён. А вот Даррен после секундного замешательства вдруг расплылся в радушной улыбке.

— Что ж, если брат и моя племянница примут это предложение, я с большим удовольствием благословлю этот союз, — проговорил он, и его мёртвые всезнающие глаза на миг стали почти лукавыми. — Однако сейчас не время для таких решений, мой принц. Если вам удастся, то, что вы задумали, мы вернёмся к обсуждению деталей. А пока что девочка останется дома.

Младший брат короля согласно кивнул и пригласил нас перейти в гостиную, где уже ждали его супруга, а также Амелита и Марс. Взглядом я дал им понять, что всё нормально.

На самом деле, меня немного опечалил исход наших переговоров. Во власти Даррена затянуть волокиту с помолвкой. Мне было бы спокойнее, если бы моя девочка была у меня на глазах. Хотя с точки зрения безопасности, несомненно, пока ей лучше оставаться здесь.

Король любезно остался на ужин, а после его отбытия во дворец, нам с моей невестой удалось уединиться на террасе.

Любуясь цветущим ночным садом, Амелита стояла у перил невысокой балюстрады. Она уже знала, что ей придётся остаться дома. К моему удивлению, моя балованная девочка восприняла это более-менее без возражений. Возможно, потому что давно уяснила, что с «дядей Даром» не спорят? Сообщать о намерении назвать ее своей женой, я ей пока не собирался. Король Зангрии прав, вначале нужно врагов побороть.

— Мы с Марсом уезжаем немедленно. Огонёчек, береги себя.

Взгляд огромных зеленых глаз метнулся ко мне.

— Даже до утра не подождёте?

— Нет. Нилс сообщил, что в Гелмаре всё готово к аресту основных фигур. Ждут только меня.

— Как жаль, что я не могу с вами поехать.

Уголки манящих губ Амелиты, опустились, и я не мог не поцеловать эти сладкие лепестки.

— Ничего, вот утрясём это дельце, и отправимся в очередную экспедицию за прочими ингредиентами. Чего там нам не достаёт? Живой воды?

К моему удивлению, малышка поникла головкой.

— Не нужно мне никакой воды, Ильхард. Мне нужно, чтобы мои друзья были живы и здоровы. Без всяких там вод и Великой Чёрной силы.

Я укоризненно взглянул на нее.

— Ты что, сдалась? Где та принцесска, что смело варила зелье с крылышками летучих мышей?

Любимая грустно усмехнулась и ткнула мне в грудь своим крепеньким кулачком.

— Эта особа просто повзрослела, мой эйс. А заодно поняла, что та малая сила, которой наградил меня Шандор при рождении, служит мне для моих надобностей лучше, чем любая некромантия. Да, кроме того, наша экспедиция ведь провалилась. Мы не достали обманок, так к чему продолжать?

— Как не достали? — возмутился я. — Обижаешь!

Я извлек из подпространства и гордо продемонстрировал невесте то, во что превратилась дохлая обманка. Амелита брезгливо сморщила носик, рассматривая это странно сморщенное нечто.

— У нас с Алесом таких пять штук. Парочку он взял для изучения, а остальные все в твоём распоряжении.

Звонкий смех нарушил тишину сада. В колдовских зеленых глазах любимой сияли таинственные огни. Я постарался запечатлеть в памяти этот ее взгляд, чтобы пережить предстоящую разлуку.

87 Итоги заговора

Марс ди’Зорр

Кто-то предупредил злоумышленников, и Нилсу пришлось предпринять решительные действия, чтобы успеть задержать их. Потому основные события произошли, пока мы с Ильхардом были на полпути к месту происшествия.

В апартаментах на втором этаже неприметного дома, расположенного в квартале, где обитают преимущественно состоятельные коммерсанты на пенсии, мы обнаружили военного министра Готье. Рослый маркиз лежал на полу в гостиной, руки были скованы антимагическими наручниками за спиной. Кровь из его разбитого носа ручейком стекала на светлый ковер.

Из соседней комнаты раздавался женский плач. Я из деликатности отвёл глаза, когда полуобнажённая блондинка — бывшая супруга наследника — бросилась на колени перед принцем, моля пощадить её.

— Я только хотела быть счастливой, Ильхард! Не наказывай меня!

Однако мой друг отвёл простёртые к нему руки и остался глух к лживым мольбам. Думаю, принц, как и я, не чувствовал ничего, кроме презрения к этой женщине.

— Ты прекрасно знаешь, что мне наплевать, кто твой любовник. И мы здесь вовсе не поэтому. Государственная измена — вот причина вашего ареста. — Он обратился к суровым агентам внутренней службы, ожидавшим приказаний. — Пакуйте обоих, господа!

На бледных, тонких запястьях Дагмары защелкнули тяжелые антимагические кандалы. Блондинка поникла, как цветок, но в наших сердцах не нашлось ни капли жалости.

— Нилс, как там остальные? — обратился я к помощнику главного дознавателя. Лерой выглядел смертельно уставшим, но счастливым. Приятеля ожидало повышение за успешное раскрытие заговора, и он это заслужил.

— Генералы ди’Анно и Декстер уже арестованы. Сошка поменьше попалась чуть раньше. Парочка замешанных типов, к сожалению, сумела ускользнуть через границу. Подробнее изложу в рапорте.

— Отлично, ты прекрасно поработал, друг мой! — Ильхард хлопнул Лероя по плечу, наблюдая, как арестованных уводят. Затем наследник обернулся ко мне. — Идём, дружище, нам нужно сообщить обо всем королю.

Заря уже окрасила тяжелые квадратные башни королевского замка в розовый цвет, когда мы приземлились на одной из них. Здесь ещё никто не знал, что принц жив, потому наше появление вышло поистине эпическим. Стражники у входа в башню побелели, но всё же устояли на ногах, чего не скажешь о двух горничных в первом же переходе: бедняжки при виде Ильхарда свалились в обморок. Лакей обратился в бегство, столкнувшись с призраком погибшего принца. В общем, мы неплохо повеселились, пока дошли до этажа, где обитала королевская семья.

Благородное сословие оказалось более стойким. Юный адъютант его величества побледнел до синевы, но отдал честь принцу и, вбежав вперёд нас в кабинет короля, выкрикнул совсем не по уставу, зато радостно:

«Принц вернулся!»

Стоило Ильхарду показаться на пороге, как сидевший в высоком кресле за столом король вскочил, а затем тяжело рухнул обратно и откинулся на спинку.

— Я вернулся, отец.

При встрече отца и сына я был всего лишь сторонним наблюдателем, потому остался возле двери. Россхельм — все еще крепкий орешек, но годы взяли своё, да и недавнее потрясение из-за смерти сына сделало своё дело. А теперь еще и неожиданное воскрешение… Когда мой друг подошёл к отцу и склонился, чтобы поцеловать руку всегда сурового монарха, тот обеими ладонями обнял лицо сына, всматриваясь в его черты, словно не веря своим глазам.

— Это я, отец. Прости, что не предупредил. — Ильхард поцеловал руку короля и выпрямился. — Мне нужно было убедиться, что ты с ними не заодно.

Возмущение вернуло Россхельму его обычную свирепость.

— Ты подозревал меня в организации заговора против собственного сына? — зарычал он, багровея.

— Пойми, я ни в чём не был уверен.

— Ты должен быть всегда уверен в собственном отце и сюзерене!

— Да, Ваше Величество! — согласился Ильхард, однако упрямое выражение на его лице не исчезло. В голосе слышались саркастические нотки. — Между тем заговор против меня раскрыт. Мне жаль сообщить вам, что ваши любимцы — маркиз Готье и генерал ди’Анно — были замараны в его участии чуть более, чем по уши.

Король слушал, сурово сдвинув брови.

— Гхм. Надеюсь, ты предоставишь все доказательства их вины.

— Их собственные признания, подкреплённые свидетельствами ментальных магов, будут этими доказательствами. Однако не они стояли во главе заговора, а моя бывшая жена Дагмара. Она была любовницей Готье уже около года.

Король снова помертвел. Он подался вперед, тяжело навалившись на стол.

— Час назад она была арестована вместе со своим любовником на его тайной квартире, где они встречались. — Ильхард не собирался щадить отца.

Король молчал, его лицо всё больше бледнело, и я покосился на приоткрытую дверь в приёмную, чтобы в случае чего отправить адъютанта за целителем.

Впрочем, Россхельм снова выпрямился в кресле.

— Но зачем Дагмаре покушаться на тебя? Мы с твоей матерью и так относились к ней, как дочери. Надеялись, что вы скоро снова сойдётесь.

— Этого никогда не случилось бы по многим причинам. И Дагмара знала это. А зачем она хотела убрать меня с дороги, ты и сам прекрасно понимаешь.

Повисла долгая пауза. Король нервным жестом указал на графин с водой, стоявший на столике в углу. Ильхард передал отцу наполненный стакан. Тот жадно, в пару глотков, его осушил.

— Я буду счастлив, если окажется, что Ансар ни при чём, — прошептал Россхельм.

— Я тоже, — искренне откликнулся мой друг, но горькая складка залегла у его губ.

— Твоя мать заболела при известии, что тебя больше нет. — Седовласый монарх вновь с упрёком уставился на сына.

Тот усмехнулся.

— Она притворялась, я предупредил маму, помня о её слабом здоровье.

Король хмыкнул и немного расслабился.

— Софина-Улия всех нас переживет, я всегда это говорил.

Выдержав паузу, он устремил пронзительный взор на меня.

— Ну что, Марс ди’Зорр, ты попросишь освободить тебя от службы при принцессе?

— Нет, мой король. Я готов служить вам и его высочеству там, где вы сочтете нужным.

— Ну что ты будешь делать с ним? — насмешливо воскликнул король и взглянул на сына. Кажется, он был рад отвлечься от мыслей о коварном заговоре, который вызревал вокруг него. — Сильвия терпеть своего брата не может, а я вот люблю! В военном министерстве у нас освободились вакансии, может, предложить одно из них твоему приятелю, Ильхард?

— У меня есть предложение получше, — покачал головой наследник. — Думаю, министром следует назначить Даниэля ад’Варгга. Этот дракон — толковый военачальник и оказал существенную помощь в расследовании хищений верхушки генералитета при строительстве нового форта. Он сам назначит себе заместителей. А Марс очень нужен мне в Государственном департаменте.

Я возвел очи горе, но не возражал. Ильхард предупреждал, что не отпустит меня.

— Что же, пусть будет так, — одобрил король. — И не забудь держать меня в курсе всех частностей расследования, сын.

Когда мы покинули кабинет монарха и вернулись в департамент дознания, где вовсю шли допросы арестантов, я вздохнул с облегчением, воображая, что самое трудное для моего друга уже позади. Оказалось, что нет. Труднее всего для Ильхарда оказалось принять весть о том, что его сын Ансар бросился бежать, едва услышав новость, что мать арестована.

Глупый мальчишка даже не попытался сыграть в невинность и был задержан буквально возле портала, готового переместить его в королевство Джит. В антимагических кандалах он был препровожден в замок Ронан, служащий тюрьмой для государственных преступников.

88 Трудное решение

Амелита ди’Ринор, принцесса Зангрии

Дни, прошедшие в поездках по портным, сапожникам и прочим модным мастерам, сменялись вечерами, проведенными в шумных салонах знати или в театрах. Мама, как могла, пыталась занять меня и развлечь, но я все равно мечтала об отъезде в Саррос.

Оттуда приходили добрые вести. Марс переслал мой маговизор, чтобы я могла получать весточки от него и Ильхарда. Некромант скупыми фразами рассказывал о работе и о том, как им приходится спать всего по три часа, разбираясь с делами в министерствах, главы которых были арестованы. А мой любимый принц просто коротко писал, как меня не хватает, и посылал поцелуи. Сообщения были хоть и короткие, но зато приходили по нескольку раз в день, что давало понять, что по мне действительно скучают, несмотря на всю занятость. Лишь это примиряло меня с моей ссылкой.

Из тех крупиц информации, что можно было почерпнуть из этих посланий, а также из газет, я знала, что арестованные участники заговора наперебой каялись и указывали на сообщников, оставшихся на свободе. Каждый день становилось известно о новых арестах. Несколько чиновников военного министерства бежали в соседние королевства, их ловили и выдавали Сарросу. Масштаб заговора поражал, однако мой папа сказал, что удивляться тут нечему. В дело замешаны высшие военные чины, а у таких серьезных людей обычно имеются и связи, и поддержка в самых разных ведомствах. Наверное, поэтому заговорщики с такой легкостью организовывали покушения на Ильхарда.

Так прошла неделя со дня нашего возвращения из Надании. С утра зарядил грустный, настырный дождик, потому я не поехала кататься в коляске по парку Колдовских Затей, как планировала, а осталась дома. Мама вышивала свои волшебные узоры в гостиной, а я томилась над романом в мягкой обложке, сидя на скамейке в зимнем саду возле увитой плетистыми розами шпалеры.

— Читаешь, сестренка? — голос Алеса оторвал меня от борьбы со слипающимися глазами и прыгающими строчками. Я с удовольствием отбросила книжку и помахала брату рукой.

— Пытаюсь. А ты чего такой довольный?

С некоторых пор счастливые и довольные жизнью люди начали меня раздражать. Знаю, зависть, даже белая, препротивное чувство. Ну и пусть!

— Принес тебе кое-что. Смотри!

Алес с торжеством извлек из подпространства невзрачную бутылочку с какой-то бесцветной жидкостью. Я подняла бровь, рассматривая ее.

— Что это? — спросила, подозревая подвох.

— Живая вода, что же еще? Прямо из источника на Проклятом острове.

Имея старшего брата, нужно быть всегда готовой к сюрпризам. Но к такому даже я не была готова. Прежде чем окончательно поверить, что все это не шутка, внимательно изучила чистые, пронзительно ясные фиолетовые глаза сидящего рядом со мной родственника.

— Где ты это взял?

— Роэнн и Миа откопали целую бочку этой воды в королевской сокровищнице. Чего там только нет!

— Как это король впустил их туда? Дядя Дар ведь бережет сокровища пуще своего глаза.

— Он ни в чем не может отказать моей жене, а той потребовались особые артефакты для эксперимента с солнечной энергией.

— Здорово! Может, там и рог виверны с постолитам найдутся?

— Не удивлюсь, — беззаботно рассмеялся блондин.

Я усмехнулась и вернула емкость с жидкостью брату.

— Ты знаешь, я решила, что мне не нужно это зелье. Зачем мне поражать всех своим вдруг открывшимся даром? Чтобы заставить себя уважать, мне этого не потребуется, хватит и того, что дал мне Шандор от природы.

Брат смерил меня пристальным взглядом, затем улыбнулся со знакомым озорным прищуром.

— Отлично. Тогда почему ты все еще здесь, а не в Сарросе, со своим принцем?

Я моргнула, не понимая, о чем он. А затем вдруг как поняла!

— Мне не хотелось быть ему обузой… — Тут я энергично подскочила на скамье. — Но я ведь ею и не стану, если начну помогать Ильхарду или Марсу. В канцелярской работе разобраться не проблема, все необходимые знания у меня есть.

— Хорошая мысль. Я связывался сегодня с Марсом. В первые дни в Сарросе, и правда, было неспокойно, ведь загнанный в угол зверь может броситься на атакующего. Но сейчас, после тщательных чисток на всех уровнях, единственное, что угрожает нашим друзьям, это быть погребенными под кипами проклятых бумаг. Самое время тебе вернуться, сестренка, а заодно и определить свое место в будущей жизни.

Я потерла руки в предвкушении, но тут же обеспокоенно взглянула на родственника.

— А как же мама? Она уже запланировала прием в мою честь и вообще… Не отпустит. Да и папа…

Брат насмешливо усмехнулся.

— А еще дядя Даррен будет возражать. Так и думал, что ты не решишься, малышка!

Если у вас есть старший брат, то, возможно, вам изредка хочется его убить.

89 Предложение руки по-принцесски

Заходящее за холмы солнце красиво золотило крыши Гелмара, столицы Сарроса и возвышающиеся над ней башни королевского дворца. Наша с братом смелая вылазка прошла успешно. Труднее всего было убедить маму отпустить меня. Я хотела ехать одна, однако принцесса Отилия о таком не желала и слышать. Так что моей старой доброй дей’Форе пришлось пережить несколько неприятных минут, когда магомобиль Алеса втайне от пограничного патруля пересекал границу с соседним королевством над озером Саннилай.

— Теперь в королевский дворец так просто не попадёшь. Действует комендантский час.

— Я хочу сделать сюрприз Ильхарду. Нам нужно связаться с Марсом, пусть проведет меня.

— Это всё так неприлично, милая! — тут же вклинилась моя наперсница. — Нельзя навязываться мужчине.

— Разве же я навязываюсь? В конце концов, он мой жених!

— А сам-то бедняга об этом знает? — засмеялся мой брат. — Насколько я помню, официального предложения руки и сердца еще не было.

— Не было, так будет, не сомневайся, братец!

Дей’Форе на заднем сидении тихо застонала.

Мы подлетали к дворцу. Я достала маговизор и написала короткое сообщение Марсу.

Прошла минута, другая. Я намеревалась отправить на поиски друга магический маячок, когда на экране загорелся вызов:

— Ты здесь, Огонек? — друг выглядел изумленным. — Ну ты даёшь! Я уже дал команду, чтобы разрешили посадку на третьей башне. И сам сейчас туда подойду.

Вскоре каррус приземлился на площадке, вымощенной каменными плитами. Я выскочила из салона и, заметив приближающуюся высокую фигуру в чёрном, с радостью бросилась в объятия своего бывшего телохранителя. Подумать только: когда-то я искренне ненавидела его!

Здесь я попрощалась с братом: он собирался вернуться в Зангрию, как только доставит дей’Форе в Девичий флигель, где я планировала жить до свадьбы.

Мы помахали вслед удаляющемуся каррусу, а когда он скрылся из глаз, спустились по стертым ступеням и оказались внутри дворцового комплекса. Множество зданий — нарядных, в одном стиле — прятались за мощными стенами замка. Здесь помещались не только сам дворец и службы, но и различные министерства. Особняком стояло одноэтажное здание, где заседает Королевский совет. Мы обогнули его. Пока шли по широким, обсаженным аккуратно подстриженными деревцами аллеям, я заметила, что во дворце стало больше охраны. Сейчас я не смогла бы проникнуть в Косую башню так легко, как когда-то.

— Ты погостить или останешься?

— Я приехала помогать. Кто мне жаловался, что тонет в бумагах?

— О, я с удовольствием отдам тебе несколько направлений!

— Например?

— Например, благотворительность и общественные больницы. Там столько всего проверять, а еще больше делать. У нас руки не доходят. Принц не доверяет теперь никому и хочет провести комплексную проверку.

— Что ж, я готова принять участие. Только сначала повидаюсь с Ильхардом.

Войдя в солидное, в два крыла здание Государственного департамента, мы вынуждены были пробираться бочком, так как все коридоры первого этажа были заставлены объемистыми коробками с архивами разных департаментов. Мы углубились в лабиринт коридоров и лестниц и вскоре оказались перед кабинетом принца. Два адъютанта почтительно вскочили из-за столов. Впрочем, бедолаг почти не было видно за бумажными кипами.

До этого я как-то не представляла истинного масштаба работы, свалившейся на департамент. Тут просто с ума сойдёшь!

Я знаком попросила Марса позволить мне сделать принцу сюрприз. Тихонько толкнула инкрустированную драгоценной мозаикой дверь. Вошла. Просторный кабинет был ярко освещён, но я не увидела любимого. Центр помещения занимал длинный стол для совещаний. И столешница, и стулья были заставлены высокими стопками растрепанных, толстых папок. На диване и креслах возле давно прогоревшего камина кипами навалены связки дел.

У окна помещался широкий письменный стол принца, на котором также высилась настоящая бумажная крепость.

— Дей’Улар, — послышалось из-за этих завалов, — принеси-ка мне дело номер 86987-б и ещё один кувшин с бодрящим отваром.

Тихонько, на цыпочках, я обошла стол и, наконец, увидела склонившегося над папками принца. С карандашом в растрепанных волосах, но все равно самый прекрасный на Андоре! На поставце возле его кресла, стоял опустевший кувшин.

Услышав тихие шаги, наследник обернулся и, изумленно моргая, уставился на меня.

— Это что, уже галлюцинация?

— Именно она, — сияя, сообщила я и бросилась ему на шею. — Вредно пить бодрящий отвар в таких количествах!

Прижалась к губам любимого жарким поцелуем, а он, казалось, всё ещё не мог оправиться от изумления.

— Амелита, неужели это ты? Но как? Почему ты не предупредила меня?

— Это же сюрприз!

— Замечательный сюрприз, Огонёчек! Но я бы встретил тебя. — Он озабоченно взглянул на меня. — Ты ведь не сбежала из дома, моя искорка? Если так, король Даррен мне этого не простит.

— Ничего он тебе не сделает! С некоторых пор я его любимая племянница. Мы ведь с тобой скоро поженимся, если ты не знал.

Ильхард расхохотался и еще крепче сжал меня в объятиях.

— Конечно, но, вообще-то, это я должен сделать тебе предложение, милая. — Голубые глаза принца задорно блеснули, а в словах слышался притворный упрек.

— Какие глупости! Меня отпустила мама, я даже дей’Форе с собой взяла. И я приехала не просто так, а помогать тебе разобраться со всем этим. — Выразительно махнула рукой в сторону бессчетных документов, ожидающих разбора.

— Думаю, нам с тобой жизни не хватит, чтобы всё это осилить. — В голосе Ильхарда прозвучали нехарактерные для него нотки отчаяния.

Я соскочила с колен любимого и прогулялась вокруг стола. Ильхард со своего места следил за мной, пытаясь понять, что я задумала. В голове у меня и в самом деле бродили интересные идеи. Когда они окончательно оформились, я направилась к выходу и выглянув в щелку, пригласила Марса войти.

Тот отвлекся от документов, которые просматривал на диванчике для посетителей, и последовал за мной.

— Ну что, друг мой. Как дела?

Ильхард тяжело вздохнул и поднялся, устало разминая плечи. Марс расчистил себе местечко на диване, попросту скинув папки на пол. Он уселся и похлопал ладонью по дивану рядом с собой, приглашая меня сесть, но я покачала головой. Усидеть все равно не получится, слишком уж я возбуждена.

— Теперь я понимаю, что вы имели в виду, когда говорили обо всех этих бумагах.

Ильхард уселся рядом с другом. Он хотел, чтобы я села к нему на колени. Но уклонившись от его объятий, я продолжила расхаживать вокруг стола. При этом не отрывала взгляда от пухлых папок.

— В Занргии мы давно избавились от всей этой волокиты и широко внедрили «систему».

— Да, в Сарросе, разумеется, слышали о ней, — откликнулся Марс. — Но для того чтобы сделать у себя что-то подобное, понадобятся годы и сотни, если не тысячи, специалистов.

— Вы ошибаетесь. Чтобы внедрить «систему» немедленно нужно не так уж много времени и итоги последних отчётов департаментов, в качестве входных данных. Я думаю, все это уже сейчас имеется в твоём распоряжении, Ильхард.

— Разумеется, — откликнулся принц. Любимый был рад ненадолго отвлечься и немного передохнуть от бумажной волокиты, однако я видела, что он пока не воспринял мою идею всерьез.

— Ваши проблемы заключаются в том, что вы берётесь сразу за всё и пытаетесь разобрать дела каждого министерства за несколько лет. Так действительно целой жизни не хватит. Но есть другой путь, поверьте. Мой кузен Роэнн — один из тех, кто разработал знаменитую «систему» и впервые применил её в академии «Синей Звезды». Позже она была распространена и на государственную машину. А теперь широко применяется повсюду в Зангрии. Я немного расспросила Роэнна о принципах внедрения.

Вот теперь меня слушали заинтересованно.

— Самое важное я уже озвучила. Вводим входные данные, чтобы в дальнейшем не было заторов с бумагами. Для этого, на первых порах, одного управляющего центра хватит. Имея все эти данные, «система» сформирует отчёты, сама найдёт нестыковки и выведет статистику. А затем, когда с текущими делами всё будет в порядке, следует постепенно разбирать данные за предыдущие годы и вносить их в реестры системы. Вы скажете, что это трудоемко? Согласна. В академии для этого подрядили нескольких студентов, которым нужна была подработка, и за несколько месяцев те ввели данные за пять лет. С государственными делами, конечно, задачи посложнее. В Зангрии существует специальный отдел статистики. Насколько я слышала, сейчас, спустя десять лет после внедрения «системы», они вносят отчёты за 5434 год. Это очень удобно: одним нажатием на инфо-экран выводятся данные статистики, допустим, по сельскому хозяйству за предыдущие тридцать или даже сто лет. Притом «система» всё время совершенствуется, и теперь она может строить прогнозы на основе самых разных данных. Например, прогноз погоды, исходя из наблюдений за последние триста лет.

— Идеально, — пробормотал Марс, восхищенно сверкая янтарными глазищами. — Это освободит опытных сотрудников, которых можно занять и более важными вещами, чем составление отчётов.

— Вот-вот. Об этом я и говорю, — поддакнула я.

Но вот Ильхард был настроен скептически, хотя и был впечатлен перспективами.

— Ты идеальный продавец Амелита, но, насколько я знаю, купить «систему» у Зангрии ещё никому не удалось. Это государственная тайна.

— Конечно, ведь это уникальное преимущество! Но я же недаром упомянула, что теперь являюсь любимой племянницей короля Даррена, — я хитро улыбнулась. — Эту штуку он дает в качестве приданого за некоей принцессой Амелитой. Вы, случайно, ее не знаете?

90 Моя «система»

Если бы я знала, что будет так непросто, я бы никогда… Шучу, конечно. Я снова бы в это ввязалась, даже сознавая, что иногда придется пробивать стены, сражаясь с вековой дремучей бюрократией. Организовывать всё — от помещения до отбора персонала, освободив друзей, по горло занятых текущими делами.

Понадобилась неделя для монтажа «системы», ещё столько же ушло на настройку. Попутно я вникала в тонкости организации учета, причем довела советника по финансам до нервного срыва. Он даже жаловался на меня королю, однако я была непреклонна, его департамент претерпел наибольшие изменения, а половина сотрудников, которые раньше занимались подсчетами колонок цифр, были переведены туда, где рук не хватало.

Когда все было готово, я и отобранные мною молодые сотрудники завели в «систему» исходные материалы: великое множество сведений о стране, её населении, климате, экономике. Вся эта информация хранится теперь в здоровенном искусственном кристалле-накопителе — сердце «системы». Затем были введены последние данные, полученные от всех министерств и департаментов. Таким образом, мы получили первую сводку, первый отчёт и первые данные о нестыковке в департаменте торговли.

Обнаружилось, что за партию бархата для нужд королевского двора, полученную из Атакана, было заплачено дважды. Убедившись, что сведения, введённые в систему, соответствуют отчету министерства, и ошибки нет, в казначейство и департамент торговли была направлена комиссия и расследовано крупное хищение. Виновники быстренько отправились в каменоломни на север страны, после чего подавать отчёты нам стали с большой опаской. Мухлевать было бесполезно, ведь, стыкуя данные, система выявляла, куда направлены те или иные суммы и как они израсходованы.

«Ничего, голубчики, скоро каждый департамент будет напрямую подключен к „системе“, и все ваши схемы и схемочки будут как на ладони».

Разместили мое детище в отдельном огромном зале на третьем этаже здания Государственного департамента. Это была длинная, во всю стену, панель с кнопками и плоскими большими инфо-экранами, перед которыми день и ночь вводились данные из многочисленных отчётов. Прошел всего месяц, а в моем отделе уже трудилось тридцать сотрудников. Они в три смены скрупулёзно переносили колонки цифр из бумажных отчетов, а железное брюхо машины поглощало эти данные, собирая в драгоценный кристалл.

Убедившись в эффективности данного метода, принц и его помощники быстро освоились с громоздкой машиной и теперь беспрекословно доверяют ей, а мне остается лишь знакомиться со статистическими сводками и вести переговоры с зангрийскими артефакторами по поводу совершенствования и расширения «системы».

А дела в королевстве тем временем двигаются своим чередом. Уже стал обыденностью ежедневный отчёт департамента дознания о расследовании государственной измены. Нилс Лерой, назначенный главным дознавателем, круто повёл дело. Узнав о «системе», он первый из глав ведомств загорелся идеей подключить к ней базу по всем преступникам. В Зангрию тут же полетел заказ на соответствующее расширение, и вскоре несколько сотрудников департамента дознания уже без устали набивали сведения об известных преступниках с полными досье и даже с маг-изображениями.

Ильхард счастлив оттого, что перестал, наконец, тонуть в бумагах и избавлен от необходимости проводить сверку отчетов. Однако мой любимый принц всё равно дни напролёт в разъездах, лично инспектируя объекты по всей стране.

Однажды он вернулся мрачнее тучи. Войдя в мой кабинет — смежный с помещением, где установлена машина — он устало повалился в кресло. На вопросы вначале отвечал уклончиво, а затем признался, что был у сына в замке Ронан.

— Ансар во всём сознался, Огонёк. Не сам, конечно, ментальные маги вынудили.

— Он хотел твоей смерти. Знаю, это тяжело принять.

— Не в этом дело. То, что между нами не было той привязанности, которую должны испытывать отец и сын, я всегда знал и винил в этом только себя. Я был излишне строг и придирчив. Мой собственный отец воспитывал меня еще более жестко. Однако ненависть, которую мальчик ко мне испытывает, абсолютно противоестественна. Но это бы ещё полбеды, переживу. Хуже всего то, что он точно так же хотел избавиться от короля. У них был план. Даже проекты приказов и печатей были готовы. Ансар Первый, мать его…

Ильхард схватился за голову, не в силах смириться с этой мыслью.

Я бросилась к любимому и обняла, как всегда, беззастенчиво наслаждаясь его силой и крепостью плеч.

— Всё это плоды безумной крови короля Джита. Наших детей ты будешь любить, я в этом нисколько не сомневаюсь.

Ильхард поднял голову и страстно прильнул к моим губам. Его пальцы зарылись в мои волосы, углубляя поцелуй. Шпильки посыпались на ковер.

— Да, хочу пару озорных мальчишек с огненными волосами и веснушками, а еще девочку с огромными зелёными глазками.

— Нет-нет, никаких веснушек! — смеясь, запротестовала я, в душе надеясь, что наши сыновья будут точными копиями их красавца-папы.

Кстати, о веснушках, моя матушка, как я и ожидала, не смирилась с этими отметинами, и потому то и дело наезжала в Саррос, пробуя на мне различные патентованные средства. С тех пор как усиленная формула крема «Принцессы» всё-таки не подействовала, мама к кому только не обращалась. Даже у своей бабушки Мариэль, с которой у них не очень хорошие отношения, спрашивала совета, но все напрасно. Россыпь ярких пятнышек по-прежнему цвела на моём носу.

По настоянию мамы, мне пришлось наведаться к ведьме Хелене. Ведунья получила новый симпатичный домик, взамен сгоревшего на пожаре. Она долго изучала моё лицо, признавшись, что эти поцелуи солнышка ей нравятся. А затем заставила меня рассказать, при каких обстоятельствах они появились. Я без утайки поведала о том, что делала в тот несчастный день.

— Постой, ты обратилась к богине Тее с таким легкомысленным обетом? — изумилась ведунья, сдвинув брови. — Ну, так не трать время и средства, чтобы свести веснушки. Они не пропадут никогда. Богиня наказывает за такое.

Никогда — это такой долгий срок!

Мама, конечно, расстроилась, но вскоре утешилась и занялась подготовкой к свадьбе. А я давно смирилась, тем более что мне некогда было лишний раз даже в зеркало посмотреться. Да и окружающие, кажется, вообще не замечали этих отметин. В глазах половины служащих департамента (из тех, что помоложе ста лет) я была едва ли не богиней красоты, сошедшей с небес, чтобы вызволить их из бумажного плена. Они только что не молились на меня. А те, кто постарше, в большинстве своем, ворчали на перемены, но охотно подчинялись нововведениям из страха, что им укажут на дверь.

Король очень сдержанно принял известие о нашей с его сыном помолвке. Однако теперь называл меня дочкой. Его фаворитка не появлялась во дворце — сидела под домашним арестом из-за связей с одним из заговорщиков. Ильхард уверен, что скоро сестрица Марса заселится в замок Ронан.

Расследование все ещё длилось, раскрывая все новые чудовищные подробности подготовки государственного переворота. Кстати, сведения о заговоре также были занесены в «систему». Теперь, встречая в отчёте имя очередного высокопоставленного фигуранта, машина выдавала пометку, что все сведения, предоставленные этим лицом, должны быть перепроверены, и сразу же печатала приказ на проверку с указанием, что конкретно нужно искать.

Сложнее было с королевой. Софина-Улия никак не могла смириться с тем, что её любимый внук оказался предателем. Я вполне её понимала: в таком возрасте пережить подобное горе трудно. К слову, бабушку Ансар убивать не планировал, надо отдать ему должное. Что касается наших отношений, королева отказывалась принимать меня, и даже не вышла к моей маме. Однако я не унывала — рано или поздно Софине-Улии придется смириться с нашим браком.

А между тем Ильхард настоял на том, чтобы наша свадьба состоялась как можно скорее.

91 Исполнение запретного желания

Торжество было назначено на первый день последнего месяца осени.

Задолго до этого дня начали прибывать свадебные подарки. Разумеется, среди них были драгоценности и произведения искусства. Но одним из самых ценных даров стал небольшой кристалл, сверкающий всеми красками радуги. Постолит. Лорд Нико арк’Одден и леди Дана прислали мне его с добрыми пожеланиями.

Мне было и смешно, и грустно, ведь еще совсем недавно я готова была бросаться во все авантюры, ради обладания нужными для зелья Великой Черной силы ингредиентами. И все так переменилось. За прошедшее время я только утвердилась во мнении, что ничего подобного мне не нужно.

Но в один ненастный осенний день ко мне в кабинет ввалились Алес и Марс. Эти двое, как я и предполагала, крепко сдружились в экспедиции, а затем продолжили общение, настраивая систему.

Брат небрежным движением смахнул бумаги с моего стола. Из подпространства появились спиртовка и котелок. Марс разложил передо мной ингредиенты.

— Что происходит? Алес, объяснись, пожалуйста! Марс, что это за гадость?

Мне оставалось лишь хлопать глазами, рассматривая сморщенную высушенную обманку, знакомую склянку с водой, а также странную костяную штуку, на которой виднелись разводы тёмно-зелёной жидкости. Я вдруг поняла, что это такое.

— А рог виверны-то откуда?

— Выдались свободные выходные, решили смотаться в Салас на охоту, — небрежно заявил брат.

— Ого! — только и могла вымолвить я.

— Ты, конечно, была права, сестрёнка. Зелье тебе действительно без надобности. Однако, думаю, богиня Тея не откажется от такого драгоценного дара в день твоей свадьбы.

Я словно прозрела.

— Тебе мама рассказала о гневе богини?

Брат весело подмигнул.

А что? Это прекрасная идея. Ведь всё началось с глупой детской затеи с зельем. Не будь её, я бы не полезла в Косую башню. Не навлекла бы на себя королевский гнев, не получила бы такого прекрасного друга, как Марс. И не обрела бы любимого, а мучилась бы с негодяем Ансаром, если только принц не планировал избавиться ещё и от меня.

Напоследок полюбовавшись, я прибавила к ингредиентам драгоценный постолит. Его было особенно жаль. Красивый.

— Ну что смотришь? Вари! — поторопил Марс. — Только одну мы тебя не оставим, иначе взорвёшь тут что-нибудь или опять сваришь стекло.

Я фыркнула презрительно, но согласилась.

Постолит действительно тверже алмаза, так что был отправлен в котелок целиком. Обманку нарезали на полоски. Друзья помогли мне истолочь в ступке рог. За всем этим последовала живая вода — обычная на вид жидкость, однако зелье задымилось, как только ингредиенты смешались между собой. Нам пришлось даже окно открыть.

Когда вода чуть закипела, я влила весь небольшой запас некромагии, что достался мне от отца. Ровно столько, сколько нужно — опытные маги чутко руководили всей операцией.

— Чувство не забудь, сестренка.

«Да, это ведь главное в рецепте!»

Перед глазами запрыгали воспоминания о событиях последних двух месяцев. Чувство — кажется, это самое сложное. Раньше я думала, что достаточно просто страстного желания стать сильным магом, но сейчас с кристальной ясностью поняла, что это совсем не то.

Благодаря своему запретному желанию я обрела уважение к себе, замечательных друзей и любовь лучшего мужчины на Андоре. Это и есть счастье. А нужное чувство — это благодарность судьбе за эти замечательные подарки.

Зелье забурлило, странный серо-буро-малиновый цвет ушёл, теперь содержимое котелка выглядело, словно кипящая смола.

— Получилось! — объявил Марс, всмотревшись в подозрительное варево.

Стоит ли говорить, что пить это зелье я не испытывала никакого желания. Перелив получившуюся жижу в хрустальный фиал, я плотно закупорила крышечку и убрала к себе в подпространство.

* * *

Первый день последнего месяца осени выдался морозным и ясным, словно бледное воспоминание о солнечных летних днях. Однако заклинания комфорта не давали замерзнуть. В чудесном, украшенном жемчугом, платье из белоснежного эльфийского шёлка, с драгоценной маминой диадемой на уложенных в высокую причёску волосах, я сама себе страшно нравилась. Без преувеличения могу сказать, что нравилась и всем собравшимся возле Главного храма Теи в Гелмаре. Нам с Ильхардом полагалось поклясться в вечной любви перед алтарем Светлой богини, а позже ждала церемония бракосочетания в Главном храме верховного бога.

Папа повёл меня по ковровой дорожке к широким дверям храма, над куполом которого кружили мои голуби. Каринские королевские голуби, словно легкое голубое облачко, радостно взметнулись под облака, приветствуя меня. Мы миновали украшенную белоснежными цветами арку и вступили в таинственный сумрак храма. Впереди, словно облитая лунным светом, сияла статуя благословенной богини.

Отец поцеловал меня в лоб и остался у входа, присоединившись к растроганной маме и родным, в нарядной толпе которых выделялась мощная фигура короля Даррена. Брат, счастливо улыбаясь, помахал мне из-за плеча дяди. Я посмотрела вправо: Россхельм привычно хмурился, а чуть в стороне от него маячила недовольная Софина-Улия. Все-таки пришла. Я обменялась улыбкой с ухмыляющимся Марсом и радостной дей’Форе.

На подгибающихся от волнения ногах направилась к алтарю.

Миновала бассейн, наполненный отражающей мерцающие блики водой, в которой играли пёстрые рыбки. Приблизилась к чудесному изваянию богини и склонила голову перед ее величием. Справа у подножия статуи располагался алтарь с медной чашей, уже наполненной магическими травами и цветами. Фиал с зельем Великой Чёрной силы я поместила в центр и прошептала ритуальные слова.

— Благословенная светлая Дева, пошли мне счастливый и долголетний брак, как я посылаю тебе эти дары.

Отошла от чаши, вглядевшись в склоненное лицо Тем. Светлая дева прижимала руки к груди, словно оберегая сердце.

Мое собственное сердце билось учащенно и взволнованно. Прекрасное лицо божества казалось добрым, но чуть-чуть насмешливым.

Ощутив резкий аромат благовоний, я оглянулась на чашу. Ровное алое пламя жадно пожирало травы, вдруг взметнулось почти до потолка, а затем погасло. Вместе с очищающим огнем исчезло все содержимое чаши.

Из-за статуи появилась высокая, стройная жрица.

— Богиня приняла твой дар, прекрасное дитя. Ожидай своего суженого.

Поклонившись мне, служительница исчезла в проходе справа.

— Огонёк?

Я резко обернулась, услышав низкий, тревожащий до мурашек, любимый голос.

Ильхард в тёмно-голубом камзоле — темнее цвета глаз, отчего его очи касались ещё более яркими и невероятными — был возмутительно красив. Грива светло-пепельные волос волнами падала на широкие плечи. Он смотрел на меня страстно и восхищённо, что в храме Девственной Чистоты было почти греховным. Но, думаю, великодушная Тея простила нас обоих, ведь мы не виделись целых три дня перед свадьбой — таков обычай.

Принц приблизился, он смотрел и словно не мог наглядеться.

— Девочка моя, как ты прекрасна! Но с веснушками ты всё-таки мне нравилась больше.

Я невольно вскинула руку, ощупывая, на месте ли нос.

— А что с ними не так? Все конопушки были в наличии, когда я смотрелась в зеркало перед выходом.

Небесные глаза любимого преисполнились недоумения.

— Их нет. Куда ты их дела, Огонек?

Меня поцеловали в нос.

— Как нет? — оторопело повторила я, еще не в силах поверить в чудо. — Неужели?..

Наверное, я очень удивила своего будущего супруга, когда, оставив его, повернулась к изваянию девы и сложила руки в благодарственной молитве.

Улыбка на лице богини стала лукавой, могу поклясться.

Когда же Ильхард протянул мне руку, и наши пальцы переплелись, откуда-то сверху мне на нос упал светло-розовый лепесток. Верный знак того, что наш союз будет благословлён свыше.

Конец

Оглавление

1 Вредная запретная книга

2 Козни фаворитки

3 Воспитатель для строптивой принцессы

4 Все говорят, что это безрассудство

5 Поручение наследника

6 Крыло летучей мыши, кристалл…

7 Опасно прерывать эксперимент!

8 Возмутительные условия

9 Побег

10 Жених пожаловал!

11 Ритуал поиска

12 Беглянка

13 Месть принцессы

14 Домашние любимцы принцессы

15 Утренняя пробежка с Марсом

16 Травница

17 Торжественный прием у королевы

18 Неожиданное появление

19 Допрос с пристрастием

20 Записка от эльфийской ведуньи

21 Неожиданный эффект

22 Нечто ужасное

23 Хмурое утро подгулявшей принцессы

24 Рыжая бестия

25 Подслушанный разговор

26 Источник Разбитого сердца

27 Странное поведение будущего свекра

28 Марс и неслучившаяся любовь

29 Мазурка от старшего поколения

30 Вперед за книгой древней ведьмы

31 В гости к некроманту

32 Рецепт Великой Черной силы

33 Диковинки древней колдуньи

34 Королевская библиотека

35 Таинственное предупреждение

36 Записки бежавшего из Ничьих земель

37 Ночь, звезды и…

38 Гром

39 Вдвоем под мантией некроманта

40 Полуночница

41 Пробуждение

42 Очень важное совещание

43 Неприятные обязанности принцессы

44 Приказ короля

45 Дневник каторжника

46 Загадочный подарок

47 Побег из змеиного гнезда

48 Проклятье высшего уровня

49 Секретное расследование

50 Заботливый старший брат

51 Прекрасный старший брат

52 Час от часу не легче!

53 Тревога и надежда

54 Бал по случаю дня рождения принца

55 Неприятности начались

56 Интриги Дагмары

57 Первый танец

58 Скандал

59 Мазурка

60 Подарок для жениха

61 Наказание

62 Домой!

63 Гнездышко Черного дракона

64 Угрозы короля

65 Семейный вечер

66 Тот самый день

67 В дорогу

68 Прелести туземной жизни

69 Поцелуй солнца

70 Не ждали? А я пришел!

71 Мать Тьма

72 Разборки в ночи

73 Вперед, в Ничьи земли!

74 Странный лес

75 Лесные приключения

76 Портал наудачу

77 Поиски

78 Хищник стал жертвой

79 Отрезвление

80 Гарпии

81 Помощь леса

82 Исход из Ничьих земель

83 Выходим из тупика

84 Возвращение домой

85 Сюрприз

86 Предложение принца

87 Итоги заговора

88 Трудное решение

89 Предложение руки по-принцесски

90 Моя «система»

91 Исполнение запретного желания