Библиотека :)

Милан. Том 4 915K - Arladaar (скачать epub) (скачать mobi) (скачать fb2)

Милан. Том 4

Глава 1 Дядя Максим и Левковцев

На церемонии награждения парней участвовали те же самые лица, что и проводили эту процедуру у девушек: спортивный директор Федерации фигурного катания Германии Удо Дёнсдорф, мэр Оберстдорфа Клаус Кинг и вице-президент Международного союза конькобежцев Александр Рафаилович Лакерник. Процедура проходила абсолютно так же, как у девчонок, один в один. Смотреть её было уже неинтересно, и Смелая предложила Людмиле идти на выход.

— А то народу на автобус потом будет много! — заявила Сашка.

Людмила согласилась с таким здравым рассуждением, и подружки покинули гостевую часть трибуны. Однако зоркий Бронгауз, стоявший у калитки, увидел, что фигуристки куда-то намылились, и перехватил их у выхода с ледовой арены.

— Аря, Саша! Можно вас на пару слов? — окликнула Брон.

Фигуристки подошли к тренеру, недоумённо посмотрев на него. Вот чё надо?

— Завтра после проката танцевальных дуэтов, в 17:40, состоится общее собрание по показательным выступлениям, вам нужно присутствовать там.

— Ясно, — осторожно сказала Люда. — Это всё?

— Не всё, — покачал головой Брон. — Завтра Саша и Дима будут катать произвольную программу, я попрошу вас прийти и поболеть за ребят. Всё-таки наши одногруппники. У них последний стартовый номер. Время старта — 13:20.

Люда хотела было недовольно возразить, что получится слишком большое время между выступлением российских парников и назначенным собранием, целых 4 часа! Которые, между прочим, придётся опять где-то шататься. Однако Смелая слегка толкнула её в спину, показывая, что нефиг больше ничего говорить и выводить тренера на конфликт.

— Мы поняли! Придём! — коротко ответила Смелой и кивнула Люде: — Пошли давай.

Пока ехали в гостиницу, предавались размышлениям об эпичном провале парней. Уже медали наполовину в руках были, только откатай произвольную хоть относительно чисто, и так слить…

— Много оправданий можно придумать, — Сашка смотрела в окно и говорила почти по-взрослому, крайне нехарактерно для себя. — И программы у них сложные, с множеством ульра-си, на которых велик риск налажать, и то, что это только первый старт в сезоне и они ещё толком не распрыгались, но… Всё это будут объяснения на тоненького, как говорится. Счёт на табло, и никуда от него не деться. Наши не смогли, а Грассль и Малинин смогли. Японец в произвольной тоже после после падения собрался потом и откатал чисто. Сейчас… Самое главное, чтобы Сашка с Димоном не наваляли завтра, а то… У них тоже иногда бывает.

…23 сентября, в последний день официальных соревнований, погода опять переменилась, выправилась, ветер стих, но уже стало заметно холоднее, как это часто бывает осенью. Стояла солнечная, но холодная золотая осень. Прошедший ураган порядочно смахнул жёлтых и красных листьев с деревьев. Сейчас они лежали везде, где можно, и дворники предпринимали много усилий, чтобы убрать их. Свежий воздух прозрачен, как хрусталь. Даже обычного в горах тумана не было.

Утро Люда со Смелой провели как обычно: подъём, зарядка, душ, завтрак, снова зарядка, уже более усиленная, на тренажёрах в спортивном зале гостиницы. Пока крутили педали на велотренажёрах, стали подходить другие спортсмены. Почти одновременно, о чём-то разговаривая и смеясь, вошли Даниэль Грассль и Илья Малинин. Похоже, парни тоже решили позаниматься. Увидев подружек, улыбнулись и подошли к ним.

— Привет, как дела? — по-русски, но с лёгким английским акцентом, спросил Илья Малинин.

— Привет, хорошо, спасибо! — ответила Смелая.

— Привет, — по-английски поздоровался Даниэль Грассль. — Пользуясь случаем, хочу поздравить вас с медалями этого замечательного турнира.

— Я тоже хочу тебя поздравить с медалью, и она тоже поздравляет, — смущённо показала на Люду Смелая, помнившая, что Сотка внезапно разучилась разговаривать по-английски. — Вы позаниматься пришли?

Люда мило улыбнулась и помахала рукой сначала Грасслю, а потом Малинину.

— Да, — согласился Даниэль. — Потом поедем на ледовую арену, поболеть за всех.

— Надеюсь увидеть вас на показательных выступлениях, — нарушил молчание Малинин, улыбнулся и отошёл на свободный тренажёр. Грассль направился за ним.

— А где наши чуваки? — спросила Люда у Сашки.

— Не знаю, может быть, попозже придут. А может и не придут, рефлексировать будут, — пожала плечами Смелая. — Пофиг.

Когда закончили заниматься на тренажёре, и собрались уже уходить в номер, чтобы готовиться ехать на ледовую арену, раздался видеозвонок. Люда достала телефон, посмотрела на экран и увидела надпись «Дядя Максим» и… фотографию Макса. Стольникова! Блин, это точно был он, кто же ещё??? Конечно, постаревший, точнее, возмужавший. Стариком Максима назвать нельзя было ни при каких условиях. Какого он года? Кажется, так же, как и она, семьдесят первого, ему сейчас должен быть 51 год.

На аватарке Макс был с модно стриженными волосами, в которых уже начала пробиваться седина, с небольшой бородкой и усами, в синей майке с какой-то надписью по-английски.

Люда почувствовала, как предательски забилось сердце. Блин… А как ещё может быть, когда вам звонят ваш бывший друг и, можно сказать, без пяти минут ухажёр? Который, к слову, очень нравился вам? Только сейчас этот ухажёр был в роли её дяди, и между ними была стена, которая не поддалась бы абсолютно никакому тарану в мире. Все армии мира не смогли бы пробить преграду между племянницей и дядей и возрастом 16 лет и 51 год. Это были как разные вселенные, существующие параллельно и которым никогда не суждено пересечься… Но если им не суждено пересечься, по крайней мере, можно увидеться. Хотя бы в видеокамеру телефона. Люда нажала на зелёную кнопку приёма.

— Племяшка, привет! — В экране появился Максим, улыбнулся и помахал рукой. — У нас сейчас в Америке ночь, но я специально не спал, чтобы позвонить в удобное тебе время и поздравить с бронзовой медалью. Ты супер! Мы всей семьёй смотрели, болели, переживали и восхищались тобой!

— Спасибо… — сглотнула Люда, не зная, что говорить дальше. На неё напала вселенская печаль, из глаз полились слёзы. Она во все глаза смотрела на Макса. Он был как маяк, как сильно побитый непогодой старый утёс в бурном жизненном море, но который при этом указывает путь домой и к воспоминаниям, связанным с ним.

Максим на видео был ещё лучше, чем на аватарке. Коротко и модно стриженные волосы с проседью, небольшая бородка, явно подстриженная в барбершопе, ухоженное лицо, по которому сразу можно определить, что человек всю жизнь не пил, не курил и регулярно ходит в фитнес-зал. По его виду невозможно было определить возраст. Так можно выглядеть и в 30 лет, и в 50 лет, если, конечно, присутствует лёгкая ненапряжная работа, хорошее питание и здоровый образ жизни. Лишь только по лучикам, отходящим от умных глаз, можно было определить, что повидал Максим немало лет.

Макс сидел на тускло, но красиво освещённой веранде большого современного дома, похоже, стоявшего на холме, откуда было видно другие красивые дома с разноцветным наружным освещением, стоявшие чуть пониже, и морской залив далеко внизу, на котором было видно освещённый пирс с рядами катеров и яхт. Шикарная обстановочка у дяди!

— Привет, Макс! — всхлипывая и почти не контролируя себя, поздоровалась Люда. — Спасибо за поздравления. Я очень рада. Очень скучала по тебе.

— Племяшка, ну что ты плачешь? — ласково спросил Макс. — Тебе радоваться, наоборот, надо, что ты так прекрасно выступила. Наша семья, и Саша, и Вика, и Серёга, очень рада за тебя. Сейчас они, конечно, спят, но в ближайшее время обязательно позвонят и поздравят лично. А ещё я доволен, что ты наконец-то начала меня звать просто Максимом, как я тебе всегда говорил. А то «дядя Максим» ощущается как-то неловко, сразу ощущаешь, что скоро пора на погост.

Макс засмеялся, и смех его был такой радостный и притягательный, что Люда перестала лить слёзы и тоже улыбнулась. Она вдруг поняла, что разговаривать со своим дядей и называть его на «ты», да ещё просто по имени, пожалуй что, совсем не с руки, исходя из любого этикета.

— Ну вот видишь, всё понемногу налаживается, — смеясь, сказал Макс. — Я, кстати, чего звоню, ты вроде бы говорила, что летом, в октябре, приедешь на соревнования в США, в Бостон?

— Да, наверное, — улыбаясь, ответила Люда. — Извини, у меня всё в голове помутилось после той аварии.

— В любом случае, мы всей семьёй поедем на это соревнование, — заявил Макс. — И там ты уже от нас никуда не денешься. У нас есть в Бостоне свой дом, и мы пригласим тебя в гости. А пока до встречи, родителям привет. Пусть тоже собираются с тобой, время будет, посидим и вспомним старое. Саша тоже очень хочет их увидеть.

— С кем это ты там разговариваешь? — неожиданно рядом с Максом появилась симпатичная блондинка в домашнем халате и с причудливым пучком волос на голове. На переносице модные очки странного розового цвета. Блондинка заглянула Максу через плечо, увидела Людмилу и помахала ей рукой.

— Кого я вижу! — рассмеялась она. — Дорогая наша племянница, мировая звезда! Привет-привет! А я думаю, куда это отлучился Макс, и вот ведь нехороший какой, меня даже не позвал! Я тоже хочу поздравить тебя!

При виде блондинки Люда вообще едва не потеряла сознание. Мама дорогая! Как такое может быть? Блондинкой была её подружка и одноклассница Сашка. Вот это действительно удивительная новость! Макс женился на Сашке! Как они вообще сумели подружиться и завязать отношения? Вроде бы, в их компании, общались просто по дружески…

Перед Людой возник такой хитрый клубок человеческих судеб, отношений, любви, дружбы, причудливыми нитями тянувшийся из прошлого в будущее, что она опять чуть не расплакалась. Похоже, Арина, попав в её тело, не стала дружить с Максом, а каким-то образом сошлась с этим Серёгой Николаевым, со своим нынешним мужем. А Макс замутил с Сашкой и впоследствии женился на ней. И теперь… Он живёт в Америке, что ли? Ночь сейчас только там. Это было невероятно. Жизнь Люды только начала более-менее устаканиваться, как вдруг вновь открывшиеся обстоятельства опять взбудоражили её разум. Теперь вот думай, гадай, что и как.

— Спасибо за поздравления! — смущённо сказала Люда. — Да, я приеду в Америку и увижусь со всеми вами. Это совершенно точно.

— Ну вот и хорошо, — сказал Макс и помахал ей рукой. — А сейчас до свидания и до встречи. Всего хорошего!

— До встречи! — улыбнулась и помахала рукой Сашка.

Макс отключил телефон первый, а Люда ещё, наверное, минуту стояла и тупо смотрела в стену спортивного зала. Она могла поспорить на что угодно и с кем угодно, но в её телефоне никакого номера дяди Максима не было и в помине. Да, в телефонной книге было забито множество номеров самых разнообразных людей: имена, фамилии или просто названия, типа «Автосервис», «Салон красоты» и так далее… Но «дядя Максим» точно там отсутствовал. Как он мог появиться?

— Что, дядя звонил? — участливо спросила Сашка, увидев, что Люда находятся в полной прострации и от её глаз тянутся дорожки высыхающих слёз.

— Дядя, — кивнула головой Люда. — И тётя. Представляешь, мне кажется, что я их хорошо знаю.

Больше она не нашлась что сказать, хотя фраза, высказанная ей, смотрелась, конечно же, по-идиотски.

— Естественно, ты хорошо их знаешь, их многие знают, — рассмеялась смелая. — Твой дядя в микро-мягких один из главных специалистов.

— Кто это: мелкомягкие? — с недоумением спросила Людмила.

— Ты что, совсем дурой стала? — Смелая попыталась схватить Люду за бок, но она ловко увернулась от неё. — Фирму Microsoft, которая Винду делает. А твой дядя Stolnikoff — важный специалист в ней, один из главных.

— Но мне кажется, я не видела его номер в телефонной книге, — смущенно сказала Люда. — Да и вообще не помню… Никакого упоминания о нём.

— Это опять у тебя фляга свистит, — заверила Смелая. — Ты сама мне говорила, какой у него классный дом на берегу какого-то там залива, офигенная вилла с офигенным садом, есть большая яхта с четырьмя моторами. Сотка, ты иногда так удивляешь, что хоть стой, хоть падай. И всё это ты мне показывала в телефоне! Хватит ерундой страдать, пошли на каток, там сейчас Сашка с Димкой должны шыдевру выдавать.

— У меня уже никакого интереса нет туда ехать, — призналась Люда, но всё-таки пошла вслед за разглагольствующей Смелой.

— А ну-ка, Сотка, перестань рефлексировать! — Смелая даже остановилась и с удивлением посмотрела на подружку. — Хочу, не хочу — дело десятое. Возьми себя в руки! Ты же олимпийская чемпионка, гордость страны! Люди ждут тебя на трибунах! Ты понимаешь? Это Самсон может забить и не пойти болеть за своих! А тебе надо быть там! Это ребятам может придать дополнительных сил. Так что пошли, сейчас намалюем на роже триколоры и пойдём орать, топать ногами, трясти руками и вообще творить полный беспредел! Зря мы, что ли, сюда притащились???

Люда согласно кивнула головой, как будто показывая, что притащились они сюда не зря, и неожиданно успокоилась. Горевать не о чем. Живешь здесь и сейчас, значит, нужно достойно жить здесь и сейчас. Жить так, как говорил Николай Островский, чтобы не было стыдно за бесцельно прожитые годы…

…Соревнования уже, естественно, шли, когда подружки добрались до катка. Судя по надписям на табло, каталась канадская пара Диана Стеллато — Максим Дешам. Канадцы, представители фигурнокатательной страны, единственные представители североамериканцев-парников на европейском турнире, после короткой программы занимали второе место, вслед за россиянами Александрой Бирюковой — Дмитрием Кедровским. Даже почти неизвестная широкой публике канадская пара, бывшая чуть ли не третьим номером канадской сборной, легко подвинула все европейские пары.

Однако канадцы явно уступали мастерством и классом российской паре, которая была вторым номером российской сборной и считалась фаворитом не на словах, а на деле. Несмотря на это, канадцы катались хорошо. Делали элементы по-среднему, где-то с ошибочками, где-то чисто, но без грубых ошибок, и в целом прокат был, что называется, рабочий.

— Может, здесь постоим? — предложила Смелая, когда подружки вышли из служебного коридора на арену.

— Мне кажется, это плохая идея, — возразила Людмила. — Смотри сама, блин, сколько тут народу. Будем тут стоять и толкаться?

Народу у калитки действительно было много: толпились уже выступившие недавно фигуристы с тренерами, ожидавшие результатов соревнований и не хотевшие пока идти в раздевалки, стояли врачи команд, журналисты, блогеры, волонтёры. Столпотворение было ещё то. И тут же, буквально вслед за подружками вышел Бронгауз с Аделией Георгиевной и Саша с Диманом.

— Прячемся! — шепнула Смелая и потащила Люду за спины. Встречаться лишний раз с Броном ей почему-то не хотелось. Откровенно говоря, Людмиле тоже.

— Пошли на трибуны, короче, — предложила Людмила и бочком начала пробираться обратно к служебному коридору.

Но путь неожиданно преградил высокий седоволосый мужчина в костюме, стоявший спиной к ней у самого бортика и внимательно наблюдавший за прокатом канадской пары. Почувствовав, что сзади кто-то идёт, он на миг оглянулся, увидел Люду и Смелую, слегка приветственно кивнул им головой, слегка отступил в сторону, вежливо дав дорогу, и обратно уставился на спортсменов, как раз заходивших на парное вращение.

Всё бы хорошо, и путь был свободен, только Люда не могла пошевелить даже пальцем. Она стояла так, как будто увидела привидение. Лучше бы перед ней стояли 10 Бронов и 20 Аделий Георгиевных, злых как черти! Этот молодцеватый подтянутый мужик был её первый тренер Владислав Сергеевич Левковцев. Именно тот, который тренировал её в ДЮСШОР номер один города Екатинска в далёкие 1980-е годы, и который, как говорила настоящая Стольникова, сейчас жил и работал в США. Именно он сейчас наблюдал за прокатом канадской пары. Похоже, это были его ученики…

Глава 2 Вроде бы и хорошо, но…

С 1986 года до 2022 прошло 36 лет. Бездна времени. По сути дела, два поколения. Левковцеву в 1986 году было 30 лет. Значит, сейчас ему 66. Много это или мало? Во времена Людмилы 66 лет — это уже считалась глубокая старость. Многие ветераны войны и те моложе были. В этом возрасте только сидеть с внуками, ездить на дачу в 6 соток, садить картошку и копать грядки, возиться с «Жигулями» в гараже, ходить в стареньком пиджаке, спортивных штанах, коричневых сандалиях с носками, и в белой матерчатой кепке.

Левковцев был не таким. И 66 лет дать ему было совершенно невозможно. Похоже, он не только занимался тренировками на льду, но и регулярно ходил в фитнес-зал. А о возрасте говорили только очень короткие седые волосы, которые на нём смотрелись совсем не признаком старости, а неким признаком возрастной элитарности.

— Чё встала как истукан? — недовольно спросила Смелая и подтолкнула Людмилу к выходу.

— Хватит меня бить! Щас как стукну! — недовольно огрызнулась Люда, повернувшись к Сашке.

К сожалению, её голос через музыку услышал Брон, посмотрел поверх голов стоящих людей и укоризненно покачал головой, как бы призывая воспитанниц не пакостить и не позориться, но ничего не сказал и даже не подозвал к себе. Левковцев ещё раз оглянулся и посмотрел на подружек, слегка улыбнулся и снова сосредоточился на прокате своих учеников. Они уже заканчивали программу и делали последний элемент: тодес вперёд-внутрь.

Пока Люда и Смелая пробирались на трибуну, канадцы закончили прокат, встав в очень эффектной позе коленями на лёд и обхватив друг друга руками, а свободные руки подняв вверх, как будто показывая тягу к свободе. Зрители разразились аплодисментами. Похоже, канадцы впечатлили их. Конечно, для российской пары они навряд ли представляли угрозу, но кто знает, как говорится, лёд скользкий, и программу ещё надо откатать.

Приветствуя зрителей поднятыми руками, канадцы обняли друг друга и покатили по направлению к кисс-энд-краю, куда подошёл Левковцев. Он пожал руку парню, похлопал его по плечу, точно так же политкорректно поприветствовал девушку, подал им красные тренировочные костюмы, с белым кленовым листом на спине и надписью CANADA под ним. Подал чехлы, одновременно что-то рассказывая и показывая на льду. Люда во все глаза смотрела на своего бывшего тренера и поражалась, каким же офигенным профессионалом он стал.

Если бы она с близкого расстояния не увидела, что это именно Владислав Сергеевич, ей бы в голову не могла прийти мысль, что это именно её первый тренер, который в далёком холодном провинциальном уральском Екатинске в 1986 году учил её азам фигурного катания. Как он сумел выбраться из провинциального города? Неужели Стольникова в её теле своим талантом вывела его в звёзды мирового тренерства? Вполне возможно, что так оно и было. И даже вполне можно было объяснить, почему он сейчас не тренирует в России. Эти самые пресловутые девяностые годы, про которые мама, Анна Александровна, не хотела ничего говорить, лишь только то, что тогда стреляли из автоматов. Наверное, фигурное катание оказалось в эти годы не только в Екатинске, но и в целом в России, отодвинуто на самое последнее место в сфере государственных интересов…

Малинина тоже уехала за границу и, судя по всему, неплохо себя там чувствует. Накануне Арина смотрела в интернете статью про Малининых. После развала СССР Таня не стала конкурировать с Хмельницкой и Соколовской, выступала за Узбекистан и добилась там очень больших успехов, стала большой мировой звездой фигурного катания, очень сильно досаждавшей нашим фигуристкам. А потом в конце 1990-х переехала в Америку, вышла замуж и стала заниматься тренерством. Похоже, распад СССР очень сильно сказался на людях, которых она хорошо знала…

Впрочем, всё это была лирика. А сейчас нужно было болеть за Сашку и Дмитрия. А они как раз вышли на разминку, когда канадская пара покинула его. Взявшись за руки, российские ребята простыми елочками проехали кругом вдоль бортов под аплодисменты зрителей, потом развернулись у левого короткого борта задними перебежками и покатили к правому короткому борту, у которого сделали выброс тройной лутц. К сожалению, ребята выброс запороли, и Саша свалилась на задницу под возглас ахнувшего зала.

Аделия Георгиевна что-то крикнула им от калитки, но что именно, было не слышно. Саша как мячик вскочила со льда, ребята опять взялись за руки, начали разгоняться на ещё один выброс и сделали его у правого короткого борта, а потом, сделав несколько пируэтов, прыгнули параллельный тройной тулуп. Этот прыжок у них всегда выходил прекрасно и на загляденье. Выезд они после него держали очень долгий и красивый, состоящий из классических балетных линий, с поднятой правый рукой наверх, как в «Дон Кихоте», левой рукой, оставленной в сторону, и левой ногой, поднятой высоко вверх. Ребята так проезжали длинную пологую дугу, срывая бешеные аплодисменты, так как элемент смотрелся абсолютно параллельным. Казалось, катается один организм.

Сделав тулуп, ребята покатили к тренерскому штабу за наставлениями. В это время объявили оценки канадцев.

— Диана Стеллато — Максим Дешам, Канада, за прокат произвольной программы получают 124.66 баллов, общую сумму 192.74 балла и на данный момент занимают первое место, — сказала женщина-информатор.

Люда посмотрела на табло результатов. Канадцы, даже не чисто откатавшиеся, обошли всех участников турнира и вынесли их в одну калитку, набрав сумму больше 190 баллов, причём обошли даже немцев, которые после короткой программы были вторыми, и уже сейчас сместились на вторую позицию. Левковцев обрадовался и пожал руку сначала Максиму Дешаму, а потом Диане Стеллато. Его подопечные уже наверняка с серебром.

1. Diana Stellato — Maxime Deschamps Canada SP 68.8 FS 124.66 TS 192.74

2. Alice Efimova Robin — Blommart Germany SP 67.05 FS 119.12 TS 186.17

3. Annika Hokke — Robert Kunkel Germany SP 69.13 FS 115.34 TS 184.47

4. Sara Conti — Nicolo Machi Italy SP 64.85 FS 113.02 TS 177.87

5. Anastasia Metelkina — Daniil Parkman Georgia SP 62.15 FS 103.29 TS 165.44

* * *

9. Sofia Golichenko — Artem Darensky Ukraine SP 44.07 FS 80.79 TS 124.86

— Неплохо выступили, учитывая их уровень, — заметила Смелая. — Они раньше так себе катались, но сейчас русский тренер их тренирует, и результаты вроде чуть выше стали.

Публика отреагировала на оценки возмущённым свистом и в то же время традиционными аплодисментами. Канадскими флагами никто не тряс, кроме нескольких болельщиков из Канады, добравшихся сюда. Обычно это делали вездесущие японские болельщики, но они парное катание и танцы на льду не уважали и, похоже, ещё вчера, после проката парней, улетели домой. Да и японской пары на этом турнире ни в парном катании, ни в танцах на льду не было.

— На лёд приглашаются Александра Бирюкова — Дмитрий Кедровский, Россия, — сказала женщина-информатор.

Публика отреагировала на это объявление очень энергично, громкими аплодисментами, но всё-таки они были тише, чем на одиночном катании: сказывалось отсутствие японских болельщиц и их визга.

Саша с Димой получили последние наставления от Аделии Георгиевны, согласно кивнули головой в ответ и, взявшись за руки, покатили к центру арены, потом отпустили руки и покатили параллельно на одной левой ноге, согнув правую в колене, подняв левую руку вверх, а правую руку отставив в сторону. Подъехав к центру арены, ребята разделились, каждый сделал несколько длинных дуг, как будто проверяя качество льда. Саша похлопала себя по бёдрам, словно разогревая мышцы, потом нагнулась, проверила шнуровку, и потом ребята заняли стартовую позу.

Костюмы их в корне отличались от тех, что у них были в короткой программе. Если там был полный авангард, и отсылка к фильму «Убить Билла», то по нынешним костюмам можно было предположить, что ребята будут кататься под какое-то классическое произведение. Дима был одет в чёрные брюки, белоснежную рубашку с широкими рукавами и чёрный, богато украшенный узорами и стразами жилет, в верхней части серый, который мог носить какой-нибудь европейский аристократ начала XIX века. Саша была в сине-фиолетовом платье с узорами, идущими по всей ткани, с полупрозрачными бифлексовыми рукавами синего цвета и фиолетовой полупрозрачной юбкой. Но платье тоже было скорее в классическом стиле, с закрытым воротом и длинными рукавами. Публика стихла, приготовившись внимать прекрасному.

Стартовая поза у ребят была очень красивая и очень сложная: с такой трудно стартовать. Саша изящно опустилась на левую ногу, согнув её в колене, правую ногу отставив далеко назад, и положив конёк на лёд, согнула тело вперёд и вправо, оперевшись правой рукой на лёд. Левая рука при этом была поднята вверх, а голова опущена вниз, словно в печали. Дима, стоял на чуть согнутой в колене левой ноге, отставив правую ногу назад, нагнулся к Саше, потом опустил голову вниз, расставил руки в стороны и левой рукой коснулся поднятой левой руки партнёрши. Ребята производили впечатление красивых скульптур, стоящих где-нибудь в классическом шикарном парке, настолько выверенными и точными были их позы.

И правда, заиграла классическая музыка. Саша мягко поднялась на ноги, Дима взял её на руки и, держа партнёршу на руках, сделал несколько пируэтов, потом опустил на лёд. Ребята взялись за руки и начали разгоняться к левому короткому борту, там Дима взял Сашу за талию, сделал несколько провозок, отпустил, и они начали абсолютно синхронно разгоняться к центру арены, где, сделав несколько пируэтов и риттбергерную тройку, прыгнули комбинацию тройной сальхов — двойной тулуп — двойной тулуп. После каждого прыжка был полнейший контроль положения тела и абсолютная синхронность. После последнего акселя выехали в присущем им стиле, с долгой дугой выезда, высоко поднятой свободной левой ногой и разведёнными в балетной позе руками. Зрители разразились аплодисментами.

— Макс Рихтер, интерпретация «Времена года», — заявила Смелая, нашазамившая музыку. — Это неоклассика. Звучит не плохо!

Музыка и в самом деле была прекрасная, очень романтичная и нежная.

Сделав каскад, ребята покатили к левому короткому борту, там развернулись задними перебежками, взялись за руки и покатили через центр арены. Проехав до правого короткого борта, мастерски исполнили тройную подкрутку. Быстро развернувшись перебежками после подкрутки, сделали несколько дуг и покатили к центру арены, там прыгнули тройной тулуп. И опять чисто!

В это время сменилась музыка, и не только темп. Это вообще, похоже, играл другой совсем исполнитель. Очень пронзительно играла скрипка.

Доехав до правого короткого борта, ребята взялись за руки, развернулись быстрыми задними перебежками и покатили к центру, там Саша подняла правую ногу вверх, что было сложным заходом, а Дима легко поднял её на руки в поддержку. Исполнив поддержку лассо вперёд-наружу, и проехав по крутой дуге, Дима опустил Сашу на лёд, и ребята сразу же исполнили несколько хореографических элементов, провозок и парных пируэтов. Дима взял Сашу за талию, поднял, и несколько раз прокрутил вокруг себя, потом поставил на лёд, взял за руку, они развернулись у левого короткого борта, и покатили к центру арены. Саша встала на ход назад, ударила правой ногой по льду, Дима взял её за талию и закрутил в выброс тройной лутц.

Чисто! Саша выехала по очень хорошей пологой дуге, чуть присев на правой ноге, согнув её в колене и отставив левую ногу назад, раздвинув руки в стороны. Идеальный красивейший выезд! Публика наградила сложный элемент, исполненный чисто, бешеными аплодисментами и криками восторга. Уже на этом моменте стало чётко ясно, что ребята идут наверх!

Чисто выехав с выброса, Саша взяла Диму за руку, они покатили к центру арены и исполнили там тодес назад-внутрь. В этот раз никаких проблем с позицией не возникло. Исполнив тодес, ребята вышли из него и, не отходя от места, исполнили парное вращение в очень красивых позициях. Сначала на согнутом колене, держась друг за друга, потом, сделав смену ноги, исполнили несколько позиций стоя, а следом сделали четыре оборота сидя. Прекратив вращаться, Дима взял за талию Сашу, перевернул её солнцем и обратно поставил на лёд. Это был сложный выезд из вращения!

В этом месте музыка сменилась на абсолютно противоположную по смыслу. Бешено заиграла скрипка в очень быстром темпе. Это была популярная музыка, знакомая даже Людмиле, несмотря на её слабое знание современных композиций. С этого момента началась композиция «Времена года» Антонио Вивальди, очень энергичная, очень быстрая, под которую нужно кататься очень энергично, и ребята сделали это.

— Это не «Времена года» Вивальди, как может показаться! — покачала головой Смелая. — Это тот же самый Макс Рихтер. Он просто переработал музло итальянского маэстро.

Покатив к левому короткому борту, Саша встала на ход назад, Дима взял её за талию, и ребята исполнили выброс «тройной риттбергер». Саша опять выехала очень чисто, рёберно, и трибуны наградили их заслуженными аплодисментами.

Сделав второй выброс, Дима с Сашей исполнили крутую дугу в центре арены, и Дима поднял Сашу во вращательную поддержку. Однако сразу было видно, что получилась какая-то техническая неточность. То ли скорость была маленькая, то ли маленькое усилие приложил, и если первая позиция получилась относительно хорошей, когда Дима держал Сашу за талию, а она опиралась ему на плечо одной рукой, а другой держала себя за лезвие, то когда Дима попытался сменить позицию, но не смог, похоже, не хватило физических сил. Саша неожиданно опустилась ему на плечо, и Диме ничего не оставалось, как опустить её на лёд. Ладно хоть обошлось без падений.

— Да вы что делаете, блин! — негодовала Смелая. — Поддержку запороли! Сейчас поди первый уровень поставят, или минусов напихают, а то и вообще не зачтут.

Однако после невыполненной поддержки ребята, кажется, не расстроились. Сделав круг в центре арены, Дима встал на левую ногу и покатил по дуге назад-наружу, отставив правую ногу назад. Саша тут же прыгнула ему на спину, ухватившись руками за него и положив правую ногу на свободную ногу партнёра. Получилась красивая парная ласточка.

Ребята в таком положении сделали хореографическую дорожку, потом развернулись у короткого борта задними перебежками, и Дима сделал ещё одну провозку, подняв Сашу на руки, а сам покатил при этом корабликом.

Подъехав к правому короткому борту, ребята развернулись у него, и Дима сделал ещё одну поддержку, жимовую пятой группы. Он поднял Сашу вверх, взяв за талию, и поднял на вытянутой руке. Она занимала положение головой вниз, а ноги очень красиво были подняты вверх. Партнёрша словно бежала вниз головой. Потом Дима переменил позицию и сделал несколько вращательных движений, прижимая Сашу к себе всем телом и держа вниз головой.

Опустив партнёршу на лёд, Дима как будто отбросил её в сторону и отъехал сам, потом, сделав крутые рёберные дуги, они вернулись и закончили прокат, заняв финальную позу. Финиш!

В этот раз Дима опустился на лёд правым коленом, отбросив левую ногу в сторону, опёршись правой рукой о лёд и подняв левую руку вверх. Саша при этом заняла примерно такую же позу, что и при старте, и она при этом абсолютно перекликалась со стоящим на колене Димой. Саша стояла на левой ноге, согнутой в колене, отставив правую ногу назад и положив её на лёд, подняв правую руку вверх и переплетя её с левой рукой Димы, при этом чуть облокотившись на партнёра. Прекрасно!

Вся прелесть парного катания в том, что вдвоём можно изобразить бесконечные живые и очень притягательные позы, которые недоступны в одиночном катании, и ребята продемонстрировали это. Естественно, они смотрелись лучше всех участников парного турнира и даже лучше относительно чисто откатавших канадцев. Несмотря на единственное минусовое вращение, они очень чисто исполнили сложнейший прокат и оказали сильное впечатление на зрителей.

Публика начала аплодировать и вставать с места. То же самое сделали и Смелая с Людой.

— Ура, ура, ура! — кричала Смелая и махала руками. Люда стеснялась это делать, прыгать не стала, а просто двумя поднятыми машущими руками поприветствовала своих соотечественников. И опять камеры оказались направлены на двоих российских фигуристок, так ярко и трогательно выражавших свою поддержку…

Глава 3 Пресс-конференция у парников

После того как ребята закончили кататься, стало видно, насколько они перфекционисты, вернее, перфекционист один партнёр, причём в тяжёлой форме. Дима сидел на льду на коленях и корил себя, стуча по голове, как бы говоря: «Что же я натворил, что же я наделал!». Выражение лица у него при этом было очень растерянное, и, Люда сказала бы, даже какое-то жалкое. Такое ощущение, словно парень потерпел крупное жизненное фиаско, например, отдал все деньги мошенникам. Саша при этом опустила голову ему на плечи, положила руку на грудь и как могла утешала. И это простое проявление человеческих чувств партнёрши ещё больше завело зрителей. Трибуны зааплодировали громче и разразились криками поддержки, которые сейчас, пожалуй что, звучали даже громче, чем на одиночном катании, несмотря на отсутствие японских болельщиц.

Однако Саша не сумела успокоить Диму, убрав её руку, он встал и покатил к центру арены, не обращая на неё внимания, как будто ушёл в себя, партнёрша пожала плечами и покатила за ним.

— Что он так переживает-то, корову, что ли, проиграл⁉ — в недоумении спросила Людмила. — Его же ещё утешить хотят, а он руку отбрасывает. Невежливо-то как.

— Ничего ты не понимаешь, Соточка, — возразила Смелая. — Они же заочно соревнуются с другой нашей прокачанной супер-парой, которая с ними постоянно бодается и которая их прямые соперники. Они от них из Питера сбежали к нам. И им сейчас как никогда, даже здесь, в одиночестве и без соперников, нужно доказать, что переход получился не случайный, и поэтому они должны показать чистые прокаты.

— Да мне похрен! — непреклонно заявила Людмила, с неприязнью посмотрев на Дмитрия. — Катаешься с партнёршей — уважай её, а то ещё и по рукам бьёт, когда его утешают. Я бы в рожу сразу дала!

Смелая с большим удивлением посмотрела на Люду: похоже, не ожидала от неё таких слов. Уж Сотка-то всегда была профессионалом до мозга костей и контролировала себя на все сто. Однако всё же призналась про себя: психи Димы смотрелись неуместно. Спорт-спортом, но людьми надо оставаться в любой ситуации.

Впрочем, ребята недолго катили порознь: доехали до центра арены, взялись за руки, Саша опять обняла Диму, утешая его, и что-то говоря. Только после этого они стали приветствовать зрителей. Точно так же, как и в короткой программе, Дима брал Сашу за руку, раскручивал её и как бы отпускал в сторону сначала одной трибуны, потом другой, и одновременно кланяясь. Следом они покатили в сторону калитки, лавируя между сыпавшимися игрушками. Дима был всё так же недоволен, а Саша имела очень виноватый вид.

Бронгауз с Аделией Георгиевной встречали их у калитки, ведущей к кисс-энд-краю. Встречали с каким-то недружелюбными то ли ухмылками, то ли ехидными улыбками и сразу начали что-то выговаривать, показывая руками на лёд. Потом раздали чехлы.

— Сейчас им Брон всю плешь выест, — заявила Людмила, присаживаясь обратно на скамейку. — На других тренеров тут посмотришь — нормально встречают, даже если ошибся немного. Эти же сожрать готовы, как будто олимпиаду проиграл.

— Да пофиг на них, вообще видеть не хочу! — заявила Смелая, ощутившая вкус свободы, и тоже села рядом с Людой. — Сейчас посмотрим, что по баллам у них получилось, потом в гостиницу поскачем. Не будем же мы тут 4 часа торчать.

Судя по всему, Дима проигнорировал слова тренеров, отмахнулся, набросил олимпийку, надел чехлы на лезвия и прошёл в кисс-энд-край, сел там на скамейку, прямо в центр. Саша набросила олимпийку и направилась вслед за Димой, села рядом с ним, а тренеры расположились по сторонам, продолжая что-то говорить.

— Александра Бирюкова — Дмитрий Кедровский за прокат произвольной программы получают 152.78 балла, общая сумма 231.58 балла, и они занимают первое место, — сказала женщина-информатор. — Соревнования в парном катании закончены. Победу одержала пара Александра Бирюкова — Дмитрий Кедровский, Россия. Сейчас состоится интервью с победителями и медалистами турнира, после которого будет церемония награждения.

— Ты смотри, сколько насыпали, — удивилась Смелая, — как будто на Олимпийских играх. Они бы с такой суммой чемпионами мира или олимпиады стали. Да… Действительно, пожалуй что, я с тобой согласна. Тут Диме явно башку полечить надо, в этом я могу с тобой согласиться.

1. Alexandra Biryukova — Dmitry Kedrovsky Russia SP 78.8 FS 152.78 TS 231.58

2. Diana Stellato — Maxime Deschamps Canada SP 68.8 FS 124.66 TS 192.74

3. Alice Efimova — Robin Blommart Germany SP 67.05 FS 119.12 TS 186.17

4. Annika Hokke — Robert Kunkel Germany SP 69.13 FS 115.34 TS 184.47

5. Sara Conti — Nicolo Machi Italy SP 64.85 FS 113.02 TS 177.87

* * *

9. Sofia Golichenko — Artem Darensky Ukraine SP 44.07 FS 80.79 TS 124.86

Техническая оценка российской пары была очень высокой: 77.35 балла, и очень много сыпанули за компоненты программы: 75.43, что было тоже очень крупной суммой. Даже парням столько не сыпали. Гроссмейстерский уровень, и это ведь не российский внутренний старт, на котором могут насыпать диких грибов, это зарубежное соревнование с зарубежными судьями! Да ещё и первое в сезоне! Похоже, ребятам дали очень большой аванс на весь сезон. От ближайших конкурентов, канадцев, их отделяла просто громадная сумма в 40 баллов. Другая лига! В футболе в такой ситуации счёт на табло был бы 20:0.

— Ладно, давай с ними интервью посмотрим, — решила Смелая. — Посмотрим как Димон отмазываться будет что Сашку не поднял.

Пока Люда со Смелой переговаривались и смотрели на оценки, которые, как ни крути, были очень высокими, парники расположились в кисс-энд-крае. Здесь-то и пригодилась длинная скамейка: все шестеро сидели хоть и впритык, но всё-таки вошли все. В первую очередь из-за миниатюрного телосложения партнёрш. В центре сидели Саша с Димой, справа канадцы Диана Стеллато — Максим Дешам, слева немецкая пара Алиса Ефимова — Робин Бломмарт. Алиса вообще была крохотулька, ростом чуть выше 150 сантиметров, но при этом очень красивая и с миниатюрной, пропорциональной фигуркой. Может быть, за счёт неё и удалось всем разместиться.

— Она что, русская? — спросила Люда, посмотрев на турнирную таблицу. — А выступает с немцем в паре, за Германию.

— Она и за Россию выступала, и за Финляндию, а сейчас за Германию, — заметила Смелая. — Ищет себя всё ещё.

Когда парники разместились, сразу же начали жать друг другу руки и поздравлять с занятыми местами. В это же время около них, примерно в двух метрах, расположились несколько телеоператоров. На свою боевую позицию рядом с ребятами вышел ведущий. За день он перекрасил волосы из синего в красный цвет и обзавёлся блестящим фиолетовым пиджаком.

— Здравствуйте, дорогие друзья, — обратился он к болельщикам. — Что мы сейчас с вами видели? Мы сейчас видели такую драму, которая просто потрясла наши сердца. Ребята из России творили историю прямо на наших глазах. И, естественно, нам нужно узнать, что они чувствовали перед тем, как вышли на этот прокат, что значит для них этот старт. Саша, начнём с тебя.

Александра, по всему видно, тоже хорошо разговаривала по-английски, так как хотела взять микрофон и напрямую отвечать на вопросы, но и в этот раз ей не позволили, рядом стояла та же самая переводчица с русского на английский, которая участвовала во всех интервью. Поэтому пришлось общаться через неё.

— Мы были очень взволнованы, в первую очередь, потому что не знали, как публика примет наши программы, ведь они совсем разные по смыслу, особенно короткая программа. Поэтому волнение, конечно, присутствовало, но мы справились с ним, и я считаю, что достойно выступили на этом турнире, — улыбаясь, ответила Саша.

Она, как и раньше, была всегда позитивная, улыбчивая девушка, которую ничто не могло вывести из себя. Вот и сейчас она сидела и улыбалась во весь рот трибунам, ведущему и вообще всем, кто видел её.

— Дима, а что ты чувствовал, когда зазвучала музыка? Когда сделал первые движения в программе? — спросил ведущий.

— Знаете, трудно ответить на этот вопрос… С одной стороны, я согласен со своей партнёршей, что некая взволнованность присутствовала, но в то же время была уверенность, что у нас всё должно получится, — с серьёзным выражением лица ответил Дима. — С нами была проведена колоссальная работа в межсезонье нашими великолепными тренерами, и мы им очень благодарны, что эта работа принесла пользу. Иначе просто и быть не могло. Я не чувствовал ничего. Был готов к старту на все сто процентов.

— Ну хорошо, принято. А сейчас перейдём к, возможно, неприятной для тебя теме. Дима, что же случилось со второй поддержкой, почему она у вас явно не получилась? — коварно спросил ведущий, сразу же почуявший, что Сашу спрашивать об ошибке на поддержке бесполезно, с её-то позитивом. Она могла завалить всю программу и отвечать, также улыбаясь, на абсолютно любой вопрос.

— Ошиблись, что тут ещё сказать… — вяло согласился Дима. — Это полностью моя вина, нужно было разогнаться посильнее, но я подумал, что хватит и так, потому что отстал от Саши, и мне пришлось её нагонять, а потом тормозить. Не смог удержать партнёршу. Виноват.

— И я тебя при этом прощаю! Не казни себя! Ты лучший! — крикнула Саша по-русски без микрофона и обняла Дмитрия. Крикнула громко, и её голос прекрасно было слышно даже на трибунах, поэтому зрители, догадываясь о смысле, хотя и не зная русский язык, встретили её выкрик одобрительными возгласами и аплодисментами. Зааплодировал и ведущий, хотя, похоже, тоже не знал, что именно сказала русская спортсменка.

— Ну что ж, как бы то ни было, вы заняли первое место на Небельхорн Трофи 2022, и это уже из истории не вычеркнуть, спасибо вам огромное, — сказал ведущий и повернулся к канадским фигуристам.

— Ребята, хочу поздравить вас со вторым местом, его вы завоевали в упорной борьбе практически с равными вам соперниками. Что чувствуете вы? Вопрос к тебе, Диана.

Диана Стеллато отвечала без переводчика, так как была из англоязычной части Канады. Говорила она с небольшим итальянским акцентом, но он почти не ощущался.

— Радость, — слегка улыбнулась она. — Что же ещё можно чувствовать, когда ты занимаешь второе место в борьбе с такими сильными фигуристами? Волнения у нас никакого не было, нам нужно было только чётко сделать свою работу. Я считаю, что мы её сделали.

— Хорошо, я понял тебя, — согласился ведущий и повернулся к Максиму. — Максим, вопрос к тебе. Как ты считаешь, что было главным фактором в том, что вы заняли второе место? Вот что самое главное, скажи, пожалуйста.

— Самое главное — это наш новый чудесный тренер Владислав Левковцев, — ответил Максим Дешан. — Мы провели с ним очень долгую и упорную работу в Бостоне, и она, как мы видим, увенчалась успехом. Крупных ошибок в турнире мы не допустили ни в короткой, ни в произвольной программе и вполне довольны своим местом. Это ещё начало сезона, и я уверен, что в течении сезона мы ещё заявим о себе.

— А какие планы вы ставите на сезон? — с интересом спросил ведущий.

— В первую очередь мы хотим стать чемпионами Канады и отобраться на «Чемпионат четырёх континентов», а потом отобраться на чемпионат мира и достойно выступить на нём, — пожал плечами Максим. — Это, пожалуй что, наша задача-минимум.

— Ну что ж, пожелаю вам успехов в этом нелёгком деле, — сказал ведущий и повернулся к немецкой паре. — Ребята, задам вам стандартный вопрос. Что позволило вам занять третье место по итогу соревнований? Ведь после короткой программы вы занимали четвёртое место, но в произвольный прилично добавили. Алиса, вопрос в первую очередь тебе.

Алиса отвечала по-русски, поэтому тоже говорила через переводчицу. Голосок у неё был тонкий и звонкий, который часто бывает у миниатюрных девушек.

— Мы просто собрались, — уверенно ответила Алиса. — Мы понимали, что сразу же должны заявить о себе в этом сезоне. Для нас он очень важен, так как мы только начинаем скатываться с Робином, и, кажется, у нас это получилось. Мы выступили на хорошем уровне лично для нас. Но я уверена, что дальше будет только лучше.

— Робин, вопрос тебе, — улыбаясь, сказал ведущий. — Позволь спросить тебя: как тебе русская партнёрша?

— Но она, скорее, сейчас не русская, — рассмеялся Рабен. — Перешла она из финской команды, но для меня это не имеет абсолютно никакого значения. В первую очередь я оцениваю профессионализм и уверенность в катании, а у Алисы они на высоте. Я очень доволен, что мне досталась такая замечательная партнерша.

— Ну что ж, дорогие друзья, — повернулся ведущий к трибунам, которые каждый ответ фигуристов и фигуристок встречали бурными аплодисментами. — Всё, что надо, я узнал, и вы это услышали. Поэтому давайте ещё раз поприветствуем наших замечательных чемпионов, и напоминаю вам, что сейчас состоится церемония награждения. А после неё состоится заливка льда, и наш праздник спорта будет продолжен произвольным танцем.

Публика очень восторженно отреагировала на это объявление и снова разразилась аплодисментами. Фигуристы встали со скамейки кисс-энд-края и отправились к калитке.

— Ладно, пошли, фигли тут сидеть, — предложила Смелая. — Среди танцоров из наших никто не приехал. Пойдём в ресторане пожрём, а потом в номер поедем. Вечером приедем после прокатов танцоров.

Людмила согласно кивнула головой и вместе с подружкой стала пробираться к выходу с трибун. Некоторые зрители тоже не стали дожидаться церемонии награждения и стали покидать арену. Кто-то пошёл в ресторан, а кто-то и вовсе поехал домой. В ресторане сейчас было наверняка жарко, поэтому подружки решили ехать в гостиницу и перекусить там.

— Я что-то одной фигни не пойму, — сказала Арина, когда они со Смелой загрузились в автобус. — Ко мне тогда во время тренировок допинг-контроль приходил. А почему сейчас на допинг не сдаём? Мы же типа как медали завоевали.

— Ну ты же сама ответила на свой вопрос, — заметила Смелая. — У тебя недавно допинг проверяли, у меня тоже. Всё по графику! На этом турнире редко когда допинг-контроль проходят по одной простой причине: потому что Небель от уровня канализации на полметра стоит. С одной стороны, типа как древний и другое бла-бла-бла, а с другой стороны, это всего лишь серия Челленджер, турнир категории Б, не основной. Вот поедем на Гран-при в Америку, там тебя затаскают с этим допингом.

— И откуда ты такая умная, вся жопа в арифметике! — рассмеялась Люда, уворачиваясь от руки Сашки. — А ну кончай меня бить, а то как стукну!

Люда смотрела в окно на золотую осень в Оберстдорфе и думала, что пока всё хорошо складывается. Особенно хорошо то, что она встретила знакомых людей: Малинину, Соколовскую и даже Левковцева. Кстати, это было очень забавным — видеть бывшую ученицу и её тренера, которые через 36 лет оба тренеры, да ещё и живут в разных странах, хорошо хоть не конкурируют друг с другом. Когда она занималась в группе Левковцева, ей было 14 лет, так же как и Марине, а Левковцеву лет 30. Он на 16 лет был старше их! И сейчас на 16 лет старше что Малининой, что Соколовской, но такое ощущение, что они повзрослели и стали взрослыми мадамами, а тренер остался почти таким же, как и был, разве что стал ещё более импозантным.

И очень удивительно было то, что Левковцев сейчас тренирует парников. В Екатинске в его секции не было парного катания и не было танцев на льду, так как в провинциальном городе очень сложно было найти мальчика и девочку одного возраста и одной квалификации, да ещё чтобы они подходили по параметрам тела, и поставить их в пару. Просто не было достаточного количества спортсменов. Но вот поди ж ты, сейчас легко тренирует пары. Следовало спросить об этом Смелую: хоть она и вреднюка, но фигурное катание, особенно современное, она знает от и до…

— Слушай, Сашка, я не могу понять одну вещь, — сказала Людмила. — Левковцев… Ну тот тренер, который тренирует сейчас канадцев, раньше занимался только одиночниками, почему сейчас тренирует пары?

— Потому что этот тренер настоящий профессионал, — важно ответила Смелая. — Он средний по уровню, со звёздами не работает, но у него очень много известных и одиночников, и пар, и танцоров. Берётся за всех и работает со многими. Даже с теми, кто на коньки первый раз встал. Это не Брон, который только будущих чемпионов перетягивает и на конвейер ставит. Американцы работают со всеми.

Ответ Смелой показался очень разумным…

Глава 4 Что катать?

После обеда подружки пришли в гостиничный номер и начали заниматься всякой ерундой: дракой подушками и шутливой вознёй. Наскучившись и устав, завалились на кровати и стали ползать по интернету. Люду в первую очередь интересовали показательные номера. Ей же что-то нужно будет катать, уже завтра, причём катать то, что она вообще ещё не видела в глаза. А ведь настоящая Арина Стольникова должна знать свой показательный номер. Придётся, как ни крути, кататься под «стюардессу», да ещё изучать её на ходу. Интересно, под что будет катать Смелая?

— Да я под что угодно могу показательный откатать, — важно заявила Сашка. — По юниорке у меня был номер такой, лирическо-романтический под Лару Фабиан, которую бедную уже заездили на показалках. Его и буду катать. У меня и платье под него есть красное, такое, эммм… Не важно! А ты что будешь?

— Я тоже не знаю, дело в том, что я костюм стюардессы дома забыла, — пожала плечами Люда. — Платье прозрачное положила, трусы и лифон, а болеро и пилотку забыла. И уже весь смысл номера теряется. Да и не хочу я его катать. Он какой-то… дурацкий! И развратный!

— Катать можно что угодно и как угодно! — уверенно заявила Смелая. — Бери любой музон длительностью 2 минуты и катай под него. Прыгни дупель, сделай пару вращений, ина-бауэр и кораблик, покатайся с печальной рожей, сделав бровки домиком, плавно разводя руками, и будет тебе номер. Первый раз что ли???

— Помоги, пожалуйста, мне выбрать музыку, Сашка! — попросила Люда.

— Да в миг! — рассмеялась Смелая. — Бери и катайся под Адажио Альбинони в исполнении квартета «Иль Диво». Это самый простой вариант. Под эту музыку любое платье пойдёт, если это, конечно, не какое-нибудь ципао для летающих мечей или кимоно для «Мемуаров гейши».

— Поставь тогда эту иль диву, я посмотрю и послушаю, — попросила Люда.

Смелая, быстро орудуя пальцами, как паук ножками, нашла в интернете нужную мелодию и включила её. Надо признать, музыка была прекрасная, со словами на итальянском и драматической минорной составляющей. Люде понравилось! Она, конечно, слышала в своём времени это «Адажио», но лишь в исполнении серьёзных академических ансамблей. От квартета теноров «Иль Диво» музыка была в более современном звучании.

— Смотри, тут сначала идёт музыка медленная, а потом темп нарастает с каждым разом, а в конце становится совсем мощным, пробивным, но за 2 минуты показалки он до этого не дойдёт, — заявила Смелая. — Сейчас я в аудиоредакторе обработаю, обрежу лишнее и тебе на телефон скину.

Вот ведь как хорошо иметь такую подругу, которая на серьёзном уровне увлекается музыкой! У Смелой в телефоне стояли программы для обработки, обрезки и склейки любых мелодий, что, в принципе, для фигуриста было необходимо. Поэтому через несколько минут она уже скачала из интернета мелодию, обрезала её и скинула Люде на телефон.

— Сегодня на собрании, когда звукорежиссёр будет мелодии принимать, отдашь ему, — сказала Смелая.

Люда совсем не представляла, для чего нужно это собрание, так как ни разу не участвовала в показательных выступлениях, для неё это было впервые. Поэтому она лишь молча кивнула головой и сосредоточилась на себе…

… Приехали в ледовый дворец за 10 минут до собрания, в 17:30, сразу же прошли в пресс-центр, куда понемногу стягивались остальные фигуристы. Сейчас их количество было намного меньше, чем на жеребьёвке. На показательные позвали не всех.

У входа в зал подружек встретил Бронгауз и подозвал к себе.

— Мне надо узнать, что вы будете катать, — сказал тренер, переводя взгляд с одной воспитанницы на другую.

— Я под Лару Фабиан буду катать, ту, что в красном платье, — сказала Сашка. — Программа это накатанная, и, я думаю, произведёт хорошее впечатление. Не думаю, что когда я каталась по юниорам, её кто-то видел много раз.

— А я решила новую программу катать, — осторожно промямлила Люда, искоса посмотрев на тренера. — Я хочу катать под… Этого самого мужика, как его… Адажио Альбиони.

— Странный у тебя выбор, — заметил Бронгауз. — Ты сама, что ли, эту программу поставила? Почему не хочешь катать «стюардессу»? Она же нравится публике. От тебя, скорее всего, одну её и ждут.

— Мерси пардон, — смущённо сказала Люда. — Но я забыла основные детали гардероба — пилотку и болеро. А без них как-то получится не то, совсем без смысла получится. Захватила одно платье, поэтому мы порассуждали с Сашкой, и я решила катать классику. Дупель прыгну, заклон исполню, проеду и-на бауэром и корабликом.

— Ну здесь ничего не поделать, форс-мажор, — согласился Бронгауз. — Ну хорошо, в принципе, я вашими выборами удовлетворён. Пойдёмте на собрание.

Не успели рассесться, как пришли три танцевальных дуэта, у которых недавно закончились произвольный танец, интервью и церемония награждения. Пришли, что называется, с пылу с жару, с раскрасневшимися довольными лицами, разгорячённые и весёлые. Фигуристы эти были Людмиле неизвестны, и она даже не знала, из каких они стран, но невольно улыбнулась, увидев, как ребята радуются тому, что завоевали медали. Простые и хорошие чувства, без всяких гримас и ужимок, как у некоторых!

Через некоторое время пришли официальные лица. Вездесущий, уже примелькавшийся Удо Дёнсдорф, спортивный директор федерации фигурного катания Германии, и с ним ещё двое незнакомых людей, один из них с длинными волосами, одет в джинсы и в толстовку, другой, седоволосый мужик в тёмный костюм и синие джинсы.

— Ну что ж, здравствуйте, дорогие друзья, — сказал Удо Дёнсдорф, постучав пальцем по микрофону. — Объявляю собрание, посвящённое показательным выступлениям, открытым. Надолго я вас не задержу. Сейчас расскажу о регламенте и о том, как всё будет происходить. Итак, в показательном выступлении фигуристов принимают участие спортсмены, занявшие места с 1 по 5, плюс несколько фигуристов из списка, представленного организаторами, то есть федерацией фигурного катания Германии. Получается, в основном списке будут участвовать по пять человек спортсменов среди мужчин, пять спортсменов среди женщин, пять спортивных пар и пять танцевальных дуэтов. Когда выступят первые 10 участников, состоится получасовой антракт и перерыв на заливку льда. Потом показательные выступления будут продолжены. Выходить на лёд спортсмены будут в порядке, обратном занятым местам: сначала те, кто занял пятые места, сначала девушки, потом юноши, потом танцевальные дуэты и последними спортивные пары.

— Это он специально пары последними поставил, — шепнула Смелая. — У немцев только одна пара: та, которая с нашей Алиской медаль взяла, и они одни только в показательных выступлениях участвуют. Вот под них и подогнали график. Обычно девчонки всегда последними катают или парни. Засунули своих во второе отделение.

Люда лишь непонятливо пожала плечами, так как не представляла вообще, о чём идёт речь. Дёнсдорф говорил по-английски, и она понимала его с большим трудом.

— Чёткого графика выступлений у нас пока нет, и мы его не составляли, возможно, обойдёмся и так… — продолжил Удо Дёнсдорф. — А сейчас об основном: поговорим о музыке и о костюмах. Все вы профессионалы, дорогие друзья, поэтому должны понимать, что музыка и костюмы не должны быть вызывающими и эротичными. Надеюсь на ваш здравый смысл и профессионализм. Музыкальное сопровождение должно быть длительностью не более двух с половиной минут, то есть быть по длительности как короткая программа. Но при этом не менее 2 минут. Сейчас, после завершения собрания, вы подойдёте к вот этому господину, которого зовут Олаф Хенкель, это звукорежиссёр нашей ледовой арены, и обсудите с ним вопрос о музыкальном сопровождении. Если оно у вас на электронном носителе, то отдадите электронный носитель, если оно у вас в телефоне, то загрузите музыку господину Хенкелю в его телефон, но при этом не забудьте сказать ваше имя, фамилию и страну происхождения. На этом у меня всё, хочу предложить напоследок: давайте все вместе устроим яркое незабываемое шоу из завтрашних показательных выступлений, чтобы они запомнились надолго, и зрители со всего мира смотрели и завидовали тем, кто находится на ледовой арене и смотрит этот перфоманс вживую. А теперь передаю слово господину Адаму Венцелю, директору ледовой арены Eissportzentrum Oberstdorf. Сейчас он расскажет о церемонии выхода на лёд и о церемонии окончания шоу.

— Здравствуйте, дамы и господа, я отвечаю за организационную часть показательных выступлений, — сказал Венцель, тот самый мужик в костюме и синих джинсах. — У меня тоже не очень-то много слов. Главная церемония выхода на лёд задумана простая. На арене будет играть живая музыка с тирольскими напевами йодль, и под неё вы по списку выступления, который сегодня будет готов, будете выходить на лёд, делать в центре какой-нибудь простой элемент и катить к правому короткому борту. Потом все вместе проедете вдоль бортов и направитесь на выход. Кстати, очень важный момент: и выход на лёд, и выход со льда будут осуществляться из одной и той же калитки, по которой вы выходили на лёд соревноваться, просьба смотреть внимательно и не сталкиваться друг с другом. Отдельный вопрос о реквизите. Если ваш номер предусматривает какой-либо реквизит: мебель, предметы какого-то интерьера, одежды и прочее, прошу уточнять это заранее со мной. Если вы приходите с каким-либо реквизитом, то должны с ним же и уйти. Если вам нужна помощь в его доставке или удалении со льда, говорите заранее мне либо договаривайтесь с вашими товарищами-фигуристами. После того как шоу будет закончено, состоится финальный выезд. Он тоже будет проходить как обычно. Выезжаем по одному, делаем какой-то элемент, встаём у правого короткого борт, потом оттуда разгоняемся шеренгой, проезжаем вдоль бортов и приветствуем зрителей. Потом становимся в центре в ряд для общего фотографирования. Можно поприветствовать зрителей общим поднятием рук. На этом, пожалуй, что всё. Если у вас есть какие-либо креативные идеи, я готов их выслушать.

— А тренировки не будет? — спросил кто-то из зала.

— Никакой тренировки не будет, — покачал головой Венцель. — Вы приезжаете завтра на ледовую арену к 16 часам, так как шоу начнётся в 17:00, проходите в раздевалку, готовитесь и выходите в служебный коридор к 16:50. Вот и всё. Больше мне добавить нечего.

— Ну что ж, если господину Венцелю добавить больше нечего, — сказал Удо Дёнсдорф, — тогда давайте разберёмся с музыкальной частью и составим список выступлений. Для этого подходите, пожалуйста, по одному к столу.

— Слушай, я что-то английский подзабыла, — Люда осторожно ткнула локтем Смелую. — Подсоби, пожалуйста, музыку им закинуть.

— С тебя шоколадка, — рассмеялась Сашка. — Конечно, помогу. Ты только дорогу мне пробей. Там столпотворение.

Действительно, у стола собралась довольно большая толпа, и дотошные американцы ( ну тупыыыееее), что-то всё выясняли, что-то всё выспрашивали. Люда взяла Сашку за руку, раздвинула эту толпу, подвела подружку к звукорежиссёру и поставила перед собой. Таким образом распихали всех, внаглую пролезли вперёд, и отдали свои фонограммы.

— Ну всё, теперь можно опять гулять… — усмехнулась Сашка. — Пошли хоть напоследок по Оберстдорфу походим, посмотрим, чем тут народ дышит. Фоточки понаделаем. Сейчас-то уже можно.

Погода стояла тёплая и как раз предполагала прогулки. И Арина со Смелой не одни решились на них. Выйдя из ледового центра на улицу, подружки увидели, что многие спортсмены и тренеры изъявили желание последовать их примеру. Прямо перед ними по тихой тенистой улочке Оберстдорфа, ведущей к гостинице, неспешным прогулочным шагом шли Марина Соколовская, и Владислав Левковцев и, судя по всему, о чём-то с увлечением разговаривали. Людмила с Сашкой оказались в крайне недвусмысленном положении. Идти сзади невежливо, могут подумать, что их подслушивают, обогнать тоже как-то не с руки.

— А здесь ничего почти не меняется, кажется, даже за десятки лет, — Марина с увлечением разглядывала окрестности. — И опять, мне кажется, мне пятнадцать лет и я приехала биться с Люськой.

— А я, полный надежд и амбиций, приехал показать себя и побить московских, — рассмеялся Левковцев. — И никто не принял во внимание…

В это время Смелая запнулась о выбоину в булыжной мостовой, не удержалась на ногах и схватилась за руку Людмилы, которая от неожиданности ойкнула и сама чуть не свалилась вместе с подружкой.

— Да пипец! Что за кринж бл… — пискнула Смелая.

Естественно, уважаемые тренеры, шедшие недалеко от них, всего метрах в шести-семи, обернулись и с удивлением уставились на фигуристок, попавших в неловкое положение.

— Здрасти, Владислав Сергеевич! Привет, Маринка… Владимировна! — невольно поздоровалась Люда, отчаянно покраснев.

— Здравствуй, — с удивлением поздоровался Левковцев. По его виду можно было догадаться, что он удивлён: навряд ли с Ариной Стольниковой он был лично знаком, а скорее всего, их даже и не представляли. Да и могла ли настоящая Арина Стольникова знать его по имени-отчеству, учитывая, что лично они не знакомились и не общались? Удивление Левковцева было слишком очевидным, чтобы его игнорировать. Недоуменно посмотрела на подружек и Соколовская: очевидно, что Стольникова сначала хотела назвать её лишь по имени и только спустя мгновение добавила отчество.

— Здравствуй, Арина, — холодно ответила Соколовская, удивившаяся фамильярности олимпийской чемпионки. — Осторожнее надо быть.

— Мы случайно… Здравствуйте… Господа… — неловко поздоровалась смутившаяся Смелая. — Мы нечаянно.

— За нечаянно бьют отчаянно, — усмехнулась Марина. — Пользуясь случаем, хочу поздравить вас с медалями. Хорошо выступили. Арина… Как у тебя со здоровьем?

Соколовская хотела спросить, почему у неё такое неровное катание в начале этого сезона, но не стала. Всё-таки у девчонки есть свой тренер, и это их дело, как выстраивать тренировочный процесс и моделировать прокат. А вот Левковцев, судя по всему, проявил к Арине внимание.

Остановившись, подождал, пока подружки подойдут к нему, и по-европейски протянул руку сначала одной, потом другой.

— Давно хотел познакомиться с тобой, Ариша. И вот судьба подвернула случай, — улыбнулся Левковцев, пожимая вялую ладошку Людмилы. — Хочу поблагодарить тебя за твой талант. Кстати… Некоторые твои движения в дорожке шагов напомнили мне одну девушку, мою ученицу, которая сейчас особо важная персона. Это было давно, и… Возможно, неправда…

— Слушай, а ведь ты правильно сказал! — неожиданно заметила Соколовская. — Я прям гадала, кого мне напомнила Арина в произвольной программе. Точно! Она похожа на раннюю Хмельницкую, ещё до того, как она стала чемпионкой страны. Мне кажется, сходство поразительное. Те же самые разные хаотичные движения, которые, тем не менее, очень смотрибельны.

— Спасибо… За ваше мнение, — не нашлась что сказать Люда. — До свидания. Нам пора.

Люда ускорила шаг, а Смелая поскакала за ней, что, конечно же, было очень невежливо. Но Люда больше не могла слушать их речи! Это было какое-то безумие! Подружки быстро покинули уважаемых тренеров, скрывшись за поворотом улицы.

— Давай присядем где-нибудь! — попросила Люда. — Меня что-то тошнит.

— Забеременела что ли? — усмехнулась Смелая и увернулась от увесистого тумака Людмилы. — Ладно, пойдём, посидим, тут, кажется, скамейки есть недалеко. Расскажешь, что у тебя за отношухи с этими людьми…

Подружки нашли в переулке крошечный уютный сквер с несколькими скамейками и присели отдохнуть. Встреча с чужими тренерами получилась сумбурной, да и речи их были непонятными, и нужно было как-то обсудить всё это, свести к одному логическому концу.

— Ну рассказывай, что значит всё это? Почему ты их боишься и что они имели в виду, говоря про Хмельницкую? — Сашка села на скамейку, закинула ногу на ногу и приготовилась слушать.

Глава 5 Признание. Хмельницкая — это я!

Погода прекрасная! Золотая осень. Тёплый ветерок гуляет по долине, сбивая красные листья с клёнов, высаженных в небольшом скверике между старинных фахверковых домов, и гоняя их потом по булыжникам дороги и сдувая в зелёную траву. Красота!

— Ну, говори, что случилось? — настойчиво спросила Смелая, развалившаяся на лавке, сложив руки на груди, закинув нога на ногу и качая одной из них.

— Сашка, ты веришь в переселение душ? — заговорщицки спросила Людмила и оглянулась по сторонам.

— Чего??? — рассмеялась Смелая. — Чего-чего? Ты совсем уже куку? Фантастики про попаданцев с Автор Тудей начиталась?

— Не, не фантастики… Понимаешь… Ты не поверишь, но я…

На Люду, когда дело дошло до откровенного разговора, опять напала неуверенность и боязнь насмешек. Что вот сказать в этой ситуации? Что она Людмила Хмельницкая и видела последний раз Левковцева и Соколовскую буквально пару месяцев назад, когда они были на 36 лет моложе? Как отреагирует подружка?

— Мне кажется, я… Как будто знала этих людей давно, — всё-таки решилась Люда. — Мне кажется, что я вместе с ними жила в СССР, в городе Екатинске у Свердловска, тренировалась с Мариной в одной группе. А в СССР… У меня там были мама, папа, квартира на микрорайоне «Рабочий посёлок», и… Анька, которая сейчас моя мама. Она была такая… пакостная… Ты знаешь, эти воспоминания такие реальные. Мне кажется, это было на самом деле…

— Ну знаешь ли, подруга… — изумлённо сказала Смелая, чуть отодвинувшись и с ног до головы окинув изумлённым взглядом Люду. — Я, конечно, знала, что у тебя шиза, но не предполагала, что до такой степени. Нет, я не хочу тебя обидеть, но ты сама подумай: как это звучит со стороны? Как вот мне реагировать на это? Сказать что-то типа: «ололо, как круто, ты жила в СССР и тренировалась вместе с Соколовской, которой сейчас 50 лет с копейками»? Это же ши-за! Кринж! Знаешь, что я думаю? Я думаю, что на самом деле всё просто. Не надо забывать, что у тебя была травма головы. Тебя сбила машина и проехалась по тебе практически катком. Ты вообще чудом осталась в живых. Была в коме какое-то время. Вот это единственный реальный факт, который я могу принять во внимание. Похоже, у тебя какие-то ложные воспоминания возникли за это время, пока ты блуждала в астрале.

— То есть ты мне не веришь? — прямо спросила Люда. — А если я тебе скажу, что во время аварии душа настоящей Арины Стольниковой перенеслась в тело Людмилы Хмельницкой, в 1986 год, и одновременно душа Людмилы Хмельницкой перенеслась в тело Арины Стольниковой во время аварии? Что, если Николаева это Сотка!!! А я не Сотка! Я настоящая Хмельницкая!!!

— И ты хочешь сказать, что ты настоящая Хмельницкая, а в теле Николаевой моя подруга Арина Стольникова? — недоверчиво спросила Сашка.

— Именно так и есть! — согласно кивнула головой Люда. — Я Людмила Хмельницкая, и я всего пару месяцев назад жила в СССР 1986 года. Как тебе такой вариант? Ну ты сама вспомни мои закидоны. Моё отсутствие знаний английского языка, который внезапно пропал, моё незнание своих же программ, моё незнание современной жизни, моё незнание современных устройств. Я только сейчас начала понимать всё это и знакомиться с ними! Вот!

Сашка задумалась: похоже, всё-таки приняла во внимание то, что сказала Люда. Поодиночке эти все признаки шизы были незначительными, и их вполне можно было объяснить с обычной точки зрения, но все вместе они выглядели необычными. И выглядели очень подозрительными, если бы не случился один случай, который сводил на нет все её рассуждения: автомобильная авария, после которой Сотка была в коме. И Смелая опять включила ироничное поведение.

— Короче так, — неожиданно засмеялась Сашка. — Я тебе, конечно же, верю и принимаю во внимание то, что ты сказала. Буду иметь в виду, как говорится. Но, повторяю, это лишь одна из версий, которая возможна. Ты, кстати, не думаешь, что могла просто-напросто прочитать про Соколовскую в википедии? Ты случаем не думала переходить к ней?

— Я не знаю, — пожала плечами Людмила. — С какой стати?

— Долго объяснять… — неопределённо сказала Сашка. — Но если ты до аварии хотя бы немного рассматривала такой вариант, то вполне логично, что прошерстила её карьеру от и до, в том числе и то, что она тренировалась на Урале у Левковцева. Извини, подруга, но даже я это знаю. Хотя я всего лишь бывшая юниорка, и никакой не топ. Мир фигурного катания мал и тесен, и все специалисты в нём на виду, так как их очень немного. В общем, давай забудем этот разговор и будем жить как раньше. Будем поддерживать друг друга и прикалываться друг над другом. Лады?

— Лады, — призналась Люда.

Пожалуй что, в данной ситуации это было самое здравое решение…

…Остаток дня гуляли по Оберстдорфу, пересекаясь с компаниями других фигуристов и тренеров, здоровались с ними, братались, заходили в небольшие кафе и бистро, пробуя всевозможные местные кушанья, от традиционной немецкой тушёной капусты зауэркраут, с сосисками на гриле, до копчёной свиной рульки. Сашка опять записывала видео в блог «Две подружки-гурманушки». Потом сидели и хихикали над гневными комментами завистливых фанатов:

— Вместо того, чтоб тренироваться, эти малолетки по ресторанам ходят и немецкое хрючево жрут!

— Сотка, какие тебе сосиски и рулька! Худей, мой тебе совет.

— Смелая такую рожу скорчила, как будто Олимпиаду выиграла. Будь попроще! Чуть выше уровня унитаза поднялась!

Гуляли до самого вечера, пока в вечернем полумраке среди деревьев не зажглись фонари с претензией на старину и Оберстдорф не стал похож на сказочный город братьев Гримм. Потом вернулись в отель умиротворённые и готовые завтра показать всё, что они умеют.

Показательный номер Сашки был на музыку Лары Фабиан, так называемый «Же Те», который довольно часто брали фигуристы для своих выступлений, как показательных, так и соревновательных. А особенно эту композицию любили девушки-юниорки, потому что под неё можно было кататься романтично и показывать несчастную любовь. Сашке этот образ подходил на 100 процентов. Люда вечером отыскала в интернете запись показательных с чемпионата России прошлого года, где Смелая, напичканная грибами, заняла пятое место. И вынуждена была признаться: уже в середине сезона номер Сашки звучал прекрасно. Тонкая фигурка в развивающемся коротеньком красном платье летала по катку, озаряемому цветными огнями, словно кусок пламени или кленовый лист, гонимый ветром. Она производила ощущение стремительности и лёгкости во всём. Камеры выхватывали крупным планом некоторых зрителей, сидящих со слезами на глазах после её проката, настолько Сашка тронула их. Людмила слегка позавидовала подружке.

— У тебя прекрасно получается, — призналась она. — Почему ты с таким пренебрежением говоришь об этом номере?

— Потому что мне он уже надоел, как горькая редька, — подняла глаза Смелая от телефона. — Катать одно и то же второй год подряд — ну такое. Я бы хотела что-нибудь энергичное, например хард-рок или хеви-металл. А то и рэпчик с района: так и представляю себя в широких штанах, безразмерной майке и бейсболке набекрень. И руками вот так буду делать. Хэй! Йоооууу!

Смелая вскочила с кровати, бросила на него телефон, вытаращила пальцы веером и стала изображать рэпера, проговаривающего читку. Лицо у неё было такое смешное, что Людмила зашлась от смеха. Однако смейся не смейся, надо думать о себе.

Выбранное Смелой Адажио предполагало трагический и очень печальный образ. Проблема в том, что Люда никогда не катала ни трагедию, ни драму. Максимум, печаль и лёгкую тоску по чему-то непонятному. Даже программы этого года хоть и были с лёгкой печалью, но в целом воспринимались как энергичные и жизнеутверждающие. И каким образом передать трагизм «Адажио Альбинони»?

— Так ты не парься, — посоветовала Смелая. — В фигурке плагиат — наше всё! Я тебе посоветую одну вещь: посмотри, что катала Анна Горелова в 2014 году, ты должна её помнить. А, пардон, я же забыла, что ты родом из совка. Короче, ищи в интернете: «Анна Горелова, 2014 год, Адажио». Она катала под это музло. Найди, посмотри, и полностью слижи прокат. Мне тоже этот номер нравится как один из образцов скольжения и драматизма. Сейчас прошло уже 8 лет, про него уже все забыли. Можно тырить!

Люда ввела в поисковик «Анна Горелова, 2014 год, показательный номер на Адажио Альбинони» и нашла несколько видео. Правда, видео эти были сделаны непрофессиональными операторами. В интернете было несколько видеосъёмок, и все они сделаны на любительские телефоны или видеокамеры, прямо с зрительских мест. Однако в этом был и свой плюс: посмотреть видео можно было с очень необычного ракурса, практически с уровня льда, так как борты на арене были разобраны и самые первые зрительские ряды находились в двух шагах от фигуристки, исполняющей номер. С такого ракурса было видно очень многое, в том числе на близком расстоянии можно было разглядеть и лицо спортсменки, когда она подъезжала вплотную к тем, кто снимал это видео.

— Почему нет профессиональных видео? — с интересом спросила Люда.

— В 2014 году как раз Олимпиада была в Сочи, — заявила Смелая, отложив телефон. — После неё случился дикий чёс. За деньгами ездили все, кто мог, так как к фигурному катанию моментом появился огромный ажиотаж. Выступали где могли, в том числе и на самых убитых аренах и в самых отдалённых дырах. Кроме этого видео, есть ещё там, где она на юбилее «Хрустальной звезды» выступала, но там оно примерно такого же качества и снято с балкона, издалека. Так что смотри это видео и мотай на ус. Откатаешься так же, все офигеют.

Откататься точно так же было невероятно трудно. Люда смотрела прокат Гореловой, и вынуждена была признать: лучшей катальщицы в своей жизни она не видела. Ни Грейси Сильвер, ни Луна Хендрикс, ни Сашка Смелая, ни Арина Стольникова в лучшие годы, сравниться с этой девушкой не могли. Не могли именно в скольжении, в мастерстве владения коньком. Она летала по льду как птица, на очень крутых рёбрах, на очень высокой скорости, при этом делала с ходу сложнейшие шаги, развороты, пируэты. Их не было много в программе, как у той же Смелой, и она не мельчила. Горелова знала, что у неё красивая фигура, длинные руки и ноги, и она как могла мастерски подавала их зрителю. А учитывая высокое мастерство владения коньком и красивые додержанные балетные позиции, катание её смотрелось очень завороживающе. Причём так, что после первого раза хотелось пересматривать его снова и снова.

— Она здесь ничего особого не делает, — заметила Люда. — Но… Катается здорово. Я, наверное, так не смогу.

— Пофиг! — заявила Сашка. — Посмотри внимательно, и всё получится.

Оставалось только надеяться на это…

… Что чувствует человек, которому необходимо исполнить то, чем он ни разу не занимался в своей жизни? Причём сразу, без подготовки и так, чтобы это оставило хорошее впечатление у людей, которые будут оценивать результат его труда? Скорее всего, тревогу, волнение, смятение, беспокойство.

Именно такие чувства охватили и Людмилу, причём с самого утра 24 сентября.

— Что ты паришься? — спросила Сашка, заметившая волнение подруги. — В чём причина тряски?

— Не знаю, как всё пройдёт, — призналась Люда. — Волнительно как-то.

— Нормально всё пройдёт! — заверила Смелая. — Это шоу! Подумаешь, в твоей группе кто-нибудь напишет, что ты катаешься как корова на льду. Пофиг!

Пофиг не пофиг, а собираться надо. Люда положила в небольшую спортивную сумку платье, колготки, бутылку с водой, салфетницу и коньки. Готова! Косметику брать не стала.

— Я тебя сама раскрашу! — заявила Смелая. — Все просто ахнут от восторга.

— Надеюсь, это не будет вызывающим? — с опаской спросила Людмила.

— Не боись! Ты в надёжных руках!

Судя по ехидной ухмылке Смелой, доверия ей не было абсолютно. Но пришлось положиться. Люда ещё не научилась здесь как следует пользоваться средствами для макияжа…

…Праздник чувствовался во многом, ещё задолго до того, как автобус подъехал на арену: по рекламным плакатам и небывалой активности у ледовой арены. Люди стекались со всех сторон, ехали на машинах и на автобусах даже из других городов Германии. Всё просто. На показательные выступления фигуристов шли даже люди, далёкие от фигурного катания, для них это было разновидностью шоу, сродни сходить на концерт поп-звезды или в театр. Билеты были раскуплены все.

Когда переодевались, Люда с интересом разглядывала, кто в каких платьях будет кататься. И надо признать, её чёрное полупрозрачное платье на фоне ярких, привлекательных нарядов других девушек смотрелось самым невзрачным. Это платье играло только с болеро и пилоткой стюардессы, а без них… Ну, платье, ну, чёрное… И на этом всё. Даже Смелая в своём красном платье с полупрозрачными рукавами и прозрачной юбчонкой смотрелась намного более выгодно и привлекала внимание. Грейси Сильвер вообще была как принцесса из диснеевской сказки: голубое, сверкающее от стразов платье с серебристыми рукавами, тщательно завитые белокурые волосы, спадающие на спину, которые бывают только на старинных фотографиях. Мультяшная принцесса! Люда сразу вспомнила, как говорила Грейси о своей любви к диснеевским мультикам.

— Сейчас пока не будем краситься! — предупредила Смелая. — А то всё испортится, ждать ещё долго.

Когда электронные часы в раздевалке показали 16:50, все фигуристки стали собираться на общий выход. 15 человек абсолютной красоты! А в коридоре их ждали 15 парней! Плюс тренеры, хореографы, спортивные журналисты и видеооператоры. Мгновенно небольшое помещение служебного коридора оказалось занято массой народа. Где-то у занавески, разделяющей коридор от ледовой арены, виднелось лицо Брона, через плечи высматривающего своих спортсменов. Тут же был и Адам Венцель, директор ледовой арены.

На арене уже играла громкая фольклорная музыка, быстрый тирольский йодль и даже отсюда был слышен гул от множества голосов зрителей.

— Всем привет! — громко сказал Адам Венцель. — Ребята, давайте заведёмся, и за счёт этого заведём зал! Начали! Раз! Два! Три! Погнали, гоу-гоу, первая красотка пошла!

Пятое место среди девушек заняла украинская фигуристка Анастасия Годва, белокурая невысокая девушка в фиолетовом платье. Волонтёры раздвинули перед ней чёрные шторы, закрывавшие выход на арену, и Настя вышла на арену, сняла чехлы с лезвий, отдала их тренеру, вышла на лёд и покатила в центр. Там описала круг, раскрутилась быстрыми пируэтами и исполнила вращение в заклоне, потом вышла из него через качалку и перебежками покатила к правому короткому борту, где остановилась, и начала аплодировать в такт аплодисментам, доносящимся с трибун.

— Анастасияяя Годваааа! — очень пафосным голосом сказал информатор. На этот раз это был мужчина с такой интонацией голоса, которые объявляют на бои боксёров.

Следом за украинкой выехал Казуки Томоно, занявший пятое место. Японский фигурист был одет в чёрные брюки, широкую белоснежную сорочку с винтажным галстуком-шарпеем в виде пышного голубого банта. На сорочке видны алые пятна, имитирующие кровь, и тёмные пятна, словно от следов грязи. Оригинально!

— Казууукииии Томонооо! — крикнул информатор.

Японец вышел на лёд, доехал до центра, оттуда разогнался, встал на ход вперёд и прыгнул тройной аксель. Чисто! Приземлив аксель удачно, Казуки сделал выезд в кораблик, потом несколько пируэтов и покатил к украинской фигуристке, стоявшей у правого короткого борта.

Фигуристы один за другим быстро выходили на лёд. Настала очередь выходить и Людмиле. На арене обстановка была примерно такая же, как на контрольных прокатах: полутемный зал, громкая музыка, яркие огни, бегающие по льду и по трибунам, выхватывающие аплодирующих зрителей. А ещё… Живой ансамбль, стоявший на противоположной стороне, за правым коротким бортом, и живенько игравший тирольский йодль, который переливчато тянули мужчина и женщина в национальных альпийских костюмах. Ощущалась атмосфера праздника и лицедейства.

А что же чувствовала сама Люда? Радость? Грусть? Нет! Скорее, стыдобу от того, что на ней такое неоднозначное платье, через которое видно трусы и лиф. Разврат! Кринж!

— Давай, пошла твоя очередь! — сказал Адам Венцель и показал Людмиле на арену.

Она вышла из служебного входа к калитке, увидела Бронгауза, стоявшего рядом, сняла чехлы с лезвий и осторожно ступила на цветной лёд. И только тут осознала, что ещё не решила, что она будет исполнять на выходе, а нужно было исполнить какой-либо из элементов.

Спонтанное решение! Немного разогнавшись, Люда покатила к центру арены, сделала несколько пируэтов и прыгнула двойной сальхов, чем вызвала массу хейта и неодобрения среди фанатов в интернете. Впрочем, Люда об этом не знала, она поклонилась сначала в одну сторону трибун, потом в другую, поприветствовала зрителей поднятыми руками и покатила к правому короткому борту, где встала в один ряд с другими фигуристами…

Вот и началось первое показательное выступление, в котором будет участвовать Людмила в 2022 году…

Глава 6 Триумф Сотки

Смелая, как и обещала, накрасила Людмилу так, как обычно увидишь лишь в журналах мод или на их сайтах. Агрессивный чёрный макияж, из-за которого глаза казались бездонными, а стрелки от глаз отходили к ушам. Но мало этого, под глазами нарисовала несколько красивых узоров из точек разного размера, которые все вместе были похожи на волну.

— Смотри, как классно, — заявила Сашка, показывая в зеркало.

На самом деле, для Людмилы классного тут ничего не было, она не привыкла к такому креативному макияжу, но всё-таки, скрепя душу, согласилась, чтобы не обижать подружку. Да, вроде бы красиво. Пусть даже и необычно.

Это могло бы показаться странным, но она до сих пор не представляла и даже приблизительно не понимала, что она сейчас будет катать и как это решать по ходу дела. На счастье, у неё был девятый стартовый номер, почти перед самым антрактом, и много сидеть не пришлось, чтобы накручивать себя лишний раз. Показательные тем и хороши, что оценки на них не выставляют, и участники отлетают каждые 2–3 минуты.

— Ну, я пойду? — робко спросила Людмила у Сашки, уютно расположившейся в раздевалке на диванчике и заглядывающей в телефон, куда она уже успела выложить крутой макияж Сотки и теперь тихо смеялась от комментариев фанатов.

— Иди, — разрешила Сашка и хотела ещё что-то добавить, но решила, что не нужно, и встала с диванчика. — Пойдём вместе, я посмотрю, как ты кататься будешь.

Едва Люда с Сашкой успели появиться в коридоре, как защёлкали фотокамеры, и фотокорреспонденты с операторами сосредоточились на двух российских фигуристках. Кто-то зааплодировал. Люда со Смелой прошли через раздвинутые занавески и вышли на арену. Сейчас здесь катала немецкая пара, занявшая четвёртое место. Катали довольно бодро. Оба партнёра были одеты в какие-то синие комбинезоны, в которых ходят рабочие, и клетчатые рубахи с красными бейсболками. У парня были приклеены усы. Музыка играла электронная и какая-то прерывистая, с редкими телефонными трелями.

— Под «Марио» катают, — заметила всезнающая Сашка.

Люда огляделась. У калитки стоял Брон. Увидев подружек, чуть улыбнулся, и подошёл к ним.

— Всё в порядке? — дежурно спросил он.

— Да, — ответила Людмила и уставилась на арену. Напряжение нарастало, так же как и тоскливая неуверенность. Больше всего хотелось не выходить на лёд и что-то катать, а убежать в номер, свалиться на кровать и закрыть голову подушкой.

Наконец немцы закончили прокат, встали в центре арены, в сосредоточившемся на них круге белого света, раскланялись и покатили к калитке, на ходу подняв мелкую мягкую игрушку.

— Выходите, пожалуйста, — сказал инклюзивный волонтёр, открыл калитку, и выпустил Людмилу на лёд.

— Аринааааа Стольниковааааа! — во весь голос, с оттяжкой, крикнул информатор.

Арина передними перебежками набрала ход, подъехала к центру арены, сделала несколько дуг, похлопала себя по бёдрам, разогревая мышцы и застыла в стартовой позе, причём остановилась не сразу. Немного выставила правую ногу вперёд, согнув колено, отставила левую ногу назад, взмахнула руками, как крыльями, и медленно-медленно опустила их вниз до уровня бёдер, также медленно склонив голову. Перфоманс получился нативный и как бы сделанный на лету, впрочем, для фигуристки, занимавшейся хореографией, это не составило никакого труда. А вот трибунам это очень зашло. Зрители неожиданно прониклись и встретили олимпийскую чемпионку бешеными аплодисментами. Её полупрозрачное платье, когда она принимала стартовую позу, взметнулось, как крылья на ветру, и опустилось вниз.

«С чего эта Анька Горелова начинает-то?» — подумала Людмила. — «Кажется, точно с такого же взмаха и с плавного пируэта».

Медленно заиграло Адажио Альбинони в исполнении «Иль Диво». Тонкий мужской тенор наполнил ледовую арену. Люда вышла из стартовой позы, плавно взмахнула руками, как крыльями, сделала пируэт на левой ноге, высоко подняв правую ногу в аттитюде, потом циркуль и сразу же проехала круг в ина-бауэре. Зрители зааплодировали такой красоте. Смотрелось потрясающе, да ещё при лучах прожекторов, сосредоточившихся на тоненькой фигуристке. Остальная арена при этом горела зелёным цветом.

— Браво! — крикнул кто-то по-русски на трибунах, впечатлённый начальной связкой.

Люда по привычке хотела сделать несколько крутых дуг в центре арены и начать разгоняться на стартовый каскад, но сообразила, что это сейчас не надо, сейчас нужно показать красоту катания зрителям, поэтому она сделала трагическое выражение лица, бровки домиком, и покатила вправо к короткому борту. По пути сделала несколько пируэтов, потом одним махом переменила направление движения с «назад» на «вперёд» и прыгнула двойной аксель. Несмотря на непривычный неяркий свет, белые прожекторы, изредка освещавшие её и бегающие цветные огни по арене и зелёному льду, прыжок получился хорошим, так же как и выезд, хотя надо признать, она дезориентировалась, когда входила в крутку. Тем не менее прыжок сделала и выехала красивой ласточкой, широко раскинув руки и высоко подняв левую ногу назад и вверх.

Потом неожиданно резко остановилась, выставив правую ногу назад и заведя левую ногу за неё, опять взмахнула руками, потом правой рукой, согнутой в локте, как будто заслонилась от чего-то, летящего с неба, а левой рукой, наоборот, словно оттолкнулась от земли. После этого Люда сделала быструю подсечку, широкий размашистый моухок, развернулась, исполнила несколько пируэтов и пошла дальше по прокату.

Пока каталась, неожиданно прониклась музыкой и чувствами, которые она вызывала. В сущности, ей не нужно было катать какую-то незнакомую тему, нужно было лишь катать себя. Свою печаль, неустроенность, свою тоску по прошлой жизни, печаль по людям, которые покинули её и которых покинула она. В течение 2 минут Люда полностью разогрелась эмоционально и физически. В целом, исполнила показательный номер на отлично, итог превзошёл себя! Превзошёл самые смелые ожидания!

Люда закончила прокат и застыла в финальной позе, напоминающей винт: тело максимально изогнуто по часовой стрелке, правая рука, согнутая в локте, ладонью заслоняет лицо, а левая отведена за спину и как бы прикрывает её от неявной опасности, левая нога заведена за правую. И тут неожиданно зажегся яркий свет. Светотехник вовремя сориентировался, что называется, поймал волну.

Люда словно проснулась после сна. И увидела горящий яркий соревновательный свет и стоящие трибуны, восторженно кричащие и аплодирующие ей.

— Браво! Браво! Молодец! Это гениально! Шедевр! — кричали зрители и громко аплодировали.

Стоявшие у калитки тренеры и спортсмены аплодировали тоже. На их профессиональный взгляд, олимпийская чемпионка подтвердила свой неземной статус именно здесь и сейчас, опять подняв зал. В очередной раз. На лёд полетели подарки, чего не было до неё. Похоже, люди приберегали подарки для тех, кто занял первое и второе место, а поди ж ты… Пришлось раскошелиться уже сейчас, на Арине Стольниковой.

Да… Пусть она заняла лишь третье место… Пусть она пока не прыгает ультра-си, но… Стольникова по-прежнему является повелительницей сердец зрителей, и этого у неё не отнять.

Люда, растроганная такой реакцией зрителей, неожиданно расплакалась, закрыв лицо руками, чем вызвала ещё большую реакцию зрителей. Это было бесподобно, восхитительно и так трогательно!

— Молодец! Урааа! Росссия! — крикнула Смелая со всей мочи, перекричав гул трибун.

Люда раскланялась в центре арены, от души прижимая правую руку к груди, и покатила к выходу со льда.

— Аринааа Стольниковаааа! — опять объявил информатор, словно подогревая зрителей.

Люда под гром аплодисментов, с красным заплаканным лицом, подкатила к калитке, и Брон подал ей салфетку. Но странное дело… Сейчас должен был выходить Марк Середюк, занявший третье место, но инклюзивный волонтёр рукой притормозил его. Люда заметила, что в ухе волонтёра наушник беспроводной связи, похоже, по нему он получал указания от режиссёра.

— А-ри-на! А-ри-на! А-ри-на! — скандировали трибуны, аплодируя в такт кричалке.

— Аря, тебя люди на бис вызывают! — сказал Брон и указал на лёд. — Выходи.

Неслыханное дело! Фигурное катание такое помнит очень редко! Регламент выступлений был нарушен, так как зрители вызывали понравившуюся спортсменку на бис, призывая исполнить ещё что-нибудь. Свет приглушился.

На бис обычно исполняли любую программу фигуриста, которую выбирал звукорежиссёр. Но в этот раз звукорежиссёр включил опять то же самое «Адажио». Люда прямо от калитки начала выступление. Посмотрела на цветные огни, взмахнула руками, сделала пируэт с ногой в аттитюде, потом циркуль и несколько пируэтов, потом разогналась и в центре арены прыгнула двойной аксель. Выехала, как обычно делают парни, в кораблик, потом исполнила несколько пируэтов и потом ина-бауэр. В этот момент музыка перестала звучать. Выступление на бис длилось всего 30 секунд.

Опять зажегся яркий соревновательный свет, Люда остановилась, понимая, что время выступления истекло. Снова раскланялась перед стоящими трибунами и уже покатила к калитке, от которой только сейчас отвалил Марк Середюк в синей рубахе с бахромой по рукавам, которому сейчас предстояло крайне тяжёлое дело: взять себя в руки и попытаться откатать более-менее достойно после такого шедеврального проката Стольниковой. И что же делать, как кататься даже на показательных после такой реакции трибун? Заранее сдаться, поняв, что у тебя-то такой реакции не будет при любом раскладе?

Марина Соколовская, стоявшая у калитки, с большим удивлением посмотрела на Людмилу. В течение нескольких недель она поражалась, как получилось, что олимпийская чемпионка неожиданно растеряла все свои таланты. Но в этот раз, сегодня, она убедилась, что была не права. Стольникова осталась прежней. Пусть она в чём-то убавила, пусть немного просел общий технический уровень, но она своим талантом способна подниматься залы даже сейчас, в таком полуразобранном состоянии…

…Анна Александровна Стольникова смотрела показательные выступления фигуристов на Nebelhorn Trophy и перед выступлением дочери очень переживала за неё, потому что утром обнаружила болеро и пилотку от «стюардессы», висящие на плечиках в шкафу. Весь день Анна Александровна корила себя, чуть не стуча по голове.

«Опять я налажала. Арька поехала без костюма для показательных выступлений. Что теперь будет???».

Однако, как оказалось, не случилось ничего плохого. Её дочь в очередной раз доказала, что она лучшая в мире. Анна Александровна смотрела, как поднимается зал, и понимала, что ничего для Ари в спорте ещё не потеряно, что всё ещё впереди…

Странно, но в этот раз, когда она увидела слёзы счастья на лице дочери, сама она не ощутила почти ничего. Анна Александровна Стольникова, она же в прошлом Анька-бандитка, имела в первую очередь прагматичный и твёрдый склад ума, поэтому понимала, что нужно делать и чего делать не нужно… Когда дочери хорошо, плакать не нужно. Необходимо приложить все силы для возвращения к большим результатам.

…Людмила Александровна Николаева, председатель Олимпийского комитета России, в этот день смотрела ту же самую трансляцию, что и Анна Александровна. Людмила Александровна смотрела прокат Стольниковой с точки зрения профессионала, и была вынуждена признать: Люська в её теле продолжает прогрессировать и набирает ход. Её движения уже не казались такими угловатыми и порывистыми, как вначале, стали более плавными и цепляющими. Она развивается, она растёт как профессионал и как артистка. Она, настоящая Арина Стольникова в 1980-е годы, в теле Люськи, конечно, тоже иногда поднимала залы и выходила на бис в свой последний победный сезон, но в статусе перворазрядницы, мастера спорта или КМСа этого не было никогда. А ведь Люська сейчас была по сути перворазрядница…

С одной стороны, это, конечно, хорошо, что она не останавливается в развитии. Ведь они, как-никак, связаны друг с другом, и иногда между ними даже вроде бы проскальзывает какая-то искра, какая-то квантово запутанная связь, но чем взлёт Людмилы может обернуться в дальнейшем? По всем канонам фигурнокатательного жанра, сейчас Стольникова должна была упасть в результатах и через пару лет уйти на заслуженную пенсию, в шоу, в политику, на ТВ, дав дорогу Смеловой, и… Дашке.

Но при текущей ситуации можно было уверенно предположить, что Бронгауз продолжит работу с ней. По крайней мере, в текущем сезоне. А что будет в следующем…

— Видишь, как нужно кататься? — Людмила показала внучке Дашке, сидевшей на полу перед громадным телевизором, и вместе с ней смотревшей показательные выступления. Иногда внучка отвлекалась на рисование, так как на ковре был разложен большой альбом и фломастеры.

Дарья проявляла какой-то интерес к этому турниру, и это уже было хорошо. Только что она увлечённо следила за прокатом Арины Стольниковой и её вызовом на бис.

— Печальная тема, — пожала плечами Дашка. — Но всё-таки лучше, чем тот «Назад в СССР», который катаю я.

— Тебе не нравится «Назад в СССР»? — с интересом спросила Николаева. — А что бы ты сделала, например, если бы попала туда? Представь себе, что ты олимпийская чемпионка и неожиданно попала в тело перворазрядницы, которая живёт где-то в провинции на Урале!

— Я бы ещё раз выиграла Олимпиаду! — уверенно ответила Дашка. — Мне это было бы очень просто, так как я знала бы четверные прыжки и триксели.

— А ты, как говорится, шаришь в теме, — рассмеялась Николаева. — Рубишь фишку!

Дашка с интересом посмотрела на бабушку — иногда она выдавала такие интересные словечки, что казалось, словно она её ровесница или даже всего на чуть-чуть постарше, всего на пару-тройку лет…

… — Ну ты и зажгла, подруга, — восхищённо сказала Смелая, вместе с Броном и Аделией Георгиевной встретившая её у калитки. — Первый раз такое вижу.

— Первый и, надеюсь, не последний, — нашёл время сострить Бронхаус, подавая Люде чехлы. — Надеюсь, Аря, твои выступления всегда будут такими яркими и запоминающимися.

Людмила ничего не стала говорить, кивнула головой и пошла в раздевалку, на время снять коньки. Требовалось какое-то уединение, чтобы сбросить эмоции и прийти в себя, но никакого уединения, естественно, не было. В раздевалке, как всегда, находилась масса народу, но хотя бы никто не стал докапываться и благодарить за прокат. Половина девчонок не видела то, что происходило сейчас на арене, а половина хоть и видела, но смотрела машинально, фигуристки были в себе, наедине со своими чувствами и эмоциями. Вот только Смелая…

— Ты где это всё взяла? — поинтересовалась Сашка, как хвост, притащившаяся за ней. — Я этого, кажется, вообще ни у кого не видела. И явно не у Гореловой.

— Не знаю, — пожала плечами уже частично пришедшая в себя Людмила. — Знаешь, какое-то наитие пришло, как пятое чувство. Я вдруг поняла, что именно надо делать, как надо делать, и в каком месте. Не знаю, как это назвать…

— Это называется мастерство и талант, — рассмеялась Сашка. — Вот как это называется на самом деле. Прими это и пойми, что ты настоящая Арина Стольникова, а не кто-то там из СССР, как ты постоянно говоришь. Приведи башку в порядок и будешь по-прежнему чемпионкой мира.

Спорить со Смелой не хотелось, поэтому Люда согласно кивнула головой, пожала плечами, как будто говоря, что спорить тут не о чем, сняла коньки, надела кроссовки, накинула олимпийку сборной России, в которой нужно было ходить на официальные старты и когда тебя снимает телевидение, и вместе со Смелой стала дожидаться конца антракта. Потом, в начале второго отделения вместе отправились на гостевые трибуны и принялись смотреть прокаты.

Что именно катал ученик Соколовской Марк Середюк, подружки, естественно, пропустили, зато могли посмотреть, под что будут катать остальные топовые фигуристы, занявшие третьи, вторые и первые места…

Глава 7 Показательные продолжаются!

Показательные выступления во втором отделении, после антракта, начались с номера французского танцевального дуэта, занявшего третье место. Их имена Люда не успела услышать, так как в это время была очень увлечена разговором со Смелой о реакции болельщиков в интернете на Адажио. Половина из болел, естественно, была в восторге, и как всегда, другая половина писала, что это плагиат чистой воды, и приводила с десяток имён фигуристок, от кого якобы Людмила почерпнула источник своего вдохновения. Правда, как всегда, была где-то посередине…

После французов выступали немцы-парники, ради которых, собственно говоря, со слов Смелой, и было перекроено расписание на показательных выступлениях. Если бы, как в большинстве случаев, девушки заканчивали выступления, то сейчас должна была бы выступать Арина Стольникова, а не пара Алиса Ефимова — Робин Бломмарт.

Впрочем, даже гипотетическая перекройка расписания не пошла немецкой паре на пользу, номер у них был простой, романтический, лирический, с обилием красивых поз и игры лицом. Алиса Ефимова показала себя очень хорошей артисткой, но опять же, на данном высоком уровне такими были все. Люда, даже не будучи большим профессионалом в области хореографии, сразу же подумала, что большую разницу в росте и габаритах тела между Алисой и Робином можно было как-то подать так, чтобы запомниться зрителям, пусть даже это будет и немного юмористический оттенок.

Впрочем, можно было сделать скидку на то, что ребята действительно только начали скатываться. Этот сезон был у них первым в карьере, и очевидно, что о показательном номере речь пока не шла. Возможно, к чемпионату мира что-нибудь и придумают забойное…

Сашка хоть и переоделась в своё платье для показательного, ходила везде в олимпийке, чтобы раньше времени никто не увидел, что на ней надето. Конечно же, для прошаренных болельщиков фигурного катания это был секрет Полишинеля: по торчащей из-под олимпийки красной невесомой юбке они уже догадались, что именно будет катать чемпионка мира среди юниоров и чемпионка Небельхорн Трофи 2022, но широкой публике это ещё ни о чём не говорило.

После того как немецкие парники закончили свой номер, на лёд вышла Грейси Сильвер, занявшая второе место среди женщин.

— Грейсиии Сильвеееер! — с большим пафосом объявил информатор. Зрители громко зааплодировали в ответ.

Грейси, в лучах белого света, вышла из калитки и не спеша покатила к центру арены, разводя руками и делая плавные движения, как будто летящая птица, парящая в потоке воздуха. Движения были очень красивыми, и зрители разразились более активными аплодисментами. Платье американской фигуристки блеском своих стразов, казалось, слепило зрителей, сидящих в полумраке, настолько ярким оно казалось в лучах прожекторов.

Свет потух и превратился в тёмно-тёмно синий полумрак. Грейси подъехала к центру арены и замерла в стартовой позе. Она стояла на левой ноге, правую чуть отставив назад, согнув в колене и оперев на зубец конька. Руки сложены на груди, голова опущена вниз, белокурые волосы завиты и опускаются на плечи красивыми кудряшками. Зал замер. Этого номера ещё никто не видел!

Заиграла медленная напевная мелодия. Грейси развела руки, подняла голову и сделала несколько плавных шагов к судьям. Она раскинула руки, затем резко отвела их назад. После этого сделала плавный пируэт и медленно поехала к правому короткому борту.

Разогнавшись двумя подсечками, заняла положение ласточки, красиво доехала до правого короткого борта, где развернулась моухоком и покатила обратно к центру арены, делая плавные движения руками и исполняя множество пируэтов и разворотов моухоками. Катание смотрелось очень плавно и очень изящно. Люда в очередной раз признала, что катается Грейси отменно и запросто может завести зрителей.

Докатив через весь каток до левого короткого борта по траектории буквы S, Грейси развернулась задними перебежками и покатила к центру арены, по пути исполнив ещё одну очень красивую ласточку. В центре арены, встав на ход назад, Грейси вытянула правую ногу, ударила зубцом по льду, оттолкнулась левой ногой и прыгнула тройной лутц.

На этом-то прыжке отчётливо стала видна удивительная прыжковая техника Грейси Сильвер. Её группировка и крутка были очень медленными и нарушали все каноны фигурного катания, которые гласят, что нужно отталкиваться быстро, сильно, крутиться стремительно и точно так же приземляться, гася коленом удар о лёд. Грейси ударила зубцом правого конька по льду медленно, вошла в крутку медленно, вращалась тоже медленно, но при этом, сделав три оборота, приземлилась точно на ход назад, при этом очень плавно, по кошачьи. Хотя… Многим показалось, что прыжок у неё был лишь двойной. Но нет! На самом деле это был чистейший тройной лутц, сделанный мягко и плавно.

Такая техника могла означать только одно: мастерское владение своим телом и прекрасное знание его кондиций и возможностей. В сущности, глядя на этот прыжок, можно было предположить, что для Грейси не стало бы слишком большой задачей попробовать прыгнуть и четверной лутц. Все возможности были налицо.

Зрители встретили удачно исполненный прыжок аплодисментами и восторженными криками. Смотрелось потрясающе!

Музыка была очень красивая, Люда смотрела номер с большим интересом, и Смелая не замедлила заметить это. Тут же прошазамила композицию.

— Песня называется «Let It Go», это сингл из диснеевского мультфильма 2013 года «Холодное сердце», — уверенно сказала Сашка, посмотрев в экран телефона. — Слова и музыка были написаны мужем и женой Робертом и Кристен Лопес! Смотрится миленько. Воздушно. По её костюму и облику, кстати, читается Дисней.

Грейси после лутца выехала несколькими пируэтами, исполнила кораблик в положении стоя и покатила обратно к центру арены. В это время темп музыки ускорился, появилась какая-то лёгкая агрессия. Подкатив к центру арены, Грейси мастерски исполнила вращение в заклоне. Исполнила отлично, и опять раздались аплодисменты зрителей.

Выйдя из вращения несколькими пируэтами, Грейси затормозила, полностью остановилась и исполнила хореографический элемент, знакомый только тем, кто смотрел этот фильм: вытянула и подняла левую руку вверх, ладонью к себе, потом поднесла её к лицу, качнула левой рукой влево, как будто отбрасывая что-то от себя, потом точно так же качнула правой рукой вправо, сделала один шаг, другой, исполнила циркуль, покатила к левому короткому борту, остановилась у него, разведя поднятые руки в стороны и подняв лицо вверх, как будто радуясь чему-то, лицо её при этом улыбалось. Потом развернулась полупируэтом и сделала точно такой же перфоманс в противоположную сторону.

Исполнив после этого несколько изящных пируэтов и дуг, Грейси покатила к центру арены, исполнила там ещё одно вращение: прыжок в либелу. Сделала элемент на очень высоком уровне, резко остановилась, описала пологую дугу против часовой стрелки в положении ласточки, потом покатила к левому короткому борту, по пути сделав несколько стремительных пируэтов тур-шене. У борта развернулась быстрыми задними перебежками и опять ласточкой поехала к центру арены, там несколько раз взмахнула руками, моухоком развернулась на ход вперёд и неожиданно прыгнула двойной аксель. Вся связка была исполнена как на одном дыхании! Как единое целое!

Выезд с акселя не получился: Грейси с трудом удержала равновесие, жёстко скользнув лезвием по льду, и подставив вторую ногу, но тут же улыбнулась, сделала несколько пируэтов и покатила к центру арены. Небольшая неудача не произвела на неё никакого впечатления: она также улыбалась во все стороны широкой улыбкой. А зрители уже завелись, и с этого момента начали непрерывно аплодировать американской фигуристки.

После дупеля темп проката ещё больше возрос, и также возросла активность Грейси Сильвер. Она очень стремительно катила, и катила не просто так. Людмиле показалось, что она перебрала все возможные позиции в фигурном катании, ни минуты не стояла на месте: вот она едет в кораблике, тут же делает моухок и едет по очень крутой дуге в красивой задней ласточке, изящно раскинув руки и подняв левую ногу высоко вверх. Резко останавливается, делает несколько пируэтов, пару подсечек и дальше катит в ина-бауре, красиво расставив ноги и выгнув тело назад. Насыщенность программы элементами колоссальная. Мало того, Грейси в конце программы прыгнула чистый тройной флип, а после него исполнила ещё одно очень красивое вращение в заклоне, который плавно перерос в бильман. Зрители хлопали всё громче и громче. Сашка с Людмилой, захваченные общим порывом, не отставали от них.

— 146 процентов даю гарантию, что это её следующая короткая программа, — авторитетно заявила Смелая. — Все элементы поставлены как надо, всё в акценты, всё в музыку, всё как надо. Хоть сейчас ставь прогу, костяк уже есть.

— Как может быть 146 процентов? — неожиданно заупрямилась Людмила. — В математике существует только 100 процентов!

— В нашей стране всё может быть! — рассвирипела Смелая. — Смотри давай, как Грейси залом завладела!

Похоже, зрители рассуждали точно так же. Прокат у американской фигуристки явно удался, и они наградили её бешеными аплодисментами. Однако всё же надо признать, зрители не встали с мест так, как вставали после проката Людмилы. Если прокат Людмилы был шедевральным, на эмоциях, на чувствах, и вызвал очень глубокий отклик публики, то Сильвер вызвала эмоции совсем другого характера. Американка катала увлекательно, технично, чисто для показательного выступления, изобразила сначала лёгкую печаль, потом веселье и радость, но всё-таки это было не катание на разрыв аорты, как у Люды, где она отдала всю себя, а зрители очень тонко чувствуют такие моменты.

Впрочем, своим прокатом Грейси была очень довольна. Она остановилась в стартовой позе, которая была тоже очень веселая и жизнеутверждающая: стояла на правой ноге, отставив левую ногу назад и опершись коньком о лёд, а руки расставив в стороны, как будто приветствуя кого-то. Довольное улыбающееся лицо при этом смотрело вверх, прямо на верхние трибуны.

Зрители разразились аплодисментами, на лёд полетели подарки.

— Браво! Молодец! — кричали восторженные зрители.

Люда тоже довольно активно аплодировала: прокат американской фигуристки очень понравился. Да, пусть не шедевр, пусть не тот, который поднимает залы, но очень качественный и в первую очередь, насыщенный сложными и очень красивыми шагами, переходами и спиралями.

— Грейсиии! Сильвееер! — объявил информатор.

Грейси, поднятыми руками приветствуя зрителей, покатила к калитке, на ходу подняв плюшевого медведя и помахав им, а в это время на арену вышел Даниэль Грассль, нежданно-негаданно занявший на этом турнире второе место.

Сашка посмотрела на телефон: время её выступления приближалось, и настала пора идти в раздевалку.

— Пошла я, — предупредила она. — Уже через 15 минут мой выход.

— Помочь тебе чем-нибудь? — поинтересовалась Люда.

— Ничего не надо, — улыбнулась Смелая. — Сиди здесь и ори громче всех.

Люда согласно кивнула головой, и Смелая, пригнувшись, чтобы не мешать зрителям, отправилась в раздевалку готовиться к выступлению. Людмила сосредоточилась на прокате Даниэля Грассля.

— Даниээль Грааассль! — громко, с оттяжечкой сказал информатор.

Тёмно-синий свет на арене окрасился в красный. Итальянец выехал в центр арены, приветствуя зрителей. На нём был какой-то странный костюм, и Людмиле сначала показалось, что это тренировочный: чёрная толстовка-худи с длинными рукавами и узкие чёрные штаны. Неужели у него украли костюм для показательного? Костюм абсолютно невзрачный и такой, словно куплен с рынка. А может, это и есть самый оригинальный костюм? Может быть, именно этого и ждут зрители — увидеть своего парня, парня с улицы?

Грасль занял стартовую позу, и она была очень простой: ноги расставлены шире плеч, руки опущены вниз, голова тоже, глаза сморят на лёд. Медленно заиграла музыка, и это был блюз. Добрый старый блюз 1970-х годов, записанный тогда, когда ещё умели играть на гитарах без компьютерной обработки. Музыка была очень красивая, жаль что не было рядом Смелой, чтобы зашазамить композицию.

Как только раздались первые аккорды, Грассль поднял голову, правой рукой медленно взъерошил белокурые волосы и сделал медленный пируэт. Потом широко расставил ноги, положил руки на бёдра и согнулся, словно вратарь в ожидании шайбы. Проехав ёлочкой пару метров, снова поднялся в стартовую позу.

И тут зазвучал мужской вокал на английском языке. Грассль сделал резкое движение руками и выпад вперёд и вправо. Потом пируэтом развернулся, остановился и сделал ещё один точно такой же выпад, откинув левую ногу назад, а правую, согнутую в колене, вперёд и раскинув руки в стороны. Гитары хоть и играли медленно, но одна из них отбивала чёткий ритм. В этот ритм итальянец прекрасно попадал, так как прокат был пока ещё не энергичный, а больше рассчитанный на хореографическую подачу.

Грассль опустился на колени и несколько раз провернулся вокруг своей оси, потом поставил правую ногу, согнутую в колене, на лезвие, и всё так же сидя на коленях, откинул руки в стороны и вниз. Тут же наклонился и запрокинулся вперёд, опустившись всем телом на бедро.

Поднявшись на ноги, фигурист сделал резкий пируэт и покатил по крутой дуге в сторону левого короткого борта, у которого развернулся задними перебежками, проехал несколько метров корабликом и покатил к правому короткому борту, у которого прыгнул тройной риттбергер.

Выехал из риттбергера в ласточку, потом опять в кораблик, сделал несколько перебежек и стал разгоняться к левому короткому борту, у которого прыгнул тройной сальхов. После сальхова опустился на левое колено и выставил правую ногу вперед, корпус откинув назад и вниз, голова при этом была запрокинута и смотрела вверх и в сторону. На короткий момент Людмиле даже показалось, что парень смотрит прямо на неё. Показалось, в полутьме сверкнули его глаза.

Грассль поднялся со льда и по крутой дуге покатил к левому короткому борту, у которого развернулся задними перебежками и поехал к центру арены, исполнив на ходу несколько красивых спиралей. В центре арены раскрутился и исполнил вращение со сменой ноги, перебрав привычные для себя позиции: либелу, кольцо, заклон, волчок, винт.

Музыка звучала медленно, и Грассль явно катался в своё удовольствие, чтобы продемонстрировать своё мастерство владения коньком. Катался он хоть и медленно, но размашисто, занимал всю поверхность льда, ехал на очень крутых рёбрах, и так же, как Грейси Сильвер, не пропускал ни одной секунды, чтобы не показать красоту своего катания и владение элементами.

В ходе проката прыгнул двойной аксель и исполнил два вращения. «Неужели и это макет будущей короткой программы?» — подумала Люда. Посоветоваться было не с кем: Смелая сейчас готовилась к своему выступлению.

Внезапно Грассль закончил прокат, как будто оборвал: опустился на правое колено, выставив ногу в сторону, прокрутился несколько раз на льду и замер в финальной позе, опять раскинув руки. Белые прожекторы сосредоточились на нём, а трибуны разразились аплодисментами. Зааплодировала и Люда. Однако она должна была признать, несмотря на красивое катание Даниэля, всё-таки оно смотрелось каким-то поспешным конструктом, слепленным на коленке. Итальянец допускал много одинаковых движений, постоянно раскидывал руки, опускался на колени, делал выпады. Вроде бы и красиво, но слишком однообразно. Похоже, у парня тоже не оказалось хорошо поставленного показательного номера, и он катал по наитию, импровизировал, делал абсолютно то же самое, что и Люда.

Однако это было заметно лишь профессионалам, для зрителей же парень откатал очень хорошо, рёберно, зрелищно, на эмоциях и трибуны были довольны. А большего для Даниэля на сегодняшний момент и не требовалось. Похоже, у парня действительно не было костюма для показательного, и он выехал кататься в обычном тренировочном костюме…

Глава 8 Триумф чемпионов

После Даниэля Грассля, откатавшего по среднему, выступала американская танцевальная пара, занявшая второе место. Это были как раз те ребята, которых на собрании Люда и Смелая подвинули с места. Они тогда долго и дотошно что-то спрашивали у Адама Венцеля, консультируясь насчёт своего показательного номера. Сейчас Людмила так и не поняла, о чем они консультировались: номер был совершенно обычный, с романтическим оттенком. Партнёр был одет в чёрные брюки и белую рубашку, а партнёрша в синее блестящее платье с полупрозрачными рукавами и юбкой. Катали ребята любовь-морковь, романтику, и показались очень качественными. Но не запредельными.

Собрав положенные аплодисменты, американцы покатили к калитке, а навстречу выехала канадская пара Диана Стеллато — Максим Дешам, ученики Владислава Левковцева, занявшие второе место в парном катании. Людмиле неожиданно стало интересно, что же мог поставить её бывший тренер своим нынешним ученикам. Можно ли было разглядеть некую общую деталь, связывающую его бывшие постановки и нынешние. Хотя… Прошло слишком много времени, рассчитывать на это было бессмысленно, но всё-таки…

Однако ожидания Людмилы оказались напрасными: канадская пара откатала точно так же, как американцы, романтично и совершенно не запоминающеся. Сегодня таких программ фигуристы показали множество, и даже после проката было уже невозможно сказать, что это за музыка и что именно катали ребята. Короче, проходняк, как говорят профессионалы. Однако европейской публике такой нейтральный и политкорректный прокат канадцев понравился, и они наградили их бешеными аплодисментами. Раскланявшись, ребята покатили до калитки, и в это время на лёд выехала Сашка Смелая, обогнув их по широкой дуге. Вот и настал её час! Люда видела эту программу в интернете, она ей очень понравилась. Сейчас представился шанс посмотреть программу вживую. Может быть, даже последний раз, потому что Смелая явно хотела ставить другой показательный номер.

— Александраааа Смеловааа! — протяжно крикнул информатор-шоумен. Публика отозвалась очень громкими аплодисментами и даже одобрительным свистом. Всё-таки выступала сенсация турнира, квадистка, трикселистка и будущая чемпионка мира, судя по всему… Зрители надеялись на чудо. Да и здесь же ещё интрига присутствует: очное соперничество. Сможет ли Александра Смелова откатать так же как Арина Стольникова и поднять зал, с вызовом на бис? Фанаты фигуристок в этот момент напряглись. Темы на спортивных форумах начали накаляться.

Подняв руки и приветствуя зрителей, Смелая подъехала к центру арены, сделала там несколько кругов и замерла в стартовой позе. Стартовая поза у неё была оригинальная и в корне отличающаяся других. Сашка стояла, расставив ноги в стороны, наклонив корпус вправо, туда же повернув голову и опустив правую руку вниз, левая рука при этом была согнута в локте и касалась шеи. Со стороны казалось, словно замер красный язык пламени на льду. Так и было. Платье Смелой выглядело очень оригинально. Во-первых, оно было полностью красное, кричащего красного и даже алого цвета, без всяких украшений и градиентных окрасов. Во-вторых, интересно смотрелась полупрозрачная юбка и рукава с красными перчатками.

Свет приглушился и синий оттенок сменился на серебристый. Заиграла музыка Лары Фабиан под названием «Же Те», как говорят фанаты, хорошо известная в мире фигурного катания медленная мелодия. Музыкальное сопровождение сразу же началось с женского вокала, поющего под медленный аккомпанемент синтезатора.Смелая сделала быстрый пируэт, развела руки в стороны, исполнила ещё несколько пируэтов, красивый циркуль, остановилась, исполнила ещё один циркуль в обратном направлении, моухоками несколько раз сменила направление движения «вперёд» на «назад», потом снова «назад» на «вперёд», сделала широкую дугу и начала разгоняться к левому короткому борту, где почти без подготовки прыгнула тройной флип.

Зрители отреагировали аплодисментами, пока ещё сдержанными. Сашка ещё не раскачала публику.

Из флипа Смелая выехала «собачкой», сделала несколько пируэтов, развернулась, покатила к центру арены, где, исполнив несколько хореографических элементов, поехала спиралью, сделав бильман и следом спираль Шарлотты, опустив корпус вниз и прижав его к опорной левой ноге. Идеальный вертикальный шпагат! Доехав в Шарлотте к правому короткому борту, Смелая встала на ход назад, подняла корпус вверх и прыгнула тройной тулуп. Чисто! Публика отреагировала с восторгом, но пока ещё всё равно, относительно сдержанно. Это можно было списать на то, что всё-таки эта программа не предполагала бешеных и длительных аплодисментов: каталась лирика. Эта программа должна была заиграть после окончания проката, если только Смелая сможет поднять зал и раскачать его на эмоции. Получится ли это у неё?

Описав крутую дугу в центре арены, Смелая опять без подготовки прыгнула ещё один тройной тулуп. Второй! Для зрителей он стал неожиданным, и в этом месте уже начали раздаваться более активные аплодисменты, тем более певица начала исполнять припев, и темп музыки немного ускорился, став более драматическим.

Сделав несколько пируэтов, Смелая развернулась, покатила к левому короткому борту и там прыгнула ещё один тройной флип. Второй! И опять без подготовки, с короткого захода! Но мало этого: Сашка прыгнула уже четыре тройных прыжка в показательном номере! И хотя они были одинаковые и непонятные по смыслу исполнения, она пошла напролом и сделала прыжковых элементов больше других. Неужели решила показать, что она в показательном номере в течение двух с половиной минут может перепрыгать всех участников показательных выступлений⁉

Смелая начала активно и широко кататься, охватывая всю арену. Её движения не казались медленными: темп музыки ускорился, и следом за ним быстрее начала кататься фигуристка. Прокат стало трудно оценить зрителю, так плотно на этом отрезке он оказался напичкан элементами: пируэтами, перетяжками, моухоками, скобками, крюками, твиззлами, дугами, которые Смелая чередовала просто в бесконечном количестве. Фанаты наверняка начали плеваться, называя стиль катания «бронстайл».

Один элемент очень быстро перерастал в другой, и зрители не успевали насладиться им, как начинался третий и тут же заканчивался и начинался четвёртый. Однако такая тактика была, хотя и выигрышная, и нравилась многим, особенно судьям в соревновательных прокатах, так как значительно повышала оценку в компонентах за владение коньком и транзишены, но в показательных номерах такая тактика могла должным образом и не сработать: зритель просто не успевал насладиться красивыми движениями тела фигуристки. В этом плане прокат Людмилы, слизанный с проката Анны Гореловой образца 2014 года, смотрелся намного более выигрышным, и профессионалы фигурного катания, а также болельщики были вынуждены признать: именно в этом аспекте, в хореографии и плавных переходах, в этот момент Смелая сильно проигрывает Стольниковой. Проще говоря, Стольникова сегодня каталась не как бронгаузовская фигуристка, в ней мелькнуло нечто иное, и, может быть, даже более высокого уровня! Сейчас, на контрасте со Смелой, это стало видно определённо точно!

Да и в целом… Две фигуристки Бронгауза встретились на этом турнире очно, как и ожидала публика, и одна из них выиграла за счёт сложных прыжков и сложного катания, но любовь публики, похоже, останется за олимпийской чемпионкой. Она была чемпионкой сердец!

Смелая тем временем в левой части арены исполнила ещё одну спираль Шарлотты, потом развернулась быстрыми перебежками и покатила к центру арены в ина-бауэре. После этой зрелищной дуги она сделала несколько пируэтов и исполнила вращение. Начала вращаться в либеле, потом сменила её на кольцо, потом неожиданно села в волчок, потом встала, исполнила кольцо, и закончила вращение затяжкой в шпагат: ухватившись за правую ногу, подняла её вверх, прижала к себе, ухватившись за голень, и начала бешено вращаться. Растяжка идеальная! Этот элемент Смелой всегда вызывал восторг у зрителей.

После вращения сделала несколько пируэтов, опустилась на лёд, исполнив выпад на правом колене, проехала так несколько метров, потом остановилась, села в продольный шпагат, несколько раз сделала взмахи руками, положила корпус на вытянутую вперёд правую ногу и замерла, как умирающий лебедь. Финиш! Музыка перестала звучать.

Смелая закончила прокат, вполне буднично встала на ноги и начала раскланиваться. Раскланивалась недолго: почему-то Люда почувствовала, что подружка недовольна, хотя аплодисменты звучали очень громко. Реакция трибун была бурная, но явно не такая, на которую она рассчитывала. А на что она рассчитывала? Превзойти Стольникову? Амбиции, конечно, немерянные, но совсем необъективные. Разве можно сравнивать себя и олимпийскую чемпионку, любимицу миллионов, которая только что опять доказала, что она в борьбе?

Смелая покатила с арены, а навстречу ей выехал Илья Малинин, одетый в шикарный кожаный костюм с белыми металлическими замочками, прочертившими куртку во всех направлениях. Прилично заморочился парень с одеждой для показательного! Необычный и очень выделяющийся костюм сразу переключил внимание трибун с Сашки на американца, и они разразились оглушительными аплодисментами, которые как нож по сердцу резали Смелую, ещё не ушедшую с арены. Вот так бывает… Один костюм может вызвать огромный интерес зрителей. Фигурист ещё не начал прокат, а ему уже оглушительно аплодируют…

— Ильяяя Мааалиниин! — с пафосом сказал информатор.

Малинин победным взглядом окинул трибуны, опустился на левое колено и принял стартовую позу. Он стоял, опёршись левым коленом о лёд, положив обе руки на правое колено, чуть согнувшись и смотря на свои кисти. Заиграла энергичная музыка в стиле хард-рок. Похоже, Малинин уже осуществил мечту Смелой: поставил показательный номер под хард-рок. Да и сам костюм на это намекал…

При первых аккордах музыки Малинин резко встал на ноги, поднял руки, согнутые в локте, кулаками вверх и сделал несколько пируэтов, потом развернулся, очень высоко прыгнул в воздухе, снова сделал несколько пируэтов и покатил к правому короткому борту, у которого развернулся стремительный задними перебежками и покатил к центру арены, где с хода прыгнул тройной сальхов. Приземлился чисто. После сальхова выехал в кораблик, опустился на колени и изобразил, как будто играет на гитаре.

Люда при этом удивилась выбору музыкального сопровождения, вернее, его классу. Ей показалось, что музыка играла совершенно заурядная, по крайней мере, она эту группу точно не знала. И она для неё слышалась как обычно музыка в стиле хард-рок. Что в ней необычного? Явно не хитовая, не из тех, под что ноги сами пускаются в пляс, либо из глаз текут слёзы. Однако Малинин взял эту музыку и катался под неё. По крайней мере, первую минуту с начала программы катался очень активно. Не только активно, но даже энергично: его прокат смотрелся совсем по-другому, чем у парней-фигуристов, выступавших до него. Но в чём заключается это отличие, Люда ещё не могла сформулировать: американский фигурист ещё не закончил прокат. Вдруг покажет что-то ещё.

Доехав до левого короткого борта, Малинин сделал стремительный, очень высокий прыжок во вращение и начал вращаться в либеле, которая сменилась на кольцо, а кольцо на бильман. Позиция в бильмане у Малинина была очень сложная: он поднял правую ногу назад и ухватился правой рукой за лезвие, при этом левую руку тоже откинул назад и взял себя за колено. Такую сложную вариацию либелы делали считанные единицы из фигуристов.

Исполнив вращение, Малинин сделал несколько простых подсечек по направлению к середине арены, одновременно двигая головой вперёд и назад, как будто изображая рокера, играющего ритм на гитаре. Потом он сделав несколько пируэтов, разогнался, сделал широкую дугу в центре арены, и покатил к левому короткому борту, там встал на ход вперёд и прыгнул тройной аксель. Чисто! Тройной аксель! В показательном! Трибуны взвыли от восторга.

Сделав после акселя несколько подсечек, Малинин усилил темп проката. У него словно ещё больше прибавилось сил. Фигурист начал кататься ещё быстрее. Исполнив крутую дугу, покатил по центру арены, исполнил ина-бауэр, набрал скорость перебежками, начал махать руками трибунам, призывая их ещё сильнее аплодировать себе. Потом, развернувшись у левого короткого борта, прокатился корабликом в одном направлении, потом в другом. Исполнил несколько прыжков в шпагат в разных направлениях. Потом остановился, начал танцевать на месте, изображая гитариста, потом опустился правым коленом на лёд, сделал один выпад, вытянув левую ногу вперёд, и касаясь концом лезвия льда, встал на ноги и исполнил ещё одно вращение в либеле. Либела сменилась на волчок, волчок — на сложный волчок, а потом Малинин встал и исполнил вращение в стремительно вращающемся винте.

После вращения исполнил несколько эффектных подпрыжек в воздухе, Но самое эффектное получилось в финале. Малинин с быстрого хода прыгнул очень высоко, опустился на лёд, на правое колено, раскинул руки в стороны, и в таком положении проехал несколько метров по льду, сделав выпад. Постепенно замедлился и замер в этой позиции. Финиш.

Трибуны очень громко зааплодировали, несколько человек встали и начали бросать подарки на лёд. Люда тоже зааплодировала. Однако надо признать, прокат американца оставил неоднозначное впечатление. Катание было, что называется, на любителя. У Малинина были очень мощные и в то же время словно рваные движения. Здесь не было плавности и легкости, с которой катался тот же самый Даниэль Грассль, который стремился покорить публику красивыми движениями, красивыми позициями, красивыми дугами на крутых рёбрах; который множеством выпадов и спиралей, очень красиво технически исполненных, навевал чувство прекрасного. В катании Малинина присутствовала чистая мужская мощь, чистая сила, но эта сила казалась грубой и какой-то… квадратной. По крайней мере, для Люды.

Однако надо принять во внимание, что и музыкальное сопровождение у американца — не какая-то классика либо заунывная неоклассика с атмосферными синтезаторами, которые подразумевают медленное катание на изящных линиях. Это был энергичный хард-рок. По-иному прокат под такую музыку нельзя было представить. Так что всё неоднозначно… Малинин катался под хард-рок, и этот хард-рок хореографически и артистически оказался исполнен на высоком уровне, чем фигурист завёл публику, среди которой, естественно, были люди, которым такая музыка нравится, так же как нравится такой стиль катания.

Однако, несмотря на хорошую реакцию трибун, которая явно была намного выше, чем у Смелой, поднять зал чемпион мира тоже не смог. Пока это достижение покорилось только Арине Стольниковой… Или Людмиле Хмельницкой всё-таки?

Малинин не был терзаем детскими мыслями о поднятых трибунах: он был рад, что откатал показательный номер чисто, без ошибок, хорошо развлёк людей и завёл публику. Поэтому поклонился в разные стороны, помахал руками и довольный покатил к калитке, где его обогнула американская танцевальная пара, занявшая второе место.

У калитки Илью по традиции встретила мама и протянула чехлы от лезвий. Илья что-то оживлённо объяснял ей, показывая на арену. Был он весел и очень активен. «Импульсивный парень», — подумала Люда.

У калитки, вдалеке, стояла Сашка Смелова. Люда внимательно посмотрела на подружку: вид у неё был обычный. Неужели показалось, что она недовольна своим прокатом? Во всяком случае сейчас об этом спрашивать не стоило, разве что после показательных, до конца которых осталось совсем немного: предстояло откатать лишь американской танцевальной паре, занявшей первое место в танцах на льду, и российским парникам Александре Бирюковой и Дмитрию Кедровскому.

Интересно, что они приготовили для зрителей?

Глава 9 Джеймс Бонд и его красотка

Пока катались американцы, Люда сходила в раздевалку и надела коньки для финального выхода, проверила шнуровку, попрыгала: нормально. В служебном коридоре уже было пусто, всё внимание фигурно-катательной публики и журналистов сосредоточилось на арене: основные события сейчас происходили там. Подошла к калитке как раз когда Дима с Сашей выходили на лёд. Люда осмотрелась и направилась к Смелой, стоявшей чуть поодаль, где посвободнее. Народу у калитки скопилось порядочно: в основном стояли спортсмены, участвовавшие в показательных и ожидающие общего финального выхода. Сейчас сюда сошлись абсолютно все участники. Даже тренеры подвинулись в стороны, так как народу было реально много.

— Александра Бирюкова — Дмитрий Кедровский! — громко крикнул информатор.

Ребята в своём стиле, взявшись за руки, проехали в центр арены на одной ноге, согнув вторую в колене, чуть приподняв и отставив в сторону, при этом вытянув свободные руки по балетному вверх и приветствуя зрителей. Трибуны разразились громом аплодисментов, криками и свистом.

Дима одет в чёрные брюки и белую рубаху с имитацией двух расстёгнутых верхних пуговиц и развязанного и свободно лежащего на плечах галстука, длинная часть которого якобы свисает с правой стороны груди, а короткая и узкая — с левой. На рубашке, кажется, размазаны пятна крови и грязи. «Да они что тут, на этой крови и грязи совсем помешались, что ли?» — с недоумением подумала Людмила.

Зато Саша была не в крови. Она в чёрном, сверкающем стразами комбинезоне, который очень плотно и очень выгодно обтягивал её тонкую спортивную фигурку. Если обтягивающие лосины комбинезона смотрелись ещё так-сяк, то верхняя часть была полуоткрытой и вызывающей. На костюме точно нет рукавов: с правой стороны через плечо шла широкая лямка, а на левом плече лямка похоже, сделана из невидимой на расстоянии силиконовой нити, из-за чего Сашино плечо оказалось полностью открыто. С этой же, левой стороны тела видно открытый бок и наполовину оголённую спину. Казалось, будто с девушки сорвали левую лямку и боковую часть майки. Надо признаться, несмотря на довольно откровенный прикид, смотрелся он на фигуристке очень привлекательно. Руки и плечи у Саши были очень красивыми и женственными.

— Что они катать будут? — тихо спросила Люда. — Костюмы какие-то странные. Музыку прошазамишь?

— Мне и шазамить не надо, я присутствовала при постановке этой программы, — важно откликнулась Смелая, покосившись на Люду. — Они катают мотив Джеймса Бонда из нового фильма, из седьмой части. Песня называется «No Time to Die», по-английски — «Не время умирать». Это песня Билли Айлиш. Специально написала и спела её для этого фильма.

— Со словами, что ли? — с интересом спросила Люда. — Чё за Джон Блонд?

— Со словами, — подтвердила Смелая, с лёгкой злостью посмотрев на Люду. — Какой ещё Блонд??? У тебя логика есть? Если я говорю, что это песня, значит, естественно, она со словами и её поют! Сотка, ты…

— А ну тихо! Ща как дам по сопатке! — показала кулак Людмила, показывая, что не потерпит издевательств. Смелая прикусила язык и уставилась на лёд. Боится, когда страшно!

Ребята разъехались, описали несколько кругов в центре арены, Саша традиционно проверила костюм, наклонилась и оценила шнуровку, похлопала себя по бёдрам, раскинула руки в стороны несколько раз и покатила к калитке кисс-энд-края, а Дима отправился к противоположному длинному борту. У ребят номер начинался порознь, не с центра арены! Вроде бы, Люда такого ещё не видела сегодня.

Саша облокотилась о борт, положив согнутую в локте руку на голову, а правой рукой притронувшись к выпяченному вперёд бедру. При этом она широко и очень завлекающе улыбнулась. Дима у противоположного борта, наоборот, стоял словно в задумчивости, расставив ноги на ширине плеч, сложив руки на груди и опустив голову. Парень как будто о чём-то напряжённо размышлял. Сцена получилась очень артистичной и очень достоверной. Казалось, словно мужчина думает тяжкую думу, а партнёрша старается его расшевелить своим завлекательным видом. В это время светотехник совсем приглушил свет, на арене осталось лишь слабое фиолетовое свечение, через которое силуэты фигуристов едва заметны.

Заиграли первые аккорды фортепианной музыки. Саша сделала несколько шагов к центру арены, опустилась на колени, потом подняла руки вверх и запрокинула голову. Дима сначала сделал несколько шагов от неё, расставив руки в стороны и назад и тоже запрокинув голову, потом сделал крутой пируэт и покатил к Саше, словно решившись на что-то.

Саша встала, протянула руку Диме, он перекинул партнёршу через руку, и ребята сделали небольшую зрелищную параллельную провозку. Потом Дима взял Сашу за руки и покатил с ней к левому короткому борту. Ребята ехали сначала вместе, исполнив несколько пируэтов и дуг, потом задними перебежками развернулись, и покатили к центру арены. Там Дима поставил партнёршу на ход назад, взял за талию и бросил вверх, исполнив тройную подкрутку. Из подкрутки ребята выехали в своём фирменном стиле, держась за руки, и подняв свободные руки и ноги вверх.

Сделав несколько дуг, порознь покатили спиралями к правому короткому борту, развернулись у него задними перебежками, потом Дима взял Сашу за талию, поставил на ход назад, и в центре арены ребята исполнили тройной лутцевый выброс. Свет оставался приглушённым, и элемент выглядел очень опасным: льда практически не видно, но Саша сумела точно приземлиться на выезде и описала широкую дугу в ласточке, подняв левую ногу высоко вверх и разведя руки в стороны. Очень красиво! Зрители наградили сложный элемент аплодисментами.

После того как Саша выехала с выброса, ребята опять разошлись и поодиночке исполнили несколько пируэтов, шагов и дуг, потом покатили к левому короткому борту, у которого снова взялись за руки. Дима поехал в парном кораблике, Саша легла ему на бёдра. А Дима поднял левую руку вверх, посмотрев в том же направлении. Провозка получилась очень зрелищная, и мало того что зрелищная, она оказалась не отдельным элементом! Это был лишь сложный заход в тодес «назад-наружу»!

Отлично исполнив тодес, и сделав необходимые четыре оборота, ребята опять разошлись: Дима отпустил Сашу в сторону, и она выехала от силы инерции, а партнёр остался стоять, подняв руку вверх. Поза символизировала небольшую досаду партнёра: по сюжету, наверное, в это время Джеймс Бонд разозлился и отбросил свою партнёршу в сторону, раздосадованный чем-то. А может быть, выгнал из спальни…

Потом ребята покатили дальше, сделали несколько пируэтов, разойдясь на приличное расстояние друг от друга. В этом месте светотехник сделал более яркое освещение, и на каждом из партнёров сконцентрировался белый круг света, который постоянно следовал за ним.

Ребята ехали всё ещё порознь, и у левого короткого борта каждый исполнял разные элементы. Зрители не знали, на ком сконцентрироваться, так как сконцентрировать взгляд сразу на двоих было невозможно: они катались на приличном расстоянии друг от друга, и каждый катался очень здорово. На каждого хотелось смотреть: Дима бедуинским прыгнул несколько раз очень высоко надо льдом, Саша катила в вертикальном шпагате. Потом, через несколько секунд, подъехала к партнёру и как будто упала на него. Дима левой рукой схватился за голову, правой рукой прижав Сашу к себе. Прожектор в это время очень ярко осветил их лица, и зрителям даже с дальних трибун стало видно, словно Дима переживает какую-то драму, а на лице Саши застыли растерянность и какое-то неверие. Зрители, как будто наяву увидевшие картину, рассыпались в аплодисментах. И эти аплодисменты были очень бурными, почти такими же, которые были в середине проката Людмилы, и уж явно более громкими, чем те, которыми болельщики одарили Смелую.

Подкатив к центру арены, Саша закинула правую ногу на бедро Димы, он взял её левой рукой, и Саша в это время обняла партнёра. Потом, сделав несколько шагов, ребята разошлись, словно оттолкнувшись друг от друга, встали в статичной позе и исполнили несколько абсолютно парных движений руками и ногами. Потом Саша подкатила к Диме, он вытянул руки, и она словно рухнула на них.

Дима поднял партнёршу на руки, несколько раз провернул вокруг себя, держа на руках, потом отпустил. Ребята разогнались, исполнив несколько параллельных хореографических движений руками и ногами, потом Дима взял партнёршу за талию и поднял её во вращающуюся поддержку «лассо».

Дима ехал по арене, вращался и держал Сашу одной рукой за талию, при этом она занимала горизонтальное положение, свесив голову вниз. Левая нога выпрямлена, а правая согнута в колене. Поза очень красивая! Зрители и Люда видели это поддержку в произвольной программе! Потом Дима спустил Сашу чуть ниже, взял её, прижал к себе в положении «головой вниз» на уровне груди и прокрутил так несколько оборотов, а потом вообще отпустил партнёршу! Он ехал, расставив руки, вращался, а она свечкой торчала с ногами, идеально вытянутыми вверх, и держалась руками за шею Димы. Вот это акробатика! Вот это закачка у девушки! Да и у партнёра тоже! Удержи-ка 50 килограммов живого веса на шее, при этом вращаясь, и чтобы шейные позвонки не отлетели при этом!

Публика зашлась в бурных аплодисментах. И, надо признаться, уже сейчас начала вставать и аплодировать стоя.

— Это запрещённый элемент! — уверенно заявила Смелая. — По правилам не нельзя отпускать её из рук, а она не должна держаться только за шею, это травмоопасно, и ему и ей. Она может свалиться башкой в лёд, а у него позвоночник в трусы ссыпется!

— Почему же они делают это? — спросила Людмила. Хотя, конечно же, знала ответ.

— Потому что это не соревновательный прокат, в показательном всё разрешено! — заявила Смелая. — В программе их бы судьи оштрафовали на минус 5 баллов, а то и дисквал дали.

Опустив Сашу на лёд, Дима взял её за талию, они проехали несколько метров, потом Саша прыгнула, Дима прижал её к себе, а она ногами, расставленными в стороны и назад, ухватилась за его бёдра и левой рукой за шею. Тоже очень трудное положение в провозке, и тоже требует от партнёрши сильной закачки ног. Проехав несколько метров, Дима поставил Сашу на лёд, опустился на колено, Саша подъехала к нему и легла на это колено спиной, сильно раскинув руки назад и вниз, и откинула вниз голову. Сложилось такое ощущение, словно Дима держит на руках мёртвое тело. Финиш!

Казалось, эта поза длится очень долго. Она была феноменально красива и артистична. Такую только в фильмах и спектаклях показывать, и зрители, которые повидали на своем веку немало театральных и фигурно-катательных постановок, отреагировали на перформанс ребят соответствующим образом: бурными аплодисментами, переросшими в овации.

Зажёгся более яркий свет, но всё ещё не соревновательный, а шоу-свет, ставший светло-голубым. Саша быстро и очень ловко вскочила с Димы, он встал на ноги, и ребята начали раскланиваться. В своём обычном стиле: Дима брал Сашу за руку, раскручивал её, отпускал сначала в сторону трибуны, потом Саша прижимала руку к груди и кланялась, то же самое делал и Дима. Потом Саша подъехала к Диме, и он точно так же брал за руку, раскручивал, отпускал, и ребята снова поприветствовали зрителей уже с другой трибуны.

Зажегся яркий свет. Все зрители стояли и аплодировали. Однозначно, это был прокат, пожалуй что, самый лучший на этих показательных выступлениях, а учитывая, что это парный прокат, и катались два человека, то, наверное, точно лучший. Или, по меньшей мере, равный тому, что показала Арина Стольникова.

— Браво! Браво! Молодцы! Гениально! — кричали аплодирующие болельщики.

— Рос-сия! Рос-сия! Рос-сия! — кричали российские болельщики и трясли флагами страны.

Саша с Димой разделились и катили метрах в пяти друг от друга, постоянно поворачиваясь назад и приветствуя трибуны. А ведь сейчас торопиться-то уже было некуда! Показательные выступления закончились. Так же как и целиком турнир Небельхорн Трофи 2022, ставший первым турниром в сезоне 2022–2023 года. И этот турнир сразу дал некоторые расклады на весь год функционерам ISU, судьям, тренерам, фигуристам и болельщикам. Впрочем, итоги его ещё будут анализировать на сотнях спортивных сайтов и форумов, и будет поломано ещё немало копий между фанатами в бессмысленных рассуждениях, кто лучше, кто артистичнее, кто спортивнее. А сейчас… Сейчас российскую спортивную пару приглашали на бис. Так же как до этого Арину Стольникову.

Свет погас, и опять воцарился фиолетовый полумрак, и снова начала играть та же самая музыка, под которую только что катались ребята. Им никто не говорил, что делать, они просто взяли друг друга за руки, сделали парный пируэт, с помощью него раскрутились и исполнили парное вращение. За весь показательный номер ребята не исполнили ни одного вращения, и сейчас отдали должное болельщикам. Трибуны также продолжали аплодировать стоя.

Исполнив вращение, ребята взяли друг друга за руки, описали широкую дугу у правого короткого борта, разогнались, и, как всегда чётко, на полном контроле, пошли на прыжок. И прыгнули тройной тулуп! А они ведь в номере и прыжкового элемента ни одного не показали! Он был так напичкан артистическими фишками и хореографией, что не нашлось места для прыжка. Зато нашлось сейчас, при вызове на бис.

Прыжок вышел, как всегда, очень параллельным, очень техничным и с очень хорошим параллельным выездом по длинной пологой дуге. Выехав с прыжка, ребята увидели, что вновь загорается яркий свет, и поняли, что их выступление закончено. Ещё раз раскланялись, поприветствовали зрителей и покатили к выходу с арены.

Все вокруг радовались, что есть в мире, есть в России такие спортсмены, которые могут так кататься, а Люда… решила высказать свою критику. А кому ещё высказать как не подруге???

— Какая-то музыка у них конченая! — заявила Людмила. — Что это за баба поёт? Она даже не то что поёт, она шепчет гнусавым голосом что-то! Кто так поёт? Кабздец!

Возмущение Люды имело свою природу: она просто не могла представить, чтобы в Советском Союзе, в её время, кто-то мог мурлыкать что-то себе под нос. Это разве пение? Это разве певица? Да её бы даже на порог районной филармонии не пустили! Да даже она, Людмила Хмельницкая, промурлыкала бы этот шёпот лучше, если бы знала английский язык!

— Сейчас модно так петь! — пренебрежительно заметила Смелая. — Эта тянка, Билли Айлиш, самая модная щас певица в Америке. Круче только Леди Гага, Кэти Перри, Бейонс, и Тейлор Свифт! И ещё Селена Гомес! Нравится — не нравится, терпи, моя красавица.

Люда иронично покачала головой и стала наблюдать за происходящим вокруг. А происходило вокруг начало общего выезда. Бронгауз подошёл к своим фигуристкам.

— Олимпийки снимайте, и давайте мне, — велел тренер. — Сейчас вызывать будут.

Людмила с Сашкой сняли олимпийки и подали Брону, а сами направились ближе к калитке, где уже вовсю властвовал господин Адам Венцель.

— Так, ребята, действуем по плану, о котором мы говорили вчера, — напомнил директор арены. — Сейчас вас будут вызывать по одному, в порядке сегодняшнего выступления. Вы выходите на лёд, изображаете что-нибудь красивое, приветствуйте зрителей и сразу же катите в правую часть арены. Всё ясно?

Ясно было всё, поэтому фигуристы улыбнулись, помахали руками и приготовились к финальному выезду.

— А сейчас, дамы и господа, мы вынуждены вам объявить о завершении турнира Небельхорн Tрофи 2022, а также показательных выступлений фигуристов, — пафосно сказал информатор. — Сейчас они выйдут на лёд все, чтобы вы вспомнили их. Встречайте наших героев!

Опять заиграла живая музыка в исполнении немецкого национального ансамбля, и мужчина с женщиной в национальных костюмах запищали тирольский йодль.

Каждого фигуриста на выход не объявляли, поэтому так же, как и на показательных выступлениях, сначала выехала украинская фигуристка. Как и на стартовом выезде, сделала вращение в заклоне и покатила к правому короткому борту. За ней на лёд вышел Казуки Томоно, а за ним остальные. Понемногу церемония финального выезда начала раскручиваться.

Люда выехала точно так же, как и на старте выступлений: покатила от калитки к центру, там сделала короткую дугу, несколько пируэтов, раскрутилась и прыгнула двойной сальхов. Выезд олимпийской чемпионки ничем не отличался от выезда других фигуристов. Сейчас они были одной командой, одним целым. Людьми, которые подарили праздник, подарили настоящее шоу зрителям, и это шоу смотрелось не менее интересно, чем настоящие соревнования, так как в них кипели такие страсти, кипели такие эмоции, которых, кажется, на Небельхорне не видывали давно…

Глава 10 Банкет и «жених»

Финальный выезд прошёл, как всегда, очень живо. Фигуристы выезжали к центру арены, там исполняли какой-либо элемент, а потом ехали к правому короткому борту, где выстраивались в аплодирующий ряд. Опять блеснул Малинин: разогнавшись, прыгнул в левой части арены четверной тулуп, вызвав восторг публики.

Потом фигуристы выстроились в ряд у правого короткого борта и покатили против часовой стрелки, приветствуя зрителей, выстроившихся вдоль бортов, и протягивая руки, чтобы коснуться руками рук зрителей. Описали один круг вдоль арены, потом поехали в центр, выстроились там в два ряда для общей фотографии. Грассль и Томоно легли на лёд, облокотившись о локти. Остальные стояли и улыбались, хлопая в ладоши.

На лёд вышло множество фотокорреспондентов и телеоператоров, которые с близкого расстояния принялись снимать всю компанию. Это продолжалось минут десять, не меньше. Вспышки от профессиональных фотокамер сверкали почти непрерывно.

Всё это время зрители стояли и непрерывно аплодировали. Ведь всегда так бывает: сначала чего-то хочется, потом воспринимаешь это как обыденность, а потом, когда это событие прошло, вдруг понимаешь, что это было самое лучшее, что случалось с тобой в жизни за последнее время, а то и вообще за всю жизнь. Классика!

Некоторые зрители стояли со слезами на глазах, они откровенно плакали, потому что знали, что, возможно, им больше не удастся приехать сюда из-за финансовых или других соображений. И эти три дня и сегодняшние полтора часа счастья пролетели как сон, в один миг. А ведь выступления спортсменов оставили после себя ещё и эмоции, которые будоражат душу и сердце.

Не отставали и те, кого фотографировали. У некоторых фигуристов, особенно из далёких, не фигурнокатательных стран, тоже на глазах были слёзы, потому что они понимали, что в именно в таком составе, как сейчас, они могут и не встретиться уже. А может быть, и вообще никуда больше не поедут. Например, Мия Нейра из Чили, которая всё-таки сдала квалификацию и пробилась на Чемпионат четырёх континентов и на чемпионат мира 2023, но попадёт ли она на них? Очередной путч, отсутствие финансирования и привет, родная фавела… Век спортсмена очень короток, и часто случаются в жизни и травмы, и другие жизненные обстоятельства, которые мешают выступать дальше. А ведь фигуристы — народ эмоциональный и очень чувствительный…

Как бы то ни было, закончился турнир Небельхорн Трофи 2022, и закончился положительно, по крайней мере, для троих человек из российской команды: Арины Стольниковой, Александры Смеловой и спортивной пары Бирюкова — Кедровский. Российские мужчины в актив себе этот турнир занести никак не могли, их на нём постигла явная неудача. Анализировать это ещё будут и тренеры, и судьи, и функционеры из федерации, а сейчас предстояло самое увлекательное действо, которое может быть после соревнований: банкет!

Про банкет не заявляли ни на стартовом, ни на последнем, собрании. Возможно, его вообще, решили устроить в самый последний момент, экспромтом. По крайней мере, фигуристы об этом узнали только когда выходили со льда.

— Уважаемые дамы и господа! — почти к каждому обращался Адам Венцель. — Организаторы решили отметить завершение чемпионата банкетом в ресторане ледовой арены. Так что просьба: после того как переоденетесь, никуда не уходите, направляйтесь в банкетный зал.

— Вот почему там было написано на табличке, что «Закрыто в связи с мероприятием», — догадалась Смелая. — Я после своего выступления хотела заскочить перекусить, и не получилось. Ну посмотрим, чем они там будут нас хрючить…

…В женской раздевалке царило приподнятое настроение. Всё уже закончилось, всё позади, и даже на показательных почти никто не упал! Красота! Братание и совместные фото.

Увидев Люду и Смелую, девчонки стали подходить и просить сделать селфи с ними. Если Смелой такое внимание было как соку попить, то Люда смущалась безмерно. Ну как же так… За что ей такие знаки внимания??? Она ведь обычная фигуристка. Плюс по-прежнему сказывалось то, что она всё-таки считала, что не заслужила этой звёздности, хотя на прошедшем турнире явно выиграла-то она, а не Стольникова!

Однако подходили не только девчонки, которые заняли последние места.

— Давайте общее селфи, — подмигнула Грейси Сильвер. — А то когда мы ещё увидимся. Вы, кстати, приедете в Америку? Мне кажется, я видела вас в списке заявленных.

— В планах есть, — робко подтвердила Смелая. — Кажется…

— Значит, буду вас ждать, — белозубо рассмеялась американская фигуристка. — В Бостоне я тренируюсь и работаю. Покажу вам свою бургерную.

Обычно на после стартовой банкет ходят, надевая свою лучшую одежду, в Прада и Версаче, но здесь так получилось, что в лучшую одежду были одеты только тренеры. Да и то некоторые, особенно старой школы, например такие, как Владислав Левковцев и тренер Грейси Сильвер Рафаэль Акопян.

Остальным всем пришлось идти в тренировочных костюмах, особенно российским фигуристам, которые по контракту с генеральными спонсорами были обязаны носить одинаковые олимпийки и штаны с логотипами фирм. А учитывая, что делегация из России была самая большая, то она была и самая запоминающаяся. Одинаковая!

На банкет пригласили вообще всех спортсменов и тренеров, которые приехали в Оберстдорф, места хватило всем, и рассадили всех по статусу. Особенно примечательно было расположение тренеров. Люда заметила, что Бронгауз и Аделия Георгиевна совсем не дружат с Соколовской, так как расположились они отдельно, сидели на пару с врачом и переводчиком. Соколовская же нашла себе компанию среди Малининой и Левковцева, причём её ученик Марк Середюк был вместе с ними, так же как Илья Малинин. Смелая и Люда сидели в компании с зарубежными фигуристками, Грейси Сильвер и Луной Хендрикс.

— Что-то наши тренеры не все дружат, — заметила Люда.

— Сильно много из себя строят, — откликнулась Смелая. — Будь попроще, и люди к тебе потянутся.

Перед тем как приступать к еде, Сашка включила камеру телефона на запись и решила опять снимать видео во влог «Две подружки-гурманушки».

— Здравствуйте, дорогие друзья! — радостно сказала Сашка в телефон и помахала рукой. — Мы с вами находимся в великолепном ресторане великолепного и даже легендарного ледового дворца… эмм… в Небельхорне, в котором сейчас проводится банкет для участников турнира. И мы сейчас здесь не одни: со мной вот такие замечательные девчонки, смотрите, это олимпийская чемпионка Арина Стольникова.

Смелая навела камеру на Люду, и та помахала рукой, чуть улыбнувшись.

— А вот это вот самая крутая фигуристка планеты Грейси Сильвер, — сказала Смелая и повернула телефон в сторону Грейси, которая тоже белозубо улыбнулась и помахала рукой.

— А вот это самая сильная европейская фигуристка из Бельгии Луна Хендрикс! — продолжила съёмку Сашка и повернула камеру на Луну.

Блондинка улыбнулась и тоже помахала рукой, несколько раз послав воздушный поцелуй обеими руками.

— Как видите, ребята, у нас здесь всё хорошо. Вот шампанское «Дон Периньон Винтаж», вот стейки из мраморной говядины, вот омары со спаржей и трюфелями, вот чёрная икра на багете, так называемый «black caviar», — радостно сообщила Cмелая и засняла богатый сервированный стол. — А сейчас мы всё это будем пробовать и употреблять. И начнём с того, что будет есть Арина Стольникова.

Люда сидела в полной прострации и не знала, с чего приступать к еде. Она вообще хотела уйти отсюда, прямо вот так просто встать и уйти. По одной простой причине: она никак не могла сообразить, как пользоваться таким множеством столовых приборов. Она что, изучала правила ресторанного этикета??? Перед ней стояли груды тарелок, больших и маленьких, лежало несколько вилок и ножей разного вида и формы, стоял высокий узкий бокал, низкий широкий бокал, шарообразный большой бокал, рюмка. Единственное, что она поняла, так это то, что из рюмки нужно пить водку. Правда, водки тут не было. Из спиртного на столах были шампанское, а также белое и красное сухое вино.

И как всем этим пользоваться? Когда она обедала с мамой и со Смелой в ресторанах и кафе, там было мало народу, и можно было посмотреть и подсмотреть, кто что делает. Тем более рядом сидели близкие и родные люди. А сейчас что делать? Как накладывать еду, когда на тебя нет-нет да и посмотрят твои сотрапезницы, причём те, кто с детства умеет держать вилку и нож в руках, и знают в какой бокал наливать вино, да ещё и соседи постоянно снимают тебя то на фото, то на видео, чтобы похвастаться, что присутствовали на обеде с самой Стольниковой?

— Ну что, дорогая Арина, — радостно сказала Сашка, глядя в телефон и снимаю Люду. — Что бы ты хотела попробовать?

— Да я, честно говоря, не знаю, — вяло промямлила Людмила. — Что-то мне ничего не хочется.

— Сейчас минутку, ребята! — быстро сказала Смелая и выключила звук на телефоне. — Сотка, ты чё, офигела? Я стримлю в онлайне!!! Нас сейчас смотрят 10 тысяч человек! Я им хочу ответить, что ты именно ты хочешь хрючить! Не выделывайся, а накладывай себе что-нибудь и хавай!

Люда пожала плечами, поняв, что от судьбы не уйти. Взяла мраморный стейк прожарки миддл из большого общего блюда, положила его на тарелку и, подумав, полила соусом из соусницы. Похоже, можно обойтись только этим…

— Смотрите, смотрите! — радостно сказала Смелая и опять включила звук на телефоне. — Соточка решила начать этот великолепный ужин с тяжелого блюда — стейка из мраморной говядины, проигнорировав аперитив и набор салатов. Честно сказать, странный выбор, ну да ладно. Сейчас мы узнаем, какое впечатление оставило это блюдо у нашей великой и несравненной олимпийской чемпионки.

Арина, держа вилку в правой руке, отрезала ножом кусочек стейка, и попробовала его.

— Нормально, — пожала плечами она. — Сойдёт.

— А ты можешь более развёрнуто сказать? — с лёгким недовольством спросила Смелая.

— Ну вкусно, — добавила Люда и посмотрела в смартфон Сашки. — Сойдёт.

— Как видим, моей подруге блюдо понравилось, — сказала Смелая. — Сейчас я попробую тут абсолютно всё!

— Приветствую вас, дорогие друзья, — раздался громкий голос Удо Дёнсдорфа. — Хочу ещё раз поблагодарить вас за ваши чудесные выступления, которые порадовали нас и зрителей со всего мира. Так давайте поднимем бокалы в благодарность за то, что вы устроили такой великолепный праздник!

Тут же официанты стали открывать бутылки с вином и наливать их гостям. Смелая протянула два фужера.

— Ты что??? Будешь это пить? — округлила глаза Людмила. — Детям же нельзя спиртное!

— Что? — не поняла Сашка и даже от неожиданности наклонила бокал, чуть не вылив из него вино, и оглянулась. — Каким детям нельзя?

— Ну… Нам…- смущённо промямлила Люда.

Смелая что, не знает, что ей 14??? А ведь и на самом деле, не знает!

И вообще, что тут непонятного??? Мама, Дарья Леонидовна, была твердых принципов: до 18 лет ребёнок и спиртное — вещи несовместимые. Поэтому «детям нельзя спиртное» Людмила Хмельницкая запомнила очень хорошо. Анна Александровна следовала тому же принципу, да и сама вино не слишком-то употребляла, предпочитая обходиться минеральной водой или соком. Эх, сказали бы это раньше про Аньку-бандитку, ни за что бы не поверила!

И вот Смелая решила пить вино. А ведь ей 15 лет! Ужас, куда катится мир! В СССР её притащили бы в детскую комнату милиции!

— Так это мы дети, что ли, в твоём представлении? — рассмеялась Сашка. — Не переживай, хоть я и не считаю себя ребёнком, но вино пить не собираюсь. Но нам нужно хотя бы чокнуться из вежливости с нашими соседками.

А вот насчёт этого Люда была совсем не против. Все четверо сидящих за одним столом фигуристок звякнули бокалами и почти сразу же поставили их на место.

Приятная вечеринка продолжилась живой музыкой и неспешными фокстротами. Кое-кто начал парами танцевать. Это выглядело особенно забавно, учитывая, что большинство фигуристов были в тренировочных костюмах. Однако… Неяркий свет, задушевные разговоры, ощущение проходящего праздника…

— Как бы мне потанцевать с олимпийской чемпионкой? — раздался сзади русский голос с лёгким английским акцентом.

Люда сразу же догадалась что это Илья Малинин. Блин… Чего вот он Грейси Сильвер не приглашает?

— Я… — покраснела Людмила и хотела сказать, что она, в общем-то, не любительница танцевать, да и не знает, как это делать, но Смелая довольно чувствительно пихнула её локтем в бок, показывая, что нечего отказывать парню, если он предлагает тебе покружиться в танце.

— Хорошо, я согласна, — ещё более покраснев, согласилась Людмила и протянула руку.

Малинин, как истинный джентльмен, помог Людмиле подняться со стула и шикарным жестом пригласил её на танцпол, слабо освещённый серебристо-фиолетовым цветом, где уже кружились несколько пар.

Даниэль Грассль танцевал с кем-то из одиночниц, кажется, с фигуристкой из Нидерландов. Российская пара Саша Бирюкова — Дмитрий Кедровский танцевали друг с другом, причём сразу было видно, что ребятам это очень нравится. Людям сразу же пришёл в голову вопрос: «Отношения или нет?» Надо бы спросить у Смелой.

Илья держал Людмилу на приличном расстоянии и поначалу молчал, лишь только загадочно улыбался. Потом разговорился.

— А я почему-то думал, что ты откажешься, — искренне улыбнулся Малинин.

— Почему так подумал? — удивилась Люда. — Не такая уж я и суровая. Иногда…

— Мне показалось, что у тебя раньше был такой деловитый и профессиональный вид, — признался Малинин. — По крайней мере, был на прошлом банкете после чемпионата мира. Ты там, мне кажется, была как снежная королева. А сейчас совсем другая, какая-то простая, обыденная. Словно девчонка с улицы.

— Да? — рассмеялась Люда. — А если я и в самом деле девчонка с улицы? Что, если я всегда была такая?

— Это значит, что ты идёшь верным путём, — серьёзно заметил Илья. — Это самый верный путь для того, чтобы найти много хороших друзей по всему миру.

Вечер удался на славу, настроение у всех было приподнятое. В течение банкета многие делали множество фотографий, снимали видео, которые потом долго ещё будут обсуждать фанаты и СМИ, сравнивая, кто танцевал, с кем танцевал, с кем сидел, что делал и что ел. При завершении банкета снова слово взял Удо Денсдорф и сообщил, что сейчас можно забрать игрушки и подарки, подаренные зрителями. Сотрудниками арены подарки все разложены по пакетам с написанными именами фигуристов.

— Ребята, хочу ещё раз сказать вам огромное спасибо, — сказал Удо Дёнсдорф. — Спасибо вам за всё. Завтра вы все разъедетесь по домам, если уже не сейчас, и я говорю вам: до свидания. Надеюсь увидеть вас ещё, у нас, на гостеприимной баварской земле.

После банкета сразу несколько автобусов повезли фигуристов в гостиницу, и у каждого без исключения были подарки в пакетах. А уж зрители их кинули или положили сами служители арены, руководствуясь своими принципами, история об этом умалчивала. Да и не это тревожила спортсменов: уже завтра всем предстоял путь домой и, естественно, разбор полётов…

…Когда ожидали самолёт в столице Баварии, Смелая давилась от смеха, перелистывая страницы в социальных сетях, и не только в них. На следующий же день все известные спортивные сайты вышли с аршинными заголовками на первых страницах: «Олимпийская чемпионка, россиянка Арина Стольникова танцевала с чемпионом мира из Америки Ильёй Малининым!» «США и Россия: точки соприкосновения», «Малинин и Стольникова: пикантные кадры с закрытого банкета». «Олимпийская чемпионка в руках американского чемпиона», «Неужели это любовь?», «Когда коньки говорят громче дипломатов».

— Ха-ха-ха! — чуть не каталась со смеха Смелая. — Блин, офигеть же. Тебя уже с американцем женили. Так что, Соточка, соответствуй! А смотри, чё под видео и фотками с банкета написали!

— Знаешь что… Мне пофиг, что там написали! — решительно сказала Людмила. — Я знаю, что ничего там хорошего не написано, поэтому ничего не желаю знать! Я начинаю жизнь заново!

— И как это? — с интересом спросила Сашка. — Откроешь тайну? Может, я тоже захочу!

— Очень просто! Я… Я не буду вести все эти соцсети и блоги! Не хочу! — глаза Людмилы решительно заблестели. — Вот!

— Если ты не будешь заявлять о себе каждый день, тебя забудут! — даже с каким-то изумлением ответила Сашка. — И вместо фамилии Стольникова на этом новостном портале будет фамилия какого-нибудь жирного олигарха или прыщавого рэпера. Ты этого хочешь?

— Я этого не хочу! — решительно сказала Люда. — И вообще-то я считаю, что на этом сайте должны рассказывать о лучших рабочих и колхозниках, передовиках производства, как в СССР, а не о каких-то хмырях!

— А ты??? А мы??? — с негодованием спросила Сашка. — Мы разве не передовики производства??? Мы тоже лучшие в своих сферах деятельности. Мы прославляем нашу страну, сублимируем воинственные настроения толпы в спортивные состязания! Вместо войны на поле боя, страны в лице нас воюют на аренах, а фанаты в интернете! Ты хочешь, чтоб они взяли в руки автоматы???

— Чего-чего? — с интересом спросила Люда.

— Ничего! — махнула рукой Сашка, заметившая, что Брон с интересом прислушивается к ней. Греет уши, как говорят.

— Лучше уж пусть пишут о нас, чем об олигархах! — тихонько сказала Сашка. — Массмедиа — наше всё!

Люда пожала плечами, спорить больше не хотелось…

Глава 11 Личный менеджер

25 сентября 2022 года. В Домодедово команду фигуристов встречали родители, родственники спортсменов и… фанаты Сотки! Увидев эту картину, Сашка расхохоталась, показав в неё пальцем. Людмила с лёгким недовольством посмотрела на подружку.

У входа за зоной досмотра стояли с десяток человек, и сейчас в их облике было что-то новенькое: к привычным красным плюшевым цилиндрам, красным шарфам и плакатам добавились красные жилеты и камзолы в средневековом стиле. По мнению фанатов, такой прикид должен был означать Небельхорна, духа гор, который частично покорился Сотке. Смотрелись они как карнавальная команда или какие-то аниматоры из дурдома, если бы не плакаты с нарисованной Ариной Стольниковой и речёвками. Проходящие люди улыбались, останавливались и фотографировали фанатов и даже фотографировались вместе с ними.

Чуть в стороне, гордо подбоченясь, стояла Анна Александровна Стольникова, которая смотрела на поклонников своей дочери с лёгким превосходством, и по виду, хотела дистанциироваться от этой толпы, а увидев, как фанаты пытаются её снять на телефон, отворачивалась и продолжала наблюдение за окружающей обстановкой.

Наконец фигуристы прошли досмотр и направились к выходу, к встрече с родными.

— А вы куда это без прощания? — Люду и Смелую остановил возглас Бронгауза.

— А что такое? — насторожилась и оглянулась Люда, с трудом волочащая свой багаж по полу терминала.

— Но вы даже не спрашиваете, когда вам приходить в спортивный центр и продолжать тренировки, — напомнил Брон. — Сейчас я вам говорю, что у вас 2 дня отдыха, потом, во вторник, жду вас на катке. И процедуру тренировки мы начнём с традиционного взвешивания, поэтому прошу соблюдать пищевую дисциплину.

Сашка втихаря показала фак и, не оборачиваясь, кивнула головой, показывая, что приняла высказывание к сведению.

— Пошёл на фиг! — тихо сказала она и осмотрелась. — Меня тут батя должен встречать. А… Вот он…

Немного поодаль от Анны Александровны стоял коренастый мужчина спортивного вида, в бейсболке с триколором и в тренировочном костюме. Мужчина был с усами, бородой и в солнцезащитных очках. Вид у него очень уверенный. Увидев, Смелую, заулыбался и помахал рукой.

— Ну ладно, я пойду! Встретимся! — Сашка в ответ помахала рукой и направилась к отцу.

Не успела Люда выйти из дверей терминала, как обрадованные фанаты начали орать кричалки.

— Наша «Сотка» лучше всех, «Сотку» ждёт большой успех! — кричал уже знакомый полный мужик в очках.

— Красная машина! Красная печаль! Красная Арина нас уносит вдаль! Ура!!! — кричала молодая женщина в красном плюшевом цилиндре и с плакатом с надписью «SOTKA THE BEST!» в руках. — Ариша! Всего хорошего! Ты лучшая! Ждём на стриме!

Не успела Люда как-то среагировать на этот перфоманс, как подошла Анна Александровна и обняла дочь.

— Милая, как я счастлива! — радостно сказала мама, вкусно пахнувшая духами Estee Lauder Private за 75 тысяч. — Эти несколько дней были для меня какими беспокойными! Мне кажется, я даже поседела. Поздравляю тебя! Ты откатала круто! А сейчас пойдём, нас там ждёт Нина.

Фанаты пробовали было подойти к Стольниковой, но Анна Александровна сделала уверенный жест, как бы отгоняющий мух, и уверенно сказала:

— Без комментариев! Все комментарии в официальной группе! Прошу извинить, но Арина сейчас очень устала, и ей нужно отдохнуть и переварить всё случившееся.

— Но 5 минут она может выделить для общения с поклонниками? — с лёгким недовольством спросил мужик. — Мы сюда не просто так ехали! Пару слов-то можно???

— Серёга! Тебе же чётко сказали, что она устала! — с неожиданной злобой сказала молодая женщина. — Отстань от нашей чемпионки!

— А ты кто вообще такая, Танька? — вытаращив глаза, спросил фанат. — То, что ты администратор группы, ещё не даёт тебе право говорить в таком тоне и высказывать, что мне делать, а чего нет. Не пошла ли бы ты! Кто дал тебе право модераторов самой назначать??? Да я те щас!

По виду мужчины можно было предположить, что сейчас он бросится в драку, но и женщина выглядела не лучше! Она с яростным видом сворачивала плакат в трубочку, явно намереваясь использовать его в качестве дубинки! Люда хотела сказать что-то утешающее, но фанаты моментом разделились на две противоположные стороны: похоже, назревал крупный конфликт. До неё уже никому не было дела.

— Всё, всё, пошли! Сейчас ещё задавят или прибьют! — быстро сказала Анна Александровна, схватила баул на колёсиках и потащила его за собой, цокая каблучками по плитке. — Валим!

Пока фанаты ссорились, и уже на них обратила внимание охрана, Анна Александровна с Ариной подошли к машине. Нина открыла багажник, и все вместе погрузили вещи в него.

— Они уезжают⁈ — крикнул кто-то из фанатов. — Всё проворонили из-за вас! Бежим!

Нина, Анна Александровна и Люда сели в машину, Нина тронулась, и машина быстро поехала прочь от аэропорта.

— Убежали, — рассмеялась Нина. — Привет, Люда, как перелёт?

— Нормально! — согласилась Людмила, оглядываясь и видя через заднее стекло, что фанаты сначала бежали, а потом, увидев, что машина удаляется, остановились и начали что-то кричать в ответ.

— Почему у меня не получается уехать, как у всех нормальных людей⁈ — с удивлением спросила Люда. — Вот смотри, никого не приехали встречать какие-то поехавшие. Только меня. Всех ребят встретили, как положено, родители и друзья. Только ко мне какие-то клоуны ходят.

— Дорогая, ты публичная личность, равная, пожалуй что, чуть ли не какому-нибудь артисту, музыканту, крупному чиновнику или бизнесмену, если судить по упоминаниям в интернете, — здраво заметила Анна Александровна. — Пора бы и привыкнуть. Тем более, фанаты это не такое уж и большое зло, как может показаться. Кстати, я понимаю, что ты устала, но ты же понимаешь, что у нас дела…

Мама выжидательно посмотрела на Люду, явно ожидая от неё какой-то реакции.

— И что это значит? — Люда с удивлением посмотрела на неё.

— Ты никогда не задумывалась нанять себе менеджера? — уверенно спросила мама.

— Что это такое и зачем это мне надо?, — Люда вздохнула и посмотрела на маму, предвидя новое отягощение в своей жизни.

— У каждого топового спортсмена должен быть персональный менеджер, который будет ответственным за планирование графика жизни этого спортсмена! — уверенно ответила Анна Александровна. — Своим феноменальным выступлением ты вызвала громадный интерес к себе в российском сегменте интернета. Ты посмотри, что творится в сети, особенно на спортивных сайтах. Уже вторые сутки твоя тема не сходит со всех полос. Причём в самом главном. Стольникова возвращается! Стольникова включила второе дыхание! Перезагрузка Стольниковой! Новая Стольникова!

— Так, а мне-то что с того? — с недоумением спросил Люда.

— А с того, что сейчас на тебя как из рога изобилия посыпятся плюшки от рекламодателей и спонсоров! Вдобавок к старым, появятся новые! Брендовая одежда, парфюмерия, косметика, спортивные товары и аксессуары, одежда и оборудование! Да всё что угодно. Ты можешь рекламировать всё что угодно. Участвовать в различных телевизионных шоу и давать мастер-классы на льду среди детей богатых родителей, в каких-нибудь частных школах ледовой подготовки.

— Ну я не знаю, — неуверенно сказала Люда. — На это же на всё нужно время. Тут от старых бы как-нибудь отмахаться.

— Вот для этого как раз мы и должны нанять человека из шоу-бизнеса, который разбирается в этой кухне! — напористо сказала Анна Александровна. — Человека, который может организовать твой бизнес, который может проанализировать твою занятость в пределах нескольких месяцев, и потом запланировать расписание выступлений, шоу, программ, съёмок на ТВ и на радио, и при этом согласовать это всё с тренировками и соревнованиями. Не упрямиться, я знаю, что говорю. Я профессионал в шоу-бизнесе и маркетинге.

— Но разве ты не можешь быть этим самым? — осторожно спросила Люда. — На фига приглашать какого-то левого чувака?

— Нет! — как отрезала мама. — Нам нужен человек, который профессионально занимается сопровождением звёзд! И я такого человека нашла! Милая, пусть его услуги стоят некоторого количества денег, но они всё равно обойдутся дешевле, чем если этим займёмся мы. Не упрямься. Так надо! И это только одна сторона медали. Вторая заключается в том, что я хочу заниматься своим делом. Милая, у меня есть моя любимая работа, в которой у меня большой опыт и авторитет и в которой я сделала себя. Я не могу кануть в твою тень и стать лишь «мамой Арины Стольниковой». И есть ещё твой мерч за которым тоже нужен догляд. Понимаешь?

— Ясно. И что будет дальше? — вздохнул Люда.

— А дальше будет то, что в нашем любимом ресторане «Арзамас» сегодня вечером, на 20 часов, назначена встреча с господином Арамом Архаряном, менеджером многих звёзд и топовых спортсменов, — уверенно заявила Анна Александровна. — Мы придём туда и обсудим формат и график нашей работы с ним.

— Мне тренироваться надо послезавтра, — угрюмо сказала Людмила. — Тренер велел.

— Ничего-ничего, — заверила мама. — Это пойдёт тебе только на пользу. Тем более, разговаривать с этим человеком буду я.

Люда пожала плечами, как бы говоря: фиг с ним. Если хотят сходить с ума, пусть сходят… Сейчас она хотела только одного: отдохнуть от всего этого. Отдохнуть от соревнований, болельщиков, рёва трибун, тренеров, фанатов, соцсетей и всего прочего. Достали.

…Однако отдыха толком не получилось. Не успела смыть пыль дорог, как начались звонки и сообщения, и игнорировать их было никак нельзя. Сначала с поздравлениями позвонил отец, потом брат, потом Людмила Николаева, потом ещё кто-то, два раза звонили с Первого канала, уточняя её согласие на участие в шоу «Вечер с Ургантом». Позвонили с фирмы Adidas, поинтересовавшись, когда она сможет сняться в рекламном ролике новой осенней линейки одежды Позвонили с радио «Спорт FM», пригласив на прямой эфир. И всё это в ближайшее время. Скоро! Надо! Хайповая тема! Анна Александровна внимательно наблюдала за этой вакханалией. А потом, когда она более-менее закончилась, как будто специально села рядом на кровать.

— Видишь, как получается, — коварно сказала мама. — Ты не простой человек, а звезда, серебрити, поэтому ты физически не сможешь одновременно заниматься спортом и участвовать в рекламных и акционных мероприятиях. Это всё надо грамотно планировать, и не забывать о деньгах! Поэтому тебе нужен менеджер.

— Ладно, — махнула рукой Люда. — Как хочешь… Что одевать-то на встречу?

— Что-нибудь демократичное, — подумав, сказала мама. — Нужно показать, что…

— Мы нищие? — догадалась Людмила. — Ну, это по твоим же прошлым словам.

— Нет, дорогая. Как тебе такое могло прийти в голову? — с досадой сказала мама. — Этот человек профессионал. Но самое главное, он видел и знает разных людей, имеет понятие о их статусе и доходах, поэтому впечатление нищих произвести не получится, хоть в мешковине приди. Нейтральной одежды вполне достаточно. Нужно показать, что мы современные деловые люди, но средства считать умеем, хотя в то же время в них не нуждаемся. Это я тебе говорю как маркетолог. Поэтому пойдут вещи Massimo Dutti. Я надену тёмно-синий костюм с брюками прямого кроя, а ты коричневое осеннее платье, оно у тебя есть в гардеробе. Я думаю, этого будет достаточно. И не нужно брать Нину — этому человеку незачем знать, что у нас есть личный водитель. Приедем сами, на моей машине.

Остаток дня Людмила, измотанная дорогой и общением со всеми подряд, проспала, но в 19 часов сон бесцеремонно прервала мама, растолкав и сообщив, что пора ехать.

— Даже не вздумай ничего говорить! — предупредила она, увидев недовольный вид Людмилы. — Столик в ресторане уже зарезервирован. Нас ждут.

…Вечером в ресторане «Арзамас» было людно: заведение пользовалось популярностью среди публики с доходами среднего класса. Играла негромкая живая музыка: джазовая импровизация из фортепиано и саксофона, придавая заведению облик некой элитарности начала 20 века. Метрдотель во фраке и белых перчатках встретил мать и дочь Стольниковых и провёл к столику, за которым сидел ухоженный жгучий брюнет лет 40-ка и смотрел что-то в айфоне, изредка прихлебывая кофе из чашки. Увидев Анну Александровну с дочерью, улыбнулся и махнул рукой, подзывая к себе. Люда посмотрела на его прохиндейское выражение лица и хотела сбежать отсюда: такому человеку она бы и копейку не доверила, однако Анну Александровну это не смутило.

— Пошли! — шепнула она и слегка подтолкнула Людмилу к столику.

— Здравствуйте, дорогие дамы, — мужчина галантно встал, обошёл столик и слегка поклонился: — Рад встрече. Арам Архарян.

— Анна Стольникова, а это Арина Стольникова, — Анна Александровна по-светски протянула мужчине руку для рукопожатия, и Арина последовала за ней. Мужчина пожал руки Стольниковым и спросил, что они будут есть и пить.

— Кофе, — сказала Анна Александровна.

— Ничего, — пробубнила Люда.

— Ей морс из клюквы, только не холодный, — улыбнулась Анна Александровна. — Давайте сразу к делу.

Зря Людмила беспокоилась: уж её-то маму, понаторевшую в коммерции, навряд ли можно было чем-то обмануть. Она сразу заявила, что знает среднюю цену услуг этого человека и больше отдавать не собирается.

— Но я и не прошу лишнего, — заверил мужик. — Мой прайс зависит от трудозатрат, потому что они при работе на известного актёра, музыканта или топового спортсмена сильно разнятся.

— Но сильно разнятся и услуги агентов, — лукаво заметила Анна Александровна. — Ваш коллега пообещал в полтора раза меньшую сумму гонорара за свои услуги.

— А можно узнать кто именно демпингует? — переменился в выражении мужик.

— Сами понимаете: это коммерческая тайна, — решительно заявила Анна Александровна. — Поэтому 100 тысяч рублей в месяц — это наша окончательная цена.

— 150 тысяч! Плюс 5 процентов с коммерческих контрактов! — возразил мужик. — Имейте совесть! Сейчас 100 тысяч рублей доставщик пиццы получает или таксист, а я человек с высшим экономическим образованием, вхожий во многие структуры.

— 120 тысяч и 2 процента с коммерческих контрактов, — тут же сказала Анна Александровна. — Это последнее слово и последний торг. Вы будете работать не с заштатным актёром, вышедшим в тираж и снимающимся на бюджетные деньги, а с олимпийской чемпионкой, которая уже раскручена, медийна и пользуется бешеной популярностью не только в стране, но и в мире. В МИРЕ, господин Архарян! Вы представляете себе свои перспективы? Они потрясающие! Здесь не только ваша коммерческая выгода, но и государственная известность. Отличное портфолио в будущем.

— Ну хорошо. Как я могу возражать такой опытной даме? — пожал плечами мужик. — Но знайте: делаю я это исключительно из-за моей любви к искусству. Контракт подпишем прямо сейчас?

— Сейчас. Тянуть время незачем, — быстро сказала Анна Александровна, подняла с пола небольшой женский портфель и открыла его, вытащив несколько документов. — Бумаги у меня готовы. От нашего лица выступает фирма ООО «Стольникова». Я её директор. Осталось только вписать ваши инициалы и реквизиты. Вы ИП-шник?

— Да… — согласился Архарян, внимательно изучая контракт. — Мне нужно знать график тренировок и соревнований, в которых будет участвовать Арина, список лиц, с которыми нужно будет контактировать. И нотариально заверенная доверенность об официальном представительстве.

— Всё это будет предоставлено, — согласилась Анна Александровна. — Ну, что ж, если вы согласны, сейчас поставим подписи.

— Хорошо, завтра я позвоню вам и подробно расскажу о плане работы, — сказал Архарян, хитро посмотрел сначала на Арину, потом на Анну Александровну. — С вами приятно работать. Кстати, мои банковские реквизиты для гонораров в вашей копии контракта. До свидания. Я очень рад, что мы пришли к единому мнению.

Архарян пожал руку Анне Александровне, потом Арине, расплатился за заказанное, положил свою копию контракта в дипломат и ушел, сославшись на крайнюю занятость.

— И это всё? — спросила Людмила, когда они остались вдвоём. — И что сейчас будет?

— Будет то, что он грамотно распределит твоё время и будет договариваться насчёт шоу и телевидения. Тебе только нужно… Впрочем, тебе ничего не нужно, всем займусь я, твоё дело — только кататься, — Анна Александровна скомкала последние фразы, явно что-то не договаривала…

— У тебя что, уже заранее были отпечатаны договоры на 120 тысяч? — поинтересовалась Люда.

Анна Александровна только усмехнулась и отхлебнула чуть тёплый кофе. К чему глупые вопросы… Естественно, мама была уверена в положительных результатах переговоров… А ещё она знала, что самые жирные рекламные контракты от мировых спортивных брендов никогда не попадут к Архаряну: право на них было закреплено отдельными прямыми договорами, составленными сроком на пять лет…

Глава 12 Рутина

Два дня, которые Бронгауз дал фигуристкам на отдых, пролетели как фанера над Парижем. 27 сентября, во вторник, пришлось собираться на тренировку. Кому неизвестно это паршивое осеннее настроение, когда ты просыпаешься в темноте, так как день уже сильно укоротился, на улице моросит противный дождь, ветер срывает листву, и через сырой полумрак едва видно огоньки окон в домах? Серость и пустота! О господи, да все через это проходили!

Под стать этой серости было и настроение Людмилы. Холодный сентябрь… Это вам не в жарком июле идти на тренировку, глядя на встающее солнце, озаряющее тёплыми лучами просыпающийся зелёный город. Даже настроение летом совсем другое, хотя, по сути, работа предстоит та же самая.

А ещё накладывалась обычная психологическое состояние отмены праздника. Только что тебя переполняли бурные эмоции, ты была в центре очень значительных, интересных и увлекательных событий, которые оставили на тебе сильный эмоциональный след, а сейчас опять вернулась в обычную реальность, в обыденность, которая, как мутная вода, грозит поглотить с головой.

— Всю жизнь убиваешься об лёд? Нафиг это нужно? — уныло подумала она, разглядывая в зеркале ванной комнаты свой заспанный недовольные облик и мешки от недосыпа под глазами.

— Доброе утро, милая, — поздоровалась мама, колдовавшая на кухне с завтраком. — Я вижу, ты не в духе сегодня?

— Да… — обречённо махнула рукой Людмила и села за стол. — Такое ощущение, что всё зря, что занимаюсь какой-то ерундой, и на душе как-то невесело…

— Милая, это обычная осенняя хандра и отсутствие дофаминов, — заявила Анна Александровна, раскладывая по тарелкам овсяную кашу с малиной. — Знаешь, чем это лечится? Вкусной едой и занятостью. Элементарной занятостью. Когда начинаешь работать, голова постепенно выключается, и ты сосредотачиваешься на деле полностью. Ты ставишь перед собой задачи и решаешь их. Ты посмотри на свою проблему с другой стороны. Сейчас, именно в это время, тысячи и миллионы людей едут на работу. На скучную, опостылевшую работу: на заводы, фабрики, школы, в больницы, на транспорт. Они бы всё в своей жизни отдали за то, чтобы у них была такая же жизнь и работа, как у тебя. Ты понимаешь, что всё относительно? То, что тебе кажется скучным и опостылевшим, для этих тысяч и миллионов людей — это вершина, к которой никогда не придёшь. Никогда не придёшь, потому что как можно стать обычному человеку в возрасте олимпийским чемпионом?

— Ну, в этом рассуждении что-то есть, — повеселела Люда. — Посмотрим, что будет дальше…

…А дальше была рутина. Первый тренировочный день в «Хрустальной звезде» после Небельхорна начался с раздевалки, уже подходя к которой она услышала знакомые до боли вопли и визг малолеток. Похоже, Смелая опять отбивалась от сопливых юниорок, напавших на неё.

Люда осторожно открыла дверь, просунула голову внутрь и заглянула в раздевалку. Смелая стояла на лавке и держала в руках какой-то пёстрый кусок ткани и размахивала им. Юниорки напали на неё со всех сторон и пытались отобрать неведомую реликвию.

— Ни за что не отдам, это моё! — хохотала Смелая и всячески защищала свою собственность.

— Отдай, это я нашла! — крикнула одна из юниорок, Ксюшка Котова, бросилась на Сашку, обманным движением схватила за ткань и рванула её. Смелая кое-как удержалась на лавке и чуть не упала с неё, но ткань удержала.

— Аря пришла! — крикнула Лиза Хромова и показала на баловавшихся спортсменок. — Привет, Арина. А они нашли твою растяжку, которую сделали фанаты, и теперь делят её.

— Какую ещё растяжку? — с недоумением спросила Людмила и поставила на пол рюкзак. — Вы что тут устроили?

— Ночью кто-то на ограду повесил большую матерчатую растяжку с надписью «Красная машина, вперёд!», а Ксюха сняла её, чтобы дождь не намочил, а Саша её отобрала! — объяснила Лизка.

— Не отобрала, а приватизировала! — смеясь, сказала Смелая. — Не лезь, а то как дам щас!

— Возню прекращай! — недовольно заявила Люда и сняла куртку. — И отдай растяжку! Она моя!

— Нет! — захохотала Смелая. — Моя!

Глядя на этот беспредел, Людмила сама оказалась вынуждена принять в нём самое активное участие. Растяжка была однозначно её! И отдавать её она не собиралась!

— Отдай мою растяжку! — требовательно сказала она, подойдя к Смелой и сделав попытку схватить кусок ткани.

— Нет! — возразила смеющаяся Смелая и увернулась от Людмилы. — Пока не сниму на телефон и не выложу в сторис, ничего тебе не отдам. И вообще, это не твоё, забудь. Прости, прощай.

— Ах так! — рассвирепела Люда и бросилась на Смелую. — Я у тебя отберу сейчас!

Однако не успела она осуществить свою угрозу, как в дверь раздевалки громко постучали.

— Вы что там устроили? — крикнул знакомый голос. — На часы смотрите. Вас на взвешивании ждут. И вообще, пора к тренировкам приступать.

— Аделия Георгиевна! Атас! — крикнула Лизка. — Время уже много!

Электронные часы на стене раздевалки показывали безжалостное время: 8:20. И точно, в это время фигуристки уже должны быть на взвешивании, а получилось… Как получилось…

На взвешивании, проходившем в тренерской, традиционно присутствовали Бронгауз и Дудин, сидевшие за тренерскими столами. Фигуристы и фигуристки по одному заходили в тренерскую, вставали на электронные весы, смотрели результат, получали номер тренировочного кейса и выходили. Люда поняла, почему Аделия Георгиевна пришла к ним: сегодня очереди на взвешивание совсем не было. Часть ребят разъехались на соревнования, и в спортивной школе стало слегка пусто.

Люда зашла в тренерскую, где негромко играла музыка и выжидательно уставилась на Брона.

— Здравствуйте, — робко сказала она, глядя на тренера. — На весы?

— На весы, — подтвердил Брон.

Люда встала на электронные весы и увидела, как на электронном табло высветилась беспощадная цифра 44,56, означавшая превышение положенного веса минимум на 4 килограмма, если верить словам Брона.

— Ты к тем двум килограммам, которые не ликвидировала после лета, добавила ещё два килограмма! — заявил Бронгауз. — Я же говорил соблюдать пищевую дисциплину. И что сейчас делать? Ты свой график соревнований смотрела? Он уже готов и выложен на сайте федерации.

— Нет, — честно ответил Людмила, застенчиво ковыряя пальцем дверной косяк. — А мы разве заявляться будем не по факту? Ну типа, готова я буду или не готова?

— Не по факту! — как отрезал Брон. — У нас с тобой что в контракте написано? Ты должна соревноваться, если находишься в хорошей форме и не болеешь. Ты же не собираешься сидеть на зарплате сборника и не соревноваться? В Гран-при тебе придётся участвовать в любом случае и пробиваться в финал. Также поедешь на один из внутрироссийских стартов, в глубинку. На «Уральские самоцветы». В Екатеринбург. Люди хотят вживую посмотреть на олимпийскую чемпионку.

— Что? — не расслышала Люда. — В Екатинск?

— Какой ещё Екатинск? Юморишь? — недовольно спросил Брон и положил на край стола распечатанную бумажку. — В общем так… Вот официальный список. Ознакомься. Здесь напечатаны старты, в которых ты будешь участвовать до конца года. Заявки уже отправлены и стартовые списки сформированы. Эти старты обязательные, и участвовать в них придётся точно. Снятие возможно только по болезни.

Люда взяла лист бумаги, на котором с поразительной чистотой был напечатан список турниров, место и дата их проведения.

Skate America 2022, США, Норвуд, 21 октября — 23 октября 2022 года

4-й этап Кубка России, «Уральские самоцветы», Екатеринбург, ФОК «Факел», 1–3 ноября 2022 года.

NHK Trophy 2022, Япония, Саппоро, 18 ноября — 20 ноября 2022 года

Финал Гран-при 2022, Италия, Турин, 8 декабря — 11 декабря 2022 года

Чемпионат России по фигурному катанию, сезона 2022–2023, Красноярск, 20 — 25 декабря 2022 года.

— Ты правила отбора, надеюсь, знаешь? — спросил Бронгауз. — Для того, чтобы попасть в состав сборной и поехать на чемпионат Европы и мира текущего сезона, нужно занять призовое место на чемпионате России, который состоится в конце декабря в Красноярске. Чтобы попасть на чемпионат России, есть два пути: либо участие в двух этапах Гран-при, либо отбор через Кубок России, при этом требуется участие в двух этапах Кубка и набор проходных тринадцати баллов. Так что тебе нужно будет участвовать в двух этапах Гран-при, так как на них важен лишь факт самого присутствия. Этапы сложные, места стартов на противоположных частях земного шара, в США и Японии, длительные перелёты, длительная акклиматизация. Аря, будет всё по-серьёзному. А форма у тебя далеко не оптимальная. Так что ещё раз повторяю: пищевая дисциплина, ежедневное снижение веса хотя бы на 100–200 граммов и тренировочный кейс номер пять. Начинаем разгоняться на сезон. У меня всё. Точка. Свободна.

Мрачная Людмила взяла лист бумаги и вышла из тренерской. В коридоре у двери стояла Смелая, смеясь и переговариваясь с девчонками. Она хотела что-то в шутку спросить у Люды, но, увидев, что подружка не в настроении, промолчала и прошла в тренерскую.

Люда сунула полученный листок бумаги в карман и пошла в зал ОФП, где царил Василий Фёдорович Ермолов, мастер спорта СССР по тяжелой атлетике и тренер по силовой подготовке. В спортивном комплексе было прохладно, отопление ещё не включили, хотя ночи уже стояли холодные. Ермолов был в синем классическом спортивном костюме Adidas, под которым была видна майка с надписью «Я люблю Свердловск!».

— Здравствуйте, — поздоровалась Люда. — Так вы родом из Свердловска?

— Здравствуй, Арина. Представь себе, — согласился Ермолов. — Родился, вырос и вышел в люди только там. Моя родина — Урал. До сих пор так считаю, хоть и называется родной город сейчас по-другому. Точнее, я сам из Первоуральска, но спортом занимался именно в Свердловске, с него и начал старт. Эх, времечко было… Много известнейших спортсменов и спортсменок вышли из нашей области и города. Та же самая Николаева… Она же Хмельницкая… Малинина… Сергей Николаев… Да всех перечислять замучаешься!

Люда сразу же насторожилась. Это что за воспоминания? Как Ермолов связан с самой Николаевой? Это что-то невероятное.

— Николаева? — притворно-удивлённо спросила Людмила. — Она разве из Свердловска?

— Она из Екатинска, — объяснил тренер. — Я её очень хорошо знал и знаю: несколько лет, когда она приезжала в спортивный лагерь, я там работал главным тренером. Она при мне прошла колоссальный путь от перворазрядницы до того момента, когда стала чемпионкой СССР среди юниоров. Когда я впоследствии узнал, что к нам в лагерь приезжала такая известная спортсменка, то очень сильно удивился. Мне казалось, чемпионы мира в Москве проживают и в «Артек» ездят. Я больше на тяжёлой атлетике, боксе и циклике был сконцентрирован. Да… Было времечко… Эх, воспоминания, воспоминания… Арина, а тебя-то почему интересует Свердловск? Ты уже два раза его упомянула.

Фёдор Васильевич вдруг неожиданно понял, что знание Стольниковой старого названия города, которое было при СССР, кажется немного странным. Хотя, с другой стороны, особо удивительного тоже в этом нет.

— Ну в этом же нет ничего секретного, — рассмеялась Арина. — Мои родители и дядя родом из Свердловской области, как раз из этого самого города Екатинска, про который вы только что говорили. Поэтому, как видите, интерес к нему вполне естественный.

— Ах вот как, — удивился тренер. — Извиняюсь, твою биографию подробно не изучал, не было надобности. Слышал вроде, что ты переехала к нам из Иженска из Удмуртии, больше ничего не знаю. Тут, кстати, ещё одна твоя землячка есть, и тоже из Екатинска: Елизавета Хромова тоже приехала оттуда, занималась в той же самой спортивной школе, что и когда-то Николаева… Ладно… Это всё ностальгия, но нам нужно заниматься нашим делом. Так… Что тут у тебя… Тренировочный кейс номер пять. Жёстко тебя Самуил Данилович решил приложить. Знаешь что, начнём с меньшего числа подходов. Потом к концу этой недели увеличим до большего. Начали. Сначала велодорожка, потом торс-машина. Сейчас я отрегулирую агрегаты.

Арина с унылым видом осмотрелась: делать нечего, нужно сбрасывать вес… Всё, что нагулено со Смелой в ресторанах, кафе и бистро Оберстдорфа, должно уйти до турнира в США. Кстати, почему написано, что он будет проходить в Норвуде, вроде бы раньше шли слухи, что в Бостоне… И ещё Лизка… Она же вроде говорила и сама, что из Екатинска. Неужели она тренировалась в ДЮСШОР-1? Интересно узнать, кто там сейчас тренер, да и вообще, чем живёт альма-матер. Не забыть бы посмотреть в интернете после тренировки…

… После того как Бронгауз с Дудиным разогнали учеников в тренажёрный зал, уважаемые тренеры сели попить кофе и перекусить печенюшками. И одновременно обсудить текущую ситуацию со Стольниковой. Завязал разговор Дудин.

— Как ты думаешь, от Стольниковой вообще будет толк? — неожиданно спросил Дудин, до этого момента не вымолвивший ни слова. Да он и вообще был человек очень и очень немногословный, но одного недовольного взгляда Сергея Николаевича, нахмуренных бровей и укоризненного качания головой хватало, чтобы унять ненужный пыл и баловство воспитанников.

— Не знаю… — задумался Бронгауз и отхлебнул кофе. — Ей сейчас трудно, много всего навалилось с этой аварией, ты же видишь, сам знаешь её проблемы: потеря мотивации, похоже что, поздний пубертат: сколько не бьёмся, а вес всё на месте держится и даже в плюс идёт. Я не думаю, что она специально ест как не в себя. Похоже, организм дошёл до той черты, когда меньшее количество пищи просто невозможно физически употреблять. При меньшем количестве пищи нормальной отдачи силы мы от неё не получим, поэтому придётся работать с тем, что есть. Сделаем упор на закачку, чтобы усилить мышцы.

— То есть мы можем работать и впустую? — полуутверждающе спросил Дудин.

— Это я тоже не могу сказать, — пожал плечами Бронгауз. — Мне ещё летом Рафаэль Акопян из Америки говорил, что, пожалуй, с его ученицей Грейси Сильвер всё закончено. У неё на двадцатом году жизни началась последняя стадия формирования организма, элементы все ушли, вообще всё посыпалось: вращения, прыжки. Она даже кататься не могла на рёбрах, постоянно сносило, так как сильно изменился центр тяжести. Да я и сам, когда видел её фотографии в интернете, поначалу даже не узнал, подумал, что это совсем другая девчонка. Однако… Вот недавно я приехал с Небельхорна, где Грейси обошла Стольникову, выдав два великолепных идеальных проката. Я тебе так скажу: могла бы Смелову обойти, если бы судьи чуть-чуть лояльнее были. Так что, как видишь, в нашем деле тоже бывают чудеса.

— Я знаю, что Грейси заняла второе место, — согласился Дудин. — Но то, что она переживала такие большие проблемы, совсем не догадывался, даже не следил за этой фигуристкой. И что сказала Рафаэль? Как они преодолели это негативное воздействие?

— Сильные тренировки, — пожал плечами Бронхаус. — Почти на грани истязаний. Он сразу, твёрдо, конкретно, без лишней присущей американским тренерам политкорректности, заявил Грейси, что либо она занимается по 12 часов каждый день, не выходя из катка, и худеет минимум на 5 килограммов, либо заканчивает с фигурным катанием и идёт в шоу. Больше вариантов у неё не было. И, как видишь, это сработало, причём за достаточно короткий срок. Надо признаться, девушка она оказалась решительная, с характером и сильной мотивацией. Сейчас я решил опробовать эту методику на Стольниковой. До этапа Гран-при в Америке нам нужно восстановить с ней тройной аксель и вставить его хотя бы в произвольную программу.

— Значит, будем работать, — согласно кивнул головой Дудин.

Пожалуй что, больше сказать было и нечего…

Глава 13 Первая тренировка

Смелова на тренировке по ОФП выглядела недовольной. Неужели тоже Бронгауз приложил?

— Чё рожу сквасила? — спросила Людмила, наяривая на велотренажёре рядом со Смелой. — С Броном поцапались?

— Да не поцапались… — криво ухмыльнулась Сашка. — Сказал, превышение веса на полтора килограмма. И чтоб мы стримы о жратве завязывали. Типа, на спорт это плохо влияет.

Честно говоря, Людмиле было пофиг на эти стримы, но здесь уже взыграл дух противоречия и природная упрямость, подвигающая всегда идти супротив ветра.

— Ну вот ещё! — недовольно сказала она. — Эти стримы никому вреда не приносят! Ну его на фиг! Стримы наши! Не надо их бросать!

— Вот именно! — живо согласилась Сашка, увидев положительную реакцию Сотки, обычно не одобрявшей влог о пищевом туризме. — Сейчас бы ещё столько подписоты похерить! Фиг ему! Пойдём и сегодня после тренировки выложим ещё запись!

— И нажрёмся от пуза! — радостно подтвердила Людмила. — Чтоб позлить!

— Не… Тралировать не надо! — не согласилась Смелая. — А то они окончательно рассвирипеют!

…Кейс номер пять, который сейчас прорабатывала Людмила, оказался неожиданно тяжёлым. Время на велотренажёре увеличилось с 10 минут до 15, и последние 2 минуты это был быстрый темп, велодорожка тоже оказалась с быстрой скоростью. Уже после этих двух снарядов Людмила почувствовала, что необходима передышка.

— Хорошо, перерыв 20 минут, — согласился Ермолов. — Потом начинаем работать с корпусом и руками.

С корпусом и руками получилось более устойчиво и уверенно. А может, тело уже привыкло и разогрелось. Во всяком случае, первая тренировка хоть и оказалась тяжёлой, но всё-таки не экстремальной. Похоже, запас прочности ещё был, о чём наблюдательный Ермолов с удовлетворением отметил.

Казалось, Смелая тренировку проводила более усердно и активно, да и кейс у неё был полегче, но в конце устала и она. Похоже, лишние полтора килограмма, нагулянные в бистро и ресторанах Оберстдорфа, всё-таки сказывались. Однако Сашка не унывала.

— Фигня! — махнула рукой она, вытирая полотенцем пот со лба в конце тренировки. — Главное лёд покажет.

Кому вообще всё удалось с лёгкостью, так это девчонкам-юниоркам. Они занимались спокойно, уверенно, не переговариваясь, явно придерживались принципа, что слово — серебро, молчание — золото. Поэтому закончили тренировку в очень хорошем состоянии и с очень хорошим настроением, как бы говорящим что основным примам группы не стоит почивать на лаврах: смена растёт и уже через год-два будет наступать на пятки.

— Всё, ребята и девчата, тренировка закончена, всем до свидания, приходите завтра, сейчас отдых и дальше что там у вас там по графику, — наконец сказал Ермолов и прогнал всех с тренажёров на отдых. — Идите погуляйте, сейчас другая группа придёт.

Тренировочный процесс в «Хрустальной звезде» не останавливался ни на минуту, групп разных возрастов от разных тренеров было много, и зал ОФП никогда не пустовал…

…После ОФП по расписанию была хореография, и вёл её традиционно Железов. Сегодня он пришёл на занятия, как всегда часто ходил: в широких спортивных штанах, майке-алкоголичке и белых кроссовках.

Фигуристы в ожидании хореографа время даром не теряли: расположившись кто на пуфиках, кто на полу, ковырялись в телефонах, исследуя социальные сети и свои блоги.

— Молодцы, сказать нечего, — усмехнулся вошедший Железов и хлопнул в ладоши: — Встаём в ряд, по двое! Начинаем занятие!

Фигуристы отложили телефоны и привычно встали в ряды по два человека в центре зала. Железов, как будто отец-командир перед строем солдат, внимательно прошёлся и осмотрел каждого, словно оценивая и думая, кто на что способен. Потом встал перед всеми.

— В первую очередь хочу поздравить наших взрослых спортсменок с победой на Небельхорн Трофи и призовыми местами, — слегка улыбнулся Железов. — Арина Стольникова, Александра Смелова, вы показали очень хорошие и сбалансированные прокаты. В прямом эфире я не смотрел ваши выступления, но в записи увидел и внимательно проанализировал. Что я хочу сказать? Хорошо, но есть над чем работать. И как думаешь, Смелова, над чем надо работать?

— Не знаю! — пискнула Смелая, всегда робевшая перед остроязычным насмешливым хореографом.

— Зато я знаю! — уверенно сказал Железов. — Как всегда, хромает дотянутость рук и ног. Плюс вы не заканчиваете основные движения. Сегодня сосредоточимся на этом. Все вместе встаём к станку. Основное внимание я уделяю Смеловой и Стольниковой. Стольникова, Смелова, располагайтесь там дальше, отдельно от других.

Арина со Смелой направились в дальний конец хореографического зала и расположились около станка, взявшись правыми руками за него. Арина посмотрела в зеркало: вид у них был донельзя несчастный. Лично у неё в душе поселились какие-то сомнения и неуверенность в себе. Вот как так? Ещё пару-тройку дней назад тебе аплодировали люди, и не только аплодировали, но даже плакали, бросали на лёд подарки. А сейчас приходит хореограф и говорит, что проанализировал прокат и он получился, видите ли, не такой, как надо! Похоже, у Смелой были такие же мысли, так как она посмотрела на Людмилу и что-то прошептала явно недружелюбное, и это было направлено в адрес Железа.

— Я всё слышу, можешь не шептать! — Железов подошёл к подружкам и внимательно посмотрел на них. — Давайте начнём. И начнём практически с азов. Девчонки, вы, наверное, не в курсе, но абсолютно весь ваш прокат состоит из танцевальных движений. Он состоит из хореографической основы. Она у вас, естественно, находится на очень высоком уровне, этого не отнять. И в этом есть часть моей работы. Но если я вижу, что результаты этой работы меня не устраивают, я имею право их улучшать. Так что начнём с классических балетных позиций. Плие, арабески, батманы, аттитюды, и все классические экзерсисы. Начинаем с плие в разных вариациях. Задание: в каждой из вариаций плие мне требуется максимальная выворотность ваших ступней. Начнём с этого, потом я дам другое задание. Начали! Делайте по десять раз каждое упражнение. Алло! Обращаюсь ко всем! Делайте то же самое, что Стольникова со Смеловой!

Железов включил какую-то неизвестную неоклассическую музыку и стал наблюдать как группа исполняет задание.

— Плие в позиции ноги номер один! — крикнул Железов. — Пятки вместе, носки врозь, ступни соприкасаются пятками и развернуты носками наружу, образуя на полу прямую линию! Прижимайте, прижимайте плотнее! Выворачивайте ступни! Что вы будете делать, если выворотности не будет? Самсонов! Получше! Тяни сильнее! Терновский тоже самое! Что ты бережёшь себя! Выворачивайте ноги! А теперь десять раз садитесь до уровня коленей и вставайте! За поручень не держимся!

«Сложно, тяжело», — это единственное, что могла подумать Людмила при исполнении плие в положении ног «номер один». Никогда бы не подумала, что за столь короткое время выворотность суставов может так снизиться. Однако всё равно и она, и Сашка более-менее хорошо выполнили заданные упражнения.

— Теперь положение ног номер два! — крикнул Железов. — Стопы разведены в стороны на ширину плеч, расположены на одной идеальной прямой линии. Давайте-давайте, активнее! Вы в таком положении кораблики и кантилеверы ездите. Кстати, сейчас можно попробовать их на деле. Сейчас в положении плие номер два опускаетесь на высоту коленей и прогибаетесь корпусом назад, до пола. Руки в стороны. Если не получается и чувствуете, что спина или мышцы пресса на грани, страхуйтесь руками. если вообще не можете это выполнить, не выполняйте. Тогда в качалку.

Вот это уже было реально тяжело! Это уже не какие-то приседания, это уже реальная проверка на прочность и закачанность мышц!

Людмила и Смелая встали рядом, раздвинули ноги на ширину плеч так, чтобы ступни занимали прямую линию, параллельную телу, начали опускаться, работая коленями, и опустились до момента, когда между икрой и бедром угол стал равен 90 градусам, раскинули руки в стороны и в таком положении начали выгибаться назад. И надо сказать, сделали это! Сделали! И это, конечно, неудивительно, так как кантилевером они ездили обе. Однако Железова опять что-то не устроило, правда, уже результаты всех участников тренировки.

— Недостаточно выгнулись! Все недостаточно присели! — заявил он. — Вам бы пресс подкачать и спину. Впрочем, это частности. Переходим к следующему заданию. Третьи и четвёртые позиции ног для вас наверняка не представляют никакой сложности, это обычные беговые шаги, вы двигаетесь так ёлочкой и фонариком. Переходим на позицию номер пять: правая нога вытянута вперёд, левая нога носком касается пятки правой ноги. В таком положении делаем плие с полукруглыми руками. Держим равновесие, держим!

После того как в течение получаса тренировали выворотное положение ног, Железов дал 10 минут отдохнуть и велел приступать к тренировке положений рук.

— У вас явных недостатков нет, но есть небольшие шероховатости, — заявил хореограф. — Сейчас в течение нескольких минут обновим позиции. Кстати, Саша… Ты ещё не задумывалась о показательном номере? Концепция, тема, музыка?

— Да как-то не особо, — осторожно сказала Смелая. — А что, хотели бы поставить?

— Хотел бы, — признался хореограф. — Смотри сама. Завтрашний урок я хотел бы посвятить азиатским танцам. А точнее, японской теме. Почему бы тебе не поставить показательный номер под «Мемуары гейши»? Мне кажется, для тебя эта тема была бы очень интересной. Оригинальный костюм, оригинальная хореография. Для показательного номера самое то.

— Да как-то неожиданно, — Смелая смущённо посмотрела на хореографа. — А вы знаете, почему бы и нет? А давайте поработаем. Хорошо, что предложили.

— Вот и прекрасно, завтра поработаем, — заметил Железов. — А теперь предложение к Арине. Знаешь, мне очень понравился твой показательный номер, хотя я сразу понял, что он слеплен на коленке и это импровизация чистой воды. Мне показалось, что ты катала свои искренние чувства, катала себя. И выглядит всё очень хорошо, за исключением двух вещей: первое — это, безусловно, платье, тебе его нужно поменять. А какое именно сшить… Я бы предложил тёмно-синего цвета, с серебристыми стразами, оно смотрится более эффектно, но в то же время не мозолит глаз. Можно включить какие-нибудь дополнительные элементы: перекрещивающиеся полосы, перчатки на руки, какой-нибудь градиентный рисунок с плавными переходами. В костюмах я не спец, но чёрное платье явно смотрится не для этого номера, оно не играет так, как надо. Движения смотрятся недоделанными. А вторая вещь — это положение рук. Ты каталась в классическом стиле, под классическую музыку, но всю хореографию отпустила напрочь. Поэтому сейчас мы её подтянем и посмотрим, что можно сделать лучше. Сейчас переберём все существующие балетные позиции для рук: скруглённые аронди и длинные вытянутые позиции аллонже. Начинаем с аронди на уровне пояса, потом переходим в позицию номер три: руки скруглены над головой. Это наиболее чаще используемые позиции. Начали!

Пока занимались хореографией, Люда внезапно подумала, что Железов-то прав: с платьем для показательного номера срочно нужно было что-то решать. Для этого придётся сегодня после тренировки опять поехать в ателье «Милана»…

… После хореографического занятия был перерыв на обед, и Людмила со Смелой пошли в привычное кафе «Космос». Эх, как фигово, когда тебе сказали сбросить целых 2 килограмма, а жрать хочется так, что желудок скрутило! И что делать?

— Снимать штаны и бегать! — насмешливо заявила Смелая и быстро убрала свои ноги, по которым хотела пнуть Людмила прямо под столиком. — Тише, тише, что ты так трясёшься? Где, кстати, официант? Молодой человек, можно вас?

Сашка позвала официанта и заказала себе шницель и картошку с зелёным горошком. Людмила, глядя на неё, сделала то же самое, добавив к заказу маринованные огурцы и компот из смородины.

— Ты считаешь, этого хватит, чтобы похудеть? — наивно поинтересовалась она.

— Хватит не хватит, это дело десятое, — здраво заметила Смелая. — Нам сейчас прыжки прыгать надо будет. Как бы ноги не протянуть с такой жратвы… Даже во влог о гурманюшках снимать ничего не хочется. Чем тут гордиться-то???

Гордиться было нечем: обычная еда… И похоже, питаться подобной придётся очень долго…

…В раздевалке, когда готовились к ледовой тренировке, Людмила застала Смелую врасплох и отобрала растяжку, вырвав её из открытой двери Сашкиного шкафа.

— А ты можешь поймать на противоходе! — рассмеялась Смелая. — Я бы тебе и сама отдала, если бы ты хорошо попросила.

Люда внимательно рассмотрела растяжку: сделана она была основательно и на совесть. Это был кусок плотной ткани, похожей на атлас синего цвета, шириной примерно полметра и длиной два метра. В центре находилась надпись алого цвета «Красная машина, вперёд!». А по обе стороны от неё — очень искусно сделанные изображения Арины Стольниковой, одетой в старое красное прошлогоднее платье, исполняющей бильман. Изображения обработаны в какой-то программе и смотрелись так, словно Арину видно через тёмный туман. В целом растяжка была очень красивая, и даже непонятно, зачем фанаты оставили её на ограде спортивного комплекса: такие вещи же стоят громадных денег. Правда, сейчас растяжка оказалась частично помятой, и выведенной из презентабельного вида вознёй, которую устроили Смелая с юниорками. Но тут уже ничего не поделать…

— Возьму домой! — заявила Людмила. — Кстати, ты не видела, где здесь растяжки и фанаты Александры Смеловой?

Несомненно, это был удар ниже пояса… Конечно, Сашка была умная девчонка и понимала, что популярность и слава зарабатываются не сразу, но всё-таки, очевидно, ей было обидно, что она только что выиграла знаменитые соревнования в Германии, выдав два отличных проката с элементами ультра-си, но фанатское сообщество оставило этот факт практически без внимания, и даже на спортивных сайтах и в новостях о ней писали лишь вскользь. Что да, ученица Бронгауза Александра Смелова, вчерашняя юниорка, выиграла турнир Небельхорн Трофи, на котором третье место заняла олимпийская чемпионка Арина Стольникова, которая сумела собраться, превозмочь себя, преодолеть трудности, и прочее бла-бла-бла на половину страницы. Таким образом, победа Сашки абсолютно нивелировалась. И естественно, ей было очень обидно. Но на что она рассчитывала? Что преподнесёт сенсацию? Будут писать только о ней? Однако этого не получилось. Даже группа Смеловой В Контакте за время турнира увеличилась всего на 50 человек, зато к Стольниковой прибавилось ещё пару тысяч.

— Мне не нужны фанаты! Я обойдусь без фанатов, от них один геморрой, — Смелова тускло взглянула на Люду, явно недовольная её словами.

И тут вдруг Людмиле неожиданно стало Сашку очень жалко. Да и как не жалко, ведь они,в сущности, нормальные очень хорошие девчонки, с нормальным, правильным отношением к жизни и чётким понятием о распределении добра и зла в этом мире. Люда сказала о фанатах не подумав, чтобы слегка окоротить Смелую, но не подумала, что для неё вопрос её непопулярности будет таким острым.

— Извини, пожалуйста, я не права! — Людмила подошла к Смелой, обняла её за плечи и прижала к себе, уткнувшись в макушку носом. — Это бестактно с моей стороны. Вышло нечаянно.

Смелая обняла Людмилу и попробовала её перебороть, но, естественно, ничего не получилось: Сашка была ниже на 5 сантиметров и легче на 3 килограмма, да и силы у неё было чуть поменьше.

— Ты знаешь, что за нечаянно бьют отчаянно? — улыбнулась она, взглянув на Люду снизу вверх. — Пошли на лёд. Там посмотрим, чьи фанаты круче.

— Сублимация воинственных настроений спортсменов в спортивные состязания! — улыбнулась в ответ Люда. — Я помню твои слова.

— Да, Mortal Kombat, смертельная битва на льду, — рассмеялась Сашка.

Конечно шутки, но была в них и некая доля правды…

Глава 14 Мучения с тройным акселем

Сашке на отсутствие внимания обижаться, пожалуй, не стоило: пока спортсменки отсутствовали на турнире в Германии, в «Хрустальной звезде» произошли некоторые изменения. На галерее и на балконе появились новые плакаты. О Далиевой и Зенитовой уже и не вспоминали: убрали их изображения полностью. Теперь всю главную галерею занимали лишь большие и очень красивые плакаты Арины Стольниковой и Александры Смеловой, количеством 50/50. Причём видно, что сделаны совсем недавно, похоже, на контрольных прокатах сборной России в «Мегаспорте», так как платья на фигуристках уже были новые.

Только сейчас Люда поняла, что значит труд настоящего спортивного фотографа — все фотографии изображали фигуристок в очень красивых и выверенных позициях с очень яркими, харизматичными выражениями лица. Это надо же в нужное время затвором щёлкнуть.

— Красиво, — заметила Людмила, разглядывая новые плакаты.

— Угу, — кивнула головой довольная Сашка. — Шаров, похоже, снимал.

— Кто такой Шаров? — поинтересовалась Люда.

— Есть такой профессиональный фотограф и большой любитель фигурного катания: Миша Шаров, — объяснила Смелая. — Не знаю, что за отношухи у него с федрой, но его регулярно приглашают поснимать разные старты, причём официальную аккредитацию дают хоть куда, в любой город.

Смелая опять упустила из виду, что настоящая Сотка уж наверняка должна была знать, кто такой Михаил Шаров.

— Ясно… — пробормотала Людмила, опять принявшись разглядывать плакаты.

В принципе, в появлении новых плакатов прослеживались вполне отчётливые намёки: в ледовой школе обозначились две основные примы. На старых фаворитках бесповоротно поставлен жирный и основательный крест.

— Что стоим, чего ждём? — крикнул Бронгауз, стоявший в левой части катка. — Надевайте коньки и ко мне. Сейчас обсудим план тренировки.

Люда, как будто сердцем почуявшая новую пакость от тренера, осторожно подкатила к нему.

— Арина, сейчас я тебе обозначу план тренировок до середины октября, то есть на три недели, — сказал Брон, внимательно осмотревший ученицу и словно проверивший, не располнела ли она ещё больше. — За этот срок нам нужно поставить тебе тройной аксель. Он у тебя уже спонтанно получался в этом сезоне, так что, думаю, ничего страшного не будет. Займётесь этим с Сергеем Николаевичем прямо сейчас, после разминки. Всё ясно?

— Ясно, — кивнула головой Людмила. — С чего начнём?

— Сейчас разомнись хорошо в течение 10 минут, по стандартному набору: сначала обычные шаги, потом более сложные. Раскачай тело и затем, когда почувствуешь, что готова, прыгни пару раз дупель, и за ним начнём пробовать тройной аксель. Сначала на удочке.

— А мне что делать? — спросила Смелая, с интересом слушая то, что тренер говорит Людмиле. — Мне сразу с прыжков начинать?

— Нет, ты тоже сначала будешь разминаться в стандартном режиме, — заявил Бронгауз. — Сначала разомнись хорошо, исполни пару вращений, и потом все прыжки и каскады из твоей программы, от простых к сложным, с постепенным увеличением трудоёмкости исполнения от минимального до максимального.

С этого момента Людмила уже не наблюдала за Сашкой: тренировка захватила её полностью, с головой. Как ни крути, мама была права. Стоит только начать новое дело и полностью включиться в него, как все негативные мысли покидают тебя и появляется позитив, а если уж не позитив, то обычное рабочее отношение к делу.

Родной лёд! Да, действительно, этот лёд за прошедшие 3 месяца стал для неё абсолютно родным, и знакомым до малейшей щербины на бортике катка. Поэтому появилось чувство, как будто попала к себе домой. Это чувство придало уверенности. Люда начала понемногу разгоняться в тренировке. Покатила против часовой стрелки вдоль бортов сначала простыми перебежками, потом перешла на более сложные шаги, рёберные повороты и развороты: скобки, крюки, выкрюки, моухоки, чоктау. Много раз меняла направления движения, постепенно разрабатывая и разогревая всё тело. Почувствовав, что хорошо размялась, решила приступать к прыжкам. Нужно было прыгнуть два раза дупель, как и говорил Бронгауз.

Оба раза прыжки получились эталонными, хоть в учебник включай. Быстрый разгон передними перебежками, потом тройка, смена направления на «назад», потом переступание с правой ноги на левую, разворот на ход «вперёд» с одновременным торможением и приседанием на левом колене, резкий мах правой ногой сначала назад, потом вперёд и одновременное отталкивание левой ногой от льда с одновременным закручиванием тела правой ногой в крутку. Выезды тоже сделала не абы какие: один в собачку, второй в арабеск с вытянутыми руками перед собой и высоко поднятой левой ногой. Сейчас ей уже никто не аплодировал, как первые занятия. Одногруппники привыкли, что она верно и упорно набирает ход и с каждым разом катается на всё более высоком уровне. Да и аплодировать было особо некому: абсолютно все фигуристы были заняты упорной работой. Соревновательный сезон переходил в крайне активную фазу, и следовал усиленный набор формы.

Чисто исполнив два раза дупель, Люда посмотрела ради интереса, что катают другие, и поехала к Дудину, который отвечал за постановку прыжков в «Хрустальной звезде».

Что чувствовала она сейчас, когда её заставили учить прыжок, который ещё 3 месяца назад считался для неё полной фантастикой? Да у них в группе у Левковцева двойной-то аксель был уделом единиц, и то они исполняли его раз да через раз. Страх присутствовал, это было не скрыть, и он начал понемногу нарастать.

Дудин, увидев, что Люда закончила разминку, достал стоявшую у бортика удочку и пальцем поманил фигуристку к себе. Движение это показалось настолько забавным, что Людмила невольно рассмеялась. Со стороны выглядело, будто деревенский дед, держа в руке длинную хворостину, подзывает несносную пакостную внучку, чтобы прописать ей по заднице пару раз.

— Это хорошо, что у тебя смех присутствует, — одобрительно кивнул головой Дудин. — Давай сюда. Сейчас я тебя привяжу на ремни.

Тренер по прыжкам быстро и умело подцепил Люду на удочку, и попробовал приподнять её. И естественно, это не получилось: 45 килограммов живого веса на длинной двухметровой палке не так-то легко и поднять, это не 20-килограммовая 10-летка перворазрядница, впервые изучающая тройные прыжки.

— Как бы нам не свалиться обоим, — смущенно сказал Дудин. — Ладно, поехали. Ребята, осторожно! Дайте нам лёд хотя бы на 10 минут!

Фигуристы, в этот момент тоже тренировавшие прыжки, отъехали к бортам: сейчас кто его знает, куда покатит тренер с ученицей…

— Поехали вправо, — сказал Дудин. — Там доедешь до скругления, и от него начинаешь разгоняться по прямой к центру арены. У центра делаешь то, что обычно: тройка, торможение, работа коленом, мах и отталкивание. Но есть один нюанс: правой ногой тебе нужно отработать намного сильнее, чем на дупеле. Это очень важно. Делай мах шире, со всей силы и отталкивайся сильнее. Скрутив три оборота, раскрывайся. Не так, как ты раньше прыгала: в воздухе два с половиной оборота и оборот на льду. Сейчас докручивай полностью в воздухе. Всё, начали!

Люда неторопливо покатила к правому короткому борту, чувствуя натяжение от удочки. Конечно, это придавало некоторую уверенность и даже зачатки бесстрашия. Доехав до закругления правого короткого борта, Люда сделала крутую дугу и задними перебежками покатила по направлению к центру арены, всё больше разгоняясь и взирая на катящего за ней Дудина, держащего удочку в обеих руках.

Доехав до центра, сделала тройку, сменив направление движения с «назад» на «вперёд», плавно затормозила, присела на левом колене, сильно размахнулась, закрутилась и прыгнула тройной аксель. Прыгнула очень сильно. И оттолкнулась очень сильно, без всякого контроля, можно даже сказать, безбашенно, без оглядки. Как будто прыгнула в омут с головой.

Естественно, прыжок не получился: силы отталкивания оказалось слишком много, поднялась выше, чем надо, зря потратив силы, но при этом раскрывшись вовремя. Сделав три с половиной оборота, Люда под острым углом приземлилась на лёд с очень большой высоты и сразу же едва не свалилась на колено, не удержавшись на ребре из-за большого усилия приземления. Хорошо, что Дудин удержал, сам едва не упав, и только из-за этого колено Люды не дошло до льда считанные сантиметры. Но и для Дудина это была очень большая нагрузка. Однако задел был положен: тренер уже видел, в чём ошибка и что нужно делать, чтобы её исправить.

— Слишком сильно оттолкнулась, плавнее действуй, плавнее, — крикнул Дудин и приподнял Люду на ноги. — Делаем ещё одну попытку. Пошли на второй заход!

Люда встала на ноги и опять покатила к длинному борту, от которого повторила упражнения. Но второй раз опять не вышло: в этот раз оттолкнулась сильно слабо, не вошла в группировку, и получилась «бабочка» в полтора оборота. Зато не упала. Впрочем, «зато не упала» в фигурном катании за элемент не считалось: это был одинарный аксель, цена которого копейки, и нужно было повторять всё заново.

10 минут, которые попросил Дудин у всей группы, незаметно превратились в 20 минут, в течение которых остальные фигуристы прохаживались у бортика или пытались что-то по-мелочи делать, зорко наблюдая за Людмилой, которая мучилась на льду. Тем не менее, за 20 минут Люда всё-таки поймала нужное усилие, которое требовалось при её нынешнем весе и координации тела для того, чтобы плавно скрутить ровно три с половиной оборота в воздухе и мягко приземлиться чётко на ход назад. Это было самое главное в постановке сложного прыжка. После нескольких попыток прыжок на удочке стал получаться. Правда, это ни о чём не говорило. Нужно было пробовать триксель вживую, без удочки.

— Как себя чувствуешь? — спросил Дудин. — Уловила нужные усилия?

— Кажется, да, — согласно кивнула головой Люда. — Я могу попробовать прыгнуть без удочки.

— Без удочки? — спросил подкативший к Люде Бронгауз. — Уверена в себе?

— Кажется, да, — неуверенно промычала Людмила.

— Делаешь одну попытку, — велел Бронгауз. — Если исполняешь чисто, продолжаешь прыгать его до конца тренировки. Если нет, опять удочка. Пошла! Работай! Николаич! Отцепляй её!

Дудин отцепил Люду с удочки, и махнул рукой, показывая, чтобы она продемонстрировала полученный навык. Группа опять разъехалась к бортам, не желая попадаться на пути олимпийской чемпионки.

И именно сейчас, в самое ненужное время, на неё опять навалилась неуверенность. Вот какого фига она сказала, что сейчас прыгнет тройной аксель без удочки⁈ Она же только что, буквально 20 минут назад, начала его тренировать! Да никто бы слова не сказал, если бы она заявила, что не будет прыгать, так как он ещё плохо готов. Но делать нечего, раз назвалась груздем, надо полезать в кузов.

Люда начала разгоняться вдоль длинного борта, в месте скругления сделала пируэт и пошла на разгон к центру арены. Сейчас разгонялась уже плавно, без дёргания и на полном контроле. Набрав скорость, сделала тройку, поменяла направление движения с «назад» на «вперёд», оттолкнулась, махнула правой ногой и прыгнула аксель в три с половиной оборота. Правда, приземление опять получилось безрадостным: снова очень острый угол приземления, подскальзывание на ребре, и через долю секунды почувствовала себя лежащей на льду, прямо на бедре, о которое уже билась неоднократно. Резкая боль в месте ушиба полыхнула огнём.

«Да блин», — с досадой сказала Люда и поднялась с этого ненавистного льда, который так и не покорился ей сегодня. Чудо не произошло.

— Куда покатила? Давай в медпункт! — велел Бронгауз.

— Но я… Вроде бы нормально… — уныло промямлила Людмила, трогая онемевшее бедро. Кажется, перелома и растяжения нет.

— Ещё раз! Иди в медпункт, хотя бы пластырь охлаждающий приложи! — строго сказал Брон. — Пока справку от врача не принесёшь, снимаю с тренировки.

Люда уныло вздохнула, и припадая на правую ушибленную ногу, покатила в направлении калитки.

…Хорошо что в медпункте никого не было и врач, уже знакомый Арине, был свободен.

— Упала? — предположил он, отвлёкшись от телефона.

— Угу… — согласилась Людмила и слегка задела бедро. — Сюда упала.

— Снимай штаны, садись на кушетку! — велел врач.

Пока смущённая Людмила стягивала штаны, врач положил на кушетку одноразовую простыню, и, когда Люда села на неё, нагнулся и внимательно осмотрел повреждённое место, постоянно щупая и спрашивая «болит-не болит». Наконец поднялся на ноги.

— Ушиб средней степени, — заявил врач. — Сейчас охлаждающим гелем намажу и пластырь наложу. Дома вечером снимешь и повторишь. Пластырь и гель я тебе дам.

После медицинских процедур действительно, значительно полегчало и стало можно кататься. Врач выписал Людмиле справку о допуске к тренировкам и о проведённых процедурах, дал ей маленький тюбик геля, охлаждающий пластырь и выпроводил из кабинета.

— К тренировкам годна!

Лада пришла на каток и отдала справку Брону, который внимательно осмотрел её, как будто проверяя на факт подделки, и велел надевать коньки и опять долбить триксель.

— Арина, а ну поди-ка сюда! Вставай опять на удочку! — крикнул Дудин.

Люда мрачно посмотрела по сторонам и покатила к нему. Сегодня точно был не её день. Сейчас придётся до конца тренировки долбить этот несчастный тройной аксель…

…Пока Людмила мучила себя и тренера, Сашка стояла у бортика. Она очень хорошо размялась и успела исполнить два вращения и даже несколько раз прыгнула тройной аксель, как будто говоря, что уж её-то учить такой фигне не надо: в любое время дня и ночи она прыгнет этот триксель. Потом, увидев, что лёд занят, и тренер по прыжкам опять мучает Сотку,Смелая подъехала к бортику и остановилась у него, решив перевести дух и осмотреться. И как раз в это время к ней подошла главный тренер Аделия Георгиевна.

— Здравствуй, Саша, — приветливо поздоровалась главный тренер.

— Здравствуйте, — смущённо ответила Смелая, стесняясь смотреть в глаза женщине.

— Я к тебе вот по какому делу, мне Алексей Николаевич сказал, что вы с ним будете ставить номер на «Мемуары гейши».

— Будем, — согласно кивнула головой Смелая. — Просто он предложил, и я решила последовать его совету. Поработать с ним.

— Постановка у этого специалиста будет стоить дополнительных денег, — предупредила Аделя Георгиевна. — Он фрилансер и в штат «Хрустальной звезды» не входит. По договору с нами он лишь обучает вас хореографии и основам танца и балета.

— И что это значит? — спросила Смелая. — Федерация же компенсирует мне стоимость постановки?

— Естественно, такса как члену сборной России стандартная, — согласилась Аделия Георгиевна. — 120 тысяч рублей за одну короткую программу длительностью до 3-х минут. Если ты согласна, нужно подписать договор. Заказчиком будет выступать наш ледовый центр. Сейчас у тебя немного время освободилось, и Алексей Николаевич свободен, давай пройдём ко мне в кабинет и подпишем все бумаги. Там же, кстати, обсудим и фасон костюма для показательного.

Смелая согласно кивнула головой, сняла коньки, надела кроссовки и направилась вслед за тренером в её кабинет. Постановка целой программы — это не хухры-мухры! Однако для Смелой, судя по её виду, было большим откровением то, что Железо не входит в состав штата «Хрустальной звезды». Хотя, об этом можно было догадаться, учитывая, что одновременно он занимается и модными танцевальными труппами, и балетом, и ещё бог знает чем и где…

Только сейчас Сашка поняла, что значит большой спорт. Со своих денег она, возможно, трижды подумала бы, заказывать или нет показательный номер у Железа, однако как член сборной России, имела право на оплату услуг постановщика. Это во-первых. А во-вторых, она поняла, что хочешь обойти Сотку — надо становиться лучше и хотя бы немного отдалиться от постановок Бронгауза, чтобы в спортивном сообществе пошёл шум, связанный с ней. Для этого можно пойти на любые расходы и неудобства…

Глава 15 Чудеса на Ленинградском проспекте

Тройной аксель Людмиле сегодня так и не получилось прыгнуть без страховки. На удочке получалось, но только её отцепляли, Люда валилась на лёд и снова шла к доктору. Наконец тренерам надоело на это смотреть: группа стоит, лёд занят одной фигуристкой, и то безрезультатно. Людмилу озадачили опять напрыгивать дупели, только более пролётные. А там и тренировке пришёл конец.

В раздевалке Люда, потирая избитую ляжку, сказала Сашке, что сейчас поедет в ателье «Милана», на Ленинградский проспект, заказывать платье для показательного номера.

— Хочу синего цвета! — решительно заявила она. — Железо правильно сказал, так лучше!

— Я с тобой! Узнаю там насчёт своего платья в японском стиле, — сразу же увязалась Смелая. — А потом ты меня до дома довезёшь! Даже? Не бросишь подругу в темноте?

— Даже, — согласилась Людмила. — Но сначала мы поедем в магазин и купим наушники с ушами, которые ты мне обещала фиг знает когда.

— Нафиг надо! Дарю! — Смелая сняла свои наушники с головы и отдала подружке. — Я себе другие куплю, эти надоели. Мне вот только одно непонятно: ты платье будешь заказывать, не посоветовавшись с Аделией Георгиевной? И сам номер больше не будешь править?

— Номер я править не буду, если только…

Людмила хотела сказать, что стоило бы насчёт номера посоветоваться с Бронгаузом, но тут же решила, что не надо этого делать. Тренер, как всегда, в своём стиле, напичкает его всякими наворотами и фишками. Да ещё и вставит четыре прыжка, как у Смелой, и вместо удовольствия от проката на показательных выступлениях или на шоу будешь выходить со льда в таком же состоянии, как будто после соревнований. Нет! Номер она будет катать такой, какой сделала сама!

— Я думаю, Милана Артуровна Горинская сама подберёт мне хорошее платье, вкус у неё есть, — подумав, сказала Люда.

— О… Ты помнишь, как директора ателье зовут? — удивилась Сашка. — Я помню только, что Милана, а ни отчество, ни фамилию не помню, всегда забываю.

Люда, отвернувшись, слегка усмехнулась. Как же забудешь дочку своего бывшего одногруппника. Кстати, интересно, где сейчас сам Горинский? Помнится, он учился в институте: фигурное катание было для него лишь как трамплин к более успешной карьере. Спортом Артур занимался явно лишь для придания своему существованию более высокого статуса. Кстати, не мешало бы всё-таки навестить Екатинск, посмотреть, чем дышит родная спортивная школа. К сожалению, сейчас свободного времени на это не было…

…Дела с фанатами раскручивались и вышли на более высокий уровень, чем это было летом. Немудрено: Сотка только что заявила о себе, причём заявила в новом облике, в новых образах и с новыми программами, которые ещё больше раскачали фанатов, немного забронзовевших за летнее безделье и которым надоело отсутствие информации о любимице. А новые платья и новые программы — это темы для бесконечных обсуждений, сравнений и холиваров в стиле «нравится — не нравится».

— Арина, там люди пришли, — предупредил охранник, стоявший на входе в спортивный центр. Родители, ожидавшие рядом детей с тренировки, с интересом посмотрели на Арину, некоторые заулыбались и помахали руками в приветствии. Прима явилась!

— Много? — мрачно спросила Людмила.

— Порядочно, — улыбнулся охранник. — Полицию вызывать?

— Не надо, — покачала головой Людмила. — Справимся сами.

Осторожно выглянув из двери, Люда заценила обстановку. Да уж…

— Иди! Чё встала? — подтолкнула сзади Смелая. — Времени мало, сейчас у Миланы ещё сколько проторчим. Мимо этих челиков всё равно не пройдёшь.

За оградой спортивного центра действительно, находились человек 30–40, которые почти полностью блокировали вход на территорию центра. Фанаты были в красных цилиндрах, шарфах и с плакатами, на которых красовалась красная гоночная Ferrari и их любимица в разных образах. Родители, пришедшие за маленькими спортсменами и выходившие с ними из дверей «Хрустальной звезды», с интересом наблюдали за этим перфомансом и даже снимали фанов на телефоны. Но так реагировали не все предки. Некоторые пробирались сквозь толпы поклонников Стольниковой с недовольным видом.

— Наша Аря лучше всех! Нашу Арю ждёт успех! Красная машина, вперёд! Урааа! — начали скандировать болельщики и трясти плакатами, когда Люда со Смелой подошли ближе.

— Тебе не кажется, что слоган «Красная машина» уже приелся? — рассмеялась Сашка. — Нужен ребрендинг.

— Это что такое? — с удивлением спросила Люда. Ни что такое «слоган», ни что такое «ребр…», как его там, она не знала.

— Это значит смена названия, маскота и парадигмы всего твоего образа, — важно сказала Смелая. — Тебе что, мама ничего не говорила? Она же у тебя маркетолог, знает об эффективном продвижении товара. Как там, кстати, торговля вашими трусами?

Люда и сейчас не поняла, что именно хотела сказать Сашка, поняла лишь, что она насмехается над её маркой одежды, а этого никак нельзя было оставить без внимания!

Люда в отместку захотела схватить Смелую за шею, но та мастерски увернулась и побежала от неё прямо в толпу фанатов, стуча рюкзаком по плечам, потом повернулась, несколько раз подпрыгнула и весело крикнула:

— Это по твою душу пришли! Мне-то ничего не будет!

Однако Сашка оказалась не права, душа фаната — потёмки. Увидев Смелую всего в 10 метрах от себя, фанаты Стольниковой как будто вспомнили, кто только что выиграл Небельхорн Трофи, их как будто резко переклинило на этом.

— Смотрите, ребята! Это же Саша Смелова! — с каким-то удивлением сказал главный зачинщик фанатского движения Стольниковой, тот самый Серёга в очках, который встречал в аэропорту.

— Это не я! — пискнула Смелая и хотела бочком протиснуться через толпу людей, но это у неё не получилось.

— Саша, Саша, дай, пожалуйста, автограф! Пообщайся с нами несколько минут! — начали просить фанаты и протягивать Сашке блокноты, мягкие игрушки и плакаты с изображением Стольниковой. — У нас твоих плакатов пока нет. Распишись на Сотке.

Пока Смелая перетянула на себя внимание фанатов, Люда спокойно прошла и села в машину.

— Привет! Я гляжу, у твоих поклонников новый объект обожания появился, — улыбнулась Нина Потапова.

— Здравствуйте. Пусть страдает. Не всё мне отдуваться, — Люда внимательно посмотрела на фанатов. Внимание их к Смелой было недолгим. Увидев, что, пока они брали автографы у Смелой, Сотка успела сесть в свою машину и сейчас навряд ли уже выйдет, помахали на прощание руками и начали расходиться. Наверное, договорились встретиться здесь завтра.

— Ну вот и всё, ничего страшного нет, — сказала Смелая, когда села в машину рядом с Людой. — Всего-то несколько раз расписалась там и сказала, что всё с нами в порядке. Спрашивали о твоём здоровье, восстанавливаешь ли ты про четверные прыжки и триксели, сказала, что да. Больше внимание не стала акцентировать ни на чём. Удивительно. Вроде вблизи адекватные люди, но издалека…

— Куда поедем? — спросила Нина.

— В ателье «Милана», на Ленинградский проспект, 48, заказывать платье, — ответила Люда.

— Ты, кстати, не хочешь посмотреть, что мне набросала Аделя Георгиевна? Сейчас я покажу тебе эскиз, — Смелая достала из рюкзака лист бумаги, на котором был набросок, примерно эскиз костюма для показательной программы Смелой. Очевидно, что он имел японскую тему, насколько Люда могла сообразить. Японцев в древней одежде она в глаза не видела. Все японцы, которых она видела в этой жизни, были одеты в деловые костюмы, на лице имели белые намордники, а на руках перчатки, это были тренеры фигуриста Казуки Томоно на Небельхорн Трофи.

Но в стиле костюма Смелой явно угадывались азиатские корни, необычные для русского человека. Верх тёмного платья был свободного кроя, с широким вырезом на шее, одна сторона выреза заходила на другую, а ещё присутствовал широкий красный пояс на талии. Костюм смотрел очень оригинально и интересно даже в бедноватом эскизе.

— Интересно, — уважительно похвалила Людмила.

— А ты что собираешься шить? — поинтересовалась Сашка. — У тебя так и нет никакой концепции?

— Я бы хотела что-нибудь лёгкое и летящее, — призналась Люда. — И действительно, тёмно-синий и серебристый цвет мне очень нравится. В общем, как я и говорила, полностью буду полагаться на Милану Артуровну.

…В ателье «Милана» было, как всегда, многолюдно. Большая часть посетителей, родители юных спортсменов и спортсменок, пришли за готовыми платьями и костюмами и с помощью продавцов-консультантов выбирали их, изредка заходя в кабинки на примерку. Но были и две взрослые спортсменки, судя по телосложению, пловчихи. Они сразу увидели и узнали и Люду, и Смелую, поздоровались с ними. И эти спортсменки явно тоже пришли к Милане. Так что пришлось ждать. Правда, ждали недолго, примерно 10 минут, потом Горинская освободилась, увидела, кто пришёл, и пригласила подружек в свой кабинет.

— Здравствуйте, — улыбнулась Милана Артуровна. — Аря, Саша… Вы по делу? За платьями?

Люда внимательно посмотрела ещё раз на директора ателье. 30 лет, среднего роста и телосложения, светлые мелированные волосы, приятное лицо. Сейчас Люда могла бы поклясться, что это точно дочь Горинского. Как она раньше не могла это сообразить? Накрутила себе, что обычный облик у неё. Да она точная копия Артура! Сейчас это было заметно со всей очевидностью. Может, спросить у неё, где папа? С одной стороны, было бы любопытно, что она скажет, с другой стороны, могла получиться бестактность, вдруг её отец уже умер. Сейчас ему должно быть примерно лет 55.

— Давай сначала ты говори, — кивнула головой Люда, призывая подружку начать разговор первой.

— Мне надо вот такое платье, в японском стиле, — смущаясь, сказала Смелая и показала эскиз. — Сколько оно примерно будет стоить?

— Стоить? — удивилась Люда. — Что значит «стоить»? Тебе разве федерация не сошьёт бесплатно?

— Ты как будто не знаешь, что бесплатно шьют только платье для соревновательных программ, — смущенно ответила Смелая. — На показательный номер платья шьём за свои деньги.

— Цена будет зависеть от используемой ткани и количества внешней отделки, — объяснила Милана Артуровна и подозвала Сашку к себе, сама сев за ноутбук и усадив Смелую рядом с собой. — Но я думаю, в твоём случае, Саша, платье не будет слишком дорогим, в нём нет сложных деталей для выкройки, ручной вышивки и оклейки стразами. Я думаю, тысяч в 20–30 мы уложимся.

— Хорошо! — обрадованно сказала Смелая. — Это хорошо.

— Мы сейчас снимаем мерки, потом более конкретно обсудим эскиз, выберем ткани и как это будет всё примерно выглядеть на тебе, — сказала Милана Артуровна. — Снимай верхнюю одежду и становись в аппарат для снятия мерки.

Примерно через 10 минут Милана сняла мерки с Сашки с помощью лазерного аппарата и загрузила их в компьютер составлять эскиз нового платья. Судя по всему, оно должно было действительно получиться очень интересным… Смелая и Милана Артуровна оживлённо обсуждали каждую деталь, и, судя по тому, что понимала Люда, стоимость платья возрастала с каждой минутой, пока не дошла до 40 тысяч рублей.

— Пусть будет так! — выдохнула Сашка. — Имею право.

Люда спрашивать не стала, почему возросла стоимость платья, потом, когда оно будет готово, можно будет посмотреть на него вживую… Сейчас предстояло заказывать платье ей самой. И это ей сначала показалось намного труднее, чем Смелой, которая знала японскую концепцию своего номера. Люда знала только две вещи: платье должно быть тёмно-синим, с серебристыми вставками или линиями, и при этом быть лёгким. Однако сомнения были напрасными, для Миланы это тоже не составило труда.

— Нет проблем! Становись на снятие мерки!

— А у вас есть мерки, которые вы снимали с меня летом? — с интересом спросила Людмила.

— Конечно, они сохранены в памяти компьютера, — согласилась Милана. — Ты хочешь узнать, поправилась ты с тех пор или нет?

— Да, типа того, — смущённо согласилась Люда.

— Ты знаешь, основные размеры тела, по которым шьётся одежда, остались прежними, небольшое превышение размеров только в бёдрах, — призналась Милана, посмотрев в экран и пощёлкав клавишами. — Но это совсем не критично, там буквально считанные миллиметры.

Люда вздохнула. Миллиметр за миллиметром, но эти миллиметры складывались во вполне реальные килограммы…

…В общей сложности просидели у Миланы минут 30–40, не меньше, и за это время уже пришли новые клиенты, которые выражали явное неудовольствие.

— Ну кто там торчит так долго? — громко сказал недовольный детский голос из-за двери, причём когда Люда со Смелой уже приготовились уходить. Кажется, голос был вроде бы знаком, так же как оказался знаком женский голос, ответивший ему.

— Даша, веди себя хорошо, не нам одним нужно платье, — уверенно сказала женщина.

По голосу Люда уже догадалась, кто там стоит. А находилась там Людмила Александровна Николаева, председатель российского Олимпийского комитета. Рядом с ней та девчонка 12 лет, которая явно была внучкой Николаевой, и которую они летом видели в пельменной номер 11, здесь неподалёку. Тогда, помнится, с ними была ещё Соколовская.

Людмила Александровна выглядела как уверенная деловая женщина: тёмный деловой костюм, туфли на каблучке, лёгкий светлый плащ средней длины с длинным шёлковым шарфом. Рядом с ней та самая девчонка, которую видели в пельменной, сейчас одетая по-дурацкой местной подростковой моде: широченные штаны, которые выглядели как клёши матроса, массивные ботинки, безразмерная пёстрая куртка и на голове наушники с кошачьими ушами, точно такие же, которые были у Смелой, и которые она подарила Людмиле. Девчонка во все глаза уставилась на вышедших фигуристок и неожиданно радостно засмеялась, захлопав в ладоши.

— Кого я вижу! Арина, Саша!

В глазах девчонки и выражении её лица была такая чистая, незамутнённая радость от встречи со знаменитыми фигуристками, что тоже захотелось невольно улыбаться в ответ. Улыбнулась и Людмила Николаева, подтвердив общую улыбочную тенденцию.

— Какая неожиданная встреча. Вы за платьями?

— Угу… — в один голос смущённо ответили Люда и Сашка. — Для показательного.

— И мы вот тоже за платьем, — неожиданно сказала Людмила Александровна, чем вызвала большое удивление у обеих подружек. Очевидно, что взрослая женщина не обязана была делиться целями своего нахождения здесь. Но, по-видимому, для неё это не было чем-то необычным. Или она специально хотела подчеркнуть это. Похоже, что так…

— Кстати, если здесь находятся такие прославленные профессиональные фигуристки, почему бы вам не оценить то, что нам сшили для Даши, — неожиданно сказала Николаева и обратилась к внучке: — Дашуня, ты не против, чтобы Арина и Саша посмотрели, как ты будешь выглядеть в новом платье для короткой программы?

— Конечно, я буду только рада! — засмеялась улыбчивая девчонка и сложила руки сердечком. — Давайте посмотрим.

Когда внучка Николаевой надела новое платье и вышла из примерочной, Людмила чуть не закричала от удивления: платье Дашки как две капли воды было похоже на платье Марины Соколовской, в котором она катала свою программу на сюиту Свиридова «Время вперёд» в 1986 году, как раз перед тем, как Люда попала сюда. Люда помнила это совершенно точно, потому что Соколовская шила это платье в ателье, где её мать работала директором и где Люда дошивала свои платья, купленные в универмаге. Это платье невозможно было забыть: синий цвет, а спереди его пересекает красная ракета, пышущая пламенем.

Похоже, внучка Николаевой будет катать программу под эту же самую музыку.

— Время вперёд? — неожиданно спросила Людмила.

— Да! — Николаева с интересом посмотрела на свою альтер эго. — Как тебе такой выбор?

— Великолепная музыка, ностальгическая, — честно ответила Люда. — И платье просто отпадное.

Платье действительно было шикарным, оно только общим видом напоминало о платье Соколовской из 1986 года. Сейчас Милана применила новые технологии, градиентные цвета, новые ткани и лазерную окраску. Платье смотрелось великолепно…

Глава 16 Японские мотивы

Когда фигуристки вышли из кабинета Миланы, Людмила Александровна обратилась к внучке, пристально разглядывавшей платье на себе.

— Вот видишь? Ты слышала, что сказала Арина Стольникова? А она олимпийская чемпионка! Авторитет! Что и музыка хороша, и платье под неё великолепно. А ты постоянно ноешь, что тебе неинтересна тема «Время вперёд». Сейчас ты наконец-то убедилась, что даже такие прославленные спортсменки от неё в полном восторге.

Дашка внимательно посмотрела на бабушку и согласно кивнула головой. Спорить тут сейчас было не о чем…

— Ну что, Людмила Александровна, забираете? — улыбаясь, спросила Милана, с интересом наблюдавшая всю эту сцену.

— Обязательно, Милана Артуровна! Платье великолепно! У вас золотые руки! — улыбнулась Николаева и достала из сумочки банковскую карту. — Давайте чек, я сейчас сразу и расплачусь. Как там папа, мама? В Москву не хотят переезжать?

— Работают, — пожала плечами Милана, сев за ноутбук и начав печатать чек. — Не… Переезжать не хотят. Говорят, им и там хорошо…

…Вечерело. И уже порядочно смеркалось, когда Людмила с Сашкой вышли из ателье, ошарашенные и огорошенные неожиданной встречей.

— Ни дня без происшествий! Как в сериале каком-то живём или в веб-новелле! — рассмеялась Сашка. — Правильно говорят: в Москве куда ни пойдёшь, везде встретишь знакомых: большая деревня. А всё-таки прикольно, что они шьют платье в этом же ателье.

— А что в этом удивительного? — спросила Людмила. — Я так понимаю, что здесь все шьют, кто более-менее поднялся до уровня мастера спорта. Ну, если не все, то очень многие. Естественно, что и Николаева тоже решила внучке тут сшить платье, тем более они занимаются совсем рядом, через дорогу.

— Ух ты, какие люди в Голливуде к нам пожаловали, на Ленинградский проспект, — раздался знакомый голос.

Марина Соколовская собственной персоной! Соколовская, одетая в спортивный костюм и дорогую пёструю спортивную куртку, стояла сзади. В принципе, присутствие Соколовской около фигурнокатательного ателье и около учебного центра ЦСКА не было чем-то неожиданным. Неожиданно было лишь её внезапное появление. А учитывая, что минуту назад видели Николаеву, оно выглядело очень удивительным. Или наоборот, нет? Может, она и живёт здесь где-то?

— Вы оттуда? — показала она пальцем на дверь, ведущую в ателье.

— Оттуда, — согласно кивнула головой Люда.

— Николаева там?

— Там.

— Спасибо, — поблагодарила Соколовская и направилась ко входу в ателье.

— Чего она туда направилась? — с удивлением спросила Люда, когда дверь за уважаемым тренером захлопнулась.

— Наверное, позвали её, чтобы на месте заценила новое платьюшко для ученицы, — пожала плечами Смелая.

— Это чтобы вот так запросто тренер пришёл в ателье? — засмеялась Люда.

— Почему бы и нет. Люди иногда по-простому живут. И откликаются на простые просьбы. А просьбу такого челика как Николаева, трудно продинамить.

Смелая внимательно посмотрела на Люду.

— Ты меня обещала домой отвезти.

— Поехали! — согласилась Люда. — Что-то тоже домой захотелось…

…Едва успела Люда зайти домой и поздороваться с мамой, как позвонил её менеджер Арам Архарян.

— Здравствуй, Арина! Не помешал?

— Здравствуйте, нет… — осторожно ответила Люда.

— Я уже начал работать на тебя, — напомнил менеджер. — Созвонился со всеми операторами и агентами, с которыми у тебя есть контракты и устные договорённости, и составил план работы. Завтра вечером у тебя состоится прямой эфир на радио «Спорт FM» в программе '«Фигурные страсти». С 18:00 до 18:30, ведущая Кристина Колесова. Ты сможешь участвовать?

— Смогу. У меня тренировка до 17:00, — согласилась Люда.

— Вот и всё, что мне требовалось узнать, — повеселел Архарян. — Завтра к 17:40 подъезжай в Останкино. С паспортом подойдёшь в отдел аккредитации, он находится рядом с пропускным бюро, там уже готова твоя аккредитация, потом пройдёшь внутрь и найдёшь офис 202, это главная редакция «Спорт FM». Там тебе всё расскажут. Всё понятно?

— Всё понятно, — вздохнула Люда, предвидя новое отягощение её существования.

— Ну вот и хорошо, — весело сказал Архарян. — Потом, после радио, на следующей неделе, у тебя запланировано шоу «Вечерний Ургант» на Первом канале. «Первый» — генеральный спонсор Федерации фигурного катания, и отказаться от участия в этой программе никак нельзя. Сейчас я буду вести переговоры о формате твоего присутствия в программе, дне выхода и прочем. Это случится точно на следующей неделе, с понедельника по пятницу. Будь на связи. На этом у меня всё. До свидания. Доброго вечера.

— Доброго вечера, — опять вздохнула Люда и положила трубку.

— Это Арам? — поинтересовалась догадливая мама.

Анна Александровна, одетая в короткий атласный халат, уютно расположилась с ногами в кресле и через трубочку попивала какой-то странный бело-розовый напиток из большого бокала. На громадном телевизоре показывали неведомый фильм ужасов, в мелькающей темноте раздавались громкие вопли и выстрелы.

— Арам… — вздохнула Люда в третий раз. — Сказал, что завтра в 18:00, на радио «Спорт FM» состоится программа с моим участием, прямой эфир.

— Вот и хорошо, — поучающим тоном сказала мама. — Надо и радио окучивать тоже. Автолюбители очень любят слушать в машине радио. А «Спорт FM» — это известная федеральная радиостанция. Блин, да тебе самый прайм-тайм выделили, как раз тогда, когда люди с работы едут и в бесконечных московских пробках стоят. Надо бы с ними договориться, чтобы ещё в это время тиснуть рекламу нашего мерча, но боюсь, там сумма на рекламное время будет космическая.

— Почему ты не спрашиваешь, как у меня дела обстоят с тренировками? — неожиданно с лёгким недовольством спросила Люда.

— Милая, что за недовольный тон? — мама встала с кресла, подошла к Люде, взъерошила ей волосы и прижала к себе. — Ты прекрасно знаешь, что я почти не вмешиваюсь в твою спортивную жизнь. Ты взрослая девочка, и отвечаешь за себя сама. Раз ты мне не говоришь ничего, значит, я думаю, у тебя всё нормально.

— Ненормально! — возразила Люда, сняла штаны и показала громадный синяк на правой стороне бедра, залепленный пластырем. — Ты это видела?

— Нет, не видела, сейчас вижу, — спокойно сказала Анна Александровна. — Аря, мне очень жаль, что ты набиваешь шишки. Но чем я могу тебе помочь? Я тебе ещё раз повторяю, что всё зависит лишь от тебя. Я могу найти хорошего врача, чтобы он сгладил последствия твоих тренировок, но исполнять программы за тебя или прыгать я не могу. Ну что мне, Брона пойти побить?

Люда неожиданно засмеялась, представив себе картину, как мама дерётся с Бронгаузом. Хотя, ничего особо удивительного в такой картине не было бы, учитывая, какая Анька пакостная и драчливая девчонка была в детстве.

— Сегодня триксель восстанавливали, и он не получился. Я много раз падала, — прекратила смеяться Люда. — И завтра будет абсолютно то же самое. У меня тут, наверное, живого места не останется.

— Я не думаю, что так будет, — слегка улыбнулась Анна Александровна, села на диван и посадила Люду рядом с собой. — Я тебя очень хорошо знаю, и также знаю, что ты всегда можешь собраться и соберёшься в самый неожиданный момент, тогда, когда в тебя никто уже не верит, кроме меня. Милая, я всегда верю в тебя. И точно тебе говорю, что завтра у тебя всё получится… Ты умеешь преподносить сюрпризы…

Эх, слова мамы да Богу бы в уши…

…Следующий день начался как день сурка, так же, как и день вчерашний, правда, была и небольшая положительная новость: наконец-то вес пошёл вниз. Всего на 100 граммов, но это уже была несомненная победа над собой. Вечером Люда не стала наедаться, ограничившись стаканом йогурта и большим персиком, а совсем поздним вечером, когда опять захотелось есть и стал нужен дожор, открыла холодильник, посмотрела на обилие продуктов внутри, но переборола себя, достала лишь бутылку минералки и выпила сразу два стакана, остудив таким образом чувство позднего голода. На завтрак съела стандартную порцию овсяной каши с кусочками свежих фруктов и небольшой печенюшкой, и выпила стакан апельсинового сока. Этого оказалось достаточно, чтобы динамический вес затормозился и пошёл вниз, учитывая весьма скромный вчерашний обед.

— Минус 100 граммов, — удивлённо сказал Бронгауз на взвешивании. — Прекрасно. Держи такую динамику, и всё будет хорошо. Но сегодня пока всё равно будет тренировочный кейс номер пять.

Пятый так пятый… Люда ощутила небольшой прилив хорошего настроения, которое всегда приходит, если что-то начинает получаться хотя бы немного. Пора в тренажёрку…

…Мышцы после вчерашней довольно интенсивной тренировки уже хорошо отдохнули, и сегодняшнее занятие по ОФП далось уже полегче, чем вчера, о чём Люда и сообщила Ермолову.

— Молодец, так и должно быть, — удовлетворённо кивнул головой тренер по силовой подготовке. — Но занимайся всё равно пока в таком же порядке, как и вчера. Как только мышцы адаптируются к нагрузке, будем уменьшать время отдыха и сделаем на один подход больше к каждому снаряду. Таким образом, чуть прокачаем то, что необходимо.

Смелая, судя по её довольному виду, тоже провела ОФП очень хорошо. И даже после тренировки успела похвастаться.

— А меня сегодня на радио «Спорт FM» позвали! Вместе с тобой! — довольно сказала Сашка. — Сегодня, сразу после тренировки.

— Эээ, что? — Люда чуть не выронила полотенце из рук, которым вытирала разгорячённое лицо.

— Как, а тебе разве не сказали? — удивлённо спросила Смелая. — Мне позвонил какой-то мужик с радио и сказал, что сегодня со мной запланирован прямой эфир, и чтобы я с паспортом подходила к 18:00 в отдел аккредитации. И что ты тоже должна туда подойти.

— Мне говорили, что у меня будет прямой эфир, — с лёгкой досадой ответила Люда. — Но то, что на нём будешь присутствовать ещё и ты, никто не сказал.

— Не сказали, значит, хотели посмотреть, какая у тебя удивлённая рожа будет в прямом эфире, — рассмеялась смелая. — Шутка. Наверное, просто забыли.

Шутки шутками, но Люда неожиданно задумалась: как так? У неё есть личный менеджер, который не знает то, что знает Смелая, которой напрямую позвонили на телефон с радиостанции. Первый опыт сотрудничества с личным менеджером оказался с небольшой неприятностью. И ещё эти слова Смелой о том, что кто-то хотел посмотреть на её рожу в прямом эфире радио. Как это возможно? Радио — это же не телевидение с картинкой!

— Если мы поедем на радио, причём тут: увидит кто-то мою рожу или нет? — с опаской спросила Люда. — Это же радио! Только звук!

— У каждой радиостанции есть свой сайт! — уверенно заявила Смелая. — И если зайти на сайт, можно в прямом эфире увидеть то, что происходит в студии. Ты не знаешь об этом?

Люда пожала плечами. Этого она увы, не знала…

…Впрочем, это были мелочи жизни, а самом интересным и познавательным было то, что Железов проводил сегодня занятия по хореографии в японском стиле, под японскую музыку, как он и предупреждал. Когда хореограф пришёл в зал, фигуристы по традиции занимались всякой ерундой, в основном связанной с телефонами, но когда хореограф вошёл в дверь, уставились на него и тут же дружно расхохотались. Вид у Железа был очень необычный. Он был одет в чёрное, с пёстрыми узорами, кимоно, длиной до бёдер, подпоясанное широким белым поясом, и в широких серых штанах хакама, из под которых видно белые кроссовки Adidas. По мнению учеников, look был очень комический.

— Тише-тише, я знаю, что вы все молодые и шутливые, — Железов успокоил учеников, протянув к ним ладони. — От чего такая тряска? Я же вам, кажется, говорил, что сегодня мы учим японские танцы и двигаемся под японскую музыку. Занятие это в основном будет посвящено Саше Смеловой, так как её показательная программа будет на тему фильма «Мемуары гейши». Но желательно внимательно послушать и Арине Стольниковой, так как она поедет на Гран-при в Японию. Возможно, придётся включить кое-что из сегодняшнего занятия в свои прокаты. Японцы очень традиционны и, увидев знакомые движения своей культуры хотя бы издали, в контексте, могут проникнуться. А это очень важно в нашем деле. Начну я издалека, включив японскую музыку. Естественно, это современная неоклассика, однако инструменты традиционные.

Железов поставил в магнитолу флэшку и включил музыку. Музыка заиграла медленная, спокойная. Все инструменты казались знакомыми: струнные, духовые, гонг, колокольчики, но звучали по-другому.

— Инструменты, которые звучат здесь, традиционные японские, называются: «сэмисян» — трёхструнный щипковый инструмент, подобие мандолины, «кото» — щипковый струнный инструмент, похож на нашу арфу, только горизонтальную, «бива» — струнный щипковый инструмент, похожий на нашу русскую балалайку, «сякухати» — бамбуковая флейта. Именно она и играет эти переливные нежные звуки. «Кокю» — трёхструнный смычковый инструмент. «Тайко» — большие барабаны. С помощью этих инструментов и создаётся эта чудесная переливчатая музыка, которая так волнует душу. А теперь, чтобы более полно раскрыть японские танцы, поговорим о самой Японии. Что для вас Япония? Что ты думаешь, Смелова, когда встречаешь слово «Япония»?

— Ну я не знаю, — растерялась Сашка. — Роллы! Суши! Манга, аниме, дорама!

— Дорама? Это от корейцев! — возразила Ксюшка Котова.

— Хентай! — рассмеялся Самсонов. — Тойота, Панасоник,Тошиба.

— Я, честно говоря, даже немного поражён вашей ограниченностью и узостью мышления, — слегка усмехнулся Железов. — Вы говорите о приземлённых вещах, но я, если вы догадались, просил вас назвать вещи, которые действуют на духовность. О культуре, искусстве, музыке, чувствах, цвете… Впрочем, о чём я, учитывая ваш интеллектуальный уровень… Япония — это цветущая сакура весной, которая сыплет нежно-розовыми лепестками на древние камни дорог. Это бескрайний океан, который видно за бамбуковыми зарослями, которые качает лёгкий утренний ветер. Это старый каменный храм на вершине скалы, заросшей можжевельником и кривыми соснами, согнутыми от ветра. Это сидящий на циновке старик, созерцающий бездонное бирюзовое небо, освещаемое багровым закатом, а сбоку от него старый каменный фонарь, источающий слабый свет, в свете которого застыл большой ночной мотылёк. И всё это передаётся плавно и размеренно. Япония не терпит и не любит суеты. Теперь понятно?

По виду учеников было понятно, что они слегка задумались. Железов говорил негромко и практически в такт музыке, отчего его слова были доходчивыми и очень понятными. По крайней мере, Людмила словно ощутила перед собой образы, о которых шла речь.

— Такими же медленными и красивыми являются и японские танцы, — заявил Железов. — В чём-то они схожи с китайской традиционной гимнастикой тайцзи-цюань, о которой я вам уже говорил. В них много работы рук и тела, но работы осознанной и неторопливой. Много перемещений в разные стороны. Начали! Первый паттерн внимательно смотрим! Потом повторяем за мной!

Железов встал в стартовую позу: ноги широко расставлены, руки опущены на бёдра, на ширине плеч. Потом, стоя на правой ноге, хореограф сделал медленный поворот вправо, при этом подняв левую ногу вверх и согнув её в колене. Затем сделал очень плавное движение правой и левой рукой в сторону, отчего неожиданно стал похож на цаплю. Замер на секунду в таком положении, потом исполнил лёгкий пируэт и снова остановился в таком же положении. Следом развернулся к ученикам и плавно встал на обе ноги. Потом согнул их в коленях, чуть пригнул корпус, протянул обе руки вперед и следом развел в стороны, снова развернувшись на 90 градусов вправо, подняв правую руку коброй вверх, а левую так же опустив вниз. Было похоже на стойку из китайских боевых искусств.

Движения у хореографа получались очень синхронные с музыкой, и каждое движение словно что-то выражало. Но что именно, Люда сначала не могла понять, и только потом до неё дошло: он показывает саму Японию, сам японский дух, и тогда она поняла всё. Для того чтобы погрузиться в это состояние медитации, нужно представить то, что Железов говорил только что. Это было трудно, но под музыку получилось.

Занятия получилось очень интересным и для Люды очень новым: она получила новый опыт того, как можно через движение показывать не только эмоции, но и окружающее физическое пространство.

— Саша, на ледовой тренировке мы перенесём все эти движения и вставим их в программу, музыку я для тебя уже подобрал и изготовил трек, — в конце занятия сказал Железов. — Получается у тебя очень хорошо, а на льду будет получаться ещё лучше. Сейчас все свободны, идите на обед. А я ещё помедитирую…

Когда Люда со Смелой выходили из хореографического зала, хореограф опять начал исполнять медленные движения танца, больше похожие на стойки из единоборств. Похоже, готовился к будущей постановке…

Глава 17 Есть тройной аксель!

И Люда, и Смелая были под большим впечатлением от сегодняшнего занятия Железова. Хотя для Смелой наверняка такое занятие не было первым, но она тоже высказывала свое мнение. И почти исключительно в восторженных тонах. Ей предстоящая работа с хореографом уже нравилась, несмотря на живую деньгу, которую придётся платить ему!

— Мне прямо не верится, что я у Железа буду ставить программу, — с большим воодушевлением сказала Смелая, когда подружки направлялись на обед в кафе «Космос». — Бронстайл надоел уже. А тут… Может быть, я сумею по-другому подать себя. Потом, на следующий год, можно будет из этой программы сделать короткую, если она мне не надоест.

— А разве договор на постановку программы будет действовать на следующий год? — с интересом спросила Людмила. — В смысле, Железо ничего не скажет, что ты своровала его показательный номер и из него сделала короткую программу?

— Программа будет моя! — уверенно сказала Сашка. — За неё деньги плочены! Поэтому буду ему досаждать до последнего, пока она не будет получаться с полпинка.

Это было очень смелое утверждение, и проверить его можно было только эмпирическим, научным методом, который предстоял после обеда…

… — Смеловой сегодня ставят показательный номер, Стольникова тренирует тройной аксель, — распорядился Бронгауз, когда подружки пришли с обеда и вся группа пришла на лёд. — Саша, Аря, в вашем распоряжении правая часть катка. Мы с остальными ребятами будем заниматься на левой. Арина, твой план на тренировку такой: когда разомнёшься, прыгни двойной аксель, а потом иди к Сергею Николаевичу и вставай на удочку.

Странно, но, похоже, мама была права на все 100 процентов. Сегодня Люда не чувствовала такого страха, как вчера, возможно, сказывалась наработанная привычка к заходу на триксель, а возможно, она действительно, уже была сознательно готова прыгнуть этот сложный прыжок. Во всяком случае, никакого волнения не было.

Как и вчера, после основательной разминки несколько раз прыгнула двойной аксель, с нескольких разных заходов. Всё получилось чисто. Увидев, что прыжок хорошо и очень чисто получается, покатила опять к Дудину, который в это время занимался прыжками других фигуристов. Смелая в своей части катка в это время вместе с Железовым что-то делала на льду, производя какие-то странные движения.

Дудин, увидев, что Людмила готова, опять взял в руки удочку, как хворостину, и поманил её к себе.

— Готова?

— Да, — согласилась Люда.

Первый же прыжок на удочке получился, и получился очень хорошо. Люда разогналась, при этом чувствовала натяжение удочки, что придавало уверенности, в центре арены встала на ход вперёд и прыгнула тройной аксель. Чисто! И таким образом получилось три раза подряд. На четвертый раз Дудин сказал снимать страховку.

— Пробуем без удочки, — тренер внимательно осмотрел Людмилу. — Ты готова? Оцени свою готовность по шкале от одного до десяти.

— Пять, — подумав, ответила Люда.

— Хорошо, что правдиво отвечаешь, — похвалил Дудин. — Пять из десяти — это уже хороший шанс. Фифти-фифти — пятьдесят на пятьдесят!

Тренер отцепил Людмилу с удочки и махнул рукой, призывая начать прыгать. Когда Люда покатила заходить на прыжок, вчерашнего страха уже не было. И что самое важное, не было тоскливой неуверенности, которая присуща людям, которые не вполне доверяют себе, если начинают новое дело. Сейчас она была уверена, что сделает всё как надо, а даже если что-то и не получится, то это вполне поправимо в ближайшем будущем. Это был психологически очень правильный настрой…

Разогнавшись от правого короткого борта, немного потеснив Смелую с хореографом в сторону, Люда сделала несколько пируэтов, потом тройку, сменила направление хода с «назад» на «вперёд», притормозила, чётко присела на левом колене, сильно махнула правой ногой сначала назад, потом вперёд, и вогнала своё тело в крутку. Сделав три с половиной оборота, раскрылась и приземлилась точно на ход назад. Приземлилась чисто, без недокрута. Но она и до этого приземлялась без недокрутов, причиной падений заход в лёд под острым углом, вследствие чего не могла удержаться на ребре и соскальзывала с него.

Сейчас удержаться на ребре удалось, хотя для этого и пришлось поработать руками и телом, сохранив координацию и равновесие. Чисто визуально выезд получился не очень хороший, скорее неуверенный, вдобавок качнуло конёк из стороны в сторону. Но всё-таки прыжок был сделан чисто, без падений, и это придало ещё большей уверенности.

— Арина, молодец! — хлопнул в ладоши Дудин. — Сейчас заходи с того места, от середины арены, вправо, прыгай к борту. Сделай на разных заходах.

Люда разогналась от центра арены вправо, сделала моухок, потом тройку и прыгнула ещё один тройной аксель, чуть не снеся Сашку, некстати подвернувшуюся под руку. И это был уже результат!

— Прыгни ещё пару раз, чтобы закрепить! — сказал Дудин.

Получились и эти два трикселя. Правда, опять выезды получились неважные, первый в степ-аут, второй в тройки, которые компенсировала, ловя равновесие активной работой рук. Но всё-таки не упала!

— Молодец! — похвалил Дудин. — Арина, ты огромная молодец! Сегодня хорошо поработала. С завтрашнего дня будем пробовать вставлять тройной аксель в программу.

…После ледовой тренировки группы Бронгауза, когда его фигуристы пошли в раздевалку, началось время льда для параллельной группы. Уважаемые тренеры Бронгауз и Дудин отправились в тренерскую, попить кофе и заодно обсудить итоги тренировочного дня.

— У Самсонова и Стольниковой хороший прогресс, — заметил Дудин. — С Ариной завтра можно пробовать либо целиковый прокат программы, либо значительный фрагмент. Вставлять в короткую программу планируешь?

— Не, в короткую программу не надо, — Бронгауз достал из стола блокнот и посмотрел расстановку элементов в программах Стольниковой. — Прыжки ещё не очень уверенно получаются. Если в короткой программе налажает, в произвольной будет трудно отыграться, поэтому…

Брон внимательно всмотрелся в схему движения фигуристки.

— У неё после каскада из трех прыжков стоит последний каскад: двойной аксель — двойной тулуп, после которого она исполняет дорожку шагов. А после дорожки шагов прыжок во вращение. Потом начинается вторая часть программы, и начинает она её с двойного акселя. Сделаем так: вместо каскада двойной аксель — двойной тулуп она прыгнет тройной аксель, а во второй части программы исполнит каскад двойной аксель — двойной тулуп. Пока расстановка прыжков будет такая. После двух каскадов усталость будет ещё небольшая, и на триксель сил должно хватить. Если даже не сделает этот прыжок, останется шанс прыгнуть каскад с двойным акселем во второй части программы. Так мы подстрахуемся от возможного провала и более-менее сохраним надёжность исполнения программы.

— Значит, тренировать будем фрагментами? — полуутверждающе спросил Дудин.

— Завтра с ней тренировать будем два начальные каскада: тройной флип — тройной тулуп, тройной лутц — ойлер — тройной сальхов, а после них тройной аксель, — подтвердил Бронгауз. — Именно в таком порядке, под музыку. Я думаю, она должна справиться…

…Что именно приготовили для Людмилы коварные тренеры, она ещё, естественно, не знала, поэтому в раздевалке радостно спросила у Смелой, как прошла постановка её новой показательной программы. Сама Люда прошедшим тренировочным днём была очень довольна.

— Я просто в восторге, — призналась Сашка. — Это будет новая грань моего творчества. Я, конечно, знала, что Железо — большой мастер всяких придумок, но здесь он за хорошую денежку превзошёл самого себя.

— И когда ты это будешь исполнять для широкой публики, то есть для нас? — со смехом спросила Лиза Хромова, выглянувшая из-за дверки шкафчика. Из-за её плеча показались распустившие уши Ксюшка и Агата.

— Для вас никогда, — важно ответила Сашка и показала фигушку. — Чтобы вы инсайдики слили в интернет, загрузили себе в группы и нафармили подписоты? Нет уж! Будете моими фанатами и увидите программу на «Скейт Америка».

Люда внимательно посмотрела на Лизу Хромову, и опять что-то колыхнулось в памяти. Фамилия эта довольно заметная, которую не так-то просто забыть. Был у них в ДЮСШОР-1, в секции пловцов, паренёк по имени Славка Хромов. И она его знала шапочно, в основном из-за того, что он вместе с ней ездил в спортивный лагерь «Совёнок». Хотя, вместе с ней ездили ещё несколько ребят из их спортивной школы, не сказать, что это было близкое знакомство, но всё-таки… И ведь Лиза из Екатинска. Конечно, это по большому счёту е говорило ни о чём.

— Слушай, Лиза, — неожиданно для себя сказала Людмила. — Мне кто-то сказал, что ты из Екатинска приехала?

— Да, я из Екатинска, приехала сюда с мамой, живём на служебной квартире, — улыбнулась девочка.

— А ты там случайно не в ДЮСШОР-1 училась?

— Там, — подтвердила Лиза. — У тренера Жанны Горинской.

— У Авдеевой? Или у… Горинской? — округлила глаза Людмила. — Ни фига себе. Она тренером стала?

Очевидно, что с точки зрения Лизы вопрос был донельзя тупой, Люда об этом сначала не подумала. Спросила по наитию, само вырвалось, так сказать. Просто охватило большое удивление: неужели Жанна Авдеева, которая училась с ней в одной группе у Левковцева, сейчас тренирует детей тоже в спортшколе, в которой училась сама? Да ещё и стала женой Горинского??? Да ну нафиг! Хотя… Ей сейчас должно быть лет 50, и Милана Артуровна вполне могла быть её дочерью.

— Но она тренером уже работает давно, — сильно удивилась Лизка. — 20 лет — это точно. У неё группа считается самая сильная в нашей школе.

— Так а там ещё и несколько групп? — с ещё большим удивлением спросила Люда. — Там же, кажется, раньше одна была группа, Левковцева, который сейчас американец.

— Нет, там сейчас есть группа парного катания, группа танцев на льду, у одиночников четыре группы плюс взрослые любители, — рассмеялась Лиза. — Там очень большая школа, два катка, плюс ещё построили новый каток в другом районе, на Рабочем посёлке.

Это для Людмилы стало уже совсем большим ударом, и она просто села на лавочку, услышав последние слова Лизы. Разговор становился всё чудесатее и чудесатее. Неужели Стольникова, попав в её тело, заставила построить каток в Рабочем посёлке, в котором, кроме двух школ, двух детских садов, двух магазинов и двух ЖЭКов, никогда ничего не было? Однако всё оказалось гораздо проще.

— Это из-за Хмельницкой что ли там построили?- не удержалась Люда.

— Да нет, не из-за Хмельницкой, — звонко рассмеялась Лиза. — Его построили всего 2 года назад и назвали в честь Людмилы Николаевой.

— Ясненько-ясненько, — пробормотала Люда. — Получается, всё равно она каким-то образом посодействовала.

— Ну конечно, она же родом из нашего города и училась в нашей спортшколе, — согласилась Лиза. — Она много чего сделала для нашего фигурного катания. И директор, Артур Георгиевич Горинский тоже много чего сделал. Ну ладно мне пора, всем до свидания всем пока до новых встреч.

Девчонка помахала рукой, сложила сердечко двумя ладошками и поскакала на выход из раздевалки, закинув рюкзак на спину.

Ошарашенная вновь открывшимися обстоятельствами, Люда даже бросила переодеваться, пока Смелая не привела её в чувства.

— Что у тебя опять за какие-то тупые вопросики? — с интересом спросила Сашка. — Опять твоё сумасшедшее попаданство даёт о себе знать⁉ Сотка, не мучай себя, сядь на самолёт и слетай ты в этот Ялуторовск несчастный, или как там его…

— Возможно, и придётся, — неуверенно пробормотала Люда. — Кажется, я схожу с ума.

— Вся фигня, которая сейчас происходит с тобой, похожа на какой-то фильм ужасов, где героиня вспоминает флешбэки из своего тёмного прошлого, которое таится в каком-то маленьком тёмном городишке или в деревне, и она решает туда вернуться, — рассмеялась Сашка. — Подходит прямо один в один. Так что, похоже, придётся тебе в этот город смотаться вместе с мамкой. Можете ещё и пару мешков с трусами захватить, на базаре там попробовать торгануть.

В обычное время Людмила как-нибудь отреагировала бы на подколку Сашки, но в этот раз не стала… Жанна Авдеева тренер, Артур Горинский директор ДЮСШОР… Это сильно…

… За текущими делами и переживаниями Люда совсем забыла, что сегодня после тренировки нужно ехать на радио «Спорт FM». Похоже, забыла и Сашка, так как, когда они уже вышли из тренировочного центра и привычно увидели толпу фанатов «Красной машины», раздался телефонный звонок.

Люда взяла трубку, высветился номер Арама Архаряна. Тут же вспомнила, что домой пока ехать не придётся.

— Арина, напоминаю, что у тебя через полтора часа прямой эфир на радио, ты помнишь это? Ты помнишь, куда тебе подъезжать? Останкино, улица академика Королёва, 12. Отдел аккредитации. У главного входа, со стороны гостевой парковки.

— Помню, — с лёгким недовольством ответила Люда. — А почему вы вчера не сказали мне, что вместе со мной в прямом эфире будет участвовать Саша Смелова?

— Я и сам не знал, — удивился Арам. — Похоже, так решила редакция в последний момент. Извини, если это доставило тебе какое-то неудобство.

— Всё нормально, спасибо, до свидания, — Люда прервала разговор и уставилась на Смелую. — Надо как-то от фанатов избавиться

— А чего от них избавляться? — удивилась Сашка. — Скажи, что занята, и пару раз распишись на плакатах.

Однако, к большому удивлению подружек, половина фанатов, стоявших у Хрустальной звезды, уже были не в красных шарфах и цилиндрах: они держали в руках плакаты с фотографиями Сашки Смеловой: похоже, вектор народной любви начал смещаться в сторону более успешной фигуристки. Однако и портреты Арины Стольниковой присутствовали тоже.

— Ой, смотрите, кто идёт! — крикнула девушка, которую вчера назвали Таней и которая была администратором группы Стольниковой в Контакте. — Наши красавицы идут!

— Да, я красавица, — с большой важностью сказала Сашка. — И у меня тоже есть сейчас свои фанаты.

На общение с фанатами ушло минут 5, потом Люда сказала, что им с Сашкой нужно ехать на радио «Спорт FM», и, если они хотят услышать её голос и последние новости, то пусть все идут домой.

— Блин, ну а что нам-то не сказали⁈ — с досадой сказал мужик по имени Серёга, который вчера чуть не затеял драку с Татьяной. — Сейчас пока до дома доедешь!

Фанаты бросились врассыпную, а Люда со Смелой попросили отвезти их в Останкино, чем несказанно удивили Нину.

— Это улица Академика Королёва, 12? Большое здание рядом с телевышкой? Круто. Вас по телевизору будут показывать? — удивлённо спросила водитель.

— Пока ещё нет, — смущённо сказала Людмила. — Пока ещё на радио. Сказали, что скоро будет прямой эфир по «Спорт FM».

— Ух ты, как круто, — уважительно сказала Нина. — Это, наверное, состоится эфир в программе «Фигурные страсти»? С Кристиной Колесовой?

— Да, точно, — Люда с удивлением посмотрела на водителя. — А вы разве смотрите, то есть, слушаете эту программу?

— Когда в машине, то слушаю. А дома иногда могу и посмотреть прямые эфиры, если они понравились, — согласилась Нина. — Очень прикольная передача. Там фигуристов уже было — мама не горюй, и одиночники, и парники, и тренеры, и наши, и зарубежные. Очень весело и нетрадиционно проходит эфир. Иногда по часу, иногда полчаса.

— Нетрадиционно и весело? — с подозрением спросила Сашка. — Что это значит?

Нина хотела объяснить, но началась сложная развязка, забитая транспортом, девушка полностью сосредоточилась на езде, лишь кратко сказала, что девчонки всё увидят сами. Таким высказыванием она поселила лёгкое беспокойство в сердцах Людмилы и Смелой. Там что, издеваться будут или прикалываться над ними? Смелая хотела найти сайт радиостанции в интернете, но пока тыкала пальцами, машина сделала поворот к Останкино и остановилась на гостевой парковке рядом с громадным зданием-монстром, в котором почти во всех окнах уже горел свет, разгоняя полумрак вечереющей Москвы.

Приехали…

Глава 18 Радио «Спорт FM»

Вечерело. Люда огляделась и поёжилась, как будто спасаясь от холодного ветерка и посмотрела на часы: время 17:30. Пора бежать за аккредитацией. Честно сказать, внезапно захотелось бежать не за аккредитацией, а вообще смотаться отсюда куда глаза глядят: именно сейчас навалилась усталость от сегодняшних упорных тренировок, да так что накатило, что пришлось усилием воли подавлять внезапно нахлынувший приступ негатива. Да и самой было интересно, что же всё-таки сейчас будет. Необычно всё… И это же новый опыт, как говорят здешние модные подростки!

Здание телерадиоцентра было громадно! Настоящий монстр из стекла и бетона, отделанного гранитом, сбоку от которого торчит высоченная телевышка. Подружки подошли к главному входу по небольшой аллейке и снова осмотрелись. Вход был сделан полностью из стекла: огромные окна высотой от пола до потолка сияли ярким светом. Внутри множество людей: работа не прерывается ни днём ни ночью.

Казалось, найти в этом огромном здании отдел аккредитации и офис 202 за оставшееся до эфира время будет непросто. Но, к счастью, это оказалось не так. Только миновали вход, как по указателю сразу же разыскали этот отдел, где быстро получили пропуск. А благодаря Смелой в электронном информаторе нашли нужный офис и через 5 минут уже стояли у его двери, за которой раздавался громкий смех.

— Чё-то там ржут как кони. Заходим? — робко спросила Люда.

— Пойдём! Не убьют же! — решительно сказала Смелая и повернула дверную ручку.

За дверью всё оказалось как-то обыденно просто: там находилось обычное деловое помещение: несколько столов со стоящими на них ноутбуками, шкафы с папками и офисная техника. Отличие от обычного офиса было в одном: на одной из стен нанесена громадная стилизованная надпись «Спорт FM. Динамичные события».

За столами вольготно расположились двое мужчин и женщина, одетые в обычную одежду в стиле кэжуал: джинсы, толстовки, свитеры. Увидев вошедших фигуристок, сначала на короткое время затихли, но потом тут же заулыбались и замахали руками.

— Какие люди к нам пожаловали! Даже в представлении не нуждаются! Арина, Саша, мы очень рады вас видеть. Меня звать Валентин Молотов, я главный редактор радиостанции «Спорт FM», — сказал один из мужчин, блондин лет сорока, сидевший в кресле с высокой спинкой, по которой сразу можно было определить, что это руководитель этой шаражки. На столе находилась табличка с надписью «главный редактор» как бы подчёркивающая его статус.

Мужчина встал, подошёл сначала к Сашке, потом к Людмиле и пожал им руки. Следом то же самое сделали другие присутствующие люди.

— Кристина Колесова, журналист-ведущий, — улыбнулась светловолосая молодая женщина лет тридцати, одетая в джинсы и толстовку.

— Андрей Каминский, журналист отдела новостей, — представился второй мужчина.

— Мы очень рады, что вы откликнулись на наше приглашение, и сейчас я веду вас в общий курс дела, — сказал главный редактор. — Через 10 минут начнётся прямой эфир программы «Фигурныe страсти», он будет продолжаться ровно 30 минут. Сейчас я вам расскажу про формат программы. В сущности, это будет вопрос-ответ и от вас мы будем ждать соответствующей реакции. Кристина будет задавать вопросы как по спортивной тематике, так и более личного характера. Если вам не хочется отвечать на какой-либо вопрос, просто скажите, что у вас на этот счёт есть своё личное мнение, которое вы не хотите доносить широкой публике. Всё ясно?

— Всё ясно, — кивнула головой Смелая, с увлечением слушавшая, что ей говорят, и в то же время внимательно разглядывающая обстановку.

— Вот и хорошо, — улыбнулся редактор. — А сейчас Кристя введёт вас в курс дела.

— Пойдёмте со мной и рассмотрим всё на месте, — Кристина открыла дверь в коридор. — Студия в отдельном помещении.

Люда со Смелой вышли вслед за Кристиной, прошли какое-то расстояние по коридору, а потом девушка открыла дверь и вошла в помещение, по периметру заставленное каким-то мигающим оборудованием. В противоположной стене было сделано большое окно, которое вело в другое помещение, находившееся за этим. Перед стеклом стоял длинный стол с несколькими ноутбуками. За ним сидели двое парней в наушниках, внимательно наблюдавших за происходящим в окне.

— Пойдёмте посмотрим, что там находится, — сказала Кристина и махнула рукой, призывая за собой. — Это помещение называется «аппаратная», здесь работают специалисты, которые настраивают работу радиостанции, ставят музыкальные треки, включают сигналы точного времени и прерывают вещание рекламными роликами. Также они отвечают за подачу усиленного сигнала на излучатель. А за этим окном находится сама студия. Она покрыта звукоизолирующим материалом. Это стекло тоже звукоизолирующее. А теперь обратите внимание, что там есть.

За окном находилась очень ярко освещённое помещение размером примерно 6 на 6 метров, в центре которого стоял большой круглый стол бежевого цвета с шестью местами для ведущих и гостей программ. Перед каждым местом на столе стоял большой студийный микрофон и лежали объёмные наушники. На стене висели два крупных монитора, на которых камеры показывали всё, что происходит в студии. Это же изображение транслировалось на сайт радиостанции. На потолке в разных направлениях светились множество светильников, отчего в помещении казалось ярко освещённым до безобразия, чему ещё способствовали и белые стены. За одним из мест лежал ноутбук, похоже, там сидел ведущий: бородатый мужчина лет тридцати. Он спокойно жестикулировал и что-то размеренно говорил в микрофон, слегка крутясь на кресле и поглядывая в открытый ноутбук.

— Как видите, всё просто, — объяснила Кристина. — сейчас закончится программа «Время биатлона» с ведущим Николаем Фуростовым. Во время смены программы ребята-техники включат в эфир рекламный ролик, а потом пару музыкальных композиций. В это время Коля покинет студию, а мы войдём и расположимся на нужные места. Я вот туда, напротив ноутбука, а вы по обе стороны от меня. Вот на той стене, под мониторами, две лампы, одна зелёная, другая красная. Красная означает то, что мы не в эфире, зелёная означает то, что мы в эфире, а значит, то, что вы говорите в микрофон, слышат слушатели из радиоприёмников. Также на столе лежат наушники, они служат для того, чтобы вы сами слышали свой голос, его интонации, и регулировали тембр и громкость. Теперь что касаемо формата нашей беседы. Сначала я спрошу вас о том, как вы съездили в Оберстдорф, о ваших выступлениях, о том, что вы чувствовали и довольны ли вы своими занятыми местами. Потом спрошу, что планируете делать в дальнейшем. Отвечайте чётко, желательно не комкая слова и не произнося слова-паразиты. Но естественно, юмор и веселье приветствуется. Через 13 минут будет двухминутная рекламная пауза, мы переведём дух, а потом продолжим разговор. Вопросы будут самые простые. Я спрошу вас о вашем распорядке дня, о диете, которой вы придерживаетесь, о том, куда ездите отдыхать и как вообще проводите свободное время. Это и будут вопросы личного характера. Вот и всё. Сейчас ждём конца текущего эфира.

Через пару минут на стене студии неожиданно зелёный цвет сменился на красный, мужчина снял наушники, встал из-за кресла, потянулся и вышел из студии. Похоже, в это время в эфир пошла реклама или музыкальная композиция.

— Здравствуйте, те, кто будет менять, — пошутил Николай Фуростов, и направился к кофемашине, стоявшей в углу.

— Всё, проходим, — шепнула Кристина и направилась к открытой двери студии.

Войдя, она посадила Люду справа от себя, а Смелую слева, надела им наушники и придвинула большие мощные микрофоны. Сама села на место ведущей, пощёлкала клавишами на ноутбуке, выводя на экран вопросы и план передачи, которые составил редактор. И принялась ждать нужного времени, поочерёдно смотря то на Люду, то на Смелую и улыбаясь им. Когда электронные часы на стене студии показали ровно 18:00, неожиданно зажглась зелёная лампочка, а красная потухла, и Кристина Колесова начала говорить. Говорила она очень интересно, и Люда внимательно смотрела на радиоведущую. Женщина очень играла мимикой, улыбалась, жестикулировала и вела себя так, как будто лично говорит с большой аудиторией, находящейся прямо перед ней. Плюс у неё ещё был очень грамотный, хорошо поставленный голос с театральными интонациями. Так и работают на радио!

— Здравствуйте, здравствуйте, дорогие друзья, в Москве 18:00, а это значит, что в эфире радио «Спорт FM» и программа «Фигурные страсти», единственная радиопрограмма в стране, посвящённая нашим замечательным фигуристам и такому великолепному спорту, как фигурное катание, — с улыбкой сказала Кристина. — И сегодня у нас в гостях две замечательные девушки, две знаменитые российские фигуристки: олимпийская чемпионка Арина Стольникова и чемпионка мира среди юниоров, победительница турнира «Небельхорн Трофи 2022» Александра Смелова. Здравствуйте, девчонки!

Кристина протянула руку сначала к Сашке, потом к Людмиле, призывая их говорить.

— Здравствуйте, дорогие… Радиослушатели, — с большим смущением сказала Людмила, ощущая подступивший ком к груди.

— Здравствуйте, — коротко сказала Сашка и выжидательно уставилась на ведущую.

— Ну а сейчас начнём нашу беседу, — сказала Кристина. — И начнём её с вопросов Арине Стольниковой. Арина, ты только что приехала с турнира «Небельхорн Трофи», из Германии, где ты заняла третье место. Я признаюсь: мы ожидали от тебя победного выступления после твоих великолепных результатов прошлого года. Что случилось, почему ты заняла третье место?

— У меня были сильные соперницы, и я ещё не вошла в спортивную форму, сейчас только начало сезона, — медленно, тщательно обдумывая слова, сказала Люда. Прикольно было слышать свой голос в наушниках! Это незабываемое чувство! А как чисто звучит! Похоже, офигенно дорого стоят такие наушники!

— Ну что ж, я думаю, это стандартный ответ, — рассмеялась Кристина. — А как ты считаешь, когда именно наберётся твоя спортивная форма? Когда именно ты войдёшь в кондицию?

— Я думаю, через две недели, перед тем, как мы поедем в Америку, на турнир «Скейт Америка», я буду готова лучше, — честно сказала Люда.

— Спасибо за правдивый ответ. А сейчас вопрос к Саше Смеловой. Саша, ты заняла первое место на этом турнире. Скажи, сложно тебе было это сделать?

— Мне это было сделать очень сложно, — согласилась Смелая. — Там собрались очень сильные фигуристки, очень сильные девочки, в том числе и наша звезда Арина Стольникова, которую победить было очень трудно. В короткой программе я проигрывала очень много и занимала только четвёртое место, но потом сумела собраться, прыгнуть сложные прыжки и завоевала золотую медаль. Это очень значимая для меня награда, самая первая во взрослом разряде. Я очень довольна.

— Спасибо, ответила ты очень подробно, — согласилась Кристина. — А теперь давайте поговорим более подробно о ваших выступлениях. Например, ваших великолепных программах: что они означают, кто их ставил. Арина, начнём с тебя. Что ты можешь сказать о своих великолепных программах? Кто постановщик и что они означают? Признаюсь, ты выглядишь в них очень необычно, и явно эти программы с каким-то подтекстом, пока ещё непонятным широкой публике.

— Короткую программу мне поставил мой тренер Самуил Даниилович Бронгауз, да и произвольную он же, однако концепцию и идею мне подала наш главный тренер Аделия Георгиевна Горгадзе, — ответила Людмила, тщательно выверяя слова и обдумывая слова. — Короткая программа под саундтрек из фильма «Амели». Я смотрела фильм, но моя программа не по нему. Просто понравилась музыка с французскими национальными нотками. Программа примерно повествует о юной девушке, художнице с Монмартра, которая приходит на площадь художников рисовать портреты за деньги. Но так как она очень юная, к ней никто не подходит: люди думают, что у ней мало опыта. Поэтому она начинает рисовать картину для себя. Рисует окружающий пейзаж: старинные дома, деревья, булыжную мостовую, продавщицу жареных каштанов, рогаликов и кофе. Она рисует падающие осенние листья и уже не яркое солнце, тусклое сентябрьское небо. Она всё это рисует очень хорошо. И потом… Картина оживает! Вот об этом повествует моя короткая программа. Произвольная программа на музыку коллектива Bel Suonо. Она о девушке, которая занимается танцами. Девушка живёт в большом мегаполисе, в котором нет места сказке и волшебству, но всё-таки она творческая личность, и волшебство само притягивается к ней. Она начинает дружить со связкой воздушных шаров, которые улетели от прежнего владельца и решили поселиться у неё в квартире. Однако шарам тоже нужен отдых и прогулки. Поэтому она отпускает их полетать на день, а вечером принимает их обратно и укладывает спать прямо в своей комнате.

— Очень интересно, просто поразительно, никогда бы не пришло в голову что-то подобное. Это же целый спектакль… Впрочем, как мы знаем, фигурное катание — это и есть спектакль на льду, сопрягающая грань между спортом и искусством, — сказала Кристина, с интересом слушавшая Людмилу, а потом посмотрела в ноутбук. — Нам начали звонить наши слушатели и задавать вопросы. Итак, вопрос Арине Стольниковой от Максима Черданцева, твоего давнего болельщика, как он представился. Читаю: «Дорогая Арина, скажи, пожалуйста, когда ты будешь восстанавливать прыжки ультра-си? Когда мы увидим их на соревнованиях?»

— Я уже приступила к восстановлению прыжков ультра-си, — призналась Люда, слегка повеселев. — Сейчас уже два дня подряд мы тренируем тройной аксель. И он уже начал получаться на достаточно хорошем уровне. Тренер сказал, что завтра мы попробуем вставить его в программу.

— А какая программа это будет, короткая или произвольная? — быстро спросила Кристина, развивая тему.

— Я ещё не знаю, — пожала плечами Люда и коснулась пальцем правого наушника. — Тренеры завтра должны сказать, куда мы вставим этот прыжок, но я думаю, что это будет произвольная программа, исходя из логики.

— Хорошо, спасибо, — Кристина опять посмотрела в ноутбук. — Вопрос Смеловой Александре от Светланы Анатольевны, бухгалтера. Саша, скажи, пожалуйста, на какое место ты рассчитываешь на чемпионате России?

— Ну, до чемпионата России надо ещё доехать и отобраться на него, — быстро ответила Сашка. — У нас в стране много сильных девочек, и это будет очень трудная задача. Но, естественно, я буду бороться за попадание в сборную команду и путёвку на чемпионат Европы и мира.

Кристина зачитала ещё несколько вопросов, поступивших на сайт радиостанции и по телефону, а потом объявила, что настало время для рекламной паузы. Звук голосов в наушниках прервался. На стене зелёный сигнал сменился на красный. «Интересно, мама решила дать рекламу в это радио или нет?» — не к месту подумала Люда.

— Можете водички попить или кофе сделать, — улыбнулась Кристина, сняла наушники и откинулась на кресле. — Первая часть эфира прошла хорошо. Вы были великолепны, отработали как настоящие профессионалы, без сучка и задоринки. 13 минут уже прошло, сейчас осталось провести следующие, и…

В это время дверь студии открылась, и в неё вошли Анна Зенитова и Милана Далиева. Сцена, произошедшая тотчас, наверное, напомнила бы иллюстрацию к известному роману Гоголя, которая называется «К нам едет ревизор». Очень сильно удивлены были и Люда с Сашкой, которая вообще чуть не опрокинулась в кресле, да и Зенитка с Дали замерли у входа. Неужели в этом и заключался коварный план редакции «Спорт FM»: свести вместе прошлых фавориток группы Бронгауза и нынешних? Тогда это был очень коварный ход. Который сулил радиослушателям большой интерес…

Глава 19 Каверзные вопросы на радио

И вот в студии радио «Спорт FM» сложилась очень неоднозначная ситуация: все вместе собрались четыре фигуристки из группы Бронгауза, каждая из которых была не только конкуренткой друг другу, но и в каком-то смысле разрушительницей карьеры. Стольникова карьеру что Зенитки, что Дали повергла в прах, и как они должны относиться к ней? Отношения были натянутыми ещё с начала прошлого сезона, когда Сотка вышла во взрослые. Да что там натянутыми: девчонки практически не разговаривали, ограничиваясь дежурными «привет» и «пока». Сейчас Смелая сметала Стольникову с насиженного места, а про Дали и Зенитку даже речи не было: для неё они были вообще как списанный материал. Конечно, все эти мысли держались глубоко-глубоко в голове и в основном, в воображении фанатов, но факт был именно таким. Девчонки занимались индивидуальным видом спорта, где нет места сантиментам. И похоже, ушлые редакторы и журналисты со «Спорт FM» решили воспользоваться этими противоречиями между спортсменками.

Однако они просчитались в одном: Сашка и Люда были подругами, вследствии этого из данного расклада выбивались. А вот с только что зашедшими фигуристками, пожалуй, неожиданное приглашение могло и сработать. А могло и нет.

Между спортсменками даже визуально проходил Рубикон. Если Люда и Сашка приехали прямо с тренировки и были одеты в спортивные штаны и куртки, в которых ходили на каток, то Дали и Зенитка явились одетые как молодые светские львицы, в очень модную и дорогую молодёжную одежду, в которой ходят на модные тусовки и в дорогие клубнячки на Рублёво-Успенском шоссе. На Зенитке надето ультракороткое, до начала бедра, фисташковое пальто от Valentino с громадным вырезом и широким поясом, узкая до неудобства юбка мини, до середины бедра и вязаный берет стиля Jamaika зелёно-красного цвета, из-под которого волной падали роскошные чёрные волосы. Дали пришла в чёрно-зелёном болеро и осеннем клетчатом костюме от Prada. На обеих дорогущие топовые кроссовки Balenciaga кислотного зелёного и красного цвета, минимум за 50 тысяч. Обе дивы накрашены броским вечерним макияжем с длинными стрелками, украшенными стразами. Густые нарощенные ресницы, скорректированные брови, губы, накачанные гиалуроном. Смотрелись они на контрасте с простецкими Людой и Смелой очень забавно. Да и вели себя намного уверенней. Точнее, 16-ти и 15-летние Сотка и Смелая смотрелись на фоне этих суперуспешных 19-летних девушек какими-то дворовыми пацанками, и это дало отправную точку фанатским срачам, немедленно разразившимися в интернете именно с этого момента. «Зажрались» — был основной лейтмотив комментариев.

— Здравствуйте, вот и мы, — слегка улыбнулась Зенитка. — Где нам располагаться?

— Так, Аня, ты садись сюда, справа от меня, как раз рядом с Ариной, Милана пусть садится слева, рядом с Сашей, — Кристина расположила пришедших фигуристок по местам, и хотела показать им, как пользоваться наушниками, но Зенитка отрицательно покачала головой.

— Я уже была здесь, всё знаю, спасибо, не надо.

— Вы, наверное, все очень удивлены и даже, возможно, разозлены, — улыбнулась Кристина, севшая на своё место. Она тут же посмотрела на электронные часы: они показывали 18:14. Похоже, время ещё было, и она продолжила.

— Идея вашей встречи, честно признаюсь, принадлежит мне. Я часто читаю фанатские группы в соцсетях и форумы, посвящённые фигурному катанию, тот же самый «Тулуп» и «Fso cool». Иногда почитываю блоги и посты на «СпортЭкспрессе», «Советском спорте» и «Sports. ru», и заметила одну деталь: все болельщики уверены, что вы должны враждовать друг с другом и чуть ли не бить друг дружке лица в погоне за местами и медалями. Я подумала: не может быть, чтобы такие прекрасные и красивые девушки захотели настолько враждовать друг с другом. Поэтому решила вас собрать и окончательно выяснить этот вопрос, что называется, расставить точки над i. Вы же меня не побьёте из-за этого?

После того как Кристина Колесова сказала причину, по которой все четыре фигуристки очутились в одно время на радио, все четверо разразились громким, заразительным смехом. Причина действительно была очень смешна и в корне снимала все подозрения с организаторов прямого эфира в их желании нагнетать какие-то страсти и скандалы. Хотя, возможно, была небольшая надежда и на такой вариант развития событий…

— Если вы думаете, что мы будем драться друг с другом, то это не так, — смеясь, сказала Зенитка. — У нас нормальные деловые отношения, и друг другу мы волосы не рвём, как это думают фанаты. Кстати, в их среде существуют столько много диких суеверий, от которых просто хочется смеяться…

… Несмотря на то, что пока Зенитка говорила свою речь, в эфир она не подавалась, прямая видеотрансляция студии шла. Её всегда показывали непрерывно, и было видно что угодно: как ведущие смеются вне эфира, говорят, шутят, пьют воду из кулера и наливают кофе, и всё это, естественно, со звуком. И сейчас тысячи фанатов услышали, как Зенитка сказала, что у них существуют дикие суеверия, от которых ей смешно.

— Смешно ей??? Это нам смешно, что ты на государственную трубу подсела, и на Первый канал! Со спортом решила завязать, а бабло гребёшь как сборница! Из тебя спортсменка, как из меня балерина! Позорница! Зенитка, тьфу на тебя! В госдуру сейчас пойдёшь??? Эти девчонки, которые в спортивных костюмах, лучше тебя в сто раз, чем ты в своём дорогом шмоте! Зачем губы накачала??? Они у тебя как пельмени, а рожа блестит как зеркало!!! Дали, походу, поумнее немного, чем эта курица! Молчит. Камрады, она тупая, и сказать ей всё равно нечего, поэтому и молчит. Сотка и Смелая форева! Красная машина зе бест! Сотка, вперёд! Набей им рожи! — писали фанаты прямо под плеером прямой трансляцией на сайте радиостанции.

В это время цветной сигнал студии сменился с красного на зелёный. Начался прямой эфир. Часы показывали 18:15. На ноутбуке Кристины в специальных графиках был показан рост онлайна видеотрансляции до 255654 посетителей за последние 15 минут. Большинство из них было из России, но примерно четверть была из-за границы, из Европы, США, Канады и Японии.

— Здравствуйте ещё раз, дорогие друзья! Это опять я, Кристина Колесова, и программа «Фигурные страсти», — сказала журналистка, внимательно читающая в ноутбуке комментарии зрителей и едва сдерживающаяся от смеха. — Напоминаю, что у нас в гостях олимпийская чемпионка Арина Стольникова и чемпионка мира среди юниоров Александра Смелова. Но также во время рекламной паузы к нам добавились олимпийская чемпионка, чемпионка мира и Европы и победительница финала Гран-при, Анна Зенитова и чемпионка мира среди юниоров, чемпионка России и чемпионка Европы Милана Далиева. Вот так неожиданная встреча! Здравствуйте, девушки.

— Здравствуйте, дорогие друзья, — сказала Зенитка, нашла глазами видеокамеру, которая снимает прямой эфир и помахала в неё рукой.

— Здравствуйте, дорогие радиослушатели! Я очень рада видеть вас, пусть даже виртуально, — сказала Дали и улыбнулась в микрофон. Видеокамеру она не нашла.

— Ну вот сейчас мы собрались все вместе, — с показной радостью сказала Кристина. — И у нас есть возможность поговорить на темы, горячо интересующие любителей фигурного катания. Так как мы уже немного поговорили с Сашей и Ариной, то начнём задавать вопросы вновь прибывшим спортсменкам. И начнём с Анны Зенитовой. Аня, сейчас многие радиослушатели спрашивают, чем же ты занимаешься, почему ты исчезла из поля зрения любителей спорта?

— Я сделала перерыв в карьере, — поставленным голосом ответила Зенитка, глядя в видеокамеру и хлопая нарощенными ресницами. — Сейчас я работаю телеведущей на Первом канале, и комментирую прямые трансляции по фигурному катанию, а также веду там влог, повествующий о вещах, которые происходят за кадром во время соревнований. Когда мне предложили эту работу, я согласилась и подумала, что такой опыт может быть очень полезен мне. Да и просто работа на Первом очень интересна.

— Скажи, пожалуйста, но официально ты не объявляла о завершении карьеры? — с интересом спросила Кристина, глядя на комментарии болельщиков о том, что Зенитка сидит на финансировании сборницы.

— Нет, официально я не заявляла, я взяла лишь паузу, — уверенно ответила Зенитка, и с насмешкой посмотрела в видеокамеру, как будто надсмехаясь над теми, кто смотрит этот эфир, и предвидя их гнев и возмущённые вопли в интернете.

— Но ты планируешь участвовать в чемпионате России этого сезона? — коварно спросила Кристина.

Вот это-то явно был вопрос на засыпку! Похоже, Зенитка ещё не прорабатывала этот вопрос и ответы на него. Девушка явно замялась. И это можно было понять: ведь для того чтобы заявиться на чемпионат России и подтвердить свой статус сборника, нужно было или участвовать в этапах Гран-при, или в этапах Кубка России. Но очевидно, так как Зенитка сейчас в наглую динамила тренировки, она право участвовать в чемпионате России утратит из-за того, что не наберёт нужную спортивную форму. Правда, оставался ещё вариант отобраться в сборную через тренерский совет, но этот шанс был совсем призрачный. Для этого нужно было прыгнуть через голову: каким-то образом внушить Брону и Аделии Георгиевне, что такой кредит доверия не напрасен, и чтобы они на совете замолвили за неё словечко. Но даже в этом случае отбор на чемпионат страны без прохождения квалификационных стартов вызвал бы слишком большой переполох и скандал, в том числе и в широкой спортивной и журналистской тусовке.

— Да, я планирую участвовать в чемпионате России, — наконец выдавила из себя Зенитка. — Для этого мне нужно будет участвовать в этапах кубка России, и я сделаю это.

— А ты поедешь на Гран-при? — спросила Кристина. И ведь тоже это был вопрос в лоб! Потому что отбор через зарубежные этапы Гран-при с их суровым международным судейством мог сильно подорвать репутацию Зенитки, если она без тренировок выйдет на них и эпично наваляет там, уйдя на последние места, за пределы мировой тридцатки. А репутацию нарабатывают годами, становясь олимпийскими чемпионками и чемпионками мира, ведь Зенитку только из-за этого позвали на телевидение. Запоров этапы, был велик шанс поставить на своей медийной карьере жирный крест.

Опять же, дилемма… Ведь простое участие в этапах Гран-при, даже при невысоких местах гарантировало попадание на чемпионат России вне конкурса. Отбор же через этапы Кубка России уже предполагал какую-то борьбу с соперницами и подсчёт количества набранных баллов на двух этапах. Идя этим путём, можно было и не отобраться…

— Нет, на Гран-при я не поеду, я же сделала перерыв в карьере, — с лёгким недовольством, повысив голос, сказала Зенитка.

— Ну хорошо, мы тебя услышали, — умиротворяюще сказала Кристина. — Сейчас я задам тот же самый вопрос болельщиков Милане Далиевой. Скажи, Милана, ты тоже взяла перерыв в карьере?

— Да, — неуверенно ответила Милана, всё так же глядя в микрофон, возможно, просто стесняясь смотреть в видеокамеру. — Вы знаете, перед началом сезона на меня внезапно напало множество болячек, связанных с прошлыми травмами, которые как-то внезапно активизировались именно в конце августа, поэтому я сейчас активно занимаюсь здоровьем, о выступлениях пока не может быть и речи.

— Но значит ли это, что ты больше не вернёшься на лёд?

— Я не могу сейчас этого сказать, — немного подумав, ответила Дали. — Всё будет зависеть от диагноза врачей, после медицинского обследования, которое состоится через несколько месяцев. Возможно, тогда я сделаю заявление либо о возобновлении карьеры, либо о её завершении. Промежуточных заявлений, вроде как о приостановке, не будет. Я знаю, что после долгой приостановки карьеры вернуться к прежнему уровню будет просто невозможно, так как вырастет много новых конкуренток.

— Ну раз мы начали говорить о конкурентках, то задам вопрос Арине Стольниковой, — сказала Кристина, крутнувший на кресле и повернувшись к Людмиле. — Арина, а ты боишься конкуренток? Первый старт показал, что в вашей группе выросла Александра Смелова, которая составляет тебе достойную конкуренцию. Что ты думаешь по этому поводу? Ведь на чемпионат России приедут сильные фигуристки от других тренеров, и тебе придётся конкурировать и с ними. Это же будет настоящая рубка!

— Что может сказать спортсмен о своей боязни соперников? — неожиданно рассмеялась Люда, ощутившая приступ уверенности. — Я не боюсь Сашу и не боюсь соревноваться ни с ней, ни с другими девчонками. Как выступлю, так выступлю.

— А у тебя не возникает мыслей тоже сделать перерыв в карьере?

— Нет, таких мыслей у меня никогда не возникало и не возникнет! — уверенно ответила Людмила. — И вообще, я ещё не всё сказала в спорте! Может быть, я поставлю перед собой цель ещё раз стать чемпионкой мира, чемпионкой Европы и олимпийской чемпионкой! Это вполне реально!

В этот момент Зенитка очень иронично откинула голову в сторону, криво улыбнувшись, а Дали тоже иронично улыбнулась, уставившись в пол. Их реакция выражала сильнейший скептицизм по поводу высказывания Люды. И опять такая реакция вызвала очень негативную реакцию фанатского сообщества в интернете, смотревшего прямую трансляцию.

— Посмотрите, как эти куклы размалёванные рожи скривили! Как их корёжит от того, что говорит Сотка! Вот с кого вам надо брать пример! Не сдаётся, идёт вперёд! Не боится Смелой! Лучшая! Слыш, вы! Не трогайте Зенитку и Дали! Они в 100 раз лучше однодневки Сотки! Богини фигурного катания! — писали фанаты неоднозначные комментарии в интернете, чем опять вызвали скрытый смех у Кристины Колесовой.

А вот у Сашки Смеловой реакция была совсем другая, чем у бывших подруг по команде. Она с большим удивлением уставилась на Люду, как будто увидев её в первый раз. В этом взгляде не было ничего, кроме большого уважения.

Времени оставалось совсем мало, тема получилась горячая, сверх всяких похвал, хотя и протекала вежливо и деликатно, и Кристина начала задавать обычные вопросы, чтобы сгладить острые углы прошедшего интервью. В основном, спрашивала насчёт диеты, увлечений, свободного время, есть ли бойфренды, не мешают ли они тренировкам, и тому подобные личные темы. Про спорт она уже не заикалась. А в интернете разгорелись ожесточённые споры в тысячи и десятки тысяч комментариев от разозлённых фанатов всех четырёх фигуристок.

Нынешнее положение с фигуристками в глазах фанатского сообщества выглядело так: есть некие Золушки российского фигурного катания в лице Сотки и Смелой, трудяги, бьющиеся о лёд каждый день, которым предстоит отстаивать честь страны и биться за медали с зарубежными фигуристками, и есть халявщики, типа Зенитки и Дали, которые почуяли вкус медийности, славы, денег, и вовремя соскочили со спортивной карьеры, чтобы брать кассу, пока она тёплая и не угас интерес к фигурному катанию после Олимпиады. Конечно, персональные фанаты фигуристок были в корне не согласны с этими тезисами, и в сети разразилась настоящая война, отчего многие спортивные темы пришлось закрывать, а комментарии удалять.

— Ну что ж, наше время истекло, нужно завершать, и, резюмируя нашу великолепную беседу, хочу ещё раз сказать дорогим радиослушателям, что всегда побеждает дружба, об этом нужно помнить всегда, ведь спорт должен дарить эмоции и прекрасное настроение как спортсменам, так и болельщикам, — подвела итоги программы Кристина. — До свидания, до новых встреч, дорогие друзья, и напоминаю: с вами была Кристина Колесова, программа «Фигурные страсти», а также со мной в студии присутствовали наши великолепные фигуристки, обалденные девчонки и просто красавицы: Арина Стольникова, Александра Смелова, Анна Зенитова и Милана Далиева. А сейчас будет рекламная пауза, после которой для вас прозвучат несколько популярных композиций из топ-чарта этого дня. Услышимся и увидимся завтра, в это же время!

— До свидания, до новых встреч, всем пока, увидимся! — друг за дружкой сказали фигуристки, отметив про себя порядок, в котором Кристина назвала их имена.

Потом зелёный сигнал на стене студии сменился на красный, пошла реклама, Кристина с огромным облегчением отложила наушники и откинулась на спинку кресла. Вид у неё был такой, как будто она только что совершила какую-то тяжёлую работу, а пожалуй что, так оно и было…

Глава 20 Люда делает еще один шаг вверх

После эфира все четверо фигуристок вышли из Останкино одновременно. Полумрак ещё более сгустился, Москва переливалась огнями и готовилась к увлекательному вечеру. Зенитка, поигрывая ключами от машины, направилась в одну сторону парковки, где у неё стоял громадный чёрный Mercedes-Benz G-класса. Дали — в другую, к припаркованной чёрной Lexus RX. Люда и Смелая — в третью, где сидела Нина в стольниковском белом Mercedes GLC 300 dI. Все крутые, куда бы деваться!

— Как эфир прошёл? — улыбнулась водитель, терпеливо ожидавшая фигуристок почти час, сидя в машине.

— Почти нормально, — ответила Смелая, плюхаясь на заднее сиденье. — Небольшую заподлянку только решили нам сделать, но мы отбились.

— Мне ещё на следующей неделе на Первый канал ехать, — как будто напомнила себе Людмила и тут же с подозрением посмотрела на Смелую: — Тебя туда тоже позвали?

— А ты бы хотела? — рассмеялась Сашка в ответ. — Нет, меня пока ещё никто никуда не звал, кроме как сюда. Наверное, ещё не доросла до телека. — Ну что, меня довезёте до дома?

— Конечно, довезём, — улыбнулась Нина и завела двигатель. — Не такие уж мы и страшные…

… Анна Александровна дома встретила Людмилу с улыбкой.

— Ну что, приготовили тебе небольшой сюрпризик? — по виду мамы можно было догадаться, что она смотрела трансляцию.

— Точнее, два сюрпризика, — с лёгким недовольством ответила Люда, снимая куртку. — И Сашку позвали участвовать, и Далиеву с Зинитовой. Хорошо, что я нормально продержалась, хотя волнение присутствовало.

— Волнение — это самое лучшее качество, что может быть у творческого человека! — уверенно ответила мама. — Люди не дураки, они понимают, что если собеседник волнуется, он живёт в реальности, им овладевают эмоции, и перед тобой человек, а не безжизненная кукла. Это очень притягивает.

— Кто вообще им дал идею позвать нас всех четверых? — подбоченясь, спросила Люда.

— Нууу, ээээ… — промычала мама, невинно отведя взгляд.

Люда искоса с подозрением посмотрела на неё, предвидя подвох, но Анну Александровну так просто было не пронять. Она только пожала плечами и сказала, что не знает, видимо, это причуда режиссёра.

— Как у тебя, кстати, дела с твоим тройным акселем? — тут же поинтересовалась мама, в явном желании перевести разговор на другую тему.

— Сегодня хоть и неважненько, но получался, ты была права. Завтра будем пробовать в программе, — слегка улыбнувшись, ответила Люда. — Вот тогда я уже не знаю, получится или нет.

— Получится! — заверила Анна Александровна. — Верь в себя, и всё будет хорошо.

… Предыдущий день выдался настолько богатым на события и таким напряжённым физически и морально, что Люде всю ночь снились какие-то дурные сны: то ей казалось, будто она прыгает десятерные прыжки, взмывая почти к самому потолку, то как будто ей дали на радио за интервью целую пачку денег, и она даже знала конкретную сумму: 256.000 рублей, причём купюры были какого-то странного синего цвета, и она не знала, куда деть эту громадную пачку, боясь её потерять. Под конец ночи всё вместе слилось в какую-то фантасмагорию с летающими шарами по комнате, девочкой в Париже, рисующей каких-то монстров на пустынных улицах. Однако, когда проснулась утром, ощутила, что выспалась и выспалась хорошо. Настроение было прекрасным, что являлось редкостью в последнее время, и как будто звало к большим свершениям.

— Ты в интернете не смотрела, что писали? — поинтересовалась мама, раскладывая завтрак по тарелкам. Овсянка и йогурт!

— Нет, — призналась Люда. — Я вчера вечером поучилась немного, кое-что из алгебры подтянула, из биологии, из химии. И английский. С английским пока беда.

— И даже никакого желания нет сейчас посмотреть? — ехидно спросила Анна Александровна, проигнорировав замечание Люды об инглише.

— Нет! — решительно ответила Люда. — Я решила от всего этого хлама держать порядочную дистанцию и сосредоточиться на своём деле. На спорте, мама!

…Правда, держать порядочную дистанцию не удалось, потому что Люда уже догадалась, о чём идёт речь, когда подошла к двери раздевалки, за которой опять раздавалось ехидное хихиканье Смелой и её сопливых подружек.

Люда осторожно открыла дверь, незаметно просунула туда голову и внимательно оценила ситуацию. Девчонки сидели на лавке, сконцентрировавшись вокруг Сашки, что-то смотрели в её телефоне и хихикали. Судя по звуку, хихикали как раз над вчерашней трансляцией и комментариями фанатов под ней.

— Привет всем! — Людмила с независимым видом прошла к своему шкафчику и начала переодеваться, стараясь не обращать ни на кого внимание. Однако, естественно, это было невозможно.

— Знаешь, сколько вчера эту программу смотрели? — неожиданно спросила Смелая, отвлёкшаяся от телефона. — Почти 300.000 человек! Прикинь, какой актив!

— И что? — неодобрительно спросила Людмила. — Эти человеки за тебя и прыжка не сделают, и будут за тебя болеть, только когда ты выигрываешь, но стоит тебе оступиться, как смешают с дерьмом. Я догадываюсь, каких комментариев там наставляли.

— Ну, в нашу сторону мало летело, а вот Зенитке и Дали досталось, — заявила Сашка.

— И что? — Люда бросила переодеваться, развернулась и в упор посмотрела на Смелую. — Ты думаешь, их это колышет? Им плевать на то, что о них пишут в сети. По их виду заметно, что их это нисколько не интересует, а, скорее всего, пробирает смех так же, как и нас. Так что пофиг.

— А ещё меня в новую группу пригласили, которая называется «Team_Gorgadze», — коварно сказала Сашка. — Там всего за двое суток уже 40.000 подписчиков! Это группа будет не только о тебе, Cоточка, она будет целиком о всей нашей группе, о всех спортсменах, и о них тоже.

Сашка показала на Ксюшку и Агату.

— И о пацанах. Как тебе это?

— Знаешь, я только рада за то, что вы тоже будете в центре внимания, — Люда продолжила переодеваться. — Но сегодня у меня не это главное. Мне нужно прыгнуть тройной аксель. Да и тебе, я думаю, тоже не это главное… Кстати, где наша Елизавета?

— У неё сегодня соревнования, в ЦСКА, — ехидно ответила Смелая. — Если ты такой увлечённый фигурным катанием человек, должна об этом знать…

— Человек не обязан всё знать, — парировала Людмила. — Нам нужно сейчас думать о себе, о том, как мы проведём свою тренировку…

…Как она сегодня проведёт тренировку, Люда конечно, не знала, но как всегда, надеялась на хорошее, и оно не замедлило себя ждать — на контрольном взвешивании весы показали ещё одно снижение веса на 100 граммов.

— Прекрасно! — в очередной раз похвалил Брон. — Вижу, что ты взялась за голову. Сегодня ОФП остаётся прежним, хореография как обычно, а весь упор делаем на тройной аксель. После обеда, когда придёте на ледовую арену, я тебя введу в курс дела и ознакомлю с планом сегодняшней тренировки. А так…

Брон слегка замолчал и внимательно посмотрел на Люду, как будто оценивая её.

— Ты огромная молодец. Я в очередной раз убеждаюсь, что у тебя всё ещё впереди…

Хорошие слова, но Люда по-прежнему в них почти не верила. Слишком много конкуренток стояло на пути к тому, что Брон видел впереди у Стольниковой… Их было даже не то что много, их был легион, и из самой глубины, из самой темноты пока ещё малозначительного и известного только фанатам, рассадника фигурного катания, вырастали новые ростки будущих побед…

…Пока Людмила и вся группа Бронгауза занималась текущими тренировками, в частности общефизической подготовкой и хореографией, в городе Москва в этот же день, в среду, 29 сентября 2022 года, в 10 часов утра стартовали Всероссийские соревнования «Памяти Олимпийского чемпиона С. Гринькова» в категориях «первый разряд», «кандидаты в мастера спорта» и «мастера спорта» в одиночном катании. Соревнования проходили в тренировочном ледовом спортивном комплексе ЦСКА на Ленинградском проспекте, 39, вотчине главного тренера по фигурному катанию ЦСКА Марины Владимировны Соколовской, и, естественно, многие из её учеников участвовали в них.

Несмотря на статус всероссийского, соревнование это всегда считалось противостоянием главных центров фигурного катания России: Москвы и Санкт-Петербурга. Из регионов, которые обладали своими всероссийскими соревнованиями, приезжали сюда мало, так как знали, что пробиться через москвичей и питерцев почти невозможно. Поэтому, скорее, это было не всероссийское соревнование, а поединок между центральными школами и тренерами.

В категории перворазрядников-новисов самое большое внимание увлечённых болельщиков, следящих даже за такими чемпионатами водокачки, было приковано к ученице Самуила Бронгауза Елизавете Хромовой и ученице Марины Соколовской Дарье Смирновой. Девчонки были совсем разные и по мастерству, и по возрасту. Одинаковым было только одно: у них у обеих был первый разряд. Хромова считалась более мастеровитой спортсменкой, уже имела награды в детских соревнованиях, и фанаты шептались, что это новое оружие Бронгауза, которая придёт на смену даже не Смеловой, а Агате Ивановой и Ксюше Котовой, час которых настанет после Сашки, не говоря уж про Сотку.

В свои 10 лет Лиза обладала тройным лутцем, тройным флипом, тройным тулупом и тройным сальховом: набор очень приличный для этого возраста. Хореография и артистизм тоже были на месте и выдавали фигуристку более высокого уровня, чем первый разряд. Вдобавок она обладала каскадами 3−3, лутц-тулуп, и флип- тулуп.

У Смирновой арсенал был попроще: она уверенно прыгала только тройной флип, тройной лутц и тройной сальхов. Каскада 3−3 у неё не было, так же как и тройного тулупа. Остальные тройные прыжки получались с неизменными недокрутами и грязью, поэтому вместо них Даша стабильно выполняла двойные. Однако для первого разряда этого было вполне достаточно.

Дарья Смирнова занималась у Соколовской с самого раннего детства, особых результатов не имела, кроме нескольких бронзовых медалек чемпионатов водокачек, и известна была в первую очередь тем, что она внучка председателя Олимпийского комитета России Людмилы Александровны Николаевой. Уже один этот факт приковывал к девочке пристальное внимание всего фигурнокатательного истеблишмента. Существовала фанатская версия заговора, что Николаева будет готовить её на олимпиаду 2026 года, так как девчонка по возрасту идеально подходила на неё. Вот только результаты у Даши были пока ещё не ахти…

Хромова только в конце прошлого сезона получила первый разряд и очно со Смирновой ещё не встречалась, сегодня они будут конкурировать первый раз. И самое пикантное было в том, что в этом противостоянии сопливых девчонок намечалось и противостояние спортивных клубов: «Хрустальная звезда» против ЦСКА. Фанаты что с той, что с другой стороны были очень грубые и нетерпимые во мнениях. Несмотря на низкий статус соревнований, интернет-баталии по его итогам обещали быть жаркими, особенно в категориях кандидаты в мастера спорта и мастера спорта…

Обе претендентки на награды выбрали для своих коротких программ музыку времён СССР. У Хромовой была песня «Прекрасное далёко» из фильма про Алису Селезнёву, только в современной обработке, а у Смирновой — сюита Свиридова «Время вперёд». Сами юные фигуристки не подозревали о внимании болел, прикованных к ним, и спокойно переодевались, о чём-то мило беседуя и посмеиваясь. Для них эти соревнования были стартовыми, первыми в сезоне и не значащими абсолютно ничего. Это был лишь очередной повод показать свои программы судьям и зрителям.

Естественно, с Лизой поехал на соревнование Дудин, и ставить тройной аксель в программу Стольниковой придётся с Бронгаузом…

…Тренировки по ОФП и хореографии прошли прекрасно. После куцего и даже немного непривычного обеда из пюре и куска рыбы в кафе «Космос», Людмила с Сашкой немного отдохнули в раздевалке и отправились на ледовую тренировку. В связи с отсутствием Дудина, на сегодняшней ледовой тренировке появилась Аделия Георгиевна, что вызвало небольшое смущение фигуристов и фигуристок. Тренер она была ещё более требовательный, чем Бронгауз, но всё-таки в дела его группы, связанные со спортивной и прыжковой подготовкой, не лезла, ограничивалась общей хореографической и артистической составляющей программ. А вот Люда со Смеловой оказались во власти Брона, который сразу расставил акценты.

— Саша, что у тебя с показательным номером?

— Нормально. Вчера набросали костяк и основные движения. Сегодня будем накатывать финальный вариант. Алексей Николаевич через полчаса подойдёт.

Смелая выжидательно посмотрела на тренера.

— Накатывай показательный. Занимаешься, как и вчера, вместе со Стольниковой, в правой части катка, — разрешил Бронгауз и обратился к Арине. — Ариша! Я тебе вчера говорил: с тобой нарабатываем тройной аксель. План такой: вставлять мы его будем вместо третьего каскада, который двойной аксель — двойной тулуп. Этот каскад перенесём во вторую часть программы, вместо одиночного двойного акселя. Таким образом, тройной аксель у тебя будет стоять по правилам как обязательный прыжок. Катать будешь первую часть программы. Под музыку. Делаешь каскады флип — тулуп, комбинированное вращение со сменой ноги, каскад лутц — ойлер — сальхов, потом тройной аксель, и на этом, перед дорожкой шагов, я выключаю музыку. Ты отдыхаешь после заезда, я занимаюсь другими ребятами, потом, через 10 минут всё повторяем. Ясно?

— Ясно, — согласилась Люда.

— Если ясно, сейчас разминайся в обычном режиме, потом пару-тройку раз прыгай двойной аксель, а после него сразу же тройной. Если получится хорошо, приступаем к тому плану, который я тебе только что озвучил.

Заиграла негромкая ритмичная музыка, внимание Аделии Георгиевны и Бронгауза переключилось на других фигуристов, они занялись плотной работой с ними. Люда оказалась предоставлена сама себе, но что делать, она знала. Не спеша набрала ход, проехала вдоль бортов один круг, потом стала менять направление движения моухоками и параллельно наблюдать за Смелой. Сашка каталась очень красиво и необычно: по ходу движения делала необычные зрелищные позы, хотя музыка явно была не японская. По всему видно, что ей очень нравилось то, что она катала.

Через пятнадцать минут Люда решила, что размялась хорошо и пора прыгать. Разогнавшись от правого короткого борта к центру арены, прыгнула двойной аксель. Уверенно, чисто, зрелищно, с выездом в собачку. Развернувшись в центре арены пируэтом, покатила обратно к правому короткому борту и там прыгнула ещё один дупель. В этот момент она почувствовала в себе силу и уверенность. Хотела было крикнуть, чтобы все смотрели на неё, но всё-таки не стала: в последний момент ощутила лёгкую тревогу. Однако первый прыжок получился гладко, так, как она и планировала. Мощный разгон по направлению к центру арены, смена направления движения «назад» на «вперёд», переступание на левую ногу, мощный мах правой ногой, группировка, крутка, три с половиной оборота в воздухе, приземление точно на ход назад. И в этот момент она поняла, что сделала триксель идеально. Хорошо оттолкнулась, быстро прокрутилась, точно приземлилась на ход назад и при этом сделала длинный красивый выезд в ласточку, которая закончилась несколькими твизлами.

— Молодец, молодец! — крикнул Бронгауз. — Сделай ещё раз!

Несмотря на занятость другими спортсменами, тренер всё-таки наблюдал за Людой, и контролировал,чем она занимается!

Люда опять покатила к правому короткому борту, развернулась задними перебежками и точно таким же заходом выкатилась на ещё один тройной аксель. Сделала его! Сделала! Чисто и уверенно!

В этот раз зааплодировали абсолютно все! Люда увидела, что сейчас абсолютно вся группа отъехала к бортику, дав ей лёд, и сейчас внимательно наблюдала за ней. И когда ребята увидели, что Стольникова в очередной раз показала свой класс, им оставалось только отреагировать на это аплодисментами…

Глава 21 Новые достижения

Но всё же надо признать: чисто сделанный одиночный тройной аксель на тренировке совсем не означал, что он будет уверенно исполнен в программе. Тому было несколько причин. Всё-таки тройной аксель — это тяжёлый и сложный прыжок, и многим парням было проще прыгнуть четверной лутц или флип, чем триксель, с которого многие летали только в путь. Поэтому девчонки, обладающие трикселем, прыгали его самым первым в программе, пока ещё есть силы, пока ещё есть уверенность, пока ещё не случилось разочарование от первой ошибки.

Однако Стольникова не могла позволить себе прыгать первым тройной аксель: программа была составлена так, что на старте стоял каскад тройной флип — тройной тулуп. Бронгауз, когда ставил эту программу, ещё не мог толком сообразить, получится ли у Стольниковой в этом сезоне восстановить элементы ультра-си или нет, поэтому сделал для произвольной программы упрощённый прыжковый набор. Сейчас, чтобы поставить тройной аксель в самом начале проката, пришлось бы полностью перекраивать всю программу и элементы в ней. При текущей непонятной ситуацией с Ариной это могло негативно сказаться на её стабильности. Программа уже накатана, и менять её смысла нет.

Уважаемый тренер пошёл самым простым путём: заменил двойной аксель на тройной. Но при ближайшем рассмотрении проблемы, с ней дело обстояло тоже не всё так просто: Стольниковой придётся исполнять тройной аксель четвёртым элементом, когда уже какое-то количество сил будет потрачено на два первых каскада и комбинированное вращение. Это было намного сложнее, чем прыгать его первым прыжком, но при должной тренировке вполне можно было сделать достаточно уверенно, особенно если облегчить артистическую и хореографическую часть программы в её первой половине.

Наконец Бронгауз решился на это и подозвал фигуристок к себе.

— Саша! Дай лёд Арине! Аря! Сейчас работаем по такому графику: стартуешь от правого борта, делаешь начальную расконцовку, потом идёшь к центру арены, там делаешь стартовый каскад, вращение, потом разгоняешься обратно к правому короткому борту и делаешь лутц-ойлер-сальхов. После него выезжаешь и прыгаешь в центре арены тройной аксель. Исполняешь эту часть программы с минимумом хореографии. Это нужно, чтобы сэкономить силы для трикселя. Тебе всё понятно?

— Понятно, — кивнула головой Люда.

— Сейчас музыку поставлю! Езжай на старт! — распорядился Бронгауз и покатил к магнитоле, стоявшей на бортике.

Пока правую часть арены занимала Людмила и Сашка, которая только успевала уворачиваться от разгоняющейся и прыгающей Людмилы, а сейчас по указанию Брона вообще покинувшая лёд и присевшая отдохнуть на скамейку, в левой части катка одногруппники занимались с Аделией Георгиевной, которая временами внимательно смотрела, что происходит с двумя топовыми фигуристками, и одобрительно кивала головой, видя, что всё под контролем.

Люда быстрыми перебежками покатила к правому короткому борту и замерла в стартовой позе произвольной программы: ноги на ширине плеч, руки сложены на груди, голова опущена влево, к плечу. За секунду до старта мелькнула мысль: «Как же так, кататься без лишней хореографии? Отбросить всё, что упорно заготавливали с Железовым и Аделией Гергиевной? Бред какой-то…»

Зазвучали начальные аккорды «Мегаполиса». Люда быстро подняла голову, улыбнулась, правой рукой со сжатыми пальцами сделала движение вверх и тут же исполнила на месте два быстрых пируэта на левой ноге, отставив правую ногу в аттитюде в сторону и вверх. Получилось на заглядение! И вот такую красоту выбрасывать??? Да ну на фиг! Попробует всё сделать как всегда!

Люда на зубцах коньков пробежала вперёд, по направлению к скруглению арены, остановилась, сделала два быстрых красивых пируэта с правой ногой, поднятой в аттитюде, замерла и двумя руками словно оттолкнула шары в небо, выгнувшись всем телом вперёд и подавшись вверх. Эту связку было никак не выкинуть, а вот следующая… Там стояла статичная позиция и быстрый старт с множеством сложных и энергозатратных позиций и движений: аллонже, арабеска, моухок. Вот её можно выбросить.

Развернувшись простой скобкой, Люда стала набирать ход и разгоняться к центру арены. Разгон в этот раз был тоже простой, без тройки и перетяжки. Доехав до центра арены и набрав приличную скорость, Люда развернулась моухоком на ход назад, переступила на левую ногу, поставила лезвие на внутреннее ребро, вытянула правую ногу назад, резко ударила зубцом по льду и прыгнула каскад тройной флип — тройной тулуп. Есть стартовый каскад! Чисто!

Бронгауз одобрительно кивнул головой: пока всё шло по плану.

Выехала арабеской, вытянув руки перед собой и подняв левую ногу высоко вверх, потом опустила её, сделала перепрыжку на левую ногу, пируэт, и сразу же вошла в комбинированное вращение со сменой ноги. При входе во вращение лезвие слегка качнулось, и Люда потеряла центровку, но сумела собраться. Однако первая позиция в либеле получилась кривой, со значительным качанием ногой вверх-вниз по ходу исполнения, и эта позиция в соревнованиях наверняка бы стала незасчитанной, но всё-таки Люда удержалась, не бросила вращаться, что делали многие при такой неудаче. Сделала шесть оборотов, потом опустилась в волчок, сделав четыре оборота, поменяла ногу и перешла в сложный волчок с отведением левой ноги назад и сложным положением рук. Сделав четыре оборота, поднялась на ноги и закончила выступление стремительным винтом.

Бронгауз отметил про себя, что Стольникова за вращение поборолась, хотя могла бы поддаться слабости и бросить элемент, решив, что сойдёт и так, чай, не соревновательный прокат.

Люда вышла из вращения по-простому: сделав перетяжку и тройку. В этом месте должны были стоять несколько зрелищных пируэтов, но она выбросила их.

После вращения начала разгоняться простыми беговыми шагами по направлению к правому короткому борту правой четверти арены, встала на ход назад на левой ноге и прыгнула каскад тройной лутц — ойлер — тройной сальхов. Чисто!

Люда после сальхова приземлилась точно на ход назад и выехала опять в арабеск, только в этот раз взялась левой рукой за левый конёк и подняла ногу в полубильман. Конечно, Бронгауз сказал отбросить из программы все красивости, но Люда просто так, безыскусно, не могла исполнять то, что ей давалось без труда. Она чувствовала, что силы ещё есть и всё хорошо. Осталось исполнить тройной аксель.

Люда развернулась моухоком и начала разгоняться к центру арены. В это время все одногруппники освободили ей лёд, опять отъехав к бортам и внимательно наблюдая, что будет делать олимпийская чемпионка.

Разгонялась на тройной аксель Люда так, как всегда делают девушки: очень просто. При этом разгонялась очень аккуратно, на полном контроле каждого движения, каждой мышцы. Так сосредоточено она не каталась, кажется, никогда. Всегда старалась быстрее пройти разгон на прыжки, чтобы сделать его, или, наоборот, не сделать, но, как говорится, прийти к одному финалу. Сейчас было не так.

Сделав несколько аккуратных подсечек, разогналась до приемлемой скорости, чётко сменила ход движения с «назад» на «вперёд», переступив на левую ногу, притормозила, присела на левом колене, мощно махнула правой ногой сначала назад, потом вперёд, и в центре арены, прямо перед глазами Аделии Георгиевны и Бронгауза прыгнула чистейший тройной аксель. Великолепный! Мастерский! Такой, при исполнении которого кажется, будто фигурист скрутил всего два с половиной оборота, так легко и надёжно он получился.

Выехав из акселя на правой ноге, Люда сделала три быстрых пируэта и тут же затормозила, памятуя слова тренера. Она чувствовала, что вполне свободно могла бы продолжить прокат. Небольшая усталость уже чувствовалась, но пока была вполне приемлемой, ведь в этом месте у неё стоял каскад двойной аксель — двойной тулуп, который по количеству скрученных прыжков и затратам энергии был как одиночный тройной аксель. Тем более, после трикселя стояла дорожка шагов, во время которой оставалось время на отдых. Но слова тренера — закон. Люда остановила прокат, потому что главное в спорте — дисциплина.

И опять после того, как она исполнила тройной аксель, на этот раз уже в сочетании с другими элементами, раздались бурные аплодисменты одногруппников и приветственные крики.

— Молодец, Сотка! — крикнула Сашка Смелова. — Так и знала, что всё будет!

— Молодец, Аря! — пробасил Самсонов. — Вперёд идёшь!

— Арина! Сейчас, как я и говорил, короткий отдых, а через 10 минут повторяем то же самое! — распорядился аплодирующий Бронгауз. На лице тренеры была довольная, торжествующая улыбка. Все его слова и мысли насчёт восстановления Стольниковой пока ещё продолжали сбываться… Кажется, вхождение Смеловой во взрослый разряд не получится лёгким…

… Москва, тренировочная ледовая спортивная арена ЦСКА. Всероссийские соревнования «Памяти Олимпийского чемпиона С. Гринькова», короткая программа у девочек первого разряда.

Небольшой тренировочный каток ЦСКА. На дальней стене огромная эмблема ЦСКА с красной звездой и девиз «Всегда первый!». Небольшая трибуна в пару сотен зрителей, на которой присутствуют только группы поддержки в виде родителей, и, естественно, бабушек. В центре малюсенькой трибуны в три ряда сидений расположилась Людмила Александровна Николаева. Она одета в спортивную куртку и спортивные штаны. На голове бейсболка. В таком виде она кажется обычным тренером или человеком, близким к спорту, который пришёл либо поболеть за кого-то, либо посмотреть на будущую воспитанницу. Спортивный костюм, в который одета Николаева, даже не костюм сборника, это обычная одежда из масс-маркета, купленная специально, чтобы не привлекать никакого внимания. И кажется, Людмила Александровна этого добилась.

Негромко играет музыка, тихо переговариваются судьи. За противоположным бортом вместе с маленькими фигуристками стоят тренеры. Девчонки из первой разминки уже готовятся выйти на раскатку. Они и сейчас разминаются, кто во что горазд. Кто-то прыгает, кто-то исполняет приседания, взявшись руками за бортик. Они ещё стесняются и не ведут себя так раскованно, как более старшие фигуристки. Для перворазрядниц каждое соревнование — это огромное событие в их жизни и праздник. А больше всего девчонки боятся, естественно, судей, так как это очень непривычные им люди. Если тренеры, даже чужие — это знакомый контингент на катке, то судьи — это как будто представители какой-то другой, враждебной инопланетной цивилизации, которые пришли, чтобы прибить их. А ещё не нужно забывать, что соревнуются сущие дети возрастом 10–13 лет, которым в принципе всё волнительно и переживательно.

— Дорогие друзья, дамы и господа! Всероссийские соревнования «Памяти олимпийского чемпиона Сергея Гринькова» объявляются открытыми, — объявил информатор. — Сейчас состоится короткая программа у девушек в категории первый спортивный разряд. На разминку приглашается первая группа участниц. На льду находятся: Елизавета Хромова, Свердловская область — Москва, Дарья Смирнова, Москва, Виктория Стрельникова, Москва, Лидия Пескова, Москва, Альбина Быстракова, Москва, Екатерина Андреева, Санкт-Петербург.

Несмотря на то, что Лиза уже перевелась к Бронгаузу, она всё ещё частично представляла Свердловскую область и город Екатинск! Так часто бывало, если родная областная федерация продолжала оказывать фигуристке какую-либо помощь.

Волонтёр открыл калитку и выпустил застоявшихся девчонок на лёд. Даша вышла, описала круг, потом опять подъехала к бортику и посмотрела на тренера Марину Владимировну Соколовскую в ожидании указаний.

— Разминайся как обычно, сначала простые шаги, потом сложные, с разворотами. Как разомнёшь ноги, делаешь одно вращение и один тройной прыжок лутц, — распорядилась Соколовская.

Даша согласно кивнула головой и ретиво принялась исполнять распоряжение тренера. Покатила вдоль бортов против часовой стрелки, сначала ёлочкой, потом фонариками. Проехав круг, сняла олимпийку и отдала её тренеру, сама стала разминаться дальше.

Девчонки катались, а родители пристально и с большим вниманием, а иногда даже с завистью рассматривают платья юных фигуристок.

Самое хорошее платье, конечно же, у Дарьи Смирновой. Ни бабушка, ни мама не поскупились, чтобы заказать его в спортивном ателье «Милана», и оно явно сделано под определённую тематическую программу. Синее платье как будто сияет звёздами и туманностями, нанесёнными лазерным принтом, а наискось, слева направо переднюю часть платья пересекает ракета, оставляющая за собой огненный след.

По виду платья невозможно сказать, под какую музыку будет кататься Смирнова. А вот под какую музыку будет кататься Елизавета Хромова, можно было понять сразу, и фанаты, которые смотрели полусамодельную трансляцию в известном видеохостинге, с одной камеры и без повторов, сразу определили то, что называли «бронстайл» и «совок». Лиза была практически в пионерской форме. Её платье оказалось сделано так, что казалось, будто девочка одета в короткую синюю юбку, белую блузку с короткими рукавами, пионерским галстуком и красным матерчатым значком на правом рукаве. У Смирновой волосы собраны в сложную причёску. Они зачёсаны на правую сторону с прямым пробором, а сзади — завязаны в красивый пучок с торчащими вверх прядями. У Хромовой же на голове — просто два хвостика, направленные в разные стороны.

Потом информатор принялся объявлять имена судей, технического контролёра и руководителя судейской бригады, присутствующих на соревнованиях, а Марина Владимировна внимательно осмотрела трибуны на противоположной стороне катка. Как и ожидала, заметила Николаеву, и слегка помахала ей рукой. Людмила Александровна едва заметно кивнула головой в ответ: заметила тренера внучки.

Соколовскую трудно было не заметить: несмотря на зрелый возраст, предпочитала она одежду в слегка авангардном стиле. При этом никогда не носила спортивную форму сборников, всегда старалась покупать дорогой брендовый спорт-кэжуал пёстрых и очень ярких молодёжных раскрасок. Вот и сейчас она стоит в белой пухлой куртке с пёстрыми разноцветными запятыми на всей поверхности ткани.

Разминка набирала ход. Внимание тренеров и родителей сконцентрировалось на разминающихся девчонках. Если судить по тому, как они раскатывались, выделить кого-то абсолютным лидером было невозможно. У всех катание было даже не юниорское, а детское: резкие, рваные движения, ещё не отшлифованные хореографией, стремительная детская крутка в прыжках, неловкие движения и психологическая неустойчивость. Если взрослый фигурист, свалившись с прыжка, редко когда выражал свою досаду, так как это считалось признаком непрофессионализма, то ребёнок мог скривиться, с досадой махнуть рукой, словно стараясь забыть только что произошедший неприятный момент. Так поступали абсолютно все, кто совершал ошибки. Но были и те, кто ошибки не совершал. И к концу разминки их сразу стало видно: ожидаемо это была ученица Бронгауза Елизавета Хромова и… девушка из Санкт-Петербурга Екатерина Андреева. Да… К сожалению, Марина Соколовская вынуждена была констатировать: на разминке Дарья Смирнова совершила типичные для себя ошибки: оба раза свалилась с тройного лутца.

Иногда Людмила Александровна даже спорила с Мариной Владимировной по поводу подготовки Даши. Дело в том, что Соколовская уже сейчас требовала от девочки подготовки, которая соответствует кандидатам в мастера спорта. Дарья слегка отставала в этом вопросе. Тройные прыжки давались плохо, а ведь ей в будущем году уже исполнится 13 лет, она перейдёт в юниорский разряд, где требования только возрастут. А основы для прибавления технической базы не было. Пока не было…

Различия между первым разрядом и кандидатом в мастера спорта были существенные. Для первого разряда в короткой программе требовался прыжок двойной аксель, любой одиночный прыжок в два или три оборота, каскад из двух двойных или тройных прыжков. Большие послабления были и во вращениях: хотя их тоже нужно было исполнить три штуки, но прыжок во вращении требовался только один, и базовая позиция при этом исполнялась одна, в остальных других вращениях использовать прыжок в качестве захода как усложнение уже запрещалось. И позиции требовалось не четыре, а две. Дорожка шагов тоже была более ослабленной, в ней требовалось исполнить не три секции с разворотами, а лишь две.

У кандидата в мастера спорта одиночным требовался уже тройной прыжок, причём он был обязательным и назначался разный на каждый сезон. Каскад должен состоять минимум из одного тройного и одного двойного прыжка. Вращения тоже требовались более сложные.

Но надо отдать должное, Даша, несмотря на среднюю прыжковую подготовку, в остальном не имела никаких проблем. И сейчас соревнования должны показать кто лучше…

Глава 22 Новый показательный Сашки

В этот осенний день 29 сентября 2022 года над катком «Хрустальная звезда» воцарился фигурнокатательный дух, или, как раньше говорили, добрый гений. Так бывает, когда получается абсолютно всё, за что бы ты ни брался…

Люда три раза подряд катала начальные куски своей произвольной программы с тройным акселем, и всегда он получался чисто. И даже не то что чисто, а, как говорят специалисты, воздушно. Люда окончательно выучила этот прыжок. И после третьего удачного раза Бронгауз остановил тренировку.

— Всё! На этом закончим! — заявил довольный тренер. — Покатайся пока, замнись. Завтра будем пробовать катать всю произвольную программу. Мне нужно знать, как ты откатаешь оставшуюся часть после тройного акселя.

Люда хотела было сказать, что она может и сейчас попробовать прокатать программу, но не стала: раз тренер сказал, значит, так надо. Завтра так завтра.

В таком подходе к делу был и психологический момент с элементами воспитательного: если что-то хорошо получается, не нужно форсировать подготовку и сразу же идти дальше. Нужно немного остановиться на этом этапе, закрепиться, чтобы потом шагнуть вперёд. Если бы Стольникова сейчас начала катать полную произвольную программу, и, не дай бог, ошиблась бы и упала, вся положительная динамика этого дня была бы безвозвратно утеряна, положительный психологический настрой оказался бы сбит, и завтра пришлось бы начинать всё заново с намного более худшей позиции, чем та, на которой находилась его спортсменка в данное время. Бронгауз шёл небольшими, но уверенными шагами чётко вперёд, и всегда вверх…

В то время, когда Люда отдыхала, Сашка Смелова занималась с появившимся на катке хореографом. Железов редко надевал коньки, ограничиваясь осторожным хождением по льду в кроссовках. Обычно он, осторожно переступая, подходил к фигуристу и в сложных моментах консультировал его прямо «в поле», показывая, какие позиции нужно занимать руками и ногами и что они означают в прочтении либретто. Но в этот раз он надел коньки, так как постановка ему очень нравилась, и он хотел поставить её на совесть. Этому были определённые причины. Как Люда заметила, Железо был большой поклонник всего азиатского: китайского и японского. Видел в этих культурах глубинный смысл и философию, которую мастерски передавал своим ученикам для воплощения на льду.

Когда Люда полностью закончила свою тренировку и пошла на заминку, Железо подъехал к магнитоле, выключил текущую ритмическую музыку, фоном игравшую на катке, и вставил свою флешку с готовой фонограммой.

— Ребята, обращаюсь ко всем, пожалуйста, не снимайте то, что вы сейчас увидите, — попросил Железов. — Это рабочие моменты, я не хочу, чтобы они попали раньше времени в сеть. А также попрошу вас сейчас дать нам немножко льда. Саша будет полностью катать свою показательную программу.

Фигуристы согласно кивнули головами и поехали к бортам. Сашка покатила к центру арены и встала там в стартовой позе: правая нога чуть согнута в колене, левая отставлена в сторону на прямую линию, корпус повёрнут вправо, правая рука вытянута туда же, левая рука согнута в локте и почти касается правой, голова тоже повернута вправо, взгляд направлен на руки. Смелая заняла такую позу, словно хотела косить траву поутру. Косил Ясь конюшину! Для Люды, видевшей косарей в деревне у бабушки, стартовая поза поначалу показалась очень смешной и очень неоднозначной. Такие уж у неё образовались ассоциации. Что на самом деле означало это поза, она не знала, да и вообще, слабо представляла, что такое гейша и зачем ей нужны какие-то мемуары.

Заиграла медленная печальная неоклассическая музыка. Смелая сделала пируэт, остановилась, поклонилась, как будто отдавая кому-то дань уважения, сделала руками вертикальное движение вверх, моухоком развернулась на ход назад и снова вытянула руки вверх, а свободную левую ногу подняла назад и вверх, в арабеску. Люда заценила начальные движения: пока не было ничего сверхъестественного, обычные элементы. Правда, музыка казалась необычной.

Сашка разогналась, несколько раз переменила направление движения моухоками и чоктау и покатила к правому короткому борту. У него развернулась задними перебежками и покатила к центру арены. В этот момент очень трагически заиграла скрипка, Смелая стала на ход назад, сделала несколько пируэтов с активной и очень красивой работой рук в аллонже, докатила до левого короткого борта, там опять развернулась задними перебежками, немного отъехала к центру, сделала несколько красивых пируэтов и сделала прыжок бедуинским во вращение. Исполнила его очень хорошо, перебрав привычные позиции: сначала либела, потом усложнённая либела с поднятым вверх лицом, корпусом и ногой, оставленной назад и в сторону, а закончила вращаться в изящном быстром винте.

Это вращение у Сашки получилось очень красивым. В последней винтовой позиции вращалась как красивая статуэтка, подняв согнутую в локте правую руку вверх, а левую руку опустив вниз. Закончив вращаться, медленно вышла из вращения, сделала несколько перепрыжек, красивых пируэтов, развернулась на ход назад и красивыми спиралями покатила к правому короткому борту, у которого прыгнула двойной аксель.

Выехала из акселя собачкой у самого закругления правого короткого борта, и покатила опять к центру арены. Музыка сменилась. Трагическая скрипка перестала звучать, заиграл какой-то струнный азиатский инструмент с очень красивым оттенком. Смелая красивыми спиралями покатила от центра арены к левому короткому борту. Она ехала на одной левой ноге, постоянно опуская и поднимая правую ногу вверх, а тело поднимая и опуская вниз, как бы стараясь взлететь или, наоборот, куда-то упасть. Движения были очень хореографичные и очень изящные.

Доехав до левого короткого борта, Смелая резко остановилась, исполнила очень красивый циркуль, потом снова покатила к центру арены, по пути исполнив несколько красивых спиралей, и в центре арены снова исполнила циркуль, потом несколько пируэтов и застыла в статичной позиции: ноги на ширине плеч, правая рука согнута за спиной, левая рука вытянута вперёд, как будто кого-то отталкивает или останавливает. Смелая сделала один шаг вперёд, второй, третий, красиво поработала руками в аллонже, снова покатила красивыми спиралями, работая руками, как птичка крыльями.

В этот момент музыка опять сменилась, стала более энергичной, но по смыслу всё такой же, с романтическим оттенком. Смелая описала очень красивый циркуль, моухоком развернулась на ход вперёд, перебежками развернулась у левого короткого борта и стала разгоняться к центру арены, у которого исполнила несколько дуг и спиралей.

В этот момент музыка опять поменялась и зазвучала очень и очень трагично. Настал тот самый знаменитый виолончельный отрывок, который фигуристы очень часто включают в программу на музыку из фильма «Мемуары гейши». Под этот отрывок Смелая начала исполнять комбинированные вращения со сменой ноги. Причём в этом вращении не было никакого послабления: она исполнила все предписанные правилами позиции: волчок, сложный волчок, переступание на другую ногу, ещё один волчок, закончила вращаться в пистолетике.

Исполнив после вращения несколько красивых энергичных шагов с перепрыжками, Смелая пошла к правой части арены. Музыка опять переменилась уже в бессчётный раз: стала более быстрой, к ней подсоединились японские барабаны, о которых как-то говорил Железов. Сашка как молния пробежала к правой части арены, на ходу исполняя пируэты тур-шене, перепрыжки, красивые позы и спирали, потом развернулась задними перебежками у правого короткого борта и очень энергично покатила к центру арены, у которого сделала красивый выпад, опустившись на правое колено, откинув левую ногу назад и вытянув руки в стороны и подав назад.

Этот быстрый и динамичный отрезок программы на 100 процентов походил на соревновательную дорожку шагов, её вполне можно было поставить под такой темп, и Люда сразу вспомнила слова Сашки о том, что она хочет в будущем взять эту программу и сделать её соревновательной на следующий год.

С этого момента Смелая катила почти не переставая и очень красиво: делала много спиралей, много перепрыжек, разворотов моухоками, ехала корабликом, потом разворачивалась и опять делала выпад. Докатила до центра арены, сделала несколько пируэтов и исполнила очень красивое вращение: затяжку в шпагат, который у неё был просто идеальный, на бешеной скорости с охватом руками бедра и идеальной растяжкой.

После вращения раздалась мощнейшая финальная кульминация. Смелая резко остановилась, сделала шаг вперёд правой ногой, раскинула руки в стороны, левую ногу вытянула горизонтально назад и застыла в финальной позе. Финал.

Программа Люду не впечатлила. Она с недоумением смотрела на это недоразумение и думала: неужели за это нужно отдавать 120.000 рублей? За что? Постановка не показалась ей какой-то необычной. Впечатление она производила вполне обычное. Впрочем, наверняка это сказался груз повышенных ожиданий, ведь она думала увидеть настоящий шедевр, от которого хочется плакать, а сейчас ничего не произошло.

Однако не всё так просто. Не надо забывать того, что это был очень и очень сырой вариант номера, самый первый, который ещё нужно шлифовать и шлифовать. И это только первое. Второе — это то, что при праздничном шоу-свете и в красивом платье программа могла звучать совсем по-другому. Да и… Чего греха таить, не мешало бы у Сашки узнать, что это за фильм «Мемуары гейши». В своём времени Людмила о таком не слышала!

Однако такое мнение было только у неё одной. Судя по всему, одногруппники и тренеры думали совсем иначе, так как они сразу же зааплодировали, как только Смелая закончила свой прокат.

— Браво! Хорошо получилось! — крикнул Бронгауз. Аделия Георгиевна ему вторила. Железов при этом очень обрадовался и даже слегка поклонился: хореографу были очень приятны слова профессионалов…

На этом тренировка 29 сентября закончилась и все отправились в раздевалку. А где-то там, на Ленинградском проспекте…

… — Для исполнения короткой программы приглашается Елизавета Хромова, Свердловская область — Москва, — объявил информатор.

Раздались очень жидкие, практически неслышимые аплодисменты. Хлопали в ладоши только редкие родители и тренеры, да и то не все.

— Никуда не торопись! — предупредил Дудин стоявшую у бортика Лизу и внимательно слушавшую его. — Сделаешь всё так, как я говорю, и будет хорошо. Пошла! Работай!

Лиза ещё раз кивнула головой и покатила по серпантину к центру арены, поднятыми руками приветствуя немногочисленных зрителей. Подъехав к центру арены, опустилась в стартовую позу: стоя на левом колене, коснулась правым коленом льда, левую руку положила на левое колено, а правой, согнутой в локте, коснулась подбородка и словно оперлась о неё головой. Лиза при этом мечтательно смотрела вверх. Сложилось ощущение, как будто девочка сидит и о чём-то мечтает. О прекрасном далёке? Во всяком случае, стартовая поза была интересной.

Заиграла музыка. Хорошо известное «Прекрасное далёко»! Лиза подняла голову, раскинула руки в стороны, потом словно подняла ладошками что-то со льда, встала на ноги, сделала шаг вперёд и как будто бросила это в воздух. У зрителей сложилось впечатление, что она взяла в руки пригоршню снега и бросила в воздух.

— О! Бронстайл во всей красе! У Сотки так же произвольная начинается — что-то бросает в воздух. Брон всем одинаковые проги штампует, конвейером, в расчёте: и так сойдёт! Плебс всё схавает! Бабло идёт — думать не надо! — сразу же стали оставлять негативные комментарии немногочисленные фанаты, смотревшие прямую трансляцию.

Лиза на зубцах побежала по льду, сделала резкий пируэт, проехала арабеском назад, развернулась у правого короткого борта и простыми перебежками покатила к левому короткому борту, у которого прыгнула быстрый детский двойной аксель. Такая расстановка элементов и начало программы с одиночного двойного акселя говорили о двух вещах: тренеры в будущем могли заменить стартовый двойной аксель на тройной, который будет стоять в каскаде, а в данное время каскад у Лизы стоял во второй части программы, что давало 10-процентную надбавку к базовой стоимости прыжков.

Зазвучал вокал, и музыка сменилась на быструю. Выехав из акселя в арабеску, Лиза на этой же опорной правой ноге сделала моухок, чоктау и пошла дальше по прокату в сторону центра арены. Связка выглядела типично «броновской», очень сложной и совсем не подходящей для фигуристки первого разряда и возрастом 10-ти лет: Лиза на правую ногу приземлилась с прыжка, сделала несколько сложных разворотов, при этом проехала практически половину катка.Класс!

Доехав до центра арены, Лиза развернулась задними перебежками и покатила к левому короткому борту, у которого сделала несколько пируэтов и начала снова разгоняться к центру арены, на прыжок. Заход был сложный: на траектории разгона сделала тройку, горизонтальный прыжок в шпагат, моухоком развернулась на ход назад и исполнила тройной флип. Приземлилась в арабеску, исполнила несколько твизлов и вошла прыжком во вращение со сменой ноги. Перебрала все нужные позиции: волчок, потом смена ноги, сложный волчок, и после него вышла из вращения.

Сделав элемент, покатила к левому короткому борту, по пути исполнив ина-бауэр. Доехав почти до борта, исполнила второе вращение — затяжку в шпагат. Перебрала очень сложные позиции: начала с либелы, потом перешла на кольцо, а из кольца затянула себя в шпагат, взявшись двумя руками за вытянутую перед собой ногу и исполнив четыре оборота в позиции «флажок».

В этом месте начался второй куплет, и музыка опять стала более спокойной. Как фанаты и думали, каскад у Лизы стоял во второй части программы. Начала она на него разгоняться очень стремительно, от левого короткого борта. Доехав до центра арены, встала на дугу назад-наружу на левой ноге и прыгнула каскад тройной лутц — тройной тулуп с обеими поднятыми руками наверх, так называемым «риппоном», названным в честь американского фигуриста Адама Риппона, который относительно недавно исполнял так все прыжки.

Среди фанатов бытовало поверие, что это сильно усложняет прыжок, однако на деле риппон судьями никак не оценивался и признаком усложнения, согласно правилам, не считался. Просто визуально прыжок с риппоном считался более зрелищным. А некоторым фигуристам так вообще прыгать с риппоном давалось легче, чем с классической группировкой, так как вытянутые вверх руки теоретически, растягивали тело во время прыжка и могли поддерживать более длинную и стабильную ось вертикального вращения.

Каскад с риппонами вышел прекрасно — Лиза приземлилась чисто, в арабеск, выехала из него, сделала несколько твиззлов и покатила к левому короткому борту, у которого исполнила вращение в заклоне.

Исполнив вращение, Лиза зашла на дорожку шагов. Музыка опять стала быстрой, так как начался припев. Дорожку она прошла в очень быстром темпе, но при этом особо не задумываясь над качеством исполнения элементов, типично по-детски выбросив из головы всё, что говорил тренер. Доехала до левого короткого борта, развернулась, задними перебежками покатила к центру арены, у которого остановилась в финальной позе: руки на ширине плеч, руки раскинуты в стороны и вверх, серьёзное лицо с одухотворённым выражением тоже смотрит вверх, как будто высматривая там что-то. Фанаты в сети опять разразились суровой критикой:

— Поза один в один, такая же, как у Сотки, когда она художницу изображает и что-то высматривает там то ли в небе, то ли на верхних рядах трибун. Брон реально в этом сезоне решил отдохнуть от оригинальных постановок. Ха! А когда они были оригинальными???

Лиза вышла из стартовой позы, быстро и в большом смущении раскланялась сначала в одну сторону, потом в другую.

— Елизавета Хромова, Свердловская область — Москва, — информатор напомнил, кто выступал. Опять раздались жидкие аплодисменты.

Лиза быстрыми ученическими шагами покатила к калитке, у которой её ожидал Дудин, всё время смотревший внимательно за своей ученицей, склонив голову набок и как бы делая с ней каждое движение. Вид у него был довольный, скрывать тут нечего: Лиза сделала всё как надо, продемонстрировала максимальный набор для первого разряда с двойным акселем и тремя тройными прыжками, да ещё с лутцем и флипом. С таким набором можно и покуситься на звание КМС, что для её возраста было бы нонсенсом… Правда, дают его только с 13-ти лет.

Навряд ли на этом соревновании кто-нибудь откатает так же чисто и с тем же контентом. Лиза задала очень высокую планку, которую перепрыгнуть будет очень трудно…

Глава 23 Печалька на катке ЦСКА

Людмила Александровна, когда смотрела, как катается бронгаузовская Лиза, очень сильно загрустила. Песня «Прекрасное далёко» хоть и была жизнеутверждающая и крайне положительная, но у каждого человека, жившего в СССР, она вызывала родные и очень близкие воспоминания. На ум сразу приходили белая блузка, красный галстук, школа, пионерия, счастливые мгновения детства и юности… А если всё это дополнить пионерским костюмом фигуристки, получалось вообще очень душещипательно.

Несмотря на то, что Людмила Александровна попала в СССР не по своей воле и прожила в нём всего лишь 5 лет, но об этой стране у неё были самые теплые воспоминания. Это же её юность, романтика, победы, признание. Да, СССР для неё стал родным, тут сомнений не было никаких…

…А ещё Лиза… Её фамилия… Хромова… Уж не из Екатинска ли она? Людмила Александровна вспомнила спортивный лагерь «Совёнок» и пловца Славку Хромова, доброго и отзывчивого парня из Анькиного отряда, который любил приходить к ним в беседку и вести задушевные разговоры о фантастике и в целом, о светлом будущем. Неужели это его внучка? Надо бы разузнать… О… Дашка вышла на лёд! Всё внимание на неё!

Волонтёр открыл калитку, и Дарья Смирнова ступила на лёд, сделала пируэт и подкатила к тренеру в ожидании наставлений. Соколовская посмотрела на ученицу и увидела, что она волнуется: глаза блестели от набегающих слёз.

— Дашулька! Ты чего это? — слегка улыбнулась тренер. — А ну перестань! Это наш родной лёд, и мы его никому не отдадим! Ну ты чего??? Делай так, как мы делали сто раз на тренировках, и всё получится. Не на корову же играем и не на твой телефон! Вспомни, как Арина Стольникова и Саша Смелова хвалили твоё платье! Ты же звезда! Причёска вон какая красивая! Катайся спокойно, не торопись, уделяй внимание каждому движению. Всё, удачи тебе! Раскатывайся. Прыгни двойной лутц, потом аксель и сделай заклон.

Даша улыбнулась, кивнула головой и покатила на раскатку. Соколовская, зная подвижную психику Даши, не стала нагружать её на предстартовой разминке сложными тройными прыжками — для разминки сойдёт и двойной.

Быстро размявшись, Даша легко и непринужденно прыгнула тройной лутц, потом двойной аксель, и закончила разминку красивым вращением в заклоне. Людмила Александровна смотрела на внучку как профессионал и заметила, кстати, не в первый раз, что несмотря на достаточно субтильное телосложение, Дашка обладала мощным спортивным стилем катания, точно таким же, которым обладала сама Марина Соколовская в юности. Даша,и с её изяществом в артистизме, могла бы изобразить намного больше, чем сейчас, например если бы с ней поработал Бронгауз или Железов, но… Всё-таки спортивный стиль Дашки был тоже очень притягательным. Таким же притягательным, как мощное силовое катание Соколовской в конце восьмидесятых… А ведь Даше только 12, и карьеру-то она по сути ещё и не начинала!

— Елизавета Хромова за короткую программу получает 58,65 балла и на данный момент занимает первое место, — объявил информатор. Раздались жидкие аплодисменты, в том числе зааплодировала и Людмила Александровна.

Девчонка набрала много. Неприлично много для первого разряда. За технику сумма была 35 баллов, и 23 балла за компоненты. Рассматривать полученные баллы можно было с разных сторон. Например, если бы точно такой же чистый прокат с таким же прыжковым набором исполнила Арина Стольникова, ей бы поставили 75–78 баллов, причём техническая оценка была бы 40 баллов, и 38 баллов поставили бы за компоненты, за артистизм, транзишены и хореографию. Елизавете Хромовой поставили меньше, несмотря на чистый прокат: у Лизы слабоватые заходы на прыжки, низкие уровни вращений и дорожки шагов, не говоря уж про мизерную оценку за компоненты. Однако даже 58 баллов сегодня набрать кому-либо из присутствующих фигуристок-перворазрядниц будет очень и очень трудно.

— На старт приглашается Дарья Смирнова, город Москва, — объявил информатор. Снова раздались жидкие аплодисменты.

— Ну всё, иди работай! — Соколовская хлопнула ученицу по плечу. Сложилось впечатление, словно учитель отпускает ученика в трудную жизнь.

Даша с улыбкой на лице покатила к центру арены, по пути увидела присутствующую на трибуне бабушку, и персонально помахала ей рукой. Доехала до центра, сделала небольшой круг и заняла стартовую позу. И поза эта Людмиле Александровне очень сильно напоминала что-то!

Даша стояла на правой ноге, вытянувшись, подняв обе руки вверх и переплетя их над головой, левая нога отставлена назад и опирается зубцом на лёд. Поза похожа на взмывающую вверх ракету, преодолевающую земное тяготение, из-за которого человечество оказывается прикованным к земле и не может вырваться к звёздам. Косная, развратная земля не даёт людям идти вперёд, к мечте и звёздным далям! Но есть люди: мужественные, красивые, вдохновенные, которые всё равно преодолеют земное тяготение и полетят в светлую высь!

Сюита Свиридова «Время вперёд» началась мощно, громко, раскатисто, наполнив энергичной, ритмичной музыкой всю арену. Она, как и задумывалось при её написании, звала в бой. Звала к великим свершениям!

Даша сделала несколько пируэтов и быстрыми подсечками стала разгоняться к левому короткому борту. По пути сделала серию твиззлов с поднятой вверх рукой, потом, быстро перебирая тонкими ножками, развернулась задними перебежками вдоль левого борта, стремительно покатила к центру арены и с ходу прыгнула стартовый каскад тройной флип — двойной тулуп. Стремительная детская крутка, качающийся конёк на опорной ноге и неуверенное приземление. Но сделала! Устояла! Людмила Николаевна зааплодировала внучке. Хоть каскад и 3−2, но всё-таки тройной флип сделан!

Приземлившись, Даша исполнила несколько быстрых пируэтов и сделала прыжок в либелу, которую исполнила по-детски, вытянув руки ласточкой назад. Скрутив шесть оборотов, подтянула левую ногу, взялась за неё левой рукой, согнула в колене и сделала четыре оборота в кольце.

Закончив вращаться, Даша исполнила пару пируэтов и начала разгоняться на следующий прыжок, в направлении правого короткого борта. Ехала очень осторожно: заранее моухоком встала на ход назад, на наружное ребро левого конька. Почти доехав до закругления короткого борта, прыгнула тройной лутц. Чисто! Чему бабушка несказанно удивилась, это было даже заметно по её виду. Надо ж так! Два раза упала на общей разминке с тройного лутца, а в прокате сделала!

После приземления Даша сделала «собачку» и покатила дальше. У Людмилы Александровны словно отлегло от сердца! Самое трудное позади! Осталось лишь только докатать оставшуюся часть программы.

И Даша её докатала. Сделала двойной аксель, дорожку шагов и оставшиеся два вращения. Исполнила всё чисто, лишь с присущими детям неровностями, вызванными недостатком мастерства.

Даша замерла в финальной позе: правая нога согнута в колене, левая откинута назад под прямым углом и касается лезвием льда, корпус повернут влево, правая рука вытянута вперёд, левая назад, голова запрокинута вперёд и вверх. Поза получалась летящей и очень лёгкой.

— Браво! — не удержалась Людмила Александровна и захлопала в ладоши. Ей стали вторить немногочисленные родители, и аплодисменты были намного громче, чем аплодировали Лизе! Люди поддались стадному инстинкту. Однако всё-таки в реакции многочисленных зрителей что-то было. Неужто зацепила фигуристка?

Даша выдала другой по стилю прокат, чем тот, который исполнила Лиза. Он в корне отличался от тех программ, что ставил своим спортсменкам Бронгауз. Если говорить начистоту, он тоже смотрелся очень прилично, пусть и без обилия сложных связок и связующих шагов. А если говорить совсем уж честно, стиль катания Дашки как две капли воды был похож на стиль катания самой Марины Соколовской. Сейчас она практически скопировала эту программу со своей, с которой начала путь наверх в 1986 году.

Даша катила мощно, сильно и всё делала на очень высокой скорости, не ковыряясь в мелочах. Ставка была сделана на зрелищность. Соколовская словно делала из Даши свою копию. Делала как умела, но надо признать — стиль катания Дарьи Смирновой стал узнаваем.

Многие движения и переходы были знакомыми, так как Людмила Александровна помнила их до сих пор, но Соколовская привнесла и что-то новое. Именно сейчас было видно, что программы, которые ставила Соколовская, тоже способны конкурировать и могут разбавлять сложные бронгаузовские нудли. Правда, для того, чтобы успешно конкурировать с Бронгаузом, нужна была, в первую очередь, прыжковая стабильность. А вот этого как раз у Дарьи пока не было. Впрочем, до юниорского возраста есть ещё целый год, в течение которого можно расставить точки над i и понять, в каком направлении двигаться дальше. Понять, стоит переводить Дашку в Хрустальную звезду или нет…

Даша покатила к калитке, у которой её ждала Марина Владимировна, а из другой калитки выехала совсем уж низкорослая девочка лет 11–12 в красном платье, которая сразу же стала стремительно рассекать по катку.

— Ну вот видишь, Даша, ничего страшного не произошло, — улыбнулась Соколовская и протянула Дарье чехлы, а потом олимпийку. — Всегда вот так и бывает: сначала боишься чего-то, а потом, когда видишь, что всё хорошо получается, думаешь, что страх был совершенно напрасным.

— Да-да, спасибо, Марина Владимировна, — смущённо улыбнулась Даша и прошла к невзрачному пуфику, стоявшему в кисс энд крае.

— Дарья Смирнова за прокат короткой программы получает 51.6 баллов и на данный момент занимает второе место, — объявил информатор. — На старт приглашается Виктория Стрельникова, Москва.

Людмила Александровна посмотрела на табло: Дашка проигрывала Лизе 7 баллов. И это было много, в произвольной программе столько не отыграть. Каскад у Даши был 3−2 вместо Лизиного 3−3, а в остальном… В остальном были варианты. Отставание по технике повлекло отставание и по компонентам. Очевидно одно: предстоит ещё очень много работы.

Людмила Александровна была человеком занятым, поэтому из вежливости посмотрела прокат текущей спортсменки и прошла в раздевалку. Можно было забрать внучку и отвезти домой. Конечные итоги короткой программы будут выложены в интернете, там же можно узнать и стартовые списки на завтрашнюю произвольную программу… С Мариной Владимировной встречаться не хотелось, чтобы обсудить итоги короткой программы, да и наверняка ей было не до этого: соревнование проходило на родной арене Соколовской, и она выступала здесь с максимальным количеством спортсменов в каждой возрастной категории…

После того как приехали домой, на Рублёвку и позавтракали, Людмила Александровна почувствовала небольшую усталость от пережитых волнений и присела отдохнуть в кресле, на крытой веранде. Вдруг раздался телефонный звонок. Дочка звонила! Оксанка! Людмила Александровна нажала кнопку приёма, и на экране появилось симпатичное лицо брюнетки лет тридцати, с тщательно уложенными волосами, в чёрном деловом костюме и белой блузке.

— Ксюшка, привет! — улыбнулась Людмила Александровна и приветственно помахала рукой.

Никто на свете не знал, что дочь она назвала… В честь бабушки Арины Стольниковой, Оксаны Ивановны. Странно? Для постороннего человека — да, а для Людмилы Александровны — нет. А вот когда родилась внучка, все знали, что Людмила Александровна попросила назвать её в честь своей второй мамы, Дарьи Леонидовны.

— Привет! — помахала рукой Оксана. — У меня не слишком много времени, я к тебе по делу. Мам… Мы нашли! Урааа!

— Нашли? — с интересом спросила Людмила Александровна. — Неужели в том же самом месте, о котором я и говорила?

— Там сейчас многое изменилось. Река изменила русло, замыла это место песчаными и галечными наносами, появились отмели, заросшие лесом, пришлось валить деревья, перелопачивать груду песка. Это трудно, учитывая, что местность труднодоступная, и добраться туда можно только по большой воде на катерах. Пешим ходом эта территория уже недоступна.

— Вот как… — удивилась Людмила Александровна. — Этого стоило ожидать. Река бурная и непредсказуемая.

— Геологическая партия занималась этим весь август, — заявила Оксана. — Но ребята нашли. Крупнейшее месторождение медной руды с большим количеством самородной меди. Там же нашли под грудой песка камни, нехарактерные для этого места, а скорее сопутствующие альмандинам, то есть гранатам. Но они похоже, принесены рекой из другого места. Где-то были дополнительные рукава, которые сейчас заросли лесом. Либо кто-то из людей доставил их туда. Например, неизвестные геологи или рудознатцы. Но медь есть. Много. Сейчас подана заявка на покупку этого участка и прилегающих к нему территорий. Скоро информация появится в деловой прессе.

— Хорошо, — с удовлетворением заметила Людмила Александровна. — Теперь я точно знаю, что это мне не приснилось. В честь этого можно, пожалуй что, и шампусика пригубить.

— Да… — согласилась Оксана и потом словно спохватилась. — Как там Дашка? Я уж не звоню ей, чтобы не потревожить, а то переволнуется совсем.

— Нормально! — заверила Людмила Александровна. — Позавтракали, сейчас спит.

— Ну и хорошо! Вечером позвоню ей! Ладно, мне пора! Пока, мама! Приезжай! Мы всегда ждём!

Оксанка помахала рукой и отключила телефон, не дождавшись ответа матери. Где ж ей дожидаться… Вечно занятая… Должность генерального директора и главного акционера горнодобывающей компании «Уралметаллхолдинг» занимала полностью. Дочке с мужем даже жить приходилось в Екатеринбурге, ближе к своему делу… Тем более, у них там всё было хорошо и даже ещё лучше, благодаря социальной ориентированности компании и поддержке социальных программ областной администрации в тесном сотрудничестве с губернатором области Иваном Николаевичем Карповым.

А сейчас… Кажется, ожидания оправдались. На реке, близ заброшенной деревни и разрушенного советского спортивного лагеря «Совёнок», геологи компании нашли крупное месторождение медной руды. И Людмила Александровна была на той реке. Когда-то давно. Словно в прошлой жизни…

Она сидела на веранде и смотрела на тихую улицу, заставленную большими элитными домами и коттеджами, и вспоминала былое. Вспоминала спортивный лагерь, линейки, речёвки, походы по тайге и реке, и тот самый здоровенный медный самородок, который торчал из скалы у самой реки, над бурной глубиной, и до которого никому не было дела. И камушек, который она нашла совсем рядом. Десятки лет он был всегда с ней, напоминанием о былом счастье и молодых годах. Людмила Александровна сняла с шеи огранённый кусок зеленоватого камня в золотой оправе, из которого торчал из восьмиугольный натуральный гранат тёмно-вишнёвого цвета. Этот камень был для неё дороже самых дорогих бриллиантов мира…

… Пока Людмила Александровна предавалась воспоминаниям о былом и лёгкой грусти, Смелая и Людмила в раздевалке рассуждали о том, что они будут делать после тренировки. Потому что… Задрали уже все! Особенно насмешливые юниорки, которые так и старались поддеть топ-фигуристок спортшколы. Можно было их побить, но это было опасно, так как надзорные органы могли привлечь за издевательства над несовершеннолетними. Поэтому следовало утереть им нос в веб-пространстве!

— Что-то мы давно в нормальное кафе не ходили, — заметила Сашка. — И в долбанный блог «Подружки-хреновушки» ничего не писали.

— И зря делала, что не писала, — поучительным тоном сказала Людмила. — Надо было снять, как ты картофельное пюре с зелёным горошком и куском минтая хаваешь и смородиновым киселём запиваешь.

— Нас бы сразу нищебродами обозвали, — отмахнулась Смелая. — Я что, совсем уже ку-ку?

— Давай проверим, — предложила Людмила. — Я думаю, нужно поприкалываться над болельщиками. Скажем, что мы встали на путь скромности.

— Можно попробовать, — согласилась Смелая. — Поехали в старый добрый «Космос». Там отличный выбор хрючева а-ля «Назад в СССР».

Нина поначалу сильно удивилась, когда узнала, что подружки решили после тренировки отступить от привычного ритма жизни, но ничего не сказала: в кафе так в кафе, тем более ехать до него всего ничего…

Глава 24 Неудача Сашки и удача Людмилы

В кафе «Космос» было немноголюдно, как всегда. Официант, привычный к последним скромным заказам от фигуристок, принёс меню эконом-класса. На тонкой папочке было написано: «Бизнес-ланчи и традиционные блюда общепита».

Для вида внимательно изучив меню, которое она знала чуть не наизусть, Смелая заказала мясное рагу из овощей и кусочков говядины, Люда — картошку с котлетой и с тушёной капустой, с так называемым «сложным» гарниром, Хотя чего сложного в картошечке и капусте??? Люда всегда задавалась этим вопросом и не находила на него ответа… Так говорили, и всё.

Когда заказ принесли, Смелая включила телефон, начала снимать. Вид у неё был лукавый и сияющий.

— Привет всем, кто нас видит, — лукаво сказала Сашка. — Это опять мы, две подружки-гурманушки, и сейчас хотим показать вам, что можно заказать в кафе «Космос», нашем любимом кафе, которое находится рядом с катком. Вы знаете, среди болельщиков бытуют какие-то дикие слухи, что мы обжираемся чёрной икрой и омарами. Так было раньше, летом и весной, но сейчас уже не так. Наша пища очень скромная, из обычного масс-сектора. Вот что мы заказали. У меня обычное мясное рагу, которое вам может приготовить ваша мама или бабушка, у которой вы живёте. А у Сотки картошка с котлетой и тушёной капустой, всё довольно скромно, и всё направлено на то, чтобы сбросить лишний вес!

Сразу же посыпались комментарии. Бронгауз, Аделия Георгиевна и ещё парочка знакомых фигуристок написали, что такое меню заслуживает похвал, и что это ваще вау! А вот фанаты… Комментарии разделились!

— У Сотки, поди, деньги уже закончились, она же в рестораны на Рублёвке хавать ездила! Да это они специально говорят, сами, поди, на другом столе элитной жратвы заказали! Не верю от слова совсем! Не позорьтесь, закажите нормальной еды! Может, вам денег скинуть? Я живу с мамой и бабушкой? Это такое оскорбление? Вам сбрасывать вес бесполезно при таких порциях. Сотка! Хлеб и вода тебе! — писали фанаты, которым угодить было очень и очень сложно.

Люда читала комментарии и про себя смеялась, хихикая над перлами Смелой, описывающей достоинства простой еды эконом-класса. Людмила уже жила завтрашним днём и представляла, как будет катать произвольную программу. Она рвалась в бой! Вот что значит уверенность!

…Люда весь вечер и утро настраивалась на важную тренировку как могла. Контрольное взвешивание опять показало снижение веса на 100 граммов, и Бронгауз решил от тренировочного кейса номер пять перейти к номеру четыре, более облегченному.

— Слишком активное снижение веса тоже ни к чему, — объяснил тренер. — Можешь начать терять мышечную массу, а это плохо. Сегодня проведём контрольный прокат произвольной программы и поймём, чего нам ожидать и над чем работать. Жду на ледовой тренировке, готовую в первую очередь психологически.

…На ледовой тренировке Смелой в этот раз тренер не разрешил заниматься показательным номером.

— В показательные выступления сначала попасть надо, заняв нужное место! — веско сказал Бронгауз. — Я хочу устроить между тобой и Стольниковой своеобразное соревнование. Саша, ты первая! Аря, ты вторая! Потом, после Саши, будет твоя очередь. Готовьтесь к полному прокату произвольной программы.

Вот так дела! Брон решил посмотреть сразу на обеих фавориток, и оценить их в деле.

— И чё нам сейчас делать? — угрюмо спросила Смелая.

— Разминайтесь, как на соревнованиях перед прокатом произвольной программы! — велел Брон. — Сначала шаги, потом вращения, потом сделаете по тройному прыжку. Без акселей и четверных. Всё! Погнали! Разминаетесь вместе со всеми, потом вам даём персональный лёд.

Сашка вышла из калитки и сразу мощно покатила вдоль борта против часовой стрелки, обогнав всю группу. За ней поехала Люда. Но в этот раз она не смотрела на подружку: занималась своим делом. Привычно размялась ёлочкой, фонариками, сделала несколько пируэтов и разворотов моухоками. Потом приступила к прыжкам, решив сосредоточиться на них. В центре арены было довольно людно, поэтому в правой части арены, разогнавшись по крутой дуге, прыгнула тройной флип, а после него тройной лутц. Смелая в это время действовала по такому же алгоритму: внимательно наблюдая за тем, чтобы вокруг был свободный лёд, прыгнула флип, лутц и сальхов.

— Готовы? — спросил Брон и, получив утвердительный ответ, скомандовал ученикам: — Ребята, отдохните 10 минут. Сейчас проведём контрольные прокаты произвольной программы у девчонок. Арина, к борту! Саша, на старт!

Люда почувствовала, что тело разогрелось, появилась небольшая приятная усталость, и выехала по крутой дуге к калитке, надела чехлы на лезвия и села на ближайшую скамейку, внимательно наблюдая за Сашкой.

Смелая покатила в сторону середины арены, сделала там несколько контрольных дуг, похлопала себя по бёдрам, словно дополнительно разогревая и распрямляя мышцы, поёрзала немного коньками по льду и замерла в стартовой позе: ноги на ширине плеч, руки, скрещенные на груди, лежат на плечах, голова слегка опущена вниз. Было немного непривычно видеть её в тренировочном костюме, а не в оригинальном платье для произвольной программы. Интересно, произведёт ли Сашка своей программой такое же впечатление, как и во время соревнований?

Раздались первые аккорды «Танго Марии», и подружка начала свой прокат. Очень энергично, быстро и типично по-бронгаузовски. Сделав несколько пируэтов с правой ногой в красивом аттютюде, Смелая несколькими шагами набрала скорость и покатила к левому короткому борту. Сделав моухок, развернулась на ход назад, проехала вдоль борта по широкой дуге задними перебежками, сделала перетяжку, потом — арабеск на ход назад, моухоком сменила направление движения на ход вперёд, притормозила на левой ноге, присев в колене, сделала мощный мах правой ногой и прыгнула великолепный тройной аксель в левой части катка.

Выезд из акселя исполнила в зрелищный арабеск, который проехала по красивой рёберной дуге. Раздались громкие аплодисменты и крики восхищения. Это же триксель!

Выехав с тройного акселя, Сашка сделала «собачку», а потом покатила обратно к левому короткому борту, на ходу исполнив скобку, чоктау и перепрыжку на другую ногу. Развернувшись у левого короткого борта задними перебежками, Смелая умеренными подсечками стала разгоняться на свой самый сложный каскад с четверным тулупом. В этот раз она разгонялась слишком осторожно, и Люда заметила это — так сосредоточенна Сашка не была ещё никогда. Но сыграет ли это на пользу? Хореография в этот момент была отпущена полностью на самотёк.

Шла Сашка на этот каскад по диагонали, через весь каток, к правому короткому борту. Почти доехав до него, Смелая тройкой поменяла направление движения на ход «назад», сменила опорную ногу с левой на правую, перешла на дугу «назад-наружу» и быстро оттолкнулась зубцом левого конька, правой ногой занося себя в крутку.

Прыжок не получился. Смелая сделала бабочку в два оборота и разочарованно приземлилась на лёд. Ошибка была очевидна — слишком уж поосторожничала Сашка и не нашла очень тонкий и точный баланс между силой разгона и контролем исполнения прыжка. Это дело было очень сложное: как раз в этом соответствии и крылась основное мастерство фигуриста при исполнении четверного прыжка: идеальное соотношение между силой разгона и полным контролем каждого своего действия.

На лице Смелой появилась гримаса, одновременно означавшая удивление и разочарование. Сашка бросила даже кататься от удивления, проехав метров пять с опущенными руками. Осознание ошибки было таким видимым, что пришлось вмешаться Брону, хотя это и было явным нарушением правил игры.

— Саша! Ты что делаешь? А ну соберись! — крикнул тренер. — Иди на второй элемент и делай всё, что положено!

После удачно сделанного каскада с четверным тулупом должен был идти красивый выезд в арабеску, а потом серия быстрых твизлов, но делать это уже было невозможно — скорость оказалась потеряна. Смелая начала разгон через весь каток на следующий прыжок, к левому короткому борту. Набрав подсечками скорость, в центре арены мастерски сделала моухок, потом тройкой поменяла направление движения с «вперёд» на «назад», поменяла опорную ногу с левой на правую, оттолкнулась зубцом левого конька и сделала попытку прыгнуть ещё один четверной тулуп.

Не удался и он. В этот раз Сашка полностью потеряла контроль над прыжком, забоявшись, что не сделает его, и разогналась больше положенного. Поторопилась и на отталкивании, приложив усилие большее, чем это требовалось. Оттолкнулась неудачно, с проскальзыванием лезвия на правой толкающей ноге, потеряла ось вращения, сделала недокрут и приземлилась не на лезвие правого конька, а на правую ягодицу.

Быстро вскочив на ноги, Сашка с досады хлопнула себя по бедру, сделала несколько обычных беговых шагов, полностью потерявшись во времени и пространстве. Но тут же обратно пришла в себя, легко ударила по голове ладонью в перчатке, как будто приводя себя в чувство. Была она в этот момент абсолютно похожа на зелёную девчонку-юниорку, раздосадованную от неудачи.

Однако всё же надо признать, в соревновательном прокате на статусном соревновании два несделанных четверных прыжка — это был однозначный провал и вылет из борьбы за медали. Это понимали все, и Брон с большим удивлением смотрел на свою ученицу, начавшую лажать на ровном месте.

Смелая разогналась быстрыми беговыми шагами по направлению к центру арены. На большой скорости сделала несколько красивых хореографических выпадов, похожих на ина-бауэр. Доехав до центра арены, Смелая быстро встала на ноги и стала заходить на тройной риттбергер, который прыгнула у правого короткого борта. Чисто! Из риттбергера выехала выпадом в оленя и покатила к центру арены, передёрнув плечами и положив руки на бёдра. Кажется, Смелая понемногу приходила в себя и взялась за хореографию.

Сделав тройку и чоктау, Смелая в центре арены исполнила первое вращение — прыжок в либелу. Исполнила она его хорошо, со всеми положенными позициями и высшим уровнем сложности. После вращения в центре арены немного покаталась для красивости: исполняла короткие дуги на крутых рёбрах, моухоки, чоктау. В этот момент Сашка откатала половину программы, но в реальном прокате она принесла бы ей очень мало баллов, несмотря на сделанный тройной аксель. Два главных и самых дорогих прыжка оказались завалены. Впрочем, остальной прокат Сашка, по своему обыкновению, исполнила на отлично.

Прыгнула комбинацию из трёх прыжков: тройной лутц — двойной аксель — двойной аксель, каскад тройной флип — тройной тулуп, и одиночный тройной флип. Отпрыгала это прекрасно. После флипа Смелая исполнила вращение в заклоне, сложную дорожку шагов, хореографическую дорожку и комбинированное вращение со сменой ноги. Исполняла последнее вращение уже полностью придя в себя и погрузившись в либретто.

Закончила Смелая свой прокат, отставив правую ногу в сторону, опёршись на левую и вытянув руки в овал над головой. Потом очень медленно, тут же поклонилась и прижала руку к груди, словно благодаря зрителей и своего невидимого партнера. Люда в очередной раз убедилась, что финальная позиция у Смелой очень сильная, артистичная и хореографически очень выверенная. Зал в этот момент должен взрываться аплодисментами.

Несмотря на неудачу, Смелая в очередной раз показала свой класс: она пришла в себя после двух оглушительных провалов, которые по идее должны откинуть её в середину турнирной таблицы, но при этом не потерялась, программу полностью не сдала, взяла себя в руки и закончила таким образом, чтобы получить максимальный возможный балл. А ещё Сашка смотрелась очень хорошо в прокате, особенно во второй части, несмотря на то, что сейчас она каталась в обычном спортивном костюме.

Раздались очень активный аплодисменты одногруппников и тренеров, восхищённых Сашкой, в первую очередь, её талантом борца.

— Молодец! — крикнула Люда.

— Молодец, — подтвердил Брон, уже стоявший у магнитолы и что-то ставивший на ней. — Сейчас немного отдохни, посмотрим, что нам продемонстрирует Арина, а разбор полётов сделаем позже. Стольникова! На старт!

Люда сняла с лезвий чехлы, положила их на бортик и покатила у центру арены. Несколько раз нарезала круги, подняла и опустила руки, потом заняла стартовую позу: ноги на ширине плеч, руки сложены на груди, голова опущена влево, к плечу.

Медленно и напевно зазвучали начальные аккорды «Мегаполиса». Люда быстро подняла голову, улыбнулась, правой рукой со сжатыми пальцами сделала движение вверх и тут же исполнила на месте два быстрых пируэта на левой ноге, отставив правую ногу в аттитюде в сторону и вверх. Есть начало программы!

Сделав паузу, поймала акцент в музыке, на зубцах коньков пробежала вперёд, по направлению к воображаемым судьям, остановилась, сделала два быстрых красивых пируэта с правой ногой, поднятой в аттитюде, замерла и двумя руками словно оттолкнула шары в небо, выгнувшись всем телом вперёд и подавшись вверх. Красиво и одухотворённо!

Развернувшись скобкой, Люда стала набирать ход и разгоняться к центру арены. Набрав скорость, Люда развернулась моухоком на ход назад, переступила на левую ногу, поставила лезвие на внутреннее ребро, вытянула правую ногу назад, резко ударила зубцом по льду и прыгнула каскад тройной флип — тройной тулуп. Чисто!

Выехала арабеской, вытянув руки перед собой и подняв левую ногу высоко вверх, потом опустила её, сделала перепрыжку на левую ногу, пируэт и сразу же вошла в комбинированное вращение со сменой ноги. Исполнила очень качественно, Брон обернулся к своим ученикам и кивнул головой в сторону Стольниковой, как будто говоря: смотрите, как надо: даже из непрыжковых полностью берёт всё без остатка!

После вращения Люда кросс-роллами начала разгоняться по направлению к правому короткому борту правой четверти арены, встала на ход назад на левой ноге и прыгнула каскад тройной лутц — ойлер — тройной сальхов. Чисто!

Выехала в красивый арабеск, а потом сделала несколько пируэтов. Теперь следовал самый серьёзный и ответственный элемент произвольной программы — тройной аксель. Люда развернулась моухоком и начала разгоняться к центру арены.

Сделав несколько аккуратных подсечек, разогналась до приемлемой скорости, аккуратно сменила ход движения с «назад» на «вперёд», переступила на левую ногу, притормозила, присела на левом колене, мощно махнула правой ногой сначала назад, потом вперёд, и в центре арены, прямо перед глазами Аделии Георгиевны и Бронгауза прыгнула чистейший тройной аксель. Прыжок получился очень зрелищный, с оттяжечкой, когда видно каждый этап прыжка: разбег, отталкивание, группировка, крутка, приземление. Чистоган!

Выехав из акселя на правой ноге, Люда сделала три быстрых пируэта и начала исполнять дорожку шагов, по дуге к левому короткому борту, а от него к правому, через весь каток.

Дорожку проехала на среднем уровне, потому что она по-бронгаузовски была буквально напичкана поворотами, разворотами, сменами направлений движения, опорных ног и рёбер. После дорожки шагов исполнила хореографическую дорожку из гидроблейда и кантилевера, которая шла наискосок, через весь каток.

Сделав хореографическую дорожку, Люда раскрутилась несколькими пируэтами и сделала прыжок в либелу через бедуинский. Исполнив нужное количество позиций с четырьмя оборотами в каждой, Люда закончила вращение, сделала несколько шагов в сторону калитки и остановилась в стартовой позиции номер два, лицом к воображаемым судьям, на месте которых сейчас стояли тренеры и одногруппники.

С этого момента началась вторая часть программы. Стартовая позиция номер два: стоя на левой ноге, правая нога отставлена чуть в сторону и назад, руки прижаты к груди, а ладони сжимают друг друга. Глаза опять смотрят вверх и умоляюще направлены в потолок, очень выразительно и печально. Всё тело выгнуто вперёд и вверх.

Началась вторая часть музыки: композиция Бель Суоно под названием «Одиночество».

Люда сделала несколько шагов назад, потом исполнила крутые дуги с пируэтами и начала разгоняться к правому короткому борту, где в углу арены прыгнула каскад двойной аксель — двойной тулуп. Чисто!

Выехала в ласточку, тут же сделала несколько пируэтов, встала на ход «назад», проехала по длинной дуге «назад-наружу» в направлении правого короткого борта и в центре арены прыгнула тройной лутц. Чисто!

После выезда исполнила собачку и, разогнавшись к центру арены, тройкой переменила ход «вперёд» на «назад», встала на левую ногу, вытянула правую ногу назад, ударила зубцом о лёд и прыгнула тройной флип. Чисто!

Сделав после флипа выезд в арабеск, Люда описала несколько крутых дуг в центре арены, разогналась к правому короткому борту, раскрутилась несколькими пируэтами и прыгнула последний прыжок программы — тройной риттбергер. Чисто!

Во второй части программы четыре прыжковых элемента шли один за другим, практически без остановки, и это была очень большая нагрузка на спортсменку. Именно такой подход к постановке произвольной программы болельщики и называли одной из частей «бронстайла»: по их мнению, нужно было более равномерно распределять прыжки по всей программе. Однако такая стратегия вела к десятипроцентной прибавке технической базы программы, пусть и в некоторый ущерб артистичности.

Выехав с риттбергера красивым арабеском, Люда покатила обратно к центру арены, остановилась и сделала последнее вращение: заклон. Исполнила стандартные позиции: либелу, кольцо, бильман. Бильман, как основная позиция, с восемью оборотами и по четыре оборота в либеле и кольце. После вращения Люда завершила программу, замерев в финальной позе: ноги на ширине плеч, руки сложены на груди, голова опущена влево и вниз.

Чисто! Вот это да! Стольникова исполнила чисто произвольную программу с тройным акселем, при этом на полном контроле и очень уверенно! Такая новость не могла не просочиться в интернет…

Глава 25 Опять скалы. Везде скалы!

Удачный прокат произвольной программы Арины Стольниковой произвёл на одногруппников и на тренеров колоссальное впечатление. Сотка смогла прыгнуть тройной аксель и при этом не бросить оставшуюся часть программы!

Конечно, в первой части постановка была значительно облегчена по сравнению с той, что она катала в Оберстдорфе, но во второй части программы, несмотря на потраченные силы, Сотка нисколько не бросила ни хореографию, ни артистизм, выкатав всё так, как положено постановщиком: Самуилом Данииловичем Бронгаузом. Это значило лишь одно: конкурентность Стольниковой возросла, а насколько, предстояло выяснить в ходе разбора, на который тренеры тут же позвали и Сашку, и Люду.

— Ребята, сейчас вы занимаетесь прыжками! — обратился Бронгауз к остальной группе. — Мы сейчас с Аделией Георгиевной на 10 минут отвлечёмся. Саша, Арина, давайте сюда, посидим на скамеечке, поговорим о текучке.

Тренеры и фигуристки расположились на скамейке, стоявшей у калитки. И если у Людмилы был довольный сияющий вид, то Смелая сидела довольно подавленная и злая. А как бы вы себя вели, если прокат, ещё недавно сделавший вас чемпионкой турнира в Германии, сейчас совсем не удался? И, судя по всему, у Сашки не было никаких мыслей по этому поводу. Не получилось и пофиг!

— Сейчас посчитаем, что вы теоретически заработали, — сказал Бронгауз и достал калькулятор. — Начнём с тебя, Саша. Ты не прыгнула каскад четверной тулуп — двойной тулуп. Чистый он принёс бы тебе 11 баллов. Бабочка принесёт тебе один балл в лучшем случае. Это минус 10 баллов. Со второго прыжка ты упала. 9.5 баллов базовой стоимости минус четыре балла за падение, минус 1 балл дидакшена. Итого всего три с половиной балла. Потеря шести баллов как минимум. Всё вместе ты потеряла на не сделанных прыжках 16 баллов. Но учитывая, что программа полностью не выкатана, это повлечёт падение в компонентах и минусах минимум ещё на 9–10 баллов, то есть ты потеряла в произвольной программе 25 баллов, будем говорить честно. Посчитай от своей в сумме в Оберсдорфе, 168 минус 25, это был бы результат примерно 143 балла. Ты набрала бы в общей сумме 200 с копейками и осталась без медали, уйдя под Луну Хендрикс. На чемпионате мира ты бы замкнула десятку, в лучшем случае. Я тебя не укоряю, понимаю, что бывает всякое, но мы должны разобраться, почему это произошло и как с этим бороться. И сейчас спрашиваю: Саша, что случилось?

— Не знаю, — промямлила Смелая и добавила то, что добавляют спортсмены абсолютно всегда: — Переволновалась, наверное.

— Хорошо, — согласился Брон. — Если переволновалась, значит, после выходных, на следующей неделе, будете ходить к спортивному психологу, хорошо вам знакомому Даниэлю Моисеевичу Гольдштейну. Всё ясно?

— Ясно, — пробурчала Смелая.

— Хорошо, а сейчас посчитаем то, что получилось у тебя, Аря, — сказал Брон. — Ты вместо двойного акселя прыгнула тройной. Добавляем к стоимости дупеля в 3.3 балла ещё пять баллов, плюс два возможных балла от арбитров, получается плюс 7 баллов. А учитывая, что впечатление от сегодняшней программы получилось, я бы сказал, офигенным, арбитры тебе добавили бы ещё минимум пять-семь баллов в компоненты. Ты получила бы за этот прокат плюс 12–15 баллов, набрала за произвольную программу около 160 баллов, обошла Грейси и заняла второе место на Небельхорн Трофи, даже при чистом прокате Смеловой. Вот и весь расклад. Ты понимаешь это? На следующей неделе мы продолжим тренировки и отработку тройного акселя до автоматизма. На Скейт Америка ты точно поедешь с этой произвольной программой, именно с таким прыжковым набором. Хочу ещё раз тебе сказать: ты большая молодец.

— Спасибо, — растрогалась Людмила. — Для меня очень важны ваши слова.

Смелая иронично хмыкнула, услышав подмазу от Сотки. Сашка моментально пришла в себя и сидела с очень самоуверенным видом, сложив руки на груди и болтая ногой, закинутой на другую ногу. В её понимании слова — это слова, а медалька золотая вон она, дома лежит! Она выиграла Небельхорн и точка!

— А сейчас продолжайте тренировку, — распорядился Брон. — И ещё раз напомню вам: мы вам не враги. Если нужна какая-то поддержка или решение какой-то проблемы, говорите, мы сделаем всё от нас зависящее, и вы получите максимально весомую поддержку…

… Весомой была и поддержка от Анны Александровны. Когда Люда приехала домой, мама после того как поздоровалась, первым делом спросила у неё, как обстоят дела с тройным акселем.

— Нормально, — с гордостью ответила Люда. — Завтра будет целиковый прокат произвольной программы. А ты что делаешь? Аааа… Что это???

Анна Александровна по привычке сидела в зале перед телевизором на диване и что-то смотрела в графическом планшете, держа в руке стилус, как будто решая, стоит ли что-то изменить в изображении, которое светилось на его экране. Люда с любопытством заглянула маме через плечо и увидела поразительную картину, которая вызвала непонятные чувства. Картина определённо была нарисована где-то в тайге. Над быстрой рекой, шириной метров 100, угрюмо нависал серый здоровенный скалистый обрыв, длинный как стена, наискосок испещрённый синими полосами, как будто заштрихованный неведомым великаном. На обрыве изогнулись от ветра кривые уродливые лиственницы, ели и сосны. Пейзаж был, похоже, нарисован акварелью в сумрачную погоду, так как был выполнен в тёмных тонах. Картина вызывала странное чувство непонятной тревоги и печали. Казалось, за углом зрения находится что-то нехорошее, присутствует какая-то трудно уловимая тень трагедии или зла.

Но самое поразительное — это то, что Людмила определённо знала это место или очень похожее, так как один раз ходила до него в поход и последний раз буквально полгода назад, в июле 1985 года, если считать по глобальному времени. Это место называлось «Синие скалы» и находилось вблизи села Елизаветинского, близ пионерского лагеря «Совёнок». Но откуда Анна Александровна знает это место? В «Совёнке» она никак не могла быть, потому что путевки в него давали только спортсменам.

— О, «Синие скалы», так круто! — машинально сказала Людмила и тут же поняла, что она полностью и с потрохами сдала себя маме. Ведь настоящая Стольникова с гарантией 100 процентов никогда не бывала в этом месте, в глухом медвежьем углу. Мама отреагировала точно так, как Люда себе и представляла. Она с большим изумлением уставилась на дочь, чуть не выронив планшет из рук:

— Откуда ты знаешь как зовут это место?

— Я не знаю, — промямлила Людмила. — Мне кажется, я где-то видела его, какая-то фотография в интернете, или что-то под вид этого. Сейчас уже не помню. Или… Ты говорила.

— Ничего я тебе не говорила. Никаких фотографий этого места в интернете нет, оно находится далеко в тайге, — заметила Анна Александровна. — Там сейчас всё заброшено и разрушено. Никто об этом месте не знает. По крайней мере, я не встречала в интернете ни одной фотографии «Синих скал» и ни одной картины, изображающей их. Это картина единственная, которая вживую нарисована с этой скальной формации.

— А откуда ты знаешь про эту картину? — с удивлением спросила Люда, проигнорировав все вопросы мамы, и стараясь перевести разговор в другую тему.

— Я знаю эту картину, потому что сама рисовала её. И знаю даже когда — 8 июня 1986 года. Мы ходили в поход на эти «Синие скалы» и едва притащились оттуда, так как началась гроза и в реке быстро поднялся уровень воды. Ещё немного, пара часов, и нам пришлось бы ночевать там, прямо в тайге. Но, Аря, ты меня очень удивила, когда назвала это место.

— А что такое «совёнок»? — опять перевела разговор на постороннюю тему Люда, сделав вид, что ничего не знает.

— «Совёнок» — это лагерь, в котором я отдыхала, когда мне было 12 лет, — мама с подозрением посмотрела на Людмилу, догадавшись, что дочь заговаривает ей зубы, не желая говорить, откуда она знает про «Синие скалы». — Я случайно попала туда. Родители постарались. Это было лучшее лето в моей жизни. Такого жаркого лета больше не было никогда, с такими интересными развлечениями и запоминающимися встречами. Этот сезон пронёсся как вспышка, как молния! Представляешь, к нам в лагерь приезжал сам Бутусов, когда ещё был неизвестен. Но откуда ты…

— Эта картина… — замялась Людмила. — Вызывает во мне странное чувство тревоги и беспокойства. Не знаю почему. У тебя великий талант. Что она означает?

— Ничего, — пожала плечами Анна Александровна. — Обычный пейзаж. Просто это очень опасное глухое место. Река неглубокая, но очень сильное течение и крупные валуны и скалы на дне, под которые может затянуть, а ниже шумит бурный порог, сливаясь прямо за эти «Синие скалы». Кажется, позже нам сказали, что там кто-то когда-то утонул. Вроде бы… Или мне это показалось? Мы пришли, когда была облачность, поэтому на этой местности лежала печать тревоги. Но в целом, было весело, мы жгли костёр, варили суп, потом уху, кипятили чай на костре. Такие вещи запоминаются на всю жизнь. Но всё-таки… Мне… Кажется, на этой картине было что-то ещё. Странно… Бред какой-то…

Анна Александровна притянула Людмилу к себе и поцеловала её в макушку. Глаза мамы увлажнились, по-видимому, в этот момент воспоминания охватили её. Но что это… Люда посмотрела на планшет с «Синими скалами». Мама явно хотела что-то исправить в ней. Но что именно? Спрашивать было неудобно… Да и она, похоже, об этом уже забыла…

… В субботу, 1-го октября, после тренировки, традиционно Смелая предложила съездить в любимый элитный спортивный центр Extra Sport Station на Новоостапской.

— Чё-то мы давно любимым делом не занимались! — заметила она. — Погнали?

— Угу! — кивнула головой Людмила, рассматривая что-то в телефоне. — Тут кто-то слил в интернет наши прокаты произвольных. Написали что выложил «инсайдер с катка».

— Наши, поди, — с подозрением сказала Смелая и оглянулась на юниорок, которые тут же с хихиканьем отвернулись от неё, как будто показывая, что они ни при чём. Однако вызвали этим только ещё большее подозрение у Сашки, показавшей им кулак. Её-то понять можно: прокат произвольный получился явно неудачным и наверняка мог повлечь очень негативный комменты. Однако душа фаната потёмки…

Видео с прокатами растащили по всем спортивным сайтам, форумам и новостным лентам всякие инфлюенсеры, колумнисты и ещё бог знает кто. Где находится начальный источник размещения видео, определить было совершенно невозможно. Сашка стала смотреть комментарии к своему прокату в группе Team_Gorgadze, и увидела что фанаты наоборот, жалеют её.

— Как же больно Саша упала! Бедная, совсем замучили ребёнка! Да что же это такое!??? Брон в своём репертуаре, пока не загоняет спортсмена, как лошадь на мельнице, не успокоится! Задрали уже с этими квадами! Я лично за зрелое, осознанное женское одиночное катание! Пусть прыгают только тройные, но зато катаются красиво! Сейчас настают самые ответственные старты, не хватало ещё Сашеньке травму получить! Смелая, мы с тобой! Сашенька, смотрю твой прокат и плачу, пожалуйста, больше не падай!

Под видео с прокатом Стольниковой комментарии тоже были в основном позитивные. И даже не то что позитивные, а очень хвалебные. Болельщики словно воспряли, когда увидели, что их любимка и надежда страны восстановила тройной аксель. Это означало, что олимпийская чемпионка вступает в новую борьбу и заявляет свои права. Текущий сезон обещал стать очень увлекательным. Начинался новый виток борьбы, причём, совсем нежданный!

— Молодец! Так держать! Сотка восстановила тройной аксель, это уже заявочка! Будем посмотреть, как пойдёт дело дальше! Ребята, я на сплошном позитиве! Лучший день за последнее время!

…На точно таком же позитиве прошёл и вечер субботы на Extra Sport Station. Сашка мастерски гоняла по треку, однако гоняла чисто по-женски, щадя и себя, и технику. В опасные авантюры не лезла, проехала дистанцию на хорошей скорости, но без лишнего риска. Когда загнала мотоцикл в стоянку, её лицо покраснело, глаза блестели от радости. Смогла в очередной раз! Справилась с техникой, с собой! Ну чисто валькирия мотогонок!

Людмила, глядя на такое положительное настроение у подружки, решила тоже понемногу начинать разгоняться ещё в чём-нибудь, кроме фигурного катания. Раз настоящая Стольникова любила лазать по скалам, то почему бы и нет… В своём времени Люда была непревзойденной мастерицей лазанья по деревьям и даже могла залезть на «кресло», которое находилось на высоте третьего этажа!

Одежда, которую Сотка купила для скалолазания, выглядела очень удобно и абсолютно не сковывала движения: короткий топ до пупа и бриджи из эластана, длиной до колен. Переодевшись, попрыгала и размяла тело. Смелая, уже переодевшаяся, сейчас сидела в раздевалке, ковыряясь в телефоне, но увидев, что подружка готова, с интересом посмотрела на неё.

— Ты точно этого хочешь? — спросила Сашка. — Очень давно не занималась этим. Тебе, наверное, с боулдеринга начать надо. Выбирай самые простые трассы, без сложных граней и выступов.

— С чего-нибудь да начну! — решительно заявила Людмила. — Пошли! Поснимай меня на смартфон! Только никуда не выкладывай, а то Брон будет гундеть!

…На скалодроме было многолюдно. Лазание по искусственным скалам в последнее время стало очень модным развлечением среди фитнес-публики и даже стало неким культом, почему, собственно говоря, Стольникова и занялась им ради фоточек в соцсетях.

С высоких стен, идущих под разными гранями от поверхности, свисало множество тросов и страховок. Люди в самых разных направлениях забирались наверх, а кто-то, наоборот, спускался, расслабляя страховку наверху и скачками передвигаясь вниз, по пути отталкиваясь от стен.

Люда ощутила лёгкое беспокойство от того, что эта обстановка была крайне непривычной ей. Но тревога была только от этого. Страха перед искусственной скалой у неё не было.

Как только они вместе со Смелой появились на скалодроме, к ним тут же подошёл главный тренер: мужчина лет 40-ка, в белой футболке и коротких бриджах. На футболке у него была крупная чёрная надпись «Тренер».

— Ух ты, какие люди пожаловали! — улыбнулся он. — Давно тебя не было, Арина. Привет!

Тренер протянул руку, как мужчине, и Люда пожала её.

— С чего начнёшь? — поинтересовался он.

— С самого простого, — призналась Люда. — С этого, как его, болдера… Я давно не лазала, нужно набить навык.

— Прошу на боулдеринг, там сейчас свободно, только немного детей ползают, — тренер показал рукой в дальнюю часть арены, где находились грузные конструкции, похожие на громадные валуны неправильной формы.

Боулдерингом назывался подъём на имитацию низких скал неправильной формы, высотой до 5 метров. Чтоб подниматься на них, дополнительная страховки верёвками не требовалась: внизу, под ними располагались высокие и очень мягкие маты, в которые, наоборот, хотелось свалиться с такой высоты и попрыгать, как на батуте. Однако несмотря на незначительную высоту, боулдеринг считался трассой тяжёлой: на скалах было множество самых причудливых граней, вертикалок и выступов. Были здесь конечно и несложные трассы, поэтому этой дисциплиной занимались в том числе начинающие скалолазы и дети.

Люда сейчас как раз и была начинающим ребёнком. Подойдя к стене, у которой было свободное место, она посмотрела на неё. Стена уходила вверх под небольшим отрицательным углом, нависая над головой, а по обе стороны свисали два больших круглых выступа с множеством разных зацепов. Но подняться по центру вроде бы можно относительно легко. Ухватилась рукой за верхнюю зацепку, поставила ногу на нижнюю опору в виде отверстия и сделала первый шаг вверх. Потом второй шаг, третий, и так добралась до верха стены. И, к удивлению, лезть было относительно легко: во-первых, сказывалась тренированность и лёгкость стольниковского тела, во-вторых, к нему добавился навык ползания Хмельницкой по деревьям. Эта комбинация навыков и физических данных работала на все 100…

Глава 26 Соревы и тут и там…

В этот же субботний день 1-го октября, когда Людмила со Смелой занимались мотогонками и скалолазанием, на тренировочном катке ледового спортивного комплекса ЦСКА в это же время, начали выступать девочки-перворазрядницы с произвольными программами. К 18:00 осталось выступить двум фавориткам соревнования: Елизавете Хромовой, представительнице спортивной школы «Хрустальный лёд», и Дарье Смирновой, представительнице спортивной школы ЦСКА.

После короткой программы девчонки занимали первое и второе место, что в детском фигурном катании было небольшой сенсацией. Вернее, сенсацией было то, что Дарья Смирнова идёт на втором месте. Обычно эта фигуристка после короткой программы шла не выше пятёрки. Однако сейчас у Даши были все шансы на серебряную медаль: до ближайшей преследовательницы, Екатерины Андреевой, воспитанницы спортивной школы «Звёздный лёд» из Питера, было пять баллов. В фигурном катании это, конечно, сумма небольшая, которая не гарантирует медали, но всё-таки задел весомый: стоимость тройного прыжка.

На арене в плане посещаемости ничего не поменялось: проход осуществлялся лишь по заранее оформленным приглашениям, посторонних людей не было, присутствовали лишь зрители из числа тренеров и редких родителей. В их числе была и Людмила Александровна Николаева, внимательно наблюдавшая за прокатом последней разминки, где каталась внучка.

Когда последняя разминка, в которой выступала Дашка, вышла на раскатку, Людмила Александровна ощутила сильное волнение: неожиданно вспомнила себя в таком же возрасте, когда Арина Стольникова только начинала выступать по новисам, в первом разряде. Перед каждым соревнованием накатывало сильное волнение, и с ним приходилось справляться только с помощью тренера, которая иногда буквально выталкивала на лёд бешено сопротивляющуюся Арину. После соревнования, наоборот, накатывала грусть-печаль. Не за себя: за девчонок, которые боролись изо всех сил, но проиграли. Арине Стольниковой было их очень жалко. Абсолютно детское отношение и эмпатия к спорту. Но что поделать, в фигурном катании есть победители, есть проигравшие. Стольникова только со временем научилась справляться с этим чувством.

Произвольная программа принесла сюрпризы. Ещё на разминке Людмила Александровна с удивлением посмотрела на Лизу Хромову. Если произвольная программа Дашки была ей относительно известна, так как Соколовская как-то обмолвилась, что она будет на приключенческую тему, то произвольную программу Лизы Хромовой ей сегодня предстояло посмотреть впервые. В первую очередь удивил костюм. Она была одета в чёрную юбку и белую блузочку с полосатым матросским галстуком на шее. Костюм словно давал отсылку на одежду, которую носили девушки на прогулках в в парках, до революции 1917 года. Причёска тоже напоминала начало XX века: на голове волосы завиты локонами, скреплены на затылке заколкой в виде большого банта и такими же завитыми локонами спадают на плечи. Интересно, под какую музыку Бронгауз поставил ей произволку? Может ли эта программа выстрелить и, конечно же, сможет ли Хромова отобразить её? Но костюм смотрелся очень оригинально.

Даша в сравнении с соперницами, на удивление, смотрелась невзрачно: она была в прошлогоднем синем платье, которое ей уже, очевидно, слегка мало. Платье для произвольной программы ещё предстояло сшить. Людмила Александровна знала, что внучка катается под саундтрек Яна Циммера для фильма «Пираты Карибского моря», но что это за фрагмент, ещё не поняла, так как слышала музыку лишь один раз и не представляла, какое платье нужно сшить для неё.

… Когда начали кататься, и подошла очередь Даши, оказалось, Марина поставила ей произвольную программу на фрагмент под названием «Песнь русалки» из части «На странных берегах», такая информация высветилась на табло. Музыка, конечно, не сказать, что совсем топовая и оригинальная, но смотрелась она в этой программе очень романтично. Как раз в духе и возраста Даши, и интересов, так как этот фильм был одним из её самых любимых. В музыкальном сопровождении были и трагические и тревожные участки, и таинственные. Соколовская хорошо потрудилась над выбором музыки! Сейчас уже Дашка не смотрелась на фоне Хромовой как бедная родственница.

Да и откатала Даша чисто, собралась, выдала хороший прокат. Что уж говорила ей Соколовская, непонятно, а она ей что-то говорила, и причём говорила достаточно серьёзно. Людмила Александровна видела, что Марина положила внучке руки на плечи, слегка потрясла её, потом хлопнула по плечу и как будто отбросила от себя. Даже слегка послышался возглас: «Работай!» И Даша отработала! На все сто!

Когда объявили оценки, она сидела в кисс-энд-крае и, едва услышав их, закрыла лицо руками, словно опасаясь, что озвучили не её оценки и они сейчас могут исчезнуть. Она столько много никогда не получала! Первая! Она первая и осталось только откатать Лизе Хромовой! Второе место было уже наверняка её: первый раз в жизни! Первый раз в жизни она взяла серебро в Москве, а не заштатную бронзу провинциальных водокачек, и это был очень весомый задел! Соревнования в Москве! Практически первенство Москвы, а то и России старшего возраста! Класс! Привезла ближайшей конкурентке 15 баллов, получив 158.6.

После неё осталось откатать только Лизе Хромовой, чтобы разобраться, кто же будет первый в первом разряде у девушек.

Когда Хромова начала кататься, все присутствующие удивились: это был неожиданный ход. Обычно тренеры не ставили обе программы на отечественную музыку, так как понимали, что если придётся кататься за границей, то зарубежным судьям будет трудно вникнуть в обе русские программы. Хотя бы одна программа должна быть поставлена на общеизвестную мировую тематику. Однако Бронгауз рискнул поставить обе программы с русскими корнями.

В обработанной диджеем композиции слышалась солдатско-кабацкая дореволюционная песня, которую знали под названием «Крутится, вертится шар голубой» и которую публика словно «вспомнила» в 1934 году, когда появился фильм «Юность Максима», в котором эта песня шла как основной саундтрек. С тех пор эта незамысловатая мелодия у публики ассоциировалась с дореволюционными временами и образом жизни мещанства.

Крутится, вертится шар голубой,

Крутится, вертится над головой,

Крутится, вертится, хочет упасть,

Кавалер барышню хочет украсть.

Где эта улица, где этот дом,

Где эта барышня, что я влюблён,

Вот эта улица, вот этот дом,

Вот эта барышня, что я влюблён.

Два известных истории куплета песни были короткими, и в течение программы прозвучали два раза. Для того, чтобы не повторяться, второй раз куплеты были прогнаны через вокодёр и ревербератор, вставки между ними были сделаны в стиле мелодичного техно хауса с богатыми атмосферными синтезаторами. Композиция была незнакома меломанам: похоже, Бронгауз нашёл какого-то неизвестного, но мастеровитого диджея. Но звук был очень симпатичен: в нём как бы пересекались начало ХХ века и современность. Да и Лиза сумела отыграть эту мелодию.

Опять Брон переиграл всех: в программе было прекрасно всё: неординарность, необычность и редкость выбранной музыки, костюм фигуристки, её внешний облик. Хореография стояла на отдельном месте. Лиза каталась и постоянно исполняла полувальсовые, полурусские народные танцевальные движения, которые должны были означать мещанство и в целом, ту ламповую эпоху до 1917 года, которой жил провинциальный город с деревянными заборами, тротуарами, купцами в бархате, ярмарками с баранками и осетриной, французскими булками, чёрной икрой, патефонами, синематографом, приказчиками и трактирами для почтенной публики.

Людмила Александровна сразу поняла, что конкурировать с Хромовой её внучке будет очень и очень трудно и по технике, и по хореографии. Лиза прыгнула пять тройных прыжков. Получила за прокат 110 баллов, а общую сумму 168,65 баллов, что для перворазрядницы был практически космос и элемент ультра-си. Что называется, «а ну-ка, догони!». Естественно, Хромова заняла первое место, привезя Дашке 10 баллов. Однако, были как говорится, нюансы…

Смирнова за произвольную программу получила 107 баллов, что было совсем близко от того, что поставили Хромовой, несмотря на то, что Лиза прыгнула на один тройной прыжок больше. Программа Смирновой больше понравилась судьям! За компоненты оценки были одинаковые, отставание было лишь в технической оценке, да и то незначительное! Хотя… Возможен и административный ресурс.

Дудин, с ученицей ожидавший оценок, кажется, был очень удивлён и словно потёр глаза, как будто удостоверяясь, что это не сон. Но нет, сном это не было. Его ученицу в произвольной программе почти догнали, да и в целом, отрыв в 10 баллов за две программы считался не очень большим, хотя теоретически как раз составлял те самые 2 тройных прыжка, что не прыгнула Смирнова. Кажется, не подкопаться, но всё-таки произвольная… В ней отрыв должен быть более значительным, учитывая, что почти все прыжки Лиза сделала во второй части программы, и за них должна быть надбавка в 10 процентов. И на один тройной больше… Дудин иронично покачал головой и поднялся с места, показывая Лизе, что пора валить из этого цирка.

Для Даши же это был сильно мотивирующий звоночек, говоривший о том, что необходимо учить ещё один тройной прыжок и тогда вполне возможно и первое место! Для этого предстояло очень много работы… А Людмила Александровна… Она ощутила большую радость от того, что сделан небольшой шажок вверх по направлению к её мечтам…

…Понедельник — день тяжёлый. А на катке «Хрустальная звезда» тем более. Почти тюрьма! Все пришли на тренировку угрюмые и злые. Смелой по плану, озвученному тренером накануне, предстояло опять долбить четверной тулуп, Люде накатывать полный макет произвольной программы. А после тренировки ещё и идти к спортивному психологу.

— Но мне же не надо! — возразила Людмила, когда Брон сказал, что это нужно будет сделать обязательно всей группе.

— Надо или не надо, решаю я, — авторитетно сказал Бронгауз тоном, не терпящим возражений. — За свою карьеру я уже много раз видел вас, таких уверенных, которые прыгали всё на тренировке и дрожали от страха во время соревнований. Моё решение окончательное. Все вместе, дружной компанией, идёте к психологу. Он будет читать лекцию как всегда, в зале хореографии, после ледовой тренировки.

Люда и Смелая с явным неудовольствием стали готовиться к ледовой тренировке, и в этот момент Брон поменял тактику.

— А давайте так… Внимание всем! — повысил голос тренер. — Сейчас дружно, всем коллективом, возьмёмся за прыжки. Не только наши девочки! Сейчас устроим чемпионат группы по прыжкам! Вы меня уже достали свои падучестью! После разминки будем прыгать свой самый дорогой элемент. Каскад это или одиночный прыжок — без разницы. Участвуют все. Делаем одну попытку. По результатам соревнования будет и решение о вашей дальнейшей подготовке. Всё. Пошли. Работаем. Десятиминутная разминка.

Вот чего не хватает для полноценной успешной тренировки! Духа состязаний! В каждом спортсмене дремлет, а то и ярко горит страсть соревноваться с себе подобными, чтобы показать, что он лучше соперника. Поэтому, если обычная тренировка кажется скучной и нудной, то, когда в процесс включается ещё кто-то, дело становится очень интересным. Сразу просыпается страсть сделать лучше, чем твой одногруппник. Честно говоря, Люда такого подхода у Левковцева не видела. Он никогда не устраивал внутригрупповых соревнований и состязаний. Разве что когда сдавали нормативы по бегу и прыжкам при легкоатлетической подготовке…

Даже в конце прошлой недели, когда они катали со Смелой произвольные программы одна за другой, все одногруппники с увлечением смотрели на их прокаты и наверняка болели за кого-то одного, кто им больше нравился физически или ментально. Люда конечно, старалась откатать лучше Сашке, она почувствовала дух состязаний и полностью реализовала его в хороший результат.

Расчёт Бронгауза на соревновательный позыв учеников оправдался на все 100 процентов, в прыжковые соревнования с увлечением включились все одногруппники, кроме Елизаветы Хромовой: ей в связи с победой на Мемориале Гринькова тренеры дали трёхдневный отпуск на этой неделе, на тренировку она должна была выйти только в четверг.

Брон поставил лёгкую ритмичную музыку, не отвлекающую от дела. И когда ученики размялись, подозвал их к себе.

— Сейчас все вставайте здесь, рядом со мной, с правой стороны, в алфавитном порядке. После приглашения на старт делаете самый дорогой и сложный прыжок вот в таком порядке: разгоняетесь на элемент точно так, как он стоит по программе, в положенном месте прыгаете его. Всего одна попытка. После прыжка, без разницы, сделан он или нет, подкатываете сюда и встаёте влево от меня. Я оцениваю его так же, как судьи. Ставлю базовую оценку, к ней либо плюс, либо минус, так, как положено по правилам. Всё понятно?

Ученики согласно кивнули головами и выстроились по алфавиту: Ксения Котова, Агата Иванова — две Бронгаузовские тонкие и звонкие 13-летние юниорки, Андрей Москвин, высокий симпатичный 20-летний парень, выступавший по взрослым, Дмитрий Самсонов, 19-летний фигурист, ездивший в Оберстдорф и налажавший там, 15-летняя Александра Смелова, чемпионка мира среди юниоров и чемпионка Оберстдорфа, 16-летняя Арина Стольникова, чемпионка мира и олимпийская чемпионка, Михаил Тернов, 16-летний парень-юниор, последний сезон выступавший в этом разряде.

Брон посмотрел на свою топовую группу, которая не переставала шушукаться, невзирая на грозный взгляд тренера, особенно Смелая, что-то шептавшая Сотке. Дисбаланс выглядел на все сто, и внимательный болельщик, конечно же, видел его воочию. Бронгауз был тренером девушек-чемпионок. С парнями у него пока ещё нифига не получалось. Девчонки в 15–16 лет берут все мировые титулы, парни… Они в этом возрасте едва ковыляют по юниорскому разряду, а выходя во взрослые, даже в 19–20 лет обладают лишь медалями водокачек, турниров серии В и иногда бронзой этапов Гран при. Чемпионаты Европы и мира: мимо кассы. Здесь царили иностранцы, и… Соколовская.

Почему так? Бронгауз этого не знал… Вроде бы все его парни и мастеровитые, и даже относительно стабильные, и хореографично-артистичные, но… Вот не получается, и всё! Хоть тресни! В самый ответственный момент могут налажать и слить прокат, а потом хлопать глазами: «Я не знаю, что случилось. Простите позязя». В федерации уже косятся и наверняка шушукаются, недоумевая, почему сдали итальянцу медаль на Оберстдорфе, не говоря уж про фанатские сообщества, которые Бронгауз периодически почитывал и которые откровенно называли его тренером однодневных чемпионок… Не… Всё правильно! Надо всю эту тёплую компашку после тренировки к спортивному психологу: настают ответственные старты, и сбой в этом сезоне, да и в стартовавшем новом олимпийском цикле недопустим.

— Котова! На старт! Прыгаешь каскад тройной лутц — тройной риттбергер! — распорядился Брон и указал в центр арены.

Ксюшка Котова, среднего роста тоненькая девчонка в чёрном тренировочном костюме и с блондинистым хвостиком на затылке, согласно кивнула головой, блеснула голубыми глазами и покатила на старт. Каскад стоял у неё в конце программы, и нужно было поймать место, с которого на него нужно заходить. Судя по всему, это место находилось в правой части арены, почти у самого бортика. Доехав до него, Ксюша на миг остановилась, словно вспоминая ход программы, сделала на месте моухок и стала разгоняться к центру арены. Ну вот и началось…

Глава 27 Увлекательные соревнования и психология спортсмена

Ксюшка начала быстрый и резкий юниорский разгон от правого короткого борта к центру арены. Быстро-быстро перебирая тонкими ножками, проехала передними перебежками до центра арены, встала моухоком на ход назад, переступила на левую ногу, ударила зубцом правого конька по льду, и прыгнула каскад тройной лутц — тройной риттбергер. Чисто!

Сложнейший каскад, доступный лишь единицам! Сложность его была в том, что, приземлившись после лутца на правую ногу, нужно было сразу же, не теряя скорость и вращательный момент, полученный от лутца, оттолкнуться этой же ногой от льда, а левой ногой, лишь слегка задев лезвием лёд, закрутить себя во вращение.

Базовая стоимость каскада 10.8 баллов. А если считать, что чисто сделанный, он приносил как минимум, ещё 2–3 балла бонусов и надбавку в 1.1 балла за исполнение во второй части программы, то стоимость каскада равнялась как средне сделанному каскаду с четвертым прыжком в первой части программы. Правда, в случае с Ксюшей Котовой Бронгауз обнаружил недокрут.

— Не докрутила! Считаю с одной галкой! Всего 11 баллов. Иванова на старт! Прыгаешь тройной лутц — тройной тулуп.

У Агаты Ивановой её самый дорогой каскад, похоже, стоял в начале программы, так как она покатила к центру арены. Точно так же на миг остановилась, сделала пируэт, как будто входящий в её постановку, и по дуге начала разбег к левому короткому борту, у которого прыгнула каскад тройной лутц — тройной тулуп. Чисто! Сделав чистый рёберный выезд в ласточку, Агата остановилась и перебежками покатила к Бронгаузу.

— Молодец! Плюс два с половиной балла, итоговая 12.6! — похвалил Брон. — Москвин, на старт! Прыгаешь каскад четверной лутц — тройной тулуп.

В случае с Котовой и Ивановой воочию было видно, что если сложнейший каскад лутц — риттбергер в надежде на высокие плюшки оставлен на вторую часть программы, то он требует безукоснительно чистого исполнения, иначе более простой каскад с тулупом, исполненный в первой части программы, принесёт больше баллов. И это ладно, если судьи поставят за недокрут одну галку, а ведь могут и две, и тогда минусы окажутся более значительными и даже может сняться базовая стоимость! А в случае с риттбергером такая опасность очень существенна — этот прыжок чаще всего страдал от недокрутов в связи с самой техникой прыжка.

Андрей Москвин, высокий черноволосый парень в дорогом синем тренировочном костюме, шутливо помахал всей группе, поклонился и покатил к центру арены. Естественно, самый дорогой элемент у него стоял в начале программы. Андрей разогнался сначала к левому короткому борту, у него развернулся задними перебежками и покатил к центру арены, у которого развернулся моухоком на ход назад, на длинную пологой дугу «назад-наружу» и у правого короткого борта прыгнул каскад четверной лутц — тройной тулуп. Чисто! Прыгнул, как гвоздь забил! Это была заявочка!

Бронгауз вдруг подумал, что Москвин, ещё не участвовавший в соревнованиях, имеет все шансы в этом сезоне на успех. У парня предстоял первый старт на Скейт Америка вместе со Смелой и Соткой. Вот там и выяснится его стабильность. По крайней мере, парень на тренировках грубых ошибок ещё не совершал, да и на контрольных прокатах выступил достойно, с небольшими помарками. Правда, понятие «плюс-минус стартовый» ещё никто не отменял, тренировки — это тренировки… Есть даже чемпионы тренировок, которые по тренировочным прокатам — боги фигурного катания, но которые на соревнованиях остаются вне призовых мест. Москвин… Судя по прошлому сезону, он, как и все его парни, мог и налажать, или выдать прокат жизни. Вот пойди и разберись…

— Молодец, Андрюша, — похвалил Бром. — Ставлю тебе 17 баллов. Кроме базы в них входят три балла GOE. Сделал прекрасно. Самсонов, на старт! Прыгай четверной лутц!

Четверной лутц Самсонова стоял первым в короткой программе, а каскад он прыгал относительно несложный для мужчин: четверной сальхов — тройной тулуп, поэтому Брон решил, чтоб Дима прыгнул самый сложный прыжок в своих программах.

Самсонов покатил к центру арены, откуда, практически не останавливаясь, начал разгоняться сначала к левому короткому борту, там развернулся перебежками и начал заходить к правому короткому борту абсолютно таким же заходом, как и до него заходил Москвин. «Бронстайл», — с усмешкой подумала Смелая, глядя на его заход. Действительно, начальные части программы и Москвина, и Самсонова были похожи как две капли воды, несмотря на то что исполнялись они под разную музыку, а у Самсонова так даже под heavy metal.

Разогнавшись, Самсонов встал на дугу «назад-наружу» на левой ноге, ударил зубцом правого конька по льду и прыгнул тройной лутц. Чисто! Но это всего лишь тройной прыжок! Что это было? Ошибка? Бабочка? Или просто недосмотр? Однако Брон был непреклонен.

— Тройной лутц вместо четверного, 6.5 баллов тебе! — недовольно сказал тренер. — Смелова, на старт. Прыгаешь четверной тулуп — двойной тулуп.

Сашка стремительно покатила к центру арены, откуда начала разгоняться к левому короткому борту, у которого развернулась задними перебежками и уже начала более аккуратно и под контролем заходить на каскад в правую часть арены, где аккуратно и чистенько прыгнула каскад четверной тулуп — двойной тулуп. Пусть без особых изысков, сложного захода и хореографических финтифлюшек, но, что самое главное, чисто и без недокрутов.

Сашка выехала из каскада, победно подняла руку со сжатым кулачком вверх и покатила к Брону.

— Саша, молодец! Я так и знал, что всё будет хорошо! — похвалил тренер. — 13 баллов! 10,8 база, 2.2 балла GOE! Стольникова на старт! Прыгаешь тройной аксель!

Людмила вздохнула, отвалила от бортика и неуверенными шагами покатила к центру арены. Проблема была в том, что у неё тройной аксель стоял третьим элементом, и сейчас она банально забыла, откуда на него идёт разгон. Программа-то особо пока ещё не накатана и не выучена так, чтобы, как говорится, «от зубов отлетало». А ведь это крайне важно — правильно разогнаться. Вот что сейчас делать, стоя, как болвану, посреди арены? То ли вправо катить, то ли влево…

Люда с досадой едва заметно махнула рукой и кросс-роллами покатила к правому короткому борту, у которого развернулась задними перебежками и начала заходить на триксель, в центр арены. Но, похоже, с непривычки разогналась очень сильно: перед прыжком не успела достаточно затормозить, чтобы сделать полноценное отталкивание, вложив в него энергию разгона. В результате отталкивание получилось слабым, и даже не помог сильный мах правой ногой. Сделав два с половиной оборота, Люда приземлилась и выехала в ласточку. Вроде бы всё хорошо, но получился дупель! Хороший, пролётный, высокий за счёт хорошего разгона, зрелищный, но всего лишь дупель. Хорошо хоть не бабочка…

— Двойной аксель! — с небольшой досадой сказал Брон. — Оценка 4 балла. Неважненько, Аря. Терновский на старт! Прыгаешь каскад четверной сальхов — тройной тулуп.

Терновский, типичный парень-юниор, светловолосый, тонкий-звонкий, быстрыми перебежками покатил к центру арены, сделал там несколько пируэтов и поехал к левому короткому борту. Развернулся у него задними перебежками и начал набирать скорость по направлению к правой части арены. Не доехав до неё с десяток метров, сделал риттбергерную тройку, встал на ход назад и прыгнул каскад четверной сальхов — двойной тулуп. Непонятно, что случилось, но парень не смог скрутить дополнительный третий оборот на тулупе, и получился только двойной прыжок. Да и сам каскад выглядел по-юниорски расхлябанным, с неуверенными приземлениями, болтанкой лезвия в разные стороны и возможными недокрутами. Бывает… Но снижение по базе было значительным. И так недорогой каскад с четверным сальховым получился совсем мизерным по стоимости и сравнимым с каскадом 3−3.

— Терновский, слабовато! — заявил Брон. — Каскад четверной сальхов — двойной тулуп. Получаешь 11.1 баллов. 10.8 база, 0.3 за то, что не упал. Исполнение откровенно слабое. Работать и работать. Так… А сейчас результаты внутреннего чемпионата по прыжкам:

Москвин 17

Смелова 13

Иванова 12.6

Терновский 11.1

Котова 11

Самсонов 6.5

Стольникова 4

Людмила с унынием прослушала Брона. Последняя! Олимпийская чемпионка! Но даже если бы и сделала чисто тройной аксель, получила бы за него максимум 10 баллов, и разве что обошла бы только Самсонова. Так что повода слишком расстраиваться-то вроде бы и не было. Прыгни она каскад с флипом или лутцем, получила бы за него в пределах 12 баллов. Пофиг! Наглядно стала видна разница между каскадом 4−2 с тулупами Смелой и 3−3 с лутцем-тулупом Ивановой. О.4 балла. Мизер! Отличие в баллах несущественное, а то ещё и при даже незначительной ошибке получишь за квадовый каскад меньше, чем за каскад с тройными прыжками…

— Так, ребята, результаты вы сами видите, предстоит ещё много работы, — заявил Брон. — Сейчас будем тренировать цельные прокаты произвольных программ, начиная с ошибавшихся. Катать будем в таком порядке: Стольникова, Самсонов, Котова, Терновский, Иванова, Смелова, Москвин. То есть в обратном порядке от занятых мест. Стольникова, на старт!

Людмила вздохнула и вялыми прыжками покатила к центру арены. Началось в колхозе утро… Чё она-то опять…

…После ледовой тренировки, как Бронгауз и обещал, на занятия с фигуристами пришёл спортивный психолог, кандидат психологических наук Даниэль Моисеевич Голдштейн. На встречу с ним велели идти не только фигуристам группы Бронгауза, но и спортсменам из групп других тренеров, даже тех, которые занимались вечером. Им пришлось специально ехать сюда во вне тренировочное время.

— Так психолог уже ждёт вас, — Брон зорко посмотрел на учеников. — Посещение строго обязательно, если сейчас кто-то сбежит, будет писать объяснительную директору. Всё, шагом марш. И побыстрее: зал маленький, мест мало, опоздаете, будете стоять.

Ученики понуро потащились сначала в раздевалку, чтобы снять коньки. Естественно, идти на эту лабуду после ледовой тренировки, когда выложились на все 100, никому совсем не хотелось. Да и эффективность от этих занятий была небольшая: психолог ушёл, а фигурист остался с теми же проблемами. Потому что ни один психолог не откатает за него две программы с элементами ультра-си. Всегда и во все времена спортсмен оставался один на один с собой, льдом и зрителями… А ведь были и такие странные люди, которые даже не подозревали, что вообще означает слово «психология»! Например, Люда!

— Что за психолог? — с интересом спросила Людмила у Сашки.

— Не гони дурку! — недовольно ответила Смелая. — Ты рофлишь что ли, или деменция опять напала?

— Сейчас нападёт! Капец тебе! — пообещала Людмила, схватила Смелую за шею, подтащила к себе, обхватила за талию и подняла в воздух. — Проси прощения!

— А-а-а-а! Хулиганы позвоночник ломают! — очень громко завизжала Сашка, дёргая ногами и делая попытку вырваться.

Юниорки, увидев, что старшие затеяли весёлую возню, хотели подключиться к ним, но в дверь раздевалки громко постучали.

— Что там делаете? — недовольно спросил Брон. — К психологу марш! Парни уже там сидят, а вы всё ещё здесь.

Пришлось срочно идти… Однако вопрос так и остался открытым: Люда почти не знала, что такое психолог и чем он занимается. Были какие-то статьи в журналах «Вокруг света» и «Техника молодёжи», но они были слишком сложные для понимания подростков…

…Кандидат психологических наук Даниэль Моисеевич Голдштейн, полноватый низкорослый мужчина среднего возраста, с кудрявыми рыжими волосами, бородкой, и в больших квадратных очках, терпеливо ожидал спортсменов в хореографическом зале: больше места для занятий не нашлось. Он сидел на пуфике у входа, причём по всему видно, что сиделось ему неудобно: мешал чёрный дорогой костюм. Вконец замучившись, Голдштейн снял пиджак и повесил на перилу хореографического станка, попутно посмотрев в зеркало и взъерошив рыжие вихры. В зале уже собралось порядочно народу: человек 20, как минимум.

— Наконец-то пришли опоздавшие, — с небольшим недовольством сказал психолог, когда Смелова, Стольникова и Котова с Ивановой вошли в помещение.

— Мы вообще-то с тренировки, — с вызовом заявила Смелая, с недовольством глядя на психолога, а потом недоверчиво окинув зал в поисках свободных мест на пуфиках.

Мест не было, пришлось садиться на пол под зеркалом, поджав ноги.

— И это хорошо, что ты с тренировки, — заметил Голдштейн. — Сейчас как раз отдохнёте, расслабитесь под хорошие разговоры и напитавшиеся знаниями отправитесь домой. Начнём. Я помню наше занятия, и они были, судя по всему, продуктивными. Я это сужу по спортивным результатам: ваша спортивная школа одна из самых знаменитых не только в нашей стране, но и в мире. Тысячи и десятки тысяч болельщиков и фанатов фигурного катания отдали бы многое за то, чтобы очутиться именно здесь и сейчас, посмотреть, и послушать, о чём здесь идёт речь. Вы представляете себе уровень вашего спорта и наших занятий?

Люда задумалась. А ведь Голдштейн-то прав, как ни крути… Они вот, фигуристки, спортсменки, живут по-простому, как им кажется: ходят на тренировки, прыгают сложные многооборотные прыжки, тягают гантели и сложные тренажёры для укрепления разных групп мышц, в этом самом зале занимаются хореографией с одним из самых известнейших хореографов России. Для них такая жизнь кажется обыденной, и они считают себя обычными людьми. Но для болельщика и фаната фигурного катания они — селебрити, звёзды, до которых просто не достать, даже если сильно постараться. Болельщики с нетерпением смотрят в интернете инсайды с катка, интервью в прессе и на спортивных сайтах, читают и оставляют тысячи комментариев на форумах и в блогах, и действительно, сейчас десятки тысяч людей отдали бы всё, чтобы постоять здесь, посмотреть на своих любимиц и любимцев и послушать, что они говорят.

— Представляем, — с интересом согласилась Люда. — Вы чётко обозначили это… состояние.

— Вот именно состояние! Ухвачусь за это слово! — с живостью согласился Голдштейн, вскочил с пуфика и начал ходить перед аудиторией, которая сидела на других пуфиках, а иногда и на полу, сложив ноги. — О состояниях мы сейчас и поговорим. Причём применительно к вашему образу жизни и вашим занятиям. Вот вы сейчас слушаете меня, и наверняка у вас нет никакого волнения. Наоборот, судя по вашему виду, вам весело и вы довольны. Не так ли?

— Угу, — согласилась Смелая. — Мы довольны и нам весело. Вы очень интересно рассказываете.

— Спасибо, — поблагодарил психолог. — Однако у вас начинается соревновательный период, и на вас накладывается много проблем, начиная с беспокойства за дорогу, заселения в номер гостиницы, где вы будете жить, беспокойство за ваших соперников, которые могут вас победить, беспокойство о фанатах, которые могут вас оскорбить, страх зрителей, которых могут быть десятки тысяч и они смотреть на вас не только со стадиона арены, но и на экранах компьютеров и телевизоров. Не все из них благожелательны. Многие желают вам неудачи. Поэтому вы начинаете бояться. И боитесь чего?

— Не знаем, — пожала плечами Смелая.

— Все ваши страхи концентрируются в одну точку, — заявил Голдштейн. — Вы боитесь своей негативной ответной реакции на неблагоприятные жизненные условия и отношение к вам социума. Из-за этого у вас возникает страх к соревнованиям. Страх к публичной деятельности, которая может принести вам вред. Однако, дорогие мои, вы известные спортсмены, и публичная деятельность вкупе с соревнованиями — это ваш основной мир, в котором вы живёте, и ради которого вы живёте. И вы должны в этом мире жить наиболее комфортно. Да! Ваш основной мир, ваша основная система координат — это не тренировки и занятия с психологами и тренерами. Максимально эффективно и полезно вы должны жить именно на ледовой арене. Поэтому именно на ледовой арене у вас не должно быть никакого страха. Но он есть. И есть почти всегда и почти у всех спортсменов, можете даже не спорить со мной! Боятся соревноваться все! Только страхи у всех разные. Даже чемпион мира по боксу боится: брутальный 100 килограммовый мужчина, выходя на ринг, боится. Но он боится не своего соперника, а, например, того, что у него в самый неподходящий момент, прямо во время боя, может развязываться шнурок на кроссовке, он запнется и очень смешно свалится на пол. Либо ещё хлеще: развяжется шнуровка на трусах, и он поставит себя в неловкое положение, когда они свалятся на колени под хохот публики, а это просто невозможно для его реноме, ведь у него контракты, реклама, спонсоры… Да, представьте себе, со мной делились именно такими страхами. А теперь мы с вами разберём, как с ними бороться. Скажу сразу: бороться со страхами и фобиями — бесполезно. Можно этого врага либо приручить, чтобы он работал на вас, либо возглавить. Иного не дано. Однако и приручение, и возглавление должно начинаться с того, что вы должны твёрдо усвоить: в спорте у вас врагов нет. И за то, что вы попадёте в неловкое положение, вам ничего не будет. Вот с этого мы начнём свой дальнейший разговор…

Судя по всему, разговор всё-таки намечался крайне интересный…

Глава 28 Опять в Останкино

Надо признать, занятие с психологом Гольдштейном получилось очень увлекательным: специалист дословно разжёвывал всё, что волнует не только спортсмена, но и обычного человека, убедительно показывая, что с фобиями можно и нужно бороться, чтобы они не осложняли жизнь. Однако всё это была чистая теория, а вот практика… В конце занятия психолог сказал, чтобы каждый спортсмен задал один вопрос тому, кому хочет. Любой вопрос. Что это и зачем? Люда сначала не поняла. Но спустя какое-то время решила, что вопрос задавался для того, чтобы спортсмен учился отвечать на него, не стесняясь и не краснея, ведь вопрос может быть любым…

Вопросы, которые фигуристы задавали друг другу, были разные. Самсонов у Люды спросил, не стыдно ли ей кататься на таком относительно низком уровне, как сейчас, ведь она олимпийская чемпионка и первая фигуристка в мировом рейтинге.

— Нет, — пожала плечами Люда. — Чего тут стыдного… На меня навалилось много всего, но я эти проблемы удачно преодолеваю и иду вперёд. Мне ничуть не стыдно.

— Хороший ответ, — заметил Голдштейн. — Арина, теперь ты задавай вопрос.

Люда повернулась к Смелой и подмигнула ей, как будто показывая, что сейчас хочет спросить что-то несерьёзное. Смелая показала кулак, но Люду этим не испугала. И не таких ломали!

— Что для тебя значит «Мемуары гейши», и почему ты решила выбрать именно эту музыку для показательного номера?

Кажется, Смелая даже немного расслабилась: она ожидала более каверзного вопроса.

— У меня было несколько причин! — заявила Сашка. — Во-первых, это красивый необычный фильм, в котором звучит красивая музыка с национальным японским колоритом. Во-вторых, программа на эту тему очень отличима от стандартной романтической темы, которая обычно поднимается постановщиками. В-третьих, фильм хорошо известен зрителям и судьям, и они будут иметь возможность сравнить мою программу как с фильмом, так и с другими постановками на эту тему. В-четвёртых, это, конечно же, платье. Оно шедеврально. У меня всё.

Вот и всё… Причины, почему Смелая стала катать японскую тему, оказались до смешного банальны… Однако Люда вынуждена была признать, Сашка очень чётко и грамотно обосновала мотив выбора программы на музыку «Мемуары гейши». Причём так, что Люда не могла даже поверить, что это сказала её безбашенная подружка, которая могла сыпать молодёжным жаргоном, как семечками в Небельхорне на прокатах мужиков. Пожалуй, открылась ещё одна неизвестная доселе грань Сашки Смеловой… А вдруг… А вдруг вместо Смелой внутри неё сидит кто-то другой??? Вдруг она тоже как-то подменилась??? Да ну, бред!

Пока в голове Арины проносились фантастические мысли, Смелая смотрела в раздумье на неё, а потом словно решилась.

— Я хотела бы спросить кое-что у Арины Стольниковой.

— Спрашивай, — удивлённо ответил Голдштейн. — Хоть это и не в правилах нашей игры, но спроси. Я думаю, Ариша найдёт что ответить на любой вопрос.

— Ты говорила как-то, что в твоё сознание проник другой человек, который жил в СССР. Это правда?

Раздался дружный смех. И это, конечно же, была естественная реакция на такое фантастическое предположение. Однако Людмилу смехом не пронять! Она лишь ехидно улыбнулась, даже не став оправдываться.

— Естественно, правда! — с показным удивлением ответила она. — Неужели ты хотя бы раз засомневалась в этом?

Сразу же раздались аплодисменты, а психолог, склонив голову, с улыбкой посмотрел на Людмилу, потом поднял руку, прерывая веселье.

— Ребята! Обратите внимание! Именно то, что сейчас продемонстрировала Люда, и есть самая правильная реакция на такой фантастический вопрос. В ответе не было отрицания, не было истерик и удивления. Был спокойный и уверенный ответ, который вызвал веселье и удовлетворил абсолютно всех. Не так ли?

Собравшиеся опять зааплодировали, а Люда усмехнулась про себя. Говорить правду всегда очень легко…

…Вечером этого же дня, когда Людмила в зале смотрела с мамой очередной ужастик категории Б, позвонил агент Арам Архарян и сказал, что эфир на Первом канале утверждён и будет проходить в среду. И на нём, кроме неё, будет присутствовать Сашка Смелова. Это основное условие!

— Так заявил продюсер шоу, Александр Дворецкий, — каким-то извиняющимся тоном сказал Архарян. — Я очень извиняюсь, но Первому каналу интересны только вы обе. Если ты согласна, завтра утром я подъеду к тебе на каток для подписания контракта.

— Контракт? — насторожилась Людмила. — Какой ещё контракт?

— Контракт заключается в том, что вы будете участвовать в шоу на абсолютно бесплатной основе, — объяснил менеджер. — По контракту вам будет предоставлен лишь небольшой райдер: закуски и напитки. И визажист.

— Ясно, — ответила Людмила, и тут же подумал про Сашку. — А как Смелова? Она согласна?

— Я не её агент, поэтому не могу ей звонить, — объяснил Архарян. — Но думаю, она не откажется. Это очень хороший буст для карьеры. Поговорим об этом завтра.

— Тогда до свидания, жду вас завтра утром в «Хрустальной звезде».

Люда прервала разговор и задумалась. Со Смелой как-то неловко… Получается, человека даже не спросили ни о чём. Хочешь — не хочешь, езжай, и всё. Вот это и есть акула под названием «телевидение».

— Менеджер? — догадалась Анна Александровна. — Что ему надо? Неужели с Вагантом всё решилось?

— Похоже, — Люда внимательно посмотрела на маму. — Что это всё значит?

— А… Я совсем забыла, что ты не смотришь телевизор. Но, милая, что такое «Вечер с Вагантом» ты должна знать, — улыбнулась мама. — Это стендап-шоу с приглашёнными звёздами. Тебе будут задавать лёгкие, ненапряжные вопросы, на которые ты должна отвечать, и желательно демонстрировать юмор. В общем, это лёгкая развлекательная юмористическая программа. Наподобие как на «Спорт FM», только здесь вас будут показывать по телевизору, а ещё будет петь какая-нибудь приглашённая группа.

— Он сказал, что это бесплатная фигня, — заявила Люда.

— Естественно, бесплатная! — согласилась мама. — Попасть на это шоу очень престижно. Вас увидят миллионы телезрителей. Представляешь, какая у тебя будет аудитория, причём не только спортивная? Ты представляешь, как твоя популярность может подняться и вообще взлететь до небес? Особенно если ты сейчас в своей группе напишешь, что будешь участвовать в этом шоу? И да, милая, представляешь, сколько у них стоит реклама в прайм-час? Миллионы! Мы столько не можем себе позволить! А ты можешь совсем бесплатно в эфире сказать, что у тебя есть свой собственный бренд, который называется «Стольникова». И можешь даже прийти в нём, сейчас я тебе приготовлю хороший look. Скажешь Архаряну, что придёшь в полуспортивной одежде, в обычном кэжуале.

Люде оставалось только вздохнуть. Мама была совсем неисправима…

…Когда на следующий день Люда в раздевалке спросила у Сашки, знает ли она, что они вдвоём будут участвовать в шоу «Вечер с Вагантом», Сашка сильно удивилась.

— Мне никто об этом не говорил, — покачала головой она, но тут же обрадовалась. — Но в принципе я не против. Пусть даже за бесплатно. Когда этот твой менеджер притащится? Ща Брон опять будет по мозгам ездить.

Менеджер притащился, как только фигуристки вышли после взвешивания. Ждал прямо у двери в зал ОФП! Люда сильно удивилась, но похоже, его охрана беспрепятственно пропустила в здание спортивного центра. Наверное, у Архаряна был пропуск, а может, и раньше приходил часто, так как он работал и с Дали и с Зениткой.

— Здравствуйте, девчонки, — с небольшой развязностью поздоровался Архарян и протянул Людмиле какой-то пухлый документ объёмом в несколько страниц, написанных мелким убористым шрифтом. — Вот, внимательно прочитайте, ознакомьтесь и распишитесь.

Люда попробовала вчитаться в изобилующий канцеляритами и витиеватыми словами текст договора, но ничего не могла понять: ей показалось, это реально был какой-то бред, написанный сумасшедшим, с непонятными словечками, которые даже теоретически нельзя было объяснить: «форс-мажор», «третья сторона», «стороны договора», «приобретённая выгода» и ещё десятки ненужных и пустых фраз, похоже, написанных специально, чтобы сбить с толку читающего.

— Чего ты там высматриваешь? — Смелая через плечо Людмилы уставилась в договор. — Подписывай, да и всё, дальше Сибири не сошлют.

Когда Люда и Сашка расписались в нескольких местах в этом причудливом документе, Архарян сказал, что эфир состоится завтра и, по традиции, никакой подготовки к нему не будет.

— Приедете к 19:00, после тренировки, в Останкино, вас там уже встретят вместе с готовыми пропусками и проведут куда надо, — заявил менеджер. — Форма одежды любая, привычная вам. Но имейте в виду, что во время передачи Иван может зацепиться за это и спросить, почему вы ходите именно так, а не эдак. Макияж можете не носить, там есть визажисты, это входит в райдер, они сделают всё так, как надо, так, как подходит для телевидения. А сейчас до свидания, я своё дело сделал. Сейчас отвезу договор в Останкино.

Менеджер ушёл, а Смелая с Людмилой посмотрели ему вслед. Предстояло ещё очень много дел. В первую очередь… Да всё опять и то же самое: ОФП, хореография и, конечно, целиковые прокаты программ: «Skate America» становилась всё ближе.

На ледовой тренировке Бронгауз решил повторить свой чемпионат по прыжкам, который устраивал в понедельник, и он дал совершенно противоположные результаты. В этот раз Люда прыгнула тройной аксель безукоризненно, Смелая свалилась с четверного тулупа, были ошибки у остальных одногруппников, но в целом, проявилась такая тенденция: те, кто накануне ошиблись, в этот раз откатали чисто и без претензий, а те, кто блеснули и ходили с поднятым носом от гордости, в этот раз валились как снопы. Бронгауз опять был в отчаянии.

— Я уже не знаю, что с вами делать, — махнул рукой тренер. — С завтрашнего дня начинаем усиленную ледовую тренировку по накатке целиковых программ. Я думаю, это единственный путь побороть вашу падучесть.

… Утром в среду, после завтрака, мама с гордостью показала Людмиле оливковый свитшот и штаны свободного кроя, заужающиеся к лодыжке. Они были сделаны из плотной и тёплой ткани с начёсом под названием флис. На груди свитшота красиво нанесена надпись «Стольникова», так же как и спереди, на правой штанине. Под надписью стилистическая большая буква С, которая означала символ бренда. Флисовые осенние костюмы как раз у молодёжи вошли в моду, и половина девчонок в городе ходила в них. Анна Александровна очень точно уловила модную тенденцию, которая могла меняться по нескольку раз в год. Флисовые костюмы разного цвета были закуплены в Китае в большом количестве и имели очень соблазнительные и тёплые, ламповые цвета: светло-оливковый, светло-оранжевый, светло-бежевый, светло-фиолетовый. Ткань казалась мягкой, шелковистой и очень приятной на ощупь. Вид у одежды был неплохой, даже Людмила не отказалась бы носить такой костюмчик, пожалуй, что стоило его приватизировать. Довеском к костюму шла белая футболка со стилизованным изображением фигуристки в пируэте, которое мама разработала как маскот к чемпионату Европы в Питере. Ниже его тоже была нарисована буква С.

Анна Александровна мастерски связала будущий чемпионат Европы и бренд Стольниковых. Вот это уже был удар прямо в сердце целевой аудитории! Фигуристка-маскот как две капли воды была похожа на Арину Стольникову.

— Надень белые носки и белые кроссовки, когда пойдёшь на тренировку, и в этой же одежде поедешь на Первый канал, — велела мама. — Видок у тебя будет отменный. Несмотря на масс-маркет, это очень качественная одежда. И заметь, которая сейчас пользуется повышенным спросом.

— Но это мне может не подойти, — осторожно возразила Люда. — Вдруг это не мой размер?

Анна Александровна с улыбкой покачала головой, словно усмехаясь словам неразумного ребёнка. Уж она-то точно знала, какая одежда нужна её дочери и какие размеры она носит.

Людмила облачилась в майку, флисовый костюм, белые носки с белыми кроссовками Nice, и тут же посмотрелась в большое зеркало: вид был очень и очень неплохой. Моднючий!

— Милая, ещё вот это надень, — велела мама, поправила волосы и надела на голову Людмилы высокую вязаную шапку с продольным гребнем, и большой золотистой буквой С на лбу, потом отошла в сторону и посмотрела на неё точно так, как смотрит художник на свою картину в процессе работы.

Похоже, результатом мама была очень довольна. Сочетание белой шапки и тёмных волос Людмилы оказалось очень выигрышным, и Анна Александровна это сразу же заметила.

— Ну вот видишь, я же говорила, что тебе очень понравится. Вот именно в таком виде и пойдёшь к Ваганту. Если ведущий будет спрашивать, что это за одежда на тебе, скажешь, что это твой фирменный бренд под названием «Стольникова», и что он самый крутой и вот какой вот симпатичный. И при этом совсем недорогой, в расчёте на рядового человека. В общем, толкнёшь рекламную речь буквально в несколько предложений и причём конкретно обоснуешь, в какой именно одежде ты пришла, чтобы люди убедились и увидели, что она прекрасна. Свитшот оливковый, штаны оливковые марки Стольникова, майка Стольникова и шапка Стольникова.

— Я что, прямо в студии буду в шапке сидеть? — с удивлением спросила Людмила. — Мне кажется, это будет выглядеть по идиотски.

— Милая, ты ничего не смыслишь в модных тенденциях! — уверенно заявила мама. — Многие селебрити ходят в помещениях в вязанных шапках! Это стиль! Вот и весь ответ на твой вопрос. Хотя… Я родилась в Советском Союзе и прекрасно знаю, что если не будешь носить шапку с собой на голове, а отдашь в гардероб, то можешь остаться без неё. В гардеробах даже висели таблички «За сохранность шапок не отвечаем!». Все ходили в шапках! Даже в Третьяковку пойдёшь или в кино, театр, все сидели в шапках! Наверное, оттуда и идёт эта модная тенденция.

— Не было такого! — неожиданно заупрямилась Людмила. — Это неправда! В гардеробе висела надпись «За сохранность вещей администрация ответственности не несёт». За сохранность всех вещей, а не только шапок!

— А тебе-то откуда знать, какие там таблички висели? — удивилась Анна Александровна. — Какая разница, за одну шапку или за всю одежду администрация не отвечает? Это мелочи, дорогая! Одна шапка, например, норковая, могла стоить как чей-то целый гардероб! Хотя… Тебе не кажется странным, что администрация не несёт никакой ответственности за оставленные вещи? Мне например, это всегда казалось странным…

Люда промолчала и ничего не ответила. Она тоже жила в том мире и не задавалась подобными вопросами. Раз не несёт ответственности, значит, так надо. Значит, так сказали. Вот и всё. Советский человек вопросы задавать не привык…

… Девчонкам в раздевалке новый look Сотки очень понравился, хотя, по идее, ничего в нём особо экстраординарного не было: обычная одежда, которую можно купить на любом вещевом развале любого торгового центра. Но молодёжный оливковый осенний костюм в сочетании с белыми кроссовками, носками и шапочкой смотрелся очень оригинально. Что называется: модно, стильно, современно.

— Ты где такое купила? Поди, стоит бешеных денег? — поинтересовалась Ксюшка Котова.

— Ты разве не видишь вот эту букву? — Смелая ткнула пальцем в сторону груди Людмилы. — «С» — это значит «Сотка»! Это же фирменный бренд нашей принцессы. Обратись к ней. Она тебе по дешёвке продаст, по оптовой цене.

— Да ну тебя на фиг, Сашка! — отмахнулась Люда. — Если вам надо, я и так всё что угодно отдам. Мы же друзья, не так ли?

В раздевалке повисло удивлённое молчание. Удивляться было чему: друзей, как правило, в индивидуальных видах спорта, а тем более в фигурном катании, никогда не было. Это было что-то новенькое…

Глава 29 Последняя

Как отреагировала бы Людмила Хмельницкая, если бы её в 1986 году позвали на телевидение? Скорее всего, покрутила бы пальцем у виска, когда кто-то сказал ей, что она будет участвовать в подобных мероприятиях. Сейчас же, после того как Люда понемногу вживалась в образ знаменитой на весь мир спортсменки, подобное предложение казалось уже вполне привычным и нисколько не выбивающимся из того образа жизни, который она сейчас вела.

Тем более, она уже была на радио. А до этого ездила за границу, где её снимали камеры. А до заграницы, до Небельхорна, участвовала в контрольных прокатах, где присутствовало как минимум, 10.000 зрителей и где её тоже снимали камеры, которые транслировали это мероприятие на намного более весомую аудиторию. Люда уже привыкла к медийности, как здесь называли подобную привычку быть постоянно на виду и на слуху.

Смелая, несмотря на то что ещё пока не добилась таких регалий, как Стольникова, тем не менее, отнеслась к визиту на ТВ примерно так же: пофиг.

— Поугараем хоть, — заявила она.

Ледовая тренировка только что закончилась с отличным результатом: абсолютно все сумели прокатать произвольные программы, что называется, чистоганом. Из-за этого у всей группы было прекрасное настроение, а о завтрашнем дне никто не думал. Брон сказал, что завтра все будут катать короткие программы, но так как произвольные намного труднее, и они оказались удачно исполненными, настроению это никак не помешало. А ещё хорошее настроение подкрепилось тем, что одногруппники, и не только они, сегодня узнали, что топовые фигуристки «Хрустальной звезды» будут участвовать в знаменитом телешоу. Людмила вчера забыла написать это в группу, да и Сашка тоже: честно сказать, было не до этого. Два дня тренировали прыжки, тренировали целиковые прокаты со сложными прыжками, было много разочарований, потом радости, потом опять разочарований, и на пару дней социальные сети и влоги оказались выброшены из памяти.

Информация эта до любителей спорта дошла только сегодня, буквально за 4 часа до эфира. И это сделали не сами фигуристки. Кто-то из болельщиков случайно увидел рекламу сегодняшнего телешоу на Первом канале, написал пост в официальную группу Team_Gorgadze, и уже оттуда сенсационная новость разлетелась по всему интернету. Естественно, это сразу же вызвало целую волну как восторга, так и хейта:

— Хорошо предупреждают, лучше бы завтра сообщили, что сегодня в шоу выступать будут. Это уже какое-то неуважение к болельщикам. Я с работы сегодня отпроситься не смогу. Очень жаль. Придётся бросать боление за Арину. А они разве обязаны вам что-то сообщать? Засуньте свои хотелки в одно место, не трогайте Арю! Ребёнок вам ничего не должен! А почему Смелая ничего не сообщила? Она же сутками в интернете висит, судя по активности.

Почитав комментарии, посмеялись и начали собираться. Смелая с выбором одежды, в которой предстояло сниматься на телевидении, вообще не заморачивалась. Решила ехать в том же, в чём и обычно ходила на тренировки: в спортивном костюме сборника с множеством рекламных логотипов, в том числе и Первого канала.

— Я не дочь миллионера, — заявила Сашка. — Сойдёт и так. Пусть все видят, что к ним приехали спортсменки, а не какие-то блогерши-миллиардёрши!

… Нина, когда узнала, что они сейчас опять поедут в Останкино, уже почти не удивилась.

— На взлёт идёте! — засмеялась водитель, выруливая от ледового дворца на улицу. — Я заметила: после олимпиады какой-то всплеск активности к фигурному катанию проснулся, потом, летом, как-то прошёл. И вот сейчас по новой этот маховик раскручивается. И то, что в этом участвует в том числе и Саша, очень хорошо. А недавно в этой программе другие фигуристки были.

— Вот как? — заинтересовалась Люда. — И кто же? У меня если честно, на телевизор совсем времени нет.

— Приходили Лиза Камышева и её тренер Алексей Никанорович Гришин, — заявила Нина. — Очень позитивные люди. Тоже настраиваются на сезон и питают на него большие надежды.

— Надо посмотреть, — заметила Людмила. — Спасибо что напомнили.

Для Людмилы именно сейчас словно стало каким-то откровением, что у неё в сборной есть конкурентки не только из других клубов, но и из других городов, и у которых на начавшийся сезон тоже могут быть свои планы. И эти планы наверняка не совпадали ни с планами Сашки, ни с планами её самой…

… В этот раз подружек встретили у самого входа, что как бы говорило о статусности телешоу и уважении к приглашённым гостям, в числе которых были самые известные медийные лица страны: актёры, музыканты,спортсмены, политики.

Едва Людмила и Сашка миновали входной комплекс, к ним подошла высокая светловолосая девушка в деловом костюме с тщательно уложенными волосами и неброским телевизионным макияжем.

— Здравствуйте, Саша, здравствуйте, Арина, — поздоровалась девушка. — Меня зовут Анастасия Барышникова. Я главный ассистент продюсера телешоу «Вечер с Вагантом» Александра Ивановича Хрусталёва. Ваши аккредитации уже готовы и находятся у меня, пройдёмте в гримёрку и там обсудим условия вашего присутствия в нашем шоу. Для вас предоставлен стандартный гостевой райдер, можете воспользоваться им в любой момент, это комната отдыха с прохладительными напитками и закусками рядом с гримёрной и костюмерной. Как вы на это посмотрите? Хотите перекусить сейчас или позже?

Люда с большим недоумением посмотрела на Сашку. Что вот делать? У ней-то не было в этих штуках абсолютно никакого опыта. В СССР не было такой медийной насыщенности, как здесь: телевидение, интернет, социальные сети, блоги, радио, такое ощущение, словно живёшь в бурном информационном океане, который со всех сторон окатывает тебя громадными волнами информации.

Для Люды это было очень необычно. В своём времени она привыкла, что есть только три доступных источника информации: телевидение, радио, газеты. Причём подача информации у них была довольно ограничена. На телевидении даже близко не было таких же телепрограмм, как есть сейчас, хотя бы взять вот эти развлекательные шоу со знаменитыми гостями и популярными музыкантами, которые исполняют свои песни прямо в ходе программы.

Были «Служу Советскому Союзу», «Сельский час», «В гостях у сказки», «Международная панорама», «В мире животных». Кажется, телепрограмм было много и на разный вкус, но никогда в них не было такой раскованности, как здесь. И что такое вообще райдер?

— Что такое райдер? — стараясь, чтобы её не было слышно, спросила Людмила у Сашке, шедшей рядом с ней.

Смелая не успела ответить: Анастасия, следовавшая впереди, услышала её вопрос и ответила сама. Признаться, по её виду можно было понять, что она удивлена. Похоже, она считала это понятие само собой разумеющимся и наверняка понятным для такой знаменитой спортсменки, как Стольникова.

— Райдер — это требования к размещению, которые предъявляют звёзды, — объяснила она. — Обычно это определённый вид транспорта, определённая марка автомобиля, например, кто-то хочет ездить только на Кадиллаке или на Мерседесе. Кому-то нужна предоставленная охрана не менее чем в пять человек, так как он беспокоится о своей безопасности, опасаясь налёта. Кому-то нужна красная ковровая дорожка от машины до входа, кому-то в номере нужны непременно несколько букетов свежих цветов. Кому-то нужно много еды и напитков определённого вида. Ассистенты, визажисты, состояние помещения для выступления. Это всё заранее обговаривается артистом или телезвездой и должно предоставляться организаторам шоу сверх стоимости контракта.

— И такое бывает? Есть такие офигевшие? — ещё больше удивилась Люда. — А почему у нас не спросили о райдере?

— А у вас разве какой-то необычный райдер? — с удивлением спросила Настя. — По контракту вам предоставлен обычный райдер для гостей: еда и напитки. Всё очень хорошего качества, из ресторана быстрого питания Burger King. Если хотите, можете покушать прямо сейчас.

— Мы сейчас хотим! — заявила Смелая. — Мы с тренировки.

— Хорошо, — согласилась Анастасия. — Сначала перекусите, потом мы займёмся вашим визажем и немного поговорим о том, как будет проходить шоу. Возможно, к нам на огонёк зайдут сами Ваня и Дима. Или Саша, что наиболее вероятно…

…Гримёрка располагалась на третьем этаже, рядом с костюмерной, а райдерная телешоу рядом с ними. Добрались сюда быстро. Райдерная оказалась приличного размера комнатой со светлыми стенами, в центре которой был накрыт стол на четыре места, на котором в термобоксах находилась еда, причём достаточно простая: овощные салаты, закуски, жареные наггетсы и бургеры. Напитки состояли из кока-колы и фанты.

— Ха-ха-ха! — рассмеялась Смелая, увидев этот бюджетный райдер. — Вот видишь, Соточка, на всём экономят. А ты здесь омаров хотела увидеть?

— Можно заказать и омаров, — улыбнулась Анастасия, которая направилась к двери, не желая смущать юных телезвёзд своим присутствием. — Но понимаете, пищевые интересы у разных гостей тоже разные, и угадать, кому что надо, совершенно невозможно. Поэтому обычно мы сосредотачиваемся на обычном фастфуде.

Впрочем, голодным фигуристкам, потратившим много энергии на тренировке, даже фастфуд показался вполне достойным. После того как они перекусили, минут через 20, Анастасия снова зашла и повела подружек в гримёрку. Там их уже ждали визажист и стилист, две девушки, одетые и выглядевшие по роду профессии: чуть посвободнее, чем Анастасия. Они уже были одеты в городской кэжуал, и своими причёсками и макияжем говорившими, что принадлежат к людям, которые очень следят за своей внешностью.

— Арина, а вы во время шоу так и будете в шапке? — спросила одна из девушек, когда Люда села перед креслом.

— Да, — согласилась Людмила, вспомнив наставление мамы. — Это мой стиль.

— Что насчёт костюмера? — снова спросила девушка. — Вы прямо в этом будете участвовать в шоу?

— В контракте написано, что они будут в той одежде, в которой захотят, — вмешалась Анастасия Барышникова. — В костюмерную мы не пойдём. Работайте над визажем.

Впрочем, визажисты с ними почти не работали: чего там исправлять у совсем юных девчонок. Слегка подкрасили ресницы, брови, обновили коррекцию на губах. И на этом всё. Почти сразу же после ухода визажистов в гримёрку вошёл молодой мужик в костюме и галстуке-бабочке. Это и был продюсер шоу Александр Дворецкий. Он на скорую руку ознакомил фигуристок с форматом программы. Оказалось, что они не единственные будут участвовать в ней в качестве приглашенных гостей. Фигуристкам будет выделено всего 15 минут экранного времени. Потом в кратце прошлись по концепции телешоу.

— Программу вы, конечно же, видели и смотрели, — полуутверждающим тоном сказал Дворецкий. — В программе двое ведущих: шоумен Иван Вагант, по имени которого и названа программа, и второй, дополнительный шоумен Дмитрий Хрусталин, у которого роль эдакого второстепенного персонажа с достаточно юмористическим амплуа. Ваня будет задавать вам вопросы, вы на них будете отвечать. Дима при этом играет роль второй скрипки, он может задавать вам вопросы, а может и не задавать. Но обычно он играет роль этакого простака, который не понимает, о чём вы говорите, задаёт смешные вопросы именно вам, если почувствует, что этот вопрос может вызвать интерес у телезрителей. Перед тем, как вы начинаете отвечать, Ваня обязательно скажет нечто юморное, чтобы поставить Диму в неловкую ситуацию из-за его якобы недогадливости. В общем, будет весело, объяснять долго, и наверняка вы всё сами видели. А сейчас можете пройти в райдерную, когда начнётся шоу, вас позовут.

…За последние пару часов Люда видела столько людей, что от них уже кружилась голова, и узнала столько понятий, от которых эта голова вообще могла вскипеть. Телешоу, райдерные, вечер с Вайгантом. И уже в мозгу начинала кружиться одна простая мысль: вот на фига ей всё это надо? Сейчас лежала бы дома, на большом диване с Анной Александровной, поглощала бы чипсы или сухари, запивая их минералкой. Смотрели бы вдвоём какой-нибудь дешёвый фильм ужасов в полусонном состоянии. По тёмному залу гуляли бы всполохи света от громадного телевизора, мощные колонки были бы приглушены, чтобы не тревожить лишний раз полудрёму. Иногда что-нибудь спрашивали бы друг у друга, если не понимали в фильме. Иногда бы звонил телефон либо у неё, но чаще всего у мамы, которая нехотя брала бы его и начинала разговор, обычно с подругами или с деловыми партнёрами. Вот это ей было бы сейчас классно делать, а не торчать здесь с незнакомыми людьми. Но, как говорится, назвался груздем — полезай в кузов. Сама эта ситуация была ей непривычной, оттого не очень-то и хотелось участвовать в ней. Возможно, настоящая Стольникова, выросшая в этой среде, была бы очень рада этому приглашению. Но Людмила… Если честно, она пришла сюда скрепя сердце…

…Через какое-то достаточно непродолжительное время в дверь постучали, вошла Анастасия и сказала, что пора. Людмила с Сашкой переглянулись, встали из удобных кресел, в которых сидели и просматривали интернет, и отправились за ней.

— Пожалуйста, телефоны отключите, — попросила Настя.

Идти пришлось недолго: рядом с редакцией и гримёркой находился большой широкий коридор, по обе стороны которого находились большие двери с надписями: «Студия 1», «Студия 2», «Студия 3».

— Зачем такие большие двери? — с недоумением спросила Люда.

— На шоу в студии присутствуют зрители, — заметила Настя. — Обычно 50–60 лиц. Массовка, набранная либо из завсегдатаев, которые являются профессиональными ходоками по разным телешоу, либо те, кто выиграли право участвовать в шоу в каких-либо викторинах или конкурсах.

— Так сюда и простой человек может попасть как зритель? — поинтересовалась Смелая.

— Конечно, — улыбнулась Настя и остановилась перед дверью с надписью «Студия номер три». — Обычные люди и присутствуют в качестве зрителей. После шоу с ними проводится традиционная общая фотосессия. А сейчас вы войдёте, там вас встретит помощник режиссёра, и как только начнется телешоу, по его команде войдёте в студию. Здесь я оставлю вас. Теперь за вас отвечают другие люди. До свидания и удачного эфира.

Настя открыла двери, и подружки вошли внутрь. Там находилось нечто вроде большой прихожей с несколькими рядами стульев по краям, на которых сидели несколько человек. Увидев вошедших, один из них поднялся со своего места и подошёл. Это был молодой человек с небольшой бородкой, в толстовке и джинсах, с какой-то папкой в руке и большими наушниками на голове.

— Здравствуйте, вы Арина и Саша? — спросил он.

— Да, — почти в голос ответили подружки и с удивлением посмотрели друг на друга. Пожалуй что, им сейчас встретился один из немногих людей, кто не знал Сотку в лицо.

— Вот и хорошо, — заявил парень. — Я ассистент режиссёра. Шоу начнётся через 5 минут. Сейчас я свяжусь с главным режиссёром и сообщу, что вы на месте. Как только вы получите от меня команду, идите вот в ту дверь, и вас там встретит Дима.

— А это прямой эфир? — неожиданно спросила Людмила.

— Нет, это эфир непрямой, — слегка удивившись, ответил ассистент режиссёра. — Шоу идёт в формате так называемой «актуальности». Показываться оно будет через 3 часа, в 23:00. То есть можно сделать несколько дублей, выбрав из них самый удачный, потом смонтировать на скорую руку и уже подавать в эфир. Однако мы работаем быстро, и нужно всё делать практически с первого дубля. Кстати, вы у костюмера были?

— Нам костюмер не нужен! — с вызовом сказала Смелая. — У нас в договоре об этом ничего не написано.

Ассистент режиссёра согласно кивнул головой и прислушался к звукам, которые, похоже, донеслись из наушников. В это время было слышно, как за дверью, где находилась студия номер три, заиграла негромкая музыка и раздался шум от многочисленных аплодисментов. Ассистент режиссёра открыл дверь, из-за которой брызнул яркий белый свет и звучала музыка с аплодисментами. За дверью на расстоянии примерно 5 метров находились портьеры, похожие на театральные, из-за которых и доносились громкие звуки. По обе стороны от портьер стояли две девушки в одинаковых майках с надписью «Вечер с Вагантом» и брюках. Они раздвинули портреты и сделали приглашающий жест.

— Пора, прошу вас, — сказала одна из девушек и показала в направлении студии. — Сначала Арина, потом Саша. Поприветствуйте всех присутствующих.

Под гром аплодисментов и громкую музыку сначала Людмила, а потом Сашка вошли в студию номер три, где снималась программа «Вечер с Вагантом». Напротив, в центре студии, под яркими софитами, на сцене стоял сам ведущий, парень лет тридцати, в чёрном смокинге, белой сорочке с галстуком-бабочкой. Рядом с ним невысокого роста небритый мужик в очках, в обычной льняной рубахе с закатанными рукавами, в джинсах и в кепке. Напротив них находилась небольшая трибуна с центральной лестницей. На трибуне сидели человек 50, разного возраста и пола, которые аплодировали, кричали и свистели, когда Люда с Сашкой вошли внутрь.

Поприветствовав зрителей взмахами поднятых рук, так же, как они делали во время прокатов, фигуристки остановились в центре студии.

— А сейчас, дорогие друзья, хочу вам представить наших замечательных гостей: прославленных фигуристок Арину Сотникову и Александру Смелову. Здравствуйте, девочки, — улыбнувшись, сказал Вагант и показал на диванчик слева от своего места. — Прошу вас, усаживайтесь. Дима, помоги дамам расположиться.

— И чем я могу помочь? — шепелявым голосом ответил Дима и блеснул стёклами очков, посмотрев на Арину с Сашкой. — Руки-ноги у них имеются. Сами сядут.

Тут же раздался гром аплодисментов и смех. «Неужели это смешно? За такую грубость во дворе или в школе можно было и по лицу получить…» — подумала Люда, слегка смутившись.

— Дима, как тебе не стыдно, — укоризненно сказал Вагант, подошёл к Арине с Сашкой, галантно подставил им локти, чтобы они взялись за них, и сопроводил к гостевому диванчику. Потом, когда гостьи расселись, иронично посмотрел на Дмитрия.

— Вот что значит помочь расположиться. Дима, гости впервые у нас в студии.

— Опять я что-то напутал, — Дима озадаченно поправил кепку, сдвинув её к затылку, и посмотрел на фигуристок. — Может, мне представится вторая попытка. Второй дубль! Пусть они встанут, снова спустятся сюда, и я по-новой проведу их.

Раздались громкие аплодисменты, смех, и заиграла короткая музыка.

— Нет, Дима, уже не получится, права на второй дубль у тебя пока нет, — покровительственно сказал Вагант и повернулся к подружкам. — Здравствуйте, девочки. Как доехали?

— Внимание! Перерыв 5 минут! — неожиданно раздался голос режиссёра по громкой связи. — Технические неполадки.

Вагант тут же переменил лицо, сбросив улыбку, и ни слова не сказав, пошёл в закулисье. Дима сел на его место, надвинув кепку на нос, зрители о чём-то начали говорить друг с другом, техники начали растягивать провода и двигать камеры. Люда с Сашкой… Посмотрев друг на друга, во весь голос рассмеялись, разорвав деловитое перешёптывание. Уж очень угарным показался весь этот цирк!

Смех фигуристок был такой заразительный, что вскоре все зрители начали хохотать, а за ними и техники, а за техниками и Дима. Кто-то начал снимать эту вакханалию на смартфон. Да… Пожалуй, что именно такого смеха эта студия не видела никогда… Сотка и Смелая в очередной раз сумели поднять зал…

Конец 4-го тома.

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN/прокси.

У нас есть Telegram-бот, для использования которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность».

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Милан. Том 4

Оглавление

Глава 1 Дядя Максим и Левковцев

Глава 2 Вроде бы и хорошо, но…

Глава 3 Пресс-конференция у парников

Глава 4 Что катать?

Глава 5 Признание. Хмельницкая — это я!

Глава 6 Триумф Сотки

Глава 7 Показательные продолжаются!

Глава 8 Триумф чемпионов

Глава 9 Джеймс Бонд и его красотка

Глава 10 Банкет и «жених»

Глава 11 Личный менеджер

Глава 12 Рутина

Глава 13 Первая тренировка

Глава 14 Мучения с тройным акселем

Глава 15 Чудеса на Ленинградском проспекте

Глава 16 Японские мотивы

Глава 17 Есть тройной аксель!

Глава 18 Радио «Спорт FM»

Глава 19 Каверзные вопросы на радио

Глава 20 Люда делает еще один шаг вверх

Глава 21 Новые достижения

Глава 22 Новый показательный Сашки

Глава 23 Печалька на катке ЦСКА

Глава 24 Неудача Сашки и удача Людмилы

Глава 25 Опять скалы. Везде скалы!

Глава 26 Соревы и тут и там…

Глава 27 Увлекательные соревнования и психология спортсмена

Глава 28 Опять в Останкино

Глава 29 Последняя

Nota bene