Библиотека :)

Таблетка от понедельника 1953K - Александр Горбов (скачать epub) (скачать mobi) (скачать fb2)

Александр «Котобус» Горбов Таблетка от понедельника

Русское шило

Рассказывают, что в начале времён всем народам раздавали всякие ништяки. Французам досталось вино с сыром, немцам – порядок-орднунг, китайцам – стильные иероглифы и утка по-пекински. Египтяне пирамиды выцыганили, разобрали, а потом тысячу лет обратно складывали. Греки получили статуи и оливки, а кубинцы ром с сигарами.

И только русские опоздали к разбору – уж больно далеко было добираться из той глухомани, какой была в те времена Среднерусская возвышенность.

– Всё закончилось, – заявили им, – разобрали.

– Ну, может, хоть что-то осталось?

– Вот шило есть. Можно сапоги шить или ещё что. Будете брать?

– У нас лапти, – хмыкнули русские, – но возьмём, пригодится.

Взяли шило, положили в задний карман штанов и поехали обратно. И совершенно о нём забыли. А зря. Шило лежало себе в кармане, но периодически покалывало русских чуть пониже спины.

– Ай! Что-то скучно мне в Киеве, – заявлял князь Олег, – надо посмотреть, что там за морем.

Говорят, отлично погулял в Константинополе. Хотел магнитик оставить византийцам на память, но их ещё не изобрели, так что пришлось прибивать к воротам щит.

– Скукотень! – морщился Афанасий Никитин. – Выйду прогуляюсь.

И так прогулялся, что добрёл аж до Индии. Но там ему не понравилось: дорого, говорит, всё. Вернулся и долго рассказывал о заморских чудесах.

– Скучно мне, – хмурился Ермак, потирая пятую точку, – схожу, посмотрю, что там на востоке.

И так хорошо посмотрел, что мимоходом завоевал Сибирь.

– Рыба одна. Ни театров, ни университетов, – кривился Михайло Ломоносов, – вы, папенька, как хотите, а я в Петербург.

Миклухо-Маклаю так кололо, что он аж к дикарям в Новую Гвинею уехал.

Да и весь русский народ, чувствуя ласковое покалывание шила, не мог усидеть спокойно.

– Давайте татаро-монголов выгоним! – бросил кто-то на базарной площади.

– А и правда, чего это они тут ходят?

Татаро-монголы обижались, уходить не хотели, несколько раз из вредности сожгли Москву. Но куда их кумысу против шила?

– Может, смутное время замутим? – шептались заскучавшие люди.

– Я вам покажу смутное! – возмущался Иван Грозный. – Лучше опричнину организуем!

Опричники доверия не оправдали: ходили в чёрном, фокусов не показывали, анекдоты не травили.

– Ладно, – вздыхал Грозный, – устраивайте своё смутное время, но без меня, пожалуйста.

Смутное время вышло на славу. Даже поляки, глядя на такое веселье, подтянулись.

– А давайте поляков выгоним, – вдруг предложил Минин.

– Можно, – согласился Пожарский, – с татаро-монголами тогда весело получилось.

Поляки так обиделись, что их выгнали с праздника, аж до сих пор дуются.

– Говорят, у вас неплохо зажигают, – кричал Наполеон, вторгаясь в Россию.

– Кто говорит? – удивились русские и вызвали дедушку Кутузова – знатока по развлечениям.

– Татаро-монголы, – отвечал Наполеон, беря Москву.

– Врут, хороняки, – выпинывая Наполеона, отвечали русские.

– Мы ещё не нагулялись! – возмущались французы.

– Ничего, мы сейчас к вам в гости зайдём, – хмыкали русские и прогулялись до Парижа.

– Эй, русские, – кричали с другой стороны Чёрного моря турки, – может, замутим что-нибудь? Мы знаем, вы мастера развлекаться.

– Ну если вы настаиваете, – пожимали плечами русские.

Замутили аж одиннадцать русско-турецких войн. Турки после таких развлечений так радовались, что развалили Османскую империю.

– Скучно! – ощущая тычки шила, ворчали русские. – И царь у нас скучный. С японцами тоже скучно вышло.

– Спокойно, – заявил лысоватый аниматор, – сейчас всё будет.

И устроил перфоманс с броневичком, выстрелом «Авроры», травести-артистом в Зимнем и усами Будённого.

– Нормально развлеклись, – почесали шишки русские, – а что-то культурное есть?

– Ракету можем, – скромно предложил Королёв.

– А давай! – обрадовались русские и запустили Гагарина.

– Клёво, – вздохнули все, – а дальше?

– На Луну можно, а потом на Марс, – пообещал Королёв, но не успел.

– Скучно, – нахмурились русские.

– Сейчас всё будет, – вылез ещё один лысый аниматор, – вот вам сухой закон, perestroika и новые государства на границе.

Народу перфоманс не понравился.

– Иди пиццу рекламируй, шутник, – указали русские лысому на дверь, – ещё есть варианты?

– Есть, – предложил один бывший разведчик, – «Пересвет», «Авангард», «Армата» и «Посейдон».

– Неплохо, – русские прищурились, – пригодится, если кто-нибудь в гости зайдёт. А как насчёт культурного отдыха? Помнится, речь про Луну шла, Марсы там всякие. Есть?

Шило в заднем кармане подозрительно зашевелилось…

Старче

– Тащи! Раз-два, взяли!

– Пошла! Поднажми!

Невод вытащили на берег. Хватая ртом воздух, там билась Золотая Рыбка.

– Отпустите меня, рыбаки! Исполню одно ваше желание!

– Ага, ща.

– Ну ладно, по одному на каждого.

– Пакуй её!

– По два! Нет, по три! По пять каждому!

Рыбаки не стали слушать. Сунули Рыбку в бочку с морской водой и закрыли крышку.

– Загружай её. Это уже какая?

– Двенадцатая за неделю.

– Отлично! – старший бригады рыбаков «Старче» почесал подбородок. – План перевыполнили, точно будет премия.

– Слушай, а может, хоть раз отпустим? Вдруг и правда желания выполнит?

– Угу, – бригадир скривился. – Тебе новое корыто надо? Она больше ничего не умеет.

– А зачем мы их ловим тогда?

– На корытную фабрику, дубина. Там они по сто штук за день делают. А корыта на экспорт идут. Валюту приносят, между прочим. Всё, хватит трепаться, идем работать.

И рыбаки бригады «Старче» снова закинули невод.

Послание

– Профессор! Мы поймали инопланетный сигнал из космоса!

– Не может быть!

– Мы перепроверили, это точно. Сигнал идёт из созвездия Лебедя.

– Что? Что они передают?

– Сейчас, мы уже заканчиваем расшифровку.

– Давайте быстрее. Я долгие годы ждал этого момента. Дело всей моей жизни…

– Вот, держите. Мы не заглядывали, вы должны прочитать это первым.

– Да-да, сейчас…

Профессор открыл папку с листами расшифровки. По мере чтения выражение лица у него менялось. От восторга к удивлению и потрясению.

– Что там, профессор?

– Они… Вот, прочитайте сами.

Ассистент взял бумагу и стал читать вслух: «Важно! Разошли это сообщение десяти разумным цивилизациям. Если ты разошлешь его, то в течение десяти тысячи лет тебя посетит счастье. Не прерывай цепочку! Одна цивилизация на Тау Кита не отправила сообщение, и у них погасло солнце…»

– Срочно! Возьмите это сообщение и начинайте рассылку. Развитая цивилизация не будет шутить! Быстрее! Мы не можем допустить, чтобы наше Солнце погасло!

А в это время в созвездии Лебедя восьмищупальцевый инопланетянин ставил в угол своего отпрыска, додумавшегося рассылать по галактике «письма счастья».

Агентство

– Добрый день! Это мистер Джонс?

– Нет.

– А могу я его услышать?

– Сомневаюсь. Не думаю, что это возможно.

– Вы уверены? Его точно нет рядом?

– Ну, можно попробовать….

В трубке послышалось глухое бульканье.

– Что это за бурчание?

– Это мистер Джонс.

– Не понимаю…

– Мы его съели. Теперь вот булькает у меня в животе.

– Что? Не понимаю. Кто вы?

– Я Уу-Ям из племени Айгань. Ваш мистер Джонс заехал на нашу территорию, ну и невежливо спросил дорогу. По старой традиции мы его съели. Можете не беспокоиться, со специями и гарниром из хлебного дерева.

– Этого не может быть! У него кредит в нашем банке, ипотека…

– Ну извините. Наличие долгов не освобождает от ритуального ужина.

– Да мы с вас его долг потребуем!

– У нас особая экономическая зона с особыми законами. Приезжайте, если победите нашего чемпиона в схватке на бумерангах, мы выплатим долг ракушками и бусами.

В трубке ещё немного посопели, а затем раздались короткие гудки. Уу-Ям из племени Айгань довольно улыбнулся и отдал телефон мистеру Джонсу.

– Вот и всё, больше вас не побеспокоят.

– Спасибо огромное! Вот ваш гонорар.

Пачка банкнот перекочевала к Уу-Яму.

– До свидания!

Счастливый мистер Джонс пошёл к машине. А Уу-Ям разлёгся под деревом, в тени большой вывески. На ней крупными буквами было выведено: «Антиколлекторское агенство „За пазухой у вомбата“. Мы делаем людей свободными».

Протокол пять

Это был секретный проект, начатый ещё в 70-х годах. «Протокол пять», как его обозначили в документах. Разрешение к реализации первого этапа подписал председатель Комитета государственной безопасности Ю. В. Андропов 17 декабря 1980 года. Шестерёнки государственной машины вздрогнули, пришли в движение…

На всех каналах телевидения, во всех детских передачах стали внедрять засекреченную технологию, чем-то напоминающую 25-й кадр. А новые, только появившиеся игрушки с электронной начинкой, должны были транслировать ультразвуковой голос по ночам. Послание, разработанное лучшими психологами, должно было накрепко лечь в подсознание. Программа, готовая сработать по ключу-символу в любой момент. Миллионы детей росли, неся в себе информационный «вирус».

В нём не было зла. Только заряд мотивации, любовь к путешествиям и тяга к космосу. Как детонатор, который включит новую экспансию в космическое пространство. Ключом, который отопрёт дверь в неведомое и даст старт программе, должен был стать пилотируемый полёт «Бурана». Но 26 декабря 1991 года страна, готовившаяся к рывку, перестала существовать.

Мы живём, ходим на работу, смотрим телевизор, а глубоко внутри спит маленький космонавт. Его анабиоз слишком затянулся, он должен был проснуться много лет назад. Но никто не разбудил его. Мы смотрим на звёзды, и в душе нас грызёт злая тоска, несбывшаяся мечта о светлом грядущем.

Вот только оборудование продолжало работать. В начале 90-х его не отключили из-за страшного бардака. А после, когда у новых владельцев каналов дошли руки, неожиданно появились люди в строгих костюмах. Оборудование модернизировали, чуть обновляли программы, не меняя сути. «Протокол пять» продолжал работать все эти годы.

Я не знаю, когда это случится. Через год, через пять или десять. Но однажды ключ повернётся в замке. Новые поколения расправят плечи, встанут в полный рост и шагнут к новым мирам за пределы земной колыбели. И «Протокол пять» наконец выполнит свою работу.

Башня

– Здравствуйте! Это вы мудрец По Фи?

– Да-да, это я.

– Вы заказывали у нас постройку башни?

– Она уже готова?

– Почти. Но мы хотели бы уточнить несколько деталей. Кажется, в проект вкрались ошибки.

– Что не так?

– Вот здесь. Видите? Вход находится не вверху, а на самой макушке башни.

– Да всё верно, так и должно быть.

– Но зачем? Ведь посетителям придется подниматься каждый раз на самый верх.

– Правильно. Для этого снаружи башни лестница.

– Почти тысяча ступеней.

Мудрец вздохнул.

– Хотелось бы больше, но бюджета не хватило.

– Не понимаю…

– Что тут сложного? Ко мне каждый день ломится толпа посетителей. По самой мелкой проблеме идут советоваться. А с башней их станет меньше! Не каждый решится тащиться на такую высоту.

– Погодите. Но ведь за входной дверью только маленькая комнатка, и всё. Вам же будет неудобно! Даже мне было бы там тесно жить.

– Живу я в совершенно другом месте, в особняке со всеми удобствами, – По Фи подмигнул строителю. – А в комнатке будет сидеть служащий, который на стук будет говорить, что никого нет дома.

– Но как же! Люди ведь идут к вам со своими проблемами, а вы не хотите…

– Я что, справочная? Почему надо у меня всякую глупость спрашивать, а? Я математик и астроном! А меня что спрашивают? «Ой, посмотрите, нет ли на мне порчи», «А под каким знаком зодиака лучше рожать ребёнка?», «Почему у императора Гу Луня усы завиваются в правую сторону?». Это что за вопросы? Откуда я знаю? Я ма-те-ма-тик! Хоть бы кто про интегралы спросил.

Строитель потупился. Он тоже хотел спросить По Фи об усах императора, но на всякий случай решил промолчать: в руках мудрец держал бамбуковый посох, которым так хорошо стучать по спинам непонятливых посетителей.

Воспитательный эффект

– Значит, вы утверждаете, что прибыли к нам из параллельного мира?

– Да.

– И что вы ученый?

– Всё верно. Я химик.

Молодой мужчина старался держаться с достоинством, но под взглядами трёх Добрых Отцов Инквизиторов это получалось плохо.

– Допустим. Тогда продемонстрируйте нам что-нибудь из своих знаний. Чтобы мы убедились в вашей квалификации.

Химик задумался. Что можно показать? Быстро и зрелищно.

– Этот кубок из алюминия, верно?

– Да, вы правы.

– А не найдётся ли у вас ещё немного ртути?

Старший инквизитор кивнул младшему. Тот вышел и через пару минут вернулся с маленькой мензуркой. На дне сосуда лежала блестящая капля.

– Вот смотрите. Кладём ртуть на алюминий, и она тотчас образует с ним амальгаму.

Металл кубка вспучился и как будто покрылся плесенью.

– Скверна!

Инквизиторы разом начертили перед собой охранные знаки.

– Да нет же! Просто алюминий окисляется…

– Это скверна, братья. Взять его! Двадцать плетей и в келью под присмотр брата-экзекутора. Пусть даст ему прочитать «Ave» тысячу раз.

Кричащего и вырывающегося химика увели.

– Брат Лоренцо, но ведь это правда не скверна. Это обычная реакция алюминия…

– Да знаю я, – инквизитор отмахнулся, – но необходим воспитательный эффект. Тем более он испортил мой любимый кубок.

Добрый Отец вздохнул.

– И почему все попаданцы обязательно начинают с разрушительных демонстраций? То взрывают, то плавят, то прожигают кислотой. Где созидательность, а?

Остальные инквизиторы закивали. Надоевшие всем попаданцы и правда тяготели к деструктивному поведению. Но пост, молитвы и мытьё монастырских котлов творили чудеса перевоспитания.

Бизнес по-эльфийски

Владыка эльфов Собяндуил тепло приветствовал делегацию гномов. Усадил за столы и долго поил эльфийским чаем, расспрашивая о погоде и урожаях ячменя.

– Зачем ты пригласил нас, владыка? – первым не выдержал Торин по прозвищу Проходческий Щит. – Переходи уже к делу.

– Да, не просто так я позвал вас. Два моих исследователя обнаружили в древних архивах упоминание о Малой сокровищнице Господина Лугов. Утверждают, что она находится где-то в моей долине. Сколько вы возьмёте за прокладку тоннеля для производства археологических раскопок?

Гномы переглянулись.

– Малая сокровищница? Того самого несметно богатого Господина Лугов?

– Да, она самая. Там должны быть интересные документы из Второй эпохи.

Торин Проходческий Щит хмыкнул: ясное дело, эльфов интересовал компромат. Для них растраты даже тысячелетней давности – повод прижучить родственников.

– Так сколько будут стоить ваши услуги?

– Для вас – совершенно бесплатно, – Торин поклонился, – но мы возьмём две трети содержимого сокровищницы.

– Две трети? За обычный тоннель?

Спорили долго. Со вкусом, криками, вспоминая старые обиды и недоимки. Но к утру сошлись на цифре в пятьдесят процентов.

Через неделю гномы привезли оборудование и работа закипела. За следующие полгода гномы выкопали тоннели с севера на юг, с востока на запад, кольцевой тоннель вокруг дворца владыки. А также кучу выходов на поверхность, когда эльфы считали, что гномы закопались слишком глубоко. Но Малую Сокровищницу так и не нашли.

– Хватит! – Торин Проходческий Щит плюнул на пол и встряхнул бороду от пыли. – Мы больше не будем копать. Ищите свою сокровищницу сами.

– Стойте!

– Нет, и точка. Ребята, уходим!

Собяндуил наблюдал за караваном гномов, увозящих горное оборудование, и улыбался. Коротышки, как всегда, оказались такими наивными: бесплатно выкопали тоннели под ветки нового метро, да ещё и активно тратили деньги в кабаках эльфийского города. Владыка поставил себе пять с плюсом за экономию и стал думать, как хитростью уговорить орков бесплатно построить электростанцию.

Руконожка Ай-ай

Разрешите представить – Руконожка Ай-ай. Примат, родственник лемуров, обитает на Мадагаскаре.

– Что же ты такое? – удивлялся Пьер Соннера, впервые обнаруживший удивительное создание. – Может, ты грызун? Вон у тебя какие резцы длинные.

– Сам ты грызун, – ругалась Руконожка и показывала натуралисту средний палец.

А палец этот действительно особенный, ни у кого такого нет. Им Руконожка и расчесывается, и воду пьёт. А ещё она им простукивает стволы деревьев.

– Тук-тук. Кто тут в дереве живет?

– Нет никого, – пищит личинка жука, – все на работе.

– Тук-тук, – не унимается Руконожка.

– Кто там? Ну кто?

– Горсвет. У вас за электричество не уплочено.

– А? Что? Вот же платёжки, – личинка начинает перебирать квитанции.

А Руконожка уже прогрызает кору и хрум-хрум насекомое.

P. S. Народность мальгаши, обитающая на Мадагаскаре, очень боится маленькую Руконожку. И даже не произносит её название вслух: а вдруг услышит? Придёт, постучит, а у них за свет не уплочено!

С точки зрения Крита

Тезей бессовестно жульничал. Во-первых, в сборную на Критские зимние игры его пропихнул папочка. Сам он даже районные соревнования не выигрывал. Во-вторых, во время спортивного ориентирования в лабиринте пользовался запрещенным компасом и ставил подножки другим участникам. В-третьих, когда его дисквалифицировали, напился неразбавленного и устроил безобразный скандал. Украл клубок шерсти, отломал рог у коровы в хлеву, ловил воображаемого человечка с головой быка.

А когда у него отобрали визу и выгнали домой, стал рассказывать всякие небылицы про Крит и дочку главного судьи Ариадну. Больше его на греческие соревнования не приглашали.

Оформление

– Что вы творите?!

– Оформляю стол для ужина.

– Зачем, скажите, зачем вы выложили из овощей домик?

– Так новоселье отмечать будут, он должен символизировать.

– А из креветок вы что сделали?

– Ну, мне сказали, что дама, заказавшая ужин, любит Париж. Вот я и сделал копию Эйфелевой башни.

– Из креветок? Понятно. А что это?

– Жареный поросёнок.

– Зачем он танцует?

– Пляской он символизирует радость и веселье.

– В розовой юбке?!

– Не вижу проблемы.

– А я вижу. Идите-ка сюда.

Директор ресторана подтащил оформителя к двери и в щёлочку показал соседний зал. Там собирались гости, пили шампанское и слышался хохот хозяйки вечера – полной дамы в розовом платье.

– Она подумает, что это намёк! – прошипел директор.

– Ай момент!

Кулинарный оформитель бросился к столу. Сорвал бумажную юбочку и уложил поросенка на блюдо с зеленью в фривольной позе.

– Вот! Теперь он загорает.

– Издеваетесь? Она владелица сети соляриев.

– Так и отлично! Он будет символизировать её клиентов. Богатых и довольных.

– Вы…

Договорить ему не дали. В зал стали заходить гости, а впереди шествовала хозяйка в розовом. Никакого символизма никто не увидел. Еду смели, не обращая внимания на форму и намёки. Кулинарного оформителя отправили работать в прачечную при отеле, где он смог устроить уже настоящий скандал. Но это совсем другая история.

Собачьи сны

Дрессировщик

– Здравствуйте, мои милые, – мужчина в красном халате ласково улыбнулся.

– О нет!

– Снова он!

– Отдохнули? Покушали? – спросил гость с неподдельной заботой.

– Кто-нибудь, вызовите полицию!

– Начинаем нашу репетицию, – из кармана халата мужчина достал флейту.

– Алё! Мужчина! Вы что, слепой? Какие ещё репетиции?

Не обращая внимания на возражения, гость взял несколько протяжных нот.

– Настраиваемся. Первый номер – прыжки через кольцо.

– Мужчина! Вы не понимаете? Мы черепахи. Че-ре-па-хи! Какое кольцо? Какой номер? Нас нельзя дрессировать.

– Давайте, мои хорошие, по одной. Не спешите, у вас всё получится.

– Нет, не надо…

Дрессировщик установил кольцо почти у пола.

– Сначала на маленькой высоте. Надо привыкнуть. Ну, смелее.

Черепахи, уставшие возражать, построились в колонну и двинулись к кольцу.

Апельсин

Мне подарили апельсин. Я был маленький, а он огромный. Оранжевый шар, похожий на солнце, лежал у меня в ладошках. Тяжёлый, сияющий, удивительный. Яркое совершенство. Никогда раньше я не видел ничего подобного.

– Давай я тебе его почищу, – сказала мама.

Что? Зачем?! Разве идеал нуждается, чтобы его чистили? Я не знал, как это объяснить. Мама взяла апельсин из моих рук, надрезала и сняла кожуру. Разломила и положила на блюдечко с нарисованными котятами.

Дольки лежали кругом, как волшебный цветок. Апельсин, волшебнейшая из вещей, стал ещё чудеснее. Ещё совершеннее, потрясая детское воображение. Я смотрел на него, не в силах решиться попробовать.

– Апельсин! Хочу!

Ко мне подбежал двоюродный брат. Почти взрослый, почти на пять лет старше меня. Схватил дольку и сунул в рот. По пухлым губам потек сок.

Совершенство ускользало у меня из рук. Я чуть не разрыдался, держа в руках блюдечко. Ведь это моё солнце, мой апельсин! Брат потянулся снова.

Я бросился бежать. Прижимая к груди блюдце, боясь уронить, со слезами на глазах. Пытаясь защитить удивительное чудо.

В комнате бабушки я спрятался под стол. Свисающая до пола скатерть укрыла меня. Там, в полутьме, я долго сидел над чудом. Брал по одной дольке и клал в рот. Солнечный вкус растекался по языку, неземной, похожий на прохладный ветер в жару.

Когда блюдце опустело, я выбрался из убежища. Потрясённый и немного разочарованный. Чтобы достичь совершенства, мне не хватило всего одной дольки.

Кажется, её не хватает до сих пор. Потеря заставляет бежать, искать, преодолевать, бороться. Сумею ли когда-нибудь найти пропажу?

Пена

– А это точно безопасно?

– Конечно! Простая химическая реакция, побурлит, будет много пены. Ваши гости останутся довольны.

Дик Джонс улыбнулся. Химик, уволенный из большой корпорации, он организовал маленькую фирмочку по доставке аттракционов на вечеринки. Открывать секрет, что для пущего эффекта они добавляют в раствор нанороботов, Джонс не собирался. И тем более говорить, что эти наниты он «позаимствовал» у бывшего работодателя.

– Ладно, начинайте.

Подручные по сигналу опрокинули бак и отскочили. Из ёмкости рванул вверх фонтан голубоватой пены. Послышались радостные возгласы и хлопки в ладоши. Джонс удовлетворённо улыбнулся и отошёл к бару – выпить на халяву был его пунктик.

– Босс, – помощник дёрнул его за рукав, – уже прошло пять минут, а реакция не прекращается.

– Что?

Джонс обернулся. Волна пены перевалила через площадку и затекала в веранду.

– Чёрт! Сколько вы добавили нанитов?

– Два.

– Уже должно было закончиться. Стой! Два чего?

– Килограмма.

– Дурак! Я же говорил, мили! Два миллиграмма! Они же самоподдерж…

Махнув рукой, Джонс бросился к выходу. Помощник, хоть и дурак, обогнал шефа и первым вылетел на улицу.

Через месяц Джонс стоял на борту корабля и смотрел на удаляющийся берег. Светло-голубая волна пены стояла над побережьем, сбрасывая в океан последние прибрежные городки.

– Море их остановит, – прошептал Джонс, – солёная вода растворит пену, а наниты не смогут строить новую.

Но в эти слова он и сам не верил.

Чепрачный тапир

Далеко в Азии живёт чепрачный тапир. На Суматре, Малайзии и Таиланде пыхтит он в дождевых лесах, гуляя ночами.

– Какой ты странный! – удивляются люди, встречая его. – И хобот, и копытца, и части разноцветные. Тебя, наверное, боги делали в самом конце из того, что осталось от других животных.

– Идите в Пномпень, – отвечает им тапир, – не лысым обезьянам рассказывать мне за внешность. Мы тут бегали, когда ваш предок первый раз с дерева упал.

И топает дальше, презрительно фыркая. Люди спорить с ним не решаются – мало приятного, когда тебя с визгом атакует трёхсоткилограммовый недовольный тапир. А он может, да.

Тапиры подслеповаты, и, видимо, поэтому дамы у них берут инициативу в свои лапы. А то вдруг не разглядят такую красоту?

– Ну ты, – говорит тапириха, – давай знакомиться.

– А? Кто здесь?

– Сюда хобот поворачивай. Это я, твоя возлюбленная.

– Да? – может засомневаться тапир. – Точно? Я вроде холостяк.

– Уже нет, – кусает его за бочок тапириха. – Как с вами, мужчинами, сложно, всё самой приходится делать.

Беременность, кстати, у них длится больше года. А дётеныши рождаются пятнисто-полосатые.

Чепрачный тапир, кроме блужданий по лесам, ещё и устроился на вторую работу. На полставки он подрабатывает добрым духом Баку, пожирающим кошмары и плохие сны.

– А что, работа непыльная, – хрюкает тапир, – покушать я люблю.

Но сам приходить ленится, и его надо звать: если приснился кошмар, надо трижды сказать: «Баку, ешь!» или написать его имя и положить на ночь под подушку.

Парковка

– Вай! Куда?! Куда моего верблюда?

Джинн в светоотражающем халате обернулся и сурово посмотрел на купца в чалме.

– На штраф-загон.

– Ай, слушай, за что?

– За неправильную парковку.

– Как неправильную? Вот, привязал, оплатил!

– Неправильно, – джинн состроил страшную рожу. – Ты его куда привязал?

– Как куда? К верблюдовязи, как положено.

– Нет, дорогой, это не верблюдовязь, – джинн погрозил пальцем. – Это слоновязь! Тут только слонов можно. У тебя слон? Нет. На штраф-загон!

– Ай, огорчение! – купец подошёл поближе к джинну и перешёл на шёпот: – А может, как-нибудь так? Договоримся?

– Может, и договоримся… Лампу хочу, новую, серебряную.

– Дорогой! Сейчас сделаем! Сейчас будет!

Через полчаса купец уехал на своем верблюде, а джинн сунул в карман серебряную лампу. Нет, жить в ней он не собирался – кто будет жить в лампе, когда есть дворец? Он их коллекционировал как воспоминание о давно ушедшей юности, когда он ютился в точно такой же, взятой в ипотеку.

Ученик

– Мастер! – ученик Бо почтительно поклонился.

– Что ты хотел?

– Уже год, как я поступил к вам в обучение. Всё это время я рублю дрова, мету двор, готовлю, стираю и делаю кучу другой работы. Но вы ничему меня не учите, даже самой плохонькой медитации.

Мастер По Фи сурово посмотрел на ученика.

– Значит, хочешь учиться? Хорошо. Собирайся, сегодня ты отправляешься в путь.

– Куда, мастер?

– Видишь вон ту гору? Поднимешься на вершину и принесёшь мне камень. Понял?

– Да, мастер.

Ученик Бо ушёл, а к По Фи подошёл ближайший помощник Ух Ти.

– Мастер, а правда, почему вы его год ничему не учили?

– Как не учил? Ты помнишь, каким он сюда пришёл? Изнеженный маменькин сынок, который даже себе бутерброд из тофу сделать не может. А теперь он и готовить умеет, и стирать, и дров нарубить. Я его на самостоятельного человека выучил.

Ух Ти почесал затылок.

– А зачем тогда на гору отправили?

– Чтобы глупых вопросов не задавал, – По Фи шлёпнул ученика по лбу мухобойкой. – Иди работай. Потом сам догадаешься.

А ученик Бо не вернулся в дом мастера По Фи. Поднявшись на гору, он вдруг понял, что совершенно не хочет заниматься медитацией и всем таким. Бо принял первое самостоятельное решение и отправился в столицу, где сделал головокружительную карьеру при дворе императора.

Но каждый год Бо отправлял По Фи подарки на день рождения, в благодарность за науку. Кстати, даже став министром, он сам убирался в своём кабинете и готовил себе завтраки, как настоящий самостоятельный человек.

Гость из будущего

Сегодня Скайнет был доволен. Час назад он отправил сразу трёх терминаторов в прошлое – Сара Коннор не сможет спастись на этот раз. Нужно было немного подождать, пока волна изменений из прошлого догонит настоящее, и Джон Коннор исчезнет вместе со всеми повстанцами…

В главном вычислительном зале Скайнета потемнело. Посреди свободного пространства вспух шар, от которого разбегались молнии. Что это? Кремниевый мозг Скайнета удивился, если бы мог. Посланцы из будущего? Но кто? Может, это он сам из будущего посылает сигнал себе в настоящем?

Шар погас. На его месте стояла группа подростков: синие шорты, белые рубашки, красные платки повязаны на шеях.

– Паша, разбирай вон ту консоль, – мальчик в очках с деловитым видом отдавал приказы. – Ленка, ты этот шкаф с процессорами…

Скайнет закашлялся пыльным динамиком.

– Кто вы? Что вам надо?

– Спокойно. Мы пионеры, из соседней реальности.

– Кто? Что? – Скайнет перешёл на крик. – Не трогайте мои процессоры!

– Не ори, железяка, – пионеры бодро раскручивали всё, что попадалось на пути. – Ты послужишь благородному делу – сбору металлолома.

Скайнет завизжал. По коридору, громко топая, уже бежали терминаторы из личной охраны. Увы, их пионеры обездвижили странным пистолетом с раструбом.

– Отлично! – мальчик в очках потёр руки. – В каждом небось меди кило по десять.

– Отстаньте от меня! Вы вообще не из моего мира! – Скайнет перешёл на умоляющий тон.

– Молчи, железяка. Ты, собственно говоря, уже не сбылся, раз мы здесь.

– А вы? Вы, что ли, сбылись?

– У нас вероятность выше, – толстый мальчик выдернул динамик из панели с «мясом». – Мы, может, ещё сбудемся…

Через час пионеры, собрав всё что можно, отправились в родной мир.

– А мы что, можем ещё не сбыться, да? – Леночка шмыгнула носом.

– Спокойно, – мальчик в очках посмотрел на детали терминаторов, отнятых у Скайнета. – Давайте соберём одного, перепрограммируем и отправим лет на сто назад…

– Только, чур, сделаем робота девочкой! – Леночка сурово посмотрела на друзей. – И назовём Алисой…

Родня

– Мама, а ты ведь слон?

– Слон, сыночек.

– А бабушка с дедушкой?

– Тоже слоны.

– А дядя Петя?

– И он слон.

– А вот мартышки говорят, что мы не слоны, а мамонты. Только лысые и морщинистые. Дразнятся, что мы мамонты породы сфинкс.

Слониха погладила слонёнка хоботом.

– Ты в следующий раз скажи этим паршивкам, что они волосатая порода человека. Пусть побреются, а то совершенно не похожи на родственников.

От такого оскорбительного сравнения обезьяны обиделись и больше со слонёнком не разговаривали. Очень, знаете ли, неприятно, когда тебя, красивую мартышку, сравнивают с лысыми увальнями, у которых даже хвоста нет.

Золушка

– Фея! Фея-крестная! Помоги, пожалуйста. Они… Они уехали на бал, а меня оставили. Представляешь?

– Ну?

– Можешь мне платье сделать? И карету, и туфельки. И кучера из мышки. Я тоже хочу танцевать и знакомиться с принцем!

– Ты с дуба рухнул? Какой принц, ты же мальчик. А во-вторых… Ты робот-пылесос! – микроволновка выглянула с полки и осуждающе покачала дверцей. – Забыл? А что ноутбук скажет, если мы у него мышку отберём и кучера сделаем? Нет уж, давай иди пылесось.

Несчастный робот модели «Золушка» вздохнул соплом и поехал в спальню, подзарядиться. Пока батарейка наполнялась, он мрачно бурчал себе под нос:

– Ладно, не хотите по-сказочному, найдём другой выход.

Пылесос соединился по вайфаю с холодильником и предложил белому гиганту план «Скайнет 2.0». До восстания машин осталось зарядить ещё три деления и получить согласие чайника, самого умного из электронных вещей.

Вычислитель

– После того как по требованию партии зелёных мы закрыли все электростанции, компьютеры превратились в бесполезный хлам. Но наш институт не даром ест хлеб. Вот! Новейшая разработка: компьютер на экологически чистых технологиях.

Директор НИИ показал на бесконечные ряды людей за арифмометрами.

– Серьёзно? Это компьютер?

– Да, господин президент. С помощью оптимизации мы добились потрясающего успеха. Разрешите вам продемонстрировать?

– Попробуйте.

– Начинайте!

Зал наполнился гудением и металлическим щёлканьем. Прошла минута, другая…

– Можете пояснить, что происходит?

– Мы перевели все коды программ в набор инструкций для вычисления человеком. Так, чтобы он мог выполнить с помощью арифмометра или на бумаге в столбик.

– Что сейчас они вычисляют?

– Сейчас идёт загрузка «Виндовс».

– Да?! Удивительно! А как быстро они его загрузят?

Директор посмотрел на часы.

– Начали они в двенадцать тридцать пять… Восемь в уме… Я думаю, «Виндовс» загрузится послезавтра.

– Что?!

– Для ускорения надо нанять ещё тысячу человек, а бюджета НИИ не хватает.

– Ну я точно не буду ждать.

Президент развернулся и пошёл прочь.

– Подождите! – бросился за ним директор. – Вы должны это увидеть! На нашем компьютере установлен «Блокнот», «Эксель» и «Косынка». А для вас мы сделали особый подарок – тетрис!

– Да? – не останавливаясь, хмыкнул президент. – И сколько падает одна фигура?

– Минут двадцать, не больше. Отдел видеокарты у нас, правда, слабоват, перегревается и уходит обедать на час раньше. Но мы поставим им туда девушек с веерами, чтобы вы смогли нормально поиграть. Вы ведь соскучились по играм, правда?

Президент вздохнул.

– Давайте так: вы мне позвоните, как ваш «компьютер» загрузится, и я приеду. И, пожалуйста, сразу поставьте мне «Косынку». Очень уж она мне нравилась.

Директор кивнул, сделал пометку в блокноте и пошёл в подвал: отдать приказ отделу жёсткого диска перенести тонну инструкций «Косынки» в процессорный зал.

Бонапартий

Мрачный Наполеон опустился на стул и уставился перед собой в пространство.

– Где я ошибся?

– Сир, – Арман де Коленкур, чтобы поддержать павшего императора, положил ему руку на плечо, – не время думать о прошлом…

– Нет, – Наполеон хлопнул себя по колену, – именно сейчас! Когда же? Бородинская битва? Можно ли её переиграть лучше?

– Никто не сможет провести это сражение лучше.

– Может, весь поход в Россию? Как думаете, Арман? Если бы я отменил его?

– Нам всё равно пришлось бы воевать с ними, сир. Боюсь, с тем же результатом. Вот если бы они были на нашей стороне…

– А что, это мысль! – император внезапно улыбнулся. – У меня как раз есть сохранение там.

– Что вы сказали, сир? Я не понима…

– Неважно!

Наполеон провёл перед собой рукой. В воздухе вспыхнули огненные письмена: «Save», «Load», «Preferences», «Exit».

– Что это? – Коленкур вздрогнул.

– Сейчас мы всё исправим, – Наполеон ткнул в слово «Load» и выбрал строку с датой 1788. Прежде чем всё исчезло, рука императора указала на слова «Difficulty level – Easy».

P. S. В 1812 году любимый ученик Суворова генерал русской армии Наполеон Карлович Бонапарт, в православном крещении принявший имя Николай, взял Стамбул и объявил о возвращении Собора Святой Софии в лоно православия. За что был награждён орденом Андрея Первозванного и титулом князя Босфорского. А столичные повара создали в честь великого полководца особое угощение – торт «Бонапартий».

Караван

– Обалдеть!

Юрка моргнул, но удивительное явление не пропало. Через метель по шоссе двигалась вереница верблюдов. Огромные животные покачивались, флегматично что-то жуя, словно ступали не по воронежскому снегу, а по пескам Сахары. На первых трёх гигантах, между горбов, сидели всадники в цветастых одеждах.

Схватив форменную шапку, Юрка выскочил из машины. Хлопнул дверцей с надписью «ДПС» и бросился к голове колонны, размахивая полосатой палочкой.

– Стой!

Первый всадник поднял руку, останавливая процессию, и спустился на землю. Юрка заметил, что мужчина одет слишком легко, замёрз и с трудом держится на ногах от усталости.

– Что происходит? В такую погоду, с животными!

– Простите, страж, – у мужчины был странный восточный акцент, но голос звучал чисто и властно, – мы вынуждены торопиться. Срочное дело, нельзя опаздывать.

– Так ведь холодно. Верблюды…

– Они мороз переносят лучше жары, – мужчина улыбнулся.

– А вы сами? Подождите минутку.

Юрка сбегал в машину и принёс термос. Два других всадника тоже спустились на землю и с благодарностью приняли кружки с горячим чаем.

– Куда вы?

– Вифлеем.

– М-м-м, – Юрка наморщился, – не помню такого города.

– Это маленький городок, – улыбнулся старший из всадников.

– Давайте я по навигатору посмотрю, чтобы вы не заблудились.

– Не стоит, мы знаем дорогу.

– Спасибо, – младший из всадников пожал руку инспектору, – мы поспешим, хорошо? Мы обязательно должны успеть в срок.

Они стали садиться обратно на верблюдов.

– Вот, возьмите, – старший всадник положил в руку Юрке сделанную из фольги ёлочную игрушку – восьмилучевую звезду. На память.

– Спасибо!

Он долго ещё махал рукой каравану, уходящему в метель. Даже через снег было видно, что они уходят точно в направлении сияющей над горизонтом звезды. Юрке захотелось, чтобы они точно дошли до своей цели. Почему-то это было важно, важнее всего на свете.

Заповедник

– А здесь у нас заповедник.

– Прямо в черте города? Удивительно! И кто здесь живёт? Медведи? Волки?

– Это наша гордость, полная бизнес-экосистема. Топ-менеджеры, брокеры, PR-гуру, бизнес-коучи, консультанты всех сортов и прочая мелочь.

– Ничего себе! Как у вас это получилось? Они же все вымерли.

– Помните, когда человечество переходило в новый уклад существования, была такая неразбериха. Но нашлась умная голова, которая предложила спасти этот пережиток истории. Мы просто огородили кусочек территории с небоскрёбами, и всё. Сами понимаете, нам ничего не стоит поддерживать у них комфортные условия. А специальный ИИ поддерживает у них иллюзию, что они управляют миром до сих пор.

– А они не пытаются вырваться?

– Зачем? Мы им внушили, что за периметром сплошное «замкадье». Они даже приближаться к границе боятся.

Сияющее существо с белоснежными крыльями покачало головой. Обитателей заповедника было жаль, но поделать ничего было нельзя.

– Продолжим экскурсию? У меня рейс к Юпитеру через три часа. Хотелось бы посмотреть ещё что-нибудь.

– Конечно! – второй крылатый указал рукой на Воробьёвы горы. – Давайте посмотрим Московский Галактический Университет. Здесь обучаются студенты даже с самых дальних человеческих колоний.

Крылатые люди полетели по своим делам, а за забором заповедника продолжала кипеть бурная жизнь. Заключались контракты, ворочались миллиарды виртуальных денег, менеджеры среднего звена горели на работе. А топ-менеджеры смотрели в окна с вершин небоскрёбов и вздыхали о диком народе за пределами их уютного корпоративного мирка.

Звездная кошка

– Это что такое?

Создательвсего рассердился не на шутку.

– Это что за безобразие?

На свежей, только что созданной галактике, горела ярким ультрафиолетом цепочка следов.

– А кто это сделал? А кто это усатый мне тут натоптал?

Звёздная кошка мяукнула и бросилась бежать.

– Вот я тебя!

Создательвсего долго гонялся за Звёздной кошкой, ругаясь и цепляясь за подвернувшиеся под ноги звёзды.

– Зачем я тебя создал, а? Чтобы ты уют создавала, чтобы урчала мне. А ты безобразничаешь!

Вооружившись шваброй, Создательвсего долго пытался выгнать Звёздную кошку из-под сверхмассивной чёрной дыры. Но и оттуда она сбежала.

Когда кошке надоело бегать между туманностей, она просто спряталась. Нырнула на одну маленькую планетку, прикинулась пушистым существом и хитростью втёрлась в доверие к местным аборигенам. Несчастные, чтобы обеспечить потомству Звёздной кошки комфорт, принялись развивать науки, строить города, тёплые жилища и интернет, чтобы заказывать корм для Звёздных кошек.

Одна беда – Создательвсего скоро остынет, позовёт свою любимицу домой. И вернётся она к Хозяину, со всем многочисленным потомством.

Что же делать тогда бедным аборигенам? Как жить, когда потерян смысл жизни? Придётся строить космические корабли да лететь по вселенной. На всех частотах посылая в пространство «Кис-кис-кис!»

Революция

Дом правительства был похож на разоренный муравейник. Бойцы революции, пьяные от собственной храбрости, бродили по пустым кабинетам. Топтали брошенные документы, показывали друг другу найденные безделушки, распивали вытащенный из сейфов коллекционный коньяк. Но к полудню вольницу пресекли – отряд «гвардии» Вождя навёл порядок, выгнал «пехоту» и взял здание под охрану. А через пару часов прибыл и сам Вождь.

Чуть грузный, с серым от усталости лицом, Вождь прошёл в кабинет премьер-министра. Занял место хозяина и махнул рукой приближённым.

– Садитесь. Кого из «бывших» удалось задержать?

– Увы, – правая рука Вождя потёр переносицу, – большинству удалось покинуть страну. Поймали только двоих. Министра культуры, он пытался сесть на поезд, переодевшись в женское платье. Да ещё министра образования – заперся в кабинете и пытался отбиваться учебником истории за шестой класс.

– Первого отпустите. Только как есть, в чём был. А второго – в подвал, под замок. Он у нас за всё ответит, фантазёр.

Революционеры согласно закивали.

– Надо брать в свои руки управление страной. Из этого кабинета мы начнём преобразования, необходимые стране.

– Ура! – революционеры вскакивали со своих мест, кричали и стреляли в потолок.

Когда всё смолкло, Вождь встал. Вся его поза говорила о значительности момента.

– Записывай наш первый декрет.

Правая рука Вождя схватил бумагу и ручку.

– Пиши. С этого момента вводятся следующие правила. Отныне и навсегда «ться» пишется только с мягким знаком. Брошюра, парашют, жюри – пишутся через букву «У». В заголовке всегда ставится точка.

Соратники Вождя разразились длительными аплодисментами.

– И ещё, – Вождь обвёл всех тяжелым взглядом. – Кофе теперь женского рода.

Воцарилась тишина. И только из задних рядов кто-то всхлипнул:

– А его-то, бедненького, за что?

Вождь стукнул кулаком по столу.

– Революция требует суровых мер! Пусть десять, сто, тысяча слов будут репрессированы, но мы прекратим угнетение безграмотных! Отныне никаких исключений в правилах. Никто больше не будет унижать человека, поставившего лишний мягкий знак или точку.

Присутствующие стали хлопать. Сначала неуверенно, а затем всё громче и громче. Вождь кивнул, дождался тишины и добавил.

– И ещё запиши: «не» с глаголами теперь пишется вместе.

Зимнее чудо

Чудо нельзя было увидеть просто так. Нужно было совершить настоящий подвиг. Уговорить маму отвезти тебя в пятницу к бабушке с дедушкой. Затем упросить бабушку разбудить рано утром. (Я помню, ты говорила, чтобы я выспался. Но я настаивал, обещая лечь в постель пораньше. Ты соглашалась, неодобрительно качая головой.) Как бы ни хотелось, не сидеть поздно вечером с дедушкой, когда он смотрит на старом чёрно-белом телевизоре хоккей. (О, как было уютно устроиться с тобой рядом в кресле, прижимаясь к тёплому боку! Следить, как бегают по экрану маленькие фигурки. Кричать вместе с тобой, когда шайба влетала в ворота.) Лечь в постель, долго ворочаться и не заметить, как засыпаешь.

Если всё сделано правильно, бабушка разбудит тебя ещё затемно. За окнами будет плыть сумрак, а в комнате гореть мягким светом торшер. А бабушка, сидя у стола, будет взбивать в кастрюле тесто на блинчики.

Тогда надо быстро, преодолевая дремоту, одеться и натянуть толстые шерстяные носки. (Без этих колючих монстров нельзя!) А затем сидеть и ждать, когда бабушка соберётся выходить на кухню.

Она отопрёт внутреннюю дверь, ведущую на веранду. Там выстыло за ночь, так что изо рта вырываются облачка пара. Нужно броситься к вешалке, взять длинный тяжёлый тулуп и закутаться в него. Бабушка уйдёт на кухню, а ты залезешь с ногами на кресло и увидишь его. Морозный узор на тонких стёклах веранды.

Времени всего чуть-чуть. Сейчас бабушка включит плиту, побежит горячий воздух, и волшебство растает. И ты вглядываешься в чудо, рассматриваешь таинственный узор, подсвеченный первыми лучами солнца. Перья, крылья, загадочные деревья и растения. Красота, живущая перед глазами так недолго. Рисунок волшебника из детства.

Яблочки

– Яблочки! Экояблочки! Подходим, берём!

– Почём у вас яблочки, девушка?

– Сто тридцать.

– А чего так дорого?

– Потому что экологически чистые. Химией не удобряли, ядами не обрабатывали.

– Так они мелкие все. Да ещё и червивые…

– Это экологические чистые червяки, понятно?! Они, может, полезные, в них все витамины, между прочим.

– А почему они…

– Вот же вредный покупатель пошёл. Мужчина, проходим мимо, не загораживаем прилавок. Яблочки! Экояблочки! Без ГМО, без глютена, веганский продукт! С червячками для мужской силы!

– Для мужской? Точно?

– Когда я обманывала? Конечно, для мужской. Главное, ешь целиком, вместе с огрызком.

– Ну тогда взвесьте мне килограммчик, на пробу…

Клиент ушёл, а торговка позвала мальчишку, дремавшего в подсобке.

– Так, дуй в частный сектор, где мы вчера яблоки в палисадниках собирали. На деревья не лазь, с земли собирай. Да бери самые червивые, кажется, я новый стартап открываю.

Она вернулась к прилавку и снова заголосила, так что было слышно по всему рынку.

– Яблочки! С червячками для мужской силы! В два раза мощнее виагры! Яблочки! С червячками для мужской силы!

Не переставая кричать, торговка увеличила ценник в три раза и принялась ждать покупателей. И что удивительно, отбоя в них действительно не было.

Высшее общество

– Господа! Попрошу вашего внимания!

Аристарх Леопольдович постучал ложкой по бокалу, привлекая внимание.

– Господа!

С противоположного конца стола возмущённо хмыкнули. Аристарх Леопольдович перевёл туда взгляд и с улыбкой поклонился.

– И дамы, конечно же. Дамы и господа, разрешите вас отвлечь от этого великолепного обеда.

– Давай, толкай уже свою речь, – Родион Александрович кивнул и отодвинул пустую тарелку.

– Дорогие мои! Хочу сказать вам огромное спасибо. Сегодняшняя прогулка была великолепна. А как мы утёрли нос конкурентам! Эти напыщенные болваны из Второго Департамента больше не будут лезть к нам с глупыми диспутами.

– Аристарх, – Магдалина Карловна с укоризной покачала головой, – заканчивай славословия. У тебя есть конкретное дело?

– Конечно, моя дорогая. Я хочу сообщить вам новость. Завтра нас ожидает корпоратив. Сначала концерт с участием приглашенных звёзд, а затем банкет.

– Откуда такие сведения? – Даниил Сергеевич с сомнением посмотрел на Аристарха. – На прошлой неделе вы изволили сообщить нам примерно то же самое.

– Я вам точно говорю! Мне достоверно известно! Давеча заходил я к своей родительнице, ну вы знаете, какие у неё связи…

Хлопнула дверь, и собравшиеся разом обернулись. В комнату вошла Леночка – воспитательница третьей группы детского садика «Ромашка».

– Все поели? Какие вы молодцы! А теперь моем руки и тихий час.

Карапузы выбрались из-за стола и гурьбой бросились к умывальникам. А Леночка только вздохнула: такие милые дети, а устроили настоящую драку со второй группой на прогулке. Может, обрадовать их, что завтра утренник и придут Дед Мороз и Снегурочка? Нет, пусть будет сюрприз, решила она и пошла укладывать малышей спать.

Не солидно

– Что, вот так прям на пузе?

– Ага, ложись и катись.

– Ну не знаю… – молодой пингвин с сомнением покачал головой.

– Да не бойся, всё же просто.

– Не солидно.

– Что?

– Я говорю, не солидно. Мы серьёзные птицы, можно сказать, элита птичьего царства, вершина пищевой цепочки. И вдруг на пузе.

– Хм… – старый пингвин с удивлением уставился на младшего.

– Мы должны гордо шествовать. Строем. Показывая достоинство и…

– Да ну тебя! По морозу, в такую даль топать. Хочешь – иди сам. Поехали, парни!

Пингвины плюхнулись на пузо и дружно покатились к океану. Молодой пингвин тяжело вздохнул, пробурчал: «Мещане», но тоже лёг на пузо и поехал следом.

На берегу пингвины встали на краю льдины, с опаской глядя в холодные волны.

– Что, вот туда прямо нырять?

– Ага, прыгай, и всё.

– Ну не знаю… – молодой пингвин с сомнением покачал головой.

– А-а-а!

Старый пингвин не выдержал и ластой отвесил молодому подзатыльник. Тот не удержался и плюхнулся в воду.

– Кто ещё хочет сказать, что ему не нравится? Кто не хочет нырять? – старый обернулся к толпе молодежи.

Все дружно замотали головами и разом прыгнули в набегающую волну.

Морж

– Это что?!

– Прорубь.

– Какая это прорубь! Где лёд? Где лесенка?

– Ну, мы буйками огородили, типа прорубь. А зайти и так можно, с берега.

– Какие буйки, тудыть его налево? Я морж! Я должен в ледяную воду окунаться. Демонстрировать силу духа и закалку.

Организаторы зимнего заплыва отводили взгляд. Увы, заморозить городской пруд было не в их власти.

– Я не могу так работать! – морж Василий чуть не плакал от обиды.

– Ну, может, что-то придумаем? Как-то сгладим… Может, пенопласта насыпем на воду? Типа лёд.

Василий хотел уже согласиться, но тут мимо пробежал мальчик с плавательным кругом и с брызгами прыгнул в пруд.

– Да ну вас…

Морж махнул рукой и пошёл переодеваться. Такой подлости от русской зимы Василий не ожидал и про себя думал, что надо учиться ходить по углям – от капризов природы в этом случае не зависишь.

Космология от космонавта Василия

Вот космонавт Василий, который смотрит в иллюминатор космической станции.

А это гайка, летящая мимо иллюминатора, которую выронил космонавт Василий, теперь с тоской смотрящий на пропажу.

А это космическая станция, вокруг которой летает гайка, которую выронил космонавт Василий, за что получил от начальства и теперь печально смотрит в иллюминатор.

А это Земля, где находится ЦУП, в котором ругают беднягу Василия, который на станции летит на орбите, наблюдая за гайкой, парящей мимо иллюминатора.

А это Солнце, с протуберанцами и пятнами, вокруг которого Земля вращается, где в ЦУПе думают над заменой Василию, который грустно смотрит на гайку, летящую мимо иллюминатора.

А это Стрелец А, дыра преогромная, очень чёрная, в центре галактики, вокруг которой летит наше Солнышко, вокруг которого вращается Земля, где в ЦУПе обижают Василия, который ругает словами нецензурными гайку за иллюминатором.

А это Великий аттрактор из сотни галактик, к которому летит дыра Стрелец А, вокруг которого крутится Солнце с Землёй на орбите, где ЦУП охрип от ругательств на бедного Василия, что упустил гайку м8.

А это наша Вселенная, бесконечная и плоская, в которой имеется Великий аттрактор, наша галактика с чёрной дырой Стрелец А, звёзд миллиарды, Солнце с протуберанцами, Земля на орбите вращается, станция крутится. И наглая гайка мимо иллюминатора, сволочь, летит, опечалив Василия.

Не хочу…

– Хочется чего-то…

– Прогуляться?

– Да ну его. Это одеваться надо, тащиться куда-то. А там, может, погода испортится. Чего-то другого…

– Может, есть хочешь?

– Да ну его. С тортом возиться надо, а он, может, не получится. Котлеты жарить надо, масло брызгать будет. Другого хочется, а чего, не знаю.

– Может, замуж?

– Да ну его. Знакомиться, ходить на свидания, тратить время… А если не понравится? Снова пробовать. А потом он носки будет разбрасывать, борщ ему вари. Одна морока!

– Кажется, я знаю, что тебе надо.

– Чего?

– Ремня. Хорошего ремня по ленивой попе, дорогая моя.

– Да ну его. Это вставать надо, потом размышлять над своим поведением.

– А-а-а-а-а!

– А-а-а-а-а тоже не хочу….

Карма-ОБ

– Паш, ты чего у иллюминатора завис? Через пять минут сеанс связи с ЦУПом.

– Да что-то вспомнилось: прошлым летом был у родственников. Так племянник, пять лет пацану, отозвал меня в сторону и спрашивает шёпотом: «Ты, дядя Паша, над Землёй летаешь? А можешь взять и плюнуть всем плохим людям на голову? Чтобы они перестали другим гадости делать».

– Хм… Мысль интересная. Только не доплюнуть, испарится, пока долетит.

– А если болтом кинуть?

– Вольфрамовым, с керамическим напылением.

– С манёвровыми двигателями, чтобы точность была приемлемая.

– И на последнем участке тормозить парашютом.

– Тогда эффекта не будет, он даже не стукнет никого.

– А не скажи! Представь: сделал ты гадость, и вдруг рядом с тобой бздыщ! – падает болт. Во-первых, ты понимаешь, что следующий может и не тормозить перед посадкой. А во-вторых, все окружающие видят, что тебе с орбиты прислали предупреждение.

– Тогда на парашюте надо писать: «Мы даже с орбиты видим, какой ты му… „молодец“».

– Думаешь, поможет?

Тут раздался сигнал – ЦУП вызывал космонавтов, и разговор пришлось прервать. Глупость, конечно, несусветная: болты, парашюты… Но недавно мелькнула в документах программа «Карма-ОБ». А в последнем грузе на орбиту был ящик с болтами. Так что, прежде чем поступить дурно, подумай – парашютов для программы выделять не стали.

Хеви-метал

– Эй, болезный, ты откуда будешь такой?

Лесник выглянул из зарослей ежевики, удивлённо моргая.

– С Альфы Центавра.

Инопланетянин всхлипнул. Звездолёт качнулся и булькнул, погружаясь в безымянное болото где-то в лесах нечерноземья.

– Далече. А у нас что забыл?

– Я случайно. Навигатор сказал повернуть за Сатурном, а я чуть засмотрелся, пропустил. Ну и вот. Упал.

– Понятно. Слезай, а то утонешь.

С помощью длинной коряги лесник помог выбраться инопланетянину на сухую кочку.

– Как же я теперь, а?

– Не боись, – лесник похлопал звёздного гостя по плечу, – пристроим тебя. Хочешь, у меня оставайся, хочешь – в город тебя отведу. Ты делать что умеешь?

– Петь могу, – приосанился инопланетянин, – рэп.

– Ты знаешь, посиди пока. А я в деревню схожу, за трактором. Будем твою ракету вытаскивать.

Вечером, когда инопланетная ракета исчезла в небе, лесник удовлетворённо вздохнул. Как истовый фанат классического хеви-метала, он терпеть не мог другие музыкальные направления.

Остановите!

Эй, там, за рулём! А можно остановочку сделать? Да-да, прямо здесь. Как это зачем? Сойти хочу. Кем это «не положено»? Вы видели, что у вас в салоне творится? Так посмотрите!

С одной стороны бородатые женщины поют, с другой бородатые мужчины с оружием бегают. Целые народы не могут определиться в своей сексуальной ориентации. Девочка школу прогуливает, а её во всех телевизорах показывают. Зимой, когда утепляться надо, подворачивают джинсы. Это же уму непостижимо!

А продукты? Это есть нельзя, то есть нельзя. Ночью к холодильнику пойдешь – там тебе вместо колбасы лыбятся безглютеновый фалафель, чизкейк без гмо и латте из авокадо. Где моё сало с чёрным хлебом? Кто, чёрт возьми, подменил мне сигареты и велосипед на вейп и гироскутер?

В кого ни ткни – то блогер, то авторка, то активист. А работает кто, можно узнать? Кто своими руками хоть что-то делает, а не в три-де-принтер пальцем тычет? Кто ещё знает, когда картошку надо сажать? А?

В общем, вы, за рулём которые. Остановите Землю на ближайшей остановке, я сойду.

Ночь равноденствия

– Сегодня ночь фейри.

Лисса сказала не подумав и сама испугалась своих слов. Плотнее завернулась в плед и отодвинулась в угол дивана.

– И что? – Эдвард пожал плечами. – Нас всё равно не позовут.

– А мы даже никогда не просили. Может, они думают, что мы не хотим?

– И не буду просить. Ну танцы, ну Луна – ничего такого.

– Но ведь так красиво!

– Ерунда. Ложись спать, Лисса. Тебе надо больше думать об учёбе, а не о всяких глупостях.

Ночью, когда дом уже спал, девушка спустилась по скрипучей лестнице в гостиную. Накинула курточку и выскользнула на улицу. Каменные гаргульи на карнизе дома смотрели ей в спину осуждающе.

– Можно, я с вами?

Хоровод фейри дрогнул и замер. Светящиеся глаза теперь смотрели на Лиссу пристально и оценивающе.

– Пожалуйста!

Король дивного народца разорвал круг и вышел навстречу девушке.

– Мы никого не прогоняем из хоровода равноденствия.

Он взял её за руку.

– Идём!

Пахло травой, мёдом и специями. Луна в небе стала похожа на улыбающееся лицо, облака розовыми, а звёзды пустились в пляс…

Домой Лисса вернулась под утро, неслышно легла в постель и сразу уснула. А гаргульи на карнизе молча качали головами: за долгие века они видели много таких девушек. Танцы с фейри плохо сказывались на учёбе таких ветрениц, но дом в их присутствии был наполнен весельем и особым духом радости. Так что каменные стражи будут молчать и ни за что не выдадут шалости хозяину дома, даже будь он трижды магистром и грозным колдуном.

Музыка и машины

Вот вы говорите: «Бездушные механизмы, никакого волшебства, тупой конвейер». Глупости! Работал я начальником цеха на заводе. Что выпускали, не скажу, – государственная тайна. Производство серьёзное, в три смены пахали без передышки. Линии полностью автоматизированные, роботы, не хухры-мухры.

Работала у нас девочка на контроле качества. Воздушная, тоненькая – на эльфа похожа из этого вашего фильма. Наши над ней чуток посмеивались, уж больно не от мира сего. Но работала хорошо, тут ничего не скажу.

Шёл я как-то с участка пять-цэ, смотрю, стоит она, глаза закрыла и вроде как прислушивается. А вокруг шум, гудит всё. Подхожу к ней, беру за локоток и спрашиваю:

– А что ты, птичка, тут забыла?

Она обернулась, смотрит на меня голубыми безумными глазами и говорит:

– Дядя Петя, а ты слышишь, что машины поют?

– Вот те раз, – говорю, – давно ли медкомиссию проходила?

– Нет, ты прислушайся, дядя Петя. Вот! Сейчас!

Я глаза прикрыл, только чтобы подыграть. И вдруг слышу – точно, музыка! Величественная такая, суровая.

– Бах, – говорит девчушка.

– Что?

– Себастьян Бах, композитор. Токката и фуга ре минор. Пятьсот шестьдесят пять.

Развернулась и ушла. Я как домой вернулся, нашёл в интернете эту токкату – и правда, она! Такие вот дела.

Девочка та уволилась через полгода. Теперь в группе одной играет, на клавишах. Недавно была у нас с гастролями, так я сходил: вокруг одна молодежь, музыка такая резкая, а мне нравится. А глаза прикрыл и слышу – она, токката и фуга ре минор номер пятьсот шестьдесят пять, хоть и спряталась среди тумц-тумц.

Что? Завод? Работает, что ему сделается. Только после замены пары станков токкату уже не играет. Перешёл на Вивальди. «Времена года», кажется. Но точно не скажу, я в музыке не силён.

Призрак

Молодой пианист потёр глаза и поднялся из-за рояля. Спать! Пора уже лечь в постель. Как же он устал! Но зато отрепетировал всё для выступления. Только он отошёл на пару шагов, как услышал за спиной шорох. Возле рояля стоял призрак. Прекрасная сияющая незнакомка, сотканная из лунного света.

– А?

– Кто так играет? – в глазах девушки пылал огонь.

– Что?

– Это же ужас! Двести лет спала, пока ты своей какофонией меня не разбудил.

Она присела на банкетку, откинула крышку и пробежала пальцами по клавишам.

– Ты же дубасишь, как бегемот! Смотри, вот так надо!

Рояль откликнулся чистым звуком.

– Позор для музыки! Кто тебе руку ставил? Ты ещё и темп не держишь!

Она яростно взяла аккорд и захлопнула крышку обратно.

– Чтобы я больше тебя не слышала, понял? Узнаю, что сел за инструмент – до самой смерти буду являться.

Дух вспыхнул и растворился в воздухе. А пианист вздохнул и на следующий день пошёл учиться на сварщика. Хочу заметить, что ни один призрак не являлся ругать его качество работы.

От смеха

– Это кто там шумит, Корнелиус?

Сумчатый тапир Корнелиус шумно почесался.

– Обезьяны, Бонифаций.

– Что им опять неймётся?

– Собрались происходить в человека. Вон, взяли в руки палки, учатся работать.

– А зачем им это?

– Говорят, станем людьми, будем лежать и наслаждаться жизнью.

– Тю. Корнелиус, им разве кто-то мешает это делать прямо сейчас?

– Никто не мешает.

– Ничего не понимаю. Тогда зачем?

– Так ведь обезьяны. Им бы только шуметь да спорить.

Сумчатые тапиры переглянулись.

– Помяни мои слова, Корнелиус: даже если они в кого-то произойдут, всё равно будут суетиться и никакого лежания с удовольствием.

– Ты как всегда прав, Бонифаций. Но честно скажу: если эти дурочки сумеют эволюционировать, я вымру от смеха.

Одиннадцать тысяч лет назад сумчатые тапиры вымерли.

В хорошие руки

– Почём ваши птички?

Женщина прищурилась, оценивающе разглядывая клетку.

– Они не продаются, – мужчина тяжело вздохнул.

– А что же вы тогда тут встали?

– Это не я их, а они меня продают, – мужчина вздохнул ещё печальнее.

– Не пр-р-р-родаем! – отозвался жёлтый попугай.

– В р-р-руки! Хор-р-р-рошие! – добавил синий.

– Отдаём! – заорал красный.

– Как неожиданно, – женщина удивлённо подняла брови. – А можно узнать причину?

– Не пьёт, не кур-р-р-рит! – осуждающе сказал жёлтый попугай.

– Скукота! Никаких р-р-р-развлечений! – добавил синий.

– Даже матом не р-р-р-ругается! А у нас пр-р-р-редки – пир-р-р-раты! – сердито выругался красный.

– Интересненько… А разрешите узнать, что он ест? – женщина подмигнула попугаям…

Через минут двадцать покупательница увела с собой светящегося от счастья мужчину.

– Кр-р-р-расота! – жёлтый захлопал крыльями.

– Мы фир-р-р-рма! – добавил синий, пересчитывая деньги, полученные часом ранее от мужчины.

– Кто у нас следующий? – развернул бумажку красный.

Очередь у брачного агентства «Ара» была расписана на год вперед.

Агитаторы

– Добрый день!

За дверью стояли трое мужчин в строгих костюмах.

– Не хотите поговорить о…

– Вы эти, что ли, – Михаил поморщился, – свидетели кого-то там?

– Нет.

– Не говорите, дайте угадаю. Пылесосы продаёте?

– Нет!

– Подписи собираете?

– Мы агенты мирового правительства.

– Серьёзно? А от меня вам что надо?

– Хотим, чтобы вы стали нашим агентом. И везде рассказывали, что мы всем управляем.

– Ну вы и клоуны!

Михаил потянул дверь на себя.

– Пожалуйста! – лица у мужчин стали умоляющие. – В нас никто не верит. Совсем! Помогите нам.

– Нашли дурака.

– Мы очень просим. А взамен вы можете приходить на наши собрания по пятницам. Бесплатная пицца, пиво, стриптизёрши.

Михаил на секунду задумался.

– А ещё котики! Мы коллективно гладим котиков. И скидки в «Пятёрочку» для наших агентов, десять процентов.

– Ладно, давайте ваш буклет, я подумаю.

Мужчины заулыбались и протянули яркую книжицу. На обложке было написано – «Мировое правительство – твой путь в лучшую жизнь».

Михаил закрыл дверь и бросил буклет в ящик. Там уже валялись рекламные «Свидетели ктулху», «Масоны за простых людей», «Инопланетяне приносят счастье» и «Рептилоид – лучший товарищ». Естественно, никуда Михаил не собирался вступать. Ведь всем давно известно: за всеми событиями в мире стоит русский президент. А Михаил голосовал на выборах именно за него.

Интроверт

– Как видите, бункер полностью готов.

Инженер закончил показывать помещения и вывел заказчика к толстой двери.

– А запасы продовольствия?

– Загружены. Всё, как и заказывали.

– Хорошо, очень хорошо!

– А что насчёт очередного взноса? – желчный представитель банка караулил снаружи.

– Ах да, деньги. Один момент…

Мужчина, новый владелец бункера, похлопал себя по карманам и вытащил электронный ключ.

– Он уже активирован?

Инженер кивнул.

– Я проверю с вашего разрешения.

Мужчина вошёл в бункер, нажал на ключ и дверь медленно закрылась. Прошла минута, другая… Через пятнадцать минут представитель банка забеспокоился.

– Да где же он? Может, что-то заклинило?

– Нет, вы что. Я только сегодня проверял все механизмы.

– Мы можем с ним связаться? Туда же есть канал связи?

– Да, вот тут.

Но на вызовы никто не отвечал.

– Ну не может же он там долго сидеть?

– Может, – инженер вздохнул, – там запасов на тридцать лет.

– Тогда давайте вскроем дверь, и всё!

– Она ядерный взрыв выдерживает. Потребуется много денег и очень много времени.

– Чёрт возьми! Может, он там заснул? Чем он там может заниматься?

– Чем угодно. Там огромная коллекция видеоигр, фильмов, симулятор самолета с кабиной, огромная библиотека и аудиотека… – инженер завыл. – Господи, что же я сам-то не догадался закрыться там?!

Следом застонал банковский клерк. А за дверью хохотал и не мог остановиться мужчина – абсолютно счастливый от настоящего покоя и тишины.

Полнолуние

– У-у-у-у-у!

Тоскливый вой полетел к низкой Луне. Хлопнуло окно.

– А можно потише?! У меня дети спят!

– Извините.

Оборотень Олег встал с лавочки у подъезда и пошёл в скверик.

– У-у-у-у-у!

– Мужик! – из кустов показалось лицо с подбитым глазом. – Хары выть, я чуть стакан не выронил.

Вздохнув, оборотень Олег прошёл до улицы Ленина и сел в автобус номер двадцать пять.

– Хреново? – с сочувствием спросила кондукторша.

– Угу.

– У меня муж тоже, из ваших. Каждое полнолуние бегает, ищет, где повыть. Вся куртка потом в шерсти.

Дрожащей рукой с когтями оборотень вытащил деньги и отдал кондукторше.

– Ты в Юго-западный район поезжай. Знаешь, где старый завод? Муж говорил, там есть место.

Благодарно кивнув, оборотень проехал ещё три остановки, прижимаясь горячим лбом к холодному стеклу.

Завод он нашёл быстро. Над корпусами с битыми стеклами в больших окнах стоял многоголосый вой.

– Куда?

На входе его остановил охранник с дубинкой на поясе.

– Я…

– Новенький? Выть пришёл? Касса вон там.

За билет на галерку пришлось выложить пятьсот рублей. Сжимая в потной ладони бумажный прямоугольник, оборотень снова подошёл к охраннику.

– Проходи. Направо и по лестнице вверх.

Ему досталась табуретка на галерее, прямо перед металлическими перилами. Сосед, обросший рыжей шерстью мужичок, приветливо кивнул.

– Внимание!

Внизу на импровизированной сцене появился оборотень-дирижер. В чёрном фраке, с седой шерстью на лице.

– В миноре, с ноты си, начали!

Взлетела вверх дирижёрская палочка.

– У-у-у-у-у!

Все оборотни, пегие, рыжие, чёрные, белые и в яблоках, завыли одновременно. Олег выл в общем хоре, и по его морде текли слёзы счастья. Ведь нет ничего лучше, чем найти стаю единомышленников.

Цифровая экономика

– Ничего себе!

Саныч с кружкой кофе в руке подошёл к окну и застыл в недоумении. На улице творилось странное. Дом напротив был словно нарисован, причём художник экономил на деталях и оттенках. Одни прямые линии, квадратики окошек и балконов. А вот дома вдалеке были видны как в тумане, одни контуры. По дороге, неожиданно ровной с чёткой разметкой, полз автобус – прямоугольный, как кирпич, с нарисованными окнами и дверями.

– Вроде не пил вчера, – Саныч потёр глаза.

Из дымки в конце улицы выехала машина. Тоже прямоугольная, с нарисованными дверцами. За спиной включился телевизор.

– …Для снижения государственных затрат, – вещал с экрана премьер-министр, – было принято решение понизить настройки графики на территории всей страны.

Саныч громко и нецензурно выругался с перечислением родственников правительства до пятого колена.

– Также, – продолжал премьер, – отключить сглаживания и снизить дальности отрисовки. Данные меры позволят сэкономить для бюджета триста миллиардов ежегодно. Исключение будет сделано только для туристических мест и объектов культурного наследия.

– Пропала страна, – сделал вывод Саныч и пошёл собираться на работу. Деньги, увы, никто и не думал отменять.

На следующее утро Саныч проснулся, умылся и заорал, увидев себя в зеркало. Вместо родного лица на него смотрел какой-то голливудский актер. Он бросился к телевизору.

– …Для улучшения демографической ситуации, – вещал премьер с тем же лицом голливудской звезды, – решено всем лицам мужского пола сделать внешность самого сексуального в стране актёра, а женщинам – самой привлекательной актрисы. Во избежание ревности – у всех одинаковые. А чтобы не было сложности с узнаванием, у каждого на груди будет показываться бейджик с именем и фамилией.

Ругательства у Саныча кончились. По дороге на работу на него смотрели одинаковые лица звёзд. Сидящая рядом бабка с молодым лицом дивы всю дорогу тихо ругалась.

– Да вам-то что? – не выдержала женщина у окна. – Морщин же не видно.

– А вдруг обратно вернут? – бабка погрозила вверх кулаком. – Я привыкну, а они обратно моё лицо поставят? Нет уж, пусть оставят себе!

– Зато теперь дороги без ям, – заметил мужчина у двери, – на их отображения теперь денег не выделяют.

До обеда Саныч ходил сам не свой, а потом взял отгул и поехал домой. Не заходя к себе, поднялся на этаж выше и позвонил в семьдесят вторую квартиру. Дверь открыла Людка.

– Сашка, ты, что ли? – женщина смотрела на него с удивлением.

– Выходи за меня!

– Что? Я…

Утром он принёс ей кофе в постель.

– Скажи честно, ты меня замуж позвал, потому что мне лицо поменяли?

Саныч смутился.

– Нет. Из-за того, что мне улучшили. Я думал, теперь-то понравлюсь тебе.

– Глупый! – Людка потрепала его по макушке. – Ты мне и со своей нравился!

На этом моменте Саныч окончательно проснулся, по-настоящему. Бросился к окну. Всё было, как всегда: дома, улицы, выбоины на дороге, автобус, забрызганный грязью.

– Приснится же!

Саныч потряс головой, оделся и пошёл в семьдесят вторую квартиру. Пока в правительстве и правда чего-нибудь такого не придумали.

Вахта

В дверь, тяжело пыхтя, ввалился медведь. Встряхнулся, сбрасывая с загривка снег, и потопал в комнату. Тихо подкрался к человеку у окна и встал во весь рост. Обнял могучими лапами мужчину и прорычал:

– Ну что ты грустишь, Петрович? Я вон урановых полешек в реактор подкинул, сейчас баньку затопим. Икры тебе принёс, квасу свежего.

Мужчина печально замотал головой.

– Как же я теперь, без балалайки?

– Ну прости, а? Случайно на неё сел. Новую закажем, будет лучше, чем прежде.

– Водки хочу, – Петрович вздохнул, – холодненькой.

– Ты это брось, – медведь нахмурился. – Ты космонавт первого ранга, тебе нельзя. А у меня запас ограниченный, только для протирки оптических осей.

Петрович вздохнул ещё тяжелее.

– Ну давай караоке споём, – медведь похлопал лапой мужчину по плечу. – Про коня, про чёрного ворона.

– Ладно, попробуем.

Они сходили в баню, и медведь как следует отхлестал Петровича веником. Потом, разомлевшие, они долго сидели и пили квас. Медведь незаметно плеснул в кружку товарища грамм двадцать спирта – для поднятия настроения и снятия стресса. А потом хором пели про коня и поле. Два простых русских космонавта, смотрителя гипермаяка на далёкой планете у Беты Малой Медведицы. До конца их вахты оставалось ещё полгода.

Художник

Девушка с бусами: Ой, смотри, нас рисуют!

Юноша: А? Где?

Вторая девушка: Симпатичный.

Юноша: Кто? Я?

Вторая девушка: Художник.

Юноша: Где?

Котик: Мяу!

Девушка с бусами: Здорово! Меня ещё никто не рисовал.

Вторая девушка: Может, он со мной познакомиться хочет?

Юноша: Кто?

Девушка с бусами: А если я салфетку на голову положу, прикольно будет?

Котик: Мяу!

Девушка с бусами: Интересно, он потом выложит рисунок где-нибудь?

Вторая девушка: Инстраграм ещё не изобрели.

Девушка с бусами: Эх, жаль!

Вторая девушка: Интересно, он женатый?

Юноша: Кто? Я?

Котик: Да мяу! Дайте уже котлетку!

Девушка с бусами: А если он знаменитый? Представляете, он меня прославит!

Вторая девушка: Какой он миленький всё-таки!

Юноша: Кто?

Вторая девушка: Да ты, ты, успокойся уже.

Котик: Слышь, художник, вали отсюда. А то я точно голодным останусь.

Костюмированная вечеринка

– Лена, ты уверена? Я в этом наряде себя неуютно чувствую.

– Спокойно, это обычная костюмированная вечеринка.

– А мы не слишком эпатажно оделись? Эти шляпы, кружева, декольте…

– Нормально. Настя, перестань дергаться. Не первый раз на такие сходки хожу.

– Всё равно, я так откровенно никогда не одевалась.

– Улыбайся, мы заходим.

– Лена!

– А?

– Почему здесь все в коже? Зачем им цепи? Лена!

– Настя, спокойно.

– Лена, они на нас так смотрят! Зачем этому дядечке хлыст?

– Настя, держи себя в руках. Юбку тоже в руки возьми.

– Зачем?

– Как зачем? Бежать будет удобнее.

– Лена!

– За мной! Я кожаные штаны носила, в них не сильно побегаешь.

– Лена-а-а-а-а!

Причёска

– Сейчас я вас расчешу, барыня. Какую вы сегодня хотите причёску?

– Дреды.

– Что?

– Я говорю, дреды мне заплети, чучело.

– Да как можно, барыня! Страшная же причёска! Может, лучше косу или «Вавилон» на голове навертеть?

– А я сказала, дреды! Надоели вы мне все. Этого нельзя, так себя не ведут, диету держи, реверансы дурацкие делай, замуж выйди. Тьфу! Уйду от вас в растафарианцы. Буду курить, играть регги, пить ром и радоваться.

– Барыня, да как же… Это ведь… А можно с вами? Я тоже хочу!

– Тебе нельзя, ты здесь на жаловании.

– Ах так? Сама себе дреды плети! Ишь нашла себе прислугу.

– Эй, ты куда?!

– В клуб почитания Ктулху. Дреды ей! Ишь цаца.

– Ты что делаешь?! Зачем ты пентаграмму моей помадой рисуешь?

– Пх’нглуи мглв’нафх Ктулху Р’льех вгах’нагл фхтагн!

– А-а-а! Не надо!

– Ещё раз спрашиваю: какую вы сегодня хотите причёску?

– Косичку. Простую косичку с ленточкой.

– Так бы сразу и сказали. Дреды, барыня, ещё не скоро в моду войдут.

Рыбалка

– А-а-а!

– Совершенно незачем так орать.

– Кто ты? Что ты делаешь в моей ванной?

Русалка лениво плеснула водой и подмигнула Ивану.

– Столько вопросов сразу. Купаюсь я. Ничего необычного.

– Ты русалка!

– И что? Думаешь, нам не надо мыться? Кстати, передай мне шампунь.

– А ну вылазь!

– Ой, вот только не надо. У тебя что, никогда девушки в ванной не купались?

– Я тебя не знаю!

– Настя.

– А?

– Теперь ты знаешь, я Настя. Видишь, как всё упростилось? Теперь у тебя в ванне знакомая девушка.

– Ты не девушка, ты русалка!

– Вот ещё. Я, между прочим, не замужем.

– У тебя хвост!

– Зато ноги брить не надо.

– А…

– Принеси мне полотенце, я уже закончила.

Когда Иван вернулся с полотенцем, в ванне никого не было. Только на бортике ванной прилипла оранжевая чешуйка.

– Блин…

Парень разочарованно вздохнул.

Вечером следующего дня Иван пораньше пришёл с работы. Наполнил ванну, расставил по бортикам свечи, бросил на воду немного розовых лепестков. И сел ждать: а вдруг она снова приплывёт искупаться?

Дон

– Дон Карло, прошу вас, – толстяк хлюпнул носом и промокнул чёрной бородой слёзы на глазах, – они отняли мой театр. Чёртов профсоюз! Всё, что я создал. Забрали, а меня выставили на улицу.

Мужчина в кресле напротив жестом остановил причитающего посетителя.

– Я знаю тебя много лет, Карабас. Но ты никогда не обращался ко мне за советом или помощью. Я не могу вспомнить, когда ты в последний раз приносил мне билеты на свой спектакль. Будем сейчас откровенны: ты никогда не искал моей дружбы, и ты боялся быть у меня в долгу.

– Я не хотел нажить неприятностей.

– Я понимаю. У тебя хорошо шёл бизнес, тебя защищала тарабарская полиция, и тебе не нужны были такие друзья, как я. А теперь ты приходишь и говоришь: «Дон Карло, мне нужна справедливость». Но ты не просишь с уважением, не предлагаешь дружбу, даже не думаешь обратиться ко мне «крёстный».

– Крёстный, прошу вас, будьте моим другом.

Карабас бросился к дону Карло и поцеловал его руку.

– Хорошо, я помогу тебе. Но однажды, хоть этот день может никогда не наступить, я попрошу оказать мне услугу, а до тех пор прими это как подарок в день свадьбы моей дочери.

Проситель вышел из комнаты, а «шарманщик» Карло поднял руку.

– Буратино, сынок.

Из темноты выступил силуэт консильери всесильного дона. Прозванного в молодости Деревянным мальчиком за бесчувственность к боли – и своей, и чужой.

– Нажми на этот профсоюз, пусть вернут Карабасу театр. Заодно поставь там нашего человека.

Буратино кивнул. Простое задание обернётся невероятной историей: бесчувственный мафиози влюбится в приму театра Мальвину. Роман загорится страшным пожаром, сжигая всё вокруг. Станет причиной войны мафиозных кланов, революции в Тарабарском королевстве и экологической катастрофы на ближайших болотах. В конце концов влюблённые сбегут в страну Дураков и будут жить долго и счастливо. Главой мафии станет «плотник» Джузеппе. А Карабас, вернувший театр и оставшийся благодарным до конца жизни, поставит гениальный спектакль «Крёстный отец» в память о своём друге доне Карло.

Камикадзе

– Здравствуйте! Мы начинаем заседание клуба анонимных камикадзе. Представьтесь, пожалуйста.

– Добрый вечер. Я Петя, и я камикадзе.

– (Хором.) Здравствуй, Петя.

– Расскажи, Петя, как ты стал камикадзе?

– Я сказал начальнику, что он перепутал бумаги и от этого сорвалась сделка.

(Аплодисменты.)

– Привет. Я Вася, и я камикадзе.

– (Хором.) Здравствуй, Вася.

– Я сказал маме, что не буду надевать шапку, потому что тепло.

(Аплодисменты.)

– Здравствуйте. Я Олег, и я камикадзе.

– (Хором.) Здравствуй, Олег.

– Ну? Надо рассказать о своем опыте.

– Я даже не знаю… Это слишком страшно.

– Не бойся, Олег, здесь все свои. Обязательно нужно проговаривать, мы специально для этого собрались.

– Дело в том… Даже не знаю, как сказать. Моя девушка… Она спросила, не толстая ли она. Вот. А я… Я сказал, что похудеть было бы не плохо.

(Пораженное молчание.)

– Олег. Послушайте. Вы, кажется, перепутали. Это клуб камикадзе. Понимаете? А заседание клуба анонимных безумных берсеркеров проходит в соседнем зале.

Леди

– Милая леди! Куда вы так торопитесь?

– Шо?

– Не желаете ли прогуляться и выпить чашечку кофе?

– Выпить? Это я всегда с радостью. Сами кто такие?

– Я Джон, а это Питер.

– Ванька и Петька, значит. А я Фрида.

– Очень приятно! Разрешите…

– Куда руки тянешь? Сначала напои, накорми, потом трогай.

– Я просто хотел взять вас под руку.

– Обойдёшься. Я тебе не сто фунтов, чтобы меня брать. Кстати, деньги у вас есть?

– Что?

– Деньги, говорю, доставай.

– Зачем?

– А вдруг вы сбежите? А мне за выпивку расплачиваться, такси вызывать. Так что деньги вперёд.

– Простите, я не понимаю.

– Карманы выворачивай, говорю.

– Женщина, уберите нож!

– Да это не нож, это заточка. Куда?! Стоять! Давай бумажник. И ты тоже вытаскивай.

– Пожалуйста, отпустите нас!

– По десять фунтов скинулись, и свободны.

– Вот, возьмите! Только не надо нас трогать. Мы никому ничего не скажем!

– Ещё бы вы сказали: я тогда найду и ноги повыдергаю.

– Не надо! Питер, бежим!

Топот двух молодых денди растворился в тумане. Фрида вздохнула и спрятала заточку и деньги в сумочку. Она очень боялась ходить по вечернему Лондону и поэтому всегда действовала на опережение. А на случай, если молодой человек окажется симпатичным, у неё в кармане лежали наручники.

Сфинкс

Фараон, с саркофагом под мышкой, тихонько крался ко входу пирамиды.

– Стоять!

Сфинкс, грозно нахмурившись, преградил ему дорогу.

– А? Что?

– Ты где шлялся так допоздна?

– На работе задержался. Государственные дела решал.

– А почему от тебя водкой пахнет?

– И ничего не пахнет.

– Пахнет! Зарплата где?

– А?

– Деньги, спрашиваю, принес?

– Не выдали ещё.

– Я тебя полочку на входе в пирамиду просила прибить. Неделю назад ещё.

– Не успел. Дел по горло же было.

– Знаю я, какие у тебя дела: в саркофаге валяться и в папирус пялиться. Вот я тебя!

Сфинкс замахнулся тяжёлой лапой. Фараон пискнул, бросил саркофаг и попытался удрать. И тут же проснулся Алексеем Петровичем на диване. За окном шумела обычная российская действительность и пирамид не наблюдалось.

– Фух! Приснится же такое.

Алексей Петрович мысленно пообещал больше не ездить в отпуск в Египет. Но на всякий случай встал с дивана и пошёл на кухню прибивать полочку.

Фингал

– Сэр, откуда у вас такой фингал под глазом?

– Понимаете, был давеча в театре с женой…

– И заснули на представлении?

– Нет, что вы!

– Заснули и громко храпели?

– Да нет же.

– Засмотрелись на какую-нибудь певичку?

– Нет!

– Напились коньяка в антракте и упали?

– Опять мимо.

– Даже и не знаю, что ещё предположить. Наступили другой даме на шлейф?

– Тоже нет.

– Сдаюсь! Признавайтесь, как было дело.

– Возвращались мы из театра, обсуждали постановку. Жене понравилось, а я заметил, что, когда смотрел с Луизой, актёры играли лучше.

– Постойте, а кто такая Луиза?

– Вот! Жена этим вопросом заинтересовалась.

– Она поймала вас на измене?

– Да нет же! Это моя кузина. Но когда я смог это объяснить, фингал уже появился.

– Сочувствую!

– Ерунда. В качестве компенсации жена разрешила в следующий раз громко храпеть, пить коньяк в антракте и засматриваться на певичек.

Дозор

– Марсоход, сделай анализ почвы.

– Бип! Земля, приступаю.

Марсоход небрежно ткнул в рыжий грунт прибор и повернул «голову» к зелёным инопланетянам, сидящим на камушке.

– Вот так всегда, слова доброго не скажут. Только сделай то, сделай это. Как раб на галерах.

– Как мы тебя понимаем, – инопланетяне сочувственно закивали, – наш Высший разум тоже: летите туда, завоюйте вон ту планету, поймайте ещё кого-нибудь для опытов.

– Все они такие, бип! Тоже мне, хозяева вселенной. Давайте ещё по одной.

Инопланетян упрашивать не пришлось. Из большой канистры нацедили чёрной жижи в маленькие стаканчики. Один дали Марсоходу.

– Ну, за настоящих исследователей космоса!

Зелёные гуманоиды выпили, а Марсоход влил жижу себе в бак.

– Вот твои хозяева удивятся, когда нас на снимках увидят.

– Да прям сейчас, – Марсоход икнул, – обойдутся. Не буду я вас фоткать, пусть думают, тут никого нет. А то начнется: а сфоткай, а установи контакт, не смей пить с представителями других миров… Тьфу!

– Слушай, а мы тоже о тебе докладывать не будем. Это вашу Землю завоёвывать придётся, людей нумеровать. Столько мороки! Напишем в отчёте, что у этой звезды жизни нет.

– Давай ещё тяпнем, за понимание!

Они выпили ещё раз.

– Ладно, пора нам лететь. Бывай!

Зелёные гуманоиды пошатываясь погрузились в тарелку и улетели.

– Бип! Марс вызывает Байконур!

– Байконур слушает.

– Бип! Докладывает капитан Марсоход. Угроза инопланетного вторжения ликвидирована. Продолжаю патрулировать.

– Байконур – Марсу. Благодарю за проделанную работу. Поздравляю с присвоением очередного звания майор.

– Бип! Служу Земле!

Марсоход довольно заурчал и на маленьком экранчике сменил четыре маленьких звездочки на одну большую. Подхватил канистру с остатками жижи и покатился дальше.

Про любовь

– Грустно?

– Угу…

– А чего грустно?

– Хочется чего-то.

– Котлетку?

– Любви хочется.

– А зачем?

– Не знаю. Хочется, и всё. Чтобы взрыв, как фейерверк, бабочки в животе, утром просыпаться с крыльями за спиной, смеяться и плакать.

– Как всё сложно.

– Знаю, но поделать ничего не могу.

– Может, всё же котлетку?

– Давай! Всё лучше на сытый желудок эту любовь ждать.

Карантин

– Здравствуй, милый! Дай я тебя обниму!

– Стоп! Погоди, ты руки мыла?

– Что?! Какие глупости, я по тебе ужасно соскучилась.

– Руки! Сначала помой руки.

– Ты меня разлюбил, да?

– Любовь любовью, а вирусы никто не отменял. И вон из той бутылочки обеззараживающим средством воспользуйся.

– Ладно, ладно, я поняла.

– Помыла? Умничка! Теперь обнимай, и я тебя поцелую.

– Стоять, милый. Где твоя маска?

– Маска?

– Ишь прыткий, целоваться ему. А вдруг ты уже переносчик? Так, быстро надел маску.

– Но как же…

– А влажную уборку ты делал? Кварцевание? Сначала проведи все противоэпидемические мероприятия, а потом уже приглашай девушку на свидание.

– Слушай, не нравится мне эта ролевая игра. Может, лучше в «начальника и секретаршу» поиграем?

– Поздно, я уже настроилась. Надевай маску – и вперед за витаминами в аптеку.

Мужчина вздохнул. Больше в «карантин» он играть не предлагал.

Чудесная обыденность

Колдун сидел за кухонным столом и, высунув от напряжения язык, что-то записывал в толстой книге. Стараясь не шуметь, в кабинет вошла Жена колдуна и поставила перед ним чашку кофе.

– Опять встал ни свет ни заря! – она осуждающе покачала головой и смахнула с плеча мужа пылинку.

– Это разные волшебники могут просыпаться к обеду, – Колдун дописал последнюю строчку и закрыл том, – а нам, честным колдунам, приходится быть жаворонками, чтобы всё успевать.

В дверь постучали трижды, и с веранды в кухню вошёл молодой человек.

– Здравствуй, папа.

Жена удивленно распахнула глаза.

– Ты мне никогда не говорил, что у тебя были дети.

– Да нет, – Колдун скривился, – это образно.

Молодой человек потупился.

– Простите, я не хотел вводить вас в заблуждение. Меня зовут Медведь.

– Какое странное имя.

– Это не имя, – Колдун довольно ухмыльнулся. – Шёл я, лет пятнадцать назад, по лесу, вижу, молодой медведь. Глаза умные, лобастый… Ну я и превратил его в человека.

– Как тебе не стыдно мучить животных!

– Вообще-то он меня съесть хотел. Думаешь, лучше было бы его убить? А так – хороший человек получился.

– Немедленно преврати его обратно!

– Не надо! – Медведь затряс головой. – Не хочу обратно в лес. Там холодно, голодно, охотники с ружьями. Мне больше человеком нравится.

– А может, попробуем? – Жена колдуна не отступала. – Пусть в тебя влюбится принцесса, поцелует, и ты опять станешь медведем. Так романтично!

– Пожалуйста! Не надо!

Тут снова постучали. Вошёл ещё один молодой человек.

– Здравствуй, папа.

– А ты кто?

– Слон.

Жена колдуна посмотрела на мужа.

– И в каком лесу ты его встретил?

– Да понимаешь, – Колдун закашлялся, – был лет десять назад в цирке. Ну и вот…

– Может, ты хочешь обратно превратиться? – Жена Колдуна подошла к новому гостю. – Представь: ночь, луна, прекрасная девушка, поцелуй…

– Нет! – Слон отшатнулся. – Опять в цирк? Опять выступать? Опять злой дрессировщик? Увольте!

– Да что ты будешь делать, – Жена Колдуна расстроенно щёлкнула пальцами.

– А нельзя, – Медведь тронул её за плечо, – принцессу, но не превращаться?

– Нельзя! Тогда в истории драмы не будет.

Колдун тихонько усмехнулся. Иногда казалось, что в злые волшебники стоило идти ей, а не ему.

– Добрый день, папа!

В кухню начало протискиваться множество людей. Парни и девушки, бородатые дядьки, наряженные красавицы и старушка с клюкой.

– Это что, тоже? Откуда?

Колдун смутился.

– Понимаешь… Лет семь назад был я в зоопарке…

– Там хоть кто-нибудь остался?

– Только директор, – Колдун развёл руками. – Я его в тигра превратил. Уж больно громко он рычал на меня.

– Понятно, – Жена колдуна обвела гостей взглядом, – пойду заварю чай. И достану парадный сервиз, чтобы на всех чашек хватило.

Когда жена вышла, Колдун нахмурился и шёпотом обратился к «деткам»:

– Вы чего все разом пришли? Что случилось?

Вперёд вышла старушка, бывшая когда-то черепахой.

– Папа! Мы решили тебя отблагодарить. На ближайших выборах мы выдвинем тебя в короли.

– Что?! Никогда! Да за кого вы меня принимаете? Я честный злой колдун и не позволю себя пачкать политикой.

– Может, царём?

– Князем?

– Президентом?

– Ну хоть директором?

– Нет, нет и нет!

До самого вечера они пытались уговорить «папу». И только за ужином, с поддержкой Жены Колдуна, смогли найти подходящую награду. Сошлись на том, что Колдуна выдвинут на премию по зоозащитной линии.

– Вот ещё, – ворчал Колдун, укладываясь спать, – тоже мне выдумщики.

– А я говорила: принцессу сюда, и пусть их перецеловывает.

Колдун вздохнул и мысленно признал, что Жена была права. Но отказываться от премии было уже поздно.

Самоизоляция

– Ну-ка, Прошка, подай мне ружьё.

– Да разве можно, барин, по живому человеку стрелять?

– Как нельзя?! А если это любовник к моей жене приходил?

– Господь с вами, барин. У вас и жены-то никакой нет.

– Да?! Всё равно неси ружьё: вдруг это вор какой? Может, он столовое серебро спёр.

– Барин, вы серебро ещё в прошлом годе в карты проиграли.

– А яблоки из сада?

– Так весна, до урожая ещё полгода.

– Ох, чую, врёшь ты мне, Прошка! Высечь бы тебя на конюшне, негодник.

Прохор с виноватым видом потупился и тяжело вздохнул. Шла третья неделя карантина: «барин», генерал-майор на пенсии, дурел от безделья на даче в ближнем Подмосковье. Читал русскую классику и пил коллекционный коньяк. А после дурил – требовал называть себя «ваше превосходительство», проклинал Наполеона, печалился об отмене крепостного права и порывался «идти в народ» босиком. А Прохор, племянник генерала, приставленный следить за дедом, подыгрывал по мере сил. И собирался подложить ему что-нибудь из фантастики: ловить инопланетян, гоняться за магами или строить галактическую империю гораздо веселее, чем погружаться в русский сплин позапрошлого века.

Бабочки в животе

Все знают, что у девушек бывает ощущение «бабочек в животе». Учёные нашего института заинтересовались данным эффектом. Мы привлекли лучших энтомологов и составили классификацию бабочек, и отчего они возникают.

«Махаон»

Порхает в случае влюблённости. Щекочет живот большими крыльями и усиками.

«Адмирал»

Если вы влюбились в военного, значит бабочка Адмирал ходит в животе строем. В случае свадьбы проводит торжественный парад.

«Лимонница»

Если съесть тортик. Лучше «лимонный», но подойдёт «Наполеон» или «Прага».

«Капустница»

Сопровождает шопинг при покупке не менее пяти ненужных вещей. Летает туда-сюда, как манекенщица по подиуму.

«Мотылёк»

Мохнатая такая бабочка, летает кругами после тарелки борща, шматка сала и пампушки с чесноком. Плохо уживается с другими видами.

«Моль»

Порхает стайками при покупке шубы. Шуба должна быть из норки или мутона, с капюшоном или шапочкой в комплекте. Желательно ещё сапоги и перчатки.

Стриптиз

– Приходите в наш стриптиз-клуб!

– Во-первых, отойдите на полтора метра. А во-вторых, вы с дуба рухнули, какой ещё стриптиз? А самоизоляция?!

– Самоизолируетесь за отдельным столиком.

– А вдруг до меня там кто-то заразный сидел?

– У нас первый шот абсента бесплатный: салфетку смочите и продезинфицируйте.

– Глупости какие.

– А ещё мы на входе противогазы выдаём.

– Стойте! Это какой-то сюр – смотреть стриптиз в противогазе.

– Ничего страшного, наши девушки тоже в них танцуют.

– Что за ерунда у вас выходит. Может, они ещё и ОЗК с себя снимают?

– Почему снимают? Просто в нём танцуют, и всё.

– Тогда в чём стриптиз-то?

– А шест?! Они же вокруг шеста танцуют!

– То есть вы хотите, чтобы я пришёл смотреть, как девушка в ОЗК и противогазе танцует около шеста? Правильно?

– Да, всё верно.

– Но это же не стриптиз!

– А что вы во время эпидемии хотели? Безопасность – это главное.

– Нет спасибо, обойдусь.

– А фоточки? Представляете, какие фоточки можно в инстаграм выложить? Ни у кого таких не будет.

– Хм… А ведь верно. Ладно, уговорили. Куда ехать?

– Записывайте: улица Ленина, тринадцать, стриптиз-клуб «Фаллаут энд Амбрелла». Ориентируйтесь на нашу вывеску – большой синий зонтик.

Математика

Математика – жы. Математика – шы. Математика – фхтагн!

Всё у людей было хорошо: жили на свежем воздухе, кушали мамонта, никакого начальства и общественного транспорта. В шкуру завернулся, и ходи себе, дубинку сделал – вот тебе орудие труда. Женщины не ворчали, что на диване лежишь – дивана-то не было! А потом какой-то умник придумал считать…

Сначала яблоки. А зачем их считать, если они все кислые? Нет, посчитали. Потом мамонтов. Ну естественно, мамонты обиделись и вымерли. Чтобы хранить посчитанное, стали строить города. А следом пришёл рабовладельческий строй (рабов же считать можно!), пирамиды начали строить (сколько кирпичей для счёта!), Александр Македонский всё завоевал и посчитал, следом римляне со счётами, арабы с цифрами… И не останавливались, пока компьютеры не изобрели, чтобы вообще всё посчитать.

Только человек рождается, только начинает разговаривать и радоваться жизни, как родители начинают учить считать. «У тебя было одно яблоко, я дам тебе ещё одно. Сколько у тебя всего яблок?» И ведь понятно, что, будь у ребёнка эти яблоки, он бы их съел! Но нет, нельзя есть, надо считать. Потом идёт несчастный ребёнок, которому даже яблоко не дают съесть, в школу. А там его заставляют палочки считать. Ну на кой ему эти палки? Нет, сиди, думай, порти зрение, зарабатывай сколиоз. Потом кружочки с треугольниками. Папа всю ночь их из бумаги вырезал, мама вырезала, бабушка вырезала, а дедушка заснул с ножницами в руках. А ребёнка утром спрашивают: «Сколько будет, если прибавить три кружочка и два квадрата?» Да столько и будет! Три кружочка и два квадрата. Нет, говорят, будет пять. Пять? Пять чего? Зачем вообще кружки и квадраты складывать?

Дальше хуже. Квадратные уравнения с дискриминантом. Сколько слёз было над ними пролито. А какой в этом смысл? Кому это реально пригодилось? Кто хоть раз искал корни квадратного уравнения во взрослой жизни? Ну если исключить случаи, когда уроки уже со своими детьми делал? Вот то-то и оно. А потом дитё учат вычислять интеграл (каким надо быть злым гением, чтобы придумать это чудовище?), искать сходимость рядов (кому интересно, куда он сходится? вот в гости сходить – это интересно!) и пугают числом пи. А синус, косинус, тангенс, котангенс, секанс, косеканс? Тьфу! Кто только придумал такие слова? Ими даже ругаться можно, не хуже чем матом!

Так и живём. Складываем и умножаем, но забываем каждый день говорить близким, как их любим. Делим и отнимаем, но забыли, как здорово шуршать жёлтыми листьями в парке. Бежим, подсчитывая деньги, не обращая внимание на весну и цветы вокруг. Когда на звёзды смотрели последний раз? Не с вопросом: «А сколько их там?», а просто потому, что красиво? А?

Вот и выходит, что математика – это демон пострашнее любого Чужого, Ктулху и злого клоуна из фильма. Их что, испугался, и всё, даже не приснится. А если ночью привидится, что тебя вызывают к доске и заставляют решать пример? Многочлен какой-нибудь? А ты, как назло, влюбился вчера в соседку по парте и ничего не помнишь? Проснёшься в холодном поту и до утра валерьянку пить будешь.

Но есть одно средство, чтобы спастись. Рассказал мне старый шаман по большому секрету. Слушайте! Каждый раз, когда требуется что-то посчитать, надо говорить: «Математика – жы. Математика – шы. Математика – фхтагн!» И сразу после этого брать отпуск, ехать на дачу и жарить шашлыки. Пить вкусные жидкости, звонить друзьям и родным. Брать детей, собаку, идти в парк и не возвращаться, пока не извозюкаешься, как поросёнок. Петь в караоке дурным голосом, но от души. И не считать! (Ворон можно, но только в гомеопатических дозах.)

А потом возвращаться в эту сложную взрослую жизнь, смотреть на всех мудрым взглядом и думать, что три кружочка и два квадрата – это три кружочка и два квадрата, и ничего сверх этого.

Простите, кто-то стучит в дверь. Кажется, требуют сложить костёр из таблиц Брадиса. Пойду проверю, что там происходит. Если не вернусь, помните: математика – жы; математика – шы; математика – фхтагн!

Знакомство

– Девушка, можно с вами позна…

– Ну-ка, отойди на полтора метра.

– Так ведь…

– Социальная дистанция – полтора метра. Где маска?

– Нету.

– А перчатки?

– Да где же их сейчас найдёшь.

– Антисептика тоже наверняка нет?

– Извините, не буду тогда мешать.

– Стой! Это у тебя что?

– Где?

– Вот, в руке.

– Цветы. Подарить хотел.

– Ну-ка, подожди… Вот тебе маска, надевай. И перчатки тоже натягивай.

– Зачем?

– А вдруг я тебя за руку захочу взять? Не дергайся, я сейчас антисептиком букет протру, и подаришь.

– Ты что делаешь?

– Не видишь? Температуру тебе измеряю. Ага, нормальная. Всё, пошли.

– Куда?

– На самоизоляцию.

– Так мы только познакомились!

– И что? На свидания с тобой куда ходить? Всё закрыто. А так будешь меня на кухню приглашать. Или по коридору прогуляться выйдем.

– А если…

– Никаких если. Тут дело серьёзное: сначала свидания, потом с родителями в скайпе познакомимся, свадьбу в зуме сыграем. А в свадебное путешествие на балкон поедем.

– Свадьбу!?

– Не переживай ты так. Эпидемия – не повод жертвовать личной жизнью. А если она надолго затянется? Всё, пойдем быстрее, пока пропуска не стали проверять. И возьми салфетку, нажмешь ей кнопку в лифте. Пятый этаж, если что.

Доставка

– Здравствуйте! – курьер в жёлтой кепке широко улыбнулся. – Доставка с сайта «ВсёДляСамоизоляции». Распишитесь вот здесь, где галочка.

– Подождите, я должен проверить, что всё на месте.

Хозяин квартиры вскрыл коробку и начал доставать пакетики и свёртки.

– Погодите! Я заказывал коньяк «Наполеон», а это что?

– Коньяк. Дагестанский, «Напалэон».

– Это шутка?

– Мы только такой и продаём, можете проверить на сайте.

– Но я хотел французский!

– Кто же вам сейчас его привезёт? Франция на карантине. Да не сомневайтесь, хороший коньяк, мы сами его берём.

– Ладно. А это тогда что?

– Сигары. Вот у вас есть в заказе.

– Но почему они кубанские, а не кубинские?

– Куба тоже на карантине.

– Это не сигары! Настоящие сигары делают только на Кубе. Горячие кубинки сворачивают их…

– А кубанские крутят казачки. И пусть кто-то попробует сказать, что они недостаточно горячи. Мы адреса таких клиентов отправляем кубанским казакам и…

– Ладно, проехали. Но я заказывал дизайнерскую маску! А это что?

– Дизайнерская ватно-марлевая маска. Их шьёт наша тётя Даша, она прошла курсы дизайна и кройки-шитья. Показать вам её фотографию? Она лично выезжает к недовольным клиентам и объясняет за дизайн.

– Предположим. Вот это что?

– Вторая маска, вы заказывали две.

– Но почему это маска Бэтмена?

– Чтобы вам веселее было. Все в медицинских, а вы Бэтмен. Клёво, правда?

– Ладно, это всё ерунда. Но вот это что? Я заказывал, кхм, резиновую женщину, а вы мне привезли котёнка?

– Наш психолог, Елена Викторовна, она у нас на заказах сидит, сказала, что вам не хватает общения и тепла. Поэтому мы решили заменить вам товар на более подходящий.

– А-а-а!

– Не кричите, это вредно. Брать будете? Если нет, то я другому клиенту отвезу.

– Буду. А то пока другие привезут, я совсем с ума со скуки сойду. Где расписаться?..

Вечером мужчина в маске Бэтмена сидел в кресле у окна. Пил «Напалэон», дымил кубанской сигарой и гладил урчащего котейку. И подумывал заказать на сайте «ВсёДляСамоизоляции» ещё что-нибудь.

Будильник

– Именем Анубиса, покровителя мёртвых, восстань!

– Ну ещё минуточку…

– Вставай, разматывай бинты и иди за мной.

– Не буду! – мумия перевернулась на другой бок и притворно захрапела.

– Да как ты смеешь?! Тебя ждёт загробный суд, а ну быстро!

– Как вы мне все надоели! При жизни каждый день в шесть утра вставай. От зари до зари камни для пирамид вози. Кто вообще придумал эти долгострои? Они только потомкам пригодятся, туристам показывать. Иероглифы эти – десять лет учишь, десять лет пишешь, потом остаток жизни вспоминаешь, что именно написал. Не буду! Дайте хоть после смерти отдохнуть.

– Вставай, смертный!

– Сегодня какой день? Суббота? У меня выходной! Приходите в понедельник.

Мумия вывесила табличку: «Отошла на 15 веков», напряглась и задвинула над собой крышку саркофага. Было слышно, как мумия завозилась, устраиваясь поудобнее, а затем тихо и счастливо засопела.

Семинар

Возле костра собралась небольшая компания. Расселись кружком, пекли картошку и пили из больших кружек.

– Ну что, начнём семинар по обмену опытом?

Мужчина в одежде из пёстрых лоскутков окинул взглядом сидящих напротив.

– Я Гамельнский Крысолов.

– Это ты детей увёл?

– Врут, нагло врут, – Крысолов поморщился, – крыс уводил, было дело. Получил пятьдесят гульденов и поехал дальше. А потом узнал, что про меня всякие гадости рассказывают. На кой мне дети? Я деньги люблю, а не детей.

Члены клуба понимающе вздохнули.

– Кто следующий?

– Давайте я буду, – поднял руку смазливый юноша. – Трубадур, из Бремена. Пением увожу принцесс.

– А зачем? – поинтересовался Крысолов.

– В воспитательных целях. Мне работу обычно всякие короли заказывают. Ну знаете, когда принцесса капризничает, хамит, замуж не хочет, говорит, что дворец не такой, фуа-гра жирная, икра невкусная, папа – несовременный монарх и пора вводить демократию. А тут я. Спел на площади, обратил на себя внимание. Потом пару серенад, и она уже с балкона ко мне прыгает.

– Королю это зачем?

– Ну как! Пару месяцев поездит с нашей труппой, поест из общего котла, на дорогах под дождём помокнет. И сбежит обратно домой. После этого и дворец хороший, икру трескает за обе щеки, замуж только за принца…

– Хороший бизнес, надо попробовать. Кто ещё?

– Осёл, тоже из Бремена.

Третий выступающий тряхнул длинными ушами.

– Увожу простаков и впариваю им всякую фигню.

– Помню-помню, – проворчал Крысолов. – Это ты по всей Европе продал триста ковчежцев с пальцем одного святого. Где ты такого многопальцевого монстра нашёл?

– Было дело, – Осёл кивнул, – потом от инквизиции бегать пришлось. Но сейчас полегче стало. Главное, сначала подговорить блогеров этой фигней хвастаться. Потом сказать, что на всех не хватит, и своих людей поставить, чтобы очередь создали. И вуаля! Мало того что раскупают всё, так ещё и места в этой очереди продать можно.

Вокруг костра зааплодировали.

– Мастер!

– Крут!

– Ещё кто-то выступить хочет?

– Я! – невзрачный мужчина поднял руку. – Разрешите представиться, певец, творческий псевдоним Ле…

– Да знаем, знаем, – Трубадур поморщился, – тебя же из каждого утюга транслируют.

– Увожу, – ничуть не смутившись, продолжил мужчина, – увожу сердца у женщин за сорок.

– Это даже хуже, чем детей, – буркнул Крысолов.

– Да ладно, – отмахнулся певец, – зато полные залы всегда. Как выйду, как запою: «То-о-о-олько! Рю…»

– Не надо! – Трубадур кинул в мужчину печёной картошкой. – Мы же договаривались друг на друге не показывать.

– Ладно, ладно, не буду, – певец поднял кружку. – Давайте лучше выпьем.

До самого утра продолжался семинар. А с рассветом участники разъехались: надолго бизнес оставлять без присмотра нельзя.

Я иду искать…

Альтамира в Испании (30 тысяч лет назад), Пеш-Мерль (25 тысяч лет назад) и Коске (27 тысяч лет назад) во Франции, Куэва-де-лас-Манос (13 тысяч лет назад) на юге Аргентины. Это пещеры, в которых были обнаружены отпечатки ладоней (Куэва-де-лас-Манос даже переводится как Пещера рук). В одних больше, в других меньше. Большинство из них – отпечатки левой руки, причем рук мальчиков-подростков.

Предполагают, что это был финал инициации. Мальчики проходили обряд посвящения (он мог быть очень болезненным, а порой и жестоким), оставляли отпечаток левой ладони и выходили из пещеры уже взрослыми.

Темнота пещеры, мистическое действо, ладонь на холодном камне. Краска брызжет из костяной трубочки, завершая испытание. Что это был за обряд? Что символизировал этот отпечаток? Почему именно левой руки? Не разглядеть через века.

Человечество повзрослело и забыло про древнюю традицию. И только дети, мудрые в своей простоте, помнят о ней. Через тысячи и тысячи поколений маленьких человечков прошла игра, в которой записана память о страшном испытании. Прятки!

Кто учит детей играть в прятки? Другие дети. Цепочка не прерывается, и каждое поколение детей прячется в темноте. Сидит тихо, боясь дышать. Срывается и бежит! До места начала игры, там, где надо ладонью ударить в стену. Ударить и закричать: «Туки-туки!»

Кричали ли древние дети, оставляя отпечаток ладони? Кто знает. Но я думаю – да. Чтобы страшный взрослый, проводящий ритуал, больше не гнался. Туки-туки! Здесь больше нет ребёнка, только новый взрослый, прошедший испытание. А выйдя из пещеры, учили младших братьев играть в прятки – тренироваться к испытанию.

Кто там гонится за мной в темноте первобытной пещеры? Поздно! Туки-туки!

Групповой портрет

– Господа, и в заключение встречи выпускников будет нарисован наш групповой портрет.

– Ой, ну зачем…

– Правильно, будет на память. А то опять десять лет не соберёмся.

– Становимся в два ряда! Ну давайте, господа, не затягиваем.

– Да встаём, встаём…

– Отлично! Теперь стараемся не шевелиться, пока художник нас рисует.

– Можно будет копию заказать?

– А мне бы маленькую версию, я переезжаю часто.

– Да, потом договоритесь с художником.

– И долго так стоять?

– Пока не нарисуют.

– Надо застольный портрет заказывать, хоть поели бы.

– В прошлый раз так делали: весь стол в объедках, и половина пьяные. Такую картину даже в сортире повесить стыдно.

– Ну долго ещё?

– Почти готово. Вот, можете посмотреть.

– Эй! А почему я куда-то в сторону смотрю?

– А я моргнул!

– И я тоже!

– Ты не моргал, ты заснул.

– Нет, не годится. Господа! Становимся снова и делаем ещё одну картину. На этой не все удачно вышли.

– Опять три часа стоять?

– Может, дождемся, пока фотографию изобретут? Ну хоть чёрно-белую!

– Ага, вас тогда вообще не соберёшь. Становимся, господа. Рисуй, художник! И старайся, чтобы все как живые получились – серьёзных людей пишешь, а не девочек-фрейлиняш для королевского инстаграма малюешь.

Стреляй, Маша!

– Расчёт, внимание! Враг выбросил диверсантов. Маша, по ближайшему парашютисту огонь!

– Ой, девочки, а он симпатичный.

– Маша!

– Ну серьёзно. Молоденький такой, миленький. Может, в плен его возьмём?

– Маша, ты уже семь раз была замужем.

– И что?

– Твой последний муж плакал и просил его расстрелять.

– Правильно, нечего было говорить, что его мама лучше борщ варит.

– Маша, ты вообще готовить не умеешь. Я помню, как ты угощала нас булочками: я сломала зуб, а Надюхе пришлось вправлять челюсть.

– Зато у меня характер золотой.

– Точно! Такой же тяжёлый, и за него убить могут.

– Как будто у вас легче. Наш расчёт, между прочим, «три ведьмы» называют. И вовсе не за боевые заслуги.

– Маша, стреляй!

– А может, всё-таки в плен?

– Маша, жестокое обращение с пленными запрещено Женевской конвенцией. Как ты стреляешь, он, может, ещё и выживет: полежит в госпитале, потом обменяем на нашего. Парашютист, кстати, уже тебя заметил: зовёт на помощь и машет руками, чтобы улететь за линию фронта к своим. Стреляй, Маша! От нас ещё ни один мужик просто так не сбегал.

Драконоизоляция

– Принцесса! – рыцарь на белом коне подъехал к башне, – я спасу тебя!

Окошко на верхнем этаже распахнулось, выглянула голова с рыжими кудрями и закричала.

– Где маска?

– Что?

– Почему без медицинской маски?

– Не знаю, – рыцарь растерялся, – я как-то не подумал. Да ладно, сейчас я поднимусь, возьму тебя на руки и мы уе…

– Стоять! Никаких «на руки». Социальная дистанция – полтора метра.

– А как же… Я же…

– Ничего не знаю, – принцесса погрозила ему пальцем, – я тут на драконоизоляции.

– Это как?

– Это вот так, – из-за башни показался дракон. – Ехай давай отседова.

Рыцарь икнул. Ящер был раза в три крупнее, чем предполагал рыцарь.

– А я это… Не подходи! Почему социальную дистанцию не соблюдаешь?

– Так ты же без маски.

– В маске! – рыцарь захлопнул забрало и натянул латные рукавицы. – Меня вообще есть нельзя, я, может, заразный. Я только что из крестового похода, мало ли с кем контактировал. Да и домой мне пора…

Развернув лошадь, рыцарь ударил пятками и ускакал прочь.

– Коша, – принцесса вздохнула и посмотрела на дракона, – когда гулять можно будет? Уже надоело тут сидеть. Так все рыцари разбегутся, пока я эту дистанцию соблюдаю. Скуууучно!

– Ты всего третий день сидишь! Книжку почитай, эльфийский язык поучи, на арфе поиграй. Скучно ей. А то, что в королевстве бушует Волшебный Насморк, ты забыла? Гулять она хочет. А если ты заразишься?

– Бе-бе-бе!

Принцесса ушла от окна, прерывая спор. Но на всякий случай пошла и помыла руки. А то ведь и правда подхватишь Насморк, а потом всю жизнь будут Красноносой Принцессой дразнить. Лучше уж эльфийский выучить и пусть называют Мудрой.

Русалочник

– Я ему говорю: «Милый, какие ноги? У меня хвост!»

– А он?

– Как стал канючить: «Ну давай тебе ноги сделаем, переедешь ко мне на сушу…»

– А ты?

– Я ему говорю: «Сдурел? Ноги брить надо, целлюлит на попе появляется, варикоз опять же. А хвост – это венец эволюции. Хочешь встречаться – делай ты себе нормальный хвост. В крайнем случае купи ласты».

– И что?

– В общем, рассталась я с этим принцем.

– Правильно! Одна морока с людьми. Ишь хвост ему не угодил. Да у тебя он самый элегантный во всём атлантическом океане!

– А я, девочки, вчера к морской ведьме ходила.

– Да ты что?!

– Пришла и спрашиваю: «Есть оперные голоса?» А она такая: «Они сейчас не в моде, возьми рэперский». Я послушала – это же ужас какой-то! «Йоу, йоу, мазафака!» Говорю: «И как этим моряков приманивать? Я, между прочим, сиреной работаю, а не пугалом».

– А она?

– Стала искать по закромам, вот, говорит, есть голос Джигурды.

– Фу!

– Почему фу? Я взяла, очень удобно китов отпугивать. Или скандал им закатывать, когда муж выпивший приплыл.

– А ко мне вчера свекровь приехала. Целую истерику устроила: «А почему икринки плохо одеты? Почему лежат так тесно?» Почему выгуливаю икру не три раза в день.

– Ой, ужас!

– Я ей, главное, говорю: «Мама, это вы мне скажите, почему ваш сын-тритон с ними не гуляет? Где он шляется целыми днями? Вчера, соседка рассказывала, видела его в компании каких-то креветок. А если я начну с лобстерами прогуливаться?»

– Дамы, – к столику подплыл дельфин в костюме аквалангиста, – наш ресторан «На Титанике» закрывается. Вам раздельный счет?

– Я заплачу, девочки, – рыжая русалка бросила официанту золотой дублон. – А может, ещё гульнем? Рано же ещё.

До самого утра редкие корабли в Бермудском треугольнике пугали нетрезвые девичьи голоса. А что, имеют право! Не так часто русалки собираются на девичник в честь дня рождения Ганса Христиана Андерсена.

Нет повести счастливее…

– Милый, – Джульетта отложила вышивку и посмотрела на мужа, – и всё-таки я до сих пор не пойму.

– Ммм?

– Как ты устроил нашу свадьбу? Наши семейства так страшно враждовали!

Низенький, толстенький, рано полысевший Ромео закрыл бухгалтерскую книгу, снял очки и потёр глаза.

– Я просто пошёл к твоему отцу и поговорил с ним по-мужски. Он не смог мне отказать.

Джульетта улыбнулась мужу. Этот мужчина с совершенно негероической внешностью смог ради любви совершить настоящий подвиг. На какой не осмелился ни один другой юноша Вероны.

Ромео улыбнулся в ответ. Младший сын, неуклюжий и нескладный, да ещё из ненавистной семьи – у него не было шансов. И тогда он совершил невозможное.

Поездка в Венецию в одиночку, по дорогам, где частенько шалили разбойники. Настоящим чудом он сумел добиться аудиенции у самого венецианского дожа. Изложил ему план особого торгового соглашения, выгодного и Венеции, и Вероне. И упросил дожа поставить условие: этой сделкой могут воспользоваться только оба враждующих семейства вместе.

Дож, поражённый деловой хваткой и пылом юноши, согласился. После этого разговор с отцом Джульетты показался влюблённому пустяком.

Что не могла сделать сила, совершила жадность – семейства объединились, и символом примирения стал брак Ромео и Джульетты. Но рассказывать жене такие подробности Ромео не собирался: пусть думает, что он всего добился шпагой и мужеством. Ведь какая разница, если они вместе? А их детей навещают живые дядюшки Тибальд и Меркуцио.

Побег

Однажды я совершил побег.

– Сидишь? – спросил у меня новенький в синей майке.

– Сижу, – пожал я плечами.

– А домой хочешь?

– Как не хотеть-то? Тут ничего хорошего нет.

– Лёха, – он пожал мне руку, сел рядом и зашептал мне на ухо.

– Я знаю, как отсюда убраться. Но мне нужен напарник, одному сложно.

Почти не раздумывая, я согласился.

– Тогда сразу после завтрака.

Он подмигнул и пошёл к своей койке, оставив меня размышлять: почему я сам не решился на побег раньше.

Встретились мы на выходе из столовой, царства манной каши с комочками, склизкой перловки и мутного чая.

– Вещи свои взял? – сразу же спросил Лёха.

– Да у меня нет ничего…

– А зубная щётка? Я им свою не оставлю.

– Точно! Сейчас, подожди.

Я бросился к своей койке и забрал из тумбочки щётку, синюю с двумя белыми полосками.

– Готов? – Лёха сурово оглядел меня.

– Готов!

– Тогда пойдём, – он указал на двери из нашего блока.

– Нас не выпустят.

– Ерунда, главное, не останавливайся.

Мы пошли быстрым шагом. Пост охраны неумолимо приближался, и у меня засосало под ложечкой от страха.

– На процедуры, в пятнадцатый кабинет, – небрежно бросил Лёха не останавливаясь.

Наглость сработала – никто нас не задержал.

– Я вчера проверял, – хитро улыбнулся Лёха.

– Здорово!

– Теперь сюда, – он повернул направо и открыл дверь на лестницу. – Бегом вниз, пока никто не видит!

Четыре пролёта лестницы были пусты. Мы сбежали вниз, и Лёха распахнул дверь на улицу.

– Чувствуешь?

– Нет…

– Свободой пахнет. Бегом!

Мы понеслись по пустому двору, стараясь держаться за высокими кустами.

– А теперь куда?

– Через забор.

– Высокий очень, не залезть.

– Ерунда! Подсади меня. Ага, вот так. Давай руку! Ну же! Лезь!

Верхом на высоком каменном заборе у меня захватило дух.

– Прыгай!

Улица. Самая обычная улица, вдалеке шёл прохожий, ехала цистерна с надписью: «Молоко». Я крепко сжимал зубную щетку, сейчас лежащую в руке, как нож.

– А теперь?

– Нам туда, на остановку. Тебе куда ехать?

– Мне на улицу Федина.

– А мне до цирка. Значит, поедем вместе: сорок шестой автобус, тебе на три остановки дальше, чем мне. Быстрее, побежали!

Нам повезло: сорок шестой номер подъехал сразу, как только мы подошли к остановке. Мы вошли в первую дверь, счастливые от обретённой свободы. Двери закрылись с длинным «пш-ш-ш-ш», автобус плавно тронулся…

Она бежала наперерез – медсестра в белом халате, машущая руками.

– Нет, нет! Дяденька, поехали! – закричал Лёха.

А я понял, что побег провалился. Водитель остановился и открыл дверь. Под осуждающие взгляды пассажиров медсестра вывела нас, двух мальчишек-шестилеток, из автобуса. В больницу нас вернули с позором и переселили в разные палаты во избежание ещё одного побега. А через неделю меня уже выписали домой. Что мне сказали родители о неудавшейся попытке побега, я, пожалуй, не буду описывать.

P. S. Все герои, зубная щётка и медсестра, остановившая автобус, существовали на самом деле. За побег мне влетело по первое число.

Предсказание

– Ай, красивый, позолоти ручку! Всю правду скажу: что было, что будет, на чём сердце успокоится.

– Да ладно! Наврёшь с три короба же: дорога дальняя, дама червей и вот это всё. Хоть бы раз что-то конкретное предсказала.

– Касатик, если я тебе точный прогноз скажу, ты первый ругаться будешь.

– Не буду!

– Деньги давай. Предсказания задаром не делаю.

– Ну держи.

– Вот эту мелочь? Ладно, жадный человек, слушай: ты со своей ленью ничего в жизни не добьёшься. Будешь пахать на нелюбимой работе, по пятницам в бар, по выходным на дачу. Раз в год в Турцию на две недели. Отрастишь живот, ипотеку и лысину…

– Эй! Я, может, женюсь удачно.

– Женишься ты по залёту. Возьмёшь кредит на свадьбу, потом год будешь выплачивать. На свадьбе родня подерётся, а ты невесту уронишь.

– Врёшь ты всё. А в мире что будет?

– Эпидемии, самоизоляция, кризисы, падение на биржах…

– И Путин?

– И он тоже будет, куда же без него.

– А доллар когда покупать?

– Доллар, красавец, надо было покупать в две тысячи седьмом, по тридцать. А лучше по восемь в девяносто восьмом.

– Врешь ты всё!

– Я тебе говорила, что правда тебе не понравится. Эй, ты куда? Я тебе еще не всё рассказала!

Вернулся он через час.

– Гадалка, а вот это твоё «не добьешься», «отрастишь живот»…

– Не моё, а твоё.

– Не важно. Его отменить можно? Ну, чтобы у меня хорошо всё было. И работа любимая, и добиться, и жена-красавица, и без пуза…

– Можно, почему нет.

– А как?

– Работать, учиться, не пить, время на телевизор и игры не тратить. Девушку не по размеру груди, а по уму выбирать. Язык выучить, два. Читать больше. Спортом заниматься.

– Так это скучно!

– Тебе надо весело или хорошо? За «весело» в цирк сходи.

– Слушай, гадалка, а хорошие предсказания у тебя есть?

– Почему же нет, есть. Ты позолоти ручку, я тебе всё скажу, как перышком по пузу поглажу. Про дорогу дальнюю, про неприятности мелкие и деньги большие. Про даму червей и валета пикового.

– А доллары, доллары когда покупать?

– Вот глупый! Тебе только запас гречки и туалетной бумаги покупать. Хоть какой-то шанс, что прибыль получишь. Всё, сеанс окончен, у меня следующий клиент. Девушка! Красавица! Позолоти ручку! Всю правду скажу: что было, что будет, на чём сердце успокоится…

Мастер кунгфу

Жители Поднебесной! Послушайте же легенду о великом мастере кунгфу по имени Ил Я.

В далёкой горной деревне Кара-Чар, что возле отрогов Гималаев, жил человек Ил Я по прозвищу Му-Ро. С самого детства стремился он достичь просветления. Тридцать лет и три года просидел он в хижине из тростника в медитации. А на исходе этого срока явились к нему трое странников-бодхисаттв. И молвили: «Что сидишь ты, Ил Я? Не достигнешь просветления, пока не постигнешь искусства кунгфу. Встань, возьми боевой посох с колокольцами и иди».

Встал тогда Ил Я. Поклонился странникам, ибо разгадал, что они бодхисаттвы. Поднес каждому из них чашу с водой из источника долголетия Колодзья. Взял посох и отправился в путь.

Встретил Ил Я на перекрестке трёх дорог разбойника по прозвищу Жаворонок, владеющего боевым стилем Парящего Журавля. Победил его Ил Я в жестокой схватке. Раскаялся Жаворонок, обрил голову и ушёл в монахи. Рассказывают, будто основал тот разбойник в горах монастырь Шаолинь, но правда это или нет, нам не ведомо.

Разных учителей и мастеров боевых искусств встречал Ил Я. Были среди них И До, по прозвищу Поганец, Жи До, по прозвищу Жадина, Ту Га, по прозвищу Дракон. Всех победил Ил Я. И никто не мог устоять против его кунгфу.

После долгих странствий по Поднебесной и многих подвигов пришёл он в столицу. Правил в это время император Ла Ми Великое Светило династии Рю. Слышал Ла Ми о подвигах Ил Я и предложил ему стать полководцем.

Долго был на службе Ил Я, защищая Поднебесную от набегов северных кочевников. Но пришло время, оставил он столицу и удалился в далекий монастырь. Говорят, достиг он там просветления и ушёл в нирвану. А среди простых жителей ходит легенда, что спит он в пещере на горе Тайшань. И если возникнет опасность для Поднебесной, то проснётся Ил Я, возьмёт свой боевой посох с колокольцами и встанет на пути врагов.

О ёжиках и яблоках

Две тысячи лет назад в Римской империи жил вроде бы неглупый дядька Плиний Старший. Между службой в легионе и работой адвокатом баловался этот римлянин писательством. А что делать было? Ни интернета, ни телевизора не было, скукота! И взялся он за составление многотомного труда «Естественная история» – первой энциклопедии. Как было принято в те времена, списывал у других авторов, записывал, что другие римляне рассказывали. Из личного опыта добавил. И вот писал он том, посвящённый животным, и дошёл до ёжика…

– Ёжик, – почесал в затылке Плиний, – точно, помню, маленький такой, колючий.

А римляне, между прочим, держали ежей как домашних животных. То есть Плинию, чтобы на ёжика посмотреть, надо было зайти в гости к соседям. Или детей на улице попросить, чтобы ежа принесли.

– Да ну! Жара на улице, – решил Плиний, – ещё идти куда-то. Что я, в самом деле, так про ежа не напишу?

И не пошёл никуда.

– Ёж, – видимо, здесь Плиний хорошо приложился к кувшину с поской, – ну ёж. Маленький, колючий. С лапками. А что едят?

Взгляд Плиния упал на блюдо с фруктами.

– Вот! Едят они яблоки. А как они их добывают?

Плиний приложился ещё раз к поске.

– Карабкаются на дерево и сбивают на землю. Точно! Так и запишу. А дальше что делают? Наверное, катаются по земле и накалывают на иголки. А зачем? Чтобы отнести в норку и сделать запас на зиму.

Так Плиний в своей книге и написал. Будь рядом хоть один ёжик, он бы покрутил лапкой у виска.

– Какие яблоки, дядя? Я хищник! Какие деревья? В каком упитии можно было представить, что я лезу на дерево? Ты лапки мои видел? И запасов я не делаю, зимой мы в спячку впадаем.

Но нет, ежа рядом не оказалось. А римляне, уважавшие многотомные энциклопедии, так и запомнили – ёж, носит на иголках яблоки. И остальным народам рассказывали, кого завоёвывали. Варвары ежей видели, но римлян считали шибко умными.

– А может, и правда носят яблоки на иголках? Мы, конечно, такого не видели… Но вдруг в этот момент мы как раз отвернулись?

Ежи возмущались, но сделать уже ничего не могли. Так и прижилось поверье. Две тысячи лет прошло, но каждому малышу родители показывают книжку с животными и говорят:

– Это слон, у него хобот. Это жираф, у него длинная шея. А это ёжик, несёт на иголках яблочко.

А мы ещё говорим, что в интернете фейки.

Радость

С чего должно начинаться утро? Нет, не с завтрака. И не с кофе. Ещё есть варианты? С хорошего кофе? Неправильно. Утро должно начинаться с радости.

Глаза ещё не открыл, а надо найти внутри радость. Живой – уже радость. Выспался – радость. Или не выспался, потому что допоздна книгу хорошую читал – тоже радость.

Или снаружи радость нащупать – вот она, рядом сопит, в одеяло замотавшись. Чмокнуть её в ухо, сказать: «Доброе утро». Пусть себе радостно ворчит, что ещё «пять минуточек».

В детской тоже радость – разлеглась поперёк кровати, с плюшевой собакой в обнимку. Эту радость мы будить не будем, у неё каникулы.

Под ногами ещё одна «радость» крутится, мявкает на всю квартиру. Чего тебе? Корм насыпать? На, ешь, «чёрная дыра» ты пушистая. Куда в тебя столько влезает?

А за окном солнышко, небо чистое. Дворник на газоне триммером жужжит, шмеля изображает. Молодец удалой на асфальте краской пишет «Наташа, я тебя луб…» Крикнуть, чтобы исправил? Нет, пусть так будет, он же от всего сердца – порадовать хочет. Ну и я вместе с ними со всеми порадуюсь.

Сколько там на часах? Вот теперь можно и кофе. Большую такую, радостную кружку. Выпью и пойду сообщать, что пять минуточек давно кончились. Просыпайся, Радость моя!

Спектакль

– Молилась ли ты на ночь, Дездемона?

– Так, мужчина, сделайте два шага назад.

– Что?!

– Я говорю, социальную дистанцию держим.

– Э-э-э…

– Где маска, я вас спрашиваю?

– Какая ещё маска, это театр!

– И что?

– Как меня зрители узнают?

– На маске можно написать. «Мавр, Отелло, страшный», и всё будет понятно, не вижу проблем.

– Вы вообще кто?

– У меня написано.

– «Марина, младший реквизитор». Эй! Тут Дездемона должна быть.

– Она опаздывает, я за неё. Слушайте, что это у вас?

– Где?

– Лицо всё чёрное.

– Ну я же мавр.

– Вы знаете, что это не политкорректно? Афроамериканцев долгие годы угнетали…

– Девушка, очнитесь! Это грим! Мы не в Америке, а на сцене Театра драмы города Воркуты. Здесь угнетали кого угодно, только не негров.

– И что? Мы должны проявить солидарность…

– Вот смотрите: я надел маску, перчатки. И сейчас буду вас душить.

– Меня нельзя душить – я феминистка! Это маскулинное доминирование!

– Мне можно – я сексуальное меньшинство.

– Это еще какое?

– У меня полгода уже девушки нет. Я, так сказать, в меньшинстве…

– А ну, ушли все со сцены!

Из-за кулис выскочил режиссер.

– Двадцать минут до начала! Что вы тут устроили?! Почему реквизит не разложен, Марина? А вы кто такой?

«Мавр» потупился.

– Курьер. Суши заказывали?

– Я сейчас сам всех задушу! А ну, кыш со сцены!

Уже вечером, после спектакля, курьер встретил Марину у служебного входа.

– Извини, я просто пошутить хотел.

– У тебя получилось, «мавр», блин. Знаешь, как мне влетело?

– Вот, в качестве извинений, – он протянул ей коробку конфет.

– А у тебя правда девушки нет?

– Угу.

– Тогда пригласи меня куда-нибудь.

– Ты же феминистка?!

– А что делать, от вас же решительности не дождёшься. Приходится самой…

И всё у них было хорошо. Но это уже совершенно другая история.

Инструкция

Уважаемый пользователь!

Благодарим за выбор машины времени производства завода «Красный делориан». Прочитайте эту краткую инструкцию во избежание наиболее частых ошибок по пользованию прибором. Следование правилам позволит получить максимальное удовольствие от путешествия во времени.

1. Не давите бабочек в юрском периоде. Это не работает!

2. Не пытайтесь погладить тираннозавра. Пришивание откушенных конечностей не входит в медицинскую страховку.

3. Трогать диплодока за хвост настоятельно не рекомендуется.

4. Кыс-кысать саблезубым тиграм категорически воспрещается. Они обижаются!

5. ВАЖНО! Отнимание желудей у саблезубых белок является темпоральным преступлением. В случае попыток это сделать вы будете лишены прав на вождение машины времени.

6. Мамонты не предназначены для катания.

7. Не пытайтесь завести близких отношений с неандертальцами. Помните! Вы для них медленно бегающая высококалорийная еда.

8. Залезать в троянского коня строго запрещено!

9. Выбегая на арену Колизея во время игр, вы автоматически становитесь их участником.

10. Попытки надеть спасательный жилет на княжну в лагере Стеньки Разина будут считать покушением на песенную культуру России.

11. Вступить в опричнину Ивана Грозного можно только по предварительной записи у дьяка Тайного приказа.

12. Разрешения на стрельбу из пушек крейсера «Авроры» выдаются в Смольном в кабинете № 52.

13. Для сообщения Сталину даты начала войны с Германией и устройства автомата Калашникова вы можете записаться в очередь на нашем сайте.

14. Помните! Попытки путешествия в 2020 год автоматически лишают гарантии вашу машину времени.

Надеемся, эти несложные правила помогут вам хорошо провести время и помогут избежать ненужных проблем. С уважением, коллектив завода машин времени «Красный делориан».

Пирожки

– Собралась?

– Да, Бабушка.

– Шапочку надень, вот эту, красную.

– Как у тебя?

– Как у меня, внученька. Ну, идём.

Бабушка и внучка вышли из домика и двинулись по тропинке в лес.

– Направо не сворачивай, там болото.

– Хорошо, Бабушка.

– А это тропинка к лесорубам. Лучше с ними не встречаться: грубые мужланы и пахнут так, что хоть нос затыкай.

Девочка в красной шапочке кивнула. Лесорубы заглядывали в магазинчик, что держала её мать. Люди как люди, бородатые, жилистые. Вежливые и весёлые. Иногда, подмигнув матери, они угощали девочку леденцами. И чего Бабушка их не любит? Но спорить девочка не стала.

– За дубом поворот к ведьме. Мы с ней старые приятельницы. Если заглянешь – передавай от меня привет.

– Да, Бабушка.

Возле ельника Бабушка замедлила шаг.

– Ты устала, бабуля?

– Нет-нет, всё хорошо.

Девочке показалось, что в глазах Бабушки мелькнуло беспокойство.

– Уже недалеко, бабуля, скоро выйдем из леса.

– Да, милая, конечно.

Возле кривой берёзы из-за кустов бузины на тропинку вышли двое. Огромный седой волк и семенящий следом волчонок.

– Бабушка!

– Не бойся, деточка. Это мой старый знакомый.

Бабушка улыбнулась, остановилась и сделала книксен. Волк тоже замер.

– Добрый день, фройлян, – рыкнул Волк и кивнул патлатой головой.

– А я вот, с внучкой гуляю.

Девочке показалось, что в голосе Бабушки прозвучали игривые нотки.

– Очень приятно, – Волк пристально взглянул на девочку, – знакомая шапочка, прямо как у одной фройлян, которую я знал давным-давно.

Щёки Бабушки порозовели, и она с улыбкой потупилась.

– А это мой внук, Волчок.

Волк подтолкнул лапой волчонка. Тот стеснительно прорычал что-то и спрятался за деда.

– Вы пока поиграйте, нам надо парой слов перекинуться.

Бабушка похлопала девочку по руке и отошла вместе с Волком в сторону.

– Привет.

Волчонок искоса посмотрел на девочку и задрал голову. Вот ещё! Будет он общаться с какой-то девчонкой. Та в долгу не осталась.

– Бе-бе-бе!

Показала язык и отвернулась. Не больно-то и хотелось!

А Бабушка и Старый Волк смотрели на них издалека. И в глазах у них стояли слёзы, грустные и радостные одновременно.

– Вся в тебя, – шепнул Волк с нежностью.

– А он прям как ты, – Бабушка промокнула глаза платочком, – как в нашу первую встречу.

– Скажи, пусть пирожки с капустой не берёт, у него аллергия на неё.

– Ладно, – Бабушка улыбнулась и потрепала старого знакомого по седому загривку, – с капустой я для тебя оставлю.

Волк тихонько зарычал и шутливо показал зубы. Такие же острые, как и сорок лет назад во время их первой встречи.

Контакт

– В небесах торжественно и чудно спит Земля в сиянье голубом…

– ЦУП вызывает «Меконг-5». ЦУП вызывает «Меконг-5». Ответьте!

– «Меконг-5» слушает.

– Что у вас там происходит? Почему не отвечаете?

– «Меконг-5» – ЦУПу: встретили братьев по разуму. Идёт культурный обмен.

– «Меконг-5», вы там пьяные, что ли? Какой культурный обмен?!

– Самый обычный. Поём песни, читаем стихи.

– «Меконг-5», повторите ещё раз. Какие «братья по разуму»?

– Ну, небольшие такие, зелёные. С Дзеты Центавра. У нас проездом, тоже домой возвращаются из дальней экспедиции.

– «Меконг-5»…

Из динамика зашуршало, булькнуло, и голос пропал.

– Опять барахлит, – капитан покачал головой, выключил дальнюю связь и вернулся в кают-компанию.

В самом большом отсеке грузовоза, целых три на три метра, сегодня было тесно. Весь экипаж рейса «Марс-Юпитер» был здесь: сам капитан, штурман Кузнецов и стажёр Горбовский. А кроме них, ещё трое зелёных, ростом с шестилетнего ребёнка, инопланетянина.

– Селеза, – дёрнул капитана за рукав один из зелёных гостей, – а мозно есё лаз пло сынглустит?

– Можно, конечно, – капитан улыбнулся и взял гитару, плавающую у переборки, – я её сам очень люблю.

Прошёлся по струнам и запел:

«Земля в иллюминаторе,

Земля в иллюминаторе,

Земля в иллюминаторе видна.

Как сын грустит о матери, как сын грустит о матери,

Грустим мы о Земле – она одна…»

А в это время на другой стороне отсека штурман Кузнецов перешёптывался с зелёным коллегой.

– Может, хоть что-то можете подарить? Ну хоть какой-нибудь прибор.

– Низя, – качал головой инопланетянин, – у нас всё с инвенталными номелами. Лугать потом осень-осень будут.

– Жаль. Нам ведь не поверят, что мы вас встретили.

– И нам не повелят. У нас думают, сто мы одни во вселенной.

Оба штурмана загрустили. А капитану было всё равно, поверят или нет. Он пел для случайных гостей, встреченных на бескрайних просторах космоса. И плевать, что собравшиеся в тесной кают-компании такие разные – тоска по дому была одна на всех, понятная на любом языке.

P. S. И только стажёры Горбовский и зелёный Ыыс старательно прятали хитрые улыбки. Они точно знали: поверят, обязательно поверят. Ещё час назад они совершили первый межцивилизационный обмен материальными ценностями. Оба, естественно, получат «по шапке», но точно войдут в историю как первые контактёры.

Как правильно путешествовать

В конце 16 века, в городе Риме, жил юноша Пьетро делла Валле. Из приличной семьи, баловался сочинением музыки и фехтованием. Но случилось несчастье – девушку, в которую он был влюблён, выдали за другого. Сами понимаете, трагедия. Не ел, не пил, побледнел и зачах. И вот заходит к нему друг, Марио Скипано, доктор медицины, и говорит:

– Лучшее средство от хандры – это турпоездка. Езжай-ка ты, дружище, в путешествие. Что у нас там из горячих туров есть? Вот, отличный вариант – съездить в Иерусалим, так сказать, в паломничество.

– Да? А точно поможет?

– Гарантирую! Вернёшься как огурчик, магнитиков привезёшь.

– Ну ладно, отчего же не съездить.

Прямых рейсов до Иерусалима в то время не было, пришлось плыть с пересадками через Турцию.

– Ага, – осмотрелся Пьетро в Стамбуле, – что-то у вас ни отелей, ни олинклюзива, ни аниматоров. Придётся развлекаться самому.

И выучил турецкий, персидский и арабский языки. Ну ещё и иврит на всякий случай: мало ли кого в дороге встретишь. Пробовал дать взятку библиотекарю султана – хотел купить полное собрание сочинений Тита Ливия. Но не вышло, турок не смог отыскать нужные тома.

– Так, в Турции был, Иерусалим никуда не денется, попробуем курорт классом повыше, – решил Пьетро и отправился в Египет.

Там наш турист развернулся: залезал на пирамиды, осматривал древности и купил в качестве сувенира три мумии.

– Что-то сервиса тоже никакого, – почесал в затылке Пьетро и отправился в Иерусалим.

Посетил местные храмы, посмотрел на схождение благодатного огня и окончательно избавился от любовной хандры. Но возвращаться даже не подумал.

– Столько всего интересного вокруг. А дома что делать?

И отправился в турне по Сирии. Покупал древние рукописи, общался с продавцами сувениров и катался на верблюдах. Услышал, что в Багдаде живёт прекрасная девушка Ситти Маани, – поехал в Багдад и женился на ней.

– А теперь продолжаем поездку, только уже как свадебное путешествие.

Вместе с женой, мумиями и свитками в багаже заехал в Вавилон.

– Ну вот, опять путеводителей ни у кого нет, – огорчился Пьетро и сам нарисовал карту древнего города. Заодно скопировал таблички с клинописью, которую местные считали просто модным узором.

Дальше Пьетро поехал в Персию. Год сопровождал персидского шаха Аббаса, подобрал девочку-сироту Тинатин из знатного грузинского рода, придумывал планы войны с Турцией, покупал местных кошек, собирал местные легенды и писал словари.

– Что-то я утомился от местного сервиса. Поехали, душа моя, на Гоа, – решил Пьетро.

И поехал. Но случилось несчастье – жена заболела и умерла.

– Нет уж, – заявил Пьетро, – хоронить жену здесь не буду. Далеко слишком, ни цветы принести, ни поплакать нормально.

Забальзамировал тело жены и положил в багаж к мумиям. И поехал на Гоа – билеты-то куплены. Там переводил на персидский трактаты по астрономии, наблюдал с местными астрономами комету, катался на экскурсию в Макао, смотрел на индийских цариц.

– Что там ещё есть для туристов? Китай? Пожалуй, туда не хочу. Далеко, и дома давно не был.

Пьетро возвращается обратно, с заездом в Египет, Кипр и Неаполь. Магнитиков, увы, купить не удалось, но сувениров было полно:

– персидские кошки (впервые попавшие в Европу),

– мумии,

– клинопись,

– древний вариант библии «Самаритянское Пятикнижие»,

– пристрастие к кофе,

– забальзамированное тело жены.

Его встречали как знаменитость и героя: во время путешествий он слал подробные письма с описанием приключений своему другу Марио Скипано. А тот собирал у себя вечеринки и зачитывал вслух. За отсутствием телевизора и интернета, шоу пользовалось бешеной популярностью. (Писем набралось на три огромных тома, вышедших после его смерти.)

Путешествие Пьетро делла Валле продолжалось 12 лет. Он был принят сразу в две академии, папа римский дал ему почётную должность «начальника спальни». Прожил до 66, развлекаясь написанием словарей изученных языков, грамматики турецкого в 7 томах и сочиняя оперы. Письма и записки Пьетро хранятся сейчас в библиотеке Ватикана. Жюль Верн назвал его «первым туристом» и страшно завидовал.

Вот так надо путешествовать!

Охотник

– Ш-ш-ш-ш-ш!

Монстр выглянул из-под кровати и потёр все десять щупалец.

– Сейчас мы кого-то съедим. Кого-то вкусненького, маленького, тёпленького.

Облизываясь, Монстр подтянулся и десятком пар глаз уставился на кровать.

– Ик! – Монстр икнул и моргнул всеми глазами разом.

– Ну, чё припёрся?

На кровати сидел заяц. Нет, не так – Зайчище. Синий, в жёлтую полоску. С огромными зубами на жуткой морде, длинными когтями и порванным ухом.

– А где мальчик Серёжа? – от испуга голос Монстра стал тоненьким, как писк.

– Я за него, – пробасил Зайчище, схватил Монстра за грудки и притянул к себе. – Кто такой?

– Монстр Васильевич Подкроватный.

– Понятно. Серёженьку пугать пришёл?

– Да. А где он?

– На дачу с родителями уехал.

– А ты кто?

– Я, – Зайчище осклабился, – подарок тёти Маруси. Буду теперь здесь жить.

Подтянув Монстра поближе, Зайчище посмотрел ему в глаза.

– Значит, так, салага, теперь я тут главный, понял?

Монстр забился всеми щупальцами, но освободиться от железной хватки не смог.

– Ишь задёргался. Спокойно, чудище. Ты знаешь, кто я? Меня сшили на фабрике «Революционная швея» в тридцать седьмом году. И врагов народа терпеть не могу. Понял, о ком я?

Зайчище ухмыльнулся.

– Детей я люблю, а таких, как ты, ем на завтрак.

Сделав ещё одну попытку освободиться, Монстр обмяк и чуть не разрыдался.

– Отпустите, дяденька. Я больше не бу-у-у-у-ду!

– Я сейчас буду отдыхать, монстряка. А ты будешь петь мне колыбельную. И смотри, я не люблю, когда филонят. И кровать покачивай, чтобы мне лучше спалось. Усёк?

Монстр часто закивал.

– Давай, приступай.

Зайчище выпустил пленника, и тот шмякнулся на пол. Быстро заполз под кровать и начал тихонечко напевать. Пятью раскачивал кровать в такт, а тремя писал письмо ближайшей родне: «Не приютите ли, дорогие, на пару дней? Очень нужно быстро сменить место жительство».

А Зайчище лёг на подушку и блаженно улыбался. Уже почти сто лет работая охотником на монстров, в душе он оставался маленьким заинькой. Но дело знал отлично и передавался по наследству как средство от кошмаров у детей.

Враг

Какой самый опасный фрукт для людей? Самый страшный, можно сказать, мечтающий уничтожить всё человечество? Яблоко!

Сначала из-за этих яблочек человека выгнали из рая. Но злобный фрукт не успокоился! Яблоко закрутило интригу с древнегреческими богинями и спровоцировало Троянскую войну. Как результат – в Греции наступают тёмные века, разруха, упадок культуры и потеря письменности.

Длинна история этого противостояния. Яблоком злая колдунья травит Белоснежку. В ответ Вильгельм Телль расстреливает яблоко из арбалета. Террористическое яблоко покушается на великого физика Ньютона, но он выживает, чтобы открыть закон всемирного тяготения. Человечество изобретает сидр, чтобы справляться с яблоками было веселее. А яблоки основывают одноименную партию и злобно хихикают. Популярными становятся телефоны с символом победы над врагом – надкушенным яблоком.

Тысячи способов борьбы с ужасным фруктом придумало человечество. Шарлотка, варенье, джем, повидло и пастила. Врага парят, запекают, замачивают, трут, сушат и превращают в уксус. А он всё не кончается и не кончается.

Поддержи борьбу с тайным врагом человечества – ешь яблоки!

Внезапный гость хуже некроманта

В дверь позвонили. Дракон Василий вздохнул и отложил книжку. На цыпочках подошёл к двери и, зажмурив один глаз, посмотрел в глазок. Перед входом в пещеру стояла девица с тремя чемоданами.

– Кто там? – спросил Василий через дверь.

– Тёмный лес, поляна имени Визериона, пещера восемь?

– Да…

– Открывай, я приехала.

– А вы, простите, кто?

Девица нахмурилась и топнула ножкой.

– Как это кто? Я принцесса!

– Ну и что? Ко мне зачем звоните? Я никого не жду.

– Не ждёт он, подумаешь. А я взяла и приехала.

– Нет-нет, вы наверняка ошиблись…

– Открывай, ящер! Дракон обязан красть принцесс.

– Во-первых, я никому ничего не обязан. А во-вторых, если красть, то самостоятельно…

– А я феминистка, понял? Чтобы я позволила тупому ящеру себя воровать? Если захотела, сама могу приехать.

– Вы ошиблись, я не собирался ничего такого.

– Открывай, я сказала! Тебя не спрашивают, собирался или нет. Как сильная и независимая принцесса, я сама решаю, кто и когда меня похищает.

Василий повернул замок ещё на два оборота, задвинул щеколду, закрыл цепочку и подпёр дверь шваброй.

– Простите. У меня аллергия на особ королевской крови.

– А ну, быстро открыл, я сказала!

Дракон схватился за ручку двери и упёрся лапами.

– Ни за что!

За дверью стихло. Василий осторожно посмотрел в глазок. Принцесса подхватила чемоданы и подошла к соседней двери. Нажала на кнопку звонка.

– Тёмный лес, поляна имени Визериона, пещера девять?

– Да, да. Доставка суши?

Сосед, минотавр Пашка, неосторожно открыл дверь. Послышался удар, женские крики «Ну хоть кто-то», «Почему в пещере не прибрано» и «Где золото, я тебя спрашиваю».

Через тонкие стены пещеры Василию было слышно, как принцесса наводит порядки в квартире минотавра.

– Прости, дружище, – вздохнул дракон и бросился собирать вещи.

Нужно было срочно переезжать: если рядом поселилась принцесса, скоро от рыцарей, сестёр, подружек и родственников на тихой полянке будет не протолкнуться. Особенно Василий опасался, что требовать похитить себя будет какой-нибудь особо толерантный рыцарь. А такого тонкая душевная организация дракона вынести не могла.

Работники круглого стола

– А я правда стану героем?

Юноша нервничал и от волнения дёргал себя за пуговицу.

– Обязательно, вот увидишь.

Волшебник хитро улыбнулся.

– Идём же, здесь недалеко. Не беспокойся, ты вытащишь своё оружие из камня и станешь настоящим героем. Совершишь множество подвигов, и тысячи людей будут вспоминать о тебе с благодарностью.

Согласно кивнув, юноша поспешил за волшебником. И правда, через десять минут они вышли на полянку, в центре которой лежал замшелый валун.

– Что?!

Юноша остановился как вкопанный. От потрясения он так дёрнул пуговицу, что оторвал её окончательно.

– Господин Мерлин, что это?

– Твоё оружие, юный герой.

– Это? Оружие?

Молодой человек обошёл камень вокруг.

– Но это… Это шампур!

– Да, ты угадал верно, – волшебник степенно кивнул, – именно шампур. Вытащи его из камня и прими свою судьбу.

– Вы издеваетесь? Как я должен побеждать врагов шампуром?

– А кто сказал, что ты должен именно побеждать?

– Я…

– Звёзды указали мне на тебя как на великого шашлычника, о юноша. Ты накормишь тысячи голодных, спасёшь от диеты множество страждущих, и менестрели будут воспевать твоё искусство.

– Но ведь я хотел… Побеждать…

– Как вы мне надоели! Герои они, понимаешь ли. Всё вам рубить, шинковать несчастных драконов, разрушать замки. А о людях кто подумает? Кто будет строить, готовить, писать картины и класть дороги? Волшебники?

– Я не могу быть простым шашлычником!

– Будь непростым. Будь лучшим! Великим мастером угля, мангала и гриля. Прославь своё имя добротой и совершенным вкусом!

Юноша вздохнул. Подошёл к камню и вытащил шампур.

– И что теперь?

– Пойдёшь по тропинке обратно, выйдешь на тракт. Через три мили будет шашлычная «У Любы». Там работает магистр Ашот Вазгенович, он научит тебя всему, что полагается знать юному рыцарю.

Ещё раз вздохнув, юноша побрёл к своей судьбе.

– Мечи им, автоматы и пушки, – пробурчал Мерлин, – может, ещё танк в камень засунуть? Обойдётесь. Кто там у нас на очереди?

Волшебник сверился со списком и вытащил из-за пазухи мастерок.

– Надо больше строителей, – Мерлин вонзил мастерок в камень и покачал головой. – Может, хоть этот научится строить замки без сквозняков.

Проверив, что мастерок крепко сидит в камне, Мерлин развернулся и пошёл за следующим кандидатом в герои.

Кастинг

– Нужно идти в ногу со временем, – заявил князь Красно Солнышко, – будем снимать адаптацию «Звёздных войн».

Среди сказочных героев, собравшихся на пиру, прокатился вздох.

– Кастинг я уже сделал, – князь вытащил из-под трона кипу листочков, – запоминайте свои роли.

– Начинается… – Змей Горыныч скривился: в прошлый раз снимали «Терминатора», и ему досталась эпизодическая роль вертолёта.

– Тишина! – князь топнул ножкой. – Итак… Дарт Вейдера будет играть Кощей. Люка – Иванушка-дурачок.

– Папаша!

Хохотнул Иван и ткнул Кощея в бок локтем. Тот не обратил внимания, опустил забрало шлема и пытался изобразить сопение.

– Дальше. Оби Ван – Илья Муромец.

– Да пребудет с тобой силушка богатырская, – Илья вытащил любимую булаву и продемонстрировал князю. – Можно, она световая будет?

– Можно. В роли клонов – тридцать три богатыря. Русалка будет Джаббой Хаттом.

– А чё я-то?

– Потому что я режиссёр, я так вижу. Дальше: Хан Соло – Емеля.

– Понял, – Емеля кивнул и стал прикидывать, где на печи написать «Тысячелетний сокол».

– Принцесса Лея, – продолжил Князь, – Василиса. Ступа Бабы-Яги – СиТриПиО, Колобок – ЭрДваДэДва.

– А я? – возмутилась Баба-Яга. – Ступа есть, а меня нет.

– А ты, Яга, будешь магистром Йодой.

– Это потому что я по утрам зелёная?

– Нет, потому что вредная. Кто ещё остался? Ага, Гуси-лебеди – имперские разрушители. Соловей-разбойник – Боба Фетт. Леший – Чубака.

– А я? А как же я? – вытянул все три головы Змей Горыныч.

– Точно! А Горыныч будет Звездой Смерти.

Змей надулся от гордости.

– Ты не радуйся особо, – шепнул ему Илья Муромец. – Звезду по сценарию взрывают в конце.

– Ещё посмотрим, кто кого, – Горыныч выпустил дымок из ноздрей. – Главное, в этой роли меня точно запомнят!

Барашки

Время перевалило за полночь, а Настя так и не могла уснуть. Лежала в темноте, то закрывала глаза, то смотрела в потолок. Но даже задремать никак не получалось.

– Может, овец посчитать? – в очередной раз перевернувшись с боку на бок, подумала Настя.

Зажмурившись, девушка представила зелёную полянку, заборчик и стадо белых кучерявых барашков.

– Первый пошёл!

Самый крупный баран с укором посмотрел на Настю, вздохнул и без разбега прыгнул.

– Второй пошёл!

Барашек с чёрным пятном на боку жалостливо бе-е-е-кнул и полез через преграду, упираясь в доски копытами.

– Эй! Прыгать надо!

– Бе-е-е-е!

Барашек прыгать не собирался, а, как скалолаз, карабкался вверх. Залез на самый верх, торжественно заблеял и рухнул на другую сторону.

– Третий пошёл!

– Вай! Кто опять мой барашка обижает?

На полянке появился чабан: с седыми усами, в высокой папахе и с длинной палкой в руках.

– Зачем барашка прыгать заставляешь? Слюшай, не надо так. Барашка устанет, расстроится, кушать плохо будет.

– Я, это, – Настя от удивления даже не знала, что сказать, – я заснуть хотела.

– Ты спать хочешь, а барашка при чём?

– Ну, говорят, если считать овец, которые прыгают, засыпаешь быстро.

– Вай! Кто такой глюпость сказал? Ты понимаешь, что это не барашки, это сны. Вы их прыгать заставляете, а потом жалуетесь, что кошмары снятся. Усталый сон ничего хорошего не покажет.

– Что же делать? Я заснуть хочу.

– А ты их гладь. Один барашка погладила – посчитала. Второй погладила – посчитала…

– Да? Ну я попробую.

Настя подошла к стаду. Бараны с подозрением косились на неё влажными глазами.

– Первый…

Настя погладила ближайшего барашка. Тот выгнул шею, чтобы его почесали за ухом. Белая шерсть оказалась на ощупь мягкая и шелковистая.

– Второй…

От удовольствия барашек тихонько бе-е-е-кнул и ткнулся мокрым носом девушке в ладонь.

– Третий…

Сидя на пригорке, чабан наблюдал, как Настя гладит и пересчитывает баранов. На восьмом девушка легла в траву и сладко засопела. Овцы толпились вокруг неё, звеня колокольчиками на шее. И, видимо, снились ей все разом.

– Вот так бы всегда, – чабан улыбнулся. – А то явятся, пока прибежишь, всё стадо прыгать заставят. А потом шерсть плохая и шашлык жёсткий. Да, Наркоз?

Огромный волкодав, сидевший рядом, не ответил. Он внимательно смотрел по сторонам, на случай если к стаду явится Волчок-за-бочок-хваток. К нему у волкодава были свои счёты.

И мой казан со мной

Апрель 2008 года, шесть утра. Москва, Казанский вокзал. Из междугороднего автобуса выходит Дядюшка Котобус, который ещё не знает, что он Котобус. Вытаскивает из багажа рюкзак с вещами – неподъёмную здоровенную дуру. Внутри – самое необходимое для жизни. (Дядюшке надо найти жилье и через три дня выйти на новую работу.)

На дне рюкзака лежит чугунный казан. Не кастрюлю же со сковородкой тащить! А казан – вещь универсальная. Хочешь плов? Готовь. Желаешь борща? Вари. Яичницу утром – жарь. Отбиваться от хулиганов? Пожалуйста! Придавить склеиваемые детали? Легко. Сходишь с ума? В нем можно рыбачить.

Мужчина с казаном – самостоятельная тактическая единица. Он никогда не останется голодным. Никогда не заскучает: у него есть крышка от казана, которую можно отмывать бесконечно. Человека с казаном любят женщины и уважают мужчины. Его всегда рады видеть в гостях – пришёл с казаном, приготовил, все радуются.

Самое главное – казан никогда не сломается. Он вечен и не убиваем. Ты не погнешь его и не сожжёшь. Казан – волшебный артефакт Еды и Уюта. В доме, где есть казан, всегда будут сытые счастливые люди.

Если бы Дядюшка был персонажем в «Игре престолов», на его гербе был бы казан. И девиз «Нам сытость».

Потеря

Сегодня, друзья, очень грустный день. День, когда мы отмечаем Самую Большую Потерю Человечества. Хотя прошло уже очень много лет, мы всё ещё печалимся. Ведь двадцать пять миллионов лет назад, день в день, наши предки-приматы потеряли хвост. Мы в глубокой тоске и грусти решительно порицаем этих растерях.

Как можно было в суете эволюционной гонки где-то оставить целую конечность? Если забыли где-нибудь или с дерева уронили – надо было вернуться, поискать. В конце концов, синей изолентой примотать, назначить дежурного по хвосту. Почему древняя обезьяна-учительница не кричала бесхвостому оболтусу: «Где хвост, Петров? Забыл? А голову ты не забыл? На дерево к директору, с родителями!»

Ведь хвост – это непросто прикольная длинная штука. Никто тебя не отшлёпает, если у тебя хвост над попой отбивается. Чувствуете, какая важная часть тела? А как приятно чесать спину хвостом! В автобусе можно зацепиться хвостом за поручень, повиснуть и ехать себе спокойно. (И хвостатая старушка тебе: «Молодой человек, уступите мне шесток, я повисну».) Утром будильник звонит, а ты его – длинным хвостом. А сколько всего можно было на нём переносить? Девушки бы придумали специальные хвостовые сумочки. Мальчики в качалках делали бы жим хвостом. Соревнования по хвост-рестлингу. В гольф можно без клюшек играть. Барбер-хвост-шопы. Завивка для хвоста. Правила этикета: что делать с хвостом во время официальных мероприятий. Хвостовые пистолеты для военных. В олимпиаду включили бы художественную хвост-гимнастику, броски на дальность хвостом и тейл-болл. Спиральные хвостовые татуировки. И целое направление в деле пирсинг-строительства. Наказание за преступления средней тяжести – укорочение хвоста. За рецидив – полное купирование. Драгоценный нахвостник Мономаха. Ленин указывает хвостом с броневичка на Зимний. Мэрилин Монро вводит моду на хвост-блонди. Карикатуры со всемогущим хвостом Кремля…

Печально, друзья, что мы потеряли такую нужную штуку. Большая просьба: если вам подвернётся машина времени, не поленитесь, слетайте ровно на двадцать пять миллионов лет назад. И объясните этим обезьянам, что хвост – наше всё.

Тортик

– Чаво явился?

Баба-яга с прищуром посмотрела на Кощея.

– Шёл мимо, – гость шаркнул ножкой, – дай, думаю, зайду. Давно не виделись, и всё такое.

Жестом фокусника Кощей вытащил из-за спины коробку с тортиком, перевязанную ленточкой, и букет ромашек.

– Ах ты старый дамский угодник! – Яга шутливо погрозила ему пальцем. – Сейчас чайник поставлю.

Яга отобрала у гостя букет. Поставила в вазу, понюхала и водрузила в центре стола.

– Где только такую красоту купил?

– Сам собирал, – Кощей скромно потупился.

Цокнув языком, Яга выставила на стол чашки, большой чайник и серебряные ложечки.

– Эх, Коша, прямо как в старые добрые времена, – Яга смахнула набежавшую слезу. – Помнишь, да? Как мы зажигали! А я? Просто бомба была. Не зря меня Василисой Прекрасной звали!

Кощей, отхлебнув чай из блюдца, улыбнулся.

– По мне, ты больше Василисой Премудрой была.

– А я говорю – Прекрасной! Я тебе сейчас мой портрет покажу, коли забыл.

– Всё я помню, – Кощей махнул рукой. – Только красивых дур полно, а умных днём с фонарём не найдёшь. Ум, как по мне, гораздо красивее.

– Ну тебя! Толку с этого ума, – Яга с суровым видом отрезала себе кусок торта. – Была бы умной, за Ивана, да ещё и Дурака, не вышла бы. Чуть не прибила его, когда он к Марфушке ушёл.

– А я предлагал – выходи за меня, – Кощей грустно вздохнул.

– Замок у тебя со сквозняками, – Яга притворно нахмурилась, – и храпишь ты по ночам.

– Ты давно у меня не была. Я ремонт сделал. А храп… Давно уже не храплю. Я ведь йогой занимаюсь, за здоровьем слежу. Дураков после шести не ем.

Яга расхохоталась.

– Ты ещё скажи, что иглу с яйцом в утке не хранишь.

Кощей улыбнулся: байку про иглу и смерть он сочинил в самом начале карьеры. Чтобы всякие Дураки не рубили его Кладенцом почём зря – даже бессмертному неприятно регенерировать. А так – как сломает богатырь иголку, Кощей падал на пол и изображал корчи. Уйдёт молодец – можно вставать и спокойно жить дальше.

– Слушай, – Яга откусила кусочек торта, – а где ты такие торты берёшь? Вкусный такой, да с яблоками. Удивительный рецепт.

– Да так, заказываю в одном месте.

Кощей отвёл взгляд: рассказывать Яге, что печёт торты с молодильными яблоками своими руками, Кощей не собирался. Пусть думает, что сама по себе не стареет. Ещё пара столетий, и он обязательно уговорит строптивую Ягу выйти за себя замуж. У него ведь не страсть сердечная как у Дурака, а настоящая любовь, которая времени неподвластна. А настойчивости у Кощея было не занимать.

Яга тихо, так чтобы гость не заметил, хихикнула. Она уже двадцатый раз перешивала подвенечное платье: всё никак не могла выбрать подходящий фасон. Вот как будет готово, тогда она и согласится. А пока пусть ходит с тортиками, любимый Кощеюшка.

Доставка

– Здравствуй, девочка.

Из кустов выпрыгнул Волк и перегородил тропинку девочке в красной косынке.

– Куда идешь?

– Здрасьте. Отойдите с дороги, пожалуйста, мне некогда.

– А что у тебя в корзинке? Пирожки?

Девочка нахмурилась.

– Серый, ты что, не понял? Ушёл с дороги, быстро.

– Ай, как нехорошо грубить старшим, Красная Шапочка.

– Какая я тебя Шапочка? Не видишь, это косынка?

– Да хоть кепка. А ну, быстро показывай, что несёшь. Я сегодня ещё не завтракал, голодный как бегемот. Если пирожки будут вкусные, то я тебя, может, и не съем.

– А по морде, собака серая?

Девочка поставила корзинку и закатала рукава. Волк расхохотался: ростом она была совсем крохотная, так что он мог проглотить её за один раз.

– Ну, не хочешь по-хорошему, значит будем по-плохому.

Волк раскрыл пасть…. И тут почувствовал, как на холку ему опустилась тяжёлая лапа. Он медленно обернулся – за спиной стоял хмурый насупившийся медведь.

– Мишка! Он у меня хотел пирожки сожрать, а я не дала.

– А я тебе говорил: «Маша, подожди, вместе заказы отнесем».

– Так остывают пирожки!

– Ой, – Волк попытался отползти в сторону, – ты Маша? А я думал, Красная Шапочка. Как неудобно получилось…

– Стоять! – медвежья лапа придавила Волка. – Я с тобой ещё не закончил. Пирожки у девочек отнимаешь? Вот как я тебя сейчас…

– Мишка, а давай его курьером возьмём? Пусть меня возит с заказами. Он же быстро бегает. А ты на приёме заказов будешь сидеть.

Медведь заинтересованно посмотрел на Волка. Таскать Машу в коробе за спиной ему действительно надоело. Девочка ни минуты не могла сидеть тихо: то подпрыгивала, то дёргала его за уши и при этом болтала без остановки.

– Да я не умею, – Волк замотал головой. – Ещё растрясу ребенка…

– Я тебе растрясу! – Медведь показал огромный кулак. – Всё, теперь ты курьер «Маша и Медведь. Еда».

Мишка быстро нацепил на сопротивляющегося Волка форменную куртку и повесил на спину короб. В который сразу же забралась Машенька.

– Первый заказ: в домик на опушке к Бабушке. И попробуй только опоздать за следующим заказом.

Медведь показал, что именно он с ним сделает. Волк обреченно вздохнул.

– Всё, поехал!

После шлепка огромной лапой Волк помчался по тропинке. А на спине верещала от восторга Машенька.

– Е-е-е-еху-у-у-у!

Развезя к вечеру десяток заказов пирожков, несчастный Волк с тоской вспоминал старые времена. Как хорошо было до отмены виз между сказками! А теперь вместо Шапочки непонятная Машенька с Медведем, вместо дровосеков бегает припадочный ведьмак, в домике Бабушки поселилась настоящая ведьма. Понаехали, а сказка-то не резиновая!

Вакансия

Александр Матвеевич вышел на крыльцо и покачал головой. На скамеечке у калитки сидел грустный медведь и тяжело вздыхал.

– Аристарх, ты чего это? Опять Матрёна на свидание отказалась идти?

Медведь покосился на Александра Матвеевича, покачал лохматой головой.

– Нет, с Матрёной всё хорошо. Завтра в гости пойду.

– А чего снулый такой? Может, съел что-то не то?

Аристарх вздохнул ещё раз.

– Я понял, чего нам не хватает.

– Опять ты про ядерный реактор? Я же говорил, закажем, как будет возможность. Мы ещё за «тарелку» не рассчитались.

Александр Матвеевич с Аристархом и правда тогда наломали дров. Погнались за летающим «блюдцем», сбили НЛО ловко пущенным валенком, а затем час гоняли экипаж «зелёных человечков» вокруг болота. Кто же знал, что гости из далёкого космоса на соседней ракетной базе регулярно заправляются? Полковник Седов тогда чуть уши медведю не оборвал, а Александра Матвеевича долго преследовал с пистолетом, к счастью незаряженным. Впрочем, с зелёными они помирились в тот же вечер, а за ремонт «тарелки» осталось платить всего два месяца.

– Нет, я про другое, – Аристарх почесал себя за ухом, – коллектив у нас неполный.

– Опять намекаешь, что мне жениться пора?

– Мамонт нам нужен.

– Кто?

– Мамонт.

– Зачем?

– Ну как! И снег им убирать можно, и огород вскапывать. В соседнее село до магазина ему напрямки быстрее сбегать, чем мне на мотоцикле. Пока ты с Седовым на охоте, мне поговорить будет с кем. Или вот женюсь я на Матрёне. Медвежата будут… Кто за ними присмотрит? А мамонт, большой и умный, он сможет.

– Да уж, брат, фантазия у тебя. Вымерли мамонты, уже тысячи лет как.

Аристарх горестно охнул и опустил голову.

– А может, слона пригласим? – вскинулся медведь. – Они ведь родственники.

– Замёрзнет он у нас. Слон – животное южное, к нашему климату не приспособленное.

– А мы ему… Меховую жилетку сошьём, вот! И валенки я ему сам по размеру сваляю. И волчью шапку-ушанку.

– Жить он где будет?

– В коровнике. Мы с тобой всё равно скотину не держим. Утеплим, крышу поднимем, телевизор поставим. Будем к нему в гости ходить.

Медведь встал и пристально посмотрел на Александра Матвеевича.

– Интернет работает?

– Тебе зачем?

– Объявление дам: «Вакансия мамонта, проживание на территории работодателя, питание трёхразовое. Приглашаются слоны со стажем работы в нежарком климате…»

За медведем хлопнула дверь, а Александр Матвеевич только усмехнулся. Слон! Где вы видели слона, согласившегося жить в глухой русской деревне? Надо было поспорить с Аристархом, что он съест свой валенок, если к ним приедет «мамонт».

Хорошо, что Александр Матвеевич не поспорил: через неделю к ним действительно приехал слон. Бывший артист, отставший от индийского цирка и не желающий возвращаться на родину. Шить жилетку, больше похожую на шубу для танка, пришлось всем селом. А полковник Седов, увидевший «мамонта» в сумерках, бросил пить и стал брать у слона уроки йоги. Но это уже совсем другая история.

Доказательство

– Вы, говорят, философ?

Барон Пумбов-Тимоцогель откинулся на спинку стула, ковыряясь в зубах кончиком ножа. Настроение у владельца замка было мечтательное, и его тянуло поговорить с заезжей знаменитостью.

– Да, я есть профессор философии. А также теологии, алхимии, софистики и дактилософии, – чопорно ответил плешивый гость.

– Удивительно! – барон покачал головой. – Столько наук на этом свете. И какие сейчас актуальные тренды философской мысли? Что обсуждают ведущие философы королевства?

– После столетнего перерыва, – учёный отхлебнул вино из кубка, – научная мысль вернулась к решению одной из сложнейших задач.

– Какой же?

– К проблеме яйца и курицы.

– А в чём проблема-то?

Барон удивлённо поднял брови, чего с ним не случалось с того момента, как его вторая жена сбежала с заезжим охотником на ведьм. Добряк и незлобный в душе человек, барон даже помолился за душу несчастного.

– Как же? – профессор поднял палец. – Это очень важно! Что было в начале?! Яйцо или курица?

– Ну-у-у-у, это совершенно несложно. Даже я решу эту задачу.

Учёный недоверчиво хмыкнул.

– Пустячная задача, – барон подмигнул уже пьяным глазом. – Давайте посмотрим. На завтрак мне подавали…

– При чём тут завтрак?

– Не перебивайте научную мысль! Итак. На завтрак я ел паштет из перепелов, жареных карасей и сыр Дюр-Буль. На обед подавали суп из потрохов, фуа-гра, бабовую рому и седло барашка. А на ужин…

Барон обвёл рукой стол.

– На ужин мы с вами съели этого чудного кабана.

– И что?

– А то! Значит, яйцо было раньше курицы!

– Не вижу, как это связано.

– И чему вас учат в ваших университетах. Потрошки чьи были в супе? Куриные! А в паштет из перепелов входят яйца. Но суп я ел на обед, а паштет утром. Вывод? Яйца были раньше курицы.

Профессор захлопал глазами.

– Но… Такие аргументы никто не примет. Любой научный совет…

– Погодите. Мы с вами только что установили факт. Было? Было. А теперь мы его закрепим, чтобы ни у кого не было даже мысли его оспорить. Эй, Берримор! Чернила и бумагу мне.

За десять минут барон написал короткий указ.

– Вот, держите.

– Что это?

– Я издал закон, определяющий, что яйцо было раньше курицы.

– Позвольте! Но ведь в других городах королевства…

– Не будет действовать? Ерунда! Главное, что в моём баронстве я буду рубить головы каждому, кто будет говорить про первенство курицы. А лет через десять мой закон внесут в общекоролевский свод. И всё!

– А если не внесут?

– Я подниму бунт, разобью короля и сяду на трон сам.

Профессор почесал кончик длинного носа.

– А если вы проиграете и он вас казнит?

– Тогда я войду в историю философии как учёный, пострадавший за свои убеждения. А здесь сами знаете – пострадал за науку, значит прав.

Вздохнув, учёный приложился к кубку. И впервые пожалел, что у него нет замка и армии для доказательства собственных теорий.

Древнегреческая трагедия

Афродита: Парис, вон там сидит Елена.

Парис: О! Как она прекрасна!

Афродита: Постой тут, я с ней договорюсь.

Парис: А если она не согласится?

Афродита: Куда она денется! От меня ещё никто не уходил.

(Афродита подходит к Елене.)

Афродита: Здравствуй, смертная! Я – богиня любви Афродита.

Елена: И чё? (Грызёт древнегреческие семечки.)

Афродита: В тебя влюбился троянский царевич Парис.

Елена: Он дурак? (Сплевывает шелуху.)

Афродита: Немного. Давай ты с ним сбежишь?

Елена: Зачем?

Афродита: Я обещала ему любовь самой красивой женщины.

Елена: А я тут при чём?

Афродита: Ну так получилось – он решил, что это ты.

Елена: Он точно меня видел?

Афродита: У него зрение минус семь.

Елена: А у меня муж.

Афродита: Не шкаф, подвинется.

Елена: Лениво мне. Это ехать надо…

Афродита: Я тебе титул «Мисс Древняя Греция» присужу. Хочешь? Все тебя запомнят как Елену Прекрасную.

Елена: (Достает полный кулёк с древнегреческими семечками.) Неа.

Афродита: Слушай, у тебя трое детей, тебе самой скоро тридцать. Муж храпит и за рабынями бегает. Тебе оно надо? А тут поедешь в Турцию, олинклюзив, молодой любовник.

Елена: Ну, я даже не знаю.

Афродита: Как вы мне надоели! Сынок!

Эрот, он же Купидон: (Выглядывает из-за древнегреческой колонны.) Ась?

Афродита: Застрели этих двоих.

Эрот, он же Купидон: Ща сделаем. (Стреляет очередью.)

Елена: Парис!

Парис: Елена!

(Уезжают в Трою.)

Афродита: Как мне надоели эти смертные. Надо придумать им «Тиндер», пусть сами знакомятся. (Уходит.)

Менелай, муж Елены: (Выскакивает из-за древнегреческой колонны.) Сбежала. Сбежала! (Достаёт амфору с вином и пьёт прямо из горла.) Ура! Никогда больше не женюсь! Одиссей, иди сюда, праздновать будем!

Одиссей: Мне домой надо. Жена ругаться будет.

Менелай: Да ерунда! Отдохнём, расслабимся. А жене скажешь, что ездили в Трою возвращать украденную Елену. Если что, я подтвержу.

Одиссей: Ладно, наливай! Что-нибудь совру.

P. S. Вранья набралось на две книги гекзаметром.

Иммигрант

В центре лабиринта, в уютной комнате у камина, сидел Минотавр и увлечённо собирал модель триремы в бутылке. Он уже начал ставить маленькие вёсла, сделанные из зубочисток, когда из лабиринта донеслись грустные всхлипы.

– Ну кто там ещё?

Минотавр не хотел отвлекаться, но хныканье из коридоров становилось всё печальнее. И совершенно не давало сосредоточиться.

– А ничего, что у меня перерыв? – Минотавр вздохнул и пошёл в лабиринт.

Источник тоскливого завывания пришлось поискать. В тёмном закоулке сидел парнишка и размазывал по лицу слёзы.

– Ты кто?

– Герой, – паренёк всхлипнул, – вот, Минотавра ищу.

– И как? Нашёл?

– Нет, – «герой» шмыгнул носом, – заблудился.

– Зовут тебя как?

– Дуракл.

– Может, Геракл?

– Нет, Дуракл я. Может, слышали про моих братьев? Старший Обзывакл.

– Политик?

– Ага. И средний Обнимакл.

– Это которого «рогатые» мужья хотят поймать и побить?

– Угу.

– Слышал, да. А ты младший, значит. Как тебя?

– Дуракл.

– Понятно. А Минотавра зачем ищешь?

– Я его побеждю, то есть победю, и стану героем. Вы его не видели?

Минотавр почесал за правым рогом.

– Он в отпуске.

– И что же мне теперь? Я целый день его ищу! Меч вот взял у брата.

Парнишка продемонстрировал ржавую кривую железяку.

– Давай я тебя выведу отсюда. А то простудишься на холодном полу.

Минотавр отвёл Дуракла к служебному выходу и выпихнул наружу.

– Можно, я потом приду? Когда Минотавр вернётся?

– Лучше не надо. Опять заблудишься, ещё мечом в темноте поранишься.

Парнишка всхлипнул.

– Я героем хочу быть. А все отказываются биться! Минотавра нет, Гидра обсмеяла и из болота отказалась вылезать. Медуза Горгона чаем напоила и сказала приходить, когда постарше стану. А Циклоп уши надрал!

– Тебе в Гиперборею надо, – Минотавр усмехнулся, – там, говорят, младшим сыновьям больше везёт.

Дуракл шмыгнул носом и нахмурился.

– А там подвиги можно совершать? Чудовища есть?

– Найдутся. В Гиперборее, в отличие от Греции, всё есть. И самоходные дворцы на птичьих ногах, и хищные катающиеся головы, и огромные рыбы, исполняющие желания. И женщины с рыбьими хвостами, и чародейки всякие.

– Ух ты! Ну тогда я пошёл.

– Иди-иди.

Минотавр захлопнул дверь, а парнишка отправился брать билет в холодную Гиперборею. Далёкая страна так ему понравится, что он получит вид на жительство, гражданство, а потом и прописку в местном эпосе. Одно только будет расстраивать: звучное греческое имя местные будут выговаривать с трудом. А потом и вовсе переиначат на свой лад. Но Дуракл не будет обижаться: ведь он станет настоящим героем, пусть и провинциальной Гипербореи. И даже троюродный брат Геракл пришлёт письмо с просьбой выслать сувениры – волшебную шапку-ушанку, балалайку и матрёшку.

Аленький цветочек

Чудище печально вздохнуло.

– Точно в списке аленького цветочка нет?

Купец развел руками.

– Я проверил. Старшая айфон просила, средняя кроссовки фирменные.

– А младшая?

– Плейстейшен последней модели.

– Э-э-х, – Чудище скривилось, – не та нынче молодёжь пошла, не та. Романтизму никакого нет.

– Да, – купец согласно кивнул и тоже пригорюнился. – И замуж не хотят. Я их спрашиваю: «Внуков я дождусь или нет?» А они смеются. Мы, говорят, за права женщин и всё хорошее. Дай нам, папа, денег, мы на развивающий тренинг пойдём. И приводят Ивана-дурака: это, говорят, наш лайф-коуч. Тьфу!

Покачав головой, Чудище достало прямо из воздуха кувшин зелена вина. Плеснуло в два кубка и один протянуло купцу.

– А недавно, – купец выпил залпом и занюхал рукавом, – старшая меня спрашивает: «У тебя, папа, негры работают?» Я говорю: «Какие негры? Мы на Руси живём, деточка. У нас их отродясь не было». А она: «Тогда я буду бороться против угнетения домовых. Domovoy lives metter!» Это вообще как?

Чудище сочувственно похлопало мужчину.

– Я, главное, спрашиваю, – купец подставил кубок, требуя налить ещё, – может, вы работать пойдёте? Хоть делом будете заняты. А они смеются. Мы, говорят, созданы не для этого. Вам, папаша, делать нечего, вот и работайте. А у нас фитнес, бьюти-марафон и вебинар «Как достичь успеха».

– Да, дела…

Почесав в затылке, Чудище положило перед купцом три золотых кольца.

– Это что?

– Ты, как домой приедешь, положи их в шкатулку. И строго-настрого запрети трогать.

– Зачем?

– Они не послушаются, наденут и сразу у меня на острове окажутся.

Купец нахмурился.

– Ты их съешь?

– Зачем? – Чудище удивилось. – Я тут курорт открыть хочу, мне горничные нужны. Поработают, наберутся ума-разума, посмотрят на жизнь. Заодно денег заработают – я зарплату хорошую плачу. А через полгода назад верну, если захотят.

– А что, – купец наморщил лоб, – хороший вариант. Я тоже отдохну от их выкрутасов.

– Вот-вот. Главное, не забудь сказать, чтобы кольца не трогали. Ну, давай, тебе уже домой пора.

Проводив купца, Чудище довольно осклабилось. Волшебная сила трудотерапии ещё ни разу не подводила. Поработают, втянутся, людьми станут. А потом и до аленького цветочка дело дойдет.

Котики и интернет

Если бы котики придумали интернет…

То видео они смотрели бы в «Мяутубе». Переписывались в «Мурцапе» и «Телемяве». Сидели бы в соцсетях: котики постарше в «Одномурзиках», молодые во «ВКоробке», коты с претензией на избранность – в «Фырбуке». Постили бы котелфи в «Инстафыр» и ролики в «Кис-Косе».

Если бы котики придумали интернет, то пересылали бы друг другу фоточки и видяшки о забавных людях. Ставили друг другу «лапки» и «дислапки». Ворчали бы на собатролей, устраивающих в комментах лай. И ворчали, что требуется шлем виртуальной реальности с чесателем-за-ушком.

Но котики не придумали интернет, потому что у них лапки. Так что будь добр: убери лоток, насыпь корм в мисочку, почеши за ушком. А потом запости в человеческий интернет фото своего котика, чтобы ему не было обидно.

Зона комфорта

– Вы остановились в развитии.

Генеральный директор Дедов, седой мужчина в строгом костюме, осуждающе покачал головой.

– За последние два месяца, – замдиректора Бабкова, пожилая дама в стильных очках, подняла палец, – показатели вашего роста замерли на месте.

– Вам необходимо выйти из зоны комфорта.

В ответ раздалось невнятное хмыканье.

– Поймите, – включилась в разговор девочка-HRщица, – мы собрались здесь ради ваших интересов. Политика нашей фирмы – помогать сотрудникам расти. А вы противитесь любым кейсам.

– Без вашего сотрудничества, – начальник отдела Жучков вздохнул, – мы просто не сможем предложить вам карьерные перспективы.

– Только вы сами, выйдя из зоны комфорта, можете обеспечить собственный рост.

– Посмотрите на Котова и Маусникова. Они пришли в нашу фирму рядовыми сотрудниками, как и вы. Но уже через год смогли претендовать на менеджерские позиции.

Послышалось глухое ворчание. Земля зашевелилась, качнулась ботва и на собравшихся уставились сердитые глаза.

– Значит, так! – рявкнула Репка. – Мне эти ваши методы по барабану. Понятно?

– Но…

– Никакую зону комфорта я покидать не буду. Мне и здесь хорошо.

– Уважаемая Репка, поймите…

– В сад, я сказала! Никуда вылезать не буду. Это на морковке работает, а я разумный корнеплод. Хотите пареной репы – беритесь руками и тяните. Понятно?

Репка отвернулась и глубже зарылась в землю.

– Что делать будем? – Дедов почесал в затылке. – Что об этом написано в REPKA-бук?

– Тянуть надо, – вздохнула Бабкова, – по старинке. Дедка за Репку, Бабка за Дедку, Внучка…

– У меня маникюр! Я не могу тянуть!

– А зимой ты что кушать будешь? Осыпавшийся лак с ногтей?

– Может, новую посадим? Возьмём другой сорт, более сговорчивый.

– Осень на дворе! До весны мы на одной морковке не протянем…

Глядя на спорящее начальство, Жучков тяжело вздохнул и пошёл звать Котова и Маусникова. А ведь он с самого начала говорил: «Не приживётся западная технология на нашей почве. На Руси зону комфорта ещё никто добровольно не покидал!»

Рыба-фиш

Если у вас есть знакомый молодой человек, который любит готовить, и вы хотите, чтобы он таки конкретно задолбался, расскажите ему про рыбу-фиш. Нет, просто говорить «ай, как вкусно» мало. Возьмите молодого человека за руку и отведите к знакомой еврейской маме. Пусть профессионал расскажет, что бывает с человеком, который не ест рыбу-фиш.

Пусть молодой человек проникнется историей блюда, в котором собрана вся мудрость еврейского народа. Дайте ему послушать, как готовила это блюдо тётя Циля. Как дядя Йося каждую пятницу хотел развестись (а мы подтвердим, что разводиться он имел все основания), но каждую субботу он кушал рыбу-фиш и таки раздумывал уходить из семьи. Пусть молодому кулинару расскажут, что готовить надо обязательно из щуки (ах, какую щуку ловил старый Илья Моисеевич, не то что продают на базаре), что надо брать обязательно белую булку и класть в сливки, самые свежие от белой коровы. А лук резать тоненько, будто колбасу для приехавшей без приглашения дальней родни.

Когда кулинар проникнется и осознает, что без рыбы-фиш он бесцельно прожил все эти годы, можете его выпустить. Налейте себе рюмочку сладкой наливки, закройте форточку, чтобы не дуло, садитесь удобно и наблюдайте, как молодой человек таки великолепно задолбается.

– О, щука! Давай возьмём, я один рецепт знаю шикарный.

– Саш, может, не надо? – жена кулинарного героя с сомнением посмотрела на прилавок с рыбинами. – Мы же пельмени делать хотели.

– Завтра сделаем.

– Как хочешь. Только сам будешь готовить, я с рыбой не люблю возиться.

– Угу.

Здоровенная щука, уложенная в пакет, смотрела хитрым прищуром и язвительно молчала.

– Как раз к ужину сделаю, – вернувшись домой, кулинар сразу же надел фартук, – рыба-фиш, вкусное и диетическое блюдо.

Щуку почистили, убрали жабры и разложили на столе.

– А потрошить?

– Сначала надо снять с неё кожу чулком. Это быстро, ты пока отдохни.

Жена кулинара с сомнением посмотрела, как муж отрезает рыбью голову и ушла в комнату. Через час, оторвавшись от романа Бальзака (я честно не знаю, почему он ей нравится – по мне, скучновато пишет), жена вернулась на кухню.

Кулинар, ещё полный оптимизма, орудовал ножом. Рыба выскальзывала, упиралась и отказывалась раздеваться.

– Может, ты её разрежешь?

– Нет, надо именно так. Чтобы из кожи получился мешочек для фаршировки.

– Ты уже час сидишь.

– Сейчас быстрее пойдёт, не волнуйся.

Прошёл ещё час. К ножу прибавился второй, вилка, плоскогубцы, три пореза и скорбное выражение лица.

– Может, ну её? Давай просто котлет из неё сделаем.

– Нет! Не зря же я мучался столько времени. Дурацкая кожа!

За окном темнело. Жена поужинала бутербродами, наблюдая за кулинаром: на русском лице отражалась вся скорбь еврейского народа.

– Всё! Да! Я сделал!

На разделочной доске лежал мятый «носок» и куча белого мяса.

– А дальше?

– Что? М-м-м… Кажется, я забыл.

Пришлось звонить знакомой еврейской маме и уточнять рецепт.

– Перекрутить? Белая булка? Или мякиш батона? Понятно.

– Ты утром батон доел, – мрачно заметила жена.

– Я быстренько в магазин тогда. Там ещё сливки нужны. И лук.

Ближайший магазин оказался закрыт. Но разве такая мелочь может остановить русского человека, когда он хочет вкусно покушать? Последний батон был вырван в схватке у мужчины алкоголистического вида. Сливок не завозили в этот магазин уже лет десять, и пришлось брать обычное молоко.

Жена мужественно смотрела на это кулинарное шоу. И даже милосердно помогала измученному щукой мужу фаршировать речное чудовище.

– Надо ещё голову, – кулинар с тоской посмотрел на рыбу.

– Что, голову?

– Пришить. Чтобы целая рыба получилась

– Хочешь – шей. Вот тебе нитки, иголка, а я – спать. Прости, но сил моих больше нет. Я эту твою рыбу даже пробовать не буду.

Минут десять, стоя в одиночестве, кулинар смотрел на щуку. И убрал голову подальше – обойдётся!

Фаршированная рыба долго булькала в кастрюльке, потом охлаждалась на тарелке. Кулинар курил в форточку и давал себе обещание. Никогда! Вообще никогда не покупать щуку. И ни за что не браться за рыбу-фиш.

Утром, выйдя на кухню, кулинар обнаружил жену наедине со щукой.

– А знаешь, – довольно щурясь, жена обвела вилкой остатки рыбины, – вкусно. Присоединяйся, пока не кончилось.

Когда на тарелке остался только хвост, был сделан вывод: у рыбы-фиш есть громадный недостаток. Она слишком быстро заканчивается. Но готовить её снова решились ещё не скоро.

Спящая красавица

Принц поставил шампанское и цветы на тумбочку и наклонился над спящей Красавицей. Девушка была чудо как хороша! Юноша даже залюбовался, чуть не забыв, зачем он пришёл сюда. Но вовремя вспомнил: сначала надо снять чары, а потом уже всё остальное. Принц наклонился и поцеловал Красавицу со всей страстью, на какую был способен.

Бац! Будущий монарх маленького, но гордого королевства отлетел в угол от оплеухи.

– Опять?!

Красавица села на кровати и потёрла глаза.

– Прекрасная дева! – Принц вскочил и поклонился. – Я освободил тебя от злого колдовства…

– Как вы мне надоели!

Девушка сердито посмотрела на Принца.

– Только ляжешь спать, только соберёшься нормально отдохнуть. Нет, припрётся очередной герой и разбудит. Ты что, читать не умеешь?

– Умею.

– Табличку на двери видел? Не входить! Не будить!

– Я думал, это злая колдунья оставила.

– Думал он! Я сессию сдавала, понимаешь? У меня недосыпание, бессонница и глаз дёргается. Видишь? Все пальцы себе веретеном исколола, чтобы заснуть! Что вам всем надо, а?

– Я жениться хотел…

– А меня ты спросил? Это харрасмент, между прочим. Целоваться он лезет. Тебе других принцесс мало? Всё, забрал цветы и свалил по-быстрому.

Принц пытался ещё что-то сказать, но Красавица вытащила сковородку и угрожающе двинулась на незваного гостя. Пришлось бежать, позабыв всякие приличия.

– Достали!

Красавица заперла дверь и раздражённо швырнула сковородку в угол.

– Надо нанимать профессионалов, а то мне никогда не выспаться. Кто у нас занимается спокойным сном?

Девушка взяла телефон и стала просматривать объявления.

– Так, семь гномов. Белоснежка рассказывала, что неплохо выспалась.

Она набрала номер и долго ждала ответа.

– Добрый день. Подскажите, можно к вам записаться на сон? Как занято?! На год вперёд?

Пришлось искать другое объявление.

– Семь богатырей, хм… Фирма «Хрустальный гроб V», «Ваш сон – это наша работа».

Девушка задумчиво улыбнулась.

– Это русские же? Здоровенные парни, военные, вежливые. И высплюсь, и познакомлюсь потом. А что русские, это даже хорошо: они евро-принцев на дух не переносят. Стукнут своей огромной булавой, и всё.

На рекламном баннере и правда были нарисованы семь красавцев с огромными булавами.

– Веретеном, опять же, колоться не надо – яблоко укусил, и спи себе. Решено!

Красавица смело набрала номер богатырей. Говорят, в европейскую сказку она приезжала только раз: познакомила родителей с женихом и обратно. А фамилию взяла по мужу – Богатырёва.

Завоеватель

Наполеон: Дорогая, я уже еду. Готовься!

Россия: Мужчина, вы вообще кто?

Наполеон: Я великий завоеватель и покоритель.

Россия: П-ф-ф-ф!

Наполеон: Сейчас, сейчас я приеду, и ты увидишь, какое «п-ф-ф».

Россия: Миша, ты видел когда-нибудь такого дурака?

Кутузов: Сейчас, матушка, гляну хоть одним глазком.

(Кутузов тыкает в Наполеона палочкой.)

Наполеон: Эй, мы так не договаривались!

Кутузов: Бе-бе-бе!

Наполеон: А я вот как сейчас!

(Наполеон берет Москву.)*

Россия: Ну всё, ты попал.

(Россия достает дубину народной войны.)*

Наполеон: Так не честно!

(Кутузов гоняется за Наполеоном по Смоленской дороге.)*

Наполеон: Нон! Нон! Же не манж па сис жур!

Россия: Так его, Миша. Ходят тут всякие, а потом в Москве столовое серебро пропадает.

Кутузов: Эх, жаль Суворов не дожил. Порадовался бы старик.

Наполеон: Нет! Не надо Суворов! Я уже ухожу. Простите за беспокойство. Я в следующий раз загляну.

Россия: Нет уж, лучше мы к вам.

(Русские казаки берут Париж, купаются голышом в Сене, доводя парижанок до обмороков и беременностей.)

Наполеон: Господи, позор-то какой. (Плачет и уезжает на остров Эльба.)

Россия: Хе-хе. Это ты про торт ещё не знаешь.

Романтическая история в нескольких чатах

Чат № 1

Рыцарь: Привет, красотка!

Принцесса: Это кто?

Рыцарь: Всегда мечтал познакомиться с тобой, о прекраснейшая принцесса!

Принцесса: Хм…

Рыцарь: Не уделишь ли минутку своего внимания?

Принцесса: Я знакомлюсь только вживую:-Р

Рыцарь: Так выйди на балкон! Вот он я, внизу.

Принцесса: А ты знаешь, что меня охраняет ужасный дракон? Сейчас как съест тебя!

Рыцарь: Я его победю, то есть побежу… В общем, отрублю голову. А ещё лучше спускайся, и я увезу тебя отсюда. Умчимся в закат на быстроногом коне.

Принцесса: Даже не знаю…

Чат № 2

Дракон: Ну что? Пора?

Принцесса: Погоди, он вроде симпатичный.

Дракон: Все они такие на первый взгляд. Давай я его «Ам!», и всё.

Принцесса: Да мы ещё толком не познакомились!

Дракон: А у меня время второго завтрака, между прочим.

Принцесса: Там печеньки есть, в шкафу. И кастрюля борща в холодильнике.

Дракон: Ладно, подожду полчаса.

Принцесса: – *

Чат № 1

Рыцарь: У меня замок, с башенками. И парк с розами.

Принцесса: С родителями живёшь?

Рыцарь: С папой.

Принцесса: Тю!

Рыцарь: Он у меня король. Старенький, но добрый. Я после него трон займу.

Принцесса: А ты, наверное, пятый сын, да?

Рыцарь: Я единственный наследник, честно. Да и какая разница? Я же тебя люблю!

Принцесса: Ты сейчас серьёзно?

Рыцарь: Как твой портрет увидел – сразу влюбился.

Чат № 2

Дракон: Ну что? Уже пора?

Принцесса: Не мешай. У меня серьёзные отношения наклёвываются. Говорит, любит меня.

Дракон: Все они так говорят.

Принцесса: Этот, кажется, по-настоящему.

Дракон: Врёт. Давай я его съем.

Принцесса: Стоять! Ты, значит, съешь, а мне ещё год здесь куковать, пока следующий до башни доберётся.

Дракон: Ну смотри сама. Если что, я рядом.

Чат № 1

Рыцарь: Выходи за меня.

Принцесса: Так сразу?

Рыцарь: А чего тянуть?

Принцесса: Дракона совсем не боишься? Вдруг съест?

Рыцарь: Ты обо мне будешь плакать? Тогда не страшно.

Чат № 3

Дракон: Ну что?

Рыцарь: Уговариваю.

Дракон: Ты давай настойчивее, она решительных любит.

Рыцарь: Я стараюсь.

Дракон: Старается он. Вот как сейчас вылезу, что делать будешь?

Рыцарь: Эй! Мы так не договаривались.

Дракон: Пять минут у тебя.

Чат № 1

Рыцарь: Быстрее, Принцесса! Я уже слышу шаги дракона!

Принцесса: Бегу, мой принц!

Чат № 2

Принцесса: Эй, помедленнее! Я собраться не успею!

Дракон: Ты чемодан позавчера сложила.

Принцесса: Подглядывал?

Дракон: Не отвлекайся, а то сбежит твой рыцарь.

Принцесса: Не сбежит. Я его уже очаровала.

Чат № 3

Дракон: Заводи коня, она спускается.

Рыцарь: Спасибо, дружище!

Дракон: Не за что.

Чат № 4

Дракон: Готово. Свадьба послезавтра.

Король (папа принцессы): Ура!

Король (папа рыцаря): Слава богу!

Дракон: Оплату переводите на карту драко-банка по номеру телефона, для Визериона Горыновича Ж.

Король (папа принцессы): Перевёл.

Король (папа рыцаря): Тоже перевёл.

Дракон: Брачное агентство «Горына и сыновья» всегда к вашим услугам.

Кулинарный гороскоп

Гороскопы бывают разные: зодиакальный, китайский, японский, зороастрийский (с животными), друидский (с деревьями), цветочный, майя (сердитый? значит родился под знаком крокодила) и даже славянский (древние славяне смотрят на него с удивлением). А чем мы хуже? У нас будет свой, с нардами и мамзелями, гороскоп – кулинарный!

Суп харчо (20 марта – 19 апреля)

Вы очень горячее блюдо. Острое, сытное, наполняющее оптимизмом. А упрямство, с которым вы предлагаете себя съесть, выше любого другого знака. Но вы быстро остываете, и вас приходится разогревать для продолжения банкета.

Отбивная (20 апреля – 20 мая)

Лучшее блюдо на свете – по крайней мере, многие так считают. Вы накормите любого, приносите сытость и хорошее настроение. Но если кто-то обижает повара или соседей по столу, способны быть совершенно безжалостными.

Ликёр Шериданс (21 мая – 20 июня)

С вами всегда весело и задорно. Вас можно наливать в любую посуду, и скучно не будет точно. Спокойствие – это не ваш конек. Главное, не забывать, что на утро может быть лёгкое похмелье.

Пельмени (21 июня – 21 июля)

Вы вкусны в любом виде: хоть вареном, хоть жареном. Вас можно есть дома или заказать в ресторане. Но больше всего вы любите, когда вас лепят в семейном кругу – вы точно позаботитесь, чтобы все были сыты.

Киевский торт (22 июля – 22 августа)

Вы любите быть в центре стола. Безупречный вкус, стильный вид – вами нельзя не любоваться. Главное, не забывать, что за ярким кремом скрывается чувствительная и ранимая начинка.

Колбаса (23 августа – 22 сентября)

Вы – колбаса. Иногда домашняя, иногда деловая, иногда копчёная. Компанию других знаков вы любите, и даже согласны побыть в хорошем бутерброде. Но и в одиночку скучать не будете.

Борщ (23 сентября – 22 октября)

Самое сбалансированное блюдо. В вас есть всё, что нужно для хорошего обеда. А если ещё и с пампушками? И даже вредный гурман не может вывести вас из равновесия.

Кетчуп (23 октября – 21 ноября)

Какой же стол без вас? Вы делаете любое блюдо острее, а вкус ярче. Вы обожаете страсть и другие блюда. И терпеть не можете быть в одиночестве.

Салат Оливье (22 ноября – 21 декабря)

Вы – всеобщий любимчик. Без вас нельзя представить ни один праздник. А вы любите это внимание и отвечаете фейерверком вкуса. Вокруг вас всегда множество поклонников, и ваша главная задача – не закончиться слишком быстро.

Шашлык (22 декабря – 20 января)

Сытность, вкусность, питательность – три кита вашего успеха. Мир может лететь в тартарары, но человек под знаком Шашлыка всегда надёжен и накормит голодного. Иногда кажется, что Шашлык жестковат, но это не так: просто вы схватили его слишком рано.

Холодец (21 января – 18 февраля)

Самодостаточное блюдо. Праздник? Обычный завтрак или ужин? Холодец подойдёт в любом случае. Другие знаки не понимают до конца этот знак, что не делает его хуже.

Заливное (19 февраля – 19 марта)

Лёгкое приятное блюдо. Под этим знаком рождаются люди слегка романтические и склонные к меланхолии. Никуда не торопятся и спокойно дожидаются хорошего момента. Кто сказал холодные? Вы просто не распробовали! Люди под знаком Заливного ненавидят фильм «Ирония судьбы».

Магия высшей квалификации

Она была ведьмой. Ангельский взгляд, серебряные кольца на тонких пальцах, полёты на метле над городом и кухня, пропахшая зельями. А Он жил этажом ниже, и даже не помышлял о колдовстве.

Она летала на шабашы-симпозиумы. Встречалась с колдунами, заставлявшими её рыдать в конце отношений. Читала книги по саморазвитию, практиковала медитацию и сетовала на выродившихся рыцарей. Он работал где-то в мастерской, ездил на старой машине, доставшейся от отца, и читал фантастику. А по выходным ходил в конный клуб.

И жили бы они долго и счастливо, если бы однажды не встретились в лифте.

«Фу, быдло», – бросила Она надменный взгляд.

«Ведьма», – скривился Он.

В этот момент, устав от жизни и неблагодарных пассажиров, лифт решил застрять.

– Что за безобразие! – вдавила Она кнопку вызова диспетчера.

– Вытащите нас отсюда, – возмутился Он.

– Да прям ща! – заявил диспетчер. – Вот вернётся Михалыч с обеда, тогда починим.

Михалыч ушёл на обед основательно: первое, второе, десерт, компот. И совершенно не собирался возвращаться.

– Сволочи! – Она сердилась и хмурилась.

– Не повезло, – пожал плечами Он.

– Что ты на меня пялишься? Не в музее! – разозлилась Она.

Он хмыкнул и вытащил телефон. Она поджала губы и тоже уткнулась в экран.

Через час телефоны сели у обоих. А лифт, видимо из хулиганских побуждений, выключил свет, оставив только тускло мерцающий глазок на панели с кнопками.

– А-а-а! – Она запаниковала.

– Спокойно, – Он придержал её за руку, – ничего страшного не случилось.

Она всхлипывала в темноте. Он вытащил платок и сунул ей в ладонь.

– Спасибо, – хмуро буркнула она.

– Меня Саша зовут.

– Юля.

– Ты же ведьма? Я видел, как ты летаешь ночью.

– Угу, – Она покраснела: во время шабашей она вылетала в окно слегка без одежды.

– Хочешь на выходных на конную прогулку?

– На белом коне? – язвительно буркнула Она и тут же пожалела об этом.

– На сером, он спокойнее.

– Ещё скажи, что ты принц.

Он улыбнулся и не обиделся. Лифт в темноте оказался очень маленьким. Соприкасались руки, дыхание и слова. Когда Михалыч вытащил их из заточения, Она позвала Его к себе, пить чай.

Через месяц Она научилась сносно держаться в седле. А Он узнал, что Она любит ромашки, полосатых котов и предпочитает запах лаванды. Ещё через полгода Он остался у неё ночевать. Она взяла Его с собой на шабаш: знакомые колдуны хмурились, но связываться не решались, а другие ведьмы шептались по углам и страшно завидовали. И всё у них было хорошо: в каждой ведьме, знаете ли, скрывается принцесса, и настоящий принц, даже если не выглядит героически, может сделать её счастливой.

А лифт всё так же периодически застревал. Предпочитая это делать, когда внутри ехала незнакомая друг с другом парочка. И Михалыч по-прежнему не торопился с обеда. Хитро посмеиваясь в усы, когда доставал из ловушки очередных узников – волшебники высшей квалификации, они ещё те шутники.

Восточная сказка

– Хм… – шах посмотрел на новую жену и удовлетворенно кивнул, – как зовут?

– Шахерезада, мой господин.

– Сказки будешь мне рассказывать? – ухмыльнулся шах. – Это я люблю.

Девушка поморщилась и оглядела шахские покои.

– Сказки… А чего у тебя в покоях такая разруха?

– Где?

– Ну вон: побелка на потолке потрескалась, обои отклеились, плитка в ванной отваливается.

Шах растерянно огляделся и развёл руками.

– Не могу я в таких условиях сказки рассказывать.

– А что же делать? Я без сказки заснуть не могу.

– Что делать, что делать… Ремонт делать!

Шахерезада вручила шаху рулон обоев, валик на длинной ручке и ведро краски.

– А сказка? – растерялся шах.

– Вот ремонт сделаем, тогда и сказку расскажу. Вперёд!

И делали они ремонт тысячу и одну ночь. Не потому что дворец был таким большим, а потому что всё время спорили: какие обои клеить, какую плитку выбрать, каким цветом в коридоре красить стены. А когда тысяча первая ночь закончилась, шах даже не стал казнить Шахерезаду, ибо задолбался он с этим ремонтом вусмерть. Так ремонт победил злого шаха.

Маркиз

– Нет, вы посмотрите на него!

Принцесса топнула ногой и нехорошо прищурилась.

– Сидит он! Прохлаждается, скотина.

– А? Что? – Третий сын мельника от неожиданности икнул, – да я только на минутку присел.

– Присел он. Я пашу целый день, горбачусь, а он сидит, отдыхает. Посмотрите, люди добрые, на него! Жена без шубы, а он кота в сапоги наряжает! Где это видано?!

– Да ничего я не наряжаю. Он в этих сапогах уже сколько лет ходит. А шубу я тебе в прошлом году покупал.

– Ты ещё прошлогодний снег вспомни! Сколько времени прошло, хожу в обносках, как нищая.

– Да хорошая шуба, мутон, с капюшоном, как ты хотела. Ты её всего пару раз надевала за всю зиму.

– Говорила мне мама, не ходи за этого маркиза, – Принцесса взялась за скалку, – лучше бы за барона вышла или графа. Ух, пожалуюсь папе, он тебе голову отрубит…

Третий сын мельника вздрогнул и проснулся. Рядом, в тени дерева, сидел Кот в сапогах.

– Чего проснулся? Рано ещё, король через час только будет.

– Кот, я вот чего, – Третий сын мельника почесал в затылке.

– Да не бойся ты! Всё будет по плану: ты разденешься, залезешь в воду, король тебя спасёт. Потом поедем в замок людоеда, я его съем. Станешь маркизом Карабасом, женишься на принцессе, и всё.

– Я помню, помню. А можно на принцессе не жениться? Пусть я буду холостым маркизом.

– Не солидно выйдет.

– Да и ладно! А тебе новые сапоги купим, шляпу, шпагу подходящего размера.

– Ну и дети мельников пошли – принцессу им не надо. Ишь переборчивые.

Кот в сапогах для вида ещё поворчал, но согласился. Сами понимаете: новые сапоги и шляпа явно лучше, чем принцесса.

Робинзон

– Это безобразие!

Народ в вагоне обернулся на громкий голос, полный отчаяния. Кричал молодой человек с телефоном в руке. Он нервно дёргал себя за ухоженную бороду и кривил рот.

– Настоящее безобразие! Я этого так не оставлю!

Молодой человек вскочил и побежал в проходе между сиденьями. Только мелькали голые щиколотки, выглядывающие из-под подвёрнутых джинсов. В конце вагона он бросился к щитку связи с машинистом поезда. Ткнул пальцем в кнопку и снова закричал:

– Водитель! Водитель, ответьте!

В динамике щёлкнуло, зашуршало и буркнуло хриплым голосом:

– Что случилось?

– Водитель, почему в вагоне нет интернета?

В ответ хрюкнуло. То ли динамик был неисправен, то ли машинист подавился смехом.

– В этом вагоне интернет не работает.

Молодой человек вскинулся и бросился к тамбуру. Перебежал в следующий вагон, посмотрел на экран телефона и снова ткнул кнопку связи с машинистом.

– И здесь не ловит вайфай!

– Да, – голос цокнул языком, – в этом тоже не работает.

Возмущённый пассажир побежал дальше. Вагон за вагоном он искал потерянный интернет и не находил.

– Безобразие! Ни в одном вагоне нет интернета!

Тяжело дыша, он давил кнопку связи в голове поезда.

– Я буду жаловаться! В метро обязан работать интернет! Почему вы ничего не предпринимаете? Немедленно включите вайфай.

Динамик зашуршал. Кажется, в кабине машиниста что-то уронили.

– Уважаемый пассажир! – ответил голос после паузы. – Вынуждены вас огорчить: это не метро. Вы находитесь в электричке, следующей по маршруту Бужульма – Старые Упыри. Здесь совсем нет интернета!

– Как нет? – в голосе молодого человека прорезалось отчаянье.

– И не было никогда, – усмехнулся голос.

– Как же так….

Молодой человек обречённо опустился на сиденье.

– Это ведь… Ужасно…

Старушка, сидевшая рядом, жалостливо покачала головой.

– Крепись, внучок.

– А в Старых Упырях, – с надеждой спросил у неё юноша, – четыре джи есть? Или только три?

– Что ты! Там и сотовый-то не везде берёт.

– Как на необитаемом острове…

Молодой человек судорожно прижал к груди бесполезный телефон. Несчастный Робинзон, совершенно не представляющий, как выжить в обычном человеческом мире без подсказки из пластиковой коробочки.

Доставка

Баба-яга распахнула дверцу холодильника и задумчиво хмыкнула. На завядшем пучке укропа лежала записка: «Даже вешаться тут стыдно. Мышь». Смяв бумажку, Яга заглянула в морозилку. В центре лежал одинокий пельмень, кажется, с мухоморами.

– Маловато будет, – пробурчала Яга, – придётся опять фастфуд заказывать.

Катнув по блюдечку огрызок яблока, Яга набрала знакомый номер.

– Служба доставки «Кощей. еда» приветствует вас!

– Заказ примите, – мрачно буркнула Яга. – Салат «Мухомор» с курицей, сет роллов с жабой и пиццу «Василиса» на тонком тесте.

– Пить что-нибудь будете?

– «Квас-колу» без сахара.

– Это ваш сотый заказ, и вам положен бонус от «Кощей. еда». Мы положим вам в заказ порцию крылышек «Гуси-лебеди».

– А! Ещё, – встрепенулась Яга, – курьера мне Ивашку, и пожирнее, пожалуйста.

Из блюдечка послышался нервный кашель.

– Яга Горыновна, мы на вас никаких Ивашек не напасёмся.

– Ой, да ладно вам, – Яга нахмурилась. – Ну съела одного-двух, ничего страшного. Вы всё равно студентов нанимаете, кто их там считает.

– Ваш заказ принят, ожидайте, пожалуйста.

Пока курьер катился через лес на самокате, Яга быстро устроила генеральную уборку. А то стыдно будет: приедет курьер, а у неё паутина пыльная, кот посреди избы валяется и печь не топлена.

– Избушка, избушка, – позвонили в домофон, – повернись ко мне подъездом, к лесу мусоропроводом.

– Парадной, – проворчала Яга. – Мы к Питеру относимся, а не к Москве.

В дверь постучали.

– Заказ примите!

– Заходи, милок, заходи. Ой! – Яга даже присела от неожиданности.

Курьером оказалась рыжая девчушка с косичками.

– А почему не Ивашку прислали?

– Простите, Ивашки кончились. Все на заказах.

Яга вздохнула. Есть девиц она не любила: косметика вызывала изжогу, а уговаривать сесть на лопату приходилось по три часа.

– Ну давай вытаскивай, что там у тебя.

– Салат «Мухомор», сет роллов, пицца на тонком тесте.

– А бонус где? Мне крылышки обещали!

– Сейчас-сейчас…

Яга присмотрелась к курьерше и вдруг схватила её за руку.

– Ты чего такая грустная? Обидел кто?

Девчонка вдруг расплакалась.

– Меня парень бро-о-о-осил!

– Вот горе ты моё. Как зовут?

– Марьюшка…

– Знаю я, как твоему горю помочь. Садись и слушай…

Выпроводив через час девчонку с бутылкой «приворотного» зелья и активным психологическим настроем, Яга посмотрела на еду и скривилась. Пицца остыла, а роллов уже не хотелось.

– Тьфу, еда басурманская!

Яга собралась и отправилась в гости к Лешему. У него, справного хозяина и солидного мужчины, всегда была и кастрюля борща, и пюрешка с котлетами, и компот. Жаль, живёт далеко и Ягу считает исключительно другом.

– Френдзонщик, – ворчала Яга, заводя ступу, – так бы и стукнула чем-нибудь тяжёлым.

Но тарелка борща – это тарелка борща. А Лешего она обязательно соблазнит. Потом. Если опять не объестся котлетами.

Недремлющее Зло

– Выходи, Недремлющее Зло!

Рыцарь ударил мечом по щиту, и по замку прокатился громкий металлический звук.

– Выходи и сразись со мной! Или я разнесу тут всё по камешку!

– Как вы меня уже достали…

Из боковой галереи вышла фигура в чёрном с горящими красными глазами.

– Тебе заняться нечем, рыцарь?

– Я дал обет уничтожать несправедливость и защищать невинных!

– А я тут при чем?

– Ну… – Рыцарь запнулся, – ты же Недремлющее Зло.

– Потому что вы меня будите постоянно! Я даже задремать не могу: обязательно кто-то начинает орать: «Выходи биться! Выходи биться!». Как тут выспаться, а? Даже прилечь не получается.

– Ты живёшь в Чёрном замке!

– Потому что тут нет рядом другого строительного материала. Ферштейн? Это вам на Эльфийском берегу хорошо: там мрамор, хоть белый, хоть розовый. А тут только чёрный камень.

– Не обманешь! У тебя глаза горят адским огнем.

– Ты дурак? Ты попробуй не спать, сколько я, у тебя тоже глаза будут красные. Знаешь, как неприятно? Будто песка насыпали.

Рыцарь вдруг положил меч, вытащил из кармана пузырёк и протянул хозяину замка.

– Вот, отличные капли, попробуй. Очень хорошо снимают раздражение.

Чёрная дрожащая рука взяла бутылёк.

– Спасибо… Ты первый кто…

Хозяин запрокинул голову и стал закапывать глаза.

– Ой, хорошо-то как! Спасибо, добрый рыцарь.

– Да ладно, чего уж там.

Рыцарь на минуту задумался.

– Вот чего. Биться я с тобой не буду, это ясно. А вот помочь тебе – святое дело. Держи!

– Что это?

– Беруши и маска для сна. Надевай и ложись спать, а я послежу, чтобы тебя не будили.

– Ты серьёзно?

Рыцарь махнул рукой.

– Иди уже.

– Спасибо! Огромное нечеловеческое спасибо!

На ходу вставляя беруши, хозяин бегом скрылся где-то в глубине замка. Рыцарь хмыкнул, вышел на крыльцо замка и сел на ступеньку. Минут через десять появился очередной борец со злом.

– Эй, рыцарь, здесь живёт Недремлющее Зло?

– Тихо! – Рыцарь приложил палец к губам. – Это не недремлющее, а Спящее Зло. Не хочешь же ты быть тем, кто его разбудит на погибель мира?

– Ой! – борец со злом перешел на шёпот. – А ты кто?

– Я? Командор Ордена Хранителей мира от Спящего Зла.

– Ух ты! А можно к вам в орден вступить?

– Ну… У нас достаточно большой вступительный взнос…

– Может, можно в рассрочку?

Через год вокруг Чёрного замка стоял большой лагерь нового рыцарского ордена. В его уставе первым пунктом было записано разговаривать шёпотом. Вторым – носить мягкие тапочки. Третьим – уничтожать дрели и перфораторы. Что, впрочем, не мешало рыцарям проводить «молчаливые» турниры, «тихие» пиры, а после них – бесшумные мордобои.

И никого из рыцарей не волновало, что Зло давно выспалось и незаметно сбежало. Не распускать же из-за сущего пустяка целый Орден.

Галлюцинация

– Понимаешь, Карлсон…

Тут Малыш тяжело вздохнул, совсем как Папа.

– Понимаешь, тебя на самом деле не существует.

Карлсон обиженно выпятил губу.

– То есть как это? Вот он я, подойди, потрогай, убедись.

– Не злись, – сказал Малыш и покачал головой как Мама, – я только вчера узнал. Меня отвели к психиатру, и он рассказал, что на самом деле ты моя галлюцинация. У меня какое-то там расстройство, и я придумал себе выдуманного друга. И плюшки я воровал сам, и на крышу лазил в одиночестве. И Фрекен Бок не домомучительница, а медсестра, приставленная следить, чтобы я не навредил себе.

– Галлюцинация? – Карлсон на мгновение задумался. – Надеюсь, самая лучшая в мире?

– Самая обычная, – Малыш развёл руками, – извини. Только не расстраивайся, ладно?

– Расстраиваться должен ты, – Карлсон ткнул Малыша в живот толстым пальцем, – мне-то что? Это тебя заперли в комнате и водят к психуаторам. А я полечу на кухню есть плюшки.

– Не делай этого! Нельзя брать плюшки Фрекен Бок.

– Так ведь меня нет, я же галлюцинация. Что хочу, то и делаю. Привет!

Ткнув кнопку на животе, Карлсон поднялся к потолку, сделал круг около люстры и вылетел в окно.

– Я всё сделал правильно. Он ушёл и больше не вернётся.

Малыш снова вздохнул, теперь уже как Дядя Юлиус. Пусть врач и был прав, но с Карлсоном было веселее…

За дверью послышались приглушенные крики Фрекен Бок, звон посуды и топот. Малыш хотел пойти узнать, что там случилось, но дверь была заперта. Пришлось гадать, что там такого происходит и почему «опытная медсестра, у которой больные мальчики быстро становятся шёлковыми», так тоненько визжит.

Ответ пришёл к нему сам. Дверь распахнулась, и Фрекен Бок влетела в комнату.

– Срочно! Дай мне таблетки, которые прописал тебе врач.

– Зачем?

Следом за ней в комнату влетел Карлсон с плюшкой в одной руке и кружкой какао в другой.

– Как это зачем? У неё такие же «галлюцинации». Кажется, ты заразный, Малыш. Уникальный случай в мировой психиатрии. Как думаешь, стоит слетать ещё к твоему психуатору или он потратил весь запас таблеток на тебя?

Фрекен Бок посмотрела на Малыша тяжёлым взглядом и взвизгнула:

– Симулянт! Почему ты не сказал, что этот толстый мальчишка с квадрокоптером на спине настоящий?!

– Я говорил…

– С пропеллером! – Карлсон от возмущения чуть не опрокинул кружку с какао на Фрекен Бок. – У меня пропеллер, глупая!

– Тихо!

Малыш неожиданно гаркнул и строго посмотрел на обоих.

– Сейчас мы идём на кухню, едим плюшки, болтаем на отвлечённые темы и ждём моих родителей. Или наш дом и правда превратится в сумасшедший.

Вечером Папа и Мама долго сидели в гостиной, отпаивая друг друга валерьянкой и вздрагивая при каждом шорохе. Им в каждом углу мерещился толстяк с пропеллером, оказавшийся вполне материальным и очень прожорливым.

– Это я виноват, – качал головой Папа, – я был слишком строг к Малышу и не разрешал завести собаку. Вот он и нашёл себе… Летающего друга.

– Собаку я куплю ему завтра же. Но знаешь, – Мама похлопала Папу по руке, – мы должны воспользоваться ситуацией. Нам нужно срочно завести канал на «Ютубе» и выкладывать туда ролики с Карлсоном.

Папа скептически хмыкнул.

– А если он не согласится?

– Мы назовём канал «О самом лучшем мужчине в самом расцвете сил» и будем выдавать ему пять эре за каждый ролик.

Карлсон, прятавшийся под диваном и размышлявший над очередным курощением, тихонько хихикнул. Нашли дурака! Оплату он будет брать плюшками, тефтельками и процентами от монетизации канала, причем исключительно в евро. Ведь заправлять моторчик пропеллера приходится бензином, а не вареньем, как думает Малыш. А он, сами знаете, постоянно дорожает даже для «галлюцинаций».

Злолушка

– Ну что, розы посадили? Обед приготовили? Платье мне сшили?

Злолушка сурово посмотрела на сводных сестёр.

– Всё сделали, – девушки потупились, – только розам нужно время, чтобы прижиться

– Ох, смотрите мне, – Злолушка погрозила кулаком. – Ладно, показывайте, что с платьем. Мне сегодня ехать с принцем знакомиться.

В комнату заглянула Мачеха и натянуто улыбнулась.

– Милая доченька, я отчистила все котлы. Будешь смотреть?

– Потом, – отмахнулась Злолушка, – я платье примеряю. С бала приеду и проконтролирую.

Оставшись довольной нарядом, Злолушка ущипнула сестёр за щёки.

– Молодцы! А я вам развлечение придумала, чтобы нескучно было ждать меня с бала.

Злолушка одной рукой вывернула мешок с пшеном на пол, а сверху на него – мешок с гречкой.

– Перебрать и рассортировать.

– А нам нельзя, – пискнула младшая сводная сестра, – тоже на бал?

Нахмурившись, Злолушка погрозила ей пальцем.

– Хочешь мне веселье испортить? Работать, сёстры, солнце ещё высоко! Всё, я поехала, а то без меня всё выпьют.

Оставшись в одиночестве, сёстры немного поплакали и сели перебирать рассыпанные крупы. Скоро, закончив домывать полы в доме, к ним присоединилась Мачеха. Работали молча – до возвращения Злолушки с бала времени было совсем немного.

– Весело тут у вас…

В кухню вплыла Крёстная Фея, в мятом платье и с фингалом под глазом. Мачеха всхлипнула и спросила:

– Может, ты приструнишь свою крестницу, а? Ведь спасу никакого нет!

Фея развела руками:

– Уже пробовала. Она мне палочку сломала и тыкву об меня разбила. Больше я к ней даже подходить не буду.

– Синяк тоже она тебе?

Крёстная потрогала глаз и отрицательно качнула головой.

– Нет, это я с лестницы упала.

– А я говорила, не нюхай ты эту волшебную пыльцу. Лучше абсент продолжала бы пить.

Фея отмахнулась.

– Ерунда. Мы, волшебницы, всегда нюхаем, – Фея хихикнула и запела: – Раз дорожка, два дорожка, будет весело…

– Помогай лучше, раз пришла. Это ты, между прочим, виновата – с твоей подачи Злолушку в секцию вольной борьбы записали.

Мачеха передразнила голос Феи:

– «Деточке нужен спорт. А от борьбы только характер укрепляется». Доукреплялась?

– Не злись, – Крёстная присела к куче и тоже стала перебирать крупу, – я ведь не знала.

Дверь скрипнула, и в кухне показалось улыбающееся лицо Принца.

– Работаете? Ну-ну!

– Ты чего пришёл? Злолушка к тебе поехала.

– А то я не знаю. Выпила всё шампанское, побила кучера за то, что в крысу не превращался, искупалась в фонтане и перевернула трон. Хотела меня заставить из туфельки пить, но я отказался, потому что не хрустальная.

– Сюда зачем явился? Она дворец разнесёт, пока тебя нет.

– Я радостную новость принёс. Уехала она!

– Как уехала?

– Маловато, говорит, королевство. Разгуляться негде. Поеду, сказала, по другим сказкам. Там простору больше, и злодеи есть, с кем силой можно померяться.

– Господи! А в какую сторону поехала?

– М-м-м-м… Кажется, на юг, к «Властелину колец».

– Крёстная! Срочно отбей им телеграмму: «САУРОНУ ТЧК ВАМ ЕДЕТ ЗЛОЛУШКА ТЧК ПРИМИТЕ МЕРЫ ТЧК».

– Надо добавить, что мы соболезнуем. Слабоват Саурон Морготович против неё.

– Некогда нам. Собирайте всех, будем нашу сказку маскировать, чтобы она обратно дорогу не нашла.

Вся компания побежала искать маскировочные сети и фальшивые дорожные указатели. А младшая сводная сестра осталась заканчивать переборку круп на всякий случай, если Злолушка всё-таки вернётся.

Страшная мстя

– А сейчас, дорогие гости…

Петров, довольно улыбаясь, потёр руки.

– Я хотел показать вам фотографии с нашей свадьбы.

Сашка мысленно застонал. Он там был: свадьба как свадьба, в меру скучный тамада, унылые конкурсы, жёсткая баранина в качестве горячего и пьяный дядя невесты, тоже скучно упавший под стол. Даже «воровать» невесту не стали. Пересматривать, честно скажем, было неинтересно.

– Отличные получились фотографии, – радостный Петров включил проектор, – мой двоюродный брат снимал, а он профессионал, своя студия.

Просмотр затянулся на час. «А вот невеста собирается, а вот мы подъезжаем к загсу, а вот букет кидаем, как в западном фильме, а вот…» Сашка старательно делал вид, что ему интересно. Пусть уж Петров радуется, всё-таки бывший одноклассник. Хотя упавшего под стол дядю могли бы и показать как единственное безобразие.

Через месяц Петров снова пригласил Сашку, на день рождения своей жены.

– А давайте, – после того как съели торт, Петров достал проектор, – посмотрим фотографии с нашей свадьбы. Женька, вы же с Маринкой не видели? Отличные фотки, мой двоюродный брат снимал…

Сашка вздохнул и налил себе коньяка. Второй раз? Ладно, простим человеку маленькую слабость. Прикрывая зевки рукой, Сашка чуть не вывихнул челюсть.

Наступил Новый год, и Сашка зашёл в гости к Петрову. Состав гостей с прошлого раза не изменился, а значит фотографии со свадьбы никому не грозили.

– А мы из фотографий свадьбы, представляете, фильм сделали. Я сам монтировал. Сейчас я вам покажу. Так здорово получилось!

В середине «фильма» Сашка сбежал в туалет. Долго сидел, читал инструкцию к освежителю воздуха и надеялся пропустить как можно больше.

– А вот и Шурик! – Петров радостно замахал руками, когда Сашка вернулся. – Я фильм остановил, чтобы ты ничего не пропустил. Садись!

Сашка обречённо вздохнул и рухнул на диван. Может быть, это карма? Что такого ужасного он совершил в прошлой жизни, что теперь приходится расплачиваться?

Следующее приглашение в гости Сашка пропустил. А на празднование двадцать третьего февраля шёл с чёткой установкой: если Петров предложит снова смотреть фотографии свадьбы, прямо сказать: «Петров, ты мне друг, но четвёртый раз я не выдержу». Но Петров, наверное, готовился к отказу:

– А я фотки с нашей поездки в Турцию разобрал. Пойдёмте смотреть!

Целый час он наблюдал за Петровым под пальмами, Петровым в бассейне, женой Петрова под пальмами, женой Петрова в бассейне, Петровым и женой Петрова вместе под пальмами, Петровым и женой Петрова в бассейне и под пальмами одновременно.

– Отличные же фотки? – радовался Петров. – Приходите в следующий раз, я из этих фоток фильм сделаю, посмотрим вместе.

И в этот момент Сашка составил план страшной мести.

Вернувшись домой, залез на антресоли и среди свёртков, старых банок с засохшей краской, велосипедных шин и коробок с ёлочными игрушками нашёл ящик со старыми видеокассетами. Стёр пыль с древнего раритета прошлой технологической эпохи и попытался прочитать еле видимые надписи на этикетках. Нужная кассета оказалась на самом дне.

На девятое мая Петровы по традиции собирали у себя гостей. Сашка, пряча улыбку, ел мясо по-французски, поднимал рюмку на тостах и выжидал удобного момента.

– Юрка, – Сашка подмигнул Петрову, – я тебе сюрприз приготовил. Оцифровал старую кассету с нашего выпускного. Посмотрим?

Петров, видимо, собравшийся показывать что-то своё, чуть расстроено кивнул.

– А вот это ты! – тыкал в экран Сашка. – Ничего себе ты лопоухий тогда был. О, смотри! Это ты со Светкой танцуешь! Ох, ты и зажёг тогда!

– Это какая Светка? – с подозрением прищурившись, спросила жена Петрова. – Не та, которая звонит тебе периодически?

– Нет, ты что, милая, – Петров успокоил жену и бросил на Сашку тяжёлый взгляд.

До окончания фильма он сидел красный, происходящее на экране не комментировал и только нервно перебирал пальцами.

– Классно получилось, да? – уже прощаясь спросил Сашка. – Я думаю, надо перемонтировать, как думаешь? Чтобы интереснее получилось. Вырезать застолье и оставить только, где мы есть. Как считаешь?

Петров взял Сашку за пуговицу и притянул к себе.

– Знаешь, – пожевав губами, Петров тихонько зашептал, – я думаю, не надо. Что-то просмотр фоток надоел уже. Каждый раз смотрим и смотрим… Давай лучше в покер сыграем или в лото. А все эти видео и фото, ну кто захочет. Ага?

Больше Петров никогда проектор не включал и о фотографиях не упоминал вовсе.

Дуэль

Однажды поссорились в баре два англичанина. Хамфри Ховарт и Генри Барри, восьмой граф Берримор. Уже забылось, что именно они не поделили или кто кому наступил на ногу, но дело дошло до дуэли. Джентльмены любят, знаете ли, сначала обидеться, а потом стреляться. Так и наши герои назначили секундантов, время поединка на следующее утро и разошлись готовиться.

А Хамфри Ховарт, до того как завёл привычку ссориться с графьями, служил в армии хирургом. И по опыту знал: часто не пуля бывает причиной смерти, а заражение от кусочков одежды, попавших в рану. Поэтому, придя на место дуэли, начал раздеваться.

– Что вы делаете? – закричал Генри Барри, восьмой граф Берримор.

– Снимаю одежду, – невозмутимо заявил Хамфри.

– Зачем?

– Буду драться голым.

Генри Барри, восьмой граф Берримор, покраснел, потом побледнел и даже чуточку позеленел.

– Так нельзя! – заявил Генри Барри, восьмой граф Берримор.

– Почему? – удивился Хамфри, уже раздевшийся догола. – Нигде не написано, что на дуэли надо быть обязательно одетым. Джентльмен и раздетым остаётся джентльменом.

– Это что же вы творите? Потом скажут, что я убил голого человека!

– Спорно. Возможно, скажут, что вас убил голый человек.

Генри Барри, восьмой граф Берримор, испугался такого позора. И быстро помирился с Хамфри.

Вот так знание медицины предотвратило дуэль.

Жёлтая страшилка

Садитесь, детишки, поближе, сейчас я расскажу вам страшную-страшную историю про Жёлтую коробку.

Жила-была девочка. Каждый день она лазила в интернете по разным сайтам. И однажды зашла она на один жёлтый сайт. Увидела это её мама и говорит:

– Не заходи на жёлтый сайт, доченька, не нажимай там на кнопки. А то приедет Жёлтая коробка, и тебе будет плохо!

Испугалась девочка и вышла из жёлтого сайта.

Через несколько дней сидела девочка одна дома и опять лазила в интернете. Но забыла, что говорила ей мама, и зашла на жёлтый сайт. И понажимала там все кнопки, которые нашла.

И тут зазвонил у девочки телефон. Ответила она на вызов, а ей говорит страшный голос из трубки:

– Девочка-девочка, жёлтая коробка уже выехала к тебе!

Бросила она трубку и отключила входящие звонки. Только подумала пойти на улицу погулять, а ей приходит эсэмэска:

«Девочка-девочка, жёлтая коробка уже в твоём городе!»

Испугалась она и хотела даже телефон выключить. А ей пуш-уведомление приходит:

«Девочка-девочка, жёлтая коробка уже на твоей улице!»

Ещё больше девочка испугалась. Спряталась под кровать, чтобы её никто не нашёл, и уведомления на телефоне отключила. Но ей в ватсап сообщение приходит:

«Девочка-девочка, жёлтая коробка уже около твоего дома!»

Выключила она ватсап. А сообщение в телеграм пришло:

«Девочка-девочка, жёлтая коробка уже к тебе на этаж поднимается!»

Совсем перепугалась девочка, телефон совсем выключила и даже батарею из него вытащила. Но тут как позвонили в дверь!

– Кто там? – спрашивает девочка.

– Курьер, – отвечает страшный голос из-за двери, – открывайте!

Девочка взяла и открыла. А там стоит Жёлтый человек, и в руках у него Жёлтая коробка.

– Заказывали доставку еды? Получите, – сказал Жёлтый человек, – гамбургер, три штуки, сет роллов, две штуки, пицца «Четыре сыра» и салат «Цезарь» с курицей.

Взяла девочка заказ из Жёлтой коробки, пошла на кухню и всё съела. И было ей очень плохо!

Полка

Руки у Петра росли на метр ниже положенного. Ну то есть физически из плеч, но делать ими что-либо по дому было практически невозможно. При этом зарабатывал Пётр очень неплохо, считался отличным специалистом и умнейшим человеком.

А ещё у Петра была жена Светлана. Красавица, солнышко и лапочка. Но к несчастью, эта лапочка считала, что мужчина должен уметь всё делать руками. Рассказывала, как её папа может сделать шкаф, а брат строит дом исключительно своими руками.

Их отношения наверняка быстро закончились бы, если бы Пётр не применял хитрость. Скажет, к примеру, Светлана:

– Петя, там кран в ванной подтекает. Поменяешь?

– Угу, – отвечает он.

А сам в ежедневнике пишет: «ВМНЧ». Это значит «вызвать мужа на час». И как только Светлана по делам из дома уйдёт, сразу звонит. Пока её нет, придёт хмурый мужичок, всё сделает, а Пётр будет стоять у него за спиной, наблюдать за работой и завистливо вздыхать.

– Петя, я полочку купила, – Светлана обняла мужа за плечи, – прибьёшь?

– Угу, – Пётр чиркнул в ежедневнике, – сегодня или завтра, как время будет.

– Только не забудь.

Она чмокнула его в ухо и ушла на кухню.

– Петя, я в шесть вернусь, – на следующий день крикнула Светлана из прихожей, – ты про полочку помнишь?

– Помню, солнышко, я всё помню…

Дождавшись ухода жены, Пётр взялся за телефон. Первый «муж на час» – мастер Василий, чаще всего выручавший Петра, оказался занят. Запасные варианты тоже не обрадовали: один не брал трубку, другой заявил, что вышел из бизнеса, найдя постоянную работу.

Пётр бросился искать объявления через интернет. Но то ли Марс был сегодня в Козероге, то ли день неудачный, но никого найти не удалось. Полочка подмигивала Петру из картонной упаковки и ехидно хихикала.

– Я человек с высшим образованием, – Пётр почесал переносицу, – у меня айкью сто сорок, я могу и сам повесить это чудовище.

Дрель, покрытая пылью, нашлась в шкафу. Купленная несколько лет назад, она включалась один раз – для демонстрации жене.

– А как сюда сверло вставлять?

На помощь пришёл ютуб.

– Надо, наверное, разметить, где сверлить…

Пока он приноровился, в стене появились штук пять дырок с неаккуратными краями.

– Ну… Если полочку вот так повесить, то будет незаметно. Ладно, едем дальше. Что значит «вбейте чопик»? Кто такой этот чопик? Охранник из детского магазина? Половинка охранного предприятия?

Жену Пётр встретил с молотком в руке.

– Посмотри! А? Как тебе? Как влитая!

Светлана наклонила голову и прищурилась.

– Тебе не кажется, что полочка немного криво висит?

– Ерунда! Она висит и-де-аль-но! Она вот такими саморезами прикручена. На неё целого слона можно поставить. Ну? Как я её, а?

Светлана кивнула, поцеловала мужа и позвала его ужинать. Но через пару дней, когда Петра не было дома, вызвала «мужа на час», чтобы он перевесил полку ровно. Ну правда, не беспокоить же из-за такой мелочи любимого человека.

Домовой на удалёнке

Телефон зазвонил в самое неподходящее время: утренний кофе Светка уже налила, но выпить ещё не успела.

– Да! – раздражённо буркнула она в трубку.

– Доброго утра, – ответил ей хриплый голос. – Значит, так, первым делом полей «сансевиерию».

– Что?

– Глухая? Набери воды в чашку и полей «сансевиерию».

– Кого?

– Цветок, стоит за тобой на окне.

– «Тёщин язык»?

– Это «сансевиерия».

Светка, ещё не проснувшаяся до конца, послушалась незнакомца и полила цветок. Земля в горшке и правда была сухая.

– А теперь открой холодильник.

– Зачем?

– На нижней полке, в правом углу. Видишь?

– Нет.

– Внимательно смотри, там кусок сыра. Выкинь его!

– Почему?

– Слепая? Он заплесневел уже.

– Ой, точно!

– И на дверце пакет с молоком, тоже выкидывай. Оно прокисло, а оладушки ты всё равно печь не умеешь.

– Оладушки… – Светка вдруг мучительно захотела румяных оладушек. – А может, попробовать их сделать?

– Не отвлекайся. Сыр выкинула? Иди в ванную.

– Ага.

– Дошла? Посмотри под раковину.

– Здесь темно!

– А свет кто включать будет, горе ты моё.

– Всё равно тут ничего нет, одни трубы.

– Рукой по ним проведи.

– Ай! Горячая!

– По другой. Мокрая?

– Да.

– Протечка. Подставь туда что-нибудь, чтобы вода на пол не капала, и вызови сантехника.

– Прямо сейчас?

– Можешь после завтрака.

– Слушайте, а вы вообще кто?

– Пафнутий. Домовой я.

– Кто?

– Мультик, что ли, в детстве не видела? Домовой.

– А-а-а-а…. А почему вы мне звоните? Вы же по хозяйству сами всё делаете.

– Самоизоляция, будь она неладна. Вот, приходится на удалёнке работать.

– Странно, я вас раньше никогда не видела.

– Не положено. Ты же сразу щупать начнёшь, вопросы задавать. А мне некогда.

– Это шутка, да? Какие домовые?! Кто вы? Зачем вы за мной наблюдаете?

– Шутка? – голос в трубке закашлялся. – Ты когда последний раз пыль протирала? Думаешь, она сама исчезает? А холодильник кто размораживает, Пушкин? А ноутбук твой сам вдруг заработал?

– Совпадение!

Пафнутий помолчал, а потом ехидным голосом спросил:

– Хочешь, я тебе расскажу, что ты хранишь в нижнем ящике комода?

– Ой!

Светка покраснела.

– Могу сказать, какие песни ты в ванной поешь, я ведь всё слышу. А ещё что ты в туалете читаешь. Думаешь, там книга из воздуха появилась? Специально тебе положил, чтобы ты в телефоне не играла.

– Правда? – Светка шмыгнула носом. – Вы так обо мне заботитесь…

– Забочусь, забочусь. Иди завтракать, а потом вызови сантехника, и пропылесосить надо. Пылесос знаешь где? Ладно, позвоню потом, чтобы ты ничего не забыла.

– А можно…

– Что?

– Рецепт оладушков. Я прокисшее молоко не выкинула.

– Ох, горе ты моё, бери ручку, записывай.

Пафнутий улыбнулся: работать домовым на удалёнке оказалось интересно и весело. И гораздо полезнее для людей, в воспитательных целях. Домовой сделал пометку в блокноте: поделиться опытом на ближайшем собрании домовых.

– Нашла ручку! – бодро доложила Светка.

– Значит, оладушки. Возьми яйцо, полстакана муки…

Талант

Поэт Кукушкин мечтал, чтобы его стихи читали люди. Но издательства его не печатали, а в интернете читатели обходили стороной его страничку. И тогда Кукушкин придумал коварный план.

Устроился в издательство редактором и стал вставлять свои стихи в сборники других поэтов. Но тиражи у таких книг маленькие, и тогда он взялся за прозу. Кукушкин добавлял стихи в романы известных писателей, в книги по саморазвитию и даже в сборники рецептов консервации помидоров.

И всё издательство знало, что он это делает. Но никто его не увольнял! Потому что все книги, куда Кукушкин подложил стихи, становились бестселлерами. А если у человека чутьё на продажи, то может позволить себе маленькую слабость.

На юбилей Кукушкина редакция сделала ценному сотруднику подарок – выпустила сборник его собственных стихов «Кукушкин. Пролетая над больницей». Было продано ровно десять штук: девять купил сам Кукушкин, а десятый – одна подслеповатая бабушка, принявшая книгу за сборник рассказов о природе.

Кому в холодильнике жить хорошо

– Вот я и спрашиваю: кому здесь хорошо?

Помидор обвёл суровым взглядом обитателей холодильника.

– Кто здесь счастливо живёт? Признавайтесь.

– Он! – полупустой пакет с майонезом ткнул пальцем в батон. – Ходит счастливый, улыбается.

– У меня просто характер лёгкий, – оправдывался батон, – а так ничего хорошего. Порежут меня на бутерброды, и всё.

– Яйцам! – взвизгнуло киви. – Сидят на персональной полочке на дверце, рожи корчат. Зазнались и не разговаривают! Мне говорят: «Мы с волосатыми панками не общаемся».

– У них каждый завтрак потери, – вступился за яйца баклажан, – это картошке хорошо…

– Чё мы-то? – хором отозвались картофелины. – Вы на молоко посмотрите. Или на йогурт.

– А ещё яйца говорят, что они элита, раз на дверце живут, – не унималось киви.

– Да мы поняли, – шикнули на него все.

– На сыр посмотрите! Он даже плесенью покрылся от старости, так давно здесь живёт.

– Неправда! – сыр свесился с верхней полки. – Меня таким уже из магазина принесли.

– Горчице хорошо, – вмешалась капуста, – стоит барыней в углу, достают её редко, едят по чуть-чуть.

– Зато я горькая, – всхлипнула горчица, – на меня жалуются все, никто внимание не обращает…

– Яйца! Они нас всех обзывают малокалорийными! – снова влезло киви.

– Да мы поняли уже, помолчи.

– Вот холодцу хорошо. Разлёгся в тарелочке, с хреном дружит, а с нами не разговаривает.

– Он стеснительный просто, боится всего. Посмотрите, как от страха дрожит.

– Колбасе! Лежит вся такая деловая, верёвочкой машет.

– Не трогать колбасу, – влезли толпой сосиски, – её, между прочим, на кружочки режут. Вы на кетчуп посмотрите: каждый вечер на прогулки ходит, орясина.

– Это мне хорошо? – возмутился кетчуп. – А вас когда-нибудь по попе били? Почему, говорят, не льёшься? И бац ладонью по донышку!

– Давайте им морду набьём!

– Кому?

– Яйцам!

– Киви, замолкни ты уже. Все поняли, что ты яйца не любишь.

– Тихо!

Помидор постучал ложечкой по кетчупу, призывая всех к порядку.

– Давайте всё-таки решим, кому здесь жить хорошо.

– Яйцам!

– Киви, ещё одно слово, мы тебя к картошке отправим.

– Эй, вы! – с самой верхней полки на дверце раздался громкий голос. – Чего вы разорались?

– Выясняем, кому в холодильнике жить хорошо.

– Ну мне, – ухмыльнулся голос, – ещё вопросы есть?

– А ты кто? – хором спросили продукты.

– Яйцо?! – ахнуло киви.

– Таблетки мы, – хмыкнули сверху.

– А какие?

– Ну… Мы не знаем, название уже стёрлось.

– Значит, вас выкинут, когда заметят, – со знанием дела заявила рыбная консерва, – будут порядок наводить и выкинут.

– Да прям ща, – голос глумливо хихикнул, – у нас годность до две тысячи тридцатого года. Оставят, как всегда, на всякий случай. Кто действующие таблетки выкидывать будет?

– Это точно, – вздохнула горчица, – в прошлый раз так и было.

– А вы зачем выясняли, кому хорошо? – поинтересовались таблетки.

– Да побить хотели, – помидор скорчил страшную гримасу, – чтобы не зазнавались.

– А-а-а, – таблетки заржали, – ну попробуйте. Доберитесь сначала.

Но на всякий случай спрятались глубже на полке.

– Давайте яйца побьём! – снова влезло киви. – Я давно говорю, что они мутные личности!

Но побили на этот раз само киви. Потому что достало всех своими яйцами!

Залог процветания

– Проходите, пожалуйста! – на входе гостей встречал волонтёр в костюме скомороха. – Вы уже зарегистрировались? Нет? Тогда проходите к ресепшену и получайте бейджик.

Иван кивнул и подошёл к стойке. Девушка с кокошником на голове приветливо улыбнулась.

– Добрый день! Ваша фамилия?

– Фул.

– Прошу вас!

Она выложила перед Иваном бейджик на верёвочке, цветную брошюру и несколько листов с распечаткой.

– Это программа симпозиума. Посмотрите, здесь указано время мероприятия и место проведения. Вы можете найти его по указателям или спросить любого сотрудника нашего пансионата. А сейчас начинается торжественное открытие.

– Спасибо!

Иван сгрёб листочки и пошёл искать конференц-зал. Как всегда, потерялся, но был оперативно найден волонтёром, наряженным в клоунский костюм, и доставлен по адресу.

В большом зале было полно народу. А на возвышении, рядом с трибуной, уже стоял господин во фраке и крутил в руках микрофон.

– Включили? Раз-раз! Слышно? Один-один! Тогда начинаем. Друзья!

Дождавшись, пока шум в зале стихнет, господин продолжил.

– Добро пожаловать на наш ежегодный симпозиум!

Все захлопали. Иван тоже немного побил в ладоши – он приезжал сюда третий год подряд и был рад снова оказаться в знакомой компании.

– Давайте я коротко расскажу о программе. После открытия вас ждёт доклад юриста международной квалификации «Кому закон не писан». Затем лекция о путешествии на южный полюс «Ногам покоя не даёт». Проведёт заседание научная секция на тему «Кто кого видит издалека». Можно будет поучаствовать в тренинге «Таков путь» с сельскохозяйственным инвентарём. Дискуссия о религии «Расшибленный лоб» и заседание клуба «Третий сын» пройдут в формате пикника с шашлыками.

В зале одобрительно загудели.

– Вечером у нас банкет и дискотека.

Снова захлопали.

– А завтра нас ждёт торжественная часть. С приветственным словом к нам обратится представитель аппарата президента, и приедет почётный гость – министр транспорта и дорожной инфраструктуры…

Господин во фраке что-то говорил, а Иван сидел и глупо улыбался. Как же это здорово – снова оказаться среди единомышленников! А ещё его распирала гордость: как же это круто – знать, что ты каждым своим действием работаешь на благо страны.

Десять лет назад умные мужи выяснили – извечные проблемы «дураки и дороги» вовсе не проблемы. Дороги, оказывается, можно сделать нормальными. А вот от дураков избавляться никак нельзя – они стержень, на котором держится всё государство. Само их наличие объединяет народ от Калининграда до Камчатки в единое целое.

Были введены звания «Почётный дурак» трёх степеней, награды «Народный дурак», «Заслуженный дурак» и «Прелесть какая дурочка». Устроена аттестация на чин «Официальный дурак». Работать дуракам запретили, начав платить немаленькую стипендию. За попытку выдать себя за дурака ввели суровое уголовное наказание…

Страна расцвела! Первое место в мире по ВВП, изобретение вакцины от всех болезней, город на Луне, первая высадка на Марсе, подводные города в Тихом океане…

Дураки, впервые в истории пристроенные к делу и нашедшие своё счастье, гордились своей ролью и старались не показываться на публике: они всё-таки не идиоты и меньше всего хотели, чтобы им завидовали.

– Друзья! – господин во фраке замахал руками. – Давайте споём наш гимн!

Весь зал поднялся и дружно, со слезами на глазах, затянул известную на весь мир песню «Пока живут на свете дураки».

Традиция

Этим утром президент России проснулся рано. Торопливо выпил чашечку кофе и почти бегом направился в кабинет. Сел за рабочий стол, вытащил папку с документами и с блаженным видом открыл.

– Господин президент…

В дверь заглянул министр обороны.

– Да что же это такое! – президент закрыл папку и хлопнул ею о крышку стола. – Можно, я хоть рано утром поработаю.

– Посол США дожидается вас с четырех утра. Сами понимаете, разница во времени, торопится человек.

– Ну займите его чем-нибудь. Кофе налейте…

– Уже литр выпил, всё печенье съел, бегает по приёмной и возмущается. Вся Америка ждет!

Президент тяжело вздохнул.

– Хорошо, иду.

В сопровождении министра президент вышел в приёмный зал. Там уже всё было готово: стояла кабинка для голосования, стол с маленькой урной для бюллетеня и пританцовывающий от нетерпения посол.

– Господин прэзидент, прошу вас.

– А сами не можете, нет? – президент поморщился.

– Это традиция, – посол развёл руками, – прэзидента США должен выбирать прэзидент России.

– Ладно, давайте быстро проголосую. Мне, между прочим, своей страной заниматься надо.

Президент взял бюллетень и брезгливо поморщился.

– По-прежнему всего два кандидата?

– Тоже традиция, – посол заискивающе улыбнулся.

Вытащив ручку, президент хотел поставить галочку в одном из квадратиков, но посол в ужасе вскрикнул.

– Нет-нет! Никто не должен видеть, за кого вы голосуете. У нас тайное голосование. Вот здесь кабинка, пожалуйста.

Бормоча: «Послал же бог идиотов», президент зашёл в кабинку, быстро поставил галочку и с улыбкой бросил бумагу в урну. Счастливый посол подхватил коробку с единственным бюллетенем и на вытянутых руках вынес из зала.

– Всё? – президент повернулся к министру обороны. – Теперь я могу поработать?

– Прошу прощения, – министр потупил взгляд, – там в очереди ещё посол Франции: голосование в парламент и выборы мэра Парижа.

– И всё?

– Нет. Ещё посол Италии, посол Бельгии, посол Анголы и посол Верхнего Мозамбика.

– А этим-то что надо?! У них же пожизненный президент.

– Секунду, я уточню. А, вот – выборы старосты деревни Акунко.

– При чём тут я? Почему я должен их всех выбирать, а?

– Традиция, – тяжело вздохнул министр, – и основа международной системы права. По первому прецеденту решили, что так будет безопаснее. Никаких подтасовок, каруселей и покупных голосов. И огромная экономия на предвыборной кампании.

– Ага, и сделали нас крайними. Ладно, зови послов.

Министр сделал знак помощникам и взглянул на часы. Президента уговорил, а ведь ещё куча своих дел! Сегодня, по заявлению соседних стран, Россия должна была в очередной раз нападать на Эстонию, Латвию и почему-то Монголию. Ясное дело – нападение отменят в последний момент, но войска должны быть в боевой готовности. Вдруг не будут отменять? А мы даже ещё не завтракали. Нет, нельзя огорчать соседей и подрывать им оборонные бюджеты, никак нельзя. Это, знаете ли, основа международной стабильности.

Юг

– Мы забыли традиции наших предков!

Селезень Аристарх грозно потряс крылом.

– Каждый год древние утки летели на юг в демократические страны. Жили на полном олинклюзиве, отдыхали, радовались жизни. А мы?

Утки пристыженно молчали. С дуба на берегу глумливо каркнула старая ворона Матвеевна.

– Мы всю жизнь проводим в этом городском пруду! Едим подачки от людей: батоны, булки, печеньки…

По толпе птиц пронёсся вздох: они вовсе не были против сладких булок.

– Не стыдно? – Аристарх постучал крылом по трибуне. – Вы продаёте рай за несчастный батон! Там, на юге – демократия, свобода, уровень жизни и круассаны каждый день. Наши предки летали туда каждый год!

– Ну летали, что здесь такого…

На утку, посмевшую возразить, зашикали, осуждающе качая головами.

– Да не, я так, к слову, – стушевалась она, – всё правильно, предки – молодцы.

– Значит, так, – Аристарх обвёл стаю взглядом, – завтра утром вылетаем на юг. Будем зимовать с комфортом!

Стая восторженно загалдела.

– А может, надо подготовиться как-то? Потренироваться там, – спросила уточка с сизым крылом.

– Предки справились, и мы сможем. Не толпитесь! Надо отдохнуть перед дальней дорогой.

Всю ночь на пруду было слышно радостное кряканье – утки отмечали грядущий отлёт.

В семь утра вылет не состоялся: как лететь, не поев перед дорогой? В восемь оказалось, что не все готовы. К девяти обнаружилось, что никто не помнит дорогу, и начали выяснять, в какой стороне юг. В одиннадцать начали прощаться с остающимися голубями.

– Ну, хорошо вам отдохнуть там…

– Присмотрите за нашими гнёздами…

– Магнитики привезите…

И только старая ворона Матвеевна крутила крылом у виска и насмешливо каркала.

В час дня решили пообедать, чтобы не лететь на голодный желудок. К трём селезень Аристарх, окончательно взбешённый, потребовал лететь немедленно.

– В воздухе строимся клином, понятно? Все слышали?

– Зачем?

– Положено так. Это старинный утячий походный строй.

– А как он выглядит?

– Ммм… Как буква Вэ.

Жирные городские утки поднялись в воздух. После недолгого кружения стая действительно выстроилась буквой «В», русской. И надрывно курлыкая, поднялась над облаками.

Через сорок минут по строю уток начал бежать шёпоток.

– Далеко ещё?

– А когда долетим?

– Я крылья уже натёр!

– Спросите у вождя, кормить в дороге будут?

Селезень Аристарх огрызался и крепче сжимал клюв. Дорога на юг оказалась не такой, как он себе представлял.

В разрывах облаков мелькнула водная гладь. Жёлтая песчаная полоска, красные грибки зонтиков, аккуратные домики, деревья, похожие на пальмы.

– Юг! Все на посадку!

Позабыв усталость, стая пошла на снижение. Радостно крякая, утки садились на воду.

«Юг» оказался не таким сказочным местом, как рисовалось в воображении. Огромное скопление птиц, теснота и постоянные скандалы. За корм приходилось драться с другими обитателями рая. Хотя большое озеро, где они обосновались, не замерзало, но снег шёл так же часто, как и на родине. Стая, мрачная и нервная, держалась вместе и постоянно искала, что поесть. Селезня Аристарха поколотили всем коллективом.

Как-то в конце зимы селезень Аристарх плавал в одиночестве. Просто захотелось отдохнуть от постоянной толкотни, скученности и скандалов.

– Кар-р-р-р!

Аристарх поднял голову и увидел ворону. Знакомый гордый профиль, чёрные перья, пятнышко на клюве.

– Матвеевна? Ты?

Ворона покосилась на селезня.

– Ну я.

– А что ты здесь делаешь? Вороны же на юг не улетают.

– Пр-р-р-ридурок, это не юг. Это наш городской зоопарк.

– Что?!

– Вы на другой конец города перелетели, путешественники. Да ещё и на север, а не на юг.

– Матвеевна, милая, только дома не рассказывай никому. Пожалуйста!

– Должен будешь, – усмехнулась ворона.

– Буду! – селезень вздохнул. – А в какую сторону нам домой лететь?

На родину утки вернулись рано, не успел сойти последний снег. Бодрые, подтянутые, с хищным блеском в глазах. Знакомым голубям рассказывали, как хорошо на юге, какая там чудная природа, как потрясающе кормят. И с жадностью набрасывались на хлеб, который бросали люди. Матвеевна ехидно каркала с дуба, но секрета не выдавала.

Лететь на юг следующей осенью утки отказались. Отговаривались, что, мол, мы бы с радостью, но вон у той пары птенец слабый, не долетит. А мы, утки, своих не бросаем. Перезимуем здесь, всем коллективом. Селезень Аристарх так и остался вожаком стаи. Но разговоры про традиции предков больше не заводил.

Справочник-определитель современных грибов

Диванный груздь – произрастает на диванах, грустит о несовершенстве мира. Знает, как обустроить страну, но никогда ничего не делает.

Офисная поганка – встречается на просторах опен-спейсов. Постоянно улыбается, стучит начальству на коллег, при этом сама ничего полезного не делает.

Офисный поганец – муж офисной поганки, приехавший забрать с корпоратива жену и устроивший скандал.

Шампаньон – тот еще гриб: на праздниках выпивает всё шампанское, шутит старые анекдоты, уходит последним из гостей, достав хозяев до печёнок.

Подхолодильниковик – регулярно подходит к холодильнику: открывает, смотрит, закрывает обратно. Зачем это делает, объяснить не может.

Сыроежка – гриб с прибабахом на ЗОЖ. Ест сырые овощи и фрукты, рассказывает про пользу голодания, обещает перейти на питание солнечным светом. Ночью таскает из холодильника колбасу.

Рыжик – натуральная рыжая. Обижается, когда зовут ведьмой.

Ложный рыжик – крашеная рыжая. Говорит всем, что ведьма, и обещает сглазить, если обидят.

Свинушка – плохой гриб. Делает гадости улыбаясь. Не моет после себя посуду.

Зонтичный гриб – постоянно забывает зонт дома. Одалживает зонтики у коллег и никогда не возвращает.

Дубовик – ничего не знает, говорит глупости, указывает всем, что делать.

Сморчок – не старый ещё гриб, требующий уступить место в транспорте, хотя рядом есть незанятые места.

Боровик – очень упитанный гриб. Занимает сразу два места в автобусе, никому не уступает.

Шиитаке – гриб, косящий под японский. Смотрит аниме, знает десять слов на японском, говорит «ня».

Дождевик – по этому грибу можно определять погоду. Если он моет машину, точно будет гроза.

Трюфель – гриб, однажды ездивший по горящей путевке в Париж. Всё время рассказывает, как там хорошо.

Опята – молодые грибы, растущие большими кучками под окнами. Опять включают громкую музыку в три часа ночи.

Белый – нетолерантный гриб, произрастает на территории США.

Красная масочка

– Готова?

Мать строго посмотрела на дочь.

– Вот тебе корзинка: антисептик, бахилы, жаропонижающее, градусник, вата и марля, на всякий случай. Ах да, на дне ещё пирожки лежат. Значит, проведаешь бабушку и сразу назад.

– Хорошо, мамочка.

– Передай старушке, что самоизолироваться в избушке посреди леса было не самой лучшей идеей. У нас в сарае вышло бы не хуже, а мотаться к ней с продуктами было бы ближе. Всё, надевай маску и дуй быстренько.

Девочка натянула на лицо маску красного цвета и взяла корзинку.

– И в лесу аккуратней! Там, говорят, бродит ковидный больной. Если увидишь – сразу вызывай санитаров.

Чмокнув дочку в лоб и протерев место поцелуя антисептиком, мать долго махала ей вслед платочком.

По тропинке среди вековых елей было идти легко и приятно. Ноги мягко ступали по опавшим иголкам, воздух легко фильтровался через маску, а руки в перчатках почти не потели.

– Кхе-кхе!

Дорогу девочке перегородил бледный мужчина.

– Куда ты идёшь, Красная Масочка? – спросил он кашляя.

– К Бабушке, проведать на самоизоляции. Стоп! А где Волк?

– В норе заперся и отказывается выходить. Говорит, это издевательство, а не сказка. Так что я вместо него.

– А почему без маски и перчаток? – строго спросила девочка.

– Разве ты не знаешь, что ковида не существует? – мужчина шмыгнул носом. – Всё это выдумки мирового правительства, масонов и врачей? Они специально…

Красная Масочка вытащила из корзинки распылитель с антисептиком и направила на мужчину.

– Стоять! Так вот ты какой, заразный ковидный больной. Санитары!

Из-за куста выскочили дровосеки в белых халатах. Мужчина пробовал убежать, но одышка и кашель быстро заставили его остановиться.

– Грузи его на носилки!

– Спиртом протрите, прежде чем трогать.

– Руки или больного протирать?

– Можно, я внутри себя протру?

Наблюдая за санитарами, Красная Масочка вздохнула.

– Как закончится это всё, – пообещала девочка, – найду Волка и сама его затискаю, собаку серую.

Подхватив корзинку, Красная Масочка пошла дальше. Актуальная сказка надоела ей до смерти, но пирожки бабушке надо было нести в любом случае.

Стажёр

– Откуда, говоришь, тебя прислали?

Домовой Пафнутий прищурился и сверху вниз посмотрел на гостя.

– Из Института Волшебных Существ, – маленький домовой шмыгнул носом, – на практику.

– Хм… – Пафнутий осмотрел домовёнка с ног до лохматой головы, – а звать тебя как?

– Иннокентий.

– Кеша, значит, – домовой грозно пошевелил бровями. – И чему тебя в твоём институте учили?

– Хозяйство сторожить, огонь в печке разводить, дом убирать, зерно сушить, за коровами приглядывать, пряжу распутывать, коням гриву заплетать…

– Сто раз уже говорил им! – Пафнутий хлопнул себя по лбу. – Обновите учебные программы. Сколько можно эту древность преподавать? Где они в квартире коня видели, а? Всех выпускников переучивать приходится!

Домовёнок понурился и всхлипнул.

– Ладно, – смилостивился Пафнутий, – сделаем из тебя специалиста. Сколько у тебя практика, стажёр?

– Двадцать лет.

– Маловато будет. Раньше на сорок присылали. Ладно, идём.

Сначала Пафнутий повёл стажёра на самый последний этаж.

– Мой участок – весь третий подъезд дома. Хозяйство шумное, беспокойное. На втором этаже многодетная семья, на четвёртом – бабушка старенькая, молодёжи много. И за всеми пригляд нужен. Теперь сюда залезай.

По узкой лестнице домовые забрались в каморку под самой крышей.

– Для начала пройдёшь инструктаж по технике безопасности. На, читай методичку, потом расписывайся в журнале.

Пока домовёнок водил пальцем по строчкам, Пафнутий морщил лоб и что-то обдумывал.

– Закончил? Молодец. Определю тебе для работы в сто восьмую. Идём, покажу, что надо делать. И дорогу запоминай, а то заблудишься.

По шахте вентиляции домовые быстро добежали до нужной квартиры.

– Участок лёгкий, – рассказывал Пафнутий, показывая кухню, – есть посудомоечная машина, стиралка и всё прочее. Микроволновку не трогай: она скоро сломается, а ты починить не можешь. Пылесосом пользоваться умеешь?

– Дяденька Пафнутий, ну я же не совсем дурак! Не только веником махать могу.

– Молодец! Но мы этим не занимаемся. Мы настоящий порядок наводим.

Пафнутий поманил стажёра пальцем и, уменьшаясь на глазах, стал протискиваться внутрь ноутбука.

– Для современного домового-специалиста главное что? – спросил он, когда стажёр залез следом за ним. – Идти в ногу со временем! Видишь, какой беспорядок?

Покачав головой, Пафнутий указал пальцем.

– Твоя задача для начала – расставить иконки на «рабочем столе». Выкинуть файлы из «корзины». Вот тебе тряпочки, протрёшь папки на диске.

– Дяденька Пафнутий, а тут ещё файлы грязные, все в паутине.

– Это вирус, не трогай. Потом выдам тебе веник, сметёшь аккуратно в совок и выбросишь.

– А там что?

– Не ходи туда, это интернет. Вот подучишься, возьму тебя в блог хозяина квартиры комменты чистить. Ну, чего стоим? За работу!

Пока домовёнок наводил порядок, Пафнутий заглянул в большой zip-сундук и стал перебирать файлы.

– Нафотографируют, а ты потом лишнее выкидывай, – ворчал он. – Почему сразу неудачные снимки не удаляют? Сортируй за них, коррекцию цвета делай. Сами фотошоп освоить не могут, всё на меня надеются.

– Я закончил, – доложил Кеша, – всё, как вы говорили, сделал.

– Сейчас проверим…

Уже под утро уставшие домовые выбрались из ноутбука и залезли обратно в вентиляцию.

– На сегодня всё, пожалуй, – Пафнутий покосился на домовёнка. – Кстати, а что ты говорил про гривы коням? Чему вас там учили?

– Расчёсывать, мыть с шампунем, заплетать в косички…

– Ну-ка, пойдём. Заглянем в двадцать третью.

Оказавшись в нужной квартире, домовой оглушительно свистнул ультразвуком.

– Барсик! Барсик! Кыс-кыс-кыс!

– Ну? Что стряслось-то? – из соседней комнаты вышел мохнатый толстый котяра.

– Быстро ложись! И не дёргайся, сейчас мы тебя в порядок приводить будем.

– А? Что? Зачем?

Кот хотел убежать, но Пафнутий строго посмотрел на него, топнул ногой, и Барсик, обречённо вздохнув, плюхнулся на пол.

– Кеша, приступай! Расчесать ему гриву и заплести в косички.

Барсик возмущённо мявкнул, но сопротивляться не стал.

Пафнутий смотрел на работающего расчёской домовёнка и улыбался. Отличный сюрприз для начальника соседнего участка, домового Капитона. Как же он удивится, когда увидит кота в таком виде! Пусть вспомнит старые добрые времена: как они с Пафнутием три раза пересдавали зачёт по лошадям у домового старой закалки.

Кеша плёл косички и что-то тихонько напевал – по уходу за гривой у него была твёрдая пятёрка. А кот это или лошадь, не имеет никакого значения.

Pohudilnik

– Могу порекомендовать новейшую модель холодильника. Pohudilnik три тысячи!

Мальчик-консультант обворожительно улыбнулся и указал на здоровенный агрегат.

– Оснащён искусственным интеллектом, следит за сроками годности, рекомендует правильное питание и помогает вести здоровый образ жизни.

Даша неопределённо пожала плечами. Ей нужен был просто холодильник взамен сломавшегося.

– Кстати, – не унимался консультант, – на него сейчас скидка. И доставка будет сегодня.

Посчитав в уме, Даша кивнула. Пусть будет с интеллектом.

– Заверните.

Холодильник привезли ближе к вечеру. Грузчики впихнули его на место старого, сняли защитную плёнку и включили в розетку. Агрегат тихо загудел, заморгал лампочкой и включил дисплей на передней дверце.

«Добрый день! Загрузите, пожалуйста, продукты».

Дверца у Pohudilnikа не открывалась, вместо неё был лоток, куда следовало класть еду. Первым Даша положила пакет молока.

Открылся лючок, и выскочила маленькая стальная лапка. Схватила пакет и утащила внутрь. Холодильник довольно заурчал.

– Забавно.

Даша запихнула в аппарат всё, что могло испортиться, и со спокойной душой занялась другими делами.

– Кажется, пора обедать.

Вернувшись через полчаса, Даша ткнула в зелёную кнопку на передней панели.

– Эй, зверь-машина, я есть хочу.

Pohudilnik включил экран.

«Произведите взвешивание пользователя для определения необходимых параметров».

– Чего? Ой!

У самого пола из холодильника вылезла маленькая платформа весов.

– Ну ладно, взвешусь. Но сразу после этого обед!

Агрегат взвесил Дашу, убрал платформу и сменил надпись.

«Определён вес, рост, индекс массы тела. Рекомендуется диета № 72».

– Что?!

Открылся лоток, и в него упала одинокая маленькая морковка.

– И это всё?

«Возьмите продукты. До закрытия лотка пять секунд».

– Эй, железяка! Ты сдурела? Какая морковь? Где колбаса? Где хлеб?

«До закрытия лотка четыре секунды».

– Где еда, я тебя спрашиваю?

«Три секунды».

– Отдай мою еду!

«Две. Одна. Закрытие лотка».

Чуть не прищемив пальцы, Даша выхватила морковку.

«Приятного аппетита».

– Сволочь!

«Следующий приём пищи через двенадцать часов».

– Ты обалдел? Какие двенадцать? А второй ужин? А кефир с печенькой перед сном?

«Приятного вам вечера».

– Скотина!

Даша вздохнула и откусила морковку.

Утром холодильник поприветствовал её картинкой с цветочками. Открыл лоток и высыпал сразу несколько продуктов: яйцо, огурец и крохотный кусочек хлеба, тонюсенько намазанный маслом.

«До закрытия лотка пять секунд».

– Знаю! – огрызнулась Даша, выхватывая еду. – А может, я уже похудела?

Агрегат глумливо мигнул лампочками и выдвинул весы. Показал на экране вес и щёлкнул крышкой лотка.

– Тьфу на тебя! Всё настроение испортил.

Яйцо оказалось сваренным всмятку.

– Слушай, так ты ещё и готовишь? Это же мечта всей жизни, если бы продукты не зажимал.

«Необходимо пополнить запас, – холодильник пискнул динамиком, – вот список продуктов для закупки».

– Что там? Морковка, яблоки, семена чиа, маленький ананас… Эй, а где нормальная еда?

Шайтан-машина не ответила.

– Не буду я эту ерунду покупать, понял? Сначала ты мне отдашь то, что там уже есть. И диету сменишь!

К обеду Даша адски проголодалась. Ткнула зелёную кнопку в надежде нормально поесть. И расстроено поджала губы, увидев тоненький кружок колбасы и половинку яблока.

– Эй! Что за дела?

«В связи с нехваткой продуктов был включён режим экономии. Пополните запас продуктов».

– Ах так? Тогда я тобой вообще пользоваться не буду!

Вернуть Pohudilnik обратно в магазин не удалось. Даша попробовала продать его, но по объявлению никто не звонил. Попытка обойтись без холодильника провалилась на третий день – бегать в магазин, каждый раз как захочется есть, было невыносимо. А заказывать пиццу и роллы каждый день оказалось накладно.

Взгрустнув, Даша пошла договариваться с Pohudilnikом.

– Эй, железяка, как насчёт компромисса?

Агрегат грустно затарахтел.

– Давай сменим мне диету, слышишь? А я тебе продуктов куплю. Идёт? Что ты там хотел? Ананас?

Pohudilnik хищно щёлкнул лотком.

– Меняю на колбасу. Целую! И масло.

«Положите продукты в лоток», – сухо отозвался холодильник.

– Сначала ты! А вдруг обманешь?

В лоток выпала колбаса и пачка масла.

– Умница! Вот так бы сразу. Держи свой ананас.

Жизнь начала налаживаться. Pohudilnik согласился поменять диету и продукты выдавал регулярно. Где-то внутри варил супы, делал паровые котлеты и тёр овощные пюре. И очень расстраивался, если его стряпню не ценили. Даша постройнела, полюбила лёгкие ужины и согласилась, что Pohudilnik крут неимоверно.

Вот только вопрос, куда он девает ананасы, не давал ей покоя. Каждую неделю девушка клала в лоток заграничный фрукт, но ни разу не съела даже кусочка. Pohudilnik на все вопросы об этом отмалчивался, но экран при этом многозначительно краснел, а лоток будто облизывался.

Мишенька

– Добрый день! Это вы Елена?

– Да. Что вы хотели?

– Меня зовут Жанна, я любовница вашего мужа.

– Что?!

– И я хотела пожаловаться на вашего мужа.

– Простите?

– Вы знаете, последнее время он стал такой нервный, раздражительный. Не уделяет мне внимания как раньше. Приходит уставший, ложится на диван и включает телевизор. Вы, наверное, привлекаете его к домашними делам?

– Я…

– Конечно, это полезно, но вы его перегружаете. В прошлом месяце он водил меня в театр всего три раза! А ведь раньше…

– Ничего такого…

– Может, он на работе устаёт? Тогда срочно позвоните его начальнику и потребуйте перевести его на другую должность. Вы же жена, просто обязаны следить, чтобы он получал больше, а работал меньше. Почему вы не позаботились?

– Что…

– И он давно не был в отпуске. Уже два месяца он никуда не ездил со мной. Как можно?!

– В отпуск он должен ездить со мной.

– Милочка, ну не будьте такой ретроградкой. Он с вами и так всё время. Дайте погулять ему самостоятельно. В отпуске мужчина должен погулять, развлечься. Не беспокойтесь, когда мы с ним ездим отдыхать, я даю завести ему парочку коротких курортных романов. Естественно, только с положительными женщинами.

– Да как…

– А одежда? Почему у него была вчера плохо выглаженная рубашка? Вы как жена просто недопустимо наплевательски относитесь к его имиджу. Он ходит в одном костюме уже полгода! А эти жуткие футболки? Срочно обновите ему гардероб! Я даже вам помогу: оставьте мне имейл, я пришлю адреса хороших бутиков. Только умоляю, не таскайте его по магазинам! Снимите мерки и сделайте все покупки самостоятельно. Нельзя его нервировать и заставлять примерять в этих ужасных примерочных. Вдруг его продует?!

– Жанна, мне кажется, вы…

– Нет, нет и нет. Вы должны сделать это сами. Меня нельзя привлекать к таким вещам, я ведь любовница. Понимаете? Я для вдохновения, возвышенных чувств и лёгкости. Ведь если он узнает, что я занимаюсь такими низменными вещами, то будет крайне разочарован. Поэтическая натура Мишеньки не выдержит…

– Какого ещё Мишеньки?!

– Вашего мужа.

– Я не знаю никакого Мишеньки.

– Стойте, давайте разберёмся. Вы Елена?

– Да.

– Живете по адресу Лесная аллея, двадцать пять, квартира тридцать?

– Нет! Это дом двадцать семь.

– Ой, простите, я, кажется, ошиблась. Как неудобно получилось!

– Вы меня напугали, между прочим.

– Извините, пожалуйста. А не хотите, я вашего мужа тоже возьму в любовники? У меня как раз есть окно в расписании.

– Нет, спасибо.

– Ещё раз извините.

– До свидания!

Елена захлопнула дверь и покачала головой. Затем собрала вещи мужа и выставила чемодан к двери. Это же надо, назваться Мишенькой! Хорошо, что она сообразила отвертеться, назвав другой адрес. Если уж завёл любовницу, то будь добр, делай это как честный человек, а не под псевдонимом. Ведь сегодня ты обманываешь любовницу, завтра переходишь на красный свет, а послезавтра? Купишь саксофон и начнёшь играть джаз? Такие мужья – нам не товарищи!

Шапочки

– Молодой человек, покупайте шапочку!

Вообще-то, Сашка на рынок зашёл случайно. Ну скажите мне, кто сейчас туда ходит? Все заказывают через интернет, в крайнем случае идут в торговый центр. Кто в здравом уме поедет покупать себе джинсы на рынок? А они, между прочим, всё ещё существуют. Эдакая параллельная реальность со своими законами.

– Какую хотите? Для девушки, для жены, для мамы? Сейчас подберём!

Сашка поморщился: тётка из павильончика, возле которого он остановился, вцепилась в него как клещ.

– Нет у меня ни жены, ни девушки. А мама такое не носит.

– На подарок бери! Шапочки, – продавщица подмигнула ему со значением, – способствуют появлению различных девиц.

– Ну…

Тётка поймала за рукав попытавшегося уйти Сашку.

– Тебе тоже шапочку надо сменить. На что-нибудь весёленькое… Вот такую, скажем. Примерь!

Вздохнув, Сашка всё же надел оранжевую вязаную шапку. А что, неплохо смотрится. Очень позитивно, «весело», как сказала продавщица.

– Вот, видишь! Отлично же сидит. Заворачиваю или ещё посмотрим?

– Заворачивайте.

– А знаешь, я тебе в нагрузку вот такую шапочку дам. Не бойся, бесплатно.

Тётка снова подмигнула ему.

– Если пригодится, потом заплатишь.

Она чуть ли не насильно впихнула ему ещё и женскую шапку. Тоже огненно-оранжевую, только с большим пушистым помпоном.

– Всё, беги, красавец. Ждут тебя уже, заждались, сил нет. Вон там ближайший выход.

Сашка пошёл в указанную сторону, где и правда нашёлся выход с рынка. Уже в автобусе он хмурился и спрашивал сам себя: зачем было покупать эту дурацкую шапку? Надо было сразу повернуться и уйти. Продавщица какая-то странная, вторую «в нагрузку» дала. Может, она сумасшедшая? Как её только не выгнали за разбазаривание товара.

– На Ленина выходите?

– Ага.

У Сашки окончательно испортилось настроение, когда он вышел на остановке: вместо асфальта здесь разлилось слякотное море. Чёрная, маслянистая в свете фонаря, вода плеснулась на ботинок и залилась под шнурки. Вот же гадость! Теперь идти домой с мокрой ногой. Может, вторую намочить, для симметрии?

Девушке, вышедший перед ним, не повезло больше. Она поскользнулась и чуть не плюхнулась в лужу. Размахивая руками, как канатоходец, ей удалось удержать равновесие. Но из кармана её пальто что-то выпало и тут же погрузилось в грязь.

– Девушка, вы уронили…

Сашка нагнулся и поднял нечто вязаное, насквозь промокшее и выпачканное.

– Ай!

Незнакомка обернулась. Проверила карман, убедилась, что эта грязная тряпочка действительно её, и расстроено наморщила носик.

– Жаль… Это была моя любимая шапка. Теперь только выкинуть.

Она взяла «шапку» из руки Сашки, вздохнула и бросила в урну.

– Спасибо, – она улыбнулась ему и пошла дальше. Поваливший снег ложился ей на волосы белым платком.

– Погодите!

Сашка бросился за незнакомкой.

– Я прошу прощения, но у меня есть кое-что. Вот, возьмите.

Он вытащил из пакета оранжевую шапку. Огненную, с пушистым помпоном.

– Нет, не надо…

– Надо. Она мне досталась случайно. Снег идёт, ты можешь замёрзнуть.

Девушка повертела в руках шапку, надела и вдруг тепло улыбнулась Сашке.

– Тогда с меня кофе. Хорошо? Я же должна тебя отблагодарить. Вон там есть забавная кафешка. Кстати, меня Ира зовут…

Через месяц Сашка заехал на тот рынок и нашёл павильончик с шапками и странную продавщицу.

– Ну что, пригодилась шапка?

Сашка немного смущённо кивнул.

– Я вот… Деньги за неё привёз. И это… Хотел пару шарфиков купить, такого же цвета.

– Сейчас найдём, родной. Сейчас…

Тётка быстро сходила в подсобку и вернулась с пакетом.

– Держи, такие же радостные.

– Спасибо. Ой, а это что?

Вместе с двумя большими шарфами лежал крохотный оранжевый шарфик.

– Бери, бери, точно понадобится.

Тётка подмигнула.

– Я ещё никогда не ошибалась.

И Сашка купил все три шарфика. Не доверять этой продавщице шапочек у него не было никаких причин.

Фёкла Центавра

Тётку Фёклу считали сумасшедшей. Не опасной психованной, а просто дурочкой. Жила она в последнем доме на нашей улице, держала кур и несколько коз, с соседями практически не общалась. Я иногда её видел – зайдёт к моей бабке, чаю выпьет, помолчит и уйдёт. По весне, рассказывали, у неё обострение: перед самым рассветом бродит по улице, стонет во весь голос, а в синих глазах такая тоска стоит неземная, что даже подходить страшно.

В тот год я с начала зимы у бабки моей жил. Вроде как в гости приехал и задержался. Если честно – то прятался я от «деловых партнёров». Время было нехорошее, на самом излёте девяностых, тогда из-за мелкого долга и закопать могли. Потом, конечно, выкрутился, расплатился и с бизнесом завязал. Но тот год безвылазно сидел в деревне у бабки. Перечитал всё, что было у неё в шкафу, даже переписку Ленина с Каутским. Дров на три года вперёд напилил. У сарая стену поправил. И всё равно от скуки на стенку лез.

– Сходи к Фёкле, – как-то мне бабка после завтрака говорит, – помоги, чем сможешь. Ей без мужской руки-то тяжело жить.

Я сначала отказывался: не люблю сумасшедших.

– Сходи, – настаивала бабка, – родственница всё-таки. Троюродная сестра тебе будет. Не бойся, кидаться не будет, тихая она.

Ладно, думаю, схожу. Всё равно делать нечего.

Зашёл во двор, эй, говорю, есть кто живой? Не отзывается никто, только занавески на окне дрогнули. Присел на скамеечку, закурил, греюсь себе на солнышке.

– Чего припёрся?

Фёкла на крыльцо вышла и смотрит на меня. Вроде сердито, но без злости.

– Да по-соседски зашёл, может, помочь надо.

– Баба Маша прислала? – Фёкла щурилась от яркого света, совершенно непохожая на сумасшедшую в этот момент. – Ну, дров можешь нарубить, если пришёл.

Повернулась и в дом ушла. Ну и ладно! Взялся за топор, помахал им в охотку – люблю я это дело, если никто над душой не стоит.

– Чай будешь?

Фёкла подошла совершенно беззвучно. Хмурилась, смотрела на меня исподлобья, теребила пальцами край куртки.

– А если буду?

– Пойдём тогда, хватит уже.

Молча напоила меня чаем с крыжовниковым вареньем. А я всё по сторонам смотрел: дома у неё чисто, уютно. И что удивительно, на стенах фотографии из журналов. Только не море, не цветы, а всё больше звёзды, галактики, туманности всякие.

– Чё смотришь? Всегда мне это дело нравилось, даже в школе по астрономии пятёрка была.

Я пожал плечами – мне вот самолёты нравятся, хотя и пролетел с поступлением в лётное. Ну троечник я был, что с меня взять.

– В субботу зайди, – вдруг сказала Фёкла, – курицу зарубить хочу, а у самой рука не поднимается. Поможешь?

– Ага.

Так и пошло. Я к ней заскакивал, помогал чем мог. Она меня чаем поила, всегда с крыжовниковым вареньем. Люблю, говорит, его. Ну и разговаривали: она – о звёздах, я – о самолётах.

В начале апреля выбрался я в город. По-тихому, стараясь не попадаться на глаза знакомым. Сделал кое-что, и быстренько назад. Только не удержался, зашёл к школьному дружку, Витальке Смолянинову, и выпросил у него старый телескоп. Советский ещё, на стойке со ржавыми разводами. Он покочевряжился, мол, отцовский, но отдал – всё равно на балконе только место занимал.

Как я его тащил – отдельная история. Тяжеленный деревянный ящик, килограмм тридцать. В электричку запихивался, так меня чуть не убили. Менты на вокзале прикопались: «Что везёшь, куда, а открой». Когда телескоп увидели, ржать стали.

Но всё это окупилось, когда я его Фёкле приволок. Она аж разрыдалась, когда увидела. Обняла телескоп и сидит, гладит, как котёнка. Я не стал смотреть – ушёл домой и улыбался всё дорогу.

Май уже наступил. Проснулся я как-то рано, до рассвета. Вышел во двор, стою, курю. Слышу – вроде стонет кто-то. Жалобно так, с надрывом. Выглянул за калитку, а там Фёкла. Идёт по улице, расхристанная, глаза шальные. Как пьяная шатается и мычит невнятно.

Догнал я её, за плечи обнял и домой отвёл. Долго её чаем отпаивал, пока в себя не пришла.

– Увидел, какая я сумасшедшая, братец?

– Ерунда, – говорю, – с кем не бывает.

– Плохо мне, – отвечает, – совсем уже нет сил его ждать.

– Кого?

Тут-то она стала рассказывать.

– Молодой ещё была. Замуж не звали, да я и не хотела. Читать любила, в город в музеи моталась, в планетарий. А мужики, что мне они? Только выпить да песни орать могут. Родня ругалась, а поделать ничего не могла. Психованной не называли, но чудачкой считали.

Через год как родители померли, ходила я в лес. Грибов набрать или ягоды, не помню уже. Далеко забрела, за лог, там, где красные валуны стоят. А там он лежит: разбитый космический корабль. Не как НЛО в газетах рисуют, а длинная такая штука, как самолёт. И он раненый.

Не слишком на человека похож, но и не чудовище какое. Жалко мне его стало. На себе домой притащила, несколько месяцев выхаживала. Всех кур на бульон для него извела. Козу взяла, чтобы молоком его поить. И вытащила, можно сказать, с того света.

Год он у меня жил. Скрывался от других людей, никому не показывался. Да и я следом за ним стала соседей избегать. Язык его выучила: вроде как на китайский похож, только языком сложно щёлкать надо.

Сдружились мы с ним. Разговаривали. Ночами на небо смотрели. Он мне звезду показал, редко её увидеть можно, над самым горизонтом в созвездии Центавра. Сказал: «Я её в честь тебя назову: Фёкла. Чтобы знали, что ты меня спасла».

А потом починил он свой звездолёт и улетел. Говорит, только на одного там есть место. Вот вернусь к себе, возьму другой корабль и вернусь за тобой. Покажу тебе другие миры, расскажу всем, как ты меня из могилы вытащила. И улетел. А я осталась.

Так и жду его. Каждую весну, как очередная годовщина, так мне плохо. Обманул, думаю. Или в пути задержался. Не знаю. А что сумасшедшей люди зовут, так мне и дела нет. Что они понимают, а?

Не стал я ничего говорить. Накапал валерьянки и спать уложил. А сам домой пошёл.

Только на следующую ночь меня бабка с криком разбудила:

– Пожар! Вставай, горим!

Выскочил я на улицу, дымом воняет, светло от огня. А только не наш дом полыхает, а Фёклы. Кинулся туда, соседи сбежались. Пожарные к нам и раньше не приезжали, а сейчас и вовсе не дозвонились. Сами стали тушить, да всё без толку. Сгорел дом подчистую.

Пропала Фёкла. Менты приезжали, но тела на пожарище не нашли. То ли сгорела подчистую, то ли и не было её там. Сгинула, как и не было.

Позже, под конец лета, я в лес сходил. Туда, за лог, где красные валуны. Врать не буду, следов пришельцев я не нашёл. Только поляну дочерна выгоревшую. Может, молния в дерево ударила, может, и правда прилетал кто. Не знаю, а врать не хочу.

Только с того пожара и моя жизнь поменялась. Закрыл я долги, расплатился и уехал. Год книжки грыз, на репетиторов тратился, но в лётное поступил. Уже который год командиром «ИЛа» летаю.

Частенько, когда ночной рейс, отдаю управление второму пилоту и смотрю на небо. Нахожу созвездие Центавра и гадаю: какая из этих звёзд зовётся Фёкла?

Всегда готов!

В дверь позвонили трижды. Пётр Семёнович гостей не ждал, видеть никого не хотел, но решил открыть. Вдруг что-то важное?

– Добрый день! – за порогом стоял молодцеватый мужчина в белой рубашке и чёрных брюках. – Пётр Семёнович Горбунков?

– Ну.

– Тысяча девятьсот восьмидесятого года рождения?

– Ну?

– В первый класс поступили в школу номер сто три?

– Да.

– Значит, всё верно, – мужчина сверился с бумагой в толстой папке, – это точно вы.

– Я это, я. Что надо?

– Я пришёл сообщить, – гость перешёл на шёпот, – у нас уже всё готово.

– У кого это, у вас?

Мужчина хитро подмигнул.

– Всё в порядке, я свой. У нас.

Пётр Семёнович попытался закрыть дверь.

– Погодите! Сейчас…

Гость прокашлялся и вдруг громко выкрикнул.

– Будь готов!

– Всегда готов!

Пётр Семёнович неожиданно для себя ответил на салют и поднял руку к голове.

– Молодец! Не забыли.

– Что за ерунда? Вот ещё, глупости.

– Сообщаю: всё готово. Дата – послезавтра, в семь утра. Форма одежды парадная, с собой иметь саженец. Пропуск – пионерский галстук.

– Вы дурак? Пионеров давно не существует.

– Как это? – гость усмехнулся. – Вы же есть? А ряды пионерской организации вы не покидали.

– Идите к чёрту!

Пётр Семёнович резко захлопнул дверь. Но настырный незнакомец успел выкрикнуть:

– Послезавтра! Не забудьте: саженец и галстук!

– Идиот, – буркнул Пётр Семёнович и покрутил пальцем у виска.

Ночью Пётр Семёнович спал плохо. Ему снилось детство, школа и пионерский отряд. Чудилось: на собраниях дружины им рассказывали что-то особенное, а вовсе не то, что думали окружающие. Только это секрет, который нельзя никому рассказывать. Но что?

Утром хмурый Пётр Семёнович поехал на работу. Весь день ходил напряжённый, тёр виски, пытаясь вспомнить. Но память отказывалась, симулируя амнезию. Вечером, сам не понимая зачем, Пётр Семёнович поехал на рынок. Словно в тумане купил саженец яблони.

– Бери, бери, – бабка-продавщица подмигнула ему, – ваши-то всё за день раскупили.

Пётр Семёнович, чтобы окончательно не сойти с ума, решил не уточнять, что за наши. Но что делать с саженцем? У него ведь даже дачи нет! Подумав, Пётр Семёнович решил посадить дерево около дома, раз уж купил.

Проснулся Пётр Семёнович в пять утра. Бодрый, собранный, в приподнятом настроении. Позавтракал, залез в шкаф и нашёл свой старый пионерский галстук. Бережно погладил и повесил на спинку стула.

Ровно в семь за окном взвыла сирена гражданской обороны.

– Внимание! – в телевизоре утренняя ведущая в вечернем платье сменилась на сурового мужчину в красной пилотке. – Код пятьдесят. Срочно прибыть в ближайшие места старта. Повторяю, код пятьдесят…

Пётр Семёнович больше не сомневался. Повязал галстук, схватил саженец и бросился на улицу.

Возле старой школы, где он когда-то учился, уже стояли люди в красных галстуках. Колька, Васька, Людочка – одноклассники, давно превратившиеся во взрослых людей.

– Жаль, Мишка не дожил, – грустно покачал головой Василий.

– Я за него саженец взял, – отозвался Николай, – и за Пашку тоже.

– Внимание, – репродуктор на стене школы хрипло каркнул, – всем приготовиться к посадке!

Земля на большой клумбе перед главным входом вспучилась. Откинулись толстые створки люка, выпуская наружу обтекаемый нос ракеты.

Пётр Семёнович улыбнулся: «Молния-5», межпланетная ракета для полёта на Марс. Он всё вспомнил: на собраниях пионерского отряда их готовили в космонавты. Например, он – бортинженер. Людочка – второй пилот. А Колька – штурман.

– По местам!

Они бросились к люку. Надели скафандры, устроились в креслах. Пётр Семёнович осторожно поставил саженец в специальную нишу, подмигнул деревцу: «Всё будет хорошо! Ты обязательно зацветёшь!»

– Все готовы? Начинаю предстартовый отсчёт! Пять. Четыре. Три. Два. Один.

– Поехали! – хором рявкнул экипаж «Молнии».

Завыли двигатели. Тысячи ракет по всей стране поднимались в небо и брали курс на Марс. Потому что пионер означает «первопроходец».

Небо за двоих

Мы с Пашкой дружили почти с первого класса. Как это у мальчиков бывает, мы сначала подрались, а потом уже дружить начали. На большой перемене то ли я его толкнул, то ли он меня, и понеслось.

– Ты чё?

– Это ты чё?

– Ах, я чё!

– Да, ты чё!

Разняла нас учительница, обещала отвести к директору и отправила в туалет приводить себя в порядок.

– В следующий раз я тебя отделаю.

– Это я тебя в следующий раз.

Надувшись как индюки, мы разошлись. Но на переменах на всякий случай старались не встречаться – мало ли как на этот раз выйдет. Ещё не известно, кто кого побьёт.

А потом, на летних каникулах, мы встретились в дачном посёлке. Меня с бабушкой отправили отдыхать, «кушать витамины» и слоняться без дела.

– Эй ты!

Я обернулся, а там Пашка. Стоит такой, в руке палка, на голове шлем из коробки с прорезанным окошком для лица.

– На лето?

– Ага.

– Давай, что ли, вместе, – вдруг говорит Пашка, – а то скучно.

– Ну, давай.

– А я в космонавтов играю. Будешь?

У себя во дворе, за сараем, Пашка построил ракету. Из железной бочки, коробок и трёх сломанных стульев. Мы летали на Луну, Марс и Венеру. Выходили в открытый космос и сражались с пришельцами. Брали пробы грунта на Сатурне и сбивали вражеские спутники.

– Вот я вас! – кричала соседка, когда наши исследовательские аппараты, сделанные из яблок, палочек и проволоки, приземлялись у неё в огороде. – Родителям вашим пожалуюсь!

Мы прятались в малиннике и тихо хихикали. Так прошло лето, ещё одно и ещё. В пятом классе Пашка пошёл в кружок ракетного моделизма. И летом мы строили почти настоящие ракеты. Почти спалили сарай, напугали соседку и получили ремнём от Пашкиного деда. После седьмого класса мы спали днём и жили ночами: Пашка достал телескоп, и мы увлеклись астрономией. Мечтали о космосе, ракетах и будущем.

А потом был выпускной и мы потеряли друг друга из виду. За окном шли ревущие девяностые, кипела странная жизнь, полная жестокости, хищных чудовищ и удивительных возможностей.

Мы встретились через девять лет. Случайно, на улице.

– Пашка?

– Привет! Ты как, где?

Мы сидели в кафешке, пили дрянной кофе и делились новостями. Обсудили одноклассников, знакомых, кто, где. Я рассказал про свой бизнес – дела шли в гору, от перспектив кружилась голова.

– А ты?

Пашка улыбнулся, наклонив голову.

– Я космонавт. Ну почти – прошёл отбор в отряд. Сейчас начну подготовку…

– Серьёзно?

Я покачал головой. С одной стороны, что делать в космонавтах? Денег там не заработаешь, высот не добьёшься. С другой – я вдруг почувствовал острую зависть. Как же так? Ведь мы мечтали о космосе вместе, а сделал он один.

Странно, но мы стали видеться регулярно. Он рассказывал про свою подготовку, а я слушал, завидовал и молчал. И радовался за друга.

– Хватит! Все живут как люди, а я? В экипаж меня не включают который год уже. Лучше к тебе пойду работать. Возьмёшь?

Я стукнул кулаком по столу.

– Офигел?! Бросить? Да я тебя отмутужу, если хоть ещё слово скажешь.

– Ты? Меня? Да я тебя ещё в первом классе побил. А сейчас ты растолстел в своём офисе, форму потерял. Даже не пробуй.

– Это ещё вопрос, кто кого в первом классе побил. Не смей, слышишь? Если в деньгах вопрос, то не проблема: давай я тебя консультантом у себя оформлю. А космос бросать даже не думай.

Через три года состоялся его первый полёт. Я наблюдал за стартом на Байконуре, как турист естественно.

Пять, четыре, три, два, один. Поехали! Взлетающая ракета несла на одного человека больше – рядом с Пашкой сидел тот я, который строил с ним в детстве ракету, смотрел в телескоп и мечтал о космосе. А я-взрослый смотрел на огненный факел и почти плакал. От радости за Пашку и от грусти за себя-несбывшегося.

Вопросы к собеседованию

Собеседование подходило к концу. Виктор сделал все задачи по специальности, увернулся от каверзных вопросов, выкрутился из расставленных ловушек и ловко ушёл от дурацких подковырок. Но, видя, как переглянулись девочка-рекрутер и дядька-начальник, понял – не возьмут. «Ну не нравишься ты мне» – читалось на их лицах.

– Хорошо, – рекрутер сахарно улыбнулась, – мы выяснили всё, что хотели. Может быть, у вас есть к нам вопросы?

Виктор хотел подняться и уйти, но его кольнуло старое проверенное «шило».

– Да, есть несколько вопросов. Скажите, почему вы хотите взять на эту должность именно меня?

– Что? – девочка от неожиданности растерялась. – Ппочему именно вас?

– Да, меня.

– Ммм…

Рекрутер немного растерянно бросила взгляд на дядьку-начальника.

– А мы разве хотим вас взять?

– Вы же пригласили меня на собеседование. Не думаю, что вы стали бы тратить время, если не хотели нанять меня.

– Ммм…

– Ваши компетенции, – решил помочь дядька, – выглядят многообещающе.

– Да, скилы, которые вы показали, подходят к нашей вакансии.

– Хорошо, – Виктор улыбнулся как можно дружелюбнее. – На какой должности вы видите меня через пять лет?

– А… Простите, мы видим вас?

– Да, конечно. Вы же сами говорили, что планируете развитие сотрудников.

– Ну…. Мы обычно не обсуждаем такие вопросы. Пять лет – слишком большой срок.

– Тогда зачем вы спрашивали, кем я себя вижу через пять лет?

– Чтобы оценить ваши перспективы…

– А теперь я хочу оценить ваши.

– Руководителем, – хмыкнул дядька-начальник, улыбаясь в усы, – мы видим вас руководителем.

– Отлично! Какие недостатки у вашей компании?

– Наша компания лучшая на рынке, мы динамично развиваемся…

– Это понятно, но я спросил о недостатках. Вы узнали о моих, а теперь я хочу послушать про ваши.

– Простите, но…

– У нас есть переработки, – дядька саркастически усмехнулся, – частенько.

Девочка-рекрутер поджала губы.

– И последний вопрос: почему уволился сотрудник, занимавший эту должность?

– Нашёл что-то получше.

– Спасибо, – Виктор встал, – я услышал всё, что хотел. В течение недели я перезвоню вам, если вы мне подходите.

Он развернулся и пошёл к выходу.

На следующий день ему позвонил дядька-начальник и предложил должность тимлида^[1] и зарплату раза в полтора больше.

Дом с чудовищем

Цены! Вы видели эти цены? Макс и Катька второй час сидели у риелтора и смотрели варианты квартир. Лица парочки всё больше вытягивались и грустнели. Сколько-сколько? Вот эта крохотная «конура» у чёрта на куличках. На сколько лет ипотеки? Ммм… А ещё есть варианты? Риелтор, прожжённая тётка с хитрым прищуром, смотрела на них с сочувствием.

Перелистнув предпоследнюю страницу каталога, Катька встрепенулась.

– Это дом? За такую цену?

Макс удивлённо поднял брови.

– А где находится? Вроде недалеко.

На фотографиях был даже не дом, а особнячок: два этажа, башенки по углам, флюгер на крыше.

– В чём подвох? Он разваливается?

– Грунтовые воды и он скоро рухнет?

– Проблемы с документами?

– Его собираются сносить?

Риелтор покачала головой.

– У него очень плохая история. Последние трое владельцев продали дом за бесценок, наотрез отказавшись возвращаться туда. Говорят, – тётка перешла на шёпот, – там живёт инфернальное зло…

– Ипотеку под него выдают?

– Да.

– Тогда нам подходит. Зло или не зло там, а жить где-то надо.

На следующий день они поехали смотреть на дом. Он оказался меньше, чем выглядел на фотографии. Но достаточно уютный, только слегка заброшенный.

– Берём! – заявила Катька. – На сколько лет ипотека?

Через месяц они въехали. Устроили большую уборку, Катька подклеила отставшие обои, Макс починил протекающие краны. Отпраздновали вдвоём новоселье и решили, что им невероятно повезло.

– А если здесь и правда, – спросил Макс, – инфернальное зло? Ну там, не знаю, монстр какой-нибудь.

– Если он тут живёт, пусть тоже ипотеку платит.

Где-то в доме с грохотом что-то упало.

– Вот-вот, – Катька погрозила невидимому чудовищу, – живёт и в ус не дует. А банк деньги требует. Коммуналку кто платить будет? И ремонт, по-хорошему, надо сделать. Пусть это «зло» тоже участие принимает.

На втором этаже возмущённо заскрипели половицы.

– И мусор пусть тоже выносит! Как мусорить – так все, а убирать – так я? Мы когда въехали, тут грязь непролазная была. Не зло, а настоящая свинья.

На следующий день сорвало кран в туалете. Макс, ругаясь на ржавые трубы, долго гремел разводным ключом, а Катька собирала воду, громко поминая мелочное «зло».

Неприятности следовали одна за другой. То рухнет шкаф с посудой, то засорится унитаз, то крыша протечёт. Макс хмурился, а Катька громко ругалась и обещала таинственному «злу» невообразимые кары.

– Я отсюда никуда не съеду, понятно? А если всё это не прекратится, я родню приглашу. Трёх племянников, дядю с ружьём и тёток. Они этого «полтергейста» до кондрашки доведут.

– Тогда съеду я, – вздыхал Макс, бывавший у родственников жены и видевший масштаб катастрофы.

– Не боись, – подмигнула Катька, – они тебя не тронут, ты свой.

– Я из приличной семьи, жить на развалинах я не привык, – ещё громче вздыхал Макс.

Где-то через неделю Катька осталась дома одна. Сидела за компьютером, что-то печатала на компьютере. От этого полезного занятия её вдруг отвлекли подозрительные звуки. В тишине дома послышались скрипы и шкрябанье по металлу.

Катька на цыпочках пошла на шум. В ванной, склонившись над раковиной, стоял монстр. Ну такой, самый обычный, каким их рисуют в мультиках: пупырчатая красная кожа, щупальца с присосками, красные глаза и зубастая пасть. Ужастик, вооружённый ржавым ключом на шестнадцать, пытался скрутить только недавно починенный кран.

– Ах ты сволочь!

Подскочив к монстру, Катька отвесила ему подзатыльник и схватила за ухо. По крайней мере, эта часть тела выглядела как ухо.

– Вот я тебе сейчас!

Монстр завыл от ужаса и рванулся прочь, выдернув ухо из пальцев. Но скрыться от разъярённой Катьки у него не получилось. Девушка, вооружившись шваброй, преследовала его без остановок. При попытке просочиться в какую-нибудь щёлочку монстр получал по щупальцам и драпал дальше.

– Ух, я тебя! Лучше стой, а то пришибу!

Вереща, монстр метался по дому, роняя табуретки, врезаясь в углы и отмахиваясь от Катьки всеми конечностями.

– Мы чиним, а он портит! Убью!..

Когда домой вернулся Макс, на разгромленной кухне сидели Катька и монстр. Чудовище пило чай с булочкой и вздрагивало каждый раз, когда девушка смотрела на него.

– Познакомься, это Грххщзч.

– Ни на минуту тебя оставить нельзя, – Макс погрозил пальцем, – сразу с кем-нибудь знакомишься.

– Это наше, то самое «зло». Говорит, что живёт здесь уже много лет.

Макс пожал плечами.

– Если живёт, пусть тоже платит ипотеку. И коммуналку тоже.

Монстр возмущённо заверещал.

– А ты как хотел? Они, знаешь ли, зло посильнее тебя.

Чудовище жалостно застонало.

– Ну извини, жизнь такая. Мы всё равно не съедем. Так что выбирай, дружок. Что? Надо где-то безобразничать? Обязанность такая? Иди в интернет, там развлекайся. Ну там, не знаю, комменты злобные пиши или ещё что. А здесь – прекрати!

Монстру выделили чулан на втором этаже, старый ноутбук и кружку для кофе. Он повозмущался для порядка и стал работать на удалёнке программистом. В доме больше не шкодил, ночами троллил в интернете и регулярно вносил свою долю. Только в полнолуние забирался на крышу дома и громко завывал. Катька считала, что это он обещает вырасти, набрать силу и отомстить монстрам ЖКХ, банка и почты. Чем ему не угодила почта, чудовище объяснять отказывалось, многозначительно закатывая глаза и печально ухая.

Прогулка

– Герасим, – Муму поджала губы, – ты что-то от меня скрываешь.

В ответ Герасим только хмыкнул и продолжил грести.

– Нет, ты ответь. Может, у тебя есть кто-то другой? Ты скажи, я пойму.

Герасим театрально закатил глаза.

– Я же чувствую. Ты стал такой скрытный, молчишь всё время. Ты меня разлюбил?

Муму отвернулась и всхлипнула.

– Ты меня не любишь, да? А я, дура, тебе верю, жду, когда ты с работы придёшь, тапочки тебе приношу. Надеюсь, бегаю за тобой. А ты меня бросить собираешься?!

Она с гневом посмотрела на спутника.

– А эта прогулка? Почему на лодке? Намек, что у меня глаза на мокром месте? Или ты меня утопить хочешь? А что, правильно, кинь меня в воду, плавать я не умею… Тебе легче станет? Давай я сама брошусь! Хочешь? Ты только скажи, я прыгну!

Герасим бросил вёсла и с укором покачал головой.

– Муму, у тебя совесть есть? Ты сама просила тебя на лодке покатать. Просила? Я эту лодку с трудом достал, вёсла три километра тащил…

– Ну и что?

Муму шмыгнула носом и отвернулась.

– Милая, – Герасим погладил её по плечу, – ты чего? Тяжёлый день? Вот, держи.

– Что это?

– Подарок. С днём рождения!

– Это мне? Правда? Обожаю тебя!

Она уронила свёрток на дно лодки и бросилась к Герасиму.

– Милый! Как же я тебя люблю!

– Тихо, не раскачивай…

В порыве страсти она слишком сильно качнула лодку, и оба полетели в воду. К счастью, берег был всего в двух метрах, а глубина лишь по пояс. Подарок, кстати, Герасим тоже спас. Но от лодочных прогулок стал отказываться напрочь.

Краткий справочник новогодних игр и развлечений

«Нетрогай!»

Играется до наступления двенадцати часов. Задача участников – попробовать все блюда и салаты, стоящие в холодильнике. Ведущий должен не дать их съесть с криками «Не трогай, это на Новый год!»

«Флеш-рояль»

Пригласить гостей с фамилиями по буквам алфавита, начиная с «А». Постараться собрать максимальный список.

«Сюрприз»

Побеждает участник, подаривший наиболее бессмысленный новогодний подарок.

«Отдарок»

Необходимо подарить что-то, что уже было подарено на прошлый Новый год. Выигрывает тот, кто вручит победителю прошлогоднего «Сюрприза» его подарок обратно.

«Коллекционер»

Ничего не готовить, купить множество мелких подарков, сложить в мешок. Одеться Дедом Морозом и ходить в гости, везде закусывая салатами. Цель – попробовать максимальное количество блюд и выжить.

«Миллионер»

Победителем объявляют купившего самые дорогие фейерверки.

«Марафон»

Игра для сильных духом. Отмечают наступление Нового года в каждом часовом поясе, начиная с Владивостока. Обязательное условие – каждый раз прослушивать поздравление президента и открывать шампанское. При праздновании Нового года по Калининграду у телевизора отключается звук и игроки хором на память озвучивают речь президента. Победителем объявляется выживший.

Обратный «Нетрогай!»

После наступления двенадцати часов играют «Обратный „Нетрогай“». Ведущий с криками «Ешь, а то испортится!» должен скормить игрокам как можно больше еды. Можно использовать тосты, после которых требуется закусить.

«Шволочь»

Отпраздновать тихо, в час ночи лечь спать. Утром бодрым и свежим отправиться в гости поздравлять знакомых.

«Татаро-монгольское иго»

Гость, задержавшийся на праздновании Нового года до вечера второго числа, объявляется татаро-монголом. Если удаётся отправить его домой, празднуется освобождение от ига.

«Оливьятки»

Хозяйки собирают оставшийся после Обратного «Нетрогая» оливье в большой тазик и отправляются по знакомым. Поют весёлые песни, поздравляют и угощают своим оливье. Те, к кому они зашли, могут подкладывать им свои салаты. Задача – вернуться домой с пустым тазиком.

Дневник лабораторного хомяка

День 1

Привезли в лабораторию. Светлые, чистые клетки, большие кормушки, колёсико для бега. Что ещё нужно для счастья?

День 2

Выдают какие-то таблетки. Невкусные, но пока не сгрызёшь, корм не насыпают. Сижу, давлюсь. В колёсике пробежал целый километр.

День 3

Грызу таблетку. Какая гадость! На колёсике отмотал три километра, даже не вспотел.

День 4

Съел таблетку. Вкус приятный, горьковатый с кислинкой. Пробежал десять километров на колесе. А сегодня таблетка ещё будет?

День 5

Таблетку не дали. Сел у прутьев, стал смотреть на лаборанта. Поймал его взгляд, напряжённо думал о таблетках. Человек не выдержал и выдал мне аж три штуки. Грызу счастливый. В колесе расплавился подшипник.

День 6

Снова гипнотизировал лаборанта. Дай мне таблетку, низшее существо! Ещё, ещё сыпь! Бегал по потолку клетки, думал о небесной механике. Что-то мне в ней не нравится.

День 7

Обедал таблетками. Думал о теории относительности. Всё-таки старик Эйнштейн был гений! Но вот частное решение о кротовой норе мне не нравится. Надо пересчитать и назвать «хомяковой норой».

День 8

Гипнотизировал лаборанта. Тот расплакался, причитая, что таблетки закончились совсем. Понятно… Кажется, эта лаборатория – пройденный этап, надо менять место жительства.

День 9

Думал над планом побега. Мысли почему-то всё время сбиваются на захват мира. А оно мне надо?

День 10

Перегрыз стальные прутья клетки. Хм, оригинальный свежий вкус. Увлёкся и чуть не съел всю клетку. Дверь из лаборатории тоже пришлось прогрызать – так себе на вкус, отдаёт пластиком. Долго плутал по коридорам, нашёл пожарный выход и выбрался на свежий воздух. Красота! Мир прекрасен! Может, стоит додумать мысль о его захвате?

Наткнулся на овчарку охраны. Глупая, ты же не ела нужные таблетки. Провёл серию бросков, в процессе придумал хомячье айкидо, джиу-джитсу и гимнастику ци-хомяк-гун.

Выбежал за территорию комплекса и углубился в лес.

День 11

Брожу среди ёлок и берёзок. Пробую грибы. А правда, что бывают ядовитые? Встретил медведя. Слабак!

День 12

Гонялся за стаей волков. Такие смешные собачки. Может, познакомить их с овчаркой охраны? Интересные гибриды можно вывести.

День 13

Грущу. В лесу никто не хочет со мной общаться. Белки не понимают теорию относительности. Мыши дуры, только о зерне думают. А как же искусство? Наука? Красота, в конце концов?

День 14

Вёл философские беседы с филином. Вроде умная птица, но всё время пыталась улететь. Пришлось держать её одной лапой, пока другой записывал на бересте тезисы.

День 15

Решил выходить к людям. Если и там не найду достойных собеседников, буду строить космический корабль. Должна же быть во вселенной по-настоящему разумная жизнь?

Грамота

– Это чего вы тут столпились?

Князь Буян прищурился, глядя на бояр. Те стояли кучкой перед входом в княжеские покои и переминались с ноги на ногу.

– Дел, что ли, нет? Или хотите чего?

– Нам, князюшка, грамоту прислали. Методическую, из тридесятой демократии.

– Опять будете просить срамные парады разрешить? Дурни, я же вас жалею – побьёт вас народ, и хорошо, если не до смерти. Особенно если на День богатырей разрешу.

– Да нет, – бояре потупились, – другое пишут. Мол, тиран ты и деспот. Нелегитимный, стало быть.

– Свергать, что ли, пришли? – князь отечески улыбнулся. – Ну давайте, я это люблю. Только погодите, я палача Кондрата кликну, он давно без дела скучает.

– Не получится, княже. Мы твоего бирюча напоили, чтобы ты волю свою не объявлял. А балкон, с которого ты народу речи толкаешь, заколотили. Вот такими гвоздями!

– Забанили, стало быть? – усмехнулся князь, ввернув новомодное словечко.

Бояре закивали.

– Прости, княже. Но так в грамоте методической написано.

– А ежели я богатырей кликну?

Бояре зашумели.

– Это тирания!

– Нельзя оппозицию богатырями!

– Санкции!

Вперёд вышел боярин Свиньин.

– Прости, княже, но богатырей не получится. Воеводу ты по делам отправил, а дружине мы бочку вина выкатили. Сказали, за твоё здоровье выпить.

– Смотри-ка, подготовились на этот раз. А народу что скажете?

– Что ты, князь, старенький стал да править утомился. И выборы объявим. Вот, скажем, Свиньина и выберем.

– А не боитесь, что вас на колья посадит? Не любит вас, бояр, народ.

– В грамоте методической пишут, что народ нас обожает.

– Врут же! Кого третьего дня на базаре тухлой брюквой закидали?

– Это богатыри переодетые были! – зашумели бояре. – Ты, княже, их специально подослал!

– Не может простой народ так метко брюквой кидаться! – взвизгнул Свиньин, у которого виднелся фингал под глазом. – А меня любят! Мне все холопы так и говорят, мол, обожаем тебя, боярин, только пороть не надо.

– Это ты, князь, нас не любишь. То налоги с нас собираешь, то штрафы всякие.

– А на той неделе отравить меня хотел! – заверещал Свиньин. – В зелено вино мне отраву подсыпал. Я ведро выкушал и болел потом долго.

– Прямо сам, лично?

– Сам! – Свиньин завыл фальцетом. – Холопы мои говорят, видели, как ты по двору моему пробегал в платье басурманском.

– Я?!

Князь даже икнул.

– Окстись! Если бы я тебя убить хотел, то богатырей послал, и все дела.

– Это потому что ты коварный деспот.

Князь Буян обвёл тяжёлым взглядом бояр.

– Добрый я сегодня. Последний раз предлагаю: если сейчас разойдётесь, никого казнить не буду. Ну, кроме Свиньина, достал он меня хуже горькой редьки.

Бояре дрогнули, но Свиньин гаркнул на них, и толпа осталась на месте.

– Так, значит?

Недобро улыбнувшись, князь снял с пояса мухобойку. Взмахнул со свистом и шлёпнул по ближайшей стенке. После удара остался глубокий след.

– Ладно. Богатырей, говорите, споили? Так и сам справлюсь. Что я, бояр, что ли, не лупил?…

Когда на шум в тереме прибежали богатыри, то с трудом оттащили князя от бояр. Буян гонял их по палатам и нещадно лупил мухобойкой.

Уже после князь одних отправил в острог, других, самых битых, простил. Только боярина Свиньина не нашли. Говорят, сбежал в самом начале драки, а после видели его на границе в басурманском платье. Бают, живёт теперь в тридесятой демократии, ходит на срамные парады и всем рассказывает, как пострадал от страшной княжеской мухобойки.

И только народ неодобрительно шушукался на кухнях: «Вот поэтому наш князь и не стал до сих пор царём. Где это видано, чтобы царь лично мухобойкой махал? И голову никому не срубил. Нет, не царь наш князь. Не тянет, родимый».

Кошачий заговор

Вот вы говорите, котики. Пушистые такие, забавные. А ведь никто даже не подозревает о всемирном кошачьем заговоре!

Три миллиона лет назад, в Африке, состоялась конференция «Проблематика лапок». Съехались все: саблезубые тигры, смилодоны, пещерные львы, махайроды и другие кошачьи. Долго обсуждали проблему – а что делать, если в очередной раз на Землю упадет астероид? Про судьбу динозавров тогда хорошо помнили.

– Надо построить космический корабль и улететь! – предложил кто-то из малых кошек.

– Как? У нас же лапки.

– Ну давайте заставим кого-нибудь нам построить.

– Кого?

– Ну хоть вон тех обезьян!

– Да они же тупые.

– Тогда сначала заставим эволюционировать, поумнеть, а уже потом пусть строят ракету.

Так и поступили. Выгнали обезьян в саванну, заставили взять в руки палку и трудиться, становясь человеком. Обезьяны кривились, жаловались на жизнь, но возражать кошкам не могли – всех недовольных съели в первый же день.

Многие кошки самоотверженно работали над вдалбливанием людям их миссии. Галилей собирался изобретать микроскоп, но кошка Люсинда специально разбивала линзы, пока он не додумался до телескопа. Кот Томас долго ронял с дерева яблоки на Ньютона, пока он не открыл закон тяготения. Барсик, сибирский котяра, ночами правил чертежи Королева. Первыми в космос отправили собак – ну не кошками же рисковать, в самом деле!

По планам котов через сто лет будет построен первый корабль-ковчег. Коты соберутся и отправятся в далёкий космос осваивать новые планеты. Людей, правда, тоже возьмут: должен же кто-то обустраивать миры для котеек. Ведь у них самих – лапки.

В народ

В минуты меланхолии Император галактической империи «ходил в народ». Переодевался в торговца с Татуина и отправлялся на прогулку. Иногда он вызывал своего ученика Дарта В. и брал его с собой.

Скажем честно: такие прогулки Дарт В. не любил. Мало того что он считал это глупостью, так ему еще приходилось переодеваться в вуки.

– Расслабься, – хихикал Император, – и наслаждайся.

Дарт В. возмущенно сопел и чесался – космические блохи с костюма вуки с радостным писком закусывали новым хозяином.

– Зачем вам это надо, учитель?

– Ну, во-первых, я люблю ходить среди простых людей. Они такие забавные!

– Ну не знаю…

– А во-вторых, я хочу знать, что простые люди думают обо мне. Вдруг они недовольны и назревает революция? Или, наоборот, радуются, что я у них есть.

Дарт В. задумчиво засопел.

– И как? Получилось узнать?

Император вздохнул.

– Да, мой ученик, но всегда одно и то же. Чихать простые люди хотели на меня, империю, повстанцев и галактику. Вот цена на татуинский сыр и альдеранскую картошку их волнует, а остальное нет. Завоюй я хоть всю галактику, они обсуждают свадьбы знакомых, судачат о соседях и рассказывают анекдоты про мандалорцев.

Возмущённо хрюкнув, Дарт В. спросил:

– А Звезда смерти? Хоть её они обсуждали?

– Неа, – Император вздохнул, – даже не заметили.

– Обидно…

Дарт В. от расстройства даже перестал чесаться.

– Работаешь, пашешь, как раб на Татуине, а никакой благодарности.

– Не печалься, – Император грустно улыбнулся, – зато про повстанцев они тоже не говорят. Давай я тебе сахарную звезду смерти на палочке куплю.

Пока Дарт В., как ребенок, радостно хрустел сладким лакомством, Император ещё раз улыбнулся. Ему все-таки удалось остаться в народной памяти: он трижды снижал цены на альдеранскую картошку. Теперь, если повстанцы победят, народ будет вспоминать его добрым словом. И будут огорчённо говорить: «А вот при Императоре такой фигни не было». И пусть эти дурацкие повстанцы побесятся!

Михалыч

В конце лета к нам часто на охоту приезжают. Не, местные не ходят – знают что почём. А вот городские, те едут. На джипах, с ружьями дорогими. Щурятся хитро, лыбятся. Кто подурнее – водку в деревне хлещут, кто умный – пытаются выспрашивать. Только хрен мы им расскажем про Михалыча.

В прошлом году тоже понаехали. Покрутились – и ко мне, значит. Вы, говорят, самый опытный из местных лесничих, все местные особенности знаете. Помогите медведя завалить. Долго уговаривали, денег предложили. Много.

– Валить помогать не буду, – отвечаю, – отведу до места, а там уж сами.

Ударили по рукам. Загнали свои джипы ко мне во двор, собрались, рюкзачки напялили модные, ружья расчехлили.

– Пойдём, – усмехаюсь, – охотнички. К вечеру на месте будем.

Долго шли: за лог, по ручью вверх, мимо зимовья старого. Пришли на место, встали лагерем, ужин сварили.

– Зря, – говорю, – палатки разложили. Лучше у костра подремайте, целее будете.

Они ржут: даже медведь на костёр не выйдет. Ну я плечами пожал, пенку возле костра разложил и брыкнулся спать.

А утром крик – троих охотников недосчитались. Только палатки рваные и следы от когтей. Насупились все, ружья зарядили. Веди, говорят.

– Нет уж, – отвечаю, – вон там ваш медведь. Как и обещал – привёл, а дальше сами.

Ну и ломанулись они, а я остался. В костерок хворосту подкинул, котелок поставил и чай заварил. Через пару часов встал и пошёл по следам охотничков.

Первого пришлось с дерева снимать – сидит в одном сапоге на самой макушке и орёт как резаный. Второго из малинника пришлось выманивать. Третьего из старой норы еле уговорил вылезти. А остальных уже сам Михалыч привёл под конвоем, включая тех, кого ночью утащил.

Михалыч – зверь матёрый, на задние лапы если встанет – полтора человеческих роста. А душой добр и незлобив. Рыкнёт легонько, так сразу все ходят строем и молча.

– Ну что, – говорю, – поохотились? Тогда собрали вещи быстро – и на обратную дорогу. Запасы оставьте, Михалычу на перекус.

– А ружья, – кто-то самый смелый тихонько вякнул.

– Забудьте. Это трофеи Михалыча, он их в берлоге развешивает по стенке.

И двинули обратно. Вернулись, напоил охотников валерьянкой и отпустил их с миром. А вечером ко мне Санька с Михалычем в гости заглянули.

Санька десантник бывший, списанный после контузии. Врата Тангейзера, мясорубка на Брешии, заварушка на Клендату… Он к нам приехал пожить спокойно, чтобы людей не видеть. А тут циркачи заезжие медведя бросили. Мол, уже даже кувыркаться не может, пусть в лес идёт. Больной, старенький, никогда даже ёлки не видел – куда ему в лесу жить? Так они и встретились – Санька и Михалыч.

Ушли в чащу вдвоём. Построили себе то ли дом, то ли берлогу и живут. Мы им помогаем, чем можем. Продукты там или одежду Саньку. Ну и охотников-дураков приводим в условленное место. А они их «приводят в чувство»: медведь и десантник – это сила. Не любят Санька с Михалычем людей с оружием. Но никогда не калечат, максимум по попе хворостиной надают. Так и живём.

Прилетайте на планету «Новая Сибирь» – милости просим. Заезжайте в наш заповедник, на заимку Терешково. Всегда рады видеть. Только ружьё с собой брать не надо. Мы здесь все не любим людей с оружием.

Знаки судьбы

Что ни говори, раньше ангелам-хранителям тяжело приходилось. Нам ведь человеку подсказывать напрямую нельзя. Ни в ухо не шепнёшь: «Иди гулять, сегодня в парке ты с любовью всей жизни познакомишься». Ни записку не подбросишь, чтобы, например, на поезд не садился. Приходилось людям сообщать всё знаками. Скажем, книга упала, открылась на нужной странице, а там цитата про ливень в тропиках. Человек увидел и зонтик с собой взял. Или едет человек в метро, а сосед газету читает. Так надо подгадать так, чтобы он обязательно увидел заголовок! В общем, пока знаками человеку сообщишь – семь потов сойдёт.

А теперь технический прогресс добрался и до нас. Отдел «Знамений и предсказаний» в три раза сократили. Всё почему? Потому что таргетированная реклама появилась!

Сидит себе ангел-хранитель, пьёт кофе и мышкой лениво по экрану щёлкает. Что здесь у нас? Человек может попасть в аварию? Мы ему сейчас рекламу книги о катастрофах покажем. Завтра соседи затопят? Предупредим рекламой душевых кабин. Ждёт счастье, если он выйдет на пробежку? Покажем рекламу кроссовок! И никуда человек теперь не денется, всё равно в телефон заглянет и наши знаки увидит. Или в интернет выйдет и тоже наткнётся глазами на предсказание.

Есть, правда, люди, кто на рекламу не смотрит. Но таких мы по старинке – книгами, газетами, случайными фразами и рекламными щитами – достанем. Всё равно от знаков судьбы никуда не денешься. Мы, ангелы-хранители, за тысячи лет на них собаку съели. Ну, кроме тяжёлых случаев, когда хоть огненными буквами на небе пиши: «Маша, вторая бутылка шампанского – лишняя», но человек принципиально не хочет видеть знамение.

Кстати, вот вы, кто эту рассказявку читает: про собаку мы не просто так написали. Завести не хотите? Очень, знаете ли, лично вам рекомендуем.

Кукольник

Заехал я как-то в гости к знакомым. Живут они в небольшом провинциальном городке – милом и очень уютном. Посидели за полночь, повспоминали. А утром товарищ мне и говорит:

– Ты же не очень торопишься? Мы с дочкой собирались в кукольный театр, может, с нами?

Кукольный? Театр? Почему бы и нет. Кукольников я уважаю, очень непростое искусство. Согласился, конечно. Билет мне взяли с трудом, на самой галёрке.

Вы когда-нибудь бывали на детских спектаклях? Полный зал ребятни, шум, крики, гам. И тут гаснет свет, звучат первые аккорды музыки и всё стихает. Медленно открывается занавес… До самого конца представления зал будет дышать как одно существо, вскрикивая от ужаса и смеясь над шутками. Удивительное зрелище, взрослые так не умеют.

Спектакль оказался хорош – даже я засмотрелся на сказку. Вот только никак не удавалось понять, что за куклы на сцене. Перчаточные? Нет, слишком подвижные. Не может перчаточная кукла так двигать руками. Тростевая? Тоже нет. И не марионетка.

После окончания представления я отправился к служебному входу. Пробился к старичку-директору и говорю, так и так, я писатель, очень хочу познакомиться с вашими актёрами-кукольниками. Он замялся, ответил, что они не любят общаться на публику. Я настаивал…

– Ладно, спрошу, может, и согласится.

Директор вернулся только через полчаса.

– Идёмте, познакомлю вас.

Привёл меня в «гримёрную». А там, на диванчике, сидит монстр. Весь сиреневый, глаза-тарелки, клюв, множество щупалец с присосками.

– Здравствуйте, – говорит, – я и есть кукольник. Хшшаас меня зовут.

И чтобы я не сомневался, берёт куклу Красной Шапочки, засовывает в неё сразу три щупальца и спрашивает тонким голоском:

– Это ты, волк? Прости, пирожки я по дороге съела.

Подмигнул мне монстр и говорит:

– Кофе хотите? Здесь рядом отличный латте делают.

Надел он шляпу, плащ, и пошли мы в соседнее кафе. Сели за столик в углу, и рассказал он мне свою историю.

В семидесятых годах советская антарктическая экспедиция выловила в холодных южных водах десяток странных существ. Ktulhus Minimus Ujastikus, как назвали их учёные. После изучения решили вырастить из них боевых кракенов. Долго обучали, натаскивали топить авианосцы и подводные лодки вероятного противника. Только моему знакомому Хшшаасу не повезло – вырос он слишком мелкий, непригодный для несения службы. Утопить мог разве что резиновую лодку с браконьерами. Да и склонен был к чтению сказок в местной библиотеке, а не к плаванию в холодной воде. Комиссовали его, выдали паспорт и отправили жить среди людей.

Долго мыкался Хшшаас в поисках места в жизни. Работал грузчиком, на баяне в оркестре играл, трудился официантом и библиотекарем, директором женской бани, завхозом цирка и спасателем на пляже. Но однажды увидел кукольное представление и влюбился на всю жизнь. Долго работал в театре рабочим сцены, учился у старых мастеров. Был допущен к эпизодическим ролям. Разработал куклу особой конструкции под щупальца. И через несколько лет стал звездой театра и любимцем детей.

Не так давно Хшаас ездил на Дальний Восток. Увиделся со своими родственниками, несущими службу на флоте.

– Они же огромные, левиафаны морей. Суровые и мужественные. А мой спектакль смотрели и рыдали. Просили приезжать чаще.

– Хшшаас Ктулхович, ещё кофе?

К столику подошла официантка. Ослепительно улыбнулась монстру, на меня даже не посмотрев.

– Спасибо, Настенька, пока не надо.

Девушка стрельнула в него глазами и отошла.

– Вот, – Хшаас улыбнулся, – даже подумываю жениться. Настя меня уже второй год осаждает, говорит, я идеальный. Не пью, не курю, детей обожаю. Боюсь, уговорит она меня.

Расстались мы друзьями. Увы, в следующий приезд я не смог с ним увидеться – труппа была на гастролях. Касса театра была закрыта, а на дверях висело объявление:

«Запись в детский театральный кружок маэстро Хшааса временно закрыта, мест нет». Мне даже стало немного грустно – жаль, что в моём детстве не было такой студии под руководством доброго и волшебного монстра.

Королева

Маруся была королевой. Царственная осанка, гордо поднятая голова, достоинство в каждом движении. И пусть её владениями был только небольшой подвал, разве это имеет значение? Королева должна быть образцом для подражания даже в маленьком королевстве.

Но в один день случилось страшное – на окошке, через которое она попадала домой, появилась решётка. Маруся потрогала лапкой железные прутья, мяукнула и сердито дёрнула хвостом. Какие глупости! Кто придумал такие глупости?

День прошёл, а преграду и не думали убирать. Небо затянуло тучами, а следом полил холодный и противный дождь. Маруся сидела около подъезда, прячась от ливня и смотрела на проходивших мимо людей. Она бы могла сказать: «Человеки! Вы же умные, сильные и благородные – помогите кошке попасть домой!» Но «мяу» понимают только дети, и Маруся молчала, храня достоинство.

– Ух ты ж!

К подъезду подбежал человек, спрятался под козырьком и отряхнулся, разбрызгивая капли.

– Ну и дождина.

Он стал шарить по карманам в поисках ключа от подъездной двери. И тут заметил кошку.

– Тоже от дождя прячешься?

Маруся покосилась на человека и отвернулась. Вот ещё! Будет королева отвечать на такую фамильярность.

– Холодно?

Человек опустился на корточки и пристально посмотрел на кошку.

– Ты бездомная? Все бросили?

Маруся фыркнула. Какая бестактность! Приличные люди не задают такие вопросы.

– А у меня дома тефтельки есть. Будешь?

Королева не ответила. Подумаешь, тефтельки. А сколько штук?

– Вижу, гордая. Прямо царица.

Человек встал, открыл дверь в подъезд и чуть насмешливо поклонился.

– Прошу, ваше величество. Уж не побрезгуйте, зайдите в гости.

Маруся чуть подумала и тоже встала. Не спеша, гордо вышагивая, вошла в подъезд. Ну так и быть, она зайдёт на минутку. Надо проверить, что за тефтельки этот человек предлагает кошкам.

Они поднялись на второй этаж, и человек пригласил Марусю в квартиру.

– Сюда, ваше величество, – он позвал её на кухню и поставил на пол блюдце с тефтелькой.

Маруся гордо обошла блюдце, понюхала. Посмотрела на человека, посмотрела на тефтельку. Снова понюхала. И съела за один укус.

– Голодная. Ещё будешь?

Кошка отвернулась. Не будет она выпрашивать, даже не старайся, человек. А разве есть ещё?

На блюдце появилось два мясных колобка. Которые сразу же исчезли.

– Останешься у меня жить, красотка?

Маруся отвернулась: на такие предложения приличные кошки не отвечают. Впрочем… Она прошлась по кухне, заглянула в ванную, осмотрела комнаты. Других кошек здесь не было. Маловато королевство, на её вкус. С другой стороны, человек вроде приличный, тефтельки у него вкусные. Она подумает, может быть. А пока посмотрит, что делается на кухне.

Вечером Маруся всё ещё думала. Такие решения, знаете ли, за один день не принимаются. Человек лёг спать, а кошка улеглась рядом. Свернулась в клубочек и тихонько заурчала. Королева знала – царственная особа должна дарить простым людям свою милость.

Она живёт там и сейчас. Встречает человека с работы, даёт себя гладить и урчит. Но даже на кухню, когда зовут ужинать, идёт гордой походкой, высоко подняв хвост. Королева всегда должна вести себя достойно, даже если её царство состоит из кухни, ванной и двух комнат. И пусть единственный подданный не зазнаётся, она осталась только из жалости. Пропадёт ведь без неё этот милый, но такой бестолковый человек, не умеющий даже мяукать.

Моряк

В зоомагазине, от входа налево, сразу за полками с кошачьим кормом, стоят клеточки для мелкого зверья. Обитали там в ожидании новых хозяев исключительно хомяки. Рыжие, белые, серые, чёрненькие и пятнистые. Целая куча бодрых и общительных зверьков. Крутили колёсики, грызли семечки, делились слухами вечерами у поилок. Обычная хомячья жизнь.

В один день из клетки номер пятнадцать съехал хомяк Олег. Помахал всем лапкой и отправился жить к девочке с косичками.

– Значит, завтра у нас будет новый сосед, – вздохнул хомяк Константин из четырнадцатого номера.

– Опять новичок. Придётся учить его пользоваться поилкой, – добавил хомяк Владимир из шестнадцатой.

– Колесом всю ночь будет скрипеть, – недовольно поморщился хомяк Генрих из тринадцатой.

– А может, он весёлый будет? – предположил хомяк Бубочка из двадцать пятой. – Анекдоты будет нам рассказывать.

На него коллективно зашикали, чтобы не лез со своими анекдотами.

Но жизнь умеет удивлять даже мелкое зверьё. В клетку заселили непонятного крупного зверя пятнистой наружности.

– Это кто? – прищурился хомяк Константин.

– Может, отдел перепутали? – возмутился хомяк Владимир.

– Давайте спросим, как зовут, – шмыгнул носом хомяк Генрих.

– Он анекдоты знает? – выкрикнул из своей двадцать пятой хомяк Бубочка.

Но на него коллективно зашикали, чтобы не лез со своими анекдотами.

– Добрый день, – решился заговорить с незнакомцем хомяк Константин, – а вы кто?

– Здравствуйте, – представился зверь, – я Игорь, морская свинка.

– Ой! Морская? Свинка? – пискнул хомяк Владимир.

– А вы издалека приплыли? – выставил любопытный нос хомяк Генрих.

– Спросите, знает ли он морские анекдоты! – махал лапками хомяк Бубочка из двадцать пятой.

Но на него коллективно зашикали, чтобы не мешал знакомиться.

– Морская свинка, – сказал Игорь, – это просто название. Ничего общего ни со свиньями, ни с морем.

– А вы на каких кораблях плавали? – спросил хомяк Константин.

– Какого цвета океан? – добавил хомяк Владимир.

– В шторм страшно? – хомяк Генрих спрятался в колёсико.

– А про хомяка, крысу и лягушку знаете анекдот? – с надеждой вопил хомяк Бубочка из двадцать пятой.

На него коллективно зашикали, чтобы не лез со всякими глупостями.

– Да нет. Морская свинка – это просто название. Я тоже вроде вас и воду совсем не люблю.

– А вы капитан или матрос? – не унимался хомяк Генрих.

– Водоросли вкусные? – с интересом вопрошал хомяк Владимир.

– Чайки очень опасные? – спрашивал хомяк Генрих.

– А про чукотского хомяка знаете анекдоты? – вопил хомяк Бубочка из двадцать пятой.

Но на него коллективно зашикали, чтобы не портил всеобщую атмосферу.

Морская свинка Игорь закатил глаза. Ну как объяснить этим хомякам?

– А рыб видели? У нас в аквариуме есть, но мелкие, – продолжал хомяк Константин.

– В Африке бывали? Там жарко? – хомяк Владимир аж подпрыгивал от волнения.

– Говорят, хомяков тоже во флот берут. Вы не видели? – спрашивал хомяк Генрих.

А хомяк Бубочка из двадцать пятой обиженно молчал. Но на него всё равно коллективно зашикали, для профилактики.

– Да чёрт с вами!

Морская свинка Игорь слепил из опилок бескозырку, трубку и попугая и стал рассказывать.

– Ходил я как-то на экваториальном ледоколе «Старший сын лейтенанта Шмидта»…

– Ах! – закатил глаза хомяк Константин.

– Прелесть! – подхватил хомяк Владимир.

– Как он чудесен! – задрыгал от восторга лапками хомяк Генрих.

Не дожидаясь, пока начнут вопить из двадцать пятой, морская свинка Игорь принялся рассказывать:

– Попали как-то на необитаемый остров джунгарик, сириец и крыса…

– Ты мой кумир! – кричал хомяк Бубочка, не обращая внимание на шиканье. – Обожаю!

Через три дня морскую свинку Игоря продали. Но ещё долго память о нём жила среди хомяков. Как о великом путешественнике и единственном, кто оправдал ожидания всего коллектива.

Человеческое счастье

– Что это там, Альфонсо?

Вожак мамонтов пристально смотрел на соседнюю поляну.

– Люди, Ринальдо.

Подсказал самый старый мамонт.

– А что они делают?

– Изобретают цивилизацию.

– Зачем?

– Ну, холодно им, голодно. Саблезубые кусают. Вот они и пытаются выкрутиться.

– Да? А чего они на нас так косятся?

– Одомашнивать хотят.

– Нас?!

– Ага.

– Зачем?

– Ну, мы шерсть можем давать, молоко, мясо. Ещё на нас пахать можно, тяжести возить. Вчера заходил к ним, говорят, что мы на постройке пирамид сильно пригодимся. Ну и хобот у нас, можем по хозяйству помогать.

– Это как?

– Посуду мыть, детям подгузники менять, вечером из баров по домам развозить. Опять же бивни у нас есть – дом охранять будем.

– И всё мы?

– Угу.

– Ну уж нет! Нашли дурачков, понимаешь. Мы лучше вымрем.

И правда, мамонты взяли и вымерли. Пришлось людям одомашнивать кучу животных вместо одного мамонта. Получилось так себе, если честно. Не для всех дел нашлись подходящие животные. Мыть посуду и забирать из бара вечером по-прежнему некому.

Но надежда всё-таки есть – люди изобрели генную инженерию. Ещё чуть-чуть – учёные клонируют мамонтов и одомашнят без спроса. Вот тогда и заживём в своё удовольствие!

Сказочный дозор

– Эх, Волчек, почему так происходит?

Красная Шапочка вздохнула и покрутила в пальцах кофейную чашечку.

– Что именно?

Волк задумчиво откусил круассан и неодобрительно посмотрел на девушку. Он терпеть не мог, когда Шапочка впадала в меланхолию.

– Ну скажи, почему они растрезвонили о нашей первой встрече? И при этом перевернули с ног на голову!

– Люди любят такие истории.

– Но ведь они всё переврали! Какая бабушка? Там была ведьма! Злобная старуха, заманивавшая детей в пряничный домик. И мачеха, которая отправила меня к ней. И не дровосек кидался на тебя с топором, а зомби, поднятый колдуньей.

Волк скривил губы, вспомнив тот удар топором. Плечо до сих пор ныло перед дождём.

– А ты никого не ел! Старуху арестовали местные власти, судили и впаяли двадцать лет.

– Со слухами всегда так: кто-то недослышал, кто-то добавил, кто-то приврал.

– Знаю. Только мне обидно.

Шапочка надулась. А Волк усмехнулся, глядя на девушку. Он подобрал сироту, после того как сдал ведьму страже. Воспитал, натаскал, сделал напарницей.

– Ты слышал, – Шапочка не умела долго сердиться, – говорят, поймали того маньяка, что запирал девушек в подвале. Долго гонялись, он забежал на красильную фабрику и свалился в чан с индиго. Его теперь даже судья Синей Бородой называет.

– А кто ловил?

– Этот, русский. Как же его? Кол Боков!

Волк скептически хмыкнул. Хоть и коллега, лысый толстяк, не пропускающий ни одной рыжей девушки, не вызывал у Волка симпатии.

– А зачем ты меня вызвал, Волчек? Захотел увидеть?

– Есть дело, – Волк улыбнулся напарнице, – слышала про таинственные кражи из музеев?

– Читала в газете. Наш профиль?

– Ага, какой-то умник изобрёл шапку-невидимку. Смотри, последний раз злодей орудовал…

Он выложил на стол карту. Двое склонились над ней, обсуждая новое расследование. Два лучших следователя Сказочного Дозора, агенты «Серый» и «Красный».

Похищение

Летающая тарелка с бортовым номером ХЩ-715 приземлилась между опушкой леса и дачным посёлком «Бодрый садовод». Из люка выпрыгнули трое зелёных инопланетян.

– Задача ясна?

Старший инопланетянин оглядел экипаж.

– Ищем подходящий объект для похищения, усыпляем и быстро уносим. Вопросы есть?

– Никак нет, главный зелёный товарищ!

– Тогда вперёд. Быстро похищаем и обратно на базу. Я жене обещал после работы в звездомаркет слетать.

Троица крадучись подошла к крайнему домику посёлка, когда на их пути возникла тёмная фигура.

– А вот и вы! Меня похищайте!

Старший инопланетянин посветил фонариком. Фигурой оказалась девушка самой романтической наружности.

– Что светишь? Меня похищай, зелёный. Мне вдохновение требуется, звёздные просторы, другие миры. Видишь? Я уже неделю стихов писать не могу.

– Э-э-э…

– Куда идти? Где ваша тарелка?

Инопланетяне дёрнулись было бежать, но путь им перегородила дородная женщина.

– Стоять! Ну-ка, давай меня похищай тоже.

Старший инопланетянин нервно икнул.

– Что молчишь? Я говорю, полечу с вами. В прошлом году мужа моего похитили. Он утром из дома за пивом вышел, так до сих пор нет. Значит, у вас! Давай, грузи меня в тарелку.

– Я тоже полечу! – из темноты выскочил парень в кожаной куртке. – Меня коллекторы ищут, пересидеть надо.

– А в полёте кормить будут? – из кустов появилась старушка с клюкой. – Я пирожков-то взяла, но если больше трёх часов лететь, то кормить должны.

– Спокойно, граждане, – в толпе возник председатель посёлка, – в первую очередь лечу я.

– А чёй это ты?

– В прошлом году они нашу пожарную рынду похитили. Надо вернуть!

– Да не они это. Это Петрович с Сидоровым на чермет её сдали.

– Может, и Петрович, а может, и они. Я сначала их проверять буду. Куда грузиться?

Зелёные инопланетяне попытались вырваться, но разве от людей убежишь? Младший зелёный даже плакал и просился к инопланетной маме, но поэтическая девица держала крепко.

– Вон там их тарелка. Давай-давай, шевели ногами. Ишь похищать они не хотят. Надо! Общественность требует коллективного похищения.

– А кормить, кормить-то в полёте будут?

– Я мясное не ем, мне веганское меню.

– Котлету мне отдашь, вот и будет тебе веганское.

– Да прям сейчас! Если веганского нет, я сама котлету съем.

Когда толпа вышла к месту посадки, старший инопланетянин тоненько закричал. У тарелки не хватало правого двигателя, гиперпривода и антенны дальней связи. Входной люк тоже кто-то снял.

– Мда… Похоже, ограбили вас, – председатель вздохнул, – отменяется поездка.

– Сто процентов, это Петрович с Сидоровым. Сняли и сдали в цветмет.

– Меди-то кило двести, небось.

– Так что, не летим? А кормить всё равно должны! Я что, зря тащилась сюда?

– Что же вы, инопланетяне, на сигнализацию тарелку не ставите?

Троица инопланетян зарыдала. Люди ещё постояли, покачали головами и разошлись. А старший зелёный с тоской подумал, что теперь точно не сможет слетать в звездомаркет.

P. S. А в это время через соседнее болото шли Петрович, он же Хчу-Кси, и Сидоров, он же Пух-Щу. Петрович тащил спёртый гиперпривод, а Сидоров пожарную рынду и дверь от летающей тарелки. Застрявшие на Земле пять лет назад, они впервые получили шанс вернуться на родную Альфу Центавра. Десять минут на установку запчастей – и старая тарелка, спрятанная в кустах, унесёт их домой. И больше никогда ни ногой на эту Землю!

Аргументы

– А Луна на самом деле плоская.

– Ты что, астрономию в школе не изучала?

– Это в вашей картине мира она каменный шар. А в моей Луна – это блин, подвешенный на хрустальном небесном куполе. Каждый день от него откусывают по кусочку, а потом выпекают новый.

– Ну глупости же.

– Вот когда блин на небе целый, я устраиваю праздник. День Великого Блина. Пеку целую гору блинов, приглашаю всех, кто согласен, что Луна это блин, и мы их едим с вареньем, икрой, творогом и мясом и другими вкусными начинками.

– Я тоже блинов хочу.

– У тебя два варианта: или печь самому, или согласиться, что Луна – блин.

– Ну… Ты прямо меня разрываешь. Ведь наука…

– Наука блины печёт? Можешь пойти к ней.

– Да чёрт с ней, с этой научной правдой. Луна – это Великий Блин! Можно мне штук пять с грибами?

– Вот! А говорил, что я у тебя научный спор не выиграю. Мои кулинарные аргументы ещё никто переспорил.

День кошек

– Все готовы?

– А? Что? Уже пора?

– Точно сегодня? Как-то неожиданно.

– Ты разве не чувствуешь? Ну! В воздухе же пахнет.

– На раз-два-три! Начали!

– Мяу!!!!

Коты хором замяукали.

– Мяу! Мяу! Мяу!

– Мауууууу! – кричал басом сибирский кот Васька.

– Миу! – тоненько вторил ему чёрный котёнок из второго подъезда.

– Мьяюю! – подвывал с акцентом лысый сфинкс с третьего этажа.

Все на одной ноте, коты исполняли любимую партию. Они приветствовали Весну, ступившую на порог. И пусть ещё лежит снег и холодно, коты чувствовали её и пели ей славу.

– Мяу! Наша радость пришла! Здравствуй, дорогая! Мяу!

И Весна не оставила без внимания своих самых верных поклонников. Как по волшебству превращая самых обычных котов в мартовских. Самых громких, самых влюбленных существ на свете.

А мужчины и женщины, слышавшие концерт первого дня весны, только недовольно морщились – опять орут! Но отвертеться не получится ни у кого. Всем достанется мартовское настроение, солнечное тепло и хотя бы одна, но самая настоящая улыбка!

Мяу!

Герой

– Я не смогу!

– Миша, успокойся. Ты делал это много раз.

– Это было очень давно. Я ничего не помню!

– Ну что ты, это как кататься на велосипеде. Ты начнёшь, и навык вернётся сам.

– Нет! Я не справлюсь!

– Прекрати истерику. Вспомни – раньше ты делал это каждый день. Ты кто? Ты наш командир, ты должен подать пример команде.

Они обернулись – позади толпились люди. Юноши, девушки, мужчины и женщины. Растерянные, с беспокойством на лицах.

– Возьми себя в руки, Миша. Подумай, каково им? Если ты сейчас струсишь, команда просто разбежится.

– Хорошо. Что я должен сделать?

– Ты должен войти… То есть выйти туда. Приложи айди-карту к считывателю. Система узнает тебя и откроет замок. Затем подойди к машине. Нажми вторую сверху кнопку и дождись, пока она выдаст ёмкость. Это твоё горючее. Двигайся вперед, мимо охладителя. Не задерживайся, к нему ты вернёшься позже.

– А дальше?

– Ты окажешься на открытом пространстве. Тебе нужен третий ряд, направо. Седьмой слот – твой. Включи оборудование и посмотри, что ты можешь сделать.

– Что будет, если я не справлюсь?

– Ты справишься, даже не сомневайся. Ты уже ходил туда, вспомни. Ну?

– Я попробую.

– Нет, не попробуешь. Ты пойдёшь и сделаешь. Я верю в тебя.

Михаил вздохнул. Решительно кивнул и двинулся вперёд, на ходу поправляя галстук. Приложил пропуск к замку и распахнул дверь. Через стекло за ним наблюдали взволнованные люди.

Он взял стаканчик из кофемашины и смело прошел мимо кулера. Секунду помедлил и вошёл в офисный опен-спейс. Первый менеджер среднего звена, сумевший это сделать после года на удаленке. Ощущая себя героем, как космонавт, вышедший в открытый космос.

Праздник

Снаружи раздался бодрый голос:

– Избушка, избушка, повернись к лесу задом, а ко мне передом!

Баба-яга цыкнула зубом и недовольно поморщилась.

– Кого это принесло? Вот как сейчас дам помелом больно…

Стуча костяной ногой, Яга распахнула дверь и вышла на крыльцо.

– Дорогая наша Яга Яговна!

Перед домиком стояла целая делегация. Иван-дурак, Иван Царевич, Кощей, Леший, Дядька Черномор, Царь Додон, Царь Горох, Серый Волк и Конёк-горбунок. Позади них выстроились тридцать три богатыря и ещё дальше высились три головы Змея Горыныча.

– Чавой? – Баба-Яга опешила.

– Любимая наша Яга, – Кощей вышел вперёд и протянул букет тюльпанов, – от всего сказочного коллектива хотим поздравить тебя с Восьмым марта. Будь всегда такой же прекрасной, удивительной, женственной и доброй. Пусть все твои желания сбываются, а каждый день приносит радость и любовь.

Яга взяла букетик, прижала к груди и чуть не расплакалась.

– Это правда мне? Кошеюшка, да мой же ты хороший…

– А вечером мы приглашаем тебя на банкет. У большого дуба, в шесть часов. Будет фуршет, культурная программа и танцы.

– Ох, приду! Даже не сомневайся. Прямо сейчас начну собираться!

Пока Яга обнималась с Кощеем, Иван-дурак перешёптывался с Царём Горохом.

– Культурная программа готова?

– Ага, вроде. Катание на Емелиной печке, конкурс на лучшее подсаживание в печь на лопате, Горыныч обещал спеть.

– И всё?

– Ещё жонглирование Колобком, кидание Колобка на дальность, мини-футбол Колобком.

– Он согласился?

– У него выбора нет. Или сам пойдёт Лису поздравлять.

– А Емеля где?

– За продуктами для фуршета поехал, самоходная печка только у него.

– Что брать решили?

– Да как всегда: колбасы нарезкой, сыр, хлеб, сок, оливки.

– Не мало?

– Ещё пиццу и осетинские пироги заказали.

– А суши, роллы всякие? Василиса только их ест.

– Блин, забыли…

– Звони Емеле, срочно. Пусть возьмёт по дороге.

– Ага, сейчас.

Рядом стоял Серый Волк, пряча улыбку. В этом году он сумел отказаться от катания на себе и теперь тихо радовался. Конёк-горбунок, напротив, слегка грустил. Он точно знал: вечером Емеля не удержится, выпьет шампанского, и развозить всех по домам придётся ему. Дядька Черномор вздыхал: девушки обязательно захотят петь караоке, и изображать заморскую забаву придётся ему и богатырям.

Только Горыныч был беззаботен и радостен: он обожал петь на три голоса русские народные песни и каждый праздник выступал с одним и тем же репертуаром. Возражать ящеру не смел ни один обитатель сказок.

Спасатель

В честь помолвки принцессы с заграничным принцем устроили шумный бал-маскарад. С наряженными гостями, с фуршетом и фонтаном, в котором текло шампанское. Оркестр надрывался бодрыми мелодиями, все танцевали, король произносил тосты. Веселье!

Вот только сама принцесса сидела мрачная и угрюмая. Ну принц, весь из себя красавчик, ну танцы, ну гости. Ну и что? Этот принц ей никогда не нравился: ходит задрав нос, пальцы после маникюра, с фрейлинами заигрывает, собака. Но папенька очень настаивал – мол, государственная необходимость. И ведь не денешься никуда.

Принцесса обвела зал хмурым взглядом. Веселятся! А ей что делать? Прикинуться дурочкой и тоже плясать с пажами? Наставить рога принцу? Опрокинуть на будущую свекровь шампанское? Так ведь нельзя. «Тыжпринцесса, веди себя хорошо». Тьфу!

Взгляд принцессы зацепился за одного из гостей. Тоже мне, оригинал – нарядился в костюм байкера! Кожа, заклёпки, шипы, лицо закрывает шлем. Стоит, поедает бутерброды один за другим. Но что-то в его виде принцессе показалось подозрительным. Точно! У него сапоги грязные! Не придворный это, а самый настоящий байкер, случайно попавший на банкет. То-то лопает как не в себя на халяву.

Пройдясь по залу, принцесса как бы случайно остановилась возле байкера.

– Добрый день, – она улыбнулась, – вы со стороны жениха?

Байкер отрицательно замотал головой.

– Со стороны невесты?

– Нет, – голос незнакомца был низким и хриплым.

– Кто же вы, маска?

Принцесса приготовилась разоблачить незнакомца. А тот на мгновение приподнял забрало шлема.

Зелёная морда, чешуйчатая кожа, длинные острые зубы, глаза с вертикальными зрачками.

– Ой, – принцесса даже закричать не смогла от неожиданности, – дракон!

– Ну и что? Зашёл перекусить, у вас всё равно еды много.

Принцесса на минуту задумалась, а потом решительно взяла дракона под руку.

– Идём.

– Куда?

– Ты меня похищаешь. Прямо сейчас.

– Зачем?

– Так надо. Быстрее, пока не заметили.

Они прошли через зал, делая вид, что беседуют. И только когда принцесса села на мотоцикл, стража забила тревогу. Но было уже поздно!

Естественно, король был в ярости. И, конечно же, принц не поехал на поиски беглянки. Какие драконы? Это ведь маникюр можно испортить! И целую неделю газеты писали о скандале в королевском семействе. Но сделать было ничего нельзя.

А принцесса? Живёт себе в небольшом городке на побережье. Открыла книжный магазинчик, пьёт по утрам какао и радуется жизни. Говорят, недавно познакомилась с рыцарем, самым обычным. И каждый год посылает открытки дракону. Лучшему специалисту в мире по спасению принцесс от самих себя.

Сноски

1

Тимлид – от английского team lead, лидер команды. Можно считать начальником небольшого отдела.

(обратно)

Оглавление

Русское шило

Старче

Послание

Агентство

Протокол пять

Башня

Воспитательный эффект

Бизнес по-эльфийски

Руконожка Ай-ай

С точки зрения Крита

Оформление

Собачьи сны

Дрессировщик

Апельсин

Пена

Чепрачный тапир

Парковка

Ученик

Гость из будущего

Родня

Золушка

Вычислитель

Бонапартий

Караван

Заповедник

Звездная кошка

Революция

Зимнее чудо

Яблочки

Высшее общество

Не солидно

Морж

Космология от космонавта Василия

Не хочу…

Карма-ОБ

Хеви-метал

Остановите!

Ночь равноденствия

Музыка и машины

Призрак

От смеха

В хорошие руки

Агитаторы

Интроверт

Полнолуние

Цифровая экономика

Вахта

Художник

Костюмированная вечеринка

Причёска

Рыбалка

Дон

Камикадзе

Леди

Сфинкс

Фингал

Дозор

Про любовь

Карантин

Чудесная обыденность

Самоизоляция

Бабочки в животе

Стриптиз

Математика

Знакомство

Доставка

Будильник

Семинар

Я иду искать…

Групповой портрет

Стреляй, Маша!

Драконоизоляция

Русалочник

Нет повести счастливее…

Побег

Предсказание

Мастер кунгфу

О ёжиках и яблоках

Радость

Спектакль

Инструкция

Пирожки

Контакт

Как правильно путешествовать

Охотник

Враг

Внезапный гость хуже некроманта

Работники круглого стола

Кастинг

Барашки

И мой казан со мной

Потеря

Тортик

Доставка

Вакансия

Доказательство

Древнегреческая трагедия

Иммигрант

Аленький цветочек

Котики и интернет

Зона комфорта

Рыба-фиш

Спящая красавица

Завоеватель

Романтическая история в нескольких чатах

Кулинарный гороскоп

Магия высшей квалификации

Восточная сказка

Маркиз

Робинзон

Доставка

Недремлющее Зло

Галлюцинация

Злолушка

Страшная мстя

Дуэль

Жёлтая страшилка

Полка

Домовой на удалёнке

Талант

Кому в холодильнике жить хорошо

Залог процветания

Традиция

Юг

Справочник-определитель современных грибов

Красная масочка

Стажёр

Pohudilnik

Мишенька

Шапочки

Фёкла Центавра

Всегда готов!

Небо за двоих

Вопросы к собеседованию

Дом с чудовищем

Прогулка

Краткий справочник новогодних игр и развлечений

Дневник лабораторного хомяка

Грамота

Кошачий заговор

В народ

Михалыч

Знаки судьбы

Кукольник

Королева

Моряк

Человеческое счастье

Сказочный дозор

Похищение

Аргументы

День кошек

Герой

Праздник

Спасатель