Библиотека :)

Мор 2 [СИ] 2870K - Макс Вальтер (скачать epub) (скачать mobi) (скачать fb2)

Макс Вальтер Мор 2

Глава 1. Воспоминание

– Серёж, иди обедать уже, – услышал я голос Машки.

– А чего там? – спросил я.

– Окрошка, – прилетел ответ. – Ну ты идёшь, нет?

– Сейчас, дай тренировку закончить! – крикнул я. – Не остынет же она, в конце концов.

Сейчас на площади, прямо напротив царь-пушки, проходила тренировка с моим элитным подразделением. Нет, по меркам того мира они, конечно, так себе бойцы. Но это всё потому, что сейчас даже сама концепция боя сменилась. Запихай к нам крапового берета, он и дня здесь не протянет.

Нет, опять вру, протянет, конечно, даже неделю. Вот только до тех пор, пока с войском МОР-а не столкнётся. Опыта просто не хватит. Так-то краповцы, конечно, те ещё черти, но вряд ли такой боец сможет что-то противопоставить совместной атаке зомби и людей с оружием. Хотя, будь их пять-шесть бойцов…

Впервые с таким войском мы столкнулись в прошлом году. Практически в засаду попали. Хорошо, что Чума умудрился выход найти, а иначе лежать бы нам на той крыше. Но сейчас мы умнее, научились отпор давать. Вот сейчас уже тренировку заканчиваем. Занятия, конечно, по старой методике проводим, но и боевых выходов у нас больше десятка. И пока только ранениями отделываемся.

Из Москвы мы так и не ушли, всё в том же Кремле сидим. Укрепились, как смогли, парк расчистили и огород развели. Сегодня вот первый урожай огурцов собрали. Машка, вон, окрошки целый чан сообразила. Я уж и забыл, как это на вкус.

Сейчас у нас здесь и куры, и свинки, хотели корову ещё поставить, а то и несколько. Вот только чем их кормить? В Москве днём с огнём сена не найти. Думали, конечно, на газонах выпас устраивать, но потом отказались. Глупости это всё.

Жизнь не стоит на месте, а человек такая сволочь, ко всему привыкает. И сейчас мы имеем два поселения. Одно в Москве, это мы, а второе уже за городом, километрах в семидесяти от МКАД-а. Эту общину Чума организовал. Не захотел с нами в столице остаться. Оно может и к лучшему, хотя почему «может», точно к лучшему.

Вот сегодня первую партию молочных продуктов забрали. Хоттабыч привёз, он вместе с Чумой на освоение территорий отправился. А вчера, на вечернем сеансе связи, сообщил, что к нам едет – молоко, кефир, сметану и сыр везут. В обмен на патроны и другие блага цивилизации.

Мы, конечно, и так бы им всё отдали, по первому требованию, и ребята об этом знают. Они на самом деле давно нам заявку скидывали, всё уже собрано стоит. А сейчас, значит, молочка на обмен, оказывается, привезут.

Сейчас пообедаем и на встречу двинем. Хоттабыч скорее всего с прикрытием будет, но лишние воины точно не помешают. В общем, жизнь налаживается, как говорится: «Дела идут, контора пишет».

Честно говоря, я бы лучше к Чуме жить свалил, но пришлось в столице остаться. Решение коллективное принимали, в тот самый вечер, когда я узнал, что Машка моя жива осталась.

* * *

– Аркадич, ты что мне вколол такое? – я никак не мог сообразить, что происходит. – Мне жена мерещится.

– Сергей Сергеевич, я бы попросил вас успокоиться и выслушать нас, – подал голос Лебедев.

– Варежку свою захлопни, – ткнул я в него пистолетом. – Я сейчас разберусь, мерещится ли мне твоя залупа вместо головы, и если нет, то лучше беги.

– Как ты меня задолбал, Кузов, – вдруг поменялся в лице Лебедев. – Ещё раз я услышу от тебя хамство в свой адрес…

– И что ты сделаешь? Маме пожалуешься? – внутри у меня начал закипать котелок со злобным азартом. – Или залупой своей забодаешь?

Лицо Лебедева налилось краской, и через мгновение из моих рук вылетел пистолет, а из глаз полетели звёзды. Я даже понять не успел, когда тот начал свою атаку, и пропустил несколько точных ударов в челюсть. Хорошо, что у нас разные весовые категории. От этих тычков я всего лишь поплыл. Будь Лебедев килограмм под девяносто, лежать мне сейчас в глубоком нокауте.

По инерции от полученных ударов я сделал два шага назад и упёрся спиной в стену. Справа раковина, слева дверь на выход из кухни.

Лебедев делает рывок, пытаясь пройти в ноги. Ага, так я ему и позволил. Шагаю навстречу и чуть в сторону. Коленом наношу нападающему удар в голову, только он тоже не пальцем делан. Вместо того, чтобы услышать хруст сломанного носа, ощущаю боль в бедре. Лебедев слегка увёл лицо, а вместо него воткнул большой палец мне в рану. Затем обхватил бедро и, распрямившись вместе с ним, выбил мою опорную ногу.

Я рухнул на пол и больно ударился затылком о край раковины. Лебедев в один прыжок забрался сверху и принялся колотить меня кулаками в лицо. Я пропустил, наверное, ударов пять, пока удалось связать ему руки. Затем я смог перехватить его за шею и прижать к себе. Всё, теперь бить меня он не сможет, но и положение почти безвыходное. Обниматься так можно долго.

Освободив одну руку, я нанёс удар в почку, точнее, попытался. Лебедев подставил локоть, но при этом потерял устойчивость. Я мгновенно воспользовался моментом и крутанулся под ним вначале на один бок, затем на другой. Раскачав нужную амплитуду, я одним рывком поменял положение. Теперь моя позиция сверху, а шея Лебедева в удушающем захвате.

Он уже стучал ладонью по полу, когда из моих глаз вновь полетели искры, а затылок взорвался болью. Уже заваливаясь на пол, угасающим сознанием я увидел толпу народу в прихожей. В дверях стоял Чума с кривой ухмылкой на лице.

– Я фигею с вашего отдыха, господа, – услышал я его насмешливый голос. – Боюсь представить, как вы работаете.

В наступившей паузе в полной тишине раздался шкрябающий звук. Чума отправился спать, почёсывая задницу.

Я перевёл плывущий взгляд на движение слева. Там стояла Машка, зажимая в руках горлышко от разбитой бутылки. Затем моё сознание погасло, и наступила тишина.

Очнулся я от резкой вони. С трудом разлепил глаза и сразу дёрнул головой, снова ударившись больным затылком обо что-то. Передо мной на корточках сидел Степан Аркадьевич и тыкал в нос ваткой, смоченной в нашатырном спирте.

– Кузов, ты дебил? – сквозь шум в мозгах долетел до меня вопрос.

– Что? – спросил я. – Чего обзываешься?

– Давай ещё, – донеслось до слуха, и в нос тут же шибанул резкий запах нашатыря.

Сознание начало проясняться, голоса же стали нормальными, а гул потихоньку затихал.

– Кузов, ты как? – задал вопрос тот же голос.

– Жить буду, – ответил я и скосил взгляд. – Значит, не приглючило.

– Нет, живая я, – ответила Машка. – Прости, но так было нужно.

– Для кого? – спросил я и попробовал встать. Не вышло, руки были связаны за спиной. – Развяжите.

– Ты успокоился?

– Успокоился, успокоился, – ответил я. – Бить больше никого не буду.

– Аркадич, – Машка кивнула на меня подбородком.

Доктор взял со стола нож и, отогнув меня от тумбочки, срезал путы. Я размял успевшие затечь кисти и попробовал подняться с пола. Меня сразу повело в сторону.

– Ладно, лучше посижу здесь, – буркнул я, снова опускаясь на пол. – Пивка не найдётся?

– Я бы не советовал сейчас употреблять… – начал было Степан Аркадьевич, но Машка уже протянула мне бутылку тёплого пива.

– Благодарю, – кивнул я после того, как залпом осушил сразу половину. – Рассказывать будете?

– Что ты хочешь услышать? – спросила Машка.

– Ну, для начала хотелось бы знать, кого я хоронил? – пожал я плечами. – Затем и про этого, – кивнул я подбородком на Лебедева, который сидел с тампонами в ноздрях. – Какого чёрта он здесь делает?

– Так было нужно, Серёж, просто поверь мне, – начала моя жена. – Если бы ты не поверил в мою смерть, то так и продолжал бы играть. А всё очень серьёзно. Мы с Колей продумали этот момент после нашей первой встречи в Кремле.

– С Колей, – скривился я. – Он уже Коля?

– Блин, Серёж, ты меня сейчас проституткой обозвал?! – усмехнулся она. – Или мы первый день как познакомились?

– Забей, просто бесит, – отмахнулся я и сделал ещё один большой глоток пива. – Кого я хоронил?

– Понятия не имею, – пожала плечами Машка. – Какую-то мертвячку. Ко… Лебедев может брать их под контроль, только ненадолго, говорит, что мощности недостаточно. Мы выловили её дня за два, хорошенько загримировали, – она остановилась, задумалась и усмехнулась. – Честно говоря, я думала, что ты заметишь подмену. Но ты так красовался, сыпал оскорблениями, что даже не понял, что на диване сидит не твоя жена.

– Угу, ты мне ещё предъяви за это, – буркнул я, но в душе кольнуло, права Машка, мой косяк.

– Вот об этом я и говорю, Серёж, ты заигрался и не видел ничего вокруг, – продолжала объясняться она. – Если бы мы тебя не остановили, притом быстро, сейчас уже не с кем было бы разговаривать.

– Да я понял уже, – огрызнулся я. – Не надо мне свои ментовские штучки вот эти.

– Я рада, – улыбнулась Машка. – А Николай, он с нами. И был с нами с самого начала. Ты же помнишь, что это он спас меня, когда всё начиналось?

– Догадался уже, – буркнул я. – Там есть ещё?

– Это хорошо, что догадался, – улыбнулась жена и протянула мне ещё одно пиво. – Тебе нужно выслушать то, что мы скажем.

– Так я вроде слушаю, – огрызнулся я.

– Нам нужно снова занять Кремль, – вступил в разговор Лебедев. – Это очень важная стратегическая точка. К нам присоединился один человек, Фонарь, он гениальный программист. Как только мы займём крепость, он сможет взять под контроль систему защиты, и тогда нас больше никто из него не выбьет.

– Почему именно Кремль? – спросил я. – Что в нём такого особенного?

– А сам не догадываешься? – задал он риторический вопрос.

– Так, – прихлопнул по столу Аркадич. – Раз я больше не нужен, пойду спать. Меньше народу, больше кислороду. А вы пообщайтесь.

– Угу, давай, дед, приятных кошмариков, – отсалютовал я ему бутылкой. – Нет, Коля, не догадываюсь, – на его имени я сделал ударение, специально выделив.

– Там вся власть в стране была сформирована, – сделал вид, что не заметил, Лебедев и продолжил объяснять. – Там всё: управление ракетами, расположение военных частей и бункеров. Вся военная и космическая мощь страны. И всё это сосредоточено в одном месте.

– Так почему же ваши меня не вышибли? – спросил я.

– Разве? – усмехнулся тот и посмотрел мне в глаза своими горизонтальными зрачками.

– Принял, – кивнул я. – Они пока в него не вошли, так что можем быстро вернуть.

– Действовать нужно быстро, – подхватила Машка. – Через час выступаем. Первыми пойдут все, кто может стрелять. Женщины, дети и старики пока останутся здесь. Как только заберём крепость, организуем эвакуацию.

– Завидую я вам, – ни с того, ни с сего произнёс Лебедев. – Если бы со мной такое моя жена провернула, я бы её реально пристрелил. А вы парой слов перекинулись и уже помирились.

– Мы когда мириться начнём, ты обязательно услышишь, – усмехнулся я. – На то и семья, чтобы направлять друг друга и поддерживать. Видимо, тебе не понять.

Лебедев хмыкнул, но продолжать диалог не стал.

Меня, как раненного, оставили в месте на квартире. Через час вся боеспособная часть народа собралась во дворе. Оказывается, наши заняли почти весь подъезд, расселившись по квартирам. Сейчас те, кто остался, перебирались повыше, чтобы в случае чего успеть свалить через чердак.

Выжили многие. Они догадались не биться до последнего. Приняли правильное решение, что лучше свалить. Но всё равно, много жизней было оставлено, пока прикрывали отход основной части населения.

Немного побродив по квартирам, командуя расселением, я вернулся в свою. Точнее, в ту, где очнулся. Постоял, покурил на балконе и отправился спать. Подчинившись старой армейской поговорке: «Солдат спит – служба идёт». Ну а что ещё делать? Воевать меня не взяли, людей распределил, часовых выставил.

* * *

С тех пор многое изменилось. Кремль успели забрать без боя. За нами приехали уже к вечеру, на двух Магнитовских фурах. Работяги быстро сообразили новые ворота, теперь уже из железа. Сейчас у нас такие везде. Мало того, под аркой Спасской башни был организован отстойник, чтобы проводить проверку на входе.

Лебедев, кстати, рассказал и показал Аркадичу, как распознать по крови иную расу. Тех самых древних, что уничтожили человечество. Почему он принял нашу сторону? Да причина проста и банальна, как вся наша жизнь. Любовь.

Ещё тогда, когда наша жизнь была проста и понятна, как нам казалось, он встретил женщину, человека. Полюбил её так, что не мог и минуту себя без неё представить. Затем брак, счастливая семейная жизнь, правда, без детей. Он даже рассказал ей о себе настоящем, а она приняла его и не разлюбила.

В тот день, когда обратилось всё человечество, он лично прострелил ей голову. У тех, кто спланировал это, не было предрассудков типа любви и сострадания. Они даже вакцинировать её не согласились, убили вместе с остальными.

Вот вдохновлённые этой идеей Машка и Лебедев решили опробовать этот приём на мне. Нелюди. Ну ничего, она у меня своё получила. А сейчас опять душа в душу живём.

– Эй, ну вы чего там застряли-то? – крикнул я.

– Да идём уже, – отозвалась Ленка.

– Не ори, – вышел следом за ней Саня, на ходу застёгивая ремень на штанах.

Не угомонятся никак, молодожёны, мля.

Глава 2. Логистика

Стрельбу мы услышали заранее. Так что к месту стычки прибыли во всеоружии. И, как оказалось, вовремя. На караван напали мертвяки. Хотя какой там караван, одна фура рефрижератора. Но это уже детали, раз торговать ехали, значит, караван.

Какого они остановились, непонятно. Но факт на лицо. Вместо того, чтобы ехать прямой наводкой к нам, эти чудилы тормознули у обочины. Ну и, само собой, мертвяки тут же воспользовались моментом.

Они облепили машину со всех сторон и загнали Хоттабыча с Вентилятором наверх. Сейчас они оба отстреливались от наседающих зомби, стоя на крыше фуры. За рулём сидел бледный молоденький водитель. Судя по его виду, в подобный замес он попал впервые. Наверняка в салоне и запашок уже присутствует.

Остановились мы метров за пятьдесят до этого представления. Ленка тут же высунулась с винтовкой в люк и, пока мы с Саней выпрыгивали из кабины, уложила троих бомжей. Она, кстати, стала отменным стрелком. После того, как Машка вернулась в наши стройные ряды, Лена донимала её просьбами дать урок. Ну, наша «мисс сиски» кого хочешь достанет, вот и моя жена не стала исключением. За год Ленка стала просто отменным снайпером. Умудрилась превзойти даже своего учителя.

Вот и сейчас, пока мы короткими очередями расчищали пространство, она планомерно уничтожала цели со скучающим видом. Спустя минуту мы уже добивали остатки, а на лице нашей снайперши появилась хищная улыбка. С чем она связана, мы поняли буквально тут же. Прозвучал сухой выстрел, и метрах в пятистах от нас с каркающим звуком свалился Прыгун.

– Красава, Ленка, – похвалил её за отличный выстрел Хоттабыч.

– Да ладно, семечки, – с довольной рожей подошла она к машине друзей. – Вы-то как в такое дерьмо вляпались?

– Да ну блин, Чума молодого за руль посадил, – ответил Веня. – Пускай, мол, учится. Ему жить в этом мире, – передразнил он своего лидера и сплюнул на землю.

– Эй, родной, – постучался ему в окно Саня. – Всё уже, успокойся, отпусти баранку. Иди ноги разомни, штаны проветри.

Все дружно поржали над Саниной шуткой, кроме самого шутника. Он осмотрел нас осуждающим взглядом и покрутил у виска.

– Вам бы только зубы сушить, а у человека стресс, – пристыдил он нас. – Давайте, помогите парня расшевелить.

Оказалось, что в кабину мы попасть не можем, потому что это чудо с перепугу заблокировало двери. Несколько минут переговоров толку не принесли, и пришлось идти на крайние меры.

Ленка обошла кабину с лицевой стороны, расстегнула куртку и подняла майку, засветив молодому свои крепкие шары третьего размера. У парня тут же прилила кровь к щекам, и он смущённо отвернулся. Но самое главное: шоковая терапия подействовала.

– Как тебя звать-то? – спросила его Ленка, когда тот открыл дверь.

– Костик, – смущённо ответил тот.

– Ты, Костик, мудак, – тут же вернула его на землю наша валькирия. – Из-за тебя могли хорошие люди погибнуть.

– Простите, я испугался, – забормотал тот. – Они начали на дорогу выпрыгивать. А как я… ну не давить же людей?

– А то, что эти люди тебя сожрать могут, тебя не беспокоит? – спросил Саня.

– Да я же не специально, – опустил взгляд в землю Костик.

– Ты впервые, что ли, с ними столкнулся? – поинтересовался я. – Первый раз за год такого чудика вижу.

– Ну да, мы с батей в деревню как раз уехали, когда всё началось, – ответил тот. – А потом так там и остались. Они с мужиками несколько раз ходили отбиваться, но нас с собой не брали.

– А к Чуме вы как попали? – спросила Ленка.

– Так это мы сами их нашли, – ответил за парня Хоттабыч. – Мы постоянно поисковые отряды гоняем. За провизией, да и так в городах ништяков много сейчас. Вот по ходу и собираем всех выживших.

– Понятно, – кивнул я. – А Чума, значит, решил сразу в пекло пацана.

– Не, ну как? – пожал плечами Хоттабыч. – Надо же когда-то начинать? Тем более, мы с опытом, в обиду не дадим.

– Да я заметил, – усмехнулся я. – Не решили бы мы вас встретить, так тут и лежали бы с опытом своим.

– Ой, да хорош, Кузов, – отмахнулся Веня. – Чё мы, первый раз, что ли, в такой ситуации?

– Ладно, воины, поехали уже, там народ по молочке соскучился. Вас ждут уже как деда Мороза, мля, – хохотнул я и пошёл к своей машине. – Саня, заводи давай, харэ зажиматься.

– У нас медовый месяц, – отмахнулся тот, но к машине всё же направился. – Имеем право.

– Иметь ночью будешь, – оставил я последнее слово за собой. – А пока ты только приказы исполняешь.

– Есть, сэр, – включил клоуна Саня и кинул зигу.

– Посэркай мне тут, – показал я ему кулак. – Заводи давай, поехали.

Машину разгружали всем миром. Точнее, всеми остатками этого мира, которые в данный момент смогли собраться в Кремле. Даже Лебедев выскочил на помощь.

Вообще, нормальный мужик оказался, я его даже залупой больше не называю. Вру, конечно, ещё как называю, особенно когда бесит. Но он уже привык к моим закидонам и внимания не обращает. Чаще даже подкалывает в ответ.

Много интересного мы от него узнали. Например, то, как на самом деле происходило заражение. А всё было настолько глобально и настолько просто, что жуть берёт.

Этих самых нанитов, маленьких роботов, распространили по всей планете. Крупные фармацевтические компании получали разрешение на производство своих лекарств при одном условии: в них обязан был присутствовать чип-маркер. Крошечная нано-схема, которая способствовала обнаружению человека в любой точке планеты.

Ну, правительство всегда чудило в данной сфере. То программу распознавания лиц замутит, то камеры по всей стране развесит. И это вроде как инновация. А фармацевтам вообще без разницы, тем более, что самая основная часть клятвы не нарушена. Это «Не навреди» которая.

Вот и поехал аспирин и анальгин по миру. Не один день длилась секретная операция. Несколько лет прошло. А в один прекрасный день выяснили, что не всё так просто в организме человека. Все эти нано-роботы должны были помочь с управлением сознания. Но не тут-то было. Иммунитет – штука сложная и, как оказалось, до конца не изученная.

При подключении испытуемых к системе управления всё получилось, но спустя год организм начал сопротивляться. А деньги уже ушли, программа запущена. И что делать? Правильно, ослабить иммунитет человека болезнью. Так получился вирус, о котором все говорят, но никто его не видел.

Системы карантинов и самоизоляций показали, что эксперимент удался и слабый организм прекрасно поддаётся управлению. Казалось бы, всё, остался последний штрих, и хозяева вскоре покажут своё истинное лицо. Да щас!

Умер первый заражённый. И вот здесь начались первые странности. Организм умер, но вернулся к жизни спустя пару часов. Группа нанитов, подчиняясь заложенной программе, захватила власть над нервной системой и приняла бразды правления в свои руки.

Вот только появился ещё один маленький нюанс. Роботу нужна энергия, а где её взять в мёртвом теле? Правильно, нужно заставить его жрать. Так и понеслась душа в рай.

А когда эти древние поняли, что смогли создать на самом деле, в их воспалённом мозгу родилась колоссальная идея. Обрушить мир одним махом, а заодно избавиться от заклятого врага. Вот тогда и приняли к действию план номер два. Отравить воду грибком, а тех, кто выживет, сожрут умершие.

Но всё снова пошло немного не по сценарию, потому как люди не всегда пьют воду из-под крана и в бутылках тоже не всегда покупают. Кто-то на родник за питьевой гоняет. А кто-то только кипячёную пьёт. Иммунитет, опять же, разный. Ну и в итоге помножилось одно на другое, а там и третье подоспело.

Короче, выжило около двух процентов Земли. И мы оказались в качестве счастливчиков. Я с женой, можно сказать, благодаря Куму, который на старости лет решил стать травником. Надо сказать, что все его примочки работали не хуже лекарств из аптеки. Что, в свою очередь, помогло свести к минимуму потребление таблеток. А воду мы всю жизнь кипячёную пьём. Вот такое вот у нас получилось счастливое семейство.

Лебедев на самом деле много чего рассказывал, какие-то схемы на бумажке рисовал, но общая суть такая. В подробности вникать начал только Аркадич. К слову, он тоже немалого добился за этот год. Лабораторию развернул, аж подойти страшно. Постоянно с пробирками носится, что-то мутит. Лебедев к нему каждый вечер ходит. Да и, помимо него, Аркадич себе народу в штат набрал. И, что характерно, сплошь лаборантки да помощницы.

Ещё у нас спец по компам и программированию появился. Некий Фонарь. Доходяга и ботан, конечно, но дело своё знает. С ним вообще смешная история вышла. Его тоже Лебедев нашёл.

Обнаружил он парня на третий день после начала заражения. Он настолько пробитый оказался, что, когда свет по всей Москве отрубили, тот, даже не задумываясь, вышел на балкон и запустил генератор. Как он с этой тарахтелкой собирался с соседями мирно сосуществовать, непонятно. Но данный агрегат у него имелся и исправно работал.

Когда напряжение начало в очередной раз мигать, а это примерно третьи сутки, Фонарь обнаружил, что весь запас бензина вышел. Вылил в бак последние капли и направился загружать гениальную программу в сеть. И вот тут снова сделал открытие: сеть отсутствует.

А что в таком случае принято делать? Правильно, звонить в техподдержку и раздавать люлей. Вот только сотовый тоже молчал. А домашний был давным давно отключён за ненадобностью.

Фонарь оказался парень не промах, сохранил все свои наработки, пока комп окончательно не умер, и пошёл на разборки в ближайший офис. И каково же было его удивление, когда, выйдя на улицу, он едва не стал обедом.

В панике вернувшись в свою квартиру и заперев дверь на все замки и цепочки, чего раньше за ним никогда не водилось, он начал думать. А что мог предложить ботан этому новому миру, кроме еды в виде собственной персоны? Правильно, гениальный ум.

Именно смекалка и позволила ему остаться в живых. Зарядив все свои гаджеты, а также собрав всё, что может светиться, по соседям, он сообразил иллюминацию на балконе.

На его счастье и удачу, в это время в этом районе находился Лебедев. Он и заметил, что в обесточенной Москве слишком ярко светится один балкон. А когда решил проверить, обнаружил там гениального программиста и системного администратора.

Ну и с кликухой долго думать не пришлось. Так и прилип к нему «Фонарь», и похоже, что тому даже нравилось. Потому что в тот памятный вечер он именно так мне и представился.

Вся его гениальность подтвердилась при первой атаке на Кремль со стороны армии МОР-а. Оказалось, что крепость напичкана системой защиты по последнему слову техники. Та самая пресловутая электризация от нашего Никифора запустила автоматическую ПВО. Но Фонарь смог оживить полноценную защиту. Организовал базу данных с опознаванием лиц и настроил её на «свой-чужой». В общем, в течение дня он сделал крепость неприступной, и это ещё не всё.

Буквально за пару дней они совместно с Никифором наладили электроснабжение в Кремле, да так, что теперь работало по всей территории. Из их разговора я ничего не понял. Там терминология такая, что уши вянут. Чистотники, фиготники, накопители, в общем, на мой вопрос: «Как вам это удалось?», я получил такой вагон информации, что почувствовал себя полным кретином.

Ну и фиг бы с ними. Красиво было на третий день, когда довольные своей работой Фонарь и Никифор распивали пиво из холодильника. Крик: «На нас напали!», подбросил всех. Только Фонарь остался сидеть на порогах и потягивать пиво со спокойной рожей.

И уже спустя мгновение мы поняли почему.

Башни открыли волшебные двери и хлестанули по врагу из крупного калибра. Площадь тут же подняла защиту против техники, перегородив проезд металлическими штырями, которые выросли из-под земли словно грибы. В общем, секунд за тридцать от нападающих остался только фарш. А Фонарь сидел и с улыбкой потягивал пиво.

Затем он показал нам схему защиты Кремля на компе, объяснил, где и как обслуживать турели. А заодно указал, где именно хранятся запасы правительства на чёрный день. Ох и напились мы в тот день от радости…

* * *

– Эй, ты куда это собрался? – окрикнул я Хоттабыча, который направился к машине.

– Как куда? – удивлённо уставился на меня тот.

– Ты еврей, что ли? – усмехнулся я.

– Это почему? – ещё больше удивился тот.

– Ну а что ты вопросом на вопрос отвечаешь? – ещё больше развеселился я.

– Кто, я? – в очередной раз выдал Хоттабыч, а затем подумал и захохотал в голос. – Ну чего хотел-то?

– Как это чего? – сделал я серьёзное лицо. – Ты как не родной прям. Остаётесь на ночь, и даже гривой своей не махай. Ну не по-человечески так. Приехал, разгрузил, загрузил и бежать сразу.

– Меня Чума там ждать будет, – изобразил сомнение на лице тот. – Орать потом начнёт.

– Ничего с ним не случится, – отмахнулся я. – На вечерней связи я его предупрежу, что это моя идея. И пусть только вякнет попробует.

– Убодал, – улыбнулся тот. – Чем займёмся?

– Ну, мы тут баньку недавно справили, порося вчера кольнули, – хитро прищурился я. – Мысль улавливаешь?

– А то! – сразу оживился тот. – Эх, умеешь ты, Кузов, уговаривать. Прям змей искуситель.

– Но-но, – погрозил я ему пальцем. – Я бы попросил, без этих ваших приколов деревенских.

Баня, она и в Африке баня. Кайф! На сегодня мы её, можно сказать, арендовали. Собрались все самые близкие. Я с Машкой, Саня с Ленкой и Хоттабыч с Вентилятором. Нет, за пару мы их, конечно, не считали. У нас все мужики нормальные. Просто больше никого на территорию банного комплекса мы сегодня не пускали.

Вообще, она работала чуть ли не круглые сутки. Народу много, и остыть печке просто не удавалось, разве что ночью. Хотя и такое тоже не всегда случалось.

Баньку огородили высоким забором, чтобы снаружи, точнее, тем, кто в крепости живёт, не было видно тех, кто здесь время проводит. Территорию выбрали небольшую, баня, беседка, мангал и маленький прудик.

Огородное хозяйство потеснить нам никто не позволил, в Москве земля на вес золота. Но вот край стены мы себе кусок площади урвали. Тем более, что и брусчатка под ногами оказалась как нельзя кстати. Под прудик, конечно, часть площади сковырнули, ну и ничего страшного. Всё же для людей.

Но вот сегодня людям сюда вход был воспрещён. Такое часто происходило, и никто особо не был против. У любого может случиться день рождения, и он точно так же со своими близкими запрётся внутри для торжества. Бывает, что интересы пересекаются, но мы умеем идти друг другу навстречу.

– Ну, Кузов, красоту какую навёл, – нахваливал Хоттабыч. – У нас, конечно, не хуже, но вы тоже молодцы, такое придумали.

– Долго, что ли, умеючи, – усмехнулся я. – Ты лучше рассказывай, как у вас там дела?

– Да как, нормально вроде, работы хватает. Чума вот решил забор вокруг посёлка поставить, – сразу подхватил тот. – Мертвяков у нас немного, мы постарались подальше в глушь отойти. Хотя какая может быть тишина в Подмосковье. Но, тем не менее, спокойнее, чем у вас. Бойцов готовим, по вашей методике. Ну и людей вот собираем по окрестностям. Думали, что все уже кончились за это время, а нет, попадаются, и ведь чем глубже в деревни, тем больше.

– Слушай, Хоттабыч, просьба у меня к тебе одна будет, – все же решился я. – Кум у меня километрах в трёхстах от столицы. Не знаю, жив или нет. Проверить бы. А то мы здесь надолго с этой войной завязли.

– Дак в чём проблема-то, ты адрес давай, поищем, – с широкой улыбкой ответил тот. – Лен, ну ё-моё, сколько можно-то?! – крикнул он в сторону нашей воительницы.

– Отвали, дед, – отмахнулась Ленка и поправила постоянно сползающую простыню. – Я тебе что, специально?

– Эх, если бы не Санька, показал бы я тебе сейчас, – расхохотался Хоттабыч.

– Вот, – подвинул я ему бумажку с адресом Кума. – Если его там не будет, то проверь здесь и здесь, но это его основной адрес. Мужик он толковый, должен был выжить.

– Не грузись, Кузов, посмотрим, – кивнул Хоттабыч, бережно свернул клочок и убрал в карман горки. – Завтра приеду и ребят отправлю. У тебя фотка-то хоть есть его?

– А как же, – ответил я. – Завтра Фонарю скажу, он распечатает.

– Добро, – согласился тот и разлил по рюмкам самогон. – Веня, ты как?

– Не, я в ваше синее братство не вступлю, и не упрашивай, – отмахнулся тот и вставил в зубы косячок, который бережно крутил всё это время.

– А я буду, – подошла Машка, которая до этого плескалась в пруду после парилки.

– Да, кстати, у нас там умелец один, пиво варить начал, – с хитрой мордой сказал Хоттабыч.

– Ой, удивил, у нас уже давно своя пивоварня есть, – отмахнулся я. – Ну давай, за то, чтоб у нас всё было и нам за это ничего не было.

Вот только жизнь, как всегда, уже заготовила для нас свои очередные сюрпризы.

Глава 3. Наших бьют

– Ну бывай, Кузов, – махнул рукой Хоттабыч. – Давай теперь вы к нам, я тебе такую баньку устрою.

– Ловлю на слове, – махнул я. – Маякни тогда, как доедете. Три часа вам на дорогу, если контакта не будет, мы за вами пойдём.

– Да за три часа я до Китая успею, – расхорохорился Костик.

Он вчера с нами вместе в баню ходил. Подвыпил, расхрабрился, Ленка ему на уши крепко села. Рассказывала, как она вначале даже пистолет не знала с какой стороны взять. И о Прыгуне не забыла, о том самом, после укуса которого она думала, что всё, обратится скоро. А он теперь петухом ходит. Хотя нет, это про другое.

– Сплюнь, Костик, – осадил его я. – И по голове своей постучи, в жопе гвоздик, мля. Кто же такие вещи перед дорогой говорит?

– Ой, простите, – сразу налился краской тот.

– Да ладно, ты, главное, в следующий раз так же делай, как в этот, – отмахнулся я.

– Да я просто растерялся, – начал было отмазываться он.

– А я не подкалываю, серьёзно говорю, – подошёл я и протянул ему ладонь. – Лучше в кабине запереться и до нашего приезда дожить. Хотя это тоже не всегда.

– Ну это, давай там, не бзди, – ударил по моей ладони Вентилятор.

Машина, мигнув аварийками на прощание, уехала, оставив после себя запах жжёной солярки. Я посмотрел им вслед, а в груди снова сжался комок с нехорошими предчувствиями.

– Ты чего встал там, как сына на войну провожаешь? – ко мне подошла жена и обняла меня сзади.

– Вот не поверишь, мать, чувство именно такое, – ответил я.

– Ладно, Хоттабыч мужик опытный, – успокоила меня она. – Справится, если что.

– Добро, – кивнул я. – Ладно, какие дела-то на сегодня?

– Ты хотел тренировку в поле устроить, – напомнила Машка. – Смотри у меня, умрёшь, домой не приходи.

– Тфу, мля, и эта туда же, – сплюнул я. – Ну кто вас за язык-то тянет?

– Эй, дядя, – постучала она мне в лоб. – Ты там с Веней вчера зачем за баню ходил? Не выветрилось, что ли, ещё?

– Ну ментяра, – покачал я головой, чмокнул Машку в нос и пошёл на полигон.

Сейчас я должен успеть к строевой, там вместе сейчас побегаем немного, потом завтрак и на выезд минут через двадцать. На сегодня и вправду запланирована тренировка на улице. Нужно проверить, как идёт работа при экстремальных условиях. Да и нельзя постоянно в тепле заниматься. Тут любой спортсмен это подтвердит. Без соревнований опыта не получить. Да что там спортсмен, любой геймер это скажет.

Вот и мы сейчас пойдём по улицам, дабы не отвыкнуть. Заодно балалайку Лебедевскую опробуем. Они там с Аркадичем и Фонарём намутили что-то. Нет, они, конечно, пытались мне рассказать, как это работает. Но там слова такие, что крыша едет.

В общем, на основе вай-фая передаётся какой-то сигнал с мобильного телефона. Там они частоту меняли, какую-то программу Фонарь накалякал. И вот теперь мы можем управлять небольшой группой заражённых. Хорошо, когда есть свой чел… хотя какой он человек, но не суть.

Работает приблуда просто – на телефоне карта местности и все захваченные сигналом мертвяки отмечены горошинами. Тыкаешь по карте, горошинки бегут туда, снизу красная кнопка с надписью «Атака». Всё. Просто, быстро и понятно, но есть и минусы.

Балалайка эта работает не далее, как на десять-пятнадцать метров. И не факт, что вообще работает. Ну и явный минус – на особых он никак не влияет. Это уже другие мутанты, там наниты как-то по-другому работают. Фонарь их вообще аватарами называет.

Про них тоже Лебедев рассказывал. И про то, почему кресты на храмах светились. В тот момент они там к особым подключаться могут. И бегают ими, как в виртуальной реальности. Именно особые могут управлять обычными зомбаками. И вот на основе этого сигнала наши головы и состряпали свою балалайку.

Про храмы он вообще какую-то чушь прогнал. Типа камень – это полупроводник, а все эти строения сделаны так, чтобы сигнал по земле передавать. Это типа мы, люди, придумали связь по воздуху, а их раса жила чуть иначе. Мы сотовые вышки строили, а они то, что мы храмами называем. Ну их, короче, с этим научным бредом. Наше дело маленькое: вломить и курить.

Вообще, всей этой кутерьмой Машка рулит. Она привыкла там у себя командовать, бумажки писать, совещания устраивать. И Лебедь такой же. Менты, они и в Африке менты.

– Давайте, орлы, круг вдоль стены и завтракать! – крикнул я, когда все наши четыре сотни бойцов собрались на площади у Царь-Колокола.

Здесь и мои, элитные четыре десятка. Бойцы запрыгали на месте, разминая голени, и гуськом потянулись на пробежку. Кто бы что ни говорил, но бег по утрам очень важен. Лёгкие работать начинают только в путь.

Сейчас мы уйдём на завтрак, а потом они начнут заниматься повседневной рутиной. Кто-то в сопровождение отправится, кто-то на посты. Некоторые так же, как и мы, в поля, на отстрел мертвяков. За прошедший год даже нанитам стало ясно, что близко к нам лучше не подходить.

Сотня бойцов сегодня вообще в дальний рейд, за боеприпасами. Машка планомерно разоряет военные части в округе. В последнее время ноет, чтобы я музей ей отдал. Складывать некуда, а всё тащит. Но тут Аркадич нашу историю спас, подсказал: «Серёжа прав, у нас дети растут, не хорошо своих предков забывать. Под нами целая сеть бункеров и тоннелей».

Вот сегодняшняя партия туда и отправится. Хотя сегодня они в рейд только собираются, а приедут не раньше, чем через три дня.

Сеть убежищ по Москве мы тоже оставили, каждый раз они пополняются. За этим строго следит Саня. Это опять же Машка ему работу придумала, прямо под его хомячью натуру. Теперь каждый день он собирает доклады о том, что было взято с убеги во время рейдов. Затем сверяется со своими остатками и, если состояние критическое, организовывает доставку.

Однажды была ситуация, когда кто-то забыл отметить сотню патронов. Так Саня ему такую взбучку устроил. Теперь он чуть ли не первым докладывать бежит.

Всё это Саня делает вечерами, а на утро уже организованные рейды идут на мародёрку. Вот только маршруты у них проходят через убежища.

Ленка бездельница, ей вообще на всё насрать, кроме её винтовок и Сани. Вот это она любит. Хотя нет, у неё тоже свои приколы. Эта безумная баба вспомнила своё старое увлечение. А была она в детстве гимнасткой.

Ох и любила она это дело. Вот только жизнь, как всегда, полна несправедливостей. А Ленка, она человек с повышенный чувством справедливости и подраться не дура. Вот и нахлестала она дочке директора спортшколы. Сам конфликт-то детский, ну что там могло такого случиться? Не поделили девки мальчика в четырнадцать лет, вот и вся история.

Так мама не захотела воспринимать ситуацию адекватно. Ленку поставили на учёт в детскую комнату милиции и выперли из школы гимнастики. И это несмотря на то, что у неё заслуги по России были. Места может и не первые, но второе-третье на каждом соревновании. Ей уже карьеру пророчить начали, а тут на тебе.

Разозлилась она тогда и забросила тренировки. А сейчас вот жажда проснулась. Решила паркуром это дело заменить. Набрала желающих и теперь гоняет вместе с ними по площадке. Да и в городе уже летает как чокнутая. И ведь всё это при наличии снайперской винтовки за спиной. Носит она её по типу рюкзака. Но зато высоту занимает на раз. Говорит, что это такой же биатлон, только без лыж и снега.

– Кузов, там Хоттабыч на связь так и не вышел, – подошёл ко мне Саня после пробежки и завтрака.

– Три часа ещё не прошли, – глянул я на циферблат дорогущих часов.

Выглядели они обычно, но когда я их с магазина воровал, ценник под ними был с шестью нулями. Я ещё, помню, взял их ради прикола, а сейчас понравились. Не мешают и время всегда с собой. Мобильниками мы сейчас не пользуемся.

– Так, Сань, ты прав, нужно за ними ехать, – наконец решился я. – Ну сколько здесь? Семьдесят кэмэ?

– Примерно, – задумался он. – Ну, если от нас считать, максимум сотня.

– Пробок нет, там только в педаль дави, – подхватил я. – За два часа должны были доехать, как ни крути.

– Я с Чумой связался на всякий, – опередил меня Саня. – Он сказал, что группа встречающих их пока не видела. Волнуется тоже.

– Мля, Саня, поехали за ними, – вскочил я. – Э, на выход все! – крикнул своим бойцам, с которыми планировал операцию на свежем воздухе. – Боевая тревога.

Мы выскочили на улицу, на ходу закидывая автомат на плечо. В Урал уже запрыгивали ребята, Саня запустил двигатель.

– Вы чего как ошпаренные? – спросил Лебедев, куривший в это время неподалёку.

– Хоттабыч на связь не вышел, – ответил я.

– Прибор возьмите, заодно проверите, – напомнил он.

– Мля, Лебедь, вот ты больше тысячи лет прожил, а ума так и не прибавилось, – не упустил я шанс подковырнуть его.

– Тебе лишь бы шуточки твои, – отмахнулся тот. – Ладно, из рейда ребят попрошу.

– Да взял я твою балалайку, успокойся! – крикнул я ему из отъезжающей машины.

На место прибыли чуть позже команды Чумы. Видимо, он тоже правильно посчитал и решил перестраховаться. И, как оказалось, не зря.

Фура лежала в обочине, завалившись на бок. Вокруг в траве валялись гильзы и трупы бомжей. Чуть дальше обнаружились два Прыгуна, Таран и Лизун. Лобовое стекло в дребезги, а кабина вся в крови.

– Кто? – спросил я у ребят Чумы после беглого осмотра места событий.

– Костик, – угрюмо ответил один из них. – Прямо в голову прилетело, его уже грузят.

Я посмотрел в сторону, куда указал паренёк. Там действительно на носилках загружали тело. Простыня в районе головы уже пропиталась кровью, а из-под неё вывалилась рука.

– А остальные? – перевёл я взгляд обратно на парня.

– Х. З. – ответил он именно так, буквами.

– Шеф, – подозвал меня один из моих. – Тут следы от колёс. Три внедорожника. Похоже, их увезли.

– Вот же, – в сердцах бросил я и ударил ботинком по кабине фуры. – С грузом что?

– Часть вывезли, – ответил всё тот же паренёк. – Но всё, видимо, не влезло. Список того, что забрали, могу скопировать.

– Саньку отдашь, – указал я на нашего хомяка, а сам отправился к Лысу.

Лыс – это мой боец, который следы внедорожников прочитал. Так-то его все Лысый зовут. Но там кто во что горазд на самом деле. Кто Лыс, кто Лысина, кто Лысян. Стандартное общение среди мужского коллектива.

Парень он нормальный, добродушный, на шутки и подколы не обижается. Порой сам такое может отчебучить, хоть стой, хоть падай. Но меня всегда забавлял этот момент, если лысый человек оказывается в коллективе, то тут же над ним начинают смеяться. Однажды я попал в компанию, которая состояла только из таких вот блестящих. Вот только про мои волосы я там шуток не слышал.

– Они в сторону Мытищ уехали, – стоя над следом, сказал Лыс. – Час назад максимум.

– Фтсиу, поехали – свистнул я своим. – Саня, давай по следу. Лыс, ты в кабину прыгай.

Оба коротко кивнули, остальные тут же запрыгнули в кузов. Всего нас приехало два десятка. Я полез туда с остальными. Своё место в кабине я отдал, ну не Ленку же переселять.

Урал рыкнул дизелем, и мы, развернувшись, сорвались с места. Ехали недолго, примерно через пять минут машина остановилась около Благовещенской церкви. Мы снова выпрыгнули наружу, Саня заглушил мотор.

– Я не понимаю, куда они дальше могли поехать, – сказал Лысый. – На асфальте следов нет.

– Ладно, давай хоть здесь осмотримся, – махнул я. – Любят они по храмам ныкаться.

Мы вошли внутрь белой красивой церкви. Внутри царило запустение. Службы давно никто не ведёт, прихожан нет. Но запах, он, наверное, ещё долго будет бродить по этим пустынным залам. Сладковатый, с примесью горчинки. Но вот нос улавливал ещё какие-то нотки, знакомые, но посторонние для этого места.

– Офигели, твари, – услышал я комментарий Фока, ещё один из моих бойцов. – Курят в храмах, уроды, – продемонстрировал он мне окурок.

– Так, смотрим внимательно, они здесь были, – сразу отдал я команду. – Лысый, смотри внимательней.

– Есть, – отозвался тот.

Мы разбрелись по церкви, внимательно изучая всё, что попадалось на глаза.

– Шеф, – Фок замахал руками. – Есть кое-что.

Я направился к нему. Кстати, кличка его означает: Физкультурно Оздоровительный Комплекс. Эта шайба занимается всем, что связано со спортом. Качается, бегает, прыгает, отжимается, даже к Ленке на паркур записался. Плюсом ко всему, постоянно лечит всех культурой ЗОЖ. Сам не курит и других задолбал.

– Вот, – протянул он мне комплект, состоящий из очков для виртуалки и перчаток с кучей датчиков и парой кнопок.

Я сразу же нацепил очки – темнота. Ничего нет. Попробовал вместе с перчатками, та же история.

– Ладно, с собой возьмём, нашим спецам отдадим, – вернул я Фоку эту приблуду.

– Шеф, кажется, они на поезде валят! – крикнул боец, оставленный на улице караулить у дверей.

И действительно, снаружи раздавался шум с пролегавшей рядом железной дороги.

– В машину, бегом, – скомандовал я и первым рванул на выход.

Догнать поезд нам в итоге так и не удалось. Нет, подобрались мы достаточно близко, вот только пришлось отвалить. С крайнего вагона по нам ударила очередь из пулемёта.

Сам поезд состоял из двух вагонов и тягача. При такой массе скорость он развивал достаточно хорошую. А гнаться за ним по пересечённой местности, да ещё под пулемётным огнём, что-то особого желания не возникало.

Остался один открытый вопрос. Зачем им понадобились Хоттабыч с Веней? Ну, раз не убили, шанс на то, что они пока живы, есть. А мы своих в беде не бросаем.

– Связь установи, – приказал я нашему радисту. – Фонаря на провод.

– Принял, – кивнул тот и начал вызывать Кремль.

Спустя минуту он протянул мне наушник.

– Фонарь, срочно со спутника посмотри, куда поезд идёт от Мытищ! – тут же крикнул ему я. – Да, поезд, мля, железный. Мудак, – бросил я в конце и вернул наушник обратно.

– Ничего, шеф, найдём, – попытался подбодрить меня Нюх, наш связист.

– Да знаю, – отмахнулся я. – Нервяк.

Мы так и сидели в машине с включенным движком, не зная, что делать дальше. Вот вроде есть цель, но куда за ней бежать? Нервное напряжение достигло апогея. Я даже вздрогнул, когда у связиста запищал сигнал вызова.

– Нюх на связи, – бросил тот в микрофон, прижав один наушник к уху. – Ага, принял, отбой. Они в сторону Щелчка едут, – доложил он мне. – Фонарь на связи будет, если что, маякнёт.

– Всё, к Щелчку давай! – имея ввиду Щёлково, крикнул я Сане в маленькое окошко, которое соединяло кузов с кабиной.

Машина тут же рванула с места. По железной дороге мы не поехали, там можно от качки голову разбить. Нам пока дорог хватало для нормального передвижения.

В Щёлкове поезд свернул и остановился в посёлке, «Горняк-2». Там сплошная промзона. Где их здесь искать, ума не приложу. Но сидеть сложа руки ещё страшнее.

Здесь у нас уже произошла стычка с мертвяками. Они полезли на нас, едва наша машина остановилась. Для двух десятков бойцов это были брызги. Толпу почти в сотню особей успокоили меньше, чем за минуту.

Поезд оказался пустой. Из него вынесли почти всё. Хотя может там ничего и не было. Но отставали мы от врага не более чем на полчаса. Они или где-то здесь, или пересели в машины.

– Лен, давай наверх, осмотри там всё, – начал я выдавать распоряжения. – А вы пока поезд осмотрите. Всё интересное сюда, потом разберёмся.

Бойцы тут же разбежались. Все знали, что им делать и как. Ленка почти влетела на вагон и принялась осматривать окрестности в бинокль. Из вагонов доносился топот и шум открываемых дверей.

– Вон они, полями сваливают! – спустя некоторое время воскликнула Ленка.

– Все на выход! – крикнул я. – После досмотрим.

Машина сорвалась с места в погоню за точно таким же Уралом. Нас затрясло, а уже через мгновение по нам начали бить очередями.

– Смотри, что я там нашёл, – протянул мне Фок какую-то коробку с тумблерами на крышке.

– Потом, Фок, – отмахнулся я.

– Не, ты очки одень! – с улыбкой прокричал тот.

Я с непониманием принял от него очки для VR, а краем глаза приметил, что из коробки раздаётся гул и голубоватое свечение. Одев очки, я обалдел, внутри была надпись: «Аватаров в радиусе пятидесяти метров не обнаружено. Проследуйте к ближайшему усилителю сигнала».

– Это что за чертовщина? – поднял я глаза на Фока. – Ладно, потом разберёмся, давай вначале наших отобьём.

Глава 4. Ну и штучка

Очередь по колёсам, и грузовик начинает вилять задом. Через мгновение уже летит боком, заваливается и с грохотом падает. Саня давит тормоза в пол, а через мгновение грохот пуль и звуки пальбы заставляют вжимать голову в землю.

– Вон они! – крик Ленки и несколько одиночных плевков из её винтовки. – Хоттабыч, падай, мать твою.

Началось месиво. Что с нашей стороны, что со стороны врага шла беспорядочная стрельба. И если в правильном режиме боя очереди короткие, прицельные, то сейчас свинцом поливают, пока патроны не кончатся.

Я засел спиной к колесу и попытался сообразить, что делать дальше. Мне даже носа высунуть не давали. Из-под капота нашей машины уже валил пар, а кабина выглядела словно дуршлаг. Ленка распласталась по земле и вжимала голову в землю буквально в полуметре от меня. Её тоже прижали конкретно, и, кроме тех первых выстрелов, больше огонь не вела.

Из двух десятков наших бойцов в живых осталась едва половина, и сейчас они точно так же вжимались в землю или пытались спрятаться за машиной.

– Они уходят! – крикнул Саня.

Я попытался высунуть рожу из укрытия и едва успел спрятаться. Пуля вжикнула рядом с ухом, у меня даже волосы шевельнулись. Взгляд опустился на руки, я до сих пор сжимал очки и перчатки. Коробка с тумблерами и голубоватым свечением валялась неподалёку. Видимо, Фок, когда выпрыгивал из машины, бросил её на землю, чтобы не мешалась.

За каким-то хреном я всё же решил нацепить очки ещё раз. Ну а что ещё делать, если всё равно высунуться не дают. На этот раз надпись сменилась.

«Найден один аватар. Подключиться? Да/Нет».

– Мля, и как выбрать? – пробормотал я.

– Кузов, мать твою, ты что, офигел? – закричала Ленка. – Нам трындец, а он в игрушки играет.

Я приподнял очки и осмотрел перчатки, на них имелись маленькие кнопки, расположенные на указательных и средних пальцах. Подумав, я натянул их на руки и принялся щёлкать все по очереди. Видимо, что-то я сделал правильно, потому как, надев очки, немного опешил. Картинка мира изменилась.

В очках окружающие предметы были видны как рисунок карандашом. Только белыми линиями на тёмном фоне. Но всё равно было видно, что происходит. Я надавил кнопку на правом указательном пальце, и изображение начало двигаться навстречу. Попробовал то же самое на левом – так, это назад. Средний правый – над полем пролетел крик драного кота, и картина вокруг приобрела яркие очертания. Ну и последняя кнопка…

– Прыгун! – услышал я крик Сани.

– Не стреляй, это я! – быстро крикнул я в ответ.

– Афигеть, – выдохнула рядом Ленка.

Стрельба начала стихать, но высунуться нам так и не давали, любую попытку тут же пресекала короткая очередь. Но за сотню с лишним метров вести прицельный огонь не так-то просто. Хотя это не означало, что можно выбежать и поливать очередями от бедра, словно Джон Рэмбо в кино.

Тем временем, я более или менее привык к управлению и начал продвигаться в сторону противника. Прижимаясь к земле, я пошёл по большому кругу в обход. Перед глазами замигала надпись: «Внимание, вы превышаете зону охвата. Вернитесь назад. Связь с аватаром может быть разорвана».

– Мля, – выругался я, но рисковать не стал и сократил дистанцию. – Лен, как только я выпрыгну, начинайте их валить.

– Поняла, – бросила она в ответ.

Я ещё раз нажал на кнопку крика. Картинка быстрой волной пробежала во все стороны, делая изображение более чётким. Мне сразу же удалось рассмотреть фигуру человека с пулемётом. Он распластался по борту лежащего на боку Урала. Зажимаю прыжок и развожу руки в стороны. Мой аватар прилетает чётко на спину стрелка, а я свёл руки так, будто пытаюсь пробить рёбра своей жертвы.

Крик со стороны засевшего противника разлетелся по всей округе, а я тут же снова повторяю комбинацию крик и прыжок.

С нашей стороны уже раздаются хлопки выстрелов. Зрением прыгуна я могу охватить всё, что происходит вокруг. Понятия не имею, как работают эти очки, но я могу видеть на триста шестьдесят градусов. Вижу, как выстрелами слизнуло двух стрелков, которые повернули в мою сторону свои автоматы. Это сто процентов Ленка прикрывает.

А я понимаю, что не достаю прыжком до своей цели, и наношу удар лапой в район горла. Безликий рисунок человека хватается за рваную рану, а я уже снова нажимаю знакомую комбинацию. Фокусирую взгляд на человеке, который спрятался с другой стороны машины. Приземляюсь на кабину, жму кнопку вперёд и наношу удар рукой сверху вниз. Звуковая волна ещё не угасла, и я увидел, как из пробитой головы что-то брызнуло.

Снова прыжок, и…

«Связь с аватаром утеряна. На расстоянии двести метров аватара не обнаружено. Пройдите к ближайшему усилителю».

– Мля, да где вам его взять-то? – возмутился я и резко скинул очки.

Картинка вокруг сменилась одним махом. Резкие, яркие цвета природы словно кувалдой ударили по глазам. Мир вокруг пошёл каруселью, и я вывернул содержимое желудка себе на грудь.

– Эй, Кузов, ты как? – услышал я Ленкин голос и понял, что сижу с закрытыми глазами.

– Вроде нормально, – приоткрыл я маленькую щель в мир красок. – Кажется, слишком резко снял.

– Дай мне попробовать, – сразу схватилась она за очки.

– Да там нет больше никого, – сказал я и отдал ей очки.

Ленка сразу прижала их к глазам, немного постояла и бросила мне обратно.

– Фигня какая-то, – расстроенным голосом произнесла она. – Ты чуть Хоттабыча не порвал.

– Это ты, что ли, меня? Того… – спросил я, покрутив пальцами у виска.

– А кто? – с важным видом она кивнула подбородком в сторону моих бойцов. – Эти, что ли?

– Так, ты на моих ребят клювом не щёлкай! – обрезал её я. – Доложить о потерях, – выкрикнул я приказ.

– Пять двухсотых, семь трёхсотых, – долетел голос Фока. – Один из семи тяжёлый.

– Мы машину сможем на ход поставить? – я наконец поднялся на ноги и принялся травой счищать блевотину с костюма.

– Нет, – ответил Саня. – Нашей точно капец, а их Урал мы даже всей толпой не перевернём. Да и у него, вон, поддон пробитый.

– Нюх, что со связью? – спросил я радиста.

– Устанавливаю, – ответил тот.

– Шевели булками, – кивнул я. – Пусть машину сюда гонят, бегом.

Ребята уже помогали друг другу с ранениями. Сразу трое склонились над тяжёлым. Аркадич строго спрашивал с нас за полевую медицину. Видимо, сказывалась его привычка каждый день, кроме воскресенья, вести лекции. И явка была обязательна у всех.

Он дважды в день собирал по сотне человек и проводил занятия. Получалось так, что присутствовали все, примерно раз в неделю. Он даже зачётки мародёрам заказал. Мало того, пока ты не сдал ему зачёт, периметр Кремля покинуть невозможно. Вот такая вот картина мира.

– Хоттабыч, ты как? – спросил я, подойдя к другу.

Тот сидел задом на травке, прислонившись спиной к Уралу МОР-овцев. Нога перевязана, распоротая штанина висит по обе стороны ноги. Но вид нормальный, не бледный.

– Они Веню убили, – поднял тот на меня глаза, полные слёз. – Вентилятора нашего, Кузов. Да чтоб их там в аду зажарили.

– Вот черти, – сразу поник я и опустился на траву рядом с другом. – Как же так-то, а?

– Да фиг знает, – ответил он. – Нормально ехали, молодой развеселился, анекдот травил. Потом затих резко, я смотрю, а у него голова в щепки. Машина с дороги полетела, ну и мы вместе с ней. Очнулись, а нас уже эти возле церкви выгружают. Ящики вот эти в машину вместе с нами, и ходу.

– А Веню как? – тихо спросил я.

– В голову стрельнули, когда тот напасть попытался, и вся недолгая, – так же тихо ответил тот.

– Моих тоже пятеро легло, – вздохнул я.

– Четверо, они Веню тоже посчитали, – сказал Хоттабыч и смахнул слёзы рукавом. – Ладно, нечего сопли жевать, сейчас наши уже скоро приедут.

– Там Чумные скорее раньше будут, – покачал головой я.

– Сами вы… москали, – огрызнулся он. – Хотя я теперь с вами останусь. За Веню, – последнее он произнёс сквозь зубы.

Но первыми, как я и полагал, приехали люди Чумы. Они тут же скинули бойцов и загрузили в машину всех раненых. Умчались в Кремль, а нас уже должны были подобрать мои Уралы. Они появились примерно через двадцать минут.

Покидали оставшееся целым и разбитое оборудование в кузов. Запрыгнули сами и, подвывая коробкой, поехали домой. Сегодня похороны. Снова прибавится могил в парке у Кремлёвской стены. Веня, кстати, хотел, чтоб его похоронили как Машку. Ну, в смысле, когда я думал, что её убили. Короче, перед соборами сегодня будет полыхать костёр.

– Серёж, не убивайся ты так, – ко мне подошёл Аркадич. – То, ради чего они погибли, свело на нет всё преимущество Мортов.

Мы уже давно называли расу врагов этим словом. Оно как-то само пришло на язык. Однажды кто-то в разговоре произнёс его, и все сразу поняли, о ком речь. А затем название разлетелось по всем. Скорее всего даже за пределами наших общин древних называют именно так. Не удивлюсь, если и они делают точно так же, в смысле, Морты.

– Я это понимаю, Аркадич, – ответил я. – Но мы с самого начала вместе. Я даже по бойцам своим так не скорблю, и от этого ещё противнее.

Тот молча вздохнул и протянул мне пластиковый стакан. Затем достал бутылку с самогоном из кармана пиджака и налил немного обоим. Молча выпили.

Огонь полыхал так, что за ним не было видно храмов. Жар от него обжигал лицо, но мы молча стояли, даже не пытаясь отодвинуться. Веню знали и любили все. Несмотря на его пристрастие к природному кайфу. А может быть он именно от него и был такой добрый. Да, не особо разговорчив. Зато всегда помогал без вопросов.

– Как думаешь, зачем они им нужны были? – спросил я. – Ведь то, как всё произошло, говорит о том, что их ждали.

– Я уверен в этом, – согласился Аркадич. – Не просто ждали, они знали, какой дорогой они поедут.

– Думаешь, кто-то сдал? – посмотрел я на него. – Лебедь, это точно он.

– Нет, Серёг, – покачал он головой. – Просто нужно иногда менять маршруты. А мы как накатали дорогу покороче, так и гоним по ней колонны.

– Я понял, Стёп, – опустил я голову вниз. – Понял.

Утром я ввалился на общее совещание. Машка как раз раздавала распоряжения.

– Всё, сегодня никто никуда не едет, – остановил я планёрку. – Пока мы не разработаем маршруты, никого из Кремля не выпустят.

– Серёж, а ты не перегибаешь? – совершенно серьёзно спросила Машка, без какого-либо намёка на конфликт.

– Нет, Маш, – ответил я. – Вчера нашу машину ждали. А всё потому, что мы гоняем по этой дороге туда-сюда, как будто в мирное время живём. Вот только у нас война, и об этом забывать не следует.

– Я поняла, – кивнула Машка. – Так, господа. Все точки останутся прежними, но все выезды теперь должны быть согласованы с военными.

Началось недовольное бормотание.

– Гул убили, – резко бросил я. – Или жить надоело? Может хотите сами в машины сесть? Завтра возобновим работу логистики. Маш, скинь Сане свои точки, мы к завтрашнему дню недельные маршруты разработаем.

– Пусть зайдёт, – кивнула она.

Я точно так же изобразил кивок и вышел из кабинета. Сейчас подберу человека на роль оператора такси и к Аркадичу. Он там решил эксперимент провести. Лебедев рассказал, что это за штуки и как они работают.

Если установить такой ящик в храме, то связь с аватарами станет почти безграничной. Есть своя особенность: каждый такой ящик настроен на определённый тип особых. То есть если я управлял Прыгуном, то значит, моё оборудование будет работать только с ними.

Нам удалось заполучить аж три таких коробки. Наборов для VR имелось для пяти. Но два блока управления были убиты выстрелами. Точнее, убитых было три, но Лебедев показал, как заменить повреждённые детали. И Фонарь с Аркадичем восстановили из убитых одну.

Начинка оказалась очень необычной. Аркадич долго восхищался логикой Мортов. Его очень удивляло решение использовать энергию таким путём. Для логики человека это было невозможно.

Внутренности коробок совершенно не содержали металла. Все детали были выполнены из камней различной твёрдости. Только корпус был сделан из пластика. Маленькие микросхемы из алмазов плотно подгонялись в ячейки на материнскую плату. А она, в свою очередь, представляла собой изумрудную пластину. Там были и рубины, и сапфиры, и все они представляли собой искусственносозданные камни. Они изначально печатались такими, как мы их видели сейчас.

Аркадич долго рассматривал алмазную горошину под микроскопом, при этом ничего, кроме мата, вслух не произносил.

– Фонарь, ты посмотри, они процессор тоже из углерода создали, только без металлов, – наконец оторвавшись от глазка, произнёс Степан Аркадич.

– Я не пойму, как они это всё запитали, – с таким же восторгом ответил Фонарь.

По-моему, он даже не услышал того, что ему только что сказал доктор. Они как дети разбирали осколки и пытались понять работу неизвестного механизма.

– Короче, вы такое сделать не сможете? – спросил я.

– Я тебя умоляю, – скорчил рожу Фонарь. – Нужно просто разобрать уровень сигнала и код. Ты мобилу пробовал?

– Нет, – ответил я и посмотрел в потолок. – А когда, блин, там как началось, не до неё было.

– Да я понял, – отмахнулся тот. – Ладно, разберёмся. Мы ещё в рейды такие раздали, не работает там что-то. Но теперь мы с этим разберёмся, с такими-то штуками.

Вот сегодня Лебедев должен показать, как это всё работает. Сам установит, подключит и объяснит, что куда идёт. И пока эти игрушки ценнее всего, что у нас есть. Надеюсь, наши спецы смогут собрать точно такие, но на наших, человеческих разработках. Ну ведь не совсем мы конченые, один раз уже Мортов нагнули.

Ленка прибежала в собор самая первая, очень ей хотелось побывать в шкуре особого. По словам Лебедева, нам достались Таран, Прыгун и Лизун. Как по мне, так самые нормальные. Их тактику и движения хотя бы можно было понять. А вот что, например, делать с Прапором или тем же Чмошником? Ну не знаю, не очень полезные мутации. Вот Качка бы заполучить, это было бы сильно.

Вот только нам и так сильно повезло. Плюс ещё в том, что они не на своём языке все надписи сделали. А то разбирались бы сейчас, что это вообще за дерьмо такое. Языковой барьер – тот ещё фактор. Но за все те века, что прошли, знания затерялись. Ведь всё это время им приходилось общаться на равных и прятаться. Хотя может быть именно мы общаемся на языке создателей.

Как-то раз, когда я, как всегда, подкалывал Лебедева насчёт его возраста, он психанул. В итоге всплыла ещё одна правда. Живут Морты вовсе не вечно, дольше нашего, но не так, чтобы сильно. Два века считается долгожительством. Грубо говоря, как и у нас старушка лет на сто пять. А средний возраст: сто – сто пятьдесят лет. Если учитывать наш, то раза в три превышают.

Наши долгожители – это скорее следствие смешения крови с древними. Изначально мы были созданы так, чтобы заканчивать свой путь в пятьдесят-семьдесят лет. Да много чего он поведал в тот вечер, когда я узнал, что Машка жива. Много выплывало после. Ведь сразу всё не упомнить.

Лебедев выставил приборы на полу храма так, чтобы они заняли места под световым барабаном купола храма. Затем установил полированную прозрачную каплю в центре. Мы всю голову изломали, что это за хрень, когда думали, загружать её с собой или это просто туфта ненужная. Оказалось, что вещь архиценная.

После этого он включил тумблеры на коробе. Они, к слову, тоже были выполнены из камня, только чёрного. Работали на поворот между отметками «Вкл» и «Выкл». Шар в центре завибрировал, и вибрация эта вначале превратилась в гул и отдалась лёгким зудом в ступнях. Воздух вокруг мгновенно запах озоном, а шар налился тусклым голубоватым свечением. Точно таким же загорались коробки, или, как их назвал Фонарь: «Щебёночный сервак».

– Можете играться, – с кривой ухмылкой произнёс Лебедев. – Всё готово.

Ленка отобрала у меня Прыгуна, сразу заявив, что у неё опыт паркурщика круче моего. Саня взял себе Лизуна, ну а мне достался Таран.

Глава 5. Да будет свет

Мир снова поменял краски. Изображения предметов приняли белые контуры. Я попробовал кнопки, как и в прошлый раз, управление осталось прежним. Вперёд, назад, повороты при помощи головы. Крик, который похож на гудок паровоза, сделал мир более ярким. Вот только на этот раз вокруг присутствовали обычные заражённые.

Они тоже отреагировали на призыв и толпой рванули туда, где я сфокусировал свой взгляд. И пока волна яркости не угасла, они полностью подчинялись мне. Рядом кто-то приземлился, я повернул голову, и снова сюрприз. Радом приземлился Прыгун, полагаю, что сейчас в нём сидела Ленка. Но видел я его отчётливо. Нет, точно так же, контурами, но яркими, даже какими-то золотистыми линиями. Присмотревшись к мертвякам, я заметил, что их контуры тоже были золотистого цвета.

– Лен, это ты? – спросил я вслух.

– Догоняй, – услышал я её голос, а мой аватар получил затрещину когтистой лапой.

Крик Прыгуна окрасил яркими линиями мир вокруг, а сам хозяин широким прыжком влетел на стену. Новый вопль, и Ленка, отталкивая своего аватара от стены, ушла ещё выше. Свободным ухом я услышал её коронное: «Юу-ху-у!», которое эхом разлетелось под куполом храма.

Я взревел паровозом и рванул вслед за Прыгуном. Рывок оказался не такой, как я ожидал. Когда впереди замаячил столб, свернуть с траектории движения не получилось. С гулким стуком я врезался в него, мой аватар отпрянул, и мне пришлось приложить усилие, чтобы не завалиться. Однако столб не выдержал такого надругательства над собой и с хрустом повалился на дорогу.

Тут же подоспели и мертвяки, они среагировали на моё направление, а звук падающего столба сработал дополнительным шумом. Они накинулись на бетонную конструкцию, но быстро поняли, что поживиться здесь нечем.

Ну теперь хотя бы понятно, как всё работает. Механика проста, как мозг поросёнка. Сейчас бы ещё врага какого отделать. Да где же его взять.

Рядом снова что-то шмякнулось и издало квакающий звук. Я посмотрел на Саню, – а это был его аватар, – и точно так же, как совсем недавно сделала Ленка, отвесил ему леща.

Вообще, я хотел пошутить, но вышло чуть иначе. Он моего подзатыльника, а точнее пинка, аватар Санька умер. Язык раскатился по дороге, словно пожарный шланг.

– Мля, Кузов, ну зачем? – обиженным голосом произнёс Саня в реальном мире. – Я и так еле до вас доскоблил.

– А как ты узнал, что мы здесь? – тут же спросил я.

– Ты зажми обе кнопки движения, и поймёшь, – ответил тот.

Ну я и попробовал. Мир вокруг изменил очертания. Точнее, он просто пригасил свои контуры, а я вдалеке увидел золотистую фигурку, которая прыгала и кувыркалась.

– Понял, а если другие две зажать? – спросил я и одновременно ткнул кнопку голоса и атаки.

Ничего особенного не случилось, мой аватар взревел и рванул куда глаза глядят. Дверь подъезда прогнуло дугой, а мне снова пришлось ловить равновесие. Я помахал руками, попеременно нажимая кнопки взад и вперёд. Вроде удержался.

Была у Тарана одна неудобная вещь в управлении. Передние лапки были маленькие. Как у того динозавра, который Ти-рекс. Так вот, чтобы нанести удар, нужно было зажать кнопку движения и махнуть рукой. Тогда мой Таран отвешивал знатного пинка. По крайней мере, жабья голова Сани чуть не отлетела.

Игрались мы долго. Саня тоже более или менее привык к своему Лизуну. У него были свои плюсы. Да, может быть он и был медленный, но зато карабкался по стенам и потолкам словно муха. Да и язык у него стрелял метров на десять.

Врагов мы так и не обнаружили, так что через какое-то время Фонарь дал команду отбой. Я заранее предупредил друзей, чтобы те не скидывали резко очки. Поэтому, покинув своих аватаров, мы немного постояли с закрытыми глазами. Помогло, возвращение вышло не таким тошнотворным, как в прошлый раз.

– Ну, что скажешь? – спросил я нашего спеца по компьютерам. – Сможешь создать подобное?

– Ну вот такое точно нет, – указал он пальцем на светящиеся коробки и сферу. – Но наши, человеческие технологии умеют не хуже.

– Так а я тебя о чём? – спросил я. – Сможешь, или нет?

– Тут, понимаешь, есть свои нюансы, – начал Фонарь свою песню.

Дальше понеслись термины типа серваки, частота сигнала, айпи и многое другое.

– Это он с кем сейчас разговаривал? – повернулся я к друзьям. – Алё, Фонарь, Аркадич немного правее.

Тот отмахнулся от меня, но тут же переключился на уши доктора. А мы отправились на выход. Война войной, а обед по расписанию. А наука пусть сама там разбирается. Мы всё равно больше половины не понимаем из того, что они говорят. А в их работу вникать – ну уж нет. Как говорится: Кесарю – Кесарево.

После обеда прибыл Чума. Вначале вставил пистон своим, а затем попытался сделать то же самое со мной. Осадил я его быстро, а потом ещё и сам ему выдал, прямо по первое число.

В итоге всё одно договорились. Теперь каждый маршрут согласовывается. Чтобы не светить информацией, каждому такому направлению присвоили номер. До вечера разработали все важные направления, те, которые являлись первоочерёдными.

В ночь Чуму, конечно, никуда не отпустили и после нескольких «рюмок чая» оставили в Кремле.

Вообще, жизнь у нас стала стабильная. Машка умеет налаживать подобные процессы. Если уж за что берётся, то гаси свет. Вот вчера разобрались с маршрутами, и с сегодняшнего дня опять начнётся рутина.

Война у нас тоже так себе. Было бы проще, если бы Морты напали. Там хоть понятно, что делать. А так, мелкие стычки, и то чаще всего случайные. В общем, скучно мне.

– Кузов, – подозвал меня Лебедев. – Дело есть.

– Там насрали, надо съесть, – пробормотал я, но игнорировать Морта не стал.

– Что? Ты что-то сказал? – не понял тот моего бормотания.

– Не-не, всё нормально, – улыбнулся я. – Чего там у тебя случилось опять?

– У меня полный порядок, – отмахнулся тот. – А вот у врагов наших, похоже, проблемы могут нарисоваться. Фонарь перехватил переговоры.

– Так, – сразу оживился я. – Ты говори толком, куда ехать и кому шею ломать. Засиделся я.

– Да там не факт, что ломать придётся, – улыбнулся тот. – Фонарь хочет ваше оборудование в деле испытать. В общем, он знает, где сейчас древние.

– Вот вечно ты так, Лебедев, весь кайф обламываешь, – сразу скис я. – А может кого другого в костюмы нарядите? А мы с ребятами попробуем тактику Мортов поработать. А?

– Хм-м, слушай, неплохая мысль, – задумался тот. – Давай, пошли к Фонарю.

Договорились быстро. Все сразу подхватили эту идею, и тут же началась беготня и суета. Акцию планировали на обеденное время. Морты как раз собирались вычистить один из складов с провизией. Мы уже давно приметили это место и считали его своим.

Два огромных ангара, которые в мирное время принадлежали компании «Тандер», ну или «Магнит». Тот же хрен, только в профиль. Так вот, эти ангары под завязку были заполнены крупой, макаронами и другой сыпучкой.

Эти склады мы не трогали по одной причине: смысла пока не видели. Построены они по всем правилам долгого хранения, с пассивной вентиляцией и ещё какими-то наворотами. Может грызуны и подпортили часть продукции, но ничего, мы перетрясём и переложим. Вот только у нас таких условий не создать.

И тут, значит, эти Морты решили, что склад ничей. Вот только они ошиблись. Машке уже подсказали, где можно организовать дополнительные помещения. Со дня на день мы сами уже собирались вывозить из ангаров провизию. Ну, теперь есть повод повеселиться.

– Саня, ты как? Будешь в лягушку наряжаться или со мной? – спросил я. – С этой полоумной всё понятно, – махнул я рукой на Ленку, а она в ответ показала мне язык. – Пока не наиграется, так и будет прыгать.

– Я, пожалуй, с тобой, – улыбнулся Саня. – Автомат привычней чужой шкуры.

– Вот, слова не мальчика, но мужа, – хлопнул я его по спине. – Хоттабыч, ты как?

– Я на сто процентов с вами, – сжал кулаки тот. – Буду душить ублюдков за Веню.

– Понятно, – кивнул я и продолжил шёпотом на ухо Саньку. – Этот, похоже, тоже поехал.

– Я всё слышу, – сказал Хоттабыч, оказывается, он тоже склонился, чтобы послушать, что я там шепчу.

– Да? Ну нормально, – отмахнулся я. – Так, берём десяток моих, и в путь.

Все дружно кивнули, принимая план, как основной.

Обедать решили пораньше, чтобы не носиться с оружием на полный живот. Да и сам обед был ни туда, ни сюда. Вроде недавно завтракали, и есть особо не хотелось. Все, конечно, понимали, что через час желудок будет готов сожрать сам себя. Поэтому через силу покидали в живот пищу и пошли вещи собирать.

Наконец загрузились в машину. Моё настроение сразу приподнялось. Появился задор, какой всегда бывает перед боем. Раньше я этого не понимал, просто делал своё дело. Машка часто говорила, что я адреналиновый наркоман. Я отмахивался, мол, не про меня такое. А оказалось, что ещё как.

На точку решили подходить вместе с толпой. Фонарь поднял дроны, и сейчас эти стальные птицы с автопилотом кружили над будущим полем боя. Как только враг объявится, мы сразу же начинаем действовать.

Наши уже влезли в шкуры аватаров и скорее всего лазают где-то неподалёку от точки. Мы подъедем чуть позже и ждём сигнала в машине.

Руки вспотели, меня начало потряхивать. Так всегда бывает перед началом. Стоит мне покинуть машину, мозг сразу станет холодным и расчётливым. А азарт сделает всё остальное.

– Кремль Кузову, приём, – раздалось из станции Нюха.

– Кузов на связи, приём, – ответил Нюх.

– Груз прибыл, встречайте, конец связи, – сквозь треск помех поступил сигнал о начале операции.

Тут же на капот нашей машины приземлился Прыгун. Саня схватился за автомат, но вовремя одумался. Особый повернулся к нам и посмотрел в лобовое стекло, затем показал средний палец и, крикнув, как драная кошка, в один большой прыжок исчез с глаз.

– Больная, – с доброй улыбкой произнёс Саня. – Капот помяла.

– Погнали, Сань, что сидим? – я заглянул в салон. – Давай, давай, время.

Бойцы построились в боевой порядок, поделившись на тройки. В бою не участвовал только Нюх. Он связист, это не его дело. Вот если бы на нас напали, тогда не вопрос, а сейчас он нам для другого нужен.

До склада небольшой марш-бросок, примерно с километр. Дальше разделились на две команды, по шесть человек, и начали обходить склад с двух сторон.

У ворот уже началась стрельба, Морты отбивались от заражённых. На крыше одного из ангаров сидел Лизун и периодически поросячьим визгом направлял на врага очередных зомби.

Вот сейчас я понял, чем так хорош Чмошник. Его хоть под пули подставь, хоть когтями порви – эффект будет. Толпа появится сразу и в нужном количестве. А пока три особых, выкрикивая боевой клич, переправляют слабый ручей мертвяков в сторону Мортов.

Вот только для них это семечки, в шесть стволов они лихо успокаивают эти жалкие потуги. Мало того, успевают ещё и машины загружать, и на крышу ангара посматривать. Одна ошибка со стороны Лизуна, и только язык сверху повиснет.

Нас не ждали, но Морты здесь не на свидание пришли. Они были уже в полной боевой готовности. Хоть наше появление и было сюрпризом, встретили нас грамотно.

Едва я высунулся из-за угла, тут же пришлось упасть на землю. Стены ангара не спасут от автоматной пули.

– Нас прижали, – тут же пришёл доклад от второй нашей группы.

– Принял, жди, – отозвался я. – Атака вместе с Лизуном.

– Есть, – вернулся ответ.

В это время сверху раздался поросячий визг, и аватар слизнул Морта с места пулемётчика. Правильный выбор, видимо, кто-то из моих сейчас в этой шкуре. Вместе с этим криком я прокатился по щебёнке и открыл огонь из положения лёжа.

Две коротких очереди, и со стороны Мортов уже минус. Точно такой же манёвр провели ребята из второй группы. Морты сразу же побросали мешки и бросились врассыпную. Кто-то двумя одиночными с их стороны сбил с крыши Лизуна.

И вот здесь на помощь пришли Прыгун и Таран. Ленка, не останавливая прыжок, оторвала голову только что освободившемуся пулемётчику. Тут же оттолкнулась от стены ангара, оставив на нём глубокую вмятину, и нырнула в лагерь Мортов.

– Вперёд, – скомандовал я, но смысла в этом особо не было.

Мои ребята и так знали, что и когда делать. К голосовым командам прибегали только в крайних случаях. И то только затем, чтобы после от меня по шапке не получить.

В два ручья мы выскочили из-за ангаров и, пока оборона Мортов занималась Прыгуном, начали поливать противника свинцом. А в это самое время с воем мимо нас пролетел Таран. Он вошёл на скорости шестьдесят километров в час в группу Мортов, которые заняли круговую оборону и прятались за мешками с мукой.

Мучная пыль разлетелась облаком, скрывая происходящее внутри. Судя по звукам, которые оттуда прилетали, там точно не детский утренник проводят. Прыгун разодрал горло третьему подряд Морту и налетел на удар прикладом. После чего аватар Лены просто изрешетили в упор.

Вот только мы всё это время не попкорн жевали, а планомерно отстреливали всё, что шевелится. В итоге весь бой занял не более двух минут. Если считать с самого начала, когда мы только высунули носы из-за ангара. Таран помахал нам маленькой лапой и с воем умчался прочь.

– Ну что, залупоголовые, – обратился я к двоим Мортам, которые сейчас стояли на коленях, закинув руки за голову. – Давай, Саня, пеленай утырков.

Тот кивнул и пошёл выполнять команду. Сцепив руки за спиной полицейскими наручниками, он стянул им ноги пластиковыми хомутами. Затем пропустил пару хомутов через цепочку и притянул руки к лодыжкам. Раньше полицаи называли это ласточкой. Из такого положения не так просто выбраться, если это вообще реально.

Я подошёл к первому и скинул с него шлем.

– Ты человек, что ли? – как-то сразу опешил я. – Да как так-то? Зачем?

Я повернулся ко второму, скинул шлем с него и тоже не заметил ни одного признака Мортов. Даже в глаза обоим посветил.

– Да вы что, мужики, офигели, что ли? – я смотрел им прямо в глаза. – Мы же враги. Неужели вам так хочется жить на правах рабов?

– Кузов, здесь почти все люди, – доложил Фок. – Два Морта только, видимо, старшие. У одного Ленка башку куда-то выбросила, не знаю, кто он.

– Ладно, пакуйте этих, – указал я на пленных. – Будем им внушение дома делать.

Двое бойцов смотрели на меня с вызовом. Гордые, наглые взгляды. Так очень часто ведут себя горцы, когда попадают в плен. Я видел, знаю. Но у этих рожи абсолютно славянские. Что с ними не так? Почему они прогнулись под Мортов? Они же нас всех уничтожили, ну, почти всех. Да какая разница, они устроили геноцид, и этот факт автоматически превращает их в заклятого врага. Или я что-то не понимаю?

Ладно, приедем домой, побеседуем. Бить мы их не будем, смысла нет. Аркадич голова, давным давно уже какой-то коктейльчик замутил. Так он кому хочешь язык развяжет. Мы на Лебедеве даже испытывали, нет, с его согласия, конечно. Нужно нам было проверить. Именно под этим снадобьем он и поведал нам свою историю любви и трагедии.

А эти хлопчики наши. С такими и обычного скополамина за глаза. Разберёмся, короче.

– Кузов Кремлю, приём, – сделал запрос Нюх.

– Кремль на связи, – отозвалась рация. – Доложите ситуацию, приём.

– Один трёхсотый, лёгкий, два языка. Склад опечатали, можете планировать вывоз, как поняли, приём.

– Принял, – отозвалась рация. – Двигай домой, конец связи.

– А что, на гулянку не поедем? – съязвил я, крикнув на всю машину.

– Не понял, повторите, приём, – раздался голос Лебедева.

– Не обращай внимания, Кремль, конец связи, – ответил Нюх и выключил станцию.

– Предатель, – буркнул я, но с довольной рожей.

Впрочем, ребята тоже сидели вполне счастливые. Трёхсотым у нас оказался Фок. Нет, его не пулей зацепило и не зомби, он просто упал удачно. В тот момент, когда по нам открыли огонь, он не просто упал на землю, а решил нырнуть. Ну вот харю себе о камень и расквасил.

– Ну что, поехали, что ли? – к нам повернулся Саня. – Или что? Ещё посидим и побеседуем?

– Заводи давай, майор, – бросил я ему в ответ. – Больно разговорчивый стал, смотрю.

Со стороны наши переговоры могут показаться наездом. Но мы так привыкли друг к другу, что даже без улыбок на лице понимали – это всё шутки. Вот такие вот, порой глупые и неприличные, чаще даже быдловатые. Но нам нравится, весело же.

Глава 6. Странное событие

В Кремль заехали в сопровождении Прыгуна. Ленка отказалась отключаться и всю дорогу сопровождала нас в шкуре аватара. Отыскала она его где-то рядом и появилась в тот самый момент, когда мы уже собирались отъезжать от места боя.

Саня едва не пристрелил её, когда та внезапно выпрыгнула с крыши ангара. Фок вовремя остановил. Догадался, что свои.

Пока мы ехали, Прыгун лихо перемещался рядом с дорогой. Скакал по крышам и стенам, да так, что мы все диву давались. Плюсы тоже имелись, обычные заражённые даже близко не появлялись. Однажды из подворотни выскочил Таран, но Ленка своими криками быстро повернула его обратно. Отключилась она буквально у Красной площади.

Нас никто не встречал. Сейчас уже привыкли к постоянным выездам, и внимания на машины никто не обращает.

Я выпрыгнул из машины и принял первого пленника. Затем мой манёвр повторил Фок.

Подталкивая пленных пинками и затрещинами, мы повели их в кабинет к Аркадичу. По дороге нас перехватил Лебедев.

– Давай за мной, – скомандовал он. – Я с ними пообщаюсь.

– Шнурки погладил? – огрызнулся я. – Вы прекращайте здесь замашки свои ментовские, вместе пообщаемся.

– Да я не против, – пожал он плечами. – Просто думал, вы отдохнуть хотите.

– Хотим, но позже, – кивнул я. – С этими разберёмся, поужинаем и отдохнём. Аркадича лучше позови.

Лебедев кивнул и ушёл за медициной. Сейчас сделаем им укольчик и послушаем интересную историю. Можно, конечно, устроить традиционный допрос, но зачем время терять. Никакие законы сейчас не действуют, так что можно и химией уколоть.

Мы завели пленных в комнату для допроса. Она не то чтобы специально под это оборудована, но пару раз для этого использовалась. Затем одного из языков отправили в камеру, с ним позже поговорим. Вот камеру мы сделали специально. Нет, не для военнопленных, больше для своих.

Общество на пару тысяч человек иногда такие номера выдаёт, что без подобной комнаты ну никак не обойтись. Это в первые дни было некогда фигнёй страдать. А сейчас жизнь более или менее устаканилась, и свободное время появилось. Вот и находят время, чтобы выпить да разборки устроить.

Степан Аркадьевич раскрыл свой саквояж и выудил из него всё необходимое. Какие-то колбочки, порошки, измерительные приборы. Молча подошёл к пленному и принялся изучать его состояние здоровья.

Давление замерил, в глаза посмотрел, даже градусник поставил. Затем кровь из пальца взял, и всё это в полной тишине.

Я во время его действий сидел на столе и болтал ногами. Фок, словно двухстворчатый шкаф, стоял в дверях. А пленник с кляпом во рту и привязанный к стулу мог только испуганными глазами вращать.

Наконец изучение пациента подошло к концу. Аркадич определил дозировку и принялся смешивать порошки. Затем развёл их какой-то жидкостью, набрал в шприц и ввёл свой коктейль «языку» в вену.

– Так, я всё, – доложил он. – Минуты через две можете задавать вопросы. Я больше не нужен?

– Нет, спасибо, Аркадич, – махнул я рукой. – Лебедя позови. Он тоже поприсутствовать собирался.

Доктор кивнул и вышел. Буквально сразу вошёл Морт, тот, который наш, Лебедев. За дверью, что ли, прятался?

– Готов клиент? – спросил он и посмотрел в глаза пленному, взяв его за подбородок. – Вынимайте кляп.

– У тебя что, рук нет? – огрызнулся я.

– Серёг, у нас проблема? – посмотрел на меня Лебедев своими горизонтальными зрачками.

– Я тебе не верю, вот наша проблема, – ответил я, не отводя взгляда.

– Дело твоё, – спокойно ответил тот и принялся разматывать скотч, который удерживал кляп.

– Хозяин, ты пришёл меня спасти? – пьяным голосом спросил пленный, и его голова тут же дёрнулась от моего подзатыльника.

– Какой он тебе хозяин, дятел ты комнатный, – почему-то эта фраза мгновенно вывела меня из себя.

– Древние – наши хозяева, – сразу отреагировал он на мой вопрос. – Мы живём, потому что они нам позволили.

– Где вы находитесь? – показывая мне знаками заткнуться, спросил Лебедев. – У вас есть база?

– Нет, мы везде и нигде, – с глупой улыбкой ответил тот. – Они постоянно перевозят нас. Они умные.

– Тогда где вы собирались хранить продукты? – сменил тему Морт.

– Нам много не нужно, а крупу можно возить в машине, – язык пленного заплетался, но отвечал он охотно. – Хозяева велели загрузить одну машину. Они снова готовят переезд.

– Куда они собираются? – поинтересовался Лебедь.

– Кто мы такие, чтобы знать? – улыбнулся тот. – Мы выполняем поручения. В этом наша суть.

– Зачем вам нужны были наши люди? – перебил я Лебедева. – Для чего вы напали на машину и захватили наших?

– Хозяевам нужны ещё, – ответил он. – Они не успевают завершить.

– Что завершить? – тут же оживился Лебедь. – Они что-то задумали?

– Они очень умные, – опять заулыбался пленный. – Они нашли способ, как вас победить.

– Что за способ? Что они там придумали? – спросил я.

– Кто я такой, чтобы рассказывать мне о планах, – ответил тот. – Но я знаю. Я слышал, как они говорили о разрыве между мирами.

– Мля, Аркадич, похоже, с дозировкой переборщил, – отмахнулся я, но Лебедев наоборот, сделал очень озабоченный вид.

– Это не шутки, Кузов, – посмотрел он на меня испуганными глазами. – Это очень, очень серьёзно, – он снова обратился к пленному. – Где они хотят запустить его?

– Я не понимаю, о чём вы говорите, – улыбнулся «язык». – Мы никого не пускаем.

– Где они хотят пробивать границу миров? – переформулировал свой вопрос Лебедь.

– Они говорили о главном усилителе, – ответил тот.

– А при чём тут наши люди? – опять задал я свой вопрос. – Зачем они вам?

– Мало ресурсов, – ответил тот. – Мы хорошие ресурсы – вы плохие. Но мы знаем, как сделать вас хорошими.

– Ах вот оно что!? – с довольной рожей произнёс я. – У них мало рабов. А мы, такие плохие дяди, всех людей у вас забрали.

– Вы плохие, да, – закивал головой пленник. – Но мы знаем, как вас исправить.

– Ты знал, что хотел, – посмотрел на меня Лебедев. – Можно теперь я продолжу?

– Прошу, – исполнил я реверанс, но из комнаты не вышел.

– Клоун, – скривил лицо Морт и переключился на допрос. – Что именно они собираются сделать? Что ты слышал про главный генератор?

– Теперь у нас будет много хороших ресурсов, – важно кивнул пленный. – Хозяева будут довольны, они убьют вас.

– Когда они запустят его? – начал трясти пленного Лебедев.

– Скоро, – ответил тот и начал бледнеть, а через мгновение его вырвало, и «язык» отключился.

– Давайте второго, – нервно сказал Лебедев. – Может быть он знает больше.

– А ты объяснить этот бред не хочешь? – посмотрел на него я. – Давай, выкладывай. Какая, к дьяволу, грань миров?

– Это долго и сложно объяснять, – отмахнулся тот. – У нас нет на это времени. Если это то, что я думаю… Их нужно остановить.

– Мне что, Аркадича пригласить, чтобы он тебе укольчик поставил? – надвинулся я на Лебедева и указал пальцами Фоку, чтобы тот закрыл выход. – Или ты сам?

– Мля, Кузов, вот не вовремя ты со своей паранойей, – сморщился Лебедев. – В общем, слушай. Это очень древняя технология. Я думал, что она давно утеряна.

– Опа, ну надо же, очередной секрет, – хлопнул я себя по ногам. – А у меня, значит, паранойя, да?

– Да успокойся ты! – разозлился тот. – Машка в курсе, ей вопросы задавай.

– А я задам, – кивнул я. – Ты за Машку не переживай, ты давай сказку рассказывай.

– В общем, технология древних могла пробивать границы миров, – ответил он. – Чаще всего они попадали на мёртвые миры, но однажды нашли целый ряд с жизнью. Счастью не было предела, наконец была обнаружена разумная цивилизация. Потом что-то пошло не так, и эксперименты в этой области были под жёстким запретом.

– Почему ты говоришь об этом только сейчас? – спросил я. – Вот пока тебя за яйца не возьмёшь… Ну неужели нельзя нормально?

– Да ты сам на всё забил, – перешёл на повышенные тона Лебедь. – Когда ты последний раз на совещании был?

– Да нечего мне ваши демагогии выслушивать, – скривился я. – У меня других дел хватает.

– Об этом я и говорю, – кивнул Лебедев. – Ты сам отгородился от информации. Тебе бы только с автоматом бегать.

– Ну ты же с ним бегать не хочешь, – уже не так уверенно огрызнулся я. – Ладно, что там за дела с этой технологией.

– Она похожа на блок управления аватарами, – переключился тот. – Ну может быть чуть крупнее. Управляет колебанием воздуха. Тебе нужно знать, как она работает?

– Пофиг, – отмахнулся я. – Давай суть.

– Если суть, – кивнул он. – То у каждого мира есть своя частота колебания. Древние создали прибор, который может подстраивать колебания нашего мира под другие. Никто не знает, какая конкретно нужна частота, с ней игрались, как с поиском канала на радио. Что в итоге они обнаружили, я не знаю, но эксперименты попали под строжайший запрет.

– А сейчас, значит, решили в бога поиграть? – задумчиво произнёс я. – Получается, мы хорошо их прижимаем. Им нельзя позволить запустить эту лабуду.

– Наконец-то, – всплеснул руками Лебедев. – Тащите второго. Нам нужно понять, когда они собираются запускать генератор.

Я кивнул и пошёл за вторым пленным. Фок остался на дверях. Дальше прошла та же самая волокита, что и с первым. Пришёл Аркадич, провёл свои тесты, сделал укол и вышел. Они там с Фонарём разрабатывали блок управления аватарами. Обложились приборами, что-то там собирали и тестировали.

Второй клиент оказался более разумным. После укола не называл Лебедева хозяином и не нахваливал Мортов с пеной у рта. Знал он немногим больше, но кое-что всё же поведал.

Интересующий нас эксперимент уже проводили, и не один раз. Но буквально недавно у них стало получаться то, что нужно. И теперь Морты собираются провести полномасштабное подключение.

По слухам, они будут пробивать границу в параллельные миры и вытаскивать оттуда людей. Если всё получится, то у Мортов в течение месяца-двух будет иметься полноценная армия. Но это если получится.

Дальше они вживляют людям специальный чип, накачивают его нанитами, и вуаля, полностью подчинённый раб. Делай с ним что хочешь, он тебя не предаст. Составляйте из таких целое войско, и в бой. А учитывая масштабы – нас просто растопчут. Даже бить не придётся, не то что стрелять. Пробегут два раза туда и один раз обратно, втоптав наши рожи в асфальт.

Точной даты запуска оборудования не знал ни тот, ни другой. Но оба уверяли, что это произойдёт со дня на день. Я боялся положительного результата эксперимента, а вот Лебедев боялся чего-то другого.

– Ты не понимаешь, Кузов, – нервно ходил он по кабинету Машки. – Это не всё так просто. Шутки с материями подобного характера не пройдут. Ещё тогда, в древности, эти разработки запретили. Ты думаешь, просто так?

– Я думаю, что вы пробили дорожку к более агрессивным существам, – ответил я, сидя на столе. – А потом очканули и прекратили все исследования.

– А я думаю, что нет! – чуть не крикнул тот. – Скорее они испугались, что могут порвать реальность и уничтожить всё живое. Вот в это я поверю.

– Вы оба можете быть правы, – вставила своё слово Машка. – Но в обоих случаях нам хорошего ждать не придётся.

– Да лучше бы у них всё прошло по плану, – отмахнулся Морт. – Потому что если я окажусь прав, все наши движения не имеют смысла. А так, мы хотя бы сможем дать отпор. Захватить оборудование. Ведь не за день и не два они войско соберут.

– Твоя правда, – задумался я. – А где этот главный генератор?

– Да здесь он, в России, – ответил Лебедев. – Исаакий, в Питере который.

– Я в курсе, где Исаакиевский собор, – кивнул я. – Просто не понимаю, чего мы сидим тогда?

– В смысле? – на лице Лебедева мелькнуло непонимание.

– А Серёжа прав, – тут же подхватила Машка. – Вам нужно срочно двигать туда. Если запуск запланирован не на сегодня и не на завтра, то вы увидите, когда это произойдёт.

– Да ты что, Маш, – посмотрел на неё Морт. – Питер же просто кишит древними.

– Да пофиг, – я слез со стола и подошёл к нему. – Ты вспомни, какая жопа была здесь год назад, и ничего, выжили.

– Готовь людей, – щёлкнул пальцами тот. – Много не бери. Малым отрядом проще оставаться незамеченным.

– Ну ты меня ещё поучи, – усмехнулся я. – Вы же, штабные, все умные, а мы тут насраны все.

– Вот что ты вечно начинаешь, а? – скривился Лебедев. – Я же как лучше хочу.

– Ладно, не быкуй, – хлопнул я его по спине. – Просто не лезь туда, где ты не понимаешь. Я в курсе твоего опыта в службе безопасности, но ты поверь мне, ваши кабинетные понты очень сильно отличаются от работы в поле.

– У меня три десятка боевых выездов, – начал было тот.

– Успокойся, воин, – улыбнулся я. – Я разберусь. Твоё дело – прибор отключить и под ногами не мешаться.

– Почему ты постоянно со мной так разговариваешь? – возмутился тот. – Я что тебе сделал? Я пострадал от Мортов точно так же, как и вы! Я из кожи вон лезу, чтобы помочь вам! Хватит разговаривать со мной, как с дерьмом!

– Ты убил мою жену, – ухмыльнулся я. – Радуйся, что ты вообще жив.

– Я не убивал её, она сзади тебя сидит, жива и здорова! – он указал пальцем в Машку. – Если бы не я, вы бы до сих пор прятались по Москве, как крысы!

– Мля, да успокойся ты, я со всеми так разговариваю. Манера общения у меня такая, – ответил я.

– С Саней ты нормально общаешься, – помотал головой тот. – С Ленкой, с Хоттабычем. А ко мне от тебя только упрёки, подколки и шутки тупые.

– Ладно, ладно, – выставил я руки ладонями вперёд. – Впредь буду разговаривать с тобой только на «Вы».

– Да не нужно мне твоё «Вы»! – не выдержав, перешёл на крик Лебедев. – Нам с тобой в тыл врагу завтра идти. И я не хочу, чтобы ты бросил меня там подыхать просто потому, что я тебе не нравлюсь.

– А вот за это я тебе сейчас в рыло могу дать, – сжал я кулаки и сделал шаг навстречу. – Я своих не бросаю, понял!?

– Ладно, здесь перегнул, – резко выдохнул Лебедь. – Просто ты реально достал.

– Вы закончили? – спросила до сего момента сидевшая тихо Машка. – А теперь брысь отсюда оба. Ещё раз мне здесь скандал устроите, будете площадь подметать.

– Ага, сейчас, шнурки поглажу, – усмехнулся я.

– Серёж, ну ты что, думаешь, я не найду, чем тебя достать? – точно так же усмехнулась она.

– Да ладно, понял, не дурак, – пожал я плечами и вышел вслед за Лебедевым.

Машка у меня такая, точно способ найдёт. И ведь преподнесёт это так, что я пойду площадь подметать, притом с улыбкой.

– Пошли, – толкнул я Морта в плечо. – Собирать тебя будем.

Мы направились в расположение. Сейчас нужно выбрать бойцов, которые пойдут с нами. И это точно будет Саня и Ленка, скорее всего Фок. Думаю, Хоттабыч и Лебедев ещё, ну и я, само собой. Это самые близкие и верные люди.

В одном Морт прав: много людей с собой тащить не следует. Самый лучший диверсионный отряд – это максимум десять человек. Большее количество бойцов и спрятать сложнее, и прокормить. А нас получается шестеро.

Блин, в идеале, конечно, Нюх нужен. Связист от бога. Аркадич даже признал, что в плане радиосвязи Нюх впереди на два шага. А это не хухры-мухры. Да и боец он вполне хороший. Ладно, сейчас доберёмся до части и решим. Лебедев наверняка тоже захочет принять участие в подборе бойцов.

Глава 7. Москва – Питер

До Питера путь небыстрый, почти семь сотен километров. Раньше это расстояние можно было покрыть за каких-то несколько часов. Достаточно было купить билет на Сапсан. Можно и на машине, магистраль тут вполне себе хорошая, только на педаль дави.

В плане дорог сейчас мало что изменилось. Вот только все основные въезды перекрыты Мортами, и это девяносто девять процентов. Ну а объездные пути не такие скоростные. Тем не менее, нами было разработано несколько маршрутов. Сейчас мы ехали по первому, наиболее быстрому. Но в случае чего с него в нескольких местах можно уйти на другие. Менее скоростные, но более безопасные.

Хоттабыч, к моему удивлению, ехать отказался.

Хотя почему к удивлению. Лебедев опять разнылся. Мол, шесть человек, и край, больше уже нельзя. А почему нельзя, кто так решил? Как по мне, так очень даже можно. До десяти рыл вполне в отряд собирай, и всё замечательно будет. Ну Хоттабыч даже спорить особо не стал, почти сразу отказался.

Вот сейчас едем таким составом: я, Фок, Ленка с Саней, Нюх и Лебедь. Ну ничего, разберёмся. И меньшим количеством воевать приходилось.

Саня за баранкой, едет, за дорогой бдит. Что-то они с Ленкой не поделили, оба сидят по разным углам, губы надули. Лезть и мирить – себе дороже выйдет, от этой парочки искры такие летят, что бензина не надо. Рад за них, если честно.

Дорога утомила просто до безумия. Когда мы остановились в пригороде Питера, готов был сквозь будку выйти. Мы наконец добрались. Сейчас загоним куда-нибудь машину, спрячем, а дальше пешком. Вначале, конечно, заночуем. Мы хоть и выезжали так, что едва сереть на горизонте начало, но и приехали уже по темноте.

Пригород, он везде одинаковый. Вначале дачные посёлки, которые со временем образовались из старых деревень. Затем уже маленькие посёлки с микрорайонами из высоток. Ну а потом широкое шоссе с въездом в величественный мегаполис.

Сразу в город, который просто кишит Мортами, мы идти не стали. Старый домик на отшибе дачного посёлка прекрасно приютил в себе шестерых путников. Ужинали на сухую, дабы не отсвечивать костром или дымом.

Проглотив банку тушёнки и перловки с мясом, я пошёл размять ноги. Затекли в неудобной машине они просто ужасно, даже спина болеть начала. Это не в поезде, где хочу хожу, хочу лежу. В кузове Урала особо не пошикуешь.

Двор приютившего нас дома с прошлого года зарос так, что забора не видно. Всегда понятно, если жилище осталось без хозяина. Достаточно просто зайти в такой. И это даже не относится к старым постройкам, нет.

У моего знакомого имелся новый дом. Построили по какой-то там программе, но вот жить он в нём не собирался. Строил-то, в общем, для того, чтобы продать. Цена у дома оказалась копеечной, а в продаже она выросла почти в два раза. В итоге на эти деньги он приобрёл просторную четырёхкомнатную квартиру, сделал там шикарный ремонт и даже на мебель чуть-чуть осталось.

Ну, собственно, к чему всё это? А к тому, что пока дом был выставлен на продажу, мы часто собирались у него на шашлыки. Ну а почему, собственно, нет? Красота, природа, да и удобства под боком имеются. Но в тот момент, когда мы только приезжали, ощущение заброшенности в доме было очень острым. К слову говоря, рядом по соседству стоял точно такой же дом-близнец. Вот только там хозяин жить собирался, а приезжать мог раз в неделю, не чаще. Так там, заходя к нему, ощущалось тепло, вместо стылости дома по соседству.

А сейчас и говорить нечего. Местные владельцы или разорваны в куски, или бродят по окрестностям в поисках, кого порвать. За домом и садом никто не смотрит, и всё это нещадно поглощается природой. Пройдут года, и трава и деревья полностью захватят такие вот посёлки. Звери снова начнут бегать по улицам, а в лес за грибами без оружия не выйдешь.

Сейчас, правда, тоже без ствола никуда, но к этой опасности прибавятся ещё и хищники. Как знать, со временем мертвецов становится меньше. Рано или поздно они обретут статус страшилок для детей. А мы благополучно забудем о случившемся и станем жить дальше.

Цивилизация пойдёт по очередному кругу развития, появятся новые машины и оружие. И в конце концов снова случится закат. А археологи будут ломать голову над тем, что же мы хотели сказать в своих древних легендах об оживших мертвецах. Называть всё это религией или сказкой.

– Ты чего здесь? – услышал я голос Сани за спиной. – Спать пошли. Завтра марш-бросок.

– Командиров, смотрю, дофига у нас стало, – усмехнулся я, но спать всё же пошёл.

Утром отправились в город. Пешком пилить до Исаакия можно было неделю. Плюс стрельба по мертвякам, плюс попадалово на посты Мортов. Короче, куда ни кинь, всюду клин. Но Питер – это город на Неве, а она у нас под жопой. Именно на её берегу мы и заночевали.

Хрюкая на всю округу ножным насосом, Саня надувал лодку. Я уже выволок наружу тихоходный мотор. Не в том смысле, что ход у него небыстрый, нет. Просто его работу практически не было слышно. Плюс к нему прилагался специальный чехол, который поглощал шум почти полностью.

Бензин и все дела приготовили заранее. Осталось дождаться, когда Саня надует эту долбанную лодку. Вот говорил же ему, давай от аккумулятора насос подключим. Так нет же, жужжит он громко. А хрюкает он сейчас тихо, того и гляди кто-нибудь на огонёк заглянет.

– Сань, ну ты в натуре упарил уже, – наконец Ленка взяла узды правления в свои руки. – Ты так до вечера жамкать будешь.

– Ну и что? – запыхавшимся голосом ответил он. – Зато тихо. Да тут недолго осталось.

Мы дружно хохотнули. Недолго, в Санином понимании, выглядело едва приподнятым бортом с одной стороны.

– Так, достали, заткнулись все, – пора было начать командовать, а то расслабились больно. – Ты, отвалил от хрюкалки своей, – я отогнал Саню и взял в руки насос.

– Сейчас вся округа сбежится, – с умным видом заметил Саня.

– А ты клюв прикрой и посмотри за округой, – огрызнулся я и подключил насос к аккумулятору.

Тот тихонько зажужжал, так тихо, что к нему нужно было прислушаться. Лодка тут же начала поднимать борта. Саня махнул на всё рукой и начал паковать ножной насос.

– Всё равно я правильно сделал, что его взял, – забубнил он на улыбки ребят. – А вдруг этот не заработал бы, ну или ещё чего.

Наконец все загрузились в лодку и двинули по реке к Питеру. Плыть долго, не менее двух часов, ну, плюс минус. На реке тоже имеются патрули, но я очень надеюсь, что мы их проскочим, ну или в крайнем случае спрячемся и переждём, когда те пройдут мимо.

Загрузились конкретно, шесть человек плюс снаряжение, всё вместе скорее всего больше тонны весит. Но лодка рассчитана на большее, хоть и погрузилась в воду достаточно глубоко. Но, тем не менее, шли бодро.

Первый патруль заметила Ленка, осматривая округу в бинокль. Она у нас самая глазастая, вот и усадили в дозор на корму. Мы отвернули к берегу, от которого, собственно, и не отдалялись далеко. Спрятались в зарослях камыша и притихли.

Мотор глушить не стали, его не слышно, даже если лодка Мортов пройдёт в метре от нас. Максимум выхлоп учуять смогут. На этот раз пронесло. Патруль прошёл на полном ходу посередине Невы и спустя некоторое время скрылся с глаз.

Наша лодка вышла из укрытия и снова заскользила по водной глади реки. Ехали молча, больше головами крутили. Что ни говори, а мы на открытом месте. Ни преград, ни укрытий. Начнись стрельба, прятаться будет негде. Мы в этой шлюпке как на ладони, посреди воды.

Тем не менее, добраться почти до центральной части Питера нам удалось. Лодку бросили там, где сошли на берег, уходить на ней мы не собирались. В планах было найти машину и рвануть на всех парах. Может, конечно, так статься, что сваливать придётся водой. Но пока мы об этом не думали, хотя в планах имели с десяток путей отхода.

Расположились мы в многоэтажке на верхнем этаже. Окна выходили как раз туда, куда нужно, на Исаакиевский собор.

Там, кстати, была суета. Да ещё какая. Видно, что идут приготовления. Люди что-то постоянно заносят внутрь, подъезжают какие-то машины. Кто-то приходил, а кто-то наоборот, покидал место. В общем, мы точно по адресу и в правильном месте. Вряд ли это всё отвлекающий манёвр, слишком уж всё натурально.

Дозор вели по очереди, чтобы не упустить главного момента. Наблюдение распределили по два часа, чтобы глаз не замылился. Первым заступил я.

– Я смогу эту штуку через окно вынести, – произнесла Ленка, когда заступила на пост. – Причём легко. Она здоровая, больше, чем блок управления монстрами.

– Обязательно так и сделаем, – согласился я. – Нужно только запуск дождаться, чтоб посильнее бабахнуло.

– Не думаю, что это хорошая идея, – сказал Лебедев. – Мы понятия не имеем, к чему это может привести.

– И что ты предлагаешь? – спросил я. – С голой жопой на танк? Ты вообще обратил внимание, что их там больше сотни? Плюс ещё из людей отряд сотни на две. Или ты их тоже не заметил?

– Должен быть другой выход, – произнёс тот, оттянув губу с задумчивым видом. – Идеально было бы взорвать весь собор к чёртовой матери.

– Мля, извини, я что-то забыл с собой карманную атомную бомбу прихватить, – съязвил я. – Фок, ты не брал с собой межконтинентальную ракету случайно?

– Не-а, тоже забыл, – с улыбкой во все зубы поддержал меня тот.

– У нас переговоры по защищённой линии, – с ухмылкой произнёс Нюх. – Щенки, даже зашифровать не догадались.

– Чего говорят-то? – сразу отвлёкся от темы я.

– Через три дня пуск планируют, – вслушиваясь в разговор, ответил Нюх. – Если всё по плану пойдёт.

– Нужно, чтобы не пошло, – оживился Лебедев. – Ну давайте, думайте!

– Ленка нормальный вариант придумала, – сказал я. – Ты пока, кроме бреда, ничего не предложил.

– Руки в гору! – раздался громкий выкрик сзади, со стороны дверей.

И это было очень странно, на охране стоял Фок. Чтобы вырубить этого парня, нужно сильно постараться, и эти старания мы бы услышали. Да и переговаривались мы с ним буквально мгновение назад. Неужели всё? Все наши потуги оказались бесполезны, и вскоре мы присоединимся к Мортам?

Я медленно поднял руки, как и все остальные. Точно так же медленно повернулся к двери. Там стояла тройка бойцов в нехарактерной для врага экипировке.

– Ну что, попались, ублюдки? – с довольной рожей произнёс один из них. – Предатели рода человеческого.

– Эй, парень, ты точно ничего не попутал? – спросил я. – Это мы предатели рода?

– Ну не я точно, – оскалился тот. – Давайте на колени и клешни на затылок.

– Слышь, чудо, – сказал я, но, тем не менее, выполнил просьбу, лежать с дымящейся дыркой в голове не было никого желания. – Может успокоимся и поговорим нормально? Мы вообще-то люди, нормальные.

– Ты эту песню на ночь себе поёшь? Чтоб совесть заглушить? – усмехнулся тот и принялся вязать Саню, остальные продолжали держать нас на прицеле. – Этот, тоже человек? – он кивнул подбородком в сторону Лебедева.

– Этот нет, – ответил я, понимая, насколько щекотливая ситуация. – Но он за нас, за людей, в смысле.

– Я понял, что он за вас, – захохотал тот, – Сейчас поедем к нам и разберёмся, что вы там мутите.

– Тебя как звать-то? – спросила Ленка, когда он начал вязать её.

– А ты что, красавица, никак познакомиться желаешь? – оскалился он. – Так потерпи, я тебя сам на свидание приглашу.

– Мужик, ты нас реально не так понял, – опять подал голос я. – Мы не с ними. Мы сюда с Москвы приехали, чтобы беду предотвратить.

– Вот сейчас к нам придём и разберёмся, – не обращая никакого внимания на мои слова, произнёс он.

Нас быстро упаковали и, подталкивая пинками и стволами автоматов, направили вниз по лестнице. Вот только на улицу мы не вышли.

Вначале спустились в подвал, затем прошли по узкому коридору с коммуникациями и принялись спускаться в колодец.

Он был не очень глубокий, метра три. С нами не церемонились, покидали вниз друг на друга и снова повели куда-то вглубь. Тоннель извивался, разветвлялся и в конце концов привёл нас в просторную залу.

Вода здесь грохотала, падая откуда-то сверху. По ощущениям мы шли по прямой, но сейчас оказалось, что мы довольно глубоко под землёй.

Из основной залы в разные стороны отходили железные двери, в одну из таких нас и завели. Зашвырнули в комнату с бетонными стенами и закрыли дверь. Шум воды немного отрезало, но его всё равно было достаточно хорошо слышно.

– Фок, ну ты как так-то? – пнул я его ногой.

– Да я даже не понял, что произошло, – пробормотал он. – Просто свет погас, и всё.

– Мля, что делать-то теперь? – задал я скорее риторический вопрос.

– Да чёрт знает, – ответила на него Ленка. – Утырки, ствол мой забрали. Не дай Бог оптику собьют, я их руками душить буду.

– Да болт на твою оптику, Лен, – возмутился я. – Если Морты своё дерьмо включат, она нам уже не поможет. Нужно как-то выбираться отсюда, иначе мы все проиграем.

Я поднялся с пола, подошёл к двери и принялся долбить в неё ногами. Удары гулом раздавались внутри помещения и давили на уши. Но я усердно продолжал стучать и даже не заметил, когда дверь открыли, а моя нога ушла в пустоту. Затем последовал пинок в спину, и я полетел на пол.

– Ты чего шумишь, придурок? – спросил всё тот же мужик, который вязал нам руки.

– Старшего позови, – сказал я, перевернувшись на спину. – Передай, что я хочу рассказать о движухе у собора.

– Перебьёшься, – ответил он и хотел закрыть дверь.

– Передай, придурок! – крикнул я. – Иначе нам всем кабздец! Я не шучу!

– Хорошо, только не шуми, а то колени прострелю, – сказал он и начал закрывать дверь.

– Кузов, блин, это карма, мля! Ха-ха-ха, – закатилась в диком хохоте Ленка.

– Что ты там вякнула? – дверь тут же снова распахнулась. – Быстро повтори, что ты только что сказала!

– Кузов, блин, это карма, – ничего не понимая, произнесла Ленка.

– Почему ты это сказала? – приблизился тот. – Отвечай, дура, от этого ваши жизни зависят.

– Потому что когда-то он мне грозился колени прострелить, – всё так же недоумевая, ответила она.

– Она тебя так назвала? – он ткнул в меня пальцем.

– Допустим, – буркнул я.

Мужик быстро кивнул и мгновенно покинул помещение, не забыв при этом запереть дверь.

– Это что сейчас такое было? – спросила меня Ленка.

– А я знаю? – нервно ответил я. – Самому бы понять. Фигня какая-то.

– Ждите, скоро всё узнаем, – подал голос Лебедев.

– Во, блин, заговорил, – сразу отреагировал я. – Ты чего молчал всё это время, а! Не мог сказать, что ты не этот?

– Думаешь, меня бы послушали? – усмехнулся тот. – Зубы выбили бы, и вся недолга. Я для них враг.

– М-да, так-то ты прав, конечно, – вздохнул я. – Ладно, разберёмся сейчас. Мне бы с главным поговорить. Саня, Нюх, а вы чего притихли?

– Мля, Кузов, отвали, дай поспать, – пробормотал Саня. – Всё равно больше делать нечего.

– Хороши бойцы, – засмеялся я. – А вдруг война, а мы не выспались, значит?

– Блин, вот когда начнётся война, тогда толкнёшь, – поддержал друга Нюх. – Я, пожалуй, воспользуюсь случаем.

– Лен, ну ты-то куда? – возмутился я, когда увидел, что наша снайперша тоже собирается на боковую.

– А я что? – ответила та. – Самая лысая, что ли? Разбудишь, когда всё решится.

Дверь открылась минут через пятнадцать. В проёме стоял всё тот же мужик. Вот только сейчас на его лице блуждала загадочная улыбка.

– Подъём, – скомандовал он, народ сразу зашевелился. – Не все, только Кузов.

– Чего орать-то тогда? – пробормотала Ленка и снова уткнулась в грудь Сане.

– Хороши бойцы, – усмехнулся мужик, а Ленка молча показала ему средний палец.

Получилось не очень, потому как руки были связаны. Но тот заметил жест и усмехнулся.

Идти было недалеко, буквально в следующую дверь, немного по коридору, и мы вышли в ещё одну залу. Здесь грохот воды был не так слышен, да и вообще было относительно сухо. Дальше мы прошли к очередной железной двери. Мой конвойный вежливо постучался и только после этого открыл её.

– Разрешите? – поинтересовался он, затем кивнул и втолкнул меня внутрь, сам при этом остался за дверью.

Кабинетом это место назвать можно с большой натяжкой. Бетонные стены, никакой мебели, за исключением той, за которой находился главный. Какой-то старый стол и компьютерное кресло. Сейчас оно было развёрнуто ко мне спинкой, как в кино про крутых бандитов.

– Так это ты называешь себя Кузов? – услышал я голос, и он показался мне смутно знакомым.

– А что не устраивает-то, я не пойму? – ответил я.

Кресло развернулось. В нём сидел улыбающийся во все свои тридцать два зуба Кум…

Глава 8. Сопротивление

– Вот это нифига себе фраер, – не выдержал и захохотал я. – Ты каким ветром сюда? С Елатьмы не ближний свет так-то.

– Вот так вот, – улыбнулся Кум и поднялся с кресла. – А мне как Михалыч прибежал, рассказывает, что Кузов там нашёлся, все дела. Я даже не поверил сначала.

– Ну да, какова вероятность нашей встречи? – кивнул я. – Ноль целых сколько-то там десятых?

– Типа того, – ухмыльнулся Кум и срезал верёвку с рук. – Михалыч! – крикнул он.

– Да, – тут же распахнулась дверь, и в неё просунул нос всё тот же мужик.

– Хохлома, – хохотнул Кум, тоже, кстати, любитель приколов. – Дуй давай, товарищей по оружию освобождай.

– И урода тоже? – спросил Михалыч.

– Почему урод с вами? – спросил меня Кум, глядя прямо в глаза.

– Он наш, – ответил я. – За людей воюет. Есть у него на то причины, захочет – расскажет.

– Принял, – кивнул Кум. – Да, урода тоже, Михалыч.

– Как скажешь, – пожал плечами тот. – Но я бы лучше его в унитаз вначале окунул.

– Мля, Михалыч, – начал было Кум, но тот уже хлопнул дверью.

– А ты чего это, как крыса, по канализациям прячешься? – спросил я.

– Это временное убежище, – отмахнулся Кум. – Нам не так повезло, как тебе. Здесь мы первый бой проиграли. Теперь вот вынуждены так. Но у нас есть нора поприличнее.

– Понятно, – ответил я. – А здесь-то чего?

– Наблюдательный пункт рядом, – ответил он. – В последнее время уроды активировались. А что за движуха у них, понять не можем. Ты в курсе, кстати, что особые заражённые – это аватары?

– Да, в курсе, – усмехнулся я. – Мы себе три устройства отжать смогли. Благодаря Морту, кстати.

– Кому? – не понял Кум.

– Вы называете их Уроды, а мы Морты, – пояснил я. – Расу древних.

– Хм-м, неплохо, – покивал головой Кум. – Пожалуй, перейду на ваше название. И вполне себе логично.

– А то, – усмехнулся я. – Ты мне про моих скажешь, нет? Хули ты всё вокруг-то? Я ж не баба какая.

– Извини, Серёг, – Кум опустил взгляд. – Не вышло. Сына только спас. Он сейчас здесь, в Питере. Да не беги, – остановил меня Кум. – Не прямо здесь, я отведу потом.

– Как он, нормально? – остановился я, хотя сердце в груди заколотилось с бешеной скоростью. – Ольга как?

– Вытащил, – усмехнулся Кум. – С Саньком твоим сейчас.

– Ты бы хоть стул ещё один завёл, – усмехнулся я и сел на стол. – А то вот кто зайдёт, неудобно.

– А гостей здесь и не принимаю, – улыбнулся в ответ Кум. – Рассказывай.

– В общем, слушай, – начал я. – Сейчас наверху они собирают оборудование, чтобы пробить границу нашего мира.

– Зачем? – удивлённо уставился на меня Кум. – Ты сейчас это серьёзно?

– Более чем, – кивнул я. – Такое нарочно не придумаешь. Да ты не перебивай, – махнул я рукой, увидев, что Кум снова хочет что-то сказать. – За этот год мы сильно их ослабили. Да и не так много этих Мортов на самом деле. Но и людей выжило недостаточно, чтобы полноценно сопротивляться. Нам повезло, у нас есть один из них. Лебедев много чего рассказал и показал, так что как минимум две общины хорошенько дают древним прикурить. Так получилось, что сами они практически ни на что не способны. Им нужны люди, чтобы с нами воевать. Местные уже в курсе дел и организовывают вот такие подполья. Хотя ты, наверное, в курсе, что добрая половина работает на них?

– Да, предателей хватает, – вздохнул Кум.

– Ну так вот, чтобы продолжать войну, им нужны солдаты, – продолжил я. – И солдатов этих они хотят перетянуть из параллельного мира. Осталась у них какая-то древняя разработка, которая может звуковой волной открывать проход в границах.

– Я как-то слышал о таком, – задумался Кум. – Давно, ещё тогда, в спокойное время. Была одна версия, что наша вселенная звучит в ноте «ля», именно поэтому она считается эталонной. Но если определённый участок заставить вибрировать в ноте «си», ну, к примеру, то можно попасть в другой мир с другими физическими законами.

– Вот что-то типа того они и собираются сделать, – кивнул я. – Если им это удастся, то нам настанет писец. Они смогут собрать многотысячное войско, и тогда нас просто растопчут. Но Лебедев боится другого.

– Что что-то пойдёт не так, – закончил за меня фразу Кум.

– Да, он говорит, что ещё тогда, давно, эту разработку заморозили, – сказал я. – Вроде как она чему-то там грозила. Я не совсем понял, о чём он, ты умный, поговори с ним.

– Успеем ещё, – отмахнулся тот. – Нужно им помешать.

– Эй, а я сюда что делать приехал? – засмеялся я. – Или ты думаешь, я на пикнике тут?

– Ладно, какой у вас план? – спросил Кум.

– Да никакого, – пожал я плечами. – Мы только наблюдение успели поставить, а тут ваши налетели, ласты вязать начали.

– Ну мы же не знали, что это свои, – ответил он. – Тем более, с вами этот, Морт.

– Теперь знаете, – сказал я. – Давайте, возвращайте нас на точку.

– Успокойся, мои люди уже три дня за ними смотрят, – успокоил меня Кум. – Запуск только через три дня. Мы их канал слушаем. Время есть.

– Вы-то чего задумали? – поинтересовался я планами союзников.

– Хотели подорвать собор, – ответил Кум. – Под ним достаточно ходов под землёй имеется. Если правильно всё рассчитать и заряд побольше заложить, то вся конструкция осядет. Вес там немалый.

– Откуда ходы на болотах? – удивился я.

– Ты у меня спрашиваешь? – усмехнулся тот. – У Морта своего спроси. Это их раса построила.

– Питеру всего три с лишним сотни лет, – удивился я ещё больше.

– Угу, а я китайский телевизор, – улыбнулся Кум. – Я давно тебе говорил, с нашим миром что-то не так.

– Вынужден согласиться, – кивнул я.

– Лучше поздно, чем никогда, – улыбнулся Кум. – Жрать хочешь?

– А чего там у вас? – поинтересовался я.

– Капец ты граф стал, – засмеялся Кум. – Макароны с тушёнкой, чего у нас ещё может быть?

– Ну может борщ там, или ещё чего, – улыбнулся я в ответ. – Знаешь, какие моя щи варит?

– Надеюсь, когда-нибудь попробую, – ответил он. – Ну что, жрать будете или где?

– Тащи, – согласился я. – Горячего уже два дня не ел, сплошная сухомятка.

– Щас, бегу, аж волосы назад, – снова засмеялся Кум. – Михалыч проводит в столовку. А ты мне Морта вашего пришли, поговорить с ним хочу.

Я кивнул и вышел за дверь. Тут же столкнулся с Михалычем, который подслушивал под дверью. Тот отпрыгнул и сделал вид, что занимался совсем другими делами.

– Ну чего встал, веди, – посмотрел я на него.

– Куда? – сделал невинное лицо тот.

– Кошке под муда, – усмехнулся я. – Ты же всё слышал, чего дурака-то включил?

Михалыч покраснел, отмахнулся и пошёл вперёд. Я последовал за ним. Залу мы покидать не стали, прошли несколько дверей и попали в просторное помещение. Оно оказалось военным бункером. По крайней мере ощущения схожести были. Здесь стояли в ряд несколько железных столов и стульев.

Сзади располагались двухъярусные кровати, так же в несколько рядов. Да и сам вход в это помещение закрывался необычной, сваренной на коленях дверью. Здесь она была герметичная, с ригельным замком.

За одним из таких столов сидели мои люди и стучали ложками по тарелкам. Судя по виду со спины, колотили они ими не просто так, а усердно жевали.

– Нормально так, – возмутился я. – Пока начальство работает, эти жрут в одно жало.

– А ты бубни побольше, – ответила на предъяву Ленка. – Вообще ничего не достанется.

– Вот овца ты, Ленка, – с улыбкой сказал я.

– Зато сытая, – прилетело в ответ. – Ну чего там?

– Кум, – коротко ответил я и с улыбкой наблюдал, как Ленка и Саня прекратили жевать.

– Тот самый? – первой отмёрзла Ленка.

– Угу, – ответил я и сел за стол. – Колян, – это я уже Лебедеву. – Ты, когда прожуёшь, сходи с Михалычем до местного руководства. Поговорить с тобой хотят.

– Да я, в принципе, всё, – пожал плечами тот и встал из-за стола.

– Ну всё, так всё, – буркнул Михалыч. – Пошли, Басурманин, – после этого он сплюнул на пол и повёл Лебедева на аудиенцию.

– Как твои? – первым делом спросил Саня.

– Никак, – ответил я. – Сына только вытащить смог. За что ему большое спасибо. Правильного я крёстного ему дал.

– Ну а с этими что решили? – спросил Нюх, указав кивком головы наверх.

– Взорвать вместе с собором, – ответил я. – Лебедев то же самое предлагал. Только сейчас для этого все ресурсы имеются.

– Когда выходим? – спросил Фок.

– Не знаю пока, – пожал я плечами. – Ждём, пока наговорятся.

Наговорились они минут за сорок. За это время Лебедев рассказал всё, что знал сам. Ну, не то чтобы в деталях, но информации для размышлений передал достаточно. Настало время действовать.

Кум с Михалычем пришли за нами часа через три. Всё это время мы предавались безделью. А если точнее, то развалились на кроватях и дрыхли. Нормально выспаться не получилось ни в дороге, ни в доме на окраине дачного посёлка. Да и поспали-то там всего ничего, часа три от силы выхватили. Сейчас, конечно, тоже не больше вышло, но чувствовал я себя намного лучше. А если судить по довольным рожам моих людей, то им тоже знатно полегчало.

– Собирайтесь, – сказал Кум. – Пойдём на разведку. Нужно проверить тоннели под Исаакием. Скорее всего там всё под охраной.

– Взрывать сегодня не будем, значит? – спросил я.

– Нет, сегодня смотрим и прикидываем, – ответил Кум. – Нужно разработать нормальный план. Если там охрана, то необходимо всё рассчитать как следует. Второй попытки у нас не будет.

– Принял, – улыбнулся я. – Ну веди, командир подпольщиков.

– Все не пойдут, – покачал головой он. – Бери одного и Лебедева.

– Саня, Лебедь, пошли, – скомандовал я.

Мы двинулись по лабиринту тоннелей и переходов. Как они здесь ориентировались, я не понимал от слова совсем. Впереди шёл Михалыч, именно он и являлся проводником. Шёл уверенно, иногда, бывало, останавливался, сверялся с какой-то картой и вёл дальше.

– Откуда он знает местное подземелье? – наконец не выдержал и спросил я.

– Да ты что, он же всю жизнь в ЖЭК-е проработал, – усмехнулся Кум. – Сантехник со стажем. Сам себя называет: «Король говна и пара».

– Это многое объясняет, – хмыкнул я.

Михалыч шикнул на нас, и дальше шли молча. Кум выдал нам болотные сапоги. И вскоре стало понятно зачем. Хоть город и умер, но воды с нечистотами в подземелье осталось немало. Как объяснил всё тот же Михалыч, это после дождей она сюда попадает. Раньше и какашки наши ей смывало. А вот теперь только запах остался и сточные воды.

Ближе к конечной точке нашего маршрута Михалыч остановил наш отряд и приказал выключить фонари. После чего установил на своё красное стекло фильтр. Разговаривать запретил в строгом порядке. Кум раскрыл рюкзак и раздал всем приборы ночного видения. Как только мы облачились, Михалыч погасил последний фонарь.

Это только в кино в таком приборе всё прекрасно видно в зелёном цвете. На самом деле к нему ещё нужно привыкнуть. Вот честное слово, лучше зажигалкой под ноги светить. Постоянно спотыкаясь и толкая друг друга, мы продвигались вперёд.

Вскоре на стенах заиграли яркие блики, и мы остановились. Кум молча подозвал к себе Лебедева. Скорее даже за руку притянул и начал махать пальцами перед его прибором, что-то объясняя.

Странно, но Лебедев кивал, видимо, понимая, чего от него хотят. К нам подошёл Михалыч и знаками показал, что мы остаёмся здесь. Мы кивнули, после чего Михалыч, Кум и Лебедев скользнули в боковой тоннель. Не было их минут сорок. Я уже начал волноваться, не случилось ли чего?

Да и вообще, странный поступок. Зачем нужно было брать нас с собой? Чтобы бросить посреди катакомб?

Наконец они вернулись. Точнее, мне показалось, что это они. Из тоннеля появился только Михалыч. Он молча поманил нас за собой, но в другое ответвление. Идти по нему пришлось чуть ли не гусиным шагом.

При моём росте такие способы передвижения не очень приятны. Хорошо, что пытка продлилась недолго. Буквально через пару минут мы спрыгнули в более широкий тоннель, где я мог распрямиться во весь рост.

– Вы начнёте отсюда, – прошипел Михалыч. – Не отвечай, ты горластый. Если понял, кивни, если нет, помотай головой. Понял? – я кивнул. – Хорошо, – продолжил тот. – Начнёте здесь. Вам нужно будет пройти вперёд и повернуть влево. Запомни – влево, а не вправо, – я снова кивнул. – Хорошо, дальше разберётесь. Теперь отход, – он развернул меня на сто восемьдесят градусов. – Уходить будете по этому тоннелю, у вас самый простой путь. Там метров через триста будет такое же ответвление, как здесь. По нему пройдёте с километр и выйдете к сборнику сточной воды. Понял? – кивок. – Хорошо, теперь возвращаемся.

* * *

Мы собрались в столовой. На столе перед нами Михалыч расстелил карту коммуникаций Исаакиевского собора. Она вся была в каких-то метках и правках. Сантехник объяснил это просто: «Ну у нас же головы умные в архитекторах сидят, вот проект составили, а мы, дураки, не так всё подвели. А как нам вести, если там сваи, мля».

В общем, типичная ситуация: одни нарисовали, другие сделали, третьи отремонтировали. И вот теперь в этом плане сам чёрт голову сломит. Я теперь не удивлён, почему во время второй мировой фашисты нас победить не смогли. Да потому что у нас всё вот так. Приказ отдали один, а мы сделали совсем не так. Вот и разберись поди.

Но Михалыч, который отработал с этими тоннелями не один десяток лет, ориентировался в каракулях на плане как рыба в воде. Мало того, минут за двадцать пояснений с его стороны даже я начал понимать, что там к чему.

Выходило так, что Исаакий стоит на сваях, и если их рвануть, даже не все, то он сложится, как карточный домик.

Места заложения выбрали давно, но Лебедев подтвердил, что эти места по факту и есть самые слабые. Он даже свои правки ввёл и поменял некоторые закладки местами.

В общем и целом, всё было готово. Но любой план обречён на провал, если нет плана «Б», «В» и так далее по алфавиту. И одним из таких планов являлся выстрел Ленки через окно по оборудованию.

С заложением бомб и всеми остальными планами решили действовать в день пуска. Здесь особо выбора не было. Мы надеялись, что выстрел по работающему оборудованию спровоцирует дальнейшее повреждение техники. Поэтому рисковать и лишний раз светиться мы не могли.

Взрыв, если он состоится, должен был случиться до пуска, соответственно. Но если что-то пойдёт не так и нужно будет действовать иначе, то здесь и подключатся остальные планы.

Если к началу нашей поездки у нас не было ничего, то сейчас я был уверен в удачном исходе. Что будет потом? Разберёмся. Будем решать задачи по мере их поступления.

По идее, нужно будет проведать Ольгу, сына забрать. Тем более, что его сумасшедшая мамаша мне теперь не помеха. А там, глядишь, снюхаемся с Кумом и его людьми и уже вполне организованно сможем дать отпор этим Мортам.

Но всё-таки, какая странная штука – жизнь. Это насколько же госпожа удача меня любит? Какова вероятность попасть в апокалипсис и пережить его с женой? А спустя год встретить лучшего друга и сына? И не где-нибудь, за тысячу километров от дома. Вот что-то мне подсказывает, что эта вероятность намного ниже ноля.

И тем не менее, это так. Я чёртов везунчик. Главное, чтобы госпожа удача в самый последний момент не повернулась ко мне задом. Ну лучше не думать о плохом.

Глава 9. Странное событие II

День операции настал как-то неожиданно. Вот вроде недавно ещё лазили по тоннелям под собором, и вдруг бац, а уже пора действовать.

Сейчас мы набивали рюкзаки пластиковой взрывчаткой и проверяли оружие. В общем, собирались. Примерно через час мы должны были выдвинуться.

Я уже начал ощущать боевой задор. Руки потряхивало, настроение было озорным и хотелось кого-нибудь достать. На моё счастье, рядом со мной упаковывал рюкзак Лебедев.

– Слушай, Лебедь, – начал я. – А почему вы технологии свои на камнях строите?

– А почему вы на металле? – переспросил тот.

– Нет, ну с металлом вроде всё понятно, – пожал я плечами. – Вы вроде тоже его использовали. Просто странное решение – всё делать из камней.

– Всё просто, – ответил тот. – Сейчас покажу.

Он принялся шарить под ногами. Через какое-то время он отыскал то, что хотел: небольшой камушек известняка. С задумчивым видом покрутил его в пальцах, а потом сделал такое, от чего я встал в ступор.

– Вот, смотри, – с этими словами он поднёс кусок щебня к моим глазам и принялся мять его, словно это был кусок пластилина.

– Что за?.. – я смотрел на это и не мог поверить своим глазам. – Как такое возможно вообще?

– Всё просто и сложно одновременно, – пустился в объяснения Лебедев. – Я уже рассказывал об этом Аркадичу с Фонарём. Не думал, что и тебя это заинтересует.

– Я что, по-твоему, совсем отсталый? – взбрыкнул я.

– Нет, я этого не говорил, – спокойно ответил тот. – Просто ты сам всегда твердишь, что тебе это всё не нужно.

– Ну, по идее, да, – задумался я. – Но интересно же.

Лебедев слепил из камешка человечка и отдал мне. Я повертел его перед глазами, удивлённо хмыкнул и попробовал помять. Увы, человечек не поддавался, оставаясь твёрдым. По инерции я сунул его себе в карман, даже не задумываясь.

– Вот смотри, – Лебедев пустился в объяснения. – Ваша форма жизни считается углеродной. Именно он лежит в основе ДНК и он же лежит в основе вашей энергетики. Нефть, пластик, масла и многое другое. Есть, конечно, ответвления, типа атома и воды, но основа именно в углероде.

– Ну, это я как бы знаю, – кивнул я.

– А в основе нашей формы лежит кремний, – в очередной раз ошарашил меня Лебедев. – И так вышло, что мы лучше всего понимаем структуру камня. Я, когда учил Степана Аркадьевича, как различить нас от вас, чтобы не пропустить врага в Кремль, рассказывал ему более подробно. Если хочешь, можешь спросить. Он постоянно просит у меня образцы для исследования. То волос какой, то кровь.

– Так, стоп, – помотал я головой. – Ты же говорил, что вы создали нас по своему подобию?

– Так и есть, – пожал плечами он. – Вот только основанием для исследования были образцы из другого мира.

– Ты хочешь сказать…

– Да, ты всё правильно понял, – усмехнулся тот. – Ваша форма жизни здесь чужая. И я думаю, что эта ваша агрессия и стала причиной закрытия программы по исследованию другого мира. Жаль, что наши предки поняли это слишком поздно.

– Так мы переселенцы или из пробирки? – решил уточнить я.

– Ваши образцы – переселенцы, но созданы вы здесь, – ответил Лебедев. – Мы пытались заблокировать ваше развитие, я тебе рассказывал. Но видимо, жизнь есть жизнь, и остановить подобное не представляется возможным.

– Мне иногда кажется, что всё это неправда, – я уселся на свой рюкзак. – Понимаешь? Вот, думаю, сейчас я проснусь и пойду чистить зубы в своей квартире, потом на работу собираться. Но просыпаюсь и вижу, что всё это правда, что больше никогда не схожу в кино на премьеру. Никогда не увижу летающую машину.

– Понимаю, – кивнул Лебедев. – Увы, с этим теперь ничего не поделать.

– Мля, вот что ты за человек, тьфу ты, Морт такой? – усмехнулся я. – Я тебя подоставать хотел, а ты вон чего.

– Ничего, – хлопнул Лебедев меня по плечу. – Ещё успеешь. Пошли, вон, наши уже строятся.

В путешествие по катакомбам мы выдвинулись за четыре часа до запуска оборудования Мортов. Пока Михалыч всех проведёт и выставит на начальные точки, пока вообще дотопаем. Короче, на всё нужно время.

Сейчас мы большим червяком ползли друг за другом по прямому тоннелю. Вскоре должны будем остановиться и ждать, пока каждая группа займёт позиции. В принципе, я, Фок и Саня ждать не станем, дорогу я запомнил, так что сами доскоблим.

Вторая тройка пойдёт с Лебедевым. Там Нюх и человек Кума. Ещё три тройки состоят только из местного сопротивления. А Ленка и ещё двое дежурят на огневой точке наверху.

Вот сейчас мы ползём по тоннелю, снова гусиным шагом, а на моём лице улыбка. Почему-то сейчас в голове кадры из какого-то Голливудского фильма про борьбу с инопланетными захватчиками. Вот точно так же они ползали по подземельям и вели тихую партизанскую войну.

Остановились прямо перед выходом из узкого прохода в широкий коридор. Дальше налево, и будут две точки закладки. Потом разворот на со восемьдесят и валим во всю прыть. А пока можно прилечь и вытянуть ноги. Ждём сигнал.

Разговаривать тоже нельзя, услышат. Звуки в таких тоннелях разносит хорошо. Любой лишний шорох может выдать. Так что пока лежим. Тихо и мирно. Вот только руки опять трясёт и во рту сухо. Но это пройдёт…

Короткий щелчок в рации, затем ещё два подряд. Готово, пора действовать. Наше время ограничено. Если не успеем, то рискуем быть похоронены заживо под грудой земли и камней.

Я выскользнул в широкий тоннель, дождался, когда из него появятся Саня и Фок. Дальше, осторожно ступая, пошли, как объяснял Михалыч. Первого охранника заметили по звуку, который он издал, неосторожно ступив на камешек. Послышался хруст, а затем мелькнул свет от фонарика.

Я знакам указал своим, что дальше двигаемся ещё осторожнее. Оба кивнули, и мы двинулись вперёд. Дождавшись, когда часовой повернётся в противоположную от меня сторону, я резко рванул из-за угла. Нож вошёл под ключицу как в тёплое масло. Кровь сильными толчками хлынула мне на руку, которой я сжимал рукоятку. Пальцы стали скользкими, но нож у меня хороший, даже если руки вазелином намазать, из ладони не выскользнет.

Удерживая тело, которое колотило ногами, поднимая шум, я аккуратно уложил его на пол. Буквально через несколько шагов увидел первую колонну, на которую нужно было установить заряд.

Фок принялся за дело. Прилепил пластид, вставил детонатор и включил его. Достал устройство связи с взрывателем, проверил связь и кивнул.

И вот в этот самый момент произошло то, чего мы ждали только через полтора часа. Низкий гул, который было слышно больше телом, нежели ушами. Изображение дрогнуло, раздваиваясь, и подкатила тошнота.

– Валим, – тут же скомандовал я.

– Но мы не успели… – начал было Саня.

– Вот именно, – резко бросил я. – Бегом отсюда. Сейчас Ленка отработает, и если что не так, нам здесь всем трындец.

Спорить времени не было, и мы сорвались в тоннель по уже спланированному пути отхода. Я на ходу достал рацию и поднёс ко рту.

– Кузов Центру, приём, – бросил я в чёрную коробочку.

Ответом была тишина, даже эфирный шум отсутствовал.

– Подрывай, – приказал я Фоку.

Тот кивнул и вдавил клавишу. Ничего не произошло. Он повторил процедуру несколько раз и всё с тем же результатом.

– Да что за фигня, – возмутился тот и хотел вернуться.

– Стой, придурок, – остановил его я. – Чёрт с ней, с этой взрывчаткой…

Договорить я не успел. Видимо, Ленка произвела свой выстрел.

Вначале я оглох. Было ощущение, что через моё тело прошла волна. Она была похожа на взрывную, только без звука и воздушного удара. Я посветил фонарём на Саню с Фоком, у обоих из ушей шла кровь.

А потом прогремел взрыв. Несколько зарядов, которые успели установить, наконец сработали. Грохот от взрыва мы не услышали, но ощутили всем телом. На этот раз было понятно, что это ударная волна. Вместе с ней прилетела пыль, а спустя мгновение вздрогнула земля.

Со своими мы встретились спустя час в назначенной точке. Все гуськом шли за Михалычем, и вид у них был точно такой же, как и у нас. Разговоры бессмысленны, потому как все разом оглохли.

Проходя мимо нас, Михалыч изобразил руками, что вместо собора теперь пипец из крошева. Я показал ему поднятый кверху большой палец.

Слух вернулся только на следующий день. Мы уже покинули «уютное» подземелье. К слову, свалили мы с него в тот же день, пропетляв по этим коридорам не один час. Выход оказался типичной станцией метро. А дальше районами Питера, между домов к реке. И уже ночью по воде покинули город.

В тот момент, когда мы сваливали из северной столицы, на глаза попалась странность. Мертвяки покидали город. Целые толпы обычных зомби вперемешку с особыми сваливали из Питера. Они сбились в такую толпу, что попадись мы на их пути, всё, живыми выбраться нереально. И шли они не в одну сторону, они бежали, как крысы с тонущего корабля.

Кум что-то кричал в рацию, а точнее, своему связисту. Он размахивал руками, затем что-то писал на клочке бумаги и тыкал тому в лицо. Связист кивал и передавал сообщения.

Ближе к рассвету катер остановился у берега, а спустя минут сорок рядом с нами пришвартовался теплоход. А когда я увидел Ольгу, жену Кума и своего сына, до меня наконец дошло, как им удалось свалить и добраться до Питера. Кум выбрал спасение на воде.

Ближе к обеду следующего дня я начал различать отдельные звуки, а часа через два до меня уже можно было докричаться.

– Что там было?! – прокричал я вопрос Ленке.

– Они запустились на два часа раньше! – крикнула она мне в ухо.

– Не ори, дура, – отпрянул я. – Со мной не всё так плохо.

– Короче, – отсмеявшись, она перешла просто на громкий голос. – Они почему-то раньше стартанули. Сам момент запуска я не видела, хотя скорее не поняла, что это он. Я его почувствовала. Моё тело начало вибрировать, и всё стало понятно. Я пыталась вас предупредить по рации, но вся связь не работала.

– Это нормально, – подхватил её рассказ Лебедев, который тоже кричал, а не говорил. – Связь – это тоже звуковая волна…

– Иди нафиг, Лебедь, – оборвал его я. – Сейчас размажешь нам тут лекцию по физике на два часа.

– Вот так ты чуркой тупорылой и подохнешь, – засмеялся тот в ответ.

Он наконец понял, что меня не исправить, и стал намного спокойней относиться к моим закидонам. От этого я начал его как-то даже уважать. Теперь даже подоставать будет некого.

– Ну я выждала пару минут для верности и четыре пули в ящик всадила, – улыбнувшись, продолжила Ленка. – А потом задрожала земля, и собор начал заваливаться на бок. Ты бы видел, как из него Морты бежали, ха-ха-ха, как тараканы от дезинсектора.

– Коль, а почему бомжи из города свалили? – обратился я к Лебедеву, который продолжал сидеть рядом.

– Не знаю, но могу предположить, что это от звуковой волны, которая разошлась по всей округе, – подумав немного, прокричал он, – Но может быть и так, что мы нарушили всю работу их системы, и теперь зомби разбредутся по всей планете. По крайней мере на территории нашей страны точно.

– Ладно, будем посмотреть, – кивнул я. – Отдыхайте, я к своим пойду.

Друзья кивнули, а я пошёл к Куму и его жене. Мы очень давно не виделись и нам было о чём поговорить. Опять же, нужно понять, какие у них дальнейшие планы.

– Здравия, Кум! – прокричал я ему.

– И тебе не хворать! – крикнул он в ответ. – Падай, пообщаемся.

– Слушай, может вы со мной пойдёте? В Москве места всем хватит, – спросил я, когда приземлился рядом.

– Не, Серёг, у меня свои планы на будущее, – с улыбкой ответил он. – И они не хуже твоих.

– Что ты задумал? – поинтересовался я.

Планы у Кума всегда далеко идущие. Да и воплощает он их всегда с упорством барана. Мне иногда кажется, что он продавливает обстоятельства. Просто прёт напролом к своей цели, и всё. Бывает так, что у него гаснет интерес, но чаще всего это случается по достижению цели. А пока он не получил то, что хочет, будет идти вперёд.

– Я думаю создать город на воде, – ответил он. – Может даже не один. Сейчас это самое безопасное место. Зомби плавают плохо, скорее по дну пешком просто ходят. Причём хоть обычные, хоть особые. Вот мы и решили создать на широких реках что-то типа плавучих городов.

– А зимой? – спросил я.

– А что зимой, – пожал он плечами. – Ты как зимовал?

– Ну я-то в Кремле, – усмехнулся я.

– А я вот на теплоходе этом, – ответил Кум. – И ничего, как видишь, живой. Зомби становятся медленные, а в сильные морозы вообще останавливаются. Так что ничего, разберёмся.

– Но ведь лодки не вечные? – я предпринял ещё одну слабую попытку уговорить его. – Кто-то должен за всем этим смотреть. Нужны верфи и всё такое. Рано или поздно тебе придётся сойти на берег.

– А я и не собираюсь жить вечно на воде, – усмехнулся Кум. – На первое время хватит, а там видно будет. К тому моменту уже всё устаканится и станет понятно.

– Ну а жрать-то ты что собираешься? – не унимался я. – Как ты собираешься выращивать овощи?

– Серёг, – хлопнул он меня по спине. – Давай я тебе кое-что покажу. Пошли.

Мы спустились к нему в каюту. Он усадил меня за стол, достал из холодильника два пива. Которое скорее всего уже варит сам, а точнее, кто-то из его людей наладил выпуск. А вот то, что он показал мне после, заставило меня замолчать надолго.

Целая сеть, составленная из барж и теплоходов. Где первые выступали в роли хозяйственных «помещений», а вторые являлись жилыми. Были здесь и тягачи, и маленькие катера, над которыми имелись надписи.

– Всё уже придумано до нас, – принялся объяснять свою идею Кум. – Вот смотри. Эти баржи я заполняю грунтом, и огород готов. Здесь можно держать скот. Вот эти катера будут возить оружие и продовольствие. Они быстрые и манёвренные, на них так же будет производиться патруль. Танкеры с дизелем обеспечат нас топливом на ближайшие десять лет, а дальше посмотрим. Буксиры занимаются доставкой стройматериалов и питания для скотины. Да, на берег мы сходить будем. Нужно косить сено, сажать хлеб. Но крепостью сделаем дом на воде.

– Блин, Кум, да ты больной! – восхищённо произнёс я. – Как долго ты собираешься это строить?

– Да что тут строить? – усмехнулся он. – Заполнить баржи грунтом? Или поставить на якоря теплоходы? Да у меня за месяц всё будет готово.

– Где планируешь всё это ставить? – уже с интересом спросил я.

– В Нижнем, на пересечении Оки и Волги, – ответил Кум. – Я стерлядь копчёную люблю.

– Что за рыбу хочешь? – тут же ухватился я за торговые отношения.

– Даже не знаю пока, – пожал он плечами. – Давай так: я вначале на якорь встану, а затем уже решим, как мы с тобой жить станем.

– У нас есть ещё община, в Подмосковье обосновались, – продолжил я. – Они сельское хозяйство разводят. Могу у них телят и хрюшек для тебя попросить.

– А я и не сомневался, что ты оценишь мои масштабы, – захохотал Кум. – Ну что, давай? За новое начало?

– Опять пьёте? – в дверях появилась Олька, жена Кума.

– Будешь? – спросил её тот.

– Не, не хочу пиво, – отмахнулась она. – Там вино осталось?

– Само собой, – улыбнулся он и достал из холодильника бутылку сухого.

Затем мы перебрались на палубу и сели в своём маленьком, таком тихом и семейном кругу. Мы выполнили свою работу и теперь можно отдохнуть. А завтра снова в бой. С жизнью, Мортами и мертвяками. Но мы разберёмся, не впервой.

Если у Кума получится создать то, что он хочет. Если я смогу закрепиться в Кремле окончательно. Если Чума продолжит развивать своё хозяйство. Нас будет уже трое. Три оплота человечества, это уже не один. Да, нам будут мешать, будут пытаться разрушить, завоевать и сломить. Но я надеюсь, что мы всегда придём друг другу на помощь.

Когда-то давно на Земле уже прошла разрушительная война, и не одна. Но мы выжили, мы смогли и сейчас сможем. А Морты, они примут наши правила, выбора у них особого нет. Не выйдет сейчас продолжать войну до последней капли крови. Ни их, ни нас полностью не уничтожить. И чем быстрее они это поймут, тем лучше. А нет, так будут отхватывать.

Сейчас, когда увидел планы Кума, я понял, что не всё потеряно. Люди продолжат бороться, продолжат вот так сбиваться в кучи и строить города. И пока есть то, что осталось от цивилизации, есть шанс начать заново. От этих мыслей я сжал кулак и стукнул им по столику.

– Так, Кузов полон, – услышал я, как смеётся Кум. – Фок, иди помоги, отшвартуем тело в каюту.

Глава 10. Дом, милый дом

Из Питера по Неве дошли до Кировска. Дальше бросили водный транспорт и пересели на наземный. Мортов здесь не обнаружили, как, собственно, и мертвяков, что уже само по себе было странно. Мы уже привыкли к тому, что зомби обитают в городах.

Двигались большой группой людей, постоянно ворочая стволами во все стороны. Несколько раз поднимались на крыши, чтобы осмотреться, но так и не заметили никакой опасности.

Кум решил дальше двигаться через нас на Нижний Новгород. Там, по его словам, да и по логике, должен быть большой порт. Город стоит на двух реках, одна из которых считается достаточно крупной.

Волга в принципе всегда считалась основной артерией торговли на Руси. Да и большинство городов нашей Родины расположены как раз на ней. Ока – это наша с Кумом родная речка. Мы выросли на ней, купались в детстве, ходили на рыбалку. Так что выбор его вполне себе оправдан.

Жаль, по Неве до нас не дойти. Нет, оно, конечно, можно, но крюк будет слишком большой. Проще по суше. Тем более, что и транспорта хватает. Смущает лишь отсутствие мертвяков в городе.

Собственно, из этого возникают вопросы: где они сейчас? Почему они вдруг покинули города? Понятно, что недавние события как-то на это повлияли, но это скорее объясняет их отсутствие в Питере. А их нет и здесь.

Всей кучей народа мы отправились на вокзал. Здесь захватили автобусы, а заодно и несколько Уралов сюда подогнали. Это, конечно, не наши, которые оборудованы под апокалипсис, но тоже подойдут. Масса машины, помноженная на скорость и количество лошадиных сил, позволит снести Тарана, если он появится. Автобус – это тоже не легковая машина. Да, может Тарану и получится помять ему кузов, но скинуть с дороги – нет, вряд ли.

Весь процесс поиска транспорта занял от силы часа два. Пока подготовились, пока оживили технику. Всё же она год стояла под открытым небом. Кое-где колёса спустило, у кого-то аккумулятор сел. На счастье, цивилизация ещё не совсем ушла в забытие и ещё очень много полезного осталось на полках магазинов. Генераторы, пуско-зарядные, компрессоры и ещё много всего.

Пока копались и оживляли технику, день перевалил за вторую половину. Общим советом приняли решение ночевать в дороге. Не то чтобы лагерь разбивать и всё такое, рулить будем по сменам. Остановки каждые четыре часа. Разминка, девочки направо, мальчики налево, меняем водителей, и снова в путь.

Сказано – сделано. Загрузили людей в автобусы, сами по машинам, и вперёд. Колонна вышла приличная. Община Кума насчитывала почти шесть сотен человек. Вместимость автобуса, как правило, пять десятков мест. Урал и того меньше. В общем, по дороге сейчас шло семь междугородних автобусов, три рыбацких Урала и три Военных. Последние отыскали в местном военкомате.

Не сказать, что ехали с комфортом, кое-кто даже на полу разместился. Но лучше плохо ехать, чем хорошо идти.

Неприятности. А куда же без них в наше нелёгкое время. Пробка на дороге выглядела очень странно. Будто кто-то специально навалил кучу автомобилей посередине трассы. Объехать не представлялось возможным, потому что по бокам возвышался лес. Там просто невозможно проехать не то что на автобусе, даже мотоциклисту придётся несладко.

Стоило колонне сделать внеплановую остановку, чтобы посмотреть на этот завал, как из темноты одновременно вылетели три Тарана. Удары в борта автобусов разлетелись эхом в тишине, и это было сигналом к началу атаки.

Несколько языков выстрельнули из кустарника, растаскивая бойцов в разные стороны. Тут же атаковали Прыгуны, и это было не самым страшным. Где-то в глубине леса взревел Качок, а спустя мгновение из чащи вылетел здоровый кусок сосны. Он с грохотом обрушился на крышу одного из автобусов. Звон разбитого стекла и визги испуганных людей слились в единый звук.

Первой стрелять начала Ленка. Как только появились Тараны, она уже начала выбивать Лизунов. Затем к стрельбе подключился Саня. Он быстро покинул кабину Урала и принялся сшибать оседлавших людей Прыгунов. Не всем повезло, кто-то уже хрипел, пытаясь удержать кровь, которая толчками выплёскивалась на землю из рваной раны на шее.

Я уже открыл беглый огонь по бомжам, которые начали выбегать из леса с обеих сторон. Видимо, пуля зацепила Прапора, и похоже, что даже не одного. Визг поднялся на всю округу, а мертвяки начали двигаться раза в два быстрее. Кого-то уже потянули под Урал и начали рвать ещё живую плоть. Темнота, блики фонарей, крик людей и мутантов, всё смешалось в одну кашу.

– Саня, кричалки бегом! – крикнул я и, сменив рожок, вскинул автомат к плечу.

Несколько коротких очередей, разворот и удар прикладом в зубы Прыгуну. Ещё очередь, но теперь уже контрольная, в голову. Наконец поднялся долгожданный звук стадионной дудки, и бомбы-кричалки полетели в лес. Упасть на асфальт успели не все. Прогремела серия взрывов, и несколько бойцов вскрикнули, получив осколки.

– Спины к технике прижали! Бегом! – орал я во всю глотку. – Если не соберёмся, все сдохнем! Бегом, мудила! – я отвесил пинка какому-то пареньку, который стоял с автоматом и никак не мог решить, что ему делать.

Рёв Качка и очередное бревно приняли решение за него. Парня просто смело с дороги. Мне кажется, что я даже хруст его костей услышал.

– Лена, где он? – крикнул я снайперше, которая заняла позицию на крыше одного из автобусов.

– А я знаю?! – прилетел ответ.

Тем не менее ситуация стала меняться в лучшую сторону. Бойцы прижались спинами к машинам и автобусам. Прекратилось беспорядочное метание, в котором непонятно, где свой, а где чужой. Огонь стал плотнее, очереди короче. Ленка методично лупила из винтовки по особым. С мелочью разбирались мы. Постепенно затихли Прапоры, атаки особых тоже сходили на нет.

Очередное бревно припечатало сразу пятерых бойцов к борту автобуса. А рёв Качка прилетел уже с разных сторон. И если я правильно услышал – сразу с трёх.

– Три здоровых, – услышал я голос Кума, который, оказывается, всё это время работал рядом со мной. – Темно, ничего не вижу.

– Лена, где они? – снова крикнул я, едва успев толкнуть Кума и упасть самому.

Очередное бревно прилетело на наш голос. Ударив в будку Урала, оно отлетело и упало прямо перед моим лицом. Буквально пара сантиметров отделяла меня от смерти. Я посмотрел на Кума – слава Богу, жив, но глаза такие же большие.

Серия быстрых одиночных выстрелов сверху в исполнении Ленки.

– Минус один точно, – доложила снайпер.

И тут они вылетели из леса. Один держал в руке здоровенную дубину и принялся махать ей во все стороны. Саня был наготове. Небольшой яркий огонёк полетел в сторону Качка, звон стекла, и огонь осветил поле боя. Ленка после удачной серии выстрелов тоже спать не легла и, пока мы очередями долбили в горящую перекачанную обезьяну, завалила третьего, последнего.

Постепенно бой стих. В куче тел было непонятно, где свой, а где чужой. Кровавое месиво окружило колонну из автобусов и машин. Кто-то стонал, кто-то выл, а кто-то уже оплакивал близких.

В такой замес я попал впервые за всё время. Что это? Месть Мортов? Похоже на то. Слишком умно для тупых мертвяков. Но как они узнали? Слежка? Возможно. Спутники до сих пор кружат над нашими головами. Без управления и корректировки курса они могут держаться на орбите до пятидесяти лет. Не все, конечно, но многие. Станции скорее всего упадут через пять.

– Кум, что у тебя? – крикнул я. – Ольга, Сашка, они живы?

– Живы, – ответил тот. – Твои как?

– Порядок, – ответил в свою очередь я. – Что с потерями?

– Считаем, – угрюмо произнёс один из людей Кума.

– Лебедь, ты где? – позвал я нашего Морта. – Лебедь, собака, отзовись!

Но ответом была тишина. Среди тел его пока не обнаружили, среди живых тоже не нашлось. Людей выстроили немного в стороне, пересчитали, и теперь они помогали в поиске своих и перевязке раненных.

Солнце уже окрасило горизонт в розовый цвет. Часы показывали три часа, а мы всё ещё разбирали трупы, отделяя своих от зомби. Лица у всех мрачные. Предварительные потери представляли собой трёхзначное число. Пересчитав людей, которые способны передвигаться, эта цифра была: сто шестьдесят два. Со временем она сократилась до ста двадцати восьми. Тридцать четыре человека обнаружились при поиске с ранениями различной степени тяжести.

Постепенно цифра сокращалась, но некоторые ранения были несовместимы с жизнью. Такие получали хорошую дозу морфина и уходили из жизни с блаженной улыбкой на лице.

– Он здесь, – услышал голос Фока из леса и сразу рванул к нему.

Фок уже стоял перед ним на коленях и производил осмотр.

– Жив? – спросил я.

– Пока да, но у него внутреннее кровотечение, – ответил тот, – видимо, под атаку Тарана попал. Грудина разбита, и живот надувается. Если не положить его под нож, умрёт.

– Кум! – крикнул я во всё горло. – У тебя медики есть?

– Я могу посмотреть, – через какое-то время ответил толстый дядька.

– Ну смотри, чего встал, – я начал откровенно психовать.

– А… да… сейчас, – тут же засуетился тот. – Его нужно перенести.

К нам уже подошли Ленка с Саней. Насколько было возможно, аккуратно переложили Лебедева на одеяло и понесли на дорогу. Толстяк включился в работу и перестал волноваться. Вместо этого он принялся раздавать команды. Минут через пятнадцать началась операция. А уже через десять минут от её начала толстый доктор принялся сыпать грязными ругательствами.

– Что не так? – задал я ему вопрос.

– Здесь всё не так, – ответил тот. – У него даже сердце с другой стороны. Печень на месте желудка, именно в ней и порвана артерия. И я не знаю, где она находится.

– Ты сможешь его спасти? – спросил я.

– Я пытаюсь, не мешай! – резко обрезал меня тот.

Пришлось отойти и нервничать в стороне. А чтобы нервозность прошла более мягко, начал командовать разбором завала. Вначале просто орал и раздавал пинки, потом меня послали несколько раз, и я включился в процесс уже руками. Часа через полтора машины растащили, не без помощи Уралов и троса.

Потом начались похороны своих. Трупы зомби облили бензином и подожгли. А когда я вернулся с похорон, то увидел сидящего на асфальте доктора.

– Ну что? – спросил я.

– Всё, – устало ответил он.

– Трындец, – сказал я всё, что думал об этой ситуации, и уселся рядом.

Грязными руками достал сигарету и сунул себе в зубы.

– Угостишь? – попросил толстяк.

Я молча протянул ему пачку, тот взял сигарету и прикурил. Мы молча сидели и дымили какое-то время.

– Ну что, пойдём и его похороним, – поднялся я на ноги.

– Кого? – уставился на меня врач.

– Пациента твоего, Лебедева, – непонимающим взглядом уставился я на него.

– Зачем? – ещё больше удивился тот.

– Ты же сказал «всё»?

– Ну да, всё, значит, закончил, – пожал плечами тот.

– Ты дятел, что ли? – уже начиная улыбаться, спросил я. – Он что, живой?

– Надеюсь, выживет, – опешив от моего лексикона, ответил толстяк. – Кровотечение я остановил, всё зашил. Пульс слабый, но есть. Если инфекция не добьёт, всё будет нормально. Он сейчас под капельницей. Нужно ждать, ехать ему нельзя.

– Дай я тебя обниму, пузатик ты мой! – я на радостях схватил доктора и попытался оторвать его от земли.

Пока Лебедев находился под капельницей, а разрешения на его транспортировку мы не получили, то принялись обустраивать лагерь. Из семи автобусов три пришли в негодность, хорошо, что Уралы выстояли в этом бою. Мы выставили технику так, чтобы они образовали некое подобие крепости. Лагерь обосновали посередине. Хоть и в тесноте, но хоть какая защита.

Похоже, что все мертвяки разбрелись по округе и в города возвращаться не спешат. За день мы пристрелили примерно с десяток тварей и даже одного особого.

В этом, конечно, есть свои плюсы, но лучше к ним не привыкать. Мы год считали территорию за городом безопасной. Никто не даст гарантию, что они больше не вернутся в каменные джунгли.

Несколько костров полыхали вокруг лагеря. Лебедев до сих пор не пришёл в себя, а доктор пока не дал разрешения на его транспортировку. Сан Саныч, именно так звали врача, в последний обход вернулся с удивлением на лице.

– Если так дело дальше пойдёт, завтра утром можем уже ехать, – сказал он. – У вашего друга удивительно быстрая регенерация тканей. Следов инфекции не видно, ткани уже начали рубцеваться.

– Вот то, что ты сейчас сказал, я почти понял, – улыбнулся я. – Ты мне простым языком лучше, он поправляется?

– Да, и очень быстрыми темпами, – кивнул тот. – Но в сознание почему-то ещё не пришёл.

На ночь мы поставили часовых на крыши автобусов, развели костры вокруг и для еды, и чтобы хоть что-то видеть в кромешной темноте. Хорошо хоть ночи летом короткие и тёплые.

Людей разместили и в технике, и на улице. В автобусы загнали женщин и детей, а мужская часть осталась ночевать под открытым небом. Лагерь ещё долго гудел после отбоя, разговоры продолжались до наступления темноты. Да и после люди продолжали общаться, было что обсудить.

На утро Сан Саныч обрадовал меня тем, что Лебедев наконец-то пришёл в сознание и мы можем продолжать движение. Быстрый завтрак, сборы, и, кое-как разместившись в оставшейся технике, мы вскоре двинулись в путь.

* * *

Кремль, мать его так! Как же я по нему соскучился. За прошедший год я привык называть это место домом. Здесь моя семья, мои люди, я даже кое-что начал перестраивать под себя.

На этот раз встречать нас вывалило чуть ли не всё население. Раненных тут же передали Аркадичу на дополнительное обследование. А вот Лебедев уже мог передвигаться самостоятельно, в отличие от многих из людей. Это, конечно, не спасло его от осмотра.

– Хм-м, любопытно, – произнёс Аркадич, осматривая его. – Кто, вы говорите, вас оперировал?

– Сан Саныч, – ответил тот. – Это доктор из общины Кума.

– Нужно с ним пообщаться, – задумчиво произнёс тот. – Да, определённо профессионал, но кое-что ему стоит узнать дополнительно. Пусть зайдёт ко мне позже.

– Не вопрос, Аркадич, – сказал я. – Ты мне главное ответь: этот как? Жить будет?

– Определённо да, – ответил наш специалист в области медицины. – Кстати, Серёж, зайди к Фонарю.

– Сейчас? – спросил я. – Мне бы к Машке ещё попасть.

– Ты вначале к Фонарю зайди, – настойчиво сказал тот. – А потом и к Марии, причём тоже в обязательном порядке.

– Что-то случилось? – насторожился я.

– Случилось, – кивнул тот. – У нас прибавка, только очень странная.

– Кажется, я понял, – задумался я. – А когда эта прибавка появилась?

– К Фонарю, – отмахнулся доктор.

– Принял, – ответил я и вышел из санитарной части, чтобы сразу же войти в научный отдел.

– Здорова, ботан, – поприветствовал я нашу науку.

– И тебе не хворать, – ответил тот. – Тебя Аркадич прислал?

– Нет, блин, я сам захотел послушать непонятную речь, – усмехнулся я.

– В общем, вчера к нам попал новенький, – без каких-либо прелюдий начал Фонарь. – И попал очень странным образом.

– Вчера, говоришь? – удивился я и оттянул губу. – Ты точно не ошибся? Не неделю назад?

– Нет, именно вчера, – ответил тот. – Неделю назад из Москвы ушли все зомби. Потом, конечно, стали возвращаться, но это больше так, типа бродячих. А человек появился вчера.

– Рассказывай, – моментально стал серьёзным я.

– Да, собственно, что рассказывать, – пожал тот плечами. – Поднялась стрельба на стене, не сильная, так, несколько прицельных. А потом внутрь завели человека. Его, естественно, подвергли проверке, но поведение у того было весьма странным.

– Угу, понятия не имел, где находится и что происходит вокруг? – закончил я вместо Фонаря вопросом.

– Так ты уже в курсе? – удивился тот.

– Догадался, – усмехнулся я. – Достаточно было твоей фразы, что он вёл себя странно.

– Что случилось в Питере? – резко сменил тему Фонарь.

– Ну как что, хорошего мало, – ответил я, а затем рассказал о том, как мы загасили генератор.

– Видимо, вы не до конца его уничтожили, – спустя долгое время наконец сказал Фонарь. – Скорее всего он так и продолжает излучать вибрации и пробивать границу.

– Я туда больше не полезу, – сразу сказал я. – Там завал такой, что мы его десять лет разгребать будем.

– И может случиться так, что ничего не изменится, – выдвинул очередную теорию тот. – Скорее всего генератор пробил границу между миров. Но в тот момент, когда вы его уничтожили, дыры в пространстве не закрылись и теперь так и будут подбрасывать нам попаданцев.

– Я не против, – пожал я плечами. – Лишь бы нам подбрасывал, а не этим.

– Скорее всего процесс рандомный, – продолжил тот.

– Всё, Фонарь, захлопни варежку, – обрезал его я. – Сейчас начнёшь меня своими словами грузить. Я уже не понял, что ты там сказал.

– Рандомно, значит, случайным порядком, – объяснил тот, не обращая на меня внимания. – Люди будут постоянно проваливаться к нам в разных местах и в разное время. Не все попадут к нам или Мортам. Многие могут попадать на другие территории. Большинство окажется не готово к нашим суровым условиям и будет умирать от зубов зомби.

– Я тебя услышал, – кивнул я. – Мы можем с этим что-то сделать?

– Скорее всего уже нет, – пожал плечами тот. – Просто чтобы ты был в курсе и не пристрелил такого случайно.

– Ну я же не совсем того, – усмехнулся я, а Фонарь посмотрел на меня вопросительным взглядом. – Ой, иди в жопу, – махнул я на него рукой. – Всё, я к Машке, своих предупрежу.

Глава 11. Соседи

– В общем, Серёж, ситуация у нас такая, – Машка вызвала меня в свой кабинет, чтобы устроить разбор полётов. – На севере у нас поселение Чумы, Максу удалось поставить якорь на Волге.

– Какому Максу? – не понял я. – А, мля, Куму, что ли?

– Кузов, ты меня иногда пугаешь, – засмеялась жена. – Ладно, суть не в этом, смотри, – она развернула ко мне ноутбук и раскрыла на нём карту местности. – Вот здесь Чума почти город построил, по нашим меркам это почти мегаполис. У него около трёх с половиной тысяч человек.

– Ты мне очевидные вещи собираешься рассказывать? – возмутился я и тут же получил леща.

– Кузовков, блин, можешь помолчать две минуты? – строго спросила Машка.

– Ну, думаю, потяну, – изобразил я задумчивый вид.

– Вот здесь, – она промотала карту в сторону запада. – Прямо в порту Нижнего город Кума. От него вчера пришла первая поставка провизии. Рыба и так, по мелочи. Мы к ним уже три раза поставки от нас делали. Так что они нам ещё должны.

– Да хорош ты, должны, – возмутился я. – Это же свои.

– Серёж, без учёта торговли дела вести не получится, – осадила меня она. – Если не понимаешь, не лезь, мы с Ольгой сами разберёмся.

– Устроили матриархат, мля, – не упустил я возможности уколоть жену. – Ну там хоть Кум рулит.

– Ты можешь дослушать? – сделала строгое лицо Машка.

– Да давай уже, – махнул я. – Жги.

– В общем, рядом с ними, с Кумом нашим, организовалось ещё одно поселение, – Машка указала в район Дзержинска. – Где-то здесь. Люди нормальные, адекватные. Но возле нас тоже община организовалась.

– А вот это что-то новенькое, – сразу же оживился я. – Кто такие, чего хотят?

– Об этом и речь, – довольно кивнула она. – Вот здесь, в районе Люберец. Кто такие и чего хотят, или могут – тебе и предстоит выяснить. Наши уже несколько раз с ними сталкивались, и пока ничего хорошего из этого не вышло. Каждый раз стрельба, раненные, в общем, ничего хорошего.

– Мне их убить всех или что? – спросил я.

– Кузов, ты дурак или прикалываешься? – уставилась на меня жена. – Ну какой нафиг убить? Мы люди, нам и так есть с кем воевать. Это хорошо, что сейчас зима и мертвяки замерли. Короче, выясни всё про них и узнай, что им нужно. Пора отношения налаживать. Да, и чтобы потом для тебя сюрприза не было, с нового года вводим деньги в оборот.

– Какие деньги, Маша? – удивился я. – Кому они нужны?

– Нам, Серёж, для того, чтобы вести торговлю, чтобы люди понимали, за что они работают, – начала загибать пальцы жена. – Да много для чего они нужны. Ну как ты себе представляешь дальнейшую торговлю?

– Ну нормально же торгуем, – пожал я плечами.

– Мы в каменном веке живём, а не торгуем, – сморщилась та. – Пора уже возвращать цивилизацию. Иначе мы запутаемся ещё больше. Или ты считаешь, что отдать ящик патрон за кусок сала – это нормально? Да и люди, в конце концов, им стимул нужен, чтобы работать, чтобы расти в профессиональном плане.

– Да все нормально работают, – пожал я плечами. – Понимают, что это необходимо для выживания.

– Кузов, выживание закончилось, – с нажимом сказала она. – Понимаешь или нет? Всё, мы приспособились, началась жизнь.

– Ладно, понял я тебя, вводи свои деньги, – махнул я. – Что это хоть будет-то?

– Скорее всего доллары, – ответила Машка. – Рубли мы не сможем контролировать, их много осталось. В банках, кассах магазинов. Их обесценят сразу, как только мы введём понятие рубля. Долларов в стране тоже много, но не настолько. По крайней мере просто так ты их в кассе магазина не возьмёшь. А впоследствии что-нибудь придумаем. Свои создадим или ещё чего.

– М-да, хорошо, что ты во главе встала, – задумчиво произнёс я. – Я бы даже заморачиваться этим вопросом не стал. Что известно о наших соседях?

– Вот, – Машка достала из стола папку и положила передо мной. – Это всё, что удалось узнать. Посмотришь потом.

Я вышел от жены. Мороз сегодня градусов двадцать. Лицо сразу закололо тысячами иголок. Вставив в зубы сигарету, прикурил. С табаком уже начались проблемы. Если изначально курева было хоть жопой жуй, то сейчас уже приходится задуматься о том, чтобы бросить. Ну или табак выращивать начать.

Проблемы не только с сигаретами, мы уже чувствуем нехватку таких продуктов, как кофе, чай, макароны, туалетная бумага. Если вопрос чая можно решить в нашей широте, то кофе мы не вырастим.

Этими вопросами очень серьёзно заморочался Чума. Его люди занимаются заготовкой Иван-чая и Цикория в большом количестве. С последней поставкой и нам перепало. Нишу они заняли очень правильную. Да и Машка права, ресурсы заканчиваются, может так статься, что пачка кофе станет дороже автомата.

Но мы тоже не стоим на месте. Наша община появилась одной из первых, мы многое успели под себя подмять. Оружие, патроны, одежда, продукты длительного хранения. Даже если сейчас погибнет весь урожай, мы ещё долго сможем питаться из закромов.

А самое важное, что нам удалось – это создать аппаратуру для управления особыми заражёнными. Фонарю это удалось. Да, зона покрытия хромает, но они есть и они на понятных нам технологиях. Проблему дальности можно решить, по крайней мере Аркадич с Фонарём продолжают над этим работать. Лебедев им помогает, объясняет или пытается объяснить технологии Мортов. И из этого союза уже начинает получаться много полезного.

У других общин подобного нет и вряд ли будет. Даже Кум не обладает подобным инструментом. Не сказать, что мы от этого становимся ядерной державой или ещё что-то такое, нет. Но влиять на ход боя с помощью мертвяков – хороший козырь.

Жаль, что в наши руки не попали другие блоки управления, но лучше так, чем вообще никак.

– Чего задумался? – мне навстречу шёл Лебедев. – У себя?

– Угу, – кивнул я. – Ты про соседей знаешь чего?

– Тебе поручила? – вопросом на вопрос ответил тот.

– Ну а кому ещё? – пожал я плечами. – Хотел я Сане безопасность поручить, ещё тогда, а оно видишь как.

– Так Саня хомяк, снабжение – это его страсть, – усмехнулся Морт. – Ладно, не куксись. Там не всё так страшно. Засела группа людей, назвали себя городом и теперь принялись делить сферу влияния. На переговоры идут неохотно, просто заявляют права с помощью силы.

– А кто такие, откуда? – задал я пару наводящих вопросов.

– Всё уже там, – указал тот на папку у меня под мышкой. – Немного, но уж что есть. Я к ним пробовал агента подсадить, но его быстро вычислили и выгнали на улицу.

– Но убивать не стали? – спросил я, а Лебедев помотал головой. – Уже плюс. Ладно, посмотрю, что можно сделать. Ты Ленку видел?

– В храме, тренирует команду аватаров, – ответил тот.

– Принял, – кивнул я и отправился к собору.

За лето у нас снова произошли изменения. Парковая территория за стенами Кремля теперь была полем. Там зажали зерновые культуры и картошку. На всё, конечно, сил не хватало, скотиной мы так и не обзавелись, если не считать хрюшек. Молоко и всю связанную с ним продукцию продолжали закупать у Чумы. Рыбное хозяйство развёл Кум, глупо было бы на реке этим не пользоваться. Однако и он тоже обращался за помощью к нам и Чуме.

У Кума тоже были свои плюсы. Его поселение практически не видело опасности в виде мертвяков. Нижний Новгород снабдил его оружием и патронами. Чем занимались его соседи, я не знаю, не вникал, но он охотно торговал и с ними. Вроде как они металлургию возродить собираются.

И вот теперь у нас появились свои соседи, о которых мы ничего не знаем. Пришли осенью, молча, а уже через пару дней произошёл первый конфликт. Против наших шестерых бойцов они выставили пять десятков. Пришлось уйти. Затем было ещё несколько стычек, которые опять закончились не в нашу пользу. А потом наступило затишье.

Я уже думал, что они ушли, мол, залётные какие. Ан нет, решили обосноваться и городом себя назвать. Теперь придётся решать проблему, если не мирным путём, то силой. Но делать что-то нужно, иначе нас самих выдавят.

– Лен, бросай свою фигню, дело есть, – оторвал я инструктора от занятий.

– Сам ты фигня, – отмахнулась она. – Потерпи полчасика. Мы уже заканчиваем.

– Я в баре буду, – сказал я. – Саню с собой возьми и Хоттабыча.

– Хорошо, – кивнула Ленка, снова натянула очки и начала раздавать команды своему отряду.

Да, на территории Кремля теперь есть бар. Это бывшая правительственная столовая. Её у нас выпросил один мужичок под этот самый бар. Там он вначале принялся варить пиво и подавать незамысловатую закуску. Всё это происходило по вечерам и как-то непринуждённо. Теперь в Кремле две пивоварни, а та, которая была столовкой, получила название «Бар». Вывески, конечно, не было, но все местные уже к этому привыкли и между собой никак иначе это место уже не называли.

Пока ещё это было бесплатное заведение, но, как намекнула Машка, вскоре у нас появятся деньги. Жизнь снова начнёт делить людей на богатых и бедных, и мы вновь вернёмся к тому, от чего нас спас апокалипсис. Появится зависть, злость и понятие выгоды. Но в чём-то она права, деньги – неотъемлемая часть цивилизации.

– Привет, Качок, – поздоровался я с хозяином Бара.

Парень худой, как палка, руки в районе бицепса настолько тонкие, что моему запястью равны. Альбинос, типа Чумы, нос горбатый. Кличку свою он заработал от Фока, который в шутку его так назвал. Но она тут же приклеилась к мужику, и всё, теперь он Качок.

– Здорова, Кузов, – он пожал мою руку. Несмотря на его природную худобу, рука крепкая, да и сам он такой, как лом. Чувствуется, что стержень есть.

– Мне пивка и гренок, – сказал я и почти моментально получил свой заказ.

– Какой-то ты сегодня мрачный, – Качок тоже нацедил себе половину кружки и уселся с ней напротив. – Тебе книг новых не попадалось?

– Кач, да ты же знаешь, я за стены почти неделю не выходил, – ответил я. – А ты что, уже все пять проглотил?

– Блин, Кузов, здесь не так часто подобные вещи в руки попадают, – пожал плечами тот. – Если бы не ты, вообще не знаю, что делал бы. Впору самому за стену лезть опять.

– Не сцы, у меня скоро выход, Машка задачу нарезала, – успокоил его я. – Давай список желаемого, посмотрю, что есть.

– Серёга, дружище, – просиял тот. – Что бы я без тебя делал. А что за выход-то?

– Да соседей нужно на место поставить, – отмахнулся я. – Так, мелочи всякие.

– Я тут краем уха слышал, что собираются деньги вводить, – шёпотом спросил Качок. – Не слышно там? – он указал глазами в потолок.

– Да, Кач, будет тебе счастье, – усмехнулся я. – Доллары Машка в оборот вводить хочет. Но я тебе ничего не говорил.

– Я тебя умоляю, – сморщился тот. – Мы что, первый лень знакомы? Тем более, у меня для тебя всегда будет всё самое лучшее и абсолютно бесплатно.

– Ой, ладно, раскудахтался, я сейчас покраснею, – расхохотался я.

– Тут тип один странный ошивался недавно, – вдруг сменил тему Качок.

– Что за тип? – удивился я. – И почему странный?

– Ну, во-первых, потому что не наш, – ответил тот. – Своих я всех в лицо знаю. А во-вторых, вопросов больно много задавал.

– А выглядел как? – поинтересовался я.

– Да как, обычно выглядел, – задумался Кач. – Слушай, а ведь я не знаю, – вдруг удивлённо уставился он на меня. – Вот пытаюсь вспомнить, а не могу. Какая-то внешность обычная слишком. А, в плаще он таком был, с капюшоном. Ну знаешь, типа военного или ментовского.

– Не представился? – попытался я выяснить ещё хоть какие детали.

– Да нет, – почесал он макушку. – Да и зачем оно мне, ну мало ли, залётный какой. Ты же сам знаешь, у нас сейчас всякие бывают.

– Это да, – усмехнулся я. – Устроили проходной двор. Думаешь, шпион?

– Не, не похоже, – пожал плечами тот. – Скорее просто вопросы странные.

– Какие вопросы-то? – спросил я.

– Ну типа: а кто у вас главный? А какой он человек? А нужно ли деньги платить за еду? – начал перечислять тот.

– Да, права Машка, пора бы уже эти деньги вводить, – задумался я. – Хоть вот на таких пассажирах заработаем. Ладно, Кач, спасибо, мои, вон, подтянулись.

– Ах, да, ещё кое-что, – придержал меня владелец бара. – Он без оружия был. Вот что было странным.

– Совсем? – удивился я. – Даже пистолета не было? Может ты под плащом не заметил?

– Нет, точно не было, – покачал головой тот. – Два ножа и рогатка на поясе. Никакого огнестрела.

– Действительно странный, – усмехнулся я. – Ладно, потом поговорим.

Я пересел за столик к подошедшим друзьям. Поприветствовал всех, дождался, пока они сделают заказ, а затем принялся вводить в курс дела. Хотя нет, не сразу, конечно. Вначале тоже пожрать заказал. От гренок что-то аппетит разыгрался.

– Значит, главный у них некий Виктор, – продолжил я зачитывать файл от разведчиков Лебедева. – Кликуха у него Туз. Сколотил банду из бывших уголовников и всяких отморозков. Вначале обитал где-то на периферии, но что-то там не заладилось, и его вышибли.

– Это что же получается, у нас здесь банда квартирует? – возмутился Хоттабыч.

– Да нет, все немного сложнее, – ответил я, взглянув на него поверх папки. – Это начинал он как банда. А теперь серьёзный тип. У него всё по чину. Есть мирные, есть военные. Вот вторые скорее всего из уголовников. Ну, это Лебедь так написал. Иерархия тюремная, но названия другие имеет.

– Это как? – не поняла Ленка.

– Да всё просто, – усмехнулся я. – Вот всё как у нас: Машка – смотрящий, мы с вами – блатные, а остальные наши жители – мужики. Это если брать за теорию тюремную иерархию. Вот только у нас на этом всё. А Туз пошёл дальше.

– Я всё равно ничего не поняла, – отмахнулась Ленка. – Ты мне скажи, кого пристрелить, а это всё лишнее.

– А я, кажется, понимаю, – подхватил Саня. – Получается, у Туза там и низшие касты есть. Типа шнырей и чушков всяких.

– Вот, учись, а то так блондинкой и помрёшь, – указал я Ленке пальцем на Санька. – Всё ты, Саня, правильно понял. Чтобы выжить в их общине, нужно быть сильным. А для того, чтобы приподняться, нужно быть уркой.

– Что предлагаешь? – спросил Саня. – Если я правильно понял, то такие понимают только язык силы.

– Правильно, Саня, мыслишь, – усмехнулся я. – Предлагаю вначале выйти на контакт с Тузом. В идеале, конечно, выманить его на открытую местность, чтобы силу продемонстрировать. Вот только, боюсь, он откажет нам в такой чести.

– К ним в город пойдём? – спросил Хоттабыч. – Вот так, вчетвером?

– Ну почему вчетвером, – заулыбался я. – Прихватим с собой пару аватаров. А Ленок своих снайперов на точки поставит. Если что не так, хлопнем их верхушку, и дело с концом.

– А если так? – спросил Саня.

– А если так, то будем общаться и сотрудничать, – ответил я. – И да, насрать на их законы. Это их монастырь и там свой устав. Если люди к нам не бегут пачками, значит, жить там не так уж и плохо.

– Ладно, согласен, – кивнул Саня. – Какие ни есть, но они люди.

– Вот именно, – кивнул я. – Ладно, вечер на сборы, завтра выдвигаемся. Лен, для аватаров используйте оборудование Мортов. Оно стабильнее и охват хороший. Снайперов бери не больше трёх, точнее, ты и ещё двое.

– Точно не мало? – переспросила она.

– Думаю, справимся, – ответил я. – Мы же не собираемся всю общину положить.

– Ну это уж как пойдёт, – пожала плечами наша маньячка.

– Я те пойду, – пригрозил я ей кулаком. – Совсем, что ли, уже? Всё, на сегодня разбег, – скомандовал я. – Долго не сидите, вам ещё собраться нужно. Выходим в шесть.

Глава 12. Тёрки

– Сегодня мороз сильный, – задумчиво произнесла Ленка.

– И что? – не понял я. – Боишься замёрзнуть? Или термобелье забыла надеть?

– Кузов, а ты не забыл, что зомби сейчас замёрзли? – встала в позу самовара. – А то, что особые сейчас еле двигаются, тоже из головы вылетело?

– Мля, это я что-то как-то да, – невпопад ответил я и почесал макушку. – Ладно, справлялись же мы раньше как-то без этого. Давай грузись в машину, разберёмся. Мы, по идее, вообще без стрельбы должны обойтись.

Дорога свободная от машин, едем легко, без каких-либо проблем. Зима вообще хорошее время, особенно когда мороз. Можно заниматься делами, не оглядываясь назад. Нет, бдительности терять не стоит. Всегда есть шанс схлопотать пулю в спину. Зато нет никакой угрозы от мертвяков.

Правда, говорят, вместе с попаданцами к нам проваливаются и другие твари, но я их пока не видел. Да и умирают от пули они быстрее, чем любой зомби. Уж не страшнее Качка, по-любому.

Люберцы, подмосковный город. Когда-то был чистым и красивым, сейчас здесь царит запустение. Пустые провалы окон, безлюдные улицы. Кое-где замёрзшие мертвяки, правда, сейчас это редкость. Раньше в любой подворотне можно было толпу найти, сейчас же они разбрелись повсюду.

Морты умеют собирать их в стаи, но и они начали дорожить своими ресурсами. За последние полтора года мы сильно проредили популяцию мертвецов. Оно, конечно, если всех в одну кучу собрать, то мы вряд ли выстоим. Но ведь, кроме нас, есть ещё люди, например, вот эти, к которым мы сейчас едем на переговоры.

Картина мира стала более или менее понятна. Его откатили к самому началу. Идёт вялая война между нами и Мортами, посередине мертвяки и некоторые общины выживших. Полноценными боевыми действиями это не назвать, но при столкновении между нами и древними всегда стрельба. Чаще всего побеждаем мы, в силу своей природы, наверное. Хотя бывают моменты, когда победа остаётся за расой Мортов.

Сейчас Лебедев мутит какую-то очередную интригу со своими соплеменниками. Говорит, что есть община древних где-то под Тверью. Уж не знаю, что из этого получится, но надеюсь, ничего хорошего. У него, видите ли, цель есть, мечта идиота: хочет, чтобы люди и Морты стали жить в мире и согласии. Мол, у каждого есть право на жизнь и всё такое. Пусть цивилизация развивается на обе формы жизни.

– Приехали, дальше пешком, – оповестил Саня, тем самым выбив меня из размышлений.

– Выгружаемся, – скомандовал я. – Идём всей группой, когда будем почти на месте, займёте снайперские позиции.

Туз взял под контроль здание железнодорожного вокзала. Вполне правильный выбор, если учесть стратегический момент. Железка всегда будет приносить прибыль и собирать рядом множество складов.

Сейчас, зимой, им наверняка несладко. Протопить здание вокзала – задача не из лёгких. Даже странно, что они решили переселиться осенью, под холода и морозы. Хотя это позволит спокойно организоваться без участия мертвяков. А с теплом наверняка вопрос решили. Не на морозе же они спят, в конце-то концов.

К зданию вокзала подходили втроём. Я, Саня и Хоттабыч. Ленка и ещё три снайпера уже заняли позиции и распределились по району. Как только пришло сообщение от Ленки, что все на местах и имеют полный обзор местности, мы двинулись на переговоры.

– На месте стой, раз, два, – раздался голос сзади. – Кто такие? Чего надо?

Этого парня мы заметили давно, он прятался в одном из зданий на подходе. Видимо, это был секрет Туза. Но курение на посту, даже в дневное время суток, почти на сто процентов выдаёт часового. Как бы тот ни прятался, а по запаху дыма мы быстро определили, где он находится. Дальше дело техники, изредка смотреть за спину и шевелить ушами.

– Мы к Тузу, – ответил я. – Переговорщики от Кремля.

– А, мажоры, – с пониманием кивнул тот. – Стойте здесь, сейчас доложу.

Он достал рацию и некоторое время вёл переговоры. Что он там произносил, было не совсем понятно, так, бормотание доносилось, не более.

– Сейчас вас встретят, – наконец сказал он. – Но оружие, ребят, придётся сдать.

– Это с чего вдруг… – начал было Саня, но я остановил его, положив руку на плечо.

– Надо, сдадим, – кивнул я. – Только вернуть не забудьте.

– Посмотрим на ваше поведение, – заулыбался часовой, но, увидев хмурый взгляд Хоттабыча, исправился. – Да шучу я, не нужны нам ваши пукалки.

Буквально через несколько минут из здания вокзала вышли двое с автоматами, ещё двое появились на крыше, да и в окнах началось какое-то движение.

– Пошли, – грубо скомандовал один из вышедших и сплюнул себе под ноги.

Когда я проходил мимо него, он толкнул меня автоматом в плечо.

– Слушай, ты, – остановился я и посмотрел ему в глаза. – Я не твой пленный, ещё раз такое сделаешь, я тебе челюсть сломаю.

– Чё? – попытался начать борзеть тот.

– Клин, хорош, – остановил его второй. – Наше дело – сопроводить и обшмонать. Не создавай конфликт.

– А ты мне не хозяин, понял? – в очередной раз сплюнул Клин, но больше меня не трогал.

Мы вошли в здание вокзала, и в наушнике тут же раздался недовольный голос Ленки: «Кузов, я вас не вижу, идите к окну, или вы останетесь без прикрытия».

Отвечать я не стал, вместо этого скинул рюкзак, автомат, достал пистолет и, положив его сверху, развёл руки в стороны. Клин небрежно похлопал меня руками по бокам, обыскивая на наличие скрытого оружия.

Вокзал выглядел почти как бомжатник. Его поделили перегородками на более мелкие отделы и в каждую установили печки-буржуйки. Таким образом, не нужно было протапливать весь зал целиком, а только отдельные комнатки.

Люди в основном одеты во что попало: фуфайки, куча кофт и курток. Редко кто имел тёплый зимний камуфляж или рабочий комбинезон. На нас смотрели с презрением и злобой, даже не пытаясь её скрыть.

Мы прошли к дальней лестнице и поднялись на второй этаж. Здесь уже квартировались в отдельных кабинетах. Видимо, это были приближённые к Тузу, ну или блатные. Одеты уже хорошо, тепло. Костюмы чистые, рожи сытые.

Нас завели в один из кабинетов, некогда бывший у директора вокзала. А сейчас его занял главарь Люберецкой общины. В приёмной находился его деловой кабинет, а в кабинете директора, видимо, была спальня. Вышел Туз именно из неё, дав возможность заглянуть туда краем глаза.

Крепкий мужик, сухой, с цепким и строгим взглядом. От него исходила сила и уверенность. С другой стороны, слабак бы не смог подмять под себя блатных. Деньги сейчас не являются стимулом, так что вряд ли он купил их.

– Проходите, – без прелюдий начал он. – Чем обязан?

– Поговорить нужно, – ответил я.

– Нужно – говори, – усмехнулся он и залил кипятком кружку с растворимым кофе. Чайник он разогревал на газовой, походной горелке.

– Твои люди постоянно открывают стрельбу, когда рядом появляются наши, – принял я правила игры. – Это нужно прекращать.

– Не лезь на мою землю, и всё будет хорошо, – пожал плечами тот. – Не вижу никаких проблем.

– А где заканчивается твоя земля? – спросил я.

– Пока на линии МКАД, – ответил тот. – Летом посмотрим.

– Ты бессмертный, что ли?! – не выдержал я. – Или думаешь, мы тебя нагнуть не сможем?

– А что же ты тогда сюда ныть пришёл? – поднял на меня спокойный взгляд тот.

– Похоже на то, что я здесь ною? – удивился я.

– Короче, слушай сюда, мажор, – металлическим тоном сказал Туз. – Мы пришли на эту землю, нравится тебе это или нет. Будете мешаться под ногами – не обижайтесь.

– Туз, ты вроде не глупый мужик, – продолжил я. – Зачем тебе всё это, делить нам нечего, кроме общего врага. Если тебе нужно что-то, мы поможем. Сейчас не то время, чтобы устраивать грызню между собой.

– Ошибаешься, мажор, именно сейчас то самое время, – откинувшись на спинку кресла, ответил тот. – Кто сейчас подомнёт под себя больший кусок, тот и будет в шоколаде. От вас мне ничего не нужно. Хотите жить мирно, забудьте про юго-запад Москвы.

– Какой я тебе мажор? – спросил я.

– Ты из Кремлёвских? – оставаясь всё таким же спокойным, спросил Туз.

– Я вроде представился твоим людям, неужели не доложили? – съязвил я.

– Логику не видишь? – усмехнулся Туз.

– Я тебя услышал, – кивнул я. – Но поверь мне, ты ошибаешься. Когда Морты придут за вами, мы и пальцем не шевельнём, чтобы вам помочь. Забирай свой юго-запад, но даже не думай сунуться за его пределы, понял?!

– Это что, жесть доброй воли? – усмехнулся тот и поднял кружку.

– Шаг влево сделай, – раздался голос Лены в наушнике.

Я сделал шаг в сторону, и тут же кружка с кофе разлетелась в руках Туза, обдав того кипятком.

– Мы друг друга поняли? – спросил я.

– Ты сейчас меня на понт, что ли, взять хотел? – расхохотался Туз. – Пацан, да твоих снайперов, если нужно, через минуту холодными сделают. А бабу их главную раком прямо на крыше загнут.

– Мы договорились? – с нажимом спросил я.

– Только за то, что ты меня развеселил, – кивнул тот. – Я не лезу к вам, вы ко мне. И будем жить мирно и дружно. А уж с яйцеголовыми я как-нибудь сам разберусь.

– Дело твоё, – кивнул я и собрался было на выход.

– Постой, – задержал меня Туз. – К тебе не приходил странный человек?

– У меня полно странных людей, – усмехнулся я. – Ты бы уточнил.

– Да фиг его поймёшь, – задумался тот. – Молчаливый такой, оружия не носит. Внешность такая, как у агента разведки, фиг запомнишь. Называет себя Зум.

– Нет, не встречал, – немного подумав, ответил я. – А зачем он тебе?

– Это уже не твоё дело, – сказал тот.

– Я так, на всякий, вдруг встречу, может что передать? – улыбнулся я.

– Ладно, бывай, Кузов, – с усмешкой произнёс Туз, показав мне, что прекрасно осведомлён о госте. – Не держи зла, просто жизнь такая. Мне нельзя быть слабым.

– Это не было бы слабостью, – сказал я, взявшись за ручку двери.

– В твоём мире да, – ответил тот, и я покинул его кабинет.

Внизу меня дожидался Саня, Хоттабыч поднялся со мной на второй этаж, но в кабинет не входил. Я принял назад свои вещи, накинул рюкзак и проверил оружие на наличие патронов.

– У нас не воруют, – с усмешкой ответил Клин.

Я не стал реагировать и повернулся к выходу. Но видимо, Клин не просто так имел эту кличку. Он или клинический идиот, или реально в мозгах что-то заклинило. Вместо того, чтобы дать нам спокойно уйти, он решил повторить свой глупый поступок и подтолкнуть меня прикладом автомата.

Получив тычок в спину, я резко развернулся, придавил его автомат левой рукой, а правой нанёс удар по самому кончику нижней челюсти. Глаза Клина сошлись на переносице, и он сложился, словно карточный домик. Банда Туза тут же оживилась и ощетинилась стволами в нашу сторону.

– А ну цыц! – раздался властный голос со стороны дальней лестницы. – Пусть идут.

Я кивнул Тузу, и мы спокойно вышли на улицу. Мимо секрета тоже прошли спокойно. Я специально даже рукой махнул часовому, когда мы проходили мимо. Со своими встретились минут через сорок, загрузились в машину и уехали обратно в Кремль.

Всё прошло не совсем так, как хотелось, но всё равно лучше, чем война со своими. Хоть я и ненавижу Урок, Туз оказался вполне годным человеком. Да, со своими закидонами, но он умный и опасный противник. Лучше так, чем терять людей в нелепых стычках.

Но теперь моя голова была занята ещё одним персонажем: Зум. Все называют его странным типом. Не носит оружия, а в наше время это более чем странно. Не скажи мне о нём Кач, наш бармен, я бы сейчас даже и не стал себе голову забивать. Но информация была, он интересовался нами, а сейчас вот почему-то был интересен Тузу. Встретить бы его, поговорить.

От мыслей отвлёк отборный мат Сани и резкое торможение, которое потянуло машину юзом. Грузовик остановился буквально в полуметре от стоящего посреди дороги чудовища.

Худая тварь, серая кожа без какого-либо намёка на шерсть или одежду, опиралась на передние длинные лапы. Её нижние конечности были короче раза в три, но имели большие чёрные когти. Впрочем, на передних я рассмотрел точно такие же. Пасть усеяна множеством мелких, как иглы, зубов. Из неё тянулась слюна, а когда она капнула на замёрзший асфальт, то послышалось шипение и повалил сизый дым.

Тварь закричала каким-то ультразвуком, больно ударив по ушам, и сорвалась с места, перепрыгнув наш грузовик. Её тень мелькнула между домов и пропала из виду окончательно.

– Это, блин, что такое было сейчас? – трясущимися руками вытер со лба пот Саня. – Первый раз такое вижу. А здоровая какая… Метра три, наверное?

Я молча покинул машину и направился к месту, куда капнули слюни этой твари. Вместо лужицы слизи я обнаружил ямку глубиной около тридцати сантиметров.

– Нифига себе сопля, – пробормотал я.

– Чего там? – с любопытством спросила Ленка, заметив мой озадаченный вид.

– У этой штуки сопли из кислоты, – ответил я.

– Твою мать, Чужой, – произнёс Хоттабыч, неведомо когда подошедший ко мне, я даже вздрогнул от неожиданности.

– У чужого хвост был, – помотал я головой. – Да и чёрные они, и вообще не очень похож. И у них не слюни, а кровь из кислоты была.

– Да пофигу, – отмахнулся тот. – Будет Чужой, нужно же его как-то называть.

– А, ну если в этом плане, то да, – согласился я. – Интересно, это очередное изобретение Мортов или гость из другого мира?

– А ты бы спросил, – пихнул меня Хоттабыч локтём в бок и заулыбался.

– Капец ты Петросян, – плюнул я и направился назад в машину.

– Не, ну а что ты такой серьёзный-то? – догнал меня Хоттабыч.

– Ты сам-то как думаешь? – огрызнулся я. – Этих нам ещё не хватало, для полного счастья.

– Хорошо, что на нас не набросилось, – прокомментировал Саня.

– Б-р-р-р, жуть какая, – передёрнула плечами Лена. – Поехали, чего встал?

Кремль продолжал жить своей жизнью, независимо от того, были мы на выезде или уже вернулись. Всё налажено, и многие заботы уже превратились в рутину. На въезде в Спасские ворота стояла вереница машин. Люди возвращались со своих заданий, спешили в тепло и уют. Относительный, конечно, но тем не менее.

Внутри уже вовсю шла подготовка к новому году. Буквально через пару недель состоится праздник. Будет звучать музыка, накроют столы. Не повезёт только тем, чьи смены выпадут на посты, но и они успеют присоединиться к торжеству. Просто какое-то время придётся наблюдать за гуляющими со стены.

– Машину в бокс, – скомандовал я, когда мы прошли проверку в воротах и въехали внутрь. – Ну и всем спасибо – все свободны.

Проверка, конечно, так, нас уже знают. Просто убедились, что свои, и запустили. Однако бывало и такое, что нас посещали чужие. Например, с общины Чумы приезжали. К родне там или просто по делам. Несколько раз были гости от Кума. Вскоре, когда введут деньги, поток людей увеличится, начнут организовываться рынки. Вот тогда придётся попотеть и охранникам на воротах, и проверяющим.

Хорошо, что мы успели перевезти загородительные укрепления с МКАД-а, и теперь они были выставлены буферной зоной вокруг площади. Не ахти, конечно, стены, но при атаке мертвяков дадут достаточно времени, чтобы успеть спрятаться внутри.

Я ещё раз осмотрел суету на воротах, скоро их закроют, и до утра больше никто не войдёт и не выйдет. Улыбнувшись самому себе, я развернулся и направился в кабинет к Машке. Нужно доложить о том, как прошли переговоры.

– Ты что сделал? – спросила она в очередной раз.

– Мать, ты что, глухая? – усмехнулся я. – Я отдал им весь юго-запад Москвы.

– Зачем, Серёж? – сложила она руки на груди. – У нас там шесть убежищ находится. Там полно провизии и оружия. Кто тебя просил?

– Ты сама сказала договориться, – пожал я плечами. – Вот я и договорился. Маш, не зуди, а? Ты не видела, как они живут.

– Да мне насрать, – возмутилась она. – Они сами сделали этот выбор. Другое дело, если бы они согласились на союз.

– Маш, они согласились на союз, – жёстко ответил я. – Просто условия этого союза такие. Или мы их принимаем, или нет. Решать тебе.

– А почему мне? – тут же включила заднюю жена. – Ты накосячил, ты и разгребай.

– Предлагаешь вырезать их под ноль? – усмехнулся я.

– Нет конечно, – продолжила возмущаться она. – Но что-то делать нужно.

– Успокойся ты, колгота, блин, – начал злиться я. – Всё, мы добазарились! Сейчас есть два выхода. Или мы отдаём им юго-запад, или начинаем войну. На другие условия они не согласны.

– Бли-и-ин, что же за день-то сегодня такой, – устало опустилась в кресло Машка. – Вот всё через жопу.

– А что случилось-то? – спросил я.

– Да какой-то урод украл один из блоков управления в соборе, – сказала она и достала бутылку вина из шкафчика.

– Что?! – теперь уже подпрыгнул я. – Как, когда?

– Сегодня, как только вы уехали, – ответила Машка, наливая себе бокал тёмно-красной жидкости. – Зашёл в собор, пока там никого не было. Отсоединил один из блоков и вынес, вместе с очками и перчатками.

– Как он выглядел? – спросил я.

– А никто не знает, – пожала она плечами. – Заметили фигуру в каком-то плаще и капюшоне на входе. А как и когда, и уж тем более – куда он делся, никто не знает.

– Кого хоть вынесли-то? – немного успокоившись, спросил я.

– Прыгуна, – сказала Машка и сделала глоток.

– Ты же мент, найти не можешь? – подколол её я. – Ладно, не ори, – увидев её взгляд, выставил я руки вперёд. – Поищем завтра.

Глава 13. Попаданец

В тот же вечер я начал интересоваться персонажем в плаще и капюшоне. Вообще, конечно, странно, зима, мороз под минус двадцать, а он в плаще гоняет. Оно может, конечно, и пофигу, или под ним кофта с начёсом, но уж больно внимание привлекает. Наши люди всё больше по камуфляжу тёплому, а этот в плаще.

Видели его в тот день многие, даже то, как он вошёл в собор, видели, просто значения не придали. Ну ходит мужик в плаще по Кремлю, может ему так нравится. Не Морт же бродит, нет? Ну и пусть себе ходит. А то, что кто-то что-то может украсть, даже в голову людям не пришло.

А в самом деле, зачем? Всем всего хватает. Еда есть, патроны и оружие есть, покупать ничего не нужно, просто попроси, и тебе выдадут. Ну, в крайнем случае, можно в город напроситься и самому взять. Но получилось так, как получилось, и вот теперь приходится заниматься поиском.

Нет, ну ладно бы он нашу разработку стянул, так нет же, увёл именно прототип, основной блок Мортов.

Когда и как он ушёл, никто не видел. Мог он уйти катакомбами? Да легко. Вот только о них нужно знать. Где они? Как по ним выйти? Там такой лабиринт, что без понимания и карты можно вечность по ним бродить.

На всякий случай я отправил людей в подземелья, пусть посмотрят. Может быть явные следы обнаружат или ещё чего. Но в моей голове почему-то крутилась другая мысль: Туз. Почему он интересовался этим парнем? Что он сделал? И вот эти вопросы намекали на то, что этот самый Зум скорее всего направляется именно в сторону Туза.

Зимой можно передвигаться по городу свободно. Самая большая опасность исходит от людей, но она настолько редкая, что её можно не брать во внимание. Никогда раньше не любил холод, но сейчас каждый день радуюсь крепкому морозу. Придёт оттепель, и вместе с ней придут мертвяки. Правда, вчерашняя тварь тоже не давала покоя. Хотя это такая же редкость, как и люди.

– Саня, Ленка, собирайтесь, – сказал я, зайдя к ним в комнату.

– Куда? Мы же только приехали, – возмутился Санёк.

– Как приехали, так и уедем, – ответил я. – У нас блок управления особыми украли.

– Кто? – тут же взвилась Ленка. – Убью урода.

– Никого убивать не нужно, – сказал я. – А вот отыскать необходимо.

– Ну если прыгуна моего забрали! – бубня себе под нос, принялась переодеваться она. – Убью нафиг и фамилию спрашивать не буду.

– Саня, ты чего сидишь? Собирайся давай, погнали, – подтолкнул я друга.

– А? Да, сейчас, – соскочил тот и начал скидывать домашнюю одежду.

Хоттабыча я нашёл в баре. Тот не задавал лишних вопросов. Сходил за рюкзаком и автоматом. Спустя пару минут мы стояли у ворот и ожидали Саню с Ленкой.

Зимой быстро темнеет. Время около шести вечера, а на улице уже глаз коли. Кремль уже включил освещение, но это не надолго. Ровно в восемь вечера подача энергии прекратится, и питание пойдёт только на систему безопасности. Люди зажгут керосинки и свечи, а уже в девять, максимум десять часов, крепость погрузится в сон и тишину. До того времени ворота открыты.

Назад мы сегодня скорее всего уже не попадём и заночуем в одном из убежищ. Хотя это как повезёт. Но мне с трудом верится, что мы сумеем быстро отыскать Зума, даже если направление поиска выбрали верное.

– Почему ты думаешь, что он к Тузу пойдёт? – спросил Саня, когда я рассказал о своих догадках.

– Предчувствие такое, – пожал я плечами. – Что-то между ними произошло.

– А может он на Мортов работает? – сделала предположение Ленка.

– Может и на них, но я думаю, что нет, – ответил я. – Скорее это последнее, о чём я думаю.

– А почему мы пешком-то? – спросил Саня.

– Машина шумит, – ответил я. – Я бы на его месте сразу спрятался.

– Смотри, это следы, что ли? – ткнул пальцем в отпечатки ботинок в снегу Хоттабыч. – Точно, здесь кто-то свернул с тропы.

– Да он в убегу нашу попёр, – возмутилась Ленка, когда мы прошли по следу метров пятьсот.

– Вряд ли, – пожал я плечами. – Это же нужно знать, что она здесь.

Тем не менее, следы неумолимо вели именно к убежищу. Снега было ещё не так много. Вообще, даже удивительно, что он был. Я уже привык, что за последние года снег выпадал только в конце января. А в этом году сюрприз, как с ноября начался, так и не растаял больше.

Машин нет, отопления и людей тоже, убирать и солить дороги некому, вот он и лежит, накрыв тротуары тонким белым одеялом. И именно белым, каким он бывает только в лесу или глухой деревне. Нет этих серых разводов, грязных обочин, хотя там, где мы постоянно катаемся, он выглядит именно так.

– Мля, ты смотри, он точно в убежище нашем! – указала Ленка на следы, которые вели к железной двери в подвал.

Вдруг что-то вжикнуло рядом, и Хоттабыч, закатив глаза, повалился на снег. Не сговариваясь, мы рванули в разные стороны и упали на землю.

Тишина, не слышно даже шороха. Я стараюсь дышать тише, чтобы не выдать своего положения. Саня пальцем показывает, что собирается сделать рывок. Я кивнул, и он тут же сорвался с места, но пробежать успел буквально несколько шагов. Словно споткнувшись, он уткнулся носом в землю и не подавал признаков жизни.

Вот только выстрела я не слышал. Даже если работают из бесшумного оружия, на близком расстоянии, да в такой тишине, его всё равно можно уловить. И крови нет. Больше похоже на то, что их выключило. Но чем?

– Лен, ты как? – спросил я.

– В норме, – ответила та. – Не могу понять, из чего он стреляет.

– Это не выстрелы, – ответил я, уже догадываясь, чем это он успокоил моих друзей. – Эй, Зум, – наконец я решился попробовать пойти на контакт. – Меня Кузов зовут, я тебе не враг.

Ответом была тишина. Ни звука шагов, ни шороха. Только Хоттабыч начал постанывать. Видимо, в себя приходит.

– Зум, мать твою! – крикнул я. – Хватит фигнёй страдать. Верни нам наше оборудование, оно нужно, чтобы противостоять таким, как Туз. Да и, помимо него, врагов хватает. Ты понимаешь, что от этого зависят тысячи жизней.

– Я верну, – донёсся голос из окна на втором этаже. – Позже. Я не вор.

– Постой, давай поговорим! – крикнул я. – Мы можем помочь друг другу. Расскажи, что у вас произошло?

– Это личное, – ответил Зум. – Вам до этого нет дела.

– Так ты поделись, мудила, оно и появится! – крикнула Ленка.

– Давай, парень, не глупи! – крикнул я. – Спускайся, поговорим. У нас есть силы помочь тебе.

– Не стреляйте, – прилетел его ответ, а через некоторое время скрипнула подъездная дверь, и Зум вышел к нам.

В его руках была рогатка! Он положил двоих моих друзей из рогатки! Сейчас она была в боевом положении. Зум держал оружие в левой руке, а правую он оттянул чуть не до самого уха.

– Не делайте резких движений, – сказал он. – Я успею убить одного прежде, чем кто-то из вас выстрелит.

– Да мы и не собирались даже, – поднял я руки, показывая, что не имею злого умысла. – Где прибор?

– В убежище вашем, – указал он кивком головы на железную дверь.

– Думал завалить Туза? – спросил я. – Так сейчас это глупость.

– Почему? – спросил Зум. – Вы же пользуетесь ими, я видел.

– То, что ты видел, простая симуляция, – сказала Ленка. – Сейчас мертвяки замёрзли, а особые двигаются так медленно, что их улитка обгонит.

– Но я слышал, как вы говорили в соборе, – удивился тот. – Вы управляли ими, я видел.

– Мля, парень, ты тупой, нет? – Ленка опять проявила свою несдержанность. – Я же тебе объяснила, это симуляция, компьютерная игра, если так понятнее. Её Фонарь специально сделал, чтобы тренироваться можно было.

– Так они не работают? – перевёл на меня взгляд тот. – Значит, всё зря?

– Зум, они работают, просто не в мороз, – ответил я. – Успокойся и начни с самого начала. Что тебе сделал Туз, что ты собираешься его убить?

– Он забрал у меня её, – он наконец ослабил резинку и опустил оружие. – Сделал из неё свою рабыню. Он спит с ней, урод! Насилует каждый день!

– Тихо, тихо, – к нему подошла Ленка и обняла за плечи. – Мы поможем, потерпи чуть-чуть.

Хоттабыч окончательно пришёл в себя и с непониманием смотрел на то, что сейчас происходило. Рядом застонал Саня. Я подошёл к нему и, взяв пригоршню снега, натёр его лицо. Он кое-как поднялся на четвереньки и тут же вывернул содержимое желудка.

– Тихо, Саня, похоже, у тебя сотряс, – сказал я другу. – Не делай резких движений, сейчас машину вызовем.

Я указал Хоттабычу кивком, и тот достал рацию. Ленка продолжала успокаивать нашего нового знакомого. Оставив всю компанию, я пошёл в убежище, собрал причиндалы и вынес наружу.

– С нами поедешь, – сказал я Зуму.

– Но она там, – растерянно ответил тот и указал рукой куда-то в сторону. – Я не могу…

– Ты всё равно сейчас ничего не сделаешь, только себя угробишь, – спокойно сказал я. – Завтра, мы пойдём за ней завтра. Нужно подготовиться, хорошо?

– Да, ладно, – сник Зум. – Вы правда поможете?

– Нет, мля, мы так, поржать над тобой пришли, – сказала Ленка и влепила ему подзатыльник. – Пошли, хватит сопли жевать.

Мы двинулись в сторону дороги. Нас могли, конечно, и из подворотни забрать, но зачем эти выкрутасы. Несложно дойти до основной дороги.

– А почему Зум? – спросил я, поддерживая Саню.

Я перекинул его руку себе через плечо, с другой стороны он точно так же опирался на Хоттабыча. Гайка на семнадцать, которую выпустил из рогатки Зум, прилетела нашему другу прямо в лоб. Хорошо, что тот был в шапке, но сотряс он заработал всё равно знатный. Пока мы его поднимали, дважды блеванул. А сейчас он еле ноги волочил и вообще с закрытыми глазами передвигался.

– Фамилия такая, – ответил новый знакомый. – Зумбаев.

– Татарин, что ли? – усмехнулся я.

– А что, проблемы? – сразу же огрызнулся тот.

– Да нет, насрать, лишь бы не Морт, – ответил я. – Лихо ты с рогаткой управляешься.

– С детства люблю, – ответил тот. – Меня отец научил. С тех пор вот и пользуюсь. Эту я себе на охоту ходить купил, а потом вот… – он сделал паузу. – Здесь оказался.

– Так ты не местный, что ли? – удивился я. – Не с нашего мира?

– Так вы знаете? – оживился он. – Как мне домой попасть? Поможете?! Только Светку освободим, и мы сразу уйдём.

– Нет назад дороги, – тихо сказал я. – По крайней мере, я о ней точно не знаю.

– Жаль, – сразу сник он.

– Вон, наши едут, – указала Ленка пальцем на пятно света, которое скользнуло по домам.

– Всё, стоим, – выдохнул я и немного поправил Саню. – Ну и ряху ты себе отожрал, кабан.

– На себя посмотри, – пробормотал Саня. – Это питание и уход.

– Вот пусть Ленка тебя и ворочает тогда, – улыбнулся я. – А то только кормит и в постели ублажает.

– А ты не завидуй, – бросила Лена.

Спустя некоторое время мы выгружались из машины за стенами Кремля. Успели обратно за десять минут до закрытия ворот. После восьми нас уже никакое положение в иерархии внутрь не пустило бы.

Саню отдали Аркадичу. Тот бегло осмотрел его и заверил нас, что через пару дней будет как новенький. Только шишка на глаза сползёт, и он будет на панду похож. Хоттабыч вообще легко отделался, хотя шишку тоже заполучил, но обошлось без сотряса.

Я, Ленка и Зум вначале отнесли оборудование назад в собор, а затем отправились в бар. Сейчас, за кружкой пива, засядем план разрабатывать. До кучи я ещё Фока позвал, он спец по диверсионной работе.

– Значит, вот здесь, здесь и здесь у них секреты, но они так, больше для понту, – Зум рисовал карандашом на бумаге схему. – У него в боевиках одни зэки. Порядка почти нет.

– Про этот секрет мы в курсе, там придурок один на посту стоял, – указал я пальцем на одну из точек. – Прикинь, покурить его там припёрло, ха-ха-ха.

– Во дятел, – заржал вместе со мной Фок. – Я бы с него всю душу за это вытряс.

– Вот здесь пожарная лестница, – не обращая внимания на нас, продолжил Зум. – По ней можно выйти на крышу. Там, как правило, ещё двое дежурит, осенью по трое выставляли. С крыши можно попасть сразу на второй этаж, но там в коридоре ещё двое.

– А что если нам сразу через окно войти? – предложил Фок. – Правда, шуму много будет.

– Как вариант, но тогда придётся людей убивать, – подал плечами я. – Хотелось бы мирно вопрос решить.

– Ну и что ты предлагаешь? – спросила Лена.

– Предлагаю разыграть спектакль, – улыбнулся я. – Пойдём внаглую. Сделаем вид, что поймали засланца, – я указал пальцем в Зума. – И решили устроить разборки. Мы же договорились, что отдаём ему часть Москвы взамен на покой. А тут на тебе, шпиона поймали.

– Думаешь, прокатит? – почесал подбородок Фок.

– Скорее всего, – кивнул я. – Тем более, что Туз интересовался им. Кстати, ты что ему сделал?

– Убить хотел, – спокойно ответил Зум. – Не вышло, пришлось бежать. А он, мразота, Светку… – парень замолчал и сжал кулаки так, что хрустнули костяшки.

– То есть ты не из-за неё убить его собирался? – не понял я. – Нет, сейчас понятно, а в первый раз, когда бежать пришлось?

– Да там ситуация такая получилась, – сморщился тот. – Я за неё заступился, а потом понеслось. Он её лапать начал, предлагать всякое, она его отшила. Ну тот на оскорбления перешёл. Светка ему пощёчину влепила, а он ей в зубы двинул. Я всё это видел и заступился. Ну а там понеслось, слово за слово, драка, я нож достал. Клин по мне стрелять начал, пришлось бежать.

– Понятно, – усмехнулся я. – Может и не всё так плохо с твоей подругой. Скорее всего просто под присмотром сидит, тебя выманивает.

– Нет, я видел, – сразу стал мрачным тот. – Я приходил несколько раз, видел всё, просто не смог внутрь попасть. Хотел вот вашим прибором воспользоваться. Даже если костюм убьют, можно другой найти.

– Мы их аватарами называем, – сказала Лена.

– Пусть так, – пожал плечами Зум.

– Всё, бубнёж убили, – хлопнул я по столу. – Значит, зайдём внутрь и устроим разборки. Потом я шум подниму, и действуем по обстановке.

– Как ты шум поднимать собрался? – спросил Фок.

– Да с Клином с этим, я ему челюсть выбил, когда в прошлый раз приходил, – усмехнулся я. – Вот, думаю, если его этим задеть, то шум будет.

– Резонно, – кивнул Фок. – А мы где будем?

– А вы пройдёте мимо вот этого секрета чуть позже, – продолжил я. – Успокоите часового. Потом вам нужно на крышу войти, а как только шум услышите, спускайтесь на второй этаж.

– Мля, как-то всё это рискованно, – пожал плечами Фок. – Слишком много «Но».

Мы ещё долго сидели под светом керосиновой лампы. Выпили по три кружки пива, пока окончательно согласовали план. Подчистили хвосты и выбрали несколько путей отхода. По идее, всё должно было получиться. Единственный вопрос, который оставался открытым: «Что будет потом?». Иметь под боком врага совершенно не хотелось. Скорее всего придётся где-то снова идти на уступки и торговаться. Но всё это будет потом.

Есть, правда, ещё один нюанс: Машка. Лучше бы ей не знать о наших планах. В итоге-то до неё информация дойдёт, и своё я получу – все получим. Но это тоже будет потом.

Операцию по спасению Светланы запланировали на завтрашний день. Так как Саня у нас временно недееспособен, Хоттабыч, можно сказать, тоже с раной. Вместо них пойдут мои ребята из личной гвардии. Фок, Лысый и пара снайперов от Ленки. Хорошо бы, конечно, оттепели дождаться, можно было бы особых подключить, но увы, мороз отступать не собирается.

– Ладно, расходимся, – встал я из-за стола. – Мне ещё Машке объяснять, почему я так долго. Всё, вы как хотите, а я до завтра.

Я попрощался с ребятами, чмокнул в щёку Ленку и отправился спать. Завтрашний день обещает быть жарким. Не в плане погоды, конечно, событий слишком много. Вообще, надеюсь, что удастся снова решить всё переговорами, но надежда на это так себе. Лично я бы на месте Туза такое не простил. С другой стороны, мы сила, с которой ему придётся считаться. Но это всё завтра.

Глава 14. Заложник

Машину бросили за пару кварталов. Сегодня нам повезло, очень сильно и сразу в нескольких местах. В первую очередь плюс принесла погода. Поднялась метель, да такая сильная, что метра за три уже невозможно было ничего разобрать. Это такой плюс в нашем деле, что и словами не описать. Но и это ещё не всё.

Когда-то давно один мой друг произнёс шутку: «Как объяснить южному человеку фразу: „Снег пошёл, потеплее будет“?». Вот и сейчас столбик термометра поднялся до минус трёх.

Да, мертвяки всё ещё были не опасны, но уже начали шевелиться. Бегать они ещё не начали, да и двигались они словно улитки, медленно и печально. Что нельзя было сказать про особых заражённых. Вот здесь у нас появился второй плюс.

Прежде чем покинуть Кремль, Ленка ввела в игру группу своих спецов по управлению аватарами. Сейчас мы двигались под их прикрытием. Для их управления использовали оборудование древних. Оно надёжнее в плане связи и радиус намного выше.

Прыгун и Лизун передвигались по крышам над нашими головами. Первый секрет мы устранили без их помощи. Подойдя ближе к точке, где в прошлый раз был замечен часовой, я вновь учуял запах дыма. Только на этот раз дым был не сигаретный.

– Они там в конец долбанулись? – шёпотом спросил Фок. – Мало того, что с прошлого раза секрет не сменили, так ещё и дурь смолят.

– Тихо ты, – шикнул я на него.

– Да ладно тебе, – отмахнулся Фок. – Ставлю сотню баксов, что он там в одну точку залип. Его можно голыми руками брать.

– Это я и без тебя понимаю, – сказал я. – Всё, погнали.

– Подожди, давай приколемся, – растянул рожу в улыбке Фок. – Влетаем в помещение и орём: «Работает ОМОН!».

– Ты совсем башкой поехал? – посмотрел на него я. – Давай всю Москву ещё оповестим, что мы здесь. Входим тихо и выключаем.

Всю работу в итоге сделал Зум. Когда мы прокрались к двери и собирались уже врываться в помещение, я приоткрыл её, чтобы посмотреть, где противник. В этот момент мимо моего уха вжикнула гайка, а внутри что-то упало. Войдя, мы обнаружили лежащего на спине часового. Нам оставалось только его спеленать, что мы, собственно, и сделали.

Дальше пришлось рассредоточиться. Я, Фок и Зум двинули в сторону вокзала. Ленка со своими распределились по периметру и заняли снайперские позиции. Как они собирались стрелять в такую погоду, непонятно. Но видимо, они знали, что делают.

Прыгун, словно кошка, приземлился рядом с нами и показал большой палец, указывающий вверх. Затем в два больших прыжка скрылся из виду. Лизун даже не показался на глаза.

К зданию вокзала нам удалось подойти незамеченными. Даже забавно было наблюдать за удивлёнными рожами охраны на дверях. Краем глаза я заметил, как тень в один прыжок влетела на крышу здания.

– Вы как здесь? – захлопал глазами мужик в дверях.

– Ты давай, ля-ля не делай, старшего зови, – не дал я ему договорить. – Мы Тузу друга привели. Он его искал.

– С-сейчас, – ещё пару раз хлопнув ресницами, произнёс тот и скрылся за дверью.

– Не дёргайтесь, – сказал тот, что остался, направляя в нашу сторону ствол Калаша.

– Железку разверни, дятел, – с усмешкой сказал ему я. – Не дай Бог стрельнёт. Не видишь, мы пришли с миром.

В этот момент с крыши вылетел язык, и охранника втянуло наверх. Быстрая возня, глухой удар и тишина. Через пару минут появился первый, тот, который ушёл с докладом.

– А где? – спросил он и начал крутить головой.

– Посрать пошёл, – ответил я с доброй улыбкой. – Ну, чего шеф-то сказал?

– А, да, проходите, – забормотал тот.

Мы вошли внутрь, как и в прошлый раз, я скинул оружие, рюкзак, положил сверху ствол. Почему-то ножи с нас не сняли, видимо, не считая их чем-то опасным. Да и рогатку Зуму оставили. Хотя в отношении его они могли ошибочно решить, что он связан. На запястьях Зума действительно была верёвка, а руки заведены за спину. Но это был муляж.

– Я пойду покурю выйду, – махнул Фок и выскользнул на улицу.

Охрана даже не среагировала на этот ход. Мало того, что у них пропал один из часовых на дверях, так второй даже не подумал выйти вслед за гостем.

Мы поднялись на второй этаж, и вот здесь я наконец встретил Клина. Он стоял у двери вожака, а заметив меня в коридоре, злобно стрельнул глазами.

– Я на месте, – прозвучал голос Фока в ухе.

– Кого я вижу, – оскалился я во все тридцать два зуба. – Ну что, как соска? Не болит?

– Мра-а-азь, – процедил Клин сквозь зубы и кинулся на меня.

– Начали, – бросил я в рацию и заодно оттолкнул Зума.

Тот сразу скинул верёвку и коротким ударом в кадык успокоил сопровождающего нас охранника. Пока он хватал ртом воздух, Зум впечатал ему ладонями по ушам, а затем добавил коленом в лицо.

Я сделал шаг навстречу Клину, слегка уклонился в сторону, пропуская мимо себя его кулак, и встретил его коротким ударом в солнечное сплетение. Того согнуло пополам, а я продолжил движение и локтём левой руки добавил ему по затылку.

Одновременно с грохотом тел в коридоре послышался звон стекла из кабинета Туза. Аккомпанементом раздался женский крик и возглас хозяина.

Внутри мы обнаружили такую картину. Фок отстёгивал от чугунного радиатора отопления девчонку. На полу в халате валялся Туз, а на нём верхом восседал Прыгун.

– Светка! – закричал Зум и бросился помогать Фоку.

– Ты что творишь?! – процедил сквозь зубы Туз, глядя на меня.

– Слезь с него, – махнул я рукой Прыгуну.

Тот послушно слез с хозяина кабинета и встал во весь рост. Впечатление это произвело даже на меня. Обычно этого особого я видел, только когда он прижимался к земле перед прыжком. Сейчас перед моими глазами стояла туша под два с половиной метра ростом. Колени вывернуты назад, длинные лапы с чёрными когтями почти касались пола. Глаза отсутствовали от слова совсем. Крупная грудная клетка, нос на четыре ноздри, как у летучей мыши, и пасть, разделённая на три челюсти, усеянная острыми треугольниками зубов.

Туз покосился на наше чудовище и нервно сглотнул. Фок и Зум наконец справились с наручниками, и теперь вдвоём пытались успокоить плачущую Светку. А в коридоре уже был слышен топот пары десятков ботинок.

– Скажи им, чтоб не совались, – кивнул я на дверь. – Или эта фиговина тебе голову откусит.

– Не входить! – громко крикнул Туз после того, как Прыгун качнулся в его сторону. – Думаешь, я это так оставлю? – прошипел он мне.

– Мы втроём только что нагнули всю твою братву и тебя в том числе, – усмехнулся я. – Думаешь, я испугаюсь? Туз, ну ты же умный дядя. Давай сделаем вид, что ничего не произошло. От этого всем будет только лучше.

– Ты ничего не знаешь о том, как зарабатывается авторитет, – процедил сквозь зубы Туз.

– Предлагаешь мне завалить тебя прямо сейчас? – спросил я.

Ответить он не успел, как и я договорить. В разбитое окно влетела струя какой-то слизи, и эта субстанция повисла на потолке. Раздалось шипение, и комнату начало затягивать едким дымом. Часть слизи капнула на пол, а спустя мгновение на этом месте начала образовываться дыра.

– Из кабинета бегом! – крикнул я и первым вышвырнул Туза, а уже затем вывалился сам.

Следом за мной из него выскочили Зум со Светкой, и тут раздалась автоматная очередь. Фок проигнорировал приказ и принялся поливать мутанта свинцом. Очереди из Калашей грохнули секундой позже. Поднялись крики и визги. В спальне, откуда мы только что выскочили, что-то грохнуло. Заглянув внутрь, я убедился что это не Фок – рухнуло перекрытие. Мой боец уже давно покинул помещение через окно. На улице раздался крик драной кошки, Прыгун вступил в схватку.

Пока я метался по кабинету и думал, за что схватиться, от нас сбежал Туз. По крайней мере вначале я именно так и подумал.

– Бегом наружу, – наконец собрался с мыслями я, но потом перевёл взгляд на девушку Зума. – Мля, бабу свою одень, жду снаружи.

Я слетел со ступеней, на ходу подхватил автомат и выскочил на улицу. Там шла кутерьма. Стрельба вперемешку с криками людей. Кто-то катался по снегу в дымящейся одежде, кто-то пытался раздавать команды. Краем глаза я заметил труп с расплавленной головой. Чуть вдалеке валялось разорванное пополам тело Лизуна.

Метель, видимость почти нулевая. Какие-то тени мелькают, то появляясь, то растворяясь в этом молоке. Что происходит, непонятно. Вдруг с криком из снежной пелены ко мне бросился человек. Он не добежал каких-то пары метров, когда сверху на него упала тощая туша и в одно движение отхватила голову.

Я вскинул автомат и хлестанул короткой очередью, метя в голову. Тварь дёрнулась, на месте попадания пуль пошёл дым, а монстр резко повернул ко мне свою рожу и открыл пасть. Из глотки ко мне метнулась струя слизи. Я едва успел уйти в кувырок, а на месте, где я только что стоял, расплылась дымящаяся лужа.

Монстр начал дёргаться, как будто в него попадали пули, вот только выстрелов я не слышал.

– Кузов, вали оттуда, – услышал я голос Ленки в наушнике, и до меня дошло, кто же стрелял.

С крыши вокзала послышался резкий крик, и на голову тощей твари рухнул Прыгун. Он тут же ударил своими когтями в горло чудовищу, затем ещё раз и ещё, и ещё, пока голова не отделилась от туловища. Лапа аватара задымилась, а в следующую секунду его целиком накрыла слизь. Прыгун начал таять на глазах.

Из метели выскочил ещё один тощий уродец, а я едва успел вжать голову в землю. В мою сторону полетели пули. Тварь задёргалась от попаданий, раны задымились, но это её, кажется, только разозлило. Оттолкнувшись всеми конечностями, она унеслась в метель и оттуда тут же раздался крик боли.

Я наконец смог подняться, точнее, мне кто-то помог, рывком подняв меня на ноги. Это был Туз.

– Отдыхаешь? – с хищным оскалом спросил он, затем заменил магазин в Калаше и прямо в халате рванул туда, где только что стоял уродец.

Недолго думая, я последовал его примеру. Тень чудовища я заметил краем глаза, она возникла слева. Просто на мгновение мне показалось, что снег в этом месте не такой уж и белый, а в следующую секунду я с ужасом смотрел в открытую пасть. Спасли меня рефлексы. Будто в замедленной съёмке я увидел, как надувается цветок в глотке мутанта. Когда вскинул автомат и нажал на спуск, я не помню. Курок я отпустил потом, когда онемел палец.

Пули разворотили пасть Чужого, и он сдох быстрее, чем я смог это понять. Шум и крики вокруг начали затихать, а спустя какое-то время мне на плечо опустилась ладонь. Я вздрогнул от неожиданности и обернулся.

– Штаны не намочил? – с улыбкой спросил Туз. – Пошли выпьем, холодно.

– Снимайтесь с позиций, – бросил я в рацию и последовал за ним.

– Уверен? – прилетел вопрос Лены.

– Да, – бросил я. – Стягивайтесь сюда.

– Принял, – несколько раз ответил наушник.

Окно в спальне Туза уже заколотили куском фанеры и старым одеялом. Я, Туз и Фок сидели в соседней комнате и молча пили коньяк. Зум со своей подругой куда-то исчезли. Хотя всё вполне понятно. Пока творился бардак, свалили по-тихому. Впрочем, правильно сделали.

– Не ожидал от тебя, – наконец произнёс хозяин кабинета.

– Чего именно? – не понял я и подцепил вилкой кусок консервированной ветчины.

– Что ты станешь нам помогать, – пожал плечами Туз.

– Нужен ты мне со своими урками, – усмехнулся я.

– Тогда зачем? – спросил тот.

– Люди, те, кого вы называете «мужиками», – ответил я. – Если бы не они, я бы точно так же свалил, как Зум. И пофиг на вас всех.

– Ну да, ты же у нас правильный, – заулыбался тот. – А знаешь, почему я держал эту уродку на привязи?

– Конечно знаю, – кивнул я. – Ты больной ублюдок.

– Ха-ха-ха, – расхохотался Туз. – Нет, Кузов, это Зум больной ублюдок. Я всего лишь пытался выманить его и прикончить.

– Что он тебе сделал-то? – внутри я напрягся, но виду старался не показывать.

– Эти твари, они идут за ним, – ответил Туз. – Я пытался задавать вопросы, но он чуть кишки мне не выпустил. А потом свалил. Мы из-за этого урода уже третье место меняем.

Я даже жевать перестал. Просто сидел и смотрел на Туза. Точно такая же рожа была сейчас у Фока.

– Ты уверен? – первым ожил Фок.

– На все двести процентов, – усмехнулся Туз. – Когда это произошло впервые, мы ничего не поняли. Наш лагерь разнесли в клочья. Я тогда человек тридцать потерял. Второй раз они атаковали через неделю, и Зум знал, что за нами идут. Я такие вещи вижу, можете мне поверить.

– Ну да, не раз от мусоров сваливал, – усмехнулся я.

– Именно, – кивнул тот. – В третий раз я начал задавать вопросы. И я точно так же вижу, когда мне врут, а он делает это крайне неумело. Но стоило мне слегка надавить, как он тут же превратился в шакала. Вырубил Клина и чуть кишки мне не выпустил.

– И ты решил возлежать с его бабой? – спросил я.

– Я что, на чмо какое похож? – зло посмотрел на меня Туз. – Мне баб хватает. Авторитет дороже, чем ссаная дырка. Я просто приковал её к батарее и оставил в одних трусах, чтобы не свалила.

– Зум говорил, что видел, как ты её насилуешь, – с недоверием сказал я.

– Ещё раз такое скажешь, отвечать за базар заставлю, – прошипел Туз и разлил коньяк. – За Клина и всех, кого сегодня потеряли, – сказал он и махнул, не чокаясь.

– Что думаешь? – спросил я Фока.

– Ну, вообще, этот Зум мутный тип, – пожал плечами Фок. – С другой стороны, и этот тоже тот ещё фрукт.

– А ничего, что я здесь? – спросил Туз. – Короче, если не верите мне, можете спросить любого внизу. Позвать? Или сами спуститесь?

– Забей, – отмахнулся я. – Не знаю почему, но твоя история похожа на правду. Я тебе верю.

– А у тебя выбора особо нет, – усмехнулся Туз и налил ещё раз. – Нет, можешь, конечно, не верить, но правда от этого не изменится.

– Я тебя услышал, – кивнул я и опрокинул очередную рюмку. – Ладно, нам пора. Надеюсь, сегодняшние события не повлияют на наши договорённости.

– Всё в силе, – кивнул тот. – Вы не лезете к нам, мы к вам.

– Бывай, Туз, надеюсь, не свидимся, – сказал я и вышел из кабинета.

Фок подхватил с тарелки последний кусок ветчины, закинул его себе в рот, что-то промычал и поспешил за мной.

Ленка с двумя снайперами уже ждала нас на входе. Возле неё увивалась какая-то мелкая девчонка. Я даже притормозил и немного понаблюдал за ними. Суровая снайперша сидела в позе лотоса с глупой улыбкой и играла в куклы с мелкой. На дверях стояли два парня и хмурили брови, изображая суровых воинов.

– Своих пора заводить, – сказал я, подойдя ближе.

– Отвали, Кузов, – огрызнулась Ленка. – Может ещё свечку подержишь?

– Могу Сане фонарь под глаз поставить, – усмехнулся я.

– От-ва-ли, – по слогам произнесла она. – Ты всё, набухался? Можем идти?

– Да, валим огородами, – кивнул я и подхватил свой рюкзак. – Нужно ещё дурака на посту развязать. Как бы не замёрз он там.

Но дурак не замёрз, он вовсю изображал гусеничку. Пытался выползти наружу, но так и не смог открыть дверь. Так и упал нам спиной на руки, когда мы её распахнули. Фок тут же выключил его ещё раз, затем разрезал верёвки и разрядил автомат. Магазины положил в одном месте, а ствол – в другом.

До машины дошли спокойно, так же спокойно погрузились. Фок сел за руль и запустил двигатель. Буквально через минуту мы уже ехали по дороге в Кремль. Метель немного успокоилась, но всё ещё продолжала сыпать мелким снегом.

– Так за ночь по первый этаж заметёт, – нарушил тишину Фок.

– Да пофигу, почистим, – отмахнулся я и уставился в окно. – Как думаешь, где сейчас Зум?

– Вот мне так же до него, как и тебе до сугробов, – ответил тот. – Лишь бы подальше от нас.

– Не уверен, – задумчиво ответил я. – Почему эти твари идут за ним?

– Что?! – тут же вклинилась в разговор Ленка. – Так это за ним приходили?!

– Туз так сказал, – пожал я плечами. – Говорит, что они трижды из-за этого переезжали.

– Тогда я согласна с Фоком, – поёжилась Ленка. – Нафиг такие друзья. Их даже наши стены не остановят.

– С этим соглашусь, – вздохнул я. – Но ведь интересно же.

Глава 15. Сопровождение

– Вот скажи мне, Серёж, ты на самом деле осознаёшь, что происходит в мире? – пилила меня Машка. – Почему вы никого не предупредили?

– Да потому, что ты бы вся изнылась, – честно ответил я. – И вся наша операция пошла бы наперекосяк.

– Кузовков, твою мать, ты идиот или притворяешься? – разозлилась она. – А если бы вам помощь понадобилась? А если бы вы там умерли, а мы ни сном, ни духом, где вы?

– Ну всё же нормально, – пожал я плечами. – Ты пойми, я обещал ему помочь.

– Да помогай сколько влезет, – всплеснула она руками, ударив себя по бёдрам. – Но предупредить нас нужно было! Ты это понимаешь? Сейчас не то время, чтобы секретность устраивать.

– Да всё, понял я уже, хорош мозги компостировать! – не выдержал я.

– А вот и не хорош, – с напором продолжила Машка. – Я тебе буду их компостировать, пока ты не поймёшь. У тебя сын здесь. Ты хотя бы о нём подумал?

– А ему-то я что сделал? – не понял я. – Он под защитой.

– То есть то, что он мог остаться сиротой, тебя не волнует?! – упёрла руки в бока она. – Тебя вообще хоть что-то волнует?

– Всё, мать, отвали, – окончательно разозлился я и вышел из нашей комнаты.

– Только попробуй ещё раз такое выкинуть, я тебе колено прострелю, понял?! – крикнула она мне в спину.

Я молча показал ей средний палец и закрыл за собой дверь. Машка продолжала что-то ещё бормотать. Это нормально, через десять минут она окончательно успокоится, и всё будет хорошо. Вот так и живём.

На завтра мне уже задач нарезала. От Кума должна поставка прибыть. Рыба, икра и так, всего по мелочи. К новому году готовимся. Это прошлый год у нас тушёнка да макароны на праздничном столе были. Да и праздника-то как такового не было. Посидели немного, винца попили и спать пошли.

В этом году целое шоу организовали. А что, система безопасности работает, часовые стоят. Успеем среагировать, если что. Вот и столы накроем, чтобы по первому разряду. Там продуктов четыре машины едет. Половина не наша, это для Чумы. А тот нам партию мяса и молочных продуктов отправит. Там тоже половина наша, остальное в Нижний, Куму пойдёт.

Вот завтра встречу сначала одних, потом других, потом всех провожу и сам в Нижний отправлюсь. Нужно до Кума колонну проводить. Там мало того, что молочка с мясом пойдёт, мы для них крупняка пару ящиков отправляем и ещё кое-какие безделушки.

Собственно, вся кутерьма не из-за оружия и патронов. У них самих этого дерьма в достатке. В Нижнем же полно частей военных, плюс город портовый. А там такие склады отыскать удалось, что впору самим к Куму за амуницией ехать. Но мы по-братски решили поделиться своими разработками. Несколько блоков управления аватарами к нему повезём. Все они, конечно, нашего производства, но для обороны – самое то.

Всё остальное – это мишура для прикрытия основного груза. Не то чтобы мы сильно боялись нападения, но кто знает? Попади эти штуки, да хоть к Тузу, мало не покажется. Но Кум свой – родня, как-никак. Может и не по крови, но это не так уж и важно.

Вернувшись обратно в комнату, обнаружил Машку, которая уже лежала в постели с книгой в руках. Это они с Качком на пару литературой балуются. А я им каждый раз новые из-за стены таскаю.

– Успокоился? – подняла на меня глаза Машка.

– Да я и не волновался особо, – пожал я плечами и начал раздеваться.

– Холодно сегодня, – перевела она разговор в нейтральную тему.

– Оттепель же, – ответил я. – Это нормально. Сейчас всё, что стены в себя вобрали, отдавать начинают.

– Грей меня давай, – похлопала она ладонью рядом с собой.

Утром, как всегда, началась беготня. Никогда не понимал, что мешает людям приготовиться с вечера? Вот самим не надоело каждый раз носиться с большими глазами и возгласами: «Мля»?

Я спокойно сидел на подножке Урала и пил горячий чай, с улыбкой наблюдая за всей этой суетой. До выезда оставалось ещё минут сорок, и в целом все нормально успевали. Но для чего-то бегали, ругались и делали вид, что ужасно опаздывают.

Рядом стояла Ленка, которая тоже спокойно собралась с вечера. Она точно так же с улыбкой наблюдала за суетой, иногда выкрикивая разные фразы, чтобы подбодрить и так нервных людей.

Наконец все собрались, и машины затарахтели дизелями, выпуская чёрный дым. Метель вчера бушевала всю ночь. Ненадолго затихнув, пока мы возвращались домой, она передохнула и ударила с новой силой. Снегу намело по колено.

В Кремле его уже почти весь убрали, раскидав большими белыми кучами вдоль зданий и стены. А вот Москва утопала в этом покрывале. И некому было его убирать. Коммунальных служб больше нет, как нет и рабочих из ближнего зарубежья. Но вместе с этим нет больше и вечно недовольных москвичей. Транспорт не собирается в пробки из-за того, что кто-то не может выехать из сугроба.

А нашим Уралам по барабану эти сугробы. Мало того, мы ещё и ножи навесили, чтобы пробить дорогу следующим за нами машинам. Некоторые потом поедут по своим делам и точно так же будут расталкивать снег. Потому что если этого не сделать, к концу зимы мы даже из Кремля выйти не сможем.

Две машины пёрли друг за другом, поднимая фонтаны снега. Трасса «Москва – Нижний Новгород» была точно так же скрыта от глаз метелью. Всюду просматривался однообразный пейзаж и было непонятно, как водитель разбирает дорогу? Хотя отбойники и чахлые лесные посадки по краям часто определяли направление. Но вот проезжая мимо полей, не всегда было видно эту границу. Однако машины ни разу не съехали с трассы и упрямо пробивались через сугробы.

Своих мы заметили часа через два. Как и планировалось, колонна Кума вышла одновременно с нами, чтобы встретиться посередине пути. Теперь на разворот и обратно.

– Здорова, черти, – поприветствовал я людей Кума. – Как добрались?

– И тебе не хворать, – ответил один из штурманов. – Да нормально всё, спокойно дошли. Как у вас обстановка? Слышали, что вы вчера с новыми монстрами столкнулись.

– Ха-ха-ха, – расхохотался я. – Это как же так, слухи быстрее, чем люди, распространяются?

– Самого такое удивляет, – усмехнулся тот. – Но сейчас жизнь такая, только слухам и радуешься. Других-то новостей нет.

– Это точно, – согласился я. – Ну что, льём соляру и дальше?

– Да, пожалуй, – кивнул тот.

Началась суета вокруг машин. Несколько человек встали в оцепление, чтобы прикрыть от возможных неприятностей, остальные принялись заливать солярку в баки. От Кума вышли четыре машины, два Урала, таких же, как наши, и две фуры рефрижераторы. С топливом у фур был полный порядок, хватило бы до столицы и обратно, но жизнь сейчас такая, что лучше перебдеть.

Обратно в Кремль возвращались с поднятыми ножами. Дорогу почистили, хоть и не до асфальта продрали, но нам хватит. Всё прошло спокойно, одну машину завели к нам, а вторую направили к Чуме, снова в нашем сопровождении.

Сейчас встретимся с их колонной, затем поменяем транспорт, точно так же заполним баки под пробку и обратно. А после обеда погоним всё это добро обратно в Нижний. Там ночуем и наутро возвращаемся.

С колонной Чумы управились за час, на обратной дороге их уже встретят свои, примерно на четверти пути. Может мы, конечно, и перестраховываемся, но лучше так, чем, как в прошлый раз, пытаться своих отбить. Сейчас вернёмся, пообедаем и снова в дорогу.

Такие дни утомляют. Вроде ты и занят, а по большому счёту от безделья маешься. Разбавляет это всё только общение, когда две колонны встречаются на пути.

Вот от людей Чумы я узнал, что весной у них планируется расширение. Только сообразить пока не могут: лучше ещё посёлок ставить или у своего границы раздвинуть. Попаданцы к ним приходить начали. Немного, но человек тридцать присоединились.

– Слушай, а мутантов новых у вас не появлялось? – поинтересовался я.

– Слышали мы про ваших вчера, – кивнул водитель фуры. – По рации Палыч с братом общался, тот ему и рассказал. А у нас нет, всё по-старому. Сейчас зима, хорошо, тихо.

– Это да, зима сейчас самый отдых, – согласился я. – А впереди ещё морозы ждут, так что от скуки умереть можно.

– Ну, судя по вашим приключениям, оно вам не грозит, – захохотал тот.

– Это да, – улыбнулся я. – Значит, говоришь, за вашими новичками никакие монстры не пришли?

– Да на кой они им, – отмахнулся тот. – Постой, так эти чудища из другого мира?

– Так а я тебе о чём, – усмехнулся я. – Получается так, что они за человеком оттуда пришли и сейчас по следу идут.

– Странно всё это, – пожал плечами водитель.

– А что сейчас не странно? – вклинился в разговор его штурман. – Я таких историй много в книгах и кино видел. Тоже думал, что никогда такого не случится, а оно видишь как?

– Короче, будьте осторожны там, – сказал я. – Этих тварей не так просто убить. Они как будто из кислоты какой сделаны. В них стреляешь, а пули в шкуре растворяются. Да и плюются они ей будь здоров.

– Так как же это вы их положили тогда? – с любопытством спросил водила.

– С крупняка, думаю, взять можно, – почесал я макушку. – А так, одному Прыгун голову оторвал, одного я в пасть открытую пристрелил. А ещё одного всей кучей запинали.

– Понятно, – кивнул тот. – Ну что, полна коробочка, пора нам обратно.

– Аккуратнее там, – махнул я рукой на прощание.

Теперь мы возвращались в сопровождении другой фуры. Мясо, сыры и колбасы на стол везём. Чума в подарок самогона канистру передал. Какой-то особый, на сосновых шишках и мяте настоянный. Сейчас машину в Кремль перегоним, я во фляжку себе отолью, в дороге продегустирую.

А вот дома ждал сюрприз. Когда мы загнали машины внутрь и начали перегружать, я отправился со своими на обед. Погрузкой и разгрузкой занимались наши, кремлёвские. И вот, когда я сытый и довольный вышел из столовки, мне навстречу спешила Машка. Одета она была в тёплый зимний камуфляж, на плече висела винтовка.

– Ты куда это собралась, мать? – спросил я.

– Что значит куда? С вами, к Максу в гости, – улыбнулась она. – Не всё тебе одному развлекаться.

– Вместо Ленки пойдёшь, – согласился я. – И в дороге я главный.

– Поняла, – кивнула Машка. – Ленку я уже отправила.

– Ой, ментяра, – улыбнулся я и поцеловал жену.

Из Москвы вышли без проблем. Затем встали на трассу, по который передвигались сегодня утром, и, набрав скорость, двигались в сторону Кума.

Несмотря на всю кутерьму и метания туда-сюда, день выдался спокойный. Ни нападений, ни приключений. Такое тоже бывает. Будто жизнь даёт тебе выходной от всех пинков и неприятностей. Я люблю такие дни, хоть и ною, что делать нечего и скучно всё. Но в последнее время они не такие частые.

Город на Волге поразил меня. Ожидая увидеть кучу ржавых кораблей посреди замёрзшей реки, я даже замер от увиденного.

Во-первых, Кум поставил свой город не на самой реке, а в затоне. Как он объяснил позже: это чтобы избежать проблем с ледоходом. Во-вторых, все плавсредства были в свежей краске, ухожены и в прекрасном состоянии. Для жилья пригнали несколько круизных лайнеров на четыре палубы.

Хозяйство оборудовали на баржах, как и планировал Кум. Их заполнили грунтом и скрепили между собой бортами, образовав площадь. Грядки нарезали поперёк, правда, сейчас, под снегом, их было не видно и выращивали здесь основные садовые культуры.

Здесь же, на других баржах, выстроили сараи из металлокаркаса и сэндвич-панелей. Эти суда точно так же выставили бортами друг к другу, а относительно огорода они стояли параллельно.

Всё это хозяйство зажали с двух сторон круизными лайнерами, в которых жить было чуть ли не комфортнее, чем у нас, в Кремле. Именно в одном из них нас и разместили.

Кум даже в мире, пережившем апокалипсис, остался верен себе. Умудрился совместить приятное с полезным, и всё это совершенно бесплатно. Всё как он сказал. Не нужно изобретать велосипед, есть уже всё готовое.

Дизеля в баках такого крейсера хватит, чтобы крутить генератор чуть ли не вечно. Хотя он тоже отнёсся к этому ресурсу экономно и ночью, правда, в отличие от нас, после десяти вечера, подача электроэнергии прекращалась. Исключением были только прожектора по периметру, которые нужны для охраны.

– Ну здравствуйте, гости дорогие, – широко расставив руки, вышел навстречу Кум. – Оставьте вы свои причиндалы, мои сейчас всё разберут.

– Главное, чтобы ты потом собрать сумел, – усмехнулся я и обнял старого друга.

Как бы мы ни общались с Чумой, но в гости я к нему не рвусь. Впрочем, он ко мне тоже не особо спешит. Но Кум – это совсем другое. Блоками управления аватарами, кстати, мы делимся только с ним. Чуме мы даже наработки не передали. Нет, мы не враги и вряд ли ими станем, пока живы. Но аватары – это наш козырь.

– Неужели привезли? – с улыбкой спросил он.

– А ты сомневался, что ли? – усмехнулся я в ответ. – Давай вначале с ними разберёмся, а потом уже развлечения.

– Само собой, – потёр ладони Кум. – Делу время, потехе час. Пошли перенесём это добро в мою комнату.

– Там почти пять серверов, – сказал я. – Ты уверен, что места хватит?

– Кузов, я живу в каюте капитана, там, блин, Боинг можно посадить, – засмеялся Кум. – Давай, там целей будет.

– Ну что, теперь в баньку? – хлопнул меня по спине Кум после того, как мы закончили работу. – Пойдём, покажу тебе свою гордость.

Мы сошли с палубы шикарного лайнера и отправились на самый край огородов. И вот здесь я увидел эту самую гордость.

Вначале я подумал, что мы будем отдыхать на борту одного из круизных кораблей, но Кум сразу отмахнулся от этой идеи. Да, здесь имелись сауны и хаммамы, но это всё было не то.

Прямо с крайней баржи вниз вела лестница на плавучую баню. Большая платформа из брёвен, связанных между собой по типу плота. И вот на нём красовалась она. Сруб примерно шесть на шесть метров. Небольшая веранда перед входом, на которой стояла плетёная мебель. А прямо у самого плота имелась широкая прорубь.

– Афигеть, – только и смог высказать я.

– А я что говорил, – улыбнулся Кум. – Здесь, кстати, полынья, лёд почти не образуется. Мы его слегка подрубаем, чтоб форма красивая была. А вода здесь даже летом ледяная, ключи снизу бьют.

– Красота, – сказал я и потянулся. – Ну что, пошли погреемся?

– Само собой, – улыбнулся тот. – Маш, иди Ольге там помоги, она там что-то накрывает ещё, а мы через секунду.

– Хорошо, – кивнула Машка и скрылась за дверью.

Мы немного поболтали по делам, затем Кум прошёл к проруби и вытащил из неё авоську с бутылками. А дальше мы присоединились к девчонкам.

– Хорошо, – растянулся я на кожаном диване в предбаннике. – Будто и не было никаких зомби. Как в старые добрые времена, только лучше.

Мимо нас пробежали наши жёны, хлопнула дверь, раздался всплеск воды и визг на всю округу. Буквально через минуту они влетели обратно, а через мгновенье зашипела вода на камнях.

– Бли-и-ин! Ка-а-айф! – донеслись стоны из парной.

– Приезжайте чаще, – сказал Кум и налил две рюмки. – Летом здесь вообще благодать. Можно прямо с плота рыбу ловить.

– Да представляю, – усмехнулся я. – Пожалуй, нужно и себе что-то подобное устроить. Только у нас, в Кремле, места для этого нет.

– Дак был я у вас, – уставился на меня тот. – Всё у тебя там отлично. И баня класс, и прудик хороший.

– Размаха такого нет, – вздохнул я.

– Всрался тебе этот размах, – пожал плечами Кум. – Ты думаешь, я здесь каждый день так отдыхаю? Да я в последний раз эту баню топил, когда только построил. Считай, полгода прошло.

– Понимаю, – усмехнулся я. – Самого дела заели. Попаданцы эти ещё.

– Да, а что там, кстати, за история с тварями из другого мира? – тут же включился Кум.

– Да ничего такого, – пожал я плечами. – Парень немного странный, да и ситуация немного…

Я рассказал ему всё, что знаю. Плюс какие-то догадки. Кум крепко задумался, налил самогона в рюмки, теперь уже в четыре, и крикнул девчат. Они выскочили из парной, завернулись в простыни и уселись за стол. Выпили, посидели, и теперь уже мы с Кумом отправились греть бока.

– Я поспрашиваю, – внезапно сказал Кум. – У соседей поинтересуюсь, да и вообще на рации посижу. Точнее, людей попрошу. Может кто-то сталкивался с чем-то подобным.

– Спасибо, – сказал я.

– Да пока не за что, – ответил Кум. – Подозреваю, что вообще ничего про это узнать не получится.

– Вот не поверишь, у меня точно такие же мысли, – сказал я.

– А вообще, я думаю, что дело не в Зуме, – произнёс Кум. – Или в Светке этой, или что-то у них такое с собой, за чем охотятся эти твари. Предмет, артефакт, не знаю.

– Хорошо бы и не знать, – отмахнулся я. – И без них проблем хватает.

– Это точно, – усмехнулся он. – В последнее время Морты к нам повадились. Шарятся здесь, склады потрошат.

– А у нас Лебедь с одним таким посёлком мир заключает, – произнёс я. – Я имею ввиду поселение Мортов.

– Иди ты?! – приподнялся на локте Кум и посмотрел на меня.

– Ну да, – кивнул я.

– А вот это самая лучшая новость за последние полтора года, – он спрыгнул с полока и зачерпнул ковш воды из таза с можжевеловыми вениками.

– Весной вместе с ним поедем, – сказал я и перевернулся на живот. – Хочешь, давай с нами.

– Конечно хочу, – кивнул Кум и плеснул хвойной водой на камни. – Всё, хватит на сегодня о делах. Отдыхаем мы или где?

С этими словами он накинул мокрое полотенце себе на голову и взялся за веники.

Глава 16. Праздник

– Ну, как говорится, здравствуй, жопа – Новый Год, – поднял я рюмку.

– Не рано начинаешь-то? – поинтересовалась Машка.

– А чего ждать-то? – пожал я плечами и опрокинул содержимое в рот. – Речь тебе толкать, а я так, рядом постою. И вообще, многие со вчерашнего дня уже пьют.

– Ну ты бы хоть не на совещании начинал, – посоветовал Лебедев.

– А вот птицам слово не давали, – я крякнул и взял со стола кусок копчёной свинины. – И вообще, нефиг было поляну накрывать.

– Вообще, мы собирались после обсуждения дел начать, – снова подал голос Морт.

– Ну так начнёте, если останется, – улыбнулся я. – Да хорошвам! Я же не мешаю.

– Как сказать, – усмехнулся Фонарь. – Я бы тоже выпить не отказался.

– Ачего молчишь? – оживился я и налил уже в две рюмки. – Я тут страдаю, в одно жало пью, как алкаш.

– Ладно, это, видимо, не закончится, – махнула на нас с Фонарём Машка. – Значит, повестка дня у нас такая. С завтрашнего дня мы вводим деньги. За основу берём доллары, ну, это мы уже обсуждали. Сейчас необходимо разработать ценовую политику, точнее, ещё раз пробежаться по некоторым пунктам.

– Мария, извините, конечно, но я всё ещё считаю, что доллары – это не очень хорошая идея, – подал голос Степан Аркадьевич. – С вашего позволения, я бы хотел продемонстрировать новые рубли, которые мы разработали.

Он раскрыл папку и достал из неё купюры разного номинала. Затем передал их сидящему рядом Лебедеву, а он, посмотрев, отправил их следующему. Все с любопытством рассматривали пластиковые деньги.

Похожи они были на карты, даже картинка на них была вертикальная, непривычная для взгляда.

– Сколько на данный момент вы успели напечатать? – приподняла бровь Машка, когда купюры наконец дошли до неё.

– Достаточное количество, – ответил за Аркадича Фонарь. – Хватит, чтобы обеспечить ими всё население Кремля и заложить бюджет.

– Вы поспешили, – задумчиво произнесла моя жена. – Нет, идея хороша, но политика не даст нам в руки такую силу. Мы не можем начать печатать деньги.

– А почему не можем-то? – встрял я в разговор. – Мы – первое поселение после апокалипсиса, заодно мы самые сильные.

– Серёж, не всё так просто, – покачала головой она. – Ты пойми, что мы в этом случае будем иметь огромную власть. Печатать деньги нам просто никто не позволит. Могут начаться недовольства, а то и в войну перейдёт. С долларом мы эти проблемы просто минуем. Плюс всегда есть возможность найти клад, ну ты понял.

– А что насчёт золота, – вдруг спросила Ленка. – Оно будет цениться?

– Само собой, Лен, – кивнула Машка. – Золото будет являться поддержкой денег, как это и было всегда в экономике.

– Ха, – радостно хлопнула в ладоши она. – Наконец-то! Я новый олигарх этого мира.

– Я чего-то не знаю? – посмотрела на меня Машка.

– Ленка в округе все ювелирки обнесла, – усмехнулся я. – Та ещё сорока.

– Ну что же, поздравляю, – улыбнулась Машка. – Значит, теперь ты можешь больше не работать.

– Я бы всё же пробежался по текущему вопросу, – напомнил суть собрания Лебедев. – Лично я в курсе, а вот господа силовики…

– Да разберёмся по ходу дела, – отмахнулся я. – Что вы такие скучные? Новый год же.

– Не обращай внимания, – сказала Машка Морту. – В общем, ситуация такая, мелочи у нас нет. Самая мелкая купюра – это один доллар, поэтому за разменную монету возьмём наши железные рубли. На них много не заработать, так что если кто-то найдёт мешок, это не так страшно. С ценами на товары можете ознакомиться вот по этому перечню, здесь указаны самые ходовые вещи, которые и будут являться эталоном ценообразования.

– Это что, нам теперь зарплаты получать и всё такое? – спросил я.

– А как ты хотел? – пожала плечами Машка. – Жить только тем, что найдёшь под ногами? Нет, у тебя это получится хорошо, как и у Ленки и Сани.

– А я вообще молчу, – сказал Саня. – Что я-то сразу?

– Ну вы вообще олигархи, вам-то чего жаловаться, – усмехнулся я.

– В двух словах. Наша работа теперь оплачивается, – продолжила Машка. – Средняя зарплата – около пятисот долларов, но… Каждый может что-то принести полезное и продать городу. Это относится к оружию, золоту и ещё некоторым вещам, всё это будет указано в прайсах.

– Килограмм мяса стоит два доллара и пятьдесят рублей? – прочитал я и захохотал.

– А что смешного? – посмотрела на меня Машка. – Ну хочешь, называй их центами, или копейками, если тебе так будет привычнее. Два рубля пятьдесят копеек тебя не смущает? Названия тоже разные.

– Всё, я понял, – отмахнулся я. – Просто забавно получается. Два доллара пятьдесят рублейкак будто две разных стоимости.

– Через неделю ты этого даже не заметишь, – улыбнулась жена. – Но в целом ты прав, звучит забавно.

– Ну что, со скукой закончили, нет? – я снова потянулся к рюмкам.

– Да, давайте уже праздновать, – поддержал меня захмелевший Фонарь. – И зарплату гоните.

– Так, ладно, вы начинайте, а я пойду до людей донесу о новых изменениях в жизни, – наконец дала добро Машка. – И сильно не напивайтесь, вечер только начинается.

– Спокойно, мать, мы меру знаем, – ответил я и разлил уже по всем рюмкам.

Кремль гулял. Праздник гремел на всю округу, и от нападения мертвяков нас спасал только мороз. Усиливаться он начал ещё вчера, а сегодня достиг отметки в минус двадцать пять градусов.

Этот факт не позволил провести праздник на улице, но у нас под боком имелся Кремлёвский дворец. За час до праздника на сцену вышла Машка и толкнула речь о финансах. К моему удивлению, люди поддержали эту идею, видимо, надоело самим определять стоимость услуг куском мясаили бутылкой самогона. В очередной размоя жена доказала, что не зря занимает своё место во главе нашего маленького общества.

Точно такие же речи сегодня произносились у Чумы и Кума. Насколько мне известно, соседи Кума тоже приняли правила игры и точно так же с завтрашнего дня переходили на денежные отношения.

– Наконец наш мир окончательно сформировался! – закончила своё выступление моя жена. – С Новым Годом вас!

Крики, аплодисменты, радость и всё в этом духе. Далее Машка попросила тишины, и снаружи раздался такой знакомый всем бой курантов. Народ принялся считать, затем полетели возгласы и поздравления. Почти сразу Фонарь включил музыку и объявил начало веселья.

Как это обычно и бывает, люди разбились на группы по интересам. Кто-то отправился в бар к Качку, кто-то остался на дискотеке, а некоторые вообще отправились гулять на мороз. В город, естественно, их никто не выпустит, но в стенах Кремля можно тоже найти немало занятий.

В завершение праздника, который был организован нашей администрацией, запустили фейерверки. Их с избытком удалось отыскать на одном из складов торгового центра. Ну а после салюта люди были предоставлены сами себе.

Завтра многие будут умирать с похмелья, кто-то продолжит пьянку, но второго числа все до одного будут на рабочих местах. Праздничные выходные ограничены, не в мирное время живём. Это ещё хорошо, что Морты нападение в этот день не организовали. Хотя ходят слухи, что они точно так же, как и мы, устроили себе гулянье.

Впрочем, в этом нет ничего удивительного. Мир стал таким, что людям необходим праздник, хотябы раз в году, но он нужен. Иначе в петли лезть начнут. И ведь прецеденты были. Не каждый сможет выдержать такое. Опасность висит над головой каждый день, непонятно, что может случиться в любую минуту. Но сейчас Машка объявила всем о том, что выживание закончилось. Отныне мы новое общество, и мы должны просто жить.

Люди всегда ждут от нового года каких-то подарков, что их жизнь изменится к лучшему. Костерят год прошедший, ругают его за проблемы и заботы. Вот только каждый следующий год продолжает их приносить и подкидывает всё новые и новые задачи. Не всегда плохие. А если разобраться, то вся наша жизнь состоит именно из такой череды событий. Это не плохо и не хорошо, просто такова жизнь.

Буквально полтора года назад мы и подумать не могли, что привычная нам жизнь рухнет. Никто даже близко не смог бы спрогнозировать, что нас останется жалкая горстка и нам придётся каждый день вести войну. Не такую, как была с фашизмом или Наполеоном, но всё же войну.

* * *

– Где Лебедь? – спросил я. – Он что, решил откосить от работы?

– Да вон твой Лебедев, – махнул рукой, указывая направление, Кум. – ЦУ раздаёт.

– Саня, ты какого дьявола там трёшься, а? – моё нервное напряжение достигло апогея. – Поехали уже. И так непонятно, что там ждёт, может ночью возвращаться придётся.

Мы собирались в поселение Мортов. Контакт с ним налаживал Лебедев, и именно он был инициатором нашего мирного соглашения. Если повезёт, если всё получится, то мы получим доступ к технологиям древних, а это очень серьёзный аргумент. С другой стороны, это не просто выгодное соглашение для нас, это ещё и возможность прекратить войну и показать, что мы можем жить в мире.

Сейчас весна, апрель месяц. Снег почти весь растаял, а солнце уже начинает припекать. Та самая погода, когда утром выходишь в куртке, а в обед хочется раздеться до трусов. Зомби снова представляют нехилую опасность. До кучи, в наш мир всё ещё продолжают проваливаться люди и другая нечисть. Некоторые из наших утверждают, что видели фантомов. Это типа энергетические сущности, которых нельзя убить выстрелом. Те самые тощие монстры, которые плюют кислотой, тоже стали не самым редким явлением. Они попадаются всё чаще и чаще. Хотя есть от них очень хороший плюс: Чужие охотно питаются мертвечиной, тем самым упрощая нашу работу. Вопрос только в том, что они будут жрать, когда мертвяки закончатся? Надеюсь, не нас.

Самое интересное, что, завидев человека, эти твари убегают, будто боятся, но стоит открыть по ним огонь, как тут же прилетает адекватный ответ. А победить их в честной схватке один на один – очень непростая задача.

Что касаемо фантомов – бред. Даже скорее городская легенда. Людям нравятся подобные загадочные истории. Наверняка все в детстве любили рассказывать страшилки про чёрного-чёрного человекаили ту же Пиковую Даму в зеркале.

– Мы готовы, – прилетел голос Лебедева по рации.

– Наконец-то, – ответил я. – Всё, командуй давай, поехали.

Машины рыкнули дизелями и покатили в сторону Спасских ворот. Колонна из шести машин, две из которых везли провизию в поселение Мортов. Мы собрали всё, что производили в своих общинах: мясо, рыбу, крупу и молочные продукты. Всё это сдобрили деликатесами, типа копчёной осетрины и сала, даже конскую колбасу не забыли.

Мы, конечно, не надеялись, что нам сразу выдадут все секреты, да и по поводу денег никаких иллюзий не питали. Просто с пустыми руками в гости не ходят. А вот что нас ожидает на самом деле, не знает никто.

Тот же Лебедев, он тоже пребывает в сомнениях. Да, это его раса, они понимают и воспринимают друг друга иначе, но он вёл переговоры больше полугода. Велика ненависть и страх. Именно эти чувства послужили тому, что привычная нам цивилизация рухнула. Но с одним я так и не разобрался по сей день: почему Морты это сделали? Ну вот не верю я в то, что для них так важен наш статус рабов. Мы по большому счёту и так находились в их полной власти. Здесь что-то ещё. И когда я с этим разберусь, когда получу на всё ответы, именно тогда смогу успокоиться. А пока мы едем навстречу неизвестному. Чем закончится наш визит? Что это даст нам в будущем? В одном я уверен на все сто: жить с Мортами так, как мы это делаем с другими, человеческими общинами, мы не сможем. Отношения всегда будут натянутыми. Но лучше так, чем эта постоянная нелепая война.

Она тоже не закончится, скорее всего выстрелы будут звучать при каждом столкновении наших отрядов. Но за последний год у нас организовалась более или менее мирная жизнь. Есть, конечно, мертвяки, есть и новые монстры, но все они не настолько страшны, как разум.

Ладно, поживём – увидим.

Глава 17. Гости дорогие

Я стоял, раскрыв рот, возле стен города Мортов. А упасть челюсти было от чего. Стена выполнена из камня и украшена узорами, по краям башни. Не в том смысле, что в углах, а именно по краям стены. В Кремле они построены так, что стена присоединяется к башне по её центру, но здесь она едва касалась защитной вышки. Но вот отстойника на воротах нет, это меня даже улыбнуло.

– Машины снаружи оставьте! – крикнул нам часовой сверху.

– Как скажешь, командир, – громко произнёс я ему в ответ и махнул рукой своим. – Да брось ты её, Санёк, здесь не воруют, поди.

– Ага, кто их, яйцеголовых, знает, – забубнил тот.

– А ничего так, прилично, – произнесла Ленка, стоя на крыше одной из наших машин и осматривая округу через прицел.

– Когда они это успели? – я всё стоял, раскрыв рот, и не мог поверить своим глазам.

– Пойдём, это ты ещё внутри не был, – хлопнул меня по спине довольный произведённым впечатлением Лебедев.

– Лысый, Фок, давайте там, распрягайтесь быстрее! – прикрикнул я на свой отряд.

Два десятка бойцов сразу же загрохотали ботинками по каменной мостовой, мгновенно выстраиваясь.

– Орлы! – довольно показал я рукой на ряд крепких бойцов. – Ну блин, ты куда автомат повесил, дятел? – заметил я одного, который выбивался из идеального рисунка.

– Да я левша, товарищ Кузов, – быстро ответил он.

– Ой, да ну вас, такой вид обломали, – махнул я.

«А отстойник всё-таки есть», – сразу промелькнула грустная мысль, когда мы шагнули внутрь. Только этот отстойник не находится в арочном проходе под башней, он пристроен сразу за стеной. Эдакий каменный карман с довольно узким проходом и небольшими бойницами. И вот что-то мне подсказывает, что там далеко не лучники будут сидеть. Скорее всего в них турели. Лично у нас именно так.

Этот отстойник вывел нас в огромную залу, и снова появилось ощущение нереальности. Колоннада подпирала потолок, высокий, метра три с половиной. Всё украшено резьбой, не лепниной, а именно резьбой. Я такое только по телевизору видел, когда древние Индийские храмы показывают.

– Мы сейчас под землёй, – произнёс Лебедев.

– Иди ты?! – обалдело уставился я на него и обернулся.

Коридор, по которому мы вошли, действительно уходил вверх. Я даже внимания на это не обратил, отвлекли мысли об обороне. Если этот вход один, то у нас серьёзные проблемы. А перед нами уже выстроились представители расы Мортов.

– Здравствуйте, Сергей Сергеевич, – поприветствовала меня женщина с высокой причёской.

При этом довольно красивая. Стройная фигура, крепкие бёдра, которые плавно перетекали в крутой зад, да и в зоне декольте очень даже презентабельно. Мордашка прямо кукольная, губки бантиком, бровки выщипаны, но глаза. Захотелось плюнуть на пол, эти горизонтально вытянутые зрачки. Лучше бы как у змеиили кошки.

– Это кто? – тихо спросил я Лебедева, но мой голос словно рупором усилила акустика зала.

– Меня зовут Ольга, я представитель совета директоров этого города, – представилась она.

– Ну тогда и я просто Серёга, – улыбнулся я и протянул ей свою лапу.

– Оставьте своё оружие здесь, – сказала Ольга и вежливо пожала мне руку.

– Ага, ща, – усмехнулся я. – Штаны не снять ещё?

– Сергей Сергеевич, то есть Серёж, – тут же поправилась она. – Таковы правила нашего города, или вы боитесь какой-нибудь подлости с нашей стороны?

– Ясен пень, – пожал плечами я. – Вы же всё человечество завалили. Даже и не думай меня уговаривать, – это я уже Лебедеву, который открыл было рот.

– В таком случае, вы не можете войти, – растянула свои губы в улыбке Ольга.

– Не больно-то и хотелось, – хмыкнув, ответил я. – Всё, ребята, погнали домой, нас здесь не любят, – развернулся я к своим бойцам.

– Да хватит тебе клоунить-то, – наконец психанул Лебедь. – Там обычные, мирные жители, не нужно их пугать оружием.

– Лебедь, я не войду к этим с голыми руками, – я ткнул пальцем в сторону Ольги и шестерых охранников. – У них в руках сейчас не пластмассовые автоматы.

– Они отвечают за безопасность жителей, – покосился на своих соплеменников тот.

– А я за своих людей отвечаю, – громко произнёс я. – Если у вас всё тихо и мирно, никто стрелять не станет, мы же не звери, в конце концов.

– Извините, Ольга, вы не могли бы на сегодня отменить ваши правила? – обратился к ней Лебедев. – Он ведь упёртый, ни за что оружие не отдаст.

Она кивнулаи сделала шаг в сторону, затем повернулась и начала говорить что-то в гарнитуру. И вот удивительно, я уже не мог и слова разобрать, хотя голос её был достаточно громким. Слова будто ускользали, а затем начинали сливаться, повторяемые эхом помещения.

– Да, хорошо, – снова эта улыбка, искусственная, ненастоящая. – Я поговорила с Директорами, мы можем сделать исключение. Добро пожаловать в Новый Рим!

Она изобразила лёгкий поклон и показала рукой себе за спину. Мы прошли по ещё одному коридору и вышли на какой-то площади. Здесь выход был уже обозначен ступенями.

Моя челюсть вновь коснулась мостовой, потому что это действительно был Рим. Античная культура во времена её рассвета. Колонны, балюстрады и балкончики. Здания новые, свежие, все выполнены из камня и украшены резьбой. Всё как на картинкахили в кино, вот только здесь – реальность. Да и выглядит всё свежим и новым.

Это мы за прошедшее времятолько огород вскопалида баню построили. А здесь вон чего. Только не пойму что-то, а где они жратву берут? Ни огорода, ни скотины. Но выглядят все сытыми, вон Ольга, явно не на подножном корму.

Люди вокруг выбивались из привычной картины об античности. В пуховиках, бейсболках и лёгких беретах, сапоги на ногах, кроссовки и другая гражданская обувь. Никто никуда не спешил и не бежал, Морты выстроились, словно сейчас из метро актёр известный выйдет.

И тут грянула музыка. Я даже вздрогнул от неожиданности. Но тут началось праздничное приветствие гостей Рима. Нас потащили на сцену, затем просили что-то сказать, что-то пытались подарить, в общем, устроили клоунаду.

После всего этого нас потащили в местную забегаловку с названием «Ресторан» и усадили за праздничный стол. Там уже была готова нарезка и присутствовали салаты. Помимо всего прочего, и бутылки стояли, явно не с молокомили газировкой.

– Я так понимаю, сейчас банкетная часть программы? – поинтересовался я у Ольги.

– Совершенно верно, – кивнула она. – Затем у вас краткая экскурсия по городу, потом встреча с Директорами.

– И что, генеральный тоже будет присутствовать? – усмехнулся я.

– Само собой, – последовал серьёзный ответ.

Нас усадили за столы, и из динамиков полилась спокойная музыка, а через мгновение на маленькую сцену вышел очередной Морт. Он подошёл к микрофону и приятнымнизким голосом начал петь какую-то американскую песню в стиле «блюз».

– Кто к синьке притронется, пальцы отрежу, – с улыбкой сказал я и осмотрелся в поисках «чего бы пожевать».

Вздох пронёсся над столом, но к бутылкам так никто и не притронулся. А мне всё больше и больше это начинало не нравиться. Во-первых, я так и не увидел больше ни одного Морта. Я не имею ввиду жителей Рима, их на площади было достаточно. Просто, кроме Ольги, больше ни один представитель местной элиты так и не появился на глаза. Мало того, она села за стол вместе с нами, но к еде даже не притронулась. Налила себе бокал вина и молча села с краю стола.

– А вы, простите, не голодны? – включил я вежливого, видимо, поддаваясь обстановке.

– Не беспокойтесь, Серёж, меня накормили, – снова вежливая улыбка. – Просто это банкет в вашу честь, неприлично будет, если я наброшусь на угощения.

– Так мы люди простые, вы кушайте, – улыбнулся я в ответ. – А то мы начинаем подозревать, что еда отравлена, правда, парни?

Ленка рядом закалялась, видимо, кусок поперёк горла встал.

– Блин, Кузов, вот раньше-то никак? – толкнула она меня в плечо, а ребята за столом прекратили жевать.

– Это было бы крайне невежливо с нашей стороны, – засмеялась Ольга. – Ну раз вы настаиваете, подайте, пожалуйста, «Цезарь» с креветками, он от вас по левую руку.

– Сильвупле, мадам, – по-гусарски подпрыгнул я и протянул через стол тарелку с салатом.

Мои сразу оживились и продолжили жевать. Ольга нехотя поковырялась в салате, но есть всё же начала. Просто видно было, что ей это не нравится и за столом с нами она сидит из приличия. Что за отношение такое? Неужели им там по религии не положено или с рабами за одним столом западло сидеть? Но не будь я Кузовом, если бы не спросил.

– Что вы, дело совсем не в этом, – крякнув, заверила меня хозяйка. – Просто это не совсем та пища, к которой я привыкла.

– Ну так в чём проблема? – пожал плечами я. – Попросите принести то, что вам нравится.

– Я не думаю, что это будет к месту, – улыбнулась она. – Простите.

– Дело ваше, – отмахнулся я.

А вот головапросто не давала покоя. Ну что там может быть такое? Не какаху же собачью ей нужно? Или что? Если она сейчас икру ложкой жрать начнёт, мы себя ущербными почувствуем? Да ладно нафиг, у нас там в одной фуре целая бочка стоит. Уж чего-чего, а этим делом Кум снабжает постоянно. И сам стол сейчас накрыт как на свадьбу. Ну, поди, разберёмся.

Затем вынесли горячее. По тарелкам начали скоблить ножи, разрезая отбивные из свинины. Потом вынесли десерт и, надо отдать им должное, очень приличный. Здесь, кстати, Ольга с удовольствием его проглотила, и это было заметно, потому что от горячего она наотрез отказалась.

Ну и настало время растрясти жирок. Нас плотной группой повели обратно на площадь и принялись рассказывать о прекрасном Новом Риме. Девушка Морт, вполне симпатичная, махала руками, указывая в разные стороны, и что-то щебетала звонким голоском. Ребята слушали, а я в очередной раз осматривался вокруг.

Площадь находилась ближе к центру города, через неё проходило несколько лучей-улиц. А ещёчерез неё шла основная, широкая дорога, которая неуклонно вела к вершине города. Там находился большойкрасивый, резной дворец в три этажа. Я прикинул расположение, осмотрел размеры и сделал вывод: Новый Рим выстроен пирамидой. Вход находится у основания, в центральной его части. Там, кстати, видно возвышающийся отстойник, через который мы вошли, и он действительно под наклоном уходил в землю. Рядом была пристройка, похожая на казармы.

Наша процессия медленным шагом двинулась по главной улице в сторону за́мка, и всё это под задорный голосок гида. А я всё крутил головой по сторонам, одновременно удивляясь видам вокруг и чего-то не понимая. Хотя что значит чего-то, я конкретно не понимал, где они выращивают пищу. Ни теплиц, ни скотины, хоть бы курица по улице пробежала. У нас вон, весь Кремль засрали, твари пернатые.

– Простите, а где вы берёте еду? – наконец не выдержал я и спросил у гида.

– О, – с восторгом ответила она. – Это замечательный вопрос. И у меня есть на него такой же замечательный ответ. Наши Директора гениальные, они создали целый инкубатор по производству пищи в подземных теплицах. Там еда выращивается быстро и ни в чём не нуждается. Для неё есть всё необходимое: и вода, и свет, и питательные вещества.

– Ну, это многое объясняет, – немного расслабился я. – Можете продолжать вашу лекцию, очень интересно.

Девушка Морт поблагодарила меня и продолжила свой рассказ о том, что этот вот узор на фасадепридумал великий скульптор современности, и бла, бла, бла…

Я снова отключился от её голоса и слегка приотстал, осматриваясь вокруг. Наконец, спустя сорок минут скучного рассказа, который подавался весёлым голоском, мы смогли войти в главное здание Рима.

Потрясающее строение. Чем-то оно напоминало «Капитолий» из Соединённых Штатов. Резная колоннада на входе, мраморный лестничный марш. Да, здесь тоже присутствовала резьба на камне, но, в отличие от остального города, была строгой, без завитушек и зверей. Простые чёткие линии, какие-либо скульптуры и статуи отсутствовали.

– На этом наша экскурсия закончена, – весело помахала рукой девушка. – А вас ожидают наши Директора.

– Прошу, господа и дама, – перед входом снова появилась Ольга. – Я бы попросила вас оставить своё оружие ещё раз. Это уже не является обязательным пунктом, но просьбой. Здесь сидят высокопоставленные представители нашего города, и нам бы очень не хотелось ими рисковать.

– Отставить разоружаться, – скомандовал я своим, когда они поддались на вежливость и начали стягивать с плеч автоматы.

– Ваше право, – грустно произнесла Ольга и открыла перед нами дверь. – Прошу.

А вот внутри мне сразу стало как-то неудобно. Нас встретила огромная резная лестница из чёрного мрамора, устланная красным ковром. Но дело было не в ней, мы даже шага на неё не ступили. Всю нашу процессию тут же завернули направо и ввели в тронную залу. Именно тронную.

По краям стен в специальных нишах сидели Морты на высоких креслах. Над головой возвышался центральный купол здания, через световой барабан которого и освещалось всё вокруг.

– От имени нашего народа мы приветствуем вас, – сказал один из Директоров.

Его голос немного отставал от губ и прилетал в уши из-под купола, да и говорил Морт не очень громко, тембр был вполне обычный. Я поприветствовал их в ответ и невольно изобразил поклон. Уж больно помпезно вокруг всё выглядело. Говорить я старался тоже негромко и понял, что мой голос так же отчётливо слышат в каждой нише.

– Мы пригласили вас, чтобы договориться о мире, – продолжил тот же Морт, видимо, он и являлся Генеральным, даже его трон находился непосредственно напротив входа. – Мы осознали свою ошибку и от имени всех горожан просим у вас прощения. Я не могу отвечать за всех нас, но за это место готов на любые условия.

– Да нам-то, в принципе, пофигу, – ответил я. – Живите, не жалко. Только к нам не лезьте.

– Мы и не собираемся, – ответил тот. – Надеемся, что мы сможем сотрудничать. Например, наши мастера могли бы поработать у вас, а ваши воинымогли бы обучать в ответ наших. Мы много в чём можем сотрудничать, даже в развитии технологий.

– Вот это вообще правильная мысль, – согласился я. – Там на стоянке, кстати, презент от нас небольшой. Деликатесы разные, сыры, колбасы, икры бочка есть.

– Благодарю, это очень щедро с вашей стороны, – вежливо изобразил поклон Генеральный Директор.

– Конечно, а то жрёте, поди, сплошной ГМО, – улыбнулся я. – Не, ну а что можно в теплице вырастить, там даже помидоры пластмассовые получаются. Но вы молодцы, такое отгрохали за два года, прям дух захватывает.

– Мы рады, что вам нравится, – прилетел ответ из-под купола. – И мы рады, что смогли договориться с вами.

– Жить в мире – это хорошее дело, – кивнул я. – Не то чтобы мы прям вас любить будем, хотя Ольга у вас ничего такая.

– Спасибо, – раздался её голос, и опять в центре.

Я даже головой закрутил в её поисках. Она заняла своё кресло в одной из ниш и сидела почти рядом со входом.

– Надеюсь, вы не будете против, если мы у вас заночуем? – спросил я. – Не очень хочется возвращаться домой по тёмному времени суток.

– Само собой разумеется, – ответил Генеральный. – Мы так и планировали. Вас разместят в лучшем доме, и вы ни в чём не будете нуждаться. Если хотите, Ольга посетит вас после заката.

– Эй, стоп, я женатый человек, мне моя вмиг голову открутит, – выставил я руки ладонями вперёд.

– Простите, – снова вежливый поклон. – Наш народ исповедует свободу личных отношений. Мы не зацикливаемся на одном партнёре, так проще развивать цивилизацию.

– А детей чужих воспитывать тоже нормально? – усмехнулся я.

– Наши дети растут в обществе, – ответил тот. – Мы не ограничиваем их общением только с родителями.

– Ну да, странностей у вас хватает, – махнул я. – Если ребята кто не против, то смотрите сами, – это я уже своим. – Мне точно не нужно.

– Ваше право, – согласился главный Морт. – Позвольте с нашей стороны тоже преподнести вам подарок, – продолжил он, выдержав небольшую паузу, и хлопнул в ладоши.

Резкий звук разлетелся эхом, и почти сразу распахнулись двери. В залу вошла небольшая процессия, которая несла на красивой ткани небольшую каменную шкатулку.

– Мы знаем, что ваша жена занимает важный пост в вашем поселении, – продолжая выдерживать правила церемонии, сказал Генеральный. – Мы уважаем это и хотим подарить ей вот эту вещь.

Морт, который принёс шкатулку, открыл её точно на последней фразе, словно репетировал это всю ночь. В шкатулке находилась красивая диадема, выполненная скорее всего из золота и украшенная разноцветными камнями. Я было протянул к ней свою руку, но тот моментально закрыл шкатулку.

– Подарок будет ожидать в ваших покоях, – быстро объяснил мне поступок своего слуги Директор.

– Благодарю, – вежливо сказал я. – Прекрасная вещица.

На этом все церемонии закончились. Наконец-то! Нас отвели в дом, точнее, гостиницу. Она расположилась прямо над тем местом, где проходил банкет. Вообще, все здания в городе были в два этажа, выделялся только замок в вершине пирамиды.

Не сказать, что места было много, но вполне всё достойно и с комфортом. Некоторые технологии Мортов были непонятны логически, как, например, телефон. Казалось бы, самая привычная вещь в нашем понимании, но вот у них она выглядела иначе. И для того, чтобы это понять, нужно получить краткую инструкцию. Потомучто телефон у них выгляделкак самая обыкновенная шкатулка. И говорить по нему, прислонив трубку к уху, не выйдет, потому что её там нетот слова совсем. Их общество не имеет секретов, а если они всё-таки есть, то будь добр обсуждать их лично или воспользуйся технологией людей. А для вызова персонала или заказа ужинапросто подними крышку шкатулки и скажи то, что ты желаешь.

Поужинать мы спустились вниз. Больше для того, чтобы просто посмотреть на обычную жизнь обычных Мортов. А они почти не отличались от нас, точно так же сидели парами и компаниями. Кто-то шутил и смеялся, кто-то делился своим наболевшим, яростно при этом жестикулируя. Самая обычная обстановка, даже запах в зале стоит точно такой, как в нашем баре. Пахнет алкоголем, вкусной едой, играет лёгкая музыка.

Ужин подали, исходя из того, что оставалось от банкета. Нет, не объедки, конечно, всё презентабельно и красиво. Вот только продукты всё те же. Да мы и не в обиде. По сравнению с тем, что сейчас происходит снаружи, это прямо-таки царский ужин. Да и у нас часто такое практикуется, не то время, чтобы разбрасывать еду.

– Скучно мне, – вдруг сказала Ленка. – Все эти церемонии, базары. И вообще, как-то всё слишком сладко у них.

– Согласен с тобой, – кивнул я. – Может пойдём, прогуляемся в ночных сумерках?

– Прямо с языка снял, – подмигнула она. – Саню берём?

– Ясен пень, – сказал я. – Мало того, ещё и Фока зацепим.

– Поняла, – теперь уже кивнула Ленка. – Остальные, так понимаю, на связи.

– Вот умнеешь на глазах, – усмехнулся я. – Несмотря на то, что корни ты всё же подкрашиваешь.

После ужина все отправились в свои комнаты. Оказывается, одиночный номер предоставили только мне. Ну, то, что Саня с Ленкой, это тоже само собой разумеется, но остальных бойцов поселили в номера на четыре и шесть человек. Хотя и здесь, в общем, обижаться не на что, люди военные, привыкли к жизни в казарме. Это в последнее время они принялись семьи заводитьда об отдельном жилье думать. Скорее всего и это придёт, но пока это всего лишь мысли. Они все до одного согласились отдать службе не менее пяти лет.

Как только стало более или менее потише, мы вчетвером встретились в коридоре. Аккуратно вышли на улицу и, прикинув направление, отправились на прогулку. Время вечернее, Морты тоже не сидели дома и праздно прогуливались по мостовым.

Городок оказался небольшой, навскидку, в нём проживает Мортов триста, может быть четыреста. Всё чисто, аккуратно, местами даже лучше, чем у нас в Кремле. А у нас роскоши хватает, да и за порядком Машка следит не абы как.

Вход в подземные теплицы даже не охранялся. Нашли мы его достаточно быстро. Как раз к закрытию ресторана, видимо, по уже отработанному графику, началась доставка продуктов. А проследить за Мортом, который с черепашьей скоростью ехал по городу на электромобиле, было делом техники.

Несколько раз он останавливался и передавал ящики с мясом и овощами. Потом мы проверили, это был детский сад и ещё какое-то общественное заведение. Самое странное, что мы не увидели никаких магазинов, как и где они делают покупки, было непонятно. Хотя может быть всё так, как и у нас до нового года: нужны ботинки, пошёл на склад и взял, захотел пожрать, зашёл в столовку и тебя накормили.

Странности начались на входе. Только странным это выглядело в нашем понимании. Просто мы не обнаружили никаких преграддля того, чтобы спуститься в питомники. Выглядело это потрясающе.

Всё же Морты мастера в работе с камнем, тут не поспорить. Продумано всё до мелочей. Например, свет проникал сюда при помощи зеркал снаружи. Также над грядками имелись специальные светильники из толстого стекла, которые рассеивали солнечный свет, и были они вмонтированы прямо в мостовую. Солнце ещё не скрылось окончательно, и мы прекрасно видели в помещении, которое только начало погружаться в полумрак.

Затем, когда мы дошли до конца садовой галереи, обнаружился ещё один спуск, вот здесь имелось уже искусственное освещение. Но то, что мы увидели там, выбило нас из колеи окончательно. Длинная галерея, разбитая на множество отдельных комнат. Каждая из них имеет остекление на передней стенке. А за стеклом в каждой такой камере в какой-то жидкости находились люди.

Вся мозаика тут же сложилась. Я понял и отказ от угощений, и все слова, связанные с привычной пищей. Все эти глупые рассказы о рабстве – не более, чем пыль в глаза. Да, это не очень хорошо, но человечество поднялось не из-за этого. Война вспыхнула по другой причине – мы мясо! На меня будто таз ледяной воды выплеснули.

– Поднимай наших! – жёстко скомандовал я. – Сегодня у этих тварей будет весёлая ночь!

Глава 18. Бить или не бить?

– Мы как? Отсюда начнём? – спросила Ленка и загнала патрон в ствол.

– Почему нет? – пожал я плечами и перекинул автомат.

– Может не надо всех-то убивать? – спросил Саня.

– Сань, ты что? – посмотрела на него Ленка. – Они же нас жрут. Это, считай, такие же зомби.

– Да это я понимаю, – махнул тот. – Лебедев ведь изноется весь.

– Эту падлу я первым грохну, – усмехнулся я.

И тут прозвучал выстрел, который в замкнутом пространстве прогремел так, что больно резанул по ушам. Я от неожиданности даже присел и втянул голову в плечи.

– Пошли уже, – сказала Ленка.

Это она только что пристрелила Морта, который хотел войти в питомник. Хотя скореевсё, что находилось вокруг, правильнее назвать фермой. И пошёл он в жопу, этот Лебедев. Я не буду в роли домашней свиньи, и никакие аргументы меня в этом не переубедят.

Я вскинул автомат и сжал зубы. Саня всё ещё колебался, но это он всегда так, любит философию развести на ровном месте. Фок, всё это время молчавший, уже давно положил автомат себе на плечо и вставил в зубы спичку. Мы начали выходить на поверхность.

Ферму прошли спокойно, видимо, они и здесь что-то с акустикой сделали, чтоб на улице ничего не было слышно. А может просто не поняли, что такое хлопнуло внизу. В любом случае, это нам только на руку.

Первого Морта уложил я, как только вышел на поверхность. Тот как раз собирался войти внутрь, когда пуля пробила его голову. Из черепа брызнуло крошево из мозгов и осколков костей. Морт рухнул на мостовую, даже не поняв, что с ним произошло. А мы уже двигались вдоль улицы к первому дому.

Крики послышались со стороны площади, а вот это уже мои парни. Вопросы они задавать не станут, если я приказал вычистить весь город, значит, так надо. Выстрелов не было слышно. На таком расстоянии глушитель работает на все сто, плюс дома прикрывают от места событий.

В городе начала подниматься паника, которая стала играть нам на пользу. Из дома, в который мы направлялись, выскочила женщина-Морт. Из её головы тут же брызнуло, а по улице прокатился звук выстрела из Ленкиного ПП. К убитой женщине выбежал её мужчина, непонятно, муж, или как они там себя называют? Этого хлопнул Саня.

Мы с Фоком уже перевели огонь на другую сторону, там из окон начали высовывать головы первые любопытные. А потом всё перемешалось. Видимо, Морты поняли, что происходит, и отправили своих бойцов разобраться. Они двигались к нам от основания пирамиды.

Как мы были парами, так и рассредоточились по двум сторонам улицы. Конечно, Морты знали свой город намного лучше, и, пока мы вели перестрелку на главной улице, одна тройка попыталась зайти нам с фланга. Ну это они зря. Мы же не дети. Фок среагировал на движение моментально. Вначале он дал короткую очередь по фигурам, а затем швырнул им гранату. Грохнул взрыв, и по каменным стенам заколотили осколки. Один, кажется, прилетел мне в руку, но хорошо, что просто чиркнул.

– Фок, ты дибил? – крикнул я ему. – Нас-то не надо убивать.

– Уверен? – с хищной рожей повернулся он ко мне.

– За флангом смотри, дятел! – заорал я на него, а сам несколько раз вдавил спуск.

Уже второй магазин упал пустым на мостовую. Но здесь подоспели ещё две двойки наших. Они обошли город по большому кругу и вышли в спины Мортам на главной улице. Четыре взрыва подряд, причём первые два от светошумовой. Несколько коротких очередей, и больше с главной нас никто не давит.

Но теперь на улицах начало твориться не пойми что. Морты начали покидать дома и пытаться куда-то бежать. Вот это было вообще глупо с их стороны. А от основания пирамиды послышались звуки настоящего боя.

Стрельба была уже не шуточная, длинные очереди, взрывы, кажется, крупный калибр кто-то подключил. Мы так и продолжали двигаться двойками, но к вершине, в главный дворец. Наших там полтора десятка, продержатся, а там и мы подойдём.

Мы методично стреляли во всё, что движется, дома будем зачищать в самую последнюю очередь. Вначале нужно сломить сопротивление, а для этого лучше всего обезглавить змея.

Ударом ботинка я открыл дверь, ведущую внутрь «Капитолия». Две светошумовые скользнули по полу. Громкий хлопок со вспышкой, и мы, словно две змеи, вошли в помещение. Первая четвёрка сразу на второй этаж, наша группа разбилась парами, и одна ушла влево, а я и Фок в тронную залу.

На нашем пути чисто. Прошлись фонарями по стенам, других дверей нет, выходим и присоединяемся к первой двойке.

Сверху донеслась стрельба, ну, эти сами справятся, если нет, чуть позже подойдём. Первый этаж тоже не принёс ничего и никого, но здесь обнаружился спуск в подвал. Одна двойка тут же нырнула туда, а мы с Фоком прошли по первому этажу и стали подниматься наверх. Стрельба там до сих пор не прекращалась.

Но когда мы подошли, всё было уже кончено. Наши просто добивали совет Директоров. Генерального грохнули прямо в кровати с какой-то бабой. Они даже не поняли, что происходит, отправили бойцов в надежде, что те нас остановят, а сами при этом остались без охраны.

Из подвала к лестнице подошла первая двойка, один помотал головой, мол, никого – чисто.

– Всё, идём к нашим, там, походу, серьёзное что-то, – приказал я, и мы тут же пришли в движение. – Свяжись с Нюхом, предупреди, что свои, а то шмальнут ещё.

На обратной дороге всё получилось не так просто. Морты поняли, что бежать некуда, а небольшая армия из пяти десятков бойцов связана боем. В общем, помощи ждать неоткуда. И теперь они сами взяли в руки оружие.

Но что стоит боец, который никогда не участвовал в боевой операции? На тренировочной площадке ты можешь бегать хоть до усрачки, но реальный бой – это всегда хаос. Мало просто уметь давить на крючок, когда перед тобой бумажная мишень. А нам сопротивлялись обычные гражданские.

Приятного в этом тоже мало, но короткая очередь по окну, а следом граната быстро успокаивали сопротивление. Идти, конечно, пришлось осторожнее и заодно проверять дома на наличие выживших.

К своим мы подоспели почти к концу перестрелки. На тот момент у меня остался всего один магазин, и тот уже был примкнут к автомату. По ходу дела Ленка завернула в гостиницу, и к нашим мы подошли уже с винтовкой. Несколько хлопков в сторону оборонявшихся, и наступила тишина.

– Вы что наделали?! – закричал Лебедев. – Зачем, Кузов?! Ты мне можешь объяснить?! Зачем, мать твою, вы это сделали?!

– Он что, своих валил? – проигнорировав Морта, спросил я у Лысого.

Тот кивнул, а я молча снёс Лебедя ударом приклада в лоб. Отключился он моментально.

– С ним потом, – бросил я своим. – Доложить потери.

– Семь холодных и пятеро раненными, один тяжёлый, – прохрипел севшим голосом Лысый.

– Занимайтесь, – приказал я, и все тут же принялись помогать с перевязкой. – В две машины идёте домой, фуры мы пригоним, тяжёлого нужно к Аркадичу срочно. Со мной Фок, Ленка, Саня и Цыган с Митей, остальные домой.

– Есть! – козырнул Лысый и помчал отдавать распоряжения.

– Так, теперь мы, – повернулся я к тем, кто остался. – Сутки на мародёрство. Цыган, Митя и Фок – по левой стороне, мы по правой.

– Может перекурим? – спросил Фок.

– Ты что? А как же ЗОЖ?

– Бубнёж, – махнул рукой здоровяк. – Я первый раз в жизни такое делаю, дай сигарету.

– На вот, хлебни лучше, – протянул я ему флягу с самогоном.

Фок кивнул и, приняв фляжку, сделал большой глоток, а мы с Саней закурили. Ленка отобрала спиртное у Фока и опрокинула в себя, а затем протянула ёмкость Сане. Так, по кругу, мы её и прикончили, каждому по два глотка досталось.

Вот только на адреналиновом отходнякеэта пара глотков подкосила ноги. Перекур пришлось немного увеличить.

Через полчаса, когда мы уже начали движение по улицам Рима, снаружи зарычали дизеля. Наши покидали поле боя. У нас остались две фуры с продуктами и два Урала, на шесть человекболее чем достаточно.

И вот ведь какая ирония – Рим снова пал от рук варваров. Неотёсанные невоспитанные солдафоны только что уничтожили целый город. А если быть честным, то устроили самый настоящий геноцид. Вот только совесть почему-то молчит, и даже крики Лебедева её никак не включают.

– Лебедь, ты же, урод, знал, что они людей жрут? – наконец не выдержал я его истерик.

Вопрос я задал спокойно, будто не я только что стрелял по женщинам, детям и старикам. Но вот насрать!

– Знал, – тут же притих тот. – Но они же не охотились на вас, как на зверей. Они просто выращивали мясо в питомнике. Это же даже не жизнь у них была, это…

– Слушай ты, неужели ты думаешь, что я этого не понимаю? – спросил я его прямо в лицо. – А вот ты, похоже, что-то не догоняешь! Я не хочу жить так, чтобы на меня смотрели как на стейк. Ты это понимаешь? Если свинья встанет на две лапы и начнёт разговаривать, я никогда не смогу больше есть свинину. Но и свинью я никогда не поставлю на один уровень с собой. А они нас жрут! Это противоречит всем законам природы, ты понимаешь? Никогда Морты не будут принимать нас за равных, пока мы их пища.

– Я понял, – тихо сказал Лебедев.

– Ты любил человека, так? – спросил я.

– Да, это правда, – он устало опустился на диван в комнате какого-то Морта. – И я понимаю то, о чём ты сейчас говоришь. Как только мы встретились с ней впервые, я больше не мог так питаться. В этом есть свой минус для нашей расы. Срок жизни сокращается, и иммунитет слабеет.

– Ты понимаешь, что я не убил тебя только потому, что ты сегодня бился на нашей стороне? – спросил я и уселся рядом. – И не потому, что ты верный своему слову. Ты выбрал сторону, понимая, что мы правы. Да, тебя возмутило наше действие, но вот здесь, – я постучал его пистолетом по высокой макушке. – Здесь ты знаешь, что правда за нами.

– Жаль, – тяжело вздохнул Лебедев. – Жаль, что не подумал об этом раньше. Столько времени потратил.

– Нет, Лебедь, ты молодец, – усмехнулся я. – Смотри, какую победу принесли твои шпионские игры.

– Ой, да пошёл ты, – скорчился тот. – И так тошно. Надо тебе шокер подарить, а то так челюсть мне когда-нибудь выбьешь.

Осмотр принёс много хороших и полезных вещей. Например, по периметру, в сторожевых башнях, обнаружился неплохой боезапас: оружие и патроны. А до кучи Лебедев отсоединил какие-то каменные коробки с тонкой резьбой на поверхности. Это оказались очень полезные штуки, они распространяли сигнал, который отпугивал мертвяков от города. Сказал, что и у нас их можно настроить, а заодно и Фонарю с Аркадичем головняков прибавит.

Уехали мы почти ночью. Не хотелось оставаться в этом месте даже на минуту. Кума увезли с первой партией раненных. Ему хорошо прилетело от разорвавшейся рядом гранаты. Это отлично стимулировало на обратную дорогу, но больше всего повлияло совсем другое. Фок предложил убить всех людей на ферме. Осадок это оставило такой, что всю обратную дорогу мы пили всё, что горит. В итоге в Кремле нас выносили на руках, благо по пути ничего не случилось. Лебедев, кстати, от нас не отставал, и его точно так же тащили в спальню, волоча ногами по мостовой.

Проспал я до самого утра. А по пробуждению обнаружил у изголовья пластиковую бутылку с пивом и записку: «Поправляйся, пьянь. Целую, Маша». Долго просить меня не нужно. Я скрутил пробку и присосался к ёмкости. Холодная жидкость сразу утолила жажду, а спустя некоторое время я снова захмелел. Но это эффект недолгий. Сейчас нужно помыться и позавтракать. Вот тогда будет совсем хорошо.

Не сказать, что моё состояние было сильно кошмарным, так, лёгкая слабость и заторможенность. Несмотря на это, к Машке всё равно нужно идти. Скорее всего она уже в курсе дел, но от меня ей тоже бумажка потребуется. Не понимаю я эту её тягу к писанине, но она говорит, что это необходимо. На двести процентов уверен, что это всё её привычки ментовские.

– Ты знала? – спросил я у жены, глядя ей в глаза.

– Если бы знала, ни за что в жизни не согласилась бы на встречу, – ответила Машка. – Он даже мне ничего не рассказал.

– Значит, понимал, что иначе мы не согласимся, – немного подумав, сказал я. – Блин, Маш, вот обязательно тебе эти бумажки нужны?

– Нужны, Серёж, – кивнула она. – Именно исходя из таких вот бумажек и выстраиваются государства. Не на деньгах, не на авторитете правительства, хотя это тоже немаловажно, но именно бумажки помогают принимать решения.

– Вот чем нам поможет эта история? – потряс я листком с моими каракулями у неё перед глазами.

– Например, тем, что не нужно идти на переговоры к Мортам, никогда и ни при каких обстоятельствах, – ответила она.

– Так мы и без бумажки это знаем, – пожал я плечами.

– Мы знаем, а лет через двадцать можем забыть, – ответила Машка. – Даже не точтобы мы, но тот, кто займёт это место вместо нас.

– Мент, – буркнул я и продолжил писанину.

Затем проведал Кума. Тот лежал в палате после операции. Из ноги и спины у него вытащили четыре осколка. Не сказать, что ранения были очень тяжёлые, но нашему Аркадичу пофигу: сказал неделю лежать, значит, так тому и быть. Мужик он серьёзный, особенно если дело касается медицины, и спорить с ним в этом бесполезно, одним авторитетом задавит.

– Ну что, Гитлер, совесть не мучает? – приподнявшись на локтях, спросил Кум.

– Ты знаешь? – я сделал вид, что прислушался к себе. – Неа, нисколько. Даже не ёкнуло ни разу.

– Всё ты правильно сделал, – зачем-то попытался подбодрить меня Кум.

– Вы зачем мне об этом постоянно говорите? – удивился я. – Думаешь, я не знаю? Или у меня сейчас сомнения какие появились?

– Да это я так, на всякий, – усмехнулся тот. – Ольгу в курс поставили? О том, что я здесь.

– Само собой, – кивнул я. – Она велела тебе передать, что если вдруг решишь тут умереть, она тебя убьёт.

Мы захохотали, и Кум тут же скорчился от боли. Не всегда и не во всех случаях смех продлевает жизнь.

– Она может, – продолжая улыбаться, сказал он. – Ладно, чего возле меня сидеть, видишь, здоров я, жив, всё нормально.

– Больно надо сидеть с инвалидом, – усмехнулся я. – Может я медсестру молоденькую поджидаю?

– Ты её видел? Молоденькую эту, – снова засмеялся Кум. – Она весом больше центнера.

– Лучше качаться на волнах, чем разбиться о кости, – с философским видом заявил я. – Ладно, болей, пойду я. Вечером ещё забегу, не скучай.

Дел у меня, собственно, не было, но и страдать от безделья я тоже не хотел. Поэтому решил сделать выбор в пользу посещения всех своих товарищей, которые получили ранения и сейчас находились здесь же.

Потихоньку за бытовой суетой день сошёл на нет. К вечеру начало подмораживать, но весенние морозы не такие, как в ноябре. Сейчас они кажутся тёплыми и заодно подсушивают землю. Завтра будет солнечная погода, нужно затеять тренировку, своих погонять. Да и самому не помешает. А с обеда вообще в город стоит выйти, у нас в планах пару банков вскрыть. Есть одна наводка, что в их сейфах до сих пор крупная партия наличных долларов хранится. И нам хорошо, и бюджет пополним.

Это Ленке хорошо с её тягой к блестящему. За всё это время она такое количество золота к себе стянула, что, когда устроила перестановку мебели, нам пришлось целую кучу мешков из ларя выкинуть, чтобы его подвинуть. А в последнее время она постоянно говорит о Бронницах, мол, именно там Клондайк. Если его вывести, можно больше не думать о работе и деньгах. Даже правнукам должно хватить.

Пожалуй, я к ней прислушаюсь, нужно постепенно стягивать в Кремль всё ценное. Вот прямо с завтрашнего дня и начну. В той, прошлой жизни мне слишком часто приходилось прогибаться под разных начальников. Чаще всего чьих-то детей. И как правило, дети эти были не то что тупее родителей, они были тупее уборщиц. Однако власть и деньги, которые им передали по наследству, давали право… А где они теперь?

Иногда я вспоминаю наш пьяный разговор с Ленкой, те самые слова, когда она смеялась и кричала: «Мы все неудачники, но мы здесь, а они, все те, кто считал себя избранными, они сейчас бегают там по улицам и жрут друг друга». Но вот теперь мы имеем статус избранных, вопрос в другом: сможем ли мы всем этим воспользоваться и грамотно распорядиться? Или человечество снова придёт к тому, что сильный будет пожирать слабого? А как этого избежать? Принять за идеал систему общества Мортов? Да они даже себя защитить не могут. Не понимаю, как так вышло, что они из нас стейки жарят, но не наоборот? Ладно, разберёмся.

Мои размышления прервал крик с башни: «Морты! На нас напали!». Тут же завыла сирена и начали раздаваться очереди.

Глава 19. Странное событие 3

Первое, что мне пришло в голову – это ломануться на стену, что я, собственно, и сделал. А ещёменя гордость взяла за моих людей. Они, не сговариваясь, без намёка на панику, но достаточно быстро начали проходить каждый к своему сектору. У нас все жители распределены, и все до одного знают, что нужно делать. Машка строго следит за этим, и каждую неделю население Кремля сдаёт нормативы. Исключением являются лишь гости крепости, те, которые приезжают торговать, ну или по другим, своим делам.

Я, можно сказать, влетел на смотровую площадку Спасской башни и принялся осматривать причину паники. А причина была. И вполне себе неслабая.

– Фонарь, что с системой защиты? – спросил я нашего техника в рацию.

– Не могу понять, Кузов, – взволнованно ответил тот. – Такое ощущение, что они сигнал глушат. Я попробую сейчас на ручное управление перейти, что-то не так с автоматикой.

– Я тебе череп прогрызу! – крикнул я. – Бегом исправлять!

Перед стенами Кремля выстроились полчища мертвецов. И это не просто слова. Они именно выстроились! Никак иначе это было не назвать, потому что они стояли в одну линию, где даже особые занимали своё место. На небольших помостах стояли Прапоры, ими же были усеяны крыши домов вокруг. Прыгуны вообще находились особняком, так сказать, отдельным прямоугольником. Возглавлял каждую такую «когорту» Качок, или Халк, как мы его называли вначале. И всю эту прелесть разбавляли вооружённые Морты.

– Как думаешь, сколько их? – спросил меня часовой, нервно сглотнув.

– А тебе не один фиг?! – спросил я.

Меня уже начинал бить озноб, а внутри зарождался нездоровый азарт.

– Да так-то насрать, – приободрился моим видом парень.

– Я контролирую турели, – прилетел довольный голос Фонаря.

– Принял, – бросил я в ответ.

Тем временем построения подошли к концу. Как по сигналу, ровные ряды мертвечины расступились, образуя этакий коридор, и по нему тут же двинулась машина. Чёрный минивэн с оранжевой надписью на борту: «МОР».

Не доехав до площади, машина остановилась, ей не давали проехать защитные столбики, которые давным давно находятся в поднятом положении. Из боковой двери вышел какой-то коротыш с черепом, намного превышающим яйцо Лебедева. Уж такого-точеловечество должно было заметить. Без какого-либо сопровождения он подошёл в район Спасской башни и поднёс рупор ко рту.

– Я хочу поговорить с Марией Владимировной Кузовковой, – произнёс он.

– Я за неё, – крикнул я со смотровой площадки. – Да ты говори, не стесняйся.

– Хорошо, мне без разницы, передавать через кого-тоили разговаривать напрямую, – ответил Морт. – Кузов, если ты и твои люди, которые участвовали в геноциде, сдадитесь, мы отзовём своё войско.

– Ха-ха-ха, – расхохотался я во весь голос. – Ты что, клоун, берега там попутал?

Дальше разговаривать не было смысла, я вскинул автомат и дал по нему короткую очередь. Вот только пули не достигли своей цели. Вокруг этого гнома вспыхнул ареал голубоватого цветав виде кокона, а его обладатель как стоял с невозмутимым видом, так и продолжал это делать.

– Фонарь, дай по нему с крупняка, – негромко попросил я в рацию.

Видимо, Морт что-то понял и попытался сбежать, но хватило его буквально на один шаг. Очередь из пулемёта с крупным калибром просто разорвала его на куски, просто проигнорировав силовое поле.

– Вали козлов! – громко крикнул я в рацию, и вся масса за стеной тут же пришла в движение.

На всю Москву разлетелся грохот пулемётоввперемешку с автоматными, и всё это под аккомпанемент криков особых заражённых. Вначале мне показалось, что атака захлебнулась, но это было ошибочным мнением. В турелях патроны не бесконечные, хоть их и много. Одна за другой они начали замолкать, и, пока их заряжали, в ход пошли особые заражённыепод управлением Мортов. Нам удалось как следует выкосить первые ряды мертвяков, и только.

Наконец пулемёты снова загавкали, но в это времяна поле боя появились новые фигуры: танки. И вот этот фактороказался полным сюрпризом. Пушечный залп прилетел по башням и стенам Кремля, в щепки разбивая кирпичную кладку. Некоторым досталось так, что наружу полетели и турели, и люди. Но Кремль не был бы резиденцией и местом работы президента, если бы не предусмотрел и подобный способ атаки. Фонарь успел засечь большинство из гусеничных монстров. С шипением из-за стен вылетели ракеты, а спустя мгновение зарево осветило пространство за домами.

Первый Халк уже смог взобраться на стену и с рёвом принялся махать кулаками, раскидывая обороняющихся. Один такой удар способен раздробить кости в труху. Несколько раз взмахнув руками, он будто запнулся и полетел вниз, только потом я заметил, что у него отлетела половина головы. Значит, снайпера на месте. Очередной танковый залп обрушил часть стены, ракеты, выпущенные Фонарём, спустя мгновение добили остатки тяжёлой техники, но мертвяки прорвали периметр. Вначале тонкой струйкой, а затем уже рекой они стали заполнять внутренний двор. Вовремя брошенная бутылка Молотова очень хорошо исправила ситуацию, и теперь оставалось только подбрасывать топливо.

Я всё это время стрелял из автомата по всему, что движется, изредка прерываясь на то, чтобы наблюдать за общей картиной. Иногда приходилось орать матом в рацию, отдавая приказы. С противоположной стороны Кремля дела шли чуть лучше, но нашему огороду скорее всего кирдык. Хорошо, что он ещё не посажен, но вот свинец и осколки мы ещё долго будем там собирать.

Странное начало происходить, когда Морты почти сломили нашу оборону. Патроны просто не успевали набивать в магазины, а пустые цинки летели за стену одинза другим, площадь перепахали взрывами и попаданием крупного калибра, а мертвецы всё продолжали прибывать. По рации уже давно раздавались команды, которые выкрикивал Кум. Он руководил обороной на другом конце Кремлёвской стены, иногда переключая каналы, чтобы запросить боеприпас. Машка с Ленкой тоже не отставали от него, хоть и расход патронов снайперанамного ниже, чем у штурмовиков.

И вот, когда казалось, что всё, ещё чуть-чуть, и нам придёт конец, появились новые действующие лица: Чужие. Тощие тела врезались в строй мертвяков и пошли по ним как ножсквозь тёплое масло. Куски мяса полетели во все стороны, задымились проплешинами от кислотных плевков уже далеко не стройные ряды зомби. А эти чудовища, будто комбайны, продолжали собирать свою жатву.

Морты дрогнули. Началось отступление. Вначале зомби будто отключились от управления, их действия стали разрознены и утратили порядок. Те, что были в самом начале боевого построения, просто развернулись и побежали в разные стороны. Между домами начали мелькать борта техники, и вскоре со стороны атакующих перестали прилетать пули. Особые заражённыевместе с рядовыми мертвяками ещё какое-то время пытались атаковать, но вместе с Чужимимы быстро прервали их попытки.

Стрелять по худым мутантам я запретил почти сразу, как только они появились на поле боя. Но некоторым всё равно досталось, и они, разъярённые в горячке боя, хотели продолжить разборку, но уже с новыми обидчиками. Вот только что-тоили кто-то их остановил. Чужие внезапно замерли, подняли свои жуткиебезглазые рожи и, издав возглас, который больше походил на ультразвук, скрылись с глаз так же быстро, как и появились.

Наступила тишина. Звуки удаляющейся стрельбы изредка доносились до слуха. Я устало опустился на пол смотровой площадки на Спасской башне и прислонился спиной к стенке. Трясущимися руками достал сигарету, она сломалась, пока я пытался попасть ей в собственный рот. Получилось только с пятой попытки, но теперь её ещё и прикурить нужно. С этим удалось справиться быстро.

– Собрать данные, доложить о потерях, – устало произнёс я в рацию.

Немного покряхтев, я поднялся на ноги и отправил окурок щелчком пальцев за стену. Уж не знаю, показалось мне или нет, но с крыши здания, стоящего на противоположной стороне площади, мне кто-то помахал рукой.

– Хватит сидеть, отдыхать потом будем, – пнул я продолжающего подпирать стену часового. – Нужно завалы разобрать, трупы подальше оттащить. Давай, поднимайся.

Через часуже все разгребали последствия боя. Хоть день уже и клонился к закату, но людям сейчас просто нельзя отдыхать. Иначе многие просто впадут в хандру или примутся оплакивать близких.

Потери мы понесли страшные, но не критичные. В отряде снайперов обошлось двумя ранеными, и то не сильно. Шальные пули и непредсказуемые рикошеты. А вот у защитников стенцифры были очень серьёзными, ведь к делу приобщались абсолютно все, вплоть до детей в возрасте старше двенадцати лет. Они прекрасно набивали патроны вместе с матерями. Танковый залп и взбирающиеся на стены особые сделали своё дело. Из строя вывели почти пять сотен человек, из них сто четыре уже никогда не встретят рассвета. Тех, кто умер от рваных ран на теле, проконтролировали в голову, но многих ещё не нашли.

Все подсчёты были предварительные, с наступлением темноты они скорее всего поменяются, и не в лучшую сторону. Тем не менее, мы снова отстояли свою крепость, даже с тяжёлой техникой и превосходящим числом, Морты не смогли нас сломить. Вопрос лишь в том, была ли это первая попытка или основная атака. В любом случае, нужно как можно скорее зализывать раны и заниматься восстановлением обороны.

Спали в полглаза. Людей распределили на усиленные вахты, а утром продолжили разгребать то, что не успели вчера. Постепенно пробоины в стенах очистили от битого кирпича и начали латать дыры. Само собой, что о красоте речь уже не велась. Возводилась крайняя кладка, внутрь закидывали битый кирпич вперемешку с арматурой, и всё это поливали жидким раствором. Затем ложили перевязку и снова повторяли кладку.

Ближе к обеду крепость покинул Кум. Его можно понять, он волновался о своём поселении. На связь они, конечно, вышли, и вроде бы всё было в порядке, но кто знает, что на уме у этих Мортов. Возможно, неудачная попытка атаки Кремля заставит их попробовать напасть на менее укреплённый город. Хотя, если подсчитать потери, мы сегодня понесли едва ли меньший урон, чем устроили в Риме. Ведь многие жители этого каменного города успели уйти под землёй. Выходит, что отомстить наму Мортов всё же получилось.

Окончательные данные не очень сильно отличались от предварительных, но всё же цифры поменялись. Всего пострадало пятьсот шестьдесят пять человек, из них более ста находились в тяжёлом состоянии и сто двадцать триимели статус покойников. Ближе к вечеру у нас будет траурная процессия с захоронением в бывшем парке у кремлёвской стены. Затем поминки, и наутро снова разбираться с крепостью – ремонт и всё остальное.

Аркадич за всю ночь даже глаз не сомкнул, провёл почти пятьдесят операций разной степени сложности. С более лёгкими случаями справлялись другие медики, те, которых он уже успел обучить. И за всё это время мы потеряли только одного тяжелораненого.

С Чумой тоже связались и предупредили об атаке Мортов, рассказали о том, что произошло у нас, и велели быть начеку. Он тут же пообещал отправить нам людей в помощь, но мы настрого запретили ему это делать. Кто знает, может быть они ему ещё нужнее окажутся.

С обеда началась похоронная суета. Люди наконец осознали потерю. Кто-то молча сжимал кулаки и смотрел на близких, стиснув зубы. Кто-то кричал в небо грозные послания в адрес Мортов и клялся отомстить. Были и те, кто бил меня кулаками в грудь и выкрикивал проклятья в мой адрес, обвиняя меня в том, что случилось. Ничего, пусть стучат. Сейчас, как только первые комья земли упадут в могилу, станет легче. Почему-то всегда сразу становится легче. Затем ежедневная суета выбьет из головы все эти глупые мысли, и многим будет стыдно за сказанное сейчас.

Ели молча. Точно так жемолча выпивали и продолжали жевать, не меняя мрачного выражения лиц. Да мне и самому веселиться совсем не хотелось. Мой сын попал под раздачу, когда помогал нести цинк с патронами для снайперов. Нет, не смертельно, слава Богу, но операцию с извлечением пули из ноги ему провели.

Мальчишки всегда остаются мальчишками, и вместо того, чтобы ныть от боли, он хвалился всем подряд своей раной. Мы с Машкой его не ругали и не одёргивали за это. Пусть, для него это важно, а какому пацану не понравится чувствовать себя воином? Вот только на душе от этого не легче, словно кошки скребут. В землю сегодня уложили шестерых сверстников моего сына, и он легко мог стать одним из них.

* * *

– Слушай, а что это было? – спросил Саня и опустил сварочную маску на лицо.

Мы монтировали турели. В старые гнёзда установить их не получилось по одной простой причине: их залили раствором. Но нам их скрытность теперь не особо-то и нужна, пусть себе стоят под небольшим навесом, защищённые от дождя и снега. Нам так даже удобнее. А то пока старые зарядишь, семь потов сойдёт.

– Ты о чём сейчас? – не понял я.

– Держи ровней, чего ты там трясёшься весь! – глухим голосом из-под маски начал ругаться Саня. – Да я про каракатиц этих, Чужих.

– Блин, да присморкай ты там уже эту железку, тяжело же, – заругал я в ответ горе-сварщика.

Наконец он начал искрить, и я почувствовал, как станину начало слегка уводить в сторону от прихватки по одной стороне. Саня тут же перевёл дугу на противоположный угол, а затем поднял маску и взял в руки уровень.

– Ты так и не ответил, – пару раз стукнув молотком, он опять вернулся к теме. – Как думаешь, почему они нам помогли?

– Понятия не имею, – пожал плечами я. – Связи с Астралом у меня нет, как и другого метода получения информации.

– А Ленка говорит, что заметила на крыше Зума, – сказал тот. – Правда, не уверена, что это был именно он, но вроде как мужик в плаще и с капюшоном.

– Да глюки, наверное, – отмахнулся я. – Мало ли чего померещиться после боя может.

– А сам ты что говорил? – тут же ухватился Саня за мои слова после боя. – Мол, видел человека, который тебе помахал с крыши.

– Сань, да чёрт его знает, кого мы там на самом деле видели, – разозлился я. – Ну и даже если так, то что это меняет? Мы помогли Зуму, он помог нам.

– Это меняет многое, – забормотал Саня из-под маски. – Например, то, что Зум со Светкой не спасались от этих тварей, а привели их с собой.

– И что? – пожал я плечами. – Привели и привели, это не наше дело.

– Ну просто было бы неплохо подружиться с ними, – ответил тот. – Сам понимаешь, хороший аргумент в войне с Мортами.

– Дай Бог, чтобы такого больше не повторилось, – сказал я и прикурил сигарету. – И опять, Саня, даже если ты прав, даже если всё так, как мы предполагаем, где нам его искать, этого Зума. Да и не думаю я, что он вдруг решит к нам присоединиться, иначе он давно бы уже это сделал.

– Выходит, Туз нам соврал, – Саня тоже решил закурить и присел рядом. – Он знал, что этими тварями управляет Зум. И Светку он скорее всего не просто так у себя держал. Я даже думаю, что он имел в планах нас подвинуть, не без помощи Чужих, конечно.

– А вот здесь ты скорее всего прав, – задумался я. – Только я не понимаю, почему он их не уничтожил, когда мы освободили его подругу?

– Может жалко стало, – сказал Саня. – Не в смысле Туза с его урками, а Чужих. Кто знает, как они там между собой контакт поддерживают.

– Давай, работать нужно, – подтолкнул я юного философа. – Время к обеду уже, а мы никак вторую турель закрепить не можем.

– Я вообще не понимаю, чего мы с ними возимся, – забубнил тот. – Намного проще пулемётную точку поставить.

– Проще, Саня, не всегда лучше, – заметил я. – На точке мы человеческой жизнью рискуем, а турелями Фонарь на ноутбуке управляет. Железку не так жалко.

– Вот тут вынужден согласиться, – снова включился в разговор он.

– Саня, я сейчас Ленку позову! – пригрозил ему я. – Может с ней ты быстрей шевелиться начнёшь?

– Стукач, – буркнул тот и поспешил зажечь дугу, чтобы не схлопотать пинка или подзатыльник.

С момента боя прошло уже почти две недели, но разговоры об этом не утихали ни на минуту. Люди постоянно пересказывали друг другу события, многие даже забывали от том, что находились в тот момент рядом, а не на разных концах стены. Всё это обрастало слухами и сплетнями, которые разносились торговцами по округе.

Нападение больше не повторилось, и на другие наши поселения тоже. Так что торговлю мы возобновили буквально через пять дней. А в самый разгар реставрационных работ к нам неожиданно прибыл караван с дизельным топливом. И эта новость не могла не радовать.

Гости прибыли из Удмуртии. По местным меркам, это достаточно далеко, но нишу в этом новом мире они заняли правильную. Про нас они узнали всё из тех же слухов, так что слава о нашей победеразнеслась далеко по земле.

Глава 20. Золото партии

Привычную систему оплаты приняли все. Цены разрабатывались от двух самых сильных валют в мире: еда и патроны. Так, например: булка хлеба стоила десять рублей – это сейчас по-нашему копейки, и приравнивалась к одному патрону семь шестьдесят два. Килограмм мясаприравняли к десяти булкам хлеба, и получился доллар. Каждый житель Кремля получил по тысяче долларов, то же самое получили абсолютно все жители общин, и началась игра в деньги.

Оказывается, что как ты ни экономь и как ни вкладывай, деньги всегда возвращаются в казну. Круговорот, так сказать. Мы нисколько не отличались от всех остальных людей в нашей крепости, и я имею ввиду размер зарплаты. Впоследствии каждый ежемесячно получал по пять сотен долларов. И получилось не точтобы золотое общество, но все работы сталиодинаково хороши. И вот что в итоге получилось: люди перестали стремиться к власти. Для того, чтобы назначить начальника, приходилось уговаривать человека.

Само собой, появились и кладоискатели. Дурной пример заразителен. Многие смотрели на Ленку, у которой золота оказалось больше, чем денег в казне Кремля. Вот только она эти деньги почему-то не тратила. Нет, не то чтобы она скрягаили ещё чего, просто зарплаты им с Саней много. Не успевают потратить. Но в городе всё равно все знают и понимают, что денег у Ленки неприлично много.

Люди, глядя на всё это, принялись охотиться вначале за золотом и серебром, а затем и на зелёную валюту переключились. Ведь много же где по стране долларов в банках осталось. Да, не миллионы, порой и зарплату поднять не получается, но сам факт приключения просто затмил реальность.

А к середине маякак-то так получилось, что поселение Тузастало едва не богаче нас, и объяснить это оказалось проще простого. Блатной, он и в Африке блатным останется. Карты, рулетка, бухло, наркота и шлюхи – всё это можно было приобрести у Туза. И чего греха таить, что искатели приключений, что торговцы и даже мои воины были частыми посетителями этих мест.

Туз даже приезжал к нам в первых числах мая. Да. Переговоры вёл.

– Раз уже денег нам хватает, – начал он. – Да, к тому же, я ваш и Чумы бюджет сосу, предлагаю такой вариант. Вы прекращаете смотреть на менякак на мусор, а я веду закупку продовольствия у вас. Уж поверьте, мне насрать, где я буду закупать картошку.

– Маш, вот видишь, что тебе человек говорит, прекращай мента своего включать, – расхохотался я и остановиться не мог минуты полторы. – Прислушайся, не один я это замечаю.

В ответ в меня прилетела пластиковая подставка для ручек и почти прилетели ножницы. Пришлось вымаливать прощение, чтобы лишнюю дырку в себе не заиметь. Получалось плохо, потому что я постоянно ржал, но в итоге потом хохотали всем кабинетом, и Машка в том числе.

С Тузом договорились. Пусть строит Лас-Вегас, мужик он по факту умный и сильный, уж лучше он, чем кто-то другой. Ведь раноили поздно эту нишу тоже займут, но хозяин может попасться такой, что рады не будем. Так что мы выпили, закрепив сделку, и денежки начали свой бег по кругу.

– Кузов, ты задрал уже, – продолжала уговаривать меня Ленка, уже изрядно подвыпившая.

Мы сейчас день рождения мой отмечаем. Это июль, сегодня четвёртое или уже пятое число. Баня арендована до утра, и мы в тесном, первозданном кругу, отмечаем. Это ещё что, скоро у Кума днюха, у него через четыре дня, после моего будет. По традиции мы и мой заодно отметим, к нему поедем, летом там сказка.

– Я тебе говорю, прибыльное дело, – прыгнув в пруд, чтобы освежиться, Ленка снова плюхнулась рядом. – Ты, Кузов, просто очкуешь.

– Да там уже сто пудов всё Туз давно вынес, – в очередной раз доказывал Ленке я свою позицию. – Ну ты сама подумай, всё рядом. Там от Люберец, до Бронницы, рукой подать. Да и наши искатели скорее всего там уже были.

– Да ты зае… – в это время к нам подсел Саня, не её муж, а мой сын. – Задолбал уже ныть. Пошли проверим.

– Тёть Лен, да я уже много раз слышал, как вы сегодня матом кроете, – сказал он и заулыбался. – Не стесняйтесь, я уже привык.

– Так, а ну брысь, – махнула она на него пальцами, а потом увеличила глаза. – Какая я тебе тётя Лена?! Да я тебя…

Наконец они с визгом умчались в сторону пруда. Это я сына подговорил, чтобы он её отвлёк. Минут десять покоя у меня есть, так что не буду их тратить и пойду, пожалуй, в парную, греться.

Проснулся я от стука в дверь. Подниматься совсем не хотелось. Такое ощущение, что я буквально десять минут назад глаза закрыл, кажется, я до сих пор ещё пьяный. Вот хуже нет, чем таким просыпаться, теперь весь день буду отходняк ловить.

– Ещё раз там стукнешь! – крикнул я человеку за дверью. – Я тебя пристрелю, падлу.

Машка что-то пробормотала, пошарила рукой сзади себя и положила мне на живот холодный пистолет. Вот только стукачу, видимо, было пофигу, пришлось вставать. Ведь не уйдёт же гад.

– Хорош дрыхнуть, поехали, – без приглашения Ленка сразу шагнула в нашу комнату.

– Куда? – не понял я. – Отвали, Лен, у меня выходной, – я было направился обратно в кровать и хотел попросить Ленку закрыть дверь с той стороны.

– В Бронницы, – сказала она таким тоном, будто мы уже должны быть на половине пути к «Золотому городу».

– Лен, ты дура, нет? – устало ответил я, усевшись на кровать. – Я же тебе вчера ещё всё объяснил.

– Кузов, мать твою, мы вчера обо всём договорились, – упёрла руки в бока она. – Давай, собирайся, поехали. В машине отоспишься.

– Мля, Лен, я же бухой был, – упал я на кровать и тут же подпрыгнул, схватившись за поясницу и голову одновременно.

Пистолет, который так и остался лежать на кровати, больно ткнулся мне в спину. Я вытянул его из-за спины и бросил на пол.

– Даже не хочу знать, чем это вы тут ночью занимались, – проследив падение ствола, прокомментировала Ленка. – И мне насрать, бухой ты был или под наркотой, за базар отвечать нужно.

– Ты же не отстанешь? – спросил я.

– Догадайся, – усмехнулась Ленка. – Давай, собирайся, мы у машины ждём.

– Э, фтсиу, – свистнул я её в дверях. – Пивка мне там организуй пока.

– Ща, бегу, аж волосы назад, – ответила она и закрыла за собой дверь.

Но я знал, что как только выйду, пиво уже будет организовано. Скорее всегооно уже присутствует, и вся эта шобла, которая там собралась у машины, давно его посасывает. Тут главное – не переборщить, а то можно на второй заход пойти.

– Саня, гони саморазогрев, – протянул я руку к его рюкзаку.

– Вот не надо в моих вещах копаться, – стукнул меня по руке тот. – Сейчас сам достану.

– Да куда ты чего достанешь, рули сиди, – сказал я и ухватил его рюкзак. – Где он там?

– Ну сейчас всё мне там перемесишь, – начал злиться тот, его всегда злило, когда кто-то хватал его вещи, а мне очень хотелось кого-нибудь побесить. – Да не в том кармане, мля.

– Да-а-а? – удивился я. – Здесь, чтоли?

– Кузов, я тебя пристрелю сейчас, – наконец до него дошло, что я просто издеваюсь, а сзади начало раздаваться похрюкивание от сдавленного смеха.

Я уже спокойно достал пайку, вскрыл контейнер и принялся уплетать горячее. В животе сразу стало приятно, а лоб покрылся испариной. Хорошо, значит, сейчас посплю часок и буду уже огурцом.

Меня толкнули, уже когда мы остановились на окраине Бронниц. Машину приткнули в какой-то ангар, прикрыли противно визжащую воротину и отправились в пешую разведку. Отряд авантюристов был небольшой, весь наш основной костяк. Я, Ленка, Саня и Хоттабыч с Фоком. Для того, чтобы стянуть никому не нужное золото, более чем достаточно.

Первый выстрел произвёл Саня, заметив, что по крыше соседнего ангара ползёт Прыгун. Он снял его короткой очередью, прямо в прыжке. Мы уже до того наловчились их убивать, что почти не воспринимали уже как сильную угрозу. Хотя, если вспомнить недавние события в начале весны, мертвяков осталось не так уж и мало, просто они разбрелись. Однако во многих местах они встречаются достаточно регулярно, и передвигаться без оружия чревато летальным исходом. Люди продолжают погибать, несмотря на то, что идёт постоянное пополнение из других миров.

Новеньким выживать сложнее. Несмотря на то, что многие попадают с опытом горячих точек. Хотя вру, конечно, просто многие с таким опытом выживают, а сыпятся к нам все подряд. И здесь даже не в умении убивать сложности, новеньким никто не давал стартовый капитал, для этого нужно иметь собственное жильё у насили в любом другом поселении. Вопрос вполне решаемый: докажи, что ты полезен, и тебе помогут.

И не обязательно для этого искать клад, не обязательно быть хорошим воином, достаточно хорошо разбираться в любой гражданской профессии. Даже юристможет неплохо шить обувь, что доказал один из недавних попаданцев.

Ему повезло, он выскочил из провала буквально в двух шагах от общины Чумы. Он даже и опасность не успел увидеть. Пройдя по тропинке около километра в поисках людей, вышел на посёлок. Там ему объяснили, что случилось, как теперь жить дальше и что для этого нужно. Вручили первый набор выживальщика, в котором имелся рюкзак со всем необходимым, карта местности с пометками и автомат Калашникова.

Парень долго хлопал глазами, возмущался, потом пил несколько дней, даже в петлю по пьяни лезть пытался. Но потом как-то посидел, подумал и решил устроиться в жизни.

Когда он начал разбираться в системе иерархий и зарплат, до него дошло, что он спокойно может снять галстук и заняться любимым хобби, а именно – пошивом обуви. Благо кожи у Чумы было в достатке, а уж оборудование в городе стащить вообще проще простого. Так и пристроился. Сейчас к нему очередь на ботинки, да такая, что и зарплата не нужна. Всем селом ему дом справили, за каких-то несколько дней, там и мастерская у него, и жена-хозяйка, тоже, кстати, из попаданок.

– Лен, я всё равно не понимаю, зачем тебе это золото? – спросил я. – Тебе и так на пять жизней хватит.

– Бедным раздам, – усмехнулась она.

– Угу, как в том анекдоте: «Жила-была девушка Робин Гуд. У богатых брала – бедным давала».

Народ начал похрюкивать, Ленка тоже улыбнулась, и даже дерзкого ответа не последовало. Мы шли, не таясь, по центральной улице. Саня постоянно сверялся с навигатором. Мы понятия не имели, где находится этот завод, но предполагали, что скорее всего на центральной улице, по крайней мере, на одной из них. Всё же градообразующее предприятие.

– Тихо, – шикнула на нас Ленка. – Слышите?

Все притихли и даже прикрыли глаза, ведь не зря же говорят, что слепые лучше слышат. На грани слуха улавливался какой-то монотонный гул, будто генератор работает. С улицы пришлось уйти, видимо, по-наглому не получится.

Мы нырнули в подворотню и принялись соображать, с какой стороны этот шум. Затем догадались просто подняться на крышу одного из домов поблизости и осмотреться. Даже если не увидим источник шума, то хотябы звук перестанет искажаться, отражаясь от поверхности соседних строений.

– Мля, так и знала, что мы опоздаем, – возмутилась Лена. – Долбаные Морты.

Гул исходил от нужного нам завода. На его территории крутились древние, что-то постоянно перетаскивая, и выглядело это не как мародёрство, они наоборот – заносили коробки внутрь. А источником этого гулабыл дизельный грузовик, который в ожидании разгрузки стоял и тарахтел на холостом ходу.

– Лен, по-моему, они там работают, – сказал я. – Не похоже, что мы опоздали, скорее всего этот завод и не останавливали.

– Ты думаешь, я совсем тупая? – зло ответила она. – Сама вижу.

– Ну и чего, возвращаемся? – тут же отреагировал Саня.

– Ага, ща, – с сарказмом ответила его жена. – Я этим уродаммоё золото не отдам.

– Интересно, а что они вообще там делают? – сказал я и взял в руки бинокль.

– Побрякушки со всей округи переплавляют, – не снижая злости, ответила Лена. – Козлы.

– Для этого не особо-то и завод нужен, тем более – ювелирный, – помотал я головой. – Тут что-то другое.

– Да что там может быть другого? – пожала плечами та.

– Ну логично же, что вся их технология держится на огранке камней, – наконец оторвался я от осмотра территории. – А где это лучше всего делать, как не на ювелирной фабрике?

– Так это же стратегический объект, прямо у нас под носом, – вытаращила глаза Ленка в удивлении. – Нам просто необходимо его нагнуть.

– Вот теперьне могу не согласиться, – улыбнулся я. – Только не таким составом это делать.

– Да ладно, мы их как куропаток перебьём, – отмахнулась она.

– Лен, я тебе сколько раз говорил, нельзя так относиться к противнику, – строго сказал Фок. – Вот так хорошие бойцы и погибают. Слишком самоуверены.

– Ладно, не зудите, – сморщилась она. – Чего делать-то будем?

– К машине нужно идти, – ответил Хоттабыч. – Там подмогу вызвать. А вот когда прибудут, тогда и план разрабатывать.

– Короче, Ленка и Фок, остаётесь здесь, мы пошли обратно, – немного подумав, принял я решение.

– Есть, – в один голос ответили наблюдатели.

А мы аккуратно, стараясь теперь не отсвечивать, отправились назад, к машине. Теперь идти приходилось в десять раз осторожнее, стрельбу поднимать не хотелось, а мертвяки как специально попадались на пути. Может быть звук выстрела и не услышат на заводе, всё же глушитель – хорошая штука, но пуля легко может разбить окно, а это уже достаточно громко. Но у нас есть достаточно хороший опыт работы рукопашным оружием. Так и продвигаемся, раздавая затрещины налево и направо.

Из машины связались с Кремлём, объяснили Нюху ситуацию и велели выслать подкрепление. Двух десятков будет более чем достаточно, это же не военная часть и не укреплённый город. Хотя окончательно мы не знаем, как устроены внутренние помещения, что находятся в подвале, а учитывая склонность Мортов рыть эти самые подземелья, там может находиться основное производство. Да и охрана скорее всего здесь серьёзная, а шорох не наводят просто потому, что секретность большая.

С другой стороны, за полгодаздесь должны были побывать все любители поиска сокровищ. Всё же это самая ближайшая точка. А пропавших без вести в этом районе не было и разговоров ни о каких тайных фабриках Мортов тоже. Вывод напрашивается сам собой: производство на девяносто девять процентов находится в подвалах.

Это вообще великая случайность, что мы смогли застать разгрузку сырья. А скорее всего территория находится под наблюдением, и, когда появляются любопытные, тайная комната закрывается. Возможно, они даже работу прекращают, хотя с акустикой у них тоже полный порядок, могут и звук скрыть.

Ладно, нам остаётся дождаться подкрепления, а там сами разберёмся, что к чему. Надо будет, и стены простучим. Но пару дней стоит понаблюдать, примерно через это время и прибудет остальной отряд для штурма.

Глава 21. Забытые технологии

Первый день наблюдения был настолько скучный, что мы все чуть не спали. Не происходило ничего, от слова совсем. В тридцатые года двадцатого столетия американская компания «ВВС» произнесла такую фразу: «На сегодня никаких новостей нет». Вот и у нас было то же самое.

Город казался мёртвым. Если в Москве всегда было движение, ну, кроме того, что ночью, то здесь даже днём можно было услышать, как падает снег. Тишина именно что «гробовая». Пустые улицы, даже мертвяков не видно, природа уже начинает забирать своё. Казалось бы, два года всего прошло, как люди покинули города, да и вообще почти всю планету, а асфальт начинает прорастать травой. Крыши домов, особенно плоские, уже колосятся чахлыми берёзками, хотя люди и не были частыми посетителями жилища Карлсона до апокалипсиса. А иди же ты, не росли там деревья раньше.

Ближе к вечеру Ленка пихнула меня своим костлявым локтём в бок, больно проехав по рёбрам, и указала пальцем в левую сторону. Я посмотрел в указанном направлении и замер, хотя до этого хотел дать снайперше в глаз.

На дорогу выбежал небольшой отряд кабанов. Они принялись обнюхивать территорию вокруг, затем что-то похрюкали друг другу и по большому крюку обошли завод. А вот это уже такой знак, мимо которого сложно пройти и не заметить. Животные всё ещё помнили этот запах, нет, не Морта или человека – запах жизни городов. Выхлопной газ от дизеля, например. Это для нас он исчезает за пару минут, но кабаны, эти могут слышать запахи трёх-, а то и четырёхдневной давности.

И снова наступила тоска. Такое отсутствие действий даже разговаривать желание отбивало. Саня дремал в ожидании своей смены, Ленка, положив голову на руки, с тоской посматривала на завод, иногда прикладывая к глазам бинокль. Я тоже валялся на спине, закинув ногу за ногу, и покусывал молодую травинку. А дело близилось к закату.

На ночь увеличили количество часов дежурства до четырёх, а там потом в течение дня своё доспим. Хотя на троих и так по восемь часов сна выходило.

Свет на производстве так и не загорался, он погрузился во тьму, точно так же, как и всё вокруг. Стали просыпаться ночные жители природы, и она запела. Вначале коты. Творилось что-то невообразимое, они орали, дрались и может показалось, но по-моему даже кто-то кого-то трахнул. А потом заквакали лягушки. Вот откуда они взялись в Бронницах? Тут и водоёма-то поблизости нет, но они орут так, что всё многоголосье можно различить.

Ближе к полуночи рядом со мной приземлился филин. Я даже дышать боялся, чтобы не спугнуть его. Он почесал свои перья, несколько раз посмотрел мне прямо в глаза, а затем громко ухнул и нырнул вниз, видимо, почуяв там добычу. Я даже вздрогнул от его громкого голоса. Ребята мирно сопели и даже не подозревали о том, какой гость к нам заходил.

Глянув на часы, я пошёл пинать Саню, пусть теперь он наблюдает за дикой природой. А я на боковую, свои законные часы я отработал.

Проснулся сам, от ощущения, что я отдохнул и бодр. Хотелось сразу куда-нибудь пойти и что-нибудь поделать. На посту уже стояла Ленка, а Саня сопел рядом, пытаясь меня приобнять. Хотя что я отмазываюсь, эта голубятня закинул на меня ногу и обнимал в районе живота. Я даже подпрыгнул, когда понял, в каком мы положении.

– Отвали, петушара, – я даже его ногой слегка пихнул.

– А? Чё? – подскочил тот, а Ленка уже сползала спиной по парапету, держась при этом за живот.

Если бы можно было ржать в голос, сейчас её громкий смех летел бы по всей округе.

– Да вы не стесняйтесь, мальчики, – выдавила она. – Он ещё и целоваться к тебе под утро лез, – сказала она и снова согнулась в приступе смеха.

– Вот ты овца, – шёпотом произнёс я и начал смеяться, заражаясь от Ленки.

А Саня так и продолжал сидеть и хлопать глазами без единого намёка на понимание происходящего.

– Вы чего ржёте, козлы? – без злобы спросил он. – Чего случилось-то?

– Ленка выяснила, что ты голубец, и подала на развод, – ляпнул я, но сил смеяться уже не было.

– Очень смешно, – скорчил рожу Саня. – Я спать, толкнёте, если что начнётся.

– Ребят, быстрее сюда, – тут же бросила Ленка.

Я тут же подхватился с места, а Саня пробормотал что-то типа: «Я не лох, меня такими шутками не возьмёшь». А внизу действительно началась суета.

Вначале просто замелькали тени за окном. Там явно кто-то ходил, и делал это не один Морт, как минимум четверо. Передвигались они то в одну сторону, то в другую, из чего мы сделали вывод, что они переносят какие-то вещи поближе к воротам.

– Чего это они там? – спросил Саня, когда понял, что никто не смеётся и, видимо, там действительно что-то происходит.

Он появился справа от Ленки, потирая один глаз. Она шикнула на него, чтобы тот наблюдал молча. Спустя какое-то время послышался звук мотора, и к разгрузочным воротам подъехал грузовик марки «Foton». Роль-ставня начала ползти кверху, открывая пространство для погрузки. Фотон, пикая задней передачей, подкатил почти вплотную к воротам и остановился, заглушив двигатель. Кузов машины заходил ходуном, началась погрузка.

– Есть, – вдруг прошипела Ленка, осматривая местность в бинокль. – Вижу охрану, они на втором ярусе окон. Если присмотреться, то даже автоматный ствол в форточку видно.

– Угу, – подтвердил я, что заметил. – Периметр скорее всего под камерами.

– Я бы тоже так поступила, чтобы не отсвечивать, – продолжила тему она.

– Думаю, что нужно Фонаря приглашать, – подал идею Саня. – Тот сможет, как в кино, картинку им по кругу гонять, пока мы к зданию подходим.

– Идея здравая, – согласился я. – Нужно к Фоку с Хоттабычем сгонять, пусть свяжутся с Кремлём.

– Я мухой, – сорвался было Саня с места.

– Куда, мля, – остановил его я. – Я сам сгоняю, здесь сиди, жену охраняй.

К сегодняшнему вечеру должны будут прибыть штурмовые отряды, и если успею, то действительно можно будет выдернуть на операцию Фонаря. Тот, как компьютерный гений, сможет разобраться в системе защиты, если она, конечно, не переделана на технологии Мортов. В таком случае, там даже гений обречён на провал, ибо разобраться в чужой технологии, не зная принципов работы – нереально. Ну будем надеяться на лучшее.

– Дрыхнете, чтоли? – подкрался я к машине и резко заколотил кулаком в борт.

Изнутри послышалось бормотание и какой-то шум. Наверное, из штанин вытряхивают. Смешно, конечно, но люлей они сейчас выхватят, можно сказать, врага прозевали.

– Ты чего так пугаешь? – из кузова наполовину высунулся Фок. Ну ещё и мишень отличная.

– А вы чего булки-то расслабили? – сразу перешёл в наступление я. – А если бы это Морты были? Ты чего рожу высунул, мишень изображаешь?

– Да хорош орать, шеф, видели мы тебя, – ответил тот. – Долбить по бортам просто не надо. Чего там у вас? Мы тут уже спать устали.

– Нормально всё, завод точно работает, – ответил я. – Час назад они машину какую-то загрузили и снова затаились.

– А сюда чего тогда пёр? – не понял моего манёвра Хоттабыч.

– Наших наберите, пусть Фонаря тоже в дорогу пакуют, – отдал я распоряжение. – А я теперь с вами посижу, до прибытия наших.

– Правильно, нечего там светиться лишний раз, – согласился Фок.

Потянулись скучные часы ожидания. На крыше я жаловался на скуку, но это был детский сад по сравнению с тем, каково в кузове машины. Там хоть птички пели, кабаны бегали. Здесь был полный абзац. На часы я посмотрел примерно через пару часов, но оказалось, что всего пятнадцать минут прошло.

– Может в картишки хоть, а? – растянул рожу в улыбке Фок.

– Понятно теперь, почему вы меня не заметили, – строго сказал я. – Ну чего вылупился, раздавай давай, сейчас я вас как детишек разделаю.

– Пф-ф-ф, кого ты там сделать собрался? – оживился Хоттабыч. – Да я уже машины в карты выигрывал, когда ты под стол пешком ходил.

Время полетело намного быстрее. И почему мы не догадались взять с собой карты на крышу?

Ребята прибыли часам к девяти вечера, изначально оповестив нас по рации о своём приближении. Встретились всё в том же ангаре, а затем уже по-тихому, чтобы не дай Бог нигде не засветиться, начали разными группами собираться в подъезде дома, с крыши которого мы вели наблюдение.

Фонаря тут же отправили наверх, пусть пытается разобраться с наблюдением, а остальных пришлось разбивать на группы и создавать некое кольцо окружения. И снова потянулось время. Нюх настроил защищённый канал связи, и теперь мы могли спокойно переговариваться, не переживая, что нас смогут запеленговать. В том, что они прослушивают радиочастоты, сомневаться не приходилось. Каналы дальней связи у нас давно шифрованные, а вот с ближней сложнее. Я всех нюансов не понимаю, это Нюх у нас спец.

Фонарь так и не смог ничего поделать. Для того, чтобы подключиться к камерам, необходимо попасть во внутреннюю сеть предприятия, а за отсутствием интернета сделать такое возможно только личным присутствием. То есть как минимум нужно подобраться к заводу и подключиться к проводам, а сделать мы этого не можем, потому что камер слишком много. Мало того, есть скорее всего и скрытые, чтоб их палкой не сбили. Всё же статус у предприятия неслабый, не макароны они тут делали.

Действовать решили быстро и нагло. Поделились на группы по две двойки и с разных сторон пошли на штурм. Ограду преодолели при помощи стремянок, а дальше с разбегу вынесли окна и ворвались внутрь помещения. С дверями решили не связываться, а то, что окна могут быть бронированные, отмели сразу. Ну не делают у нас так. Если это, конечно, не супер-пупер важный объект, но в таком случае его проще спрятать в подвале парикмахерской, чем вызывать подозрение бронированным остеклением.

Стрельба пока не поднималась, и мы начали осматривать помещение. Прочесали его дважды, так и не обнаружив никаких следов деятельности. Но ведь мы своими глазами наблюдали за разгрузкой, притом дважды. Завод никто не покидал, мы бы и это заметили. Вывод напрашивался сам собой: Морты любят ковыряться под землёй, скорее всего здесь та же самая история.

Беглый осмотр ничего не принёс, и наступило время тщательного обследования, с простукиванием стен и полов в здании. И вот здесь нам удалось отыскать то, чего мы так желали. Одна из стен издала глухой звук, такой может быть, только если за ней пусто. По идее, за каждой стеной находится пустота в виде комнаты, но у этой была слишком большая толщина для подобного звучания. Она вообще должна была являться несущей.

Думали недолго, искать какие-то потайные кнопки и прочее не имело никакого смысла. Поэтому двое из моих бойцов принялись минировать это место. Вначале они быстро пробили отверстия при помощи ударной аккумуляторной дрели, затем разместили там заряды и после того, как мы дружно спрятались за поворотом, произвели подрыв.

Я ожидал, что выпадет целый кусок стены, как в кино, а мы в тяжёлых ботинках пробежим по нему внутрь потайного помещения. Но на деле это место развалилось грудой битого кирпича, и даже пришлось несколько раз пнуть это место ногами, чтобы получился более или менее нормальный проход. Первая двойка сунулась в образовавшийся коридор. Но не смогли сделать и шага, снизу донеслась автоматная очередь. Первого бойца ранило, и напарник выволок его оттуда за воротник. Двое других тут же бросились помогать с перевязкой. Не будь на нём бронежилета, остался бы он лежать там навсегда. Нет, мы бы его, конечно, достали, но только ради того, чтобы похоронить с почестями. А сейчас он отделался двумя отверстиями в правой ноге и синяками под броником.

Тактику нужно менять, вместо бойцов в отверстие полетели гранаты. Вначале свето-шумовые, а следом, через небольшой промежуток времени – осколочные. Взрывы грохнули почти одновременно, и теперь сразу две двойки смогли ворваться в пробоину на стене. Несколько приглушённых выстрелов донеслось до ушей, и рация в ухе сказала: «Чисто».

Мы гуськом, друг за другом, начали спускаться вниз по бетонной лестнице. Помещение, в которое мы попали, не создавалось Мортами, это был классический подвальный цех. Такие часто создавались при Советском Союзе. Единственное, что сделали Морты – замаскировали вход.

Огромный цех, разделённый только бетонными колоннами и весь обклеенный пенопластом изнутри. Слегка подсвеченный угол помещения и никого. В этом углу находилось какое-то оборудование, видимо, на нём производилась работа. Немного левее от него стояли собранные коробки, похожие на те, что управляют особыми заражёнными. Прямо под ногами лежали два убитых Морта: один был сильно посечён осколками, а второй имел дырку на высоком черепе.

– Что там? – спросил я у ребят, которые суетились возле станка.

– Да хрен поймёшь, – прилетел ответ. – Похоже, что здесь огранку делали, но доделать не успели.

– Следов не видно? – поинтересовался я. – Они же не в воздухе растворились?

– Шеф, да у них было достаточно времени, чтобы свалить, – недовольно ответил Фок. – Где их теперь искать?

– Не понял?! – рявкнул я. – Это сейчас что такое было?

– Есть найти следы! – подтянулся Фок и принялся по новой простукивать стены вместе с остальными.

И снова нам повезло, точно таким же звуком, как и стена до этого, отозвался пол. Вот здесь взрыв обрушил его целой плитой, только не окончательно. Подрывать пришлось дважды, с первого раза одна часть пола осыпалась, а другая осталась висеть на арматуре. Но второй, более точный взрыв освободил плиту, и она с грохотом посыпалась вниз.

На этот раз в помещение влетели гранаты, а уже затем вошли бойцы. За свой первый заход они ещё получат, совсем расслабились.

Мы попали в какой-то древний подземный ход. О нём скорее всего даже при союзе знали и строили этот цех не просто так. Возможно, что впоследствии о нём просто забыли, а может и нет, но Морты о нём знали наверняка. Как это было ни удивительно, но ход этот привёл нас к ближайшему храму, а выйдя на улицу, мы почувствовали лишь запах солярки.

– Мля, упустили! – в сердцах плюнул я. – Ладно, пофигу, давай назад, – скомандовал я. – Всё, что найдём, грузим в машины. Фок, Хоттабыч и Саня, дуйте за транспортом.

Настроение упало. Не совсем низко, конечно, ведь Мортам мы всё равно нагадили. Теперь они вряд ли смогут сюда вернуться, хотя…

– Внимание, бойцы! – прикрикнул я на своих, чтобы привлечь их интерес. – Мы сможем это всё обрушить?

– Без проблем, – ответил Фитиль. Это один из моих подрывников, хотя кличку свою он заработал иначе.

До этих событий его все звали Бум, так короче на радиопозывном, а в целом его погоняло звучало как Бумер. Но вот после того, как он пошутил в душевой, по поводу… Впрочем, чего я рассказываю, какие шутки могут быть в душевой у мужиков. Ну и вроде как поржали и забыли, только не в этом случае. С тех пор Бумера не иначе, как Фитиль, не называли, изменив впоследствии эту кличку с обидного: Фитилёк.

– Сейчас пацаны машины подгонят, и всё сделаю, – сказал он. – А пока разрешите приступить к подготовке минирования?

– Приступай, – кивнул я, а Фитиль позвал своего напарника, и они вновь принялись трещать дрелью.

Всё оборудование вынесли за полчаса, затем минут за пять закидали в машины. А ещё спустя пять минут земля дрогнула, и бывший ювелирный завод заскрипел, застонал и сложился внутрь, словно карточный домик. Нам оставалось только вернуться обратно.

Всю обратную дорогу Ленка костерила матами Мортов, затем переключилась на меня, мол, это я виноват в том, что Бронницы вычистили от золота. Я старался просто не обращать внимания, на самом деле улов мог оказаться очень даже приличный. Мы же и понятия не имеем, что из всех этих разноцветных кристаллов можно собрать. Надеюсь, Лебедев и Аркадич с этим разберутся. По крайней мере Фонарь с большим энтузиазмом закопался в частях, а некоторые из них даже узнал. Они действительно входили в состав тех самых блоков для управления аватарами.

В Кремль нас не пустили, несмотря на то, что мы свои и охрана всех узнала. Таков порядок, после десяти часов вечера ворота не открываются никому. Горевать по этому поводу мы не стали. Уже давным давно нами оборудована гостиница на территории ГУМ-а. Здесь уже полгода останавливаются торговцы, которые не успели попасть в Кремль до закрытия. Так что практически все условия безопасности созданы. Начиная от железных дверей и заканчивая кроватями и даже баром. Последний, кстати, устроил Кач, да-да, тот самый белобрысый тощий малый, который имел питейное заведение внутри крепости.

Конечно же, не все торговцы останавливались здесь, некоторые, когда понимали, что уже не успеют, осаживались до утра в Люберцах и попадали в тёплые объятия девочек Туза. Ну а более приличные и деловые люди предпочитали всё же нашу гостиницу. Тем более, что здание ГУМ-а и по сей день выглядело очень даже презентабельно. Просто вместо бутиков здесь образовались номера. Присутствовала и охрана, правда, не такая, как в Кремле, но от рядовых и особых заражённых защитит. Ну а при серьёзной атаке от Мортов, тут уж извините. С другой стороны, Туз и таких гарантий не даст. Не раз, оставаясь в его городе греха, торговцы просыпались утром без штанов, и это в прямом смысле слова. Мало того, эти самые штаны даже купить было не на что. И всё равно они возвращались сюда каждый раз. Слишком падки люди на пороки.

Глава 22. Минус холостяк

Сон не шёл, от слова совсем. Я ворочался в кровати минут сорок, прежде чем окончательно понял, что выспался за время наблюдения и теперь бесполезно бороться с бессонницей. Плюс сказалась злость за то, что мы так и не смогли поймать этих чёртовых Мортов. Хотя подгадили мы им всё равно хорошо. В итоге я плюнул на всё и спустился в бар на первом этаже ГУМ-а.

– Вот почему я не удивлён, что ты тоже здесь? – хлопнул я по спине Фока, а тот повернулся ко мне с глупой блуждающей улыбкой, хотя, судя по тому, что он пил пиво, вряд ли это влияние алкоголя. – Так, а ну рассказывай.

– Чего? Всё нормально, – наконец он смог сосредоточиться на мне и попытался сделать суровый вид. – Мы тут с Катенькой общаемся.

– Что? С какой Катенькой? – не понял я, видя полное отсутствие собеседников.

– Ну как, с барменом, – опять растянул губы в глупой улыбке Фок. – Она пошла пиво барыгам отнести, сейчас вернётся.

– Так, понятно, мы его теряем, – усмехнулся я. – Да ты, смотрю, по уши втрескался!

– Чего я? Не-е-е, ты же знаешь, я закоренелый холостяк, – тут же включил заднюю тот и снова напустил на себя суровый вид.

– Вот это мы сейчас твоей Катеньке и расскажем, – состряпал я хитрую морду лица.

– Э-э-э, спокойно! – затянул Фок. – Давай вот только без твоих шуточек.

– Что вы мне рассказать хотите? – появилась Катенька-бармен.

Симпатичная девчушка с веснушками на носу, огромными глазами и чёрными волосами, забранными в хвост. Немного пухленькая, но фигурка точёная, приятная улыбка, как будто солнышко сияет. Нет, у Фока даже шанса не имеется на холостяцкую жизнь, это двести процентов.

– Да вот, понимаете, какая оказия, – начал я свою песню. – Мой друг очень хочет на вас жениться, но он очень скромный и стесняется вам об этом сказать.

Словно в подтверждение моих слов Фок моментально налился краской, а если учесть его габариты, то картина получилась более чем милая. Катя расхохоталась звонким смехом и решила мне подыграть.

– Что же вы такой нерешительный? – спросила она его, ещё больше загоняя в краску. – Я может и не против совсем?

– Правда? – словно щенок, Фок растянул губы в глупой улыбке, только что хвостом не завилял.

– Конечно, – улыбнулась она. – Но для начала было бы неплохо познакомиться.

– Что? – тут же опешил я. – Фок, ты что, даже не представился прекрасной даме?

– Нет, ваш друг действительно сама скромность, – звонко засмеялась бармен. – Сидит здесь уже почти час и пожирает меня глазами.

– Эй, ты же сказал, что вы общаетесь? – я тут же сдал с потрохами своего товарища.

– Возможно, в его голове мы даже перешли к более серьёзным отношениям, – снова звонко расхохоталась она.

– Ну что вы в самом деле? – прогудел тот, наливаясь ещё больше, хотя казалось, что его лицо и так уже приобрело бордовый оттенок.

– Раз уж вы окончательно познакомились, пожалуй, я откланяюсь, – вежливо сказал я, но от Фока моё напряжение на лице не ускользнуло. – Катюш, будь любезна, налей мне кружку тёмного.

– Не вопрос, – тут же ответила она и открыла кран на бочке.

Я оставил на стойке двадцать рублей, подхватил кружку и направился в дальний угол заведения.

– Ну здравствуй, Зум, – быстро подсел я напротив загадочного знакомого. – Какими судьбами?

– Я уж думал, ты меня не заметишь, – усмехнулся тот и откинул свой капюшон назад. – И тебе не хворать, Кузов.

– Твоя где? – спросил я. – Надеюсь, не в беде снова?

– Сейчас подойдёт, – ответил Зум и кивнул подбородком в сторону удобства. – До туалета отошла, пиво, сам понимаешь.

– Давно ты здесь? – задал я очередной вопрос.

– Да как сказать, – пожал он плечами. – Пару дней.

– По делам или в гости? – не унимался я. – Кстати, спасибо за помощь.

– Не вопрос, – улыбнулся тот. – Ты мне помог, я тебе. Долг платежом красен, не так ли?

– Выкладывай, – сказал я, сделав большой глоток пива.

– Ты меня не так понял, – помотал головой Зум. – У меня полный порядок, – затем сделал паузу и продолжил. – У тебя нет.

– Выкладывай, – напряжённо повторил я и даже кружку подальше отодвинул.

– Вот, – он достал из кармана небольшую каменную коробочку с замысловатым рисунком на верхней части.

– Что это? – спросил я, рассматривая коробочку и узор на ней.

Больше всего этот узор напоминал какую-то электрическую схему. Точно так же обычно выглядят платы для электронных устройств. Тонкие паутинки, которые заканчиваются каплями. Только, в отличие от наших технологий, здесь каждая такая капля заканчивалась не транзистором, а небольшим огранённым камнем.

– Это то, что я вчера нашёл у вас в соборе, прямо под куполом, – ответил Зум. – Устройство, которое может заглушить подачу электричества, даже в проводах.

– И что им это даст? – пожал я плечами.

– Как минимум то, что вы не сможете воспользоваться системой защиты Кремля, – усмехнулся тот. – А в этот момент будет не нападение, как в прошлый раз, это будет точечный ядерный удар.

– Откуда сведения? – моя рожа стала ещё серьёзнее. – Кто подложил эту штуку?

– Вот, теперь ты начал задавать правильные вопросы, – улыбнулся Зум. – Сведения из первоисточника. Твои друзья с яйцом вместо головы не очень-то терпимы к боли. А вот кто подложил, думай сам. В твой город может войти любой желающий, лишь бы не Морт.

– Думаешь, кто-то из торговцев? – задумался я.

– Или тот, кто этим торговцем прикинулся, – продолжил за меня Зум. – В общем, думай.

– Оставайся у нас, – вдруг предложил я.

– Нет, Кузов, спасибо тебе за всё, но у нас со Светкой своя судьба, – ответил тот. – Нам пора, а ты будь осторожнее. Ваш враг очень злопамятный.

– Спасибо тебе, – кивнул я. – Светке привет.

Я уже понял, что она ни в каком туалете не находится. Слишком долго её нет, а Зум даже не беспокоится. Скорее всего она всё это время дожидалась снаружи, а может вообще находится в другом городе. Я вообще не понимаю этих людей, что Зум, что его подруга остаются для меня загадкой. Всё его поведение указывает на то, что он отличный боец и хороший человек. Но понять, что его связывает со Светой и уж тем более с этими тощими монстрами, я не могу. Возможно, когда-нибудь он сам приоткроет завесу тайны, а может быть я больше никогда его не увижу. Нет, определённо странный тип.

Фок весело щебетал с Катей, видно, что отношениям быть. Девушка-бармен крепко запала в душу нашего здоровяка, хотя такое рано или поздно обязано было случиться. Ну не всё же ему штанги ворочать. Я ещё немного посидел за столиком, спокойно допил пиво и направился в свой номер. Хочешь не хочешь, а спать нужно.

* * *

– Не было печали! – Машка нарезала круги по кабинету, а мы с Лебедевым провожали её взглядом. – Вот зачем ты вообще начал эту резню?

– Мать, ты ничего не попутала? – возмутился я. – Вообще-то они уничтожили человечество. Мы и до этого были в состоянии войны.

– Не факт, что она бы продолжилась, – зло сказала она. – Это мог быть первый шаг к миру.

– Какому миру? – уже не на шутку разозлился я. – Это прямая дорога на прилавки «Мироторга», вот в такой шаг я верю.

– Что делать-то теперь? – она остановилась у окна и уставилась в него отсутствующим взглядом.

– Вообще, есть несколько вариантов развития событий, – подал голос Лебедев. – Я могу настроить агентскую сеть и попробовать вычислить место, из которого они собираются нанести удар.

– Это нужно было сделать давно, – строго сказала моя жена. – Сейчас бы не было таких проблем. Пока ты будешь это всё настраивать, пройдут годы, а угроза висит над нами сейчас.

– Мы нашли и разобрали все устройства, – продолжил Лебедев. – В данный момент никакой угрозы нет. Для того, чтобы заложить новые, требуется время. Но теперь мы будем начеку.

– Серёж, может уедем, а? – просящим взглядом посмотрела на меня Машка. – Построим дом в лесу, на озере, и ну их к лешему со всеми проблемами.

– Мать, ты чего? – даже испугался я. – Испугалась, что ли?

– Устала я, – она наконец села на своё место и тяжело вздохнула. – Только всё начинает налаживаться, как обязательно что-то случается. Ну сколько можно уже? – она закрыла лицо руками и замолчала.

Мы тоже притихли. Я знаю свою жену, эта хандра буквально на минуту. Сейчас она разложит в голове всё по полкам и начнёт раздавать указания.

– Так, всё! – резко выпрямилась она. – Ты запускай свою сеть, и быстро, чтобы к концу месяца у меня уже был результат. А ты, – палец указал в мою сторону. – Найди своего Зума и делай что хочешь, но вытяни из него информацию: где и от кого он узнал о готовящемся ударе. Да, и передайте Сане, чтобы зашёл.

– Есть, – по-военному ответил Лебедев и покинул кабинет.

– А ты чего? Волшебный пендель ждёшь? – обратила на меня свой строгий взор Машка.

– Подожди, не вздумай успокаиваться, – с улыбкой сказал я. – Сейчас на пару минут дверь запрём…

– Кузовков, я тебе сейчас такую дверь покажу! – продолжила злиться она, но потом до неё, видимо, дошло, что я имею ввиду. – Давай быстрее! – выдохнула она и скинула кофту.

Кабинет я покинул под удивлённый взгляд Сани.

– Ты это, – улыбнулся я ему. – Минут пять ещё подожди, ладно?

– Да не вопрос, – кивнул он.

– Ко мне потом зайди, после совещания, – добавил я. – На полигоне тебя подожду, со своими.

– Хорошо, – ответил тот. – Ленку брать?

– Ты сам-то как думаешь? – усмехнулся я. – Конечно брать, и как можно чаще, а то появится кто-нибудь другой. И кто тогда её вместо тебя брать будет?

– Мля, Кузов, отвали, – сказал мой друг, но улыбку на лицо натянул. – Будем у тебя минут через тридцать.

– Принял, – махнул я ему рукой и отправился к своим воинам.

Появился Саня спустя час, но я нисколько не расстроился по этому поводу. За это время я успел довольно неплохо погонять своих парней по площадке и даже себя самого. Мы отрабатывали передвижения в парах и тройках, размахивая стволами для игры в страйкбол и попеременно пытались то атаковать, то защищаться.

– Долго ходим, – сказал я Сане с Ленкой, умываясь при этом из бочки с водой.

– Твоя задержала больше обычного, – ответил Саня. – Потом вот Ленку ещё ждать пришлось, не у тебя же одного тренировка сейчас.

– Да ладно, что ты завёлся-то сразу? – улыбнулся я. – Нормально всё. Машка нам задачу нарезала.

– Нам или тебе? – ехидно спросила Ленка.

– Вот ты язва, блин, – отмахнулся я. – Какая разница-то? Говорю, нам, значит, нам. В общем, нужно Зума найти.

– И где нам его искать? – возмутился Саня. – Это же из разряда: найди то, не знаю что!

– Сам знаю, но она права, найти его нужно, – задумался я. – В прошлый раз я сам затупил, в ГУМ-е. Задал бы нужные вопросы, сейчас не пришлось бы этого делать.

– Что предлагаешь? – спросила Ленка, которая включалась в работу моментально, в отличие от своего мужа, который очень долго раскачивался.

– Думаю сесть на хвост Чужому, – ответил я, с удовольствием наблюдая, как вытягиваются рожи моих друзей. – Есть у меня подозрение, что они как-то связаны между собой.

– Может нам ещё с ними поговорить? – усмехнулся Саня.

– Кстати, – вполне серьёзно задумался я. – А неплохая идея, – я хлопнул обалдевшего Саню по плечу. – Можешь ведь, когда захочешь.

– Они же мерзкие, – поёжилась Ленка. – Я не хочу с ними говорить.

– А тебя никто и не заставляет, – сказал я. – Значит, задача номер раз: найти Чужих, и вторая: выйти на контакт. В крайнем случае попытаемся за ними последить, может выведут нас на своих хозяев.

– Думаешь, Зум их хозяин? – усмехнулся Саня.

– А я что-то не видел, как он с ними сражался, когда мы подругу его выручали, – ответил я. – Да и само нападение было каким-то странным, словно спланировано заранее. И он принял благодарность за помощь в бою с Мортами у наших стен. Так что попробуй сам сложить два плюс два.

– Не, ну так вроде логично, – пожал плечами Саня. – Когда выходим?

– Хотелось бы сегодня, но я что-то Фока найти не могу, – почесал я макушку. – После тренировки сразу слился куда-то.

– Так он к Катюше своей побежал, – сдала его с потрохами Ленка. – Мы его по дороге сюда встретили.

– Горе-любовник, мля, – плюнул я себе под ноги. – Ладно, пошли спасать парня.

– Что-то мне кажется, он этому спасению рад не будет, – усмехнулся Саня.

– Да мне насрать, – отмахнулся я. – Боец он хороший. Вначале дело сделаем, потом уже пусть в любовь играет, а то может так выйти, что этим заниматься будет негде.

Время было раннее, и до начала рабочей смены в баре ещё далеко. По логике вещей, сейчас у Кати должен быть выходной, потому что Качок не настолько тиран и смену своих работников распределил грамотно. Люди у него работали два дня, через один выходной. Так и получалось, что в первый день работник стоит за стойкой с утра, на второй выходит с вечера, а затем имеет законный выходной. Вчера Катя трудилась ночью.

– Здорова, дрищ, – поприветствовал я худого блондина, который, в отличие от своих работников, трудился круглые сутки.

– Сам дурак, – с улыбкой отреагировал тот. – Тёмного?

– Не, мы по другому вопросу, – остановил я хозяина питейного заведения. – Мне Катю твою найти нужно.

– У неё сегодня законный выходной, – ответил Кач. – Я понятия не имею, где она может находиться.

– Адрес давай, – буркнул я.

– Да что его давать-то, в Арсенале она пока живёт, в общаге нашей, – ответил тот. – Встала на очередь на свою квартиру, которые сейчас в Кремлёвском дворце отстраивают.

– Так она что, попаданка, что ли? – удивился я.

– А что, у неё проблемы какие? – сразу насторожился Кач.

– Да не, успокойся ты, – улыбнулся я. – Наш Фок, придурок, втрескался в неё по уши.

– А-а-а, – сразу заулыбался он. – Это многое объясняет. Я то я было напрягся. Думаю, чего это вам всем она вдруг понадобилась?

– Заходил, значит? – спросил я. – Ладно, спасибо, Кач, мы побежали, может удастся его перехватить.

В Кремле всё близко и всё рядом, но вот когда дело касается того, что нужно кого-то найти, можно весь день кругами бегать. Рацию этот пенёк с собой взять не догадался, или будет точнее сказать: догадался не брать? В итоге, обойдя территорию крепости несколько раз и постоянно всюду опаздывая, я решил сделать ход конём.

– Внимание всем постам! Немедленно задержать Фока! Как поняли? – еле сдерживая смех, произнёс я в рацию. – Преступник вооружён и очень опасен!

Не успел я договорить до конца, как со стороны выхода в парковую зону, а точнее, в сторону нашего сада, который раньше носил название «Александровский», послышался отборный мат и крики.

– Во, нашёлся родной, – улыбнулся я и развернулся на сто восемьдесят градусов.

Когда мы подбежали к воротам, выходящим на сады, которые, кстати, появились совсем недавно, увидели картину маслом. Пятеро охранников пытались скрутить нашего здоровяка, вот только получалось это у них довольно слабо. Они просто повисли на нём, будто коты на дереве, а Фок, кроя матом на всю крепость, пытался их с себя стряхнуть и, надо заметить, более успешно.

– Всё, успокоились! – громким криком остановил я цирковой номер.

Можно было, конечно, ещё поржать над представлением, но не хотелось доводить дело до травматизма.

– Мадам, извиняюсь за испорченный выходной, но я вынужден забрать вашего кавалера, – высокопарно произнёс я. – Ему срочно нужно идти спасать мир.

– Так он что, больше не арестован? – спросил продолжающий висеть на руке Фока привратник.

– Увы, – еле сдерживаясь, сказал я.

– Блин, да отвали ты уже, – наконец стряхнул его с себя Фок. – Чего случилось-то? Может завтра, а?

– Фок, я всё понимаю, дружище, но нужно сегодня, – огорчил я товарища. – Обещаю, что как только всё закончится, я буду свидетелем на вашей свадьбе.

Катя прыснула от смеха, а Фок тяжело вздохнул, затем приподнял её своими огромными ручищами и поцеловал в нос.

– Прости, Кать, он ведь не отстанет, – прогудел он. – Мы как вернёмся, я сразу к тебе.

– Иди уже, – с улыбкой отпустила его она. – Я никуда не денусь.

Глава 23. Следствие вели…

– И как ты предлагаешь за ними следить? – с сарказмом спросил Саня. – От нас уже третий уходит. И это ещё с учётом того, что они нас не заметили.

– А ты у нас самый умный?! – возмутился я, хотя на самом деле Саня был прав.

Мы уже нашли третьего Чужого, но он всё равно ускользал от нас. При этом делал это буквально в пару прыжков. Казалось бы, вот он только что стоит и что-то вынюхивает, а потом резко срывается с места, словно кошка какая. До второго мы даже добежать не успели, как он улизнул.

Квадрокоптеры Фонаря тоже ничего особо хорошего пока не сделали, так, жужжали в небе, и вся недолга. Нет, было пару оповещений о местонахождении Чужих, но на других концах Москвы, а при попытке преследования они всё равно быстро скрывались из вида. Один такой просто с разбегу влетел в окно многоэтажки, а вышел через другое, но в обратном направлении. И пока Фонарь кружил вокруг в его поисках, тот успел свалить. Они будто чувствовали, что мы их ищем.

В ГУМ-е тоже все были предупреждены, но Зум не дурак, сам он туда не сунется. Его почти год Туз поймать пытается, а всё никак. Нет, если этот парень не захочет, чтобы его нашли, то все наши идеи бесполезны. Ха, Фонарь даже предлагал жучком в Чужого выстрелить. Нацепил на квад всё необходимое, надёжно прикрепил при помощи проволоки и скотча и поднял авиацию в небо. Тощего он обнаружил быстро, даже выстрел произвёл точно в мягкое место. По-моему, даже «Ура!» успел дважды крикнуть, прежде чем жучок растворился. Пули поступали именно так же, и я об этом помнил, но упустить возможность поржать над наукой не мог.

Почти до самых сумерек мы носились по Москве в поисках Чужих и попытках проследить за ними. Даже закрытие Кремля пропустили, и сделали это намеренно, чтобы попробовать ночной способ охоты. На поверку, это оказалось ещё более дрянной идеей. Мы вообще ни фига не видели, а бегать в приборе ночного видения или с фонарём – то ещё удовольствие. Фок себе всю рожу об асфальт изодрал и теперь сидел на балконе, у костра, вместе с нами и надувал щёки, обижаясь на подколы.

Я уже доел свой ужин, Фок и Саня пошли дрыхнуть, а я с Ленкой остались, чтобы спокойно пивком всё это дело шлифануть. Облокотившись на перила, я прикурил сигарету. Настолько сейчас редкое явление, что их уже на вес золота продают.

Нет, табак у нас есть, его выращивают в саду, даже ферментируют и всё такое. Только он всё больше на самокрутки газетные идёт и в трубки. А вот такую, как у меня в руках, практически и не найти сейчас. Казалось бы, их произвели столько, что весь мир можно в два слоя засыпать, но прошло каких-то два года, и даже отсыревшая пачка «Примы» считается бесценной.

Балкон у нас примыкает к соседнему, из другой квартиры. Но он разделён перегородкой, поэтому я не особо переживал, если вдруг там появится мертвяк. Тем более, что все меры предосторожности мы приняли: закрыли и припёрли дверь в подъезд, проверили весь стояк и двери во все квартиры закрыли. Но сейчас я вздрогнул от неожиданности, когда на расстоянии вытянутой руки загорелся такой же огонёк от сигареты, а затем прилетел вопрос: «Искал меня?».

– Мля, ты больной, что ли?! – отпрыгнул я. – Нафиг так делать-то?! Чего ты ржёшь, придурок, иди вот теперь, штаны мне стирай!

На соседнем балконе хохотал во всё горло Зум.

– Ха-ха-ха, ты бы видел свою рожу! – не унимался тот, а мы с Ленкой продолжали крыть его последними словами, причём я даже не скажу, кто из нас делал это жёстче.

– Поговорить надо, – сказал я, когда мы уже все вместе отсмеялись.

В этом вопросе даже Фок с Саней помогли, когда влетели на балкон под наши с Ленкой маты в три этажа. Да какой там три, под все пятнадцать настелили. Зум сквозь смех рассказывал, как мы подпрыгнули от страха, а эти двое принялись гоготать, словно кони.

– Говори, я что, против? – разрешил Зум, ковыряясь палкой в костре.

– Мне нужно знать, где ты услышал о готовящемся ударе, – сразу в лоб спросил я.

– Тебе это ничего не даст, Кузов, – ответил тот. – Я серьёзно. И дело не в том, что это секрет, ты уже и так всё понял, но эта информация для тебя бесполезна.

– Мы нашли все заглушки, – сказал я. – Но ты же понимаешь, что это всё временная мера. Рано или поздно появятся новые, или их просто станут носить на себе вместо того, чтобы закладки делать.

– Ты думаешь, я этого не понимаю? – усмехнулся тот. – Именно для этого я тебя и предупредил.

– Мне нужно знать, – серьёзно произнёс я. – Способ передачи информации мне не важен, как и личность того, кто эти слова произнёс. Я хочу знать место.

– Место, говоришь? – задумался Зум. – Пожалуй, эту информацию получили в Вегасе, у Туза.

– Да не может быть, чтобы Туз продался Мортам, – не поверил я.

– Так я этого и не говорил, – пожал плечами Зум. – Там что, мало народу останавливается? Я слышал, что к нему даже Морты приезжают в карты поиграть.

– Ты шутишь сейчас? – удивился я.

– Кузов, деньги не пахнут, – снова усмехнулся тот. – Неужели ты думаешь, что из-за твоих предрассудков Туз станет отказываться от прибыли?

– Ну, мне как-то казалось, что он понимает, кто наш враг, – ответил я.

– Для Туза врагом является тот, кто хочет на его добро лапу наложить, – произнёс Зум. – А так, он будет торговать всем, что приносит деньги и власть. Срать он хотел на все запреты, закона больше нет, если это не его закон.

– Ну это ладно, – немного подумав, кивнул я. – Лично нам он приносит только пользу, а дружить с Мортами или нет – его личное дело.

– Пока это не коснётся вас, – усмехнулся Зум. – Сейчас это произошло косвенно, но в будущем этот парень легко продаст ваш Кремль.

– В атаке устанет, – усмехнулся я. – Завтра скажу Лебедю, чтобы тот к нему игроков подсадил. Пусть наблюдают.

– Туз – вор в законе, Кузов, неужели ты думаешь, что он не сможет вычислить мусора? – резонно подметил Зум.

– Предлагаешь вырезать весь Вегас? – удивлённо уставился на него я.

– Да ты что? – засмеялся тот. – Нет уж, пусть всё остаётся как есть. Я просто говорю тебе, что ты слишком сильно доверяешь людям.

– Вот, я ему тоже всегда об этом говорю, – встрял в разговор Саня.

– Ничего плохого из этого пока не вышло, – ответил я. – Нас и так мало осталось. Если не перестанем думать, как нас приучили, нам не выжить.

– И вот здесь ты прав, – кивнул Зум. – Мораль именно такова: нам не выжить.

– Да ты задрал со своим «оптимизмом», – вспылил я. – Люди могут быть хорошими. Даже те, кто живёт по своим законам и правилам. Пускай Туз и урка, но у него есть понятия, а там чётко и ясно говорится, что своих сдавать нельзя! Он вор, а не крыса.

– Может ты и прав, – пожал плечами Зум. – А я смотрю на него как-то предвзято.

– Мля, если бы он мою Машку к трубе приковал, то я бы тоже к нему предвзято относился, – усмехнулся я. – Ладно, выкладывай, что ещё у тебя есть по нашему вопросу.

– Информация проскочила между Мортами, – ответил Зум. – Один из них живёт где-то в Удмуртии и занимается добычей нефти. И не смотри на меня так, вам её поставляют люди, этот был проездом в Питер. Сделал крюк, чтобы в карты поиграть и девочек человеческих потрахать. Вот и суди сам, откуда ветер дует, я больше ничего не знаю.

– Удмуртия, говоришь? – задумался я. – А там есть ракетная часть?

– Понятия не имею, – ответил Зум. – В моём мире не было.

– Всё равно, нужно проверить, – кивнул я сам себе. – Никто же «Тополя» не отменял. Да и мало ли в нашей стране передвижных ракетных установок.

– Согласен, – почесал макушку Зум. – По железке сто процентов такие катаются.

– Тогда нам вообще нет смысла искать то место, откуда может прилететь? – не обращая внимания на собеседника, пробормотал я.

– Наконец-то, Кузов, – Зум даже аплодисменты изобразил. – Я с самого начала тебе это сказал.

– Тогда я не понимаю, что ты от меня хочешь? – уставился я на того.

– Я?! – Зум указал на себя пальцем и выпучил глаза. – Ты ничего не перепутал?

– Да я не в этом смысле, – отмахнулся я. – Что нам делать-то?

– Понятия не имею, – пожал тот плечами. – Я просто уловил информацию и передал её тебе.

– Ты бы что сделал на моём месте? – не унимался я.

– Обратил внимание на безопасность внутри Кремля, – немного подумав, ответил Зум. – Вы слишком беспечно относитесь к тем, кого запускаете внутрь. Недаром в старину рынок находился за стенами города. Подумай об этом.

– Ну, по идее, у нас есть огромный универмаг, – почесал я подбородок. – Он, собственно, и выполнял роль рынка. Там гостиница, там бар и есть все условия для торговли. Даже прилавки не нужны, там же помещений тьма. А на площади можно торговать тяжёлым грузом.

– Странно, что вы не додумались до этого сами, – усмехнулся тот. – Но люди приходят к вам не только торговать. Хотя с другой стороны, для переговоров они являются не так часто, этих можно будет просто ограничить в передвижениях.

В Кремль мы въехали сразу, как только открылись ворота. Торговцы уже начали подтягиваться к Спасской башне, но пришлось их остановить. Недовольство тут же переросло в гул и угрозы, типа мы сюда больше не приедем. Я попытался было их успокоить, да где там, когда большая масса людей начинает негодовать, разве её под силу усмирить одному человеку? Пришлось пообещать, что в течение сегодняшнего дня вопрос решится и торговля будет возобновлена в прежнем режиме. Вот только проходить она будет отныне за Кремлёвскими стенами.

Гул немного поутих, но всевозможные гневные выкрики всё ещё звучали. Вот только это было уже остаточное явление, основная масса приняла наше решение. С другой стороны, у них и выбора-то особого не было, возвращаться обратно с товаром выйдет гораздо дороже одного дня ожидания. Но едва я успел сделать шаг в сторону ворот, как сзади меня кто-то окликнул.

– Сергей Сергеевич, я вообще к вам пытаюсь попасть, – я обернулся и увидел, как из толпы вышел невысокого роста человек.

Стоп, не человек, это был Морт. Он быстрым шагом направился в мою сторону. Ленка вскинула винтовку, но я придержал ствол рукой, ну нельзя же в такой толпе стрельбу устраивать.

– Я слушаю вас, – остановился я перед воротами и повернулся к Морту.

– Наше поселение выражает свою благодарность за то, что вы позволяете вести торговлю с вами, – начал он с высокопарной фразы.

– Вы что-то путаете, – усмехнулся я. – Мы не торгуем с Мортами.

– Прошу прощения, но это вы что-то путаете, – прищурился тот. – Но мы практически с нового года ведём с вами торговлю. До сего дня это делалось от имени людей, но у нас случилась беда. Мы хотим попросить вас о помощи.

– А ты ничего не попутал? – прошипел я ему в лицо. – Не стрёмно просить помощи у мяса?

– Сергей Сергеевич, вы не так поняли всю ситуацию, – сделал извиняющийся вид Морт. – В нашем поселении проживают только вегетарианцы. Не в прямом смысле этого слова, конечно, но человеческое мясо мы не употребляем в пищу. И дело именно в этом.

– Для меня эта информация должна что-то поменять? – я всё ещё продолжал негодовать, хотя последние слова немного выбили меня из колеи.

– Думаю, да, особенно если вы выслушаете меня, – ответил тот. – Простите, я забыл представиться, моё имя Григорий. Мне бы хотелось обсудить дела не на всю площадь, если позволите.

– Хорошо, – немного подумав, кивнул я. – Но в Кремль я вас не пущу. Поговорим под аркой, – затем я повернулся к своим. – Саня, Лен, дуйте к Машке, расскажите о том, что мы решили с Зумом, думаю, она поддержит. Фок, останься.

– Сергей Сергеевич, давайте я вначале немного расскажу о нашем поселении, чтобы вы могли адекватно принимать решение, – начал свою речь Григорий. – Мы давно живём среди людей, так давно, что я и не помню, что когда-то было иначе. Да, конечно, в моей семье тоже рассказывали легенды, что наша раса была единственной на планете и что люди, которые нас окружают сейчас, были нашей пищей. Но ни мои родители, ни я никогда не пробовали это на вкус. И в тот день, когда правящая элита решила, что пора бы вернуть всё на круги своя, мы с моими собратьями прятались и выживали среди людей. Так получилось, что наш посёлок стал смешанным.

– Я не понимаю, в чём суть проблемы, – спросил я.

– А суть проблемы, как всегда, в традициях, – смутился тот. – Понимаете, Сергей Сергеевич, мы привыкли жить так, и нам это нравится. Но Морты, которые всё это устроили, имеют на сей счёт своё мнение. И вот здесь нам нужна ваша помощь.

– Я всё ещё не уловил сути, – пожал я плечами. – Что конкретно вы хотите от меня?

– Нам бы хотелось нанять вас для защиты, – опять заюлил Морт. – Понимаете, мы, мягко говоря, не воины. Мы привыкли зарабатывать своим трудом. Есть человеческое мясо мы не хотим и живём в смешанном поселении. А так как наша территория богата нефтяными месторождениями, то и интерес к данной области немалый. У нашего народа есть много необычных технологий, но всё же транспорт был и остаётся вашим изобретением. Получилось так, что неподалёку от нас стали оживлять и другие скважины, но делать это начали Морты. А вот сейчас они требуют от нас того, чтобы мы либо покинули это место, либо избавились от людей. Если не кривить душой, то нам поставили ультиматум: либо мы едим людей, либо нас уничтожат. Помогите нам, пожалуйста.

– М-да, – почесал я макушку в задумчивости. – Ну и ситуация.

Григорий молча ожидал моего решения, а я не мог его принять. В конце концов, договорились таким образом: я к вечеру буду ожидать его в баре ГУМ-а с готовым решением по его вопросу. Это его вполне устроило, и он ещё долго благодарил меня, прежде чем уйти, хотя, казалось бы, не за что, ведь я даже не дал своего согласия.

Глава 24. Граница

– Ты хоть понимаешь, о чём просишь? – уже успокоилась Машка, накричавшись как следует. – Ладно, по поводу рынка я согласна, но уводить половину боеспособного населения?! Ты в своём уме?!

– Маш, там люди помощи требуют, – всё так же оставаясь внешне спокойным, я попытался объяснить свою позицию. – Они нам топливо возят.

– Твоя командировка почти полгода длиться будет, ты это понимаешь? – Машка наконец начала говорить об истинной причине своего гнева. – А если это ловушка? Вдруг ты вступишь в схватку, а в это время основное войско Мортов появится?

– Нас Зум подстрахует, – отмахнулся я. – Мортам там и ловить нечего.

– А я бы вот не была в этом так уверена, – продолжала включать наседку моя жена. – Ой, поступай, как хочешь, ты же всё давно решил.

Я действительно всё решил. Ещё в тот самый момент, когда шёл к Машке. Мало того, я даже прикинул, что мне для этого нужно. Всего ничего: войско примерно в семь сотен человек, ну и кое-что из оружия. Морт Григорий обрисовал мне примерную расстановку сил как своего посёлка, так и города врага. Заодно поведал, что у них имеется на вооружении. И дела у наших обстояли очень неплохо, потому как совсем рядом находился Ижевск, а там с оружием полный порядок. Плюсом ко всему, наша Родина богата военными частями и всевозможными складами, многое из этого ещё при Союзе создано было.

Сам план был простой, как мозг поросёнка: мы сметаем город Мортов и встаём гарнизоном в посёлке Григория. Там мы ждём до зимы, проводя время в изнурительных тренировках, и под новый год покидаем его, оставив после себя относительно боеспособный отряд. Город называем «Приграничный», и от него будут начинаться наши земли. Я даже предложил Машке заняться этим всерьёз, потому как в данный момент наша территория больше напоминала сыр, нежели государство. Нет, понятно, что до размеров России нам ещё расти и расти, но с чего-то надо начинать?

Вот на это всё у меня и был расчёт. Если всё пройдёт по плану, то мы сможем более или менее удержать территорию под своим контролем. А если нам ещё и повезёт, то мы даже сможем начать её расширять. И вот здесь я вижу неплохие перспективы.

Во-первых, Морты. Когда до них дойдёт, что они могут спокойно проживать по соседству с людьми, это будет хорошим плюсом в нашу копилку. Да, для этого есть определённые условия, куда же без них, но они реальны. Достаточно на Григория посмотреть. Лебедев, вон, у нас – тоже вполне достойный экземпляр. Ну а во-вторых, если мы окружим себя такими городами-фортами… Хотя здесь и так всё понятно.

Короче, мне идея показалась здравой, и я принялся за её воплощение.

* * *

– Нет, Фок, действовать нужно быстро, – покачал я головой. – Никакой осады не будет. Мы раскатаем этот город на щебёнку, и всё. Значит, берём за основу идею Сани, вот только в Приграничном ночевать не станем, сразу в бой. Эффект неожиданности – это раз, и все Морты сладко спят – два.

– Они окружены стеной точно так же, как в Новом Риме, – Фок ткнул пальцем в схематично изображённый город. – Как мы через неё незаметно перелезем?

– Да забей ты болт на эту стену, – отмахнулся я. – Отрабатываем по городу из «Града», и вся любовь. Там полный фарш будет из Мортов и каменного крошева. А после обстрела артиллерией мы спокойно пробьём дыру в стене и окончательно подчистим остатки. Всё, к утру мы уже свободны.

– И мы не будем здесь сидеть полгода? – тут же подобрался влюблённый.

Фоку меньше всего из нашего плана нравился именно этот момент. Его отношения с Катей даже нельзя было таковыми назвать, потому как я им и свидание-то первое испортил. А после того случая они увиделись только перед нашим отъездом из Кремля. Всё бы ничего, но Катя решила поцеловать Фока и попросить его поскорее возвращаться. И всё, нашего бравого воина как подменили.

– Эй, дома кто есть? – я постучал того по лбу. – Хорош скулить, Фок. Если не успокоишься и не начнёшь нормально соображать, я тебя здесь поселю, понял?

– Так точно, – мрачно пробубнил тот.

– Вот молодец, – похвалил его я. – Здесь мы проживём месяц, не больше, – ответил я. – Но Катю свою ты всё равно полгода не увидишь, – жёстко сказал я, увидев, что рожа Фока снова поплыла. – Дальше мы двинемся по кругу. Отрабатываем все встречные города Мортов по этой схеме, а в соседних, человеческих – встаём гарнизоном. Там точно так же стоим месяц и пошли дальше. В каждом таком Приграничном оставляем своих, примерно десяток воинов и одного за главного, кого-то из вас – элитников. Здесь останется Лысый, дальше решим.

– Чуть что, сразу Лысый, – забубнил тот.

– А? Что-то не понял, ты сейчас чем недовольный? Или мне послышалось? – тут же взвинтился я. – Я тебе целое поселение под управу отдаю.

– Да не, это я так, послышалось вам, – быстро сообразил он, а все остальные сразу оживились, ведь перспектива на самом деле очень даже хорошая.

– В общем так, будущие бояре, – усмехнулся я. – Задачу поняли?

– Так точно, – бодро ответили воины.

– Тогда за дело, – довольно кивнул я. – Бояре, мля.

Всё прошло как по маслу. В Приграничном у Григория мы простояли чуть больше часа. Поужинали, дождались сумерек и вышли в сторону укреплений противника. Установки «Град» развернули в пяти километрах, а сами продвинулись вперёд всего на пару. Очень уж не хотелось попасть под собственный залп. А дальше начался Ад!

Несколько пристрелочных запусков осветили небо, а затем и землю. Грохот от разрывающихся снарядов ударил по ушам и ногам, потому как земля дрогнула. Спустя некоторое время залп из «Катюш» накрыл город Мортов. Плотность огня была такая, что ни стены, ни дома просто не могли спасти жителей. Скорее всего там уже после первой отстрелявшей боезапас машины живых уже не осталось. Но город продолжали перепахивать дальше, до тех самых пор, пока не опустошили все четыре установки.

Затем техника покинула поле боя и отправилась обратно в Приграничный, а вперёд двинулись мы, пехота. Наша задача – пройти гребнем по улицам и добить всех, кто остался. Да, это жестоко и запрещено международной конференцией, но во-первых: мне насрать, а во-вторых – тоже насрать. Морты – это не мирное население, это враг, а дети врага имеют особенность вырастать и ненавидеть тех, кто уничтожил их дома и семьи. И вот этот момент мы сейчас и будем исключать. К тому же, нас они что-то не особо жалели, когда уничтожили почти всю разумную жизнь на планете.

В посёлке у Григория простояли ровно месяц, но ответного удара от Мортов так и не последовало. Или разведка у них никакая, или с силами что-то не то. Вообще, конечно, хотелось бы верить во второе, но недооценивать противника – самое последнее дело. Покидал я Приграничный с тяжёлым сердцем. Вот не нравилось мне то, что нам так и не прилетел ответный удар. Хотя за месяц пребывания в гарнизоне мне удалось более или менее поставить там оборону в нужное русло.

Лысый схватился за новую должность с таким рвением и азартом, что я только диву давался. Он тут же набрал себе точно такой же, как и у меня, отряд диверсантов, принялся сбивать людей в ополчения, даже защиту города на сектора разбил и закрепил за каждым таким своего начальника. Соответственно, к начальнику прилагались и люди, и полномочия, а Лысый, словно хозяин, проверял их готовность едва ли не каждые пять минут. Мне даже пришлось его притормозить, потому что такое рвение вряд ли оценят жители Приграничного. У них и своих дел хватает, да и опять же, мало кто любит такую «дрочку».

Теперь в эту сторону у нас получилось две заставы, одну держит Кум в Нижнем, вторую точку опоры мы задвинули глубоко на восток. Нам предстоит вернуться и закрепить свои позиции в Рязани или близ неё. Даже не знаю, как там в родной области дела обстоят. Есть так кто, нет, просто «Терра Инкогнито», иначе и не назовёшь. Затем уже пойдём по кругу: Тула, Калуга, Тверь, окончательную точку в программе хочется поставить в Питере, вот только пока нам это не под силу. Так что заканчиваем Ярославлем и домой, программа максимум на этот год.

А вот проблемы встретили меня там, где я ожидал их меньше всего – на моей родине, под Рязанью. Впрочем, так всегда происходит. Живёшь себе, строишь всякие разные планы, и тут бац! Ровно на середине пути ждут они: неприятности и всевозможные преграды.

Вот и здесь нам пришлось столкнуться с сопротивлением. И я бы вполне понял, если бы оно исходило от нашего врага – Мортов, но судьба решила подкинуть мне для решения совсем другую задачу.

В общем, ситуация сложилась следующая. Наше войско загрузилось в машины и двинулось вначале в Нижний на дозаправку, а затем уже повернуло на юг, к городу Рязань. Вместе с нами отправили большой караван с топливом, так что в Нижнем мы тормозили скорее ради ночёвки, нежели дозаправки. А вот на подходе к Рязанщине нас лихо остановили, подрезав всю колонну на двух Уралах.

Всё же отчаянные люди живут в этой области, отчаянные и очень храбрые. Они тут же объяснили, что нам здесь не рады и что сами вполне могут за себя постоять. Это, конечно, всё хорошо, но вопрос стоял немного иначе и мне пришлось приложить все усилия для того, чтобы встретиться с их главным.

Им оказался человек по прозвищу Колыван, а когда я его увидел, то еле смех сдержал, чтобы не дай Бог не обидеть его к началу переговоров. Он настолько походил на этого сказочного персонажа, что меня так и порывало сыграть с ним в лото. Видимо, героя из мультфильма рисовали с натуры.

– Я так понимаю, ты Кузов? – строго спросил тот. – Тот самый, что в Москве засел?

– Угу, верно мыслишь, – кивнул я.

– Вот и езжай обратно, в свою Москву, не надо нам здесь свою политику навязывать, – тут же бросил он мне эти слова в лицо. – Вы что думаете, снова всё под себя подгребёте? Хер вам! Закончилось то время, когда столица у вас была, а мы, как глупые, подчинялись каждому вашему бреду.

– Ты всё? – спросил я его с наглой рожей. – Нет, я могу ещё про москвичей послушать, мне как бы нравится даже.

– А ты что такой дерзкий? – тут же вспылил Колыван ещё сильнее.

– Мля, ты у меня ещё «сиги» стрельни, – захохотал я.

– Ты больной, что ли? – окончательно опешил от такого главный на Рязанских землях. – Вали давай отсюда, пока цел, и воинов своих забери, мы свои проблемы умеем сами решать.

– Да я не сомневаюсь в ваших талантах, – усмехнулся я. – Я хочу, чтобы вы стали городом-фортом на пути в наши земли. Я не собираюсь навязывать вам свою политику, мне она нахер не упала. Ты же знаешь, что Морты уничтожили всё человечество?

– Ну конечно знаю, я что, дебил, по-твоему? – наконец немного остыл тот. – Здесь можешь не сомневаться, через нас они не пройдут.

– Это всё, что я хотел услышать, – улыбнулся я. – Смотри, что я задумал.

Я рассказал Колывану о своих планах на границу. Само собой, мы договорились так, что не полезем к нему ни при каких обстоятельствах. Исключением являлся только один фактор: нападение Мортов. Если вдруг такое происходит, то мы незамедлительно летим на помощь, и так же наоборот. И это касалось практически всех участков данного кольца. При нападении на один из таких ближайшие форты дают подкрепления. Сложного в этом ничего нет, транспорт пока ещё в рабочем состоянии и его много, как, собственно, и оружия, и патронов.

Короче, нам удалось договориться и мы отправились дальше, в Тулу. Здесь тоже удалось быстро наладить отношения, мало того, мы даже договорились о взаимной торговле. Оказывается, в отличие от Рязанщины местные выжившие уже вели с нами дела и пользовались долларовой системой торговых отношений. В Туле всё оказалось не так однозначно, как на моей родине. Здесь неподалёку имелись два города Мортов, один из которых смешанный. То есть в нём точно так же, как в Приграничном, жили и люди, и Морты. А вот второй город оказался исключительно под расой древних.

Мы уже было решили разворачивать «Град» и повторить уже отработанную схему, но Морты вовремя сообразили, что может произойти. Из их города к нам выдвинулась целая процессия, которая вооружилась белым флагом. Переговоры прошли достаточно быстро, древние выслушали наши условия и моментально с ними согласились. Нет, они не остались и не приняли нас в качестве равных, просто к вечеру из красивого каменного города потянулась вереница машин. Морты покинули свои дома и согласились начать жить в другом месте. Чего мне это стоило, знаю только я сам. Я едва сдерживал себя, чтобы не отдать приказ к уничтожению, но мы договорились – пусть идут. По крайней мере, они приняли то, что здесь отныне наша граница и перейти её равнозначно объявлению войны.

Таким образом, мы двигались в запланированном нами направлении. Вязьма оказала сопротивление. Морты имели здесь исключительно своё поселение, а людей мы не смогли отыскать от слова совсем. Ну не образовалось в этом месте ни одно человеческое племя, и всё тут.

Бились древние недолго, они вообще слабые воины, вот как дипломаты или торгаши, даже как искусные строители, их раса состоялась, но война – точно не для них.

Когда мы подошли к городу, то увидели, как армия Мортов выстроилась под его стенами. Эти придурки, видимо, решили, что мы собираемся драться на мечах в чистом поле. Вот только мы имели на этот счёт своё собственное мнение. Первый пристрелочный залп из «Града» попал в силовое поле и не нанёс ровным счётом никакого вреда противнику. С подобным мы столкнулись впервые, хотя нечто похожее я уже видел, когда пытался грохнуть наглого яйцеголового под стенами Кремля. Тогда это силовое поле остановило автоматный выстрел, однако крупный калибр смог с ним управиться. «Град» работает по другому принципу: он доставляет осколочные и многие другие заряды при помощи реактивных ракет. С его помощью можно даже минирование производить, но пробивная способность самой ракеты – никакая. Это, конечно, до тех пор, пока она не разорвётся на осколки, тогда разрушения будут колоссальные.

На этот случай мы припасли другой сюрприз, а раз уж Морты вышли в поле, то сама судьба попросила нас его применить. Сюрприз на самом деле простой и незамысловатый: несколько пулемётов КПВТ. С их помощью мы начали превращать в фарш армию Мортов под стенами. Щит не смог погасить энергию таких пуль и вскоре погас от перегрузки. В этот момент мы накрыли остатки мечущихся в панике древних из «Града». На всю войну у нас ушло чуть менее получаса.

Освободив территорию от врага, мы всё равно воткнулись в стену, потому как охранять данный участок было некому. Посёлков с людьми в округе ноль, а те, что мы уже посетили, ополовинить не получится, они и так слишком слабы. Подумали мы, посовещались и решили отложить данный вопрос на потом, может быть даже самим заняться тем, чтобы заложить здесь крепость.

Наше войско двигалось к завершению круга. Впереди нас ожидала Тверь. Буквально в самом начале весны мы уже уничтожили там поселение под названием Новый Рим, но что там творилось сейчас – было неведомо. Нам было необходимо закрепиться на этом месте, тогда Москва получится в некоем защитном кольце. Как будет развиваться жизнь дальше, я не знаю, да и никто не скажет наверняка. А такая система позволит продержаться нам дольше. Подойти к столице будет уже не так просто, а мы, в свою очередь, всегда успеем подойти на помощь. Так что Тверь нам нужна, просто чтобы замкнуть круг.

По поводу Вязьмы меня удивил Фок. Видимо, он размышлял всё то время, пока мы двигались от цели к цели. Буквально на подходах к Твери он выдал, что с моего разрешения он собирается освоить там землю и взять на себя обязанности по строительству форта. Но для начала хочет пригласить с собой Катю. Естественно, я обрадовался такому решению, ведь он мой друг, проверенный неоднократно в боях. А на кого ещё можно положиться, как не на верного товарища?

Чем ближе мы подбирались к Твери, тем очевиднее становилось, что там не всё так просто. Уж слишком много порядка наблюдалось вокруг, одни только чистые дороги говорили о том, что по ним ездят. Колонну мы остановили почти сразу, замаскировали транспорт в лесу, разбили лагерь и организовали малый разведывательный отряд. В него, как обычно, вошли я, Ленка с Саней и Хоттабыч с Фоком. Вот так, пятёркой, мы осторожно двигались в сторону противника, и чем ближе подбирались, тем обстановка становилась всё менее и менее радужной.

Нет, порядок Морты навели хороший, даже валежник в лесу вычистили, но нам от этого не легче. Вся картина вокруг просто кричала о том, что Морты обосновались здесь конкретно и просто так у нас ничего не получится. И в этом мы убедились часа через четыре, когда вышли на окраину Твери. Древние тут копошились словно муравьи, и было их очень много. Нашим отрядом из семи сотен бойцов тут даже с помощью танков ловить нечего. Хотя танки нам бы точно не помешали. Найти-то их не проблема, но кто будет ими управлять?

– Шикарный вид, – с усмешкой произнесла Ленка, глядя на то, как Морты восстанавливают древнюю крепость в Твери. – Что делать-то будем?

– Возвращаемся в Кремль, – ответил я. – Здесь что-то не так. Мы за эти месяцы несколько поселений с землёй сравняли, нефтяные вышки забрали, и они ни разу нам не ответили. А за Тверь нам в течение двух дней обратка прилетела, сейчас ещё и отстраивать заново кинулись. Нужно разбираться.

Глава 25. Всё не так

– Вот, читай, – на стол передо мной упала папка с тремя нулями на обложке.

Её бросил мне Лебедев, который вспомнил что-то связанное с делами КГБ в Твери. Он даже успел до Лубянки слетать, а теперь вернулся и с умным видом бросил мне эту папку. Эти самые нули при Союзе ставились на документы и означали, что дело там имеет высшую степень секретности.

То, что там было изложено, вначале заставило меня усмехнутся, а затем погрузиться в чтение с таким азартом, что меня и за уши было не оттащить.

История этого города уходила так глубоко, что Египетские пирамиды можно смело называть: «новодел». Службы, которые всё это нарыли, не даром ели свой хлеб. Здесь были даже приложены копии летописей, которые просто обязаны находиться в музее, но увы, им было суждено пропасть в сейфах конторы. Удивительная крепость в форме звезды, или короны, какие-то предметы, очень похожие на то, что мы сейчас видим у Мортов. Получается, что мы знали? Человечество было в курсе всего того, что готовилось веками? Безопасники даже про войну знали. Но почему никто ничего не сказал? Хотя быть может, что при смене власти всё это дело забыли, люди, подписавшие документы о неразглашении, умерли, а всем вокруг насрать. Потом ещё одна смена власти, а вместе с ней поменялись цели и задачи. Но ведь Лебедев что-то слышал, почему-то он же вспомнил про это дело?

Вся важность Твери заключалась именно в древности. Фотографии при раскопках показывали что-то невероятное. Внутренние помещения, в которые вели проходы, заваленные землёй, они были величественны. Узнавалась искусная резьба по камню, арочные своды, вот только очень многие рисунки будто светились на фото. Возможно, это просто игра бликов от искусственного освещения, а может и работающее оборудование, которое находилось в режиме ожидания. Чем дольше я читал, тем сильнее поднимались мои волосы.

Я оказался прав, люди установили, что это супер-компьютер и ему практически столько же лет, сколько и всей нашей планете. И ведь эти дураки туда полезли. Это всё равно, что меня завести в лабораторию к Аркадичу с Фонарём и попросить запустить оборудование. Нет, ну я-то хоть отдалённо понимаю, где кнопка «вкл» и что на красную лучше не нажимать. А эти-то и понятия не имели о том, что нашли.

Далее они облепили всю эту конструкцию проводами и принялись разбираться в надписях. Кто что нажал или задел случайно – непонятно. Вроде один из учёных вставил на место какую-то хрень, и теперь фотографии показывали оживший космический корабль. Но всё вокруг доказывало, что к полётам эта штука не имела никакого отношения. Она оказалась библиотекой.

Здесь хранилась информация всего и обо всём. Она касалась начала производства нас – человечества, она рассказывала о начале производства Мортов. А вот и нет, вывод прямо напрашивался: это ещё как к космосу относится! Экспансия, мать её. Точка зарождения жизни на нашей планете.

А ведь решение гениально. Зачем изобретать сон во время полёта, если можно начать воспроизводить прямо на месте? Отщипнул кусок кожи, волос подкинул и в пробирку, вместе с яйцеклеткой, и вперёд, на амбразуру. Дальше компьютер научит, как жить нужно, как и где взять железо, как получить из атома энергию. И я сейчас не про тот атом, который необходимо расщепить, нет, мы в нём живём. Вся наша Солнечная система таковым является. Но это уже дебри, и они мне не очень-то интересны, пусть там Аркадич сидит, глаза к небу возносит.

Но знания технологий, которые разложены по полочкам, то, что может вывести всю цивилизацию на вершину вселенной, эти знания нельзя отдавать Мортам. Как только они докопаются до этой штуки, нам конец.

Или нет? Далее сказано, что мы являемся одной формой жизни и вместе затеяли эту экспансию. Но как такое возможно? Почему мы тогда стали пищей?

– Ты нахрена мне это дал? – поднял я взгляд на Лебедева, который о чём-то яростно спорил с Машкой.

– Что? – тот резко замолчал и посмотрел на меня. – А, ты про это? Занимательно, да?

– Маш, ты это читала? – помахал я толстой папкой.

– Это я где бы успела-то? – усмехнулась она. – Давай, посмотрю. Мне Лебедев уже час о содержимом рассказывает.

Я глянул на часы и ухмыльнулся, времени прошло уже больше часа, и всё это время я находился будто бы один в кабинете. А ведь они очень громко спорили.

– Лебедь, мать твою, думай, что делать, – посмотрел я на Морта. – Эта штука способна дать такие знания, что нам и не снились. Она смогла построить цивилизацию из клонов за каких-то две сотни лет. А мы уже много чем обладаем, вашим древним и десятка лет хватит, чтобы стереть нас в порошок.

– Ты обратил внимание, когда сделана первая фотография? – вместо ответа спросил тот.

– Да мне насрать! – разозлился я. – Какая разница когда, ты думай! Как нам не просрать это всё?

– Фотография сделана в середине восемнадцатого века, – снова ответил Лебедь.

– И что с того? – решил я всё же выслушать этого упрямого Морта.

– А с того, что именно с этого момента и начались войны, – так же спокойно ответил тот. – Вторая мировая была последней, пока КГБ не похоронила эту штуку. Её нужно уничтожить.

– Да ты дурак, что ли?! – даже подпрыгнул я от злости, которая меня охватила.

– Ты себя сейчас видишь? – спокойным голосом спросил Лебедев.

Я упал обратно на стул и с силой провёл ладонями по лицу, стараясь стереть из головы желание заполучить эту штуку. Молчал я, наверное, минут пять, пытаясь в голове разложить всё по полочкам. Судя по информации в папке, цивилизации на нашей планете несколько раз стирались и запускались заново, но каждый раз это заканчивалось такой войной, что приходилось в очередной раз начинать сначала. Наполеон шёл именно за этим, Гитлер, Тевтоны и многие другие, даже пресловутый Александр Македонский, и тот искал именно это. И все они считали, что оно находится в Москве или Питере, двух столицах нашего государства.

В одном Лебедев оказался прав: её нужно уничтожить! Все войны из-за этого. Самая первая война случилась из-за этой капсулы, или как лучше её назвать? Она врезалась в Землю, тем самым вызвав такой взрыв, что погибли все динозавры и почти вся флора. А потом она начала воспроизводить нас. Морты и люди быстро доделали начатое и принялись подниматься с колен, ну а дальше пошло-поехало. Тысячами лет шло глобальное мочилово всех и каждого, кто мог только знать об этом месте. Назначались хранители, которых мы сами же и убивали, кого в костёр, а кого и на крест. Создавались религии, чтобы уберечь истинное знание, и что в итоге? Войны во славу богов.

– Как нам это сделать? – наконец успокоившись и приняв информацию, спросил я.

– Для начала, ты прав, нужно выбить оттуда Мортов, – кивнул, что-то решив про себя, Лебедев. – Так что мобилизуй все те форты, которые смогут прийти на помощь. Нас просто отвлекли нефтью, и хорошо, что ты сделал по-своему, иначе было бы поздно.

– Я свяжусь с каждым, – кивнул я и усмехнулся. – Получается, опять война?

– Надеюсь, последняя, – усмехнулся в ответ Лебедь.

– Хорошо, если так, – сказал я и откинулся на спинку стула. – Но как ты хочешь её уничтожить?

– Для таких вещей в Союзе много чего было предусмотрено, – усмехнулся тот. – В том числе и подземные атомные взрывы.

– Ну, зная, как раньше работала «контора», не удивлюсь, если там к этому уже всё готово, – закончил за Лебедева я.

– Но подстраховаться не помешает, – кивнул тот. – В стране много где есть подобного оборудования, и кое-что находится прямо под нами.

– А это кое-что, оно уже готово к использованию? – спросил я.

– Да, главное – доставить ядерный заряд внутрь помещения, – ответил тот. – Войти туда можно только в одном месте. Так что придётся тебе поработать за Индиану Джонса.

– Там что, ловушки какие? – усмехнулся я.

– Нет конечно, но загадки будут сто процентов, – серьёзно ответил тот. – Даже не столько загадки, вопросы там тебе никто задавать не станет, но вот спрятать дверь – запросто.

– Ты мне зачем это всё рассказываешь? – спросил я. – Ты же со мной пойдёшь. Предлагаю ещё Фонаря с Аркадичем взять.

– Ни за что! – даже крикнул Лебедев, что за ним очень редко водилось. – Ты что, их точно придётся пристрелить, прежде чем они разрешат уничтожить это!

– Точно, – заулыбался я. – Не подумал. Но ты пойдёшь со мной. А дальше будь что будет, глядишь, и уживёмся, если поймём, что возрождения больше не светит. Всё, – хлопнул я в ладоши. – Последняя жизнь, мать её.

И мы вместе с Лебедевым засмеялись.

– Вы что ржёте, а?! – наконец ожила Машка. – Вы хоть понимаете, что будет, если подобное попадёт к Мортам?!

А вот теперь наш хохот было уже не остановить.

* * *

Мы уже начали выстраиваться в боевой порядок, а подкрепления всё подходили и подходили. Само собой, что мы придумали совсем другую историю для наших союзников. Даже Кум ничего не знал об этом.

Сама идея чёткой границы наших земель была для многих понятна и казалась достаточно важной, чтобы выбить противника из Твери. Да, мы сейчас поступили так, как поступало правительство во все времена: придумали красивую сказку о том, что это наша земля и стоит её захватывать. Мы, мол, люди мирные, вот и давайте жить в согласии. Вы нас из меню вычеркнете, а мы уж тогда вам здесь жить позволим, а до тех пор будем считать захватчиками.

Сзади загрохотали танки, Рязань не просто так была уверена в себе, аргумент у них имелся. С Ижевска пригнали с десяток установок «Град» и плюсом несколько машин с ракетами для них. Только авиации не хватало.

Со стороны Мортов тоже началось движение, вот только, помимо современного оружия, они принялись выкатывать средневековые пушки. Они всерьёз думают бить по нам из этого? Нет, странные они всё же. Иметь на вооружении современный танк и выставить на передовую эту глупость, они бы ещё мушкеты вместо автоматов в руки взяли. Или я опять чего-то не знаю?

– Лебедь, – шёпотом позвал его я. – Смотри, чем твои воевать собираются.

– А ты не ухмыляйся, – ответил тот. – Если мы чего-то не понимаем, то это плохо для нас.

Мы распределились по местности и наблюдали за действием противника. Морты были настолько уверены в своём превосходстве, что не озаботились тем, чтобы выслать разведку к нам. Хотя это не так уж и обязательно в наше время, над головой всё ещё кружат спутники и Фонарь чётко видит всё на экране ноутбука. Помимо снимков из стратосферы, над полем кружат дроны, но мы всё равно решили посмотреть на происходящее своими глазами.

Нужное нам место находилось в центре города, и самый лучший способ к нему подобраться был по воде. Морты выстраивали свою оборону на окраине Твери, чтобы не пропустить нас внутрь и завязать на уличных боях. Мы, в свою очередь, очень даже согласны на их условия, но основной удар у нас будет нанесён в самое сердце. Горстка людей должна выполнить задачу по доставке груза под крепость. И как бы ни был хорош спутник или все эти новомодные системы слежения, путь лучше всего разведать своими глазами.

Бомбу уже спустили на воду с обратной стороны и ждали наших данных. Мы, в свою очередь, пробираемся в тыл и помогаем выгрузить эту бандуру. Перевозить по городу её будет электрокара, она тихая, и нам проще, но для спуска под землю уже придётся корячиться вручную.

Наши войска дрогнули и пошли вперёд, это я мог наблюдать на экране планшета, который любезно предоставил мне Фонарь. Буквально через несколько минут громыхнул первый залп из «Града», но, как и ожидалось, голубоватый купол погасил энергию ракет, и те упали неподалёку, даже не разорвавшись. И тут ответили Морты из своих дурацких средневековых пушек. Я даже не понял, что произошло, картинка просто поплыла и пошла рябью, а затем начались маты в радиоэфире.

Звуковая волна, которую генерировали эти пушки, пронеслась сквозь ряды техники и вначале погасила всю электронику, а затем раскалила металл докрасна. Все боеприпасы, которые попали под удар – взорвались, но пушки замолчали, видимо, накапливая энергию для очередного удара.

С нашей стороны ответили танковым залпом. А вот энергию этого выстрела купол погасить не смог, и я увидел, как часть средневекового оружия накрыло облако пыли от разорвавшегося снаряда. Заработал крупный калибр, который тут же перекрыл очередной залп из танковых пушек.

Но у Мортов были ещё припасены сюрпризы, на человеческую армию бросилась орда мертвецов вперемешку с солдатами врага. Здесь мы тоже не пальцем деланы, и навстречу этой лавине уже скакали особые с нашей стороны, увлекая за собой не меньше мертвецов. Но всё это было пушечное мясо, просто отвлекающий манёвр, чтобы дать время выстрелить из своего странного оружия ещё раз.

На этот раз волна накрыла два танка, и я увидел, как они полыхнули, у одного даже башня подлетела. Но своё дело они сделали, первые выстрелы из крупнокалиберных винтовок начали выкашивать пушкарей, лишая эти излучатели управления. Очередные залпы всё больше и больше нагружали щит, и вот настал момент, когда он не выдержал. Спустя некоторое время он возникнет как новенький, но для этого необходимо ждать. А наши «Катюши» ждать не собирались и начали плеваться в сторону Мортов своими ракетами. Укрепления Мортов и дома, где они прятались, тут же заволокло огнём, дымом и пылью. Грохот раскатился волной, и даже земля задрожала. А несколько ракет будто случайно прилетели в центральную часть города, заливая всю территорию старой крепости напалмом.

– Есть попадание, – обрадовался я. – Группа один, начинайте движение!

– Принял, – сухо отозвалась рация голосом Кума.

До прибытия катера примерно двадцать минут, у нас есть ещё десять, чтобы понаблюдать за течением битвы. А тем временем две толпы мертвяков влетели друг в друга, и было не разобрать, что там происходит. Морты тоже суетились в лабиринте городских джунглей и готовили нашим очередной сюрприз. Первую линию обороны просто смело залпом из «Града», и теперь моему войску предстояло войти в город, чтобы добить рассеянную армию противника. Но для этого необходимо пройти сквозь толпу мертвяков. Можно, конечно, воспользоваться танками, но у нас их не так много, чтобы проложить коридор такой ширины. Всё же пехота здесь имеет больше шансов на успех. Тем более, что зомби не держат в руках оружия, чего-чего, а уж с ними-то мы драться научились.

Пока аватары с нашей стороны уничтожали мёртвое полчище, заодно аннигилируя таких же особых заражённых, люди ровным строем пошли в наступление. В этот момент по нам ударили пулемёты с крыш и окон домов на окраине Твери. Тут же отработали танки с нашей стороны, погасив наиболее опасные точки.

Ряды мертвяков начали таять на глазах. Наши войска закидывали тех зажигательными смесями и поливали из всех стволов. Снова ожили установки «Града», теперь они накрывали ближайшие улицы. Вскоре вперёд выдвинулись танки, чтобы прикрыть пехоту на городских улицах, но Морты тоже обладали нашей военной техникой и поставили свою броню против нашей.

– Группа один, приём, – послышался голос Кума. – Мы прошли третью отметку.

– Пора, – толкнул я Лебедева. – Двигаем к реке.

Наш отряд состоял из десятка бойцов, разумеется, в его голове двигался весь наш основной состав. Саня и Ленка, я, Лебедев и Фок. Сейчас мы рассредоточились по улице и, прикрывая друг друга, осторожно продвигались в сторону старой крепости Твери. Её мы обошли по большому кругу и направились к набережной, именно здесь к нам должны присоединиться ещё десять бойцов и ядерный заряд.

Катер не спешил появляться, он двигался на довольно тихом ходу, не поднимая лишнего шума и стараясь не привлекать внимания. Я уже видел, как работает лодка, выкрашенная в камуфляж под цвет воды, даже днём её рассмотреть не так просто. На близком расстоянии – пожалуйста, но вот метров за пятьсот она просто сливается с гладью реки. Наконец мне удалось рассмотреть мутный силуэт, который плавно шёл в нашу сторону.

– Группа два на месте, – доложил я своим, чтобы не пальнули с перепугу.

– Принял, – пришёл ответ, и катер резко прибавил ходу.

На пляж спрыгнули люди в форме и тут же приняли ящик. Вшестером схватили его за ручки и бегом направились к нам. Это был самый опасный момент всей операции. Бойцы находились на открытом месте как на ладони, если нас заметили, то смогут уложить их, как мишени в тире. Но удача всё ещё была на нашей стороне.

Приняв пополнение, мы отправились к полыхающей до сих пор крепости, а точнее, к тому, что от неё нам осталось. Власти очень хорошо спрятали древнее строение, так хорошо, что не знай о нём, ни за что не найти. Вот только мы знали, и Морты тоже, и сейчас здесь стояла строительная техника, которая рыла вокруг в попытке разыскать вход. У нас, в отличие от Мортов, было одно преимущество: папка из закромов КГБ. В ней было чётко указано, где находится вход, и сейчас мы уже приближались к нему. Это был стадион «Химки». Именно с его подземного этажа имелся неприметный вход.

Только спустившись в подвал, я позволил себе немного расслабиться. Половину из боевого отряда мы оставили на прикрытии, они тут же рассредоточились в помещении и снаружи. А мы продолжили путь до большого канализационного люка. На первый взгляд, здесь проходили самые обычные коммуникации, провода тянулись вдоль высокой трубы, по низу когда-то текли нечистоты, но сейчас было сухо. Грязь засохла и потрескалась. Теперь она хрустела под нашими ботинками, разнося этот звук далеко по трубе.

Первое ответвление вправо закончилось тупиком, только это было не совсем так. Проход просто заложили кирпичом. Фок взялся за кувалду и принялся пробивать преграду, звуки от этих ударов отдавались во всём теле. Наконец первый кирпич улетел внутрь, и работа пошла веселее. Стена рухнула за пару минут.

А вот дальше наши познания равнялись нулю. Где искать остальные входы? Как и в каком направлении двигаться?

– Нам туда, – указал пальцем в один из проходов Лебедев.

– А почему не туда? – спросил я, указав в другую сторону.

– Потому что крепость там, – ответил тот и помахал перед моими глазами компасом.

– Ладно, умник, пошли, – согласился я с его доводом.

Он оказался прав, примерно через пару сотен метров мы вышли под арочный свод из красного кирпича, а пройдя по нему ещё метров сто, упёрлись в стену из белого камня. Лебедев сразу принялся ощупывать её, он даже несколько раз прижимался к ней ухом.

– За стеной пусто, но сломать её не получится, слишком толстая, – заключил он. – Должен быть какой-то механизм, который уберёт часть стены.

– Откуда ты это знаешь? – опять спросил я.

Тот молча чиркнул зажигалкой и поднёс язычок пламени к тонкой щели между блоками – огонёк тут же втянуло в неё. Я так же молча кивнул, и мы дружно принялись искать кнопку, или рычаг, или вообще что угодно. Лебедев продолжал слушать и гладить стену. Прошло примерно минут сорок, а мы так ничего и не нашли. Сейчас мы сидели на холодном влажном полу и тупо смотрели на качество каменной кладки.

– Блин, меня прям бесит этот камень, – вдруг сказала Ленка. – Так он торчит несуразно, всю геометрию портит.

– Я уже пробовал его нажать, – устало отозвался Лебедев. – Он жёстко сидит.

– Сань, дай свой нож, я его выковырну, – поднялась она с пола.

– А своим-то чё? – недовольно произнёс Саня, протягивая ей свой тесак.

– Мой слишком маленький, – пробормотала она и направилась к стене.

То, что произошло дальше, нас несказанно обрадовало. Ленка несколько раз попыталась сковырнуть небольшой каменный квадрат, затем вставила лезвие в щель и, пользуясь им как рычагом, начала потихоньку вытаскивать камень. Когда она его вытащила, то он оказался в форме клина, а через мгновение в стене что-то хрустнуло.

– Отойди, быстро, – тут же скомандовал Лебедев.

Ленка отпрыгнула, а он вальяжной походкой подошёл к каменной кладке и сделал вид, что собрался на неё облокотиться. Прижавшись рукой, он слегка толкнул её внутрь, и глыбы заходили ходуном. Один маленький клинышек держал всю эту стену, но стоило снять замок, как она рухнула внутрь, разнося грохот по древним тоннелям.

Теперь мы двигались по белокаменной лестнице, опускаясь всё глубже и глубже под землю. Наконец этот спуск вывел нас в каменную залу, которая во всех лучших традициях была раскрашена письменами и иероглифами. Что там написано, сам чёрт не разберёт, но из этой залы веяло чем-то очень древним.

– Это здесь? – тихо спросил я.

– Нет, – ответил Лебедев, – на фотографиях совсем другое помещение, но мы близко.

И снова осмотр каждого квадратного сантиметра. Лучи фонарей скачут по стенам, выхватывая причудливые надписи и рисунки.

– Я, кажется, что-то нашёл! – крикнул Саня, и мы все тут же устремились к нему. – Вот, – указал он на кусок стены.

Лебедев тут же приложился к ней руками, а затем снова принялся слушать камень.

– Что тебе в ней не понравилось-то? – удивлённо спросил я своего друга.

– Смотри, – указал Саня на потолок, это был единственный участок стены, где в месте соединения с потолком была щель.

Тихо щёлкнуло что-то, и часть стены, которая казалась до этого монолитной, ушла вверх. Мы переглянулись, ничего не понимая, и шагнули внутрь. Шестеро бойцов снова подхватили тяжёлый ящик и проследовали за нами. Они не задавали вопросов, а просто выполняли свою работу. Вопросы будут, и скорее всего много, но это после, а пока есть задача, которую необходимо выполнить.

Этот, казалось, бесконечный коридор вывел нас в очередную залу. И теперь даже я понял, что мы на месте. Огромный купол потолка искрился мелкими прожилками, словно звёздное небо, а все стены вокруг были подсвечены причудливыми узорами. Здесь были и всем известные Кельтские, которые так любит набивать в виде татуировок молодёжь, были и узоры Славян и Египтян, здесь вообще было всё, что связано с символами и узорами. А на полу играл чёткими линиями равносторонний крест, который был заключён в шестиконечную звезду. И каждый луч указывал на точно такой вход, через который только что вошли мы.

Как только бойцы поставили ящик в центре комнаты, они тут же, раскрыв рты, принялись осматривать это место. Мы с Лебедевым стали вскрывать его и подключать провода, каждый на своё место. Бомба больше напоминала кучу хлама, нежели высокотехнологичное современное устройство.

– Думаешь, поможет? – спросил я Лебедева.

– Скорее всего, – пожал тот плечами. – Это же ядерный взрыв. Даже если он не разнесёт здесь всё в щепки, то всё равно нанесёт непоправимый вред.

– Вы правы, – раздался под куполом мужской и женский голос одновременно.

– Твою мать! – я даже подпрыгнул от неожиданности, а все остальные подняли оружие и начали водить стволами по сторонам.

– Не пугайтесь, – вновь прозвучал совместный голос. – Я библиотека знаний экспансии семьсот пятьдесят три. Можете называть меня Эрол.

– Тебя убьёт эта штука? – спросил я.

Символы на стенах и потолке начали светиться ярче, а затем принялись выскакивать голографические проекции экранов управления и схемы звёздных карт. Через мгновение воздух стал чище, и появились две фигуры, мужчина-человек и женщина-Морт. Они приблизились к ящику и заглянули внутрь, будто были живыми, хотя я проверил, рука спокойно проходила сквозь картинку.

– Да, этот заряд определённо уничтожит здесь всё, – одновременно ответили обе фигуры. – Вы уверены в своём решении?

– Ещё как уверены, – ответил я. – Из-за этого места войны наверху не угасают.

– Это не так, – ответили фигуры. – Войны ведутся из-за желания господствовать над всем. Я всего лишь ступень на пути к этому господству.

– Называй как хочешь, – отмахнулся я и продолжил заниматься делом.

– Ох, я смотрю, вы вновь подвели планету к стадии начала, – с усмешкой произнёс Эрол. – А вы понимаете, что, уничтожив меня, больше не будет возможности начать сначала?

– Да, мы полностью это осознаём, – ответил за меня Лебедев.

– Последняя партия вышла весьма удачной, ты не находишь? – вдруг прозвучал один, только мужской голос.

– Да, полностью с тобой согласна, – ответил женский.

Я поднял глаза и удивлённо уставился на то, как принялись общаться две голографии.

– О чём это вы? – наконец спросил Саня, опередив меня буквально на мгновение.

– Мы о вас, – моментально ответил Эрол, вновь слив голоса воедино.

– О какой партии речь? – спросил уже я.

– О партии клонов, – охотно ответила машина. – Вы – юбилейная двухтысячная партия клонов, которую мы выпустили на поверхность. Ваша цивилизация прожила больше всего до момента глобального уничтожения. Проанализировав данные, я нахожу ваше решение приемлемым.

– Вы сейчас о чём? – не понял я.

– О том, что вы сейчас собираетесь сделать, – сказал Эрол. – Есть одно упущение с вашей стороны. Кто-то должен остаться для запуска устройства.

– На нём таймер, – усмехнулся я.

– Он неисправен, – моментально ответила машина. – Все элементы в порядке, критическая масса урана позволит нанести фатальный урон библиотеке, но таймер неисправен.

– Значит, я останусь и разнесу тебя к чёртовой матери, – зло бросил я.

– Не тупи, Кузов, мы что-нибудь придумаем, – остановил меня Лебедев. – Машка на третьем месяце.

– Как? – удивился я, – Когда успела-то?

– В ночь перед твоим уходом в Ижевск, – ответил тот.

– А мне не сказала, – улыбнулся я. – Вот ментяра, а?

– Она никому не сказала, – улыбнулся в ответ Лебедь. – Я случайно заметил. Я останусь и разнесу Эрола.

– Нет, Лебедь, за тебя мне Машка голову оторвёт, – сказал я. – Попробуем дистанционно.

– Сигнал просто не пройдёт сквозь всю эту толщу земли, – покачал головой тот. – Нужен доброволец.

– Я могу, – тихо сказал один из бойцов. – У меня никого нет, моя семья умерла во время апокалипсиса.

– Как твоё имя? – спросил я.

– Все называют меня просто Шам, я привык этому позывному, – пожал он плечами.

– Так не пойдёт, – улыбнулся я. – Тебя должны знать.

– Матвей Писарев, – спокойно ответил тот.

– Я закончил, – оторвался от устройства Лебедев, затем он накинул клейму на аккумулятор и щёлкнул тумблерами. Внутри замигал маленький огонёк индикатора, который говорил о том, что устройство запущено и готово к работе.

– Хм-м, действительно, таймер повреждён, – усмехнутся Лебедев.

– Я всегда говорю правду, – тут же отозвался двойной голос Эрола. – Вы хотите что-то узнать в последний раз?

– Пожалуй, нет, – усмехнулся я. – Хотя… Скажи мне, как так получилось, что экспансию запустили мы вместе, а сейчас враждуем между собой? И как так получилось, что мы вдруг стали пищей для них?

– На этот вопрос у меня нет ответа, – сказал спаренным голосом Эрол. – Так получилось. Так решили вы сами. Я могу снабдить вас технологическими знаниями, не более.

– Нет, мне это точно не нужно, – усмехнулся я. – Может кто хочет что-то узнать?

– Я хочу, – наконец подала голос Ленка. – Мне интересно вот что: Морты говорят, что это они нас клонировали, что получили наше ДНК из параллельной вселенной.

– За несколько тысячелетий знания исказились, и только, – ответили голограммы. – Но доля истины в этом есть. При последней партии вышло так, что человечество не выжило при естественном отборе. Я не имею права вмешиваться в ход подобных событий, но дать знание о том, как всё исправить, могу. На этой планете обязаны жить обе расы.

– Но почему? – удивилась Ленка.

– Вы так пожелали, – спокойно ответила машина.

– Всё, валим, – дёрнул я подругу за руку. – Там вообще-то наши умирают наверху.

Ленка вздохнула и хотела что-то ещё спросить или сказать, но махнула рукой и отправилась на выход. Возвращались мы уже бегом. Матвей должен активировать заряд через полчаса, так что времени у нас не так уж и много. Тоннели казались бесконечными, потом та лестница, и снова бег по трубе. Наконец мы вывалились в подвал стадиона, и я тут же поднёс рацию ко рту.

– Все отходим, быстро, – скомандовал я, и мы потянулись к выходу.

Идти приходилось уже осторожно, стрельба всё ещё раздавалась со стороны окраины, надеюсь, мы побеждаем, ну или хотя бы близки к победе. Выскочив к набережной, я поднёс рацию ко рту, чтобы вызвать Кума, но тут земля вздрогнула.

Я ощутил привкус крови во рту и только сейчас осознал, что лежу на мостовой, уткнувшись в неё лицом. Поднявшись на четвереньки, увидел, что не один такой и все сейчас валялись, словно кегли. Земля застонала, в прямом смысле этого слова, а через мгновение я заметил, что река потекла с бешеной скоростью в сторону старой крепости. Стон, грохот воды, всё смешалось в один общий гул.

– Группа один, быстро к берегу! – закричал я в рацию.

До меня дошло, что происходит, на месте взрыва теперь огромный котлован, который тянет в себя воду из реки. Мы стояли почти на самом краю этого провала, а вода с шумом продолжала заполнять озеро огромной глубины. Стрельба стихла, или мы просто перестали её слышать.

– Кузов, приём, – прилетел голос из рации.

– Кузов на связи, – бросил я в микрофон.

– Морты отступают, уходите, – сказал голос на том конце. – Они идут в вашу сторону.

– Принял, – ответил я и посмотрел на своих. – Валим, ребята, на сегодня у нас всё.

Эпилог

Машка родила сына, Димкой назвали. Сказать, что жизнь наша стала тихой и мирной, значит обмануть. Дел хватает, как, впрочем, и всегда. Тверь закреплена за нами, но город там образовался смешанный, точно такой, как в Ижевске. Фок обосновал поселение в Вязьме, забрал с собой Катю и укатил, ха-ха. Живут хорошо, вот только дел там невпроворот. Ленка им на свадьбу мешок золота подарила. «Чтобы было на что развиваться» – так она сказала. Нет, себе эта сорока ещё много оставила, подозреваю, что у неё этих мешков ещё на десяток свадеб хватит. В общем, картина мира у нас простая: Москва, окружённая со всех сторон городами-фортами. Питер развивает вокруг себя цивилизацию Мортов. Туз полностью ушёл в бизнес развлечений и тяжких грехов. И всё это приправлено живыми мертвецами и другими монстрами, которые всё так же продолжают к нам проваливаться из соседних миров, причём вместе с людьми.

Зум заходил на днях в гости. Поздравил меня с рождением сына, ох и напились мы с ним, но и по душам поговорили. Собрался куда-то на Урал идти, говорил, обнаружил что-то очень важное, что может помочь ему вернуться домой. Но затем признался, что не станет этого делать. Понравилось ему тут. Я думаю, что он просто ещё своё место здесь не нашёл, вот как только определится, ему враз легче станет. Но может быть он так и останется бродягой. Есть в нашем новом мире и для таких место. Идут туда, не знают куда. Сам процесс по кайфу, видимо. Ну, не мне их судить, я до сих пор ещё не угомонился, всё так же люблю искать приключения на свой многострадальный зад. Сегодня вот с Ленкой договорились вечером банк один вскрыть, ну как вечером, это мы только двигаться начнём. А сама цель почти за тысячу километров находится. Ходят слухи, что в нём полным полно золота хранится, и даже зелёная наличность имеется. Это ей по секрету Фонарь шепнул, говорит, не было там никого с тех самых пор. Так что, глядишь, разбогатею на старости лет.

Кум, кстати, в гости опять звал, баня, все дела. Скорее всего поедем на днях. Но вначале банк, засиделся что-то…

* * *

Цикл МОР имеет продолжение: МОР. Попаданец. Эта история будет косвенно касаться основных героев цикла МОР, но приключения и персонажи будут иные.

От Автора

Дорогие коллеги, писатели и писательницы. Совсем скоро наступает новый год, и в этот праздник полагается дарить подарки. Может быть не все ждут именно этот, хотя он тоже кого-нибудь порадует.

Я отдаю эту вселенную вам! Надеюсь, я создал достаточно красочный и необычный мир, чтобы вы могли поместить в него своего героя. Лично я собираюсь сделать это в своём новом романе.

* * *

Не забывайте подписываться на автора, чтобы не пропустить новинки! Вас ждёт ещё много увлекательных приключений.

Продолжение серии вы найдёте здесь: https://www.litres.ru/serii-knig/kuzov/

Другие книги автора здесь: https://www.litres.ru/author/maks-valter/

Оглавление

Глава 1. Воспоминание

Глава 2. Логистика

Глава 3. Наших бьют

Глава 4. Ну и штучка

Глава 5. Да будет свет

Глава 6. Странное событие

Глава 7. Москва – Питер

Глава 8. Сопротивление

Глава 9. Странное событие II

Глава 10. Дом, милый дом

Глава 11. Соседи

Глава 12. Тёрки

Глава 13. Попаданец

Глава 14. Заложник

Глава 15. Сопровождение

Глава 16. Праздник

Глава 17. Гости дорогие

Глава 18. Бить или не бить?

Глава 19. Странное событие 3

Глава 20. Золото партии

Глава 21. Забытые технологии

Глава 22. Минус холостяк

Глава 23. Следствие вели…

Глава 24. Граница

Глава 25. Всё не так

Эпилог

От Автора