Библиотека :)

Отмеченная волком (пер. Delicate Rose Mur Т/К) 1288K - Вероника Дуглас (скачать epub) (скачать mobi) (скачать fb2)

Вероника Дуглас

ОТМЕЧЕННАЯ ВОЛКОМ

МЭДЖИК САЙД: ВОЛЧЬЯ КЛЯТВА, Книга 1

Данный перевод является любительским, не претендует на оригинальность, выполнен НЕ в коммерческих целях, пожалуйста, не распространяйте его по сети интернет. Просьба, после ознакомительного прочтения, удалить его с вашего устройства.

Перевод выполнен группой: delicate_rose_mur

Над книгой работали:

Delphina

Roksi

Katana

Посвящается Кэрол и Рику, со всей моей любовью.

1

— Найди рыжеволосую женщину с татуировкой на левом плече. Без нее ты не найдешь ответов, которые тебе нужны. Но будь осторожен — твои противники тоже охотятся за ней. Если ты не остановишь их, она будет мертва до восхода полной луны, а вместе с ней и будущее твоей стаи.

Пророчество, данное Джексону Лорану в первую ночь Ярмарки Полнолуния.

Саванна

Женщина за пятым столиком уставилась через мое плечо на телевизор, висевший над стойкой бара, и я мысленно застонала, зная, что за этим последует. Я наблюдала за этим всю неделю: косой взгляд на экран, маленькие морщинки беспокойства между бровями, случайный взгляд в мою сторону и двусмысленность.

Она не разочаровала.

— Боже мой, — воскликнула она, когда я изобразила вежливую улыбку, — ты выглядишь точь-в-точь как та пропавшая девушка в новостях! Мэдисон Ли, ты знаешь? Разве она не похожа на Мэдисон, дорогой? — спросила она мужа.

Я не похожа.

Ну, честно говоря, у нас было общее стройное телосложение, татуировка на руке и огненно-рыжие волосы, которые выделялись, как маяк, горящий в сосновом лесу. Но я не выглядела, как она. Я знала свое лицо — достаточно красивое, но ожесточенное от необходимости идти своим путем. У девушки в телевизоре была беззаботная улыбка и мягкие черты лица, которые кричали: у меня была легкая жизнь с родителями, друзьями и деньгами.

Но люди не видели моего лица, только волосы. С тех пор как четыре дня назад появились новости, я слышала один и тот же комментарий почти от каждого столика: ты похожа на нее.

Слава Богу, я не она, где бы она ни была.

Муж женщины полистал меню и проворчал:

— Шесть исчезновений за два месяца. В Висконсине. Мы приехали сюда, чтобы сбежать от подобных вещей.

И все же это было все, о чем хотели говорить мои клиенты. Не помогло и то, что круглосуточный цикл новостей делал все возможное, чтобы посеять как можно больше паники. Власти сбиты с толку. Закономерности нет. Мишенью мог быть кто угодно.

Поговорим о том, как усугубить ситуацию. Как будто мне нужны были ежеминутные напоминания о том, что я тоже когда-нибудь могу оказаться в подвале какого-нибудь психа.

Я раскрыла свой блокнот.

— Странно. Я всегда думала, что этот уголок Висконсина такой безопасный.

Женщина сочувственно улыбнулась мне.

— Не волнуйся, милая, я уверена, они поймают того, кто стоит за всем этим.

Ее белые шорты и ярко-розовый топ кричали о том, что она иногородняя, и было очевидно, что она не знакома с возможностями местных правоохранительных органов.

На самом деле, я не волновалась. Вероятность того, что меня похитят, была подобна удару молнии. Я просто устала от того, что все смотрят на меня и повторяют один и тот же вопрос.

Я приняла их заказ и направилась в заднюю часть зала.

Хотя я могла уклоняться от разговоров, я не могла избежать взглядов. Пара за седьмым столиком продолжала смотреть на меня, поэтому я направилась к ним.

— Могу я предложить вам что-нибудь еще?

Они были из глухомани. У женщины были длинные спутанные волосы, на ней были майка, джинсы и пояс с большой латунной пряжкой. У нее были подтянутые руки, а на правом бицепсе красовалась татуировка в виде колючей проволоки и странная татуировка в виде двуглавого волка над ключицей.

— Повторите «Бад».

Мужчина был оборванцем, пуговицы на его рубашке разошлись по швам. У него были татуировки на руках, и он указал бутылкой на мое левое плечо.

— Хорошие чернила.

— Спасибо. У вас тоже.

Я сама разработала татуировку, но не собиралась делиться этим фактом с теми людьми. От них пахло плохими намерениями.

— Вы откуда-то отсюда? — спросила женщина.

— Да. А что?

Вероятно, они искали местную тусовку.

Мужчина потер подбородок и кивнул в сторону телевизора.

— Знаешь, — начал он, — ты выглядишь…

— Я принесу пиво.

Я развернулась на каблуках и по пути прихватила чек из восьмой кабинки. Они оставили чаевые в четыре доллара на пятидесятипяти долларовый чек. Я швырнула кожаный чековый конверт на стопку.

— Черт, — прошипела я. Неужели я действительно провела здесь три года?

Сторми, еще одна официантка, прислонилась к стене.

— Ты не в настроении.

— Я слишком разорена, чтобы выбраться отсюда, люди дают дерьмовые чаевые, а посетители не перестают сравнивать меня с пропавшей девушкой по телевизору.

— Ты действительно похожа на нее. Что, если ты в его вкусе?

Я закатила глаза.

— Нет никакого типажа. Жертвами были мужчины и женщины, молодые и старые. И она была единственной, кто исчез из нашего округа.

Когда я направилась к бару за «Бадом» для седьмого столика, Джесс, наш бармен, схватила меня за руку и потащила к окну.

— Святые небеса, Саванна. Кажется, я влюбилась.

Из кабины своего блестящего черного пикапа «Форд Ф-250» вышел мужчина. Закатанные рукава его серой рубашки натягивались на внушительные загорелые предплечья, а синие джинсы оттеняли пару прочных байкерских ботинок. Каким-то образом он заставил полутонный грузовик выглядеть маленьким.

Мои колени задрожали, когда он повернулся к ресторану. Каждое движение говорило о сдержанной силе, а его рубашка прилипла к груди так, что у меня пересохло во рту.

Я облизала пересохшие губы. Определенно приезжий.

— Он мой, — прошептала Джесс тихо и благоговейно, как будто обращалась к папе римскому.

Мужчина понюхал воздух, словно что-то искал, и мрачное выражение появилось на его лице.

Я не винила его. Может быть, это было мое воображение, но я была уверена, что чувствую запах жира и прокисшего пива за полмили от бара.

Мой фартук и белая футболка с логотипом «Тап-Хауса» внезапно показались мне грязными и тесными. Это было неподходящее место для такого бога, как он. Он был не от мира сего великолепен, с густыми взъерошенными волосами и подстриженной бородой, подчеркивавшей его сильную челюсть.

Он приблизился, и мой пульс участился. Что-то в нем кричало об опасности. Когда он толкнул входную дверь, весь бар погрузился в тишину — за исключением идиотов по телевизору, которые все еще бессвязно рассказывали о похищениях. Все взгляды были устремлены на него, и мы все знали, что не соответствуем ему.

Он оглядел комнату, не как заблудившийся человек, а как охотник, оценивая две дюжины лиц, уставившихся на него. Его взгляд остановился на мне, и, хотя, должно быть, это было мое воображение, всего на секунду я могла поклясться, что его кофейные глаза вспыхнули золотом.

В тот момент я поняла, что должна бежать. Что я обязана сбежать. Но его темные глаза как магнитом притягивали меня, и я разрывалась между покорностью и бегством. Мои ноги не двигались, а дыхание замерло, как будто из помещения выкачали весь воздух.

Я уже видела эту историю раньше. Он был хищником, а я — его добычей — оленем, застывшим на месте и смотрящим в прекрасное лицо своей погибели.

К счастью для моего парализованного мозга, Джесс затащила меня за стойку.

— Что ты делаешь? Ты пялишься на него и практически пускаешь слюни на пол. Я первая сказала: он мой!

— Я…

Она развернула меня к задней части ресторана.

— В любом случае, седьмой столик только что вылетел через заднюю дверь. Они заплатили? Потому что это твоя вина, если они этого не сделали.

Это подействовало на меня, как ведро ледяной воды.

Единственное, что деревенская парочка оставила за седьмым столиком, были пустые кружки, и их гора не оплаченного пива была бы высчитана из моей зарплаты. Эти типы пообедали и умчались.

Предсмертный скрежет моего кошелька вытеснил все мысли об этом человеке из моей головы. Я сжала кулаки и с грохотом выскочила через заднюю дверь.

Эти придурки заплатят.

На заднем дворе воняло жиром и мусором, и я тщетно осматривала окрестности в поисках двух нахлебников. Я напрягла слух в поисках любого признака движения, но единственными звуками, висящими в воздухе, были пение сверчков и жужжание ламп над головой. Я уже собиралась обойти здание с фасада, когда эхо приглушенного спора на переполненной стоянке нарушило тишину.

Попались.

Я теребила перцовый балончик в кармане фартука, направляясь сквозь деревья к бесплодному участку грязи, где парковались служащие и клиенты. Мне бы не пришлось таскать эту штуку, если бы владелец починил эти чертовы фонари.

По крайней мере, луна была почти полной.

Парочка спорила в тени стоянки. Я замедлила шаг. Они выглядели так, словно вот-вот подерутся, и я не хотела быть замешанной в это.

Женщина встала перед лицом мужчины и ткнула его пальцем в грудь.

— Мы должны держаться поблизости. Это определенно та девушка, которую мы должны схватить.

Татуированный мужчина с рычанием оттолкнул ее.

— Ни за что. Ты видела, кто только что вошел? Он учует меня через секунду. Мы заберем девчонку в другой раз. Мы не можем снова все испортить.

Мой пульс участился.

Срань господня.

Они пялились на меня весь вечер. Я должна была быть той девушкой, которую они должны были похитить.

Меня занесло и я затормозила перед машиной, которая пыталась припарковаться. Что, черт возьми, мне делать?

Заходи внутрь. Звони 911.

Машина передо мной засигналила, и я подпрыгнула.

— Ты так и будешь стоять там, как идиотка? — парень внутри заорал.

Я оглянулась на пару. Они перестали спорить и уставились на меня.

О, нет.

— Это она! Хватай ее! — рявкнула женщина, и ее глаза вспыхнули красным.

Черт, черт, черт.

Дрожащими влажными руками я выхватила баллончик из передника и бросилась к бару. Размытым движением мужчина выбежал из-за края стоянки и преградил мне путь.

Никто не мог двигаться так быстро.

Паника охватила мой разум. Держась за машиной которая разделяла нас, я бросилась к своей «Гран-Фьюри», но резко остановилась, когда женщина преградила мне путь.

— Не кричи, или я выпотрошу тебя. — Она посмотрела на меня своими навязчивыми алыми глазами и вытащила пару ножей.

Нет. Не ножей.

Ее пальцы превратились в когти.

Это невозможно.

Женщина дернулась, и я подняла свой балончик и распылила ей в лицо. Она закричала и наклонилась вперед, протирая глаза и задыхаясь.

— Ах ты, сука!

Я схватила ее за волосы, ударила коленом в лицо и швырнула на землю. Затем я перепрыгнула через ее тело и помчалась к своей машине. По крайней мере, жизнь научила меня драться.

Человек с татуировками в мгновение ока оказался рядом со мной. Я подняла баллончик, но он схватил меня за запястье.

— Я так не думаю.

Водитель, который сигналил мне, выскочил из своей машины.

— Эй, отпусти ее! Я вызываю полицию!

Татуированный психопат отпустил мою руку, в мгновение ока преодолел расстояние и ударил мужчину кулаком в грудь.

Не кулаком, а когтями. Все было забрызгано кровью.

Этого не может быть.

На этом настаивал мой разум. Каждая клеточка моего тела начала дрожать. Я нырнула за угол своей машины и повозилась с ключами, вставляя их в замок.

Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста.

Я рывком распахнула дверцу машины, запрыгнула внутрь и захлопнула ее за собой.

Услышав шум, татуированный псих развернулся и подбросил тело водителя в воздух. Булькающий крик бедной жертвы оборвался, когда он отскочил от капота моей машины.

Закричав, я заперла двери и завела двигатель.

Всегда паркуйся носом наружу — недооцененный урок моего отца. Но прежде чем я успела сорваться с места, оба нападавших оказались у окон, злобно глядя на меня. Мужчина с татуировками ударил в стекло со стороны пассажира, и осколки разлетелись повсюду.

— Ты никуда не уйдешь, — прорычал он, затем просунул руки в окно и потянулся, чтобы дотянуться до меня окровавленными когтями, задев мое плечо. Я была слишком напугана, чтобы чувствовать боль.

Я нажала на газ, и шины пробуксовали по гравию. Затем машина рванулась вперед, увлекая за собой татуированного мужчину. Я свернула к небольшим соснам на краю стоянки, и он застонал, когда отлетел на деревья, разрывая хватку.

С гулким сердцебиением в ушах я вырулила со стоянки на залитое лунным светом окружное шоссе и посмотрела в зеркало заднего вида как раз вовремя, чтобы увидеть, как женщина поднимает татуированного мужчину на ноги. Потом они начали преследовать меня.

Побежав.

— Что, черт возьми, происходит? — заорала я на всю «Гран-Фьюри» и вдавила педаль газа в пол.

Эти психи ни за что не смогли бы угнаться за мной на открытой дороге, но они могли, и догоняли.

У меня перехватило дыхание. Четыре года я занималась легкой атлетикой, и я не могла бегать и вполовину так быстро.

Я взглянула на свой спидометр. Сорок пять миль в час? Он, должно быть, сломался. Даже Усэйн Болт никогда не разгонялся больше тридцати.

Ветер свистел в разбитом пассажирском окне, и стекло звенело, разлетаясь по сиденьям. Я снова посмотрела в зеркало заднего вида.

Скоростные маньяки почти сократили дистанцию. Мужчина внезапно исчез, и что-то приземлилось на крышу с оглушительным стуком. Я дернулась, сворачивая за центральную трассу, и мое сердце сжалось.

Это не реально, это не реально, это…

Рука — с когтями — царапнула ветровое стекло надо мной, и я закричала.

Мои рефлексы сработали, и я ударила по тормозам. Машина вздрогнула и вильнула, и я изо всех сил вывернула руль, чтобы сохранить контроль.

Существо на крыше слетело вперед, на дорогу. Секундой позже бегущая женщина на полной скорости врезалась в заднюю часть машины и перепрыгнула на переднюю.

Мой ремень безопасности впился мне в ребра, когда машина с визгом остановилась. Тело женщины ударилось о тротуар и пару раз подпрыгнуло, прежде чем скатиться в кювет, в то время как тело мужчины занесло и остановилось посреди дороги.

Нет, нет, нет.

Это было невозможно. Не могло быть, чтобы два человека с когтями просто остановили мою машину на открытом шоссе.

Мое зрение затуманилось, когда я начала учащенно дышать.

В десяти футах впереди мужчина встал на четвереньки. Его руки согнулись, как будто сломанные кости вставали на место. Моя грудь вздымалась, но, казалось, мне не хватало воздуха.

Он встал лицом ко мне, подняв руку, чтобы заслониться от фар «Гран-Фьюри». Его багровые глаза практически светились в дальнем свете. Когда он взглянул на женщину в канаве, то издал душераздирающий вой, как проклятое животное.

Затем он бросился в атаку.

У меня закружилась голова, и я нажала на газ. Машина рванулась вперед и дернулась, когда я сбила ублюдка. Как только я налетела на него, у меня перехватило дыхание, и я ударила по тормозам.

Все было тихо. Я едва могла разглядеть в зеркале заднего вида залитые лунным светом очертания его скрюченного тела.

Неужели я только что убила кого-то на своей машине?

Очевидно, нет. Когда неубиваемый псих поднялся, я почти услышала эхо того, как его кости встают на место через разбитое окно. У меня сжалось в груди, когда он повернулся ко мне со своими горящими глазами.

Это были долбаные монстры.

Адреналин хлынул в мои вены. Я дала задний ход и рванула с места. Его тело исчезло под моим бампером и меня слегка занесло, когда его протащило под шасси. Я снова выжала педаль газа на моей «Фьюри» и проехалась по нему.

Дважды.

Когда я посмотрела в зеркало, его тело неподвижно лежало на дороге.

Где была эта чертова женщина? Ее не было в канаве.

Я позволила своему инстинкту самосохранения проскользнуть на водительское сиденье и вдавила газ в пол с единственной мыслью в голове: убираться отсюда к чертовой матери.

2

Саванна

Туман в голове рассеялся через минуту, и я съехала на обочину. Дрожащими руками я схватила телефон и набрала 911. Я пыталась все объяснить диспетчеру, но, вероятно, звучала как сумасшедшая.

Успокойся, Саванна.

Я смахнула с колен осколки стекла и продолжала следить в зеркало заднего вида, нет ли движения на залитой лунным светом дороге, пока ждала полицию. Казалось, меня никто не преследовал, но я держала машину на холостом ходу и включила фары, на всякий случай.

Через пять минут позади меня загорелся свет мигалок. Хлопнула дверца машины, и мгновение спустя шериф Кеплер постучал в мое окно.

— Саванна? Это ты? Ты в порядке? Опусти окно.

Я ошеломленно подчинилась.

— Привет, шериф Кеп.

Шериф наклонился вперед и направил свой фонарик внутрь машины, осветив разбитые остатки моих окон.

— Боже, что случилось?

Я сидела, опираясь на руки, чтобы они не дрожали. Во рту у меня было суше, чем у жареного цыпленка в пивной.

— По-моему, я только что сбила парня на своей машине в нескольких милях отсюда.

Кеплер усмехнулся.

— Милая, я видел это по дороге сюда. Ты переехала волка. Расплющила его как следует, насколько могу судить.

Волка?

Я потерла виски.

— Нет, шериф. Там были двое. Они набросились на меня на парковке у таверны и преследовали. Я переехала одного из них своей машиной как раз там, сзади.

Кеплер посветил мне в глаза фонариком, и я отвернулась, прикрывая их рукой.

— Ты пила? — спросил он. — Принимала какие-нибудь вещества?

Жар выступил у меня на подбородке.

— Нет, сэр. И не говори со мной в таком тоне. Ты знаешь меня, и я знаю, что я видела. На меня напали.

Шериф вздохнул.

— Хорошо. Знаешь что, я позвоню в службу эвакуации Рэнди, чтобы они забрали твою машину, потому что, черт возьми, похоже, ее нужно починить. Мы с тобой можем прокатиться, и я покажу тебе, что произошло. Потом я подброшу тебя домой. Хорошо?

Я кивнула, заглушила двигатель и вышла.

У меня закружилась голова, когда я хорошенько рассмотрела машину. «Гран-Фьюри» выглядела так, словно прошла через ад и вернулась обратно. В дополнение к разбитому стеклу и пару, поднимающемуся из двигателя, на двери, капоте и крыше виднелись огромные следы когтей.

Черт возьми.

Шериф убрал телефон.

— Рэнди уже в пути. Просто оставь ключи в бардачке. Ты можешь отправиться туда завтра утром, чтобы во всем разобраться.

— Спасибо, — пробормотала я, пряча ключи.

Я бросила последний взгляд на свою драгоценную, израненную машину и забралась в патрульную машину шерифа. Как я вообще собиралась за все это платить?

Кеплер развернулся, и мы направились обратно к месту аварии. Через милю его фары осветили темный комок посреди дороги. Шериф притормозил и включил мигалку.

С учащенным пульсом я вылезла из машины и последовала за ним через дорогу к телу. Луч его фонарика скользнул по скрюченным конечностям, и я замерла.

Мертвый волк. Гигантский мертвый волк.

— Тебе повезло, что ты врезалась прямо в это животное и не въехала в дерево, — сказал Кеплер. — Многие люди убивают себя, пытаясь спасти животное.

Тошнота застала меня врасплох, и я, пошатываясь, отошла к обочине дороги, где меня вырвало на траву. К счастью, я ничего не ела перед сменой, так что в основном это был чай со льдом.

Кеплер положил пару сигнальных указателей рядом с телом волка и присоединился ко мне, когда тошнота прекратилась.

— Ты в порядке? — спросил он, протягивая мне жвачку.

Я поднялась с колен, стряхнул гравий с ладоней и сунула жвачку в рот.

— Да, просто в шоке.

— Понимаю. Это адское зрелище. Но хорошо, что он мертв, на самом-то деле. Я как раз был в «Тап-Хаусе», разбирался с нападением, когда получил твой вызов. Эта тварь здорово покромсала одного из посетителей. Мужчина весь разорван и находится в коме, но парамедики думают, что он будет жить.

Я недоверчиво покачала головой.

— Я была там. На него напал не волк. Это были мужчина и женщина!

Кеплер склонил голову набок.

— Саванна, ты слишком много смотрела телевизор. Беднягу растерзал зверь. — Он пнул труп волка сапогом. — Это животное.

Я начала протестовать, когда пара фар осветила нас. Из-за поворота с грохотом выехал грузовик и медленно остановился. Фары остались включенными, и хлопнула дверца машины.

Шериф поднял одну руку, прикрывая глаза, а другую положил на кобуру.

— Стойте. Представьтесь.

Из темноты донесся грубый баритон.

— Департамент природных ресурсов Висконсина. Я вижу, у вас мертвый волк. Разрешите приблизиться?

Голос был густым и сочным, как мед, и от него у меня по коже побежали мурашки.

— ДПР? — спросил шериф. — Удивительно, что вас оповестили так быстро.

— Мы были поблизости. Было много волчьей активности, — сказал голос из темноты.

— Ну, тогда подходите и посмотрите. Это здоровая тварь.

В луч фар попал мужчина крепкого телосложения.

Мужчина из бара. Что он здесь делал?

У меня перехватило дыхание. Одно дело было видеть, как он входит в переполненный зал «Тап-Хауса». И совсем другое — видеть, как он появляется из темноты пустынного шоссе, а рядом со мной только шериф.

Беспокойство окутало меня.

Освещенный светом фар, мужчина походил на статую, вырезанную из обсидиана. Его длинная тень накрыла нас, когда он приблизился. Свет скользнул по уголкам его лица, подчеркивая резкие черты. Я не должна была видеть его глаз, но на секунду мне показалось, что в темноте мелькнул медово-золотой отблеск. Потом все исчезло.

Он остановился у трупа волка и посмотрел вниз.

— Большое животное. Что случилось?

Его голос был практически рычанием. Мое сердце бешено заколотилось в груди, и каждая клеточка моего тела побуждала меня убежать.

— Эта юная леди видела все, — предложил шериф.

Я уже открыла рот, чтобы что-то сказать, но замерла, услышав, как тихо хлопнула дверца грузовика. За слепящим светом фар не было видно ничего. Был с ним кто-то ещё? И что вообще делает ДПР здесь посреди ночи?

Что-то было не так.

Мужчина подошел ближе, нависая надо мной. Сурово красив — было бы преуменьшением. Захватывающий дух — больше походило для него. В нём было шесть футов шесть дюймов, по крайней мере, и от его близости волосы у меня на затылке встали дыбом.

— Это ты убила волка? Как тебя зовут?

— Саванна Кейн.

— Ты местная?

Я скрестила руки на груди.

— Да. Бальмонт.

— Ты выросла здесь?

Я сощурилась.

— Что за допрос? Забавные вопросы для кого-то из ДПР.

Его глаза сверкнули.

— Просто интересно, знакомы ли вы с местной фауной. У нас в этих краях много волков особенного вида. В последнее время они ведут себя странно. Ты можешь рассказать мне, что произошло?

Привет, мистер горячий любитель дикой природы. На меня только что напали двое людей с жуткими руками с когтями и красными глазами. Они гнались за мной со скоростью сорок пять миль в час, и я переехала их своей машиной. Теперь там, где должно быть тело, просто мертвый волк.

Нет, это вовсе не прозвучало бы безумием.

Я взглянула на шерифа, внезапно засомневавшись в себе.

Представитель ДПР проследил за моим взглядом и откашлялся.

— Шериф, почему бы вам не позволить нам минутку поболтать наедине?

Тревога сдавила мне грудь.

— Я не…

Глаза таинственного мужчины сверкнули золотом.

— Дайте нам несколько минут, шериф.

Его глубокий голос вибрировал от приказа, и меня захлестнуло ощущение его абсолютной силы.

— Да, конечно. — Шериф кивнул и направился к своей патрульной машине.

Что, черт возьми, происходит?

— Беги, — кричал тихий голосок у меня в голове. Я начала поворачиваться, но мужчина из ДПР удержал меня на месте своим напряженным, неестественным взглядом.

— Не волнуйся, ты в безопасности. Мне просто нужно, чтобы ты говорила свободно.

Необъяснимым образом напряжение покинуло мое тело, и я внезапно поняла, что он был честен. Моя крестная всегда говорила, что у меня нюх на правду, но это было нечто совершенно другое.

— Расскажи мне точно, что произошло. Каждую деталь, какой бы странной она ни была. — Его голос был низким, как рев далекого водопада. Его сверхъестественная сила снова захлестнула меня, но на этот раз по-другому. Все, чего я хотела, это повиноваться, подчиняться, доставить ему удовольствие.

Я попыталась возразить, но как только я открыла рот, моя история хлынула потоком. Я рассказала ему все, что смогла вспомнить о нападавших: мельчайшие детали их внешности, их свирепые когти, невероятную скорость и преследующие багровые глаза. Глаза, как у него, но красновато-оранжевые, а не медово-золотистые…

От этой мысли меня пробрала дрожь, и в голове на секунду прояснилось. Я действительно рассказывала ему все это?

— Пожалуйста, продолжайте, мисс Кейн.

Я закрыла рот, сопротивляясь, но зрачки мужчины расширились, и я снова подчинилась его воле. Я рассказала ему, как я сбежала, ехала по дороге и, наконец, снова и снова наезжала на татуированного монстра в виде мужчины.

Наконец давление в воздухе ослабло, и ужас наполнил меня.

О Боже. Неужели я только что призналась в непредумышленном убийстве на дороге? Неужели я только что без конца разглагольствовала о людях с когтями вместо ногтей? Я покачала головой, словно очнувшись ото сна, и поняла, что мне нужно дать задний ход.

— Ты, должно быть, думаешь, что я сумасшедшая. Я имею в виду, что здесь всего лишь волк, лежащий посреди дороги.

Таинственный мужчина скрестил руки на груди.

— Я не думаю, что ты сумасшедшая. Я думаю, на тебя напали, именно так, как ты описала.

У него были темно-карие глаза. Неужели я вообразила золото?

— А как насчет… — Я указала на кровавое месиво посреди шоссе.

— Это мертвый волк.

— Но…

Поза мужчины смягчилась.

— Иногда, во время травмирующих событий, наш разум перемешивает воспоминания. На тебя напали. Ты убежала и задавила волка. Коктейль химических веществ в твоем мозгу перемешал события — это называется синдромом ложной памяти. Это довольно распространенное явление.

Я прикусила губу и прочитала выражение его лица. Его улыбка была теплой, уверенной и располагающей.

И он лгал. Я почти чувствовала это по запаху.

— Но ведь все было не так, не так ли?

Его улыбка дрогнула.

Я так и знала.

Моя кожа стала холодной и липкой, когда под нее закралось сомнение.

Несколько минут назад я услышала, как захлопнулась дверца машины. Был ли кто-то еще в его грузовике? Или кто-то другой сел внутрь? Может быть, женщина с татуировкой в виде колючей проволоки? Ее тела не было на обочине дороги. И у нее были глаза вроде как у мужчины из ДПР, только другого оттенка.

Я начала пятиться.

— Кто ты вообще такой? Ты никак не из ДПР. Ты в сговоре с теми людьми, которые напали на меня? Это что, прикрытие?

— Нет.

Его голос был таким глубоким и гортанным, что походил на рычание. У меня по коже побежали мурашки. Я почти почувствовала запах его внезапной ярости от этого предположения.

Правда.

Глаза мужчины наполнились цветом меда.

— Саванна, многое в сегодняшнем вечере покажется странным. Невозможным. Даже наш разговор. Это побочный эффект нападения, а не реальность, ты понимаешь?

Его присутствие окружало меня, успокаивая мои сомнения и страхи.

— Да. — Я кивнула.

— Что касается того, кто я такой… — Он протянул мне черную карточку с надписью Джексон Лоран жирными белыми буквами. Я перевернула ее. Просто номер телефона черным по белому.

— Я расследую недавние похищения, и я думаю, что целью была ты. Звони мне в любое время дня и ночи, если вспомнишь что-то еще. Любая деталь, какой бы странной она ни была. Власти не воспринимают это всерьез, в отличие от нас.

У меня голова пошла кругом от того, что подтвердил этот человек — кем бы он, черт возьми, ни был. Нападение на меня было связано с похищениями.

— Кто ты? Федерал?

Мужчина просто улыбнулся и посмотрел на волка сверху вниз.

— Я уверен, что это была долгая ночь, и ты, должно быть, устала. — Он повернулся и помахал шерифу Кеплеру. — Я думаю, пора отвезти мисс Кейн домой.

— Подожди, — прошипела я, — ты можешь рассказать мне что-нибудь еще? Почему на меня напали? Почему они выбрали меня мишенью?

Он отступил назад.

— Извини, но я не имею права раскрывать подробности дела.

Ложь.

— Мне нужно знать.

— Спокойной ночи, мисс Кейн.

Мои кулаки сжались. Я заслуживала знать, что происходит. В конце концов, я была чертовой жертвой.

К черту этого жуткого чиновника и его черный грузовик. Если он не собирался рассказывать мне, почему люди охотятся за мной, тогда я разберусь сама — даже если мне придется обзвонить все правоохранительные органы штата, чтобы узнать подробности.

Когда я повернулась, чтобы уйти, Джексон схватил меня за руку, и я ахнула, когда электрическая искра пробежала по моему телу. Он отдернул руку, и выражение его лица потемнело, затем сменилось удивлением.

— Небольшой совет, мисс Кейн: не уезжай из города. И никому не говори об этом. Для твоего же блага.

Его глаза сверкнули золотом, и его присутствие снова омыло меня. Каким-то образом ошеломляющее ощущение передало ясный, безошибочный сигнал: подчиняйся.

3

Джексон

Саванна Кейн развернулась на каблуках и зашагала обратно к патрульной машине шерифа. Ее темно-рыжие волосы гипнотически раскачивались взад-вперед, а то, как ее длинные бледные ноги исчезали в джинсовых шортах с высоким вырезом, усиливало соблазнительный эффект.

Жар пробежал по моей шее, и я глубоко вдохнул ее стойкий аромат.

Рыжеволосая женщина с татуировкой на левом плече.

Не было никаких сомнений, что Саванна была той женщиной, которую провидица послала меня найти. Слова провидицы все еще горели у меня в голове: Твои противники тоже охотятся за ней. Если ты не остановишь их, она будет мертва до восхода полной луны, а вместе с ней и будущее твоей стаи.

Я взглянул на мать-луну, сияющую высоко над головой. До полнолуния оставалось пять дней, и они почти добрались до нее раньше меня.

Ей повезло. На данный момент похитители напали на семерых человек. Сорок восемь часов назад я видел, что случилось с одним из тех, кто сопротивлялся. Настоящая бойня.

И все же Саванна выжила. Хотя она была Одаренной — человеком, в жилах которого текла магия, — женщина, очевидно, понятия не имела, кто она такая и как использовать свою магию, или что оборотни существуют на самом деле. Но, несмотря ни на что, ей удалось убить одного из волков, напавших на нее из засады, не используя оружия или заклинаний.

Это было чертовски впечатляюще. Нас было очень трудно убить.

К сожалению, Саванна убила только одного из нападавших. Женщина, которую она описала, все еще была там — раненая волчица, судя по ее запаху.

Надеюсь, Реджина поймает ее. Моя заместительница была одной из лучших следопытов в нашей стае. Она выскользнула из грузовика, чтобы преследовать нашу добычу, пока я отвлекал полицейского и женщину. Если мы не сможем поймать волчицу, прольется кровь. Теперь Саванна была отмечена волчьей меткой, и волчица будет охотиться на нее до тех пор, пока одна из них не умрет.

Я сделал знак шерифу. Он неторопливо подошел и протянул руку.

— Кажется, мне повезло, что в этом районе сегодня были люди из ДПР. Это такой паршивый бардак.

Вместо того, чтобы улыбнуться в ответ, я пригвоздил его к месту холодным взглядом. Он замер, как олень, попавший в свет фар. Его подсознание знало, что я здесь главный и что я могу сломать его руку, как прутик.

Я пожал ему руку для приличия.

— ДПР разберется с этим дальше, шериф. Женщина задавила волка, вот и все. Произошедшее в «Тап-Хаусе» тоже было нападением животного. Ни один из инцидентов не требует дальнейшего расследования.

Я позволил своему влиянию альфы заставить его подчиниться. Это был не контроль разума, просто сила грубой, неоспоримой власти. Больше всего на свете большинство людей просто хотели, чтобы им сказали, что делать, а этот человек поверил бы во что угодно, лишь бы чудовища исчезли.

Ошарашенный шериф кивнул.

— Конечно, именно об этом я и думал. Просто нападение животного.

— И, шериф, не афишируйте отчет. Мы не хотим, чтобы местные жители разгуливали по городу с наполовину взведенными ружьями в поисках бродячих волков.

Он энергично пожал мне руку.

— Конечно. Рад помочь. Нельзя, чтобы люди вокруг были такими взвинченными. Сейчас все еще разгар туристического сезона.

Этот человек сделал бы именно то, что я ему сказал. У него едва ли был выбор.

Я отпустил его руку.

— Самое главное, убедитесь, что эта женщина благополучно доберется домой.

Он потер ладонь.

— Конечно.

Шериф забрался в свой внедорожник и завел двигатель. Он выключил мигалки, развернулся и направился обратно в город. Саванна подозрительно наблюдала за мной из окна со стороны пассажира.

Рыжеволосая женщина с татуировкой на левом плече.

Почему гадалка послала меня к ней? Как она могла помочь мне привлечь этих убийц к ответственности?

Я взял телефон и позвонил Билли, моему лучшему силовику и шурину.

— Шериф округа направляется в твою сторону. Осторожно следуй за ним на своей машине. Женщина пережила нападение, и он высадит ее у дома. Возьми две команды и оцепи место на ночь. Она — наша первая надежда, и я уверен, что они придут за ней снова. Убедись, что она не пострадает.

Я повесил трубку и сунул телефон в карман, затем направился к волку, лежащему на асфальте. Он был волкорожденным, как и я. Волк был нашей истинной формой, и мы обращались после смерти. Не все оборотни были такими. Я опустился на колени и осмотрел труп.

Дэйн.

Я узнал его по запаху. Я изгнал его из стаи в Доксайде за подстрекательство к насилию после смерти моей сестры.

Нам нужно было избавиться от тела и уничтожить улики. Если мы этого не сделаем, нам крышка. Другой бывший член стаи уже был замешан в одном из предыдущих похищений, хотя его так и не нашли. Ходили слухи, и Орден Магии — орган, управляющий всеми сверхъестественными видами, — пригрозил лишить нашу стаю неприкосновенного статуса, если мы не положим конец похищениям. Если это выйдет наружу, мы можем потерять нашу независимость. Это был бы конец закону стаи.

Я встал и вытер руки. Дэйн был предателем, а теперь он погиб на дороге. Его действия угрожали нашей стае, и у меня не было жалости к этому ублюдку.

Реджина вышла из леса, все еще полуодетая после превращения. Некоторые оборотни менялись с одеждой и все такое, но мы с Реджиной, волкорожденные, не могли. Мы делали это по-настоящему — естественным способом — с хрустящими костями и отрастающими когтями.

Судя по выражению ее лица, она потерпела неудачу. Я все равно спросил.

— Есть успехи?

Она натянула рубашку через голову.

— Никаких. Я пошла по следу волчицы к тому паршивому ресторану, но там было слишком много запахов, чтобы отследить ее как следует. Держу пари, она угнала машину. Извини.

— От нее пахло кем-нибудь из нашей стаи?

Глаза Реджины расширились от удивления.

— Нет. А что?

Я кивнул на мертвого волка, лежащего на обочине дороги. Она присела и повернула его голову в сторону.

— Черт возьми, это Дэйн.

Я поморщился.

— Я знаю. Никому не говори.

Она напряглась.

— У него есть семья в стае. Конечно, они заслуживают знать.

— Он не часть нашей стаи. Я выгнал его и его сообщников, чтобы сохранить мир в Мэджик-Сайде. Он волк-изгой, Реджина. Его семья уже несет это бремя. Они не заслуживают позора из-за того, что их еще и связывают с этими похищениями. Мы не можем допустить, чтобы стая была замешана в этом — даже наши изгнанники. Мы можем потерять все.

Она подавила страдальческое выражение лица и подчинилась. Мы должны были сделать то, что было лучше для репутации его семьи и стаи.

Реджина встала и огляделась.

— Что нам делать с телом?

Я схватил огромного волка за загривок и затащил труп в кузов нашего грузовика.

— Мы похороним его и ничего не скажем.

Она поморщилась.

— Неужели Альфа действительно должен хоронить тела в лесной глуши Висконсина посреди ночи?

С чьей-то стороны это было бы нарушением субординации, но она делала все возможное, чтобы напомнить мне, что я больше не служу своему отцу. Теперь я стал альфой — хозяином нашей стаи.

Я вытер руки о штаны и обошел грузовик.

— Я до некоторой степени доверяю нашей команде, но кто-то может ошибиться. Мы не можем рисковать, чтобы кто-нибудь узнал, что бывшие волки из Мэджик-Сайда были замешаны в этом.

Реджина покачала головой, открывая пассажирскую дверь.

— Ты делал грязную работу за своего отца, Джексон. И за свою сестру. Тебе нужно найти кого-нибудь, кто займется этим делом.

Я ухмыльнулся, запрыгивая в машину.

— Ты предлагаешь себя? Прекрасно, ты можешь стащить для нас лопату.

Фыркнув, она пристегнулась.

— Нам нужно беспокоиться, что та женщина проболтается? Как много знает эта грязная убийца волков?

Даже если он и был ублюдком, Дэйн когда-то был частью нашей стаи. Преданность была глубока, и я был уверен, что стая захочет справедливости. Стая однажды, стая навсегда.

Я завел двигатель.

— Эта женщина ничего не знает — она даже не подозревает, что в ее венах течет магия. Давай так и оставим.

— Ты думаешь, они снова придут за ней?

— Я рассчитываю на это. Похитители выбрали ее целью не просто так. Вдобавок ко всему, она убила одного волка и может опознать другую, которая напала на нее. Она все равно что мертва, если мы не сможем ее защитить.

Реджина склонила голову набок.

— Разве мы не должны забрать ее в Мэджик-Сайд? У нас есть конспиративная квартира, ты знаешь. Мы могли бы привлечь ее к ответственности по законам стаи, как только все это закончится.

Я зарычал, и она отвела глаза.

— В идеальном мире — да. Но прямо сейчас у нас нет никаких зацепок, по которым можно работать. Мы не знаем, почему происходят похищения или где эти волки-изгои организовали свою оперативную базу — если она у них вообще есть. Лучший шанс выследить их — это поймать одного из них и заставить его заговорить. Так что мы остаемся здесь и ждем, когда волчица вернется.

Моя помощница кивнула.

— Ты хочешь использовать рыжую в качестве приманки.

Перед нами простиралось темное, пустое шоссе. Где-то дальше по дороге девушка из маленького городка направлялась домой, совершенно не подозревая о монстрах, таящихся в каждой тени.

Саванна собиралась привести меня к ответам, так или иначе.

Я сжал челюсти.

— Я собираюсь выяснить, кто стоит за этими похищениями, и обезвредить их любыми необходимыми средствами — даже если мне придется заманить их в ловушку с помощью этой женщины.

4

Саванна

Я была чертовски уверена, что Джексон Лоран промыл мозги шерифу. Как, я не знала.

По дороге домой я попыталась обсудить это с шерифом, но он был неправдоподобно привержен теории, что это было нападение волка и что похитители тут ни при чем. Хуже того, он не собирался проводить расследование.

— Я понимаю, что все кажется запутанным, Саванна, — объяснил шериф, — так что посмотри на это с другой стороны — если бы ты действительно сбила кого-то на дороге, это было бы непредумышленным убийством. И тюремный срок. Так что давай не будем копать слишком глубоко, а? Так будет лучше.

Я села на руки, чтобы убедиться, что не задушу его. Точка зрения Кеплера имела смысл, но я знала, что видела то, что стояло посреди шоссе, и это была не мохнатая собака. Мне нужна была правда. На меня напали и чуть не похитили, и это может случиться снова.

От отчаяния, близкого к тому, чтобы закипеть, я оставила попытки поговорить с Кепом и прокручивала события в уме, пока мы с грохотом катили по залитой лунным светом дороге. Некоторые вещи я просто не могла понять — когти, горящие глаза и человек в черном пикапе. Но я поняла несколько вещей.

На меня напала пара. Вероятно, они стояли за другими похищениями. И их целью была конкретно я.

Более того, я была готова поспорить, что они схватили Мэдисон Ли — рыжеволосую женщину из телевизора — случайно. Они искали меня. Татуированный мужчина даже сказал:

— Мы не можем снова все испортить, — прямо перед тем, как они набросились на меня.

Я сделала глубокий вдох. Кто они, черт возьми, такие, и почему они охотились за мной? Я должна была выяснить. Это было приоритетом номер один. К сожалению, казалось, что Лоран пытается все скрыть. Он уже добрался до шерифа.

Кто он? Плохие новости, вот кто.

Он определенно был не из ДПР штата Висконсин. Я проверила его номера — Иллинойс. Так на кого же он тогда работал? На ФБР? На ЦРУ? Люди в черном?

У моей крестной, Альмы, всегда были безумные идеи о правительственных скелетах в шкафу. Возможно, ее теории были не такими уж безумными.

И что это было с его глазами? Радужки нападавших стали алыми, когда они пришли за мной. У Лорана они пару раз становились медово-золотистыми, пока мы разговаривали. Я никогда не видела ничего подобного до сегодняшнего вечера.

Мое сердце бешено заколотилось. Был ли он в сговоре с нападавшими на меня? Либо скрывал что-то, либо работал с ними?

Наверное, нет.

С такими мускулами и мощным телосложением Лоран мог бы завладеть мной прямо там, если бы захотел. От одной мысли об этом у меня по спине пробежали мурашки. Не было ни малейшего шанса, что Кеплер стал бы сопротивляться. До отставки шерифу оставалось два года — по крайней мере, все на это надеялись.

Тогда в чем заключалась игра Лорана?

Мой желудок скрутило от бесконечных возможностей, и к тому времени, когда мы наконец остановились перед домом моей крестной, меня подташнивало.

Наше жилище невозможно было не заметить даже при лунном свете. Двор был украшен всевозможными диковинными вещами. Вертушки, колокольчики, слишком много кормушек для колибри. Скульптуры из стеклянных шаров, которые не совсем квалифицировались как искусство, но и ничем другим не считались. Они были похожи на мигающие неоновые вывески, которые кричали: мы здесь и мы странные.

— Мы приехали. — Шериф постучал костяшками пальцев по рулю. — С тобой все будет в порядке?

Со вздохом я вытащила свои уставшие кости из машины.

— Спасибо, шериф. Альма меня успокоит.

— Я уверен, что она это сделает.

Он закрыл дверь и подождал, пока я войду.

Я выбрала свой путь по дорожке для медитаций, которая беспорядочно вилась вокруг дома и вела к парадному крыльцу. Альма ходила по ней каждый день, чтобы восстановить свою энергию, но я была поражена, что она еще не сломала лодыжку. Тропинка была усеяна опасными предметами, о которые можно было споткнуться: шлангами, граблями и растениями в горшках, которые мигрировали оттуда, где им было место.

Я поднялась по ступенькам нашего шаткого деревянного крыльца, перепрыгивая через две за раз.

Альма сидела на диване в гостиной, потягивая чай из чашки с огромной веточкой, которую я не узнала. Она откинула с лица длинные седые волосы.

— В чем дело, милая? У тебя совсем нет энергии.

Я попыталась заговорить, но не смогла найти слов, чтобы объяснить, что произошло.

— Боже, Саванна, ты ранена!

Она вскочила и обхватила меня руками, напряжение и ужас покинули мое тело. Если бы мне когда-нибудь понадобилась перезагрузка сил, начать можно было бы с ее рук. Она была источником добра, спокойствия и внутренней красоты.

И она была всем, что у меня осталось в этом мире.

Я посмотрела на свою правую руку. Кровь запеклась в нескольких царапинах, похожих на когти. Я отвела взгляд, не в силах думать о том, как я их получила.

Альма принесла горячую воду и мочалку и начала возиться с моей раной. Моя милая крестная заботилась обо мне с тех пор, как шесть лет назад умерли мои родители, когда сгорел наш дом. Невежественная местная газета предположила, что это был взрыв в лаборатории по производству метамфетамина, но я не поверила в это ни на секунду.

В ночь их смерти Альма забрала меня из дома подруги и привезла жить в Бальмонт.

— Люди могут прийти за тобой, — предупредила она. Она не сказала почему, но я знала, что мои родители были в чем-то замешаны. Я даже сменила свою фамилию на ее — Кейн, — и мы больше никогда не возвращались на север.

Алма насильно вложила чашку чая мне в руки.

— Выпей это. Это восстановит твои чакры. И расскажи мне все.

Я вдохнула землистый аромат и сделала глоток. На вкус он был как грязь, а пах как коровье дерьмо, но если бы это могло прочистить мне голову, я бы выпила его галлон.

Альма сидела и ломала руки, пока я посвящала ее во все детали. Когти и алые глаза она восприняла спокойно, но когда я упомянула Джексона Лорана и его влияние на шерифа, она побледнела.

— Человек из правительства. О боже, Сави, это ужасно.

Моя крестная жила в страхе перед темными правительственными чиновниками, притаившимися в уголках ее воображения. Я всегда думала, что это просто паранойя, но теперь я представила себе человека из черного пикапа, выходящего в свет фар, таинственный силуэт.

— Что мне делать? — Пробормотала я, слишком измученная, чтобы думать.

— Тебе нужно убираться из города, Сави!

Затем она вылетела из комнаты, оставив мою челюсть трепыхаться на ветру.

Мгновение спустя Альма вбежала обратно, волоча пустой, слишком большой чемодан.

— Я всегда боялась, что этот день настанет.

— Что ты имеешь в виду?

— Ну, должно быть, это грехи твоих родителей возвращаются к тебе. Когда я привела тебя сюда, я знала, что это только вопрос времени, когда кто-нибудь придет на поиски.

Действительно ли мои родители были так глубоко в дерьме, что люди стали бы охотиться за мной шесть лет спустя?

— Это не может быть из-за дел рук моих родителей, — запротестовала я. — Было еще четыре похищения.

Альма вложила мне в руку листок бумаги.

— Дорогая, я не знаю, было ли это связано со взрывом, в результате которого они погибли, но они знали, что кто-то придет.

Я развернула бумагу и обнаружила записку — к моему удивлению, написанную рукой моего отца: Если с нами что-нибудь случится, присматривай за Саванной. Увези ее. Если ты считаешь, что есть опасность, или если кто-нибудь придет на поиски, отправь ее к Лорел ЛаСаль, 7546, Уайлдхейвен-авеню, Мэджик-Сайд, Чикаго.

Меня охватило замешательство, и мне пришлось опереться о дверной косяк. Мои родители знали. В чем, во имя всего Святого, они были замешаны?

Я оторвала взгляд от записки.

— Кто такая Лорел ЛаСаль?

— Твоя тетя.

Мир закружился, и я покачала головой, не совсем понимая.

— У меня есть тетя? И ты знала?

Мое сердце бешено заколотилось. Я попыталась обуздать свои эмоции, но это было невозможно, и гнев закрался мне под кожу. До этого момента, моей семьей были только я, мои родители и Альма. Я стиснула зубы. Почему она скрывала это от меня?

Пожилая женщина села на низкую кушетку и посмотрела на свои переплетенные пальцы.

— Я знала, что у тебя есть семья в Иллинойсе, но это ни к чему. Твои родители всегда говорили, что, если с ними что-нибудь случится, они хотели бы, чтобы я растила тебя здесь, в этом городе. Что никто другой не должен быть в этом замешан.

Реальность ситуации накатила на меня, пока я все обдумывала.

Я никогда не встречала тетю. Никогда даже не слышала о такой. Мои родители умерли, когда мне было шестнадцать, а Чикаго был недалеко. За эти шестнадцать лет у них было много возможностей встретиться.

Альма не лгала.

Записка выпала из моей руки.

— Они не хотели, чтобы я знала.

Она кивнула.

— Твои родители никогда особо мне не рассказывали. Они были замешаны в каком-то нехорошем деле, хотя я не уверена, в чем именно. Они уехали на север, чтобы исчезнуть. Единственное, что когда-либо говорила мне твоя мама, это то, что твой отец происходил из чрезвычайно опасной семьи. Смертоносной семьи.

Я опустилась на диван рядом с ней.

У меня есть тетя.

Альма сидела тихо, неподвижно примостившись на краешке подушки. Я почти ощущала вкус ее эмоций — горький вкус цикория, как у корня одуванчика.

— Почему моя тетя не приехала за мной? После смерти мамы и папы?

Она тряхнула седыми волосами и взяла меня за руку.

— Все, что я знаю, это то, что твои родители любили тебя больше всего на свете. И если они не хотели, чтобы ты знала о своей семье в Чикаго, то это было для твоей же безопасности.

— Так что на счет — сейчас?

— Звучит так, будто в город приехал бугимен.

Я с трудом сглотнула, и мы сидели молча, держась за руки, слышался только звон деревянных колокольчиков снаружи.

Наконец, я встала.

— За мной охотятся. Парочка из какого-то захолустья нацелилась на меня.

Альма кивнула.

— Похоже на то.

— Я понятия не имею, почему они охотятся за мной, но мне нужно это выяснить. Местные власти думают, что я умолишенная, и все это пытается замять правительственный чиновник на черном пикапе.

— Типично.

— Есть шанс, что это может быть связано с моими родителями, и они оставили записку, что, если меня когда-нибудь будут искать, я должна пойти…

— Не говори мне! — Вмешалась Альма.

— Что?

— Ах, ах, ах. — Альма заткнула уши. — Если ко мне придет представитель правительства и спросит, куда ты пропала, я чертовски уверена, что не хочу знать правду. Насколько я знаю, ты уехала в Тускалузу учиться в художественной школе, как всегда планировала.

— Но ты уже…

Альма подтолкнула меня к моей комнате.

— Собирай свои вещи и отправляйся в художественную школу!

Я ошеломленно покачала головой. Я любила Альму, но она была законченной чокнутой в соломенной шляпе.

Блин, я надеялась, что это не подействовало на меня.

Внезапно мой желудок сжался.

— Моя машина в ремонте. Рэнди пришлось отбуксировать ее.

Альма вытащила из кармана пачку наличных и протянула ей.

— Пусть он все починит, и побыстрее.

Я сунул деньги обратно.

— Я не могу их взять.

— Я их копила. Они тебе понадобятся, чтобы та развалюха доставила тебя туда, куда ты направляешься.

Сдавшись, я приняла ее подарок, затем вытащила из-под кровати маленькую сумку — сумку для вещей, которая была у меня в ту ночь, когда сгорел наш дом. В ней было полно неприличных вещей и пыли, но также несколько запасов, которые мне понадобятся, если мне когда-нибудь придется бежать. Мой желудок скрутило. Все эти годы я держала сумку под кроватью, как будто какая-то часть меня знала, что я никогда не буду в безопасности.

Я начала беспорядочно швырять нижнее белье и носки внутрь. Я действительно собиралась уехать из города?

Я никогда не была из тех, кто убегает от своих проблем. Обычно я просто надирала им задницы и заставляла расплачиваться по счетам.

Это не типичные проблемы типа «дай им по яйцам», Сави.

Но человек на черном пикапе предупредил меня, чтобы я не уезжала из города. Больше всего это говорило о том, что творится дерьмо. По моему опыту, когда кто-то велел тебе стоять спокойно и закрыть глаза, тебе нужно было убираться с дороги к чертовой матери.

Может быть, опасная семья — это как раз то, что мне сейчас нужно.

— Я не убегаю, — сказала я своим носкам и тому подобному. — Я собираюсь выяснить, какого черта люди охотятся за мной.

Чтобы сделать это, мне нужно было узнать о своей семье в Чикаго и о том, почему они были настолько опасны, что мои родители никогда не рисковали рассказывать мне о них.

Из сковороды и прямо в огонь.

Жаль, что я не любила готовить.

5

Джексон

Я взглянул на часы и сжал кулаки. Час дня.

Волчица где-то охотилась, пока я торчал в своем гостиничном номере, пересматривая каждую сделку, которую мы заключали с разрозненными стаями Великих Озер. Они использовали похищения и слухи, чтобы нанести ущерб нашей репутации и вынудить меня пойти на уступки.

Я зарычал на оборотня на экране ноутбука.

— У нас был один и тот же договор о праве проезда с вашей стаей в течение тридцати лет. Сделка должна оставаться в силе. Ничего не изменилось.

Мак, альфа стаи Верхнего Полуострова, погладил свою седую бороду.

— Но это так. Мы не хотим, чтобы ваши городские волки приближались к нашей территории, пока не прекратятся эти похищения. Извини, Джекс, но так оно и будет.

— Мы не имеем никакого отношения к похищениям.

Мак наклонился вперед.

— Насколько я слышал, камеры видеонаблюдения зафиксировали номерной знак грузовика похитителей после нападения в прошлом месяце. Он был зарегистрирован на одного из ваших волков.

Черт. Информация из Ордена просачивалась как сквозь сито. Была ли эта деталь причиной появления всех слухов о нашей стае?

Реджина неловко поерзала рядом со мной. Она почувствовала запах моей ярости.

— Это была украденная машина, принадлежащая бывшему члену стаи. К нам это не имеет никакого отношения, — вмешалась она.

Мак проигнорировал комментарий и придвинулся ближе к камере.

— Затем я слышал, что три дня назад трио волков убили ведьму. Двое были оборотнями, но один волкорожденный. Такого сотрудничества здесь не бывает. Но в Доках… твои ребята немного смешанной породы.

И я почти уверен, что этим волкорожденным был Дэйн.

Мне пришлось сдержать свои когти и сохранять спокойствие. Мак не почувствовал, что я лгу, в отличие от Реджины.

— Это слухи и домыслы. Никто из Доксайда не замешан. Но очевидно, что ты хочешь пересмотреть условия сделки. Прекрасно. Удачи в распространении твоего гребаного продукта в Мэджик-Сайд без нас.

Неужели он действительно ожидал, что я подчинюсь? Сначала я разберусь с его стаей и посмотрю, как они будут умолять стоя на коленях.

Мой старый друг поднял руки.

— Подожди, Джекс. Ты серьезно? Я просто говорю об уступках.

У меня зазвонил телефон.

Тони.

— Я должен ответить на звонок.

Я захлопнул ноутбук и вышел на бетонный балкон дерьмового мотеля — единственного в Бальмонте, — затем ответил на звонок.

— Что у тебя?

— Женщина уезжает, — сказал Тони. — Мы предполагаем, что она собирается забрать свою машину. Стоит ли нам преследовать ее?

Новые проблемы.

— Не преследуйте, — ответил я. — Я должен быть основным контактным лицом. Она в машине? Пешком?

Тони помолчал.

— Роликовые коньки.

Мои брови взлетели вверх.

— Что?

— Коньки. Те что быстро двигаются.

Я покачал головой. Ролики? Кем была эта женщина?

— Хорошо, я отправлюсь за ней. Ты заскочи в бар. Посмотри, не появится ли кто.

Я повесил трубку и позвал Реджину.

— Нам нужно идти. Сейчас же.

Она заперла за нами дверь.

— В чем дело?

Я вытащил ключи из кармана, пока мы шли к машине.

— Кейн, кажется, собирается забрать свою машину. Нам нужно убедиться, что какое-то время она не будет починена, по крайней мере, до тех пор, пока волчица не появится снова.

— А ты не можешь послать кого-нибудь другого? Это была важная встреча, которую ты только что отменил.

Засранцы с Верхнего полуострова беспокоили меня меньше всего, и я зарычал, открывая Ф-250.

— Это важно. Важно остановить похищения. Нападавшие на Кейн, вероятно, знают, что мы с тобой в городе. В таких местах, как это, слухи распространяются быстро. Я не хочу, чтобы кто-то еще из нашей команды раскрыл прикрытие.

Мы загрузились и с грохотом выехали со стоянки. У меня зачесались ладони. Что-то подсказывало мне, что с этой женщиной будут проблемы.

Как только мы свернули на окружную дорогу, мы быстро обогнали ее. Наш грузовик и ее ярко-синие ролики не могли соперничать. Тем не менее, я зачарованно смотрел, пока мы равнялись. Она низко наклонилась и, раскачивая свои длинные, стройные ноги из стороны в сторону, скользила по дороге с парой белых кроссовок, перекинутых через плечо. Ее движения были такими плавными и элегантными, это было похоже на танец, и то, как изгибалась ее попка под этими обрезанными шортами, разжигало жар глубоко внутри меня.

Я сбавил скорость, когда мы объезжали ее. Для безопасности.

Реджина сердито посмотрела на женщину, когда мы проезжали мимо.

— Эта убийца волков должна предстать перед судом по законам стаи, а не кататься по городу.

В ее словах прозвучало отвращение, но я понял. Саванна убила члена стаи. Я выгнал Дэйна, но один раз стая — всегда стая. Самооборона это или нет, но для его семьи должна была восторжествовать какая-то справедливость.

Глаза Реджины, казалось, говорили: твоя сестра без колебаний притащила бы Саванну за ее длинные рыжие волосы. Стефани верила в Старые Обычаи, как и многие в стае.

Однажды она стала бы альфой.

Я крепче сжал руль.

— Провидица сказала мне, что эта женщина приведет нас к ответам. Она нужна нам сейчас, и мы будем защищать ее до тех пор, пока этого не произойдет.

Реджина напряглась.

— Тебе не следовало идти к той провидице. Прорицание — одно из темных искусств.

Я ничего не сказал.

— Только мать-луна знает будущее, — настаивала Реджина. — Ты должен был хотя бы предупредить меня.

Наша стая запрещает извращенные оккультные практики. Моя сестра никогда бы не пошла к провидцу. Но Стефани была мертва, я был главным, и мы были в отчаянии.

К черту старые правила.

— Провидица завела нас так далеко, — пробормотал я.

Она фыркнула.

— И что, ты собираешься начать нарушать все наши табу? Ты попробуешь гадать в следующий раз?

Для нашего вида было невозможно использовать такую магию, но я предупреждающе зарычал на нее.

— Я сделаю все, что потребуется, чтобы защитить стаю.

В ее глазах появилось сожаление.

— Вот почему я беспокоюсь, Джексон. За это придется заплатить. Судьбы берут столько, сколько дают.

— Я знаю.

Хотя я и не сказал Реджине, провидица уже предупредила меня. Если ты найдешь эту женщину, ты найдешь ответы, которые ищешь. Но эти ответы уничтожат тебя.

Это не имело значения — это сделала стая, и я справлюсь со своим собственным уничтожением, когда придет время. А пока мне нужно было положить конец этому безумию.

Реджина посмотрела в боковое зеркало и скрестила руки на груди.

— Итак, что мы собираемся делать с этой женщиной? Просто сидеть и смотреть, как она катается на роликах?

Это был бы хороший вид.

Реджина почувствовала бы мое возбуждение при этой мысли, поэтому я зарычал и взял разговор под свой контроль.

— Если ты хочешь повесить на нее то, что она сделала с Дэйном, можешь поспорить, что его напарница-волчица захочет разорвать Кейн в клочья.

— Хорошо, что эти двое похитителей не были парой.

Она была права. Если бы они были настоящей парой, волчица не убежала бы. Она бы прорвалась сквозь дверцы машины и разорвала Саванну на части или погибла, пытаясь это сделать. Я уже видел, как это происходило раньше: Билли, мой шурин, впал в неистовство, когда умерла моя сестра. Потребовались все мои силы — и моего отца, — чтобы помешать ему развязать войну с гребаными колдунами, которые убили ее.

Но даже если эти двое не были парой, пропавшая похитительница была волчицей, и она пришла бы в поисках мести.

— Тогда каков наш план? — Спросила Реджина, отвлекая меня от воспоминаний о смерти Стефани.

— Я прослежу, чтобы механик не починил машину Кейн. Потом мы с тобой притворимся, что уезжаем из города этим вечером, и вернемся обратно через лес. Я надеюсь, что волчица вернется, как только мы уйдем, и остальная команда сможет наброситься на нее и выбить из нее ответы на некоторые вопросы.

Чтобы проехать через Бальмонт, не потребовалось много времени. Городок был незначительным, и его можно было не заметить, если моргнуть. Я заехал к Рэнди и припарковался перед одной из открытых дверей ангара. Машина Саванны Кейн стояла во втором ангаре.

В маленьком темном кабинете никого не было. У меня не было ни времени, ни терпения ждать, поэтому я нырнул в темный гараж. Мои глаза привыкли через секунду, и я увидел механика с опущенной головой за открытым капотом «Гран-Фьюри» Кейн.

— Ты Рэнди? — Спросил я.

Мужчина выпрямился и схватил испачканное полотенце.

— Да. Чем я могу вам помочь?

— Моему грузовику нужна замена масла.

В этом не было необходимости, но люди не могли чувствовать ложь, как оборотни.

Рэнди начал вытирать грязь с пальцев.

— Как насчет сегодняшнего обеда?

— Я спешу. Я заплачу дополнительно.

Это была не просьба.

Механик оглянулся на потрепанную машину женщины, взвешивая свои приоритеты. Это было идеальное начало.

— Черт возьми, похоже, эта штука в довольно плохом состоянии.

Он кивнул.

— Можно и так сказать. Бедняжка прошлой ночью задавила волка. Посмотри на эти следы когтей — похоже, эта чертова тварь напала на машину. Слава Богу, эта тварь мертва. Они должны перестрелять их всех.

Вместо того, чтобы вонзить когти в глаза Рэнди, я заставил кулак разжаться.

— Насколько все плохо?

— Ну, это зависит от обстоятельств. — Механик почесал затылок все еще жирными пальцами. — Владелица хочет вернуть ее как можно скорее, и технически она работает. Мне просто пришлось заново подсоединить несколько шлангов радиатора. Я не знаю, как радиатор не треснул пополам. На удивление, большая часть повреждений носит косметический характер.

Я подошел ближе и позволил своему альфа-присутствию окутать мужчину.

— Похоже, повреждения намного серьезнее. Тебе комфортно отправлять женщину в дорогу на непригодном для движения транспортном средстве? Покрывает ли это твоя страховка?

Запах растущего стыда и вины механика затопил мои чувства. Он потер подбородок.

— Ну, я на самом деле не задумывался об этом с такой точки зрения. Я знаю Саванну несколько лет. Милая девушка. Я не смог бы жить в мире с самим собой, если бы с ней что-то случилось из-за того, что я плохо починил ее машину.

Я кивнул. Мое альфа-присутствие работало лучше всего, если я подводил людей к выводам, которые соответствовали их убеждениям. Шериф не хотел верить, что монстры могут быть в его захолустном городке, поэтому он с готовностью согласился с тем, что все это было нападением волков. Механик, с другой стороны, вероятно, гордился своей работой и репутацией.

Я выудил из кармана пачку банкнот и начал отсчитывать сотенные. Глаза Рэнди расширились, когда я сунул ему в руку пачку наличных.

— Я уверен, что на это уйдут недели, если ты собираешься починить полностью все. Это первоначальный взнос. Я оплачу весь счет в два раза дороже обычной цены, просто удостоверься, что бы ты не торопился. И не говори этой женщине о нашей договоренности.

Он медленно кивнул и взял деньги.

Я бросил ему ключи.

— Сначала замени масло.

Рэнди поймал их сложенными лодочкой руками и направился вперед, чтобы загнать мой «Ф-250» в пустой отсек, оставив меня наедине с «Гран-Фьюри».

Я оглянулся через плечо и выпустил когти, готовясь испортить несколько важных частей двигателя, но Реджина тихо свистнула, и я замер.

Убрав когти, я шагнул к краю гаража как раз в тот момент, когда Саванна промчалась по улице.

6

Саванна

Уф.

Кататься на роликах оказалось намного сложнее, чем я помнила.

Я не вставала на коньки с шестнадцати лет. С тех пор многое изменилось, включая мой размер обуви, и мои ноги выкрикивали ругательства в адрес остального моего тела.

У Альмы больше не было машины, а на ее старом синем, как птичье дерьмо, байке спустило колесо, а я не хотела ловить такси — не то чтобы здесь было легко передвигаться. В качестве последнего средства я достала из шкафа свои старые ролики. Они были у меня с собой, когда Альма увезла меня в Бальмонт, и с тех пор я их не надевала. Коньки были для детей, а после смерти мамы и папы я уже не была ребенком.

Как только я преодолела боль в ступнях, меня охватила эйфория от скорости и пребывания на открытой дороге с ветром в волосах. Я вспотела, и моя блузка была влажной, так что ветерок казался божественным.

На самом деле, эти ролики все еще были довольно хорошим средством для передвижения.

Я свернула за поворот, и на дороге показался кузов автомобиля Рэнди. Стоянка перед домом была пуста, но в левом отсеке стоял черный грузовик с номерами Иллинойса. Мой желудок скрутило, а к горлу подступила желчь. Какого черта этот засранец здесь делал?

Я заехала на стоянку и начала сбавлять скорость, когда из тени гаража выступила темная фигура. Я отпрянула назад, моя нога зацепилась за гравий, и я взлетела в воздух.

Вместо того, чтобы упасть на тротуар, я дернулась, когда две сильные руки схватили меня и поставили на нетвердые ноги. Электрический разряд пробежал по моему телу, и дрожь пробежала по коже.

Джексон Лоран.

Легкий ветерок донес запах его лесного одеколона, и жар разлился внизу моего живота. Его зрачки расширились, когда его темные глаза впились в мои.

О Боже.

С горящими щеками, словно я провела день на солнце, я неловко высвободилась из его сильных рук и неуклюже балансировала на своих ногах. Я была вся в поту, и моя блузка прилипла к телу в неудобных местах.

Джексон, с другой стороны, был так же великолепен, как и прошлой ночью, только сегодня на нем был деловой костюм, который хорошо контрастировал с его взъерошенными волосами и заросшим щетиной подбородком. Его темно-карие глаза прошлись по моему телу, и его губы изогнулись в улыбке.

— Тебе следует смотреть на дорогу.

Я прерывисто вздохнула, когда его хриплый голос прокатился по моим нервным окончаниям.

— Я споткнулась о камень.

Кровь прилила к моему и без того красному лицу. Это все, что я могла сказать? Отчаянно пытаясь восстановить чувство собственного достоинства, я рявкнула:

— Какого черта ты здесь делаешь?

— Замена масла. Что ты здесь делаешь, мисс Кейн? Надеюсь, не планируешь уезжать из города?

Я чертовски в этом уверена.

Что-то в нем заставило волосы у меня на затылке встать дыбом, хотя я и не могла точно определить, что именно. Сила. Присутствие. Скрытое влияние опасности.

Я отвела от него взгляд.

— Я проверяю свою машину. Прошлой ночью я попала в аварию, помнишь?

Он улыбнулся, хотя это и близко не было искренним.

— Да. И, как назло, мы хотели задать тебе несколько вопросов о том, что произошло. Позволь мне представить Реджину Мартин.

К нему подошла женщина с каштановыми волосами и протянула руку. Ее улыбка не коснулась глаз — даже близко не коснулась. В то время как выражение лица Джексона было приятным фасадом, то, что было на ее лице, было жалкой ложью. Я чувствовала это по ее запаху. В то время как ее протянутая рука говорила: давай будем друзьями, все остальное в ней говорило: я хочу оставить твое тело в канаве.

Не-а. Я знала, что лучше не пожимать руки таким людям.

— Извините, я пришла за своей машиной. Может быть, в другой раз.

Я наклонилась в сторону, чтобы заглянуть в гараж, но обнаружила, что Рэнди занят ремонтом машины Джексона, а не моей.

Осел.

Игнорируя руку Реджины, я оттолкнулась правой ногой и проехала мимо Джексона и его прихвостня с кислым лицом в гараж.

Неумолимый взгляд Джексона не отрывался от моей спины, и я не могла перестать думать о том, как от этого моя кожа покраснела и стала чувствительной.

Здесь жарче, чем на рыбном рынке.

Я, спотыкаясь, подошла к Рэнди на роликах.

— Привет! Как моя машина?

Рэнди сдвинул шляпу на затылок.

— Довольно потрепанная. Мне понадобится пара недель, чтобы починить ее.

Я бы не удивилась больше, если бы он плеснул мне в лицо моторным маслом.

— Что за дерьмо, Рэнди? Ты сказал мне, что она заработала всего тридцать минут назад!

Его взгляд скользнул по моему плечу и обратно.

— У меня была возможность взглянуть еще раз. Если копы не арестуют тебя за разбитую фару, транзистор или радиатор оставят тебя застрявшей там, где ты не хочешь быть. Это нужно починить.

Гнев вскипал во мне, но ему не хватало хорошего выхода. В то время как у меня был нюх на ложь, Рэнди говорил правду — моя машина была испорчена.

Жар взгляда Джексона был практически невыносим. Я оглянулась через плечо, затем наклонилась к Рэнди и понизила голос до шепота.

— Ты же знаешь, я не могу позволить себе все это исправить. Я на мели, и моя страховка дерьмовая.

Он улыбнулся.

— Что ж, есть хорошие новости. Я позвонил в твое страховое агентство. Все застраховано. Они даже не повысят твои расценки.

Так оно и было. Это была ложь, которую я ждала. Ярость заструилась по моим венам, и я уставилась на Рэнди раздирающим душу взглядом.

— Это так?

Его взгляд снова метнулся через мое плечо, сообщая мне все, что мне нужно было знать. Проклятые призраки добрались до него.

— Ты осел, — прошипела я и выехала из гаража. Подбежав к подозреваемым, я крикнула: — Что вы ему сказали?

— Ничего, — ответила девушка.

Истина.

Я резко затормозила перед стоящим мистером Лораном.

— Что ты ему сказал?

Он откинулся назад и засунул руки в карманы с довольным выражением лица.

— А что? Ты пытаешься куда-то уехать? Надеюсь, не на этой машине. Особенно после того, как я попросил тебя остаться в городе прошлой ночью.

— Почему ты пытаешься удержать меня здесь? — Рявкнула я.

Он наклонил голову.

— Почему у меня такое чувство, что ты не собираешься оставаться на месте, мисс Кейн?

Мне хотелось вонзить в его глаза кинжалы, но было действительно трудно устрашать, когда я едва держалась на роликах. Я осторожно наклонилась, стараясь не шлепнуться лицом вниз, и одарила его лучшим взглядом, на который была способна.

— Потому что люди пытаются меня похитить? Это кажется чертовски веской причиной.

Вмешалась лисица.

— Мы с Мистером Лораном пытаемся остановить эти похищения. Вы — важный свидетель. Нам нужно, чтобы вы оставались в городе, пока мы не сможем задержать виновных.

Я отступила на шаг.

— Задержать виновных? На кого именно вы работаете? Я знаю, что не на штат Висконсин, ДПР. У вас номера Иллинойса, такая хорошая подсказка, идиоты. Вы не копы, и я вам ничего не скажу, пока вы не предъявите документы.

— Мы представляем заинтересованную сторону, — сказала женщина. Похоже, она была заинтересована в том, чтобы выпотрошить меня.

— ФБР? ЦРУ?

Джексон склонил голову, и мне показалось, что я увидела золотистый отблеск в его глазах. Тот, на кого он работал, обладал властью. Контроль. Я практически чувствовала, как он излучает это. Это, а также глубокий, опьяняющий аромат леса и кедра.

Он говорил таким низким и грубым голосом, что у меня под кожей заныли мышцы.

— Тебе не нужно беспокоиться о деталях, мисс Кейн. Пока власти ничего не предпринимают, мы выслеживаем нападавших. Нам просто нужно твое сотрудничество.

Честно говоря, когда он так это сказал, в этом был смысл. Шериф Кеплер был чертовым идиотом, его расцвет давно миновал, и он был далеко не в своей лиге. И пока что государственное расследование ни к чему не привело. Если я хочу получить ответы, мне придется сотрудничать со шпионами.

По крайней мере, они казались немного компетентными, хотя и чрезвычайно подозрительными.

— Я не слепая, — сказала я. — Ты появился в баре как раз перед тем, как на меня напали.

Джексон огляделся.

— Мы охотимся за людьми, которые охотились за тобой.

Истина.

— Прекрасно. Вы хотите моего сотрудничества? Сначала мне нужны ответы. Вы верите, что вчера на меня напали те же люди, которые ответственны за другие похищения?

Он кивнул.

— Да.

Биение моего сердца начало заглушать шум вокруг. Дерьмо становилось реальным.

— Мои нападавшие сказали: она та самая. Меня преследуют?

— Это возможно, поэтому будет безопаснее, если ты просто отправишься домой. У нас есть люди, которые прикрывают твою спину.

Черт возьми. За мной следили? Мое сердце бешено заколотилось, а кожа похолодела, даже под жарким полуденным солнцем. Эти придурки, должно быть, из ФБР или настоящие проклятые люди в черном.

— Кто за мной охотится? — прошептала я. — Мне нужно знать. Почему меня выбрали мишенью?

— Боюсь, мы не вправе разглашать подробности сведения, — сказала женщина.

Я уставилась на Джексона. Он сказал то же самое прошлой ночью — ложь.

Это была чушь собачья.

Я шагнула вперед на своих роликах, придвигаясь так близко к Джексону, что была уверена, что он мог слышать биение моего сердца.

— Если эти психопаты охотятся за мной, назови мне хоть одну вескую причину, почему я должна оставаться на месте.

Мой рот скривился, и я почти почувствовала исходящее от него разочарование. За этими затуманенными глазами скрывался мужчина, изо всех сил пытающийся сохранить контроль. Зверь, скрывающийся под поверхностью. Мои мышцы напряглись, а волосы на шее встали дыбом.

Джексон наклонился так, что его рот оказался рядом с моим ухом, и его дыхание коснулось моей кожи.

— Ты понятия не имеешь, с кем или с чем имеешь дело, мисс Кейн, и ты не владеете всеми знаниями. Три человека, о которых мы знаем, дали отпор, точно так же, как и ты. Разница в том, что их внутренности оказались разбросанными по полу их домов, а тела были разорваны на части, кусок за куском.

Я отпрянула назад, широко раскрыв глаза.

Он выпрямился и смерил меня суровым взглядом.

— Судя по твоему вчерашнему опыту на парковке, ты можешь себе представить, каково это.

Я отрицательно покачала головой, когда образы этого татуированного психа, вонзающего когти в грудь другого мужчины, заполонили мой мозг. Монстр бросил тело мужчины на капот моей машины, как будто он был тряпичной куклой. Он схватил меня за запястье — с таким же успехом он мог бы выпотрошить меня и разбрызгать мою кровь по парковке, как на картине Джексона Поллока.

Кровожадные психи с когтями вместо ногтей. Я попала в эпизод Секретных материалов.

— Что, черт возьми, происходит? — спросила я. С миллионом вопросов, кружащихся в моей голове, это был единственный, у которого хватило сил вырваться на свободу.

Перед глазами у меня все поплыло, и я отшатнулась, но человек в черном поддержал меня своим электрическим прикосновением и приподнял мой подбородок. Его глаза стали медово-золотыми, а голос хриплым.

— Монстры реальны, мисс Кейн. Ты не сможешь убежать от них, и куда бы ты ни пошла, они найдут тебя.

Мой адреналин подскочил, когда необъяснимые ощущения захлестнули меня. Холод. Запах сосны. И вкус горького шоколада.

Джексон Лоран навис надо мной, и я не могла не заглянуть в его горящие глаза.

— Ты в опасности. Я единственный, кто может защитить тебя, но только если ты будешь делать то, что тебе говорят. Оставайся дома, если ты не на работе. Не уезжай из города. Я позабочусь обо всем остальном.

В голове у меня все закружилось, а желудок скрутило. Монстры реальны, и они охотятся на меня.

Так или иначе, часть меня знала это с самого начала. По крайней мере, я наконец получила ответ, в котором нуждалась. Я была в опасности, и Джексон Лоран был единственным, кто мог защитить меня.

Истина.

На грани слез, я попятилась.

— Мне нужно домой.

Он кивнул.

Я повернулась, оттолкнулась роликами и помчалась к дому.

Все будет хорошо, если я буду делать то, что мне говорят. Иди домой. Не уезжай из города.

Джексон позаботится обо всем остальном.

Каждый толчок моих ног приближал меня на шаг к безопасности, на шаг дальше от кошмара, которым стала моя жизнь. Колеса моих роликов завертелись, и я слилась с дорогой воедино.

Так было до тех пор, пока я не попала в выбоину и не покатилась кубарем.

Асфальт врезался мне в колени и локти, и огонь пробежал по моим нервам. В уголках моих глаз выступили слезы, и я перевернулась на другой бок, чтобы посмотреть на солнце, которое уже перевалило далеко за полдень.

Что, черт возьми, ты делаешь, Сави?

Голова раскалывалась, я с трудом поднялась на ноги и оглянулась на гаражи Рэнди вдалеке. Я пошла забрать свою машину, чтобы уехать из города, и вдруг оказалась бегущей домой, как испуганная девочка.

Кто, черт возьми, такой Джексон Лоран, и какие чары он наложил на меня? Когда он был рядом, я не могла думать или избавиться от непреодолимого желания угодить ему.

У него, должно быть, чертовски странные феромоны.

Я снова поехала, теперь уже медленнее, по мере того как ясность возвращалась к моим мыслям.

Монстры охотились за мной, а призраки охотились за ними. Все, что мне нужно было сделать, это пойти домой, закрыть глаза и в блаженном неведении ждать, когда кошмар закончится. Мне просто нужно было подчиниться мужчине с медовыми глазами. Но если бы я выбрала этот путь, я бы никогда не получила прямых ответов. Джексон даже не сказал мне, на кого он работает.

Какой у меня есть выбор?

Мой первоначальный план? Я могла бы взять свою дерьмовую машину, рвануть из города и надеяться, что смогу добраться до Чикаго, чтобы… что? Получить ответы, выслеживая семью, которая была настолько опасна, что мои родители никогда не рассказывали мне о них?

Второй вариант был совершенно нелепым. Никаких гарантий. Высокий риск неудачи.

Но это был шанс получить ответы. Настоящие ответы.

Я прикусила губу и заставили ролики затормозить.

К черту все. Я никогда не умела делать то, что мне говорили.

Я завернула за угол и помчалась по переулку, пока не добралась до задней части гаража Рэнди. Задняя дверь была открыта, чтобы впустить ветерок, так что я прокралась внутрь — ну, насколько это было возможно на роликах. Джексон и его злобная мегера ушли, поэтому я перешагнула через кучу шлангов и автомобильных запчастей и хлопнула Рэнди по плечу.

Он резко обернулся.

— Черт, Саванна! Ты чуть не довела меня до сердечного приступа! Что ты делаешь?

Я схватила его за рубашку.

— Моя машина заводится?

Его глаза расширились.

— Д-д-да.

— Я забираю ее.

— Саванна, — сказал он, наконец-то выдавив из себя полноценное слово, — эти люди оплатят весь ремонт твоей машины. Я могу всё устроить, это как пустой чек! Будет даже лучше, чем раньше. Я могу на этом неплохо заработать. Ты могла бы ездить на новой тачке.

Моя машина была самым важным, что у меня оставалось. Последний подарок родителей. Она хранила и обещания, и несбывшиеся мечты. Но дурочкой я не была и, выставив бедро, произнесла:

— Тебе это не кажется подозрительным? В жизни ничего не достаётся даром.

— Но это же куча…

Я усилила хватку и одарила его взглядом.

Я не часто им пользовалась, только по особым случаям. В старших классах люди называли меня — Сумасшедшими глазами. Меня это устраивало, потому что я любила Orange is the New Black и Узо Адубу, и мне было все равно, что скажут люди, — главное, чтобы я получала то, что хотела.

Не то чтобы у меня были друзья, которых можно было терять.

Рэнди, незадачливый осел, теперь был объектом пристального взгляда.

— Позволь мне кое-что объяснить тебе, Рэнд-ди. Я беру свою машину. Ты не собираешься рассказывать Джексону или той зловредной женщине, и ты не собираешься признаваться, когда они придут спрашивать. Ты их не знаешь. Ты знаешь меня. Это я придумала твой дурацкий логотип для автомастерской, если уж на то пошло. Так что помоги мне. Мне нужно уехать из этого города.

Когда я злилась, мне казалось, что я становлюсь другим человеком. Как будто внутри меня была рычащая, неистовая сила, которая требовала свободы.

Наверное, так и бывает, когда твои родители взрываются на куски, а тебе потом приходится всю жизнь ходить с опущенной головой.

Рэнди нервно огляделся.

— Прости, но я ничем не смогу тебе помочь. Кажется, что эти люди оставляют тела в таких местах, где их никогда не найдут. Но мне действительно нужно отлить, и я собираюсь воспользоваться туалетом. Если бы ты случайно зашла в офис, взяла свои ключи и ушла, пока меня не будет, я бы ничего не смог с этим поделать.

Я отпустила его. Он выглядел так, словно был готов обмочиться, так что в любом случае это был неплохой выбор.

Рэнди поспешил в туалет, а я, неуклюже пошатываясь, добралась до офиса на роликах. Я была действительно рада, что там не было камер, потому что я, вероятно, выглядела как полная идиотка.

Мои ключи висели на крючке внутри двери… прямо рядом с ключами Джексона Лорана.

Иногда жизнь угощала тебя лимонадом, и тебе даже не нужно было выжимать лимоны.

Минуту спустя я была в безопасности своей «Гран-Фьюри», отчаянно пытаясь стащить с себя ролики. Натянуть их было адом, но снять оказалось ещё хуже. Кроссовки я даже не стала надевать — просто швырнула их на пассажирское сиденье вместе с коньками.

Я завела двигатель, потратила секунду на то, чтобы насладиться низким гулом свободы, и выкатилась из гаража как можно незаметнее. Отъехав на пару кварталов, я нажала на газ и помчалась домой.

Вскоре в мой разум закралось сомнение. Возможно, призраки наблюдают за мной. Но я уже была предана делу, и мне пришлось бы рискнуть.

Я позвонила Альме и объяснила ситуацию. Как только я с визгом затормозила перед нашим домом, она стащила мои сумки с крыльца, и мы бросили их в машину. Я поцеловала ее и попрощалась со своей привычной жизнью меньше чем за минуту. Затем я выехала на открытую дорогу.

Я не потрудилась выбросить ключи от пикапа Джексона в окно, пока час спустя не оказался в Иллинойсе, мчась по 20-му шоссе по пути в Чикаго.

7

Саванна

Поездка в Чикаго — полный отстой.

Моя старая «Гранд Фьюри» еле-еле удерживалась выше пятидесяти, так что приходилось петлять по объездным дорогам. Жаркое лето и разбитое пассажирское окно создавали ощущение, будто весь путь мне в лицо дул фен. Ехать в Чикаго, наверное, было ужасной идеей, на грани катастрофы. Я вздрогнула, вспомнив предупреждение Джексона.

Монстры реальны, мисс Кейн. Ты не сможешь убежать от них, и куда бы ты ни пошла, они найдут тебя.

Я переключила старое радио на 101,5 FM, чтобы послушать рок. Динамики имели тенденцию потрескивать и попискивать и звучали довольно глухо по сравнению с моими наушниками, но мне нравился этот приглушенный звук. Заиграли «Werewolves of London» Уоррена Зевона, и я стала подпевать. Эта нелепость подняла мне настроение.

Монстры. Ха! Что за чушь собачья. Но определенно происходило что-то опасное. Мне просто нужно было выяснить, что это было.

Почему эти люди напали на меня? Это как-то связано с моими родителями? Или с тем, кем я была? Вопросы продолжали крутиться в моей голове, как заезженная пластинка. Мне нужны были ответы… Но я также нуждалась в защите, и я надеялась, что Лорел ЛаСаль сможет предложить и то, и другое.

Мои родители не зря держали моих родственников в секрете. Если они были настолько опасны, то, возможно, они были достаточно опасны, чтобы держать монстров в страхе.

Конечно, все зависело от того, будет ли Лорел ЛаСаль рада меня видеть, что было довольно существенным фактором.

Привет. Я твоя отчужденная чокнутая племянница, которая думает, что за ней охотятся люди с алыми глазами и пальцами с когтями.

Может быть, я бы не стала рассказывать о монстрах.

Я нащупала записку в кармане. Это должно было что-то значить.

В моем плане найти тетю была только одна крошечная загвоздка: я не могла найти ее адрес в Google Maps, которые, похоже, не распознали Уайлдхейвен-авеню 7546 в районе под названием Мэджик-Сайд. Это было не совсем удивительно. Мой телефон был из старого банкомата Walmart. Но, по крайней мере, Чикаго был на карте, так что у меня был запасной план. Я решила, что заеду в город по 75-й улице и буду ехать на запад, пока не найду Уайлдхейвен-авеню.

Три часа спустя моя «Гран-Фьюри» была опасно близка к перегреву, и я чуть не вылетела с 75-й улицы. Я ехала медленно, дважды спрашивала дорогу и проверяла хорошо замаскированные указатели на каждом перекрестке, но не было никаких признаков Уайлдхейвен стрит или Мэджик-Сайд.

Очевидно, я сделала несколько ошибочных предположений о том, как работает система навигации Чикаго.

Приступы голода скрутили мой желудок, и глупость всего этого вызвала слезы разочарования на моих глазах. Я проехала по каким-то железнодорожным путям и просто продолжала ехать, потому что не знала, что еще делать. Предприятия с закрытыми окнами уступили место многоквартирным домам, и как раз когда я собиралась пересечь Саут-Шор-драйв, я наконец увидела знак: Мэджик-Сайд.

Стрелка указывала прямо вперед.

Проклятые карты Google.

Я вытерла слезящиеся глаза тыльной стороной запястья и поехала по обсаженной деревьями улице с учащенным пульсом. Здания прекратились, сменившись озером Мичиган, темной водной гладью, поблескивающей в лучах заходящего солнца. Я свернула на длинный мост, который тянулся через озеро в сторону Мэджик-Сайд. Широкий канал отделял пригород от остальной части Чикаго, и я заметила слабые очертания другого длинного моста на севере. Очевидно, Мэджик-Сайд был островом, как Манхэттен.

Вдоль берега озера тянулись парки, полные темных деревьев, а небоскребы, возвышающиеся на северной оконечности острова, были зеркальным отражением небоскребов в центре Чикаго. Воздух над всем городом, казалось, мерцал в сумерках.

Я взглянула на свой телефон. Карты Google показали, что я еду над бесплодным участком озера. Я протянула руку и уменьшила изображение. Острова по-прежнему не было. Я испустила глубокий, раздраженный вздох, который, казалось, содержал в себе все разочарования дня. Неудивительно, что я не могла найти адрес своей тети — чертов телефон не загружал эту часть карты.

Стресс от поездки выплеснулся из меня. Теперь, когда я нашла Мэджик-Сайд, мне должно быть легко найти дом моей тети даже в темноте — с дурацкими Google картами или без них. Я сжала руки на руле, впервые за весь день почувствовав уверенность в своем выборе.

Потом моя машина заглохла.

Фары погасли, и полностью отключился двигатель. Машина резко остановилась посередине моста, примерно в полумиле от обоих дорог.

У меня скрутило живот. Внутри «Гран-Фьюри» было мертвенно тихо.

Я нарушила тишину, заорав во всю глотку и ударив кулаком по рулю.

Фары пронеслись по машине, и раздался гудок, когда джип объехал меня, приводя в чувство. Я сидела в темно-коричневой машине без фар на темном мосту посреди озера. Я попыталась включить зажигание, но у меня в машине вообще не было электричества, поэтому я не могла включить аварийные огни. Мне следовало взять с собой сигнальные указатели, но у кого на самом деле были сигнальные указатели?

Должна ли я выйти и остановить кого-нибудь? Мое воображение рисовало картины, как я стою на мосту и меня размазывают об ограждение, когда какой-то идиот-водитель врезается в заднюю часть моего почти невидимого автомобиля.

Мимо, яростно сигналя, промчалась машина.

Дрожащими руками я вызвала службу помощи на дороге и объяснила ситуацию.

— Где вы находитесь, мэм?

— Я на мосту между Саут-Сайдом Чикаго и Мэджик-Сайдом.

На другом конце провода повисла пауза.

— Мэм, прямо сейчас местоположение вашего мобильного телефона показывает, что вы находитесь посреди озера Мичиган. Можете ли вы помочь нам определить ваше фактическое местоположение? Вы видите какие-нибудь дорожные знаки?

— Я нахожусь посреди озера Мичиган. Прямо от 75-й улицы есть мост, который соединяется с гигантским островом.

Диспетчер снова сделал паузу.

— Я не нахожу остров, о котором вы говорите.

— Тот, что прямо у Чикаго! С двумя мостами! Я на южном мосту!

— Мэм, вы пили сегодня вечером?

Я повесила трубку и в ярости сжала свой телефон, что случайно побудило Google Assistant появиться с сообщением:

— Привет, чем я могу помочь?

Мои глаза затуманились слезами, но я была в отчаянии. Может быть, там был бы ответ.

— Где я? — Слабо пробормотала я.

— Ваше текущее местоположение — озеро Мичиган, штат Иллинойс, — сообщил Google Assistant веселым голосом.

Посреди ругани в зеркале заднего вида вспыхнули движущиеся бело-голубые огни. Копы. Каждый мускул в моем теле расслабился. Очевидно, диспетчер обо всем догадался.

Белая полицейская машина проехала мимо и остановилась прямо передо мной. На ней было написано «Полиция Мэджик-Сайд» большими красными буквами под синей полосой.

По крайней мере, я была в нужном месте. Я нетерпеливо опустила стекло.

Женщина-полицейский вышла из машины, включила фонарик и неторопливо подошла. Она направила его мне в лицо, без особой необходимости.

— Вы сидите в темноте с выключенными фарами посреди оживленного моста. Вам нужна помощь?

Довольно очевидно, да.

Я держала руки на руле, не зная, что это за городские копы. Наверное, не такие, как старый шериф Кеплер.

— Да, пожалуйста. Моя машина заглохла, и я не могу включить аварийные мигалки.

Коп кивнула, вернулась к своей машине и достала из багажника несколько сигнальных указателей. Она обошла мою машину по периметру и вернулась к окну.

— Права и регистрация.

Я приготовила их и передала.

Полицейский посмотрела на них и вернула обратно.

— Мне нужно взглянуть на ваше другое удостоверение личности.

— Какое еще удостоверение личности?

Она вздохнула.

— Полагаю, вы впервые попали в Мэджик-Сайд?

Я кивнула.

Она что-то напечатала на планшете.

— Причина визита?

Боже, это было похоже на поездку в другую страну. Мэджик-Сайд не была частью Канады, не так ли? Нужен ли мне паспорт? Я пожала плечами, подыскивая ответ.

— У меня здесь семья. Я навещаю свою тетю.

Коп посмотрела на свой планшет.

— В машине есть оружие или опасные снадобья?

— Что? Нет!

— Мэм, я вынуждена попросить вас оставаться в своей машине и сдать ключи. У меня есть предупреждение о вашем номерном знаке, и мне нужно задержать вас здесь до прибытия соответствующих властей.

Я ошеломленно протянула ключи. «Гранд Фьюри» даже не работала. Это не имело значения.

Она вернулась к своей машине, вызывая кого-то по рации. Я не расслышала слов из-за бешено колотящегося сердца.

Что происходило?

Затем суровая правда обрушилась на меня, как кирпич.

Каким-то образом я только что наткнулась на правительственных людей в черном. Все сходилось. Района не было на карте. Мне нужно было другое удостоверение личности, возможно, военное. Полицейский вела себя странно и задавала странные вопросы. И у них уже было предупреждение о моем номерном знаке.

Это означало одно. Они знали, что я приеду. Человек в черном пикапе — Джексон, если это было его настоящее имя, — предупредил их.

Срань господня. Безумные теории заговора Альмы в соломенной шляпе с самого начала были верны.

Я определенно увидела то, чего не должна была видеть. Кто напал на меня? Какой-то суперсолдат на свободе?

Я была так взвинчена.

Мой пульс участился. Мне нужно бежать.

Но опять же, если бы я это сделала, они, вероятно, застрелили бы меня. Я в отчаянии и нерешительности вцепилась в руль.

Затем пара фар дальнего света остановилась позади меня, и хлопнула дверца машины.

Я посмотрела в зеркало заднего вида, когда хорошо сложенная тень появилась в свете фар. Я узнала бы этот силуэт где угодно.

Джексон Лоран.

8

Саванна

Я вцепилась в руль обеими руками и наблюдала за медленно приближающимся черным силуэтом в зеркале заднего вида.

Мне конец.

Он остановился у моего окна, оперся обеими руками о машину и низко наклонился. Я медленно повернула голову, чтобы встретиться с ним взглядом.

В его темно-карих глазах блеснуло золото.

— Мисс Кейн, мне казалось, я велел вам оставаться в Бальмонте.

Я была так напугана, что мои руки дрожали на руле, но от его голоса у меня до сих пор мурашки пробегали по спине. Были моменты для гордости, а были моменты для того, чтобы понять, как не оказаться на дне озера. Это было последнее, поэтому я умоляла.

— Прости. Я знаю, что, возможно, я увидела что-то, чего не должна была видеть, и что мне не следовало быть здесь. Просто, пожалуйста, отпусти меня. Я ничего не скажу. Пожалуйста, не убивай меня.

В воздухе повисла долгая пауза, пока мужчина ошарашенно смотрел на меня.

— О чем, черт возьми, ты говоришь?

Я отвернулась и продолжала смотреть прямо перед собой.

— Я определенно знаю, что это не какой-то секретный объект, но если бы это было так, я уверена, что, черт, была бы настолько глупа, чтобы упомянуть об этом кому бы то ни было. Никогда. Клянусь Богом. Я просто действительно хочу жить.

— Что?

Я бросила взгляд в сторону города на дальнем конце моста.

Он наклонился ближе.

— Если ты намекаешь, что это какой-то правительственный секретный отряд, то это не так. Этот город такой же, как любой другой. Полиция здесь. Ты в безопасности.

Его голос был спокойным и успокаивающим, и мной овладело непреодолимое желание снова встретиться с ним взглядом. Теперь они были глубокого медово-золотистого цвета, и необъяснимая волна облегчения расслабила мои мышцы.

Затем каскад ощущений захлестнул мои чувства. Насыщенный аромат мха и сосны. Вкус свежего снега и дыма. И я почти слышала, как ручей бежит по гладким камням. Мне показалось, что мое сердце пытается выпрыгнуть из груди.

Что, черт возьми, со мной происходило?

Часть меня внезапно почувствовала уверенность, что все будет хорошо. Я была в безопасности, копы были здесь. Я, вероятно, была в большей безопасности, чем когда-либо. Но другая часть моего разума знала, что что-то не так.

— Города нет на карте.

Джексон достал свой мобильный и открыл Waze.

— Он есть на моей карте. Возможно, тебе понадобится обновленная информация.

Я не была уверена, что мой дешевый мобильный телефон вообще можно было обновить.

Реальность обрушилась на меня, и кровь прилилась к моему лицу. Я позволила паранойе Альмы сделать из меня идиотку. Снова. Вот из-за такого дерьма старшая школа чуть не свела меня с ума, и у меня не было друзей.

Я обратила свое смущение в гнев.

— Тогда почему ты здесь, преследуешь меня? И почему мои номера переданы в полицию?

— Помимо того факта, что ты украла ключи от моего грузовика? — он зарычал, выпуская искру сдерживаемой ярости.

Я покраснела еще сильнее.

— Даже если бы и украла, чего я не делала, это не причина, по которой ты преследуешь меня.

Джексон испустил глубокий, Дай-мне-Бог-терпения вздох.

— Ты свидетель. Нам нужна твоя помощь. Ты стала мишенью. Ты можешь быть в опасности. Все это я объяснил, когда просил тебя не покидать город.

— Но почему я?

— Что касается того, почему ты стала мишенью, я не знаю. Что касается того, зачем ты нам нужна, то ты единственный человек, который может опознать нападавших.

— Так ты выследил меня до самого Мэджик-Сайда?

Он оглядел меня с ног до головы каменным взглядом.

— Я думаю, что главный вопрос, мисс Кейн, заключается в том, что вы здесь делаете?

От подозрения волосы у меня на затылке встали дыбом. За вопросом скрывалось что-то, но я не поняла что.

Этот человек, казалось, был искусен распознавать ложь, поэтому я увильнула.

— Я навещаю семью. В первый раз.

— Кого?

— Не твое дело, — отрезала я.

Его глаза приобрели более глубокий золотистый оттенок.

— У меня много друзей здесь, в Мэджик-Сайде, мисс Кейн. Кого ты навещаешь?

Я на мгновение задумалась, когда его глаза притянули меня к себе. Альма сказала, что моя семья чрезвычайно опасна, но, возможно, было бы неплохо услышать другое мнение. Возможно, он знает о них.

— Я навещаю свою тетю, Лорел ЛаСаль.

Джексон дернулся назад, как будто я ударила его по лицу, и я вскрикнула, когда машина слегка накренилась. Его глаза расширились и вспыхнули, как два солнца, и я практически почувствовала вкус его эмоций.

Глубокая ненависть.

Джексон

Конечно.

За двадцать четыре часа с тех пор, как я впервые увидел Саванну Кейн, она убила оборотня, ослушалась всех моих просьб, украла мои ключи и отправила меня в двухсотмильную погоню за дикими гусями.

Конечно. Конечно же, она была ЛаСаль.

Я должен был догадаться об этом только по горьковато-рыжим волосам. Подумать только, они показались мне красивыми с первого взгляда. Теперь единственное, что я мог видеть в них, было пламя, поглотившее мою сестру, когда она задохнулась от аконита.

Гребаная ЛаСаль.

— Все в порядке? — начала полицейский, приближаясь.

Я резко втянул воздух и посмотрел туда, где мои руки лежали на краю крыши. Они превратились в когти, и я так сильно надавил на машину, что нечаянно наклонил водительскую сторону так, что колеса оказались в трех дюймах от земли.

— У нас все в порядке, — прорычал я уголком рта.

Она остановилась и отвела глаза в знак покорности. Она была из моей стаи и сделает в точности то, что прикажут.

В отличие от женщины ЛаСаль.

Саванна уставилась на меня широко раскрытыми глазами. Она не могла видеть мои когти на крыше, но она знала, что что-то случилось… Вероятно, потому, что я оторвал машину от земли. Я попытался обуздать свои эмоции, расслабил руки и позволил себе успокоиться.

— Что это было? — Саванна ахнула.

Я заглянул глубоко в ее глаза.

— Не о чем беспокоиться. Просто порыв ветра.

— Порыв ветра? — спросила она недоверчиво.

Я усилил свое доминирование.

— Мы на мосту через озеро Мичиган. Дует сильный ветер. Нет зданий, которые могли бы его остановить.

Это было лучшее, что я смог придумать в тот момент. Кроме того, ветер действительно мог быть адским.

Она медленно кивнула, ее разум, наконец, подчинился моим намерениям.

— Наверное, поэтому Чикаго называют Городом Ветров.

Неправильно.

Саванна была необычайно устойчива к моей силе. Она все еще работало, но не так хорошо и далеко не так долго, как должно было. Может быть, все дело в ее проклятой родословной.

Я заглушил ненависть в груди и заставил себя убрать когти. Я не мог позволить отвращению затуманить мой взор.

Она не виновата в смерти моей сестры. Она не отравляла Стефани аконитом и не устраивала пожар, в котором она сгорела заживо. Саванна не была по-настоящему ЛаСаль, просто женщиной, связанной с монстрами. Я не мог держать на нее зла за это.

Она прикусила губу так, что мое сердце пропустило удар.

— Ты выглядел так, будто знал мою семью. Я не знаю. Ты можешь мне что-нибудь рассказать о них?

Они убийцы. Монстры, практикующие темные искусства.

Что я собирался делать с этой женщиной? Лучше всего говорить простые истины.

— Они опасны.

Она повернулась вперед и уставилась на город впереди.

— Я это слышала. Что значит опасны?

— Диллинджер или Капоне тебе о чем-нибудь говорят?

Одна бровь приподнялась, когда она снова посмотрела на меня.

— Ты имеешь в виду гангстеров?

— Вот что означает здесь фамилия ЛаСаль.

Она сглотнула. Трепет, но не удивление. Это было интересно.

Почему Саванна пыталась связаться с ЛаСаль, если она уже знала, что они опасны, оставалось только догадываться. Но я не мог позволить ей встретиться с ними — не раньше, чем у меня будет возможность поговорить с ней. Никогда, если я смогу повлиять на это. Они исказят ее разум и настроят против моего вида. Они научат ее ненависти и недоверию.

Момент, когда Лорел ЛаСаль поймает на крючок Саванну, станет моментом, когда она больше никогда не будет работать со мной. Она бы исчезла в Индии — районе, который контролировали ЛаСаль, — и была бы вне моей досягаемости навсегда.

Мне нужно было убедить Саванну помочь мне, прежде чем она обратится к своей семье. И мне понадобятся рычаги воздействия на случай, если она откажется.

— Здесь тебе следует быть очень осторожной, мисс Кейн. Эти люди могут быть твоими родственниками, но ты не их семья. Они будут использовать тебя. Обращение к ним подвергнет тебя гораздо большей опасности, чем та, в которой ты уже находишься. Они замешаны в очень плохих делах.

Она изучала мое лицо, вероятно, в поисках любого признака лжи. Она бы его не нашла, потому что я верил каждому своему слову.

Возможно, оборотни охотились на нее просто потому, что узнали, что она ЛаСаль. Каждая стая в районе Великих Озер ненавидела эту семью. Это не объясняло другие похищения, но могло объяснить, почему она стала мишенью.

Саванна скрестила руки на груди и ссутулилась на сиденье.

— Ну, я не собираюсь возвращаться в Бальмонт. Не сейчас, когда эти уроды бегают вокруг и охотятся за мной.

Я кивнул в знак согласия. Я отказался от этого плана в тот момент, когда она уехала из города. Не у многих была такая сила, чтобы противостоять мне, как у нее, и, по-видимому, она была очень увлечена поездкой в Мэджик-Сайд. Я не должен удивляться. Мэджик-Сайд был одним из крупнейших сверхъестественных городов в мире, и он взывал к своим потерянным детям песней сирен, перед которой мало кто мог устоять. Это могло бы объяснить все.

Может быть, судьба хотела, чтобы она была здесь. Если повезет, волки придут за ней, и я смогу поставить ловушку. Я мог контролировать всю ситуацию. Все, что мне нужно было сделать, это удержать ее на территории стаи, подальше от Индии и от ее семьи.

Проблема заключалась в том, чтобы заставить ее подыграть. До сих пор моя сила действовала на нее, когда я подталкивал ее в том направлении, в котором она хотела идти. В качестве последнего средства я мог бы пригрозить привлечь ее к ответственности за смерть Дэйна по закону стаи. Но это сделало бы все достоянием общественности, и я бы передал контроль над ситуацией старейшинам. Это, и она никогда больше не будет доверять мне. Три вещи, которые я не мог себе позволить прямо сейчас.

Я наклонился поближе к окну и привлек ее взгляд.

— У меня нет намерения мешать тебе находиться здесь, мисс Кейн, но уже поздно. Если ты не знаешь ЛаСаль, тебе определенно не захочется заглядывать к ним ночью. Эвакуатор уже в пути. Я подыщу тебе хорошего механика и приличный мотель в безопасной части города. Это большой город.

Она обдумала мои слова. Ее глаза были усталыми, и я чувствовал ее изнеможение. Она кивнула, наконец-то подчиняясь.

Я бы поселил ее в мотеле «Полнолуние» на земле стаи, а ее машину отправил в ремонтную мастерскую стаи Боди. Грузовик уже был в пути.

Я убрал руки с машины и откинулся назад.

— Это был адский день. Как насчет того, чтобы я угостил тебя ужином? Ты, должно быть, умираешь с голоду.

— Я в порядке, спасибо, — пробормотала она, но ее желудок заурчал, выдавая ее ложь, и она покраснела.

Боги. Насколько упрямым может быть один человек? Она не доверяла мне — это было ясно, — но она могла доверять женщине-полицейскому. Я повернулся к патрульной и посмотрел на нее.

— Эй, где лучше всего поесть в Мэджик-Сайде?

— «Эклипс»! Лучшая еда, которую я когда-либо пробовала, — прокричала в ответ полицейский. Она знала ответ, которого я ждал. В конце концов, «Эклипс» был моим рестораном.

Я оглянулся на скептически настроенную женщину в машине.

— Как насчет ужина в «Эклипсе»? Это меньшее, что я могу сделать. Обычно достать столик невозможно, но я могу потянуть за несколько ниточек.

Она стиснула зубы.

— Хорошо, но только если ты дашь мне ответы по этому делу. И расскажи мне, что ты знаешь о моей семье.

Я кивнул.

— О деле немного. Но я расскажу тебе о твоих родственниках. И не только. Гораздо больше, чем ты когда-либо могла себе представить.

Ее глаза горели голодом. Она жаждала информации, а не еды. Мне бы это не помешало.

— Договорились? — Спросил я. Мне даже не пришлось использовать свою силу. Она попалась на крючок обещания ответов.

Потребовалась секунда, но она, наконец, кивнула.

— Не похоже, что я собираюсь куда-то еще.

Что ж, это было достаточно близко к согласию. Она была колючей, как еж, и упрямой, как барсук.

Я был рад, что оставил Реджину в Бальмонте. Это была рискованная игра, и она разозлилась бы, узнав, что я беру ЛаСаль на ужин в самом сердце территории стаи. Если бы кто-нибудь узнал, все могло бы обернуться трагически. Я облокотился на машину.

— Просто небольшой совет, мисс Кейн. Не упоминай фамилию твоей семьи никому в этом городе. Это повлечет за собой последствия, и ни одно из них не будет хорошим.

Она напряглась, и от нее повеяло страхом.

Прибыл эвакуатор с мигающими фарами. Я отошел, чтобы договориться с водителем, но у меня был острый слух, и я слышал, как женщина ЛаСаль болтала с патрульной.

— Послушай, я здесь никого не знаю. Мистеру Лорану, ну, ты знаешь, можно ли доверять? — прошептала Саванна.

Коп заговорщицки понизила голос, но знала, что я услышу.

— Я доверяю ему больше, чем любому другому мужчине в Мэджик-Сайде. Если он говорит, что с тобой все будет в порядке, значит, так и будет. Но я могу подбросить тебя куда-нибудь еще, если тебе это нужно.

Последовала долгая пауза, и я затаил дыхание.

— Думаю, со мной все будет в порядке, — наконец сказала Саванна.

— Я знаю, что так и будет, — сказала патрульная.

Я повернулся и кивнул полицейской, благодаря ее, хотя был уверен, что она говорила искренне.

Она собралась уходить, но Саванна высунулась из окна и прошипела ей вслед:

— Эй! В «Эклипсе» действительно так вкусно готовят?

Патрульная подмигнула.

— Еда там заставит тебя выть на луну.

9

Саванна

Джексон без особых усилий закинул мои чемоданы на заднее сиденье своего черного внедорожника.

Вот и все, что я сделала, чтобы убежать от своих проблем. Теперь они меня подвозили.

Я бросила последний тоскливый взгляд на свою «Грант-Фьюри», пока водитель эвакуатора грузил его на свое транспортное средство. Он протянул мне визитку.

— Не волнуйтесь, мэм. Мы везем его в гараж Боди, одну из лучших ремонтных мастерских в Мэджик-Сайд. Она будет отремонтирована прежде, чем вы успеете оглянуться.

Я поблагодарила его и бросила на свою бедную машину последний жалкий взгляд. Я была так близко, на полпути через мост, оставалось проехать всего несколько кварталов. Я перегрела машину до предела, чтобы пересечь финишную черту, и неудивительно, что она заглохла.

Иногда ты бежал так быстро, что в итоге спотыкался о собственные ноги и падал лицом вниз. Это была я в двух словах.

Я вздохнула и запрыгнула в машину Джексона. Я не осмелилась спросить его о ключах или где он раздобыл внедорожник, чтобы преследовать меня. Меня кольнуло чувство вины. Он мог бы заказать изготовление новых ключей, верно?

Он сел в машину, завел двигатель, и мы с шумом покатили по мосту в Мэджик-Сайд.

Я глубоко вздохнула, пытаясь успокоить нервы. Неужели я действительно уезжала посреди ночи с совершенно незнакомым человеком? Полицейский поручилась за него. Тем не менее, я держала руку на балончике в кармане, хотя что-то в поведении Джексона подсказывало мне, что он мне не понадобится.

Он сидел за рулем задумчивый, явно погруженный в свои мысли, и даже не взглянул на меня. Когда я попыталась надавить на него, чтобы получить информацию, сначала он увиливал, но в конце концов я его вымотала.

— Похоже, на меня нацелились, — сказала я. — Ты знаешь почему?

Он не отрывал глаз от дороги, избегая моего взгляда.

— Нет. В похищениях не было никакой закономерности. Мы предполагаем, что те, кто был убит, были теми, кто сопротивлялся.

— Откуда ты знаешь?

— Женщина была свидетельницей нападения три дня назад, но она не разглядела их достаточно хорошо, чтобы опознать нападавших. Ты разглядела. Не хотела бы ты поработать завтра с художником по автопортретам?

Черт возьми, у меня было достаточно таланта, чтобы нарисовать их самой, но, вероятно, это было бы недостаточно официально.

— Конечно.

Закусив губу, я молча смотрела, как мимо проплывают огни города — освещенные витрины старых магазинов, вычурные магазинчики, рестораны и кварталы плотно застроенных многоквартирных домов из красного кирпича. Я ломала голову, почему эти монстры могли охотиться за мной.

Ответ, к которому я постоянно возвращалась, был о моих родителях.

— Ты сказал, что моя семья — ЛаСаль — опасны и замешаны в плохих делах.

— Да, они торгуют незаконным оружием и зельями.

Дерьмо. Мои родители торговали оружием?

Они, черт возьми, позаботились о том, чтобы я умела стрелять. В основном из винтовок, дробовиков и пистолетов, ничего тяжелого. В основном они охотились на оленей. Моя мать проводила много времени в одиночестве, охотясь в лесу. Она говорила, что это напоминает ей о том, кем она была.

Потом они погибли при взрыве. Что, если это были боеприпасы? Неужели я все детство спала на пороховой бочке?

— Моя семья… Может быть, поэтому люди преследуют меня?

Он кивнул.

— Вполне возможно. Ни одна из других жертв не была родственницей ЛаСаль, но связь могла быть. Твою семью… не очень любят в штате. Тебе определенно не следует связываться с ними, пока все это не закончится.

Может быть, мне очень, очень повезло, что моя машина заглохла. Я молча размышляла, пытаясь представить, как плохо все могло закончиться.

Через десять минут мы остановились перед ««Эклипс» ом». Парковки не было, а улица была оживленной и заполненной самыми разными колоритными людьми.

Я выскользнула из внедорожника и смешалась со странно одетой толпой. Женщина с заостренными ушами обняла мужчину в контактных линзах, придававших его глазам кошачий вид. Я всегда слышала, что Чикаго дикий, но это было не то, чего я ожидала. Там что, устраивалась какая-то костюмированная вечеринка?

— Люди в Чикаго обычно так одеваются? — Спросила я, когда Джексон обошел машину спереди.

Он передал ключи камердинеру.

— Только в Мэджик-Сайд. Мы обычно собираем самых интересных людей.

Отлично. Он пригласил меня на ужин в центр сумасшедшего города.

Я последовала за Джексоном к единственной черной двери, на которой жирными белыми буквами было написано название ресторана. Мы встали перед очередью ожидающих посетителей, и симпатичный вышибала с перекатывающимися мускулами открыл перед нами дверь. Он склонил голову, когда мы вошли. Что такого сделал здесь Джексон, что вызывает такое уважение?

Звуки джаза и аромат амбры и специй переполняли мои чувства. Официантки в красном сновали между освещенными свечами столиками, за которыми люди потягивали изысканные напитки. Они передвигались вокруг с подносами, уставленными аппетитной едой, и мой желудок застонал.

В глубине зала несколько человек покачивали бедрами и кружились в такт живой музыке группы, которую я не могла толком разглядеть на сцене. Ритм музыки был гипнотическим. От сладкого риффа из рогов у меня по спине пробежали мурашки. Я никогда не видела ничего подобного за всю свою жизнь и даже близко не была в подобном месте.

Уж точно не в Бальмонте.

Люди тоже были не от мира сего. Абсолютно великолепные, но, честно говоря, было немало людей в странных костюмах. Мне пришлось уворачиваться от чудака в повязке с рогами. Он зашел так далеко, что покрасил свою кожу в бледно-голубой оттенок. Совершенно чокнутый.

Я поймала взгляд мужчины, одетого как вампир, и внезапно все обрело смысл: должно быть, здесь проходил какой-то Комик-Кон. Я знала, что каждый год в городе проводится несколько крупных конференций по комиксам и играм, но я не была достаточно большой фанаткой, чтобы выкладывать деньги на посещение одной из них.

Я последовала за Джексоном к бару из темного мрамора, подсвеченному синими лампочками.

— Как насчет чего-нибудь выпить, мисс Кейн? — Его хрипловатый голос обволакивал меня, шепча о тайне и силе.

Я кивнула, потому что мой голос бы дрогнул. Я знала, что должна убежать от него — он был опасен. Но почему-то, когда он смотрел на меня, я не могла оторвать глаз.

Он двигался так, словно это место принадлежало ему. Люди таяли вокруг нас, пока мы не оказались в одиночестве в баре.

Кем был этот человек?

К нам подошла сурового вида брюнетка-барменша.

— Что тебе принести, дорогая?

Я обычно пила так, как пили мои предки: виски по одному стакану. Запаниковав, я попыталась придумать причудливую альтернативу и выдавила:

— Манхэттен?

— Два, — эхом повторил Джексон.

Я поймала своё отражение в зеркале за стойкой, между бутылками. На мне был помятый летний сарафан, волосы явно пережили лучшие времена. Маленький провинциальный цветок в огромном городе — и рядом самый горячий парень в баре.

Боже, как мог такой мужчина с таким прессом появиться на публике с такой потрепанной девчонкой, как я? Смущение пробивалось сквозь мою оставшуюся уверенность, как рой термитов.

Почему, ради всего святого, полицейская порекомендовала именно это место? В атмосфере было что-то почти волшебное. Это должно было быть безумно эксклюзивно, и я не могла быть более не в своей тарелке.

Я незаметно поправила свое платье и подняла глаза. С полдюжины женщин метали в меня взгляды, вероятно, недоумевая, как у меня хватило наглости быть с ним — мужчиной, вокруг которого, казалось, вращалось все заведение.

Как пощечина, это очень быстро укрепило мою решимость.

К черту их.

Прошлой ночью на меня напали какие-то психованные суперсолдаты, и я убила одного из них. Я могла бы справиться с парой барных сучек. Я тряхнула волосами, давая им понять, что убивала людей и получше и что могу носить все, что мне, черт возьми, заблагорассудится.

Затем я бросила взгляд на ту, что была слева от меня.

К моему удивлению, она отступила с потрясенным выражением лица, затем быстро отвела глаза.

Чикаго был таким странным.

Я посмотрела на Джексона и замерла. Он изучал меня. Пристально. Жар согрел мои щеки, и я опустила глаза, точно так же, как это сделала та женщина.

Бармен поставил перед нами пару «Манхэттенов», и я обрадовалась, что его прервали. Я сделала глоток и насладилась сладким и дымным вкусом, наслаждаясь тем, как виски согревает мой желудок, затем последовала за Джексоном к столику. Несколько женщин бросили на него призывные взгляды, но он, казалось, этого не замечал.

Он бы тебя тоже не заметил, если бы ты не была свидетелем.

Я поправила прическу — моя лучшая черта характера, — садясь. На секунду полные губы Джексона дернулись вниз, как будто мои волосы каким-то образом были оскорблением.

Я уткнулась лицом в меню, чтобы скрыть свой стыд. Какой бы момент уверенности я ни испытала в баре, он закончился — очевидно, он привел меня сюда только для того, чтобы купить мое сотрудничество.

Что ж, скоро он поймет, что за мое сотрудничество приходится платить высокую цену.

В меню были только маленькие порции, так что я не испытала особого смущения, когда мы в итоге заказали практически все подряд вместе с еще одной порцией напитков.

Довольно скоро подошла официантка с тарелками инжира в беконе, обжаренной брюссельской капустой и чашечками, наполненными каким-то сыром и зеленью. К тому времени, когда я съела половину, я была благодарна судьбе за то, что на мне было что-то струящееся и удобное.

Я продолжала пытаться вытянуть из Джексона лакомые кусочки информации, но он медлил или уклонялся, вместо этого отвечая назойливыми вопросами, на которые я не хотела отвечать. Загнанная в угол, я в основном опустила голову и сосредоточилась на еде.

Просто сидеть напротив Джексон было пугающе. Я чувствовала, что все взгляды устремлены на нас. Он привлекал к себе внимание, как черная дыра, весь свет и краски комнаты кружились вокруг него, медленно втягиваясь внутрь.

Я тоже.

С закатанными рукавами, слегка водя большим и указательным пальцами по краю бокала, он привлекал внимание. Я никогда раньше не видела мужчину такого телосложения. Столько силы, крепко сложенный. Его челюсть сжата, как будто он сдерживал огромную силу в своей груди.

— Кто ты? — Наконец спросила я, наблюдая, как зал изучает его.

— Я тот человек, который охотится за теми, кто напал на тебя.

— Это не ответ. Кто ты такой? На кого ты работаешь?

Он поставил бокал на стол, словно сбрасывая тяжелую ношу.

— Я управляю Доксайдом, этой частью города.

Это многое объясняло — он был королем в своем маленьком королевстве. Вероятно, могущественный политик. Неудивительно, что все, казалось, склонялись перед ним.

Я открыла рот, чтобы надавить на него, но Джексон откинулся назад и обвел меня взглядом с головы до ног. На секунду они вспыхнули золотом, и меня обдало жаром.

— Почему бы тебе не сказать мне, кто ты такая? — спросил он.

— Ты знаешь, кто я. — Я съязвила. Казалось, он много знал о слишком многих вещах.

— Кем были твои родители?

Это убило весь пыл, накопившийся во мне.

— Никто. Они мертвы, — отрезала я. — Пора перестать откладывать и рассказать мне, что происходит.

Я отправила в рот последний инжир с беконом, чтобы подчеркнуть свою правоту.

Джексон наклонил голову с веселым выражением в глазах.

— У тебя здоровый аппетит.

Осуждал ли он меня? Я вытерла липкие пальцы о салфетку.

— Меня интересует только информация.

— Что ты хочешь знать?

— Кто на меня напал? Ты сказал, что веришь моей истории — что на меня напали люди с когтями вместо ногтей. Что они преследовали меня на дороге. Что, черт возьми, это были за люди?

Джексон обвел взглядом комнату, затем встал.

— Мы должны обсудить эти вещи конфиденциально. Почему бы тебе не присоединиться ко мне на террасе?

Я кивнула. Наконец-то я собиралась получить несколько реальных ответов — и они должны были быть стоящими, потому что Джексон не хотел, чтобы люди подслушивали.

Мы взяли свои напитки, встали из-за стола и направились на террасу на крыше. Когда мы пришли, там было полно гуляк, но Джексон бросил взгляд на обслуживающий персонал, и пространство опустело за несколько минут.

Святые угодники, он просто выгнал всех, как будто это ничего не значило.

С террасы открывался вид на весь остров. Небоскребы города сверкали на северо-западе, и весь город представлял собой море света, а высоко над головой плыла почти полная луна. Легкий ветерок шевелил листья растений в горшках, и я вздохнула, по какой-то странной причине чувствуя себя здесь как дома с видом на раскинувшийся внизу город.

Я присоединилась к Джексону за маленьким столиком, расположенным рядом с перилами.

— Ладно, ты использовал свое вуду, чтобы как-то очистить террасу, — сказала я. — Теперь тебе пора начать давать мне прямые ответы. Кто на меня напал? Все это не имеет смысла.

Он небрежно облокотился на перила, обезоруживающе красивый и опасный.

— Мисс Кейн, когда ты ступила в Мэджик-Сайд, ты попала в мир, сильно отличающийся от того, который, как ты думала, ты знала. Тебе нужно будет открыть свой разум для возможностей, которые ты никогда не представляла.

— Прекрасно. Я привыкла к дурацким дискуссиям со своей тетей. Кто на меня напал?

Джексон пристально посмотрел на меня долгим, серьезным взглядом.

— Оборотни.

10

Джексон

Саванна выплеснула виски через нос и фыркнула от смеха. Через минуту она сделала паузу, взглянула на мою растущую гримасу и снова начала хихикать.

Разочарование пробралось мне под кожу.

Наконец, она вытерла глаза тыльной стороной запястья.

— Извини за это. — Она вздохнула. — Это было намного смешнее, чем должно было быть. Просто это были долгие двадцать четыре часа. Я была так напугана. Мне это было нужно.

Это будет тяжелая битва. Я потер виски и пробормотал:

— Я серьезно.

— Ага. А я Баффи, Истребительница вампиров.

— Вряд ли. Вампир убил бы тебя в одно мгновение. Ты слабая и медлительная. Но большинство вампиров, как и оборотни, не нападут на тебя, если их не спровоцировать.

Она снова начала хихикать, а я поставил свой бокал на стол и уставился на нее. Что в ней было такого, что меня задело? Будь на ее месте кто-то другой, я бы позволил ее семье все это объяснить. Но не ЛаСаль. Мне нужно было контролировать информацию об оборотнях.

Наконец Саванна успокоилась, и выражение ее веселья сменилось недоумением, когда она изучала мое лицо. Она медленно отодвинула бокал и прошептала:

— О, Боже мой. Ты действительно веришь в то, что говоришь.

По крайней мере, мы к чему-то пришли.

— Потому что это правда. За тобой охотятся оборотни.

Она закрыла лицо руками.

— О, нет, ты не из какого-то правительственного агентства. Ты сумасшедший, возомнивший себя Дэвидом Духовны из Секретных Материалов.

Раздражение волной прокатилось по мне. Это ни к чему не привело.

— Саванна, посмотри на меня, — приказал я.

Она опустила руки, и я позволил своему влиянию окутать ее.

— Ты будешь слушать. У тебя не будет предвзятого отношения. Тебе нужно забыть все, что, как ты думала, ты знала о мире. Все свои предубеждения.

Она кротко кивнула.

— Я хочу, чтобы ты описала нападавших. Что в них показалось странным?

Саванна сглотнула, опустила взгляд на стол и пробормотала:

— У них были когти вместо ногтей и горящие глаза. Они могли бегать быстрее автомобиля. Я сбила одного из них и убила другого, но на дороге остался только волк.

Она преувеличивала. Волки не могут бегать быстрее машин.

— Скажи мне, что это было? Что имеет смысл? Что соответствует тому, что ты видела собственными глазами? Говори правду, а не только то, во что ты хочешь верить, — приказал я.

Она начала качать головой.

— Это безумие. Ты хочешь сказать, что на меня напали люди, которые превращаются в волков? Что оборотни реальны и они охотятся на меня?

Когда она, пошатываясь, отошла от стола, я поймал ее за руку и почувствовал электричество в ее теле. Это было как магнит, и я не хотел отпускать.

— Да. Но тебе не нужно бояться.

— Мне не нужно бояться? Насколько это разумное утверждение? Либо это вариант «А», оборотни реальны, и они пытаются убить меня, либо «Б», я пью обычные коктейли с сумасшедшим!

— Все будет хорошо. Успокойся.

Я полностью проявил свое влияние и заставил ее подчиниться своей магией, вытесняя ужас из ее разума. Ей нужно было ясно мыслить и не паниковать.

По крайней мере, в моем присутствии было легче контролировать ее после того, как она немного выпила.

Она отстранилась и обхватила себя руками за грудь, глядя на город.

— Я не могу ни во что из этого поверить.

Даже несчастная, она была прекрасна, и по какой-то причине ее боль заставила мое сердце сжаться. Наверное, чувство вины. Она не должна была слышать это от меня… но опять же, она не должна слышать это и от своей семьи.

Наконец, она перестала дрожать.

— Думаю, мне нужен еще один коктейль.

Я подозвал официанта, который стоял далеко в стороне.

Саванна начала расхаживать взад-вперед по пустой террасе и приложила руки ко лбу.

— Ладно, псих. Ради аргументации, давай предположим, что ты говоришь правду и не являешься ненормальным. Что такое оборотни? Монстры?

У меня отвисла челюсть от ее наглости. Никто не разговаривал со мной в таком тоне.

— Не все, чего ты не понимаешь, чудовищно. Оборотни — это люди, которые могут превращаться в волков, и наоборот. Они довольно обыденны.

— Они обыденные? — пискнула она, в панике оглядываясь по сторонам широко раскрытыми глазами.

— В этом городе тысячи таких людей, живущих нормальной жизнью, как ты или я.

Саванна вцепилась в перила, изо всех сил стараясь не задыхаться. Я коснулся ее спины и вложил в нее немного своей силы, успокаивая ее своим влиянием. Она вздрогнула от моего прикосновения, от которого по моим пальцам пробежал ток и… ну, куда-то еще.

Ее дыхание выровнялось.

— Я не уверена, что понимаю. Тысячи этих монстров просто свободно разгуливают по городу?

— Не монстров. А деловых женщин, врачей и довольно многие из них пожарные, если тебе так больше нравится.

Я попытался улыбнуться, но шутка не удалась.

Она повернулась к дверям террасы.

— Ты хочешь сказать, что здесь могут быть оборотни? Прячутся и наблюдают за мной?

Я повернул ее подбородок к себе, и мои глаза засияли. В ней было что-то завораживающее. Опьяняющее. Может быть, все дело было в невинности, скрывающейся за суровой внешностью. Или, может быть, моему волку просто нравился вызов.

— Тебе не нужно беспокоиться. Есть, но это безопасно. Ты в безопасности, и они не причинят тебе вреда.

Она отстранилась.

— Но на меня напали.

— На тебя напали два очень плохих человека, которые просто оказались оборотнями. Большинство оборотней — добрые, отзывчивые, порядочные граждане, точно так же, как большинство людей хорошие. В любом случае, некоторые из них плохие.

Я окружил ее своим влиянием, успокаивая, защищая. Если она собиралась остаться в Мэджик-Сайд, самое важное, что я мог сделать, это убедить ее, что ей не нужно нас бояться.

— Это слишком, — пробормотала она.

— Я знаю. Но теперь ты часть чего-то совершенно особенного.

Я повернулся и посмотрел на сверкающие огни города.

— Это Мэджик-Сайд. Это один из крупнейших сверхъестественных городов в мире. Оборотни, вампиры, ведьмы — называй кого угодно, все они живут здесь, и их тысячи.

— Сверхъестественный город? Полный ведьм и вампиров… — Она осеклась.

Наконец-то я начал прорываться сквозь ее отрицание.

— Да. Все это и даже больше. Мы известны как Волшебники — это означает людей с магией в жилах. Ты не сможешь по-настоящему увидеть город, если только ты не Волшебник.

— Но я смогла.

— Вот именно. Ты такая же, как мы, и твое место здесь.

Я внимательно изучал ее, не в силах оторвать глаз от ее проклятых рыжих волос.

Почему судьба привела эту женщину в мою жизнь?

Чтобы помучить меня, без сомнения.

Саванна

Всего этого было слишком много.

Я прижала руку к своей колотящейся груди, желая, чтобы она успокоилась. Мной овладело головокружение, и я согнулась, просунув голову между ног.

Меня не волновало, что Джексон Лоран смотрел на меня. Я едва могла стоять, и это не имело никакого отношения к алкоголю, который я только что выпила.

— Что ты имеешь в виду, говоря, что я такая же, как ты, как все здесь? Я в что волшебница?

Он вздохнул с легким раздражением.

— Да.

Чего он ожидал? Что я приму его слова без вопросов?

Вероятно. Джексон был высокомерным ублюдком, который, казалось, добивался своего.

Я вздохнула и выпрямила спину.

— Типа, у меня есть силы?

— Да, но я не знаю, какого рода.

Я покачала головой. В это было невозможно поверить, но в его глазах не было ни намека на обман.

— И моя семья здесь, ЛаСаль. Они тоже волшебники? Ты говоришь о них, как о монстрах. Они что, оборотни? Или что-нибудь похуже?

Глаза Джексона вспыхнули яростью, и у меня возникло внезапное желание сбежать.

— Они практикуют темные искусства. Черную магию.

Его слова были пропитаны ядом, и я замерла, когда информация хлынула в мой разум. Моя семья была волшебниками, и они практиковали темные искусства — что бы, черт возьми, это ни значило. Что они такого сделали, чтобы заслужить гнев этого человека?

Я внимательно рассматривала его, когда он подошел ближе, его поза была повелительной.

— Держись от них подальше. И никому в этом городе не упоминай о своем родстве с ЛаСаль. Они могут быть причиной того, что ты стала мишенью.

— Так куда же мне, по-твоему, идти? — спросила я, чуть не плача.

Он положил руку мне на плечо, и когда между нами пробежал мягкий электрический ток, я вздрогнула. Было ли это частью его магии? Я втянула воздух и встретилась с его медово-золотыми глазами — глазами, которые проникали прямо сквозь меня, оставляя мою душу обнаженной перед ним.

— Все будет хорошо, пока ты будешь держаться подальше от своей семьи. Я устрою тебя здесь в мотеле. Тебе не о чем беспокоиться. Ты в новом мире. Магия реальна, и твой потенциал здесь безграничен.

Взгляд Джексона притягивал, как черная дыра, а его голос успокаивал меня. Тревога в моей груди испарилась, сменившись прохладным, плавным подводным течением спокойствия.

Вот так мои тревоги рассеялись, как дым, поднимающийся от свечи. Какая-то часть меня — возможно, волшебная часть меня — знала, что мне не о чем беспокоиться, потому что, наконец, я была там, где мое место.

Когда Джексон проводил меня вниз, все, что я увидела, я увидела заново.

Бармен не просто разливал коктейли и переворачивал бутылки. Он подбрасывал их в воздух, хватая те, что хотел, и вращая остальные, как вертушки. От него напитки покатились по барной стойке, зависнув в дюйме над мраморной поверхностью.

В глубине зала играла другая группа, но это была не группа, а просто девушка, подпевающая пяти инструментам, подвешенным вокруг нее.

— По-моему, я слишком много выпила, — пробормотала я.

Джексон прижал ладонь к моей пояснице.

— Тебе еще многое предстоит осознать.

Я кивнула, слишком измученная, сбитая с толку и пьяная, чтобы заметить мурашки, вызванные его прикосновением.

Его глаза утратили свой медовый оттенок и впились в меня взглядом.

— Ты встретишься с художником завтра?

Я сглотнула и кивнула.

— Я хочу помочь.

Я ожидала, что моя тетя поможет мне выяснить, почему я стала мишенью, но если Джексон сможет это сделать, тем лучше. В конце концов, я пришла в Мэджик-Сайд за ответами. Я бы взяла то, что могла получить.

Его взгляд остановился позади меня, и его челюсть напряглась, прежде чем он снова посмотрел мне в глаза. Я не была идиоткой — я могла прочитать отвращение, написанное на его лице. Моя семья возмутила его, и, по ассоциации, я тоже.

— Уже поздно, и у меня назначена встреча.

Голос Джексона был таким же холодным, как и его внезапное поведение. Или, может быть, так было всегда, и я просто была слишком глупа, чтобы заметить.

— Саманта подыщет тебе место сегодня вечером. Я пришлю машину, чтобы забрать тебя из мотеля завтра в полдень.

Он бросает меня?

— Прекрасно.

Я была слишком ошеломлена и оскорблена, чтобы думать. Чего я ожидала? Это не было похоже на свидание, но все же, после того, как он засыпал меня всей этой информацией, я никогда не ожидала, что он просто оставит меня здесь. Мои щеки горели от моей глупости.

Не сказав больше ни слова, Джексон повернулся и вышел, оставив меня наедине с собой. Ублюдок.

Внезапно я услышала позади себя женский голос.

— Я Саманта. Ты Саванна, верно?

Обернувшись, я узнала женщину-бармена, которую видела раньше. Я снова кивнула, потому что была почти уверена, что если попытаюсь заговорить, шлюзы откроются.

Она приподняла бровь.

— Ты в порядке?

Я одна в волшебном городе, и моя машина сломана. Моя единственная семья здесь, очевидно, увлекается темными искусствами и торговлей оружием, а за мной охотятся оборотни.

Я пожала плечами.

— Не волнуйся, Джексон обо всем договорился. Я отведу тебя в мотель «Волшебная луна». Это не «Четыре сезона», но там чисто, безопасно и дешево. Камердинеры заберут твои сумки.

Подозрение и любопытство закрались мне под кожу.

— Джексон твой друг?

Барменша ухмыльнулась.

— Можно и так сказать.

Я чувствовала себя полной идиоткой. Вероятно, она была его девушкой или, по крайней мере, бывшей, потому что такие привлекательные люди, как они, не могут быть просто друзьями. Я потерла пульсирующие виски, и вся сила воли, которая у меня была, исчезла. Я была как вода, плывущая по течению.

— Спасибо, Саманта, — пробормотала я.

— Зови меня Сэм.

Мы загрузились на заднее сиденье ожидавшего нас джипа и отправились в путь по залитому лунным светом городу. Я была слишком ошеломлена, чтобы думать, задавать вопросы, делать что-либо, кроме как смотреть на мелькающие огни.

На секунду мне показалось, что за нами следует черный внедорожник, но он проехал мимо, когда мы остановились перед двухэтажным мотелем. Я вытянула шею, чтобы посмотреть на гигантскую угловатую вывеску и ее логотип, большой желтый полумесяц, который продолжал мерцать.

Определенно не «Четыре сезона».

— Это дом моего дяди, — сказала Сэм, когда мы вышли из машины, возможно, почувствовав мой внезапный трепет. Она помогла мне зарегистрироваться и даже дотащила мою сумку до моего номера, пока я тащила огромный чемодан Альмы вверх по лестнице.

Сэм подмигнула, поворачиваясь, чтобы уйти.

— Не волнуйся, дорогая. Завтра все будет лучше, я обещаю.

Я трижды заперла дверь на засов и цепочку, а затем стянула сарафан и рухнула на кровать, совершенно ошеломленная миром, который только что поглотил меня. Какой бы напуганной и измученной я ни была, я была благословлена возможностью спать практически где угодно, и кровать была достаточно хорошей.

Завтра все станет лучше.

11

Саванна

Кошмар обвился вокруг меня, словно питон, медленно выдавливающий воздух из моих легких.

Татуированная женщина из Бальмонта преследовала меня через переполненный бар. Я расталкивала всех направо и налево, но люди с рогами и клыками окружили меня. Я едва могла дышать, не говоря уже о том, чтобы двигаться. В отчаянии я нырнула за стойку, уворачиваясь от летящих коктейлей и бутылок. Но я была недостаточно быстра. Женщина набросилась с длинными когтями и вонзила их в мою кожу. Моя кровь потекла по ее пальцам, а ее глаза вспыхнули багровым светом.

— Ты не убежишь! Ты дашь нам то, что нам нужно!

Когда я оттолкнулась, то поскользнулась в собственной крови и рухнула на пол. Она подпрыгнула в воздух, ее лицо исказилось, превратившись в волчье. Затем она набросилась на меня, царапая и кусая за шею, как дикое животное.

Посреди всего этого хаоса он был там. Одним быстрым движением Джексон ударил ее кулаком в грудь, и она отлетела от моего тела на стойку бара — точно так же, как тот татуированный оборотень поступил с водителем в «Тап-Хаусе».

Я, шатаясь, поднялась на ноги. Женщина бросилась на меня, но Джексон прикончил ее жестоким ударом. Он повернулся ко мне, мускулы были напряжены, грудь вздымалась. Его глаза горели золотистым светом, притягивая меня к себе, сердцем и душой.

Но мое дыхание сбилось, когда мой взгляд переместился на его руки. Это были окровавленные когти.

— Они повсюду, Саванна. — Он запрокинул голову и завыл, затем все его тело начало превращаться в волчье.

Я закричала и отвернулась, чтобы убежать, но все в баре начали ерзать и выть. Бармен, музыканты, весь персонал и посетители, один за другим, пока не осталась только одна женщина, с темно-черными косами и в джинсовой куртке. Я никогда не видела ее раньше, но в ее лице было что-то странно знакомое.

Темнота клубилась вокруг нее, как будто она смотрела сквозь крутящийся водоворот. Она улыбнулась мне.

— Ты не сможешь убежать от своей судьбы, Саванна. Они придут за тобой. Остерегайся колеса фортуны. Оно не останавливается. Время идет. Тебе нужно узнать, кто ты на самом деле, чтобы ты могла остановить тех, кто приближается.

Я закричала и забилась под одеялом, затем резко села, легкие вздымались, а по груди катился пот.

Ночной кошмар.

Я провела пальцами по влажным спутанным волосам. Я была не в своей постели. Где я была? Мотель.

Воспоминания о предыдущем дне нахлынули на меня. Барменша Сэм отправила меня сюда. Она сказала, что завтра все будет лучше.

Сэм была отъявленной лгуньей.

В голове у меня стучало, и я пожалела обо всем. Мой желудок и мысли бурлили, как озеро Мичиган в ненастную погоду. Слишком много коктейлей. Слишком много разнообразной еды. Слишком много странного в городе.

Слишком много Джексона Лорана.

Я села и потерла лоб. Я вспомнила разговор с ним на террасе на крыше «Эклипса». О магии и оборотнях — это было безумием. Неудивительно, что мне снились кошмары.

Сколько мы выпили?

Смутные воспоминания пронеслись в моей голове — бармен, летающие бутылки и коктейли по залу, люди с рогами и клыками и целый джазовый оркестр, в котором играла одна леди.

Я обхватила голову руками. Боже, я, должно быть, совсем одурела.

Хуже того, я не могла вспомнить подробности моего разговора с Джексоном. Я действительно сказала ему, что на меня напали оборотни? Или, постойте, он так и сказал?

В любом случае, это были плохие новости. Один из нас был не в себе.

Он действительно утверждал, что магия реальна и что за мной охотятся оборотни? Логическая половина моего мозга взяла управление на себя. Невозможно. Я слишком много выпила и многое перепутала. Это было отстойно, потому что мне снова предстояло выуживать из него информацию, а я действительно не хотела быть рядом с ним.

Ложь.

Что, черт возьми, мне делать?

Принять долбаный душ, вот что. Потому что я пахла отвратительно.

Как только я вошла в свою комнату прошлой ночью, я сняла сарафан и уткнулась лицом в кровать. Обычно я принимала душ, прежде чем забраться под простыни, но этот день просто вымотал меня.

Я, пошатываясь, выбралась из постели и сняла со спинки стула свое смятое платье. От него слабо пахло потом, выхлопными газами и горелой охлаждающей жидкостью. Блин, я была на каком-то свидании — неподготовленная и чересчур благоухающая.

Я вздохнула. Не то чтобы это было свидание. Скорее сбор информации.

Я стянула с себя поношенное нижнее белье и скользнула в душ, позволяя теплой воде расслабить мой разум и мышцы.

Честно говоря, я бы не возражала, если бы это было свидание, даже если бы оно закончилось странно. Место было потрясающим, и Джексон был невероятно-обжигающим-пальцы-если-подойдешь-слишком-близко-горячим. Он изучал меня весь вечер, хотя и пытался скрыть это.

К сожалению, Джексон не заинтересовался, особенно после того, как узнал, кто мои родственники. От выражения его лица на мосту и в ресторане у меня мурашки побежали по коже. Чистая ненависть. Он сказал, что они занимались торговлей оружием.

И темной магией.

Что это вообще значило? Я, наверное, неправильно все запомнила.

Возможно, именно из-за них я стала мишенью. Мне нужно было узнать о них побольше, чтобы понять, почему. Очевидно, мне нужно быть осторожной.

То, что я оказалась в затруднительном положении, не помогло. Я даже не хотела думать, сколько будет стоить ремонт «Грант-Фьюри». Тысячи, конечно, это было больше, чем у меня было, и, вероятно, больше, чем стоила старая машина. Если бы моя семья оказалась социопатами, я, вероятно, смогла бы продать ее за билет на автобус отсюда, но в противном случае я не смогла бы оставить ее здесь. Это означало, что мне нужна была работа и место, где можно было бы остановиться.

Меня охватила паника, и я решила сосредоточиться на краткосрочной перспективе, пока смывала мыло вместе со всеми оставшимися иллюзиями, которые я создала о Джексоне Лоране. Он был средством для достижения цели, способом получить необходимую мне информацию. Вот и все.

Я вспомнила, что договорилась встретиться с художником по автопортретам и что Джексон собирался прислать машину в полдень. По крайней мере, это было что-то, даже если остальное было размытым пятном.

Я вылезла, вытерлась и завернулась в полотенце. Чувствуя себя немного виноватой, я написала Альме:

Я в порядке. Провела ночь в мотеле. У меня небольшие проблемы с машиной, но я их решу. Скоро выезжаю. Люблю тебя. Я позвоню тебе, когда доберусь до места назначения.

Мне не хотелось при ней преувеличивать правду, но по смс было намного проще.

Ей, наверное, потребовалось четыре минуты, чтобы набрать ответное сообщение на своем старом телефоне brick:

Я тоже тебя люблю. Не волнуйся, никаких признаков федералов.

Это было потому, что они уже нашли меня, и я собиралась встретиться с одним из них менее чем через два часа. По крайней мере, это был бы хороший шанс все обсудить, потому что то, что я помнила о прошлой ночи, никак не могло быть реальностью.

Я понятия не имела, что надеть. Что небрежно сказало: я горяча и хочу ответов, но я не позволю помыкать собой? Не то чтобы я нуждалась или заботилась о том, чтобы выглядеть сексуально для Джексона. Я была почти уверена, что он презирал меня, а я была не из тех девушек, которые пытаются произвести впечатление на парней. Обычно.

Закусив губу, я выбрала серые джинсы, в которых моя попа выглядела великолепно, и воздушную блузку на пуговицах с короткими рукавами. Я осмотрела себя в зеркале и расстегнула несколько из них, чтобы добиться эффекта легкости. В конце концов, было лето.

Я открыла дверь в свою комнату и ступила на бетонную дорожку. Уборщица отодвинула тележку с дороги, а ее метла плыла следом. Затем она начала заметать дорожку.

Все сама по себе.

Я вернулась в свою комнату, закрыла дверь и прислонилась к стене.

Сави, ты больше не в Канзасе.

Я приоткрыла дверь и выглянула наружу, стараясь не смотреть на одержимую метлу. Дама убиралась в соседней комнате, и я прокралась за угол, чтобы подсмотреть через открытую дверь. Она указала палочкой — волшебной палочкой — на кровать. Простыни слетели, и новый комплект соскочил с ее тележки на матрас, за ним последовала пара полотенец, которые сложились лебедем.

Я пискнула от удивления.

Она повернулась и приложила руку к груди.

— Извините, я вас не заметила. Могу я вам чем-нибудь помочь?

Мой рот некоторое время шевелился, прежде чем я, наконец, заговорила.

— Как ты это делаешь? — Я неуклюже сделала сгибающий жест.

— О, просто небольшой фокус-покус. Ничего особенного. — Она взмахнула палочкой, как дирижер, и пара мятных жвачек взлетела с тележки и мягко приземлилась на подушки. — Могу я вам что-нибудь принести? Как насчет мятной жвачки?

Она взмахнула палочкой, и та взмыла в воздух, зависнув.

Я осторожно подобрала ее в воздухе и принялась жевать.

Мятная.

Срань господня. Магия была реальной.

Рациональная часть моего разума, которая вопила в отрицании всего, что я видела за последние двенадцать часов, наконец собрала вещи и уехала в отпуск, оставив явно безумную часть моего разума на водительском сиденье.

Мне нужно было что-нибудь выпить. Наверное, не алкоголь. Эспрессо.

— Где я могу купить приличный кофе? — Я спросил уборщицу.

— Попробуй в «Лунном Бобе», в двух кварталах к югу.

Я кивнула, как будто уборщицы с телекинетическими способностями были совершенно нормальными.

— Спасибо.

С этими словами я заперла свою комнату, в растерянности спустилась по бетонной лестнице и направилась на юг, в «Лунный Боб».

Повсюду вокруг меня город кишел знаками волшебства. Магазин, торгующий зельями. Люди с рогами. Пустые платья, выставленные в витринах. Все это означало одно: то, что сказал мне Джексон, было правдой. Магия. Моя семья. Оборотни.

Волосы у меня на затылке встали дыбом, и я нервно огляделась. Они буквально могли быть где угодно. Любой может быть оборотнем. Парочка из захолустья выглядела нормально, пока их глаза не стали кроваво-красными, а на руках не выросли когти.

Я пробежала последние пару шагов до «Лунного Боба».

Как только я толкнула дверь, до меня донесся аромат свежемолотого кофе и поджаренной выпечки. Невысокое, долговязое существо с крыльями достало из кофемашины порцию эспрессо и затем начало взбивать молоко.

Я тут же отвернулась, стараясь не задыхаться. Слишком много, слишком рано. Вместо этого я изучала верхнее меню и старательно избегала существа, которое на самом деле готовило кофе.

Занудный парнишка в темно-желтом фартуке улыбнулся из-за прилавка.

— Привет, добро пожаловать в «Лунный Боб». Что бы вы сегодня хотели?

Я не отрывала глаз от меню.

— Э-э… латте?

— Что-нибудь еще?

Что мне было нужно, так это информация, больше, чем что-либо за всю мою жизнь. Я могла рискнуть выставить себя идиоткой.

— Итак, эм, этот город полон магии. А оборотней?

Он моргнул.

— Да. Вот почему он называется Мэджик-Сайд.

Верно. Я встретилась с ним взглядом.

— Ты слышал о семье по имени ЛаСаль?

Все в кофейне притихли.

Черт побери.

Парень наклонился ко мне и заговорщицки прошептал.

— Послушайте, леди, вы, похоже, здесь новенькая, но я бы не стал совать нос в их дела, если не хотите, чтобы вас прокляли. Говорят, один взгляд Лорел ЛаСаль может превратить мужчину в камень, и я в это верю.

Ладно, темная магия. Проверка. Джексон говорил правду.

— А как насчет человека по имени Джексон Лоран?

Парень скорчил смешную рожицу.

— Ага. Он босс Доксайда.

— Что это значит?

Парень оглядел комнату, явно испытывая неловкость, как будто имел дело с сумасшедшей женщиной, что в тот момент было вполне вероятно. Мальчик-бариста почесал в затылке.

— Э-э, это значит, что он альфа. Лидер местной стаи.

У меня внутри все сжалось, как будто «Титаник» дал течь.

— Он альфа местной стаи…?

Парень бросил на меня озадаченный взгляд.

— Оборотней? Вау, ты действительно не местная, не так ли?

Я должна была спросить, хотя уже знала ответ.

— И это делает Джексона Лорана…

— Оборотнем. Он, типа, король чикагских оборотней.

Этот засранец.

Мои кулаки сжались, зрение затуманилось. Он все это время играл со мной.

Забыв о своем кофе, я вылетела за дверь, но остановилась как вкопанная. Мужчина с волосами песочного цвета наблюдал за мной из тени троллейбусной остановки на другой стороне улицы. Он опустил глаза на свой телефон, как только я встретилась с ним взглядом, но я узнала это лицо. Я видела, как он болтал с Джексон прошлой ночью.

Был ли он оборотнем? Преследовали ли меня другие?

Паника разлилась по моим венам.

Здесь повсюду оборотни.

Я понятия не имела, кто был другом, а кто врагом. На самом деле, я тоже толком не знала, кем из двух был Джексон. Пришло время для нового плана.

Я остановила проезжавшее такси и запрыгнула в него. Мужчина с песочного цвета волосами поднял голову и направился в мою сторону, и моя грудь сжалась, когда мое сердцебиение взлетело до небес.

— Уайлдхейвен-авеню, 7546, — сказала я водителю. — И не могли бы вы, пожалуйста, запереть двери?

Мужчина на улице притормозил и поднес телефон к уху, когда такси отъехало.

Через минуту мой телефон завибрировал с незнакомым номером. У меня возникло смутное подозрение, что это был долбаный Джексон Лоран, и я не ответила.

Я понятия не имела, что происходит, но знала одно. Мои родители оставили записку, что, если кто-нибудь когда-нибудь придет за мной, если я когда-нибудь попаду в беду, я должна обратиться к своей тете Лорел. Никакой звездочки с пометкой о том, что она может превратить меня в камень. Просто инструкция, куда идти.

И это то, что я собиралась сделать.

Десять минут спустя водитель свернул на обсаженную деревьями улицу и остановился перед домом 7546 по Уайлдхейвен-авеню. Это был большой дом из красного кирпича с широким крыльцом, зеленой отделкой и белым сайдингом на втором этаже. Казалось, что он был построен более века назад и граничил с особняком. Конечно, дом казался местами немного обшарпанным, но он был красивее, чем большинство тесных квартир, которые я видела до сих пор. У него даже был двор.

От одного взгляда на это место мои волосы встали дыбом. Я понятия не имела, кем на самом деле была моя семья. Джексон сказал, что они опасны, но тогда он также играл в игры с информацией. Утаивание. Манипулирование.

Я вспомнила слова женщины из моих снов: Тебе нужно узнать, кто ты на самом деле, чтобы ты могла остановить тех, кто приближается.

Я не собиралась начинать верить в сны, но после всего, что я видела, я тоже не собиралась в них не верить. Была ли она просто каким-то проявлением моего подсознания или лицом судьбы, она была права в том, что мне нужно было понять, кто я такая и как я вписываюсь в этот мир. Дом ЛаСаль казался подходящим местом для начала поиска ответов.

Возможно, у них были плохие занятия, но моя тетя могла знать, почему я стала мишенью. Джексон определенно не знал — по крайней мере, не ответы, которыми он собирался поделиться.

Я расплатилась с водителем.

— Вы не могли бы задержаться на несколько минут? Я не уверена, есть ли кто-нибудь дома.

— Э-э… — Таксист нервно огляделся по сторонам, а затем начал пересчитывать наличные у себя в руке.

Я дала ему еще десятку.

— Конечно. Я могу задержаться на секунду.

Я вышла из такси, направилась по дорожке к крыльцу и трижды проверила адрес на конверте.

Вот и все. Пути назад нет.

12

Саванна

Расправив плечи, я глубоко вздохнула и поднялась по лестнице. Звонка я не увидела, поэтому трижды стукнула железным молотком. Металлический лязг неестественно разнесся в воздухе.

Шины взвизгнули, когда таксист тронулся с места, что не слишком повлияло на мою уверенность в себе.

Никто не ответил, но такси скрылось из виду, так что я застряла.

Я стукнула молотком еще дважды, прежде чем дверь внезапно распахнулась. Привлекательный темноволосый мужчина лет двадцати пяти открыл дверь.

— Эй, что ты делаешь?

У него были широкие плечи и внешность Ван Дайка, и он имел лишь малейшее сходство с моим отцом. Не то чтобы моего отца нашли мертвым с растительностью на лице. Возможно, это сходство было простым совпадением.

Мой голос дрогнул, когда я попыталась заговорить.

— Я ищу Лорел ЛаСаль.

Глаза мужчины сузились.

— А ты кто такая?

Я чертовски уверена, что не раздавала бы эту информацию бесплатно.

— Не ваше дело. Я здесь, чтобы повидать миссис ЛаСаль. У меня для нее записка.

Он сморщил нос и протянул руку.

— Я могу отдать ее ей.

— Нет, — сказала я, отступая назад и используя тот же тон, которым говорила парням — нет в последний раз.

Его зрачки немного расширились, и он отступил назад.

— Эй, не нужно показывать мне свой фокус-покус. Одну минуту. — Он повернулся обратно. — Мам! К тебе пришла какая-то цыпочка! Она говорит, что у нее записка, и она немного нахальная.

У меня скрутило живот. Срань господня. Там была моя тетя. Это делало раздражающую преграду моим двоюродным братом — мысль, с которой было немного чересчур смириться.

Внутри раздавались шаги по деревянным полам. Мужчина — мой двоюродный брат — отошел в сторону, его место заняла седовласая женщина с проницательным взглядом и кольцами на большинстве пальцев.

— У тебя есть что-нибудь для меня?

Она протянула украшенную драгоценностями руку.

От нее исходило столько ароматов, что я чувствовала их всеми своими органами чувств. От нее пахло мускатным орехом и горячим воском, а также сладким вкусом меда. Мою кожу покалывало от ощущения, похожего на дым, клубящийся над моей кожей, и когда я сосредоточилась, я услышала слабое жужжание, похожее на пчелиное. По какой-то причине это было похоже на счастливых пчел.

Это было ошеломляюще.

Она выжидающе подняла бровь.

— Э-э… — Мой голос дрогнул.

— Да?

Сейчас или никогда.

— Меня зовут Саванна Кейн. Я выросла в Висконсине — думаю, вы могли бы быть моей тетей.

Ошеломляющее ощущение в воздухе усилилось, и я почувствовала, как оно обволакивает меня, словно невидимая змея. Голос женщины был твердым.

— Это что, какая-то шутка?

Я старалась дышать ровно. Что-то в ней пугало меня до глубины души.

Практикующие темные искусства. Черная магия. Могла превратить мужчину в камень одним своим взглядом.

Но дело было не в том, что говорили люди. Вместо этого, меня окружало ощущение грубой, едва сдерживаемой силы. Я никогда не чувствовала ничего подобного, разве что рядом с Джексоном.

Я вытащила записку, оставленную моим отцом, и протянула ее дрожащей рукой, едва способная говорить. Она схватила ее и открыла.

Откинув волосы назад, я выровняла дыхание.

— Нет, это не шутка. Я не знала о вас до вчерашнего дня. Извините, что беспокою вас, но мой отец скончался пять лет назад, и я никогда не знала, что у меня есть тетя. Я не думаю, что мне положено было знать, и я не пытаюсь создавать проблемы.

Женщина посмотрела на меня жестким, проницательным взглядом, а затем снова перевела взгляд на письмо.

— Откуда мне знать, что ты моя племянница и это не какой-то трюк?

— Э-э-э… На самом деле я не ожидала такого.

— Протяни руку, — приказала она, в ее голосе закипала ярость.

— Что, зачем?

— Я возьму анализ твоей крови.

Она указала на мою руку.

— Простите, что?

Она стиснула зубы.

— Сайлас и вся его семья погибли. Ты либо шарлатанка, пытающаяся использовать свою внешность и волосы, чтобы втиснуться в какую-то аферу, либо ты говоришь правду, и судьба действительно была очень жестока ко мне. В любом случае, я проверю твою кровь на наличие правды.

Эти люди были сумасшедшими.

— Извините, я думаю, что совершила ошибку, — сказала я и повернулась, чтобы уйти.

— Пожалуйста.

Тон ее голоса остановил меня — уже не властный, а умоляющий. Я оглянулась через плечо. Ее челюсть была крепко сжата, как будто она была на грани слез.

— Мне нужно знать. Пожалуйста. Капля крови за правду.

Очевидно, ответы были нужны ей не меньше, чем мне. Но анализ крови? В какой, черт возьми, мир я вляпалась?

Я вздохнула и протянула руку. Когда в стране Оз…

Она схватила руку и быстро уколола мою ладонь булавкой, которую откуда-то достала. Я попыталась вырваться, но она держала мою руку как в тисках.

— Кем был твой отец?

— Сайлас ЛаСаль, — прошипела я.

Еще одно странное, ошеломляющее ощущение нахлынуло на меня, подобно сильному шторму в тихом летнем воздухе. По моей руке пробежал электрический разряд. Затем крошечная капелька крови на моей ладони вспыхнула голубым пламенем и так же быстро превратилась в струйку дыма.

Я отскочила назад.

— Срань господня!

Лорел ЛаСаль встретила мой обвиняющий взгляд широко раскрытыми глазами.

— Ты говоришь правду.

Прежде чем я успела отреагировать, моя тетя обняла меня и начала плакать мне в волосы.

— О, моя судьба, моя судьба.

У меня от ее слов перехватило дыхание. Меня еще никто так не обнимал.

Я стояла там, совершенно окаменев, пока сумасшедшая тетя Лорел наконец не отпустила меня. Она вытерла глаза и заорала во всю глотку:

— Кейси!

Мужчина — мой двоюродный брат — высунул голову.

— И что теперь?

Тетя Лорел заломила руки.

— Познакомься со своей кузиной. Дочь Сайласа.

Его глаза расширились.

— Вот дерьмо. Серьезно? Мы думали, ты мертва.

Я приподняла брови.

— Э-э, нет. Я здесь.

Прежде чем я успела возразить, Лорел схватила меня за руку и потащила в дом.

— Идем, идем, идем.

Через несколько секунд она толкнула меня на большую красную мягкую кушетку с резным деревянным орнаментом. Комната была большой, с темными деревянными полами и лепниной, а на стенах висело множество больших картин маслом. Лорел села рядом со мной, а Кейси прислонился к дверному проему.

— Не могу поверить, что ты нашла дорогу к нам, слава судьбам, — сказала она. — У тебя, должно быть, миллион вопросов.

Так и было. Слишком много, чтобы разобраться, но я знала, что сначала мне нужно вывести слона из комнаты.

— Мои родители держали тебя от меня в секрете. Почему? Почему ты не пришла за мной, когда они умерли? Ты говорила так, что знала обо мне.

Она нетерпеливо кивнула.

— Мы думали, что ты погибла вместе со своими родителями. Было трудно удержаться, чтобы не заглянуть к вам, но они сказали, что в случае чрезвычайной ситуации о тебе позаботятся. Я должна была немного покопаться, хотя и не должна была…

— Почему?

Это был самый важный вопрос во всем этом.

Она на секунду заколебалась.

— Твои родители хотели дать тебе нормальную жизнь вдали от Мэджик-Сайд. Наша семья запутана во многих вещах, и когда ты родилась, мы не думали, что ты будешь здесь в безопасности. Или счастлива. Мы не хотели подвергать опасности мир, который они построили для тебя, вступая в контакт после их смерти. Но сейчас все это не имеет значения, потому что жребий брошен. Ты снова с нами.

У меня был сверхъестественный дар вынюхивать правду, и это была она — но не вся. Я скрестила руки на груди.

— Что еще ты мне не рассказываешь.

Она помолчала, обдумывая, как продолжить.

— Как много ты знаешь о нашей семье? И о Мэджик-Сайд?

Я прикусила губу.

— Эм, то, что здесь волшебство?

Она кивнула, ожидая продолжения. По крайней мере, это говорило о том, что я не совсем бредила.

Я пожала плечами.

— Я даже не уверена, что это на самом деле означает. Я видела… ну, много чего плавающего вокруг. Честно говоря, в это немного трудно поверить. До вчерашнего дня я не знала ни о тебе, ни о магии, ни об этом городе.

— Да, очевидно, что ты не знакома с тайными искусствами. Никто в здравом уме не отдал бы мне добровольно свою кровь. Простое протягивание руки практически доказало, что ты не шарлатанка.

Я подняла брови. Практикующие темные искусства. Что она могла сделать?

Тетя Лорел взяла меня за запястье.

— Первый урок, который тебе нужно усвоить: никогда никому не давай свою кровь. Ни под каким видом. Когда бы то ни было.

Мой взгляд метался между ней и Кейси.

— Итак… вы оба типо, ведьм или волшебников или что-то в этом роде?

— Волшебники? Ты с ума сошла? — Кейси рассмеялся и плюхнулся на другой диван. — Волшебники — отстой. Мы гребаные колдуны. Это потрясающе, пиу, пиу, — сказал он, воздев руки к потолку.

Я подняла бровь.

— Пиу, пиу?

Он поднял руки, и вздымающийся огненный шар взметнулся вверх и рассеялся как раз перед тем, как ударился о потолок.

Я закричала, а затем зажала рот руками.

— Кейси! — Крикнула тетя Лорел. — Только не в доме!

Кузен Кейси закатил глаза.

— Да, да, да. Помнишь пожар 1871 года и все такое. Но ей нужно было увидеть что-нибудь крутое. Типа, доказательство крутости.

Повернувшись ко мне, он подвел итог всему, как будто я была безмозглой, что в данный момент было недалеко от истины.

— Мама — колдунья. Я колдун. Мы занимаемся магией. Может быть, ты тоже сможешь.

Мой мозг все еще пытался осмыслить всю историю с огненным шаром, но постепенно мои мысли пробились сквозь шок и замешательство.

— А мой отец, он был…? — Я сглотнула, во рту пересохло.

Тетя Лорел тихо рассмеялась, словно ее внезапно коснулось давно забытое воспоминание.

— Да. Сайлас был колдуном. К тому же очень талантливым, хотя и был склонен к озорству. — Она сердито посмотрела на Кейси. — Это тоже у нас семейное.

Мои мысли путались, как у ребенка, который слишком много времени провел на карусели.

Мой отец был колдуном. Он мог творить магию.

Это была абсурдная мысль на всех уровнях, но я только что видела, как мой двоюродный брат запустил огненный шар в потолок. Доказательство крутости. Это оставляло очевидный вопрос.

— А как же моя мать?

Выражение лица моей тети потемнело, всего на мгновение, а затем она тепло улыбнулась мне.

— Нет. Она не была колдуньей — это не было у нее в крови. Я уверена, тебе любопытно, но, боюсь, мы встречались с ней всего несколько раз.

Легкая тень пробежала по моему сердцу, но я стряхнула ее.

Тетя Лорел поправила платье и наклонилась вперед.

— Давай не будем прятать главную часть, моя дорогая. Ты можешь колдовать. Я чувствую это нутром.

У меня перехватило дыхание, а желудок скрутило. Женщина из сна сказала мне выяснить, кто я такая. Был ли это ответ? Что я колдунья? Это определенно был шаг вперед по сравнению с обслуживанием столиков.

Я посмотрела на свою руку, гадая, откуда вылетят огненные шары.

— Почему ты так уверена?

— Это очевидно. — Кейси фыркнул. — Нужно быть слепым, чтобы этого не видеть.

— Что значит — очевидно?

Он взмахнул рукой, охватывая всю комнату.

— У каждого, кто может творить магию, есть уникальная подпись. Это то, что щекочет твои чувства. Чем ты могущественнее, тем больше ощущают другие люди. Например, мама всегда пахнет мускатным орехом и издает звуки, похожие на пчел. И она намного сильнее, когда она выпендривается.

Я моргнула. Как ни странно, это подтвердилось.

— А у меня есть подпись?

Он кивнул.

— Да. Немного пахнет суши, на вкус — чеснок, а на ощупь немного напоминает сыпь от купальника.

У меня отвисла челюсть от ужаса.

Тяжелый том слетел с полки и ударил Кейси по лицу с такой силой, что тот впечатался в спинку дивана.

— Ах, черт! Мой нос! — закричал он, затем наклонил голову вперед, когда по его губе потекла струйка крови.

Моя тетя бесстрастно уставилась на него.

— Это было грубо.

Он встал, наклонив голову вперед, и запротестовал:

— Я пошутил. Она моя кузина, и я только что познакомился с ней. Не могу сказать, что от нее приятно пахнет. Это жутко.

Тетя Лорел взмахнула рукой, и книга в кожаном переплете взлетела в воздух и снова легла на полку.

— Иногда, Кейси, лучше всего вообще ничего не говорить.

Кейси ушел останавливать кровотечение, а тетя Лорел взяла меня за руку и закрыла глаза, когда я напряглась.

— Твоя магическая подпись ощущается как солнечный свет и на вкус как холодная родниковая вода, — сказала она. — Она довольно сильна для того, кто никогда не практиковал магию. Я подозреваю, что ты унаследовала дар колдуньи. У тебя могло бы получиться прирожденно.

— Что это значит? — спросила я.

Моя тетя улыбнулась. Она повернула руки, и по комнате поплыла радуга света. Обивка сменила цвет с красного на бледно-лаймовый, темные деревянные полы сменились на ярко-сосновые, а стены приобрели веселый оттенок белого. Занавески посветлели и разгладились, а беспорядок в комнате привел себя в порядок.

Ее фирменный аромат мускатного ореха и веселых пчел кружился вокруг меня.

Моя тетя откинулась назад.

— Это означает бесконечные возможности, Саванна. Для тебя. Какой бы ни была твоя жизнь раньше, она уже никогда не будет прежней. Что бы ты ни мечтала сделать, возможно гораздо большее.

13

Саванна

Моя тетя взмахнула рукой, и комната снова изменилась.

— В нашей семье очень сильна магия. Это редко приходит естественно, хотя колдовство может быть исключением из этого правила. Тем не менее, это требует практики. И борьбы.

Она наклонилась вперед и взяла меня за руки.

— Ты хотела бы научиться?

У меня перехватило дыхание. Что я могла на это сказать? Нет? Конечно, нет. Полтора дня назад меня чуть не убили оборотни.

— Могу ли я научиться бросать огненные шары?

Она улыбнулась.

— Давай выясним.

Моя тетя повернулась к Кейси, который только что вернулся после умывания.

— Кейси! Принеси Сферу Пожирания!

Я вскочила со своего места.

— Что?

— Не волнуйся. Она надежно запечатана.

Ни одно из этих слов не прибавило мне уверенности. Совсем наоборот. Я заломила руки.

— Что бы ни случилось дальше, я думаю, что сначала мне понадобятся объяснения.

— Магии требуется много времени, чтобы проявиться в детях и развиться. Я предполагаю, что ты не хочешь тратить годы. У взрослых это часто проявляется в ответ на травмирующее событие.

Я начала качать головой. Пора бежать.

Она рассмеялась.

— О, не волнуйся. Мы не собираемся тебя травмировать. Но мы ускорим процесс твоего знакомства с твоей магией, высосав ее из тебя. Как я всегда говорю, зачем идти долгим путем, когда можно добраться быстрее?

Может быть, потому, что короткий путь включает в себя вещь, называемую Сферой Пожирания?

У меня не было сил отпустить колкость. На тот момент моей реакцией «дерись или беги» было просто окаменевшее бегство.

— Сделано! — Прощебетал Кейси. Тетя Лорел использовала свою магию, чтобы быстро убрать с кофейного столика, и он поставил тяжелое деревянное блюдо с надписью в виде девятиконечной звезды и кольца из рун. Посередине под бархатной тканью лежал какой-то предмет — как я предположила, Сфера Пожирания.

В этом не было ничего зловещего.

Она откинула бархатную ткань, обнажив плавающий черный шар.

— Это маленькое чудовище, — ласково сказала моя тетя, — всасывает магическую энергию и пожирает ее.

Кейси скрестил руки на груди и прислонился спиной к стене — причем в дальнем противоположном конце комнаты, практически за дверью.

— Мы используем его в основном, когда заклинания выходят из строя.

Тетя Лорел пренебрежительно махнула на него рукой.

— Мы собираемся использовать это, чтобы вытянуть твою магию наружу. Я сделаю его очень тихим, хотя этот маленький зверек мог бы прогрызть довольно большую дыру в этой части Мэджик-Сайда, если бы я активировала его на всю мощность.

Я покачала головой.

Она одарила меня теплой улыбкой, которая никак не успокоила мои нервы.

— Я знаю, это кажется пугающим, но ты справишься.

— Что я должна делать?

Моя тетя выпрямила спину и подняла руку перед шаром.

— Вытяни руку. Позволь сфере вытянуть из тебя магию. Запомни каждое ощущение. Узнай, как ощущается твоя магия, когда она исходит от тебя.

Кейси наклонился вперед.

— И еще, не прикасайся к шару. Это как портативная черная дыра, которая высосет тебя досуха.

Лорел спокойно кивнула.

Это было безумие. Я не доверяла этим людям. Я чертовски уверена, что не доверяла оборотням. Но я доверяла своим инстинктам, и они говорили, что я не проживу долго в этом мире, если не овладею своей магией — что бы это ни значило — и не узнаю, кто я на самом деле.

Я протянула руку и приготовилась умереть.

Только я этого не сделала.

— Ничего не происходит.

— Он еще не активирован. — Лорел провела пальцами по рунам, и некоторые из них начали светиться голубым.

Внезапно меня окружил вихрь силы, водоворот, притягивающий меня к сфере. У меня закружилась голова, как будто я падала с бескрайнего неба.

— Что происходит? — я запнулась.

— Сфере нужна твоя магия. Позволь ей получить ее. Расслабься. Сосредоточься на том, что ты чувствуешь.

Боль.

Нет, не боль, холод. Как будто ледяная вода струится по моей коже и венам. Обжигающий холод. Я стиснула зубы, когда они начали стучать, а кожа на моей руке побледнела. Я попыталась сосредоточиться на других ощущениях вокруг меня, но могла думать только о боли, потому что именно в это все превратилось.

Капли пота защипали мне глаза, но я сморгнула слезы, скопившиеся в уголках, и уставилась на черный шар, желая, чтобы моя магия проявилась.

Затем, словно где-то глубоко внутри прорвало плотину, холодная вода залила мое тело. Струйки иссиня-черного дыма потекли от моей руки, спиралью опускаясь в сферу. Я ахнула от страха и облегчения. Это была моя магия?

Она была не пламенной, как у Кейси, а темной и зловещей. Черная магия. Темные искусства. Может быть, я не хотела узнавать, кем я была. Все во всем этом казалось неправильным. Опасным.

Страх укоренился в моей груди, и я попыталась отдернуть руку, но она не двигалась с места.

— Хватит!

Кружащиеся ощущения холода и жжения только усилились, когда моя магия по спирали устремилась вниз, в ненасытный шар. Паника охватила меня, и мой взгляд метнулся к тете Лорел и Кейси. То, что я увидела на их лицах, пробрало меня до глубины души — неверие и ужас. Лорел начала возиться с устройством, а Кейси что-то кричал, чего я не расслышала.

В моей груди нарастало душераздирающее стеснение, и я сомкнула веки, чувствуя, как слезы увлажняют мои щеки.

— Остановись!

Внезапно мою ладонь пронзила жгучая боль, и мое тело дернулось назад. Диван, на котором я сидела, со скрежетом прокатился по полу, столкнувшись с книжной полкой позади нас.

Мое тело задрожало от шока, и я набрала полные легкие воздуха. Если не считать моих вздохов и звука падающей на пол книги, в помещении было устрашающе тихо.

— Что, черт возьми, это было?

— Да. Что за черт, мам? — рявкнул Кейси.

Лорел накрыла шар.

— Этого не должно было случиться вот так. Мне жаль. Ты новичок в этом и раньше не использовала свою магию. С моей стороны было глупо думать, что это может сработать.

Она выскочила из комнаты с парящим черным шаром и его платформой, оставив нас с Кейси тупо смотреть друг на друга.

— Это не сработало? Что было бы, если бы это сработало? — Я вздрогнула от этой мысли.

— Нет, все в порядке, это сработало. — Кейси ухмыльнулся. — У тебя просто чертова тонна сумасшедшей магии.

— И это должно обнадеживать? Потому что это не так, придурок. — Я вскочила на ноги и прижала руки к груди. — Я только что использовала свою магию?

Кейси провел рукой по волосам.

— Технически, ее высосали как пылесосом. Но да.

— На что это было похоже? — Спросила Лорел. Я не видела, как она вернулась.

— Неприятно. Как будто ледяная вода течет по моему телу.

— Хм. — Ее брови нахмурились, и она казалась погруженной в свои мысли. Я не могла решить, было ли это беспокойство или недоумение на ее лице. — Когда ты призовешь свою магию, ты сосредоточишься на этом ощущении.

Я подавила смешок.

— На боли? Здорово. У всех так?

— Нет. Все люди разные, и ощущения будут зависеть от их магии.

— И в чем заключается моя магия? Потому что это определенно казалось мрачным и причудливым.

Лорел взяла меня за руку и улыбнулась. Ее подпись обвила меня, успокаивая мои нервы.

— В тебе много необузданной силы, моя дорогая. Но не мрачной, это я тебе обещаю. Пройдет много времени, прежде чем ты сможешь контролировать свою магию и создавать вещи, но пока это может проявляться просто в небольших неконтролируемых вспышках, вроде ударов током.

Я разинула рот, не зная, что чувствовать.

Остатки моей магии все еще покалывали мою кожу, как вода, капающая с сосульки. То, что ее вырвали из моей руки, казалось неестественным и, откровенно говоря, пугало. Но внезапно я почувствовала себя внимательной к окружающему миру так, как никогда раньше.

Моя кожа была чувствительной, и я ощущала, как подписи Кейси и Лорел пронизывают комнату. Это было похоже на то, что часть меня, о существовании которой я и не подозревала, проснулась и впервые посмотрела на мир.

Огненные шары и летающие метлы.

У меня скрутило живот. Почему родители скрывали это от меня? Что-то было не так с моей магией?

Джексон называл колдовство темными искусствами, черной магией.

Это было то, что было внутри меня?

В течение следующего часа Лорел засыпала меня вопросами о моем детстве и моих родителях. Я думаю, она пыталась отвлечь меня от мыслей о том, что произошло с этим странным шаром, который, вероятно, чуть не убил меня. К счастью, воспоминания о счастливых временах в моей жизни прояснили мой разум и подняли настроение.

Наконец Лорел бросила на меня застенчивый взгляд краешком глаза.

— Из-за всего этого волнения ты так и не упомянула, что привело тебя к нам так внезапно, спустя столько лет.

Вот оно. Бомба, готовая взорваться. Она оставила вопрос в засаде, как крокодила на берегу реки, и у меня на самом деле не было плана выбраться из его пасти.

Как бы они отнеслись ко мне, если бы узнали, что у меня проблемы на хвосте?

Я отбросила эту мысль. Я была здесь за ответами. О себе, о своих родителях и о том, почему кто-то может преследовать меня. Если бы это имело какое-то отношение к ЛаСаль, то спросить следовало бы именно у них.

— На меня напали оборотни. Мой отец передал моей крестной записку, которую я принесла вам, в которой говорилось, что если кто-нибудь когда-нибудь придет искать меня, я должна найти вас.

Кейси вскочил на ноги.

— Оборотни? Ты что, издеваешься? Где?

Все это время он был на удивление спокоен, а теперь выглядел так, словно хотел выйти на боевой ринг.

Лорел жестом пригласила Кейси сесть, но ее глаза сверкнули. Никто никогда не смотрел на меня так пристально, никогда. Это было похоже на то, что она пыталась проникнуть в мой разум, вроде как Джексон.

— Объясни. Все.

Несколько неуверенно я изложила им факты. Глаза Лорел расширились, когда я сказала, что стала мишенью, и они оба напряглись, когда я упомянула Джексона. Она сложила руки и наклонилась вперед.

— Джексон Лоран расследовал это нападение? Пусть тебя не вводит в заблуждение его привлекательная внешность. Он смертельно опасен. Тебе известно, что…

— Он оборотень? — Перебила я. — Альфа, что бы это ни значило. Я узнала сегодня утром. После того, как мы поужинали в «Эклипсе».

Я покраснела, внезапно смутившись.

Глаза Кейси чуть не вылезли из орбит.

— Ты ходила на ужин с альфой? Ты с ума сошла?

Я хлопнула ладонями по столу.

— Я не знала, кто он такой и что оборотни вообще существуют! Что хоть что-нибудь из этого существовало!

Кейси подошел к буфету и налил себе виски.

— Да, хорошо. Что ж, надеюсь, ты не сказала ему, кто ты такая или что ты наша родственница.

— Я сказала. Моя машина сломалась на мосту. Он приказал отбуксировать ее в мастерскую и угостил меня ужином в каком-то заведении под названием «Эклипс». Потом он рассказал мне об оборотнях.

Глаза Кейси расширились.

— Срань господня. Ты понимаешь, что «Эклипс» — одна из главных штаб-квартир стаи? Треть толпы, вероятно, были оборотнями. Я удивлен, что они не съели тебя живьем.

Мой голос подскочил на октаву.

— Они едят людей?

Лорел положила руку мне на плечо.

— Кейси имеет в виду метафорически. Они ненавидят нашу семью.

— Я догадалась. Почему? Он сказал, что ты опасна, и велел мне не связываться с тобой.

Они преступники. Они занимаются незаконным оборотом оружия и зелий.

Лорел сжала губы.

— Конечно, мы опасны. Кейси умеет метать огненные шары. Я одна из самых смертоносных людей в Мэджик-Сайд. Это не значит, что я собираюсь утопить свою давно потерянную племянницу в озере, как только она появится. Он использовал твое незнание этого места, чтобы манипулировать тобой.

Я подозревала это, но по какой-то причине предупреждение Джексона не прошло бесследно.

— Учитывая, что Джексон владеет ««Эклипс» ом», я надеюсь, что он не заставил тебя оплатить счет, — сказал Кейси, хихикая. Я откинулась на спинку дивана и обхватила голову руками, а Кейси передал мне виски. — Добро пожаловать в Мэджик-Сайд. Будь готова к тому, что тебя растерзают волки.

Пить было рановато, но я все равно сделала глоток и позволила прохладной жидкости согреть горло, пока Лорел смотрела через комнату, на ее лице застыли гримасы ярости.

Смеялся ли Джексон надо мной все это время? Конечно, смеялся.

И, конечно, он порекомендовал бы свой ресторан. Он играл на моем очевидном незнании магии и оборотней.

— Он играл со мной, — пробормотала я.

Кейси взболтнул виски, затем чокнулся своим стаканом о мой.

— Ага. Им нравится заниматься этим дерьмом. Держу пари, он забыл объяснить, почему заглохла твоя машина.

— У меня проблемы с трансмиссией. Мне просто повезло, что я смогла добраться так далеко.

— Не-а. Он позволил тебе поверить в это. Мост заколдован заклинанием, которое выводит из строя двигатель и электрические системы любого автомобиля, проезжающего по нему, если только на нем не установлена штука, называемая магическим регулятором. Предполагается, что это помогает держать нормальных людей подальше, хотя, поскольку они даже не могут увидеть остров, я не знаю, в чем проблема. Волки хозяйничают на мостах и получают долю от магов, поддерживающих заклинания. Это настоящий рэкет.

Я поставила свой бокал на стол, чтобы не поддаться искушению швырнуть его через всю комнату.

— Значит, моя машина не ломалась?

Кейси покачал головой.

— Просто нужно установить регулятор. Но насчёт оборотней. Им нравится пожимать тебе руку правой, в то время как левой они впиваются в тебя когтями.

— Он приказал отбуксировать ее в гараж Боди, который…

Кейси постучал костяшками пальцев по спинке кресла.

— Принадлежит стае. Он захватил в заложники твою машину.

Я вскочила на ноги. Вот ублюдок.

Он заплатил Рэнди в автомастерской, чтобы тот заманил меня в ловушку в Бальмонте. Я украла у него ключи, а теперь он угнал мою машину прямо у меня из-под носа.

— Ты уходишь? — Тетя Лорел удивленно вскочила. — Ты только что приехала!

Я сжала кулаки и направилась к двери.

— Я возвращаюсь в Доксайд, чтобы содрать шкуру с короля оборотней.

14

Джексон

Грузовые краны жужжали и скрежетали, поднимая контейнеры с корабля на причал.

Перекрикивая шум, я обратился к своему шурину Билли:

— Все в порядке?

Он показал декларацию.

— Пока да. Все еще ждем последнюю партию запчастей.

Нам пришлось бы выгружать их незаметно. Они были добыты стаей нижнего Мичигана, и мы должны были заставить их исчезнуть. К счастью, в Мэджик-Сайде было несколько поставщиков, которые были рады упустить из виду некоторые детали ради более выгодной сделки.

— Хорошо.

Он подошел ближе.

— Я наблюдал за тем, что здесь происходит. Тебя отвлекает эта женщина, ЛаСаль. Ты расфокусирован.

Я предупреждающе зарычал.

— К счастью, я знаю, что могу на тебя положиться.

— Всегда. Но люди начинают сплетничать, Джексон. Тебе следует держаться от нее подальше.

— Нет, пока я не смогу очистить имя стаи. Связь с этими похищениями и убийствами влияет на наш бизнес, а не только на нашу гордость.

— Я знаю. Но тебе следует увезти эту девушку из города. Никому из нас не нравится, когда она рядом.

Я рассказал своему ближайшему окружению, с кем Саванна состояла в родстве, думая, что они справятся с этим. Очевидно, что нет.

Я издал смешок, похожий на рычание.

— Это может быть трудно. Эта женщина не уступчива.

— Тогда заставь ее подчиниться и избавься от нее.

Мой волк зарычал у меня в груди. Я держал его в узде, но позволил себе частично измениться — постепенно и обдуманно. Волосы медленно покрывали тыльную сторону моих рук, по мере того как миллиметр за миллиметром появлялись когти и клыки. Плавный переход продемонстрировал контроль, силу и мастерство внутреннего зверя, и не многие могли с этим справиться.

Билли медленно отступил назад, но замер под моим пристальным взглядом.

Я подошел ближе, нависая над ним. Он был большим. Я был больше.

— Саванна Кейн моя. Никто не прикоснется к ней. Она остается здесь, и дальнейших обсуждений не будет, пока проблемы стаи не решатся. Тогда мы сможем обсудить, что с ней делать.

Он оскалил зубы, но кивнул. Он управлял доками. Я управлял стаей.

Я убрал когти и направился в офис менеджера на месте. На полпути мой телефон завибрировал.

Саванна. Помяни черта. Я звонил полдюжины раз ранее, и мое раздражение усилилось.

В тот момент, когда она покинула свой номер в мотеле, она отошла от сценария, сорвала нашу встречу и направилась на юг, предположительно, чтобы встретиться со своей семьей, хотя мои люди не могли следовать за ней до самой территории ЛаСаль. Это была единственная вещь, которую я умолял ее не делать.

Что же заставило эту женщину сделать прямо противоположное всему, о чем я просил?

Я вошел в кабинет управляющего портом, снял защитную каску и взял трубку.

— Мисс Кейн. Ты должна была встретиться с художником. Вместо этого ты отправилась в Индию после того, как я недвусмысленно предостерег тебя от этого. Какого черта ты делаешь?

— Избегаю оборотней. Как получилось, что ты так удачно забыл упомянуть, что ты был чертовым альфой, когда пугал меня до смерти прошлой ночью? — Ее голос был резким и горьким.

Разве это не было очевидно?

— Можешь ли ты винить меня? Ты бы с криком выбежала из здания. Ты и так едва держалась на ногах.

Она шумно выдохнула.

— Я заслуживала знать, во что ввязываюсь. Ты играешь в игры с информацией, Джексон. Например, ты забыл упомянуть, что единственное, в чем нуждалась моя машина, — это волшебный регулятор, и она работала бы просто отлично. Самое смешное, что я в гараже Боди, а твои головорезы не отдают мою машину.

— Ей нужен ремонт. Ты сможешь забрать её, как только закончишь помогать мне.

По крайней мере, она снова была на территории стаи. Мне просто нужно было найти способ удержать ее там, что было маловероятно, учитывая ее текущее настроение.

— Почему у меня такое чувство, что одного наброска будет недостаточно? Чего еще ты ожидаешь?

— Это только начало.

— Вот сделка: я сделаю набросок, но ты тащи сюда свою задницу и верни мою машину.

Она повесила трубку, и я попытался дозвониться до нее. Никто не отвечал.

Я сунул телефон в карман и так яростно выругался, что служащий в дальнем углу офиса захныкал.

Выбежав из порта, я запрыгнул в свою машину и через пять минут подъехал к гаражу Боди. Я захлопнул дверцу пикапа и схватил ближайшего механика.

— Где она?

— В кабинете, — сказал он, широко раскрыв глаза, — что-то рисует.

Я толкнул дверь и махнул управляющему, чтобы тот выходил. Там сидела упрямая женщина ЛаСаль, склонившись над листом бумаги на столе, и яростно делала наброски толстым карандашом. Я почти чувствовал ее гнев в каждом штрихе. Ее энергия была яркой и живой. Что-то в ней привлекало меня — ее яростная сосредоточенность или, может быть, ее безрассудное сопротивление. Я не мог выносить ее упрямства, не мог выносить напоминания о том, что случилось с моей сестрой, но находиться рядом с ней было как наркотик.

Затем она разрушила чары, заговорив.

— Тебе придется кое-что объяснить, Лоран. — Она даже не подняла глаз. — На меня напали оборотни, и самое первое, что ты сделал, когда привез меня в город, это отвел в чертово логово оборотней.

Я зарычал.

— Потому что это было безопасно. С нами ты была в безопасности. И все же первое, что ты сделала этим утром, это подбежала к ЛаСаль. Я ясно дал понять, что они чрезвычайно опасны, и предупредил тебя держаться подальше.

— Да, как и другие. Дело в том, что ЛаСаль не проводили весь вечер, играя в интеллектуальные игры и лгали мне.

Значит, она пошла к ним.

Я положил руки на стол.

— Если ЛаСаль болтают, они лгут. Ты не знаешь ни их, ни этот город. Как сахар, они отравляют тебя изнутри.

— Забавно. Они говорили о тебе похожие вещи. Так кому я должна верить? Моей собственной семье или кому-то из вне?

Она развернула бумагу и подтолкнула ее через маленький столик, чтобы я мог видеть.

Я резко втянул воздух. Судьбы, она умела рисовать.

На иллюстрации Саванны была изображена грубая татуированная женщина, частично обратившаяся. Ее мышцы были напряжены, а рука отдернулась, как будто она вот-вот вырвется со страницы сверкая своими длинными, свирепыми когтями. Ее губы растянулись в презрительном оскале, обнажив торчащие клыки.

Я испустил едва заметный вздох облегчения. Я не узнал волчицу, значит, она была не из нашей стаи.

Взяв в руки бумагу, я изучил детали. Каким-то образом, работая только карандашом, Саванна даже передала блеск глаз волчицы и ярость в очертаниях ее лица. Рисунок был настолько живым — и наполнен ненавистью.

— Это невероятно. — Я встретился взглядом с Саванной. — Это намного лучше, чем мог бы сделать художник по автопортретам.

— Это то, что я видела. — Она нахмурилась, но я чувствовал запах ее гордости, кипящей под поверхностью.

Мой волк прижался к моей груди, возбужденный запахом. Я уставился на рисунок. Такими нас видела Саванна? Видела меня? Не человека и не чудовище, а дикого полузверя, выкованного из насилия и ненависти?

Я положил необычную иллюстрацию обратно.

— Я сожалею о том, что с тобой случилось. Это не то, что или кто мы есть.

— Я так и предполагала, иначе была бы уже мертва. Тебе не нужно было заманивать меня в бар. Если бы ты хотел овладеть мной, ты мог бы сделать это в любое время.

Жар пронзил меня, и мой волк зашевелился.

— Это так?

Слова слетели с моих губ непроизвольно и прозвучали тоном, которым я не хотел. Я почувствовал ее удивление, а за ним — сладкий аромат ее возбуждения. Он начал делать со мной неподобающие вещи.

Ее щеки вспыхнули, и она прикрыла рот рукой.

— Это прозвучало неправильно, я имею в виду, что если…

— Ты никогда не упоминала об этой татуировке, — сказал я и указал на шею женщины, пытаясь отвлечь нас обоих.

Я не должен был говорить такого рода вещи ЛаСаль и не должен был так себя чувствовать. Это было неправильно и опасно.

Татуировка представляла собой двухголового волка, маленького, чуть выше ключицы.

Саванна схватила страницу и внимательно ее просмотрела.

— Я не особо обращала на это внимание, пока они пытались меня убить. Но я видела ее в баре ранее. Татуировка как-то вспомнилась мне. Это что-то значит?

— Я не уверен. У другого мужчины тоже была такая?

У Дэйна не было такой татуировки, когда я вышвырнул его из стаи, так что, возможно, это был знак того, что он присоединился к банде или что-то в этом роде. Проблема заключалась в том, что Дэйн был рожден волком и превратился в волка после смерти. Не было возможности проверить его человеческую форму на наличие татуировок. Они не передавались.

Саванна прикусила губу.

— Я не могу вспомнить, была ли она у него. Дай мне нарисовать.

Плавные линии ее наброска привлекли мое внимание: быстрые взмахи карандаша, неровные пометки, царапины от растушевки. Вскоре я обнаружил, что стою рядом с ней, вдыхая ее фирменный пьянящий аромат мандарина. Это было как стоять под теплым солнечным светом.

В этой женщине было что-то такое, что скрывалось за огнем, гневом и упрямством.

Она слегка прислонилась ко мне сбоку, а затем замерла. Ее щеки покраснели, а карандаш задрожал.

— Ты дышишь на меня, человек-волк.

Я напрягся, смутившись, в то время как мой внутренний волк взвыл от унизительного смеха.

— Тебе обязательно рисовать все это? Это займет целую вечность, — огрызнулся я.

На ее частично завершенной иллюстрации был изображен огромный татуированный мужчина, бросающийся вперед в свете дальнего света автомобиля.

— Да. — Саванна указала карандашом. — Сядь. Вон туда. Мне не нужно, чтобы ты маячил у меня за плечом. У него много татуировок. Их трудно вспомнить.

Сесть? Она что, только что командовала мной, как собакой?

У меня свело челюсть, и я прислонился к стене, уставившись в окно.

У нее был замечательный талант. Она могла найти работу иллюстратора в городе даже без магии. Я наблюдал за ней краем глаза. С карандашом в руке она казалась спокойной впервые с тех пор, как я встретил ее, как будто рисование приносило катарсис или наброски были словно медитацией.

Я улыбнулся, довольный.

Наконец, она подвинула бумагу по столу и ткнула пальцем вниз.

— Там, на его шее. Я действительно этого не заметила. Есть так много других татуировок, что эта сливается с остальными.

Я потер щетину на подбородке. Двуглавый волк, тот же дизайн, то же местоположение. Воспоминания Саванны были потрясающими.

— У них обоих была такая. Это должно быть важно, но я не знаю точно, на что это может указывать.

Она откинулась назад и скрестила руки на груди.

— Но ты кое-что знаешь?

Я повертел бумагу в руках, не зная, как много сказать.

— В знаниях об оборотнях и религии есть мрачные легенды о двуглавом волке — истории, которые рассказывали, чтобы мучить безлунными ночами. Может быть, это отсылка к этому.

Саванна напряглась. Я почувствовал запах страха, охвативший ее.

Я взял обе иллюстрации.

— Это превосходная работа. Я разошлю их по всем сообществам в районе Великих озер и посмотрю, получится ли у нас найти что-нибудь. Кроме того, я попрошу кого-нибудь заняться этими татуировками.

Она встала.

— Хорошо. Ты получил, что хотел. Теперь верни мне мою машину. Я заплачу за магический регулятор, но я не разрешала выполнять никаких других работ.

Я покачал головой.

— Ни за что. Твоей машине нужен ремонт. Она на грани смерти, и водить ее небезопасно. Не могу поверить, что ты доехала на ней сюда. Она как зомби, ковыляющий по дороге.

Она напряглась и посмотрела вверх.

— Подожди. Зомби реальны?

— Да.

— Я хочу получить обратно свою машину.

— Когда все закончится, я верну тебе ее лучше, чем новую.

Ее глаза вспыхнули.

— Ты держишь мою машину в заложниках только для того, чтобы я сотрудничала?

Почему это вообще обсуждалось? Драндулет едва пыхтел.

Я свирепо посмотрел на неё, начиная злиться.

— До сих пор ты мало сотрудничала, даже когда это было в твоих интересах. Думай об этом как о оплате за себя, как о страховке для меня.

Саванна выпятила бедро и скрестила руки на груди.

— Зачем ты ведешь расследование, если ты король оборотней? Чтобы скрыть это? И еще, почему я разговариваю с тобой, а не с волшебными полицейскими, или что там у вас тут есть?

Король оборотней? Мне хотелось вонзить когти в стену. Почему ей нужно было все так усложнять?

Положение нашей стаи было опасным. Только потому, что в этом могли быть замешаны несколько изгнанных волков, Орден закручивал гайки. Если я не смогу остановить эти похищения, они аннулируют наш статус. Мы потеряем право практиковать законы стаи и расследовать преступления на наших землях. Позор был бы невыносим.

Но я чертовски уверен, что не собирался делиться этой информацией с ЛаСаль.

Я выровнял дыхание и уставился на нее бесстрастным взглядом.

— Это не сокрытие. В этом замешаны оборотни. В моей юрисдикции преследовать и наказывать их по законам нашей стаи. Кто может охотиться на волков лучше, чем другие волки?

— Но почему ты? Разве ты не должен сидеть на каком-нибудь троне и делать маникюр своим когтям?

Я зарычал.

— Потому что я лучший. Потому что я прослежу, чтобы все было сделано правильно. Или ты предпочла бы, чтобы ваш высококвалифицированный шериф руководил дальнейшим расследованием?

Она сверкнула глазами, явно не доверяя, но, по крайней мере, казалась отчасти успокоенной.

— Прекрасно. Значит, ты прирожденный охотник. Чего еще ты хочешь от меня, Джексон? Я отдала тебе набросок.

Я пожал плечами.

— Портрет — это только начало. Даже если кто-то ее узнает, это не значит, что мы сможем ее выследить. На данном этапе нам нужно рассмотреть другие способы продвижения вперёд.

— Продвижения? — огрызнулась она. Огонь в ее глазах соответствовал цвету ее волос.

Я заглянул в окно гаража, чтобы убедиться, что волки не подслушивают.

— Я бы хотел, чтобы ты выпила зелье провидения, которое поможет нам найти ее.

Саванна одарила меня взглядом, в котором было что-то такое, ты, должно быть, издеваешься надо мной.

— Что, черт возьми, такое зелье провидения? Я не буду пить никакого безумного отвара от проклятого оборотня, это уж точно.

— Выслушай меня. Маги постоянно пьют зелья, чтобы повысить свои способности, исцелиться или придать себе временные силы. Если мы не найдем совпадения с рисунком, это может оказаться нашим лучшим шансом.

Я небрежно пролистал иллюстрации, пытаясь вести себя беззаботно, как будто это была обычная просьба. Я надеялся, что никто меня не подслушивает.

Любопытство взяло верх над ней.

— Что оно делает?

Я указал на камеры слежения.

— Выпив зелье провидения, ты на короткое время обретаешь ясновидение — видение на расстоянии. Ты делаешь глоток зелья, закрываешь глаза и концентрируешься на человеке, которого нам нужно найти. Затем ты видишь их размытое изображение, как будто ты старая видеокамера, парящая в воздухе.

Она посмотрела в объектив камеры наблюдения.

— Это как шпионить за ними с помощью дрона?

Я прислонился спиной к офисному столу.

— В значительной степени. Провидение может дать нам детали их местонахождения или подсказки к тому, что они делают.

Саванна указала на свою иллюстрацию.

— Тогда ты не можешь просто сделать это, используя эскиз? Почему я?

— Потому что я волк. Способность к провидению не в моей крови, но оно может быть в твоей. Кроме того, видение работает только в том случае, если ты встречалась с этим человеком и у тебя сложилось о нем действительно сильное впечатление. Это главное. Чем сильнее твое впечатление, тем четче картина и тем дальше простирается действие заклинания. У тебя сложилось бы очень сильное впечатление о твоих похитителях, даже если бы ты видела их лишь мельком.

Она прикусила губу, размышляя. Каждый раз, когда она это делала, во мне разгорался необъяснимый жар.

Женщина колебалась, поэтому я подтолкнул.

— Подумай об этом. Всего один глоток зелья, и ты сможешь помочь нам найти эту волчицу. Она никогда не узнает, что мы наблюдаем, и мы сможем устроить ей засаду прежде, чем она доберется до кого-нибудь еще. Ты могла бы добиться справедливости. Для себя и для всех остальных.

Саванна изучала мое лицо пронзительным взглядом, который был не по годам пристальным. От этого у меня волосы на затылке встали дыбом. Эти глаза, что такого было в ее глазах?

— В чем подвох? — огрызнулась она.

Она была проницательной. И сообразительной.

— Никакого подвоха. — Я сохранил невозмутимое выражение лица. — Зелья Провидения сложны в изготовлении, и каждое зелье должно быть лично приготовлено для того, кто будет его использовать. Следовательно, для этого требуется немного твоей крови в качестве компонента.

Она схватила свою сумочку со стола.

— Не-а, мистер. Ты с ума сошёл? Я не собираюсь отдавать тебе свою кровь для какой-то безумной магии. Ты вообще понимаешь, что кто-нибудь может сделать с ней, если она попадёт не в те руки?

— А ты? — возразил я.

Она взорвалась. Она не понимала, о чем говорит, но было ясно, что ЛаСаль уже подействовала на нее.

Я говорил спокойно, пытаясь разрядить ситуацию и исправить нанесенный ущерб, но мой гнев закипал.

— Послушай, тебе не нужно бояться. Мы воспользуемся зельеваром со звездной репутацией — Алией из «Притонов Мидуэя». Ты сможешь присутствовать при всем процессе. Когда она возьмет у тебя кровь и приготовит зелье.

Она оскалила зубы.

— Сделки не будет. Это не обсуждается. Мы закончили.

Я схватил ее за руку.

— Куда это ты собралась? Этот разговор еще не окончен.

— Нет, он закончен. Я возвращаюсь к ЛаСаль, ты позвонишь мне, когда моя машина будет готова, и я ни в коем случае не буду отдавать тебе свою кровь.

Ее подпись усилилась, и я почувствовал жар ее гнева, словно солнечные лучи, обжигающие мою кожу. Но моему волку понравился ее дух.

— Тебе не следует возвращаться туда. Это небезопасно.

Она прищурилась, глядя на меня с явной неприязнью.

— Ну, я чувствую себя там в безопасности. Что-то подсказывает мне, что у них есть способы не подпускать туда оборотней.

Я зарычал.

— Я могу выставить охрану в мотеле. Ты будешь в безопасности. Я дам тебе сопровождение.

— Почему ты так отчаянно пытаешься удержать меня на своей территории? — спросила она, пристально глядя на меня.

Пророчество провидицы эхом отозвалось в моей голове: Без нее рядом с тобой ты не найдешь ответов, которые тебе нужны. Но имей в виду, — твои противники тоже охотятся за ней. Если ты не остановишь их, она будет мертва до восхода полной луны, а вместе с ней и будущее твоей стаи.

Если я хотел получить ответы, если я хотел защитить ее, я должен был держать ее рядом и под контролем. Они пришли за ней. Если бы меня не было рядом, чтобы остановить их, мы бы потеряли все. Меня так и подмывало рассказать Саванне о том, что рассказала мне провидица, о деталях карт, которые она раскрыла. Но пророчество предназначалось только для моих ушей — такова была магия. Судьбы давали тебе проблеск будущего, а затем заставляли встретиться с ним лицом к лицу — и я не собирался идти наперекор судьбам.

— Ты ценный помощник, — сказал я. — Я собираюсь защитить тебя, но не могу этого сделать, когда ты с ними. Я хочу, чтобы ты была рядом.

Ее глаза расширились. Возбуждение? Определенно, и ярость. Интересный коктейль.

Саванна подошла так близко, что я почувствовала ее дыхание на своей груди, затем подняла глаза, чтобы встретиться со мной взглядом.

— Ты хочешь запереть меня в ящик, Джексон. Запереть меня в отеле и оставить здесь без машины. Ты хочешь контроля, но ты его не получишь. Я не собираюсь участвовать в какой-то жуткой программе защиты свидетелей оборотнями, сидеть в номере мотеля с охраной снаружи. Я не собираюсь быть обязанной тебе.

Я практически чувствовал, как мой волк расхаживает взад-вперед в моей душе. Ему нравился вызов. Он жаждал сражений. Я, однако, устал от упрямства Саванны, от ее постоянного сопротивления логичным просьбам. Она съехала бы с моста только для того, чтобы доказать всем, что ей не обязательно ехать прямо.

С меня хватит.

— Вот правда, Саванна: ты в долгу передо мной. Хочешь вернуть свою машину? Тогда ты работаешь со мной. Тебе нужна какая-нибудь информация о том, почему эти оборотни напали на тебя или что означают эти татуировки? Тогда ты работаешь со мной — а работать со мной означает возвращаться в свой мотель и оставаться на территории стаи, чтобы я мог помешать этим изгоям волкам вырвать тебе внутренности, как они уже сделали с тремя другими.

Я оставил ее там, трясущуюся от ярости и страха, но обернулся, прежде чем выйти за дверь.

— Завтра днем. В час дня мы идем на встречу с зельеваром, и ты выяснишь, что задумали эти люди. До тех пор, мотель.

Уходя, я хлопнул дверью.

15

Саванна

Такси высадило меня у дома ЛаСаль и умчалось. Я чертовски уверена, что не собиралась сразу возвращаться в мотель. Я была слишком зла, слишком сбита с толку и не знала, что еще делать.

Кейси открыл дверь.

— И где волчья шкура?

— Что?

Он ухмыльнулся.

— Ты сказала, что собираешься содрать шкуру с короля оборотней. И я также не вижу машины, так что, очевидно, все пошло не по плану.

Как много я могу ему рассказать?

Я поморщилась.

— Джексон держит мою машину в заложниках, как ты и сказал. Он не вернет ее, пока я не соглашусь работать с ним.

Кейси пригласил меня войти.

— Это серьезная чушь. Ты ни за что не позволишь волку так давить на тебя. Мы должны угнать твою машину сегодня вечером.

— Ты что, шутишь? Типа, вломиться в автомастерскую и просто забрать машину?

Он закрыл дверь и запер на четыре замка, один из которых начал светиться.

— Да. Ты должна противостоять волкам, иначе они переступят через тебя. Это игра за доминирование. Ты не можешь позволить ему победить. Поверь мне, мы имеем дело с подобным дерьмом годами.

У меня было отчетливое ощущение, что Кейси и Джексон втягивают меня во вражду, с которой я не хотела иметь ничего общего, и я покачала головой.

— Послушай, вламываться туда — это безумие. Я просто взбешена. За мной охотится неизвестное количество кровожадных оборотней, и я хочу их уничтожить. Очевидно, Джексон тоже. Я просто… я просто ненавижу, когда он использует мою машину против меня. Это единственное, что у меня осталось от моих родителей.

Кейси закатил глаза.

— Они волки, Саванна. Если ты подчинишься, они будут ожидать, что ты будешь подчиняться каждый раз. И если ты попытаешься договориться, это превратится в игру «держись подальше». Он играет с тобой, чтобы проверить, какой у тебя характер. Это их способ.

Я провернула похожее ограбление, когда забирала «Грант-Фьюри» из гаража Рэнди. Все прошло нормально. Но опять же, в тот раз мне не пришлось взламывать машину, и за нее было заплачено. Было бы совсем по-другому вломиться в мастерскую, принадлежащую оборотням, посреди земель стаи.

Нет. Это было бы приятно, но это было безрассудно. Я вздохнула и прислонилась к стене коридора, скрестив руки на груди.

Тетя Лорел вернулась домой через час с пакетами продуктов. Она хотела собрать большую семью на большой приветственный ужин, но я отговорила ее. На сегодня с меня было достаточно новых открытий.

У меня возникло искушение спросить ее о магическом зелье, но в тот момент, когда я упомянула Джексона, она похолодела.

— Тебе не следовало идти на встречу с ним. Я не указываю тебе, что делать, но послушай — ни одна здравомыслящая женщина не рискнула бы работать с этим мужчиной.

Вскоре после этого вернулся домой мой дядя Пит — муж Лорел. У его фирменной подписи был аромат свежего табака и вкус хлеба, приготовленного в дровяной печи. Я присоединилась к нему за виски в гостиной. Пока Лорел и Кейси болтали, он был тихим и сдержанным, за что я была глубоко благодарна.

В итоге на ужин мы заказали китайскую еду навынос. Я приготовилась к жирной лапше, но на самом деле она была довольно вкусной, хотя у меня и не было возможности поесть. Лорел засыпала меня вопросами, в основном о моем отце. Я действительно не задумывалась о том, что, когда я потеряла родителей, она потеряла брата. Очевидно, они были близки, но после моего рождения он покинул Мэджик-Сайд и исчез из ее жизни. Потом он умер. Вероятно, я была ее последним шансом сблизиться с ним и с теми потерянными годами.

Она охотно поделилась информацией о моем отце — старшая сестра, которая обожала своего младшего брата. Он был лучшим художником. Прекрасным зельеваром. Его руны были точны — что бы это ни значило, — и он мог поджарить хороший кусок мяса.

Лорел была гораздо менее откровенна о моей матери.

— Вы ее совсем не знали? — допытывалась я.

— Твой отец влюбился, когда учился в колледже в Джорджии, и мы никогда его не навещали. Когда они вернулись сюда, она уже была беременна тобой. Мы были в восторге. Я думала, что у Кейси будет двоюродный брат или сестра, с которыми он сможет играть, но вскоре после этого они переехали в Висконсин. Она не была счастлива здесь, и они решили, что это не та жизнь, которую они хотели бы для тебя.

— Почему? Из-за магии? Из-за оборотней? Из-за чего-то еще?

Моя тетя посмотрела на своего мужа. Невысказанные ответы между ними повисли в воздухе. Наконец, она повернулась ко мне.

— Все это, на самом деле. То, что они уехали, разбило нам сердца, но я бы отдала частичку своей души, чтобы они и ты были в безопасности и счастливы.

Правда.

Я прикусила губу, когда меня захлестнула печаль. Я попыталась собраться с силами, чтобы спросить ее о большем, но зазвонил мой мобильный. Альма. Она бы не позвонила, если бы это не было важно.

— Извините, я должна ответить, — сказала я, затем встала и нырнула в другую комнату. — Привет, Альма. Все в порядке?

— Абсолютно, милая. С тобой все в порядке? Кто-то расклеил по всему городу плакаты с надписью Пропала: Саванна Кейн, последний раз ее видели на пути в Чикаго.

— Что? Шериф идиот? Я не пропала.

Я прижала ладонь ко лбу. Мог ли он быть более некомпетентным?

— Он сказал, что не вешал их. Я попросила его снять их, но он еще не сделал этого. Я просто не понимаю, как кто-то узнал, куда ты направляешься. Я никому не говорил, что ты уехала.

— Ладно, спасибо, что дала мне знать.

Я потерла лоб. Как раз то, что мне было нужно: куча дорожных знаков, указывающих оборотням прямо на меня, если они еще не выяснили, куда я направилась. Поскольку нападавшие на меня охотились за магией, они, вероятно, предположили, что я сбегу в самый большой волшебный город в округе. Это не помогало ситуации.

Я бы поболтала и дольше, но Альма быстро повесила трубку на случай, если кто-то отслеживал наш телефонный звонок.

— Все в порядке? — Спросила Лорел, когда я вернулась к столу.

— Просто моя крестная проверяет, как я.

— Она, должно быть, волнуется. Я полагаю, ты не сказала ей правды. Мэджик-Сайд — это секрет, и о нем запрещено рассказывать посторонним, которые не владеют магией.

— Она думает, что за мной гонятся люди в черном. Честно говоря, я, наверное, больше беспокоюсь о ней. Если эти оборотни пойдут за ней, чтобы добраться до меня…

Мое дыхание запнулось, а сердцебиение участилось. Я действительно не рассматривала риск, которому могла подвергнуться Альма.

— Я уверена, с ней все будет в порядке, — неубедительно сказала моя тетя.

Во мне закралось беспокойство, но проблема породила идею. Открытие.

Пришло время для гамбита.

Я отложила палочки для еды и пробормотала:

— Хотела бы я знать, как она. Она не всегда отвечает на звонки, и я начинаю беспокоиться. Есть ли какая-нибудь форма магии, которая, о, я не знаю, позволяет тебе заглянуть к кому-нибудь?

Я старалась дышать ровно.

Лорел подняла бровь.

— Ага, — сказал Кейси, пережевывая лапшу. — Это называется провидением. Как подглядывание без разрешения. Это абсолютно незаконно, возможно, аморально, и у тебя могут быть большие неприятности.

— Это также опасно, — заметила Лорел.

Черт бы все это побрал, Джексон.

— О, — сказала я и уныло вернулась к своему ужину.

— Эй, не сдавайся так легко, — Кейси наклонился вперед и прошептал, хотя все по-прежнему могли его слышать. — Так получилось, что наша семья действительно хороша в провидениях. Это что-то вроде того, чем мы занимаемся.

Я прикусила губу, пытаясь сдержать волнение.

— Это то, чему вы могли бы меня научить?

Я посмотрела на Лорел, которая на этот раз подняла обе брови и одарила меня довольной улыбкой.

— Знаешь, это звучит как отличная идея. Пит мог бы помочь тебе приготовить магическое зелье, чтобы ты могла навестить свою крестную. Это был бы отличный способ начать практиковаться в магии.

Я посмотрела на дядю.

— Ты готовишь зелья?

Он даже не потрудился открыть рот — тетя Лорел просто вмешалась.

— Он довольно талантлив в зельеварении. Вот как он околдовал меня. Любовное зелье. — Она бросила на мужа совершенно распутный взгляд.

— Мама! — Кейси побледнел и бросил палочки для еды.

Я повернулась к дяде, волнение пробежало по моей коже.

— Ты не мог бы мне помочь?

Дядя Пит ухмыльнулся.

— Как насчет завтрашнего утра?

Я ответила на его широкую улыбку.

— Не могу дождаться.

Наконец-то все налаживалось. Я нашла свою семью, и хотя они явно были по уши в темном дерьме, как и мои родители тоже. Было почти естественно, когда кто-то утверждал, что действительно хорош в нелегальных делах.

Более того, я узнала, что обладаю магией. Я поняла, что, несмотря на годы изнурительной работы и учебы, а также на воспитание в глуши, в конце концов, во мне может быть что-то особенное. Я все еще понятия не имела, почему на меня напали, но с помощью магического зелья я могла бы получить некоторые ответы, не полагаясь на Джексона Лорана.

16

Саванна

После ужина мы убрали со стола, и тут в комнату вошел мой дядя с подносом красивых фиолетовых цветов с корнями, листьями и всем прочим.

— Если я собираюсь помочь тебе приготовить зелье, тебе придется потрудиться. Пора приготовить кое-какие компоненты для зелья.

Кейси хихикнул.

— Добро пожаловать в мое детство. И взрослую жизнь.

Дядя Пит поставил поднос на стол и бросил мне резиновые перчатки.

Мои глаза расширились.

— Это для зелья провидения?

— Нет, это только для семейного бизнеса. Это место — подпольная мастерская. Привыкай к этому, — сказал Кейси.

Я указала на цветы.

— Что это? Они прекрасны.

— Аконит, — сказал мой дядя. — Мы в основном импортируем его, но эти выращены на месте. Это хороший компонент для зелий, но токсичный. Будь осторожна, когда будешь с этим обращаться.

Он показал мне, как аккуратно снимать красивые соцветия в форме колпачка, не повреждая их, а затем как обрезать листья и корни. Мы разложили их по маленьким баночкам. Он не шутил, когда сказал, что они токсичны. У меня зачесались и начали слезиться глаза.

Лорел присоединилась к нам, разбирая цветы. Она внимательно посмотрела на меня, затем протянула коробку с салфетками.

— Полагаю, ты не смогла сегодня вернуть свою машину?

Мысль о Джексоне убила чувство покоя, которое я получала, обрабатывая цветы.

— Кстати, что у вас за дела с Лоранами?

Мои тетя и дядя сделали паузу. Очевидно, это был не разговор после ужина или, по крайней мере, не разговор при обрабатывание цветов.

— Они пушистые и отстойные, — сказал Кейси от раковины, где он наполовину вымыл посуду.

Я решила, что перешла запретную черту, поэтому посмотрела вниз и снова начала срывать красивые фиолетовые цветы.

— Между нами много неприязни, — наконец пробормотала моя тетя. — Но нам не обязательно говорить об этом сегодня вечером.

Мой дядя наклонился вперед и положил руки на стол. Его голос звучал смело.

— Три столетия назад Мэджик-Сайд был группой маленьких островов в озере Мичиган. Люди заполнили пространство и создали единый город. Но наш остров остался отдельным. В конечном итоге городской совет, который в основном состоял из волков, заставил нас присоединиться к ним. Они избавились от нашей гавани, чтобы мы были обязаны городу. Затем они попытались захватить землю. — Он вызывающе помахал цветком. — Мы преподали им урок о том, что принадлежит нам, а что им.

Мой взгляд метался между тетей и дядей, неуверенная, следует ли мне поощрять его. Однако было бы лучше, иметь такую информацию, поэтому я выпалила:

— Но это было так давно.

— Они контролируют все мосты и гавань, и они не прекращают попыток прижать нас. Ты узнаешь. Дай им то, что они хотят, и они возьмут больше.

Разве я этого не знала.

— Но почему вас ненавидят? Джексон… кажется сердитым.

Мой дядя откинулся назад и забарабанил пальцами по столу.

— Потому что мы даем людям возможность постоять за себя.

— Нам не следует говорить об этом сегодня вечером, — приказала моя тетя. — Давайте поговорим о более приятных вещах.

Я сглотнула.

Во время поездки в «Эклипс» Джексон рассказал мне, что ЛаСаль занимались незаконным оборотом оружия и зелий. Я опустила взгляд на цветы, чтобы не пялиться на хозяев, но в голове у меня все перемешалось. Чем на самом деле занимались ЛаСаль? Это была просто торговля оружием, или они его тоже производили? Были ли это пистолеты, подобные тем, из которых я стреляла в детстве, или что-то похуже? Что-то волшебное? Что-то связанное с темной магией?

Джексон сильно подталкивал меня к тому, чтобы я осталась в мотеле, но когда я подумала об этом, это было, вероятно, самое безопасное место для меня — с людьми, которые столетиями враждовали с оборотнями.

Он хочет контроля.

Но ситуация выходила из-под контроля. Какой-то идиот разместил мои фотографии по всему Бальмонту, давая моим противникам точно знать, куда я делась. Хуже того, Джексон провел меня через штаб-квартиру стаи. Тонны оборотней видели меня и знали, что рыжеволосая девушка с татуировкой только что появилась в городе. Если бы кто-то из них был в сговоре с нападавшими на меня, они бы точно знали, где я нахожусь. Это был практически верный ход.

Я уронила цветок, который держала в руках.

Этого не могло быть.

Но что-то сжалось у меня в груди, и мой пульс участился. Джексон использовал меня как приманку?

У него были люди, которые следили за мной. Он пытался удержать меня в Бальмонте, где они могли нанести новый удар. Теперь он удерживал меня в городе, придерживая мою машину. Я была легкой добычей, и он знал, что они вернутся.

Он это и планирует.

Я вскочила из-за стола, мое сердце бешено колотилось.

— Все в порядке? — Спросила Лорел.

— Я только что вспомнила, что мне нужно позвонить, — пробормотала я, затем поспешила к входной двери и пролистала телефонную книгу, чтобы найти запись — Мудак.

Джексон снял трубку после первого гудка.

— Саванна. Рад, что ты позвонила. Ты не передумала?

— Ты, задница, знаешь? — Рявкнула я, понизив голос на случай, если кто-нибудь внутри подслушивал.

— О чем ты говоришь?

Несмотря на весь мой гнев, звук его пьянящего голоса все еще разжигал во мне огонь, но я изо всех сил старалась сосредоточиться.

— Ты используешь меня как приманку?

— Что? Нет.

Он усмехнулся. Это было искренне?

Черт.

Я должна была встретиться с ним лицом к лицу. У меня было хорошее чувство, когда люди лгали мне, но это срабатывало только тогда, когда я была рядом, смотрела им в глаза и заставляла их потеть.

Я все равно продолжала.

— Очевидно, кто-то расклеил по всему Бальмонту плакаты, в которых говорилось, что в последний раз меня видели направляющейся в Чикаго. Шериф не знал, куда я направляюсь, как и никто другой в городе. Ты приказал своим людям повесить эти плакаты?

— Ни в коем случае.

Он лгал? Я не могла сказать, и от этого у меня зачесались ладони.

— Ты пытался поймать меня. Твои преследователи следят за мной, куда бы я ни пошла. Ты хотел, чтобы я остановилась в твоем мотеле, на твоих землях.

— Я делаю все возможное, чтобы защитить тебя, в то время как ты делаешь все возможное, чтобы тебя убили, — холодно сказал он.

Готова поспорить на деньги, что его глаза стали медово-золотистыми, как всегда, когда он злился.

— Ты разместил эти плакаты. Это не программа защиты свидетелей-оборотней! Ты используешь меня как чертову приманку!

У него перехватило дыхание, и когда он заговорил, это было практически рычание.

— Я бы никогда не подверг тебя риску. Я делаю все, что в моих силах, чтобы остановить этих людей.

Тщательно ли он подбирал слова? Боже, как бы я хотела увидеть его сейчас. Я смогла бы учуять исходящий от него запах лжи.

— Пошел ты, Лоран.

Я нажала пальцем на кнопку отбоя, как будто он мог это почувствовать. Он сразу же перезвонил, поэтому я нажимала на значок питания до тех пор, пока телефон полностью не выключился.

— Черт, — сказала я восходящей луне и темному воздуху летней ночи. Это было грязное слово, которое я приберегала для редких случаев. За то время, когда я была хороша и по-настоящему оттрахана, как сейчас.

Одно я знала точно — я не собиралась оставаться на земле стаи сегодня вечером. ЛаСаль были совершенными незнакомцами, но они не пытались меня убить. К тому же Лорел дважды предлагала приютить меня.

Возвращаясь в дом, я по привычке хлопнула дверью, потом покраснела и вспомнила, что я гость.

Кейси высунул голову из-за угла.

— Все в порядке?

Я сверкнула глазами. Я была зла на Джексона, но не возражала, что объектом моего гнева станет Кейси.

Он вскинул руки.

— Эй, Медуза, направь свои змеиные глаза куда-нибудь в другое место. Помни, я тот парень, который поможет тебе вернуть машину.

Я яростно замотала головой.

— Нет, это не так. Но было бы здорово, если бы ты согласился подвезти меня за вещами. Я думаю, что останусь здесь, если вы все еще не против.

— Конечно! Мама будет в восторге. Мы заберем твои вещи и машину.

— Украсть мою машину у оборотней — ужасный план, — ответила я, хотя мне доставило бы чертовски большое удовлетворение увидеть выражение лица Джексона.

И я вышла бы из-под его контроля, свободная принимать свои собственные решения.

Кейси пренебрежительно махнул рукой.

— Это отличный план, и он уже в действии. Мы собираемся встретиться с Зарой недалеко от Мидуэя через три часа.

— Кто такая Зара?

— Она та девушка, которая водит грузовик, который вывезет твою машину из автомастерской Джексона на великолепную свободу.

Я скрестила руки на груди, подняла бровь и одарила его глубоко скептическим взглядом.

— И что, мы просто вламываемся внутрь, крадем машину и убегаем без последствий?

Я не видела ни тети Лорел, ни дяди Пита, но все равно шептала.

— Не волнуйся, я профессионал в подобных проделках.

Я потерла висок.

— Кейси, я ценю это, правда. Но это звучит неоправданно рискованно. Допустим, мы справимся и не умрем. Разве Джексон просто не приедет и не заберет машину обратно?

— Ни за что. Ты добьешься своего и продемонстрируешь, что у тебя есть характер. Плюс, мы спрячем ее в логовищах Мидуэя, которыми управляют дьяволы. Волки уважают эту линию на песке, если что.

Мир немного закружился, и мне пришлось прижаться к стене.

— Дьяволы и демоны?

— Ах, черт, точно. Ты только что узнала о магии и оборотнях. Дьяволы и демоны больше похожи на материал для второго дня. С другой стороны, Зара наполовину демон, так что это важная мелочь.

— Ты хочешь, чтобы я работала с демоном?

Кто были эти безумцы?

— Не с демоном, а с полудемоном. Другая половина — маг или что-то в этом роде. Она классная. — Он ухмыльнулся. — И горячая. Понятно?

На самом деле я больше ничего не могла вынести. Я уже не могла держаться на ногах, поэтому просто прислонилась к стене и опустилась на задницу.

Кейси присел на корточки рядом со мной.

— Ты же не хочешь быть обязанной этому мудаку, верно?

Мой желудок скрутило. Я была по уши в неприятностях. Джексон воспользовался моим единственным вариантом побега и, возможно, на самом деле использовал меня как приманку для оборотней. Я положила руки на колени.

— Джексон может засунуть это себе в задницу, мне все равно.

— Я полностью согласен. Он альфа и привык просто брать то, что хочет. К тому, что все вокруг него подчиняются. Он будет ожидать этого от тебя. Ты хочешь, чтобы он командовал тобой все оставшееся время, пока ты здесь?

— Я хочу вернуть свою чертову свободу, вот что.

Кейси встал и хлопнул себя ладонями по штанам.

— Ну, тогда давай вернем ее.

17

Саванна

Три часа спустя луна стояла высоко, и мы были уже на пути, чтобы поиграть в грабителей авто в реальной жизни. Мы проделали долгий путь за пределы территории ЛаСаль, чтобы убедиться, что за нами не следит кто-нибудь из головорезов Джексона, поджидающих меня на границе. В конце концов, мы припарковали «РАВ-4» Кейси в нескольких кварталах от Мидуэя, и мой адреналин зашкаливал.

Угнать мою машину было безумной идеей. Я знала это.

Старая Саванна никогда бы не сделала ничего подобного. Но старушка Саванна не подвергалась нападению оборотней, не знала, что родители скрывали от нее ее магию и семью, и, по сути, ее машину не крал босс оборотней, который использовал ее как пешку.

Новая Саванна, вроде как, получала по зубам и нуждалась в победе. Кроме того, мне нужно было преподать Джексону урок. Таким образом, я собиралась вломиться в его автомастерскую и угнать свою машину обратно.

Что может пойти не так?

В нашем плане участвовали трое соучастников — Кейси, я и Зара, у которой был грузовик с прицепом для буксировки моей машины. Она выглядела почти нормально, если бы не рожки и фиолетовые пряди в темных волосах.

— На что ты смотришь? — рявкнула она.

— Твои рога.

В тот момент меня это уже не волновало. Это место было таким странным, и ей нужно было принять тот факт, что я так думала.

— Они милые, — быстро добавила я, потому что она также была за рулем грузовика, который должен был буксировать мою машину к свободе, и я не хотела начинать с плохого.

Зара пожала плечами и прислонилась к пикапу с небрежностью, которая кричала о внешней уверенности, но прошептала: Я готова сбежать, как только появятся копы.

Я повернулась к Кейси.

— Итак, каков план? Он есть, верно?

Он пренебрежительно махнул рукой.

— Довольно прост. Мы все запрыгиваем в грузовик Зары, затем вламываемся внутрь, хватаем машину, грузим ее в прицеп и убегаем. Все это займет пять-десять минут.

Я прищурилась.

— Кажется, ты упускаешь важные детали. Как нам попасть внутрь? Как сделать так, что бы не сработала сигнализация? И самое главное, как нам не попасться?

— Не волнуйся, кузина. Я с этим справлюсь.

Я кладу руку ему на плечо.

— Я волнуюсь.

— Отлично. Первый шаг — мы забираемся в машину. Второй шаг — Зара включает зажигание. Третий…

Это было уже слишком, поэтому я пнула его в голень.

— Реальные подробности.

Кейси поморщился и потер ногу.

— Боже! Я дразнился!

— Мы пройдем через черный ход, — сказала Зара. — Кейси отключит сигнальные заклинания, а я отопру дверь. Ты найдешь свои ключи в офисе, пока он откроет дверь гаража, а я остановлюсь у входа. Мы все погрузим твою машину в прицеп и уедем. Все просто.

— А если появятся волки?

Кейси пожал плечами.

— Мы не будем включать сигнализацию, поэтому и они не появятся. Но если она сработает, мы садимся в грузовик и уезжаем. Пешком от них не убежишь.

— Разве они не будут просто преследовать нашу машину? Волки, которые напали на меня, догнали меня на открытой дороге.

Глаза Кейси расширились.

— Правда? Черт. Я не думал, что они могут бегать так быстро. Я не видел, чтобы они делали это здесь, но, возможно, они сдерживаются. Им не нравится, что мы много о них знаем. Тем не менее, это чертовски быстро. Давайте не будем попадаться.

— Надежный план, Кейс. — Я вздохнула.

— Кроме того, если они поймают тебя, это хуже смерти. — Кейси смерил Зару суровым взглядом, затем повернулся ко мне. — Это Мэджик-Сайд, а не Чикаго. Существуют правила ведения боевых действий. Вот почему я даю тебе это.

Он вложил мне в руку маленькую бутылочку.

— Я знаю, что ты не можешь контролировать свою магию, достойную крутого дерьма, поэтому, если кто-то выглядит так, будто собирается тебя съесть, просто направь на него это, закрой глаза и побрызгай.

— Да. Я знакома с перцовым баллончиком.

Он покачал головой.

— Нет, это не то. Используй его только в крайних случаях. Волки попытаются напугать тебя, потому что думают, что это весело. Они могут быть грубыми с тобой. Терпи удары и выжидай. Используй это только в том случае, если ты смотришь на волка сверху вниз, он не в своем уме и готовится укусить. У тебя в руке серьезное оружейное дерьмо.

Я с трудом сглотнула. Ни один из этих сценариев не звучал великолепно.

Кейси остановился, открывая дверь грузовика, и перевел взгляд с меня на Зару.

— И, э-э, никому не говори, где ты это взяла, если они спросят.

Я закатила глаза.

— Не буду.

— И, кузина, очень, очень, очень постарайся не брызгать себе в лицо.

Я сунула в карман бутылку с чем-то, что, как я предположила, было чем-то вроде отравы, и выпятила бедро.

— Кейси, ты полная задница.

Он запрыгнул на пассажирское сиденье, оставив мне место самоубийцы сзади.

— Странно. Многие люди говорят мне это.

Через пять минут мы остановились в паре кварталов от гаража Боди.

— Почему мы останавливаемся?

— Маскировка для камер, — сказал Кейси, раздавая черные перчатки и пушистые маски.

Я подняла одну.

— О Боже, что это?

В ответ Кейси надел свою. Это были меховые маски волка.

Я застонала.

— Ты, должно быть, шутишь.

Зара тоже надела свою.

— Одевай. Пошли, новенькая.

Я подчинилась, когда пикап загрохотал по дороге. Отверстия для глаз в маске ограничивали обзор. Действительно ли такой троллинг волков стоил того?

Прежде чем я успела решить, не лучше ли все прекратить, грузовик остановился прямо за углом гаража Боди. Адреналин хлынул по моим венам, когда мой разум попытался справиться с этим безумием.

Кейси и Зара выскочили из машины и помчались по переулку за отреставрированным кирпичным зданием, а я последовала за ними. Как только мы подошли к задней двери, Кейси начал шептать и размахивать пальцами, как жалкий безумец.

Неужели это и значит быть колдуном?

Мои сомнения рассеялись, когда он сформировал маленький светящийся шарик на своей ладони в перчатке. Он подул, и свет разлетелся, как перышко на ветру. Он мягко коснулся двери, и с потрескиванием энергии весь дверной проем озарился сияющими магическими рунами.

У меня перехватило дыхание от этой красоты.

Затем магические символы рассыпались искрами и канули в небытие.

— Этого должно хватить, — прошептал Кейси. — Волки не колдуют, поэтому они покупают готовые вещи у магов. Не так уж трудно пробиться.

Зара опустилась на колени рядом с дверной ручкой, коснулась ее и закрыла глаза. Щелкнуло. Она осторожно повернула ручку и распахнула дверь, открыв темную, как смоль, комнату.

— Что ты сделала? — Прошептала я.

— Я наполовину Железный Маг. Я управляю металлом.

— Круто.

Я не могла до конца осознать, что все это значит, но звучало потрясающе.

Кейси достал из заднего кармана крошечный фонарик и поводил им по комнате. Через несколько секунд он нашел свет и включил его.

Мое сердце сжалось. Моя «Грант-Фьюри» стояла на подъемнике посреди второго отсека, с поднятым капотом и полностью разобрана.

— Что он наделал?

У меня перехватило дыхание, когда я бросилась к машине.

Спинка сиденья была снята и лежала в стороне вместе с несколькими деталями, которые, как я предположила, приводили машину в движение.

Это было плохо.

Зара щелкнула выключателем на стене, и гидравлический подъемник с ревом ожил, медленно опуская машину на землю.

Кейси схватил меня за плечо.

— Не волнуйся, твоя машина, вероятно, в порядке. Нам просто нужно взять все с собой. Иди возьми свои ключи в офисе.

Слезы выступили в уголках моих глаз, когда я бросилась в офис. Этот засранец разрушил единственное, что имело для меня значение.

Я подергала дверь кабинета.

— Заперто! — крикнула я.

— Подожди секунду, я открою! — крикнула Зара.

Я потрясла дверную ручку, в то время как мой разум кружился от беспокойства. Могла сработать бесшумная сигнализация. Они могли быть уже в пути. Джексон может быть здесь в любую секунду.

Мою кожу начало покалывать, а волосы на руке встали дыбом. Затем волна холода пробежала по моей руке и выбила дверную ручку у меня из рук. Я вскрикнула, когда дверь кабинета сорвало с петель, а оторванная дверная ручка с грохотом упала на пол где-то в кабинете.

— Черт! — крикнула Зара со своего поста. — Я думала, ты не разбираешься в магии.

Я в шоке посмотрела на свою руку.

— Я не разбираюсь.

Внутри офиса начала мигать большая красная лампочка.

Ну и дерьмо.

Когда новый слой паники просочился в мой голос, я крикнула Кейси:

— Кажется, я облажалась!

— Возьми ключи, — прошипела Зара. — Я подгоню грузовик. Нам нужно работать быстро.

Я включила свет в офисе и нашла шкафчик с ключами от машины, который тоже был заперт. Зара ушла, поэтому я попыталась сосредоточиться и сотворить волшебную штуку.

Ничего. Ни взрыва, ни льда по коже, ни капельки.

От нечего делать я рылась в столе, пока не нашла ключ, висевший на потайном крючке. Я вставила его в замок и распахнула шкафчик. Мои ключи висели на цепочке с связкой крошечных серебряных кисточек для рисования, так что их было легко найти. Я схватила их и выбежала из офиса.

Когда я вышла, Кейси уже поставил машину вниз и открыл ворота, а Зара мастерски отъехала грузовиком так, чтобы прицеп для буксировки идеально выровнялся.

Мы были так близки.

Кейси помахал мне рукой.

— Запрыгивай и переведи ее в нейтральное положение! Мы с Зарой будем толкать.

Я скользнула на водительское сиденье, и мое сердце сжалось. Моего радиоприемника не было, осталась только большая черная дыра в обшивке из искусственного дерева.

Я собиралась убить Джексона Лорана.

Но сначала нам нужно было убраться отсюда. Я поставила машину на нейтралку и крепко сжала руль.

— Готово!

Кейси что-то проворчал и изо всех сил толкнул машину. Зара закатила глаза и махнула рукой, и машина медленно покатилась вперед. Когда Кейси застонал и упал на колени, она ухмыльнулась.

Очевидно, владение металлом означало, что она могла передвигать полутонные машины. Интересно.

Металлические пандусы заскрежетали по асфальту, когда колеса «Фьюри» покатились дальше. Затем пикап накренился вперед на дюйм, когда машина ударилась о край прицепа и осела в гнездах для колес.

— Здорово! Давайте возьмем остальное дерьмо! — крикнул Кейси.

Я выбралась из машины, пока Зара закрепляла ремни на колесах, едва веря в нашу удачу. Кейси боролся с расшатавшейся спинкой сиденья, поэтому я ухватилась за нее, и мы забросили ее в кузов пикапа.

Я обежала вокруг кучи автомобильных запчастей.

— Что это за хлам? Оно вообще принадлежит моей машине?

— Понятия не имею! — крикнул Кейси, поднимая несколько предметов, похожих на трубы. — Просто хватай это и уходим. Ты можешь вернуть их позже, если оно тебе не принадлежит!

— Это безумие!

Я схватила несколько штуковин, которые, как мне показалось, узнала, побежала обратно к грузовику и бросила их в кузов.

Зара закончила закреплять «Фьюри» и забралась в кабину грузовика.

— Поехали, вы двое!

— Подожди! Там еще кое-что! — Я метнулся обратно в гараж.

Кейси показал пару «бит энд бобс».

— На самом деле я не уверен, что что-то из этого твое.

— Это мой радиоприемник.

Я схватила его и прижала к груди. Открытое гнездо в приборной панели было похоже на дыру в моем сердце.

Позади нас раздались крики, и я обернулась. В суматохе шины пикапа завизжали по асфальту, и он рванулся вперед.

— Она кинула нас! — Я закричала, не веря своим ушам.

Мы с Кейси помчались к открытому гаражу, когда грузовик тронулся с места, увозя мою «Грант-Фьюри» на буксире. Мы, пошатываясь, остановились, когда на улице появились тени. Оборотни.

— Задняя дверь! Беги! — крикнул Кейси.

Мы выскочили через заднюю дверь в переулок. Он захлопнул дверь и соткал быстрое заклинание, и из дверной ручки посыпались искры.

— Вперед! Они просто будут бегать по внешней стороне здания. Или перепрыгивать через крышу — они могут прыгать очень далеко!

Мы помчались по переулку. Я оглянулась, когда темная тень запрыгнула на крышу гаража, а затем подпрыгнула высоко в воздух. Из-за маски я не могла разглядеть, куда она приземлилась. Я едва могла разглядеть, куда мы направляемся.

— Они собираются убить нас? — Я закричала.

— Скорее всего, нет! Не используй никаких фокусов-покусов без крайней необходимости. Мы на их территории, и это было бы плохо, — задыхаясь, произнес Кейси, на удивление не в форме.

— У меня не осталось ни одного чертова фокуса-покуса, который можно было бы использовать! — Крикнула я в ответ, когда мы завернули за угол.

— С тобой все будет в порядке! — ответил он, но затем темная фигура женщины врезалась ему в грудь, и он отлетел к стене.

Сэм, барменша Джексона.

Я резко остановилась.

Джексон стоял в дальнем конце переулка, его силуэт вырисовывался на фоне уличных фонарей. У меня перехватило дыхание, а колени подогнулись.

— Беги, Саванна! — закричал Кейси, поднимаясь с земли.

Сэм выбила его ноги, отчего он шлепнулся на задницу, а меня это привело в чувство. Я бросилась обратно по переулку, Джексон следовал за мной по пятам.

18

Саванна

Мое сердце бешено колотилось в груди, когда я бежала между кирпичными зданиями. В старших классах я занималась легкой атлетикой и была достаточно быстрой, так что, может быть, мне повезет и я оторвусь от него.

Я оглянулась через плечо. Нет.

Джексон был почти рядом со мной. Он был чертовски быстр.

Не то чтобы я была удивлена. Напавшие на меня волки раздавили мою машину, а Джексон был в разы сильнее.

Я все равно бежала. Часть моей души подпрыгнула от возбуждения, в то время как остальная часть моего разума восстала против явного безумия всего этого.

Я отдала бегу все, что у меня было.

Зашуршал гравий, и в воздухе промелькнула тень. Джексон врезался в стену здания и повис там, вцепившись пальцами — нет, когтями — в старый, крошащийся кирпич.

Я метнулась прямо по боковой улице. Джексон снова прыгнул и приземлился на соседнюю стену надо мной, обрушив на меня град строительного мусора.

Черт возьми. Его руки могли впиваться прямо в кирпич.

Он подпрыгнул вверх и приземлился на крыше. Я завернула за угол, но он взмыл в воздух и приземлился на другую крышу прямо передо мной.

Он мог обогнать меня и прыгнуть на тридцать футов.

Он играет со мной.

Осознав это, я резко затормозила, прижала к груди старый радиоприемник и вытащила бутылку зелья из заднего кармана. Вытянув руку, я указала на черную тень на крыше.

— Не подходи, Джексон!

Он подпрыгнул над головой, отскочил от стены и приземлился прямо передо мной с низким рычанием.

Я направила баллончик прямо в его светящиеся медом глаза.

— Я серьезно, я…

Баллончик вылетел у меня из рук. Я потрясено потрясла запястьем. Он выбил его из моей хватки так быстро, что я едва успела заметить движение его руки.

Джексон издал глубокий животный рык. Его руки превратились в когти, а тело дрожало от сдерживаемой силы.

— Никогда больше не приноси это на землю стаи.

В его голосе было что-то почти дикое.

Я прижалась спиной к кирпичам. Мое сердце так сильно колотилось в груди, что готово было вырваться наружу.

Два других оборотня бросились в переулок, но он остановил их движением руки с когтями и сделал еще один шаг вперед.

— Как ты посмела вломиться в мою автомастерскую, ЛаСаль? Я думал, пройдет больше времени, прежде чем твоя семья совратит тебя, но не прошло и дня. Похоже, яблоко от яблони недалеко падает.

Его подпись — теперь я знала, что это такое — ошеломила меня, как будто он выпускал всю ее наружу. Сосны, и мох, и дым, и снег, и звук бегущей воды. Я не могла удержаться, чтобы не вдохнуть это. Все это. Это взывало ко мне, как наркотик. Оборотень передо мной был ужасающим и опьяняющим, как желание прыгнуть с края утеса. Но я была слишком напугана, чтобы подойти. Я едва могла говорить.

— Пожалуйста…

Джексон встретил мой окаменевший взгляд своими глазами цвета меда. Казалось, они впитывали меня, читая каждую мысль в моей голове. Он навис надо мной, грудь его вздымалась, хотя я была уверена, что он даже не вспотел, преследуя меня.

Наконец, он слегка улыбнулся мне и провел когтем по моей щеке в маске. Я не сдвинулась ни на миллиметр, когда он скользнул по моей коже, но мое сердце казалось готовым вырваться из груди.

Когда он убрал руку, она снова была человеческой. Я выдохнула часть воздуха, скопившегося в моих легких.

— Не волнуйся, Саванна. Ты в безопасности. — Затем он схватил мою маску за козырек и натянул ее мне на голову. — И должен сказать, ты мне очень нравишься как волк.

От насыщенного тона его голоса у меня по коже побежали мурашки. Его янтарные глаза скользнули по моей вздымающейся груди. Я почти чувствовала запах… его желания?

Невозможно. Он ненавидел меня. Все было так запутанно.

Джексон был достаточно близко, чтобы я почти могла попробовать его на вкус. Часть меня хотела этого, и тепло разлилось у меня в животе.

Что с тобой не так, Сави?

У меня в кармане зазвонил телефон. Я нащупала его через джинсы, чтобы заглушить, и одарила Джексона своим лучшим «Не морочь мне голову» взглядом.

— Отойди.

В его глазах промелькнуло веселье, но черты лица по-прежнему оставались жесткими. Он наклонился и тихо прошептал.

— Почему? Я поймал тебя. Ты не очень быстрая.

Я оскалила зубы, внезапно и необъяснимо обидевшись. Я не была олимпийцем, но у меня было много головокружительных побед и школьных трофеев, доказывающих, что я достаточно быстра. Однако он был просто нечеловечески быстрым.

Кейси сказал, что мне нужно стоять на своем, поэтому я вздернула подбородок.

— Мне не нравится, когда со мной играют.

— Но ты такая милая игрушка, — прорычал он низко и грубо.

Гнев разлился по моим венам, как ледяная вода. Я шагнула вперед и изо всех сил ударил альфу по щеке. По моей руке пробежал электрический разряд, и пальцы онемели от холода.

Джексон отшатнулся на шаг. Его зрачки расширились, а на пальцах появились когти. Он дотронулся до своей щеки, где начинали розоветь тонкие полоски от моих пальцев.

Я что, только что наградила пощечиной альфу?

Я посмотрела на его когти. Я видела, как точно такие же чуть не вырвали кишки из человека и швырнули его на капот моей машины. Но было слишком поздно. Джексон встал на дыбы, и я не могла отступить.

Поэтому я сделала шаг вперед, придвинувшись так близко, что нас разделял всего дюйм. Он был высоким, так что мне пришлось запрокинуть голову, чтобы посмотреть на него сверху вниз, но я не собиралась спускать это на тормозах.

— Я не игрушка, Джексон. Ты не имеешь права командовать мной и не имеешь права использовать меня в качестве приманки.

Джексон

Саванна Кейн была в дюйме от моей груди и так близка к встрече с моим волком, как никогда раньше. Он боролся, чтобы освободиться, но я с трудом удерживал его.

Ее аромат опьянял мои чувства. Коктейль из ужаса и гнева, а под всем этим скрывался слабый шепот возбуждения.

Ее ногти оставили царапины там, где коснулась ее рука, и моя кожа была болезненной.

Вкус холодной родниковой воды смешался у меня во рту с привкусом крови, и я почувствовал аромат мандаринов. Ее магия?

В то время как ее прикосновения обжигали, как обморожение, в ее глазах горел огонь. Все в ней в этот момент заставляло меня чувствовать себя живым.

— Я альфа стаи, а ты находишься на моей территории и создаешь проблемы. Это значит, что я могу тобой командовать.

— Приди в себя! — Саванна почти зарычала, и моему волку это понравилось.

— Ты вломилась в мою собственность. Я жду извинений.

— Я ни за что не извинюсь. Ты облажался с моей машиной — после того, как потребовал за нее выкуп! Почему она была разобрана на части?

Ее взгляд метнулся к двум оборотням, стоявшим в конце переулка. Как будто они могли представлять какую-то большую угрозу по сравнению со мной.

— Она была в ужасном состояние. Шланги радиатора треснули. Твоя обивка разваливается, а радиоприемнику больше тридцати лет. Я устанавливал улучшения.

— Никогда, никогда не трогай мое дерьмо без моего разрешения. И меня тоже.

Она шлепнула меня по груди тыльной стороной ладони, но безрезультатно. На этот раз никакой магии.

— Это говорит женщина, которая вломилась в мою собственность и ударила меня своей магией.

Ее глаза расширились.

— Твои царапины исчезли!

— Мы быстро исцеляемся. Как еще, по-твоему, нападавший смог подняться после того, как ты его сбила? Он остался лежать только после того, как ты сломала ему шею.

Она дрожала от потрясения, неожиданности и закипающей ярости, но ее нельзя было сбить с тропы войны.

— Я уже подумываю переехать тебя. Ты используешь меня как приманку, чтобы поймать психов, стоящих за похищениями!

Она выглядела такой разъяренной, что я подумал, не вырвутся ли когти у нее из пальцев.

— Ты не понимаешь, о чем говоришь, — прорычал я, но она была не совсем неправа.

— Ты специально провел меня через «Экслипс», ты расклеил плакаты по всему Бальмонту, чтобы указать волкам мой путь, и ты пытался держать меня в изоляции. Ты знал, что они вернутся, и использовал меня, чтобы поймать их. Отрицай это.

— Я знал, что они придут за тобой, и сказал тебе все. Я пытаюсь защитить тебя, как могу. Как только они покажутся, я обрушу на них небеса. Но ты продолжаешь бежать прямо навстречу опасности.

— Это оправдания, а не отрицания!

Я обдумал ее слова. Она и раньше улавливала мою ложь, но поскольку волки чуют ложь, я привык играть словами.

— Послушай, Саванна, я не собираюсь использовать тебя в качестве приманки.

В любом случае, этот план провалился.

— Я тебе не доверяю, — прошипела она.

— Мне все равно. Но знай: я буду защищать тебя. Ты важна для меня, и я не позволю тебе попасть к ним в руки.

Каждое слово было правдой.

Ее глаза прожгли меня, и она стиснула зубы. Она мне не поверила, но в конце концов расслабилась.

— Может, ты так и думаешь, Джексон, но из-за тебя меня все равно убьют.

Я напрягся, когда пророчество провидицы вспыхнуло в моем сознании. Твои противники тоже охотятся за ней. Если ты не остановишь их, она будет мертва до восхода полной луны, а вместе с ней и будущее твоей стаи.

Я посмотрел на луну. Осталось три ночи.

— Мне нужно, чтобы ты поработала со мной, — сказал я ей.

— Мне насрать на тебя и на твои потребности. Это понятно? — Она надавила мне на грудь свободной рукой, но это не сдвинуло меня ни на миллиметр.

Я схватил ее за запястье.

— Тебе нужно перестать играть в игры, ЛаСаль. Люди исчезают. Трое были убиты, и ты следующая в их списке.

Она вырывалась из моей хватки.

— Я хочу разобраться в этом так же сильно, как и ты. Еще больше, потому что я пытаюсь пережить это. Но ты должен отступить, или ты ничего не получишь.

Когда я притянул ее к своей груди, она сопротивлялась, но мне ничего не стоило прижать ее к себе. Ее тепло прижалось к моему телу, и я почувствовал запах ее ненависти и желания. Я говорил тихо, только для ее ушей.

— Я заключу с тобой сделку. Я отпущу тебя. Я отпущу твоего идиотского кузена. И я отдам машину. Ты поможешь мне и будешь делать то, что я скажу. И ты перестанешь бегать вокруг да около, попадая в гребаные неприятности.

— Или что? — рявкнула она, понизив голос до шепота.

Почему. Она. Такая. Блять. Упрямая?

Я наклонил голову к ее уху.

— Ты убила оборотня. Это означает, что ты подчиняешься закону об оборотнях. Многие из моих волков хотят, чтобы ты предстала перед судом стаи, и последствия могут быть ужасными.

Саванна отпрянула, и я почувствовал исходящий от нее гнев.

— Предстать перед судом? С чего вдруг? Из-за волка, которого я задавила? На меня, черт возьми, напали! Это самооборона.

— Мы не относимся легкомысленно к убийствам членов наших стай — даже если они изгнаны, они все равно остаются волками, а Старые Законы требуют «око за око». Может быть, в другом случае старейшины стаи были бы справедливы, но каждый из них ненавидит твою семью и захочет увидеть, как ты истекаешь кровью. До сих пор я выступал от твоего имени и буду продолжать это делать, пока ты являешься ценной. Но если ты не поможешь мне, я не помогу тебе.

Ее трясло от ярости.

Я отступил и отдал последнюю команду.

— Мои люди выведут тебя с территории стаи на сегодняшний вечер. У тебя есть мое разрешение вернуться завтра. У твоего кузена его нет. Встретимся в «Эклипсе» в час.

19

Саванна

Этот придурок повернулся и пошел прочь.

Сжимая в руках радиоприемник, я прислонилась головой к грубому красному кирпичу и испустила глубокий вздох облегчения, когда он завернул за угол, хотя мир казался менее ярким после исчезновения его подписи.

Напряги мозги, Сави.

Я ненавидела ощущения своего тела рядом с ним. Возбужденное. Этот мужчина был волком. Он украл мою машину и угрожал обвинением в убийстве. Он преследовал меня ночью в темном переулке. Не говоря уже о том, что он ненавидел во мне все. Я видела это по его лицу всякий раз, когда он смотрел на меня своими чертовыми медовыми глазами.

Кроме того, благородный король оборотней только что оставил меня стоять там с парой своих головорезов.

— Пошли, ЛаСаль. — Громила номер один сильно толкнул меня и указал в конец переулка.

— Я не ЛаСаль.

Я наклонилась, чтобы схватить баллончик, который уронила, но Громила Два наступил на нее ногой.

Прекрасно.

Я вздернула подбородок и зашагала по переулку, ведя головорезов за собой. Мой телефон зазвонил в третий раз, я вытащила его и ответила:

— Привет, Кейс.

— Ты в порядке? Мне нужно вызвать войска?

— Да, я в порядке. Парочка головорезов Джексона выводят меня с территории стаи.

— Слава судьбам. Я уже начал нервничать, — кудахтал Кейси, как наседка.

— Ты в порядке? Что случилось?

Он вздохнул.

— Ну, мне только что надрала задницу одна телка.

Я раздраженно сморщила нос.

— И что в этом плохого?

— Ничего, — фыркнул он. — У меня много подружек, так что это случается часто. Я просто говорю, что женщина буквально надрала мне задницу, и мне будет неудобно сидеть несколько дней. Где ты?

— Где-то в переулке. Вероятно, направляюсь в твою сторону.

— Круто. Я просто прохлаждаюсь через дорогу от своих новых приятелей-волков, так что, думаю, увидимся через несколько минут.

Я повесила трубку, когда мы вышли из переулка и пошли по тротуару вдоль улицы. Все было закрыто, за исключением пары забегаловок, хотя дорога была хорошо освещена глубоким золотистым светом натриевых уличных фонарей. Несколько ночных пьяниц, пошатываясь, шли по тротуару, и я провела рукой по решетке витрины ломбарда, вполне довольная тем, что рядом со мной будут телохранители на прогулке по этой части Мэджик-Сайда.

Это больше не был маленький городок в Висконсине.

Когда мой инстинкт борьбы или бегства начал ослабевать, в моей груди зародилась искра восторга. Конечно, меня насильно выпроваживали из этого района, но мы вернули мою машину, и это было достижение. Альфа преследовал меня, но в конце концов я настояла на своем и показала ему, что не отступлю. И это было приятно.

Вроде того. Он чуть не заставил меня описаться.

Несмотря на это, к тому времени, как мы достигли границы территории стаи, ко мне вернулось моя самоуверенность.

Кейси сидел на капоте машины на другой стороне улицы под пристальным наблюдением Сэм и еще одного волка. Я открыла рот, чтобы извиниться перед ней, но она тряхнула волосами, отвернулась и забралась в черный внедорожник.

Громила Номер один в последний раз ненужно пихнул меня.

— Оставайся на своей стороне улицы, ЛаСаль.

— Руки прочь! — рявкнула я и зашагала через дорогу с высоко поднятой головой.

Кейси ухмыльнулся и щелкнул пальцами волкам, когда они отъехали.

— Эй, у нас получилось! — прокричал он. — И я рад, что с тобой все в порядке. Как тебе твой первый угон машины?

— Ну, если не считать травмы, я не уверена, насколько хуже все могло закончиться. Нас накрыли. Я думала, ты в этом деле профессионал.

Он виновато пожал плечами.

— Может, и не профессионал, но, честно говоря, я не думал, что они ее разберут. Это была чушь собачья. В любом случае, у нас есть машина и запчасти, и это самое главное.

Я обвиняюще ткнула в него своим радио.

— Твоя засранка-подруга бросила нас. Одному богу известно, где машина.

Он покачал головой.

— По правилам, каждый сам за себя, но да, она задница. Тем не менее, она выполнила свою работу. Я позвонил ей, и твоя машина теперь в мастерской под замком. Волки не рискнут вступать в конфронтацию в логове Мидуэй. Миссия выполнена. И еще, не говори маме. Никогда.

Отлично. Это в основном подтвердило, насколько идиотским все было.

Я сделала глубокий вдох, наполняя грудь, и оглядела почти пустую улицу.

— Критически важный вопрос: как нам добраться домой? Это ведь тоже не твоя машина, не так ли? Я указала на «Хонда Сивик», на которой сидел Кейси.

Он опустил глаза.

— Нет. Я уже вызвал такси. Оно будет здесь через пару минут, и мы захватим «РАВ-4».

Я пожала плечами и прислонилась спиной к «Хонде».

— Я думала, у тебя так болит задница, что ты неделю сидеть не сможешь.

Кейси приподнял ноги вперед.

— Да, но мои ноги устали. Это была долгая пробежка.

Он преодолел всего пятьсот футов, прежде чем его схватили. Кейси был странно не в форме для своего телосложения.

Я испустила долгий, низкий вздох, который, казалось, задерживался в моей груди часами.

— Я не могу поверить, что мы это сделали. Это было так глупо. И опасно.

— Совершенно глупо, но не настолько опасно. Такие вещи обычно не заканчиваются смертельным исходом. Я умею метать огненные шары. Они могут потрошить нас руками. Как правило, все настолько смертоносны, что мы следим за тем, чтобы ситуация не обострялась. Самое главное, что мы весело провели время.

Я закрыла глаза и медленно покачала головой. Мой кузен явно был ненормальным. Стопроцентный псих. Но я не могла отрицать, что мне было весело. Взламывать магические замки, проникать внутрь, забирать то, что принадлежало мне… Даже быть пойманной, хотя в то время я была напугана. Мои инстинкты говорили мне, что Джексон не причинит мне вреда, но, черт, он был пугающим.

И я хотела убежать. Чтобы он погнался за мной. В этом вообще не было никакого гребаного смысла.

Я выдавила улыбку своему сумасшедшему кузену.

— Я думаю, что общение с тобой сводит меня с ума.

Он мягко постучал каблуками по металлу машины.

— О, мы точно сумасшедшие. Но это, вероятно, не появилось бы у тебя в голове так быстро, если бы ты с самого начала не была чокнутой.

— Может быть. Но, как ни странно, я не замечала этого до того, как пришла сюда.

Кейси соскользнул с капота, когда подъехало наше такси.

— Мы все больше, чем мы подозреваем. В данном случае я готов поспорить, что ты была чокнутой задолго до того, как встретила нас.

Вполне справедливо.

Мы поплелись на своих уставших задницах обратно к «РАВ-4» Кейси, а затем немедленно нарушили четкие указания Джексона, отправившись в мотель.

Это был риск, но мне нужно было свежее нижнее белье, одежда и зубная щетка. Я была цивилизованным человеком и собиралась вернуть свои вещи.

Кейси припарковался у входа и покачал головой.

— Ты издеваешься надо мной. Ты действительно остановилась здесь? Название не выдало этого с головой?

«Волшебная луна». Теперь это приобрело гораздо больше смысла.

— Откуда мне было знать? В то время я была пьяна и ничего толком не знала о магии. А теперь пойдем, помоги мне собраться.

— Подожди. — Он сунул руку под сиденье, вытащил еще один баллончик с зельем и протянул его мне. — Постарайся на этот раз не профукать.

— Сколько у тебя бутылок этого дерьма?

Кейси ухмыльнулся.

— Больше, чем я могу сосчитать. Я бы не пошел на земли стаи без этого. Просто помни, использовать только в экстренных случаях.

Парень за стойкой регистрации, слава богу, ушел, поэтому мы помчались вверх по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки за раз.

— Это место не так уж и плохо, — сказал Кейси, когда мы достигли площадки первого этажа.

— То, что они животные, не означает, что они не могут вести хороший бизнес. Я имею в виду, ты был в «Эклипсе»?

— Девочка, я только что услышал то, что, услышал? Перемотай. Оборотни — ублюдки, и любой бизнес, которым они занимаются, изворотлив. Не забывай об этом.

Я закатила глаза и вытащила ключ от своей комнаты, но помедлила, прежде чем вставить его в замок.

Дверь уже была слегка приоткрыта.

— Ублюдки, — прошептала я.

Я совершила налет на магазин, а теперь оборотни совершили налет на мою комнату. Собирался ли Джексон потребовать выкуп за мое нижнее белье?

Мои инстинкты удерживали меня. Возможно, это был не Джексон.

— Давай выбираться отсюда, — прошептала я Кейси.

Прежде чем я успела обернуться, дверь резко распахнулась, и мясистая рука схватила меня за руку и втащила внутрь. Я повернулась и столкнулась лицом к лицу с ухмыляющимся оборотнем шести с половиной футов ростом. На нем была лыжная маска, которая скрывала все, кроме его прорезавшихся клыков и горящих малиновым глаз.

Страх вонзил когти в грудь, и мой пульс подскочил до небес.

Красные глаза. Это они. Оборотни, которые охотятся на меня.

Я вывернулась, но когда он не отпустил меня, я вытащила баллончик Кейси и хорошенько обрызгала его. Облако тумана окутало лицо человека в маске, и из него вырвался душераздирающий рык. Он отшатнулся к стене, хватаясь за глаза и ревя от боли.

Слезы потекли по моим щекам, и я закашлялась, внезапно почувствовав, что не могу дышать.

— Не разбрызгивай это дерьмо внутри! — Кейси закричал слишком поздно.

Второй оборотень вышел из ванной и издал яростный рев. Кейси обошел меня и выпустил светящийся огненный шар.

Пламя взметнулось по комнате и парализовало меня на месте.

Дышала ли я? Нет, потому что я подавилась ядом.

Чья-то рука ударила меня по лицу, приводя в чувство. Я отшатнулась и схватилась за горящую щеку, затем зарычала и пнула нападавшего по яйцам. Он все еще боролся с действием зелья и упал на колени, морщась от боли.

— Разве твоя мама никогда не говорила тебе не бить девочек? — выдавила я между приступами кашля.

Прежде чем я успела среагировать, его кулак молниеносно взметнулся и ударил меня в живот. Я отлетела на несколько футов назад и врезалась в противоположную стену. Боль взорвалась у меня в животе, и я судорожно глотнула воздух.

— Ты в порядке? — крикнул Кейси через плечо. В дверях появился еще один мужчина с багровыми глазами и прыгнул к Кейси, выпустив когти.

Мои глаза вылезли из орбит, и я попыталась крикнуть предупреждение, но получилось только карканье.

Кейси увернулся от когтей и метнул в мужчину вспышку сияющего света. Она попала оборотню в грудь и вышвырнула его обратно через дверь.

Оборотень, которого я бросила на пол, схватил Кейси за лодыжку и дернул его на землю. Он повернул руку, и лодыжка Кейси хрустнула. Мой кузен разразился потоком проклятий, которые шокировали даже меня, и обдал оборотня струей огня.

Оборотень взвыл от боли, когда огонь обрушился на него каскадом. Его лыжная маска вспыхнула, и кожа на лице сгорела. Меня затошнило от запаха горелой плоти и полиэстера. Он вскочил на ноги и размытым пятном вылетел за дверь, за ним последовал другой.

— Вы, маленькие неженки! Возвращайтесь и сражайтесь! — Кейси крикнул им вслед.

Схватившись за живот и давясь после яда, я встала и подняла Кейси на ноги.

— Давай, мы не можем позволить им уйти.

Он вздрогнул и прихрамывал на одну ногу.

— Ты что, спятила?

— Возможно, но это шанс схватить одного из этих ублюдков. Пошли!

Я вытащила его на улицу и спустила по лестнице. Его лодыжка распухла, и мне пришлось всю дорогу поддерживать его. К счастью, парня за стойкой регистрации все еще не было. Я надеялась, что нападавшие не прикончили его.

Если только он не работал с ними.

— Ключи! — Я протянула руку и толкнула Кейси на пассажирское сиденье. Он закатил глаза и бросил мне ключи, но, направившись к другой двери, я замерла на полпути к машине.

Трое оборотней, напавших на нас из засады, притаились на другой стороне улицы, их красные глаза были устремлены на меня. Страх и гнев охватили меня, каждый боролся за контроль. Тот, в которого Кейси запустил огненный шар, шагнул к нам. Его кожа выглядела так, словно почти зажила, и я вздрогнула.

Этих монстров было не остановить.

Кейси опустил стекло и протянул руку с огненным шаром, парящим над его ладонью.

Оборотень остановился, а затем все трое бросились к старой машине, припаркованной на обочине.

Огненный шар Кейси взмыл в воздух и взорвался на тротуаре рядом с ними, сбив одного из них с ног. Стекло в витрине ближайшего магазина разлетелось вдребезги от взрыва.

— Какого черта ты делаешь? — Заорала я, запрыгивая на переднее сиденье «РАВ-4» и поворачивая зажигание.

Оборотни забрались в свою машину и помчались по дороге, петляя через улицу.

Я рванула с места и помчалась за ними.

Кейси ухмыльнулся мне, одной рукой держась за ручку.

— Готовлю барбекю. Я проголодался по стейкам из оборотней.

— И я та, кто спятил? Ты законченный псих, Кейси.

Ему было слишком весело, и я была почти уверена, что взрывать дерьмо на территории стаи было запрещено.

За это придется чертовски дорого заплатить.

20

Джексон

— А что насчет команды Траверс Сити? Они подпишут сделку? — Спросил я, перебирая бумаги на своем столе.

Я работал допоздна, потому что все остальные стаи вокруг пытались надавить мне на яйца, а женщина ЛаСаль отнимала у меня время — даже когда ее не было рядом.

Почему я не мог выбросить эту чертову женщину из головы?

Я не мог поверить, что у нее хватило наглости вломиться в мой гараж и угнать свою машину. Ее дерзость и полное пренебрежение к моему авторитету приводили в бешенство.

— Они подпишут, если ты согласишься отдать им десятипроцентную долю, — сказала Барб по телефону.

Сэм и Реджина удивленно посмотрели на меня. Очевидно, что это было уже слишком, учитывая, что мы брали на себя все риски, перевозя автомобильные запчасти с черного рынка через границы штатов.

— Пять процентов. И я добавлю ящик средств, отключающих магию, — сказал я.

На том конце провода повисла пауза.

— Восемь процентов.

— Семь.

— Хорошо, — вздохнула Барб. — Я отправлю документы по факсу сегодня вечером. Приятно было иметь с тобой дело, Джекс, как всегда.

Сэм ухмыльнулась.

— Неплохая сделка. Способ избавиться от этих отключающих магию устройств.

Она была в приподнятом настроении после того, как надрала задницу парню ЛаСаль. Я глубоко сожалел, что не смог увидеть это сам. Она могла устроить настоящий ад, когда это было необходимо, но, как правило, Сэм предоставляла мне информацию. Все в городе, независимо от вида, хотели попасть в «Эклипс», поэтому ее работа в баре позволяла ей торговать с демонами, дьяволами и фейри всю ночь напролет.

Зазвонил мой мобильный, и я ответил.

— Да?

— Босс, на 67-й улице прогремело несколько взрывов. Судя по сообщениям, это маги, — сказал Тони.

Ты, должно быть, издеваешься надо мной.

— Что? — прорычал я. — ЛаСаль?

— Ни слова. Сейчас направляюсь в ту сторону.

— Это было прямо возле мотеля «Волшебная луна».

Саванна, блядь, Кейн. Должно быть, это она и ее чертов кузен.

— Мы сейчас будем. Не дай ей уйти.

Я повесил трубку и сжал кулаки.

Эта женщина была чертовски надоедливой, и, будь моя воля, я бы приковал ее к своему столу, где она не смогла бы причинить еще больше разрушений.

От этого образа мой волк зашевелился, а мышцы напряглись. Черт. Я провел рукой по волосам и вихрем пронесся через «Эклипс», Реджина и Сэм последовали за мной.

По крайней мере, они могли отличить, когда следовать, а когда задавать вопросы.

Мой телефон зазвонил снова.

Саванна. Кстати, о самом дьяволе.

Я ударил кулаком по экрану и зарычал:

— Ты взрываешь дерьмо на моей территории после того, как мои волки выпроводили тебя? Ты что, с ума сошла, черт возьми?

— Заткнись и слушай, — сказала она.

Ярость захлестнула меня, и я стиснул телефон. Что-то хрустнуло.

— В мотеле на меня напали красноглазые психованные волки. Сейчас мы преследуем оборотней.

Я услышал визг шин и проклятия ее двоюродного брата на заднем плане.

Черт. Почему меня не предупредили, что на нее напали в мотеле? Я оставил там кое-кого именно по этой причине, так как знал, что рано или поздно она вернется за своими вещами.

— Оставайся на гребаной территории и не выпускай их из виду! — Я заорал в телефон.

Мы выскочили через заднюю дверь «Эклипса», пока Саванна выкрикивала подробности случившегося по громкой связи. Мы запрыгнули в мой грузовик, и зверь с ревом ожил.

— Где ты сейчас находишься?

— Где мы находимся, Кейси? — Последовала пауза. — 67-я улица и Айронвуд. Тащи свою задницу сюда!

Я услышал взрыв на другом конце линии, и она отключилась.

Я нажал на газ. Грузовик рванулся вперед, шины завизжали по асфальту.

— Если этот ее двоюродный брат-мудак швыряется огненными шарами в Доках в центре города, я спущу с него шкуру и повешу на стене, — огрызнулась Реджина.

Я бы не стал винить мою вторую заместительницу за это. Она была лучшей подругой моей сестры, и ей все еще нужно было свести счеты.

— Я должна отдать ей должное, Джекс. Сначала ее машина, а теперь это? Саванна — чертова дикарка. — На лице Сэм была приклеена дерьмовая ухмылка.

Ей действительно понравился рыжий монстр? Я зарычал и бросил на нее взгляд.

— Не сейчас, Сэм.

Темнота просачивалась в мой разум, и я старался не сломать руль.

Я сказал Саванне ехать в мотель. Мои люди следили за этим. Она будет в безопасности. Она сказала «нет».

Прекрасно. Я смог адаптироваться, поэтому отправил этих людей наблюдать за Индией.

Затем она отправилась в мотель.

Один из нас должен был стать причиной смерти другого.

Красные стоп-сигналы заполнили улицу впереди, поэтому я свернул в переулок, объезжая мусорный контейнер. С юга донеслась вспышка, за которой последовал взрыв.

— О черт возьми, что они себе позволяют? — Реджина закричала.

Мой телефон зазвонил снова, и Сэм ответила по громкой связи.

— Алло? — произнес мужской голос. Двоюродный брат Саванны. У нас было досье длиной в милю на этого подонка. — Где вы, черт возьми, ребята? Я знал, что вы тугодумы, но поторопитесь.

Я крепче сжал руль, желая, чтобы это была его шея.

— Мы прямо за тобой, придурок, — сказала Сэм. — Мы только что услышали взрыв. Совет профессионала: прекратите обрушивать огненный шторм на наш город, или мы ответим вам тем же.

— Сообщение получено. Они повернули направо, и мы направляемся на север по Рейзорбек. Только что проехали Гриль-Хаус Донахью. Эй, они что, открыли один здесь?

— Кейси, сосредоточься! — На другом конце провода раздался голос Саванны.

— На чем они едут? — Спросил я.

— Коричневый «Олдсмобиль». Выглядит как настоящий кусок дерьма. Может быть, тебе стоит украсть его и подержать в своем гараже для получения выкупа, — сказал ее двоюродный брат.

Для моего волка этот человек был просто болтливым куском мяса с плохим воспитанием.

Я вырулил по 64-й улице. Если мои расчеты верны, мы могли бы отрезать им путь. Реджина выругалась, когда мы проскочили на красный свет, едва избежав столкновения с Бимером.

В двух кварталах впереди была Диагональ — наш кратчайший путь к перехвату. Адреналин струился по моим венам, отвлекая меня от гнева, который сжимал мою грудь. Мне пришлось пока отложить это в сторону. Если бы мы смогли поймать одного из волков изгоев, это решило бы большинство наших насущных проблем. Я бы выбил из них информацию. Мы бы выследили их союзников. И как только это будет сделано, я, к счастью, освобожусь от Саванны Кейн.

Пикап накренился вправо, когда мы выезжали через перекресток на диагональ.

— Скажи мне, где ты, Саванна, — прорычал я.

— Это Кейси. Саванна ведет машину, словно летучая мышь из ада. Мы как раз проезжаем 64-ю улицу и стрип-бар Луиса. Это выглядит многообещающе.

Как раз там, где я их ожидал.

— Держитесь, — сказал я, переключая передачу и нажимая на газ. Два квартала, и мы подъедем прямо к…

Коричневый «Олдсмобиль» появился в поле зрения, когда светофоры на перекрестке с шестью полосами движения загорелись красным.

Я нажал на газ, и мы рванули вперед. На лице водителя, сидевшего на пассажирском сиденье «Олдсмобиля,» отразился шок как раз перед тем, как мой грузовик врезался в них.

Скрежет металла был оглушительным, и я вцепился в руль. «Олдсмобиль» боком проехал перекресток, прежде чем остановиться. От капота грузовика поднимался пар, но решетки спереди поглотили большую часть удара.

Я втянул воздух и ощупал шею. Сломанная ключица.

Я взглянул на Сэм и Реджину, которые широко улыбались. Сэм вставила сустав на руке обратно и выпрыгнула.

Хорошо быть волком.

Я сорвал свою раздавленную дверь с петель и выбрался из-под обломков.

Позади нас раздался визг шин.

— Срань господня! — Кузен Саванны наполовину высунулся из окна со стороны пассажира, потрясая кулаком в воздух. Он был гребаным сумасшедшим. С другой стороны, он был сыном Лорел. Яблоко от яблони недалеко упало.

Двое мужчин-оборотней в масках выбрались из помятого «Олдсмобиля», и, набрав скорость, я обошел его сзади. Тот, что был на переднем сиденье, был мертв. Шея сломана.

Оборотни-изгои прижались друг к другу, когда Реджина и Сэм приблизились к обломкам, выпустив когти.

Двое оборотней взглянули на них и на меня, а затем побежали вниз по улице, направляясь на север.

Я ухмыльнулся и рванул вслед за ними. Мне нравилась хорошая погоня, и сегодня вечером мне нужно было выпустить пар, прежде чем устроить Саванне новую.

Но они бежали чертовски быстро. Быстрее, чем это было возможно.

Что, черт возьми, происходит?

Сэм и Реджина превратились в волков, но все еще не могли догнать их.

Мой волк взревел от ярости, когда они быстро уходили от нас. Я начал обращаться, и моя рубашка порвалась, но Сэм зарычала и огрызнулась.

Я понял ее намерения, поскольку мог без слов обратиться к волкам моего ближайшего окружения: Мы будем охотиться. Не позволяй ЛаСаль взорвать что-нибудь еще.

Я зарычал, но замедлил шаг. Она была права. Я должен был вывести ЛаСаль с территории стаи, пока их не заметили. Разрушения, которые, вероятно, учинил кузен Саванны, несомненно, привлекут внимание.

Саванна всматривалась в разбитый «Олдсмобиль». Ее кузен, прихрамывая, вышел из машины и прислонился к капоту, когда я приблизился. У него была повреждена нога, и я чувствовал исходящий от него запах подавляемой боли. Он заслуживал большего за то, что обрушил адский огонь на мой город.

— Тебе сказали уйти, и все же ты вернулась, — прорычал я, чувствуя на ней слабые следы волчьего аконита.

Было ли у этой женщины желание умереть?

Саванна повернулась и встретилась со мной взглядом, ее глаза сверкали. Кожа на ее щеке была красной и опухшей в том месте, куда ее ударили. Ярость и желание защитить затопили меня, угрожая выплеснуться наружу.

Я бы выбил все дерьмо из оборотня, который ее ударил.

— Что ты здесь делаешь? — взревел я.

Саванна вздрогнула, и я почувствовал запах ее страха, но она уперлась ногами и уставилась на меня сверху вниз, одарив тем нелепым взглядом, который она использовала, когда думала, что может заставить меня подчиниться.

— Мне нужны были мои вещи, поэтому я вернулась, и на меня напали. На. Твоей. Территории.

Гнев сжигал меня, и у меня чесались когти. Откуда эта женщина знала, как именно довести меня до грани?

Я подошел к ней, мое тело дрожало, пока я боролся за самообладание. Мой волк хотел контроля. Он хотел, чтобы она подчинилась. Я хотел, чтобы она подчинилась.

И кое-чего еще.

Ее жар затопил меня, и ее пульс застучал у меня в ушах. Отсюда я чувствовал вкус ее пота, такой чертовски сладкий.

— Я же сказал тебе держаться подальше от моей территории сегодня вечером. Когда я тебе что-то говорю, тебе лучше слушать.

Ее кузен усмехнулся, прихрамывая вокруг машины. Я отметил сломанную лодыжку. Я бы с удовольствием сломал другую.

— Я делаю то, что хочу. Я не волчица. Я тебе ничем не обязана, — прошипела Саванна, хотя я чувствовал ее тревогу.

— Очевидно, ты хочешь разворошить как можно больше дерьма.

Она схватила меня за частично порванную рубашку.

— Ну, я думаю, мы знаем одно: твой план использовать меня в качестве приманки сработал. Вот только без моего кузена они бы схватили меня и уехали задолго до того, как ты понял, что произошло.

Мое тело затряслось. Она понятия не имела, насколько я был близок к превращению. И о том, как близок я был к тому, чтобы перекинуть ее через плечо и потащить обратно к себе, чтобы запереть в моей свободной спальне. По крайней мере, я был бы уверен, что она не доставит неприятностей.

Я закрыл глаза и попросил своего волка о терпении.

— Если бы я знал, что ты собираешься пойти в мотель, я бы охранял это чертово место. Как я, черт возьми, собираюсь защищать тебя, если ты всегда делаешь прямо противоположное всему, что тебе говорят?

Она скрестила руки на груди.

— Ну, я выжила. И, похоже, они ушли. Я думала, ты быстрый, но…

Мне нужно было отойти. Всего на секунду. Всего до тех пор, пока я не возьму своего волка под контроль. Сейчас было не время для их встречи.

Грудь вздымалась и опускалась, я глубоко и успокаивающе вдохнул. Внутреннее чутьё подсказывало: эти оборотни уйдут. Они были под чём-то, что делало их куда быстрее, чем обычных оборотней.

Тот, что был в машине, мёртв. Значит, как бы Саванна ни бесила меня до глубины души, она мне нужна.

Я повернулся и шагнул ей прямо навстречу.

— Твоя ситуация опасна. Тебе нужно помочь мне. Узнать о волчице, которая напала на тебя. Завтра.

— Я займусь провидением для тебя на волчицу, но… — она сделала паузу и прищурила глаза, как будто это могло как-то повлиять на меня. — Я принесу зелье провидения.

У меня закружилась голова. Она согласилась? Если бы я знал, что все, что потребуется, чтобы заставить Саванну работать со мной, — это немного напугать, я бы сделал это раньше.

Пришло время надавить. Я засунул руки в карманы и навис над рыжеволосой женщиной.

— Я рад, что ты пришла в себя. Встретимся завтра в «Эклипсе» в час дня, мы проведем провидение, и если из этого не выйдет достаточно информации, ты пойдешь со мной на встречу с провидицей.

— Подожди секунду, я не соглашалась на встречу с провидицей. Зачем мне это делать?

Она выпятила бедро и нахмурилась. Даже с рубцом на щеке и растрепанными волосами она выглядела восхитительно.

Но мое терпение было на исходе.

— Потому что провидение может не дать нам ответов, которые нам нужны. Мы должны сделать все, что в наших силах, чтобы остановить этих волков изгоев, ради тебя и моей стаи. — Я наклонился ближе, шепча, хотя никого, кому было бы не все равно, не было достаточно близко, чтобы услышать. — Я нашел тебя благодаря провидице. Она предупредила меня, что я должен защищать тебя. Она свободна завтра вечером. Ты пойдешь.

Саванна оглянулась через плечо на своего кузена, который с довольным видом поставил сломанную ногу на бампер их машины. Он пожал плечами.

— Хорошо. Увидимся завтра. А пока я возвращаюсь в мотель за своими вещами. Я предполагаю, что больше на меня там не набросятся, но не стесняйся следовать за мной по пятам.

Ее взгляд задержался на мне на секунду, а затем она развернулась и направилась к машине своего кузена.

Желание защитить поднялось во мне.

— Ты должна остаться здесь на ночь. Я поселю тебя в другом мотеле, в каком-нибудь безопасном месте.

Она открыла водительскую дверцу и остановилась, упрямо глядя на меня.

— Ни за что. Я в безопасности со своими людьми. С моей семьей.

Мой волк поднялся, и я выпустил когти.

— Я не смогу защитить тебя там.

— Ты не сможешь защитить меня и здесь, Джексон. Никто не сможет. Я уже некоторое время предоставлена сама себе. Я сама о себе позабочусь.

Ее печаль и гнев поразили меня, как удар под дых. Она была одна, и ей некому было доверять в этом новом мире.

Саванна хлопнула дверью и уехала, а мои эмоции вонзились в меня, как когти. Разочарование. Ярость. Чувство собственности.

Почему меня, блядь, волновало, что она несчастна? Она была всего лишь средством для достижения цели. Ключом к получению ответов, в которых я нуждался.

Пророчество провидицы обвилось вокруг меня, как питон, душащий ничего не подозревающую жертву ночью. Если ты не остановишь их, она будет мертва до восхода полной луны, а вместе с ней и будущее твоей стаи.

Взошла луна, и она была почти полной. Оставалось три ночи.

Я провел рукой по волосам. Провидица вытащила три карты Таро, чтобы предсказать мое будущее. Луна для наших противников. Сила для женщины. А третья была предназначена для меня.

Повешенный.

Теперь эта судьба казалась неизбежной. Саванна Кейн должна была стать моим концом.

21

Саванна

На следующее утро я проснулась в другой незнакомой комнате, далеко от Бальмонта.

Дом тети Лорел.

Мне не снились кошмары. На этот раз кошмары были реальными.

В тщетной попытке получить хоть немного контроля над своей жизнью, я вломилась в автомастерскую Джексона, угнала свою машину, и чертов альфа-оборотень собственной персоной преследовал меня по закоулкам Мэджик-Сайда. В довершение всего на меня напали те самые психи, которых я старалась избегать. Не говоря уже о том, что ужасающий образ Сэм, срывающей с себя одежду и превращающейся в волка, теперь навсегда запечатлелся в моей памяти. Я бы никогда не смогла смотреть на нее прежним взглядом.

Что за чертовщина.

Ужас больше не был чем-то, что я испытывала. Это была просто часть моей жизни.

Я села и застонала. Каждая частичка меня болела. Матрас выглядел так, словно им часто пользовались с конца восемнадцатого века, и моя задница и поясница скучали по мотелю.

Гостевую ЛаСаль, очевидно, оформлял слепой человек, подрабатывавший в комиссионном магазине. Возможно, здесь была какая-то тема, но я была слишком ошеломлена, чтобы найти связь между старинными набросками ананасов в рамках и изящными подставками для книг с парусниками.

Боже, спаси меня.

Я узнала об этих людях меньше сорока восьми часов назад, и теперь я жила с ними. Временно.

И все же это было безумием. Но таким же был и этот город. В любом случае, мне нужно было найти свое собственное место, как только «волки изгои» окажутся за решеткой. Или мертвы.

Может быть, где-нибудь на юге Франции.

По крайней мере, мне вернули мою машину.

Ну, не технически, но вроде как. Теоретически, «Грант-Фьюри» в настоящее время находился в другой автомастерской в части города, управляемой демонами. Я предполагала, что это вызовет целый ряд новых проблем, но, тем не менее, в данный момент никто не требовал выкупа. Как только Зара установит волшебный регулятор и «Фьюри» заработает, я почувствую себя немного более уверенной в себе, и крайняя странность ситуации станет более терпимой при наличии жизнеспособного плана выхода.

Калифорния. Техас. Кабо-Сан-Лукас. Это не имело значения.

До тех пор мне придется извлекать максимум пользы из плохой ситуации.

Это было похоже на то, как женщина из моего сна сказала: Ты не сможешь убежать от своей судьбы, Саванна. Они придут за тобой. Остерегайся колеса фортуны. Оно не останавливается. Время идет. Тебе нужно узнать, кто ты на самом деле, чтобы ты могла остановить тех, кто приближается.

На этот раз судьба чуть не настигла меня.

Я приняла душ, и пока горячая вода стекала по моей коже, я пыталась сообразить, что делать. Неважно, насколько мне не нравилась идея работать с Джексоном, я должна была помочь ему остановить проклятых волков-изгоев. Очевидно, они охотились на меня, и я должна была выяснить почему. Я могла сделать три вещи.

Во-первых, я бы приготовила магическое зелье с дядей Питом и использовала бы его, чтобы шпионить за волками.

Во-вторых, я могла бы пойти с Джексоном к провидице. Три дня назад я бы посмеялась над этой мыслью, но, очевидно, предупреждения во сне и предсказания судьбы были реальностью.

И, наконец, я могла бы добыть у ЛаСаль информацию о моих родителях и моей магии. Может быть, из этого я смогла бы понять, почему волки охотились на меня.

В худшем случае я, вероятно, могла бы научиться взрывать их.

Я выскочила из душа, вытерлась и порылась в своих сумках. По крайней мере, после всего, что произошло, мы с Кейси смогли вернуться и забрать мои вещи. Джексон, вероятно, согласился бы практически на что угодно, лишь бы вытащить нас с территории стаи, особенно после того адского пламени, которое устроил Кейси.

Одевшись, я, пошатываясь, спустилась по лестнице и побрела на кухню. Кто-то оставил на кофейнике желтую наклейку: Чувствуй себя как дома и угощайся чем угодно.

Я недоверчиво покачала головой. Каким-то образом я перешла от одиночества в опасную и ненадежную семью, опутанную темными тайнами, а затем прямиком переехала в их дом менее чем за сорок восемь часов.

Ну, предположительно, адаптация была ключом к выживанию.

Я поставила чайник и порылась на кухне в поисках чая. Первый шкаф, который я открыла, был забит коробками детских хлопьев с сахарной глазурью. Я ухмыльнулась. Кейси сто процентов.

Как он мог до сих пор есть эту детскую дрянь в свои двадцать с небольшим? Я не ела хлопья с сахаром с пятнадцати лет, потому что они разрушали мозг, зубы и повышали концентрацию внимания. Я предпочитала пончики… которые, ладно, были ненамного лучше, но, по крайней мере, мое удовольствие от греха не сопровождалось призом в коробке.

У меня дрогнули пальцы. Я схватила упаковку «Граф Чокула», налила себе огромную миску и полила молоком из холодильника. Затем я плюхнулась за стол и принялась за сладкое лакомство.

Я могла адаптироваться так, как мне чертовски хотелось.

На середине миски желудок начал протестовать против приторного молока и размякших маршмеллоу, но нарастающий сахарный угар гнал меня вперёд, ложка за ложкой.

По комнате поплыл аромат мускатного ореха, и вскоре после этого из-за угла появилась тетя Лорел.

— Саванна, ты проснулась! И хорошо, я вижу, ты позавтракала. «Граф Чокула». Вы с Кейси так похожи.

Мой желудок протестующе скрутило, и я медленно отложила ложку.

Кейси, прихрамывая, вошел в комнату секундой позже, и Лорел перевела взгляд с одного из нас на другого.

— Что ты наделал?

— Ничего! — Кейси запротестовал.

Тетя Лорел положила кулаки на тяжелый деревянный стол жестом, который напомнил мне серебристую гориллу.

— В этом замешаны копы?

— Я так не думаю, — пробормотал он.

Ее брови поползли вверх.

— На нас подадут в суд?

— Может быть? На самом деле, скорее всего, нет.

— Кто-нибудь умер?

Я перевела взгляд на хлопья. Технически, да.

— Эй! — Кейси воскликнул. — Что за предположения? Все в порядке. И еще, не задавай больше никаких вопросов.

Лорел в ярости выскочила из комнаты.

— О-о-о, — пробормотала я.

Через несколько мгновений она вернулась и со стуком поставила перед ним маленький стеклянный пузырек, полный красной жидкости.

— Пей.

— Ах, нет, мам. Я собираюсь пойти к врачу, и они вылечат меня за…

— Ты не пойдешь к врачу. У нас здесь есть прекрасные целебные зелья. — Она подтолкнула к нему пузырек.

— О, боги, — простонал он.

— Это зелье вылечит твою лодыжку? — Спросила я.

— Ну, это поможет ему в этом, хотя какое-то время он будет немного прихрамывать, — сказала Лорел. — Они дорогие и требуют много времени на изготовление, так что, я надеюсь, Кейси, ты будешь иметь это в виду во время твоего следующего внеклассного приключения.

Кейси посмотрел на зелье с сомнением.

— Выпей это, — приказала она.

— Разве тебе от этого не станет лучше? — Спросила я, не понимая его колебаний.

— Это одно из отцовских. Он верит, что чем хуже зелье на вкус, тем лучше оно действует. О нем ходят легенды.

Низкий голос моего дяди раздался у меня за спиной.

— Это правда. По вкусу ты понимаешь, что это сработает. — Я повернулась, и он просиял. — Ты готова, Саванна? У меня все готово.

— Абсолютно.

Я вскочила со стула, оставляя Кейси на произвол судьбы, и высыпала остатки хлопьев в мусорное ведро, поклявшись никогда больше их не есть. Затем я последовала за своим дядей к задней двери, нетерпеливо подпрыгивая на ходу.

Рвотные позывы Кейси эхом отражались от стен коридора.

— О, боги, это так отвратительно! Сломанная лодыжка была лучше!

Мы направились через задний двор к сараю. Мой дядя повернул ключ в замке и что-то сделал со своей рукой, как Кейси прошлой ночью… Возможно, отключил заклинание?

— Хорошо, что мастерская находится вдали от дома, — сказал он во время работы. — Таким образом, если что-то пойдет не так, дом останется стоять.

Срань господня.

Я последовала за дядей в глубь мастерской, мой желудок скрутило. Мои родители погибли, когда дом сгорел дотла. Неужели кто-то из них готовил зелья? Так вот что произошло?

Удивление прогнало назойливые мысли прочь. Мастерская моего дяди оказалась такой, какой я ее себе представляла, и даже больше. Длинные рабочие столы, тянувшиеся вдоль стен, были уставлены причудливым набором стеклянных приборов — желтыми изогнутыми трубками, мензурками, колбами и всевозможными приспособлениями. Зелья, как я предположила, кипели на нескольких низких горелках в задней части, медленно перегоняясь во флаконы. Тысячи баночек, коробочек и мензурок стояли на стеллажах на стене, рядом с пыльными шкафами с длинными выдвижными ящиками и парой мини-холодильников. На одном была надпись Пиво, на другом — Не пиво.

Я забрела в лабораторию безумного ученого. Или безумного колдуна. Или безумца. Я на самом деле не спрашивала своего дядю, кто он такой, и мне нужно было это исправить.

— Ты колдун, как Кейси и тетя Лорел?

— Да, мэм. Мы привыкли держаться вместе. Другие люди не понимают нашей магии. — Он начал расставлять несколько подносов на столе.

— Как же так? В чем разница между колдуном и, не знаю, ведьмой?

Он протянул мне пару толстых резиновых перчаток, и я надела их.

— В Мэджик-Сайд есть все виды заклинателей, которые ты только можешь себе представить, — объяснил он своим низким голосом. — Ведьмы, маги, друиды, демоны — называй как хочешь. Что отличает нас всех, так это то, откуда мы черпаем свою силу. Волшебники — ученые. Они творят заклинания, используя свитки, книги и формулы, и постигают свое ремесло путем интенсивного изучения. Ведьмы, с другой стороны, черпают силу в своих шабашах — друг у друга.

— А как насчет магов? — спросила я.

— Мы черпаем силу из самих себя, изнутри.

— Из наших душ?

— Наши тела, наша кровь, наши души, все это. Это очень личное искусство. Ведьма может сотворить тебе заклинание на потом — ты можешь носить его с собой и применить позже. Мы этого не делаем, потому что не собираемся позволять людям разгуливать с частичкой нашей души в кармане. Я бы никогда не продал ни одного из своих целебных настоев, но я бы позволил Кейси выпить его. Он — вся моя душа.

Я кивнула, задаваясь вопросом, не так ли относились ко мне мои родители.

— Так как же действуют зелья? Я не очень разбираюсь в произнесении заклинаний.

— Заклинания — это одно, и твоя тетя может научить тебя им. Зелья — совсем другое. Они похожи на приостановленное заклинание. Ты пьешь его, и оно действует. Ингредиенты не создают заклинание полностью — они просто удерживают его там, готовым к употреблению.

Дядя взял крошечный железный котелок, поставил его на конфорку, добавил немного прозрачной жидкости из жестяной банки и увеличил огонь. Затем он указал на поднос с растениями и коробочками с порошком.

— У меня здесь большая часть ингредиентов, так что ты можешь посмотреть на них.

Он перечислил их. Некоторые названия я узнала — женьшень, гинкго, мухомор, киноварь. По большей части, другие я не узнала.

Шаг за шагом мы точно отмерили каждый ингредиент с помощью весов и высыпали его в казан.

— У тебя крепкие руки, — прокомментировал он, когда я насыпала немного порошка с листка бумаги в варево.

— Я стреляю. И рисую.

— Это полезно для приготовления зелий. — Он проверил список. — Всегда помни, что порядок ингредиентов важен. Если ты добавишь мухомор первым, а не последним, у тебя получится отличное зелье. Вместо того, чтобы видеть того, о ком ты думаешь, они увидят тебя, — объяснил он и усмехнулся.

— Мы ведь не перепутали порядок, верно? — Я увильнула.

— Я так не думаю.

Я с трепетом проверила, не понадобится ли мне это снова, но я прогнала это прочь. Дядя Пит знал, что делал.

Я надеялась.

Вскоре в котле закипела пена, и в мастерской запахло таким количеством отвратительных вещей, что у меня закружилась голова. Сардины. Старая гниющая трава. Грибок стопы.

— Еще один ингредиент, — сказал дядя Пит. — Твоя кровь.

Я напряглась. Джексон упоминал об этом, так что я догадывалась, что это произойдет, но от просьбы у меня скрутило живот.

— Зачем?

— Магическое зелье должно быть настроено только на одного человека. Для этого требуется немного крови.

Черт. Магия крови. Тетя Лорел предупреждала меня насчет сдачи крови. Ее первый урок. Но с дядей Питом все будет в порядке, верно?

— Вот. — Он вытащил нож из мензурки с голубой жидкостью. — Немного порежь ладонь и наполни этот пузырек.

Я подняла глаза, внезапно почувствовав, что мой трепет усилился.

Он улыбнулся.

— Ты достаточно умна, чтобы быть осторожной. Всегда будь осторожна со своей кровью. Это один из самых мощных компонентов в колдовстве. Никогда не отдавай ее никому, или, по крайней мере, никогда не отдавай ее тому, кому ты не доверяешь свою жизнь.

— Почему?

— Кровь связана с тобой. Ты можешь использовать ее для приготовления зелья, которое можешь использовать только ты, как мы сегодня. С другой стороны, ты можешь использовать ее, чтобы сохранить немного своей силы. И это означает, что ты также можешь использовать это злонамеренно, чтобы наложить заклинание на кого-то, чья кровь у тебя есть, хотя это очень сложно.

У меня скрутило живот. Кто-то с моей кровью мог наложить на меня заклятие. Слава Богу, я ничего не отдала Джексону.

Мой дядя терпеливо ждал, не торопя и не нянчась со мной.

К черту это. Я была там ради зелья и чтобы учиться. Я сняла туго обвивающую перчатку и провела ножом по ладони, морщась от прикосновения лезвия. Наклонив руку над флаконом, я согнула ладонь, стараясь не пролить кровь на одежду.

— Хватит. — Дядя похлопал меня по руке, а затем взял с полки красное зелье. Он слегка приложил к моему порезу, и моя кожа снова срослась, хотя пекло довольно сильно.

— Вау.

Он снова усмехнулся.

— Это волшебство.

Все еще пребывая в изумлении, я снова натягиваю свою перчатку.

Он выливал кровь в огонь до тех пор, пока во флаконе не осталось ровно столько, сколько нужно.

— Теперь ты знаешь, что я не собираюсь использовать твою кровь для каких-либо зловещих фокусов. — С этими словами он протянул мне флакон. — Весь твой.

Я ухмыльнулась и опрокинула его в котел.

Из чана вырвалось облако ядовитого газа, и я начала кашлять.

— О Господи, я и не думала, что запах может стать еще хуже!

— Всегда может стать хуже. — Дядя кашлянул. — Ладно, время для заклинания.

Он встал над маленьким черным котлом и начал произносить странные слова на языке, которого я не понимала. Свет закружился по комнате, и я ахнула. Внезапно я оказалась в водовороте ярко-зеленого пламени, темноты и слов моего дяди. Мастерская затряслась, и я схватилась за прилавок. Затем из котла донеслось легкое дуновение, и все вернулось на круги своя.

— Святое. Дерьмо.

— О, верно, мне следовало предупредить тебя, что это может быть немного жутковато.

Час спустя мы сварили зелье и охладили его. Дядя поставил фляжку на стол. Красные капельки плавали в блестящем серебристом растворе, и я задалась вопросом, была ли это на самом деле моя кровь. От этой мысли у меня мурашки побежали по коже.

— Ты уверен, что это безопасно пить?

— Безопасно? Совершенно. Аппетитно? Абсолютно нет.

Дядя порылся в холодильнике с надписью «Пиво», вытащил пластиковую бутылку, полную темно-оранжевой жидкости, и встряхнул ее.

— Тебе понадобится это.

— Отлично.

— Я обнаружил, что морковный сок действует лучше всего. — Он налил немного в мензурку и поставил ее на рабочий стол.

— Должна ли я выпить все это?

Дядя покачал головой.

— Нет, если только ты не хочешь часами наблюдать за своей крестной. Только глоток. Этого тебе хватит на минуту.

— Как это работает? Я должна что-нибудь сказать?

— Как только сделаешь глоток, закрой глаза и сосредоточься на своем объекте. Ты увидишь его в своем воображении, как изображение с кинокамеры, парящей в воздухе.

Я поднесла фляжку к свету. Это действительно было небезопасно.

Я сделала крошечный глоток и мгновенно пожалела обо всех своих жизненных решениях. Зелье обожгло мой язык, как кислота, и мое тело дернулось в знак протеста. Мой дядя схватил фляжку, прежде чем я ее уронила, и сунул морковный сок мне в руку.

Я залпом проглотила его и покатала остатки во рту, пытаясь избавиться от остаточного вкуса.

— О, Боже мой! На вкус это было как сардины, с электрическим током! Что за черт?

— Забудь вкус! Закрой глаза. Думай о своей крестной.

Я пыталась, но ничего не приходило на ум.

— Я не думаю, что это работает.

Пахнущая табаком магия моего дяди окутала меня.

— Сосредоточься на ее лице, на том, как она говорит.

Я почувствовала, как сила его магии направляет меня. Внезапно мир начал вращаться, и мне пришлось зажмурить глаза, чтобы побороть накатившее головокружение. Затем из темноты я увидела свою крестную. Я как будто смотрела через неустойчивую ручную камеру, но я могла видеть ее.

Она бродила по саду, ухаживая за цветами. Один из газонных гномов упал на дорожке, и она оттолкнула его в сторону. Ее губы шевельнулись, но я не расслышала, что она сказала.

Я проигнорировала свой бурлящий желудок и наблюдала, как она занимается своими садовыми делами. Раньше я всегда принимала это как должное, но теперь забота, с которой она ухаживала за цветами, вызвала у меня слезы на глазах. Проблеск того, что когда-то было нормой.

Потом это исчезло.

Я вздрогнула, когда видение потемнело, и вернулась в мастерскую моего дяди.

— Черт возьми, я сделала это! — Я закричала.

Он просиял и воткнул пробку в горлышко зелья, затем протянул его мне.

— В первый раз — самое то! Теперь ты можешь делать это сама, но я предупреждаю тебя, я смог немного подтолкнуть тебя своей магией, так как я варил это зелье. Если бы ты попробовала сама, это было бы намного сложнее. Так что не пытайся без меня. Это может быть опасно.

Я кивнула.

— Конечно.

Ложь.

22

Саванна

Я появилась у задней двери «Эклипса» в час дня и написала Джексону. Часть меня знала, что приходить в это волчье логово было безумием, но мне нужны были ответы, и это был шаг вперед.

Очевидно, что мне здесь было не место. Джексон попросил меня воспользоваться черным ходом, как девушку, которой он стыдился. Вероятно, так оно и было. Я была грязной ЛаСаль, и после прошлой ночи я была готова поспорить, что все в Доксайде знали об этом — и были взбешены.

Прежде чем выпустить меня из дома, Кейси настоял, чтобы я взяла еще его сумасшедшую бутылочку военного образца. Не брызгать себе в лицо и не дай волкам узнать, что оно у меня, иначе они надерут мне задницу. Я проверила свою сумочку. Оно все еще там.

Дверь открылась. Джексон был одет в джинсы и рубашку на пуговицах, которая обтягивала его грудь. Не было никаких следов монстра, которого я видела прошлой ночью. Никаких когтей. Никаких глаз цвета меда.

Я вздохнула с облегчением.

— Ты пришла. Сказать, что я потрясен, было бы преуменьшением. — Его челюсть была сжата, когда он отступил в сторону.

Я сняла солнцезащитные очки и толкнула дверь.

— Вот и я, готова выполнить твою просьбу.

Он напрягся, и его глаза вспыхнули, всего на секунду.

— Не бери в голову никаких идей. Мы просто занимается провидением. У меня есть зелье, так что давай сделаем это.

Я промаршировала через кухню, не совсем уверенная, куда мне следует идти, но не желая уступать лидерство.

— Налево, — подсказал Джексон, как будто мог прочитать мои мысли.

Я повернула в пустой бар, Джексон следовал за мной по пятам. Я чувствовала на себе его непоколебимый взгляд. И я почти чувствовала жар его желания. Я что-то пропустила?

Джексон Лоран ненавидел меня до глубины души, а после вчерашней ночи, наверное, еще больше. Я бросила на него взгляд, который положил конец его блуждающим глазам.

Его подпись заполнила комнату. Я очень четко знала, что только что вошла в его логово — место, которое было неотъемлемой частью его самого. Куда бы я ни ступила, я чувствовала его тепло вокруг себя, хотя в баре было прохладно.

Потом я вспомнила, где нахожусь, и по коже у меня пробежал холодок. Логово волков.

В последний раз, когда я была здесь, тут присутствовали сотни оборотней, которые пялились на меня за то, что я разгуливала с альфой. По крайней мере, они не знали, кто я такая, иначе разорвали бы меня на части.

— Ты очистил место? — спросила я.

— Только для тебя, всего на час.

Я подняла брови.

— Мы не открыты на ланч, так что это был только персонал.

— Но я думала, ты не был уверен, что я приду.

Он криво улыбнулся мне.

— Ну, я бы на это не поставил.

Я плюхнулась за приподнятый столик для коктейлей и достала серебряную фляжку. Джексон осмотрел зелье и одобрительно хмыкнул.

— Я впечатлен.

— Меня легко недооценить.

Он на самом деле усмехнулся над этим. Немного солнца, пробившегося сквозь тучи.

— Я предполагаю, что твои люди не поймали тех оборотней прошлой ночью, — сказала я.

Солнечный свет исчез.

— Нет. Они обогнали Сэм и Реджину в их волчьей форме. Это не должно быть возможно.

— Я же говорила тебе, что они могут бежать быстро. Они сбили мою машину на открытой дороге. Это было безумие. Я предполагала, что вы все можете это сделать.

Он издал низкое рычание.

— Я мог бы поймать твою машину, но они были еще быстрее. Должно быть, они используют какую-то форму магии, чтобы усилить свои способности. Или наркотики. Это может объяснить эти красные глаза — они тоже необычны.

Я взглянула на руки Джексона — руки, на которых прошлой ночью я видела когти.

— Так как же это работает? — рискнула спросить я.

— Как работает, что?

Я неловко взлохматила волосы, не совсем уверенная, что сказать.

— Превращение. Я действительно не видела, как это происходит до прошлой ночи. Сэм — ее тело изгибалось, а одежда была разорвана в клочья, как будто она только что разорвалась. Это было безумие. Потом она превратилась в волка и убежала. Это то, что происходит? Мне показалось, что я слышу хруст костей…

Джексон пристально посмотрел на меня.

— Для некоторых из нас — да. Мы меняемся физически. Наши кости сжимаются и хрустят, у нас прорезываются когти и клыки, а тела преображаются.

Я вздрогнула, и выражение его лица потемнело.

— Кажется болезненным.

— Да, — прорычал он. — Но это также и освобождение. Боль, близкая к удовольствию.

У меня перехватило дыхание, и я покраснела.

— Но не для всех вас?

Он вздохнул.

— Нет. Некоторые оборотни превращаются в животных с помощью магии, вместе с одеждой. Остальные из нас трансформируются физически. Нас называют волкорожденными. Это то, кто я есть.

Я представила, как одежда Джексона срывается, обнажая рычащее, свирепое чудовище. Мой пульс участился, когда страх просочился сквозь меня — страх и малейший намек на… вожделение?

Была ли я сумасшедшей?

В свою защиту скажу, что было довольно легко представить, что скрывалось под рубашкой Джексона. Пуговицы уже практически были оторваны. Обязательно ли ему было надевать рваные джинсы? Это и так было зрелищем.

Ноздри Джексона раздулись.

Внезапно смутившись, я прикусила губу и покраснела. Не то чтобы он мог прочитать мои мысли, но все же я продолжила разговор.

— Значит, Сэм и та другая женщина были волкорожденными?

— Реджина. Да.

Мой мозг закружился, и воспоминания о «Там-Хаусе» хлынули в мой разум, убивая все эротические мысли, которые таились в уголках моей явно расстроенной головы.

— Как и тот человек, которого я сбила?

Джексон скрестил руки на груди.

— Да. Он тоже был волкорожденным. Мы снова превращаемся в волков, когда умираем. Вот почему было так важно, чтобы ты могла нарисовать его татуировки. Мы не смогли бы увидеть их на теле.

Я медленно кивнула. Все начинало приобретать немного больше смысла.

Джексон положил фотографию на стол и постучал по ней.

— К счастью для нас, водитель «Олдсмобиля» прошлой ночью был оборотнем. Это означает, что после смерти он остался в человеческом обличье. Обрати внимание на татуировку в виде двуглавого волка у него на шее.

Я мельком взглянула на окровавленное, обгоревшее тело на фотографии и отвернулась, чувствуя, как скрутило желудок.

— Точно такая же, как и у других. Что она означает?

— Я работаю над этим. Возможно, это связано с мифом о Темном Боге Волков, так что мы можем иметь дело с каким-то культом. У меня есть люди, которые этим занимаются.

— И это все? Что это за миф?

Джексон сделал паузу и строго посмотрел на меня.

— Некоторые истории только для волков.

Я ощетинилась. На минуту я разозлила его, но теперь он снова был невозмутим. На самом деле, вытягивать информацию из Джексона было все равно что выжимать кровь из камня.

— Прекрасно. Тогда что мы знаем?

Он пожал плечами.

— Это наводит меня на мысль, что они являются частью более крупной группы — банды-культа или просто банды изгоев — а не оборотней-одиночек. Они скоординированы, и у них, вероятно, есть лидер и конкретная задача. Каким-то образом ты являешься частью этого плана.

Я поиграла с зельем.

— Ну, это для начала.

По крайней мере, он поделился со мной какой-то информацией.

Он положил руки на стол.

— Пора посмотреть, на что ты способна.

Я с опаской посмотрела на мерзкое варево.

— У тебя есть морковный сок? — спросила я.

Он порылся за стойкой и достал молочно-белую пластиковую бутылку, полную оранжевой жидкости.

— Апельсиновый сок подойдет?

— Надеюсь, что да. Я не ожидала этого.

Он налил мне стакан. Я взяла его, но не потянулась к зелью.

— Ты нервничаешь, — сказал он.

Я покатала стакан по столешнице, желая, чтобы бабочки в моем животе успокоились.

— Мой дядя сказал мне не делать этого без него. Моя тетя сказала, что это опасно.

Джексон внимательно посмотрел на меня.

— Я здесь.

Это должно было напугать меня до полусмерти, но этого не произошло.

Я сделала глоток.

Ужасное варево обожгло мне язык, я схватила апельсиновый сок и сделала большой глоток.

— О Боже мой, это еще хуже!

Мой желудок скрутило. Очевидно, апельсинового было недостаточно.

Я зажмурилась и попыталась сосредоточиться, как учил меня дядя. Я думала о волчице, ее татуировке, рисунке, который я сделала, обо всем этом.

— Что ты видишь? — Спросил Джексон.

— Успокойся. Я концентрируюсь.

— Ты уверена, что это работает?

— Заткнись! Я использовала это сегодня утром, чтобы понаблюдать за своей крестной!

Я стиснула зубы и попыталась вспомнить волчицу. Когда я думала о ее лице, я могла вспомнить только то, как она кричала и царапала себе глаза, когда я атаковала ее. Когда я подумала о том, как она была одета, я вспомнила только звук, с которым она ударилась о мой бампер, а затем образ ее тела, скатывающегося в канаву. Все, что я видела, была темнота.

— Это не работает.

Внезапно Джексон оказался позади меня. Я почувствовала, как его сила вибрирует в нескольких дюймах от меня. Я ахнула, когда он прикоснулся ко мне, и между нами пронесся ток, точно так же, как в первый раз, когда мы соприкоснулись. Его аромат был наркотиком, и я почувствовала, что таю под его пальцами.

Он мог получить все, что хотел.

— Сосредоточься на женщине, — проворчал он. — Опиши мне ее такой, какой ты видела ее той ночью.

Его голос вибрировал от силы, и поскольку я больше всего на свете хотела доставить ему удовольствие, я сосредоточилась так сильно, как только могла.

— У нее были длинные спутанные волосы и угловатое лицо. Она была жилистой, с накачанными мышцами и татуировкой в виде колючей проволоки вокруг бицепса.

Я чувствовала его присутствие вокруг себя, подталкивающее меня, направляющее мой разум. Это успокоило мои эмоции. Я сосредоточила свои мысли на той женщине, которая превратила мою жизнь в хаос.

— Во что она была одета? — Его дыхание было теплым на моей шее.

— Поношенная майка. Рваные джинсы. Ремень с блестящей латунной пряжкой.

— А что насчет ее глаз? — Его руки легли мне на плечо, и я вздрогнула.

— Алые. Почти такие же красные, как кровь.

Внезапно мир закружился вокруг меня, и мой желудок скрутило от головокружения. Я мчалась сквозь темноту, хотя и чувствовала себя на стуле, а тело Джексона прижималось вплотную ко мне. Мое зрение затуманилось, но она была там, выглядя такой злобной, какой я ее никогда не видела. Рваные джинсы. Майка. Татуировка в виде колючей проволоки и двухголового волка на шее.

— Это работает! — Я ахнула.

Я следила за ней взглядом, пока она двигалась по комнате, как будто я была привязана к ней, как воздушный шарик.

— Что ты видишь? Опиши все, — подсказал Джексон. Ощущения от его подписи все еще окутывали меня.

— Она ходит по зданию с деревянными стенами. Я не могу ясно разглядеть, что она делает. Подожди… там кто-то еще.

— Кто?

— Это мужчина. Один из похищенных — я узнала его по телевизору. Я думаю, он все еще жив. Он на раскладушке.

Джексон сжал мое плечо.

— Теперь мы к чему-то приближаемся. Ты видишь какие-нибудь указания на то, где она? Что-то в окне? Знак?

— Ничего.

Женщина обошла койку, на которой лежал мужчина, и всего на секунду я заметила багровый круг на полу.

— Там есть красное кольцо с символами по всему периметру.

Они напомнили мне кольцо символов, которое помогло сдержать Сферу Поглощения моей тети.

— Ты можешь посмотреть поближе?

— Нет, они размытые, и она удаляется.

Затем мой желудок опустился, и я почувствовала, как меня засасывает назад по воздуху. Все потемнело.

— Черт, — пробормотала я, открывая глаза. — Я потеряла её.

— Расскажи мне о кольце, — прорычал Джексон. — Ты можешь описать его получше?

— Нет, это была просто часть кольца со странными символами. Я не разбираюсь в магии. Принеси мне карандаш и бумагу.

Он достал их, и я принялась яростно рисовать. Я только мельком увидела его, и только часть кольца, но воспроизвела, как смогла. Наконец, я подтолкнула рисунок к нему. Это было не очень здорово, но это было все, что я смогла увидеть.

— Что это?

Он внимательно изучил рисунок.

— Я точно не знаю, но это какая-то форма сдерживающего кольца.

Я взяла листок и скользнула по нему глазами, жалея, что не разглядела его более отчетливо или не смогла разобрать символы.

— Для чего они используются?

Джексон колебался так, что у меня по спине пробежали мурашки.

— Они используются для вызова демонов из подземного мира. Не те, которых ты видишь здесь, работающих по всему городу. А опасных, которых нужно контролировать.

Демоны. Я едва понимала, что это значит. Зара была полудемоном. Я видела людей с рогами. Но я чувствовала напряжение в его теле, таком близком к моему, и тонкая линия его рта сказала мне, что это были настоящие демоны. Существа из ночных кошмаров.

У меня скрутило живот, и я оторвала взгляд от рисунка.

— Зачем нападавшим вызывать демонов? Что они пытаются сделать?

— Я не знаю.

Правда.

— Тогда еще одна загадка. Мы что-нибудь узнали? — Я откинулась на спинку стула и хлопнула ладонями по столу.

— Абсолютно. Мы знаем, что по крайней мере одна из жертв все еще жива. Это уже кое-что. Во-вторых, мы знаем, что эти психи являются частью культа, связанного с мифом о двуглавом волке, и что они вызывают демонов. Это намного дальше, чем мы продвинулись вчера в это время. Ты проделала хорошую работу.

Его глаза впились в меня и слегка блеснули золотом. Я почти ощущала его восхищение, как не поддающийся определению аромат на ветру. Услышанное от него было шоком.

Я покраснела и провела пальцами по кончикам волос, надеясь, что он не почувствовал жара, зарождающегося в моем сердце. Я отвела глаза от его пристального взгляда.

— Что нам делать дальше?

— Сегодня вечером нам нужно будет навестить провидицу на ярмарке в Полнолуние. Именно она указала мне на тебя. Она сказала мне, что я не найду ответов, которые ищу, без тебя рядом, так что, возможно, она сможет указать тебе оставшийся путь. Возможно, вмешаются судьбы.

Я сглотнула. Я никогда не придавала большого значения судьбам или везению, но очевидно, что здесь они имели силу. Они послали Джексона за мной. Последствия были ошеломляющими, и моя грудь поднималась и опускалась, пока я пыталась успокоить дыхание. Какова была моя судьба во всем этом? Жертвенный агнец?

Я продолжила менее напряженное расследование.

— Расскажи мне об этой ярмарке в полнолуние. Это похоже на карнавал?

На карнавалах подавали торт-воронку, потенциальный яркий момент в развивающемся кошмаре, в котором я жила.

Глаза Джексона заблестели, и он наклонил голову.

— Будет лучше, если ты увидишь это сама. Это трудно описать. Ярмарка проводится на Мидуэе на закате. До тех пор нам нужно выяснить, что означает татуировка с двуглавым волком. И это. — Он постучал по бумаге с кругом для вызова демона.

Я прикусила губу, изучая свой рисунок.

— Моя семья знает, что означают эти символы?

Джексон поднял бровь.

— Возможно. Ты действительно хочешь спросить их?

Мои щеки вспыхнули. Я украла зелье провидения и использовала его без разрешения, и я сделала это, чтобы помочь их заклятому врагу. Я опускаю глаза.

Он понимающе хмыкнул.

— Я так и думал. Я отправлю твою иллюстрацию нескольким моим знакомым ученым в исследовательском архиве Ордена Магии в центре города. Их люди могли бы во всем разобраться.

— Какой Орден Магии?

— Они похожи на ваше ФБР и правительство в одном лице. Это коррумпированный беспорядок, который в основном озабочен тем, чтобы скрыть наш вид от мира.

— Так почему же они не занимаются этим вместо тебя?

Челюсть Джексона дернулась.

— У них свое расследование, а у нас свое, поскольку в нем замешаны оборотни. Они ищут, кого бы обвинить, в то время как я ищу правду. К счастью, у меня есть то, чего нет у них.

— Что?

Он шагнул ближе, и его тепло растворилось в моем.

— Ты.

23

Саванна

За полчаса до захода солнца мы направились на запад, в сторону Мидуэй-Плезанс. Контакты Джексона в архиве не сообщили ему ни о круге, ни о татуировке, и поиски в Интернете тоже не дали никаких результатов — да и не дадут. Я подумывала спросить Кейси, но решила, что сначала нам лучше послушать, что скажет провидица. Возможно, у нее есть все ответы, которые нам нужны.

Джексон припарковался на 62-й улице, и мы пошли на север к Мидуэй-Плезанс, длинному, заросшему травой парку, который тянулся с востока на запад через сердце Мэджик-Сайда. Полиция забаррикадировала проезд на 60-й улице, и она была забита пешеходами и грузовиками с едой.

Я не могла оторвать от него глаз. Я не была на людях с момента моего первого визита в «Эклипсе». Место было переполнено, и все были… другими.

Женщина с рогами и хвостом перехватила мой приоткрытый взгляд и подмигнула мне. Я густо покраснела, затем повернулась к Джексону, чтобы скрыть свое смущение.

— Это то место, где мы встретимся с провидицей?

Джексон обвел взглядом толпу, едва уловив мой вопрос.

— Ярмарка еще не началась. Нам нужно подождать до захода солнца.

А?

Джексон казался погруженным в свои мысли, поэтому я не стала утруждать себя просьбами о разъяснениях. В любом случае, ждать придется недолго. Солнце стояло прямо над деревьями в западной части парка.

Джексон опустил взгляд, как будто внезапно заметил меня.

— Тебе нужно что-нибудь поесть?

Я умирала с голоду, но отрезала:

— Я в порядке. — Потом я заметила грузовик, где продавали жареные во фритюре пирожки. — Вообще-то, да.

Если меня собирались держать в заложниках весь день, то я могла бы с таким же успехом жить достойно.

К тому времени, как солнце наконец коснулось горизонта, мои пальцы стали непоправимо липкими. Кто-то поблизости заулюлюкал, и толпа обернулась посмотреть.

— Что происходит? — Спросила я, пытаясь слизнуть зефир с пальца.

— Следуй за мной. — Джексон протолкался сквозь толпу к длинной полосе травы, которая была перегорожена красной лентой. Я бы никогда не пробилась через толпу, но люди, казалось, таяли, как будто он был смертью, гуляющей среди них.

Раздалось несколько автомобильных гудков, и пара человек начали скандировать, когда солнце достигло верхушек далеких зданий и деревьев. Вскоре по толпе прокатилось скандирование:

— Закат. Закат. Закат.

Снова и снова.

Слова гремели, как барабаны, а с боковых улиц доносились автомобильные гудки. Казалось, что весь город скандировал, и я не могла сдержать эйфории, поднимающейся в моей груди.

— Что происходит? — Крикнула я, перекрывая шум.

Джексон казался слегка раздраженным.

— Смотри.

Когда корона солнца скрылась за горизонтом, пение достигло апогея и перешло в дикие возгласы, когда сумерки сгустились на небе.

Затем, так же быстро, как начался шум, воцарилась тишина, и последние отзвуки автомобильных гудков затихли вдали. Воздух вибрировал от волшебства и предвкушения.

Я вытянула шею, пытаясь понять, из-за чего весь сыр-бор. Затем я увидела это — … голубую искру, пронесшуюся и, оставляя за собой потрескивающую линию энергии. Со вспышкой электричества, которую я почувствовала, танцуя по толпе, тысячи сверкающих линий распространились наружу, вычерчивая узоры и квадраты над простором травы. Земля содрогнулась, и на меня нахлынуло цунами ощущений — какофония цвета, шума, вкуса и запаха, которые мой разум был слишком перегружен, чтобы разделить.

Волна чистой магии.

Мое сердце бешено заколотилось. Я никогда не чувствовала ничего подобного.

По всей Центральной аллее, как грибы, вырастали из земли светящиеся голубые павильоны. Всплески потрескивающей магии взорвались в воздухе подобно фейерверку, и в центре всего этого образовалось сверкающее голубое колесо, которое вращалось — парящее колесо Обозрения. С раскатом грома павильоны обрели твердость и окраску, и там, где раньше была только трава, развернулся массовый карнавал.

Толпа зааплодировала и бросилась через оградительную ленту на ярмарку.

— Вот дерьмо, — прошептала я, когда нетерпеливые люди проталкивались мимо меня. — Это было безумие. Это безумие.

— Постарайся что бы тебя не раздавили, — сказал Джексон. — И добро пожаловать на ярмарку Полнолуния.

Мы протиснулись на ярмарочную площадь, и мой разум изо всех сил пытался разобраться в буйстве красок, зрелищ и звуков.

— Это все… магия? Оно просто появляется из ниоткуда?

— Семь ночей каждые два месяца, как раз во время полнолуния. Отсюда и название.

Я покачала головой, просто не в силах осознать мысль о том, что целая ярмарка исчезает и снова появляется из небытия.

Продавцы еды, выставки, аттракционы и магазины заполнили середину улицы от края до края. Тысячи лампочек парили над головой независимо от каких-либо проводов. Они мягко покачивались на ветру и заливали ярмарку теплым, веселым светом.

Я медленно повернулась.

— Что все это значит?

Из-под земли поднялся столб дыма, и на свет появился ярко одетый мужчина. Он снял шляпу и поклонился.

— Добро пожаловать на всемирную выставку Мэджик-Сайд, которая проводится непрерывно с 1893 года! Посетите торговцев, представляющих все волшебные города мира! Узрите монстров из глубин южноамериканских джунглей!

Джексон жестом пригласил меня следовать за собой.

— Не задавай вопросов о ярмарке. Она призывает карнавальных зазывал, разновидность демонов, которые жаждут внимания. Их трудно стряхнуть. Не смотри в глаза.

Я поспешила за ним, а зазывала погнался за мной.

— Извините, мисс, если вы ищете чудо, вы можете найти его здесь! Вместе с причудливыми волшебными предметами, едой, которую вы и представить себе не могли, и развлечениями за каждым поворотом!

Джексон зарычал на зазывалу и указал на длинноволосого мужчину, идущего в противоположном направлении.

— Вон тот парень должен знать, какие кабинки здесь есть.

Зазывала на секунду заколебался, затем подбежал к несчастному и начал указывать на близлежащие павильоны.

— Здравствуйте, сэр! Вам нужна помощь? Обязательно попробуйте превосходный бочковой эль из Гилд-Сити или самую большую в мире тыкву из Мэджикс-Бенд!

Джексон впился в меня взглядом.

— Следуй за мной. Не убегай и не задавай вопросов. У провидицы есть палатка рядом с египетской деревней.

Египетская деревня?

Дюжина вопросов замерла у меня на губах, когда я поспешила вслед за ним мимо резчиков по дереву, торгующих метлами, и киосков, полных зелий. Это было так несправедливо — я была там, возможно, на самом потрясающем карнавале на земле, и мне пришлось общаться с самозваной полицией веселья.

Мы без особых проблем пробрались сквозь толпу. Это было почти так, как если бы они почувствовали приближение темной ауры Джексона и инстинктивно убрались с дороги.

Со всех сторон в моих ушах ревела какофония языков, слишком многих, чтобы даже начать догадываться, откуда все пришли. Но дело было не только в языках — дело было в людях. Меня окружал калейдоскоп людей. Почему-то я никогда не чувствовала, что вписываюсь в Бальмонт, где все выглядели и вели себя так похоже, но среди невообразимой мешанины незнакомых лиц, рогов и даже хвостов глубокое чувство сопричастности поднималось в моей груди, пока я не почувствовала, что вот-вот лопну. Все эти способы быть человеком помогли мне осознать, что я больше не одинока. Что есть место, которому я могу соответствовать, какой бы странной, неуклюжей или колючей я ни была.

Но Джексон подтолкнул меня вперед.

Мы обогнули огромное колесо обозрения, и, наконец, мне пришлось остановиться. Какой оно было высоты? Сорок этажей? Пятьдесят? Я вытянула шею, в голове у меня все медленно закружилось.

Черт. Оно не стояло на земле. Не было ни ножек, ни опор. Оно просто кружилось в воздухе, на высоте пятидесяти футов.

Я действительно не была уверена, сколько еще мой мозг сможет выдержать. Я открыла рот, чтобы задать Джексону вопрос, затем вспомнила о демонах-зазывалах и вместо этого попробовала высказать утверждение.

— Должно быть, затруднительно заходить и выходить.

— Оно плавает вверх-вниз, — сказал Джексон, не потрудившись взглянуть на меня. Он был наполовину рассеян, осматривая ярмарку.

— Хах. Возможно, это самая безумная вещь, которую я когда-либо видела.

Он хмыкнул.

— Ты многого не видела. Это просто как классическое перетягивание каната. Когда в 1893 году в Чикаго проходила Всемирная выставка, Мэджик-Сайд повторил это событие. Они изобрели колесо обозрения, поэтому мы построили колесо в два раза больше. Оно летает. У магов большое эго.

— Значит, все это действительно часть Всемирной выставки, которая все еще проходит спустя столетие, — прошептала я, действительно стараясь, чтобы это не прозвучало как вопрос.

— Когда Чикагская выставка закрылась, наша продолжила работу. Она привлекла в Мэджик-Сайд много бизнесменов и чужаков, поэтому мы не могли остановиться. Но все изменилось — теперь это карнавал торговли. Тут можно купить всё на свете, что тебе не нужно, и по заоблачным ценам.

Через дорогу мужчина сидел за мольбертом, рисуя прохожих. Я указала на него.

— Мне нужна одна из них.

Джексон нахмурился.

— Портрет? У нас нет времени.

— Фу. Абсолютно нет. Последнее, чего я хочу — это меня на рисунке с моим угрюмым, полудиким надсмотрщиком. Я хочу одну из этих кисточек. Они… живые.

Глаза Джексона сузились, затопив меня темно-охристым цветом, но я проигнорировала его и сосредоточилась на художнике.

Пока мужчина работал, пара акварельных кистей помогла ему заполнить детали. Закончив фрагмент, они спрыгнули с холста в его грязную воду. Они покачивались, и как только они были чистыми, они выпрыгивали, отряхивались и окунались в следующий цвет.

— Мы должны идти, — хрипло сказал Джексон.

Жизнь была глубоко несправедлива. Поблизости были даже красные бархатные торты-воронки.

Я действительно ненавидела Джексона Лорана. К сожалению, без него я была бы совершенно потеряна. Единственной достопримечательностью было плавающее колесо обозрения, и, казалось, у павильонов не было никакой формы организации. Нырнув за палатку, где японские повара подавали обжаренные на гриле кусочки говядины и осьминога, мы свернули в переулок между побеленными зданиями, затем вышли на узкую улочку, где мужчины и женщины в халатах торговались с прохожими из-за безделушек и золотых украшений. Над головой над улицами нависали деревянные балконы, в воздухе витали ароматы специй и сладкого табака.

Египетская деревня?

Мы прошли мимо палатки с вешалками для одежды, сотканной из изысканной переливающейся ткани, по которой проходили золотые нити. Я импульсивно протянула руку, чтобы прикоснуться к одной из них.

— Ткань Хелвани из Египта. Эта одежда продается за десятки тысяч долларов, — беспечно сказал Джексон.

Я замерла и позволила роскошному материалу выскользнуть из моих пальцев.

Наконец мы добрались до маленькой темно-красной палатки, стоявшей у подножия обелиска. На большой деревянной вывеске огромными закрученными буквами было написано «Леди Фортуна». Под ней была вторая табличка: Гадание по ладони — 20 долларов, Таро — 40 долларов, ответы на страшные вопросы — 3000 долларов.

Черт возьми. $3000?

Лучше, черт возьми, платил бы за это Джексон.

Его подпись вспыхнула. Люди вокруг расступились, и мы встали в очередь. Чувство вины поползло по моей коже, и я покраснела. Весь город относился к нему как к королю, но он был таким придурком.

Наконец, оттуда вышла женщина с бледным выражением лица.

Джексон придержал полог палатки.

— После тебя.

24

Саванна

Я вошла в палатку, где пахло корицей и благовониями. Моим глазам потребовалась пара секунд, чтобы привыкнуть к скудному свету, отбрасываемому полудюжиной тусклых свечей, парящих в воздухе.

Молодая женщина в джинсовой куртке 90-х сидела за столом, завешенным фиолетовой с золотом скатертью. Она понимающе улыбнулась.

— Джексон Лоран. Я вижу, ты нашел в себе силы. Дай мне взглянуть на нее.

Женщина жестом подозвала меня, и дюжина золотых браслетов зазвенела у нее на руке.

Я не пошевелила ни единым мускулом.

— В чем дело? Я не кусаюсь.

— Я… видела тебя во сне.

Она перекинула косы своих длинных черных волос через плечо и протянула руку.

— О, это весьма вероятно. Судьбы пытались привести тебя ко мне. В конце концов, я леди Фортуна. Но ты можешь называть меня Доминика. Я с нетерпением ждала встречи с тобой.

Я в замешательстве склонила голову набок и протянула ей руку для пожатия.

— Саванна Кейн. Что ты имеешь в виду?

Она начала изучать мою ладонь.

— У судеб есть планы на всех нас. Некоторым из нас нужен толчок. Ты была в опасности, поэтому я отправила мистера Лорена к тебе после того, как погадала на его судьбу, хотя, честно говоря, я не знала, успеет ли он вовремя.

— О, он появился. Сразу после того, как я переехала нападавших своей машиной.

Я посмотрела на него, и он напрягся. Я практически почувствовала запах его раздражения.

Леди Фортуна подняла брови и широко улыбнулась мне.

— Что ж, карта, которую я вытащила для тебя, определенно кажется точной, хотя, возможно, мне следовало вытащить Колесницу.

Мое любопытство вспыхнуло с новой силой, выжигая все опасения, которые у меня были.

— Какую карту ты вытащила для меня?

— Сила, — сказал Джексон низким и твердым голосом, почти срывающимся.

Леди Фортуна отпустила мою руку и перевернула верхнюю карту большой колоды таро, лежащей у нее на столе.

Сила. На ней была изображена женщина, укрощающая льва.

— Не позволяй своему успеху ударить тебе в голову, — предостерегла она. — Ты не вне опасности. Отнюдь. — Она положила карту на дно колоды. — Садись, и мы обсудим твою судьбу.

Провидица указала на стул перед своим столом и щелкнула пальцами. Стул встряхнулся, как мокрая собака, и внезапно из него выскочил дубликат стула и заскользил ко мне, как краб. Я с визгом отскочила назад.

Она подняла брови.

— Извини. Я забыла, что ты новичок в городе. Я должна была предупредить тебя.

Я кивнула. Вся ярмарка была чудесной издалека, но теперь, когда я оказалась втянутой в нее, я была совершенно ошеломлена.

Провидица жестом пригласила меня сесть, и я медленно опустилась на стул, убеждаясь, что это не просто иллюзия. Твердый. Я вздохнула с облегчением. Не то чтобы меня что-то удивляло в данный момент.

Джексон сел на другой стул и выложил на стол пачку банкнот. Мое сердцебиение участилось, а ладони стали влажными. Я никогда не видела столько наличных в одном месте.

Он просто разгуливал с этим в кармане? С другой стороны, он мог за секунду перегрызть кому-нибудь глотку. Он, вероятно, смаковал бы это.

Леди Фортуна слегка склонила голову.

— Вы предугадали мою следующую просьбу. Пожалуй, в вас есть немного провидца, мистер Лоран.

Она уже подняла руку, собираясь щёлкнуть пальцами, но остановилась и посмотрела на меня.

— Предупреждаю: сейчас будет ещё одно магическое действие. Ладно?

— Ладно.

Она щелкнула дважды. Маленькая розовая сумочка выбежала из задней комнаты, запрыгнула ей на колени и начала извиваться, как маленькая перевозбужденная собачонка. Она распахнулась и задрожала от сдерживаемого возбуждения. Провидица взяла деньги со стола и бросила их внутрь, сумочка захлопнулась, спрыгнула вниз и побежала обратно в другую комнату.

— Она очень впечатлительная, — задумчиво произнесла леди Фортуна.

Мое сердце заколотилось от волнения.

— О. Мой. Бог. Где мне достать такую же?

— Это сложно. Они очень дорогие, и их трудно обучить.

— Черт. Мне нужна работа, — пробормотала я себе под нос.

Она подмигнула.

— Я рекомендую гадание. Клиентам обычно не нравится то, что вы им говорите, но за это хорошо платят. Они не зря называют меня леди Фортуна.

Джексон хмыкнул.

— На этот раз ты не пересчитала деньги.

Леди Фортуны уперла руку в бедро и вздернула подбородок.

— В присутствии леди? Никогда. В любом случае, в прошлый раз ты дал достаточно хорошие чаевые, так что, думаю, мне не о чем беспокоиться.

По крайней мере, Джексон был щедр хотя бы со своими деньгами.

Она подтолкнула к нему через стол планшет с ручкой и контрактом.

— Что это? — Я прищурилась.

— Освобождение от ответственности. Просто на случай, если ты захочешь обвинить меня в неудачах или в каких-нибудь безумных поступках, которые ты собираешься совершить, как только услышишь это.

Я взглянула на Джексона, с каждой секундой становясь все менее уверенной в этом плане. Он кивнул, и я бегло просмотрела соглашение и подписала, надеясь, что только что не продала свою душу.

Провидица начала невероятно быстро тасовать свои карты, затем швырнула колоду на стол.

— Итак, ты проделала долгий путь из Висконсина. Скажи мне, что именно ты хочешь знать.

Черт, как много она уже знала обо мне? Меня грызло так много вопросов, что я чувствовала, как они пытаются вырваться из моей груди. Могу я спросить только об одном?

— Почему люди охотятся за мной и кто они?

Леди Фортуна постучала длинными розовыми ногтями по верхней части колоды таро.

— Два по цене одного? Дерзко, но я побалую тебя, поскольку ты новичок в городе. Давай-ка посмотрим, что скажут судьбы. Будь осторожна. Вот-вот начнется магия, и это каждый раз пугает меня до дрожи.

В воздухе потрескивало электричество. Свечи потускнели, и аромат свежего кофе наполнил палатку. Я услышала звук сердцебиения, бьющегося глубоко в земле, сотрясая пространство вокруг нас. Мое собственное сердце начало биться в такт, все быстрее и быстрее, и у меня перехватило дыхание, когда темнота закружилась по комнате. Тени превратились в змей, сжимающихся вокруг нас, выдавливающих воздух из моих легких и кружащихся подобно урагану. Темнота поглотила нас, и мой желудок скрутило, как будто я падала с неба. Я ухватилась за стол, чтобы не упасть и побороть подступающую тошноту.

Единственный оставшийся свет исходил от свечи, мерцавшей над головой.

Я посмотрела на Джексона испуганными глазами, но он спокойно кивнул и коснулся моей руки. Между нами пробежало электричество, и он отдернул пальцы, как ужаленный. Его глаза сверкнули медово-золотым.

Но не только его глаза наблюдали за мной. Волосы у меня на затылке встали дыбом. В темноте были и другие наблюдатели. Невидимые. Ожидающие.

Провидица прочистила горло.

— Мы берем три карты — по одной для каждой из судеб.

Она снимала их с верха колоды по одной, держа рубашкой вниз. Как только она закончила, колода исчезла.

Она перевернула первую карту своими длинными розовыми ногтями и замерла, ее рука повисла в воздухе.

— Луна. Очень странно. — Она перевела взгляд между нами. — Это была первая карта, которую я вытянула для него.

Я наклонилась вперед. На карте были изображены два волка, сидящих на противоположных берегах реки и воющих на улыбающуюся луну. Пока я смотрела, изображение начало колебаться и двигаться, как будто волки были живыми и ручей тек.

Я моргнула. Это была всего лишь картинка.

Она перевернула вторую.

— Влюбленные.

Провидица снова перевела взгляд между нами и вопросительно подняла бровь. Я покраснела. Оставалось надеяться, что она не раскрыла и эту карту для него.

После многозначительной паузы провидица зацепила ногтем последнюю карту и перевернула ее.

— Колесо.

Ее магия закружилась вокруг меня, и расстояние между нами, казалось, исчезло. Вскоре в комнате остались только карты и ее блестящие глаза, которые стали чисто белыми. Мое сердце сжалось, и я резко втянула воздух.

Провидица заговорила голосом, не принадлежащим этой земле. Он был хриплым и бесконечно старым.

— Твой дальнейший путь полон опасностей, но река удачи влечет тебя вперед. Ты не можешь убежать и не можешь остановить свою судьбу. Если ты не найдешь тех, кто преследует тебя, они найдут тебя. Если ты не уничтожишь их, они уничтожат тебя. Ты должна предать себя, чтобы спасти себя. Ты должна предать всех нас, чтобы спасти всех нас. Конец неизбежен. Опустится тьма.

Глубокий и безжалостный ужас скрутился в моем животе, и я боком потянулась к руке Джексона, но не смогла найти ее. Я вообще не могла его найти.

Глаза провидицы замерцали и снова стали карими. Я коснулась руки Джексона и убрала свои пальцы. Это было так, как будто его там вообще не было какое-то мгновение, а потом он появился.

Я сжала трясущиеся руки в кулаки.

— Что это значит?

Провидица покачала головой.

— Твое пророчество вытекает из карт, которые я разложила, но я этого не знаю и не слышу. Это сказано судьбой.

— Пророчество? Я ничего не слышал, — сказал Джексон.

— Ты бы не смог. Судьба говорит напрямую. Она бы не услышала твое, если бы присоединилась к тебе здесь четыре дня назад. Эти слова предназначались только для ее ушей.

Я взглянула на Джексона, выражение лица которого стало мрачным и задумчивым, и прикусила губу. Никто другой не слышал того, что мне сказали, и я пожалела, что не записала это.

Провидица расправила руки и мягко коснулась пальцами Луны.

— Пророчество — это еще не все. Я все еще могу поделиться с вами своим гаданием на картах.

Нажав на первую карту, она сказала:

— За тобой гонятся. Но это не одна карта, а две.

Она растопырила пальцы и вытащила вторую карту из-под того места, где ее раньше не было. Колдун.

— За тобой охотятся волк и колдун. Если ты найдешь волка, ты найдешь и колдуна. Если ты найдешь колдуна, ты найдешь и волка.

Меня охватило отчаяние. Мы знали это — или, по крайней мере, подозревали.

— Но почему?

Она указала рукой на влюбленных.

— Из-за того, кто ты есть — из-за твоих родителей и твоей родословной. Ты — все, что нужно твоему противнику.

Паника подступила к моему горлу.

— Но у нас нет никаких зацепок. Как мне их найти?

Она положила руку на стол и напряглась. Ее глаза вспыхнули белым, а голос сорвался.

— Тебе не нужно. Они уже здесь. Охотятся.

25

Саванна

Темнота покинула комнату.

Я вскочила со стула и отшатнулась от стола. Джексон, уже вскочивший на ноги, поймал меня.

Леди Фортуна указала на дверь.

— Тебе нужно бежать. Они близко, у колеса обозрения, но быстро приближаются. Волки и демоны. Уходи.

Я вытащила бутылочку, которую дал мне Кейси, из сумочки и сунула ее в карман, когда Джексон схватил меня за руку и вытащил из палатки.

— Иди нормально, но не отпускай меня.

Он вытащил телефон другой рукой и нажал на быстрый набор большим пальцем.

— Они у колеса обозрения и направились в нашу сторону — ищите волков и каких-то демонов. Похоже, их может быть много. Направьте всех в нашу сторону, но двигайтесь осторожно. Мы находимся в переулке за египетским рынком и направимся в дальний конец Мидуэя, где кто-нибудь сможет нас подобрать.

Он повесил трубку, и, держась за руки, мы двинулись обратно тем же путем, каким пришли.

Меня охватило замешательство.

— У тебя здесь есть люди? Они ждали?

— Да. Много. Пока ты за пределами Индии, ты защищена.

— Защищенна или я приманка? — Рявкнула я. — Почему мы не убегаем?

— Потому что ты слишком медлительная. Оставайся со мной, все будет в порядке. Если они будут преследовать, они раскроют свои позиции. Если повезет, мы сможем схватить одного из этих ублюдков и заставить его заговорить.

Гнев и ужас клокотали в моей груди, пока мы пробирались через египетский рынок.

Внезапно Сэм оказалась рядом со мной, подталкивая меня вперед.

— Все будет хорошо, Саванна.

— Ты тоже участвуешь в этом безумии? — Рявкнула я.

Мы втроем двинулись по ярмарке. По моей коже побежали мурашки, я оглядела толпу, и по спине у меня пробежал холодок. Все выглядели нормально — просто смеялись, пили и играли в карнавальные игры.

Кроме одного. Мужчина в маскарадной маске шел слева от нас.

Маска была похожа на те, что многие люди носили на ярмарке. Но я поймала его взгляд, и глаза вспыхнули красным, всего на секунду. Его хищный взгляд не оставлял у меня сомнений в том, что он был в сговоре с теми двумя, которые напали на меня в «Там-Хаусе».

Я сжала руку Джексона.

— Слева, нас кто-то преследует.

Он кивнул.

— Я знаю. Не смотри ему в глаза.

— Справа от нас, — прошептала Сэм.

Еще один оборотень в маске — женщина. Это была волчица из Бальмонта?

Ужас впился в мою кожу. Они как будто гнали нас стадом.

Джексон говорил так тихо, что я едва могла расслышать его из-за шума ярмарки.

— Впереди есть проход между павильонами. Поверните направо. Я наброшусь на наших преследователей, когда они выйдут из-за угла.

Я дрожала, когда мы медленно шли вперед. Джексон ловил акул, а я болталась на конце лески, как макрель.

Прежде чем мы добрались до перекрестка, из машины вышла женщина в полумаске и улыбнулась.

Это была она. Сучка из Бальмонта.

Я напряглась, но прежде чем я успела закричать, она подняла полог палатки, и большой бурый волк выпрыгнул наружу и набросился на Джексона.

Держась за руки, мы упали на землю.

Внезапно Сэм подняла меня на ноги, и мы побежали, проталкиваясь сквозь толпу. Я вскинула голову, чтобы посмотреть на Джексона, как раз вовремя, чтобы увидеть, как волчица делает выпад на меня. Из ее рук вырвались когти, и она дернула меня назад за куртку. Сэм закричала, развернулась и ударила женщину кулаком в лицо.

Нападавшая отшатнулась, затем прыгнула вперед и ударила Сэм ногой по колену. Прежде чем она успела прийти в себя, человек в маске, который преследовал нас ранее, метнулся вперед и превратился в белого волка, в одежде и всем остальном. Со свирепым рычанием он набросился, и я закричала, когда он опрокинул Сэм на огромную стопку французского деревенского мармелада. Люди запаниковали и разбежались, двигаясь вокруг нас.

Сучка из Бальмонта схватила меня за руку и притянула к себе. Она выудила из кармана серебряный шарик. Я понятия не имела, что это было, но мне показалось, что это плохо. Я ударила ее по руке открытой ладонью, и она отлетела в толпу. Волчица зарычала и ударила меня тыльной стороной ладони, и перед моими глазами заплясали звездочки.

Ярость заструилась по моим венам — а затем и магия. Я чувствовала, как она обжигает меня, словно ледяная вода, стекающая по моей коже.

Черт возьми, да.

— Ты сумасшедшая психопатка! — Я схватила женщину за лицо, когда магия полилась из моей ладони.

Волчица отлетела назад и рухнула на прилавок продавца метел. Метлы взметнулись в воздух, как фейерверк, и волчица со стоном упала на колени.

Срань господня. Я только что врезала кому-то по физиономии.

Сэм сбросила с себя белого волка и начала вставать, но тот сомкнул челюсти на ее ноге, и она закричала. Затем появился Джексон. Его руки превратились в длинные когти, и он вцепился в волка, когда тот взвыл.

Волчица вскочила на ноги, но Сэм атаковала и обездвижила ее тело. Они упали на землю в шквале когтей.

— Беги! — Крикнула Сэм.

Я взглянула на метлы, но исключила это. Это был первый раз, когда я их увидела, и я была чертовски уверена, что не смогу уйти на одной из них. Вместо этого я промчалась мимо продавца кренделей в переулок, ища вонючее местечко, где можно было бы спрятаться. Они могли бы и не найти меня, если бы я смогла замаскировать свой запах. Мне нужно было найти стойку для барбекю или продавца свечей.

Мгновение спустя я, спотыкаясь, остановилась на пересечении четырех павильонов и развернулась.

Никаких признаков Джексона или Сэм, или кого-либо из моих знакомых. Преследователей нет. Просто дюжина людей, присматривающих за своими магазинами.

В какую сторону мне следует идти?

Я достала свой мобильный телефон и замерла. Палатка справа от меня закачалась, и длинная черная тень, лежащая на траве, зашевелилась.

Я медленно подняла глаза, и мое сердце остановилось. Там, на фоне плавающих огней, темная фигура балансировала на крыше палатки. Высокий и нескладный, он был похож на тело, вытянутое в нечто ужасающе длинное и тонкое.

Мой разум затуманился.

Срань господня. Монстры реальны.

Быстрее, чем удар гадюки, его рука метнулась вперед и схватила меня за горло, заглушая мой крик. Когда он поднял меня в воздух, я брыкалась, размахивала руками и вырывалась из его когтей, но его хватка была нерушимой. Паника охватила меня, когда жилистая рука притянула меня ближе. Я не могла отвести глаз от мышц, видневшихся под его полупрозрачной зеленой кожей. У меня не хватило смелости посмотреть существу в глаза.

Его когти были слишком крепко сжаты. Я не могла дышать.

Отвратительная подпись монстра кружилась вокруг меня, на вкус как кровь и медь, и ощущалась как масло, стекающее по моей коже. Я слышала крики снизу, но это было отдаленное эхо. Плавающие огни начали сливаться в красивое размытое пятно.

Внезапно к нам подлетела темная тень. Затем огни закружились вокруг меня, и я рухнула обратно на землю. Воздух, застрявший в моих легких, вырвался из груди, и я перекатилась на колени, задыхаясь.

В десяти футах впереди два огромных рычащих волка прижали демона к земле.

Я, пошатываясь, поднялась на ноги. К моему ужасу, чудовище сделало то же самое, отбросив волков в окружающие палатки.

Я бежала так, словно за мной гнался сам дьявол. Насколько я знала, так оно и было.

Из-за угла передо мной выскочил волк. Я отшатнулась в сторону и потянулась за своим баллончиком, но быстрее, чем я успела отреагировать, он метнулся обратно тем путем, которым я пришла. Я предположила, что это один из своих.

Повсюду бегали волки, и я понятия не имела, кому доверять и что делать, поэтому повернула направо и бросилась к краю ярмарки. Кто-то воздвиг эти баррикады, оцепив улицу. Возможно, поблизости были копы. Конечно, они уже слышали крики, но вся ярмарка была в панике, так что они, вероятно, не знали, что происходит.

Я огляделась по сторонам, выбегая с ярмарочной площади и оставляя Середину Аллеи позади. Мчась вдоль края павильонов, белый волк несся на меня с невероятной скоростью.

Джексон? Еще один из стаи Джексона? Или враг?

Я вытащила из кармана баллончик, который дал мне Кейси, и бросилась на улицу, крича, отчаянно пытаясь привлечь к себе внимание. Вместо этого праздношатающиеся люди в ужасе расступались с моего пути. Вот и вся помощь.

Мне придется встретиться с этим волком в одиночку. Я развернулась и занесла бутылочку, обнаружив, что белый волк почти на мне. Друг или враг, я бы нажала на спусковой крючок.

Затем белый зверь отлетел в сторону, когда гигантский серый волк врезался в него. Они отлетели в сторону, слившись в одно рычащее пятно.

Я отшатнулась от дикой битвы. Кровь и мех полетели, когда они рычали и рвали друг друга. Серый волк сделал выпад и сомкнул свои массивные челюсти вокруг своего противника. Одним быстрым движением он поднял белого волка в воздух и встряхнул.

У меня скрутило живот, когда что-то хрустнуло.

В вихре магии белый волк превратился в полностью одетого человека, и серый зверь выронил изорванный труп из своей пасти. Затем он посмотрел на меня с окровавленными клыками и глазами медового цвета, которые, казалось, пронзали мою душу. В то время как белый волк был огромен, серый был поистине чудовищен и излучал силу.

Мой крик застрял в горле, а грудь, казалось, вот-вот разорвется надвое.

Волк сделал несколько угрожающих шагов в мою сторону, и я подняла баллончик дрожащей рукой.

— Не подходи, придурок!

Губы волка скривились, обнажив острые зубы. Мое тело затряслось, когда я медленно попятилась.

— Может быть, это позволит мне уйти, — в отчаянии подумала я, но серый волк снова зарычал.

Думаю, что нет.

— Саванна! — донесся с другой стороны улицы женский голос, и я рискнула взглянуть краем глаза. Сэм. Она выглядела испуганной, что только усилило панику, сотрясавшую мое тело.

Волки хлынули к нам с ярмарки. Мое сердце билось так быстро, что я была близка к обмороку. Я слегка пошатнулась.

Волки повсюду. Двое черных окружили меня с флангов, и паника вытеснила из моего разума все разумные доводы.

Я окружена.

— Положи это, Саванна! — Сэм закричала, ее голос был близок, но пугающе далек. — Это Джексон! Он не в себе. Не делай резких движений.

Джексон.

Изо рта серого зверя капала кровь. Я перевела взгляд с растерзанного трупа на безжалостные медово-золотые глаза волка.

Это был не Джексон.

Когда он сделал шаг вперед, я ткнула его бутылочкой в лицо.

— Не делай больше ни единого гребаного шага в мою сторону, или я тебя убью.

Волк зарычал на бутылочку, встретился со мной взглядом и сделал шаг.

Пошел ты.

Я нажала и взорвалось вздымающееся облако газа. Серый волк попятился назад, рыча и щелкая зубами, а черные волки заскулили, когда от их шкуры поднялся дым. Сэм тоже закричала и согнулась пополам, хватаясь за лицо.

Я откинулась назад. Мои глаза и кожа горели, и тошнота накатила на меня, как товарный поезд. Морда серого волка сморщилась, когда он оскалил на меня зубы и издал ненавистный рык.

Я едва могла видеть его из-за опухших глаз.

— Убирайся, черт возьми, назад! — Я прицелилась в него, слегка держа большой палец на спусковом крючке. Его медовые глаза сузились, а тело задрожало от ярости. Затем, в мгновение ока, он сорвался с места и невероятно быстро побежал обратно к ярмарке.

Беги, ублюдок.

Я едва могла видеть сквозь слезы, которые текли из моих опухших, щиплющих глаз. Мои легкие и кожа также горели, а дыхание стало неровным. На этот раз было хуже, чем в мотеле. Что, черт возьми, это за дрянь?

Заставив себя открыть глаза, я оглядела хаос вокруг.

Сэм, спотыкаясь, упала на колени и продолжала ругаться в перерывах между приступами кашля. Черные волки отступили на несколько десятков футов и потирали морды лапами.

Полицейские со светящимися дубинками окружили нас. Я, пошатываясь, отошла от обездвиженных волков и попала в объятия патрульного.

На какой-то ослепительный миг ярмарка показалась сном. Теперь я просто хотела, чтобы кошмар закончился.

26

Джексон

Люди шарахались с моего пути, когда я несся через ярмарку на своих четырех лапах.

Мне нужно было избавиться от аконита. Саванна, возможно, все еще в опасности от волков изгоев и демонов — или даже от моей стаи, после того, что она сделала.

У меня не было на это времени.

Химикаты жгли мою кожу, а глаза так сильно щипало, что было почти невозможно что-либо видеть. Но это было ничто по сравнению с яростью, кипящей в моих венах.

Аконит, из всего возможного. После того, как мы спасли ее от демона и белого волка, она опрыскала нас этим.

Конечно, она это сделала. Она была ЛаСаль. Как я мог представить, что она была другой?

Аконит был ядовит для оборотней. Он ослеплял наши чувства, сжигал нашу плоть и останавливал нашу способность к превращению и регенерации. Это было проклятие богов.

Она тоже была такой.

Я завернул за угол и зарычал, увидев игру «Данк танк». Должно было подойти.

Перепуганный данки спрыгнул со своей платформы, когда я подпрыгнул в воздух и нырнул в воду. По мгновенному облегчению я понял, что, по крайней мере, версия, которой она меня опрыскала, была водорастворимой.

Как только я достаточно повозился в резервуаре, я выпрыгнул и затрясся, обрызгивая водой всех, кто был достаточно глуп, чтобы оказаться поблизости. Мой волк был взбешен и хотел укусить женщину ЛаСаль.

Они убили нашу сестру. Аконитом.

Мое тело дрожало от ярости. От одного этого остаточного запаха моему волку захотелось перегрызть глотки. Мне потребовался весь мой контроль, чтобы отступить, когда я увидел бутылочку в руках Саванны. Это дерьмо убило мою сестру. Я никогда этого не забуду. Никогда не прощу.

И боги, я хотел отомстить.

И все же, когда умерла моя сестра, я был тем, кто должен был привести стаю в порядок, чтобы предотвратить тотальную войну с ЛаСаль. Мне пришлось проглотить свой гнев, чтобы поступить правильно. И мне придется проглотить это сейчас. Проклятая женщина была нужна мне живой.

Я побежал обратно туда, где оставил ее. Когда мой волк был в ярости, мне нужно было измениться, чтобы взять себя в руки.

Это должно было стать проблемой. Когда я услышал крики Саванны ранее, я не потрудился снять одежду, чтобы обратиться — я просто позволил ей порваться. Мне нужно было что-нибудь надеть перед тем, как я перекинусь, чтобы не бегать по ярмарке совершенно голым. Я бы никогда не признался в этом своему волку, но временами я завидовал обычным оборотням.

Я прошел мимо продавца одежды. Щелкнув челюстями, я сдернул с вешалки пару брюк и оставил торговку, вопящую от ужаса, позади. Моего волка не волновали такие идеи, как собственность, только территория.

Я скрылся из виду за палаткой и обратился. Мои кости хрустнули, мышцы растянулись, челюсти сжались, а клыки втянулись. Я стиснул зубы и издал низкое рычание. Обращение никогда не причиняло такой боли.

Гребаные ЛаСаль и их аконит.

Я зарычал, застегивая брюки.

Снова став человеком пришло время найти эту проклятую женщину. Даже несмотря на тысячи людей, слоняющихся по ярмарке, я чувствовал ее запах. Это было удивительно, но очевидно, что опасность каким-то образом обострила мои человеческие чувства.

Несмотря на разъяренных волков и демонов, ярмарка не погрузилась в полный хаос. Сторонники магии были достаточно привычны к демоническим вспышкам и беспорядочной магии. Это было просто естественной частью населения, состоящего из заклинателей, оборотней, вампиров, демонов, дьяволов и дюжины других магических видов. Они довольно часто сходили с ума. Это было чудо, что город все еще стоял.

Но не было никаких сомнений в том, где все произошло. На деревьях вспыхивали синие огни, и повсюду кишели агенты Порядка. Один демон и один волк были мертвы. Их сообщники, должно быть, уже давно ушли, включая волчицу, которая изначально напала на Саванну.

Мы были чертовски близки как к триумфу, так и к катастрофе. И снова Саванне Кейн очень повезло.

Добравшись до мигающих огней, я увидел жалкую картину. Взволнованные копы. Несчастные волки. И посреди всего этого потрясенная женщина ЛаСаль, сидящая на бордюре.

Она притягивала к себе неприятности, как магнит, но я почувствовал облегчение оттого, что с ней все в порядке. Я бы сделал все необходимое, чтобы защитить ее, но после того, что она сделала с нами, я не испытывал ни капли жалости к ее нынешнему затруднительному положению.

Ну, возможно, немного жалости. Три дня назад она понятия не имела, что оборотни или демоны существуют на самом деле. Сегодня вечером ее чуть не убили или не похитили и те, и другие.

Саванна вскочила на ноги, когда я приблизился.

— Это был ты — серый волк, который убил человека!

Ее взгляд метнулся к моей окровавленной груди, и жар прилил к ее щекам.

— Волк, который спас твою задницу, — прорычал я. — После чего ты обрызгала меня аконитом!

Она оскалила зубы почти как волчица.

— Я не была уверена, что это ты! И выглядело это так, будто ты собирался напасть на меня! Ты рычал, и из твоего проклятого рта капала кровь.

— Я бы никогда не причинил тебе вреда, но, очевидно, это не работает в обоих направлениях.

Она сделала шаг вперед, но вмешались трое полицейских и оттащили нас друг от друга. Один начал допрашивать меня по поводу оборотня, которого я уложил. Какая катастрофа.

Сэм частично пришла в себя. Судя по звуку, она разговаривала по телефону с моим адвокатом. К счастью, мертвый мужчина был оборотнем, и на нас распространялись законы стаи. Тем не менее, предстояла бумажная волокита, допросы и отчеты, но они знали, что лучше меня не задерживать.

Это не имело значения. После этого Орден только сильнее прижмет нас.

Я уставился на тело. Я не хотел убивать его. Но Саванна была в опасности, и я не был уверен, собирались ли напасть еще волки или еще демоны. Я принял поспешное решение — неправильное, — и мы упустили наш шанс получить ответы. Теперь не было никакого способа вытянуть из него информацию без некроманта, и это была черта, которую никто во всем городе не хотел переступать. Даже ЛаСаль, какими бы чудовищами они ни были.

Мои ноздри раздулись. Страх.

Я обернулся и заметил Саванну. Несмотря на то, что по бокам от нее стояли двое полицейских, она была белой, как привидение. Что еще?

Оставив моего собственного следователя на середине допроса, я направился туда.

Полицейский помахал у нее перед носом бутылочкой без опознавательных знаков.

— Это аконит. Это в высшей степени незаконно, и мы его конфискуем. Как ты его достала?

Она переводила взгляд с одного полицейского на другого.

— Я понятия не имела! Я думала, это какой-то перцовый баллончик. Я новенькая в городе… Я не знала, что все это реально, еще несколько ночей назад! Что, черт возьми, такое волчий аконит?

Коп пристегнул баллончик к поясу.

— Аконит — химическое оружие и средство для подавления беспорядков. Его использование в гражданских целях незаконно. Я собираюсь спросить тебя еще раз, где ты это взяла?

Она пожала плечами.

— Нашла. Кто-то обронил его на ярмарке. Я потеряла свой баллончик, поэтому подобрала и сохранила.

Второй полицейский подошел к ней вплотную.

— Тебе будет легче, если ты скажешь нам правду. Кто тебе это дал?

У женщины были проблемы с авторитетом, и она выглядела готовой влепить ему пощечину, поэтому я вмешался.

— Ее семья.

Саванна метала в меня яростные взгляды, но, насколько я понимал, ЛаСаль могли все вместе отправиться к черту.

Властный коп скрестил руки на груди.

— Это правда, мэм? Если вы нам не скажете, нам придется арестовать вас.

Она стиснула зубы, и ее глаза горели ненавистью. По крайней мере, она была верна. Этим я мог восхищаться.

— Хорошо, мэм. Нам нужно отвезти вас в центр. — Полицейский повернулся ко мне. — Ты и стая хотите выдвинуть обвинения в нападении, Джекс?

Ее глаза расширились.

— Обвинение в нападении? На меня напал чертов монстр и вон тот мудак! — Она, дрожа, указала на тело.

Я чувствовал запах ее ярости и страха.

Мои волки нетерпеливо наблюдали, ожидая увидеть, чем все это закончится, надеясь, что копы швырнут ее за решетку. Я чувствовал запах их ненависти, и я был обязан справедливость своей стае. Саванна должна месяц гнить в тюрьме за то, что она только что сделала.

Но она была нужна нам, чтобы остановить эти похищения и очистить имя стаи. Провидица сказала мне, что Саванна приведет меня к ответам, которые я искал, но я еще ни одного не получил.

Я отмахнулся от копов.

— Дайте мне поговорить с ней.

Офицеры отступили назад, и тело Саванны напряглось, а глаза расширились. Я улыбнулся, как бы говоря: Да. Здесь власть принадлежит мне. Они будут делать то, что им скажут.

— Ты собираешься приказать своим продажным копам посадить меня под замок, Джексон? — выплюнула она.

— Там тебе было бы безопаснее, так что я подумываю об этом.

Она ткнула пальцем мне в грудь.

— Ублюдок. Это ты кого-то убил.

— Того, кто преследовал тебя. Не забывай об этом.

Ее губы разочарованно скривились, и она сжала кулаки.

— Прекрасно, значит, ты мой спаситель. Что ты собираешься со мной делать?

Какая наглость.

— Мне нужна твоя помощь, поэтому я не собираюсь выдвигать обвинения. Но есть условия.

Мне потребовалась вся моя выдержка, чтобы выплюнуть эти слова без рычания. Мой волк протестующе забился у меня в груди, и то, как другие волки ускользнули, сказало мне, что стая будет в ярости. Неудивительно, но в обязанности альфы не входило делать всех счастливыми. Это была моя работа — защищать стаю.

Женщина скрестила руки на груди.

— О каких условиях ты говоришь сейчас? Я уже рискую своей жизнью, чтобы помочь вам.

Я подошел ближе, так что ей пришлось вытянуть шею, чтобы встретиться со мной взглядом.

— Никогда больше не прикасайся к этому дерьму. Акониту.

Даже это слово обожгло мне губы.

— И как же мне тогда защититься от долбаных оборотней, пытающихся меня убить?

— Перцовый баллончик. Что-нибудь еще. Это обсуждению не подлежит.

Она провела руками по волосам.

— Прекрасно. Как скажешь.

— Во-вторых, ты должна загладить свою вину перед стаей.

Ее глаза расширились.

— Как?

— Это тебе предстоит выяснить. Но знай: сейчас они возненавидят тебя, если не возненавидели раньше.

Я повернулся, чтобы уйти.

— Джексон!

Мольба в ее глазах остановила меня.

— Что?

Она обхватила себя руками и присоединилась ко мне.

— Что это за существо напало на меня? Ты убил его?

— Мы убили его, да, но я понятия не имею, что это было. Тип демона, с которым я не сталкивался.

Она тяжело сглотнула, и я почувствовал исходящий от нее ужас. И решимость.

— Мне нужно это увидеть. Если мне всю оставшуюся жизнь будут сниться кошмары, я хочу увидеть его по-настоящему.

Впечатляет. Мой волк неохотно согласился.

Я покачал головой.

— К сожалению, это невозможно. Как только ты убиваешь демона, его тело тает. Этот оставил липкое пятно черной крови, прежде чем оно выкипело и превратилось в ничто. Будет трудно идентифицировать его по одному описанию.

Ее плечи поникли.

— По крайней мере, он мертв.

Он не был по-настоящему мертвым — демоны просто возвращались в подземный мир. Но я не хотел объяснять это ей в данный момент, учитывая, с чем она столкнулась этой ночью, поэтому я просто пожал плечами. Я начинал подозревать, что у нее есть дар определять, когда я лгу. Возможно, у меня была какая-то подсказка. Мне нужно над этим поработать.

Прежде чем я успел отойти, она схватила меня за руку.

— Будут еще?

— Может быть. Вероятно.

— Откуда они вообще берутся?

Я глубоко вздохнул и встретился с ней взглядом.

— Их вызывают из преисподней. Колдуны.

27

Саванна

Моя жизнь превратилась в кошмар наяву.

За мной охотятся оборотни, но эта проблема казалась гораздо меньшей теперь, когда я знаю, что ещё и демоны пришли за мной. Демоны, вызванные колдунами.

Могли Кейси и тетя Лорел вызвать подобных существ?

Джексон предупреждал меня, что ЛаСаль практикуют темные искусства. Это ли он имел в виду?

Я прислонилась к дереву и оценила свое положение. Вдобавок к тому, что на меня охотились различные сверхъестественные существа, я была почти уверена, что только что оттолкнула и разозлила всех в местной стае оборотней, и теперь копы хотели бросить меня в тюрьму за использование аконита. По крайней мере, Джексон смог убедить копов отпустить меня — хотя я могла сказать, что это привело в ярость его стаю. Сэм больше даже не смотрела мне в глаза.

Поездка на такси домой была унылым занятием, и черный внедорожник, полный оборотней, следовал за мной всю обратную дорогу в Индию.

Кейси, как всегда, встретил меня у двери. Было поздно. Он ждал?

Он провел пальцами по волосам.

— Боже, Саванна, каждый раз, когда ты появляешься, ты выглядишь еще хуже, чем в прошлый раз. Что случилось на этот раз?

Я не хотела, чтобы тетя Лорел слышала, поэтому мы направились наверх. Я все объяснила, пока сидела за крошечным письменным столом в своей комнате и рисовала демона из парка, чтобы успокоить нервы.

Кейси потер лицо ладонями.

— Это гребаное безумие. Тебе нужно держаться подальше от Лорена и его стаи. Из-за него тебя убьют.

Я покачала головой.

— Нет. Я должна положить этому конец. Я могу помочь.

Мой кузен нахмурился.

— Это слишком опасно.

— Джексон может ненавидеть тебя, но я знаю, что он защитит меня — даже после того, что я сделала с ним сегодня вечером.

Джексон убил человека у меня на глазах. Просто чтобы защитить меня.

Кейси слегка усмехнулся.

— Да, ну, тебе придется какое-то время отрабатывать это. Альфа-каратель волков. Тебе повезло, что он не убил тебя сам.

Я стиснула зубы.

— Ты дал мне аконит! Меня чуть не посадили в тюрьму только за то, что он был при мне!

— Да, извини за это. Но я дал тебе это, чтобы использовать против нападавших. Не против альфы, — сказал Кейси, посмеиваясь.

Очевидно, эта мысль привела его в восторг, но Кейси не видел Джексона в его волчьем обличье, свирепо смотрящего в ответ, когда у него изо рта капает кровь.

Я перевернула свой набросок демона и подтолкнула его к своему кузену.

— Ты можешь сказать мне, что это?

В то время как тело демона исчезло, его жилистые конечности и свирепые когти навсегда запечатлелись в моей памяти.

Его глаза расширились.

— Черт возьми, ты хорошо рисуешь. Эта картинка на самом деле пугает меня до смерти. К сожалению, я понятия не имею, что это такое.

— Ты можешь это выяснить? Ты у меня в долгу.

— Да, у нас где-то здесь припрятано несколько руководств по демонологии. И я знаю людей, которых мог бы спросить.

— Осторожно.

По какой-то причине я не до конца доверяла своей тете. С помощью мягких угроз физической расправы я заставила Кейси пообещать не рассказывать тете Лорел или дяде Питу о случившемся. Хотя я безоговорочно доверяла своему кузену, я не могла избавиться от чувства, что его родители попытаются помешать мне работать с Джексоном или что они будут держать меня взаперти, пока угроза не минует.

Но мне нужно было выяснить, что происходит, и Джексон Лоран, казалось, был одержим желанием сделать то же самое.

Той ночью я почти не спала, а когда мне это удалось, мои сны были полны кошмаров.

Я проснулась измученной, с темной тучей, нависшей над моим сердцем. Демоны и оборотни охотились за мной, и я только что подставила единственного человека, который, казалось, больше всех заботился о моей безопасности.

Аконит. Я понятия не имела, что именно это было, но, хотя оно обожгло мне кожу и глаза, оно практически вывело из строя других волков. Когда я закрывала глаза, я видела, как Сэм смотрит на меня в ответ, с ненавистью.

Я закрыла лицо руками, плюхнувшись обратно в кровать. Я должна была загладить свою вину. Проблема была в том, что я никогда особенно не умела извиняться или изображать раскаяние. Это был практически иностранный язык.

За завтраком я спросила Кейси, как лучше извиниться перед оборотнем, и он ухмыльнулся.

— Принеси ему мертвого кролика. Вкусного и гнилого.

Спасибо, капитан Услужливость.

Поскольку от моего кузена мало что можно было добиться, остаток утра я провела в одиночестве, а в десять утра попросил такси высадить меня в «Эклипсе».

Мускулистый вышибала прислонился к стене ресторана, листая что-то на своем смартфоне. У него был волчий вид, горячий и угрожающий. Большинство оборотней, которых я встречала в Мэджик-Сайд, были невероятно хороши собой. Должно быть, в этой стае был какой-то сексуальный волчий ген.

Мужчина сунул телефон в карман и остановил меня мясистой рукой.

— Подожди. Ты несешь это с собой?

— Что несу?

Он навис надо мной.

— Аконит. Я слышал, что ты устроила на ярмарке в Полнолуние. Я не могу допустить, чтобы ты принесла это сюда.

— Нет, только что выбросила.

Он зарычал и принюхался. Смог бы он учуять запах, если бы он был при мне?

— На меня напали демон и банда оборотней, — огрызнулась я, отступая назад.

— Не используй это оправдание. Ты распылила это на альфу и оборотней, пытающихся защитить тебя. Никогда не используй это дерьмо, когда я рядом, или пожалеешь об этом.

Я протиснулся мимо него.

— Ну, все обнажили клыки и когти и рычали. Как я должна была заметить разницу?

Я вошла в бар и тут же пожалела о своих словах. Четверо оборотней посмотрели на меня убийственными взглядами, остановив прямо на полпути. Я надеялась, что в то утро здесь будет пусто.

Вот и все, что нужно для того, чтобы отложить извинения.

Выражение предательства в глазах Сэм ранило особенно глубоко. Три дня назад она заботилась обо мне, когда я была пьяна и плыла по течению в мире, которого не понимала. В ответ я навредила ей, пока она пыталась спасти мою задницу.

Я выпрямила спину и подошла к бару. Она повернулась ко мне спиной и начала заполнять полку спиртным.

Я заслужила это. И даже больше.

Я не могла поверить, что это то же самое место, куда я ходила ужинать с Джексоном. В тот вечер все было насыщенно, оживленно, наполнено волнением, музыкой и волшебством. Теперь, при свете дня, я могла видеть трещины и ощущать горечь в воздухе.

Положив руку на стойку бара, я пробормотала:

— Послушай, мне жаль, что ты вчера попала под перекрестный огонь, Сэм. Я не знала, что было в баллончике, и я была действительно напугана и совершенно уверена, что вот-вот умру.

Она медленно повернулась с невозмутимым видом, затем оперлась руками о стойку.

— Ты хоть представляешь, как это чертовски больно? Тебе следовало меня послушать. Я сказала тебе подчиниться. Почему ты не слушаешь ничего, что кто-либо говорит?

Ее тон был холодным и пренебрежительным, и я вспылила. Я понизила голос, так что это был острый шепот.

— Когда ты впервые встретила меня три дня назад, я не знала, что все это существует. С тех пор на меня напало больше оборотней, чем я могу сосчитать, и меня чуть не задушил демон, который выглядел так, словно вышел прямо из фильма Тима Бертона. Извини меня, если я не была готова слушать в тот момент, когда Джексон собирался перегрызть мне горло. Несколькими минутами раньше я наблюдала, как он сломал позвоночник другому волку у меня на глазах.

— Он не собирался перегрызать тебе глотку.

— Да, ну, после того, как меня чуть не разорвали на куски, я не собиралась рисковать. Ты понимаешь, к чему я клоню? — Я подчеркнула эти последние слова и посмотрела на других оборотней в комнате.

Я была на грани нервного срыва, так что им лучше дать мне поблажку.

Мужчина, сидящий за стойкой бара, медленно повернулся на стуле, пока не оказался лицом ко мне. Видела ли я его прошлой ночью? Несколько глубоких борозд прорезали его лоб, а глаза сверкнули чистой ненавистью.

— Тебе нужно иметь в виду, что ЛаСаль здесь не рады, прежде чем ты начнешь болтать без умолку, — сказал он, его голос был почти рычащим. — Тебе повезло, что ты сейчас нужна альфе, но как только все закончится, никогда больше не ступай своими грязными ногами на территорию стаи, или я вытащу тебя отсюда за твои грязные рыжие волосы. Ты понимаешь, к чему я клоню?

У меня сжалось горло.

Каждый взгляд в комнате был одинаковым. Они ненавидели меня здесь, и дело было не только в аконите. Они презирали мою семью. Это была кровная месть, и я оказалась не в той части города.

— Я не ЛаСаль, — сказала я. — Я Кейн. И я не хочу иметь ничего общего с той враждой, которую вы затеяли. Уверяю вас, я ничего так не хочу, как убраться отсюда ко всем чертям.

Чем скорее мы выследим того, кто охотился на меня, тем скорее я смогу оставить этих оборотней и их дерьмо позади.

Мужчина соскользнул со своего места и подошел ко мне, возвышаясь над моей головой. Его подпись бушевала вокруг меня. Он был чрезвычайно силен, от него разило водкой, и говорил он с неприкрытой злобой.

— Кровь есть кровь. Ты ЛаСаль, нравится тебе это или нет. Считай это своим предупреждением, маленькая ведьма. В следующий раз этого не будет.

С этими словами он направился к двери и вышел.

Я оскалила зубы, когда он уходил — что было нелепо, потому что у меня не было клыков, — но это было правильно. Слезы разочарования грозили выползти наружу, поэтому я сжала кулаки.

Что именно я сделала, чтобы со мной так обращались? Чтобы пьяницы лезли мне в лицо и угрожали? Я не была частью той дерьмовой истории, в которую они меня втянули, как просто сопутствующий ущерб.

Стакан воды со льдом скользнул по гранитной стойке бара в мою сторону, и я обернулась. У Сэм было грустное выражение лица, но голос немного потеплел.

— Не многие люди противостоят Билли.

— Он кажется настоящим придурком.

— У него есть веские причины ненавидеть твою семью, но он не причинит тебе никаких неприятностей. Не с Джексоном — Альфой. Он не допустит, чтобы тебе причинили вред.

Другие оборотни в баре отвернулись, как будто даже звук имени Джексона мог заставить их подчиниться. Было так много непонятного о нем или его положении альфы. Он сохранял власть над своей стаей, даже когда его не было рядом.

Я подумала о власти, которую он, казалось, имел надо мной, и вздрогнула.

Каждый раз, когда я была рядом с ним, мой разум затуманивался. Он бесконечно расстраивал меня, и часть меня жаждала разозлиться на него. Но в моих мыслях всегда присутствовало подрывающее подводное течение, желание подчиняться, угождать, повиноваться. И когда он был рядом, я как будто хотела подчиниться всем своим телом. Судя по накалу страстей между нами, я была совершенно уверена, что в постели он будет великолепен. Боже, почему я только об этом подумала?

Сэм широко улыбнулась и взяла несколько стаканов, еще не вынутых из посудомоечной машины.

— Что-то смешное? — Я сделала глоток напитка, который она мне дала.

— О, ничего. Просто интересно, как твои мысли перешли от Билли — самого страшного волка в нашей стае — к сексу с Джексоном.

28

Саванна

Я поперхнулась, и вода брызнула у меня изо рта. Я наклонилась вперед, мои щеки горели, как римская свеча. Она знала, что я думала о Джексоне? В сексуальном плане?

— Как?..

Сэм покачала головой.

— Милая, я волчица. Я чувствую эмоции. И к твоему сведению, твое возбуждение пахнет как стейк с прожаркой для волка-самца.

Она подмигнула мне, и я ахнула, прикрыв рот рукой.

— Нет, нет, нет.

Один из волков, которые готовили сцену для сегодняшнего вечера, появился в конце бара. Его глаза загорелись желтым, и он поднял брови, глядя на меня. Я оперлась локтями о стойку и уронила голову на руки, немного замирая внутри.

Джексон, ты сукин сын.

Это было бы полезно знать с самого начала. Возможно, это хороший урок номер один об оборотнях. Знал ли он каждый раз, когда я злилась, пугалась или заводилась? Я вспомнила ту ночь, когда он гнался за мной по переулку. Я была так напугана, что чуть не описалась, но что-то в его близости зажгло во мне огонь. Неужели тогда от меня пахло стейком с прожаркой?

Мне хотелось заползти под стойку и умереть.

Глаза Сэм сверкнули. Проклятые волки, вероятно, тоже почуяли мое унижение, насколько я знала. Казалось, у нее определенно улучшилось настроение.

— Не слишком смущайся. Мы привыкли воспринимать эмоции. Так мы общаемся. Хотя ощущение запаха может показаться тебе странным, для нас это вторая натура, и неудивительно. К тому же, — она протянула мне салфетку, — большинство женщин испытывают к Джексону то же, что и ты, так что мы к этому привыкли.

— У меня нет чувств к Джексону. На него приятно смотреть, вот и все.

Конечно, он был великолепен, силен и, вероятно, хорош в постели. Но он также был властным монстром, который прошлой ночью небрежно убил человека — оборотня — у меня на глазах.

С другой стороны, я тоже убила оборотня. Джексон просто защищал меня.

Какая-то извращенная часть меня сочла это довольно сексуальным.

Я потерла виски и прошептала:

— Есть ли способ замаскировать это?

Сэм опустила голову и посмотрела мне прямо в глаза.

— Маскировать то, когда ты возбуждаешься из-за Джексона?

Мое лицо стало таким же красным, как мои волосы, и я прошипела:

— Да, но, ради Бога, не произноси это дерьмо вслух!

— Может быть, ты могла бы попытаться контролировать свои реакции? — Она пожала плечами и начала насыпать лед в большое ведерко. — С другой стороны, как альфа, Джексон обладает самыми острыми чувствами из всех нас. Он поймет, когда стейк будет на гриле. P.S. Еще мы очень хорошо слышим, так что разговор шепотом здесь на самом деле не принесет тебе никакой пользы. Джексон, вероятно, слышит все, что происходит во всем здании.

Он все это слышал.

Я уронила голову на стойку, потеряв чувство собственного достоинства, и Сэм мягко и ласково погладила меня по волосам. Ей, должно быть, это понравилось, и она действительно начала издеваться. Очевидно, лучшее извинение, которое я могла предложить, — это поступиться своим достоинством, как дохлым вонючим кроликом.

По сути, я облажалась, когда дело дошло до сокрытия чего-либо от Джексона. Возможно, у Кейси было что-то, что могло помочь с маскировкой эмоций.

Сэм положила локти на стойку и наклонилась ближе.

— Джексон не собирался причинять тебе боль, ты знаешь? Его волк пытался защитить тебя. Встретится с тобой.

Что, черт возьми, это значило? Я бросила на нее скептический взгляд.

— Верно. Он просто здоровался, оскалив зубы и рыча.

Она покачала головой.

— На самом деле, он обнюхивал тебя, но потом ты бросила вызов его волку, угрожая ему. Совет профессионала: не бросай вызов волку, не говоря уже об альфе вроде Джексона. Обычно это плохо заканчивается. Когда мы в волчьем обличье, наши волки, так сказать, находятся на водительском месте и могут быть непредсказуемыми. Тебе повезло, что Джексон смог взять под контроль своего волка после того, как ты опрыскала его.

Какого хрена? Мне повезло? Что бы случилось, если бы он не взял под контроль своего волка? Холодный, ползучий ужас пробрался под мою кожу.

— Приятно это знать. — Я сделала еще глоток воды дрожащей рукой. — Но я не бросала ему вызов. Я защищала себя.

Она приподняла бровь.

— Ты целилась аконитом в мужчину. Это дерьмо плохое, но для Джексона оно еще хуже.

— Почему хуже?

Он заслужил то, что получил, за то, что вот так набросился на меня, но я не могла не испытывать угрызений совести. Если бы эта дрянь ужалила мою кожу, я не могла бы представить, каково это было для них.

— Так умерла его сестра.

Сэм опустила глаза и начала складывать бутылки в холодильник. Я практически чувствовала исходящий от нее запах эмоций.

Чувство вины ударило меня, как десятифунтовый кирпич. Неудивительно, что Джексон рычал на меня.

— Прости, я не знала. На самом деле, я даже не знала, что было в баллончике.

— Тебе придется сказать ему это.

Она направилась к барной стойке и взвалила на плечо полный пивной бочонок, как будто он был не тяжелее бумбокса, затем кивнула на дверь в глубине.

— Нет времени лучше, чем сейчас.

На двери висела табличка «Не входить», которая казалась особенно зловещей в свете того, что я только что узнала. Я заставила себя встать и медленно подойти к двери рока, мои щеки все еще пылали от тысячи эмоций.

— Дальше по коридору. Вторая дверь налево, — жизнерадостно предложила Сэм, когда я протиснулась внутрь.

Я постучала в тяжелую деревянную дверь его кабинета.

— Войдите.

Я открыла дверь и рискнула войти. Джексон ждал, скрестив руки на груди и прислонившись к своему большому дубовому столу. Вместо делового костюма на нем были джинсы, байкерские ботинки и черная футболка, подчеркивающая его бугрящиеся бицепсы.

Невероятно привлекательный.

Его обрамляла большая картина, висевшая на стене, на которой была изображена луна, восходящая над тихим озером, окруженным лесом.

Я замерла, когда Джексон закрыл дверь и подошел ко мне сзади. Тепло исходило от него и смешивалось с моим собственным. Дрожь пробежала по моей коже, и я прерывисто вздохнула.

Успокойся, Саванна. Он знает, о чем ты думаешь.

Он медленно обошел меня кругом, его зрачки расширились, когда он осматривал каждый дюйм моего тела — хищник, выслеживающий свою жертву. Сила Джексона прижалась ко мне, и его подпись наполнила мои чувства. Но было нечто большее, чем магия. Жар. Желание. Невидимая сила, которая притягивала меня к нему, как магнит к своему противоположному полюсу.

Я не могла игнорировать химию между нами. Просто находясь рядом с ним, реки моего тела бушевали.

Он должно быть знал.

Наслаждался ли он своим воздействием на меня, или я вызывала у него отвращение? Его стая ненавидела меня и мою семью, и у меня было смутное подозрение, что у них, вероятно, было много причин для этого.

В конце концов, я больше не могла выносить неловкого молчания или его пристального внимания ко мне.

— Прости, что я вчера опрыскала тебя аконитом, — выпалила я. — Я была в ужасе и не знала, что было в бутыльке.

Его глаза сверкнули.

— Аконит — это химическое вещество, изготовленное специально для нанесения вреда нашему виду. Никогда больше не используй его.

Я покачала головой.

— Я действительно сожалею обо всем. Об аконите, твоей сестре, ярмарке. Обо всем.

Он напрягся.

— Мы не собираемся говорить о моей сестре.

Очевидно, это было неправильно сказано. Я уставилась в землю.

— Послушай, я не сильна в извинениях, и я не знакома ни с здешними правилами, ни с твоей историей с ЛаСаль. Но я здесь, и я хочу помочь. Так можем ли мы забыть о том, что произошло прошлой ночью?

Он прищурился и подошел ближе, так что мне пришлось поднять глаза, чтобы встретиться с ним взглядом.

— Я ценю это, но тебе придется поработать, чтобы заслужить прощение стаи, прежде чем ты получишь мое.

— Прекрасно. Я никогда не отступала перед вызовом.

Воздух между нами на мгновение завибрировал, прежде чем он отошел.

— Прости, что напугал тебя. Наша встреча не должна была произойти таким образом. Я перекинулся, чтобы защитить тебя, но потом мой волк взял верх и потребовал встречи с тобой.

Встречи? Сэм сказала то же самое. Тревожный страх закрался в мою грудь.

— Ты понимаешь, как жутко и странно это звучит? Твой волк отличается от тебя? Например, это что-то, что живет в тебе, или раздвоение личности?

Было так много того, чего я не знала об оборотнях — ни о ком в этом мире, если уж на то пошло. Я была так увлечена, что это было страшно.

— На самом деле мы не говорим об этом с посторонними. Достаточно сказать, что мы две стороны одной медали. Когда я в форме волка, я думаю по-другому, и разные аспекты моей личности усиливаются. Мы одно целое, но об этой части меня легче говорить как о моем волке. Мы все так говорим.

Сэм говорила о том, что его волк контролирует ситуацию, когда он обратился, но что это вообще значило?

— Почему твой волк захотел встретиться со мной? Ты уже встречался со мной.

— Его чувства сильнее моих, и, почувствовав твой запах, можно было бы глубоко понять, кто ты есть, твой характер и что тебе нужно. Этого было бы достаточно, но моего волка тоже тянет к тебе, по какой-то причине — он заинтригован. Всегда.

Голос Джексона был низким, почти рычанием. Это его волк разговаривал со мной?

Что-то сжалось в моей груди, и жар начал разливаться в центре. Моя кожа вспыхнула, и я внезапно почувствовала каждое движение одежды на своей коже. У меня возникло непреодолимое желание провести руками по сильной груди Джексона. Что, черт возьми, со мной происходит?

Я сделала неуверенный шаг вперед, и выражение лица Джексона ожесточилось. Гнев? Недоверие? Но также и кое-что еще — желание.

От его усиленного голоса у меня закружилась голова, и я слегка запнулась. Он подошел ближе, так что у него перехватило дыхание, как будто мы стояли в переулке двумя ночами ранее. Тогда я дрожала, слишком напуганная, чтобы бежать, но теперь я хотела оказаться в ловушке между ним и стеной.

Почему он смотрел на меня так, словно хотел попробовать на вкус?

Все во всем этом было неправильно.

Я оторвала от него взгляд и обошла его, внезапно отчаявшись взять ситуацию под контроль. Остановившись перед диваном, я обхватила себя руками.

— Послушай, я знаю, что у тебя обостренные чувства, и ты можешь читать мои эмоции. Не делай предположений. Я не понимаю этих чувств, которые испытываю рядом с тобой, и мне с ними некомфортно. Поэтому, пожалуйста, дай мне немного пространства, независимо от того, насколько заинтригован ты… или твой волк….

Джексон напрягся, и медовый оттенок покинул его глаза. Он долго смотрел на меня.

— Я могу это уважать.

Мое сердцебиение замедлилось, приходя в норму.

— Мы хотим одного и того же — выследить этих ублюдков — и именно поэтому я соглашаюсь работать с тобой. Это деловое соглашение и ничего больше. Это понятно?

— Да, я понимаю.

— И еще кое-что, Джексон. Я ценю, что твой волк спас меня, но никогда не позволяй ему пытаться обнюхать меня или встречаться со мной без моего разрешения.

Это определенно было в моем списке как одна из самых странных просьб, которые мне когда-либо приходилось оглашать мужчине.

Его челюсть дернулась, и что-то промелькнуло в глазах, но он кивнул.

— Хорошо. Теперь, когда это решено, какой у нас план? — Спросила я, чувствуя, что ко мне возвращается контроль.

— Тебе нужно научиться убегать, когда на тебя в следующий раз нападут.

Он схватил со стола связку ключей и открыл дверь.

Я сжала челюсти, когда жар прилил к моему лицу.

— Я бы сказала, что держала себя в руках довольно хорошо, учитывая все обстоятельства.

— Тебе повезло. Есть разница. Ты слишком слаба, чтобы сражаться с волками и демонами, и слишком медлительна, чтобы убежать. Нам нужно это исправить.

Волосы у меня на затылке встали дыбом, когда я вышла в коридор. Слабая? Медлительная? Я всегда гордилась тем, что могу постоять за себя.

Может быть, мне следовало выстрелить в Джексона побольше аконитом.

29

Джексон

Мы покинули «Эклипс» через черный ход. Мой арендованный пикап был припаркован в переулке, и я не хотел, чтобы Реджина, Билли или Сэм гадали, куда мы направляемся. Мое ближайшее окружение в последнее время задавало слишком много вопросов, и дело доходило до того, что мне придется на них отвечать.

Лучше было соблюдать осторожность. Напряжение в стае было высоким, и разгуливание с женщиной ЛаСаль делу не помогало.

Саванна была важным активом. Она умела провидеть, она умела рисовать, и была возможность, что я смогу воспользоваться ее связями с семьей. В конце концов, она уже раздобыла магическое зелье. Но она также была в гораздо большей опасности, чем я первоначально думал, и стала серьезной помехой. Я должен был это исправить.

Я, вероятно, не смог бы научить ее драться достаточно хорошо, чтобы спасти ей жизнь, но я мог бы помочь ей бегать. Пара зачарованных сапог придала бы ей скорость, необходимую для побега.

Саванна забралась на переднее сиденье. Мой взгляд устремился вниз, и я не мог не заметить ее ноги в шортах с высоким вырезом. У нее были длинные ноги, и она была быстрой для человека. Ботинки, которые я имел в виду, улучшат ее природные способности — черт возьми, возможно, она даже сможет угнаться за мной.

Я хотел преследовать ее. Охотиться на нее.

Что-то в этом образе бросило меня в жар, и я нахмурился. Для нее я был монстром, ничем не отличающимся от демона, которого мы убили. Она бы не поняла.

Саванна внимательно изучала меня, слегка раздраженная.

— Послушай, если ты слишком занят, чтобы отвезти меня, куда бы мы ни направлялись, не беспокойся об этом. Со мной все будет в порядке. До сих пор я справлялась достаточно хорошо.

— Ты не можешь рассчитывать на удачу, — ответил я, включая передачу. — Эта поездка не займет много времени.

Она фыркнула, и я почувствовал ее недоверие, когда вырулил на главную улицу, выходящую на «Эклипс». Иногда она была невыносимой.

Когда мы проезжали мимо моей автомастерской, легкая улыбка тронула ее губы, и я заподозрил, что она довольна собой после вчерашнего рейда.

Несмотря на все ее протесты, ей тоже нравилось играть в игры.

Моему волку это понравилось.

Саванна взглянула на указатели, когда мы проезжали перекресток.

— Итак, ЛаСаль запрещено въезжать на твою территорию. Где именно начинается территория вашей стаи?

— Теперь тебя интересует, куда тебе следует, а куда не следует ходить? Хорошо. Обычно мы претендуем на все до 73-го квартала. После этого вы в Индии и предоставлены сами себе.

— Отлично. Просто пытаюсь понять, где мое место.

Я оглянулся.

— Билли все-таки достал тебя, да?

Она пожала плечами.

— Ты хорошо себя повела. У него есть веские причины ненавидеть твою семью, как упоминала Сэм, но он будет держать свои когти в узде.

Щеки Саванны вспыхнули, и она отвела глаза.

Я ухмыльнулся. Если у нее и были какие-то сомнения в том, что я все подслушал в баре, то теперь они исчезли. Следующая часть этого разговора была особенно интересной… И Саванна, чьи мысли, очевидно, тоже дрейфовали в этом направлении, была весьма смущена, но, тем не менее, немного возбуждена. Это было приятно после того ада, через который она заставила меня пройти прошлой ночью.

Запахи ее желания и унижения были опьяняющими, и было легко представить, как она трахает меня. Я неловко поерзал в кресле. Она была ЛаСаль. Кроме того, в ее глазах я был просто еще одним кровожадным монстром.

Пора сменить тему.

— В той стороне находится мыс Эйвери. — Я указал на лесистую местность справа. — Это один из немногих лесов на острове, где мы можем перекинуться и устроить забег для наших волков. Сбавив скорость, я свернул на равнину.

— Самый большой лесной массив в Мэджик-Сайде простирается к югу от Выставочного парка и переходит в Индию, территорию твоей семьи. Это не идеально, но так было с тех пор, как был основан остров.

И еще один источник конфликта между стаей и ЛаСаль.

Саванна кивнула, но ничего не сказала, когда мы выехали на главную улицу Маркет-стрит. Я с любопытством наблюдал, как она разглядывает около дюжины витрин, все они специализировались на разных вещах — «Колдовство и волшебство Ди», «Чистые зелья» и магазин под названием «Прически» с модными париками, плавающими в витрине. Ее глаза округлились, и я почувствовал запах ее любопытства.

— Что это за место? — спросила она.

— Маркет-стрит. Лучшее место для поиска случайных вещей.

Я припарковался перед магазином «Оборудование и алхимические принадлежности Донахью».

Она повернулась ко мне с растерянным видом.

— Что мы здесь делаем? Покупаем волшебный молоток?

— Во-первых, тебе нужны новые ботинки. Ты слишком медленная, и тебе нужно бежать быстрее.

И снова мой взгляд скользнул к ее длинным, стройным ногам.

Раздражение окрасило ее лицо.

— Да будет тебе известно, я была чемпионкой штата в беге на четыреста метров. Я быстрая, просто не четвероногая.

Чемпионка по легкой атлетике. Это объясняло ее скорость — она была прирожденной.

— Мы должны будем что-то с этим сделать, — ответил я.

Она сердито посмотрела на меня.

— Ты что, предлагаешь мне отрастить лишнюю пару ног?

— Такая идея не приходила мне в голову. — Я приподнял брови. — Почему бы нам не начать с ботинок?

К моему удивлению, она прижалась к двери.

— Ты только что легкомысленно намекнул, что можешь превратить меня в оборотня? Ты заразный или что-то в этом роде?

Я зарычал на наглую женщину.

— Ликантропия встречается чрезвычайно редко. Возможно, у одного из десяти тысяч волков есть ген, передающий ее дальше. Я мог бы укусить тебя сотню раз, и все было бы в порядке.

Если бы только немного нежнее. Ее определенно нужно было хорошенько укусить.

Саванна подняла руки, защищаясь.

— Я не хотела тебя обидеть. Просто подумала, стоит ли мне волноваться. И, пожалуйста, не кусай меня.

Из Саванны получилась бы ужасная волчица. Непослушная, вспыльчивая, приводящая в бешенство.

— Тебе не о чем беспокоиться, — хрипло сказал я, подавляя раздражение.

— Хорошо. — Она отвела глаза, и я почувствовал ее облегчение.

Я открыл дверь и ступил на тротуар.

— Ты действительно неплохо смотрелась в этой волчьей маске, если тебя это хоть как-то утешит.

Она фыркнула и выскользнула из внедорожника.

— Не совсем.

Из «Причесок» вышла женщина с укладкой, похожей на замысловатое птичье гнездо. Саванна вздрогнула, когда изнутри высунулась живая синяя птица.

— Ух ты.

— Я никогда не пойму, на что в наши дни идут женщины ради красоты.

Это было правдой — настоящая красота естественна. Прежде чем я смог остановить себя, я посмотрел на Саванну.

— Что теперь? — спросила она, заметив мой блуждающий взгляд.

Я прочистил горло.

— Ничего.

Мы шли по улице в тишине. Я наслаждался тишиной, пока Саванна осматривала окрестности. Мы прошли мимо магазина очков, где продавались контактные линзы ночного видения, затем мимо магазина одежды, в витрине которого были выставлены платья разных цветов. Я остановился перед магазином «Диковинки Кордвейнера».

— И вот мы здесь.

Как и у соседей, на витрине магазина был представлен широкий ассортимент товаров — в данном случае, лучшая обувь из представленных. Однако вместо того, чтобы сидеть на пьедесталах или ящиках, каждая пара левитировала и совершала какие-то движения на месте. Теннисные туфли бежали трусцой, красные каблуки для фламенко притопывали в ритмичном танце, а черные туфли на шпильках покачивались так, словно они шли по подиуму.

Саванна широко улыбнулась мне.

— Волшебная обувь?

— Я же говорил тебе, что ты слишком медлительная.

Она закатила глаза, но вошла в парадную дверь с пружинистостью, которой я не видел с тех пор, как мы вошли на Ярмарку прошлой ночью. Я не смог сдержать улыбку, когда вошел вслед за ней.

Полки с парящей обувью заполняли все пространство вдоль стен, и взгляд Саванны остановился на паре ярко-розовых туфель на платформе, выставленных в центре магазина.

— А, добро пожаловать.

Из задней комнаты появился полный лысый мужчина. Он поправил фартук, повязанный спереди, и выразительным жестом указал на розовые туфли на каблуках.

— Новая линия от Андреа Тодоровой. Великолепные, не правда ли? В них можно пройти много миль, и вам будет казаться, что вы танцуете над облаками.

— Серьезно? Они великолепны. — Саванна провела пальцами по гладкой коже.

Я легко мог представить, как они могли бы выглядеть на ней, когда она двигалась по сцене с развевающимися за спиной волосами.

Волосы как пламя.

Она была ценным активом. Вот и все.

— Мы ищем пару кроссовок для бега, — сказал я хриплым голосом.

Продавец взглянул на Саванну, затем бросил на меня взгляд поверх очков, и на его лице отразилось узнавание.

— Понятно. Для медлительных.

Саванна бросила на меня убийственный взгляд, и я выдавил улыбку.

— Именно.

— Пожалуй, подойдут кроссовки Свифтли. — Владелец магазина пренебрежительно махнул рукой в сторону ее ног. — Не могли бы вы снять… эти вещи? Для примерки.

Вздохнув, она сбросила свои старые кроссовки и плюхнулась на скамейку. Мужчина достал длинную деревянную палочку и прикоснулся ею к пальцу ее правой ноги.

Он закрыл глаза.

— Что бы вы хотели? Что подходит, хм?

— Ну, обычно у меня девятый размер, — ответила она.

— Я не с тобой разговариваю, — пробормотал мужчина.

— Тогда с кем…

— С твоими ногами. Я думаю, имеет смысл узнать у них мнение по этому поводу.

Он коснулся палочкой ее левой ноги и кивнул, очевидно, внимательно прислушиваясь. Саванна разинула рот, но, не сказав больше ни слова, лавочник исчез в подсобке.

— Это было по-настоящему? — спросила она меня, широко раскрыв глаза.

— Честно говоря, понятия не имею, но я бы не стал устраивать истерику по этому поводу.

Лысый мужчина вернулся через минуту с парой черных байкерских ботинок из гладкой кожи с пряжкой спереди и дюймовым каблуком. Саванна сунула ноги в ботинки и застонала, затем дважды обошла магазин. Я чувствовал ее радость. За последнюю неделю она стала свидетельницей невообразимых ужасов, но каким-то образом все еще была способна испытывать восторг.

У нее было сильное сердце.

Саванна усмехнулась.

— Они потрясающие.

Наблюдать за ее реакцией на этот новый мир было все равно что видеть все в первый раз. Широкая улыбка медленно расплылась по моему лицу.

— Просто подожди, пока не обкатаешь их.

— Я действительно могу бегать в байкерских ботинках?

Лысый мужчина раздраженно пискнул и вскинул руки.

— Конечно, можешь. Это Свифтли. Они буквально для этого и предназначены! Иначе зачем бы мне приносить их тебе?

Она напряглась и, казалось, была готова вцепиться в мужчину, но затем покачала головой и снова обратила свое внимание на ботинки с нескрываемым обожанием в глазах.

— Как быстро я могу бежать?

— Я бегу со скоростью около сорока миль в час, — ответил я, — так что это твой ориентир.

Ее глаза расширились.

— Святое дерьмо, это легко удвоило бы мою скорость в спринте.

Проблеск беспокойства промелькнул в моем сознании. Ей нужно быть быстрее меня, чтобы убежать от волков изгоев. Должно быть, они также использовали какие-то чары или физические улучшения. Мне нужно было знать больше.

Пока она любовалась ботинками, сомнение омрачило ее лицо.

— Насколько…

— Не беспокойся об этом, — сказал я. — Мне нравится мысль о том, что ты не отстаешь. Кто знает, может быть, ты меня догонишь.

30

Саванна

— Когда я смогу опробовать этих малышей? — Я с ликованием смотрела на свои новые ботинки, пока мы ехали обратно по равнинам. Это были самые великолепные черные байкерские ботинки, которые я когда-либо видела.

Краем глаза я заметила, что Джексон наблюдает за мной. Он казался довольным, не таким, как будто на его плечах лежала вся тяжесть мира. Его рука свесилась из окна, и вечное напряжение в его теле немного ослабло. Немного. Возможно, под этой задумчивой и холодной внешностью у него была веселая сторона.

— Давай опробуем их прямо сейчас, если ты готова, — сказал он, сворачивая на парковку рядом с лесопарком, на который он указал мне ранее. Стоянка была пуста, и он затормозил перед табличкой с названием Эйвери-Пойнт, 1887 год по восточному времени.

— Твоя семья живет здесь так давно? — Я указала на дату на табличке.

Он вышел из грузовика.

— Ты задаешь много вопросов.

Нет, я ошиблась. В Джексоне не было ничего забавного. Я вздохнула и вылезла.

— Моя семья живет здесь с начала восемнадцатого века, когда был основан остров, — сказал он. — Так же, как и твоя.

Верно. Вражда была глубокой. Я вспомнила, что сказал дядя Пит о волках, отнимающих землю у ЛаСаль, и мне стало интересно, так ли это понимали Джексон и стая.

— Готова бежать? — Спросил Джексон с блеском в глазах.

— Я была рождена, чтобы бегать. — Я затянула шнурки и дважды завязала их — нет необходимости падать на задницу у него на глазах. — Есть что-нибудь, что мне следует знать?

— Начинай медленно. К ним нужно привыкнуть. Если ты будешь двигаться слишком быстро, ты можешь потерять равновесие и контроль.

Это значит, что я опрокинусь на задницу.

Я понятия не имела, как эти красивые ботинки помогут мне бежать быстрее. Черт возьми, я бы, наверное, споткнулась и сломала нос, но мне было все равно. Это были самые удобные ботинки, в которых я когда-либо ходила. Подошва с мягкими подушками поддерживала свод стопы, и у моих пальцев было свободное место. Мое сердце было продано в тот момент, когда я надела их.

Джексон направился в лес, что казалось ему прогулкой, хотя для человеческих ног это было больше похоже на олимпийский спринт.

Здесь ничего не происходит.

Я сделала два шага и рванулся вперед, мои ноги двигались так, словно к ним были прикреплены ракеты. Я подавила крик, когда увернулась от ствола дерева, а затем от валуна, пытаясь сосредоточиться на своих ногах, избегая препятствий, которые приближались ко мне намного быстрее, чем обычно. Как раз в тот момент, когда я подумала, что начинаю осваиваться, я споткнулась о упавшее бревно и на большой скорости врезалась в поросшую мхом землю.

Боль пронзила мое плечо, и я ахнула, сдерживая крик.

Черт. Это должно было оставить пару синяков.

— Я же говорил тебе, не торопись.

Джексон вернулся и помог мне подняться на ноги.

— Да, легче сказать, чем сделать. — Я отмахнулась от него, выдергивая ветки из волос.

Бег в ботинках на самом деле не так уж сильно отличался от катания на роликах — по крайней мере, когда дело касалось падения. Мне следовало надеть шлем для катания на роликах и защиту. Я выглядела бы нелепо, но это было бы лучше, чем получить сотрясение мозга или сломать запястье.

Потребовалось около тридцати минут, чтобы окончательно освоиться со всем этим. Мы, должно быть, оббежали парк раз десять, и я была чертовски измотана.

Джексон, конечно, казался свежим, как маргаритка. Он замедлил шаг и вышел из-за деревьев на каменистый пляж. С озера дул легкий ветерок, и вода мягко плескалась о берег. Моя рубашка взмокла от пота, и окунуться казалось божественным.

— Ты почти освоила бег, — сказал он, — но этого будет недостаточно. Эти волки быстры, и никто не знает, когда они нападут. Тебе нужно научиться избегать захвата и удушения. Прошлой ночью ты запаниковала.

Я встала перед ним и наклонила голову, чтобы встретиться с ним взглядом.

— Учитывая все обстоятельства, я бы сказала, что была чертовски спокойна.

Его глаза сузились, а челюсть напряглась.

— В следующий раз ты не будешь вооружена аконитом.

Я ничего не сказала, но я уже попросила Кейси принести мне еще бутылку на всякий случай.

— Тебе лучше не думать о том, о чем я предполагаю. — Его голос был грубым и сиплым, и невольная дрожь пробежала по моему позвоночнику.

— Никогда. — Я одарила его взглядом, который обычно заставлял людей отступать. — А теперь научи меня нескольким движениям, Джексон, пока я не заскучала.

Джексон склонил голову набок и внимательно посмотрел на меня, выглядя смущенным. В его глазах сверкнуло веселье.

— Где ты этому научилась?

Я нахмурилась и уперла руки в бедра.

— О чем, черт возьми, ты говоришь?

— Это выражение твоего лица. — Слабая улыбка тронула его губы. — Это действует на меня не так, как ты думаешь.

Этот взгляд действовал на всех. Я непонимающе уставилась на него, затем пожала плечами. Должно быть, на него это не подействовало, потому что он был альфой или что-то в этом роде.

— Готова? — спросил он.

Я нетерпеливо кивнула.

Он двигался так быстро, что я едва успела заметить, как его рука обвилась вокруг моей шеи, перекрывая дыхательные пути.

Я не могла дышать. Воспоминания прошлой ночи поплыли перед моими глазами — когти демона на моем горле. Я боролась с ними. Джексон был человеком, а не демоном.

Я ударила его локтем в живот и опустила пятку ему на ногу.

Он отпустил меня, хотя я знала, что это произошло не из-за того, что я что-то сделала. Вероятно, он мог бы принять удар ножом в грудь, не моргнув глазом.

— Хорошо. Значит, ты знаешь некоторые основы самообороны.

Моя мама воспитала меня такой, чтобы я была нежной. После смерти моих родителей я была просто ребенком в новой школе с чокнутой крестной, что сделало меня честной добычей для хулиганов. Мне пришлось выучить несколько приемов. Ничего стандартного — я в основном дралась грязно. Все, что срабатывало.

— Я думала, ты собираешься показать мне несколько приемов, а не нападать, — выпалила я.

Без предупреждения он шагнул вперед и схватил меня за шею. Тепло запульсировало в его ладони и продолжилось прямо во мне. Его хватка на моем горле была нежной, но осознание того, что он мог прикончить меня, если бы захотел, всего лишь легчайшим поворотом запястья вызвало дрожь по моему телу. Почти заводит, по какой-то ненормальной причине.

Что, черт возьми, со мной не так?

Я вывернулась и сильно ударила его локтем по руке, ослабив хватку, затем скользнула ему за спину и ударила предплечьем прямо в спину.

Джексон развернулся и схватил меня за запястье, затем притянул к своей груди в медвежьих объятиях. Жар вспыхнул там, где я прижалась к нему, и мой гнев расцвел. Почему мое тело так реагировало?

Я ткнула его локтем в ребра, и он зарычал мне в ухо, толкая меня вперед. Я споткнулась о камни, но удержалась на ногах и повернулась к нему лицом. Его глаза вспыхнули глубоким медовым цветом, а губы растянулись в кривой улыбке, которая была одновременно предупреждением и приглашением.

Дрожь пробежала по моей коже, и мой пульс участился. Мы кружили друг вокруг друга. Его поза была расслабленной и раскованной, но в то же время он был хищником, готовым нанести удар.

Когда Джексон рванулся вперед, я попыталась метнуться в сторону, но его руки обхватили меня, прижимая к своей груди. Его пальцы были железными, впиваясь в мою плоть, и я знала, что если бы он захотел, они могли бы превратиться в когти. Он наклонился ближе и прошептал:

— В тебе есть огонь.

Его дыхание обжигало мне шею, и по спине пробежали мурашки. Я не могла отличить страх от желания.

Он ослабил хватку и мягко оттолкнул меня.

— Расслабь тело и держи колени согнутыми. У тебя есть скорость — используй ее в своих интересах.

Я сердито посмотрела на него, но расслабила плечи и слегка подпрыгнула на коленях.

— Хорошо. Теперь подними руки. — Он слегка наклонился и поднял кулаки. — Один для блокирования атаки, другой для нанесения удара.

Он показывал мне движения, и я внимательно наблюдала, запоминая то, как грациозно и точно двигалось его тело. Он был прирожденным бойцом. Было легко представить его с обнаженными когтями, разрывающим людей и зверей. Диким. Смертоносным. Безжалостным.

Что-то в этом беспокоило меня самым ужасным образом.

Он бы боролся за тебя. Он сделал это прошлой ночью.

Моя кожа вспыхнула, и я стиснула зубы, пытаясь сосредоточиться на движениях, которые могли спасти мне жизнь, а не на всех тех способах, которыми я хотела Джексона. Я чувствовала запах его пота и силы — наркотическое сочетание, которого я жаждала.

Я споткнулась, и Джексон одарил меня дьявольской ухмылкой и отступил назад.

— Сосредоточься, Саванна. Я думаю, ты думаешь о других вещах.

О, Боже, убейте меня сейчас. Что со мной не так? Кровь бросилась мне в лицо, и я немного обмерла внутри, когда мы снова начали кружить друг вокруг друга.

Он несколько раз подразнил меня, что было хорошо, так как это помогло мне сосредоточиться на том, чтобы стереть эту высокомерную ухмылку с его лица. Он атаковал, и я отразила его удар предплечьем, затем шагнула в сторону и нанесла удар кулаком ему в челюсть. Прежде чем он соприкоснулся, он повернулся и поймал мой кулак. Я оступилась на рыхлых камнях, но он поддержал меня прежде, чем я успела упасть.

— Ты быстро учишься, — промурлыкал он.

Вероятно, я была не более чем игрушкой в его руках. Я взяла себя в руки и оттолкнула его, когда мое разочарование расцвело.

— Что дальше, Лоран?

Воздух между нами искрился электричеством, а глаза Джексона приобрели еще более насыщенный медово-золотой оттенок.

Он медленно шагнул вперед, как хищник, выслеживающий свою жертву, и наклонился ближе. Так близко, что я почти слышала ритмичное биение его сердца. Его дыхание ласкало мою кожу.

— Я не причиню тебе вреда… но тебе лучше бежать.

На середине предложения его голос стал хриплым и почти звериным. Мое сердце замерло на пару ударов.

Какого хрена?

Я побежала.

Я знала, что Джексон не причинит мне вреда, но я не была уверена насчет того, что было внутри него. Существо, которое я видела, разорвало человека пополам.

Мимо пролетали деревья. Корень зацепился за мою ногу, но я оправилась.

Не слишком быстро. Медленно и устойчиво выигрывает гонку.

На самом деле, я в этом очень сомневалась.

Мои ноги стучали по земле в ровном ритме. Я концентрировалась на каждом шаге, отскакивая от твердых бревен и осторожно обходя препятствия, стараясь не врезаться лицом в дерево.

Позади меня раздалось рычание, и я оглянулась через плечо.

Джексон приближался, быстро.

Он сказал, что не причинит мне вреда, но мое сердце все равно бешено колотилось в груди. Я свернула на охотничью тропу и разогналась до высокой скорости.

Вой эхом разнесся по лесу, вызвав дрожь страха во всем моем теле.

Этот ублюдок. Я сказала ему, что не готова встретиться с его волком, монстром, которого видела прошлой ночью. Джексон вообще контролировал ситуацию?

Слова Сэм прокрутились у меня в голове: Когда мы в волчьей форме, наши волки, так сказать, сидят за рулем и могут быть непредсказуемыми.

Я вздрогнула от движения справа от меня. Мимо промелькнуло размытое пятно, и мое сердцебиение загрохотало в черепе, когда из кустов с другого бока донеслось еще одно рычание.

За мной охотились.

Впереди показался овраг. Я перепрыгнула через край и съехала вниз по насыпи, затем направилась в противоположную сторону, к пляжу. Эйфория свободы и власти захлестнула меня.

Как я тебе теперь нравлюсь, альфа-волк?

Надо мной раздался грохот, и я закричала, когда размытое пятно двинулось вниз по насыпи. Споткнувшись, я удержалась, прежде чем врезаться в валун. Я бросила быстрый взгляд вбок и увидела Джексона — не в волчьем обличье — с широкой ухмылкой на его чертовой физиономии.

Самоуверенный ублюдок.

Я помчалась к берегу так быстро, как только позволяли мои ботинки. В овраге не было ни одного дерева, так что мне пришлось сосредоточиться только на валунах и сломанных бревнах.

Мой адреналин подскочил, когда в паре сотен футов впереди показалось озеро — финишная черта.

Джексон наступал мне на пятки, его ступни ударялись о землю с невероятной силой. Я могла поклясться, что чувствовала его дыхание на своей шее. Мое сердце бешено колотилось, дыхание было прерывистым, и возбуждение от гонки разливалось по моей крови.

Внезапно он оказался рядом со мной. Вздрогнув, я зацепилась ногой за камень, и мои грохочущие скоростные ботинки подбросили меня в воздух. Я приготовилась к удару, но вместо земли на меня налетело твердое тело, и руки обвились вокруг меня. Воздух вылетел из моих легких, когда мы несколько раз перекатились, тело Джексона прикрывало меня от основной силы удара.

С глухим стуком мы остановились. Мужчина подо мной смотрел на меня глубокими, медово-золотистыми глазами. Его жар слился с моим, и моя грудь сжалась. Я боролась за воздух, хватаясь за горло, но мои легкие не слушались.

Паника захлестнула меня, но Джексон схватил меня за бедра и приподнял так, что я оказалась на нем верхом.

— Дыши, Саванна.

Его руки нежно обхватили мою спину. Его голос был спокойным, низким и наполненным силой. Я почувствовала, как мой страх растаял в его золотистых глазах, и напряжение в моем теле ослабло.

Грудь тяжело вздымалась, я жадно втягивала воздух, пока мои легкие не перестали болеть и паника не покинула меня. Тогда я поняла, насколько близки мы с Джексоном были.

Стеснение в моей груди росло, как будто что-то пыталось вырваться наружу. Жар пульсировал во мне, останавливаясь у вершины моих бедер, и все, о чем я могла думать, это о его силе подо мной и насколько чувствительна была моя кожа.

Я начала двигаться.

— Саванна. — Голос Джексона был хриплым, и он скользнул рукой по моей спине. От его прикосновения у меня по спине пробежали мурашки, и я ахнула. — Мы не можем этого сделать, — прорычал он. Его глаза вспыхнули медом, и он схватил меня за ягодицу другой рукой.

Я почувствовала его твердость под собой, откинула голову назад и застонала, прижимаясь к нему бедрами.

Он прижался ко мне, следуя моему ритму:

— Нам нужно остановиться.

Слова Джексона были полной противоположностью тому, что говорило мне его тело, и мне было все равно. Моя кожа покраснела и стала горячей, и у меня возникло непреодолимое желание сорвать с себя одежду. В этом не было никакого смысла, и все же я была там, задирала нижнюю часть своей рубашки и…

Боже мой. Что я делала?

Мои чувства вернулись ко мне, как волна, разбивающаяся о берег.

Я посмотрела вниз на невероятно красивого и опасного мужчину подо мной. Неужели я действительно… давила на него? Смущение, шок и замешательство захлестнули меня, и я слезла с колен Джексона.

— Что, черт возьми, только что произошло?

Это было так, словно мое тело охватила лихорадка, и я застряла на пассажирском сиденье, наблюдая за всем происходящим.

Плечи Джексона поднялись и опустились, и когда он, наконец, встретился со мной взглядом, он выглядел почти таким же смущенным, как и я. Его молчание говорило о многом.

Он что-то недоговаривал мне? Он выглядел расстроенным из-за того, что только что произошло, и меня охватило беспокойство.

— Нам нужно идти, — сказал он наконец.

— Джексон?

Ему потребовалась секунда, а затем он посмотрел на меня так, как будто я только что потревожила какую-то глубокую внутреннюю мысль.

— Прости. Мой волк, должно быть, взял верх там, сзади. С тобой все в порядке?

Я слабо кивнула, пока мои мысли путались.

Он выдавил улыбку.

— Все в порядке, я обещаю. Становится поздно, и нам пора идти.

Он уже не был тем человеком, что был несколько мгновений назад. Я потеряла бдительность и почти забыла, что он чертов оборотень. Неужели я сошла с ума?

Внутри него был заперт другой Джексон — дикое существо с животными инстинктами. Джексон, которого я совсем не знала.

31

Саванна

Я сделала глоток «Олд Стайл», надеясь, что пиво расслабит меня. Между нашей странной жаркой встречей на берегу и перспективой снова заняться провиденьем я была на взводе.

После нашей прогулки в Эйвери-Пойнт все было довольно неловко, и на обратном пути мы едва перемолвились парой слов. Джексон не хотел возвращаться в «Эклипс», возможно, потому, что боялся, что я устрою еще одну сцену, или, может быть, ему было стыдно за то, что только что произошло между нами. Возможно, и то, и другое. В конце концов, я была просто неуправляемой ЛаСаль.

В конце концов, нам нужно было уединенное место для провидения, поэтому мы направились в уютный маленький бар на углу в южной части Доксайда. Джексон провел меня прямо в отдельную комнату в задней части здания, как будто это место принадлежало ему. Возможно, так оно и было. В любом случае, никто не задал ни единого вопроса, и никто не побеспокоил нас, кроме как принести наши напитки.

— Готова попробовать еще раз? — Спросил Джексон, кивая на колбу с серебристо-красной жидкостью, которую я поставила на стол между нами.

Я подтолкнула к нему ядовитое зелье провидения.

— Может быть, ты хочешь сделать это в этот раз?

Он не притронулся к фляжке.

— Я — волк. Твоя кровь в этом зелье настраивает его исключительно на тебя, но даже если бы это было не так, наш вид не обладает врожденной магией, необходимой для контроля эффекта. Более того, провиденье запрещено.

Я скрестила руки на груди и откинулась на спинку кресла.

— Запрещено? Или просто незаконно и опасно, о чем ты забыл сообщить мне, когда впервые предложил.

Джексон слегка вздрогнул, но не сводил с меня глаз.

— Запрещено. Увлечение оккультизмом — табу в нашей стае. Знающие будущее, ясновидение — это владения матери-луны, не предназначенные для смертных. Она наблюдает за нами, и только она видит будущее.

Я наклонилась вперед.

— Но ты ходил к провидице.

— Я был в отчаянии. Мне нужны были ответы.

Мне было интересно, как это сочеталось с остальной частью его стаи.

— Что она рассказала тебе о наших противниках? Обо мне?

— Мое пророчество принадлежит только мне, точно так же, как твое принадлежит тебе.

Я нахмурилась.

— Но ты слышал часть моего.

— Не пророчество, просто гадалка интерпретировала карты. Это другое.

Я прикусила губу и впилась ногтями в ладонь, чтобы сдержать свое раздражение. Он был более скуп на информацию, чем Альма на сладости.

— Ты можешь мне что-нибудь сказать?

Джексон издал низкий, раздраженный рык, затем наклонился ко мне.

— Провидица помогла мне найти тебя и сказала защищать. Она сказала, что ты приведешь меня к ответам, и что если с тобой что-нибудь случится, это будет означать гибель для моей стаи.

Конечно — вот почему он был так заинтересован во мне. Благополучие его стаи. И подумать только, я начала верить, что он что-то увидел во мне.

Я нахмурилась, надеясь, что он почувствовал мое раздражение.

— Хорошо, давай сделаем это. Под этим я подразумеваю, что сделаю то, что ты не можешь или не хочешь.

Мои ладони были мокрыми от запотевшей пивной бутылки, поэтому я вытерла их о джинсы и откупорила фляжку.

— До дна.

Я скривила лицо, когда горькая жидкость обожгла мне горло, вызвав легкую тошноту, а затем я поперхнулась, начав смеяться.

— Что тут смешного? — Спросил Джексон, его глаза сузились, глядя на меня, как лазеры.

— Честно? Меня чуть не вырвало прямо на тебя. Это так противно на вкус.

Он наклонил голову, и мускул на его челюсти дернулся. Было так легко взъерошить его шерсть.

— Сосредоточься, Саванна. Это важно. — Его голос был резким и нетерпеливым.

Я вздохнула и закрыла глаза, сосредоточившись на нарисованной мной картинке волчицы. Зелье начало проходить сквозь меня подобно покалыванию тока низкого напряжения. Мои руки налились свинцом, а пальцы, казалось, слились с деревом. Черные тени и очертания кружились в темноте, затягивая меня внутрь.

— Скажи мне, что ты видишь. — Голос Джексона был далеким, как сон.

Я пыталась заговорить, но темнота тянула меня во все стороны и затуманивала мой разум. Я изо всех сил зажмурила глаза и представила лицо стервы из Бельмонта. Ее ярость. Ее ненависть.

Тени за моими закрытыми глазами начали кружить вокруг меня, как волки. Голодные. Нетерпеливые. Волосы у меня на затылке встали дыбом, и у меня возникло отчетливое ощущение, что за мной наблюдают невидимые глаза.

— Саванна. Это работает?

— Что-то изменилось. Я не могу… это неправильно. Очень неправильно. Я не одна…

Рука Джексона прижалась к моей спине, и тепло разлилось по мне, пробуждая силу глубоко внутри. Он заговорил медовым тоном.

— Ты не одна. Я здесь. Сосредоточься на этой женщине.

Его подпись растеклась по моему телу, и мне захотелось впитать ее в себя. Это наполнило мои чувства, и внезапно, несмотря на темноту вокруг, мне показалось, что я бегу по холодному заснеженному лесу, а в лицо мне дует свежий воздух. Преследующие тени в моем сознании рассеялись и скрылись во тьме. Появился Свет. Внезапно лес стал не просто фирменным запахом Джексона. Он был там, залитый летним солнечным светом, повсюду вокруг меня.

Я шла по лесу, следуя за женщиной.

Мой пульс начал замедляться.

— Я вижу ее.

— Расскажи мне все.

Зрение было расплывчатым, и я могла улавливать только фрагменты изображений.

— Она вошла в дом, нет, в хижину в лесу. У нее деревянные стены, и она действительно ветхая. Она с чем-то возится. Я не могу разобрать, что это — как красные кабели.

Что это, черт возьми, было?

— Опиши каждую деталь. Существует ли круг вызова демонов?

— Я ничего не вижу, она ходит по хижине. Там еще один человек, но я не могу его опознать. Подожди, она что-то взяла и направляется на улицу. Здесь много деревьев. Высокие сосны, но я вижу синеву. Это озеро! Она идет к озеру.

— Что у нее в руках?

У меня не было подходящего угла, чтобы разглядеть как следует.

— Коробка с пузырьками. Может, с зельями? Ладно, она на берегу озера. Все вокруг в булыжниках из белого известняка. Там лодка, в ней кто-то есть. Она несет коробку мужчине в лодке!

Мое сердце бешено колотилось в груди.

Голос Джексона был тихим и сдержанным.

— Саванна, ищи любые ориентиры. Может быть, это ее дом или оперативная база?

Я попыталась осмотреться, но едва могла контролировать точку обзора, и перед глазами у меня все закружилось, как на карусели. Внезапно я почувствовала тошноту в животе. Что-то привлекло мой взгляд, и я попыталась сосредоточиться.

— Поблизости есть маяк.

— Опиши его, быстро, пока видение не закончилось.

— Это на мысе или косе. Я думаю, что он заброшен — свет может быть сломан. Он высокий, гладкий, цилиндрической формы… Белая башня с ржаво-красной крышей. Вершину окружает забор.

— Превосходно. — Джексон положил руку мне на поясницу и нежно сжал, и восторг пронзил меня. — Ты видишь, кому она передала коробку?

Я перевела взгляд, и мир закружился. Я почувствовала, что соскальзываю со стула, но руки Джексона поймали меня и удержали в вертикальном положении. Вращение прекратилось, и, наконец, я смогла разглядеть лодку.

Нападавшая на меня вошла в озеро вброд, осторожно ступая по скользким, зеленоватым, покрытым водорослями камням. Подойдя к краю ожидающей лодки, она подняла коробку. Я затаила дыхание и напрягла свой разум. Мне нужно было увидеть, кто там.

Мужчина наклонился и взял коробку.

— Я вижу его, но…

Мой желудок сжался, и ужас пронзил меня.

— Но что? Скажи мне, Саванна.

Лицо мужчины было черной дырой. Клубящаяся тьма растекалась по краям его тела, искажая воздух, как жир по воде. Замешательство и паника охватили меня, пока мой разум пытался осмыслить то, что я видела.

— Его лицо непроницаемо. Как будто у него нет лица. Просто темнота.

— У него есть заклинание против гадания. Постарайся сосредоточиться, постарайся прорваться. Ты можешь это сделать.

Дыхание Джексона было мягким на моей шее и посылало силу, вибрирующую по моему телу. Каждое его слово было твердым, окутанным уверенностью. Он безоговорочно верил в меня.

Я напряглась так сильно, как только могла, представляя, на что была похожа моя магия, пытаясь вызвать это ощущение, проложить себе путь сквозь темноту. Внезапно мужчина вскинул голову и посмотрел прямо на меня своим ужасающим, размытым лицом.

— Срань господня, он видит меня!

— Это невозможно, — сказал Джексон.

Адреналин хлынул в мои вены, и сердце бешено заколотилось в груди.

Безликий мужчина медленно наклонил голову, и в моем сознании сформировались слова: Не подглядывай, Саванна.

Потом была только боль.

32

Джексон

Саванна вскрикнула и упала со стула.

Я поймал ее и начал ставить вертикально, но она вцепилась в меня, дрожа и широко раскрыв глаза.

— О, Боже мой, Джексон, я думаю, он увидел меня! Он заговорил со мной!

Кровь застыла у меня в жилах.

— Что?

Ее руки дрожали, а из носа потекла струйка крови. Нехорошо.

— Все в порядке, — сказал я с большей уверенностью, чем чувствовал.

Я продолжал обнимать ее, не уверенный, должен ли я притянуть ее ближе. Я понятия не имел, как мне следует реагировать после инцидента в лесу, но я знал, как хочет отреагировать мое тело. От сладкого мандаринового запаха ее фирменной подписи у меня потекли слюнки. Когда ее сердцебиение у моей груди начало замедляться, я усадил ее обратно на табурет, прежде чем мое собственное сердце успело забиться быстрее.

— Расскажи мне, что случилось.

Паника сквозила в ее водянистых глазах.

— Он посмотрел на меня и сказал: «Не подглядывай, Саванна». Но, как бы, в моем сознании. Как он мог меня видеть?

В самом деле, как?

Я позволил своему присутствию окутать ее, успокаивая ее страхи. Я заговорил низким и мягким голосом, подавляя любые признаки тревоги, звучащей в моей голове.

— Возможно, он на самом деле не видел тебя, просто определил твое присутствие. Некоторые могущественные заклинатели могут защитить себя от ясновидения и других форм наблюдения. Я предполагаю, что он, должно быть, колдун. Или маг.

Она медленно покачала головой.

— Мне показалось, что он заглядывает мне в душу своими глазами, а я даже не могла их видеть. Я ничего не могла разглядеть за этой ужасной темнотой там, где должно было быть его лицо.

Капелька крови собралась на верхней губе и повисла там, подрагивая. У меня возникло нечеловеческое желание попробовать ее на вкус. В конце концов, я был хищником, и запах крови всегда перекрывал хор других ароматов. Но это было по-другому. Пахло экзотически, остро, почти как наркотик.

Я окунул салфетку в воду со льдом и осторожно вытер кровь с ее губы, желая, чтобы это был мой рот, а не рука.

— Все в порядке. Ты отлично справилась, и я думаю, что ты раздобыла нам необходимую информацию.

После того, как она успокоилась и повторила все, что видела, я оставил ее на минутку и попросил бармена достать ручку и бумагу из подсобки. Я положил их перед потрясенной женщиной.

— Нарисуй маяк.

Она принялась за наброски, и по мере того, как на бумаге появлялись темные линии, напряжение в ее теле таяло. Искусство имело над ней почти магическую власть. Это сосредоточило ее так, как не смогло даже мое альфа-присутствие.

Ее руки порхали над страницей.

— Держу пари, это в Висконсине или, по крайней мере, на берегу озера Мичиган. Пляж был вымощен белым известняком. Когда я была ребенком, я побывала на множестве подобных пляжей. Возможно, нам удастся найти маяк. Они все разные.

Я сфотографировал ее иллюстрацию и отправил Реджине, а затем мы с Саванной начали просматривать наши телефоны, пытаясь идентифицировать маяк. Потребовалось полчаса поиска по страницам различных исторических обществ в Интернете, но в конце концов она нашла неясное упоминание о маяке плюс пару старых фотографий.

— Это он! Это маяк Джаспер-Пойнт в округе Лоуэр-Дор.

Адреналин захлестнул мое тело, когда я сравнил изображения на ее телефоне с иллюстрацией маяка.

— Молодец. Местоположение имеет смысл. Большинство исчезновений были вызваны магами-изгоями, живущими в восточном Висконсине.

Я набрал номер Реджины.

— У нас есть местоположение. Позвони Тони и попроси его команду из Бальмонта встретить нас на станции «Мобил» на Висконсин-роуд, 42. Скажи им, чтобы планировали переход, но захватили оружие в качестве прикрытия. Затем возьми Сэм и еще пару человек и жди нас в доках, чтобы мы могли вооружить Билли.

Я повесил трубку, схватил Саванну и направился к внедорожнику.

Двадцать минут спустя мы въехали через контрольно-пропускной пункт в доки и с грохотом покатились по разбитому асфальту в заброшенную часть порта. Я припарковался рядом с ржавым гаражом, который казался заброшенным, но был одним из надежных мест, где стая хранила огнестрельное оружие.

Реджина и Сэм уже были на месте, и Билли появился из гаража, когда мы подъехали. Он бросил охапку оружия в кузов своего пикапа и свирепо посмотрел на нас, когда мы выскользнули наружу.

— Ты привез ЛаСаль в доки? — прорычал он, смерив Саванну убийственным взглядом.

Я захлопнул дверь и успокаивающе положил руку на поясницу Саванны, прежде чем она слетела с катушек в ответ на вызов Билли.

— Она знает, что сюда приходить нельзя.

Саванна слегка расслабилась под моим прикосновением, хотя и метала в Билли кинжалы глазами. У нее был вспыльчивый характер и она понятия не имела, как ориентироваться в иерархии стаи, взрывоопасная комбинация, которая мне не нужна была, чтобы идти на юг, особенно с кучей оружия под рукой.

— Какова ситуация? — Спросила Реджина, хватая винтовку и осматривая ее. По ее запаху и изгибу бедра я понял, что она также явно не согласна с присутствием Саванны, но, в отличие от Билли, она не собиралась настаивать.

— Волки изгои используют хижину на берегу озера Мичиган в качестве операционной базы. По описанию Саванны, это звучит как временное пристанище, поэтому нам нужно действовать быстро.

Я схватил пистолет и пару обойм с серебряными пулями.

Билли перевел взгляд с меня на Саванну.

— Хижина? Как ты узнал о ней?

— У Саванны колдовство в крови, поэтому она прорицала.

Билли зарычал, и Реджина быстро втянула воздух, хотя она была в курсе моих планов с самого начала. Это все еще было табу.

— Ты связываешься с гребаными темными искусствами, — прорычал Билли, от него разило яростью и ненавистью. Его глаза вспыхнули желтым, и я мог сказать, что его волк приближался к поверхности.

Включение его в список, возможно, было ошибкой, но Билли был частью моего ближайшего окружения, и я не мог просто игнорировать голоса своих советников, когда мне этого хотелось. Это перечеркнуло бы весь смысл их существования. Мне нужна была каждая точка зрения, которую я мог получить, а Билли отражал убеждения многих в моей стае.

— Я понимаю, что это не идеально, но мы многое узнали и подтвердили, что здесь замешан колдун. Он был скрыт от заклинания, поэтому мы не можем назвать его имя, но, по крайней мере, мы знаем, кто вызвал демона.

Реджина тихо присвистнула.

— Наверное, один из ЛаСаль, заставляющий добрых волков делать свою грязную работу и позорить нашу стаю, — пробормотал Билли.

— В этом нет никакого гребаного смысла, и ты это знаешь, — огрызнулся я.

Если бы моя сестра была жива, он бы занимал высокий пост. Но она была мертва, и ему было трудно вспомнить, что я больше не его подчиненный. Мне приходилось время от времени напоминать ему.

Билли оскалил зубы, но Реджина вмешалась прежде, чем ситуация успела обостриться.

— Это хорошая информация, и, по крайней мере, у нас будет элемент неожиданности, если мы пойдем.

Я покачал головой.

— Наверное, нет. Я боюсь, что заклинание предсказания предупредило колдуна, так что они узнают о нашем приближении. Либо они подожмут хвосты и убегут, либо будут готовы и будут ждать нас.

— Почему мы атакуем, если они знают, что мы приближаемся? — Спросил Билли.

Я обвел взглядом членов своего ближайшего окружения, напоминая им, кто отдавал приказы.

— Потому что это лучший шанс, который у нас есть. Они появляются из ниоткуда, хватают кого-то и исчезают. Теперь наша очередь. Это риск, но мы должны их остановить.

Реджина кивнула Саванне.

— Ты ведь не возьмешь с собой ЛаСаль, не так ли?

Я предупреждающе зарычал. По крайней мере, мы устранили все разногласия наедине, прежде чем встретиться с остальной командой.

— Она — причина, по которой мы что-то знаем об этих ублюдках. И если они сбегут, она — наш единственный шанс найти их снова. Она умеет провидеть, и мы знаем, что она им нужна. Она найдет их, или они найдут ее, и мы прикончим этих придурков.

Я не собирался повторять слова провидицы в нынешней компании: Без нее рядом с тобой ты не найдешь ответов, которые тебе нужны.

Реджина приняла покорную позу, но прошептала:

— Она будет обузой.

Саванна скрестила руки на груди.

— Тогда дай мне пистолет. Проблема будет решена.

— Ты умеешь стрелять? — удивленно спросила она.

— Наверное, лучше, чем ты, хотя я предпочитаю дробовик.

Правда.

Я чувствовал, что это больше, чем правда — практически предмет гордости.

Подняв брови, я протянул ей «Глок-19» и пару обойм.

— Это сработает?

Саванна осмотрела пистолет с изяществом эксперта и сунула обоймы в задний карман.

— Сойдет.

У женщины был задор, это уж точно. Я слегка усмехнулся.

— Это серебряные пули, так что не стреляй в меня.

Она ухмыльнулась и подмигнула.

— Тогда не стой у меня на пути.

Хотя я пытался бороться с этим, улыбка тронула уголки моих губ. Характер у этой женщины был длиной в милю.

Позади нас раздался вымученный рык. Билли.

— Не могу поверить, что ты отдаешь пистолет с серебряными пулями ЛаСаль, — прорычал он с болью в голосе.

Меня охватило отчаяние.

— Ей нужно оружие. Конец разговора. Если только ты не хочешь, чтобы мы дали ей аконит.

По его запаху и колебаниям в глазах я понял, что Билли был на грани срыва.

— Она с такой же вероятностью застрелит одного из нас, как и врага.

Саванна свирепо посмотрела на Билли и оскалила зубы в удивительно волчьем жесте.

— Если я выстрелю в тебя, поверь мне, это будет нарочно.

— Я тебе не доверяю — вот в чем проблема. Ты гребаная обуза. — Клыки Билли обнажились, и Саванна вздрогнула. Я чувствовал запах ее страха, но она стояла на своем, стиснув зубы и молча.

— Я доверяю ей, — сказал я, вкладывая свой авторитет в каждое слово.

Реджина ухмыльнулась.

— Держу пари, она и в амбар с десяти шагов не попадёт.

Саванна вскинула руку и трижды нажала на спусковой крючок.

Выстрелы эхом прокатились по докам. Все пригнулись, и Билли начал ругаться, когда выпустил когти. У меня зазвенело в ушах, несмотря на глушитель.

— Черт возьми, Саванна! — Я зарычал.

— Она чертовски сумасшедшая, прямо как ее кузен! — Билли закричал, его глаза горели ярким золотым пламенем.

— Я устала от того, что твоя стая придирается ко мне. Я — не обуза. Я умею стрелять, я умею бегать и я могу провидеть, так что пошли к черту все, у кого с этим проблемы.

Она указала на табличку, висящую у кромки воды.

Теперь в букве «О» в доке было три пробоины.

Вдалеке прозвучала сирена.

Черт бы побрал это.

— Реджина, отзови копов. Саванна, поставь пистолет на предохранитель и не стреляй в Билли. Все остальные, становитесь в очередь.

Билли отошел, чтобы взять под контроль своего волка. Я не видел его таким разъяренным за многие годы. Когда он оглянулся, его голос был низким и резким.

— В этом деле ты сам по себе, Джекс. Я не собираюсь бегать с ЛаСаль. Не с той, кто вооружен пулями, убивающими волков.

Волосы у меня на загривке встали дыбом, и я медленно выпустил когти. Я разберусь с ним позже, но сейчас его отсутствие, вероятно, будет к лучшему.

— Хорошо. Оставайся. Как ты сказал, кто-то должен присматривать за доками. — Я свирепо посмотрел на остальных собравшихся. — У кого-нибудь еще есть проблемы?

Никто не встретился со мной взглядом.

33

Саванна

Внедорожник Джексона с ревом мчался по шоссе 42.

Прошло почти пять часов с тех пор, как мы покинули Чикаго. Я положила в свой рюкзак дополнительный комплект одежды, зубную щетку и «Глок».

Дерьмо становилось серьезным.

Пять дней назад я беспокоилась о том, как буду платить за ремонт машины. Теперь я беспокоилась о том, что меня выпотрошат оборотни, пока я буду стрелять демонам в лицо.

Кейси не было дома, поэтому я сказала тете Лорел, что еду автобусом в Бальмонт, чтобы помочь Альме со срочным ремонтом дома. Я не была уверена, купилась ли она на это, но она и не настаивала.

По всей вероятности, мне следовало остаться с ЛаСаль, пока Джексон делал грязную работу. Но он был довольно настойчив в том, чтобы я была рядом с ним, и я чертовски уверена, что не хотела отставать. Не тогда, когда у меня был шанс выбить ответы на некоторые вопросы из сучки из Бальмонта и ее банды оборотней.

Итак, теперь я собиралась последовать за группой незнакомых оборотней в лес, который неизбежно будет населен оборотнями, демонами и психованным колдуном.

За последнюю неделю моя жизнь изменилась.

Мы проехали долгую, неловко тихую дорогу после всего, что произошло в доках. Сэм была впереди, рядом с Джексоном. Вероятно, у них были странные разговоры только о волчьем запахе, потому что они точно не были со мной болтливы. В защиту Сэм, она предложила мне сесть вперед, но в то время я полагала, что Джексон и я могли бы использовать все пространство, которое у нас есть.

Не то чтобы быть в футе позади него чем-то отличалось от того, чтобы быть в футе рядом с ним, но это почему-то казалось менее близким. Правда, я не рассчитывала, что он сможет наблюдать за мной в зеркало заднего вида. Казалось, он просто не мог отвести от меня глаз, хотя в этом плане я вела себя ничуть не лучше. Было откровенно неловко поднимать глаза и ловить его взгляд.

К счастью, я отключилась на два часа, пропустив самую скучную часть поездки за город и пригород. Я в очередной раз была благодарна своей маме за гены сна в любом месте и в любое время.

Устроившись поудобнее на заднем сиденье, я посмотрела на Джексона в зеркало заднего вида.

— Какой у нас план?

— Мы скоро встретимся с несколькими другими членами нашей стаи, а затем отправимся на север, в хижину, — сказал он.

— У вас есть члены стаи, живущие в Висконсине? Ваша территория простирается до этого места?

Сэм повернулась и бросила на меня подозрительный взгляд, прежде чем уставиться на Джексона. Могли ли они говорить телепатически? Действительно, казалось, что они обменивались мыслями. Жуткий запах — говорит наверняка.

— Здесь есть несколько других стай, но у нас есть убежище рядом с их территорией. Наша стая самая крупная на Среднем Западе, и в Мэджик-Сайде почти недостаточно земли для нас, поэтому некоторые из наших людей приезжают сюда, чтобы сбежать, — объяснил Джексон.

— Так вот почему ты был в Бальмонте, когда на меня напали? Подожди секунду. — Я наклонилась вперед и посмотрела на них обоих. — Это территория балмонтской стаи?

— Нет, — решительно сказал он.

— Что нет?

Сэм вздохнула, явно раздраженная.

— Ты задаешь много вопросов. Ты ЛаСаль. Подробности о нашей стае на самом деле не твое дело.

Я нахмурилась.

— Просто пытаюсь завязать разговор.

Для барменши, Сэм казалась чертовски параноидальной. Какого черта Джексон вообще взял с собой барменшу? Для того, чтобы смешивала коктейли после того, как надерет задницу?

Сэм появилась, когда мы рылись в кузове автомобиля Джексона и когда на меня напали на ярмарке. Она надрала Кейси задницу и погналась за этими волками изгоями.

Я поняла, она никакая не барменша.

Я тихо устроилась на своем месте и уставилась ей в затылок, на случай, если обладаю какими-то странными экстрасенсорными способностями и могу читать мысли.

Очевидно, я этого не умела делать.

Поскольку о чтении мыслей и вежливой беседе не могло быть и речи, я наблюдала за проплывающими мимо домами. Я узнала некоторые города, через которые мы проезжали, и не смогла сдержать нарастающую тоску по Бальмонту. Альма, вероятно, сейчас гадала по ладони или чистила свои кристаллы. Меланхоличная улыбка тронула уголки моих губ.

Джексон продолжал смотреть на меня в зеркало заднего вида. Было ли это раскаяние в его глазах?

Он снова читал мои эмоции.

Я откинулась назад и прислонилась лбом к окну, позволяя позднему дневному солнцу согревать мое лицо и наблюдая за размытыми силуэтами деревьев, проплывающих мимо. Я не хотела его раскаяния или жалости. Нападение в баре могло изменить ход моей жизни, но я отказалась быть жертвой.

Я уткнулась в свой телефон и нашла сообщение от Кейси:

Кейси: Привет, кузина. Где ты? Не в твоей комнате. Я сейчас там.

Раздражение покалывало мою кожу. Черт возьми, Кейси. Я не привыкла, чтобы люди проверяли меня и совали нос в мои дела. Я напечатала ответ:

Саванна: Почему ты в моей комнате?

Секундой позже мой телефон зазвонил.

Кейси: Ищу, с кем бы выпить. Очевидно, ты все еще пасешь оборотней. Дай мне знать, когда вернешься.

Саванна: По дороге домой на несколько дней, чтобы помочь своей крестной. Извини, что не предупредила тебя, но это была чрезвычайная ситуация.

Его ответ пришел быстро.

Кейси: Ты с ума сошла? Без меня?

Вздох заставил мои плечи опуститься. Я ненавидела, когда люди следили за мной.

Саванна: Не волнуйся. У меня волосатые телохранители. Я пообещала больше не травить их аконитом, и они пообещали не есть меня.

После долгой паузы, которая, как мне показалось, была наполнена ругательствами, Кейси написал ответ.

Кейси: Будь в безопасности. Позвони мне, если тебе что-нибудь понадобится. Если они проголодаются, накорми их беконом и потри им животики.

— Что тут смешного? — Спросила Сэм.

— Ничего. — Я подавила смешок и снова уткнулась в телефон.

Мне было не по себе из-за этой цепочки лжи, но я была почти уверена, что если Кейси пронюхает, чем я занимаюсь, у него случится аневризма. Я бы взяла его с собой в мгновение ока, но я знала, что оборотни никогда бы с ним не сработались. Кровь была плохой.

Спустя двадцать долгих минут размышлений Джексон, наконец, заехал на заправку Mobil, и я молча порадовалась. Мне нужно было пописать, но это никого не касается.

Он припарковался рядом с бензоколонкой. На другой стороне стоянки трое хорошо сложенных парней стояли, прислонившись к паре джипов. Они едва заметно кивнули в нашу сторону — без сомнения, подкрепление Джексона.

Реджина — женщина с кислым лицом, которая назвала меня обузой в доках, — остановилась позади нас с молодой темноволосой женщиной.

— Сейчас вернусь.

Я выскользнула из машины и помчалась в круглосуточный магазин, напрягая мышцы изо всех сил.

Впереди меня шли два человека. Одеты в джинсы и байкерские ботинки, и у них был спортивный, слишком-горячий-для-моей-же-пользы, вид оборотня. Мужчина открыл дверь женщине, но когда я приблизилась, он встал передо мной и позволил двери закрыться.

Определенно оборотни. Очевидно, моя репутация опередила меня — ЛаСаль.

Я сердито посмотрела на них двоих, пока быстро шла в ванную в задней части здания.

Когда я вышла из дамской комнаты, Сэм взяла с кассы несколько целлофановых пакетов, полных газировки, чипсов и конфет.

— Ешь, Сави. Тебе нужно будет не отставать от нас. — Она бросила мне пакет картофельных чипсов и кока-колу, которые я чуть не уронила, выходя за ней из магазина.

— Правильно, потому что сахар и соль — это то, что нужно вашему организму перед пробежкой, — ответила я.

Это был довольно сомнительный способ пополнения запасов углеводов, и это вызвало много вопросов. Могли ли оборотни есть углеводы? Джексон нормально питался в «Эклипсе», но волки в дикой природе питались в основном белком… Боже, я надеялась, что Джексон не станет волком и не съест оленей и кроликов. Живьем.

Этот ход мыслей сошел с рельсов, когда я пересекала стоянку, и это заменил горячий и сексуальный экспресс.

Я ничего не могла с собой поделать, но мой взгляд был прикован к Джексону, как мотылек на пламя. Он разложил несколько карт на капоте одного из джипов и обсуждал детали с пятью новыми членами нашей команды. Их взгляды были прикованы к нему так же пристально, как и мой. Присутствие Джексона абсолютно приковывало к себе внимание.

Я глубоко вздохнула. Его задница завладела моим вниманием. Синие джинсы и клетчатая рубашка Джексона заставили мой разум разыграть всевозможные фантазии. Увидев его стоящим там, я внезапно почувствовала себя немного менее смущенной из-за того, что произошло в лесу. Как девушка должна была контролировать себя рядом с парой таких булочек?

Он бросил на меня взгляд, когда я приблизилась. После минутного волнения я вспомнила, что эти оборотни почувствуют мой запах, как только я окажусь рядом.

Я покраснела и попыталась напомнить себе, каким ужасным он был прошлой ночью в своем волчьем обличье, с его клыков капала кровь другого человека.

Это сделало свое дело.

Джексон указал на пятерых собравшихся оборотней.

— Саванна, это Тони и несколько наших оперативников из Висконсина.

Я кивнула.

— Привет. Приятно познакомиться, ребята.

Только Тони признал мое присутствие. Остальные откровенно пялились на меня. Если раньше это не было ясно, я была уверена, что они знали, что я ЛаСаль — я практически чувствовала запах их отвращения. Меня это не беспокоило. Я привыкла быть лишней. Пока они вели себя хорошо и не пытались меня убить, у нас все было в порядке.

Джексон взглянул в мою сторону, и я была уверена, что он мог прочитать мои мысли или, по крайней мере, мысли всех остальных.

— Саванна — вот причина, по которой мы хоть что-то знаем об этих гребаных волках изгоев. — Голос Джексона вибрировал от силы, и оборотни посмотрели вниз и сосредоточились на карте.

Я поймала себя на том, что необъяснимым образом смотрю на свои ботинки.

В целом, это было чертовски лучше, чем моя встреча с Билли. Он выглядел так, словно был готов выпотрошить меня. Слава Богу, этот засранец остался дома.

Джексон ткнул пальцем в карту.

— Это территория вокруг маяка Джаспер Пойнт, а это хижина, которую Саванна видела в своем видении. Как только мы выедем на дорогу сюда, мы разделимся на три группы и сойдемся с севера, запада и юга. Они знают, что мы приближаемся, поэтому мы войдем, широко раскрыв глаза и готовые убивать. Имейте в виду, что нам противостоят не обычные волки. У них есть какие-то чары или улучшения, так что, скорее всего, они будут быстрее и сильнее нас. И, возможно, у них под контролем демоны. Это значит, что нам придется быть умнее.

Джексон разделил группу на охотников и стрелков, а затем мы снова загрузились в машины и продолжили путь на север.

Десять минут спустя мы свернули на грунтовую дорогу, которая вилась через лес. Мы ехали еще десять минут, прежде чем машины впереди остановились на обочине.

Пора выходить.

Я вышла и размяла ноющие мышцы ног. В животе у меня заурчало, и сразу же девять пар глаз уставились на меня.

Святой гребаный слух оборотней.

Джексон полез в машину и протянул мне протеиновый батончик, который я неохотно взяла и проглотила. По крайней мере, это было лучше, чем то барахло, которое купила Сэм.

Затем он расстегнул черную сумку и достал для меня пуленепробиваемый жилет.

Да. Дерьмо становилось серьезным.

Я просунула руки внутрь, и Джексон ловко поправил ремни. Его пальцы коснулись моего бока, и я почувствовала глубокий мускусный запах его тела.

— Все в порядке?

Я кивнула, не веря, что смогу говорить без дрожи в голосе. Стеснение сдавило мою грудь, но не из-за жилета.

Джексон, Тони и один из других оборотней тоже надели жилеты.

— Ты ведь можешь исцеляться, верно? Твои царапины прошли в переулке… — прошептала я.

Он улыбнулся, тепло и уверенно.

— Да, но это помогает иметь в себе меньше дырок.

Когда его глаза блеснули золотом, меня охватило неоправданное чувство комфорта и защищенности. По крайней мере, Джексон будет рядом со мной.

Он раздал оружие оборотням в жилетах, но большая часть его команды собиралась выступить в роли волков и сражаться зубами и когтями.

Дрожь начала проникать в мой живот, но она не продержалась долго, прежде чем сменилась шоком, когда Сэм сняла с себя одежду.

— Вау. Ну может стоило бы предупредить? — Я неловко рассмеялась.

Верно.

Она была волкорожденной, так что раздевание имело смысл. Я думаю, она не хотела портить свои модные джинсы эпохи Возрождения в стиле рок, каждый раз, когда перекидывалась.

Сэм радостно ухмыльнулась мне и потрясла ягодицами, когда пара парней из Висконсина сняли штаны. Я быстро отвела глаза. Что ж, недостаточно быстро.

У Парней-оборотней были классные задницы, так что подайте на меня в суд.

Двое одетых оборотней трансформировались в водовороте света и магии, и их подписи наполнили воздух. Это казалось намного проще.

Я невольно вздрогнула от звуков хрустящих костей и растягивающейся плоти, когда Сэм и другие волкорожденные трансформировались. У меня зачесались ногти, и я впилась ими в ладони. Я знала, кем бы предпочла быть, если бы пришлось выбирать.

Кусты зашуршали, и я, обернувшись, увидела шестерых больших, полностью преобразившихся волков, исчезающих среди деревьев. Тони и другой оборотень помчались пешком на север с нечеловеческой скоростью.

Внезапно мы оказались одни, и я почувствовала облегчение от того, что Джексон не собирался превращаться. Я не была готова снова встретиться с его волком.

— Готова? — спросил он, на его лице промелькнуло беспокойство.

— Черт возьми, да, — сказала я с гораздо большей уверенностью, чем чувствовала. Я сунула «Глок» за пояс джинсов и подмигнула ему. — Помни, просто держись подальше от меня.

Его челюсть напряглась, и он прищурился.

— Пошли.

Мы отправились в лес трусцой, но с моими ботинками и скоростью Джексона это было больше похоже на спринт по моим старым стандартам. У меня еще немного все болело после того дня, но практика помогла.

Низкое солнце отбрасывало длинные тени от деревьев, из-за чего мне было немного трудно ориентироваться, но адреналин сфокусировал мой разум, и я смогла петлять между деревьями как профессионал. Ладно, возможно, полупрофессионал.

Дикое чувство возбуждения наполнило мое сердце. Я всегда любила бегать, но это было нечто большее, почти как полет. Мне это никогда не надоест. С этой мыслью в голове моя нога зацепилась за корень. Я качнулась вперед и тяжело приземлилась, ободрав руки и колени в грязь.

— Становишься немного самоуверенной? — Джексон встал надо мной, протянув руку.

Во мне вспыхнуло раздражение, но я взяла его за руку, и он потянул меня вверх.

— Чья бы корова мычала.

Я сделала шаг вперед, но Джексон мягко схватил меня за руку.

— Эй, подожди. — Его тело напряглось, и он наклонил голову, глубоко дыша.

Я осмотрела лес, отчаянно пытаясь уловить проблеск того, что насторожило его волчьи чувства. Деревья были тихими. Свет проникал сквозь крону деревьев, освещая покрытую мхом и лишайником лесную подстилку, которая росла в этих краях. Ничто не казалось необычным.

Затем шевельнулась тень.

Мое тело напряглось.

— Что ты увидела? — прошептал Джексон.

Я указала туда, где была тень, но там не было ничего, кроме деревьев и свисающего плюща.

И тут я увидела это: восьмифутовую тень, почти невидимую в пятнах света и тьмы лесного полога.

Оно отодвинулось на шаг, и мое сердце пропустило четыре удара.

Извращенный и чудовищный демон, похожий на того, что напал на меня на ярмарке. Его кожа была болезненного, полупрозрачного темно-зеленого цвета, и хотя по форме он был гуманоидом, его ноги и руки были неестественно длинными и извилистыми. На нем не было одежды, и его мускулы были едва видны под кожей. В угасающих лучах дневного света это существо выглядело еще более ужасающим.

Я вытащила Глок из джинсов.

Пора поквитаться.

34

Саванна

Я медленно подняла свой глок и попыталась выровнять дыхание. Не бойся Сави, попыталась я успокоить себя. Это все равно что стрелять по пивным бутылкам.

Демон — который явно не был бутылкой — снова зашевелился, переходя из тени в тень. Его похожие на пещеры глаза смотрели на меня из-за двух стволов.

Я медленно выдохнула и нажала на спусковой крючок, пистолет затрещал и сильно отскочил. Пуля вошла в череп монстра, прямо между глаз, отбросив его голову назад. Но, хотя существо пошатнулось, оно осталось в вертикальном положении.

У меня кровь застыла в жилах, когда демон медленно повернул голову и уставился на меня своими темными глазами. Из пулевого отверстия сочилась слизь. Затем рот монстра раскрылся и разошелся в беззвучном, жутком вопле, от которого мое тело завибрировало и по коже побежали мурашки.

Я пошатнулась, внезапно почувствовав тошноту, и желчь подступила к горлу. Что это было?

Джексон покачал головой и начал стрелять, когда существо неуклюже двинулось вперед. Несмотря на пули, впивающиеся в его грудь, монстр не замедлился.

Мое дыхание стало неровным, а сердце бешено заколотилось.

— Убирайся обратно в ад! — Крикнула я, нажимая на курок три раза. Голова демона дернулась вправо, когда пуля вошла в боковую часть его черепа, а другая — в грудь, прямо там, где находилось бы сердце, если бы оно у него было. При этих словах монстр споткнулся. Джексон продолжал стрелять, и, наконец, под нашим общим весом огня демон дернулся и рухнул на лесную подстилку. Из дюжины или около того пулевых ранений повалил черный дым, и его тело медленно растворилось в луже темной крови.

Джексон развернулся, подняв пистолет, осматривая лес.

— Ты не шутила, когда сказал, что умеешь стрелять.

— Эти твари просто так не сдаются, — пробормотала я, пытаясь подсчитать свой запас боеприпасов. В обоймах, которые он мне дал, было по пятнадцать патронов в каждой.

С севера донеслась автоматная очередь, но на мгновение лес вокруг нас затих.

А затем в глубине деревьев зашевелились тени. С пронзительными воплями, от которых у меня скрутило внутренности, еще два демона вырвались из подлеска и бросились в атаку.

Я подняла пистолет и начала бешено палить в того, кто приближался слева от меня. Три пули нашли свою цель, но еще больше застряли в деревьях, когда он петлял между ними. Существо продолжало бежать, передвигаясь на двух ногах, затем на четвереньках.

Я попыталась выровнять дыхание и выбрать ракурс. Моя обойма, должно быть, была почти пуста.

Справа от Джексона донеслись выстрелы, а затем из-за деревьев донесся треск. Я быстро оглянулась, когда демон перед ним упал на колени, затем снова вскочил.

— Беги! Я прикрою, — приказал Джексон, всаживая еще две пули в демона справа.

Я колебалась.

— Уходи! — прорычал он. Его глаза стали ярко-золотыми, а клыки обнажились.

Я поставила пистолет на предохранитель и сунула его в карман джинсов. Затем я побежала.

Демон слева был на мне в одно мгновение, но он отскочил в сторону, когда Джексон вонзил ему в плечо когти, которые выросли из его пальцев — точно так же, как оборотень, который напал на меня в баре.

У меня не было времени ломать голову над этим образом. Я вложила в бег каждую каплю энергии, которая у меня была. Сконцентрируйся. Точно так же, как мы тренировались сегодня утром.

Мои ноги стучали по лесной подстилке, когда я бежала сквозь деревья и перепрыгивала через поваленные бревна. Через несколько ударов сердца я была в овраге. Поваленное дерево образовало мостик, и я взбежала по стволу, пытаясь забраться достаточно далеко, чтобы перепрыгнуть на другую сторону. Мой ботинок соскользнул, но я оттолкнулась другой ногой и взмыла в воздух.

Я целилась в дальнюю сторону, но ботинки ускорили мой прыжок, и я влетела в нижние ветви дерева. Ветки царапали мне руки и лицо, но я цеплялась за них изо всех сил.

Звук ломающегося кустарника снизу подсказал мне, что демон почти настиг меня, и, повинуясь инстинкту и явной панике, я полезла наверх. К счастью, там было несколько низких веток, на которые я могла подняться. Снизу доносились рычание и другие нечеловеческие звуки, но я просто продолжала карабкаться. Я ни за что на свете не собиралась смотреть вниз.

Но потом я это сделала.

Черные, похожие на пещеры глаза уставились на меня с подножия дерева. Я потеряла равновесие и поскользнулась. Протянув руку, мне удалось частично приземлиться на ветку внизу, выдохнув воздух из легких. Я ахнула и изо всех сил попыталась удержать равновесие, наблюдая, как мой пистолет летит вниз.

Со звуком рвущейся коры дерево затряслось, когда монстр начал карабкаться вверх.

Этого не может быть.

Мной овладело отчаяние, и я раскачалась взад-вперед, набирая достаточный импульс, чтобы зацепиться одной ногой за ветку. Может быть, демон был бы слишком тяжел, чтобы забраться очень высоко.

Вой эхом разносился по лесу неподалеку, но недостаточно близко.

Я приподнялась, посмотрела вниз и внезапно оказалась лицом к лицу с этим существом. Он невероятно быстро взмыл вверх, и я закричала от всей души.

Глаза демона округлились, в них появились красные отблески. Кровь. Ужас пронзил меня, и мне показалось, что мое сердце вот-вот взорвется.

Его рука потянулась ко мне, оказавшись в нескольких дюймах от моего плеча.

Затем у основания дерева раздалось рычание, и существо полетело вниз, увлекаемое чем-то.

Я вытянула шею, чтобы разглядеть лесную подстилку внизу. Джексон сорвал чудовище с дерева и полосовал его по горлу когтями на руках.

Я подтянулась к ветке и, оседлав ее, как гимнаст, медленно подобралась к стволу. Ужасающие звуки снизу внезапно стихли, и я осмелилась выглянуть.

Существо лежало неподвижно — изодранная куча крови и сухожилий, которые начали таять, превращаясь в дымящуюся лужу крови, — а Джексон исчез.

Неподалеку раздался визг. В сотне футов, может, больше. Я повернулась, чтобы посмотреть, но мой ботинок соскользнул, и мне пришлось ухватиться за ствол, чтобы не упасть.

Мне следовало купить ботинки для скалолазания, если я собиралась проводить свои дни, прячась на верхушках деревьев. Монстры могли карабкаться быстрее меня, так что я была здесь просто легкой добычей. Мне нужно было спуститься и найти свой пистолет, пока я не сломала себе шею.

Я прыгнула вниз по веткам так быстро, как только могла. Звуки поблизости указывали на то, что то, что приближалось — направляется в мою сторону.

Вперед, вперед, вперед.

Я добралась до нижней ветки и спрыгнула на землю, присев на корточки.

Где мой чертов пистолет?

Где Джексон?

Я ждала, всматриваясь в деревья, и прислушивалась. Тишина и глухой стук моего сердца.

Слева от меня зашуршали листья. Я запаниковала и бросилась бежать, оставив пистолет где-то в кустах. Мои ботинки ускорили мое тело вперед с молниеносной скоростью. Уворачиваясь от дерева, я потеряла контроль, споткнулась и покатилась вниз по насыпи. Я достигла дна и остановилась, задыхаясь от боли. К счастью, я приземлилась на грязь и гниющие листья и села, ничего не сломав.

Я упала в овраг шириной примерно в сто футов. Слева от меня пространство между грудой валунов сужалось, но справа оно было чистым, и небольшой ручей слегка сбегал вниз по склону. Это был путь к озеру?

Тяжело дыша и превозмогая боль в спине, я поднялась на ноги. Затем я замерла, когда что-то шевельнулось на насыпи надо мной. Рычание и визг раздавались вдалеке. Волки, должно быть, сражались с другими монстрами. Или с другими волками.

Сохраняй спокойствие, Сави. Выбирайся из ущелья.

Склоны насыпи были крутыми. Возможно, мне и удалось бы выползти, но если бы один из этих демонов напал снова, я оказалась бы легкой добычей.

Ладно, план меняется. Я пойду вдоль оврага к озеру. Там я могу пройти вдоль пляжа и сориентироваться.

Болезненное чувство охватило меня. Пора уходить.

Когда я повернулась, чтобы спуститься по ущелью к берегу, сука из Бальмонта стояла в двадцати футах впереди, преграждая мне путь, выставив когти. Страх заледенил мою кожу.

Я в ловушке.

— Я надеялась, что мы снова встретимся.

Зловещая усмешка исказила ее лицо, когда она бросилась ко мне.

Я рванулась влево, ботинки ускоряли меня вперед. Надежда зародилась в моей груди, когда я обошла ее, но затем ее когти вонзились в мою руку. Ослепляющая боль пронзила меня, и мое тело дернулось, внезапно остановившись. Я перевернулась на спину, увлекая волчицу за собой, затем ударила ее ногой в лицо и отползла назад. Она зарычала и поползла ко мне, цепляясь когтями за мои ноги.

Я ударилась спиной о валун. Запаниковала и замахала руками в поисках любого оружия — камня, ветки, чего угодно. Волчица схватила меня за лодыжку, и я закричала, когда ее когти впились в мою кожу.

Она притянула меня к себе одним быстрым движением. Камень вонзился мне в спину, и мир закружился, когда она нависла надо мной, обнажив клыки.

Она собирается выпотрошить меня заживо, смутно осознала я.

Я взмахнула руками вверх, пытаясь сбросить ее с себя. Ощущение ледяной воды потекло по моей коже, и толчок энергии вырвался из моей ладони, ударив женщину в плечо. Она отлетела на несколько футов и издала леденящий кровь крик. Но через долю секунды она уже карабкалась обратно ко мне.

— Ты умрешь.

— Съешь меня! — Закричала я, поднимая ладонь и пытаясь снова высвободить свою магию. Ничего не последовало, и я тут же пожалела о своем выборе слов.

Одним размытым движением волчица набросилась на меня. Она прижала мои ноги и вцепилась в шею, ее когти прокалывали кожу. Своей окровавленной рукой она схватила меня за волосы и ударила головой о валун.

Перед глазами у меня поплыли звезды. Я попыталась закричать, но получилось только бульканье.

Она снова откинула мою голову назад, но прежде чем размозжить мне череп, она замешкалась на долю секунды, когда в углу моего темнеющего зрения появилось размытое пятно. Женщина закричала, и кровь брызнула мне в лицо, когда огромный серый волк вонзил челюсти в ее шею и оттащил ее от меня.

Джексон.

Он подбросил тело волчицы в воздух, как тряпичную куклу, и она рухнула на насыпь оврага. Прыгнув на нее, он надавил на ее горло, пригвоздив к месту, одной лапой уперевшись ей в грудь. Даже я могла понять это на языке волков: Подчиняйся.

Женщина впилась в меня своими безумными глазами.

— Он идет за тобой.

Затем она подставила голову под зубы Джексона, разрывая собственное горло. Ярко-красная кровь потекла на покрытую мхом землю.

Я закричала, когда кошмар повторился. Паника закружилась у меня в голове, и я отпрянула на противоположную сторону оврага, делая все, что угодно, лишь бы убраться подальше от того, что я только что увидела и услышала.

Что она вообще имела в виду? Кто придет за мной? Человек без лица?

О, Боже мой.

По телу Джексона пробежала рябь, и он зарычал глубоко и низко. Он приблизился и опустил свое лицо к моему. Его медовые глаза вспыхнули, и глубокая боль выросла внутри меня. Боль растеклась по моей груди, и я едва могла дышать.

Что со мной происходит?

В лесу раздался вой, и волк навострил уши. Он повернулся и побежал вверх по склону оврага.

Я позволила своему сердцу прийти в себя, а затем поднялась на ноги. Мои мышцы устали и были напряжены, но мне удалось взобраться по крутым склонам насыпи, подтягиваясь по одному корню за раз.

Через несколько минут появился Джексон, голый по пояс, но в брюках. У меня перехватило дыхание. Он был похож на Ареса, бога войны, с его забрызганными кровью напряженными мускулами и вздымающимися плечами. Желание защитить и озабоченность омрачили его лицо. Когда он шагнул ко мне, моя грудь сжалась, а кожа горела, пока он осматривал мое тело на предмет повреждений.

— С тобой все в порядке? — спросил он.

Физически? Или морально? Потому что я чувствовала себя разбитой, в любом случае.

— Прекрасно, — прошептала я, хватаясь за ложь. — Зачем ей было убивать себя?

Джексон молчал, что, как я поняла, означало либо то, что он не знал, либо то, что дерьмо было ужасным. Я ставила на последнее.

— Сколько там было демонов? — Спросила я.

Его глаза все еще имели медовый оттенок.

— Четверо. Все мертвы.

Я сосредоточилась на вдохах и выдохах. Моему разуму все еще было трудно осознать то, чему я только что стала свидетелем.

Из-за деревьев донесся еще один вой, и Джексон застыл.

— Следуй за мной. Нам нужно идти.

Он скрылся за деревьями размытым пятном. Черт возьми, что теперь?

35

Саванна

Я бросилась бежать за ним, морщась от боли в мышцах и поцарапанных рук. До хижины было недалеко, но когда я добралась, то не увидела ни Джексона, ни остальных.

Волосы у меня на шее встали дыбом, а сердце бешено заколотилось.

Строение представляло собой простую однокомнатную лачугу с парой закопченных окон и взломанной входной дверью.

Где все были?

Словно в ответ на мой вопрос, из леса вышла стая окровавленных волков. Свет закружился вокруг двоих из них, и они снова приняли человеческий облик, полностью одетые. Сэм и еще нескольких человек все еще не было. Возможно, они все еще догоняли сбежавших.

— Что случилось? — Джексон зарычал, появляясь из-за деревьев.

— Я не знаю, — сказал один оборотень из Висконсина. — Она была с нами, а в следующую минуту ее не стало.

— Черт! — Джексон провел рукой по волосам. Его тело сотрясалось от напряжения и гнева.

Из леса вышел еще один волк и поднялся на задние лапы. Кости хрустели, шерсть выпадала, пока там не осталась только обнаженная женщина, все еще с выпущенными когтями. Реджина.

Она устремила на Джексона проницательный взгляд.

— Сэм рыскала впереди, и на нее напали. Мы услышали ее вой, но она не ответила. Мы проследили за ними — двумя мужчинами — до пляжа и увидели лодку, направляющуюся на север. Они ее поймали.

Я никогда раньше не была свидетелем возвращения в человеческую форму, но шок от этого был мгновенно вытеснен из моей головы словами Реджины. Она у них?

— Подожди секунду. Ты имеешь в виду Сэм? — Спросила я.

Реджина посмотрела на меня, в ее глазах были гнев и вина.

— Эти ублюдки забрали ее.

Тяжесть этого обрушилась на меня, и мир закружился.

Джексон взлетел по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки за раз, и сорвал дверь с петель. Несколько человек последовали за ним, и я услышала его проклятия изнутри.

Я потерла виски, и мое сердце упало. Это была моя вина. Сэм забрали из-за меня. Она была единственной, кто проявил ко мне хоть какую-то доброту, даже если она все еще была расстроена из-за того, что я обезвредила ее. Если с ней что-нибудь случится, я никогда себе этого не прощу.

Я должна была найти ее.

Остальные скрылись в лесу, и я вошла в хижину.

— …доставьте его в больницу.

Джексон присел на корточки рядом с низким кофейным столиком. Тони и двое оборотней столпились вокруг, загораживая мне обзор, поэтому я проскользнула мимо них и замерла. Я видела фрагменты этой комнаты в своем магическом видении, но не была готова к ужасу этой сцены.

Шприцы и пустые пакеты из-под крови были разбросаны по полу. Две безвольные руки свисали со стола, в каждой были трубки, перевязанные скотчем. Пропавший мужчина. Я тоже видела его в своем видении. Тони извлек иглы для внутривенного вливания из рук мужчины и перекинул тело через плечо.

Я прикрыла рот, когда Тони пронес мимо меня обмякшую жертву. Мужчине было за тридцать, и у него были пурпурно-коричневые синяки в тех местах, куда были воткнуты иглы. Его кожа была изможденной, а скулы выступали на лице. Он был без сознания. Возможно, мертв.

Двое других оборотней последовали за ними, и все трое скрылись в лесу.

У меня пересохло во рту, когда я оглядела комнату. Неужели это случилось бы со мной?

Я невольно взглянула на Джексона. Его глаза были свирепыми, полными ярости и беспокойства. Думал ли он о том же?

Мой взгляд вернулся к куче окровавленных тюбиков. Я сглотнула, но мое горло было как наждачная бумага.

— Итак, они брали его кровь… Должно быть, это то, что я видела, как женщина дала мужчине без лица ящик, но зачем? Какого черта они здесь делали?

— Безликий человек, должно быть, колдун крови, — сказал Джексон. — Они используют кровь для черной магии. Но зачем ему осушать кого-то досуха, я не знаю. Может быть, он наполовину вампир. Может быть, он использует это, чтобы вызывать тех демонов.

Тело Джексона затряслось от ярости, он скомкал лист бумаги в руках и швырнул его в угол комнаты.

Я попыталась не дать съеденным ранее картофельным чипсам выйти наружу, когда вытащила телефон из заднего кармана и сделала снимки комнаты, сосредоточившись на темно-красном кольце магических символов в центре пола. Они были нарисованы кровью.

— Это было кольцо, которое я видела в своем видении, — сказала я Джексону. — Я должна спросить Кейси, что это такое, теперь, когда у меня есть хорошие фотографии вместо размытых пятен.

— Сделай это. Но если он вернется к тебе с какими-либо ответами, никому не говори, откуда у тебя эта информация, — пробормотал Джексон так тихо, что я едва расслышала.

Я осмотрела обломки.

— Они ожидали нас. Зачем оставлять все это здесь, чтобы мы могли это найти? Должно быть, они были уверены, что мы не переживем нападения демонов.

— Это было сообщение. — Он бросил на меня взгляд, от которого у меня кровь застыла в жилах, затем направился к двери. — Пошли.

Я закончила отправлять Кейси изображения вместе с вопросом: На что, черт возьми, мы смотрим?

Это был определенно подходящий день для произнесения слова на букву «Б».

Вместо того, чтобы последовать за Джексоном к выходу, я задержалась на секунду, затем взяла скомканный лист бумаги с того места, где он лежал в углу. Развернув его, я обнаружила сообщение, написанное широкими мазками: Неужели Лораны действительно опустились так низко, что стали работать с ЛаСаль?

Ужас навалился на меня, когда новая мысль ворвалась в мой разум. По словам Джексона, волки изгои никогда не похищали других оборотней. Они забрали Сэм, чтобы наказать стаю за сотрудничество со мной?

Я сунула записку в карман и поспешила на улицу. Мы были по уши в дерьме, это было не смешно.

Реджина разговаривала с Джексоном.

— Мы разведали местность. Ни малейшего запаха оставшихся демонов.

Джексон указал на нее и остальных.

— Я хочу, чтобы вы все разведали ближайший город и пристань для яхт. Посмотрите, сможете ли вы выследить изгоев, сбежавших с Сэм. Затем посмотрите, что вы можете накопать о колдунах в этом районе — выясните, нет ли поблизости каких-нибудь кровавых колдунов. Я распоряжусь, чтобы мы остановились в мотеле на землях стаи.

Реджина и остальные кивнули и ушли в лес, оставив Джексона и меня. Он зашагал в лес, переполненный яростью, и мне пришлось ускорить шаг, чтобы поспевать за ним, даже в моих ботинках.

— Как мы собираемся вернуть Сэм? — Спросила я.

— Я дам тебе знать, когда выясню это. Не волнуйся. — Его голос был низким рокочущим, от которого у меня по коже побежали мурашки.

Несмотря на это, мое раздражение усилилось. Он пытался отделаться от меня.

— Я буду беспокоиться об этом. Ее жизнь зависит от меня, и я собираюсь помочь вернуть ее. Я умею предвидеть.

Медовые глаза Джексона сузились, глядя на меня.

— Нет. Ты сделала достаточно. В прошлый раз у тебя из носа текла кровь, и тебя поймали. Я предполагаю, что где бы ни была Сэм, колдун тоже будет там. В следующий раз он может не просто выкинуть тебя из видения. Я не знаю, что возможно, но это может быть очень опасно.

Я встала перед ним, чтобы остановить его на полпути.

— Ты взял меня с собой, потому что я умею предвидеть. Я видела записку и знаю, что Сэм в опасности из-за меня. Я собираюсь это сделать, нравится тебе это или нет.

Он долго изучал меня, нахмурившись. Когда мне показалось, что он собирается сказать «нет», я надавила.

— Это стоит попробовать, Джекс, и мне нужна помощь.

Я никогда раньше не называла его Джексом. Это просто вырвалось.

Выражение его лица немного смягчилось, и он вздохнул.

— Ты права, попробовать стоит. Мы доберемся до безопасного места, и тогда ты сможешь попробовать.

Прежде чем я успела возразить на его самонадеянный тон, зазвонил мой телефон, и я вытащила его из кармана.

— Это Кейси. Возможно, у него есть какая-то информация.

Голос Кейси прервал связь.

— Какого черта ты делаешь? Ты что, на каком-то извращенном месте убийства? Черт, только не говори мне, что это дом твоей крестной.

— Место сбора крови. На самом деле я не в Бальмонте. Мы нашли одну из жертв похищения в Висконсине. Он жив, но едва-едва. Что ты можешь сказать мне об этом круге магических символов посреди пола?

Голос Кейси дрожал от того, что я приняла за страх и возмущение.

— Ты в своем уме, Саванна? Ты понятия не имеешь, в какой опасности находишься! Я пытался выяснить, кто напал на тебя на ярмарке, и фотографии, которые ты прислала, подтверждают это — кровавые демоны.

— Кровавые демоны?

Тело Джексона напряглось от моих слов, хотя я была уверена, что он слышал все, что говорила Кейси.

— Да. Кровавые демоны похожи на вампиров на стероидах. Если они доберутся до тебя, то высосут все досуха. Очевидно, они действительно противные, и их почти невозможно контролировать, если только вы не безумно сильный заклинатель. Я предполагаю, что какой-то долбанутый сверхсильный колдун крови вызвал их, используя немного крови вашей жертвы, а затем держал чувака при себе в качестве упаковки человеческого сока, которым монстр мог питаться. Вероятно, это означает, что демон где-то поблизости. Тебе нужно убираться оттуда, пока он не вернулся.

— Да. Спасибо за предупреждение, но мы уже застрелили четверых.

— Подожди, что? — пискнул он.

— Я действительно ценю информацию, Кейси. Я знаю, это ставит тебя в неловкое положение, но напиши мне, если узнаешь что-нибудь еще. Я вернусь завтра.

— Саванна, не…

Я повесила трубку и слегка улыбнулась Джексону.

— Плохие новости: эти твари — кровавые демоны, и колдун использует людей, как пакеты с кровью, чтобы держать их сытыми. Хорошие новости: мы только что убили четверых ублюдков. Пятерых, считая того, что был на ярмарке.

Выражение лица Джексона потемнело.

— Что? Это хорошие новости, верно? Мы знаем больше. — Я склонила голову набок.

Он схватил меня за руку и молча потащил к машинам, но я вырвалась.

— Расскажи мне.

Он изучал мои глаза, затем зарычал.

— Я просто хотел спросить, раз демоны мертвы, зачем им еще нужны пакеты с кровью?

Мой желудок скрутило, когда мы поспешили обратно к тому месту, где оставили машины. Пять похищенных людей и пять мертвых демонов. Мы спасли одного из похищенных, но это означало, что было еще четыре человека, которые больше не были полезны.

Меня от этого затошнило, но я молилась, чтобы колдуну все еще нужна была их кровь для чего-то другого.

Надеюсь, наших молитв будет не слишком мало и не слишком поздно.

36

Джексон

Как только мы вернулись к нашему внедорожнику, я достал телефон и позвонил Билли.

— Меня не волнуют твои сомнения по поводу работы с женщиной ЛаСаль — ты нужен мне здесь сейчас. Привези людей и оружие. Сэм похитили.

Когда я вкратце изложил ему суть дела, я почувствовал, как его ярость перехлестывает через край. Он ценил Сэм так же, как и я. Я зависел от нее во многом — в сведениях, советах, даже в дружбе. Если Сэм причинят вред, я развяжу гребаную войну в Висконсине, пока виновные не будут найдены.

Мой волк царапался, пытаясь выбраться, а я был на волосок от того, чтобы впасть в ярость. Я сжал руку на руле.

— Как ты собираешься ее найти? — Спросил Билли, сам явно взбешенный.

Я взглянул на Саванну, когда она садилась на пассажирское сиденье. Она действительно не должна была быть посвящена в наши традиции, но теперь для этого было слишком поздно.

— Я могу провести ритуал вызова луны. Сегодня вечером, когда луна будет на пике. Здесь, в местной стае, есть дух-проводник, который должен быть готов помочь.

— Надеюсь, этого будет достаточно, — проворчал Билли.

В воздухе повисло молчание.

— Возможно, девушка ЛаСаль сможет помочь.

— Каким образом?

Я не собирался идти с ним по этому пути.

— Встретимся в «Санрайз Инн». Это должна быть безопасная операционная база. Я позвоню тебе, как только мы узнаем больше, — сказал я и повесил трубку.

Саванна повернулась ко мне, приподняв бровь.

— Что за ритуал призыва луны?

Я выругался.

— Кое-что, о чем тебе не положено знать.

— Почему, потому что я ЛаСаль?

— Потому что это дело стаи, а я альфа, — огрызнулся я.

Она закатила глаза.

— Но это позволит тебе отследить Сэм?

— Да. Если она все еще жива, мы сможем ее выследить.

Мне не следовало говорить ей об этом. Наши секреты тщательно охранялись, и она была на стороне врага, даже если не совсем осознавала серьезность того, что это означало.

— Но ты не сможешь сделать это до вечера.

— Нет, — прорычал я.

Она, казалось, почувствовала, что я закончил делиться информацией, и откинулась на спинку сидения.

— Прекрасно. Если ты не сможешь сделать это до вечера, тогда нам следует занятся провидением, как только мы прибудем туда, куда направляемся. Гостиница «Санрайз Инн», где бы это ни было. Рада узнать наш план.

Я стиснул зубы.

— Теперь знаешь. Мы едем в отель. Ты гадаешь. Если это не сработает, я сделаю свое дело. И мы будем сидеть тихо, пока не получим зацепку. Мотель находится на территории стаи в Восточном Висконсине. Мы окопаемся и перестреляем всех оборотней или демонов, которые придут на зов. Тебе не нужно беспокоиться, там ты будешь в безопасности.

— Я беспокоюсь о Сэм, а не о себе.

— Тогда тебе лучше начать.

Услышав мой комментарий, Саванна вздохнула, ее разочарование было очевидным. Она понятия не имела, в какой опасности на самом деле находилась. Чертов колдун замышлял нечто более зловещее, чем призыв кровавых демонов. Я чувствовал это нутром.

Мы ехали на север в напряженном молчании, каждый из нас был погружен в раздумья.

Ритуал призыва луны был тем, что могли делать альфы, хотя он срабатывал только тогда, когда луна была на пике. И лучше всего было иметь духа-проводника. Подобно гаданию, вмешиваться в магию матери-луны может быть опасно.

Я бы завыл — не обычным воем, а криком, наполненным силой души, который разнесся бы в лунном свете и призвал Сэм ко мне. Если она не сможет прийти, тогда мой дух перенесется к ней, и я смогу выследить ее. Это было то, на что я рассчитывал.

Но путешествие духов сопряжено с определенными рисками.

Возможно, колдун и его приспешники проявили хитрость и никогда не похищали волчицу, которую мы могли бы выследить. Это могло означать, что колдун знал о лунных ритуалах — или его приспешники-оборотни предупредили его. В этом свете похищение Сэм было ошибкой, и я заставлю их заплатить, так или иначе.

Я взглянул на Саванну.

— Чтобы провести ритуал, мне нужно спуститься к берегу со стаей. Это всего в нескольких милях от гостиницы, но это означает, что меня не будет час, полтора.

Она нахмурилась, но я почувствовал ее беспокойство.

— Ты беспокоишься?

— Нет.

Я был рад, что она не могла учуять ложь, хотя у нее все равно был нюх на нее.

— Просто возьми меня с собой.

Черта с два.

— Это табу.

— Как гадание? — ехидно спросила она.

— То, которое я не могу нарушить.

Я не хотел оставлять Саванну в отеле, но у меня не было выбора. Некоторые вещи священны.

Стая Восточного Висконсина не пустила бы никого подозрительного на свою землю, и Билли направлялся туда с подкреплением. Он может ненавидеть ее семью, но он защитит ее, особенно если лунный ритуал не сработает. Тогда она была бы нашим лучшим шансом выследить Сэм.

Мне нужно было всего полтора часа. Казалось, это так мало, но интуиция подсказывала мне, что у нас почти не осталось времени.

Через двадцать минут безмолвия мы въехали в ближайший город. Население города составляло не более пяти тысяч человек, и его основная достопримечательность состояла из горстки ресторанов и магазинчиков, обслуживающих приезжих, проезжающих мимо. Мы миновали кондитерскую, и в животе у Саванны заурчало. Она всегда была голодна. Я взглянул на приборную панель. В ее защиту скажу, что было почти восемь, а она за весь день не съела ничего существенного, что только усилило мое раздражение.

Я не привык о ком-то заботиться. Что-то также подсказывало мне, что Саванна была не из тех женщин, которым нравится, когда о них заботятся. Но все же она заслуживала лучшего.

— Я принесу ужин после того, как отвезу тебя в мотель, — предложил я.

Она кивнула, но ничего не сказала.

В нескольких милях от центра города у дороги появился одноэтажный мотель цвета птичьего помета. Мотель стоял на фоне леса и выглядел так, словно был построен в семидесятых, но недавно реконструирован. Я заехал на стоянку и припарковался рядом с джипом Кары.

Саванна схватила свой рюкзак и пакет чипсов с заднего сиденья, когда Кара вышла из мотеля. Она была самой молодой в нашей команде из Висконсина, что означало, что ей пришлось заниматься координацией логистики.

— Есть новости из больницы? — Спросил я.

Она покачала головой, тряхнув короткими темными волосами.

— Прогресса нет. Он все еще в коме, но состояние стабильное. Доктор говорит, что, возможно, пройдет пара дней, прежде чем он придет в себя.

Я сжал кулаки, у меня чесались руки выпустить когти. Не то чтобы я ожидал что он многое вспомнит. Измученный разум был хрупкой вещью.

Саванна посмотрела на меня.

— Тогда, думаю, это зависит от нас. Сначала от меня.

У меня скрутило живот. Нас учили, что провиденье — это темная магия с неизвестной ценой. Я вспомнил ее кровь… но разве у нас был выбор?

— Ты уверена?

Саванна кивнула.

— Давай сделаем это сейчас, пока я не упала в обморок от истощения и голода.

Она была сильной и храброй, готовой рисковать своей жизнью ради других. Нет более достойных восхищения черт в волке, не говоря уже о человеке.

Кара передала нам ключи, и я повел Саванну в свою комнату.

На ее губах появилась улыбка.

— Опасный человек сопровождает меня в отель и просит выпить странный напиток. Как я должна к этому относиться?

Я молча распахнул дверь, чувствуя исходящий от нее запах страха. Несмотря на ее браваду, гадание глубоко пугало ее.

Саванна бросила свою сумку на пол и выудила зелье, когда я закрыл дверь.

— Не используй меня в своих интересах, пока я шпионю за другими людьми.

Меня терзали сомнения. Она настаивала ради Сэм, но инстинкты подсказывали мне, что это плохая идея.

— Хочешь сначала чего-нибудь поесть?

— Хочешь, чтобы меня вырвало на твой ковер? Это зелье действительно отвратительное.

И, ни секунды не колеблясь, она запрокинула голову и сделала глоток из фляжки. Кислое выражение исказило ее лицо.

— О, Боже. Оно прогорклое и обжигает. Я никогда к этому не привыкну.

— Сосредоточься на Сэм. Где она?

Саванна закрыла глаза и вытерла губы тыльной стороной запястья.

— Говори мне о ней. Это раздражает, но помогает.

— Ты знаешь ее в лицо. Она была там в первую ночь, когда ты пришла в Мэджик-Сайд. Она была с тобой, когда на тебя напали на ярмарке. Сегодня она купила тебе кока-колу и чипсы и бросала на тебя суровые взгляды, когда ты совала нос в дела стаи. Подумай о ее волчице. Темная шерсть. Ты видела, как она сегодня обращалась.

Дыхание Саванны выровнялось. Зелье начинало действовать.

Внезапно она ахнула и откинулась назад. Ее рука метнулась к одеялу и сжала его так сильно, что пальцы побелели.

Аромат ее эмоций окружил меня. Ужас.

Она дернулась вперед, и я подхватил ее, прежде чем она скатилась с кровати.

— Саванна, ты в порядке?

Мое сердце бешено заколотилось, когда ее тело начало трястись, и я притянул ее ближе. Она немного расслабилась, но пульс ускорился, а по шее скатилась капелька пота. Мой волк бушевал внутри меня, отчаянно желая вырваться наружу, и я стиснул зубы от боли. В последнее время из-за Саванны он был диким и становился все более неуправляемым. В ней было что-то такое, что доводило его до исступления.

Саванна пробормотала что-то неразборчивое.

— Поговори со мной. — Я слегка сжал ее руку. — С тобой все в порядке?

— Я в порядке, но я вижу много крови. — Ее голос был далеким. Состояние сна.

— Где ты? — спросил я.

— Бетонные стены. Грязный пол, покрытый линолеумом.

— Она там? Ты видишь Сэма?

— Она здесь. Она связана и лежит на полу, но ее грудная клетка шевелится. Она жива.

Я сжал руку Саванны, когда искра облегчения пробилась сквозь трещины.

— Расскажи мне подробности. Все, что могло бы дать ключ к разгадке, где она находится.

Ее голос дрогнул.

— На земле что-то написано.

Ужас пробежал по моей коже.

— Как круги призыва?

— Нет, сообщение. Оно…

Ее тело содрогнулось, и она закашлялась. Кровь брызнула на мою рубашку, и красная слеза скатилась из ее глаза. Меня охватила паника. Что происходило? Приступ?

— Саванна! Вернись ко мне.

Я позволил своему присутствию окутать ее, как приказ, вернуться из того темного места, куда ее затягивало.

Она ахнула, и ее глаза распахнулись.

— Святое дерьмо, я ненавижу это делать.

Пошатываясь, она поднялась на ноги, а затем рухнула на колени, тяжело дыша.

Чувство вины терзало меня. Как я мог позволить ей сделать это?

Я опустился на колени, чтобы помочь, но она подняла руку.

— Я в порядке. Просто дай мне минуту.

Она вытерла кровь со своего рта, и мои ноздри раздулись. Ее кровь пахла сладко и остро, и мне захотелось попробовать ее на ее губах. Я поморщился от своих мыслей. При виде боли Саванны мне захотелось разорвать грудь, и беспокойство подорвало мое терпение.

— Расскажи мне, что случилось.

— Там было послание. Для меня. Кровью.

— Что там было написано? — спросил я

— Мы наблюдаем за тобой. Колдун знал, что я попытаюсь провидеть.

Мое сердце заколотилось о ребра, а в голове загудело. Он наблюдал за ней.

Черт.

Как я мог оставить ее проводить ритуал, когда за ней шпионит колдун? Но как я мог оставить Сэм гнить и ничего не делать?

Мне приходилось разбираться с делами по очереди.

Как только она согласилась, я помог Саванне подняться на ноги. Потребовалась каждая капля самообладания, чтобы удержаться от слизывания крови с ее щеки.

— Ты уверена, что с тобой все в порядке? Я могу что-нибудь сделать?

Она выдавила слабый смешок.

— Нет, я в порядке. Но немного еды не помешало бы. И душ, но с этим ты ничего не можешь поделать.

Я даже не смог выдавить из себя улыбку.

— Мы больше этим заниматься не будем.

Она вытерла нос, оставив кровавое пятно на тыльной стороне ладони.

— Да. Возможно, это хорошая идея.

37

Саванна

Я закрыла дверь в свою комнату и прислонилась к ней, благодарная за уединение и пространство, чтобы подумать, без волков, читающих мои мысли или наблюдающих, как я себя веду.

Я огляделась. В комнате был светло-зеленый ковер, двуспальная кровать и телевизор. Простая, но чистая, совсем как у Джексона — без свежих пятен крови и слюны на полу.

Это было так обычно, словно моментальный снимок из моей жизни до того, как начался кошмар.

Мой разум заполнили видения кровавых демонов, преследующих меня по лесу. Волчица, позволяющая перегрызать себе горло. Бедняга в хижине, окруженный пакетами с кровью и иглами. И Сэм, запертая в той холодной комнате.

Мне бы серьезно понадобился психотерапевт после всего этого дерьма.

Я услышала, как завелся внедорожник Джексона. Слава Богу. Мне отчаянно нужно было что-нибудь съесть, потому что все, что я съела сегодня, — это тарелку «Граф Чокула» на завтрак, который во второй раз был таким же восхитительно плохим, чипсы и древний на вкус протеиновый батончик из бардачка Джексона.

Тем не менее, это был хороший инстинкт — не есть перед тем, как выпить зелье провидения. Мир все еще слегка кружился, в горле горело, а ноги подкашивались. Оставалось надеяться, что у зелья не было долгосрочных побочных эффектов. Мой желудок сжался при этой мысли. Мне придется спросить об этом дядю Пита.

Я провела рукой по волосам и застонала, когда мои пальцы коснулись комка мха.

Боже, я была такой грязной.

Горячий душ внезапно показался противоядием от большинства моих проблем.

Тридцать минут спустя я рухнула на кровать с пакетом картофельных чипсов, который прихватила из машины. После душа, мытья волос и чистки зубов все казалось не таким мрачным.

Я уставилась в оштукатуренный потолок, отправляя в рот чипсы. Обычно я никогда не ела чипсы, но в данный момент это было лучшее, что я когда-либо пробовала.

Их купила Сэм.

Они превратились в пепел у меня на языке, когда чувство вины захлестнуло меня.

Кто-то постучал в дверь.

— Подожди секунду.

Я натянула чистые шорты и рубашку с V-образным вырезом, затем провела пальцами по влажным волосам и открыла дверь.

У меня перехватило дыхание при виде Джексона. Он еще не принял душ, и засохшая грязь, кровь и пот на его мощных предплечьях пробудили земное желание глубоко внутри. Он был настоящим зверем, сильным, грубым и греховно сексуальным.

Его глаза окинули меня, задержавшись на моих мокрых волосах, и его зрачки расширились. Но вместо того, чтобы наброситься на меня, он протянул мне два больших белых пакета с едой навынос.

— Я принес тебе ужин. Я не был уверен, что тебе понравится, поэтому заказал пару блюд.

Голос Джексона был глубоким и хриплым, что только усилило мои необъяснимые, животные желания. Мои щеки вспыхнули, и я оторвала от него взгляд. От ароматов того, что было внутри пакетов, у меня потекли слюнки.

Честно говоря, от этого мужчины у меня тоже потекли слюнки, и было трудно заметить разницу. Я действительно была голодна. Я прислонилась к двери, не зная, что делать.

— Спасибо. Ты поел? Ты… не хочешь зайти?

Его взгляд метнулся к моей покрытой чипсами кровати, затем снова ко мне.

— Нет, мне нужно подготовиться. Но я побуду в соседней комнате пару часов. Зенит луны должен быть сегодня вечером около двенадцати сорока пяти, и я отправлюсь на берег.

— Ты уверен, что я не могу прийти?

— Ты не можешь прийти.

— Почему? Ты купаешься в вине и танцуешь голышом? Устраиваешь языческую оргию? Поешь песни о любви, чтобы привлечь луну? — Я взлохматила волосы.

Хитрая усмешка расползлась по его лицу.

— И что из этого ты надеялась бы увидеть?

Я покраснела. Слова иногда сами текли у меня изо рта.

— Пение, конечно.

Он хмыкнул и наклонился ближе.

— Я могу сказать, когда ты лжешь. Мне кажется, я точно знаю, что ты хотела бы увидеть.

Обжигающий жар разлился по моему телу — и, конечно же, он тоже почувствовал его запах. Я захлопнула дверь, но он остановил это движением руки.

— Я скоро вернусь. Мотель будет охранять дюжина волков — Реджина, Билли, Тони, целая банда. Если что-то покажется необычным, обращайся к ним. Они тебя защитят.

Отлично. Я действительно была в программе защиты свидетелей-оборотней. При этой мысли у меня зачесались ногти, и я по привычке закатила глаза, но в свете того, как все происходило в последнее время, я была готова принять ситуацию. Пока.

Джексон вытащил свой пистолет и протянул его мне рукояткой вперед.

— На всякий случай.

Это был серебристый «Глок-17» с великолепной декоративной гравировкой, прохладный на ощупь. Это был тот вид защиты, который мне нравился — мужчина вручал мне огнестрельное оружие.

За это я одарила его знойной улыбкой.

— Спасибо. Удачи сегодня вечером, Джексон.

— И еще кое-что. — Его рука снова схватила дверь, когда я закрывала ее. — Не гадай больше. Только не без меня.

Он впился в меня своими темными глазами, и я почувствовала, как его альфа присутствие окутывает меня. Я выпрямила спину и боролась с этим, но у Джексона и так было достаточно забот, поэтому я кивнула.

— Я обещаю.

Возможно.

Мне не нужно было его разрешения, чтобы провидеть.

Он напрягся.

— Я серьезно, Саванна. Не делай этого.

Я знала, что это было нерационально после того, что только что произошло, но резкий и повелительный тон его голоса только вызвал у меня желание отказаться. С другой стороны, я умирала с голоду, и мне нужно было закончить этот разговор до того, как моя еда остынет.

— Хорошо. Я обещаю, что больше не буду гадать сегодня вечером.

Удовлетворенный, он повернулся и ушел.

Покачав головой, я закрыла дверь и задвинула засов, затем заглянула внутрь пакетов. Равиоли с грибами и трюфелями, стейк тартар и куриная грудка, запеченная с лимоном. Где он вообще это здесь раздобыл? Я знала, что в этом районе есть несколько модных туристических ресторанов, но, черт возьми, Джексон попал в точку.

Я сорвала крышки со всех трех контейнеров и вгрызлась в них, полностью готовая к тому, что за этим последует пищевая кома. Я не собиралась посещать обалденный лунный ритуал только для оборотней. Каждый кусочек был вкуснее предыдущего, и я застонала, когда мой желудок наполнился.

Десять минут спустя я расстегнула шорты и откинулась на спинку кровати, разглядывая пустые контейнеры в изножье. Я была голоднее, чем думала. Измученная днем и едой, я закрыла глаза и задремала.

Я проснулась от жужжания моего телефона. Сонная и измученная, я взглянула на часы на приставном столике — половина двенадцатого ночи. Я была без сознания пару часов. Я обнаружила на своем телефоне три сообщения от Кейси и тихо выругалась.

Первое пришло в десять сорок:

Кейси: Привет, кузина. Мне нужны отчеты о твоем состоянии. Мне нужно знать, не пьет ли из тебя какой-нибудь чокнутый монстр, как из пакета дешевого вина.

Час спустя:

Кейси: Уже почти полночь. Ты в порядке? Почему ты не отвечаешь?

Последнее:

Кейси: Если ты не ответишь в течение пяти часов, я вызываю войска.

Что означало либо то, что он собирался вызвать полицию, либо колдунов. Я не была уверена, что хуже.

Черт возьми, Кейси.

Я напечатала сообщение: Саванна: Извини, уснула. Все еще жива и полна сил. Я расскажу тебе утром.

Когда я откинулась на спинку кровати, мое внимание привлек рев двигателей снаружи. Джексон рано вернулся со своего ритуала? Застегивая шорты, я выбралась из кровати и выглянула из-за занавески. На парковку въезжали четыре внедорожника. Я прищурилась, когда они включили фонари на крыше, которые были ярче, чем днем.

Мои нервы были напряжены. Все это неправильно.

Я перепрыгнула через кровать и схватила пистолет Джексона со стола как раз в тот момент, когда на парковке раздались выстрелы.

Пули вонзились в наши припаркованные машины. Затем мое окно взорвалось, повсюду посыпались осколки. Я упала на пол, сильно ударившись животом. Пистолет покатился по полу.

Какой-то черный предмет подкатился и остановился в трех футах от того места, где я лежала. Я замерла, когда из конца предмета вырвалась струя дыма и начала наполнять комнату громким шипением.

Дымовая шашка?

Когда газ окружил меня, на глаза навернулись слезы, а кожа покрылась волдырями.

Я знала этот запах. Не просто дымовая шашка — аконит. Ползая по ковру на четвереньках, я схватила пистолет и метнулась в ванную, заперев за собой дверь.

Мой пульс бешено стучал в висках.

Это засада. Думай, думай, думай.

Мой взгляд упал на маленькое окошко над душем. Оно было всего в пару футов шириной. Джексон и его головорезы не смогли бы пролезть, но там было достаточно места, чтобы я могла поместиться.

Я засунула пистолет за пояс шорт и забралась на унитаз, затем распахнула окно и выдвинула сетку. Дерево треснуло, стекло разлетелось вдребезги, и внезапно из моей спальни донеслись голоса. Страх и адреналин захлестнули меня. Я схватилась за подоконник и подтянулась к окну. Мне не хватало места, чтобы закинуть ноги, поэтому я полетела головой вперед. Как только верхняя часть моего тела высунулась из окна, гравитация взяла верх. Раскинув руки, я рухнула на землю. Боль пронзила мои ладони, и я перекатилась на спину.

Еще один треск, и из проема донеслись крики:

— Она вылезла в окно! Обойди дом сзади!

Вот дерьмо.

Я вскочила на ноги. Я повредила что-то в запястье, но, по крайней мере, не сломала себе чертову шею.

Воздух был прохладным, и лунный свет освещал заросший травой двор, который простирался до леса за мотелем. Я посмотрела в обе стороны — все чисто — и побежала к деревьям. Земля была мягкой для моих босых ног, но бежать по лесу было непросто. Мне следовало захватить ботинки, но из-за газа на это не было времени.

Я растворилась в тени, когда из-за угла мотеля появились мужчина и женщина. Они запрокинули головы, принюхиваясь к воздуху, а затем их взгляды остановились на моем местоположении.

Гребаные оборотни.

Я ударилась плечом о дерево и поморщилась, когда кора оцарапала мне кожу. Зачерпнув немного земли, я растерла ее о свои голые руки и бросилась к деревьям. Я понятия не имела, сработает ли это, но мне казалось, что если я смогу замаскировать свой запах, то смогу выиграть немного времени, чтобы пристрелить этих ублюдков.

Я скользнула за большой ствол и приготовила пистолет.

Оборотни остановились возле дерева, о которое я терлась. Женщина оглядела лес в поисках меня.

Это была единственная задержка, в которой я нуждалась. Я прицелилась и сделала три выстрела. Две пули попали женщине прямо в грудь, и она упала. Шок отразился на лице мужчины, и его красные глаза остановились на мне. Он зарычал и бросился вперед.

Я прицелилась ему в голову и нажала на спусковой крючок. Моя пуля вошла в ствол дерева, и я выругалась. Придурок петлял между деревьями, и я не могла прицелиться. Страх сжимал мое сердце, и я боролась с желанием убежать.

Просто дыши и целься, Сави.

Мужчина обогнул куст и прыгнул ко мне, и я дважды выстрелила. Одна пуля прошла мимо, но другая застряла в плече ублюдка. Он рухнул на землю и зарычал.

Я выстрелила еще несколько раз, пока он поднимался на ноги, перекатывался и убегал в темноту.

Эхо выстрелов моего пистолета стихло, но я могла слышать выстрелы из передней части отеля. Я проверила обойму. Партонов осталось немного, но, возможно, я смогла бы помочь.

Внезапно позади меня хрустнула ветка. Я развернулась, чтобы посмотреть, что происходит, но что-то врезалось мне в грудь, и я пролетела несколько футов, прежде чем с хрустом приземлилась на спину. Боль пронзила меня, когда я перекатилась на живот и поднялась на колени. Я попыталась закричать, но ничего не вышло.

Затем веревка обвилась вокруг моего горла. Ужас наполнил меня, и я схватилась за шею, пытаясь просунуть пальцы под веревку. Но она была слишком тугой. Моя трахея сжалась, и страх охватил меня, когда меня отбуксировали к деревьям.

Как раз в тот момент, когда я была готова потерять сознание, веревка ослабла, и я ахнула, хватая ртом воздух.

Мое зрение прояснилось, и я моргнула, увидев фигуру, стоящую надо мной.

Ужас парализовал меня, когда до меня дошло.

— Ты! — Я поперхнулась.

Меня охватило замешательство, прежде чем что-то ударило меня прямо в челюсть, и все погрузилось во тьму.

38

Джексон

Я опустился на колени у кромки воды на старом, выветренном известняке, ожидая восхода луны.

Духовным наставником была пожилая женщина с темными проницательными глазами. Она скрестила ноги и спросила:

— Ты раньше этого не делал?

Это было то, что могли сделать только альфы, а я был альфой недолго.

Я покачал головой.

— Когда я был ребенком, я однажды видел, как моя бабушка звала луну, а мой отец — только один раз после нее.

Она кивнула.

— Мы подождем, пока луна достигнет пика, но сейчас самое время подготовиться. Посмотри на отсветы на волнах. Стань единым целым со своим отражением.

Я смотрел вниз на медленно колышущиеся отражения матери-луны, которая наблюдала за происходящим высоко над головой.

Но мои мысли продолжали возвращаться к Саванне. Беспокойство сжало мою грудь, и слова провидицы преследовали меня. Если ты не остановишь их, она будет мертва до восхода полной луны, а вместе с ней и будущее твоей стаи.

Было почти полнолуние. Еще две ночи. Я хотел, чтобы она была здесь. Но была бы ли она в большей безопасности от демонов, поджидающих в лесу, чем в мотеле, окруженная вооруженными мужчинами и женщинами? Нет.

Это было к лучшему, но сомнения все еще грызли меня. Без нее рядом со мной я не найду ответов, которые мне нужны.

Боль пронзила мой затылок.

— Сосредоточься, — прошипела женщина, потрясая кулаком. — Мы еще не начали ритуал, а ты уже дрейфуешь. Как ты пройдешь под лучами луны и не заблудишься?

Я понятия не имел, что это значит, поэтому попытался сосредоточиться на отражении и позволить проводнику делать свою работу.

Но я не мог сосредоточиться.

Я слышал раскаты грома за много миль отсюда, но дождем не пахло. Я сосредоточился на этом.

Вдалеке раздался скорбный вой.

Я выпрямился, сердце бешено колотилось.

Потом еще. Еще один вой, с оттенком печали и сожаления.

Моя кожа покрылась мурашками, и я вскочил на ноги. Нет.

Женщина схватила меня за руку.

— Куда ты идешь?

— Моя стая в опасности.

— Луна ждать не будет.

Я выругался и побежал так быстро, как только позволяли мои ноги.

Двадцать минут спустя я затормозил перед хаосом, царившим в гостинице «Санрайз Инн».

Пожарные поливали из шлангов горящие автомобили. Повсюду были пулевые отверстия, и вся парковка провоняла аконитом.

Мой волк вцепился в грудь. Я взревел, и одно из разбитых оконных стекол разлетелось вдребезги.

Когда Тони выбежал, я прорычал:

— Что, черт возьми, произошло?

В ярости я едва мог сохранять свой человеческий облик.

— Засада. Через полчаса после твоего ухода подъехали четыре внедорожника и сбросили на нас бомбы с аконитом, начиненные снотворным. Затем они открыли огонь на подавление и захватили Саванну. Все наши машины разбиты вдребезги, так что мы не могли преследовать их.

— Черт! — Я закричал. — Где Реджина? Я слышал, как она выла.

— Саванна ранила другого оборотня на заднем дворе, но он сбежал. Реджина обыскивает лес.

Это было что-то. Реджина была нашим лучшим следопытом.

— Кто-нибудь из наших людей пострадал?

— Не на нашей стороне. Они вырубили нас. Одна из нападавших жива, но в критическом состоянии. Саванна выстрелила ей в сердце серебряными пулями. Мы перенесли ее на кровать, и Билли пытается стабилизировать ее состояние.

— Отведи меня туда.

Серебряные пули мешали нам исцеляться, но были смертельны только в большом количестве или при попадании в голову или сердце. Но когда я вошел в комнату, Билли встал и повернулся ко мне с разочарованием и сожалением на лице.

— Прости, Джекс. Я пытался остановить потерю крови, но она умерла.

Билли встретился со мной взглядом, и что-то мелькнуло в них — боль?

Шок притупил мои чувства, и я пошатнулся вперед.

Тори Локхед безжизненно лежала на груде пропитанных кровью простыней. Еще один сторонник магов. Я выругался. Гребаные придурки были занозой в моем боку с тех пор, как я стал альфой, но они были никем. Кто-то другой заправлял шоу.

Если бы она была жива, я бы вытянул из нее информацию. Но она была мертва, а вместе с ней и моя надежда найти Саванну и Сэм.

Я проверил ее шею, моя рука дрожала. Татуировка в виде двухголового волка. Что это означало?

Рычание вырвалось из моей груди, и я схватил Билли.

— Что, черт возьми, произошло? Я отправил тебя сюда, чтобы защитить ее. Сколько человек было у нас на месте? Дюжина?

Глаза Билли наполнились яростью.

— У них были противогазы, и они накачали нас снотворным с добавлением аконита. Ты знаешь, кто несет за это ответственность, Джексон. Чертовы ЛаСаль. Они колдуны. Они могут вызывать демонов. Кто-то из них, должно быть, заправляет этим. На нас только что напали с аконитовыми дымовыми шашками, ради всего святого. Кто еще это мог быть?

— Черт!

Когти вырвались из моих рук, и я отпустил Билли, отступив назад и пытаясь восстановить контроль. Билли не заслуживал моего гнева. Он всегда прикрывал мою спину, и он прошел через столько дерьма, что хватило бы на две жизни. Я покачал головой.

— Эти нападения совершают оборотни. Ни один волк в радиусе ста миль не стал бы работать с ЛаСаль.

— Ты работаешь, — выплюнул он.

Я напрягся.

— Это другое.

— Неужели? — прорычал он. — Но ты прав, я не могу представить, что у кого-то еще хватило бы смелости работать с ЛаСаль. Может быть, эти ублюдки нашли какой-то способ магически контролировать их.

Волки изгои были быстрее и сильнее, чем должны были быть, и их глаза были странного красного цвета. Были ли они под действием какого-то наркотика или заколдованы?

У меня скрутило живот.

— Но почему? Это не имеет смысла. Зачем ЛаСаль рискнули отправиться за девушкой, когда она была с нами? Саванна переехала к ним.

— Чтобы впутать нас и прикрыть свои задницы! Они пытаются уничтожить стаю, Джексон. Как лучше подставить нас, чем допустить исчезновение одного из них?

Я вонзил когти в стену, пытаясь собраться с мыслями.

Подошел Билли.

— Тебе не кажется подозрительно удобным, что из всех ЛаСаль пропадает женщина, которая просто появилась ни с того ни с сего? У них нет к ней привязанности — ее легко принести в жертву, чтобы навлечь на нас гнев Ордена.

Мое тело сотрясалось от ярости. Это было достаточно извращенно, чтобы быть правдой, но я должен был быть осторожен, пока мы не узнаем наверняка.

— Никому ни слова об этом, Билли. Но я хочу, чтобы наши лучшие люди были в состоянии повышенной готовности на случай, если что-то не так пойдет с ЛаСаль. Только не говори им почему.

У меня голова шла кругом от возможных вариантов. Саванна исчезла. Сэм исчезла. Могли ли это быть ЛаСаль? Я бы ничего не мог утверждать насчёт этих монстров.

— Покажи мне, где похитили

Саванну, — приказал я.

Тони повел меня обратно в лес, и Билли последовал за мной. Запах Саванны атаковал мои чувства, и мой волк изо всех сил пытался вырваться. Мне скоро придется перекидываться, иначе он действительно сможет взять вверх. Я никогда не видел его таким взволнованным, за исключением того, когда умерла моя сестра.

— Мне нужно подумать! — Я зарычал на своего волка, хотя все отвели глаза.

Саванне снова удалось отбиться от двух волков. Но этого было недостаточно.

Я мог различить запахи Реджины и кровавый след, по которому она шла. Она была искусным следопытом. Это был проблеск надежды.

Я взглянул на заходящую луну, которая только немного перевалила за пик. Я не смогу провести ритуал до завтра, а тогда будет слишком поздно. Нападавшие выбрали идеальный момент, чтобы сорвать ритуал и схватить Саванну, пока меня не было.

Волосы у меня на затылке встали дыбом.

— Они знали, что я делал и когда. И, похоже, они точно знали, в какой комнате она была. У нас утечка. Кто-то передает им информацию. Или это, или они следят за нами.

Тони, Реджина, Билли. Я доверял им до бесконечности. Они были преданны, как родная кровь.

Я с железным выражением лица посмотрел на своих союзников.

— На данный момент никто не разговаривает ни с кем за пределами нашей команды. Ни крупица информации не должна просочиться наружу. Тони, мы идем за Реджиной. Билли, ты единственный, кому я доверяю разобраться в этом гребаном беспорядке. Кто-то предупредил этих засранцев. Если это была стая из Восточного Висконсина, я хочу знать. Если это была наша стая, я хочу знать. Расшибись в лепешку и позвони Тони, если что-нибудь узнаешь.

Предатели в стае. Волки-изгои, потенциально работающие с ЛаСаль. Кровавые демоны. Это был хаос.

Мне нужно было прочистить мозги.

Я отступил и стянул с себя одежду. Мой волк поднялся, и знакомое хрустение костей и разрыв мышц сотрясли мое тело.

Как только обращение закончилось, меня охватило чувство спокойствия, и все стало кристально ясно.

Предатели, внедорожники и логистика были двуногими проблемами. Предсказательница сказала, что Саванна даст ответы, которые я искал. Ничто на свете не помешало бы мне найти ее. Для этого мне нужно было захватить волка изгоя живым.

Мои лапы зарылись в грязь, когда я прыгнул вперед сквозь деревья.

Пора на охоту.

Это заняло всю ночь, но мы догнали несчастного ублюдка, когда солнце поднялось над горизонтом. Он потерял много крови и едва мог бежать. Он был не волкорожденным, а скорее оборотнем, как Тони, и он был недостаточно силен даже для того, чтобы оставаться в волчьей форме.

Он отшатнулся с моего пути, но Реджина повалила его на землю, и он бесполезно извивался у нее под лапами.

Тони принял человеческий облик и начал рыться в карманах мужчины.

Я подошел к тому месту, где ублюдок лежал на спине, затем обнажил клыки и зарычал ему в лицо. От него воняло мочой, страхом и наркотиками, и к нему примешивался тошнотворный смрад смерти. Самое главное, он не был одним из наших. Как мы и ожидали, кто бы ни стоял за этим, он вербовал изгоев со всего мира.

После того, что он сделал с Саванной, запах его страха был восхитителен. Я разжал челюсть и прижал зубы к его дрожащему горлу, мягкое предложение от моего волка.

Нет. Пока нет. Сначала ответы.

Неохотно я взял верх над своим волком. Когда мои кости затрещали, я вернулся к двуногой форме и издал дикое рычание. Вздымая плечи от сдерживаемой ярости, я повернулся к Тони.

— У этого ублюдка было что-нибудь при себе?

Он передал мне маленький пузырек, и мое сердце пропустило удар.

Неделю назад я нашел раздавленные остатки стеклянного флакона на одном из других мест преступления. Мы так и не выяснили, что это было.

Я поднял пузырек и рассмотрел его содержимое в свете восходящего солнца. Осталось немного. Оно было ярко-красным, как свежая кровь. Я откупорил пробку и понюхал. Определенно кровь, хотя что-то в ней было очень странное — что-то, что навевало воспоминания, которые я не мог точно вспомнить.

Я вернул его Тони.

— Давай поднимем его.

Реджина издала низкое предупреждающее рычание и сошла с мужчины. Он начал отползать, но я поднял его и прижал к стволу дерева. Тони схватил его за руки и завел их за дерево, затем связал запястья мужчины ремнем.

— Ты заплатишь за это, — прохрипел оборотень изгой.

Тони с тошнотворным хрустом ударил мужчину кулаком в лицо, и из его носа потекла кровь. Схватив мужчину за волосы, Тони откинул его голову назад, к стволу, так что глаза ублюдка встретились с моими. Они были налиты кровью и расширены, а кожа пепельного цвета и липкая. Его руки дрожали, но не от страха.

Он был наркоманом, и я чувствовал исходящий от него запах странной магии.

Я наклонился вперед и позволил своему присутствию альфы заставить его подчиниться.

— На кого ты работаешь?

— На Тори. Пожалуйста, чувак, поговори с ней. Я ничего не знаю. Прошлой ночью она дала нам адрес мотеля. Сказала, что мы должны заполучить рыжую.

Я принюхался. От него разило Red Bull, водкой и потом, но я также уловил запах правды. Но я был уверен, что Тори не была главной, просто еще одним лакеем.

— Как долго ты на нее работаешь?

— Пару недель. Я встретил ее в «Грязной гончей», — сказал он.

Я сжал кулаки так, что хрустнули костяшки пальцев.

— На кого она работает?

— Ты понятия не имеешь, что он со мной сделает, если я тебе расскажу.

— Я сделаю кое-что похуже.

— Ты не сможешь, — выплюнул он. — Если я скажу тебе, колдун позволит своим гребаным демонам сожрать меня живьем. Они не просто пьют кровь, чувак, они высасывают твою душу. Я скорее позволю тебе сдирать с меня кожу, полосу за полосой, так что делай все, что в твоих силах.

Правда.

Он боялся колдуна гораздо больше, чем меня. Это были плохие новости. Но этот человек был наркоманом, так что мог быть другой способ получить информацию.

Я поднял пузырек.

— Что это? — спросил я.

— Черт, чувак, я думал, что потерял это. Дай мне попробовать. Просто капельку на язык. Я скажу тебе то, что ты хочешь знать. Всего пара капель — это все, что мне нужно.

Урод высунул язык, и у меня возникло желание ударить его в челюсть, чтобы зубы откусила его пополам, но мне нужно было, чтобы он заговорил.

— Скажи мне, что это. Тогда и поговорим.

— Ты не пробовал?

Безумная улыбка исказила его лицо.

— Это его кровь. Колдовство во флаконе. Это лучше, чем Удар, и мне нужно немного. Сейчас.

Он напрягся в веревках, когда паника охватила его. Он терял самообладание.

Я схватил его за горло.

— Что оно делает? Где ты это берешь?

— Тори получила это от колдуна. Я никогда не встречался с ним, но он отдает нам свою кровь за наши услуги. Говорю тебе, чувак, как только ты попробуешь это, ты увидишь мир в совершенно новом свете. Это делает тебя сильнее, быстрее.

Мое дыхание выровнялось. Так вот как колдун управлял волками? Зачарованная, наделенная сверхспособностями кровь? Это объясняло, как ублюдки обогнали нас, даже машину Саванны.

Могли ли ЛаСаль изготовить это, как они изготовили аконит?

— Зачем колдуну понадобилась рыжая? — Я зарычал.

Я сомневался, что наркоман поймет, но он заговорил.

Ублюдок скорчился.

— Ты что, не понимаешь? Все дело в крови.

— Меня не волнует, что он собирался тебе подарить, зачем ему была нужна она?

— Кровь, чувак, как я и сказал. Он хотел ее из-за ее крови. Она как у него. Он мог бы сделать больше дерьма с ней. Вот почему мы не могли просто убить ее.

У меня закружилась голова, и Реджина с Тони уставились на меня. Я издал низкое рычание.

Никому ни слова об этом.

Они склонили головы в знак согласия. Последнее, что нам было нужно, это чтобы по стаям распространился слух о крови Саванны.

Я знал, что в Саванне было что-то другое, особенное, но ее кровь? Беспокойство скрутило меня изнутри. Наркоман сказал, что ее кровь похожа на кровь колдуна. Означало ли это, что они были родственниками?

ЛаСаль.

Возможно, Билли все-таки прав.

Однако ничего не сходилось. Оборотни, колдуны, демоны и наркоманы, пьющие кровь. И все это, кажется, вращается вокруг Саванны Кейн.

Мое сердце забилось сильнее.

— Где сейчас рыжая?

Голова наркомана мотнулась из стороны в сторону.

— Ни за что, чувак. Его демоны съедят мою душу.

Реджина зарычала и шагнула вперед, но ублюдок был вне всяких угроз. Пришло время торговаться.

— Я дам тебе кровь и отпущу тебя, если ты скажешь мне, где она. Это твой единственный шанс, — сказал я, изо всех сил пытаясь остановить моего волка, готового вырваться из моей груди.

Он понюхал воздух, чувствуя правдивость моих слов. Я сжал его горло, и он булькнул:

— Хорошо, я подчинюсь. Я скажу тебе. — пот катился по его лицу. — Мы должны были отвезти ее в заброшенный санаторий на Олд-Милл-роуд. Это все, что я знаю. А теперь отпусти меня, парень.

Правда.

— А женщина-оборотень, Сэм. Она тоже там? — Спросил я.

— Я не знаю, — выдохнул он. — Меня там не было, но, возможно. Да. Именно туда они приводили людей.

Я повернулся к Тони.

— Собери все, что сможешь, в мотеле и вызови подкрепление. Повторяю, ни слова о том, что ты только что услышал. Понятно?

— А как же я? — прорычал наркоман. — Ты сказал, что отпустишь меня.

— Я так и сделаю. — Я кивнул Тони, и он расстегнул ремень. Наркоман отшатнулся, и я бросил ему пузырек. — Беги.

А затем, одним быстрым движением, я освободил своего волка.

39

Саванна

Жужжание. Таймер духовки.

Я повернула голову и застонала.

— Альма, выключи это.

Но непрекращающийся шум продолжался. Почему она не выключила его?

В голове пульсировало, горло горело. Я попыталась пошевелить руками, но они затекли. Открыв глаза, я прищурилась от слепящего флуоресцентного света. Одурение овладело мной. Я попыталась отвернуться, но не могла пошевелиться.

Мои запястья были связаны.

Я моргала снова и снова, пока мои глаза не привыкли. Наконец, я смогла рассмотреть окружающую обстановку. Голая бетонная комната. Справа от меня стояла подставка для капельницы с прикрепленным к ней пакетом для крови. К моей руке была подсоединена трубка. Жужжание исходило от верхнего света. Судя по моему головокружению, я была истощена.

Меня охватила паника. Упаковка человеческого сока для кровавых демонов.

Я попыталась сесть, но мои запястья и лодыжки были прикованы к больничной койке ремнями на липучках. Я боролась с креплениями, но они были крепкими и не поддавались.

Этого не может быть. Я порылась в своем затуманенном сознании, пытаясь вспомнить, как я здесь оказалась.

Я застрелила двух волков в лесу. Потом появился Билли…

Билли.

В том месте, куда он ударил меня, пульсировала голова. Я знала, что этот ублюдок был отвратительным сукиным сыном, но это… он был шурином Джексона, частью стаи.

Я излила свой гнев, натягивая путы. Затем снаружи раздался женский голос, и я замерла. Щелкнул замок, и дверь позади меня открылась. Я закрыла глаза и лежала совершенно неподвижно, пытаясь успокоить свое бешено колотящееся сердце.

— Она все еще спит, — сказала женщина.

— Мы что, осушаем ее досуха? — спросил мужчина. Я не узнала ни одного из их голосов.

— Нет, — отрезала женщина. — Она нужна Билли живой. Колдуну нужна ее кровь.

Колдуну? Он был здесь?

В животе у меня все перевернулось, и я подавила подступающую к горлу желчь. С чего бы Билли работать с колдуном? Я знала, что он ненавидел ЛаСаль, и предполагала, что он ненавидит всю магию и колдунов, но очевидно, что это предположение было неверным.

Один из моих похитителей дернул за иглу, которая была прикреплена к моей руке, и я поборола желание вздрогнуть. Я приоткрыла один глаз. Женщина нахмурилась, снимая пакет с кровью с подставки для капельницы и заменяя его пустым. В губе у нее был прокол, а в нем золотое кольцо, а под глазами было что-то похожее на тени минимум однодневной давности. Она прикрепила трубку к игле, которая была воткнута в мою вену, а затем они вдвоем ушли.

Страх пульсировал во мне, и комната завертелась. Я взглянула на пустой пакет для донорства и напряглась в своих оковах. Сколько крови они могли взять? В среднем в организме человека содержится десять пинт.

Борись, Саванна. Пока не стало слишком поздно.

Слезы навернулись у меня на глазах. Я наклонилась и попыталась схватить ртом трубку, из которой вытекала моя кровь, но она была слишком далеко. Волна головокружения и сонливости накрыла меня, я закрыла глаза и поплыла, пытаясь побороть ее.

Минуты — или часы — спустя чья-то рука хлопнула меня по щеке.

— Проснись!

Я с трудом разлепила отяжелевшие веки и несколько раз моргнула. Должно быть, я потеряла сознание. Сколько я здесь пролежала?

— Где я, черт возьми, нахожусь? — Пробормотала я.

— Ешь. — Женщина с кольцом в губе и размазанными тенями для век сунула мне бутерброд с арахисовым маслом и джемом.

Я отвернулась, но она схватила меня за волосы и заставила запрокинуть голову. Я откусила кусочек и прожевала.

Слезы покатились по моему лицу, и я проглотила подступающий комок горечи.

Рядом со мной появился мускулистый мужчина со шрамом под левым глазом.

— Я бы хотел провести несколько минут наедине с ней. Заставить ее заплатить за то, что она сделала с другими.

Он ухмыльнулся и коснулся моей щеки костяшками пальцев. У меня по коже побежали мурашки, и я дернулась, освобождаясь от пут.

— Руки прочь. Можешь использовать двойника для своих извращенных фантазий. Эта слишком важна. — Голос женщины был полон злобы, и она сунула бутерброд мне в рот.

Мужчина наклонился вперед и понюхал меня. Я напряглась, когда меня охватило отвращение, но он удержал меня.

— Интересно, похожа ли ее кровь на вкус как у него?

Если моя кровь на вкус такая же, как чья? Кровь Билли? Колдуна? Какого черта они пробовали чью-то кровь?

Замешательство затуманило мой разум, когда он отсоединил трубку от иглы в моей руке и размазал несколько капель моей крови по своему пальцу. Он попробовал ее и дернулся, закрыв глаза. Когда он открыл их, они были темно-малиновыми и безумными.

Святые угодники.

— Она похожа на его, — прорычал он. — Не такая сильная, но более сладкая.

Мужчина был похож на наркомана, которому требовалась очередная доза. Его ноздри раздувались, а лицо расплылось в безумной ухмылке.

— Мне нужно попробовать еще раз.

Дерьмо.

Он поднес капающую трубку ко рту, но женщина выхватила ее у него из рук.

— Нет! Билли убьет нас обоих. Ее кровь принадлежит колдуну.

Я ошеломленно наблюдала, как женщина прикрепляет трубку к игле в моей руке. Что, черт возьми, происходит?

Женщина взяла шприц и воткнула его во флакон, наполняя чем-то. Она подошла и приподняла мой рукав. Я сопротивлялась, но мужчина прижал мне руки, пока она делала уколы и вводила жидкость.

Она бросила иглу в металлическую корзину для мусора и открыла дверцу.

— Пошли. Эта доза ингибитора магии должна удержать ее в отключке еще на несколько часов. Я бы хотела, чтобы они просто набрасывались как магические наручники. Давай закончим осушать остальных. Они нам больше не нужны.

Как только они ушли, я оглядела комнату в поисках чего-нибудь, что я могла бы использовать, чтобы освободиться от этих пут. На столе лежал скальпель, но он был слишком далеко, чтобы до него можно было дотянуться.

Я застонала и бесполезно забилась в путах, но затем в моем вялом мозгу промелькнула идея.

Используй свою магию, Сави.

Она упомянула, что дала мне магический ингибитор. Возможно, он еще не подействовал.

Я закрыла глаза и сосредоточилась, пытаясь вспомнить ощущение холодной воды, стекающей по моей коже, — но этого как будто никогда и не было.

Глубокая усталость захлестнула меня, но я поборола ее, когда во мне поднялась паника. Мне нужно было выбираться отсюда. Нарастающее отчаяние сдавило мне грудь, и казалось, что мое сердце вот-вот вырвется на свободу. Я выгнула спину и изо всех сил потянула за веревки.

— Пожалуйста, — шепотом взмолилась я.

Жгучая боль пронзила мои руки, как будто саму плоть отрывали от моего тела. Я ахнула, слишком потрясенная, чтобы даже закричать, и почувствовала, как что-то рвется. Была ли это моя кожа или ремни? Я попыталась посмотреть вниз, но кровь прилила к голове, а в уголках глаз заволокло темнотой.

На секунду я увидела, как моя рука высвобождается. С ней что-то было не так…

Но потом меня поглотила тьма.

Когда я пришла в себя, в голове у меня пульсировало. Жужжание ламп флуоресцентного света над головой не помогало делу. Все мое тело болело, а щека была прижата ко чему-то холодному и твердому.

Вставай, Сави.

Я так устала, но заставила себя открыть глаза. У меня болели пальцы. Я лежала на полу, мои руки и ноги больше не были связаны.

Меня охватило замешательство. Я поднялась на четвереньки, морщась от боли в мышцах и суставах. У меня было такое чувство, будто меня переехал поезд.

Капельница стояла на полу, и капли крови — моей крови — были разбрызганы повсюду. Игла все еще была воткнута в мою руку, но трубка выглядела так, словно ее вырвали, и она лежала на полу, все еще подключенная к частично заполненному пакету с кровью.

Что произошло?

Я воспользовалась кроватью, чтобы подняться на ноги. Мои ноги ослабли, вероятно, от потери крови. Путы, которыми мои запястья и лодыжки были привязаны к кровати, были разорваны.

На секунду перед глазами поплыло видение моих рук, рвущихся из ремней, а затем меня охватило головокружение, и я покачнулась. Все это не имело смысла. Но я должна была выбраться оттуда. Сбежать.

Я аккуратно встала и споткнулась. Что ж, это обещает быть интересным.

Дверь была не заперта. Я приоткрыла ее и прислушалась снаружи, все было тихо. Слава богу, я не слишком шумела.

Я открыла дверь и проскользнула в длинный бетонный холл, вдоль которого тянулось с полдюжины закрытых дверей. Заведение было грязным и выглядело заброшенным, а несколько ламп над головой мигали. Не было никаких указаний на то, какой путь ведет наружу, поэтому я послушалась интуицию и направилась налево.

Пол был холодным и липким, и я действительно пожалела, что у меня нет ботинок. Бог знает, на что можно было наступить. По крайней мере, мышцы моих ног разогрелись и снова начали работать. Я прокралась в конец коридора и остановилась. Из-за угла донеслись голоса, направлявшиеся в мою сторону.

Меня охватила паника. Я бросилась к ближайшей двери, отперла засов и проскользнула внутрь. Комната была почти идентична той, в которой я была, за исключением двух мониторов, подключенных к проводам, которые соединялись с большой кроватью, установленной вертикально.

— Кто там? — спросила женщина с явным страхом в голосе.

Я обогнула кровать и замерла. Это было похоже на отражение в зеркале — рыжеволосая девушка лет двадцати с небольшим, привязанная к кровати, с трубками и проводами, воткнутыми в ее руки. Мэдисон Ли, девушка, которую я видела по телевизору. Она была изможденной, с впалыми щеками, как будто ее высосали досуха.

На ее месте могла быть я. Волна эмоций захлестнула мою грудь. Облегчение от того, что я была не одна, и ярость. Эти люди были гребаными монстрами.

При моем приближении она в страхе натянула ремни.

— Все в порядке. Я Саванна. Я собираюсь вытащить тебя отсюда, — прошептала я, расстегивая тяжелые ремни, связывающие ее лодыжки и запястья.

Тело женщины врезалось мне в грудь, и ее руки обвились вокруг меня.

— Спасибо тебе, — всхлипнула она. — Какой сегодня день?

Я покачала головой и начала отсоединять провода, прикрепленные к ее груди.

— Я не уверена. Тебя похитили за неделю до того, как схватили меня. Я видела тебя в новостях.

— Прошла всего неделя? — Она вытащила капельницу из руки. — Мне показалось, что дольше. Они делали со мной ужасные вещи. И эти существа…

Она поперхнулась, и я прикусила губу.

— Здесь есть еще кто-нибудь? Я ищу подругу, оборотня, ее привезли скорее всего на несколько часов раньше меня. Ее зовут Сэм.

— Были и другие. Но я никого не видела несколько дней. — Девушка вздрогнула.

Мой желудок скрутило, но я сжала ее руку и выдавила улыбку.

— Мы собираемся выбраться отсюда. Ты знаешь где выход из этого месте?

Она начала что-то говорить, но в этот момент дверь позади нас распахнулась, и вошел мужчина в испачканном лабораторном халате.

— Никто не должен проверять…

Его глаза расширились от шока. Я рванулась вперед и пару раз впечатала его в стену в углу, прежде чем он успел среагировать. Он рухнул на пол и пополз в оцепенении.

Мэдисон ударила его ногой в челюсть, и он перевернулся.

— Это тебе за то, что ты колол меня всеми этими иголками, — прошипела она, затем пнула его по яйцам. — И это за то, что ты вколол мне то дерьмо.

Черт. Я надеялась, что ингибитор магии — единственное, что они мне вкололи.

Я кивнула Мэдисон.

— Давай свяжем его и получим ответы на некоторые вопросы.

Она была настолько истощена, что не очень-то помогала поднять его на стол, но по какой-то причине я почувствовала, что меня переполняют силы.

— Судьбы, ты быстрая. Кто ты? — прошептала она.

— Колдунья, я думаю. Ты?

— Ведьма. — Мэдисон закрепила повязки на руках, пока я отрывала кусок рубашки мужчины и засовывала ему в рот.

Его глаза расширились, когда я вонзила ногти ему в щеку.

— Если ты закричишь, я вырву тебе глаза. Так что молчи и отвечай на наши вопросы. Понял?

Он поерзал, а когда увидел, что это бесполезно, кивнул.

Я медленно вытащила кляп, готовая засунуть его обратно и вырубить его, если он пикнет.

— Кто этот засранец, который руководит шоу?

— Билли.

— Нет. Кто этот колдун?

— Я не знаю его имени! Он просто посылает нам кровь, а я сохраняю людям жизнь для его питомцев. Он их не держит здесь.

Я зарычала.

— Я чую ложь.

— Тогда ты знаешь, что я говорю правду. — Он взвизгнул, когда я вонзила ногти.

— Кто ты? Какой-то чокнутый доктор?

— Я просто делаю ингибитор. Я не занимаюсь магией крови, клянусь.

— Существует ли противоядие от ингибитора?

— Ах…

Я ударила его головой об стол.

Он застонал.

— Проверь мой карман. Красный — ингибитор. Зеленый — стимулятор.

Мэдисон порылась в карманах его халата и вытащила пять шприцев, перевязанных резинкой, три красных и два зеленых.

— Кроме того, у него есть ключи.

— Как действуют лекарства? — спросила я.

— Просто введи это себе в руку.

Правда.

Я чувствовала его запах, а также его неподдельный ужас.

— Ты ему доверяешь? — Спросила Мэдисон. — Они использовали на мне такие же красные.

Я кивнула.

— Не думаю, что он лжет.

Она открыла крышку зеленого шприца, закатала рукав и воткнула его в руку.

— Ничего не происходит. Я хочу вернуть свою магию.

Она предложила мне второй, но я покачала головой. Внезапно я почувствовала себя чертовски хорошо, учитывая все обстоятельства. На самом деле, великолепно. Ингибитор, который они мне дали, каким-то образом усилил мою магию? Или, может быть, они дали мне не тот.

— Зачем я им нужна? — Спросила я.

Мужчина забился в оковах, и я начала засовывать палец ему в глазницу.

— Остановись! Твоя кровь особенная. Я думаю, она похожа на его. Может быть, он использует ее, чтобы сделать больше, но я думаю, что это что-то другое. Мы не должны позволять демонам питаться тобой.

От мужчины разило страхом и мочой, и я не думала, что он боялся меня.

Мэдисон тронула меня за руку.

— Нам нужно идти. Мы производим много шума.

Я приблизила свое лицо к лицу мужчины.

— Где моя подруга, волчица, которую вы недавно привели?

— В 5Б есть женщина-оборотень. Нам сказали не осушать ее, просто дать успокоительное.

Мое сердце подпрыгнуло. Сэм была здесь.

— Как нам найти ее и выбраться отсюда?

Он объяснил нам, как пройти в лабораторию, дверь которой вела в главный комплекс — наш пропуск. Если бы мы смогли добраться до этой двери, у нас, возможно, был бы шанс.

Я сорвала ключ-карту с его шеи и засунула его рубашку обратно в рот мужчине, пока он извивался.

— Пошли.

Мэдисон кивнула.

Я последовала за ней по коридору, оглядываясь назад, чтобы убедиться, что никто не завернул за другой угол. Мы дошли до конца и повернули направо, в другой коридор с рядами комнат.

На полпути вниз я остановилась и схватила Мэдисон за руку.

— Что? — встревоженно прошипела она.

Я приложила палец к губам и медленно вдохнула через нос. В помещении пахло плесенью, отбросами и запущенностью. Но всего на секунду, я могла поклясться, что уловила знакомый запах. Я сосредоточилась так сильно, как только могла, пытаясь игнорировать тошнотворные запахи крови и отчаяния.

Там.

Узнавание шевельнулось в моей груди, и я быстро двинулась по коридору к одной из дверей. 5Б. Сэм.

Я отперла засов.

— Саванна? — прохрипел чей-то голос. — Что ты здесь делаешь?

Мое сердце замерло.

Сэм лежала привязанная к кровати. Ее глаза были стеклянными. Я пересекла комнату, расстегнула ее ремни и заключила в объятия. Ее тело напряглось, затем медленно расслабилось.

Я быстро осмотрела ее. Она выглядела чертовски злой, но не была заметно ранена.

— Мы выбираемся отсюда. Ты готова бежать?

— Я в порядке, — прорычала она и схватила меня за запястье, ее глаза сузились. — За этим стоит Билли, — выплюнула она, ее слова были пропитаны ядом.

Я положила руку ей на плечо.

— Я знаю. Мы поймаем ублюдка.

Ее кулаки были сжаты, и она заметно дрожала от ярости.

— Пошли.

Сэм спрыгнула с кровати, и я заметила, что она хромает.

— Ты ранена.

— Я сопротивлялась. Ублюдки дали мне что-то, что блокирует мое исцеление.

Магический ингибитор. Мэдисон вытащила второй зеленый шприц.

— Это может помочь. Это стимулятор. Я уже чувствую, что моя магия возвращается.

Сэм кивнула, и Мэдисон ввела ей препарат, затем выбросила шприц.

Мы выскользнули из комнаты и пробрались по коридорам, пока не достигли большой двери с электронным замком.

— Я думаю, это лаборатория, — прошептала я, затем приложила карточку-ключ шарлатана.

Дверь скользнула в сторону, но комната за ней совсем не походила на лабораторию. На столах стояло несколько заброшенных компьютеров, но ими не пользовались целую вечность. Стены были из того же неровного бетона, а пол покрывал слой грязи — везде, кроме центра, который был покрыт тайными символами. Повсюду были пятна крови.

Лаборатория другого рода.

Два растерянных лица повернулись к нам — пара оборотней, судя по их янтарным глазам. Одним из них был ублюдок, который чуть раньше попробовал моей крови, в то время как у другого были длинные волосы, и он выглядел брутально.

Прежде чем я успела среагировать, Сэм бросилась на длинноволосого парня, выпустив когти из пальцев. Она полоснула его по лицу, и по его пепельно-белой щеке потекли струйки крови. Он отшвырнул ее в сторону, но Мэдисон ворвалась в комнату, схватила монитор и швырнула ему в грудь.

— Поэкспериментируй с этим! — крикнула она, и он рухнул спиной на стол.

Кровосос зарычал и шагнул ко мне. От жуткого выражения его лица у меня по коже побежали мурашки, но я расслабилась и подняла кулаки, вспомнив, чему меня научил Джексон. Когда он атаковал, я нырнула в сторону, но ему удалось схватить меня за бицепс. Я обрушила другой кулак на его запястье с большей силой, чем когда-либо, разрывая его хватку. Он повернулся ко мне, его рука подергивалась.

— Почему бы тебе не дать мне попробовать еще, маленькая сучка?

Гнев затопил мои чувства, и, как ни странно, у меня зачесались ногти. Я прыгнула вперед, схватив его за торс. На его лице появилось удивленное выражение, когда мы врезались в стол с несколькими клавиатурами и мониторами, с грохотом отправив их на пол.

Он вцепился в меня, и мою руку пронзила боль.

Мной овладело безумие. Это было похоже на выход из тела — я могла наблюдать за происходящим, но не была на водительском сиденье. Я ударила его прямо в лицо, почувствовав хруст то ли его носа, то ли моих костяшек пальцев, но я просто продолжала бить, пока он не откинулся назад и не соскользнул со стола. Я никогда не чувствовала, что у меня столько сил.

Я отшатнулась от лежащего без сознания мужчины, морщась от сильной пульсации в руке. Крови было намного больше, чем должно было быть. Его рубашка и кожа были разорваны в клочья. Я ошеломленно посмотрела на свои окровавленные руки.

Срань господня. Что они мне вкололи?

Я обернулась в оцепенении. По другую сторону лабораторного стола Сэм слезла с оборотня, на которого напала. Его шея была вывернута под странным углом, глаза смотрели безжизненно.

Мэдисон уже была у служебной двери, возясь со связкой ключей, которые она, должно быть, нашла в комнате или у мертвого оборотня. Она повернулась к нам с широкой улыбкой на лице.

— Давайте убираться отсюда к черту.

40

Саванна

Мэдисон толкнула заднюю дверь лаборатории. Послеполуденный свет озарил двор, выходящий к лесу. Свобода.

— Давайте! — крикнула я, и мы выскользнули наружу и побежали к деревьям. Мы сделали около десяти шагов, прежде чем внутри здания завыла сирена. Из лаборатории донеслись крики, и мы все трое развернулись и бросились в лес.

Мы ринулись бежать в поисках безопасности, перепрыгивая через кусты и подлесок. Я старалась не зацикливаться на том факте, что двигалась быстрее и проворнее, чем казалось возможным, и на мне не было моих скоростных ботинок. Это была моя проблема в будущем, и прямо сейчас мы боролись за наши жизни.

Я услышала журчание воды неподалеку. Ручей.

Вой прорезал лес позади и рядом с нами, и два размытых пятна мелькнули среди деревьев. Паника и страх окутали мои мысли. Как мы могли бы убежать от них?

Ты не можешь.

Я посмотрела на Сэм и Медисон. Это была моя вина, что они оказались в этой переделке, Сэм, потому что ей поручили защищать мою задницу, а Мэдисон просто потому, что она была похожа на меня. Я должна была все исправить. Если бы я смогла увести волков, эти двое могли бы выжить. По напряженным движениям Сэм я могла сказать, что магический ингибитор, который она приняла, еще не подействовал. Сэм была бойцом, но у нее ни за что не хватило бы сил отбиться от этих придурковатых оборотней.

Теперь журчание воды было громче.

— Сюда. — Я схватила Мэдисон за руку, и мы повернули направо, сходя с насыпи. На дне протекал небольшой ручей, футов пятнадцать в поперечнике.

— Вы двое, идите, — прошептала я, толкая Мэдисон в воду. — Я собираюсь увести их.

Она резко остановилась.

— Нет!

— Уходите! Они жаждут моей крови. Это ваш единственный шанс выбраться отсюда живыми. — Я посмотрела Сэм в глаза. — Сделай это для меня, пожалуйста. Ты достаточно сильна, чтобы вытащить ее. Расскажи Джексону, что ты знаешь. Останови Билли.

Сэм поколебалась, затем схватила Мэдисон за руку и перешла реку вброд. Она остановилась на другом берегу ручья и кивнула.

Я размазала немного своей липкой крови по листьям, затем побежала вверх по берегу ручья, задевая деревья и производя как можно больше шума. Мои босые ноги горели, когда я карабкалась по камням, но моя решимость притупила боль.

Убедившись, что между нами достаточное расстояние, я остановилась, тяжело дыша. Справа раздались два воя, а затем в лесу раздался треск.

Они доберутся до меня через несколько секунд. Я осмотрелась в поисках места, где можно спрятаться, но не было такого места, где они не учуяли бы меня. Мой взгляд остановился на ручье.

Адреналин захлестнул меня, и я вошла в темную воду, спотыкаясь о каменистое дно. Я добралась до глубокого изгиба под каким-то нависающим кустарником, сделала несколько полных вдохов и нырнула под воду как раз в тот момент, когда из-за деревьев выскочил волк.

От шока из-за холодной воды у меня заболели мышцы, но я попыталась просто представить, что это моя магия, текущая по моему телу. Глубина воды составляла всего несколько футов, поэтому я легла плашмя и ухватилась за большой корень, торчащий из берега. Вода хлынула мне в нос, и волосы развевались вокруг меня.

Между мутной водой и заходящим солнцем я едва могла разглядеть поверхность. Мои легкие начали гореть, и я боролась с желанием сглотнуть, но жжение только усиливалось.

Еще немного.

Мои пальцы впились в камни и корни, и меня охватило головокружение. Я всегда представляла, что погибну в огне, как мои родители, но, учитывая обстоятельства, утонуть было не так уж и страшно.

Над головой нависла темная фигура. Возможно, облако. Я закрыла глаза. Что-то толкнуло меня, а затем схватило за плечо, поднимая. Крепко, но не болезненно.

Моя голова показалась на поверхности, и я зашлась в приступе кашля. Камень под ногами сдвинулся, и я поскользнулась, но огромный волк просунул голову мне под руку. Мое сердце замерло, и тогда я узнала серебристо-серый мех.

Джексон.

Мои плечи опустились от облегчения, а из глаз потекли слезы. Волк посмотрел на меня медовыми глазами, и я каким-то образом поняла, чего он хотел. Я запустила руки в его мех и крепко схватилась, пока он тащил меня из ручья.

Я рухнула на берег, уткнувшись щекой в грязь, а мои легкие судорожно втягивали воздух. Джексон ткнулся в меня лицом, и моя грудь сжалась.

Несколько раз вокруг нас раздавалось рычание, но я была слишком измучена, чтобы двигаться или обращать на это внимание. Мои прежние силы исчезли, смытые холодной водой.

Джексон перепрыгнул через меня и столкнулся с черным волком, который вышел из-за деревьев. Они откатились на несколько футов, а затем Джексон прижал волка поменьше и разорвал ему горло, кровь хлынула на берег.

В этот момент из леса выскочил белый волк и приземлился на спину Джексона, вонзив зубы в его бок. Страх молнией пронзил меня. Джексон издал душераздирающий рык и вцепился в бедро нападавшего, оттаскивая его. Волк тявкнул, а затем челюсти Джексона погрузились в его шею и повернулись. С хрустом волк рухнул бездыханным.

Я в ужасе заморгала.

Я обернулась, высматривая новых нападавших, но на берегу было тихо, если не считать негромкого журчания ручья. По моей коже пробежал жар, я вздрогнула и подняла глаза.

У меня перехватило дыхание, когда Джексон шагнул ко мне, все еще в волчьей форме. Кровь окрасила его спину, и беспокойство наполнило мою грудь вместе с тем ноющим напряжением, которое всегда возникало, когда он был рядом. Он остановился всего в футе от меня. Моя грудь вздымалась, не в силах набрать достаточно воздуха, и зуд под ногтями снова усилился. Он наклонил голову, изучая меня невозможными золотистыми глазами.

Джексон запрокинул голову и завыл, и по моей спине пробежали мурашки. Мир завертелся, когда вой эхом разнесся вдалеке. Какая-то часть меня знала, что это был дружеский вой.

Волк Джексона посмотрел на меня с выражением, которое, казалось, говорило мне: Отдыхай. Ты в безопасности.

Это было похоже на принуждение. Последние силы покинули меня, и я рухнула обратно на берег, истощение придавило меня. Угасающий свет просачивался сквозь деревья, и я закрыла глаза.

41

Джексон

Я подхватил Саванну на руки. Ее кожа на моей груди была холодной, и я вдохнул ее аромат. Мандарины и вкус прохладной воды, стекающей по моим губам.

Она восхитительно пахнет.

Она была без сознания и дрожала. Ее одежда все еще была мокрой после ручья, и, вероятно, она была в шоке.

Она пожертвовала собой, чтобы Сэм и Мэдисон могли уйти. Ей даже не нравилась Сэм.

Мой волк зашевелился, и мое сердце заныло. Она спасла одного из нашей стаи.

Я убрал прядь волос с ее лица. От моего прикосновения она нахмурила брови, и ее губы задрожали. Желание защитить и гнев бушевали во мне, и мой волк напрягся, пытаясь вырваться на свободу.

Пробираясь сквозь деревья, я взглянул на нее сверху вниз. Она выглядела такой хрупкой в моих руках. Такой нежной. И такой соблазнительной. В ней было что-то такое. Может быть, это была ее кровь.

Черт возьми, что со мной было не так?

Она была чертовой ЛаСаль… Но она была и чем-то другим, и я должен был выяснить, что это было.

Хрустнула ветка, и Сэм вышла из-за деревьев вместе с Реджиной и Тони, придерживая правую ногу.

— Ты в порядке? — Спросил я.

Она кивнула.

— Просто порвана мышца. Я скоро восстановлюсь.

— А Мэдисон?

— Она немного потрясена, но с ней все в порядке.

— Мы захватили санаторий. Поймали двух кровавых наркоманов. — Реджина взглянула на Сэм и сделала паузу. — Есть кое-что еще, Джекс.

От нее исходил коктейль ароматов — гнева, предательства и печали. Что бы это ни было, это было нехорошо.

Я усилил свою волю.

— Расскажи мне.

Челюсть Сэм напряглась.

— Это был Билли, Джексон. Он стоял за всем этим. Похищения, захват меня, Саванны. Он работал с колдуном.

Ее слова пронзили мое сердце, и мое тело затряслось. Реджина бросилась вперед и вырвала Саванну из моих рук, когда мое зрение затуманилось, а кости начали хрустеть. С трудом я обуздал своего волка. Мне нужно было ясно мыслить.

— Это невозможно.

— Это он схватил Саванну и притащил ее сюда.

— Может быть, он пытался совершить обмен… — Я зарычал. — За тебя или за пленников. Ему не понравилось, как…

— Джексон. Это он отдавал приказы, — холодно сказала Сэм.

Я почувствовал ее запах. Это было неоспоримо.

Правда.

— Но почему?

В этом не было никакого смысла. Билли никогда бы не стал работать с колдуном, даже если бы они не были ЛаСаль.

— Я не знаю. Но он хочет отомстить ЛаСаль, и я думаю, что он заключил сделку.

Мир вращался вокруг меня. Билли был братом. Членом стаи. Моей семьей.

Я оглядел своих ближайших друзей. Билли когда-то был одним из них. Я рассказал ему все, о каждом шаге… а он предал нас всех. За что? Что стоило предать своего брата, своего альфу? Месть?

Ярость поглотила меня, я развернулся и ударил кулаком по дереву. Кости моих пальцев хрустнули, но боль помогла собраться с мыслями.

Я бы показал ему, что такое месть.

— Джексон. — Голос Саванны прорезал воздух.

Я повернулся к ней лицом, когда она медленно приближалась ко мне. Саванна Кейн. Корень всего этого, топчущая все на своем пути. Почему хаос следовал за ней, как длинная тень?

Последнее предупреждение гадалки гремело у меня в голове: если ты поможешь этой женщине и получишь ответы, они разорвут тебя на части.

Женщина Кейн, ЛаСаль, сделала еще шаг. Я задрожал, едва сдерживая замешательство и ярость. Была ли она моим врагом? Моим союзником? Или моей гибелью?

— Саванна, остановись, — сказала Сэм.

Но Саванна не слушала. Вместо этого она положила руку мне на плечо. Шок, подобный холодной воде, окатил меня, и я резко вдохнул. Мои мышцы напряглись, а затем мягко расслабились, когда ее прикосновение вернуло меня с грани безумия. В ее глазах было спокойствие перед бурей, и в них я увидел силу и доброту.

Сила. Карта, которую провидица вытащила для нее. Могла ли она быть такой для меня?

Она чувствует нашу боль.

Нет. Она не могла. Она не была одной из нас. Она не знала, что значит быть в стае, быть связанной.

Я покачал головой, пытаясь прояснить мысли. Слишком много забот о двуногих. Сосредоточься на текущей проблеме.

Я осмотрел ее.

— Ты ранена?

Саванна покачала головой.

— Нет, но нам нужно найти Билли. Они взяли мою кровь, и колдун использует ее для чего-то. Мы должны выяснить, для чего именно.

Я посмотрел на Сэм.

— Ты знаешь, кто этот колдун?

— Понятия не имею, — ответила она. — Но если Билли работает с ним, я готова поспорить, что это из-за разногласия с ЛаСаль.

Мы пробирались через лес к внедорожникам, которые приобрели у Восточно Висконсинских волков по вымогательским ценам. Тони разговаривал по телефону. Саванна и Сэм отстали, тихо переговариваясь. Мои мысли, однако, были заняты другим.

Билли должен заплатить за предательство стаи.

Мне придется убить его, чтобы создать прецедент. Желчь подступила к моему горлу. Смогу ли я убить собственного шурина? Мы через столько прошли вместе. Как до этого дошло?

В глубине души я знал ответ. Он был прост: ярость.

Он и моя сестра были истинной парой, я был уверен в этом. Когда она умерла, я хотел отомстить, но Билли хотел разрушить мир, оставить половину Мэджик-Сайд в пепле. Вместо того чтобы оплакивать ее смерть, я должен был держать его в узде, пока его жажда крови не пройдет.

Очевидно, она никогда не проходила.

И теперь Билли перешел черту. Только боги знают, какую кучу дерьма он затеял.

Тони подошел и повесил трубку.

— Наши ребята обыскали санаторий и нашли еще двух пленников, живых, но в тяжелом состоянии. Никаких зацепок относительно того, где находится колдун. Мы поймали волка, который утверждает, что Билли был единственным, кто имел к нему прямое отношение.

— Тогда мы найдем Билли.

Нам пришлось бы расправиться с ним вне закона стаи. Если бы состоялся суд, вся стая — и, неизбежно, Орден — узнали бы правду о колдуне, роли стаи в нападениях и о том, что кровь Саванны была подобна наркотику. Это вызвало бы бурю возмущения. Мы не могли рисковать открытым судебным разбирательством, поэтому с Билли нужно было разобраться тихо и быстро.

Как только мы подошли к машинам, я обвел взглядом свой сужающийся внутренний круг.

— Билли — наша семья, но он предал нас и подверг стаю опасности. Он заключал сделки с колдуном и его демонами и ставил свою жажду мести превыше всего остального. Мы могли потерять нашу репутацию, наши жизни и наши союзы. С этого дня Билли — изгнанник. Больше не семья, больше не часть этой стаи. У него больше нет прав на суд по закону стаи.

Воздух наполнился запахами гнева, стыда и сожаления. Я глубоко вздохнул.

— Мы относимся к Билли так же, как к любой другой угрозе. Мы уничтожаем ее, немедленно. Все поняли?

Они кивнули. Мы все знали, что нужно делать.

Я облокотился на внедорожник.

— К сожалению, Билли, должно быть, знал, что мы собираемся совершить налет на санаторий, и, вероятно, подозревает, что это только вопрос времени, когда мы во всем разберемся. Я предполагаю, что он поджал хвост и собирает своих союзников в своей хижине на Верхнем полуострове. Держу пари, он ждет нас.

— Может, нам позвать всех? Действовать усиленно? — Спросил Тони.

— Нет. У Билли много друзей в стае. Нам нужно действовать осторожно и быстро. Тони, Реджина, звоните только тем, кому мы абсолютно доверяем. Люди, которые размещены здесь или могут быстро добраться сюда. И никто из доков. Пусть все соберутся в зоне отдыха Гарден Корнерс и принесут оружие и серебряные пули.

Тони кивнул.

— Понял, босс.

Пришло время расплаты.

42

Саванна

Если не считать проблесков полной луны, выглядывающей из-за облаков, и света проезжающих мимо фар, ночь была темной.

Я доела свой второй картофельный паштет с мясом — местное блюдо Меня ичиганского производства — и стряхнула крошки с майки. Реджина дала мне чистые джинсы и рубашку, и хотя байкерский шик был не в моем стиле, они пришлись мне впору, и я была рада избавиться от своей мокрой и запачканной кровью одежды.

— Ты хорошо себя чувствуешь? — Сэм повернулась и посмотрела на меня с переднего пассажирского сиденья. За рулем был Джексон, и он взглянул на меня в зеркало заднего вида.

Она стала милее с тех пор, как я спасла ее задницу. Черт возьми, даже Реджина и Тони немного подобрели. Я никогда не думала, что доживу до этого дня.

— Я в порядке. Просто нужно подкрепиться. Сколько еще до хижины Билли?

— Двадцать пять минут, — сказала Сэм.

Мы углубились в Мичиган, проезжая по густо поросшему лесом Верхнему полуострову. Я наблюдала за мелькающими в темноте деревьями, и мои мысли вернулись к колдуну. Человек без лица. По моей спине пробежали мурашки.

Что мы будем делать, если Билли не знает, где находится колдун?

Он охотился за мной — за моей кровью — и у меня было неприятное ощущение, что он не остановится, независимо от того, доберемся ли мы до Билли.

Джексон и Сэм тихо разговаривали. Они обсуждали возможность оставить меня позади, но у меня нашлось несколько резких слов по этому поводу. Я напомнила им, что в одиночку победила четырех оборотней и что именно я спасла Сэм. Если это не докажет, что я достаточно ценный союзник, чтобы взять меня с собой, я не знаю, что еще докажет.

Я молча полезла в рюкзак и достала зелье провидения. Был ли там колдун? Что, если он планировал устроить засаду вместе с Билли? Нам нужно было больше информации, и я могла что-то с этим сделать. Я наклонилась вперед и сделала глоток зелья, поморщившись, когда проглотила его. Я знала, что это маловероятно, но это могло все изменить.

Откинувшись на спинку сидения, я закрыла глаза, чтобы Джексон и Сэм не заметили, что я делаю. Зелье разлилось по моим венам. Я сосредоточилась на колдуне, и мои мышцы свело судорогой, когда мой разум сосредоточился и увлек меня во тьму.

Зелье подействовало быстрее, чем я ожидала. Я огляделась. Было темно, как смоль, и воздух казался затхлым.

Что-то изменилось. Впереди забрезжил свет, и я пошла на него. Я была в пещере. Стены были покрыты лишайником, и с них капала вода. Я споткнулась о камень и тихо выругалась, когда звук эхом разнесся по пространству. Это должно так работать? Я никогда ничего не слышала во время гадания. В тот раз, когда колдун заговорил со мной, я на самом деле не слышала его слов — они сформировались в моем сознании как мысль, поднявшаяся из моего подсознания.

Когда я подошла ближе к свету, у меня зачесались ногти, а в сердце укоренился страх. Он был близко. Я чувствовала это каждой клеточкой своего существа.

Мое сердце бешено колотилось в груди. В прошлый раз, когда я гадала, мне казалось, что я сплю, но это… это было так реально, как будто я действительно была здесь.

Я подавила подступающую панику и огляделась по сторонам, изучая каждый дюйм своего окружения, чтобы потом зарисовать его. В этой пещере не было ничего особенного, хотя там было темно и жутко, как в аду.

Впереди пещера открылась, и небольшой костер осветил пространство. Вдалеке расходились два прохода, окутанные тьмой. Если не считать моего дыхания и бешено колотящегося сердца, было тихо.

— Саванна, — прошептал низкий голос.

Я обернулась, но там никого не было. По моей коже побежали мурашки, и паника сковала грудь. Я не могла дышать.

— Я ждал тебя, моя дорогая. Иди ко мне, Саванна.

Мне просто нужно было задержаться достаточно, чтобы увидеть его лицо. Узнать, кто он такой.

— Где ты? Покажись.

Зловещий смешок эхом разнесся по пещере.

— О, Саванна. Я уже говорил тебе однажды: не подглядывать.

От его голоса ужас пронзил меня насквозь, и моя грудь вздымалась, когда я втягивала воздух. Я не могла объяснить реакцию своего тела.

Инстинкт.

— Покажи свое лицо, трус. — Я развернулась, чувствуя головокружение.

Внезапно передо мной возникла фигура, схватившая меня за руки. Однако лица не было, только черное, пустое, похожее на пещеру пространство. Ужас парализовал меня, но я сумела закричать.

Я попыталась разорвать это видение, но застряла.

Хватка усилилась, и его ногти впились в мою кожу. Этого не должно было случиться. Все это было неправильно.

— Мы одно и то же, Саванна. Тебе от меня не убежать. Я найду тебя, всегда. — Его голос проник в мой разум, наполнив мою душу холодной тьмой, от которой мне захотелось содрать с себя кожу.

Я брыкалась и извивалась всем телом, пытаясь освободиться, но мои удары не достигали цели. В отчаянии я закричала:

— Джексон!

В глазах потемнело, и две руки схватили меня за плечи.

— Саванна, вернись ко мне!

Я открыла глаза. Джексон смотрел на меня через открытую дверь, на его лице был страх. Его плечи слегка расслабились, когда я встретилась с ним взглядом.

Слезы текли по моему лицу.

Джексон притянул меня к себе, обхватив рукой мой затылок.

— Теперь ты в безопасности.

Его голос был успокаивающим, и я уткнулась лицом ему в грудь, пытаясь избавиться от ужасного чувства, которое пустило корни внутри меня, словно отголоски ужасного кошмара.

Как только мое дыхание успокоилось, он нежно обхватил мое лицо ладонью и вытер слезы с моих щек. Его лоб был нахмурен, и он выглядел расстроенным.

— Что случилось?

— Я хотела посмотреть, смогу ли я получить еще какие-нибудь подсказки о планах колдуна, поэтому я прорицала на него. Он увидел меня и заговорил со мной. Схватил меня. Я не могла уйти, это было так реально… — Я зажмурилась и покачала головой, пытаясь прогнать из головы видение его безучастного лица.

— Это невозможно, — сказала Сэм.

Она присела на среднюю консоль, внимательно наблюдая за мной.

— Невозможно. Но это произошло. — Я икнула и вытерла глаза.

Руки Джексона скользнули вниз по моим рукам, и я посмотрела вниз. Мое сердце замерло. Красные полосы расползлись по моей коже в тех местах, где колдун схватил меня.

Джексон смерил меня стальным взглядом, и его челюсть напряглась.

— Больше никаких гаданий.

Я кивнула.

— Больше никаких гаданий.

Он взглянул на Сэм, как будто они обменивались какими-то невысказанными словами, а затем перевел взгляд на меня.

— С тобой все будет в порядке? Мы в пятнадцати минутах езды от хижины. Тебе не обязательно ехать. Сэм может отвезти тебя обратно в Мэджик-Сайд.

Решимость сменила мой страх.

— Нет. Я не собираюсь убегать. Мне нужны ответы.

Я собиралась выяснить, кто этот ублюдок, и уничтожить его.

Джексон кивнул и закрыл мою дверь. Он указал на четыре машины, которые съехали с дороги позади нас, а затем скользнул на водительское сиденье и завел двигатель. Ведя машину, он с беспокойством наблюдал за мной в зеркало заднего вида. Я потерла затекшие руки и выглянула в окно.

Это было действительно глупо, Сави.

Что бы случилось, если бы я застряла в том видении? Я все еще многого не знала о гадании, и мне действительно нужно было быть более осторожной.

Сэм протянула мне свою кожаную куртку.

— Возьми это. Ты дрожишь.

— Спасибо.

Я сунула руки под куртку, которая все еще была теплой, и достала из сумки альбом для рисования и карандаш. Несмотря на то, что моя кожа все еще покрывалась мурашками при мысли об этом монстре, мне нужно было нарисовать видение, пока детали были еще свежи. Взяв в руки знакомые инструменты, я принялась за работу, теряя себя в процессе.

Десять минут спустя мы выехали на грунтовую дорогу, прорезавшую лес. Я остановилась и посмотрела на рисунки на двух листах бумаги. Безликий человек уставился на меня из пещеры. Именно тогда я заметила отметину у него на шее — татуировку. Мое сердце бешено заколотилось, и я прищурилась, пытаясь разглядеть рисунок на странице.

Треугольник с числом тридцать семь внутри. Что это означало?

Я отложила альбом для рисования и карандаш и затянула шнурки на своих волшебных ботинках. Джексон оставил одного из своих людей в гостинице «Санрайз Инн», чтобы собрать все вещи, как только аконит рассеется, и, хотя у меня с собой было немного вещей, я с облегчением обнаружила, что мои ботинки и сумочка вернулись. Ботинки, особенно — после пробежки по лесу и санаторию босиком, было настоящим облегчением снова надеть их.

Я решила, что мне нужно начать спать с ботинками, как будто это решит все мои проблемы.

Опустился легкий туман, и осел на деревьях. Как раз то, что мне было нужно. Мои нервы и так были на пределе.

Джексон съехал на обочину и припарковался. Машины последовали за нами, и вскоре стало совсем темно.

Я прерывисто вздохнула.

Пора повзрослеть, Сави. Получи ответы на некоторые вопросы.

Я вышла из машины, и передо мной появился Джексон. Он положил руку мне на бедро, и мое сердце забилось быстрее.

— Держись поближе ко мне, — прошептал он. — Я хочу, чтобы ты была на виду.

Он достал пуленепробиваемый жилет, которым я пользовалась раньше, и помог мне облачиться. Каждый раз, когда он туго затягивал ремни, я втягивала воздух, вдыхая его фирменный аромат. Хотела бы я обернуть его вокруг себя так же плотно, как жилет. Тогда, может быть, нервозность прошла бы.

Он протянул мне пистолет.

— Дела могут пойти плохо.

— Я знаю.

Его рука задержалась на секунду, в то время как его взгляд опустился к моим губам. У меня перехватило дыхание, когда он повернулся, я почувствовала внезапную потерю его прикосновения, и сунула пистолет за пояс джинсов.

Боже, мне нужно было научиться контролировать свои реакции рядом с ним, но это было трудно. Он был опасно красив, и притяжение между нами было электрическим. Каждый раз, когда мы были близки, я чувствовала, что часть моей души хотела вырваться наружу… хотя и не в плохом смысле. Я не могла этого объяснить. Это не имело никакого смысла и, честно говоря, было чертовски странно, как безжалостный толчок в мои ребра, который усиливался каждый раз, когда он приближался.

Джексон вручил Сэм пистолет, а другой засунул за пояс. Восемь оборотней вышли из других машин. Тони, Реджина и еще пара человек, которых я узнала по нашей первой прогулке к хижине возле маяка. Они кивнули мне, и я догадалась, что все немного потеплели. Это, или они ожидали, что я умру, и просто были вежливы по отношению ко всей ситуации.

Я прерывисто вздохнула.

Все будет хорошо. Джексон объяснил план атаки на остановке по дороге. Все, кроме него и Сэм, собирались перекинуться. Волки разделялись на две группы и окружали хижину, пока мы приближались с юга.

Оборотни, похоже, предпочитали атаковать когтями и клыками, а не использовать оружие. Это имело смысл для боя среди деревьев, где было много укрытий. К тому же, насколько я могла судить, они были быстрее, сильнее и скорее исцелялись в волчьей форме.

Я, однако, не была оборотнем, и у меня не было контроля над той маленькой магией, которая у меня была, так что я была действительно благодарна за Глок. Я прикоснулась к нему на удачу, когда Джексон заставил всех собраться вместе.

— Вы знаете план, — сказал он. — Действуйте тихо и быстро. Уберите часовых, затем прорывайтесь. Но не забывайте — Билли мой по праву. Если увидите его — кричите. Преследуйте, но не вступай в бой. Он нужен нам живым. Он — наше связующее звено с колдуном, стоящим за этим, и если он погибнет, ублюдок может ускользнуть.

Все кивнули. Я практически чувствовала запах их возбуждения, настоятельную необходимость бежать.

— Будьте начеку, — тихо сказал Джексон. — Билли будет ждать нас.

Я отвела взгляд, когда волкорожденный разделся и перекинулся. От хруста костей у меня скрутило живот.

— Готова? — От голоса Джексона у меня по спине побежали мурашки.

Я повернулась и кивнула.

— Готова, насколько это вообще возможно.

Он улыбнулся, но я видела боль в его глазах. Для него это было нелегко. Билли был придурком, но он также был семьей Джексона. Я действительно понятия не имела, на что это должно быть похоже.

Под шелест листьев и мягкое шлепанье крадущихся лап волки исчезли среди деревьев.

Туман, казалось, окутал лес тишиной. Джексон и Сэм шли по бокам от меня, и я следовала их примеру, пока мы пробирались через лес. Мой шаг был медленным. У меня не было волчьего зрения, и мне приходилось осторожно переступать через камни, усеивающие землю. Скоростные ботинки были великолепны, но ботинки для скрытности были бы очень кстати.

В лесу раздались выстрелы, за которыми последовали два вопля. Мой пульс участился. Напряжение в плечах Джексона было очевидным. Он взглянул на Сэм, и они замедлили шаг. Я в отчаянии прикусила губу, жалея, что не умею говорить по-волчьи.

Внезапно громкий треск эхом разнесся по деревьям позади нас, когда пули вонзились в кору. Я низко пригнулась за упавшим стволом, не в силах разглядеть, откуда стреляли.

Слева раздались новые выстрелы, и пули вонзились в землю в нескольких футах позади меня.

Не с той стороны дерева.

Я нырнула за бревно, и Сэм присела рядом со мной. Джексон сделал несколько выстрелов в темноту, целясь во что-то, мерцающее на краю моего поля зрения. Их глаза были намного острее моих.

Мое сердце бешено заколотилось, а по спине скатилась капелька пота.

Сделай глубокий вдох, Сави. Ты справишься.

Нет, блядь, я не справлюсь.

Я умела стрелять, но меня не обучали перестрелкам в темноте. Лежа на животе рядом с упавшим стволом, я вдруг стала больше ценить демонов, которые просто пытались тебя съесть и не стреляли в ответ.

Тяжело дыша, я напомнила себе, зачем я здесь. Почему я покинула Бальмонт и отправилась в Мэджик-Сайд — узнать, кто за мной охотится. Я была почти на месте. Мне просто нужно было лицо и местоположение.

Пуля срикошетила от камня рядом с головой Сэм.

Мы были окружены.

Внезапно Джексон навалился на меня, придавив своим весом. Хотя я боролась, он не сдвинулся с места. Он что-то проворчал, а затем вокруг нас раздались крики и рычание. Прижавшись щекой к грязи, я ничего не могла разглядеть.

— Пригнись! Мы уведем их, — прошипел Джексон, а затем оттолкнулся от меня.

Я подняла глаза. Джексон и Сэм исчезли в перестрелке.

Кто-то закричал, и от звука бульканья меня затошнило. Я зажала ладонями уши, борясь с подступившей к горлу рвотой. Затем стрельба сместилась в сторону от меня.

Я выглянула в щель под упавшим стволом. Размытые очертания двигались между деревьями со всех сторон. А затем в десяти футах от нас приземлилась канистра, извергнув дым.

Это снова было нападение как на отель.

Вой и крики эхом отдавались вокруг меня. Мои легкие сжались, и я закашлялась, когда газ наполнил воздух. Мои глаза слезились, а кожу жгло.

Аконит.

Человек в противогазе метался по лесу. Ублюдок!

Я сделала три выстрела. Мужчина споткнулся, но устоял на ногах. Из-за тумана, темноты, а теперь еще и дыма я едва могла видеть достаточно хорошо, чтобы прицелиться.

К черту это.

Я осмотрела лес впереди и побежала вперед. Я не ждала Джексона.

Я прикрыла нос рукавом куртки и петляла между деревьями. Если не считать редких выстрелов и рычания, в лесу было устрашающе тихо.

Впереди показался свет, и я направилась к нему. Я нырнула за куст и сквозь листву разглядела деревенскую хижину. Снаружи горела единственная лампочка. Как, черт возьми, в этом месте вообще появилось электричество, было загадкой.

Движение в деревьях рядом с хижиной привлекло мое внимание. Волки и Джексон. Они рванулись вперед, и мое сердце сжалось. Что-то во всем этом было не так.

Включились прожекторы, заливая пространство ослепительным светом в радиусе ста футов вокруг.

Нет!

Пулеметная очередь прошила землю. Я упала, когда пули пролетели над головой, застревая в стволах деревьев вокруг меня.

Придурок-психопат.

Я выглянула из-за кустов. Два волка были убиты, и я не увидела Джексона или Сэм. В воздух взлетели новые баллончики с аконитом.

Мы оказались в ловушке.

43

Джексон

Пуля попала Реджине в ногу, и она упала.

Черт.

Вероятно, это было серебро. Пуля, застрявшая в моем плече, беспокоила при каждом моем движении, и рана не заживала.

Один из людей Билли прятался за деревьями впереди. Я рванулся вперед и разорвал ему горло когтями. Я сорвал с него противогаз и бросил Сэм, которая нырнула за дерево рядом со мной.

— Надень это.

Она завязала волосы на затылке.

— Не могу поверить, что он использует против нас аконит!

Они использовали его при нападении на отель, но я предположил, что это был колдун. Гребаная наглость Билли использовать это против меня. После того, как умерла моя сестра — его пара. Мое тело сотрясалось от ярости, и казалось, что когти вот-вот вырвутся из моих рук. Ублюдок зашел слишком далеко.

Я собирался вырвать его сердце.

Низко пригнувшись, я бросился вперед, перепрыгивая от дерева к дереву среди очередей. Позади меня в лесу раздался крик, и я резко остановился за бревном, в то время как вокруг меня свистели пули.

Саванна.

Защити ее.

Я вскочил на ноги и, чертыхаясь, бросился в ее сторону. Я не должен был оставлять ее одну.

Сила удара сбила меня с ног, и волна агонии пробежала по позвоночнику, когда пуля пробила мне бок. Я перекатился по грязи, когда еще больше пуль вонзилось в землю рядом со мной, затем я скользнул за несколько камней в поисках укрытия.

Стиснув зубы от жгучей боли, которая распространилась по моему боку, я запустил пальцы в рану и вытащил серебряную пулю. Было много крови. Ране потребуется время, чтобы зажить, поскольку она была нанесена серебром, а я был в человеческом обличье.

Мое зрение сфокусировалось на нападавшем, и я взмыл в воздух. Мои когти вцепились в его куртку, и я пригвоздил его к земле. Его когти вонзились мне в бок, но я проигнорировал боль. Наслаждаясь дикой эйфорией битвы, я обхватил его голову руками. Один поворот, и его шея сломалась.

Я остановился, прислушиваясь к звукам леса, когда жажда крови наполнила меня.

Шаги. Оборотень движется на север справа от нас. Женщина.

Я двинулся вперед, подчиняясь своему инстинкту охотника. Женщина остановилась, по-видимому, почувствовав меня. Я выскочил из кустов, когда она открыла огонь вслепую. Что-то вонзилось мне в грудь, когда я столкнулся с ней. Ее руки превратились в когти, и она вцепилась мне в лицо. Я зарычал от ярости, прижимая ее одной рукой, а затем разорвал ей горло когтями. Металлический запах крови наполнил воздух.

Крик Сэм разорвал мою грудь.

Ей больно, но она жива.

Сэм была моей правой рукой, и я боролся с желанием броситься к ней. Сначала Саванна. Я уловил знакомый мандариновый аромат Саванны и помчался сквозь деревья. Я нашел место, где оставил ее, но она исчезла.

Рычание ярости вырвалось из моего горла. Я сказал ей оставаться на месте, но она так и не подчинилась.

Я научу ее повиноваться.

Разочарование затуманило мой взор, когда я последовал по ее запаху к хижине. Черт. Неужели она отправилась за Билли одна?

О чем она думала?

Саванна

Я закашлялась и попыталась разглядеть очертания в темноте. Я клянусь, что видела Джексона, пробиравшегося через лес, но было так темно и туманно, что трудно было разобрать.

Я отошла от летевших пуль и звуков стрельбы и обошла дом с другой стороны. Я понятия не имела, где кто был, и я не могла отличить наших волков от их. Мой план состоял в том, чтобы стрелять во все, что хотя бы выглядело так, будто оно подумывает напасть на меня.

Движение привлекло мое внимание к домику. Дверь закрылась, и мужчина спустился по ступенькам, обходя дом сзади.

Срань господня.

Билли.

Я бы узнала этого ублюдка за милю, даже в тумане. Его аура гребаного зла была безошибочна.

Я прокралась вдоль линии деревьев, окаймлявших хижину, и последовала за ним. Два потрепанных внедорожника и Хонда были припаркованы на заднем дворе, и у одной из машин горели стоп-сигналы.

Ублюдок убегал.

Трус.

Я не могла позволить ему уйти. Это был мой единственный шанс узнать о колдуне.

Я помчалась к машине, когда он, накренившись, съехал на вторую гравийную дорогу. Я попробовала открыть дверь соседней Хонды, но она была заперта.

Нет, нет, нет.

Я рывком открыла дверь второго внедорожника и заметила связку ключей в подстаканнике — как я догадалась, он был приготовлен для побега. Я скользнула на потрепанное кожаное сиденье, выжала сцепление и вставила ключи в замок зажигания. Грузовик с грохотом ожил, и я вырулила с подъездной дорожки вслед за Билли.

Передачи были хлипкими и немного скрежетали, но я переключила ее на вторую, а затем на третью, пока ехала по грунтовой дороге, молча молясь, чтобы ни один из волков Джексона не перешел мне дорогу.

Я уже задавила двух волков. К счастью, они были отъявленными психопатами, иначе я почти уверена, что стая прикончила бы меня только за это.

Дорога разделилась надвое, и я нажала на тормоза.

В какую сторону?

Я высунула голову из окна, высматривая хоть какие-нибудь указания на дорогу, по которой уехал Билли, но с обеих сторон были следы шин.

Я перевела дыхание и нажала на газ, направляясь налево. Отчаяние поднялось в моей груди после нескольких минут езды в темноте, и тут я увидела их — красные задние фонари.

— Вот ты где, ублюдок.

Я переключилась на четвертую и нажала на педаль. Внедорожник не сильно разогнался, но тронулся с места поживее.

Билли сбросил скорость, а затем выехал налево на шоссе. Я не увидела никаких встречных огней, поэтому переключилась на вторую и последовала за ним. Грузовик завизжал, но выправился на гладком асфальте, и ветер, врывающийся в открытые передние окна, развевал мои волосы.

Силуэт Билли на водительском сиденье дернулся, когда он взглянул в зеркало заднего вида. Он казался взволнованным.

Я улыбнулась и вдавила газ в пол, толкая старушку на третью, а затем на четвертую.

Неделю назад этот засранец натравил на меня своих волков. Теперь настала моя очередь.

Выследить его.

Мой грузовик дернулся вперед и врезался в бампер Билли. Он выехал за разделительную полосу, прежде чем выровняться. Адреналин бурлил во мне, и я чувствовала себя дикой и неконтролируемой.

— Ты хочешь играть грязно, Билли? Я покажу тебе грязную игру.

Я нажала на газ и снова врезалась в его бампер, на этот раз сильнее. Он вильнул и дал мне знак съехать с дороги.

Если бы я только могла убрать его с дороги, желательно в кювет, без сознания. Не мертвого. Если бы мне пришлось отстрелить ему коленные чашечки серебряными пулями, я бы так и сделала, но у него была информация, которая мне была нужна.

Билли развернулся передо мной. Я протаранила его бампер и сумела затормозить рядом с ним.

— Ты связался не с той официанткой, придурок!

Его глаза цвета охры встретились с моими, а затем он ухмыльнулся и ударил меня сбоку. Металл заскрежетал по металлу, и мой грузовик накренился влево. Я выругалась и выровняла старушку, когда он снова врезался в меня, толкая к канаве. Страх поселился в моем животе, пока я боролась за управление машиной.

Я отпустила педаль газа, и внедорожник Билли рванулся вперед передо мной и взмыл в воздух.

Святой…

В этот момент у меня лопнуло переднее правое колесо. Я вцепилась в руль, пытаясь восстановить контроль, но ехала слишком быстро. Внедорожник вильнул, а затем перевернулся.

О, нет.

Говорят, что когда ты попадаешь в ужасную аварию, время, кажется, останавливается. Все было не совсем так. Я увидела, как один раз перевернулась над асфальтом, а потом я ударилась об машину.

44

Саванна

Я открыла глаза и застонала. Мои волосы свисали вниз, а во рту ощущался привкус меди.

Крыша подо мной была смята, лобовое стекло разбито. Я перевела дыхание и пошевелила руками и ногами, убедившись, что ничего не сломано, не оторвано и не проткнуто.

Каждый дюйм моего тела болел, но мне повезло. Я отстегнула ремень безопасности и приготовилась упасть на битое стекло.

Я должна была найти Билли.

Адреналин захлестнул меня, притупляя боль. Я протянула руку и вытащила пистолет сзади из джинсов, затем выскользнула из разбитого окна. Стекло порезало мне руки, но я ничего не почувствовала.

Ночь была темной, если не считать мерцающих дальних фар моей машины, которые освещали дорогу. Я поднялась на ноги. Внедорожник Билли стоял в канаве с противоположной стороны. Пассажирская дверь была открыта, и вокруг него были разбросаны вещи — пустая бутылка из-под газировки, бумаги и хлам.

Подняв пистолет и приготовившись стрелять, я перешла дорогу, осматривая окрестности.

Борта и капот его машины были помяты, а лобовое стекло отсутствовало. Я сошла с пологой насыпи и заглянула внутрь пассажирской двери, держа пистолет наготове. Я знала, что его нет внутри, но я должна была проверить. Мобильный телефон на сиденье загорелся и начал вибрировать. На экране появилась буква D.

Когда я наклонилась вперед, чтобы схватить его, волосы у меня на шее встали дыбом. Я развернулась, когда две мускулистые руки обхватили меня сзади. Мое запястье пронзила боль, и я выронила пистолет.

Нет!

Паника захлестнула меня. Я откинула голову назад и услышала хруст, когда она соприкоснулась с лицом Билли. Он хмыкнул, затем швырнул меня так, словно я весила не больше перышка.

Я пролетела по воздуху и тяжело приземлилась в канаву перед его внедорожником. Боль пронзила мое плечо, и я ахнула. О чем я только думала, отправляясь за ним в одиночку?

Билли ухмыльнулся.

— Глупая маленькая сучка. Я привел тебя именно туда, где ты мне нужна.

Я вскочила на ноги, ища что-нибудь, что можно было бы использовать в качестве оружия. Я не собиралась погибать, не пролив крови.

И тут я увидела это: дробовик на краю канавы, на полпути между мной и Билли. Должно быть, он вылетел из его машины, когда перевернулся.

Заставь его говорить. Отвлеки его.

— Ты жалкий пес. — Я сделала шаг вперед и выдавила из себя смешок, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. — Домашнее животное, выполняющее грязную работу колдуна. Правда, Билли? Учитывая, как сильно ты нас ненавидишь, я не думала, что ты опустишься так низко.

Он зарычал, и его глаза заблестели.

— Я чувствую запах твоего страха, Саванна. Ты никого не обманешь. Он работает на меня, и как только он выпьет всю твою проклятую кровь до последней капли, мы оба получим то, что хотим.

Теперь моя грудь тяжело вздымалась, но я сделала еще шаг вперед, не сводя глаз с Билли.

— И что же это?

Страх пробежал по моему позвоночнику, и мой взгляд упал на когти, которые росли из кончиков пальцев Билли.

— Месть. — Его голос был животным, а тело начало трястись. У меня не было времени.

Я нырнула за дробовиком, когда хруст костей стал громче. Быстро взведя курок, я перекатилась на спину, когда когти впились мне в бедро.

Я нажала на спусковой крючок, и в воздухе раздался оглушительный грохот. Приклад ружья ударил меня в плечо, и Билли отскочил на несколько футов назад.

Я отпрянула, в ушах звенело, ноги скользили по грязи. Билли схватился за плечо, и кровь растеклась лужей по земле рядом с ним. Высвободив руку, он посмотрел на рану и зарычал.

Осколки кости торчали из разорванной плоти вокруг его бицепса. Я подавила рвотный позыв и приподнялась, взводя курок дробовика и целясь ему в голову.

— Все кончено, Билли. Скажи мне, кто этот колдун.

Он усмехнулся и сплюнул.

— Не кончено, пока ты и все до единого ЛаСаль не умрете.

Я навела ствол на его бедро и нажала на спусковой крючок. Мое плечо дернулось от отдачи, но Билли закричал, когда посмотрел вниз на разорванную плоть и мышцы верхней части бедра.

Я снова взвела дробовик и прицелилась в другую его ногу.

— Где он? — спросила я.

Рана на его плече начала затягиваться, и я замерла. Я знала, что оборотни могут исцеляться, но видеть это во плоти было ужасно. Дыра в его бедре тоже затягивалась. Где были мои серебряные пули, когда я в них нуждалась?

Билли поднялся на ноги. Я схватилась за дробовик, пытаясь унять дрожащие руки. Я вдруг поняла, что мне придется убить его, но сначала мне нужны были ответы.

Словно почувствовав мой страх, он улыбнулся.

— У тебя есть еще только один шанс. Пусть это зачтется.

Я приставила дуло к его голове.

— Скажи мне, кто он, Билли.

— Я сделаю тебе кое-что получше и отведу к нему. — Он зарычал и бросился ко мне.

Билли пригнулся, когда раздался выстрел из дробовика, но он настиг его и отбросил в сторону. Через секунду он снова был на ногах, прижимая руку к кровавому пятну на левой стороне лица.

— К черту колдуна. Ты сдохнешь, ЛаСаль.

Я взвела курок, но магазин был пуст. Билли не врал — я использовала свой последний выстрел. Ужас подступил к моему горлу. Мой взгляд метнулся к земле у его машины в поисках пистолета, но было слишком темно, и искать его не было времени.

Беги, Сави.

Я швырнула в него дробовик, как топор, и бросилась вниз по дороге.

Низкий смешок последовал за мной.

— Беги, ЛаСаль. Я иду за тобой.

Тошнота укоренилась в моем желудке, а вкус желчи обжег горло.

Позади меня с грохотом ожил внедорожник, и я оглянулась через плечо. Несмотря на повреждения, грузовик Билли вылетел из кювета и выскочил на дорогу, осветив меня фарами.

Это было плохо. Действительно чертовски плохо.

Я сошла прямо с насыпи и нырнула в лес. На мне были мои волшебные ботинки, но если бы он перекинулся, у меня не было бы ни единого шанса.

В лесу было темно, и начал опускаться легкий туман. Я споткнулась о корень и оступилась. Из-за густой растительности было невозможно ступать легко в ботинках с ускорением. Я понятия не имела, куда иду, но мне просто нужно было продолжать двигаться и придумать план. Билли не собирался давать мне ответы, в которых я нуждалась, так что мне придется вывести его из строя. Джексон заставит его заговорить.

Мой желудок скрутило, когда размытое пятно промелькнуло между деревьями слева от меня. Я развернулась вправо и сошла в овраг, поцарапав голень о валун. Кусты обвивались вокруг меня, цепляясь за одежду, но я карабкалась вверх по другой стороне оврага. И вот тогда я увидела его.

Черный волк.

Ужас подгонял меня быстрее, хотя мое тело так устало. Мои глаза, наконец, начали привыкать к темноте, и растительность рассеялась, как только я добралась до вершины оврага.

Я почти чувствовала дыхание Билли у себя на шее, и по моей коже побежали мурашки. Я петляла между деревьями, а затем резко остановилась, когда впереди показалась чернильная гладь озера. Я стояла на краю обрыва.

Тупик.

Позади меня раздалось низкое рычание, и я обернулась, встретившись взглядом с волком Билли. Я знала, что это он. Аромат, подпись — все это было наполнено ненавистью.

Я, спотыкаясь, отступила ближе к утесу, когда его тело исказилось — его плечи и позвоночник выгнулись и перестроились, когда он взмыл вверх в жутком танце. Мех и клыки исчезли, оставив передо мной совершенно обнаженного человека. Настоящий монстр.

Его глаза оставались по-волчьи желтыми, а на лице застыло безумное выражение, от которого у меня по коже побежали мурашки.

— Ты знаешь, какая ты? — прорычал он.

Я перевела дыхание, пытаясь подавить панику.

— И какая же я? — спросила я

Он начал кружить вокруг меня.

— Мертвая.

Я вздрогнула и начала двигаться, чтобы он не смог скинуть меня в воду к скалам.

— Вот тут ты ошибаешься. Неважно, как сильно ты меня ненавидишь, я нужна колдуну живой. Ему нужна моя кровь. Так где же он, черт возьми? Зачем он прислал свою комнатную собачку?

— Ты скоро встретишься с ним, если я тебя не убью.

Он улыбнулся и бросился ко мне. Я обернулась, но он был слишком быстр. Он заломил мне руку за спину, а другой рукой схватил за волосы.

Я стиснула зубы от боли, надеясь, что он не станет выкручивать мне руку дальше.

— Ты их погубишь, понимаешь? — он наклонился ближе, и от его горячего дыхания по телу пробежала дрожь. — Мы убьем их всех.

Что за чертову чушь он нес?

Он сбил меня с ног и толкнул вниз, и я вскрикнула, когда тяжело приземлилась на живот. Страх сжал мое сердце.

— Отвали от меня, ты, придурок!

Я брыкалась и царапала землю, хватаясь за камни. Жгучая боль пронзила мою спину, и я увидела, как его когти вспороли кожаную куртку Сэм. Гнев захлестнул меня.

Сражайся.

Я перевернулась и опустила камень, зажатый в кулаке, на голову Билли. Треск отдался в моей руке.

Он застонал и отшатнулся. На его лице вспыхнула ярость, он схватил меня за лодыжку и потащил к себе. Я яростно пнула его свободной ногой, но он ударил меня наотмашь с такой силой, что я чуть не потеряла сознание.

Он взобрался на меня сверху и сжал мое горло. Кровь стекала по его голове сбоку.

— Если ты не прекратишь драться, я убью тебя, черт возьми, независимо от того, что нужно колдуну.

Я никогда не перестану бороться.

Я ударила его ладонями в грудь:

— Я сказала, отвали от меня!

Время, казалось, остановилось. Ледяная вода потекла по моему телу, начиная с кончиков пальцев на ногах, затем распространяясь вверх по ногам и рукам. Она сузилась до точки в моей груди, затем взорвалась в моих руках.

Крик вырвался из горла Билли, когда сила ударила его в грудь и отбросила назад, на дерево. Темные усики обвились вокруг него, и он отбивался от них, корчась.

Моя магия. Я с трудом поднялась на ноги и посмотрела на свои ладони. Как мне это сделать, еще раз?

Билли присел на корточки и зарычал, его глаза были ярко-желтыми. Он выходил из себя, и я была почти уверена, что он действительно собирался убить меня.

Я развернулась и побежала вдоль гребня над береговой линией. Темная вода плескалась внизу об истертые камни.

Ноги Билли топали по земле позади меня. Я перепрыгнула через кучу перекрученных древесных корней, страх царапал мою грудь. Мое дыхание пробивалось неровными рывками. Я не могла обогнать его — даже в моих ботинках он был слишком быстр.

Я нырнула под низкую ветку и оглянулась через плечо. Он выпустил когти, а шерсть на руках встала дыбом. Билли обратился, и там, где был человек, осталось только чудовище.

Нехорошо.

Впереди небольшой овраг прорезал хребет. Меня охватил ужас. Пропасть была по меньшей мере десяти футов в ширину.

Смогу ли я это сделать?

Есть только один способ выяснить это. Я послала безмолвную молитву во вселенную и прыгнула над ущельем. Невесомость взяла верх, когда внизу промелькнуло темное пространство. Мои ноги ударились о каменистый выступ, и мои ботинки приняли удар на себя.

Срань господня!

Но прежде чем я успела отпраздновать, мощная сила — нет, тело — ударила меня сзади, выбив воздух из моих легких. Когти вонзились в мои руки, когда земля была выбита из-под меня. Мы сильно ударились о землю, и мое плечо пронзила острая боль. Я закричала, когда мы с Билли покатились по земле, сплетясь воедино. Мы остановились, его вес больно вдавил мою спину в камень. Я ахнула, когда тепло просочилось под рубашку. Кровь. Это была моя?

Неистовый гнев вспыхнул во мне, и мой разум ускользнул, когда ярость поселилась на водительском сиденье. Под ногтями запульсировало жжение, а под ребрами усилилось давление, как будто моя грудная клетка раскалывалась надвое.

У меня был сердечный приступ. Мое бедное сердце не выдержало от ужаса, и я умирала.

Не без борьбы.

Мой адреналин подскочил, и я ударила Билли в нос, почувствовав, как он хрустнул у меня на костяшках пальцев. Кровь текла из его ноздрей, и металлический запах заполнил мой разум. Он уставился на меня сверху вниз. Ужас и замешательство промелькнули в его светло-коричневых глазах.

— Этого не может быть.

Раскаленный добела гнев, которого я никогда раньше не испытывала, пронзил меня.

Вырви ему глотку.

Я схватила его за ворот рубашки и ударила другим кулаком в грудь. Прежняя прохладная энергия вернулась, болезненным шквалом прорвавшись сквозь мои пальцы. Билли издал гортанный звук, когда его тело отлетело назад, как тряпичная кукла, и исчезло за выступом.

Мои мышцы свело судорогой, и я рухнула. Усталость навалилась на меня.

Вставай, Сави.

Я покачала головой, но подползла к выступу и заглянула вниз. Вода плескалась о камни — вода, смешанная с кровью. Я чувствовала этот запах, хотя в этом не было никакого смысла.

Я ухватилась за корень дерева и спустилась по крутому каменистому склону. Мои ботинки заскользили по грязи, и я приземлилась на известняковый валун. Мое сердце колотилось так сильно, что я чувствовала его стук в висках.

Отражение луны блеснуло на темной воде, я оглядела берег и замерла. Темная фигура неподвижно лежала на краю озера, мягко покачиваясь на волнах, прикрытая сверху навесом.

Сделав глубокий вдох, я подошла ближе.

Кровь черного волка просочилась в воду. Билли был мертв, и он вернулся в свою первоначальную форму. Прямо как монстр, напавший на меня в баре. Волкорожденный. Как Сэм. Как Джексон.

Присев на корточки, я схватила его за мокрый мех и перевернула тело. Несколько глубоких красных порезов пересекали грудь волка. Они выглядели как…

Нет.

Замешательство и паника затуманили мой разум. Я отвернулась и согнулась пополам, сжимая колени ладонями.

Сделай глубокий вдох, Сави.

Билли, должно быть, поцарапался о какие-то ветки, когда гнался за мной. Вот почему я была вся в крови.

Я открыла глаза и увидела свое отражение в воде, освещенное лунным светом. Ужас пронзил меня. На меня в воде смотрела я. Но мои глаза…

О, Боже мой.

Мои глаза, блядь, светились медово-золотым светом.

Я закричала и споткнулась, тяжело приземлившись на задницу. Когда я рванулась прочь от озера, лед сковал мои вены, и мной овладела паника. Казалось, мне не хватало воздуха. Я схватилась за сердце и уставилась в звездное небо. Мое зрение затуманилось, но необъятность черного пространства над головой действовала успокаивающе, как присутствие старого друга. Через несколько минут мое дыхание выровнялось.

Я только что пережила травму. Билли напал на меня. Я столкнула его с выступа, и теперь он был мертв. Шок заставил мой разум спроецировать вещи, которые не были реальными. Разве Джексон не сказал мне то же самое при нашей первой встрече?

И он солгал.

Я с трудом поднялась на ноги и посмотрела на свое отражение. Мои глаза не были медового цвета. Я вздохнула с облегчением, но не смогла избавиться от страха, который просочился глубоко в мою душу.

Это было всего лишь плод моего буйного воображения.

45

Джексон

Хотя крик Саванны разнесся по лесу несколько минут назад, он все еще отдавался эхом в моей голове.

Ярость захлестнула меня, когда я зарычал и прыгнул вверх по склону оврага. Ее запах был повсюду, затуманивая мой разум и заставляя моего волка паниковать. Я боялся, что если я сейчас сдвинусь с места, он возьмет верх, и я потеряю контроль.

Какого черта она погналась за Билли одна?

Защити ее.

Гнев пробежал рябью по моему телу, и я побежал быстрее, чем когда-либо на двух ногах. Мысль о руках Билли на Саванне приводила меня в ярость, и я не мог этого понять. Она была для меня никем, просто ЛаСаль. Средством для достижения цели.

Ложь.

Запахи крови и страха затопили мои чувства, и я замедлил шаг. В лесу стояла мертвая тишина, если не считать дыхания Саванны… и биения ее сердца. Я чувствовал это с расстояния двадцати футов, как если бы это было мое собственное тело.

Отражение полной луны сияло над озером, и Саванна двинулась ко мне сквозь деревья. Она была ранена, напугана, но под всем этим ее манящий аромат взывал ко мне.

Ее глаза остановились на мне, расширенные от страха.

— Джексон!

Сделав несколько шагов, она сократила расстояние и упала в мои объятия, ее тело дрожало. Я почувствовал исходящий от нее запах Билли, и мой гнев вспыхнул с новой силой.

— Я же сказал тебе оставаться на месте.

Она не ответила, просто уткнулась лицом мне в грудь. Я напрягся, но крепко держал ее, вдыхая ее пьянящий аромат, пока ее бешено колотящееся сердце успокаивалось. Мой гнев рассеялся. Она была жива. Это было все, что имело значение.

Я осторожно провел рукой вверх по ее спине и почувствовал рваные раны сквозь разорванную куртку. Она вздрогнула, и из ее горла вырвался всхлип. Чувство вины накрыло меня, и мое тело затряслось от ярости. Билли мертвец.

Сделав медленный вдох, я внимательно прислушался. Два удара сердца. Ее. Мое. И больше ничего.

Лес был пуст. Билли, должно быть, сбежал.

— Ты ранена, — сказал я хриплым голосом.

— Я в порядке, — прошептала она. — Просто обними меня.

Я должен был просчитывать, планировать, выслеживать Билли. Обыскивать хижину. Искать ключи к выяснению личности колдуна. Но все это было не больше чем шуткой, когда она была в моих объятиях. Внезапно битва, опасность, ставки — все это ничего не значило.

В этот момент была только она. Запах ее волос так близко от моих губ. Мой волк, который был в ярости, затих. Сосредоточен. Мы были идеально спокойны. Это было то, где мы должны были быть. Обнимать ее. Защищать ее. Воссоединиться.

Часть меня знала, что это безумие, но оно тонуло в каждом ощущении моего тела.

Саванна посмотрела на меня, положив руки мне на грудь. Я чувствовал запах ее эмоций. Страх и паника ушли, их сменил запах, с которым я никогда раньше не сталкивался. Я не мог точно назвать его. Правильность. Принадлежность.

Моя.

Ее зрачки расширились, а пульс застучал под моими пальцами. Могла ли она каким-то образом тоже почувствовать это?

Легкость ее прикосновений послала жар прямо сквозь меня, превратив мой страх за ее безопасность в пульсирующее желание. Все, о чем я мог думать, это целовать ее, заявлять на нее права, брать ее прямо здесь, под луной.

Я провел большим пальцем по ее ушибленной щеке. Она слегка поморщилась, но прикусила нижнюю губу. Я чувствовал запах ее желания. Ее желания. И я хотел попробовать это на вкус.

Мы сошли с ума? Ее глаза сказали мне «да».

Но они вынудили меня, заманили внутрь, разжигая огонь, который не мог погасить никакой здравый смысл. Я просунул руку к ее заднице и приподнял ее. Ее тело было мягким и манящим. Она ахнула и обхватила меня ногами, прижимаясь ко мне своим теплом.

Черт.

Я должен был овладеть ею. Я зарычал, а другой рукой схватил ее за волосы, когда мой рот завладел ее ртом. Она так легко приоткрыла губы, и вкус у нее был божественный, как у цитрусовых в теплый летний день. Ее пальцы двигались по моему телу, прикасаясь и исследуя. Мне до боли хотелось почувствовать и облизать каждый дюйм ее тела. Она целовала меня крепко, словно была ненасытной. Ее потребность только усилила мою, и мне потребовалась каждая капля самообладания, которая у меня была, чтобы не сорвать с нее одежду и не зарыться в нее.

Словно почувствовав мои мысли, она застонала и задвигалась, прижимаясь к моей твердости. Я почти чувствовал влажное тепло ее тела, наркотик, тянущий меня вперед. Я мог бы раствориться в ней. Ничто другое в мире не имело значения, кроме этого. Она. Моя.

— Джексон. — Голос Сэм прорезал ночной воздух, окатив мое желание ледяной водой. Она стояла в тени деревьев, в ее золотистых глазах горели огоньки шока и страха. — Ты с ума сошел? Что ты делаешь?

Ни одна пуля никогда не поражала меня так сильно. Это было похоже на океанскую волну, обрушившуюся на меня.

Что я делал?

Вина, стыд и гнев затопили меня. Я оторвался от губ Саванны и поставил ее на землю. Что я наделал?

Она наша.

Нет, это не так.

Все было неправильно. Момент был идеальным. Но это было не так. Завитки паники пробежали по моей коже. Я должен был взять себя в руки. Саванна была ЛаСаль, врагом моей стаи. Люди, которые убили мою сестру и довели Билли до безумия.

Я провел рукой по волосам и шагнул к Сэм. Она повернулась ко мне спиной и прислонилась к дереву. Я чувствовал запах ее отчаяния и замешательства.

То, что только что произошло, было похоже на жар, но гораздо более сильный. Возможно, для другого из нашего вида это не имело бы значения, но я был альфой, а она — магом. ЛаСаль. Не одна из нас.

Мой волк всколыхнулся во мне. Она. Наша. Я с рычанием сжал его. Это было неправильно.

— Где Билли? — Спросила Сэм, ее голос звучал ровно, поскольку она пыталась сохранить контроль.

Я повернулся к Саванне. Ее губы припухли от нашего поцелуя, а щеки раскраснелись. Моя грудь сжалась, и я подавил волну желания, которая захлестнула меня.

— Ты знаешь? — Спросил я.

Гнев и страх промелькнули на ее лице, и она впилась в меня взглядом.

— Он мертв.

В груди у меня все сжалось, когда лес закружился и кошмар обвился вокруг меня.

— Что? Билли был моим. — Мой голос был ледяным и грубым, почти неузнаваемым.

Разочарование и ненависть отразились на лице Саванны.

— Он напал на меня. Я толкнула его, и он споткнулся о выступ.

— Где? — Я зарычал, едва способный контролировать эмоции, бурлящие внутри меня. Он не мог быть мертв. Должно быть, она ошиблась.

Саванна вела нас через лес. Сэм ничего не говорила. Ей и не нужно было.

Мои чувства были настолько поглощены Саванной, что я не учуял Билли. Но теперь, когда я взял себя в руки, это было ясно как божий день. Его запах был повсюду. Я бы сам убил его за то, что он прикасался к ней, но дело было не в этом.

Наконец, через несколько минут ходьбы Саванна остановилась на краю обрыва.

— Там, внизу.

Я обошел ее и подошел к краю. Внизу тело Билли мягко покачивалось на камнях. Это была правда. Волна эмоций захлестнула меня — печаль, гнев, сожаление. Чувство вины.

Рядом со мной появилась Сэм.

— Он споткнулся, да? — Она выгнула бровь, глядя на Саванну.

Губы Саванны задрожали, и она потерла руки.

— Ага.

Ложь.

Мы оба почувствовали этот запах. Я нахмурился и спрыгнул с выступа. Глаза Билли все еще были открыты и смотрели в небо. Я опустился на колени и закрыл их. Затем я закрыл свои собственные и позволил горю проникнуть в меня.

Последняя ниточка, связывавшая меня с сестрой, была мертва. Человек, который помнил ее лучше всех. Человек, который любил ее так сильно, что был готов отказаться от всего, во что верил, ради справедливости. Мести.

Ее истинная пара, связанная жизнью и смертью.

Я молился матери-луне, чтобы у меня никогда не было подобных уз, настолько жестоких, что они могли бы заставить меня предать свою стаю, своих сородичей. Я был альфой, и я не мог рисковать, будучи связанным любовью, желанием или чем-то еще.

Я дал себе шестьдесят ударов сердца, чтобы побыть в этой темноте. Затем я открыл глаза и встал. Я буду горевать по Билли и моей сестре позже, но сейчас мне нужно было руководить. Мне нужно было все исправить.

Я посмотрел на Саванну, которая встретилась со мной взглядом. В этот момент я точно знал, что она не такая, какой кажется.

Когда я встретил ее, она была скромной официанткой, которая сбила оборотня на дороге. Она понятия не имела, что магия существует. И все же… Она охотилась на оборотней и демонов, спасла Сэм и Мэдисон, и теперь, каким-то образом, ей удалось уничтожить третьего по силе члена моей стаи. В одиночку.

Это не должно было быть возможно.

Кем, черт возьми, она была? Прекрасной, опасной загадкой — в этом можно было не сомневаться.

Мой волк сжался у меня в груди, желая подбежать к ней. Но накал между нами был неправильным, трагический промах. Я был альфой. Я не мог позволить своим плотским желаниям затуманить мой разум. Я должен был быть сильнее. Она была ЛаСаль и женщиной, которая убила моего шурина. Это была самозащита, но она отняла у меня справедливость и ответы. Когда-то я любил его.

Я не мог позволить себе забыть ни о чем из этого.

Сэм наблюдала за мной сверху.

— Мне жаль, Джексон.

Мое сердце болело от сожаления и неудачи, но я спрятал свои эмоции.

— Билли предал стаю. Он подписал себе смертный приговор.

Она кивнула.

— Есть еще кое-что, на что тебе нужно посмотреть в хижине.

Я подхватил тело Билли и замер. Несколько следов от когтей рассекали его грудь. Должно быть, он был ранен в недавней драке. Но он не исцелился, что было… невозможно.

Мной овладело подозрение. Я практически ощутил на вкус опасения Саванны, беспокойство, которое она крепко связала с секретом, который скрывала.

Я перекинул Билли через плечо и встретил пустой, бесстрастный взгляд Саванны.

Она что-то скрывала, и я собирался это выяснить.

Саванна

Я последовала за Джексоном и Сэм через лес. Они оба молчали. Джексон нес тело Билли, перекинув его через плечо, и хотя я изо всех сил старалась сосредоточиться на земле, я не могла не бросать украдкой взгляды на безжизненное тело Билли.

Поведение Джексона было холодным и отстраненным, и я отражала это.

О чем я только думала?

Когда я увидела Джексона, идущего ко мне по лесу, облегчение притупило мои чувства. Я бросилась в его объятия, моя душа болела и была расколота, как будто его прикосновение могло успокоить мой разбитый дух. И вдруг, на одну гребаную секунду в моей гребаной жизни, все стало правильно. Не имело значения, что психопаты пытались высосать из меня кровь и убить меня, или что я убила человека, или в меня стреляли, или на меня охотились монстры. Не имело значения, что я была вся в крови и что все было неправильно.

Этот момент был правильным, и мое тело знало это. Мои руки и губы двигались сами по себе, побуждаемые его запахом, его силой и этим золотым светом, горевшим в его глазах.

И я наслаждалась каждой секундой.

Я коснулась своих разбитых губ. Он был таким приятным на вкус. Тот поцелуй был всем, и я так сильно хотела его — жар, который сводил меня с ума. Ужас скрутился у меня в груди.

Что со мной было не так?

Очевидно, очень много.

Я видела это в его глазах и практически чувствовала исходящий от него запах. Ему было стыдно, что он поцеловал меня.

А кому бы не было?

Я убила его шурина голыми руками, а потом поцеловала его.

Потрясенный и возмущенный взгляд Сэм сказал мне все, что мне нужно было знать: я была настоящим монстром в этом лесу. Я была просто грязной, убивающей волков, окровавленной ЛаСаль, и хотя я думала, что, возможно, Джексон видел во мне нечто большее, единственными вещами, которые он чувствовал ко мне сейчас, были сожаление и стыд.

Ублюдок.

В груди у меня все сжалось, а шею обдало жаром. Я сжала руки и поплелась следом.

Почему жизнь не могла подарить мне хоть один счастливый момент?

Это не имело значения. Это было к лучшему. Джексон Лоран был долбаным оборотнем и заклятым врагом моей семьи. Черт возьми, его шурин пытался убить меня, и казалось, что половина оборотней в штате была не против этого плана.

Все было наперекосяк.

Мы с Джексон никогда не сможем быть вместе. Точка. Я поняла, что это токсично, когда это ударило мне в лицо.

Мы втроем вышли из леса на дорогу. Фары ослепили меня, когда машина остановилась, и из нее вышел Тони.

Джексон уложил Билли в багажник, затем обошел машину и открыл заднюю пассажирскую дверь. Я отвернулась, но чувствовала на себе его взгляд.

Так теперь он собирался быть вежливым? Мудак.

Игнорируя его, я подошла и скользнула на заднее сиденье. Тони посмотрел на меня в зеркало заднего вида, когда Джексон закрыл дверь и сел спереди. Сэм села на заднее сиденье рядом со мной, но даже не посмотрела в мою сторону, просто пристегнула ремень безопасности.

Неужели теперь все будут относиться ко мне холодно, потому что я убила Билли?

Я убила его.

Точно так же, как я убила оборотня в баре. И того, в санатории. Мои руки дрожали, поэтому я скользнула ими под бедра. Сколько раз я была убийцей?

О, Боже мой.

Образ моего отражения в воде — с горящими медовыми глазами — промелькнул в моем сознании.

Меня охватила тошнота, и прежде чем Тони успел отъехать, я открыла дверцу, и меня вывернуло на дорогу. Остальные ждали, пока меня вырвет, и как только мои спазмы утихли, я села и снова закрыла дверь, жалея, что у меня нет бутылки шипучки.

— Извините, — пробормотала я.

Не говоря ни слова, Сэм протянула мне жвачку. Я взяла ее, развернула серебристую бумагу, сунула пластинку в рот и принялась энергично жевать. Мятная-свежесть. Если бы только существовало что-нибудь, что избавляло бы от зловония смерти так же быстро, как неприятный запах изо рта.

Плечи Джексона на переднем сиденье были напряжены, но он ничего не сказал. Тони развернулся, и мы поехали в тишине.

Мои нервы были на пределе, и все болело, особенно спина. Я еще не видела этого, но была почти уверена, что останется шрам. Джексон прикоснулся к ней, а потом мы поцеловались, и… все полетело к чертям собачьим.

Этот поцелуй. Убейте меня сейчас. Не обращая внимания на то, что я была до чертиков исцарапана и измотана — или на то, что я только что убила долбаного Билли, — я никогда ни с одним парнем не целовалась так страстно. Ну, не то чтобы я раньше целовалась со многими парнями, но ни один из них не был так хорош на вкус, как Джексон.

Жар разлился по моему телу, и я неловко поерзала. Как я могу быть возбуждена в такое время?

Джексон вцепился в чертову ручку так, что побелели костяшки пальцев.

Черт бы все побрал, он определенно заметил. Это означало, что Тони и Сэм тоже заметили. Я была возбуждена, пока мы ехали с мертвецом в багажнике. Мои щеки горели, и я мысленно выругалась.

Мне нужно было убраться подальше от этих проклятых оборотней.

Чтобы очистить свой разум, я сосредоточилась на выражении стыда и ужаса, которое увидела на лице Сэм, когда она застукала нас целующимися. Этого было достаточно, чтобы убить все желания, которые были у меня в голове.

Они все ненавидели меня.

Спустя десять бесконечно долгих минут показалась хижина Билли. Место было похоже на зону боевых действий. Сквозь деревья все еще пробивался дым, а на земле были разбросаны тела. Я отвела глаза. За последнюю неделю я увидела столько смертей, что мне хватило бы на всю жизнь.

Тони припарковался, и мы вышли из машины. Взгляд Джексона был прикован ко мне, но я смотрела вперед, молчаливая и холодная.

На крыльце появилась Реджина. Она обменялась взглядом с Джексоном, а затем напряглась.

— Кто это сделал?

Я предполагала, что Джексон только что сказал ей по волчьей связи, что Билли мертв.

— Я, — огрызнулась я. — Я убила его и сделала бы это снова. Он был психопатом.

Мои слова хлынули потоком. Я просто так устала от того, что все молча разглядывали меня и обвиняли в его смерти. Чего они ожидали? Он собирался либо убить меня, либо передать в руки еще большего психа.

Я вздрогнула, и внезапно меня снова затошнило. Билли был чертовым монстром. Может, моя семья и довела его до этого, но это не дало ему права наступать. Зло есть зло.

Реджина метала в меня яростные взгляды, пока я поднималась по парадной лестнице. Протиснувшись мимо нее, я открыла сетчатую дверь и шагнула в комнату. Я пришла сюда за ответами о том, кто за мной охотится, и я собиралась получить их с их помощью или без нее.

46

Саванна

Я вошла в комнату Билли, Джексон и остальные следовали за мной по пятам.

Запах сигарет обжег мне нос. Карты и газетные вырезки были прикреплены к стенам темной гостиной. Кроме стола и покрытого пятнами белого дивана, здесь не было никакой мебели, хотя я заметила канистры с аконитом, сложенные в углу, и груды оружия, разбросанного повсюду.

Это был склад. Оружейный склад.

Мой пульс участился, когда я обвела взглядом стены. Здесь должна была быть зацепка, указывающая на колдуна…

Я застыла.

К деревянным доскам была приклеена серия фотографий. Кейси, тетя Лорел, дядя Пит и множество людей, которых я не знала, все они были расположены в таблице, похожей на генеалогическое древо. Недавно была добавлена фотография, на которой я ем в «Эклипсе», и страх погреб меня под собой, как лавина.

Слова Билли, сказанные ранее, эхом отдавались в моей голове: Мы перебьем их всех.

— Что это? — Пробормотала я, переводя взгляд на полдюжины планов домов и карту Индии.

Я предположила, что Билли насмехался надо мной, когда сказал: «Ты их погубишь». Я никогда не думала, что у него действительно был тщательно продуманный план по уничтожению всех нас до единого.

Я сорвала со стены свою фотографию и повернулась.

— Ты знал об этом? — спросила я.

Джексон уставился на планы Билли, выражение его лица посуровело. Он провел рукой по волосам.

— Черт.

— Я спрошу еще раз, — огрызнулась я. — Кто-нибудь из вас знал, что Билли планировал уничтожить всю мою семью?

Я вглядывалась в их лица в поисках ответов, но Тони и Сэм выглядели смущенными и избегали моего взгляда. Реджина была единственной, кто уставился на меня с холодным выражением лица.

Гнев и предательство кипели во мне. Эти волки не были моими друзьями. Если Билли говорил правду, то члены их стаи планировали использовать меня — каким-то образом — чтобы убить ЛаСаль.

— Мы не знали. Мы знали, что он ненавидит ЛаСаль, но я никогда… Я никогда не представлял себе этого, — сказал Джексон.

Его голос был ледяным и резким. Он говорил правду, но это еще ничего не исправляло.

Мне хотелось закричать, разнести хижину вдребезги.

— Как ты мог допустить, чтобы это произошло? Как ты мог не знать? Я была рядом с Билли… Черт, мне повезло, что я осталась жива! Ты должен был знать, как сильно он ненавидел меня и мою семью.

— Стоит ли удивляться? — Возразила Реджина. — Твоя семья убила его жену. Они были истинной парой. Ты не можешь оправиться от этой связи. Они сломали его.

Она встала перед дверью, сжав кулаки и пристально глядя на меня.

— Вы все так сильно ненавидите мою семью, что просто закрываете глаза на то, что явно происходило?

— Следи за своими словами, — сказала она. — Никто понятия не имел, что все так плохо и что он планирует.

— Это моя вина, — вмешался Джексон, поднимая канистру с аконитом. — Я должен был догадаться. Но когда кто-то является твоей семьей, легко закрывать глаза на их недостатки. Ты знаешь это не хуже других, Саванна.

По моей шее пополз жар.

— Что ты хочешь этим сказать?

Я знала, что он имел в виду — что моя семья — монстры, которые убили его сестру, и что я не против этого. Но это произошло много лет назад, и у меня не было полной истории.

Реджина скрестила руки на груди.

— Это значит, что здесь никто не виноват. Не ты, конечно.

— В чем я виновата? Я обслуживала столики и занималась своими делами, когда появились оборотни и попытались убить меня!

— Верно, а потом ты начала убивать оборотней. — Она повернулась к Джексону. — Одним из которых был твой шурин.

Реджина действительно обвинила меня в том, что я сопротивлялась?

— В целях самообороны! Ты с ума сошла? Билли напал на меня и собирался либо убить, либо передать какому-то психованному колдуну крови, чтобы тот завершил свой план убийства моей семьи. Здесь я жертва, а не Билли, и уж точно не тот социопат, которого я убила в Бальмонте.

Тело Реджины задрожало, и она опустила брови.

— Тебе не обязательно было приходить сюда. И тебе не обязательно было преследовать Билли в одиночку. Это было делом Джексона, делом стаи, но ты сунула свой нос туда, где ему не место. Еще раз. Ты сделала свой выбор и убила одного из наших волков, так что ты должна предстать перед судом стаи по Старым Законам.

Ее угроза ударила меня прямо в челюсть, и я вздрогнула. Этого не должно случиться.

— Ты права, — парировала я. — Возможно, кто-то должен предстать перед судом за все это. Билли планировал эти похищения и убийства, и у него была помощь. Возможно, мне следует позвонить в Орден прямо сейчас и сообщить им, что я узнала о ваших операциях. Сообщить им о причастности стаи к этим преступлениям.

Реджина выпустила когти, и ее глаза сверкнули.

— Теперь ты угрожаешь всей нашей стае, ЛаСаль?

— Хватит! — Голос Джексона прогремел по комнате и заставил нас всех отпрянуть. — Суда над Саванной не будет. Или над стаей. И, насколько известно всем, кто не входит во внутренний круг, это я убил Билли. Никогда больше не заговаривайте о роли Саванны в этом деле.

Он бросил на нас с Реджиной взгляд, от которого мы застыли на месте. Его альфа-сила распространилась на меня, заставляя мой пульс участиться, а ладони вспотеть. Я оторвала от него взгляд, еще больше разозлившись из-за того, что он произвел на меня такое впечатление.

Впрочем, я была не единственной. Реджина подчинилась, и Сэм с Тони опустили глаза. Я почти ощущала вкус коктейля страха и покорности, который смешивался в воздухе комнаты.

— Я полагаю, вы трое уже обыскали хижину. Есть какие-нибудь указания на то, с кем работал Билли? — Джексон спросил своих волков.

— Никаких. Он держал в секрете отношения со своим партнером. Здесь нет ничего, кроме его планов относительно ЛаСаль, — сказала Сэм, глядя на меня.

Разочарование смешалось с моим гневом, и я почувствовала, что вот-вот взорвусь. Мне нужно было выбираться отсюда. Вернуться в Мэджик-Сайд, чтобы я могла предупредить Кейси о том, как близко стая подошла к тому, чтобы уничтожить всю его семью. Мою семью.

Я подошла к двери и обошла Реджину, которая уставилась на меня.

— Я ухожу.

Хлопнула сетчатая дверь, когда Джексон вышел вслед за мной.

— Куда ты идешь?

Я поспешила вниз по деревянным ступенькам, пытаясь увеличить расстояние между нами.

— Обратно в Мэджик-Сайд. К моей семье. Как можно дальше от вас.

Я не была уверена, как вернусь туда. Может быть, я угоню джип Тони.

— Это небезопасно. Колдун все еще на свободе, и в стае могут быть другие, кто охотится за тобой. Ты должна остаться со мной на землях стаи.

Я повернулась к Джексону. Он был в нескольких дюймах от меня, и его хвойный аромат затуманил мои чувства. Боже, почему от него так приятно пахнет? Я оторвала взгляд от его губ. Как он мог так на меня повлиять, когда я знала, насколько он опасен? Когда он презирал меня такой, какая я есть? Когда он стыдился меня?

Мои щеки вспыхнули.

— Нет. И не вешай на меня эту чушь про альфу. Я помогла тебе выяснить, кто стоит за похищениями, и теперь с меня хватит. Держись от меня подальше, Джексон, и приструни своих волков.

Скрипнула сетчатая дверь, и я заметила, что Сэм, Реджина и Тони стояли на крыльце и наблюдали за нами.

Глаза Джексона сузились, и его тело напряглось. Страх ударил меня, как кирпич, и я сделала шаг назад, молясь, чтобы его волк не вырвался наружу.

Что-то промелькнуло на его лице, и было похоже, что он собирался что-то сказать, но потом передумал.

— Сэм, проследи, чтобы Саванна благополучно добралась домой.

Мои плечи расслабились, и я прерывисто вздохнула. Я видела это снова и снова, и я не могла позволить себе забыть это — под суровой внешностью Джексон также был монстром.

Тони вручил Сэм ключи, и она направилась к джипу, бросив на меня взгляд через плечо, когда скользнула на водительское сиденье.

Я бросила последний взгляд на Джексона и повернулась, забирая свою сумку из его машины. Его гнев был осязаем, и его глаза прожигали мне спину, посылая мурашки по спине. Моя грудь сжалась, когда я забиралась в джип, но я не оглянулась.

Я пристегнула ремень безопасности и почувствовала на себе взгляд Сэм.

— Что?

Она завела джип и сделала погромче радио, чтобы Джексон и остальные не могли нас слышать. Из динамиков донеслась песня Тома Петти — «Ты разрушает меня» и я беззвучно выругалась.

— Я видела вас двоих в лесу, — сказала она. — На этом все заканчивается. Вы с Джексоном никогда не сможете быть вместе. Это сломило бы его и разорвало бы стаю на части. Понимаешь?

Мои щеки вспыхнули.

— То, что ты увидела, было ошибкой. Сгоряча. Между мной и Джексоном ничего нет, понятно?

— Хммм. — Она выгнула бровь. — Еще один совет: никому не рассказывай об этом и просто держись подальше.

Глубокая боль поселилась у меня под ребрами, и я не могла не почувствовать смущение Джексона из-за того, что Сэм видела наш поцелуй.

Мои чувства к Джексону — какими бы они ни были — затуманили мой разум. Джексон был опасен. Оборотни были опасны. Тот факт, что он мог вселить в меня такой ужас одним взглядом, был знаком сам по себе.

Мне нужно было убраться от него как можно дальше.

Когда джип запрыгал по грунтовой подъездной дорожке, я посмотрела в боковое зеркало. Джексон стоял под фонарем на крыльце, сжав кулаки и глаза горели медово-золотым цветом.

Я оставила прекрасного хищника у себя за спиной.

47

Саванна

— Ты в порядке? — Кейси взглянул на меня, когда мы остановились перед автомастерской.

Вчера вечером я вернулась к ЛаСаль. Они заставили меня выпить одно из целебных снадобий дяди Пита, и после этого меня так затошнило, что я легла в постель и провалялась в отключке до полудня. Кошмары о волках, кровавых демонах и колдуне заставляли меня ворочаться с боку на бок, и я чувствовала себя еле живой, когда просыпалась.

— Ага. Прекрасно и щеголевато, — солгала я.

Я сделала глоток латте, наслаждаясь ощущением на языке, которое смутно напомнило мне облизывание клемм батарейки, но при этом было удивительно вкусным.

Мы остановились в «Волшебных Землях», потому что Кейси сказал, что я похожа на зомби, на что я ответила: Чего ты ожидал? Оказавшись там, он настоял, чтобы я попробовала фирменный напиток кофейни «Джамп-стартер».

Кофеин заструился по моим венам, или, может быть, это было волшебство, потому что я внезапно почувствовала себя полной кипучей энергии. Я выпрыгнула из машины и вздохнула, когда солнечные лучи согрели мое лицо.

Ситуация была ужасной, возможно, даже более ужасной, чем когда я прибыла в Мэджик-Сайд пять дней назад, но светило солнце, и ко мне возвращалась моя ярость. Это были достаточные причины для счастья.

Раздался голос, когда мы вошли в тень мастерской.

— Привет, красавчик!

В поисках источника звука я обнаружила привлекательную женщину с рожками и хвостом, улыбающуюся Кейси.

— Зара в гараже.

Я внимательно осмотрела ее, когда она вошла в офис, помахивая хвостом.

— Кто это? — Пробормотала я.

— Это, моя дорогая, Рейн. Самая горячая дьяволица в городе. — Кейси ухмыльнулся, наблюдая, как она исчезает в мастерской.

Я дважды моргнула, глядя на него, и подавила смешок. Не потому, что с Рейн было что-то не так — она была чертовски сексуальна, — а потому, что Кейси выглядел влюбленным.

— Давай, Ромео, прокатимся на моей машине, — сказала я, хлопая его по плечу.

Зара лежала под машиной на красном коврике на колесиках для механика, ее ноги торчали из-под переднего бампера. Мои глаза округлились от шока. «Фьюри» никогда еще не выглядела так хорошо. Ее темно-красновато-коричневая окраска выглядела так, будто ее отполировали, хотя на капоте все еще были видны следы когтей. Я решила, что они добавляли ей характера.

— Как дела, Зар? — Спросил Кейси, громко постучав по капоту моей «Фьюри».

Я бросила на него сердитый взгляд, когда Зара выкатилась из-под машины.

— Привет, вы двое. Ваш ребенок готов к рождению, — сказала она мне. — Я просто все перепроверила. Было слишком много работы и мало времени.

Когда она встала и вытерла испачканные руки о тряпку, я разглядела ее наряд: серые узкие джинсы, черный укороченный топ и байкерские ботинки. Пятно масла на ее лбу довершало образ. Она была красива в байкерском стиле, и я была уверена, что она могла бы надрать кому-нибудь задницу этими ботинками.

Казалось, что она сделала гораздо больше, чем просто установила волшебный регулятор, и она была не из тех, кто раздает вещи бесплатно. Беспокойство скрутило меня изнутри.

— Сколько я тебе должна за…?

Я даже не знала, что она такого сделала. Что, если я не смогу заплатить за это? Она просто оставит мою машину себе?

— Твой счет оплачен, — сухо сказала Зара.

— Что? Как? — В голове у меня все перемешалось, но я знала ответ, как только спросила. Джексон, чертов Лоран. Так и должно было быть.

— Джексон заплатил. Он сказал мне не говорить тебе и просто сказать, что я починила ее бесплатно, но это создало бы плохой прецедент. Я не даю скидок друзьям, поэтому, если тебе нужно сделать больше, тебе придется заплатить полную цену. Втрое больше, если мне придется сначала угнать машину.

— Конечно, он заплатил, — прошипела я, чувствуя, как мое лицо исказилось. Я не была против подачек — черт возьми, я была бедной и в настоящее время безработной — но не от Джексона. По какой-то причине он не мог оторвать свои назойливые лапы от моей машины. Я уже знала, что это был просто еще один способ, которым он снова проник в мою жизнь, чтобы проявить свою власть надо мной.

— На самом деле я бы хотела заплатить за это сама, — сказала я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно.

Зара приподняла бровь и нахмурилась.

— Невозможно. Деньги уже внесены, и я не хочу, чтобы стая что-то вынюхивала здесь. Я натерпелась от волков, и хотя в спальне они — настоящий динамит, они — ублюдки.

Образ Джексона в моей спальне промелькнул в моей голове, и мои щеки вспыхнули.

Кейси ухмыльнулся.

— Не бери в голову никаких мыслей, сестра. Я думаю, на тебе и так достаточно шрамов.

Пока он хихикал, я боролась с желанием заползти под свою машину и умереть.

Зара рассмеялась и убрала свой набор, пока я пыталась восстановить самообладание.

Ладно. Пусть он заплатит. Джексон был мудаком, и он протащил меня через ад и обратно, так что я могла бы выжать из ситуации все, чего она мне стоила. И на самом деле, я просто хотела свою машину. Я бы побеспокоилась о деньгах в другой раз.

— Что ты вообще сделала?

Зара бросила мне ключи.

— Я починила разбитую заднюю фару и заменила транзистор. Эта малышка классическая и крепкая, как гвоздь, хотя, когда я привезла ее сюда, я была удивлена, что она вообще может бегать. Так было до тех пор, пока я не открыла капот. Ты наложила на нее какие-то злые чары.

— Подожди секунду, что? — Я уставилась на нее.

— Ты не знала? — рассмеялась Зара. — Посмотри на это.

Она открыла капот и достала маленький фонарик, который засветился фиолетовым, когда она включила его. Она посветила им на мой двигатель, и везде, куда падал свет, появлялись линии крошечных светящихся символов, бегущих по деталям, как мелкие печати на бутылочках с лекарствами.

— Что это? — спросила я.

— Кто-то наложил на твой двигатель какие-то убийственные заклинания, которые поддерживали его работоспособность. Честно говоря, без них она много лет назад превратилась бы в груду металлолома.

Кровь отхлынула от моей головы, и мир закружился.

— Моя машина… с магией? Джексон установил это?

— Не-а. Волки используют только вторичное дерьмо. Это ритуал. Действительно олдскульный и немного навязчивый. Например, я думаю, что с этим даже не обязательно иметь работающий карбюратор. — Зара указала, ее голос был явно озадачен.

— Дай-ка я посмотрю. — Кейси выхватил фонарик из рук Зары и перегнулся через капот. — Ого. Какие трудные заклинания! Действительно точные. Они напоминают мне мамин… — Он встал, ударился головой о капот и выругался, но потом прояснил мне. — Черт, Саванна. Держу пари, твой папа заколдовал твою машину. Насколько это мило?

Я покачала головой, пытаясь отогнать шок.

— Но моя мама была механиком. Мы часами работали над ней вместе. Мой отец говорил, что едва ли знает, как защитить квартиру.

Улыбка Кейси растянулась от уха до уха.

— Да, ну, я думаю, он возился с ним, пока ты не видела.

Мой отец проводил много времени в одиночестве в гараже. Я думала, это потому, что ему нравилось громко ругаться в телевизор, когда играли «Медведи».

— Святое дерьмо.

Мой двоюродный брат похлопал меня по спине.

— Похоже, твои родители оба вложили частичку себя в твой путь. Это действительно круто.

Мне вспомнились слова дяди Пита, сказанные тогда, когда я помогала ему варить зелье провидения. Колдуны вкладывают в свою магию душу, вот почему они редко раздавали зелья или чары. Это означало, что мой отец оставил много своей души в моей машине. И после стольких часов совместной работы над ней с моей мамой, она сделала то же самое.

Как и я.

Зара закрыла капот и забрала фонарик у Кейси, который начал осматривать другие вещи в мастерской.

Я вытерла слезу, скатившуюся по моей щеке. Я чертовски сильно скучала по ним, и мне хотелось, чтобы они доверились мне и подготовили к жизни в этом причудливом мире, прежде чем уйти.

Я провела пальцами по «Грант-Фьюри» с вновь обретенным чувством удивления. Казалось, даже когда их не было, я никогда не была совсем одна. Не до тех пор, пока у меня была моя машина.

Смахнув влагу с глаз, я повернулась к своим новым друзьям.

— Итак, кто хочет покататься?

— Черт возьми, да. — Глаза Кейси загорелись. — Счастливый час в Кухне Хорхе начинается через двадцать минут. Лучшие начос к югу от Мидуэя и разливное пиво. Кроме того, за нашим столом есть группа, которая поет скандальные песни.

Я рассмеялась.

— Значить Хорхе.

Он хлопнул в ладоши.

— Я покупаю первый круг. Ты идешь с нами, Зар?

Зара вздохнула, как будто поездка с нами выбила бы ее из колеи.

— Конечно. Технически, это должен был быть мой выходной, так что я свободна на несколько часов. Но никаких рюмок с текилой. — Ее взгляд метался между Кейси и мной. — Когда мы были там в последний раз, твой умник кузен выплеснул текилу себе в нос и устроил драку в баре с шайкой вампиров-байкеров.

Зная Кейси всего неделю, я и не ожидала ничего меньшего. Мы определенно были родственниками.

— Звучит интересно. Давай посмотрим, в какие неприятности мы можем влипнуть сегодня.

— Будет чертовски весело, — сказал Кейси, садясь на переднее сиденье. Зара покачала головой и выругалась, но все равно запрыгнула на заднее сиденье, в то время как я скользнула вперед.

— Эй, ты умеешь кататься на роликах? — Зара подняла мои старые роликовые коньки за шнурки.

Кейси рассмеялся, а я покраснела, вспомнив свое детство, которое стало преследовать меня.

— Я довольно хорошо умею не падать ниц.

— Черт возьми, да. — Она отбросила ролики. — У меня есть для тебя два слова. Гонки на роликах.

Я подняла брови.

— Роллер-дерби?

Она лукаво усмехнулась мне.

— Да. В эту пятницу. Кроме того, ситуация изменилась. Это будет обсуждаться за рюмкой текилы. Поехали.

Мои руки были влажными от предвкушения, когда я вставляла ключ в замок зажигания.

Я закрыла глаза.

Пока мои друзья болтали, я думала о своих матери и отце, которые так старались защитить меня от этого мира. И хотя они никогда ничего мне не говорили, учитывая все обстоятельства, они справились довольно хорошо.

Безликий монстр все еще охотился за мной, но мы закрыли его организацию в Висконсине и вернули троих похищенных живыми. В новостях не будет никакой новой Мэдисон Ли, и это была победа.

Я глубоко вздохнула. Сегодняшний день был посвящен тому, чтобы вернуть свою машину и быть счастливой. Завтра я займусь оставшейся частью своей жизни.

Я повернула ключ зажигания, и двигатель заурчал. Чистая радость пронзила мое сердце.

Мое детище ожило.