Библиотека :)

Мой Истинный Дракон – Монстр! 642K - Хэля Хармон (скачать epub) (скачать mobi) (скачать fb2)

Хэля Хармон Мой Истинный Дракон – Монстр!

Пролог. Чужая постель

Эстер

Распахиваю глаза.

Первый порыв – закричать.

Но у меня из горла выходит только удивлённое сипение.

Воспоминания о том как я, дочь Ректора Магической Академии, племянница самого́ Правителя попала в чужую постель – отсутствуют от слова “совсем”.

Нет, такое не запрещено ни законом, ни родителями и, учитывая моё происхождение – “разбитное” поведение едва ли разгонит толпу моих потенциальных женихов, но…

Я так не делаю!..

Хотя и возникает периодически желание заполнить хоть бы чем… шалостями, диковатыми выходками – дыру, зияющую в моей душе.

Я дожила до двадцати лет с непонятной хандрой. Хотя жаловаться не на что. Идеальные условия, идеальные родители, высокий уровень магии, равное расположение к чёрной и белой ворожбе…Полная чаша. Радуйся – не хочу.

А в душе́ скребёт. Будто я живу без какой-то очень важной детальки.

Или не свою жизнь вовсе…

Но когда влипаю в происшествия – тоска ослабевает. Так что влипаю я достаточно часто.

Но ради"борьбы с хандрой" я бы в такие происшествия точно бы не влезла!

Чужая постель – перебор!

Рывком сажусь на широкой кровати, быстро осматриваю себя под одеялом. Голая.

Чуть не скулю от осознания этого факта.

Но хотя бы одна в кровати, хотя… тут на чудо надеяться не приходится: простынь и подушки рядом со мной характе́рным образом примяты.

И, наконец, беру себя в руки. Нервно запускаю пальцы в свою копну каштаново-рыжих волос. Массирую голову. Немного помогает собраться с мыслями и восстановить ровное дыхание.

Оглядываю место, в котором проснулось.

Окна распахнуты, полупрозрачные серебристо-серые занавеси танцуют на ветру. В комнату врывается прохладное пасмурное весеннее утро. За окном глухо грохочет – точно собирается гроза. Странно… а ведь погода должна была быть ясной.

Обвожу взглядом просторную комнату с высокими потолками.

Спальня, конечно, шикарная. Всё какое-то фундаментальное, как будто это храм иномирных богов, Драконьих , например, а вовсе не жилая комната… Наши друзья-ящеры, как известно, любят размах. И мебель здесь массивная, в бежево-серых тонах. Резные спинки в пляшущих серебряных декоративных завитках – похожих на белое танцующее пламя. Всё порождает ассоциации с грозой, бурей, холодным опасным небом и ветром.

И пахнет – тоже грозой.

А потом я осознаю, что слышу плеск воды. И раздаётся он вот из-за этой двухстворчатой двери. Там наверняка принимает ванну тот, кто примял постель рядом со мной. Тот, кто…

Снова касаюсь пальцами висков, в надежде восстановить ход событий, предшествовавших попаданию в чужую спальню.

Тщетно.

Плеск воды прекратился. И это заставило меня ускориться. Я вскочила на ноги. Сдёрнула с кровати одеяло, бегло осмотрела простынь. Ничего. Следов аморальной бурной ночи не нашла. Но могло ничего и не остаться. А может, всё случилось не здесь.

Мамочки…

Я даже не знаю, как он выглядит. Или знаю?..

Кажется, у него длинные густые светлые волосы, отливающие странным оттенком – как грозовая молния. Он высокий и мощный. Выражение мужественного лица мне представляется насмешливым. И у него наверняка есть вторая ипостась. Зверь. Но не Змей как у большинства способных к обороту в моей родной стране. Что-то другое.

Озарение выходит резким как пощёчина: Дракон!!!

Глава 1. Дракон!

Эстер

Да нет, какой Дракон? Их слишком мало в Моравии, я всех знаю в лицо…

Второе озарение – ещё чувствительнее первого: на мне нет браслета! Широкого плоского серебряного. Во всё левое запястье, который я ношу не снимая. Раз в год браслет меняют. Это мощный защитный артефакт и заглушка для зова .

Я знаю, что под браслетом серебристо-чёрные руны. Они проявились, когда мне было шестнадцать. С того момента меня не раз ловили бредущей в забытьи как сомнамбула в чащу магического леса, который обступал со всех сторон белоснежный замковый комплекс Магической Академии, где я жила. Ведь это не только лучшее учебное учреждение страны, но и личная резиденция моей семьи…

Мои попытки идти на непонятный зов заметили сразу. И вот уже четыре года сильнейшие артефакторы страны “глушат” руны, проступившие на моей коже, заряженными браслетами, периодически что-то “подкручивая” в настройках артефакта. Потому что ноги меня нет-нет да уносят в магический лес. Естественно не куда-нибудь – а в запретную секцию, над который вечно чернеют тучи.

Последний браслет мне надели на двадцатилетие, получается – чуть больше полугода прошло. А теперь артефакт куда-то делся, хотя он вроде как не снимается без специального ритуала…

Пока я стремительно собирала с пола и натягивала свою разбросанную одежду – нашла и оплавленные серебристые куски. Которые, без сомнения, были тем самым браслетом.

Я, как ни старалась, не могла взглянуть на окружающее пространство магическим зрением, не могла проложить Теневую тропу домой, ничего не могла. От этого я себя чувствовала ещё более беззащитной, чем от наготы. Такого – я вообще не помню.

Отчаянье. Безысходность. Ужас.

Да здесь всё запечатано!

И, не дав себе времени на размышления и аналитику, – просто сиганула в распахнутое окно. Приземлилась мягко, ведь я не человек. Второй этаж, хоть и высокий – это для меня не страшно.

Потом побежала по мокрой траве и холодной земле голыми ногами. Обувь я не нашла. Как и нижнюю сорочку. На дом я не решилась обернуться.

Развила скорость, что была за пределами способностей людей и большинства магов – магическое ускорение – часть моей родовой магии.

В небе громыхнуло.

Я уже почти уверовала в успех.

Но вдруг… упёрлась в кованную высокую ограду серо-серебристого цвета… заперто. Точнее… ворот здесь вроде как не предполагалось.

Сердце колотилось, в висках стучало…

Как? Как это?!! Где-то же должны быть ворота. Коснулась снова ограды – получила дрожащую ментальную картинку: огромный квадрат забора, в центре – дом, сад, лес. Ворот – нет. Никакого выхода нет…

Отпустила ограду.

Никакая магия не отзывается.

Это клетка… это… Паника была на подступи.

Я в отчаяньи прислонилась пылающим лбом к прохладным извитыми прутьям ограды.

Мысль металась, силясь найти выход. Может, я бы и смогла.

Сильные руки легли на мою талию. Кто-то очень мощный, высокий и горячий обнял меня со спины, заставляя прижаться лопатками к его широкой груди.

Да он же не одет! – отметилась то ли паническая, то ли восторженная мысль.

– Уже уходишь, Эстер?.. – низко прорычал мужской голос, от которого у меня вдоль позвоночника пробежали мурашки. Всё тело окатило жаром и тут же прошло. За исключением одного места – внизу живота так и осталось жарко, пульсирующе-тепло.

В эти слова, должно быть, незнакомец вплёл какое-то заклятье.

Затем мужчина мягко, но настойчиво развернул меня к себе, заставил посмотреть ему в лицо, ласково приподняв мой подбородок.

– Не молчи, Эстер. А, впрочем, как хочешь. Время есть. Ведь я тебя никуда не отпускаю…

Глава 2. Куда собралась?

Эстер

Стою, замерев напротив умопомрачительно привлекательного мужчины.

Точно я не Змея-оборотень, а какой-нибудь кролик.

В небе слышны далёкие приглушённые громовые раскаты. Трава под ногами мокрая. Позади – глухая ограда – впереди он. По сторонам меня обступил просторный дикий сад.

Бежать некуда. Да и бессмысленно. Ведь выхода с этой запечатанной магией территории нет.

Или ощутить его не в моих силах.

Его глаза… в которые меня деликатно, но всё-таки принуждает посмотреть этот мужчина с голым торсом… просто невероятные. Грозовые. Как серое небо. Светлые, опасные. Серебристо-белые волосы, отливающие цветом небесной молнии, рассыпаны по плечам. И, кажется, сла́бо поблёскивают, словно по ним пробегают едва заметные силовые разряды.

Слегка отодвигаюсь и продолжаю ошарашенно рассматривать мужчину. А он, удовлетворённо хмыкнув, молчит, позволяя мне это делать. Даже убирает руки от моего лица и чуть подаётся назад.

Невольно соскальзываю взглядом ниже. На рельефные мышцы груди и живота. Волевым усилием пытаюсь не смотреть ещё ниже…

Не смей, Эстер, не смей! Прекращай его разглядывать!

Но это сильнее меня.

Вокруг бёдер мужчины обёрнуто полотенце. Фух!..

– Снять? – насмешливо спрашивает незнакомец.

– Нет! – мой взгляд резко возвращается к “штормовым” глазам, – пожалуйста, не надо…

Голос звучит жалобно, моляще. Лишь где-то в глубине кроются нотки разочарования. Но я не готова признаваться себе в таком. Подумаю на досуге. Когда рядом не будет очевидно опасного красавца, который, не пойми как, приволок меня в свой дом.

Надо понять, как выбраться.

Но из-за этих глаз… этого тела, этого пронзительно приятного мужского запаха с нотками грозового воздуха мысль соскальзывает.

– Из-звините… – шепчу, окончательно сбившись.

– Ты узнаешь меня, Эстер? – серьёзно заглядывает мне в глаза мужчина, по-хозяйски кладёт руки мне на талию и вновь притягивает к себе чуть ближе.

Нервно отрицательно качаю головой.

А потом прислушиваюсь к себе.

В сознании нелепо перекатываются непоследовательные мысли. Обрывки вчерашнего вечера, моё сомнамбулическое хождение по магическому лесу. И почему-то скупые, но честные пояснения родителей про зов и метку на моём запястье. И имя Гидеон.

"Гидеон" – мои губы сами беззвучно произносят.

Он улыбается.

Но мне не очень нравится улыбка. Снисходительная. Какая-то… хозяйская.

Он словно чувствует, что мне неприятно и меняет выражение лица. Потом просто поднимает свою левую руку на уровень моих глаз и коротко демонстрирует метку на своём запястье. Узор как у меня. Только крупнее и оттенок немного иной: в нём играет более светлое серебро – как чешуя моего Зверя – моей второй Ипостаси.

Нервно сглатываю, и в моём сознании всё сходится.

Передо мной сейчас мой Истинный. Враг моего рода. Запертый в магическую ловушку-тюрьму сильнейшими магами этого мира ещё до моего рождения.

И я теперь в этой тюрьме с ним. (Как я сюда попала? Почему? Без понятия).

И выхода нет.

Нечего отрицать – он нравится мне – но это работа метки. Он неизбежно бы мне понравился. Каким бы опасным монстром он ни был.

Гидеон – Разрушитель. Дракон, пришедший к нам из другого мира, прорвавший завесу между реальностями. Дракон, из-за которого мы все чуть не погибли. Которого с больши́м трудом удалось лишить сил и запереть здесь…

Моя Истинная связь была известна родителям. И выводила мою мать – она всё искала способ от неё избавиться. А отец флегматично повторял, что мы всё равно этого не сможем. И вообще – это, мол, противоестественно. Надо оставить связь в покое.Но мама возвращалась к этой идее вновь и вновь…

Гидеон – имя, которое в нашей семье старались произносить как можно реже.

А све́дения о нём были только у избранных – Правителя, его семьи и ближайших доверенных лиц. Моя мать – младшая сестра жены Правителя, а отец – помимо того что Ректор Магической Академии, – ещё и лучший друг и правая рука Правителя. Так что я входила в оба эти круга избранных.

Да и магию Истинности мы,Змеи, уважали. Почти все. В общем, налицо был конфликт интересов.

Видимо, понимание на пару с узнаванием отразилось на моём лице.

Дракон удовлетворённо хмыкнул.

– Верно, Эстер. Я – Гидеон. Звёздный Дракон. Небесный Уравнитель. Для меня в этом мире придумано много поэтичных имён… Неважно. Важно – что мы с тобой Истинная пара. Такова воля Богов. Мы можем только её принять. Надеюсь, родители рассказывали тебе обо мне только хорошее…

– Старались, – хрипло выдохнула я, мелко дрожа всем телом, не в силах разорвать зрительный контакт с этим существом, – и, видимо, поэтому говорили очень мало.

Гидеон коротко захохотал, оголив белоснежные зубы с чуть удлинёнными хищными клыками. Затем настойчиво взял меня за плечо, заставил окончательно отклеиться от ограды, в которую я всё норовила вцепиться.

Дракон подхватил меня на руки, словно я ничего не весила.

Его кожа – обжигающе горячая, его запах – нравился мне настолько – что казалось, я могу неприлично застонать от удовольствия, а то и вовсе не надолго потерять сознание. А ведь он просто держит меня на руках!

Демонова магия Истинной связи! Никакой свободы воли!!! Я так не хочу!

– Куда мы? – запоздало вскидываюсь я, невольно обнимая почти голого мужчину за мощную шею.

– Назад в спальню, Эстер. Я не разрешаю моей жене сбега́ть из постели. На первый раз не наказываю. Потому что не предупреждал, но…

– Что?! – начинаю извиваться в руках Дракона в бессмысленных попытках освободиться, – нет! Так нельзя! Я вам не жена! Я вас впервые вижу!…

– Не лги, Эстер. Я приходил в твои сны почти каждую ночь последние пару лет.

Мельком смотрит на меня. В светло-серых глазах играют озорные лучики-молнии.

А я чувствую как жгуче краснею. Изначальная сила, а я думала, что вижу такие сны, потому что мне… как бы… пора замуж.

Дракон бархатисто смеётся. Надеюсь, он не читает мои мысли…

Продолжаю ошарашенно молчать, пока Гидеон заносит меня обратно в дом.

Двустворчатые тяжёлые двери с грохотом захлопываются позади нас.

Вот теперь – я во всех смыслах в ловушке.

Глава 3. Твоё место здесь.

Эстер

Гидеон занёс меня в спальню и аккуратно положил на постель. Я попыталась отползти к изголовью. Думала, отсижусь там, в подушках, подобрав ноги, а потом… потом… что потом?

Он сжалится? Ему надоест?

Вот уж вряд ли. Он сидит здесь один больше двадцати лет, между нами Истинная связь, так что… едва ли я выйду из этой спальни невинной.

Тяжело шумно вздыхаю.

Не так я себе это представляла.

Да, он привлекателен. Но я действительно вижу его впервые. Вот так, глаза в глаза.

А может… заплакать?

Я слышала, это может сработать. Попыталась, но не плакалось как-то. А Дракон стоял, небрежно опершись о витую колонну кровати светлого дерева. Извитую. Похожую на танцующий смерч. Гидеон скрестил руки на груди и выжидательно на меня смотрел. Потом закатил глаза:

– Ну хватит, Эстер.

Он медленно хищно опустился на постель, затем просто схватил меня за щиколотку и потащил в направлении изножья огромной кровати. И вот я уже не сижу, сжавшись в комочек где-то на подушках, а лежу на спине примерно на том же месте, на котором проснулась. Гидеон мягко навалился сверху.

Горячее крепкое тело, терпкий запах грозовой свежести. Не человек. И даже не Дракон. Стихия.

– Смотри на меня, Эстер.

Невольно подчиняюсь. Эти грозовые глаза. Меня в них словно затянуло. Мне вдруг представилось, что я одна в бескрайнем поле. Порывистый ветер гнёт к земле длинные травы, а у меня – лишь слегка развеваются волосы. А в сером небе формируется смерч. Прямо надо мной. Бежать некуда да и поздно. Новорождённый смерч опускается с небес прямо на меня. Я зажмуриваюсь, а когда открываю глаза – я уже в его центре. Попала в безветренный “глаз бури” – в центре воронки смерча. Вокруг меня пугающие воздушные потоки ходят по спирали, по ним пробегают редкие иссиня-белые молнии. Но надо мной очерченное ровным кру́гом ясное лазурное небо. Здесь штиль. Маленький рай, окружённый разрушительным клокочущим адом.

Глаз бури расширяется. Теперь это небольшая полянка вокруг которой неистовствует природа. От воздушного потока отделяется фигура.

Гидеон соткался из смертоносных воздушных потоков в сиянии молний. Больше чем магия. Как-то это… божественно.

Гидеон в чёрно-серебристых старомодных одеждах, отдалённо напоминающих парадную форму легионеров Тьмы. Каждая деталь подчёркивает мощь мужского тела, силу.

Я задыхаюсь от стихийного притяжения. Оттого что на меня неотрывно смотрят опасные серые хищные глаза, от лёгкой полуулыбки, от тяжести и тепла рук Дракона, что легли только что на мою талию.

– Вот так Эстер, – шепчет Гидеон, а его руки скользят по моему телу, от талии в вверх – по спине, на шею, легко сдавливая, показывая, что владеет , но не причиняя боли. И снова вниз, едва касаясь груди – снова на талию, ниже на бёдра…

– Ах!.. – тихонько вскрикиваю от неожиданности, и сердце вмиг разгоняется, когда Дракон крепко прижимает к себе, приподнимает, подхватив меня пониже спины. Так что наши лица оказываются на одном уровне.

– В сердце шторма безопасно, Эстер. Видишь, тебе не надо меня бояться.

Гидеон неожиданно нежно и острожно прижимается к моей шее горячими губами. Контраст между его бессовестными руками, изучающими меня везде и нежными опаляющими губами, которые словно просят разрешения.

– Как ты хочешь Эстер, так? – Дракон развратно сжимает мои ягодицы, заставляя жар желания отчаянно пульсировать внизу моего живота, – или так?.. – и Дракон очень деликатно касается моих губ не вторгаясь. Лишь слегка ласково прикусывает мою верхнюю губу и дальше не идёт. От этого в моей груди рождается распирающее нежное тепло.

Заглядываю в глаза Гидеона. И снова это насмешливое выражение. Снова смотрит, как будто он мой хозяин.

Тогда тепло из груди уходит, а жар внизу живота обостряется.

– Что-то тут не так, – выдыхаю я, прикрывая глаза, позволяю Дракону удерживать меня на весу одной рукой пока другая – блуждает по моему телу, обозначая, что всё здесь принадлежит ему, Дракону, – прошу тебя…

– О чём просишь Эстер? – голос Гидеона сейчас звучит как мурлыканье дикого лесного кота.

Я промаргиваюсь.

И понимаю, что нет никакого поля и "глаза бури".

Я лежу на кровати под Гидеоном. На Драконе из одежды по-прежнему лишь полотенце… А может, нет и его… А на мне сейчас только длинная расстёгнутая рубашка. Дёргаюсь, когда рука Дракона проскальзывает под неё. И вот Моя обнажённая грудь – уже в его ладони. Каждое нежное сжатие – новая волна тепла над лоном.

Я накрываю своей ладонью руку Дракона, что сминает мою грудь. Я определённо не так это себе представляла.

– Мне страшно, – выдаю умоляющим дрожащим шёпотом, – Я не помню, как здесь оказалась. Я боюсь, что не смогу выйти… Я…

О, а вот теперь пустить слезу получается.

Гидеон слегка приподнимает мою голову над подушкой, поддерживая под затылок. Невесомо касается моего лица губами, выпивая слезу. И страх "выпивает" вместе с ней. Удивлённо хлопаю глазами.

– Что так удивляешься, Эстер? Что я не полностью обессилен своими тюремщиками и ещё способен к простейшей чёрной магии? Или что желаю лишить страха свою Истинную?

– Я хочу, – невпопад отвечаю я, – по-настоящему тебя не бояться. А не потому, что ты исправил это магией. Хочу, чтобы рассказал, как выйти за пределы магического контура. Хочу доверия. Чтобы ты позволил мне уйти и вернуться. По своей воле.

– Как много желаний, – усмехается Гидеон, и рука так и замершая на моей груди снова мнёт её, то обходит пальцами широкое основание, то захватывает полностью горчей ладонью, – ты знаешь, что я здесь заперт.

– Да, об этом я слышала. Но… выпустить меня ты ведь можешь?..

Дракон замирает. Вот это – действительно пугает. Затишье перед бурей.

– Чтобы ты ушла и не вернулась? – вдруг зарычал Гидеон, его рука прекратила терзать мою грудь и жёстко легла мне на горло. Я вся сжалась под этим мощным хищником. За распахнутым окном засверкали молнии, загрохотало, и начался неистовый ливень.

Я тут же схватила двумя руками Дракона за запястье. Ему ничего не сто́ит сломать мне шею. Но он просто держал, не давил, не препятствовал дыханию. А штормовые глаза были холодны и злы.

– Почему… – сипло шепчу я, от неожиданности, – почему ты решил, что не вернусь?.. Ведь меня тянет. Я знаю про Истинность…

– Будет новый браслет, – рычит Дракон, вжимающий меня своим телом в кровать. Но в его голосе я теперь слышу намного больше боли, чем ярости, – Будет ещё один год без тебя. И ещё. И ещё. Они до одурения будут надевать на тебя артефакты, а я буду сходить с ума в этой ловушке. Так что нет, Эстер. Твоё место здесь. Привыкай.

Глава 4. Беги!

Эстер

Сначала я затаилась. Лежала тихо как мышка. Не понимаю, сколько времени прошло после вспышки гнева Гидеона.

Дракон позволил мне мягко вывернуться из его объятий. Лёг на спину, на подушки и слепо уставился в потолок, словно впал в транс. А я медленно приблизилась, как будто я заперта с хищником в клетке. (Как будто я сама не хищник!)

Осторожно устроилась рядом, положила голову на плечо своего Истинного. Он не возражал. Только запахнула рубашку, одеваться не стала. От Драконов нельзя закрываться, их это бесит. Читала. Слышала. А этот мой Дракон ещё диковат и малость озверел от одиночества.

Я думала, он забыл, что я здесь.

А потом вдруг почувствовала, что Гидеон медленно и осторожно гладит мои волосы. И пока его рука ласково меня касается, я медленно вспоминаю вчерашний день. Затем вечер. Память неохотно заполняет чёрные лакуны:

Я бреду по лесу одна, меня тянет!… Чернота. Я набредаю на незримую ограду. Меня поливает хлёсткий холодный дождь. Я не схожу с места. Бьюсь в истерике. Царапаю кожу вокруг браслета-артефакта. В конце концов, просто начинаю тоненько выть… Молния бьёт в землю рядом со мной. На миг мне становятся видны витая металлическая ограда и светло-серый особняк за ней…Под следующую вспышку я успеваю просунуть руку между прутьями ограды. БОЛЬ. Снова Чернота. Горячая сильная рука втаскивает меня на территорию… Одежда на мне дымится… браслет частично… испаряется?!!..Чернота… дальше горячие успокаивающие объятия и я так естественно сплетаю своё тело с телом этого мужчины. Просто так очень удобно спать. Это виде́ние преследовало меня в предрассветных грёзах тысячу раз. Всё было так знакомо. Так естественно. И в последний раз я погрузилась в темноту с лёгким сердцем, вдыхая запах грозы полной грудью. На улице шёл дождь. А значит, я буду спать крепко…

Мне нужно всё обдумать дома. Обсудить. С папой, например. Маме лучше не рассказывать.

А я, кажется, начала дремать… Так и лежала почти голая, уютно угревшись на горячем плече дракона, вдыхая его запах. Слушая шум дождя и далёкие громовые раскаты за окном.

И вдруг Гидеон заговорил:

– Ты ведь не вернёшься ко мне, Эстер. Максимум вместо тебя явится Серебряный Змей. Принесёт мне ещё один твой портрет. На котором ты уже на год старше. Но я не согласен на портрет, Эстер.

Почему-то мелькает мысль: мама не знает, что папа носит Гидеону мои портреты. Вот она бы ему устроила…

– Почему улыбаешься, Эстер, – хрипит Гидеон, словно раненый зверь, – нравится когда я такой? Злой и хватаю тебя за твою хрупкую шейку?..

Я невольно касаюсь кончиками пальцев шеи. Он давно отпустил её. Но кожа горит, как будто помнит его прикосновения. Он держал жёстко, но осторожно. Насчёт “понравилось ли мне”… может, и да. Что-то в его руке на моей шее однозначно было. По крайней мере, плотское желание, когда он взял меня за горло, – однозначно усилилось. Но в этом я ему, конечно, не призна́юсь.

Вот только моя улыбка стала чуть шире. А брови Дракона удивлённо поползли вверх.

Кажется, он понял?! Надеюсь, это просто моя выразительная мимика, а не полное отсутствие ментальной защиты.

Кажется, настроение у него чуть улучшается. Дождь стал тише. Гром глуше. Ветер за окном не сгибает пополам деревья. Я уютно двигаюсь Дракону под бок, и теперь касаюсь его всей поверхностью тела. Опасно . Но интуиция подсказывает мне, что так правильно.

– Значит, хочешь покинуть своего Истинного, Эстер, – холодно заключает Дракон.

– Я не хочу, чтобы ты страдал, – тихонько отвечаю, беру Дракона за руку (Изначальная сила, как же всё странно!!!), сплетаю свои пальцы с его. Второй рукой ласково поглаживаю тыльную поверхность его крупной кисти, – Правда. И артефакт, заглушающий зов больше не надену. Обещаю. Без моего согласия его надеть нельзя…

Ложь! какая же это ложь! Вот сейчас и узнаем, читает он мои мысли или нет, но иначе ведь не выпустит…

– Я вернусь, Гидеон. Но… не хочу, чтобы в беспамятстве. И как-то… скомкано. Позволь мне это…

Я разговариваю с ним убаюкивающим голосом. Драконы отличаются от Оборотней-Змей. Они вспыльчивее. Они хуже продумывают последствия. Их зверь – не мудрый советчик, и бывает эм… слегка непоследователен.

Но у моей семьи есть близкие друзья. Одна супружеская пара. Муж-Дракон и жена – белая волшебница. В той семье муж-Дракон “пылит” довольно часто. Так что я сейчас без зазрения совести копирую интонации многоопытной жены Дракона, которые взяла на заметку во время их визитов.

И с удивлением вижу, что это работает!

– Отпущу, Эстер, – наконец выдыхает Гидеон, – но вечером вернёшься.

Чудом удерживаюсь от громкого выдоха облегчения.

– И не обессудь. Мне нужны гарантии. – Гидеон коротко касается моего плеча.

Ай! Под его ладонью меня точно бьёт электрический разряд. На моём плече формируется узор – пульсирующий маленький рисунок, напоминающий россыпь небесных молний…

– Что это?!! – дёргаюсь и резко присаживаюсь на кровать.

– Полночь – крайний срок, Эстер. Не вернёшься, решишь закрыться артефактом или заклятьем – позову опять. И деликатничать не буду. И ты больше отсюда не выйдешь. И никто из твоих близких не зайдёт тебя навестить. Это ясно?

Медленно киваю.

Это совсем не то, что я хотела.

– Помнишь сны, в которых я приходил к тебе, Эстер? – вдруг резко меняет тему Дракон. Я недоумённо смотрю на него.

– Я думала это просто сны, Гидеон.

– И тем не менее.

– Помню.

– У меня есть ещё одно условие. Сделай то, что мне нравится. Как делала в тех снах. И беги. Пока я не передумал.  

Глава 5. Сделай то, что мне нравится

Эстер

– Что застыла, Эстер?

А я только глупо моргаю, заглядываю в серые смеющиеся глаза почти голого Дракона, что сидит напротив меня на кровати.

Затем он медленно откидывается на подушки. Теперь лежит, выжидательно смотрит на меня. Ему весело. А я – наверняка вся красная.

Послушно тянусь к полотенцу, в которое всё ещё каким-то чудом обёрнуты бёдра Гидеона. С намерением его снять. Пальцы дрожат. Буду внушать себе, что от страха, а не от предвкушения. Нерешительно касаюсь мужского тела, скрытого тонким полотенцем.

Гидеон вдруг ловит мою руку, прижимает как бы невзначай к своему паху.

– Эстер… – рычит Дракон, мы встречаемся взглядами. Теперь в нереальных глазах Дракона бушует ураган, – я не сомневаюсь, что ты будешь очень хорошей женой. В постели. Но я имел в виду другое.

Как это?! В смысле "другое"? – мой внутренний голос взрывается то ли обидой, то ли возмущением. А ещё мне немного стыдно.

Гидеон отводит мою руку от своего мужского о́ргана, который я уже успела подробно ощутить ладонью. И вкладывает мне в пальцы пузырёк с массажным маслом. Затем Гидеон перекатывается на живот, подставляет мне спину.

– Твой энтузиазм меня радует, дорогая Истинная. Но я имел в виду массаж.

Я медленно выдыхаю через нос. Я вижу Гидеона своими глазами от силы пару часов, а он уже играет на моих нервах как никто. Он ведь специально меня смутил. А значит, я отвечу…

Вот только представится случай…

Ох, не пожалеть бы мне потом.

***

Дракон лежит на животе, его голова чуть повёрнута набок. Штормовые глаза – блаженно прикрыты. Дождь за окном почти перестаёт, и я вижу, как солнечные лучи местами прорвали свинцовые тучи. Кажется, Дракон уже задремал. Но я не останавливаюсь.

Растираю мятным маслом его напряжённую мощную спину.

С удовольствием разминаю жёсткие мышцы вдоль позвоночника. Периодически Дракон удовлетворённо постанывает и на короткий миг коже местами покрывается твёрдыми белоснежными сияющими чешуйками.

Его Зверь тянется ко мне. Это взаимно.

Я сижу на спине Гидеона, как наездница. По-прежнему только в рубашке нараспашку.

Он красив. Меня влечёт. Я же не смогу от него отклеиться…

Вдруг мгновенье назад расслабленные мышцы под моими руками напрягаются. Я спешно слезаю со спины Дракона. Пытаюсь слезть.

– Стоять. – Гидеон перекатывается спину и вновь усаживает меня на себя сверху. Чтобы увидеть даже сквозь (так и быть) накинутое полотенце, как велико возбуждение Дракона, напрягаться не надо. И я пугаюсь.

Внушительный бугор в области паха Гидеона опасно упирается мне между ягодиц. Дракон с самым невозмутимым лицом жестом приказывает мне продолжать массировать с мятным маслом его грудные мышцы. Подчиняюсь.

– Тебе… – смешавшись начинаю я.

– Что, Эстер? – скучающим тоном интересуется Гидеон.

– Тебе так… не плохо?..

– Мне хорошо Эстер. Разве не заметно? – Дракон кажется почти мурлыкает в ответ.

– Заметно, – совсем тихо отзываюсь я, – но я думала, ты хочешь не массаж…

– Эстер, – улыбается, не открывая глаз, Гидеон, а у меня под пальцами уходит напряжение из жёстких мощных мышц Дракона, – Истинная моя… но ведь в снах, в которых я приходил к тебе, мы настолько далеко и не заходили. С чего решила, что я попрошу… не-массаж?

Ответить “со страха” или “ ну… были “звоночки” можно…Но язык впереди меня! Часть личности ,видимо, решает, что это идеальное время для ответной шутки.

– Разве? – делаю максимально удивлённый голос, – а… ну, может. Значит, это было не с тобой.

Я жалею тут же.

Штормовые глаза распахиваются, тело подо мной напрягается. В талию – впиваются пальцы Дракона железной хваткой. Я обмираю. Но ведь поздно уже!!! Молодец, Эстер!

За окном поднимается шквальный ветер. Грохочет отчаянно, молнии бьют в землю. Кажется, я краем глаза вижу, как полетели по воздуху ветки и какие-то вырванные с корнем кусты.

– Я…я не…

– Повтори, что ты сказала, Эстер, – рычит Гидеон.

Я только отрицательно мотаю головой. Это была осечка – нечего сказать. Да и горло как сдавило – могу только сипеть и звука издать не получается.

Миг – и я уже лежу под Гидеоном, плотно вжатая в кровать. Дышу часто и поверхностно. Между моих разведённых ног – чувствую его возбуждённую плоть.

Я же пошутила! Пошутила!!! Не вовремя! Неудачно! Но я этого не говорю.

Злые холодные глаза так близко. Рот на секунду скалится, демонстрируя хищные белые клыки, которые, кажется, стали чуть длиннее.

Надеюсь, он сейчас не сменит Ипостась. Он же одичал! Вдруг не сдержит?!

Делаю по возможности медленный вдох и выдох.

Его прекрасное жёсткое лицо так близко. Губы… – стоит чуть податься вперёд и прикоснусь.

Кладу раскрытую ладонь на щеку Дракона. Он не препятствует – но удивление мелькает в его глазах. И я делаю рывок. Навстречу. Припадаю к губам Гидеона. Сначала он не отвечает, а потом – целует меня. Жёстко, порабощающе. Вторгается в рот языком, кусает почти до боли мои губы. Он – этим поцелуем говорит, что он здесь главный. А я – покорно соглашаюсь, уступаю во всём, почти во всём. Прикусываю его губу в ответ.

А его мужское достоинство, которое я всё это время чувствую своей промежностью, становится просто каменной твёрдости.

Гидеон смотрит мне в глаза. Злобы в них нет. Но яростной страсти – в избытке.

– Я хотел подождать, дать тебе время… хотя бы день, – хрипло шепчет Дракон, обдавая меня горячим грозовым дыханием – но теперь этого не будет.

Я медленно киваю. Мне странно легко.

Я провожу руками по мощной шее Дракона, широким плечам, соскальзываю на предплечье.

Всё это так естественно.

– Как скажешь, – вдруг выдаю я, с улыбкой глядя в лицо самого опасного хищника, из всех, что я видела.

Дракон коротко страстно целует меня в губы. Я обнимаю его за шею.

Жаль, что не буду видеть этих глаз, когда всё случится … – мелькает странная мысль.

– Ложись на живот, Эстер, – тут же звучит короткий приказ Дракона.

Глава 6. Прощаю

Эстер

Я лежу на животе, подо мной две высокие подушки. Я смотрю через распахнутое окно на беснующуюся утреннюю грозу. Лицо обдаёт свежестью ветра и весеннего дождя.

Гидеон прижимается горячим рельефным прессом живота к моей спине. Слышу, как он по-звериному прерывисто вдыхает аромат моих волос. Чувствую, как его горячие губы коротко целуют меня в шею, в плечи. Как скользят по моей коже заострившиеся клыки Дракона.

Одна его рука ласково сжимает мою грудь, другая нырнула мне между ног. Его пальцы безошибочно находят самую чувствительную точку, я вскрикиваю. Дракон ласкает меня там так умело, гладит по увлажнившимся складочкам, нежно проникает в меня пальцами.

Я прерывисто дышу.

Чувствую, как его возбуждённый мужской о́рган касается меня между ягодиц, скользит дальше, прижимается ко входу…

Сейчас он войдёт в меня.

Ах!.. – одно слитное резкое движение. Едва различимая вспышка боли. И он наполняется меня изнутри. Так туго и приятно.

Я всхлипываю, но не от боли. Все его движение ласковые и осторожные. Дракон замирает, позволяя мне привыкнуть к своим внушительным размерам. Продолжает ласково сжимать груди одной рукой, другой – гладит чувствительный бугорок в промежности. Так и стоит, не шевелясь, пока не доводит меня до сладких непроизвольных судорог, до криков, до мольбы…

– Умница, Эстер… – выдыхает Дракон мне на ухо и начинает медленно двигаться во мне, не прекращая терзать руками моё ставшее таким чувствительным тело.

Каждое его вторжения – вспышка болезненного удовольствия. Каждое умелое движение – мой полный животного счастья вскрик. Я сжимаю простыни, меня трясёт крупной дрожью. Кажется, я в раю, и прошло лишь несколько мгновений, но по тому, каким уставшим я ощущаю своё тело – как после диких долгих физических нагрузок – я понимаю, что времени прошло намного больше.

Я больше не могу… Он убивает меня. Может, уже убил.

– Гидеон… – умоляюще скулю я.

И он ускоряется. Эти вторжения резкие. Умопомрачительно приятные. Почти болезненные. Вот что значит – " владеть ". Это когда вот так. Я не понимала настоящего смысла обладания до этой минуты.

– Моя… – рычит Дракон, делая особенно резкий выпад. А потом ещё один. И ещё один.

У меня темнеет в глазах. Судорога, которая захватывает моё тело – как цунами. А этот визг – как будто меня и впрямь убивают. Но он быстро обрывается, потому что у меня нет сил.

Горячее семя Дракона выстреливает в меня. Он выходит из меня, валится на подушки рядом.

Я слышу острый пряный запах его тела, своего, его семени и своей крови… Чувствую, как эти запахи сливаются во что-то общее – в наш запах. Это мы вместе. Этот запах сейчас впечатывается в мой мозг.

– Твоя… – выдыхаю и прикрываю глаза.

Гидеон обнимает меня со спины, подтягивает к себе, плотно прижимая меня спиной к своей горячей мощной груди и животу. Его половой о́рган упирается мне в бедро. Я чувствую, что он пульсирует… и снова становится твёрже.

Он убьёт меня… за…сношает насмерть – отмечается отстранённая мысль.

Она почему-то вызывает у меня улыбку.

И вновь я доверяюсь интуиции.

Тянусь мыслью к молниям за окном, что бьют в землю. Представляю, что одна из них бьёт мне в центр ладони. Вбираю в себя её небесный свет, её энергию…

Резко поворачиваюсь к Дракону, и через миг уже сижу на нём верхо́м. Медленно насаживаюсь сама на его уже полностью возбуждённый о́рган.

– Эстер…– Дракон зажмуривается, жёстко беря меня за талию, умудряясь перехватить инициативу даже в таком положении. Он хрипит, – так и быть… я тебя прощаю .

Я смеюсь, кладу ладони на грудь Дракона и начинаю двигаться.

Больше никто из нас ничего не говорит.

Глава 7. Здравствуй, папа.

Гидеон

Эстер сидит за завтраком, который подан сотворёнными бестелесными слугами на просторной террасе первого этажа.

Ведь дом пуст, и я здесь совершенно один.

Уже больше двадцати лет. Потому что я опасен.

Это Господин Ректор – отец Эстер на пару с Правителем этой страны Змеев поняли довольно скоро.

С теми, кого они пытались со мной оставить, происходили всякие неприятности.

И Змеи прекратили предлагать мне компанию. Просто оставили в этой ловушке гнить в одиночестве.

Я мог впустить и выпустить кого-то на своё усмотрение, под их надзором, разумеется, – Змеи считали это великодушием. Я же считал, что жестоко размахивать перед носом у Дракона иллюзией свободы. Так или иначе, для меня выхода за пределы магического контура не существовало.

Пока не существовало.

Я должен был оставаться в ловушке, у них на виду, ведь если дать мне сбежать – я рано или поздно войду в полную силу и вернусь их сокрушить.

Так что меня предпочли держать в просторной и вполне симпатичной ловушке. Чтобы не терять из виду. Да и я не стремился уйти.

Покинуть мир Змеев, в котором живёт моя Истинная пара? Вот уж нет.

Но отказаться от дополнительных подачек Змеев – человеческой прислуги, "интересных" собеседников – был мой выбор. Одиночество меня не тяготило.

А сейчас меня и вовсе устраивало почти всё.

То, как Эстер приняла меня. Как ей было хорошо разделить со мной ложе. Как мы подошли друг другу. Какой она оказалась…

Лучше, чем я мог мечтать.

Но это ничего не меняло. Её вид – Змеи-перевёртыши – мои враги. Её мир для меня – поле боя, на котором я возьму реванш. Но это всё будет позже. Для начала я буду наслаждаться своей парой. Затем найду способ выйти из этой магической тюрьмы. Затем – восстановлю полную силу. И разобью эту страну… а может, и весь этот мир.

И построю новый на костях моих врагов. А может, уйду в другой. Ведь сила открыть межпространственный переход скоро ко мне вернётся. В любом из этих случаев – Эстер будет со мной рядом. Жарко греть мою постель. В идеале – любить меня. Проблема была в том, что уничтожение мною её вида – явно осложнит наши отношения.

И как мне поступить? Ведь Драконы не спускают оскорблений. Не прощают врагов. Это наш непреложный кодекс. Но и Истинных мы не покидаем. Так что мне предстоит искать выход…

А пока что я продолжил обнимать свою Истинную, что ела за завтраком за шестерых, удобно сидя за столиком у меня на коленях. Её прекрасный аппетит меня не удивлял после нескольких наших… актов любви подряд. Мне казалось, она изголодалась по мне также сильно как я по ней. Эстер была юной, горячей и абсолютно во всём мне подходила. Так и должно быть с Истиной парой.

Не помню, когда я был так доволен жизнью, как сейчас.

Обнимая эту великолепную молодую женщину за тонкую талию. Слушая её заливистый смех. Я и сам хотел смеяться.

Она к моему неудовольствию оделась. В короткую рубашку в обтяжку и брюки от форменного костюма адептки Академии. Такое вовсе не пристало носить моей женщине… И мы с ней это ещё обсудим.

Я же надел чёрные брюки и накинул, не застёгивая, такую же чёрную рубашку. Иначе у нас до завтрака дело могло так и не дойти. Продолжили бы начатое в спальне прямо на открытой просторной террасе первого этажа. Здесь, правда, кроме маленького, круглого столика и пары стульев ничего не было. Но нас бы это не остановило. И столик, и стулья и даже пол… вполне подходят…

Эти мысли возбуждали. И я поспешил их отогнать. Пусть Эстер сначала всё-таки поест.

С неба падали очень редкие капли дождя. Посветлело. Неудивительно – ведь настроение моё стало намного лучше.

А сейчас я позволил Эстер встать с моих колен и пересесть на соседний стул. Но лишь чтобы смотреть на её лицо, пока она завтракает.

За маленьким столиком мне ничего не стоило протянуть руку, поймать хрупкую ладошку Эстер, поднести к губам. И нежно поцеловать её запястье. Поцеловать мою метку. Руны, которые говорят на древнем языке, что она – моя . У меня на запястье четыре года назад проступили такие же.

Я ждал её. И она пришла. Спала в моей постели. Целовала меня, отдавалась мне.

С Эстер я разбужу свой спящий потенциал, войду в полную силу и верну всю положенную мне власть. Волей-неволей моя Истинная пара меня усилит.

– Красивое лицо, – я оглядывал её, точно пытался поглотить каждую деталь, втянуть в себя. Знаю, что мои зрачки сейчас вытянулись, а радужка выцвела до прозрачно-голубого почти белого. Пугающее зрелище. Должно́ было быть. Но Эстер не выказывала страха. Не удивительно, ведь она насмотрелась на такие зрачки у всей своей родни. А я продолжил её разглядывать, – у тебя черты лица твоей матери, Эстер. А глаза как у отца. Кобальтовые. Но к счастью – не с отцовским выражением вечного скепсиса.

Потом я попытался изобразить, как смотрит её отец. Алик, Ректор Академии Белого Стана, великий и ужасный Серебряный Змей.

Она звонко рассмеялась, чуть не подавившись куском жареного на огне мяса. Запила нектаром из кубка, продолжая посмеиваться.

– Похоже на папу, – выдавила Эстер отсмеявшись, – а я уж подумала, что у тебя нет чувства юмора. Это было бы ужасно. Думаю со временем, вы с отцом подружитесь.

И мне стало слегка печально. Мы с Серебряным Змеем никогда не подружимся, милая Эстер.

Когда я исполню свой замысел, свою месть – ты уже никогда мне так не улыбнёшься. Твои кобальтовые глаза не будут гореть жизнью и озорным весельем.

Скорее всего, я буду приходить и брать тебя, когда положено. И в глазах твоих будут либо слёзы, либо холод. Ты будешь отворачиваться. И просто ждать, когда всё закончится. Будешь давить волевым усилием ответное притяжение ко мне – ведь любить того, кто убил всех твоих родных – противоестественно. Даже для Змеев.

И тогда вряд ли ты, Эстер, посмотришь на меня ещё так как сейчас.

Мне действительно жаль, девочка.

Кажется, в тот момент, глядя на её улыбку, я впервые усомнился в своих намерениях. Но тут же отогнал эти нелепые мысли. Драконы мстят. До последней капли крови. Это также естественно, как извергать пламя…

– Так что, – Эстер взглянула на меня своими бездонными кобальтовыми глазами, – ты ведь… не передумал… отпустишь меня домой… то есть, в Академию. На учёбу. В идеале мне там появляться каждый день. Ещё полтора года как минимум.

Я вскинул брови.

Неожиданный вопрос. Ты моя. Я никогда тебя не отпущу. Смирись. Ты – женщина Дракона. Будешь сидеть в башне или лежать в моей постели. Лучше последнее. Хотя одно другому не мешает… Что-то из этого.

Но был уверен, что эти ответы её как-то оскорбят. Змеи либеральничали со своими женщинами. И воспитывали детей обоего пола наравне. Подход был любопытен и отчасти имел перспективу. Но как мне теперь перевоспитывать такую жену?

Личность сформирована. Будут проблемы…

– Почему ты молчишь, Гидеон? – её личико стало хмурым. Она отложила столовые приборы.

Я снова мягко пересадил её к себе на колени.

– Не уверен, что смогу.

– Я вернусь, – с чувством выдохнула Эстер, обвивая мою шею руками. Вот теперь она говорит искренне. А когда отпрашивалась в первый раз, лгала. Я почувствовал. И всё равно чуть не отпустил.

– Эстер…

Она коротко поцеловала меня в губы.

– Пожалуйста.

– Хорошо, Эстер. Но всё, что я сказал тебе в силе. Полночь крайний срок для возвращения… – я притянул её для нового поцелуя. Получилось нежно. Долго. Не как в спальне. Мы просто изучали друг друга. Поглощали. Мы были очень близки к началу любви …

И Эстер не обратила внимания, как зарябило пространство моей магической тюрьмы, впуская непрошеного гостя.

Она – не обратила внимания, я – проигнорировал. Намеренно чуть добавил нашему поцелую огня. И лишь когда Эстер начала тихонько постанывать в моих объятиях и полезла рукой мне под рубашку, где-то совсем рядом с нами показательно кашлянули.

Эстер вздрогнула, тут же прервав поцелуй, вперив взгляд в… источник звука.

А я широко улыбнулся гостю и произнёс:

– Какая приятная неожиданность! Здравствуй, папа .

Глава 8. "Высокие отношения"

Гидеон

– Здравствуй, папа, – я намереваюсь выбить у Серебряного Змея почву из-под ног этой фразой. Своим тоном. И тем, как его дочь льнёт ко мне… У меня к нему есть незакрытый счёт.

Но меня ждёт неожиданный ответ.

– Здравствуй, сынок , – цедит Серебряный Змей, преспокойно беря свободный стул, и усаживается, закидывая ногу на ногу.

Терпеть не могу этот немигающий взгляд. Так смотреть умеют только Змеи. Это то чем они радикально отличаются от Драконов. Холодные, манипулятивные… и крайне редко моргают.

Ты смотришь в эти ужасные глаза и понимаешь: существо, что сидит напротив, лишь кажется человеком. Этот холодный разум сейчас раскладывает тебя на тысячи вариантов, бездушно анализирует твоё поведение и просчитывает на тысячу шагов вперёд и в стороны.

Да если бы на месте Алика сейчас сидел какой-нибудь Дракон… дочь которого я только что, очевидно, поимел (да, я был в своём праве, но отца-Дракона это бы не успокоило)… Будь Серебряный Змей… каким-нибудь, скажем, “Серебряным Драконом”… мы бы уже катались по траве, частично трансформировавшись, рвали друг друга зубами и когтями, по ходу схватки откалывая куски каменной террасы или ломая деревья в саду…

Но он… просто смотрел. И всё ещё не моргал.

Он сведёт меня с ума!!!

Терпеть не могу Змеев.

От его взгляда мне хочется метаться. Хочется разбить его голову, чтобы он прекратил выдумывать свои серые схемы.

"А ведь его дочь – моя жена. Наверняка она тоже такая… Я просто этого пока не понял" , – мельком отметилась ещё одна раздражающая мысль.

Ладно, Серебряный Змей. Этот ход ты выиграл. Выбесил меня. Хотя я рассчитывал, что будет наоборот.

– Пап… – с укором прозвучал голос Эстер, – пап, ну хватит… Пап, ну, пожалуйста.

Алик моргнул.

И улыбнулся. Эти жуткие кобальтовые глаза не улыбались. А вот жёсткий рот растянулся в псевдо-дружелюбной улыбке.

– Мы немного не так планировали организовать вашу встречу…, – как ни в чём не бывало заговорил Серебряный Змей, пододвигаясь к столу. Положил себе на пустую тарелку мяса с овощами. Налил в кубок тонизирующий нектар. Достал из-за пазухи какую-то флягу, терпко пахнущую чем-то иномирным… растительным… явно намереваясь капнуть себе в кубок, но сперва взглядом спросил, не капнуть ли мне.

Он совсем уже? Думает, я вот так позволю себя отравить?!

– Пап… убери это, – снова заговорила Эстер, она так и сидела у меня на коленях, приобнимала за шею, – Гидеон – Дракон. Они обычно плохо переносят это… иномирное растение, ты же знаешь.

Алик пожал плечами и налил только себе. С запахом грозы смешались горьковатые бодрящие… пожалуй, приятные нотки неведомого напитка. И мне захотелось его попробовать…

Демонова бездна! С Серебряным Змеем невозможно расслабиться!

– Так вот, – продолжил Алик, – мы хотели буквально на днях вас познакомить. Но вы не дотерпели. Мы с артефакторами, вероятно, сделали ошибку в расчётах при настройке блокирующего браслета.

– А ты точно собирался нас знакомить? – рыкнул я, не веря Серебряному Змею ни на грош.

– Точно. – просто ответил он. И принялся завтракать.

Он ел. Мы с Эстер сидели в тишине. Я злился всё сильнее с каждой секундой.

– Ты опасен, Гидеон, – снова заговорил Алик, – с этим ничего не поделать. Но вы с Эстер Истинная пара. Это также данность. Хотя и очень плохо, что вы бросились развлекаться в спальню толком ничего друг о друге не зная. Ожидаемо… Но Эстер всего двадцать человеческих лет. А вот ты, Гидеон… я думал ты поумнее. И посдержаннее.

– Пап!

– Алик!!!

– Что, уже надоело называть меня папой? – насмешливо приподнял одну бровь Серебряный Змей.

Он бесит меня невероятно. Я сокрушу его. Размажу его хитрые мозги по развалинам его Белого Замка-Академии!..

– Очень жаль, что это Дракон, Эстер, – выдохнул Алик тоном лекаря, обыденно извещающего пациента о неизлечимой болезни, – Драконы такие вспыльчивые. Чего-то там себе вечно навыдумывают. Скрипят зубами. Занавески поджигают…

– Хватит! – хлопаю ладонью по столу, – говори что хотел или уходи. И дай нам с женой побыть вдвоём.

– Как раз об этом! – Алик отложил приборы, промокнул губы салфеткой и поднялся из-за стола, – никакая она тебе не жена. Ни по вашим законам, ни по нашим. Это со всех сторон некрасиво, Гидеон. И жить она с тобой не должна. Заключите брак… мне в принципе всё равно, как Змеи или как Драконы. Как Эстер захочет. Заключите брак – съезжайтесь. Расширим этот дом. Организуем Эстер свободное перемещение за контур и обратно…

– Ты серьёзно? – скриплю зубами, – думаешь, я буду здесь сидеть?!

– Какой у тебя выбор, Гидеон? – щурится Алик, – ты же неадекватен. Выпустить тебя нельзя, даже если бы я вдруг этого захотел.

– Ты… – я поднимаю Эстер со своих колен, встаю, приближаюсь к Серебряному Змею и произношу так, чтобы слышал только он, – ты тоже только кажешься адекватным, Алик.

– И ты научись, – также тихо отвечает Серебряный Змей, – хотя бы научись казаться . Для начала. Чтобы можно было хотя бы заикнуться перед Правителем о снятии магического контура. Ты в этом пока что не на высоте.

– Благодарю за ценный совет, – ухмыляюсь я. Совет и впрямь неплох, но Алик уже выбесил меня.

Так что я разворачиваюсь к Эстер. Приближаюсь. Кладу руки ей на талию.

– Обвенчаешься со мной сегодня, Эстер. – это не вопрос. Моя Истинная нерешительно кивает. А я медленно и сладко целую её, ничуть не скрываясь. Взываю к нашей истинной связи. Делаю так, что в этом мире остались только мы…

– Эс-с-с-с-стер… – слышу из-за спины голос Алика. Отец Эстер зашипел. А это верный знак: его маска треснула, иллюзия покоя разбилась вместе с ней. И я добрался до его настоящей сути.

– Иди учись, Эстер, – хрипло шепчу в пухлые губы своей будущей жены, – иди с отцом. Вернёшься вечером. И проведём ритуал.

Не отказываю себе в удовольствие взглянуть в глаза Серебряному Змею. Уже не спокойные. Зрачок вытянут, а кобальтовую радужку опасно заливает жидкое серебро. Очень медленно.

Так что шанс подраться с будущем тестем ломая мебель – у меня всё-таки есть.

Но не сегодня. Не сейчас.

Ухмыляюсь уголком рта и почтительно киваю Алику на прощанье. Никаких драк. Этим вечером у нас семейный праздник.

Глава 9. Папина дочка

Эстер

– Пап… – мы шли через магический лес с отцом плечом к плечу. Папа не открывал Теневую тропу, что почти мгновенно могла перемесить нас от порога дома Гидеона к Главным Вратам белоснежного замкового комплекса Магической Академии.

Отец периодически бросал на меня короткие взгляды.

Осуждает? Вроде бы нет.

Он останавливается. Я тоже вкапываюсь на месте. Мы смотрим друг другу в глаза неотрывно. С папой я всегда была чуть ближе, чем с мамой.

– Всё в порядке, Эстер. Ты ничего плохого не сделала.

Я улыбаюсь. Облегчение накрывает меня мощной волной.

– А как… ты в целом себя чувствуешь, Эстер?

– Хорошо… то есть…

– Ты почти всё время грустила. Как будто лежишь с бетонной плитой на груди. Творила всякие детские шалости и при этом смотрела как мученик. А теперь я этого в тебе не вижу. И меня это устраивает. Если так на тебя влияет Гидеон, я только “за”. Но…

У папы всегда есть “но”. Причём обычно их несколько.

– Ну, говори уж, пап…

Мы медленно побрели к замку. За редеющими деревьями уже были различимы белые каменные стены.

– Во-первых, Гидеона надо взять под контроль. Его сверхцель – извести под корень наш вид. Всегда держи это в уме. Тебе попался сложный экземпляр. Однако Драконы вспыльчивые, но отходчивые… попробуй с этим как-то поработать. А то кончится плохо. Или ты лишишься своей пары и зачахнешь от горя. Или Гидеон всех убьёт. И ты зачахнешь от горя.

– Ясно… – сейчас у нас с отцом даже синхронизировался шаг. Если нас кто-то видел бы со стороны, отметил бы как мы похожи, не то чтобы внешне, а… по общему впечатлению, – дальше, пап.

– Во-вторых, постарайся узнать своего будущего мужа и пусть он узнает тебя. Привяжи его к своей личности. Без учёта истинной связи. Пусть влюбится. Тогда у тебя будет шанс… скорректировать его позицию. Плохо, что вы сразу прыгнули в постель, но… поправимо.

– Пап… – щёки опаляет жаром, я наверняка краснею.

– Он, случайно, тебя не принудил к этому, Эстер?

– Нет, пап… я была не против… И не будем об этом, я тебя прошу, – это уж совсем неудобный разговор с отцом! – давай, излагай дальше…

Снова беглый внимательный взгляд. Отец словно просвечивает мою душу насквозь. Что-то с чем-то молча сверяет в своих мыслях. Затем шумно выдыхает.

– И пока последнее, Эстер, – папа протягивает мне браслет, точную копию того, что был на мне вчера, но то ли расплавился, то ли испарился, – надень.

– Пап!!! Я обещала Гидеону, что…

– Это просто браслет, Эстер. Ты знаешь, что дитя, которое сейчас носит под сердцем твоя мать, тянет из неё слишком много сил. Магический фон Элины низок как никогда. Если примешь ванну, переоденешься и наденешь браслет – твоя мама не поймёт, что ты… поторопилась с брачной ночью. Она расстроится, понимаешь? А сейчас крайне важно, чтобы она сохранила душевное равновесие. Хотя бы до родов. Проведём закрытую церемонию бракосочетания…и потом…можешь рассказать. Но лучше не надо.

– Пап, ты сейчас прям как… Дракон , – усмехаюсь, принимая браслет и надевая его на левое запястье поверх метки.

Мимоходом возникает ощущение какого-то подвоха, но тут же исчезает.

Папа же не мог меня обмануть?

***

Я сделала всё, как сказал отец.

Приняла ванну, сменила всю одежду на чистую. Ту, в которой пришла, на всякий случай – спалила в магическом очаге. Я практически уверена, что на мне не осталось запаха Гидеона.

То есть… сильные маги-перевёртыши, конечно, ощутили бы. Но мама сейчас и впрямь не в лучшей форме и вряд ли его распознала бы.

Проходя мимо распахнутого настежь окна своей комнаты – с нежностью взглянула на вечно хмурое место. Там, над магическим лесом нависали тяжёлые тучи даже в ясный день.

Теперь всё стало ясно – именно там жил Гидеон все эти годы. Дракон, сошедший с небес. Порождающий бурю.

Я почти сразу перестала улыбаться. Над домом Гидеона небеса были буквально чёрные. Исходили какой-то истерической грозой!

Что случилось? Я недоумённо посмотрела на себя в ростовое зеркало, затем на браслет. “Имитацию артефакта”. Точно имитацию?

Попыталась снять.

Никак.

Папа!!! Ну что за дела?! Зачем?!

Пока я двигала широкий браслет туда-сюда, поняла, что по коже плеча еле ощутимо дёргает – точно силовые разряды бьют. Закрыла рукой магическую печать в виде россыпи молний, оставленную Гидеоном на мне – "для профилактики побега". И попыталась отправить мысль: “всё нормально, я вернусь в срок!.. Прости за артефакт. Это случайность!.. Честно…Я… скучаю ”

Последнее – сработало. Плечо перестало дёргать. Гроза над тем участком леса не успокоилась, но… стала менее истеричной.

Ну папа, мы с тобой ещё поговорим!

Я выбежала из комнаты.

Надо успеть заглянуть в личные покои родителей. Быстро обсудить всё и нестись на первую лекцию. Хотя уже понятно, что я порядочно опоздала.

“Но хоть попытаюсь провести этот день как обычная адептка! У меня получится”. – мысленно произнесла я.

Как же сильно я ошибалась!

Глава 10. Очень опасный план

Эстер

Ранним утром, когда мы с отцом вернулись в Академию, мама ещё спала. Так что я решила забежать к ней в обеденный перерыв.

На лекции сидела как на иголках. Не слушала. На практике – всё валилось из рук. Я совершенно измоталась.

Чопорный тощий маг – Магистр Файс, похожий скорее на пожилого жреца в храме, чем на могущественного чёрного колдуна вёл у нас Тёмные Искусства. Он был невнятный. Никакой.

“Папа скоро его уволит с должности декана”, – вдруг спонтанно или почти спонтанно подумалось мне. Я перехватила кусок пирога в столовой зале – ряды столов вдоль гигантского помещения были забиты адептами всех факультетов. Как и всегда в обеденном перерыве – стоял знатный галдёж. Парочка преподавателей поглядывала за юными адептами из-за своего стола, чтобы мы не нарушали дисциплину слишком уж рьяно. Не использовали магию, например, – это запрещалась в замкнутом помещении при таком скоплении одарённых. Последствия было бы трудно предсказать.

Нервно потоптавшись возле стола своего факультета, перекинулась парой фраз с тремя ближайшими друзьями. На прощанье обняла своих однокурсников (и подельников) в моих почти безобидных выходках. Поклялась объясниться в своих исчезновениях позднее и хотела уже унестись, но…

Повернувшись к выходу из столовой залы – почувствовала между лопаток особый взгляд. Я бы ни с кем его не перепутала. На меня смотрел прозрачно-голубыми глазами Виктор – наш маленький гений и один из моих самых близких друзей. Единственный четырнадцатилетний ребёнок, что учился с нами, на третьем курсе. Остальным адептам третьего года было не менее двадцати человеческих лет. Но Виктор – был очень одарён, ну и что уж там… блат сыграл роль. Виктор – черноволосый, миловидный… ещё почти мальчишка – наш маленький Огненный Дракон. И к тому же видящий маг – исключительно редкая способность видеть истинную суть вещей. И именно советы его матери мне ой как пригодятся для дальнейшего общения с Гидеоном. Да и с ним мне есть о чём побеседовать…

Я обернулась к другу и выкрикнула:

– Прости, Виктор! Я правда очень спешу!..

Какой же он ребёнок. Погрустнел, серьёзно кивнул. Но я не ушла из столовой, пока не удостоверилась, что ещё двое из нашей компании втащили нашего маленького Дракошу за обеденный стол и отвлекли. Сердце защемило. Рано… рано его сюда отдали. Но он так решил. Дракон же. Хоть и мелкий, а всё туда же. Легче согласиться, чем переубедить.

Я тяжело вздохнула: с Гидеоном – уже, мягко говоря, взрослым экземпляром – я знатно отхвачу.

Папа, конечно, хочет, чтобы я действовала классическими “хитростью и умом”, свойственным виду Змей-перевёртышей, но… Боюсь, я буду действовать… в своём стиле, а не в папином.

Я очень верила, что мне удастся убедить Гидеона забыть о своей мести. Просто поговорю, обниму, поцелую… кхм… и так далее.

И все окажутся в выигрыше.

В общем… в ближайшее время мне предстояло развеять целый ряд моих наивных заблуждений.

Но выбегая из столовой и перескакивая через несколько ступеней за раз, я неслась по широкой светлой лестнице к родительским покоям. И ничего об этом не знала.

У родительских апартаментов я привычно схватилась за серебряные массивные ручки с выгравированными барельефами змеев. Потянула на себя. И вкопалась на пороге.

Мама и папа сидели в глубоких креслах. На круглом столике дымился разлитый по чашкам ягодный взвар. Мама сидела, подобрав ноги, в свободном белом платье, её беременный животик едва заметно выделялся.

Мы очень похожи, только её глаза были насыщенно-зелёные, волосы – темнее моих. Скорее каштановые, чем рыжие.

А в остальном… меня ошарашила мысль, что я с беременным животом буду выглядеть почти также. И даже мои пальцы будут покоиться в руках мужчины, который сложен примерно так же, как отец… с волосами почти такого же цвета.

Призрак моего будущего.

А ведь… это может случиться раньше чем возможно представить.

У меня же уже всё с ним было…

– У тебя уже всё с ним было?! – округлила глаза мама.

Изначальная сила, вот как так-то? Да, изредка бывало – мама могла выхватить из моего ментального потока обрывок какой-нибудь фразы. Особенно “яркой” и “громкой”.

– Эстер… – чуть не застонал отец, встал со своего кресла, обошёл маму и успокаивающе положил руки ей на плечи.

– А ты ещё и знал всё… да, Алик? – мама, конечно, не шипела и ипостась менять не собиралось. Но было ощутимо, что намерение такое у неё есть.

– Элина, – твёрдо обратился отец к маме, – да. Знакомство Эстер с её… Истинным… состоялось. И со свадебным ритуалом тянуть нет смысла. Дальше мы только будем компрометировать дочь и всю семью. Мы принадлежим к правящей семье, а значит, этого позволить мы себе не можем.

Мама устало шумно выдохнула, прикрыла глаза, сложила руки замком на округлившемся животе.

– Ладно, – вяло согласилась мама и распахнула глаза, внимательно на меня посмотрела – Эстер… неужели он тебе понравился?

Мы встретились взглядами. Мама прищурилась. И её зрачки вытянулись в нить, красиво рассекая пополам травянисто-зелёную радужку. Но это длилось пару мгновений.

– Понравился, – эхом отозвалась я, идеально выверяя интонации.

– У них с будущим мужем явно… проскочила искра, а наш знакомый грозовой Дракон умеренно дружелюбен – вклинился в разговор отец, и мама вынужденно перестала сверлить меня взглядом, снова превращаясь из готовой к броску змеи в милую слегка рассеянную беременную женщину.

Кажется, она хотела возмутиться, но словно не имела для этого сил.

– Как скажешь, Алик, – мама говорила тихо и печально, – Готовьте церемонию. И проведём. Совсем без неё нельзя. Но и шумного праздника на полстраны тоже не будет. Если мы предадим огласке личность жениха – получим только панику.

***

Мы с отцом вышли из родительских апартаментов вдвоём.

Отошли на несколько десятков шагов по длинному пустому коридору. Здесь всё настаивало на умиротворение – светлые стены, высокие арочные потолки, мягкий свет бусин магических огней, парящих у нас над головами. Элегантные статуи в нишах – в основном Змеи из чёрного или белого камня. Островок покоя…Но его-то у меня как раз больше не было.

– Пап… – заговорила я, и гулкое эхо отразило мой голос от пропитанных тысячами охранных заклятий стен, – ты зачем обманул меня с браслетом…

– Ради твоего блага, Эстер, – хмыкнул отец.

– То есть?

Мы снова с отцом шли “в ногу”.

– Во-первых, Эстер, я даю Гидеону шанс начать проявлять адекватное поведение. Пусть отнесётся спокойно и не ломает артефакт. И ты заодно покажешь мне, что в состоянии справится с таким мужем. Хотя бы в мелочах. Во-вторых, если ты добьёшься от него согласия оставить на тебе этот артефакт, чтобы Гидеон не пытался с тобой ментально слиться и подмять твою свободу воли… Сейчас, если он чуть окрепнет и ворвётся в твой разум – он тебя раздавит. Гидеон живёт на свете очень давно. От твоего сознания после его грубого проникновения останется… всё равно что выжженное поле.

Я сглатываю.

– И ещё Эстер…

Мне уже жутко слушать, что отец скажет дальше.

– Тебе не кажется, что Магистр Файс… плохо справляется с должностью?

Эм… неожиданная смена темы.

– Конечно, пап. Старикан Файс не тянет возглавлять факультет Тьмы… он же…

И тут до меня доходит.

– Пап, ты же не собираешься…

– Когда-то на этом факультете уже был деканом Дракон. Они действительно хороши для этой должности… Это были золотые годы факультета Тьмы. Он был лучшим в Академии. А сейчас он худший.

Мне всё ещё кажется, что слух меня обманывает. Либо мой отец – мудрый Серебряный Змей – сошёл с ума…

– Пап, – я аж останавливаюсь. Отец замирает рядом. Мы смотрим друг другу в глаза, он улыбается, – пап, ты хочешь, чтобы Гидеон… эм… преподавал? Ты же сам говорил… он опасен и всё такое.

– А кто не опасен, Эстер? – усмехается отец, – даже я, помнится, как-то чуть не убил адепта, приревновав твою мать… дурачка-однокурсника Элины тогда спас счастливый случай. И Правитель.

– ЧТО?!

– Да неважно, Эстер. Важно то, что Гидеон всё равно вырастет в силе. Как бы мы ни старались противодействовать уловками и артефактами. Единственная возможность – если он прикипит к этому миру. Я уже проверил на многих безнадёжных душах – работа с детьми в этом очень помогает. Артефакты-ограничители не будут работать вечно. Гидеон их преодолеет. Это вопрос времени. И лучше, чтобы к этому моменту твой муж-Дракон был к нам лоялен. К тебе, к твоей семье, к нашему виду, ко всему населению Моравии… улавливаешь мою мысль?

– А если… он… не станет лоялен?

– Я другого выхода не вижу, Эстер. А ты?

Отрицательно качаю головой.

– Почему вы не пытались раньше? – тихо спрашиваю отца, – все эти годы взаперти его озлобили и…

– Я пытался. Гидеон был очень агрессивен. Но придя за тобой сегодня утром, я увидел… что он другой. И теперь я считаю, что шанс есть. Только я его не уговорю. Он тогда меня не слушал. Не послушает и сейчас.

– А как же…

– Он послушает тебя Эстер.

Во мне мечутся разнонаправленные чувства. Эйфория, ужас… и… надежда.

– Это очень опасный план, папа…

– Я знаю, Эстер. Я знаю. – ухмыляется уголком рта мой отец – Серебряный Змей.

Глава 11. На колени

Эстер

В особняк Гидеона захожу почти бесшумно. Лишь тихо шуршат длинные юбки изящного белого платья. Плечи, спина и шея у меня – голые. Зона декольте – целомудренно прикрыта. Рукава длинные – укрывают и метку Истинности и браслет-артефакт. Насколько я знаю, Драконам такой внешний вид должен нравиться.

Ткань платья – белая с нежным благородным серебристым отливом, очень гладкая на ощупь – почти текучая. У подола и края рукавов – мелкая алмазная россыпь. Если приглядываться – огранка драгоценного камня очень специфическая – прямая с одной стороны и полукруглая с другой – в форме драконьей чешуи.

Знаю, что Гидеону это понравится намного больше, чем форменный брючный костюм адептки Академии.

Сперва мне кажется, что в доме никого нет.

Но непроходящая гроза над особняком серого камня не позволяет сомневаться – Гидеон здесь. Но не является мне. Злится за то, что отец вновь надел на меня артефакт?..

Могу только гадать.

Я зашла в магический контур первой. Чтобы поговорить. Чтобы проверить, как Гидеон будет себя вести.

Если всё благополучно – я бы подала отцу знак, и была бы проложена тропа в Храм. Один из двух Храмов Драконьих Богов, что воздвигли за последние двадцать лет на территории нашей Змеиной страны – Моравии. В знак дружеского расположения и полного обоюдного принятия Змей-перевётышей и Драконов друг другом.

Всё-таки наши расы приходились друг другу дальней роднёй.

Однако я знала, что Гидеон пылает ненавистью ко всем Змеям. Кроме меня. И то – не окажись я его Истинной парой – наверняка размазал бы меня по стенке…

В размышлениях я уже пересекла пустующую богатую гостиную залу. В массивной мебели мне мерещились чёрные тени, по углам – шорохи.

Я не видела Гидеона.

Но ощущала его присутствие.

По запаху молодой грозы, от которой у меня буквально подгибались колени.

Да я просто знала в конце концов!

Я чувствовала его каждой клеточкой тела.

Наконец, замерла – я почти достигла эйфории – а значит, Гидеон совсем близко.

Он стоит за моей спиной!..

Не пойму, как он туда попал.

Мои чуткие рецепторы Змеи-перевёртыша не уловили движений. Я только сейчас начинаю понимать, что за существо оказалось назначено судьбой мне в духовные супруги.

Я дышу часто.

Его горячая сильная рука ложится на мою шею!..

И я блаженно прикрываю глаза. Чувствую, как наливается сладкой тяжестью низ живота…

– Здравствуй, Эстер… – хриплый шёпот мне на ухо. Тепло от тела Дракона, что замер за моей спиной, и лишь аккуратно придерживает ладонью моё горло. Поглаживает кожу шеи пальцами, заставляя сердце буквально выпрыгивать из груди. А тело покрываться мурашками.

– Тшшш, Эстер, ну что ты так волнуешься… Разве я могу тебя обидеть?..

О да. Ещё как можешь. Или нет? Я не знаю.

Стук сердца отдающий в висках. Мучительный мягкий спазм желания где-то за лоном…

– Как ты прекрасна, Эстер, – снова этот хриплый шёпот и горячее грозовое дыхание. Рука Гидеона соскальзывает с моей шеи, и из моей груди вырывается вздох разочарования.

Мягкий смешок Дракона.

И что-то узкое холодное обвивает мою шею…

"Удавка?!" – разрезает сознание паническая мысль. Я дёргаюсь, но Гидеон мягко удерживает меня на месте.

– Не зли меня, Эстер… – в хриплом шёпоте теперь чуть больше угрозы, – я всего лишь делаю подарок своей жене.

С запозданием до меня доходит: Гидеон только что надел мне на шею какое-то короткое колье. Хочу посмотреть, но стою обмерев. Мне кажется колье тоже … "грозовое"…сияющее как чешуя штормового небесного зверя…

А сердце колотится также быстро. Только теперь удары стали ещё и гулкими, тяжёлыми. И почему-то хочется заплакать. От стресса. От облегчения. Или от того, что рада получить от него подарок?..

Сама себя не понимаю.

По щеке медленно ползёт первая горячая слеза.

А Гидеон продолжает стоять позади меня.

Дракон мягко смахивает слезу с моей щеки. И аккуратно возвращает свою руку на моё горло.

– Ну-ну, Эстер… Не плачь. Красивое платье… вполне подойдёт для нашей брачной церемонии… будет жаль, если я сейчас разорву его… – вторая рука Гидона ныряет в вырез на спине. Медленно гладит мою талию, живот под платьем. Слегка натягивая ткань, перемещается выше. Когда Гидеон мягко сжимает мою грудь – невольно шумно выдыхаю.

Я выгибаюсь в пояснице. Вжимаюсь в тело Гидона. Чувствую через одежду, как в меня упирается его возбуждённый мужской о́рган.

А Дракон уже очень быстро и аккуратно освобождает меня от платья одной рукой, продолжая придерживать второй за шею.

– Эстер… моя … – теперь шёпот Гидеон больше напоминает низкое хрипловатое рычание.

А я прижимаюсь к возбуждённому телу Дракона сильнее, и он не выдерживает:

– На колени, Эстер… сейчас же.

Глава 12. Попытка договориться

Эстер

Интересно, а если я скажу “нет”, Гидеон взбесится?

Он приказал мне встать на колени… моё воображение уже достроило, как дальше он заставит меня завалиться вперёд и возьмёт сзади прямо на полу…

Меня тут же бросает в жар. Я закусываю нижнюю губу.

Пришла пора проверить, как он поступит с моей… для начала безобидной просьбой.

– Гидеон… – еле слышно выдыхаю, пока горячие руки Дракона неумолимо стягивают с меня нижнюю сорочку и небрежно откидывают её на спинку резного дивана. Туда же, где уже валяется моё платье.

– Что я сказал тебе, Эстер?.. – мягко рычит Дракон. Пока мягко…

Он всё ещё у меня за спиной. Когда он стоит там, властно прижимая за талию, вдавливая в своё возбуждённое тело… Мне так спокойно… и так страшно. Как это может быть?

Задерживаю дыхание, чтобы не ощущать сводящий меня с ума запах тела Гидеона. Запах грозы.

– Нет, – твёрдо отвечаю, с замиранием сердце чувствуя, что Дракон запустил руки в моё тончайшее нательное бельё. Его наглые уверенные пальцы скользнули мне между ног, моментально проваливаясь в меня.

Я только охнула.

– Только не лги мне, будто не хочешь этого, Эстер, – твоё тело буквально кричит и умоляет меня выполнить то, что так естественно… А твой запах… Ты знаешь, как он меняется, когда ты меня жаждешь ?.. Знаешь, какой он сладкий?.. И как он на меня действует?.. Если я остановлюсь, Эстер, это будет просто преступление… Так что, на колени , дорогая жена.

Я ничего не отвечаю. Могу только рвано судорожно дышать, потому что… Потому что всё это время его рука ласково, но настойчиво изучает моё тело в самых сокровенных местах.

Горячие пальцы Гидеона всё не покидают меня – то проводят по складочкам то ныряют в глубину, то… Просто искры счастья от каждого его движения. Это… это… Гидеон сжимает в пальцах очень чувствительную часть моего тела. Одновременно обхватывает меня поперёк талии второй рукой. Я визжу и вырываюсь, дёргаясь в сладких спазмах. Между наслаждением и острой болью. Затем его руки покидают меня, оставляя следы чувственных воспоминаний. И мне сразу становится холодно… и слегка печально.

А потом – Гидеон и вовсе делает шаг назад. И я перестаю чувствовать спиной его жёсткое возбуждённое тело.

Я резко оборачиваюсь.

Мой будущий муж исчез.

Я медленно иду абсолютно голая по пустой гостиной. Мимо платья, брошенного на тусклую серебристую спинку дивана, мимо тёмной одежды Гидеона, просто лежащей на полу…

Меня трясёт.

– Гидеон… – зову в пустоту, по оконным стёклам особняка постукивает частый дождь. Я с ужасом осознаю, что мне физически плохо от того, что Гидеон перестал ко мне прикасаться. Я уже почти стучу зубами, словно замёрзла. Тело покрывается мурашками. Я слабею, мышцы мелко подрагивают… Вот это – действительно страшно.

– Эстер… – Хрипловатый шёпот идёт из ниоткуда. Это даже не голос Гидеона, мне словно поёт ветер.

Я прикрываю глаза и понимаю, куда он меня зовёт. Иду, не спеша. Боюсь оступиться и упасть. Словно я не сильный маг-перевёртыш. Словно я замёрзшая девочка…

Мне и впрямь надо добиться мира между моей семьёй и Гидеоном… Я и впрямь физически не выживу без него. Зависимость от его прикосновений развилась так быстро!.. Я пока не поняла как мне с этим жить…

Прохожу мимо зеркала – и невольно останавливаюсь. Не в силах отвести взгляд от подарка моего Истинного. Короткое изящное колье – бесподобно. Россыпь прозрачных драгоценных камней на мелких серебристо-перламутровых чешуйках… Похоже на капельки росы, замершие на белых цветочных лепестках. По украшению изредка пробегают сияющие переливы, заставляющие думать о вспышках грозовых молний.

Касаюсь украшения подушечками пальцев. Тёплое… как живое… Глажу драгоценные "лепестки", похожие формой на драконью чешую… Гладкие, уютные, хочется прикасаться к ним постоянно. И создаётся ощущение, что часть Гидеона со мной.

Вздрагиваю, когда мне на плечи ложатся горячие руки будущего мужа.

Он снова у меня за спиной.

Мы оба обнажены и отражаемся сейчас в ростовом зеркале, заключённом в кружево серебристой металлической рамы. Она – как клубящиеся грозовые тучи…

А то, что сейчас отражается в этом зеркале. Позади меня, немного напуганной и бледной, с огромными кобальтовыми глазами, затянутыми поволокой эйфории… Там сама гроза. Сами штормовые небеса.

Гидеон – должно быть, какое-то божество.

Штормовые глаза смотрят на меня голодно. Руки гладят мои плечи с идеальным нажимом.

– Эстер… а ты непослушная девочка, да?.. – хрипло шепчет мне на ухо Гидеон, – ты собираешься противиться воле супруга?..

– Что?.. – я отвечаю, едва слышно, вообще не уверена, что говорю вслух. О чём он?.. Я не…

– Я приказал тебе встать на колени, Эстер, – теперь Гидеон чуть жёстче надавил на мои плечи, не опуская меня на пол силой, но чётко показывая, что мне следует сделать.

Я встречаюсь с Драконом взглядом – смотрю в его штормовые глаза. Точнее, в их отражение в зеркале в серебряной извитой раме.

– Нет, – повторяю я. И часть меня безмолвно разражается истерикой: “ как это “нет”?! это существо вообще не должно слышать от меня “нет” !!! Никогда! Ни при каких обстоятельствах”.

Брови Гидеона удивлённо ползут вверх, миг он сверлит меня тяжёлым взглядом. Затем начинает очень тихо мягко смеяться.

– Я тебя понял, Серебряная Змейка-Эстер. – давление на плечи ослабевает. И Гидеон медленно разворачивает меня к себе лицом, спиной к зеркалу, – супружество это очень серьёзно, Эстер. Надо друг друга слушать и договариваться, тебя так учили?

Медленно, осторожно киваю.

– Так чего ты хочешь, Эстер?..

– Видеть… твои глаза.

На миг его выражение лица делается нечитаемым. Лицо-маска. Неужели, он не планировал впускать меня в свою душу?.. Просто брать моё тело, раз уж судьба связала нас Истинной связью?

Может быть… Ведь мы друг друга не знаем.

– Тогда смотри мне в глаза, Змейка-Эстер… – мягко приказывает Гидеон, и я мигом забываю, о чём думала.

Я обнимаю это невероятное существо… своего будущего мужа, делаю шаг навстречу и плотно прижимаюсь грудью.

Сильные руки Гидеона мгновенно заключают меня в объятия. А дальше – он лишь поддерживает меня одной рукой, гладит меня между ног другой – лишь для того, чтобы убедиться в очевидном.

Затем Гидеон очень медленно насаживает меня на свой возбуждённый о́рган. Он мучает меня. Я хочу, чтобы он вошёл резче и до конца. И он прекрасно это знает.

Я начинаю дёргаться и задыхаться. От серии судорог, которые пронизывают моё лоно от этого его нарочито медленного движения.

Но шансов сдвинуться или хоть на что-то повлиять у меня нет.

– Гидеон… – умоляюще постанываю я.

– Смотри в глаза Эстер, – усмехается жестокий Дракон, и наконец резко насаживает меня до конца. Мой визг эхом разлетается по просторным комнатам особняка. Я зажмуриваюсь: серебристые молнии вспыхивают в черноте под сомкнутыми веками. А Гидеон делает ещё одно плавное движение во мне. А дальше – только мои крики. Его ритмичные вторжения в моё тело. Воздух, которого мне мало.

Он жесток.

А я – прижата между ним и стеной, он берёт меня глубоко. Берёт – не только тело. Вообще всё. Гидеон рычит и скалится. Надо бы умолять его пощадить меня. Пощадить моё непривычное к этому всему тело, но… Я не хочу его пощады. Я хочу, чтобы он брал меня в полную силу. Ведь он – мой муж. А потому вместо мольбы о пощаде выдыхаю в губы Дракона:

– Поцелуй меня…

И он не заставляет себя ждать.

Целует собственнически. Тоже владея. Берёт и поцелуем. А я только обвиваю сильное тело Дракона ногами и подаюсь навстречу.

Я – остаюсь голыми чувствами, превращаясь в продолжение мужа.

Я хочу его понять.

Я обязана его понять. И сейчас я вся – его желания. Его воля… и когда он достигает пика – и с рыком изливает в меня горячее пряно и терпко пахнущее семя – я резко проваливаюсь в ментальное поле Дракона.

Глава 13. Жалеешь?

Гидеон

Надо было разозлиться…

Да как она посмела?

Маленькая хитрая Серебряная Змейка вломилась в мой разум без спроса. И одно лишь допущение, что ей подсказал так поступить её предприимчивый отец – дико меня злит. Гоню прочь эти мысли. Просто наслаждаюсь тем, что происходит в эту минуту.

Мы с Эстер лежим в бескрайнем поле, вокруг покачивается сочная зелёная трава. Эстер нежится на моём плече, гладит грудь. Только что я брал её жёстко, затем нежно, затем – снова жёстко…

И за то, как она заглядывает мне в лицо своими бездонными кобальтовыми глазами – я готов ей простить любую дерзость.

Даже вторжение в разум.

Любому своему врагу я уже выпотрошил бы мозги. Но… хочется думать, что Эстер вошла сюда на рефлексе. Потому что влюбилась .

И вдруг остро понимаю: я бы хотел, чтобы она влюбилась. Но пока чувствую в ней только влечение, запущенное истинностью. Змеи-перевёртыши себе на уме, и я обязан быть крайне осторожен с Эстер… Но не сейчас.

Мы просто лежим абсолютно обнажённые в самом центре широкого круга – безветренного глаза бури. Вокруг нас по спирали вверх проносятся воздушные потоки. Чуть подайся в сторону, и ветер будет реветь и нещадно тянуть… стремиться разорвать случайную жертву в клочья.

Случайно ли провалилась в моё ментальное поле наивная маленькая Змейка-Эстер?

Как бы то ни было, здесь я хозяин. Впрочем, не только здесь…

– Какая дерзость, Эстер… – я хочу рычать, но скорее мурлыкаю как сытый лесной кот. Мурлыкающий Дракон – это феномен. Она расслабляет меня, делает мягким. Необходимо взять себя в руки, чтобы следовать моему плану…

– Гидеон… так хорошо… – щека Эстер касается моей груди. Я обнимаю её за талию, укладываю так, что она оказывается вся на моём теле сверху. Лёгкая, изящная. Моя девочка. Моя жена…

Стоп. Жена.

Церемония!

– Эстер, а ты помнишь, зачем пришла сегодня?.. Зачем надела то красивое белое платье?.. – я наматываю её локоны на пальцы одной руки, другой – нежно глажу её лицо… щёчки, губки… и эта женщина – моя. Эта мысль порождает новый приступ вожделения.

Мечтательный взгляд Эстер резко проясняется. Она смотрит на меня огромными кобальтовыми глазами, очаровательно ойкает и прикладывает ладошку к губам.

– Эстер… ты забыла о нашей свадьбе? – я мягко смеюсь. Ничего не могу поделать. Эстер прекрасна. Как небо. Как полёт. Как жизнь.

Я мягко выталкиваю нас обоих из моего ментального пространства.

И мы оказываемся точно такими же счастливыми и обнажёнными на полу гостиной моего особняка… Что был моей магической тюрьмой уже больше двадцати лет. Что перестал ею быть, когда порог этого дома переступила Эстер.

– Гидеон… – Эстер присаживается на полу, а я остаюсь лежать на спине, она держит меня за руки, – прежде чем проведут церемонию…я…я бы хотела…

А я сейчас почему-то почти на всё согласен.

– Проси, Эстер.

– Пообещай мне, что не причинишь вреда тем, кто мне дорог. Ни сейчас, ни потом…

– Эстер, всё очень непросто, – я хмурюсь. Это тяжёлый разговор. А если дам слово, то не считая вопроса "чести", будут элементарные магические искажения, когда я вступлю в поединок со Змеями. Не в мою пользу. Потому что слово – это не просто слово. Особенно в этом мире Змей – Мора-Ви.

Но это всё не так уж важно, потому что в кобальтовых глазах Эстер на тёмных длинных ресницах я вижу первые слёзы.

Ну нет, Эстер.

– А если скажу “да”, но обману тебя, Змейка?..

Её пальцы перестают сжимать мои.

– Мне не нравится, когда твоя рука такая безвольная, Эстер. Как неживая…

– Тогда ты убьёшь мою душу, – перебивает Эстер, – и у меня будет такая не только рука. Я вся буду такая!.. Мы с тобой сразу начали… с постели. Ни один из нас не посчитал нужным бороться с притяжением истинной связи. Но на самом деле мы с тобой пока чужие, Гидеон. И можем такими навсегда остаться.

– Так всё-таки ты жалеешь?

– О чём?

– Что начала наше общение… с постели?

Мгновения тянутся. Эстер думает. А меня бесит: о чём здесь можно думать?

Когда я уже готов зарычать от ярости – хитрая улыбка касается уголков нежных девичьих губ, и лучики-смешинки начинают сверкать в кобальтовых глазах Эстер.

“Нет”, – говорит одними губами и снова мягко опускается на мою грудь, нежные девичьи руки обвивают мою шею.

Я странным образом размякаю. Как будто юная Серебряная Змейка загипнотизировала меня!

– Я очень постараюсь выполнить твою просьбу, Эстер – говорю я, с некоторой задержкой осознавая смысл своих слов.

Демонова Бездна, да дочь Серебряного Змея поймала меня!

Эстер нежно обнимает меня, покрывает моё лицо короткими поцелуями.

Я останавливаю её.

Беру красивое юное лицо в свои ладони. И заставляю поцеловать меня глубоко. Нежно. И чувственно.

Она постанывает.

Снова хочет меня.

Нет… Мы хотим друг друга .

Глава 14. Свадьба

Эстер

Это так странно.

После быстрого омовения я снова влезла в своё свадебное платье.

Гидеон помогал мне его надеть, а я… всё время опасалась, что вот сейчас услышу треск ткани. Он рванёт платье, и мы опять свалимся в объятия друг друга на диван или на пол или куда придётся…

Но Дракон касался меня деликатно.

И мне… было немного печально.

А Гидеон… в его тёмном одеянии с серебристыми аксельбантами… был так хорош, что я сначала остолбенела.

Крепко зажмурилась и тут же открыла глаза.

Сглотнула.

– Нравится, Эстер?.. – самодовольно хмыкнул Дракон, галантно беря мой подрагивающие от волнения пальцы в свою сильную горячую руку.

– Очень… – только выдыхаю, оглядывая широкие плечи своего будущего мужа, все достоинства его тела только подчёркивает эта одежда.

Штормовые серые глаза Дракона – сейчас они смеются. Пока он не опасен. Но это только пока… И полуулыбка на идеальных жёстких губах – не злая. Не саркастичная. Серебристо-белые буйные волосы разметались по плечам Дракона, упали на серебристые элементы его богатых одежд. Это руны… вдруг поняла я, – руны из серебра. Драконы часто носят такое на одежде и метка Истинности… она тоже состоит из рунического става, утопленного в завитки… Змеи в этом не сильны. А Драконы очень хорошо ладят с магией рун.

"А нет ли в этих магических письменах какого-то скрытого смысла?.. Не причинят ли они вреда кому-то из жителей моего мира, стоит Гидеону покинуть магический контур своего особняка-тюрьмы",– размышляла я, пока Гидеон медленно вёл меня по дикому саду в сторону границы магического контура.

– Что нахмурилась, Эстер? – голос Гидеона стал жёстче, рука сжала мои пальцы чуть сильнее. Не до боли, но… мой муж меня предупредил.

Мы остановились. Я перевела взгляд на его лицо.

“Он разозлился”, – поняла я. Потому что глаза стали прозрачно-серыми, и грозовой запах стал более терпким.

И в землю вокруг нас начали бить редкие молнии.

Я вздрогнула от первой. На последующие – уже не реагировала.

Это было демонстрацией: у Дракона испортилось настроение. На случай если по хмурому по-мужски красивому лицу я чего-то недопоняла.

Я светло улыбнулась Гидеону и перехватила его руку иначе – не по этикету. А сплетя свои пальцы с его.

– Да я поняла всё, убери… пожалуйста, – указала взглядом на молнии, – постарайся меня понять Гидеон. Я не могу контролировать каждую свою мысль. Каждое справедливое, согласись, опасение…

В небе громыхнуло.

Я взвизгнула и рывком вжалась в грудь Гидеона. Он помедлил миг, затем мягко рассмеялся и заключил меня в объятия, сцепив руки замком у меня за спиной.

– Я постараюсь быть… терпимее, Эстер.

– Спасибо… – мягко целую Гидеона в широкую шею, поднимаюсь на носочки, и он опускает ко мне своё лицо. Коротко жарко целует в губы.

– Сегодня Эстер я точно никому не причиню вреда. Даю слово. Так тебе будет легче…

– Сегодня и завтра… – быстро поправляю я.

– Торгуешься со мной, Эстер? – заглядывает мне в лицо Дракон, насмешливо приподнимая одну бровь.

– Нет… да… ну, пожалуйста, Гидеон?.. Мне будет спокойней… Я не буду искать взглядом часы. Сейчас уже довольно поздно… Мы… задержались.

– Ладно, Змейка-Эстер, – снова этот мягкий смех и целомудренный короткий поцелуй в губы.

– О, и ещё… Гидеон… вот как сейчас – так меня и поцелуй во время семейного праздника… а то родители…

– Нет, – рявкает Гидеон и после короткого смешка продолжает, – вот это точно нет, Эстер. И не проси. Поцелую свою жену, как считаю нужным. Твои родители могут отвернуться, если угодно.

Я согласно киваю.

– Ну хотя бы с папой за праздничным столом не поругаешься?.. – совсем жалобно спрашиваю я.

– Нет, – закатывает глаза Гидеон, увлекая меня к замерцавшему участку в витой ограде особняка. Это ждёт нас Теневая Тропа. Что откроется здесь и выпустит нас входа в один из Храмов Драконьих Богов. Я там даже никогда не была…

Я восхожу на теневую тропу, держа Гидеона за руку.

Маленькая победа, почему нет.

Небольшая Змеиная хитрость: сразу после отказа в просьбе, просить что-то попроще. Я и не рассчитывала, что Гидеон согласится на целомудренный поцелуй, но… только что обеспечила себе спокойный праздничный ужин!

По крайней мере, я так думала…

***

Мы сошли с тропы у Врат в Храм серого камня.

Я никогда не была внутри, но знала, что он посвящён одной из самых почитаемых Богинь Драконьей расы… Они звали её Каменной Драконицей – что-то вроде покровительницы перерождений. Иначе почему она изображалась как почти скелетированный Дракон в Звериной форме, но в венке из белых мелких весенних цветов?

У Змеев вообще не было Богов. Мы верили в Свет и Тьму… точнее, знали, что Свет и Тьма есть. Обращались к магии стихий. Что до Богов… этот термин мы соотносили с очень могущественными колдунами, перешедшими определённую черту, победившими время, пространство и поле вероятностей судьбы… Мы знали, что такие есть. Или были. Но Драконы вкладывали в это нечто совершенно другое. Мне предстояло всё это узнать. И понять, как мыслит мой муж, возможно даже – поверить в то, во что он верит. Со временем.

Мы с Гидеоном зашли в Храм и приблизились к жрецу. Одни в круглом зале. В центре его алтарь и та самая огромная статуя-скелет в венке. И жрец у её подножия. Мы остановились напротив него. Жрец наговаривал слова клятвы…связывал наши руки с Гидеоном какими-то магическими лентами, сотворёнными из воздуха. Непонятная мне иномирная магия, фактурой совершенно непохожая на мою.

Я отвечала в положенных местах текстами обетов – я знала, что говорить. Отвечала по инерции, успевая оглядеть храм. Мрачный… Со свечами горящими плотными рядами на выступающем островке вдоль покатых стен. Непрерывной лентой множество свечей, что загорались сами собой, опоясывали зал.

– Эстер… – рычащий шёпот Гидеона привлёк моё внимание, – сконцентрируйся. Смотри на меня, жена…

– А почему мы здесь одни? Где все? – я заглянула в штормовые глаза Гидеона.

Но ответ я получить не успела.

– Дети мои, – привлёк наше внимание жрец, – Богиня отказывает вам в связке судеб.

– Что?!

– Что?!

Мы с Гидеоном переспросили одновременно. Он – со злобным шипением. Я – с растерянностью.

– Дети мои, Богиня подтверждает истинную связь. Высокое сродство тел. И дозволяет вам и дальше… быть единым целым, как положено мужу и жене. Однако души ваши закрыты друг от друга. Богиня ждёт вас в этот день, когда луна Мора-Ви завершит полный цикл. И проведём церемонию повторно.

– А если… – осторожно подаю голос, боясь, что Гидеона “прорвёт” и он, например, откусит жрецу голову, – а если… почтенный жрец, мы… не справимся? С душами… не очень-то понятно, что требуется. Так что…

– Постарайтесь друг друга понять, дитя. И взглянуть на мир глазами супруга. Если не преуспеете – Богиня призовёт вас ещё через лунный цикл, и вы оба лишитесь магии. Станете людьми. Или погибнете… Но последнее, конечно, маловероятно…

Гидеон зарычал.

А я… стала просчитывать вероятности будущего чисто на рефлексе. Папа учил меня так делать, с раннего детства. Привычку уже было не искоренить.

– Дай мне слово, – громко произношу. Свечи вспыхивают ярче. Жрец складывает руки жестом позволя мне продолжить, – дай слово, Гидеон. При своей Драконьей Богине. Что мне не нужно тебя бояться. Что ты не навредишь моей семье, земле и народу. Что будешь их защищать, если понадобится. И тогда я не попытаюсь ничего от тебя утаить. Буду честна, сделаю всё, чтобы ты вписался в мой мир, и буду очень стараться понять твой…

– Хватит!.. – рычит Гидеон, отпуская мою руку… вижу по его изменившимся кончикам пальцев – это чтобы не покалечить меня Драконьими когтями, проросшими только что, – ты хочешь, чтобы я поклялся перед Богиней, что оставлю месть? Но месть важна, Эстер. Это для Дракона словно отсечь часть тела.

– Мы оба в своём роде отказываемся от части тела, Гидеон… – печально произношу, нерешительно протягиваю руки к своему несостоявшемуся мужу, – неужели то, что произошло ещё до моего рождения настолько важно?.. Что ты готов даже перечеркнуть будущее?..

– Дети мои, – снова подаёт голос жрец, – Богиня дозволяет… свести ваши метки и отозвать Истинность. Оба станете свободны. Никто не отберёт через один цикл луны у вас ни жизнь, ни магию… Но решайте здесь и сейчас.

Глава 15. Решение

Эстер

– Нет!

– Нет!

Я отвечаю быстро, не задумываясь о последствиях. Это был шанс. И папа бы меня не похвалил. Шанс вернуть покой семье и стране. Избавиться от Гидеона… Но я… только что выбрала себя.

Я не хочу отказываться от брака с ним.

Я не знала, что скажет Дракон.

Может моя метка ему – клеймо и в тягость. И если бы он сказал “да” одновременно с моим "нет"… мне… Тьма… мне было бы очень больно.

Его угрожающее “нет!”, произнесённое одновременно с моим – как рёв молодой бури. Я начала плакать. И смеяться одновременно.

Поняла, что я всё ещё стою, нерешительно протянув руку к Дракону. Наконец, Гидеон мягко дёргает меня за запястье на себя, крепко обнимает, вжимая в свою мощную грудь. Я обнимаю его в ответ так крепко, как только могу.

Всхлипываю в объятиях Дракона, подставляю лицо его коротким нежным поцелуям.

– Очень хорошо, – довольно выдыхает сухопарый жрец, – это верный ответ, дети мои. Богиня смягчается и несколько изменяет свои намерения. Брак подтверждён, за исключением финальной печати. Итак, вы супруги. Метки созрели. Это увидит каждый маг этого и иного мира, однако… заключительную печать на метки Богиня поставит через один лунный цикл. Постарайтесь выполнить её условия, чтобы остаться мужем и женой, которыми вы стали в это мгновенье. А также сохранить свои магию и жизнь. Богиня благословляет вас.

Несколько мгновений тишины. Жрец замер напротив нас у алтаря. И, кажется, даже не дышит. Я изредка всхлипываю. Свечи потрескивают. Ветер поёт в завитках огромной статуи в центре зала, мелодично пролетая через её рваные “неживые” крылья, шевелит белые цветы в свадебном венке на монструозной голове Богини…

– Я не знаю, как это возможно сделать, – всё ещё всхлипываю я, роняя слёзы на тёмные свадебные одеяния Гидеона, – правда. Я могу только бояться. Я не вижу выхода…

– Мы с этим разберемся, Эстер, – перебивает меня Гидеон.

Затем сухо кивает жрецу. Я этого даже не вижу. Я чувствую. Потому что просто уткнулась в грудь Дракона, в очередном приступе рыданий.

– Ступайте с миром, дети мои…

А потом муж подхватывает меня на руки и уносит из круглой ритуальной залы. Но останавливается у самого выхода…

Миг смотрю в его глаза. А потом опускаю взгляд на широкую шею мужа, кожа покрывается перламутрово-белыми словно налитыми силовыми разрядами крупными чешуйками специфической формы – полукруглыми с одного края.

– Эстер… вырви одну. И вложи её в стену храма.

Я удивлённо округляю глаза, но подчиняюсь мужу. Вырываю чешуйку –и в этом месте на себе чувствую боль! – как будто меня саму по шее ножом полоснули, но рана Гидеона закрывается на глазах. И я перестаю чувствовать фантомную боль на собственной шее.

Дрожащими пальцами прикладываю чешуйку к дверному проёму и она… тут же тонет в камне – словно её затянуло в болото.

– Богиня приняла дар, – шёпотом поясняет Гидеон. В дверном проёме поворачивается к алтарю в виде огромной статуи-драконицы и к замершему, как неживой, сухопарому жрецу. Кланяется, так и не выпуская меня из рук.

А затем выносит меня из храма в весеннюю тёплую ночь, крепко прижимая к своей груди.

Я оглядываюсь через плечо Гидеона на Храм, но…

Храм зарябил – как если смотреть на него через дым костра. А ещё через миг истаял в воздухе.

Я только пожала плечами. У Драконов свои причуды.

А через несколько шагов нам вновь открылась теневая тропа. И на этот раз нас вывел путь в Малый зал Чёрной Башни – дворца Правителя Моравии. Всё в чёрном и белом мраморе. На изящном золотом постаменте с двух сторон от стола парные фонтаны – белый и чёрный клылатые Змеи, и вода частыми каплями стекает с их клыков, символизируя яд.

Здесь всё было украшено как подобает для свадьбы – белые и золотистые вьюнки из садов резиденции Правителя. Играет лёгкая музыка… отражённая магией. Сами музыканты сейчас играют где-то в другом зале.

Чтобы не видеть моего мужа. Чтобы не допустить распространения слухов.

Всего один овальный стол, накрытый на несколько гостей.

Будут только родственники и два – три друга семьи, надо думать.

Но пока что кроме нас в зале было только двое

Первое – цепкий взгляд кобальтовых глаз отца.

“Всё в порядке, папа,” – я кивнула ему с лёгкой улыбкой, надеясь, что он меня понял.

Папа отвёл взгляд, – значит, понял.

Мама. Сидела на стуле, облокотившись о чашу фонтана с белым змеем и бессмысленно тыкала пальцем мраморный клык каменной кобры. А ведь её ваяли с маминой старшей сестры – тёти Алисы.

– А, вы быстро… – выдохнула мама и улыбнулась. Но я слишком хорошо её знала, так что сразу поняла: улыбка неискренняя.

– Быстро?.. – еле слышно переспросила я, а Гидеон, наконец, поставил меня на пол. Я с непривычки качнулась. Его рука мгновенно оказалась на моей талии, удерживая от падения.

Мама подавила гримасу отвращения:

– Ну да, – снова это улыбка, – Алик сказал, вас раньше чем через час ждать не стоит. Но гости потихоньку подтягиваются…

– А я думала, мы опоздаем, – хихикнула я.

– Я догадывался, и примерно заложил время… на ваши… сборы. – усмехнулся папа, коротко заключая меня в объятия, а затем к моему вящему удивлению… крепко пожал Гидеону предплечье – как чёрные легионеры в войске, где отец служил, приветствуют друг друга.

Я бы так и осталась смотреть на это с приоткрытым ртом, если бы отец не подмигнул мне хитрым кобальтовым глазом. И я отмерла.

И на сердце вдруг стало легко и даже весело.

– Давайте поздороваемся с гостями… и пригласим потихоньку всех за стол, – сла́бо улыбнулась мама и с тяжёлым вздохом поднялась, опершись о поданную папину руку.

Я обняла маму, коснувшись её тёплого беременного животика сквозь нежно-зелёную ткань воздушного платья, изящно обшитого серебром. Я понадеялась было, но они с Гидеоном друг к другу не приблизились.

Родители ушли первыми в смежную залу, где собирались гости, а мы намеревались уже отправиться следом.

– Эстер, – тихонько позвал меня Гидеон, – тебе не о чем переживать этой ночью. Я дал тебе слово. И… твоей матери нужно время. Вероятно, много времени.

Я благодарно улыбнулась мужу. И приняв его руку, шагнула в небольшую залу для сбора гостей.

Здесь сидела одна в просторном кресле моя двоюродная сестра – Диара – черноволосая улыбчивая белая волшебница с принизывающим взглядом почти чёрных глаз. Диара была дочерью Правителя страны Змеев Арона и маминой старшей сестры – тёти Алисы… А ещё… это именно из-за Диары Гидеон двадцать лет назад лишился сил.

Прежде его, белый огонь горел теперь в магической крови родившейся в день его поражения Диары.

Я любила её, мы были почти сверстницы… но… я, признаться, не ожидала, что она придёт. Была рада, но… размахивать у Гидеона перед носом волшебницей, которой отошла львиная доля его сил когда-то… опасно, что ли.

– Привет, – улыбнулась нам как ни в чём не бывало Диара, – поздравляю… Эстер, смотри… они не хотят перекидываться… Я им говорю у Эстер свадьба, превращайтесь в людей. А они только шипят на меня…

Диара рассмеялась. И я разглядела в её руках, в складках пышного чёрного платья двух серебряных маленьких змеек.

Я против воли улыбнулась. Они слишком рано научились оборачиваться. Даже раньше чем наследник престола… Это мои родные брат и сестра. Близнецы. Им по четыре года… И я вполне верю, что они могли не послушаться. Ни Диару, ни тётю Алису, ни Правителя, ни даже наших родителей.

Я приняла близнецов из рук Диары, ненадолго отпустив Гидеона.

И сразу обернулась к мужу.

Не взбесился ли он, увидев нового хозяина некогда принадлежавшей ему магии? По его лицу ничего нельзя было понять.

– Гидеон, – я удерживала в одной руке обвивших меня блестящими хвостиками малышей, – это мои брат и сестра… Тебе это странно, да?..

Я пыталась расшифровать сложную гамму чувств в его глазах. Гидеон медленно протянул к змеёнышам ладонь. Увидела боковым зрением, как дёрнулась мама, но папа успокаивающе приобнял её за плечи. Да и Диара уселась на самый край кресла, вцепившись тонкими пальцами с чуть заострившимися коготками в подлокотники.

“Какая у меня прекрасная семья. Все, если что, готовы подраться с моим мужем…”, – мысль дикая, странная и отчего-то в итоге комичная. Я тихонько хихикнула.

И мама рвано выдохнула, а Диара разжала пальцы на подлокотниках кресла.

Только папа продолжал, не мигая внимательно смотреть на Гидеона. В отличие от всех остальных в комнате, поза отца только казалась расслабленной.

И не зря.

Потому что через миг, синхронно зашипев, две серебряные змейки на моей раскрытой ладони распахнули капюшоны, рванулись вперёд и вцепились маленькими пастями в пальцы Гидеона.

Глава 16. Дела семейные

Гидеон

Я захохотал.

Не удержался.

То ли над напряжённым лицом Алика, то ли над ситуацией в целом.

– У них… нет ещё клыков… и яда нет… – лепетала Эстер и натянуто улыбалась, стаскивая с моей руки змеёнышей, – это… ты…я думаю, ты им понравился!

Очаровательно.

Мой смех стал сильнее. Я впервые имел дело с детьми Змей-перевёртышей. Они обычно приобретают вторую ипостась в более зрелом возрасте. Как и Драконы. Хотя бы в подростковом. А эти… "гениальные", как их папаша?

Надеюсь, что нет…

Впрочем, чем сильнее маг, тем раньше он научается менять ипостась. Мужчины обычно раньше женщин.

А вот интересно.

Эта черноволосая и черноглазая в чёрном платье… но при этом вполне себе белая волшебница… дочь Правителя Змей Арона – Владыки Хаоса, в которой так чудесно прижилась моя магическая сила… сколько лет было ей, когда она сменила ипостась? И что у неё за Зверь? Дракон – из-за моей силы… или всё-таки какой-то жуткий изменённый змеиный гибрид, с учётом того, что оба её родителя чистопородные Змеи…

Девочка с вьющимися чёрными волосами и едва заметно поблескивающей терновой диадемой из чёрных бриллиантов – артефактом правящего дома – подходит к нам, обнимает Эстер и целует в щёку. Затем за кончики хвостов уносит извивающихся змеёнышей-близнецов и пересаживает в руки родителей Эстер. И тут же возвращается к нам.

– Диара, – представляется брюнетка, колко улыбаясь мне в глаза… Такой же некомфортный взгляд как у её Демонова папаши – Владыки Хаоса. Как будто может в прямом смысле убить этим взглядом, даром что белая волшебница. Девочка в чёрном приветливо протягивает мне руку, – я бросаться не буду.

– Уж я надеюсь, – коротко жму протянутую руку.

Целовать руки женщинам-Змеям, как того требует этикет – даже не подумаю. Увольте. Кроме Эстер. Но Эстер – это другое. Ей я поцелую вообще всё что угодно, не только руки. Эстер – моя…

А этот серпентарий я не заказывал.

Моя юная жена обвивает мне плечо тонкими руками, успокаивающе поглаживает моё предплечье. Представляю, как она сейчас дёргается. И ту, в ком теперь живёт моя прежняя сила, мне показали. И змеёныши меня "погрызли"… Что теперь?

Для полного счастья надо, чтоб явился Правитель с супругой и старшим сыном. И чтоб меня окончательно добить – тот Дракон-предатель, что спелся со Змеями и помогал заключить меня в ловушку вместе с этими хвостатыми мерзавц…

– Церемония прошла хорошо? – светским тоном интересуется отец Эстер – Алик, отвлекая меня от чёрных мыслей, которые я продолжил нагнетать как-то сам собой.

– Спасибо, вполне, – ровно отвечаю, прикрывая руку жены своей сверху, ласково поглаживаю тыльную поверхность кисти Эстер.

Лишь для того чтобы поймать тень ярости, глубоко спрятанной на дне кобальтовых глаз её отца – великого и ужасного Серебряного Змея. Да, я обещал не причинять никому вреда. Но… Не веселиться я не обещал.

– Отлично, – подхватывает Алик, но я-то знаю: его внимательные змеиные глаза не выпускают ни одного моего движения из поля зрения.

А ещё я вижу по этим глазам – он не верит, что церемония прошла гладко. Он не может знать… но почему-то знает. Может, он даже каким-то непостижимым образом расставил сети вероятностей будущего так, что нам с Эстер предложили бы отказаться от меток истинности в Храме. Вот только вряд ли он ждал, что его дочь с таким жаром отвергнет эту “милость Богов”. Или милость Изначальных сил, как говорят в Мора-Ви. Змеи – безбожники. Что в принципе меня не удивляет.

Я улыбаюсь.

Мы закрыты друг от друга с Эстер. Потому что Драконы ненавидят Змей и у меня есть счёт к миру Мора-Ви.

А ещё потому что отец Эстер научил её манипулировать раньше чем ходить.

Но главное… потому что Эстер меня не любит . Хочет, даже жаждет… но не любит. Пока что. Но я намерен это исправить. Потому что любовь Истинной сделает меня намного сильнее. И просто потому, что я так хочу.

– Прошу прощения… – я коротко прижимаю пальцы Эстер к губам и увлекаю жену в дальний угол комнаты.

Она заглядывает мне в глаза. Волнуется. Те, кто сейчас в этой комнате – уже произвели на меня “неизгладимое впечатление”. Само их присутствие – испытание.

И непонятно, кто ещё придёт на этот семейный праздник.

– Эстер, Истинная моя… – тихонько шепчу, обнимая мою Змейку за тонкую талию, – я хочу, чтобы ты получала удовольствие от праздника. А не нервничала и дёргалась от каждого слова, что мне скажут твои родственники. Я понимаю, что в укусах близняшек было больше любопытства чем агрессии. И понимаю, что Диара не виновата, что живёт с некогда моей магией. Та сила давно приняла её как хозяйку, и я не планирую с боем её возвращать и причинять девочке вред… И то же самое скажу тебе про остальных…

Эстер просто шумно выдыхает с облегчением и не скрываясь, опять же – нарушая дворцовый этикет – просто обнимает меня за шею, словно мы здесь одни.

– Эстер… – шепчу, зарывшись носом в рыжие густые волосы жены, – а ты, во сколько лет впервые сменила ипостась?..

– Я… – голос Эстер становится печальным, – я-то рано… до года ещё, но… только вот…

– Что, девочка?..

– Крыльев нет, – совсем тоскливо говорит она, – у родителей есть. И мне уже двадцать… Значит, наверно крыльев и не будет…

Голос дрогнул. Заплачет? Из-за крыльев?! Какие глупости…

– Эстер… – успокаивающе глажу по голой девичьей спине, нырнув рукой под копну её густых волос, – иногда разбудить крылья… требует уловки. Я чувствую, крылья будут. Я помогу…

– Правда? – она подаётся назад. В кобальтовых глазах сияет восторг, – ты научишь?..

– В твоей Академии ведь есть Оборотная площадка…

– Да, но… – Эстер мнётся, – не знаю… давай попросим папу. Может, он разрешит, чтобы ты… учил?

Я киваю и Эстер выскальзывает из моих рук, проносится через маленький зал и весело подскакивает к Серебряному Змею.

Что-то импульсивно шепчет на ухо своему отцу, пригубившему из кубка.

Я знаю, что Алик пьёт тот самый тонизирующий раствор, что так заинтересовал меня утром…И мне всё ещё интересно его попробовать.

Но я отвлекаюсь на другое.

Что-то тут не так.

Я что-то упускаю.

Я нахмуриваюсь.

Эстер подбегает ко мне. И прежде чем успевает что-то восторженно начать говорить, я её опережаю:

– Опять какая-то хитрость Змейка-Эстер?.. – вкрадчиво начинаю я, – ты хитрая маленькая Змейка… хоть помнишь, как давно я живу на свете?..

Эстер виновато пожимает плечами и проникновенно смотрит мне в глаза.

– Гидеон, – неловко улыбается моя юная хитрая супруга, – я… давай всё тебе расскажу как есть, когда останемся наедине. Я правда хочу, чтобы ты мог быть чаще рядом и…

– Конечно, расскажешь, Змейка-Эстер… – тихо шиплю жене на ухо, – расскажешь всё. Каждую свою маленькую хитрость. Я её у тебя выпытаю… Знаешь как?..

Эстер округляет глаза, я не даю ей опомниться, и понижая голос ещё сильнее нашёптываю ей на ухо свои непристойные планы на ночь, смачно описывая некоторые детали предстоящего допроса.

Эстер густо краснеет. И пытается задавить улыбку.

Дальше мы молчим, юная жена льнёт ко мне, прячет лицо на моей груди. Я обнимаю Эстер за плечи, тихонько посмеиваясь.

И не без удовольствия отмечаю, как Серебряный Змей едва заметно поджимает челюсть. Он в ярости, но не покажет этого…

Но это так.

Приятный бонус.

Главное этим вечером – моя Эстер.

Глава 17. Конец веселья

Эстер

Я думала, мне за праздничным столом кусок в горло не полезет.

Особенно когда к нам присоединились Правитель с супругой и старшим сыном – наследником престола.

Мы с Гидеоном сидели во главе стола, на почётных местах. И Дракон не подавал вида, что что-то не так, поддерживал светскую беседу.

Меня терзало чувство, что отец заготовил ещё одну ловушку для Гидеона. Три места за праздничным столом так и остались пустыми. Мы кого-то ждали? И отец изменил планы?

Я промучилась размышлениями какое-то время.

В итоге я плюнула на попытки разгадать интриги родителей и начала есть как не в себя, хоть и с соблюдением всех правил этикета. Меня терзал звериный голод, потому что… ох, да потому, что на своего новообретённого мужа я тратила очень много физических сил.

И, судя по его “угрозам”, что он ласково и горячо прошептал мне на ухо, сегодня ночью мне потребуется ещё больше сил.

Все смеялись, болтали. Как будто проблем нет. А ещё через час я уже забыла, что чего-то боялась. И зря.

– Эстер, – отец поднялся из-за стола и обменялся коротким взглядом со своим лучшим другом – Правителем Моравии, после чего приблизился к нам с Гидеоном. Отец взял меня за руку и расстегнул на мне браслет-артефакт.

Как я надеялась, этим папа показывал, что доверяет Гидеону. Опять же, зря.

А может, родители просто смирились?..

Ведь смысла в браслете уже явно не было – метка созрела, расцвела. Завитки змеились по внутренней поверхности левого запястья, и металл магического украшения уже не укрывал разросшуюся руническую вязь.

Щелчок. Миг моё освобождённое запястье приятно холодит. И, как только отец убрал от меня руки, меня за запястья тут же взял муж. Пальцы Гидеона жёстко погладили руны метки. Как припечатали. А затем он припал к моей руке горячими губами.

Явно не обращая внимания, что мы здесь не одни.

И мне тоже начало так казаться.

– Дорого́й зять, – вновь привлёк к себе внимание отец, и Гидеон вынужденно оторвался от меня, встретился взглядом с моим отцом. Я наблюдала странную сцену. Безмолвный поединок воли, в котором меня не устраивал проигрыш ни одной из сторон.

– Эстер, – рычит Гидеон, поднимаясь из-за стола, – нам пора.

– Я открою вам переход, – нейтрально произносит отец над нами.

Я стремительно выхожу из своего одурманенного состояния. Встречаюсь с отцом взглядами. Его кобальтовая радужка лишь слегка предупреждающе серебрится.

Он напряжён! Он весь вечер сидел, готовый к драке, а я то поверила, что у нас настоящий семейный праздник.

– Пап… – я тоже вскакиваю. Гидеон чуть жёстче берёт меня за запястье, но в итоге – не препятствует. И даже полностью отпускает руку.

Мы с отцом обнимаемся.

И он тихонько, чтобы слышала только я, выдыхает мне на ухо:

– Зря ты отклонила предложение жреца в храме, Эстер…

Дёргаюсь. Как папа мог знать? Как мог повлиять на это? Неужели как-то так свёл вероятности судьбы, что жрец предложил бы?..

– Тихо, Эстер, – папа успокаивающе оглаживает мои волосы, – ничего страшного. Твой выбор. Я отношусь с уважением и пониманием. Хотя ты и сама не знаешь, что выбрала. А объективной быть просто не можешь… Но… я сделаю всё, чтобы то была счастлива. Всё, что от меня зависит.

А дальше отец говорит уже громче, так что нас слышат все за праздничным столом:

– Завтра я приглашаю свою дочь с мужем в Замок Академии на ужин. И если всё пройдёт хорошо, я исполню их просьбу. Рассмотрю кандидатуру своего зятя на должность в Академии…

Мама со звоном роняет вилку. Остальные молчат. Я мельком смотрю на Правителя. И в угольно-чёрных глазах сильнейшего Змея-перевёртыша в стране мне мерещится что-то очень нехорошее.

Неужели отец сейчас нарушил его волю?!

Бегло осматриваю лица всех в зале.

Но не успеваю сделать больше никаких выводов:

– Мы с благодарностью принимаем твоё приглашение, Серебряный Змей, – степенно отвечает Гидеон. И мне мерещится в его голосе злая усмешка.

– Жаль, что не хотите задержаться ещё, Гидеон, ведь у нас планировалась ещё парочка гостей… – усмехается отец, а я понимаю, что он просто тянул время и попутно тихонько исследовал ауру Гидеона, чтобы понять, безопасно ли позвать их .

Тех, к кому Гидеон отнесётся куда хуже, чем к Змеям. Потому что, как объяснял мне отец, мой Дракон считает, будто они его предали.

Гидеон

Я чувствую, как за пределами поля моего зрения открылся портал.

Где-то совсем рядом. Может, даже за этой стеной.

Обеденная зала с фонтанами в виде каменных змей и овальным столом, полным угощений, как будто на миг дёрнулась перед глазами. Пространство изогнулось. Подозреваю, что Змеи считают, что это было незаметно.

Хотят меня удивить… но едва ли смогут. Драконы чувствуют портальную магию, как никто.

И я знаю, кто сейчас явится.

Я готов оскалиться. Я готов вцепиться в шею этим “гостям”.

Потому что тот, кого пригласили и на этот праздник жизни – никакой не Змей.

А значит, обещание, которое я дал Эстер, на него не распространяется…

Предатель заходит в залу как ни в чём не бывало. И я не удерживаюсь. Взываю к внутреннему источнику. Ко всей своей Силе, накопленной по капле… за годы взаперти… втайне от Змеев.

Мягко отталкиваю Эстер подальше, чтобы она не пострадала.

И рывком меняю Ипостась.

Глава 18. Драконьи рефлексы

Эстер

Всё произошло слишком быстро.

Перед тем как Гидеон сменил Ипостась, я лишь краем глаза заметила, как кто-то зашёл в залу.

Надо бы испугаться. Надо?..

А я засмотрелась. На огромного Зверя – Штормового Дракона с серебристо-серой чешуёй цвета хмурых грозовых небес.

Мгновенье назад Гидеон мягко сдвинул меня с места, я даже устояла на ногах. И теперь рядом со мной вместо моего по-мужски красивого и опасного супруга выросло существо . С распахнутыми крыльями, оскалившее острые зубы. С полосами по бокам от мощной шеи, очень похожими на идеально ровные рубцы.

Существо рычало и исходило грозовыми молниями.

Магические огни в зале сходили с ума.

Дракон ревел.

А я…

Медленно шла вдоль стены, оттеснённая от праздничного стола, за которым сидела моя семья, возникшим словно из ниоткуда, чудесным Зверем. Вдыхала запах молодой грозы, тут же заполнившей комнату, не в силах прекратить пялиться на эти глаза. Они не изменились. Только стали больше, а чёрный серповидный зрачок рассекал их на несимметричные, но о-о-очень гармоничные части.

Гидеон сейчас не был слишком похож на вторые Ипостаси тех нескольких Драконов, что я видела. Как будто он – "другой породы".

Я нервно хохотнула.

И он прекратил реветь, и повернул на меня огромную шипастую морду. Моргнул. И сложил перепончатые серебристые крылья.

Цвет почти такой же, как у наших вторых ипостасей – моей, отца, малышей-близнецов… А форма чешуи совсем не такая, как у нас. У Змей – резкие острые многоугольники, а у Драконов – форма чешуи скруглённая с одного края. Как у меня в колье… как гигантская копия той чешуйки, что я выдернула из шеи Гидеона в Храме… бесподобно.

Я почти коснулась тёплой чешуи Гидеона. Ладонь уже ощутила жар, но за миг до прикосновения – Дракон исчез из-под моей руки. Он метнулся через зал.

И только тут я разглядела, что в широком дверном проёме стоит чёрный Дракон чуть меньшего размера, чем Гидеон. Чёрный метнулся на собрата резво. И теперь уже два Зверя скалились, громили мебель и рычали.

Чудом до моего слуха донеслось, как мой дядя – Правитель очень тихо, флегматично цыкнул уголком рта. И почему-то этот звук перекрыл Драконий рёв. Словно бесновались гигантские ящеры уже за каким-то защитным экраном, разделяющим нас с ними. Хотя… скорее всего, так и было.

По комнате пошли волны первородной Тьмы – энергетические колебания, которые создаёт магия Правителя, трудно с чем-то перепутать. И стены стали раздвигаться, а потолок уходить вверх. Наша недавно уютная, но всё-таки немаленькая зала – сейчас становилась огромной. Она была как раздувающийся пузырь. По которому носился чёрно-серебристый вихрь – светлый и тёмный Драконы, сцепившиеся друг с другом в странный клубок. Только шипастые хвосты били в мраморные колонны. Но камень, словно у него есть память, после начинал медленно срастаться назад.

Я ещё раз оглядела комнату и увидела, что все преспокойно сидят за столом. И уже игнорируют сцепившихся Драконов в другой части залы.

Мой однокурсник, юный Дракон Виктор, в парадной академической форме адепта, и его мама – белая волшебница Вита – стройная, изящная блондинка в праздничном светло-голубом платье, заняли пустовавшие ранее места для гостей. У Виты и её сына были одинаковые прозрачно-голубые глаза. Только Виктор отличался копной буйных чёрных волос, в то время как Вита была самой светловолосой девушкой, что я когда-либо видела. Они с моей мамой когда-то учились вместе в Академии. Ну а муж Виты… Чёрный Огненный Дракон по имени Кай там преподавал… ох, а теперь, очевидно, Кай был чёрной половиной “драконьего клубка”, что сейчас с рёвом катался по полу.

– Извините, – смущённо произнесла Вита, убирая за ухо белоснежную прядь, выбившуюся из изящной причёски, – мы слегка опоздали. Какие-то наводки с порталами… ой, Эстер! Поздравляю!.. Желаю тебе счастья…

А потом Вита начала щебетать с моей мамой. Виктор хмурился и смотрел на меня с печальным осуждением. Видно, что он обижался, что я не рассказала о замужестве. Ведь мы считались близкими друзьями. Ну и наверняка парень чувствовал себя не совсем уютно за столом с таким составом властьимущих гостей. А я со слезами, застывшими в глазах, снова смотрела на сцепившихся Драконов.

Я была просто в шоке, что все продолжили светскую беседу!

Как будто всё в порядке.

Да как так-то?!

– Пап…дядя Арон… – растерянно посмотрела я на отца и на Правителя.

Владыка Хаоса Арон только махнул рукой, мол, “Эстер, это такая ерунда…”

А папа сла́бо улыбнулся мне и подмигнул.

Я схожу с ума или что?

Почему все так реагируют?

– Эстер, милая, – обратилась ко мне Вита. Я встретилась взглядом с её умными прозрачно-голубыми глазами. Изначальная Тьма , она ведь выглядит лет на восемнадцать. Как старшая сестра собственного сына…Хм, или младшая… – не переживай, Эстер. Драконы вспыльчивые… но отходчивые. Ты привыкнешь. Они… эм… допустим, так здороваются. Сядь за стол…пожалуйста.

Я хлопнула глазами, вхолостую открыла и закрыла рот.

– А вдруг они… друг друга… – прошептала я, – покалечат?..

Вышколенный слуга подал вновь прибывшим гостям горячие блюда и исчез.

– Не переживай, – мягко повторила Вита, отрезая кусочек нежнейшего мяса, – тебе непривычно, конечно. Здесь Драконов не очень много. А Змеи… обычно так не делают… Просто Драконы… темпераментные, что ли…

Договорив, Вита почему-то густо покраснела. А потом и мои щёки начали отчаянно гореть.

Отец отвлёкся от беседы с Правителем и бросил на меня тяжёлый взгляд.

– Как их остановить? – я всё-таки уселась на своё место за столом и принялась нервно сминать салфетку, то и дело поглядывая на поединок. К которому остальные на удивление легко относились.

– Ну, – Вита пожала плечами, уплетая горячее, – да позови просто своего мужа. Мысленно скажи что хочешь, чтобы он сидел сейчас рядом с тобой, а не маялся дурью с собратом. Он придёт. Желание Истинной для него – закон.

– Мне так не показалось…

– Мне сначала тоже так не казалось, – хохотнула Вита, – давай так. Мысленно зовём их на счёт "три". Чтобы они вышли из поединка одновременно и никто не счёл себя проигравшим. Готова?

Киваю.

– Один, два… три!

“Гидеон!” – мысленно зову, крепко зажмурившись, а когда открываю глаза – муж как ни в чём не бывало – сидит рядом со мной. В своих тёмных одеяниях с серебряным орнаментом. Руны на них, как мне кажется, возмущённо пылают. Ему отвечают таким же, но золотистым свечением руны на праздничном одеянии черноволосого Кая – отца Виктора и мужа Виты, Огненного Дракона. Теперь все в зале в человеческих Ипостасях. Одежда на моём муже сидит безупречно, даже как будто серебристо-белые длинные волосы не растрепались. А глубокие кровавые борозды, напоминающие следы от когтей, на его лице и шее – на глазах затягиваются.

По левую руку от нас Вита со смущённой улыбкой лёгким движением берёт Кая за плечо и со щелчком вправляет ему руку. Кай на миг морщится, но тут же начинает обворожительно улыбаться:

– Эстер, Гидеон… мои поздравления.

– С… спасибо, – шепчу я.

– Дорогие новые родственники и друзья семьи, – недобро произносит Гидеон с самым непосредственным выражением на лице, – вы только что вынудили меня на рефлексе сменить ипостась… Очень сомневаюсь, что случайно.

– А ты как хотел, сынок? – в тон ему отвечает мой отец, – у меня были догадки, что ты подкопил сил. Хотя фактически ничем себя не выдал, надо признать. Это так – мои логические выводы… Но я обязан был перестраховаться. Я позвал тебя завтра в людное место. Надо было… прости, конечно, но предварительно опустошить твои резервы. Сейчас… при сильнейших магах страны – это было развесёлым драконьим приветствием. А случись подобное не на наших глазах, в Академии… последствия нетрудно спрогнозировать. Или я неправ?

– Прав, папа , – елейным голосом процедил Гидеон, – и я это запомнил . Кстати, ты очень оперативно сработал. Ведь "спонтанное" решение пригласить меня завтра ты якобы принял несколько минут назад. И тут же явился Дракон из далёкого мира через сложный портал, чтобы меня “подготовить”…

Папа недобро сощурился, но почти сразу весело рассмеялся и поднял кубок:

– Один-один, сынок…

Глава 19. Новый опыт

Эстер

Я окончательно впала в замешательство, когда все за столом продолжили светскую беседу. И даже Гидеон с отцом не пытались друг друга “укусить” в очередном нечаянном словесном поединке.

А потом решила “отпустить происходящее” и просто наслаждаться. Опомнилась уже глубоко за полночь, когда Правитель с женой и детьми покинули зал.

А Гидеон положил руку мне на плечо и привлёк к себе.

– Пойдём, Эстер… Семейный праздник – это замечательно. Но не настолько, чтобы отрывать драгоценные часы от нашей брачной ночи…

А я ещё хотела поболтать с Витой, у меня к многоопытной жене Дракона была тьма вопросов! Да и маму хотелось лишний раз обнять и успокоить… Обычно Вита и Кай – родители Виктора,– если уж навещают сына, то задерживаются на несколько дней. Хотела хотя бы спросить их, останутся ли ещё, но… заглянув в штормовые глаза мужа, в глубине которых читалась жёсткая решимость, послушно кивнула и начала подниматься из-за праздничного стола.

– Эстер… – отец поднялся из-за стола одновременно со мной и Гидеоном, – Гидеон. Если пожелаете, для вас подготовлены покои в Замке Академии.

– Ещё один дальновидный “спонтанный” поступок, папа ?.. – голос моего Дракона звучал на удивление беззлобно. В нём сквозили лёгкая усмешка и странная теплота. Я первый миг обрадовалась, но почти сразу возникло ощущение, что я срываюсь в про́пасть… а крыльев у меня по-прежнему нет…

– Эстер… – Гидеон шепнул мне на ухо, горячее дыхание Дракона опалило кожу, – не дрожи, моя прекрасная юная жена… Если для тебя это так важно, я приму предложение твоего отца.

Не “мы примем ”, а “я приму” – отчего-то покоробило. Меня воспитали свободной. Чтобы я стала женой властного Дракона. Который пока не очень понял про равноправие и прочие столпы, на которых стоит наше государство. В его голове был какой-то иной уклад. И он был уверен, что со временем я подчинюсь, но… у меня были немного иные планы .

***

В Замке Академии нас ждали покои в неучебном крыле, вдали от посторонних глаз. Снаружи это выглядело как каменная башенка, что высилась особняком от учебных и жилых частей замкового комплекса. Здесь останавливалась семья Правителя, когда они являлись с визитом в Академию.

А теперь – мы с Гидеоном были здесь одни.

Гидеон перенёс меня через порог на руках, Дракон неспешно шёл сквозь широкие каменные коридоры, мягко освещаемые парящими под потолком магическими огнями. Я прижималась к его груди, слушала идеально ровные, редкие удары его сильного сердца. Меня жгло изнутри от предвкушения того, что муж сделает со мной этой ночью…

– Не дрожи, Змейка-Эстер, – усмехнулся мне на ухо Гидеон хриплым шёпотом, занося меня в спальню.

Первое, что мне бросилось в глаза – огромная кровать чёрного дерева с витыми столбиками. Застеленная белоснежным постельным бельём.

Пол усыпан белыми и золотистыми лепестками – традиционное в Моравии украшение постелей новобрачных. Всё остальное тонуло в сумраке. Я ощутила едва заметный импульс силы, исходящий от Гидеона. И магические огни в спальне угасли. Остались лишь свечи на тонущих во тьме прикроватных столиках, таких же чёрных и извитых, как столбики кровати.

По спальне гулял прохладный воздух – окна были открыты, луна то появлялась из-за облаков, то небеса делались непроглядно чёрными. Это не имело значения. Мне было тепло от горячего, мощного тела Гидеона, к которому я была деликатно прижата.

Муж осторожно опустил меня на прохладные простыни и отступил во тьму.

Я замерла. Не думала ни о празднике, ни о вопросах, которые у меня так и остались незаданными. Я лишь замерла и ждала, пока эти руки снова ко мне прикоснутся.

Я, повинуясь интуиции, села на кровати, повернувшись к Гидеону голой спиной. Я улыбалась в темноту – знала, что стоять и любоваться мною он долго не сможет, и оказалась права. Запах грозы стал ближе и гуще. А горячие пальцы начали быстро и уверенно освобождать меня от платья.

Я выгнулась, подставляясь под руки мужа. Ему нравилось брать меня сзади. И когда Гидеон прижался рельефным прессом живота к моей спине, а его руки мягко сжали мои груди, я была готова. Готова подчиняться его воле.

Внизу живота разлилось тепло, я жаждала ощутить сначала его пальцы, а затем и его мужской о́рган – туго, на грани боли, растягивающий меня изнутри. Его уверенные, мощные толчки во мне, от которых у меня буквально содрогается душа, и тело исходит сладкими спазмами. От одной лишь мысли, от одного воспоминания. Но он лишь оставил одну руку на моей груди, второй скользнул вниз – по увлажнившимся складочками, заставляя стон мучительного наслаждения вырваться из моей груди.

– Гидеон… – я уже была готова его умолять , я чувствовала, как меня касается его возбуждённый о́рган. Но он всё медлил.

– Какая же ты горячая, моя юная жена… – прорычал мой Дракон, – но не спеши…

Что?!

– Я подумал, что ты права…

– А… что… в чём? – моё тело сходило с ума, разум отказывал. Я до безумия хочу, чтобы Гидеон брал меня жёстко и долго, да и вообще – как угодно – лишь бы брал. Я распалась на голые инстинкты. И заставить голову работать оказалось не так-то просто.

– Повернись ко мне лицом, Эстер. Хочу видеть твои глаза… – и Гидеон в одно движение развернул меня, как ему было надо, не дожидаясь, пока я сама что-либо сделаю.

От взгляда светло-серых штормовых глаз – всё стало только хуже! Тело окончательно предало меня. И первый мягкий спазм блаженства прокатился над лоном.

– Вот это да, Эстер, – Гидеон улыбался, – а мы ведь пока только говорим… я только смотрю на тебя… я польщён.

Он заставил меня откинуться на прохладные простыни. И, как только я оказалась на спине, навалился сверху и решительно развёл мне бёдра. И тут же положил одну руку мне между ног, мягко поглаживая, играя со мной…

– Гидеон, прошу тебя…

– Мы мало общались, Эстер… Нам и впрямь будет полезно получше узнать друг друга, поговорить…

– Сейчас?!

Снова мягкий смех моего Дракона.

– А я смотрю, Эстер, ты не можешь сконцентрироваться на беседе…

Я перестала видеть это красивое лицо с пронзительными глазами, исчерченное бликами от свечей.

Он больше не смеялся. Просто накрыл губами мою грудь, продолжая мягко сминать горячей ладонью вторую. Затем цепочка обжигающих поцелуев опалила моё тело под грудью, начала спускаться по животу… И ещё ниже.

И тут я поняла, что сейчас будет, поняла, куда стремятся его губы. Поняла, но… не поверила. Думала, он пощадит меня , ведь… Чувственный взрыв, в предвкушении которого я забыла вдохнуть, грозил буквально лишить меня разума!

– Дыши, Эстер, – усмехнулся Гидеон, на секунду прерывая нежные поцелуи, – тебе понадобится воздух. Как я тебе и обещал… Ты сейчас будешь кричать.

И ещё через миг губы мужа накрыли моё лоно.

Глава 20. Преступление

Эстер

Этот Дракон – настоящий монстр. Мой мучитель, мой палач.

Каждое его уверенное, жёсткое движение языком заставляло меня вскрикнуть. И попытаться освободиться.

Но он держал крепко.

Закинул мои ноги на свои широченные плечи и придерживал руками. А сам… буквально пытал меня своей лаской. То целовал, то обводил языком по кругу самое чувствительное место между ног, словно сдирая кожу. То мягко прикусывал. Я продолжала дёргаться и кричать… и трястись в приступах острого удовольствия, беспощадно накрывавших меня один за другим.

Как морская волна. Не успеет одна откатиться – тут же накатывает новая.

Когда он прикусил меня там чуть жёстче, я завизжала – я думала, что уже сошла с ума. Меня дёрнуло, словно всю меня от макушки до кончиков пальцев ног прошило силовым разрядом.

Тело изогнуло дугой. И я обессиленно упала назад на постель, кажется, всё ещё продолжая тихо поскуливать. Мир дрожал, мне мерещились белые грозовые молнии. Тело стало таким чувствительным, что даже касание прохладной простыни заставляло трепетать.

Гидеон отстранился. Оставил только одну мою ногу на своём плече. Поцеловал во внутреннюю поверхность бедра.

– Как ты, Змейка-Эстер?..

Я нервно засмеялась. Из глаз текли слёзы. Я не могла говорить. Так мне казалось. Когда муж ворвался в моё влажное лоно своим возбуждённым членом, я закричала снова. Он двигался медленно, степенно. Он не ставил целью меня мучить, но моё тело уже обезумело. И каждое движение вызывало истерические болезненно-сладкие спазмы. Я невольно сжимала в себе о́рган мужа. Чувствовала очень подробно каждую его деталь, а Гидеон…

Просто крепко обнимал. И двигался во мне. То ли целовал, то ли мягко прикусывал шею.

Он… успокаивает меня, вдруг поняла я.

Я словно раскачивалась на волнах.

Истерика уходила. И мои спазмы стали спокойными и плавными, ещё через несколько его плавных, даже нежных вторжений, мы словно… синхронизировались. Я чувствовала его желания, зарывалась пальцами в серебристые волосы, гладила мощную грудь.

Он ускорился, и я вместе с ним.

Когда Гидеон горячо излился в меня, я позволила себе испытать заключительный мощный спазм. Муж замер во мне. И вдруг толкнулся снова. Выбивая меня на какой-то новый чувственный уровень. Я снова сжала его о́рган в себе, и он удовлетворённо зарычал.

Зарылся лицом мне в волосы и так лежал на мне, мягко придавливая к кровати. Я была переполнена этим мужчиной, я…

– Эстер… – я слышала его голос, словно его принёс мне ветер, – моя красавица… моя идеальная жена. Моя…

Я не отвечала. Только обнимала за широкую шею и не хотела, чтобы он покидал моё тело. Новый спазм пришёл внезапно. Гидеон подхватил меня под ягодицы, вжал в своё тело вновь. Я ахнула и задрожала. По мне прошла силовая волна. Я вдруг испытала острый зуд по косым линиям над лопатками…

А Гидеон… выскользнул из меня, развернул к себе спиной и обнял.

Теперь я рыдала вполне осознанно.

Я понимала, что муж сделал мне подарок: когда я в следующий раз сменю ипостась… у меня будут красивые перепончатые серебряные крылья… вот только чешуя на них не будет многоугольная, как на всём остальном змеином теле. У неё будут округлые края. Такие, как на крыльях у всех Драконов.

– Тихо, Эстер… не плачь… – Гидеон обнимал меня, мягко покачивал. Я прижималась спиной к его горячему животу и чувствовала себя под абсолютной защитой.

Сознание покинуло меня. Я уснула сладко – и сразу глубоко. Без снов. Но в абсолютном счастье.

А наутро я проснулась в постели одна.

Я оглядела комнату. Мебель чёрного дерева. Смятую белую простыню рядом с собой, но не увидела мужа.

Накинула халат. Приоткрыла дверь в купели. И здесь его не было…

Три отрывистых стука в дверь.

Мне не надо открывать.

Я чувствую. За дверью мой отец. И он обозлён, встревожен и взвинчен.

Я распахнула дверь.

– Пап, что слу…

– Где твой муж, Эстер? – отец шипел. Глаза – серебряные с вертикальными зрачками. Значит, “всё плохо”.

– Папа… – я заговорила жёстче, знаю, что и мои глаза сейчас стали такими же, как у отца, – нормально объясни, зачем тебе мой муж. И я его позову…

– А он точно здесь, Эстер? – отец переспросил с нажимом.

– Пап, не зли меня…

– Прости, – отец моргает, и на меня смотрят очень серьёзные кобальтовые человеческие глаза, – в окрестностях происшествие. Один чёрный маг средней силы полностью лишён магии и жизненных сил. Иными словами, убит, Эстер. Предварительно его выкачали… а потом и убили.

– Это ужасно, пап. Но причём здесь…

– Более двадцати лет назад у нас было несколько таких случаев. Правда, мы находили обесточенных магов живыми. Эстер, мне жаль, но…Когда Гидеон только пришёл в наш мир, он “заявил о себе” точно так же.

Глава 21. Выбирай

Эстер

Меня затрясло.

Да, я знала, что Гидеона не смеха ради заперли в магический контур. Знала, что он опасен. Но всё это было как-то нереально… Но на мне его метка. И моё тело помнит его ласки. Самая моя суть приказывает быть "за него", что бы кто ни говорил.

Но… убийства магов?!

Это где-то за гранью!!!

Я всхлипываю.

– Он… он не мог, папа… – я кидаюсь отцу в объятия, – ты ошибаешься, это… бред… зачем ему?

– Эстер… – отец ласково гладит меня по голове, – так ведь мы вчера лишили его накопленного запаса сил. Отодвинули на годы его восстановление за один вечер… Я не ожидал такого и… это моя ошибка.

– Нет – снова всхлипываю, но отстраняюсь от отца, он разжимает объятия, я делаю шаг в комнату, – папа, давай так. Мы… мы придём на завтрак в твои личные покои и всё обсудим, ладно?.. Тут должно быть какое-то объяснение.

– Эстер, – отец явно хотел зайти, но замер на пороге, увидев, что я этого не хочу, – ты… увлеклась им. Это нормально, это естественно. Но ты пока что… даже не влюбилась.

– Пап, – перебила я, скрещивая руки на груди, – вот насчёт этого я точно лучше знаю. Мы придём на завтрак и всё обсудим. А сейчас я пойду к мужу…

– Его ведь нет в ваших покоях, – успокаивающе улыбнулся мне отец. Как в детстве, когда я рыдала из-за сломанной игрушки.

А я уже была на грани.

Я готова была в голос зарыдать и снова повиснуть у отца на шее, позволить ему унести меня на руках из этой комнаты и этого страшного горя…

Но я не сделала этого.

А через миг на мою талию легла рука мужа. Я тут же посмотрела на него.

– Эстер, я же жду тебя в купелях… а ты… Доброе утро, папа , – скалится Гидеон, – ты рано. У нас с женой ещё есть планы…

– Где ты был, Гидеон? – щурится отец.

– В купелях. Ты что, плохо слышишь, Серебряный Змей?

– Ты покидал эти апартаменты, Гидеон?

– Нет.

Это всё кошмарный сон.

Но я знаю, что Гидеона не было в купелях. И в этом отец прав. Но и верить в то, что только что вышла замуж за столь безжалостное существо, я тоже не готова.

Я чувствую, как кровь отливает от моего лица. В голове начинает тихонечко шуметь. И мне жутко находиться рядом с собственным мужем. И часть меня очень хочет, чтобы отец меня увёл. Но другая часть решительно произносит:

– Пап, пусть накроют в ваших комнатах завтрак. Мы с мужем придём и нормально всё обсудим. Через полчаса.

Отец злится. Вижу по вновь засеребрившимся глазам.

– Полностью согласен со своей женой, – Гидеон показательно целует меня в висок и гладит по талии.

– Полчаса, – эхом повторяет отец и делает шаг назад.

Я закрываю за ним дверь. Я знаю, что как только отец исчез из поля нашего зрения, он сменил Ипостась. С яростным шипением покинул эту часть здания через ближайшее подходящее по ширине окно, снося раму и выбивая стекло.

Приглушённый звук битого стекла через миг подтверждает мои догадки.

Я решаюсь поднять взгляд и посмотреть в штормовые глаза мужа.

Гидеон выпускает меня из объятий. Он смотрит пронизывающе холодно.

– Боишься меня теперь, Змейка-Эстер?..

– Гидеон, – чувствую, как по телу бегут ледяные мурашки, как цепенеет моя душа. Кто это существо, с которым я делила постель? Кто мой муж?! – Гидеон, это ты лишил сил какого-то мага в окрестностях?

– Я, – щурится мой чудовищный Дракон.

Я делаю шаг от него. Он делает шаг ко мне. Хищный танец. В котором я, несмотря на принадлежность к роду Змеев, – беспомощная жертва.

Наконец, я упираюсь спиной в стену.

А Гидеон упирает ладони с двух сторон от меня, заключая в капкан, отсекая от мира.

– Гидеон… зачем?..

– Как это “зачем”, Змейка-Эстер? Наши родственники и друзья семьи опустошили мой резерв. По-моему, вполне логично, что я…

– А убил зачем?! – выкрикиваю я, лицо уже мокрое от новой порции слёз.

– Эстер, – Гидеон смотрит на меня очень серьёзно, – что за глупости. Никого я не убивал. Я и обесточил-то его не до конца. Оставил возможность магически восстановиться до прежнего уровня…

Лжёт? Или нет?! Я с ходу верю Гидеону. Просто потому, что очень этого хочу. Потому что, если он мне солгал – перспектива слишком страшна. Я с этим просто не справлюсь.

У меня что-то словно обрывается внутри, и я кидаюсь мужу на шею. Сотрясаюсь в рыданиях. Он обнимает меня, медленно сомкнув руки на моей талии сзади.

– Значит, решила, что не будешь бояться собственного мужа, Змейка-Эстер?.. Я не безумный убийца… вопрос только в том, веришь ты мне или нет, – шепчет Гидеон мне на ухо.

– Верю… – рвано выдыхаю я, уже прикидывая горизонт задачи. Надо убедить отца, что Гидеон ни при чём. Надо найти того, кто “докачал” силу из того несчастного и добил… Если, конечно, это и впрямь был не мой муж.

– А теперь пойдём в купели, жена, – жарко шепчет мой Дракон, увлекая меня вглубь наших покоев.

***

Стоя под тёплыми струями, ниспадающими на наши с Гидеоном обнажённые тела, позволяю мужу себя обнимать. Сама подставляю губы под его глубокие поцелуи. А сердце моё сжимается от трепета. Гидеон подхватывает меня на руки, затем укладывает на дно каменной чаши купелей. И наваливается сверху.

И я понимаю, что мы опоздаем к завтраку. И отец разозлится.

Но когда смотрю в штормовые глаза мужа, тело предаёт меня.

Я просто подчиняюсь его рукам. И надеюсь на лучшее.

Прежде чем сознание окончательно забудется в очередном приступе животной страсти, мелькает последняя внятная мысль: “мамочки, во что я ввязалась?!”

Глава 22. Верю – не верю

Эстер

Мы с Гидеоном зашли в апартаменты отца. Муж держал меня за руку – мы сцепили пальцы в замок. Так мне было тепло. Как будто тысячи крохотных силовых разрядов ласково покалывают мою ладонь…

Сердце гулко стучало.

В пустой гостиной, за овальным, накрытом к праздничному завтраку столом отец ждал нас в одиночестве.

Мне укололо в груди: он услал маму и остальных подальше. Потому что мой муж – опасен , а отец не любит напрасный риск. Потому что его редкие ошибки в прогнозах – очень дорого всем обходятся. И сейчас по серьёзным усталым глазам моего отца – Великого Серебряного Змея, я читаю злость. Он злится на себя. За то, что, по его мнению, совершил ошибку из любви ко мне – позволил Гидеону остаться вне магического контура на одну ночь и… получил на утро труп невинного человека.

Мой папа не сентиментален и не жалостлив. Но он на стороне порядка и закона. И так было всегда.

И…

– Пап… – я оглядываю стол, за которым только два свободных стула. Для нас с Гидеоном. Причём они нарочно расставлены на порядочном расстоянии друг от друга.

Мой муж молча сдвигает стулья и жестом предлагает мне сесть. Я опускаюсь на светлое тканевое сидение резного стула, под тяжёлый выдох отца.

На тарелках дымится горячее мясо с моими любимыми запечёнными овощами. Стол полон фруктов и прочих сладостей. Но мне кусок в горло не полезет.

– Я в принципе догадывался, что будут проблемы, дорого́й зять, – выдыхает отец, отпивая из чаши тонизирующий растительный взвар, – но чтоб вот так…

– Что ты мне пытаешься предъявить, Серебряный Змей? – оскаливается Гидеон, но я хватаю мужа за руку. Он замолкает на полуслове.

Мне не нужна драка мужа с отцом. Мне нужно решение.

– Давай начистоту, Гидеон. – щурится отец, – ты это сделал? Ты оставил мне в получасе хода от Врат Академии опустошённый труп?

– Нет, – резко отвечает Гидеон.

– Кажется, мы в тупике, Эстер… – отец закатывает глаза, – смотри, как быстро поговорили…

– Пап… давай сойдёмся на том, что Гидеон… всё время был со мной.

Отец нехорошо щурится на меня, словно я делаю что-то глубоко аморальное. Но я выдерживаю его взгляд.

– Допустим, Эстер… – цедит папа, – мы также допустим, что на государственной службе состоят не конченые идиоты и снять многослойный магический слепок с трупа в состоянии почти все. Даже если преступник за собой “прибрал”… он… едва ли осведомлен о наших технологиях получения информации.

– Я не убивал твоего демонова колдуна, Алик, – выдыхает мой муж уже спокойнее, – готов тебе подтвердить это на магической проверке…

– Боюсь, результаты магической проверки существа твоего уровня, Гидеон, будут под больши́м сомнением. С другой стороны, твои магические следы на мертвеце найдутся. Это факт. И чёрного лекаря можно просить говорить с покойником и установить, что он последнее запомнил перед смертью…

“Давай скажем правду…” – безмолвно обращаюсь к мужу.

“Нет”, – жёстко отвечает он.

Но отец словно не замечает, что мы отвлеклись на свой безмолвный диалог. Хотя я-то знаю, что он замечает вообще всё.

–… Если же я сделаю в порядке бреда предположение, что мой любимый зять просто лишил бедолагу сил, а тот потом сам случайно умер. Или же его добил кто-то другой… Может статься, что при магическом исследовании сознания мертвеца, ты, Гидеон, всё равно окажешься его последним актуальным воспоминанием. И тогда наш Правитель потратит очень много энергии, но, боюсь, оборвёт твою неприлично долгую жизнь…

Я дёргаюсь. По сердцу пробегает фантомная трещина. Жгучая, полная безысходности. Нет… Такой расклад не подойдёт. Если найдут способ казнить Гидеона, я умру от тоски. И это не фигура речи.

Слеза катится по щеке. А Гидеон уже прижался горячими губами к метке на моём запястье.

– Признания я ни от кого не требую, – чётко произнёс отец, – но ночевать вы отныне будете вновь в пределах магического контура, в Сером особняке. Я буду осуществлять за передвижениями твоего мужа тщательный контроль, Эстер. Замять эту историю совсем не смогу. Но и докладывать Правителю не буду.

– Уже не хочешь предложить мне должность в Академии, папа? – ухмыльнулся Гидеон.

Отец перевёл на меня пристальный взгляд. Я потупилась. Да, я наполовину в забытьи рассказала Гидеону всё как есть прошлой ночью. Шептала признания, планы, вперемешку с горячими стонами. Все или почти все. По крайней мере, про маячившее на горизонте увольнение нынешнего декана Факультета Тьмы я обмолвилась.

– Хочу, – неожиданно ответил отец, – с великой осторожностью. Однако, лучше если ты будешь у меня перед глазами. Если же ты озверел и решил пойти всех убить… тебя едва ли можно будет удержать без радикальных мер…

– За кого принимаешь меня, Серебряный Змей?! – рыкнул Гидеон.

– За Дракона… – угрожающе прошипел отец.

– Хватит! Оба! – я вскочила на ноги, буровя взглядом отца и грубо вырывая своё запястье из хвата мужа, – Ты, Гидеон. Прекрати закидываться на каждое слово. Ты, папа. Прекрати провоцировать. Ты же знаешь, что с Драконами так нельзя. Их виду труднее холодно мыслить, чем нашему. Хватит пытаться манипулировать моим мужем, папа. И убери со стола это демоново иномирное растение в своём бокале, наконец! Им пропахла вся гостиная! Ты же знаешь, Драконы от него бесятся!

Я перевела дух. И мягко помассировала свои виски.

А муж и отец молча ждали.

– Нам надо найти того, кто убил этого мага.

Отец открыл рот, но я перебила:

– Папа, ты сейчас принимаешь за истину, что это был не мой муж. Даже если это звучит как бред. И помогаешь мне… нам.

Фух. Ну вот. Я выступила. Интересно, будет ли эффект, или моя потенциальная преждевременная седина – напрасная жертва.

– Ладно, – спокойно пожимает плечами папа. Типичный Змей . Как будто ничего и не было! Он сменил тактику на ходу: просто фантастика! – через два часа в малой зале Северного крыла я попрошу тебя, Гидеон, переговорить с нашим другом-Драконом. С Каем Райдосом. Он введёт тебя в курс дела касательно твоих новых обязанностей. Постарайтесь больше не ломать мебель. А после обеда мы с вами займёмся… поиском… альтернативного убийцы.

Отец тихонько усмехнулся. Гидеон также тихонько скрипнул зубами.

И отец залпом допил из своей чаши чёрный, терпко пахнущий иномирными растениями, тонизирующий взвар – напиток, родом из немагического мира. “Ко-фе”, как его называла Вита, которая много лет назад и принесла напиток в наш мир со своей родины. Или “кара Богов для Драконьего рода”, как его называл Кай Райдос – сильнейший из Чёрных Огненных Драконов.

Глава 23. Её новый Декан

Эстер

Пока я сидела на лекции, не могла сконцентрироваться на теме. Магистр Файс – декан факультета Тьмы куда-то делся. И его замещала декан лекарского факультета – угловатая, тощая Кларисса, чёрная лекарша неопределённого возраста с неподвижным взглядом слепых глаз. Она умела разговаривать с покойниками. Вот именно её даром отец и пригрозил Гидеону. Если Кларисса опросит мертвеца, тот сознается, что перед смертью видел Гидеона… и это… будет катастрофа. Она что-то говорила, а я только слышала звук, но была не в силах вникнуть. Клариссой пугали первокурсников из-за своеобразной внешности и манеры держаться, но сейчас она пугала меня своими возможностями намного сильнее, чем новеньких адептов.

Я тяжело вздохнула.

А ещё мне мерещилось, что я слышу, как в Северном крыле с грохотом падает мебель. Воображала, что Гидеон с Чёрным Огненным Драконом опять дерутся, и теперь некому приглядеть за ними и выставить защитный экран, а значит…значит…

Нет, ну это невыносимо!

Какие мне лекции!

Мужа обвиняют в убийстве, и вполне возможно, что он и впрямь виновен…

Отец рискует должностью и, быть может головой, прикрывая нас…

Всё. Нет больше моего терпения.

Я вскочила со своего места. Всё равно ни слова не восприняла, не надо было и приходить!

– Извините, мне надо выйти! – громко произнесла, приклеив к лицу виноватую улыбку.

Кларисса просто едва заметно дёрнула головой: разрешила. Может, даже… она в курсе всего… Всё-таки правая рука отца. Наверняка, она уже говорила с тем покойником. Без доказательств мой отец бы не явился утром на порог нашей с мужем спальни…

Я вылетела из аудитории, битком набитой адептами третьего года, в светлый пустой коридор, и просто понеслась в Северное крыло. По маминой линии мне передалась редкая и не особо полезная способность к магическому ускорению – мало кто мог за мной угнаться!

Так что я влетела в малый зал северного крыла через миг.

Только ахнула. Да так и застыла в широком арочном дверном проёме.

В зале было два кресла на гнутых деревянных ножках, разделённые лишь маленьким круглым столиком. В креслах чинно – благородно сидели Гидеон и Кай Райдос. Абсолютно симметрично. Даже одинаково закинув ногу на ногу. И как будто бы вели светскую беседу, попивая что-то из тёмных непрозрачных бокалов.

– Эстер, – взглянул на меня Гидеон, приветливо улыбаясь, – что-то случилось?..

Я сделала несколько шагов в залу. Приблизилась к Драконам. Битое стекло хрустело под ногами, от деревянной щепы, в которую превратились высокие резные шкафы – было трудно идти.

Вообще, кроме кресел, столика и бокалов – ничего целого в зале не было!

Не было даже занавесей на окнах! Но, если приглядеться, у самого карниза что-то ещё тлело…

Я попыталась что-то сказать, но не смогла.

Гидеон отставил бокал на стол и протянул ко мне руки в приглашающем жесте.

Я сделала ещё несколько нерешительных шагов, и руки Гидеона уверенно обхватили мою талию. Муж посадил меня на своё колено.

– Что вы… что вы тут… – только и бормотала я, – опять что ли?

Гидеон не ответил. Просто поцеловал меня в висок. Я с удовольствием вдохнула его запах и… сквозь мой любимый грозовой аромат кожи и волос мужа ощутила кофейные нотки!

Бросила взгляд на Гидеона, затем на Кая Райдоса, развалившегося в кресле напротив.

Глаза обоих Драконов нехорошо… излишне задорно блестели.

– Всё в порядке, Эстер, – мурлыкнул мне в шею Гидеон, – к этому демонову ароматному напитку, которым меня дразнил твой отец, можно выработать устойчивость. Кай любезно объяснил мне, как это сделать. Только и всего…

– То есть… – с облегчением выдохнула я, – вы не подрались?..

– Не подрались, Эстер, – усмехнулся Кай, – мы и тогда не то чтоб прям дрались. Не беспокойся.

А я вот не успокаивалась. Чувствовала, что сложный характер и необычная видовая принадлежность супруга ещё вытреплют мне немало нервов.

– Мы уже закончили разговор, – снова коротко поцеловал мой висок Гидеон, ласково обнимая меня за талию, – а ты сбежала с лекции, Эстер. Что ж. С моих лекций ты сбега́ть не будешь…

Гидеон усмехнулся. А меня бросило в жар. Представила нас в аудитории. Вдвоём. И сразу подумалось, что не буду вылезать из отработок по учёбе теперь. И принимать муж их будет…эм… довольно жёстко. Я почувствовала, что краснею.

– Моя жена, помню, постоянно пересдавала мне каждый зачёт. Раз по шесть-восемь каждую тему… – Кай Райдос усмехнулся, откинув назад свои черные волосы небрежным движением.

По спине пробежали мурашки. И мной овладело какое-то нездоровое предвкушение… снижения моей успеваемости по тёмным искусствам.

– Мне пора, – Кай Райдос поднялся из кресла, отставил свой опустевший бокал и коротко кивнул, – мы тут ещё на пару дней задержимся. Если нужен будет консультант.

Гидеон зеркально кивнул Райдосу, и мы остались с мужем вдвоём.

Я дёрнулась, когда поняла, что горячие пальцы мужа начали быстро расстёгивать мою форменную рубашку.

– Что ты делаешь? – дёрнулась я, а Гидеон тут же остановился. Затем взял меня за талию и пересадил на себя верхо́м, вынуждая широко развести ноги. И вот он сидит в кресле, а я в этой совершенно непотребной позе сижу на нём. Муж коротко сжал мои ягодицы, а затем его пальцы вновь вернулись к расстёгиванию моей рубашки!..

– Гидеон!.. – я сбивчиво шептала, обречённо чувствуя волну возбуждения, что накрывает меня, – я же… мы… а вдруг кто-то зайдёт?..

– Это не наша проблема, Эстер, – хрипло шепнул мой Дракон, развёл полы моей рубашки, стянул её с моих плеч. А затем рванул мою тонкую нижнюю майку. И волна плавкого возбуждения что-то помутила в моём разуме. За лоном прошёл мягкий сладкий спазм…

Я не успела и охнуть, а губы мужа уже накрыли мою грудь.

Глава 24. Его любимая адептка

Эстер

Я не понимаю, как он успел меня раздеть! Просто не заметила!..

Но с удовольствием поддалась.

Гидеон приподнял меня за талию и медленно насадил на свой возбуждённый о́рган. Я прогнулась в талии и застонала, плотно сжала его изнури. И просто подчинилась. Опять.

– Смотри мне в глаза, Эстер – зарычал Гидеон, резко толкаясь во мне.

И вновь подчинилась. Я плавно двигалась, стараясь не задыхаться и не впадать в истерику.

– Вот так, девочка… хорошо… верь мне…

Я забылась. Я двигалась вместе с ним, в заданном им темпе. Каждое его ритмичное вторжение в меня вызывало мягкий, ровный спазм. Я просто вцепилась в голые мощные плечи мужа, невольно царапая их при каждом его новом движении.

– Эстер… – тихо рычал Гидеон, покрывая моё лицо короткими нежными поцелуями, – чувствуй меня. Мы с тобой одно целое. Не смей во мне сомневаться. Никогда.

В висках стучало.

Я знала, что муж должен быть виновен. Что это логично. А я… не хотела в это верить. Хотела жить с ним долгие годы. И чтобы каждая наша ночь проходила вот так, как сейчас. Ровно в таких ощущениях. Как в этой пустой зале… С перебитой мебелью… Со сгоревшими занавесями…

"А ведь здесь даже дверей нет!" – росчерк яркой мысли озарил мой разум! И я потеряла концентрацию. Потеряла темп. И тут же по моему телу прокатилась ужасающе мощная истерическая волна наслаждения. Мне буквально выбило мозги. Меня не осталось. Разума не осталось. Только обезумевшая самка верхо́м на своём самце, и…

Я поняла, что сейчас закричу. Очень громко.

Ладонь Гидеона плотно легла на мой рот как раз вовремя. Вместо вопля, что разлетелся бы под сводчатым потолком – вышел только глухой стон.

Гидеон словно позаботился об этом, накину тонкий магический полог – звук получился совсем негромкий.

Я всё ещё дрожала, пока мой Дракон особенно жёстко насаживал меня на свой о́рган. А через несколько мгновений он удовлетворённо откинулся на кресле. Его мужская плоть пульсировала во мне, я чувствовала жар… И как мои шансы обзавестись потомством ещё до окончания учёбы в Академии растут с каждым часом замужества!

Гидеон медленно отнял ладонь от моих губ.

– Так бывает, Эстер, когда теряешь концентрацию… в твоей голове были лишние мысли. И ты сорвалась. Учти этот опыт в будущем… – я лежала на муже, щекой на его горячей груди и только тяжело дышала. Я была с ним согласна. Но говорить пока не была готова.

А он мягко приподнял меня за талию, и его о́рган осторожно выскользнул из меня. Гидеон успокаивающе гладил меня по волосам:

– Хотя… Эстер, иногда так делать можно. Мне по душе твоя пылкость. Но, кажется, ты беспокоилась, что кто-то может сюда зайти…

Я улыбнулась: мой муж – просто чудовище.

Я более менее выровняла дыхание и на миг прикрыла глаза… Я была обессилена. Веки отяжелели… Лишь на миг…

***

– Эстер… ну всё, – с мягкой усмешкой обратился ко мне муж, – ты проспала на мне уже час. Нам нужно пообедать и встретиться с твоим отцом в условленном месте…

Я распахнула глаза.

И резко села.

Я уснула у Гидеона на коленях! Вот прям так голая после…ох!.. Целый час, сюда по-любому должны были заходить люди!!!

Проморгалась и с удивлением и облегчением обнаружила себя одетой. Задремавшей на таком же одетом муже. В малой зале, в кресле… Я огляделась: шкафы и даже занавеси на месте. Но ощущения в теле не позволяли усомниться: мне это не приснилось…

– Я обо всём позаботился, Эстер, – снова усмехнулся муж, – в том числе и о нашей репутации. Не дёргайся так. Всё было под контролем…А теперь пойдём обедать. Подозреваю, что ты голодна.

Ещё бы. Это было серьёзное преуменьшение!

Гидеон поднялся со мной на руках. Мы решили вернуться в свои покои и пообедать там. Решили не искушать судьбу преждевременным появлением вместе в столовой. Сначала отец должен официально представить Гидеона адептам и преподавательскому составу. Ведь он теперь…

– Гидеон, я правильно понимаю, что ты теперь… новый декан факультета Тьмы?..

– Верно, – муж осторожно поставил меня на пол и коротко горячо поцеловал, сминая губы и чуть прикусывая, – а ты, Змейка-Эстер… будешь моей любимой, прилежной адепткой.

Глава 25. Магический лес

Гидеон

Я вёл Эстер за руку по лесу, ровно к тому месту, где оставил того “надкушенного” колдуна.

И как я умудрился увязнуть в этой глупой истории?

Согласно моему первоначальному плану, я должен был сделать так: выпить магию досуха из нескольких подходящих по магическому профилю колдунов. Рывком восстановиться. Перебить ключевых сильных магов Мора-Ви. На всякий случай, и чёрных, и белых.

Залезть в голову своей взбалмошной юной супруге и погрузить её в затяжной спасительный сон. Сцапать её прекрасное тело своими драконьими лапами, открыть межмировой портал и унести Эстер. Забыв навсегда мир Змеев Мора-Ви.

Полностью восстановив силы, я вполне мог так обработать своей магией разум Эстер – что она бы и не вспомнила о том, что её муж, с которым она делит ложе, перебил всю её родню, ближнюю и дальнюю.

Да… Мой кодекс мести гласил, что примерно так и надо поступить.

Но возникал целый ряд оговорок.

Эстер бы не вспомнила. Но всё равно страдала бы от душевной боли. Только причину не могла бы понять. А беспредметная сердечная боль ещё хуже обычной. И мой Дракон бы страдал. И через год или через пятьсот лет кончилось тем, что я всё рассказал бы Эстер.

И она возненавидела бы меня.

Но продолжила бы ко мне стремиться. Потому что Истинная связь – это магическая цепь. И я вновь зачистил бы ей память. Мы бы предались страстной, безудержной любви…

А ещё через время всё бы повторилось.

И через пять-шесть забвений Эстер бы повредилась рассудком.

Так что этот вариант я отмёл.

Лучше Истинная, которая меня ненавидит, чем разрушенная личность обожаемой мной женщины.

Следующее, что меня невероятно смущало – воля Драконьих Богов. Каменная Драконица – великая богиня перерождений, неспроста назначила нам с Эстер “испытательный срок”, длиною в один лунный цикл. Практически уверен, что, начни я копаться в разуме Эстер, – Богиня разгневается. И кара будет жёсткой, как и обещают её жрецы. Я не всесилен, даже на пике формы. Боги всё ещё надо мной. Хотя… были времена, когда мы могли почти сравняться.

Но те времена канули в Лету задолго до рождения моей Эстер.

И как я мог отказаться от этого волшебного ощущения? Когда Эстер сама тянется ко мне за лаской, за поцелуем. Доверчиво смотрит в глаза. Или когда я, как сейчас, просто иду с ней по лесной тропе за руку. Потерять всё это? Отказаться вдыхать сладкий цветочный аромат её нежной кожи? Нет, никогда.

Я сжимаю хрупкую ладошку Эстер крепче, и она тут же отвечает мне на это прикосновение: я просто не готов этого лишиться!

Когда мы подходим к точке назначения, нас ждут двое: Серебряный Змей собственной персоной. И чёрная лекарша, как здесь её называют. Сухопарая белокурая женщина неопределённых лет – владеющая языком мёртвых. По-нашему она наиболее близка к некроманту. Но в мире змей Мора-Ви некромантов не существует.

Я сжимаю челюсти… Демонова Бездна ! А если бы я добил того мага, не оставив и тени… мы бы сейчас здесь не стояли. Я спокойно бы целовал свою жену где-нибудь… в спальне… в коридоре Академии… или, может быть, брал её прямо в очередной учебной аудитории или библиотеке. А не это вот всё…

– Добрый день, папа , – оскаливаюсь я.

Серебряный Змей хмурится.

– А он похож на нашего Великого Правителя, Владыку Хаоса!.. – усмехаясь, выдаёт чёрная лекарша, словно бы не обращая на меня внимания. Она самозабвенно рассыпает на траве вокруг мёртвого тела свои чёрные порошки и разливает зелья в разноцветных стеклянных флакончиках.

– Чем это? – сквозь зубы интересуется Серебряный Змей. Очевидно, ему не понравилось, что она сопоставила меня – злодея и врага священного Рода Змеиного с его лучшим другом и Правителем, которому Серебряный Змей изволил присягнуть на верность.

Чёрная лекарша вскидывает голову. Жесты у неё тоже как у рептилии, хотя я чувствую, что второй ипостаси у неё нет. Тощая смотрит на меня своими незрячими глазами и складывает лицо в хищную усмешку:

– Поведением, Алик… А выражением лица он похож… на тебя.

Серебряный Змей расширяет глаза. Кобальтовая радужка начинает слегка серебриться, но Алик быстро справляется со своими эмоциями.

– Так, хватит, – подаёт голос моя юная бойкая жена, – максимум вы похожи цветом волос. И то не особенно. Здравствуй, Кларисса. Познакомься, это мой муж. Гидеон.

– Виделись, – усмехается лекарша, – до сих пор помню сплетённую из белых молний гигантскую морду, вылезшую из пространственной прорехи в небе над Академией двадцать один год назад… В человеческой форме выглядишь получше, Трёхглавый Гидеон. Небесный Уравнитель.

Я замер. На всякий случай перестал дышать. Напоминать мне о прежнем имени… об отсечённых на поле боя конечностях, как и об утраченной силе – было довольно жестоко. Но чёрная лекарша – сама отчасти мертвячка, этого, конечно, не ощущала. Естественная жестокость. Издержки магической специализации.

Постараюсь не впадать в ярость и никого не убивать.

Подвид Драконов, из которого я происхожу, самый древний. И мы умеем затраивать разум. Очень энергоёмкая магия. Это необходимо, чтобы проложить сложный пространственный переход в очень далёкий мир. Визуально наш Зверь мог становиться трёхглавым в боевой форме. Отсюда имя. Но одной из голов меня лишил Серебряный Змей с матерью Эстер. А второй – Чёрный Дракон Кай Райдос…

Остались только ноющие шрамы на теле моего зверя.

И я резко вспомнил, как же сильно я ненавижу Змей и за что конкретно.

Я был близок к срыву.

Например… можно поглотить Чёрную лекаршу… выкачать её до дна. Затем сразить Серебряного Змея… Затем…

– Гидеон… – Эстер завала меня. Висела на моём плече, – не надо…пожалуйста…

Я окинул себя взглядом. Островками выросла чешуя. Плохо… Я стал психически неустойчив. Одно слово, и готов кинуться.

Я заглядываю в кобальтовые глаза жены.

– Всё в порядке, Эстер. Твой кровожадный муж постарается никого не убить. Несмотря на провокации… – я бросил многозначительный взгляд на Серебряного Змея и продолжил, – я ещё раз повторяю, Алик. Я не убивал этого мага.

– Найди, кто его убил, – внимательно смотрит на меня Серебряный Змей, – весь наш ресурс в твоём распоряжении. Чёрные лекари, поисковые артефакты. Всё, что захочешь. И я буду помогать. Только не тащи не из кого силы напрямую, сынок . В Моравии – это преступление. Я знаю, что ты можешь видеть то, чего не видим мы. Изволь. Найди убийцу…

Я оглядел поляну. Призвал магическое зрение. Затем провалился на ещё более глубокий уровень ви́дения. И ещё раз. Тяжело. У меня не было свободных сил на такие фокусы, но я не остановился. Зацепился за край пространства. Вот он… грубый след чужого перемещения. Я принюхался: не Дракон, не Змей… грязная магия… пахнет стоячей тухлой водой… Дальше я не видел. Будь я на пике формы, этого следа мне бы хватило – я бы уже через час держал преступника за горло…

Но всё было именно так.

А это значит, что в мире моей жены есть серьёзные враги. И это больше, чем убийство. Потому что подставить хотели именно меня.

И мне уже самому было интересно, зачем.

– А это будет весело, Алик, – ухмыльнулся я, возвращаясь к обычному зрению и стараясь скрыть, как тяжело мне это далось, – я согласен. Я найду того, кто это совершил.

– От меня ты получишь любую помощь. – устало повторил Алик, – но у тебя не больше недели, Гидеон. Потом Правитель об этом узнает. И тогда вероятность твоей казни крайне высока.

Глава 26. Первое свидание

Эстер

– Гидеон, ты уверен, что у нас есть на это время?..

Мы идём через лес, в чащу. Высокая трава мягко касается ног. Я надела для этой вылазки брючную форму адептки. Догадываюсь, что Гидеон хочет видеть меня в платье, но он ничего не сказал. Небо удивительно ясное, и сейчас, после обеда, вдруг стало по-летнему жарко.

Муж увлекает меня всё дальше в дебри. Оставаться на том страшном месте, где убили несчастного незнакомца (будем думать, что это всё-таки сделал не Гидеон) больше не было смысла.

Отец сказал нам всё, что мог, Кларисса “законсервировала” и скрыла тело мага своими особыми снадобьями. К счастью, его никто пока не искал. И у нас появилось время. Но я думала, мы потратим его на плотную работу с поиском убийцы.

– Гидеон!.. – вновь зову мужа. Ох, и что за странный субъект достался мне в мужья.

– Эстер, я просидел в магическом контуре двадцать лет. Какие бы ни были обстоятельства, я хочу проводить время с тобой. Держать тебя за руку… Видеть прекрасное. Пока я искал след нашего преступника, я почувствовал это место. Оно особенное. И я захотел привести тебя сюда…

Деревья и густые кустарники разомкнулись, и моему взору открылась небольшая полянка перед скалистым возвышением. Со скал бодро нёсся прозрачный ручеёк, срывающийся каскадом из нескольких водопадов в кристально чистую заводь у подножия скалы…

Двадцать шагов – и мы окажемся у кромки прозрачной воды.

Я удивлённо приоткрыла рот.

Я знала магический лес, но это место видела впервые.

– Пусть это будет наше с тобой свидание, Эстер. Первое официальное свидание. Я хочу лучше узнать свою жену. И это место – пусть будет нашим. Скрытое от посторонних глаз… Идеально. И взгляни на те скалы…

Гидеон мягко касается моего подбородка, подсказывает жестом, куда нужно посмотреть.

Между рукавами прозрачных маленьких водопадов – плоская площадка… исключительно удачная для…

– Здесь мы будем учить тебя летать, Эстер… – ласково выдохнул муж мне на ухо. А я всё стояла, поражённая необыкновенным видом, а Гидеон теперь обнимал меня, стоя за моей спиной.

Я мучилась противоречиями: он же рискует жизнью! Его могут казнить! Мы не этим сейчас должны заниматься!.. Но Гидеон был… таким спокойным, ласковым, уверенным. Совсем не похож на монстра, которым крестьяне пугают детей.

Я запрокинула голову, позволила себе опереться спиной о его горячую мощную грудь. Но отпустить мысли о произошедшем так и не могла.

– Гидеон… как ты думаешь, кто это сделал? Ты что-то видел своим особым зрением?..

Вместо ответа муж закрыл мне глаза ладонью. И я погрузилась во тьму. Она забурлила, как будто я была под водой, настолько глубоко, что сюда не проникало ни единого солнечного лучика. Мне мерещилось движение вокруг, смутно знакомое… текучее, хищное.

– Это следовые эманации того, кто пришёл на место преступления после меня. На что похоже, Эстер? У тебя есть такие знакомые.

– Ну… я не уверена… – я распахнула глаза и начала мямлить. На самом деле я выверяла каждое слово. Вдруг моё предположение окажется ошибочным и губительным. Я вообще об этом не хотела говорить с Гидеоном. Никогда.

– Не лги мне, Эстер… – вкрадчиво шепнул Гидеон.

– Пообещай мне ничего не предпринимать не удостоверившись. Это может быть совпадение…

– К делу, Эстер… – тон мужа стал лишь чуть жёстче. И я сдалась.

– С мамой и Витой – женой Кая Райдоса, на курсе ещё училась девочка… Арья. Её зверем был гигантский чёрный спрут… – я начала издалека.

– Дальше, Эстер.

– Это очень закрытое сообщество. Чёрные спруты держатся особняком. Заключают договорные браки внутри своего вида. Но…

– Но что?

– Та девушка в итоге вышла замуж за чёрного боевого мага, тоже их однокурсника. Нарушила волю семьи… жуткий скандал был.

– Не удивлён, – хмыкнул Гидеон, мягко разминая мне плечи, – твой отец, конечно, укрыл её от полоумного семейства в стенах Академии?

– Он… ну, в общем, да. Большинство членов этого влиятельного рода нас теперь недолюбливает. Но Правитель Арон их ценит, они для него важны, так что…

– Ясно. Истребления этого мерзкого, но благородного вида не произошло. И что же? К кому из этих спрутов можно…хм… подойти с парой вопросов?

– Ну… – вот мы и подобрались к той части разговора, которой я опасалась больше всего. В Академии сейчас был только один представитель этого вида, – может… к одному мальчику… К сыну той маминой однокурсницы-спрута… Он… тоже учится в Академии.

Руки Гидеона замерли на моих плечах.

Я вся напряглась.

– А не тот ли это “мальчик”, – с сарказмом заговорил Гидеон, – которого мать прочила тебе в мужья в надежде перекрыть ранним браком зов нашей истинной связи?

В пересохшем горле образовался ком. Я его медленно сглотнула.

Изначальная сила, ДА… было такое.

Мне было восемнадцать, и мама совершила жест отчаянья. Попыталась организовать мою стремительную помолвку. И даже, кажется, отцу не сказала. Но… в назначенный день Чёрные спруты не явились.

Как сейчас помню: я вылезла из запертой комнаты по карнизу на крышу. И рыдала, пока не разразилась чернейшая гроза со шквальным ветром… С крыши меня тем вечером забрал отец, сообщив, что “мама погорячилась” и “тётя Арья с семьёй так и не смогли прибыть к нам в гости”. “Нелётная погода”, – нехорошо ухмыльнулся тогда отец. А я ещё удивилась: они же не летают. Чёрные спруты великолепно пользуются порталами. И ещё папа тогда сказал, что я не выйду замуж, если не хочу.

Я так надеялась, что Гидеон об этом не знает, а лютейший шторм под мои выкрики в небо: “не хочу… не хочу никого другого!” … был просто совпадением.

Помню, я потом сама размышляла: что значит “не хочу никого другого”?

И ответа так и не находила.

Так или иначе, я очень надеялась, что эта тема никогда не всплывёт.

Но вот Гидеон стоит за моей спиной, замерев, и выдыхает медленно, через плотно сжатые зубы.

– Значит, твой несостоявшийся женишок, Эстер… – только что солнечное небо теперь оказалось затянуто плотными серыми тучами. А я физически ощутила, как Дракон внимательно исследует мой эмоциональный фон.

– Гидеон… – шепчу я, – давай не делать поспешных выводов…

– Я не верю в такие совпадения, Эстер, – рычит Гидеон и рывком разворачивает меня к себе лицом. Он какой-то бледный. Наверняка потратил много сил. Что при попытке взять след с трупа, что сейчас.

Пожалуй, сейчас даже больше. И меня глубоко поражает то, что я вижу в его бездонных штормовых глазах.

– Гидеон… – я нарочно прижимаюсь к его груди, обнимаю за шею. Видеть эту эмоцию у настолько мощного существа странно и страшно, – Гидеон… тебе… больно ?

Глава 27. Это не больно

Эстер

– Ты понимаешь, дорогая жена… – Гидеон ласково обнимает меня, но его голос звучит опасно, он кладёт мою руку себе на шею, заставляя обнять. Другую крепко сжимает в своей ладони. И ведёт меня в каком-то изящном иномирном танце по плоскому берегу у самой кромки прозрачной заводи, деликатно придерживая за талию.

А я в шоке, что моё тело совершает нужные движения. Отвечает моему мужу. Он ведёт меня в неведомом танце, движения которого откуда-то мне известны.

И от этого почему-то немного страшно.

Гидеон, немного помолчав и дав мне прочувствовать силу его воздействия на меня, продолжает:

– Нет, Эстер, предположим, мне не больно… Но мы с тобой этот эпизод ещё обсудим… Как видишь, твоё тело податливо и послушно. Я на тебя не давлю. Ты моя жена и ты открыта мне… Но точно так же я могу поступить с любым телом и любым разумом, не спрашивая согласия… – Изначальная сила, какой же он бледный! – но я не сделаю этого, дорогая жена, особенно с тобой… Я прошу лишь рассказать мне по своей воле всё, как было. Я должен понимать, кто против меня играет. Я, конечно, могу решить вопрос грубой силой. На это уйдёт один час, не больше.

– Как это?.. – заворожённо смотрю в штормовые глаза Гидеона, продолжая подчиняться его выверенным движениям. Руке на моей талии. Второй руке – скользящей с моей груди на шею. Гидеон мягко сжимает моё горло, и меня окатывает жар. Я снова хочу его … ну как так-то? Мы же так никогда не… познакомимся поближе!

Гидеон мягко смеётся и убирает руку с моей шеи, но дыхание у меня уже сбилось!

– Позже, Эстер… но я понял, что тебе нравится, жена.

Я чувствую, как густо краснею, а Гидеон словно не обращает внимания. Он, как ни в чём не бывало, продолжает:

– Отвечая на твой вопрос, Эстер. Я могу вытянуть силы у трёх-четырёх сильных магов. Иссушить их до дна. До смерти. И тогда я полностью восстановлюсь. Нужно было бы штук сорок, но теперь, когда у меня есть истинная пара, – вполне реально разогнаться с трёх жертв. Так вот, я бы вернул полную силу и прошёл по неосторожному следу, оставленному на “месте преступления” твоими закадычными друзьями – чёрными спрутами. Разнёс бы их гнездо, не оставил бы там ни камня, ни капли тухлой жижи, которой провонял магический след. Я выцепил бы из гнусного клубка того, кто это сделал. Всё.

Я подрагиваю в ласковых объятиях мужа. Вот с каким существом меня связали высшие силы. С обладающим почти божественным потенциалом. И божественной же жестокостью. Но тут он меня удивляет:

– Но я не сделаю так. Даже если ты вдруг меня попросишь. Что маловероятно…

– Почему?.. – шепчу одними губами.

– Потому что тебе будет больно, Эстер. И такой поступок проложит между нами про́пасть. А пока твоё сердце окаменеет, как у всех магов, проживших более трёх человеческих жизней на земле, и ты начнёшь философски смотреть на мою умеренную жестокость… и перестанешь испытывать боль по таким поводам… я загнусь от тоски по тебе.

Я волевым усилием останавливаюсь. Гидеон позволяет мне это.

– Со всеми так происходит? – непослушными губами спрашиваю мужа.

– Со всеми, кто долго живёт. Со всеми, кого я видел. Без исключений… Но…

– Но?

– Знаешь, как называли на моей родине Истинную связь? "Противоядие от каменного сердца". Каждому существу, наказанному Богами почти-бессмертием, раз за его неприлично долгую жизнь, даётся один шанс. Встретить Истинную пару – любовь всей жизни. И снова взглянуть на мир глазами человека. И чем меньше богам нравится их создание, тем позже он получит этот шанс, Эстер. А то и вовсе не получит. Я далеко не любимец Богов, Эстер. Я очень долго жил до тебя, уже и не рассчитывал встретить любовь.

Любовь? Меня как ошпаривает. Я смотрю в штормовые глаза. А в них как будто успокаивается буря. Муж смотрит на меня тепло. Ласково обнимает.

– Мне жаль, что я причиняю тебе страдания. Я забыл, как общаться, Эстер. Я много чего забыл, а многое никогда не знал. В моём мире просто не было принято, но…Эстер, почему у тебя слёзы на глазах?

– Ты давно живёшь, – всхлипываю я, – тебе… будет со мной скучно.

Брови Гидеона ползут вверх, он резко вдавливает меня в свою грудь, сжимает в объятиях очень крепко. И начинает хохотать.

– Мне никогда не будет с тобой скучно, Змейка-Эстер, – проговаривает сквозь смех, – …давай-ка ненадолго отложим дела, – и вдруг Гидеон резко подхватывает меня на руки. Не успеваю и взвизгнуть. Миг ветра, свистящего мне в лицо, и вот я понимаю, что муж держит меня на руках, стоя на той самой плоской площадке в окружении прозрачных водопадов. Заводь теперь под нами, мы высоко, но не слишком. Не выше крыши замка Академии…

Я обхватываю шею мужа.

Я, если что, не разобьюсь. Но и летать я не умею…

– Готова расправить крылья, Змейка-Эстер?.. Откройся мне, как только что открывалась, когда позволяла вести тебя в танце. Это не больно, – шепчет Гидеон мне на ухо и жарко целует в шею, – раздевайся…

Он ставит меня на край каменного скалистого выступа. Я продолжаю обнимать мощную шею Гиедона. Он держит меня за талию. Так я совсем не боюсь сорваться вниз. Но… раздеваться-то зачем?!

– Я… – раскрываю шею для поцелуев мужа, – я… могу и с сохранением одежды менять ипостась…

Гидеон хитро улыбается мне.

– Я это знаю. Но мне нужно тебя страховать. А значит, мне нужно чуть больше сил… И ещё я знаю способ получить их, не нарушая законы Мора-Ви… – хрипло шепчет Гидеон мне в губы, я улыбаюсь, жарко отвечая на объятья мужа, – раздевайся, Эстер.

Глава 28. Полёт

Эстер

Гидеон держал меня на весу, прямо перед собой, я обхватила его мощный торс ногами. Он придерживал меня одной рукой под ягодицами, другой – молниеносно снимал с меня одежду.

А я только улыбалась. Как будто я немного не в себе. Пожалуй, так оно и было.

Я осторожно прижималась спиной к плоскому, нагретому солнцем камню. Я могла бы протянуть руку и ощутить прохладу прозрачного рукава небольшого водопада, что с уютным шумом сбега́л вниз, но…

Мои руки были заняты. Я крепко обнимала мужа за шею одной рукой, то и дело, скользя второй под его рубашкой. Гладила по горячей, мощной груди. Я чувствовала, как ему нравится. И делала именно так…

Я смотрела в его глубокие штормовые глаза, когда он медленно и осторожно входил в меня, растягивая изнутри. Наполняя сладким распирающим теплом. Я давно была готова. Вообще, рядом с ним, когда слышу запах его кожи – кажется, я готова отдаваться ему в любой момент. И это странно, как будто наваждение. Но я сильная волшебница, и вокруг меня множество сильных магов. Я прекрасно понимаю, что на мне нет никаких любовных заклятий, усиливающих влечение. Что это… само так. Что это естественно. Это и есть та самая истинная связь.

И я счастлива, что мне в мои юные годы повезло сразу получить её. А не маяться бессчётное количество лет в одиночестве, как было с Гидеоном. И я не верила в Богов, но была готова благодарить их за это.

И собиралась сделать всё что угодно, чтобы муж не разрушал мою родину и не мстил родителям, а козни врагов не причинили вреда моему Дракону.

Но сейчас – я вся растворялась в моменте.

В мою память намертво впечатывались эти ритмичные, сладкие, нежные движения мужа во мне, жар его сильного тела. Терпкий запах молодой грозы, от которого у меня подогнулись бы ноги, если бы Гидеон меня не держал. Разрывы в хмуром небе, через которые полянку заливает солнечный свет… И шум прозрачной воды, огибающей нас по выступам тёплых камней скалы.

И главное – стальные штормовые глаза Гидеона, в которых я каждый раз вижу всё больше человеческого, всё больше живой жизни. И всё меньше безжалостной стихии.

Так может, у меня всё-таки есть шанс договориться с его кровожадной вспыльчивой породой?

– Эстер… – Гидеон зарычал и прижался ко мне сильнее, его движения стали жёстче. Я крепче обвила тело мужа ногами, чтоб он мог проникнуть глубже. Поглотить меня. Стать со мной одним целым.

На каждый его жест мой мир сотрясался, но я пыталась удержать себя в сознании. Не дать телу впасть в истерику. Я пыталась… пыталась… просто быть в ритме, но…

Это пульсирующее тепло во мне – слишком большой соблазн. И я не выдержала совсем немного. Острая, почти яростная волна наслаждения прошила меня силовым разрядом. Вспышка счастья, разлившегося от лона вверх – сгладила боль от сведённых судорогой конечностей.

– Эстер, девочка… – муж излился в меня, и теперь ласково гладил мои плечи, спину, под его прикосновениями – болезненная пульсация стихала. Оставалось только чистое удовольствие, кровь шумела в висках, я обессиленно опустила голову на грудь мужа.

И он замер со мной в руках.

Я почувствовала, как из его ладоней, по всей поверхности тела, которой я его касалась – шла мерная магическая волна. Он чем-то наполнял меня… И все мои неприятные ощущения, отступив, вернулись, сконцентрировавшись узкими зудящими полосами в области лопаток. Я всё поняла. Так проявляются они… мои новые серебряные крылья.

Я поморщилась.

– Гидеон… – простонала я.

Муж осторожно поставил меня на ноги, подвёл к самому краю каменной площадки. И отступил.

Я стояла абсолютно обнажённая. Моё разгорячённое ласками мужа тела овевал ветер. Зуд на лопатках стал нестерпимым. У меня выступили слёзы.

– Готова, Эстер?.. – шепнул Гидеон, – когда скажу, ты меняешь Ипостась…

– Я не помещусь здесь… сразу упаду…

– Ты не можешь менять размеры тела Змеи?

– Только непроизвольно…

Он помолчал.

– Сейчас Эстер. Перекидывайся. – жёстко приказал мне муж. Неожиданно много власти в его голосе потрясло меня. И я стала меняться. Обрастать серебряной чешуёй… Хотя не помню, когда отдала сама себе внутренний приказ менять ипостась? Может, я этого и не делала.

А дальше – срыв!

Конечно!

Я же говорила!

Моя Змея не поместится на этой маленькой каменной площадке.

Свист ветра навстречу.

Бурлящая прозрачная вода у самых камней, где в заводь вливаются горные водопады.

И вдруг…

Я перестаю падать вниз. Плавно двигаюсь вперёд. Нарезая пологие мягкие фигуры в небе над поляной. С запозданием понимаю: от того места, где у меня-человека были лопатки, отходят широкие кожистые серебряные крылья… Изгибаю Змеиную шею, плавно поворачивая голову. Вижу, как эти крылья широко, редко взмахивают… Отмечаю, что они немного отличаются по цвету от остального моего тела, но… полностью совпадают оттенком с лапой гигантского ящера, которая придерживает меня, аккуратно прихватив через середину Змеиного тела.

В сердце разливается тепло и благодарность. Я рассматриваю Штормового Дракона… Сейчас он меньше, чем был в зале, когда перекинулся после провокации Кая Райдоса. И не было такого бешеного выплеска силы, как тогда…

Но… я понимала, что на это уходит много сил Гидеона.

И заволновалась.

Дракон летел надо мной, взмахи наших крыльев были синхронны. Он изящно изогнул голову и тихонько рыкнул: не отвлекайся, Эстер .

Из пасмурных небес ему ответила пара молний, ударивших в него сверху. Гидеон-Дракон довольно заурчал и словно поглотил их. Разряды забегали по его светлой чешуе и пропали.

“Молодец, Эстер… теперь сама”

И лапа Дракона медленно разжалась, отпустив моё Змеиной тело в свободный полёт.

Гидеон ушёл выше, собирая разряды небесных молний расправленными крыльями. А я сделала ещё несколько движений и попыталась снизиться…

И тут я поняла, что не умею приземляться. Не умею складывать крылья.

Я летела вдоль поверхности прозрачно воды, понимая, что сейчас нырну туда. А там довольно мелко для меня-Змеи. Я с силой шлёпнусь об дно…Со страха рефлекторно перекинусь, и у меня будут синяки во всё моё человеческое тело… они сойдут быстро, но… будет больно. Досадно.

Драконья лапа подхватила меня у самой кромки воды. Чуть подкинула вверх! Но я уже не смогла остановить начавшуюся смену ипостаси.

В сильные руки Гидеона, успевшего принять человеческую форму, и уже стоявшего по пояс в воде, я упала голой визжащей девушкой.

– Ну всё-всё, Эстер… – он прижал меня к себе, покрывая поцелуями моё лицо, – для первого раза очень неплохо.

Он смотрел мне в глаза. Он хитро улыбался. Я видела в нём столько человеческого, что на миг забыла, что он такое .

Я обнимала его за шею.

Я влюблялась. Я отрывалась от земли во всех смыслах.

Я начала смеяться.

– Тебе весело, Змейка-Эстер? Хочешь ещё новых впечатлений?

Я часто закивала, на глазах выступили слёзы счастья.

– Тогда держись, девочка, – мурлыкнул Гидеон и вдруг ушёл со мной в руках глубоко под прозрачную воду.

Глава 29. Новые ощущения

Эстер

Под прозрачной водой мне было комфортно. Даже в человеческой форме.

Я любила плавать или просто лежать на дне.

Мой биологический вид мог находиться без воздуха довольно долго. Может, час. А уж водяные змеи – те почти сутки могли не подниматься на поверхность. И плавать красивыми лентами во вторых Ипостасях. Я не была водяной Змеёй. Но мамина старшая сестра, супруга Правителя была. И я тоже любила воду.

И знала, что Драконы подобно нам, могут долго быть под водой… даже Огненные. Отец как-то рассказывал, будто под водой они даже сильнее. Не знаю, правда ли это, но вот теперь я замужем за Драконом.

И многое мне предстоит узнать.

Единственное, что меня беспокоило – грозовые молнии. Гидеон – штормовой небесный Дракон, весь напитанный небесными разрядами.

А что, если быть с ним в воде смертельно опасно?..

“Верно, Эстер…” – прошептал в моих мыслях голос мужа, –“смертельно опасно…”

Я уставилась в весёлые штормовые глаза и забыла, что надо бы бояться.

Его длинные волосы красиво расходились серебристо-белым блестящим шлейфом. Сильное обнажённое тело моего мужа идеально перемещалось под водой. Точно он для этого рождён.

Он обнимал меня одной рукой. Вторую выставил ладонью вперёд перед моим лицом, и что-то внутри меня вновь испуганно сжалось, когда по широкой ладони забегали белые силовые разряды.

“Не бойся моей силы. Не бойся грозы, Эстер. Ты – моя жена… Ты – тоже часть грозы… Прикоснись”

Я нерешительно протянула руку и коснулась исходящей разрядами ладони. Гидеон тут же перехватил мою руку плотнее. Ладонь в ладонь. Сцепленные пальцы. Я дёрнулась от неожиданности, когда белые маленькие молнии переползли на мою руку. Затем дальше. И вот силовыми разрядами уже исходило всё моё тело. Щекотно.

Гидеон повалил меня на дно водоёма. Накрыл губы глубоким, страстным поцелуем. Я подчинялась. Отдача от силовых разрядов становилась сильнее.

“Откройся моей силе, жена…”

Я не знала, что это значит. Я знала только, что он прекрасен. Я вновь обвила тело Гидеона ногами и прижалась. Тут же ощутила, как каменеет от возбуждения его мужское достоинство.

“Я не совсем это имел в виду…но, пожалуй, так даже лучше” – усмехнулся мой муж, и тут же вновь вошёл меня одним уверенным движением. Молнии покусывали моё тело. Лоно простреливало силовым разрядом на каждый плавный выпад мужа. Изначальная сила… Я уже была готова сорваться в бездну очередного припадка счастья, когда меня между ног пронзил особенно ощутимый силовой разряд, ошпарив самую чувствительную точку. Тело моё само собой забилось в самых жёстких конвульсиях удовольствия, которые я только знала…

А разум вдруг стал кристально чист.

Я поняла.

И как летать. И как перемещать в теле молнии. Играючи перекатила разряд из кончиков пальцев одной руки в другую. И отпустила молнию вверх. Вырваться из прозрачной воды и скрыться в сером небе… а ещё смутно зацепила краешком разума знание о том, как открываются порталы… и даже, как и зачем некоторые существа утраивают свой разум, расщепляя тело второй ипостаси. Как Трёхглавые Драконы… Или Двуглавые Змеи… И строят длинные многоуровневые переходы в дальние миры…

Горячее семя мужа выстрелило в меня. И я очнулась.

Одновременно мы оказались на поверхности. Я безвольно висела на теле Гидеона, абсолютно счастливая и абсолютно обессиленная.

Он просто держал меня на руках.

Мы так и стояли по грудь в прозрачной воде…

Затем Гидеон вынес меня на берег и осторожно поставил на ноги.

И вдруг… обострённым чутьём я ощутила… где-то совсем рядом происходит новое преступление!

Кто-то снова качает жизнь из колдуна! И я чувствовала присутствие знакомых!

Виктор, маленький Огненный Дракон – сын Кая! И мой “несостоявшийся жених” – Арес, чёрный спрут, сын Арьи… оба были поблизости.

– Быстро Эстер, – жёстко приказал Гидеон, ведя рукой в воздухе и сотворяя на нас одежду, – идём. Сдадим твоему отцу наших маленьких преступников. Это наш шанс.

Глава 30. Новые подозреваемые

Эстер

Я шла за мужем.

Он также уверенно вёл меня от нашего тайного места с водопадами, как пару часов назад привёл сюда.

Волосы мои до сих пор были мокрыми после… подводного плаванья. Прилипли к сотворённой одежде.

Вскользь вспомнила, что пропустила все практические занятия после обеда. И меня ждут неприятности… Впрочем, мой муж – Декан, а отец – Ректор, так что как-нибудь решу вопрос.

Эти мысли были – как натянутая улыбка.

Я пыталась себя ими отвлечь. Но ничего не получалось.

Мы быстро приближались к месту назначения.

И ощущения проступали чётче: мой друг, Виктор, маленький огненный дракон… и мой не-друг… но и не враг… с Аресом, своим однокурсником из рода чёрных спрутов, я никогда в жизни не конфликтовала.

Мамина идея по-быстрому нас поженить до сих пор осталась для меня тёмным пятном – необъяснимой странностью. Между мной и Аресом после этого лишь повисло обоюдное чувство неловкости за "родительский произвол"…

Ничего не изменилось!

Я не хотела его никак подставлять! Надеялась, что Гидеон ничего не узнает… особенно, зная от Виты, какой истерической, необоснованной ревностью славится весь драконий род.

А теперь – вся эта странная история с выкачиванием чужой магии!

Какого демона Виктор и Арес в неё вообще влезли?!

И что Гидеон имел в виду под “сдадим твоему отцу наших маленьких преступников”?! Не могли же мои собственные однокурсники оказаться причастны?!

– Гидеон… да не могли они… – тихонько шепчу в спину мужа, что теперь ведёт меня через заросли за собой, крепко взяв за руку.

– Тш-ш-ш, Эстер… порой сюрпризы преподносят даже очень близкие люди…

Мой Дракон замер. А я влетела в его спину. Сделала полшага назад. Гидеон развернулся ко мне и пристально посмотрел в глаза.

И в этих глазах я теперь вижу что-то нехорошее. Мои догадки подтверждает громовой раскат в почерневших от гнева Гидеона небесах.

Невольно улыбаюсь: да уж, с ним никакой конспирации не выйдет…

Но тут же жалею о своих мыслях, моя улыбка тает от слов Гидеона:

– Рад, что тебе весело, Эстер. Действительно. Забавно будет, если несостоявшийся женишок окажется убийцей, что попытался подставить твоего мужа, Эстер. Хотя логично. Я… непопулярная фигура среди колдунов твоего круга. А он… подошёл бы лучше, да?

– Да что ты такое говоришь, Гидеон… – я кладу руки на грудь мужа, заглядываю в глаза. И почему-то вспоминаю иномирное растение ко-фе – напиток, который Гидеон пил с Райдосом… интересно, это мой муж сам выдумывает эти умопомрачительные предположения, или иномирное зелье влияет?

– Что молчишь, Эстер? – зарычал Гидеон, – я прав? Нечего ответить?

И я решаю быть честной.

– Да вот думаю… – выдаю, едко улыбнувшись, – это от ко-фе ты такой или потому что… Дракон.

Глаза Гидеона нехорошо прищуриваются.

Я готовлюсь.

Эта та самая неуместная шутка, которая была у меня буквально на кончике языка. И я позволила ей сорваться. Быть может, она такая же неуместная, как та – будто я вижу неприличные наведённые сны о других мужчинах. Тогда Гидеон успокоился, лишь заявив права на меня – овладев моим телом. Но сейчас… на это явно не было времени. Так-то и можно было бы…

Взгляд Гидеона смягчился, и он рассмеялся:

– Мне нравится ход твоих мыслей, Змейка-Эстер. Пока я тебя прощаю… но вопрос не закрыт.

И он снова потянул меня к источнику тревоги – новому месту преступления.

***

На круглой полянке перед лесным болотом лежало чьё-то скрюченное тело, частично накрытое чёрной тканью. Очень простой. Очевидно, сотворённой молодым, не слишком умелым магом. Острый контур высушенного тела напоминал вяза́нку хвороста. Но, увы – я прекрасно чувствовала, что лежит под тканью.

На поваленном дереве рядом, со скучающим видом четырнадцатилетний Огненный Дракон Виктор жевал какую-то травинку и обшаривал окрестности пронзительным взглядом прозрачно-голубых глаз. Рядом задумчиво вышагивал Арес, запустив руки в карманы форменных тёмных брюк адепта Академии. Черноволосый, как его мать, Арья. В цвет своего жутковатого Зверя. И кудрявый, как его отец – боевой чёрный маг по имени Зевс. Арес смотрел колко и недобро. И его взгляд вполне осознанно остановился на нас с Гидеоном:

– Ну наконец-то… – выдохнул чёрный спрут, и очевидное облегчение, которое он испытал при виде нас, признаться, слегка меня озадачило.

А Виктор и вовсе добил:

– Я же говорил тебе, что вижу , что они придут, Арес…

Глава 31. Новые союзники

Эстер

– Я же говорил тебе, что вижу, что они придут, Арес…Правда, могли ещё на час позже… Но удержались. Хотя вероятности были высоки… – флегматично проговорил юный Огненный Дракон и небрежно сдул упавшую на лицо чёрную прядь буйных волос.

Что-о-о-о?!

– Вы что, детишки, здесь делали? Откуда мертвец? – хмыкнул Гидеон. Я про себя порадовалась, что он не начал с обвинений. Может, не такой уж “буйный” драконище мой муж.

– Мы ждали вас, – прямо посмотрел в глаза Гидеону Арес, – Виктор почувствовал мертвеца, как видящий… А я… у меня свой интерес.

– Могу предположить какой, – хмыкнул Гидеон, – но не буду спешить с выводами.

Арес перевёл взгляд на меня:

– Рад снова видеть тебя, Эстер. И поздравляю со свадьбой…

По моим плечам пробежала дрожь – я рано порадовалась. Гидеон тут же показательно приобнял меня за плечи.

– Мы с женой благодарим тебя, маленький чёрный спрут, – недобро оскалился Гидеон, – а теперь не сочти за труд. Ответь на мой вопрос. Что ты здесь делал?

Арес тяжело вздохнул и перевёл колкий взгляд на Гидеона.

– В моей семье все очень интересуются… потенциалом силы драконов. Очень много исследовательских работ в попытках познать, как устроена высшая магия. Как представители вашего вида открывают межмировые порталы. Как вам удаётся генерировать и удерживать такое количество магической силы…

– О… – саркастично протянул Гидеон, – я польщён. А к делу ты когда перейдёшь, маленький спрут?

– Я не хочу неприятностей своим, – поморщился Арес, – но…

– Но?

– Не одобряю избранный ими курс. Мою мать отлучили от семьи, когда она отказалась от предложенного Главой нашего рода брака и выбрала моего отца. Когда выяснилось, что у меня есть родовой Зверь, меня стали приглашать на общие собрания, как у нас принято. Ведь меня-то никто не отлучал… Только мою мать. Так вот, я успел услышать о недовольстве действующим Правителем. В основном из-за его лояльности к Драконам. А нашу семью он уже почти двадцать лет как отдалил… Глава рода, старейший из королевский Чёрных Спуртов, накопил много злобы…

– Уже теплее, – хмыкнул Гидеон, – прошу, продолжай, Арес.

– Род оттеснили, но система исполнения наказаний по-прежнему по большей части возложена на нас. И…

– Глава твоего рода желает обвинить меня в тяжком по законам Мора-Ви преступлении? Чтобы получить в свои руки, так?

Арес кивает.

– Верно, Дракон. И по дороге скомпрометировать Серебряного Змея в глаза Правителя. А также вызвать большой общественный резонанс. Навести панику. И под давлением народа Правитель бы передал тебя… в нашу вотчину. А дальше…

– Дальше глава твоего рода перебирал бы свои способы вытащить из меня силу. Всё просто, всё логично, всё укладывается в концепт. Одно непонятно…

– Что же? – Арес откинул с лица вьющиеся волосы и, гордо вскинув голову, заложил руки за спину.

– Зачем тебе в это влезать и рассказывать секреты своих родичей?

– Я долго размышлял, стоит ли вмешаться… – замялся Арес, но затем взглянул на нас открыто, – но потом мне стало известно, что ты теперь муж Эстер…

Рука Гидеона напряглась, закаменела на моём плече. А Арес продолжил:

– А я всегда любил Эстер, так что…

Миг. И моего мужа нет рядом.

Он уже стоит в другом углу полянке и, схватив Ареса за горло и оторвав от земли, прижимает его к стволу векового дерева.

***

Я оказываюсь рядом очень быстро, лишь благодаря своей родовой магии – способности развевать запредельную скорость.

Повисаю на руке Гидеона, но мой вес, кажется, для него ничтожно мал. Он словно не видит и не слышит ничего вокруг. Словно этот божественно прекрасный мужчина-Дракон высечен из камня.

– Арес! – рычу я, – что ты несёшь? Какая любовь? Мы с тобой за жизнь и десяти минут не разговаривали! Гидеон! Отпусти его! Он… – вдруг меня озаряет, – он специально тебя провоцирует!!!

Рука Гидеона разжимается легко, Арес валится ему под ноги. Я тут же обнимаю мужа за шею. Он легко посмеивается, мягко обнимая меня в ответ.

– Ну хватит, – подаёт голос Виктор из-за наших спин, всё так же сидящий на поваленном дереве, – я же тебя предупреждал, Арес.

– Не бойся, Эстер… – хрипло шепнул мне на ухо Гидеон, – твой жестокий муж не будет убивать маленького спрута. Я понимаю, что он намеренно это сделал. Иначе я сломал бы ему шею за миг. Даже магию выкачивать побрезговал…

Арес рассмеялся и поднялся, держась за горло:

– Трудно тебе будет с этим юмористом, Эстер, – откашлялся Арес, он поднялся, пронзительно посмотрел на нас и вдруг заговорил очень серьёзно – и за что моя семья недолюбливает Драконов, я тоже в целом понимаю… но… Я считаю, что этот конфликт их погубит. Я хочу найти решение вместе с вами. Остановить исполнителя приказов. И я готов вам в этом помочь…но…

– Но ты хочешь, чтобы мы сохранили втайне причастность твоего семейства к этому делу, маленький спрут, – договорил Гидеон.

Арес обречённо кивнул.

– Мне надо подумать, – процедил Дракон, – в конце концов, я ничего не теряю. Мне достаточно взять тебя за шкирку и приволочь к Серебряному Змею. Он вскроет твой разум, снимет показания, и дело с концом.

Арес напряжённо молчал несколько мгновений и, наконец, выдал:

– Это верно. Но если мы будем командой, я передам тебе наш родовой источник силы. Ты восстановишься, не нарушая закон, если желаешь. И уйдёшь в родной мир, если тебе этого захочется…

– Я в любом случае восстановлюсь, мальчик.

– Спроси свою жену, – открыто посмотрел моему мужу в глаза Арес, – как она отнесётся, если ты отдашь меня Серебряному Змею вывернуть мою память наизнанку. Зная, что случается после такой процедуры. Это хуже, чем просто убить мага, высушив его до дна. Я прекрасно знаю, что рискую жизнью, выдав себя и свой род. Но я лишь пытаюсь поступить правильно.

Я сжимаю руку Гидеона. Арес во всём прав. Я не хочу видеть палачами ни отца, ни мужа. Я хочу выбраться из этой истории без потерь.

Гидеон смотрит мне в глаза, но когда заговаривает – обращается вовсе не ко мне. А к Виктору.

– А в чём твой интерес, маленький Огненный Дракон? И почему чёрные спруты-экспериментаторы не попытались заполучить тебя?

– По двум причинам, – на удивление спокойно ответил Виктор, – во-первых, не хотят, чтоб на них обрушилась мощь армий трёх великих государств – двух обителей Драконов и одной Змей. Ну а во-вторых, и в главных… я им не подхожу. Ведь я не древний Трёхглавый Небесный Уравнитель.

Глава 32. Новые правила

Гидеон

Я откинул полы преподавательской мантии и волевым усилием распахнул двери в аудиторию, полную адептов.

Они мигом все притихли.

Словно перестали дышать.

Десятки пар наполненных ужасом и недоверием глаз точно впились в меня.

Серебряный Змей, конечно, рассказал им, что я – Дракон. Но не уточнил, что тот самый , великий бой с которым отгремел в этих стенах больше двадцати лет назад. О котором написали в учебниках. "Господин Ректор" лишь изволил сообщить этим бедолагам, что я Истинный и муж его дочери. И что их новый Декан.

Факультет Тьмы не знал жёсткой руки Дракона уже очень давно.

С тех пор как Кай Райдос вернулся на свою родину со своей неопалимой супругой.

Теперь этих детей ждут новые правила.

Можно было отказаться – мне вся эта деятельность была глубоко безразлична.

Однако это был мой билет на свободу, я смогу не спускать с Эстер глаз. И у меня будут развязаны руки – я смогу намного легче решать вопрос с в край озверевшими чёрными спрутами.

Вчера я увёл из магического леса жену, а также двух искателей приключений со своего нового факультета – Ареса и Виктора. Я ещё не до конца понял мотивацию последнего. Тем лучше, если этот юный самородок также будет у меня на виду.

Так что этот расклад – лучшее из возможного.

Я прошёл через аудиторию в абсолютной тишине. И занял место за преподавательской кафедрой на возвышении.

Безошибочно нашёл взглядом за ближайшим ко мне столом троицу. Мою Эстер, Виктора и Ареса… Моя жена благоразумно села со стороны маленького огненного дракона. Чтобы не искушать судьбу. Вот и умница. Хотя лучше ей было отсесть в другой конец аудитории.

– Вы все знаете, кто я. – негромко произнёс я, но адепты, кажется, и дышали через раз, так что всё было прекрасно слышно, – задавайте все свои вопросы сейчас. Потом вы будете только отвечать на мои.

Я чувствую ауру давящего ужаса. Рефлекторно. Над каждым из них. За очень небольшим исключением. Троица за первым столом – моя жена и её вредоносные приятели – с ними всё ясно.

Ещё черноволосая девушка в самом конце. Вот это да… Дочь Правителя, в которой горит пламя моей прежней магии? Но она не может здесь учиться. Значит, вольный слушатель. Принадлежать правящей семье всегда сулит ограничения и трудности. Я ей в своём роде сочувствую. Её видовая принадлежность – сомнительна. Её потенциал – непомерно велик. Правитель Арон едва ли найдёт для неё подходящую пару в Мора-Ви.

Я невольно улыбнулся уголками губ: а не его ли идея была поставить меня на эту должность? Ведь никто, кроме меня, в Мора-Ви не научит дочь Владыки Хаоса – Верховного Змея – пользоваться своей силой.

И ещё один адепт… тихий светловолосый паренёк. Я не знаю его. И отсутствие естественного страха передо мной – весьма настораживает. Надо будет присмотреться к нему в будущем…Может, просто какой-то изъян личности. Так бывает. Даже среди людей.

– Что, ни у кого нет вопросов?– я слегка приподнял брови.

Черноволосая дочь Правителя бегло оглядела зал и уверенно подняла руку. Я заметил на ней обережный браслет – такой, как мне объяснили, надевали всем “гостям Академии” – официально не учащимся и не работающим здесь. Чтобы местные охранные заклятья не вышвырнули чужеродный элемент за Врата и не покалечили.

– Прошу, – жестом позволил девушке говорить.

Брюнетка поднялась, и все оглянулись на неё.

– Ой, Диара здесь… – шепнула под нос Эстер.

Я был доволен, что она встала со своего места, как положено по уставу. Дочь Правителя вполне могла начать отыгрывать королевишну. А мне пришлось бы её осадить. А конфликты с Правителем Мора-Ви мне сейчас без надобности.

– Каждый вправе просить о зачислении по решению изначальных сил…

– Не вполне понимаю вас пока.

– Такую попытку поступить может дозволить Декан любого из факультетов. Никто, кроме вас, мне не разрешит. И Ректор. И Правитель. Я прошу этого права у вас… в присутствии свидетелей.

По аудитории прошёл шепоток.

Мой разум начал немедленно прикидывать вероятные последствия любого возможного ответа. Возможно, я не был так хорош в аналитике, как Серебряный Змей, но жил я на свете очень давно.

Повисла тишина.

Я просчитывал. Вероятности множились. Ветви реальности распадались на подвероятности.

И, кажется, я нащупал.

Мой ответ дочери Арона – поворотная точка в судьбе многих в этом зале. И многих за его пределами. И риски были огромны. И мне следовало отклонить её просьбу. Ведь я буквально только что размышлял о том, что конфликты с сильнейшим Змеем в Мора-Ви мне ни к чему.

– Принято, – произнёс словно кто-то моим голосом, – я разрешаю пройти испытания. Но единственный шанс – это если ваша… "изначальная сила" распределит вас на мой факультет. Все прочие Деканы, как вы понимаете, не со зла, по-быстрому вас отчислят…

– Понимаю, благодарю вас…

– Шанс невелик. Ведь вы такая Светлая, что аж глаз режет… – протягиваю я, оценивая реакцию девушки. А дочь Арона – крепкий орешек.

Выдерживает и мой взгляд, и всех остальных. И сочувствие Эстер. И волнение Виктора. И подавленную неприязнь большинства.

– Я в курсе, что я Светлая, – безупречно вежливо улыбается черноволосая Диара, – но на факультете Тьмы это уже лет двадцать как не эксклюзив.

Теперь по аудитории прокатываются смешки.

– Садитесь, испытания после обеда. Ещё вопросы?..

Я лгу. Закончу лекцию и начнём испытания. А может, и не сто́ит ждать окончания. Диару хватятся очень скоро. Только теперь мне подумалось, что её родители и Алик могут и не знать, что она здесь…

Я встречаюсь взглядом с Эстер.

Много ли она поняла в этом моём поступке? Не знаю.

Но жена мягко улыбнулась мне и одними губами беззвучно произнесла: “спасибо”.

Аудитория загомонила. Адепты осмелели и начали обмениваться впечатлениями…

Ну вот ещё!

Не хватало слыть среди этих наглых детей добряком.

Я хлопнул кулаком по кафедре.

За окном мигом разразился истерический ливень. Молнии начали бить в землю с лютым остервенением.

– Я не понял, – прорычал я, – кто разрешал подавать голос?!!! Я дал возможность задавать вопросы. ВЫ промолчали. Теперь Р-р-работать молча!

Снова взглянул на Эстер.

Она покраснела. В её беглом взгляде я успел прочитать желание . Ухмыльнулся краешком рта: мою девочку заводит, когда я “злой”. Я уже это запомнил. Но нам придётся потерпеть, милая…

Я только что ввязался в очень серьёзную интригу, разрешив Диаре пытаться поступить в Академию.

Шансов было мало.

Но во мне крепла необъяснимая уверенность, что дочь Правителя преуспеет.

Глава 33. Лекция

Эстер

Гидеон напитался страхом моих однокурсников вдоволь и начал рассказывать почему-то о конструировании порталов.

Это было не по учебной программе, но я сразу догадалась: у моего мужа есть умысел.

Мне кажется, я уже научилась трактовать изменения его мимики. Едва заметную ухмылку, якобы удивлённо приподнятую бровь, а главное – выражение глаз – точно хищник учуял добычу и уже затаился. Глупое травоядное расслабится, и мой великолепный хищник-муж бросится и перекусит шею.

Гидеон за преподавательской кафедрой смотрелся умопомрачительно, мантия декана факультета Тьмы была невероятно ему к лицу. По чёрной, напитанной уставной магией ткани рассы́пались серебристо-белые густые волосы, штормовые глаза внимательно ловили любую оплошность каждого в этой аудитории. Трактовали случайные жесты, фиксировали первые непроизвольные реакции.

И о порталах он заговорил явно неспроста.

Гидеон забросил крючок…

Но неужели он искал злодея среди моих однокурсников?! Каждому магу в зале в среднем двадцать лет, кроме четырнадцатилетнего Виктора! Кого тут подозревать?!

Я слушала внимательно, Гидеон говорил только то, что разрешено нести в широкие массы. Я из-за близкого родства с правящей семьёй знала чуть больше, чем положено остальным. А Гидеон… ему в Мора-Ви в этом вопросе не было равных.

Я тяжело вздохнула: кажется, лично для меня, ему не было равных ни в каком вопросе!..

И тут я поймала себя на том, что уже не слушаю, о чём он говорит. Только низкий бархатистый звук его голоса.

Конспектировать это всё – совершенно не располагало.

Я мечтательно подпёрла руками подбородок.

Властные, рычащие нотки. И подумала о том, что снова хочу своего мужа…

– Эстер! – рявкнул Гидеон.

Я рефлекторно дёрнулась, уронила со стола тетрадь, в которой было написано только “Многокомпонентные межмировые порталы”. И на этом мой конспект заканчивался.

– Эстер… – власть играла в голосе мужа, я была готова отдаться ему прямо сейчас… – адептка. Думаете, если вы моя жена – будут поблажки по предмету?

По аудитории прокатились тихие, робкие смешки. Гидеон их благосклонно “не заметил”.

– Э… нет, не думаю, что будут поблажки… – без зазрения совести солгала я.

По факту было два варианта: поблажки и пробелы в знаниях, либо жёсткий диктат личного педагога. Опросы по предмету. И за каждые неверный ответ – внезапный "акт любви"… Хотя нет, это отрицательная мотивация… Так я точно не выучу…

– Эстер, ты не слушаешь меня? – Гидеон приподнял одну бровь.

– Слушаю…

– И что я сейчас сказал?..

– Эм… про наведение дополнительных опорных точек портала вспомогательным разумом зверя… О важности управлении альфа-головой тройного разума над двумя остальными…

– Нет, Эстер, я об этом только подумал . Не жульничай, – опасно улыбнулся Гидеон, – но раз уж ты подняла этот вопрос и упомянула Трёхглавую Форму некоторых уникальных видов Драконов… Адепты. Скажу вам то, что забыл сказать господин Ректор. Я как раз один из них.

Первые секунды – шок. Потом почти осязаемая паника всех или почти всех в аудитории.

Кажется, никто не дышал.

–… Так что, дорогие дети, даю вам время на осмысление сказанного. Как материала лекции, так и видовой принадлежности преподавателя. Возможно, вы дважды подумаете, прежде чем выбесить меня на практическом занятии… через полчаса я вернусь и устрою опрос. Те, кто написал только заголовок в тетрадь, Эстер, и очевидно провалят опрос… идут со мной на отработку прямо сейчас…

Гидеон вышел из-за кафедры и двинулся по широкому проходу между столами адептов к выходу из аудитории.

Я поднялась со своего места и последовала за мужем.

Интересно, отработка – прям настоящая отработка, или просто зажмёт в углу и…

–  Прям настоящая отработка , Эстер, – тихо усмехнулся Гидеон не оборачиваясь.

Щёки защипало от стыда. Ну вот, блин… Контекста его реплики только дурак не понял, а услышало нас человек десять, что сидели ближе всех к проходу – это факт. Да и вообще – у половины курса есть вторые ипостаси. А это подразумевает исключительно хороший слух…

Глава 34. Новая адептка

Эстер

У самых дверей Гидеон коротко кивнул Диаре, призывая следовать за ним.

И до меня дошло: ну конечно! Надо “поступить” мою двоюродную сестрёнку немедленно! Пока папа нас не остановил. Или кто угодно ещё.

Сейчас коридоры пустые.

Кроме магических охранных заклятий – никаких сущностей на пути.

Все курсы сидят по аудиториям, преподаватели при деле. У отца в этот час всегда совещание с Правителем…

Идеальный момент.

– Если я верно помню, это здесь… – протянул Гидеон.

Мы уже стояли в пустом дворе Академии. Грозный ливень, начавшийся пока Гидеон напускал страха на адептов в аудитории, уже сменился редкой капелью. Было очень приятно, по-весеннему свежо, через стальные рваные тучи прорывались косые солнечные лучи.

У самого входа в замок, ровно под нашими ногами, скрытый обычной на вид землёй был подземный туннель, в котором обычно проходили вступительные испытания. Положено было идти от Врат и бороться с препятствиями, которые выдаст магия Академии. Но, кажется, Гидеон собрался использовать короткий путь.

– Сначала Кристалл над главными Вратами замка у входа на территорию должен принять Диару, – подсказала я, – потом испытание, и потом распределяющий артефакт на факультет в подземном тоннеле…

– Но мы все понимаем, что артефакт над вратами настроен вручную не принимать детей правящего дома, прямых наследников Терновой короны. Им полагается другое… – усмехнулся мой муж.

Диара потупилась и кивнула.

И всё окончательно для меня прояснилось.

– Гидеон, ты хочешь провести её сразу к распределяющему артефакту без испытаний? – я взглянула на хитрые штормовые глаза мужа.

– Испытания существуют для корректного выбора факультета, девочки, – снова усмехнулся мой Дракон, – а у тебя, маленькая принцесса, ровно один вариант. Мой факультет или никакого. Если тебя артефакт определит к лекарям – поедешь домой, к родителям, ждать назначенного женишка…

– Что? – я взглядом ищу глаза Диары. Но она теперь упорно смотрит в землю. И по кислому выражению лица сестры понимаю, что Гидеон снова угадал, – но… Алиса и Арон… они же тебя не заставляют?!

– Конечно, нет, – печально отзывается Диара, – но у меня с моим потенциалом Трёхглавого Дракона, Небесного Уравнителя, за который, конечно, большое спасибо твоему мужу, Эстер…

– Я не то чтобы отдал тебе свою силу двадцать лет назад по доброй воле Диара, – с усмешкой вставляет мой муж.

– Всё равно спасибо, – сестра теперь смотрит на нас прямо, – в общем, с моим потенциалом у меня не то чтобы богатый выбор. Три плохих варианта, и никто из них…

– Не твоя Истинная пара, – договорил Гидеон за Диару, – а где-то это пара уже есть. Ты это чувствуешь. Может, у тебя даже зреет метка. И договорной политический брак для тебя неприемлем. А сказать, что у тебя есть метка для твоего отца чревато больши́м скандалом… примерно так?

– Примерно, – вздыхает Диара, – учёба здесь даст мне несколько лет отсрочки,может, я успею…

– Время, – жёстко перебивает Гидеон, – нас обнаружили.

Мой муж сгребает в охапку меня и мою сестру, и мы втроём проваливаемся под землю.

Стены выкрашиваются. Корни торчат.

Мы мягко приземляемся на пол в зале, напоминающей углубление в подземной пещере.

Три года я не была в это зале – с тех пор как поступила сама. И не думала, что ещё когда-нибудь её увижу.

Земляная пасть над нами захлопнулась, и дневной свет исчез. Осталось только тусклое сияние магических огней, парящих под высокими потолками меж острых сталактитов.

Я почувствовала сопротивление магии этого места – мы нарушили правила. Сильно нарушили.

Но Гидеон даже не поморщился.

– Снимай браслет, Диара… – просто сказал он.

Моя сестра послушно отщёлкнула магический защитник-ограничитель, который надела при входе в Академию в качестве гостя.

Крупный молочно-белый шар,, парящий под потолком пещеры среди магических огней, тускло замерцал.

Гидеон жестом велел моей сестре точно встать под ним.

– А теперь мы немного склоним весы в сторону факультета Тьмы, – в голосе мужа я слышала веселье, – в подавляющем большинстве случаев адептов магия распределяет на тот факультет, к которому они выказывают предрасположение в процессе испытаний. Поэтому, даже если белый маг ведёт себя как агрессор и проявляет бесчувственную жажду победы любой ценой и пониженную эмпатию… что, разумеется, большая редкость… он попадает на факультет Тьмы. Может, ты и сама бы справилась, но мы перестрахуемся. Эстер, сознание твоей сестры закрыто от меня. Родственники позаботились. Но блок от тебя у неё не стоит. А я могу ментально владеть тобой в любой момент…

Я похолодела от таких новостей.

– Не доверяешь мужу, Эстер? – нехорошо прищурился Гидеон.

– Сейчас речь не обо мне… – я нервно обняла себя за плечи.

– Вторгаться в разум не надо. Надо провести мою магическую энергию, чтобы артефакт её считал. Просто позволь мне сделать это через тебя… Что?

Я кусаю губу, стою, нерешительно замерев.

– Нет. – это слово даётся мне тяжело, голос звучит надтреснуто, и идея эта кажется мне неприятной… Не только потому, что я боюсь того, что может случиться с Диарой. Не только потому, что очень сомневаюсь, что Гидеон оставил идеи мести, а тут схема реализации сама идёт к нему в руки. Всё намного проще.

– Ревнуешь? – расплылся в улыбке Гидеон, привлекая меня к себе, – не хочешь, чтобы я ментально касался других…

Мне было дико неловко перед сестрой, которая смотрела на меня сейчас круглыми глазами. А я просто обнимала своего странного, опасного мужа и… Демоны, да, он был прав!!! Положа руку на сердце, меня это бесило!

– Не ревную, что за глупости… – пробормотала себе под нос.

– Даже не знаю, что делать, Эстер, – закатил глаза Гидеон, поглаживая меня по спине так нежно, его явно радовала моя реакция, а может, даже льстила, – тебя успокоит, если скажу, что твоя сестра уже чужая . Я это вижу даже при моей усечённой силе… От неё веет иномирным холодом, разве не слышишь?

Я пригляделась к сестре: и правда. Я осторожно протянула к Диаре руку: и вокруг сестры как будто прохладнее, чем в остальном помещении. Очень странно.

– Я сама, – вдруг решительно произнесла Диара, пресекая мои мучения.

Она замерла под артефактом с закрытыми глазами, стоя к нам лицом. А когда распахнула – в них плескалась первородная Тьма. Совсем как у её отца. Потом тело Диары скрутило судорогой, и перед нами оказалась изящная чёрная драконица. Чуть крупнее взрослого человека. КАК ТАК? Я не сомневалась даже, что она – Змея… Я видела её оборот в чёрную кобру тысячи раз!!!

Артефакт зашипел.

Покрылся изморозью. Ого, так не должно быть…

Мы с Гидеоном напряглись.

А Диара оскалилась и зашипела на артефакт, плюнула в него чем-то коротким, льдисто-синим… молнией?!! Мамочки, что только не узнаешь о близких родственниках…

Диара рухнула на каменистый пол в человеческом обличье. Я тут же кинулась к ней, помогла двоюродной сестре присесть. Она была бледнющая, и вся дрожала от потери сил.

– Пластом будешь лежать теперь, – спокойно произнёс Гидеон, как бы констатируя факт, – ни в одного из твоих Зверей обернуться не сможешь недели три… Этот Зверь тебе пока не по силам и не по навыкам был. Рискнула.

Диара только сла́бо кивнула. Я обняла её, осторожно делясь своими силами. По капельке.

Гидеон хищно усмехнулся и весело посмотрел на нас:

– Эта ваша магическая немощь не будет считаться уважительной причиной для отставания по моему предмету, адептка.

И Гидеон кивнул вверх, призывая нас обеих взглянуть. Я задрала голову, чтобы посмотреть на артефакт.

Магический парящий шар медленно, словно нехотя, начал меняться…Синеватый лёд уходил, а значит, Диара зачислена, и выбор факультета Изначальной силой свершился: артефакт у нас на глазах наливался изнутри густой Тьмой.

Глава 35. Первая ночь с Деканом

Эстер

Гидеон оказался грозным учителем. Ничего удивительного.

Этим вечером отец проложил стабильную теневую тропу от каменного особняка, где жил все эти годы Гидеон, до Академии. Отец сказал, мы с мужем сможем пользоваться ею в любой момент.

Так что я собрала вещи и переехала в свой новый дом – тот самый, где Гидеон промучался в одиночестве последние двадцать лет, отсечённый от мира защитным контуром.

Не без причин…

Но приходилось признать – я всё сильнее подпадала под обаяние Гидеона. И мысль о том, что он может причинить вред – перебить всех, кто мне дорог, войдя в полную силу – стала бледнеть. Я верила в это всё меньше. От его умопомрачительно притягательного запаха. От его штормовых глаз. От его сильных рук на моей талии. От глубокого чувства безопасности, которое рождается от его присутствия где-то у меня за грудиной.

Я теряла бдительность.

Теряла ясность мысли.

Мы сидели в саду под декоративным навесом. За мраморным столиком на удобном диванчике. Один магический огонёк завис над столом, освещая нашу позднюю трапезу. Редкий дождь бил в темноте по увитой лианами крыше навеса и по сочной листве вокруг нас. Гидеон ласково обнимал меня за талию… Говорил что-то незначащее об адептах, кто что не выучил, мой муж казался мне сейчас беззаботным, он смеялся и шутил…

И я тонула в ощущении счастья, уюта.

Нет, не может быть, чтоб он был опасен. Не может быть, чтоб он был убийцей. Этот прекрасный мужчина – мой муж, который пересадил меня сейчас к себе на колени и, ласково поглаживая по спине и плечам, кормит ягодами из фруктовой тарелки.

Я просто на вершине блаженства…

Вот бы так было всегда.

Я смотрю на Гидеона с нежностью. Обнимаю за шею.

– Гидеон…

– Эстер?..

– Я хочу, чтобы так было всегда, – я чуть не плачу.

– Как, Эстер?..

– Уютно, тепло… и… я без тебя не смогу, – чувствую, как по щеке сползает одинокая слеза.

– Без меня и не придётся, Эстер, – Гидеон ласково смахивает мою слезу горячей подушечкой пальца, – иди ко мне, девочка…

Гидеон ласково касается моих губ своими. Такая нежность – редкость для него. Он чаще кусает, берёт, утверждает права. И подчиняться ему – сладко. Но то, что происходит между нами сейчас – что-то большее. И мне опять распирает что-то между рёбрами. Тепло, которое меня топит.

Я отвечаю на поцелуй со всей готовностью: я открыта, я доверяю.

И чувствую, что он хочет меня отчаянно, как обезумевший зверь.

Но не торопится. Как человек.

Гладит моё лицо. Не спеша, углубляет поцелуй. Изучает меня, его язык мягко касается моего. Его горячие руки медленно, с удовольствием стягивают с меня сначала мой форменный пиджак, затем расстёгивают блузку. Я готова броситься на него сама в любой момент, готова к тому, что через миг Гидеон смахнёт со стола остатки нашего ужина и уложит меня на нагретый за день солнцем камень…

Но он успокаивает мой порыв. Спокойно, уверенно приспускает мои форменные брюки вместе с бельём… А через миг и вовсе выкидывает их прочь. И только тогда усаживает на себя верхо́м, как наездницу, А сам остаётся сидеть, откинувшись на спинку диванчика, полностью одетый. Что-то в этом есть очень чувственное. Я полностью голая. Он полностью одет…

Уже взошла большая белая луна, и Гидеон небрежным взмахом кисти погасил наш магический огонёк над столом. Остались только стук редких капель дождя по листве и наше дыхание.

Гидеон рассматривал моё обнажённое тело в лунном свете, гладил грудь, изредка мягко сдавливая ладонями.

Я возбуждалась всё сильнее.

Наконец, начала нетерпеливо ёрзать на теле мужа. Я чувствовала его возбуждение, и он сводил меня с ума своим показным спокойствием.

Наконец, он мягко рассмеялся, жёстко обхватил меня за талию одной рукой и чуть приподнял, одновременно прижимая к себе. И скользнул мне между ног пальцами другой руки. Я со стоном выдохнула, невольно прогнувшись в пояснице. Гидеон вошёл в меня одним пальцем, затем двумя…

Я рвано дышала, моё тело дрожало…

Муж прислонил мой лоб к своему. Посмотрел в глаза.

– Ты сегодня отвлекалась во время лекции, Эстер… – его пальцы двинулись во мне, вызывая серию разрядов, пробежавших жаркой волной от лона врассыпную, по всему телу…

– Я… я слушала…– я уже задыхаюсь от желания, мне не верится, что Гидеон сейчас об этом заговорил!!!

– Нет, Эстер… – снова движение пальцев, я схватила Гидеона за плечи, впиваясь ногтями, а он ласково наглаживал меня между ног, то плавно двигая во мне пальцами, то выходя и лаская вокруг самой чувствительной точки, – ты не слушала. И я вынужден наказать тебя.

– Я умоляю вас … о снисхождении, Магистр, – я уткнулась в шею мужа, пряча улыбку, пожалуй, эта игра мне нравилась.

– Пощады не будет, Эстер, – усмехнулся он, – но я буду нежен. Если завтра такое поведение повторится… буду жесток. Вы меня поняли, адептка?

– Да…

Гидеон ещё немного приподнял меня, расстегнул свои брюки, позволяя мне почувствовать своё желание… Кожа к коже…

Он насадил меня на свой мужской о́рган медленно и осторожно. Он и впрямь был нежен. Как никогда раньше. Вторжения мягкие, растяжение – постепенное. Он меня щадил, ласкал, гладил… любил. Да, это было ближе всего к “любви”, как я её себе представляла.

Я потеряла счёт времени.

Гидеон поднялся со мной в руках, не выходя из меня, уложил на диванчик, на которым мы принимали вечернюю трапезу.

Теперь я лежала на спине, а муж наваливался на меня сверху.

Гидеон брал меня медленно, нежно, ускоряясь постепенно, едва заметно. Я исходила соками под ним. Меня накрывали волны удовольствия. Мягкие, медленные и очень глубокие. Пульсация чистого счастья в теле была подобна подводному взрыву, исходила не из ярчайшей точки, которую Гидеон недавно ласкал пальцами… А откуда-то из глубины тела. Он мягко и неотвратимо, каждым движением задевал что-то во мне, жаркое, тягучее, медленное, и вот он вжался в меня особенно глубоко и замер.

Миг, другой, и до меня с запозданием дошло, что он… передавил эту глубокую точку, и что сейчас будет… Эта мягкая волна… этот подводный взрыв – просто расколотит меня в щепки.

Как тёплый ветер, как нагретая земля, как вечный огонь… что-то во мне мягко отщёлкнулось, и тело изогнулась в приступе удовольствия. Глобального, неумолимого, как стена воды, которая давит на глубине у донных вод, если случайно сменить ипостась со звериной на человеческую…

Но только без боли.

Во мне постепенно сжалось и разжалось абсолютно всё.

И я также неумолимо и крепко обхватила о́рган мужа изнутри. И он начал пульсировать во мне. Всё это было как будто в одном темпе, окрашено одними красками.

Я чувствовала, что Гидеон сейчас заканчивает в меня в полную силу. Что этот раз – особенный. Что я – познаю сейчас мужа по-настоящему.

И пока его горячее семя выталкивается в меня, я что-то понимаю вновь. Про песни ветра и созидание небесного вихря. Я могу поставить хоботок смерча на ладонь. Я знаю, как открыть переход в далёкий мир. И это знание не просто вскользь меня коснулось.

Оно теперь принадлежит мне.

Потому что я – жена Штормового Дракона.

Глава 36. Западня

Гидеон

Моя Змейка, моя Эстер, уснула прямо в ночном саду на моих руках. Не отрубилась, не выдержав моей силы, как это бывало обычно, а уснула счастливой и удовлетворённой. А я ещё долго просто сидел и смотрел в чёрную ночь, ощущая, как медленно возвращается ко мне то самое зрение Зверя, каким я обладал до своего поражения в Мора-Ви, более двадцати лет назад. Я качал свою юную жену на руках, не позволяя ночной прохладе подобраться к её разнеженному нашей любовью обнажённому телу.

Нас с Эстер лишь целовал лёгкий тёплый ветер.

Затем я перенёс её в спальню на кровать, и мы проспали до утра.

Крепко обняв, я прижимал её спиной к своему животу, и мне, как и ей, – хотелось, чтобы это длилось вечно.

В дверь спальни уверенно постучали…

ОПЯТЬ?!

Ну это уже не смешно.

Или “папочка” собрался так каждое утро начинать?!

Вряд ли кто-то, кроме него, мог пройти за защитный контур.

Я накрыл Эстер одеялом, накинул халат и открыл дверь.

Мне потребовалось несколько мгновений на осознание.

Виктор и Арес.

Здесь. Сумели войти в магический контур. Затем зайти в дом. Посмели подняться и постучать прямо в дверь спальни.

Я нехорошо прищурился и посмотрел на Огненного Дракона. На видящего , который единственный мог распознать все оставленные мною на пути ловушки. И обойти каждую. А юный предприимчивый спрут-вольнодумец Арсе просто шёл за мальчишкой-Драконом след в след.

Непонятно, как проникли в защитный контур.

– Не злитесь, пожалуйста, – Виктор смотрел на меня прозрачно-голубыми глазами. Такими же, как у его матери, – нам пришлось. Серебряного Змея нигде нет. Всё стало хуже… я вижу : через два часа будет ещё один мертвец. И тогда нам всем будет очень туго…

– Будущее видишь, маленький Дракон?

– Иногда… – замялся Виктор, но взгляд не отвёл, – то есть не будущее, а скорее очень чёткие вероятности. Эта очень сильная. А Ректор куда-то делся. Вряд ли это совпадение… Я посчитал возможным вас побеспокоить. Мы с Аресом решили, что, если удастся предотвратить…

– Где?! – рявкнул я.

– У зиверовых болот, в сердце магического леса, – ответил Арес, – там в подпространстве, подвешена очень старая теневая тропа во владения моего рода… Я решил, что исполнитель, возможно, придёт по ней. Но мы не справимся… К тому же нужны свидетели, если поймаем преступника. А посвещать в это дело ещё кого-то…

– Ждите у входа, – бросил я, пристально глядя в чёрные глаза Ареса, – мы с женой скоро спустимся.

Я захлопнул дверь у “благодетелей” перед носом. Возможно, этих детей стоило поблагодарить, но… Я пока не понял, как мне ко всему этому относиться.

Я уже какое-то время путаюсь в своих чувствах и намерениях.

Демоново царство Змей Мора-Ви, втянуло меня стремительно в какую-то свою игру. Стоило мне почти получить свободу, и такую желанную истинную пару – я тут же увяз в странных обязательствах наставника юных магов и играю на стороне закона и порядка Змеев. А план был совершенно другой!

Меня это то ли бесит, то ли странно веселит – не пойму.

Но каждый шаг по пути этого расследования и каждый раз, как я надеваю мантию Декана – словно отдаляет от меня мою месть Змеям. Делает её нереальной. Точно это какая-то забытая история из книги детских сказок или изображение, начертанное бледными красками на ветхом холсте.

Мора-Ви топит меня и не даёт мне сконцентрироваться…

А что, если… нарочно?!

Эти мысли вылетают из моей головы.

Потому что моя жена распахнула свои бездонные кобальтовые глаза. Её густые тёмные ресницы трепещут. Она улыбается мне… о чём я сейчас думал?

Ах да. Внизу нас ждут юные следователи-энтузиасты. Надо идти.

Эстер сладко потягивается.

Одеяло сползает с неё, обнажая аппетитную юную грудь…

Вообще, на моей жене сейчас нет ничего, кроме тонкого колье, которое я сотворил для неё из нитей небесной силы, серых жемчужин и чешуек моего Зверя…

– Гидеон… ещё рано… – мурлычет Змейка-Эстер, – иди ко мне…

Надо сказать ей. Что нас ждут. Но слова застревают у меня в горле, когда она присаживается на кровати, отбрасывает одеяло в сторону и довечиво тянет ко мне руки.

Я вздыхаю.

Истинная меня желает. Противиться этому дико, странно и против природы.

Я бросаюсь на жену, как изголодавшийся зверь.

Она заливисто смеётся под моими ласками, а потом я резко врываюсь в неё. Такую сладкую, влажную, чувственную, заждавшуюся меня… И тогда она начинает стонать, а потом и кричать…

***

Мы шли полностью одетые по лесным тропам за вежливо ушедшими на пару десятков шагов вперёд Виктором и Арсом.

– Почему ты мне не сказал?! – Эстер забавно сердилась, резко оправляя форменный пиджак адептки.

– Ты хотела меня, Эстер. И они… – я кивнул на спрута и Дракона, маячивших впереди между ветвей, – как-то вылетели у меня из головы. На время.

– Ждёшь, что я поверю? – зашипела Эстер, гневно сложив руки на груди, – я же… так громко кричала… если б я знала, что они пришли…

– Кричала бы потише?!

– Гидеон!

Я практически насильно обнял жену, дождался, пока она расслабится.

– Эстер, это такие мелочи… Почему ты злишься? Не так уж тебя и смутило то, что нас было слышно… Я же чувствую, Эстер…

– У нас не было времени, – Эстер повела плечами, и, наконец, ласково приобняла меня в ответ, – если мы из-за этого опоздали… И тебя казнят… Просто потому, что ты мне решил не говорить, что надо срочно идти, и мы потеряли время…

Лес расступился. И мы вышли к полянке с пожухлой травой. Пологий берег плавно уходил под чёрную неподвижную воду зиверовых болот.

Вполне миловидно.

Нежно-розовые, очевидно ядовитые цветы плавали на широких сочно-зелёных листах на поверхности воды. Я видел внутренним взором, как толстые, уже не такие прекрасные стебли-пуповины цветка-паразита тянулись к илистому дну.

Интересно, много людей и магов покалечили эти водяные цветы? Я уж не говорю о копошащихся на дне болота неразумных существах… тех самых зиверах, в честь которых болота и названы.

Идеально для открытия тропы во владения спрутов.

– Мы вовремя, маленький Дракон?

Виктор прикрыл глаза и решительно кивнул:

– Убийства пока не было… Но… я вижу, что потенциальная жертва пришла в назначенное место. Но… не чувствую никого, кроме нас…

– Забавно будет, если это мы – предполагаемые жертвы и сами сюда пришли, – нервно хохотнула Эстер.

А я вот не спешил веселиться. Внимательно посмотрел на жену.

“А может и так, милая”, – безмолвно обратился я к жене, недобро усмехнувшись.

Она побледнела.

Глава 37. Обвинения

Эстер

“Нет-нет, это точно не мой муж!”, – успела только произнести мысленно.

И тут пространство вокруг зиверовых болот вспыхнуло. И с нами рядом оказалось трое мужчин. Самого старшего из них – на вид статного красавца, главу рода спрутов Азарета – я узнала в лицо. Правда, статным красавцем его можно считать ровно до тех пор, пока не взглянешь на него магическим зрением. Волевой подбородок и скулы провалятся, жёсткий рот мутирует в безгубую трещину… а глаза… самое неприятное в спрутах – это их прямоугольный зрачок. От него, как выяснилось, одинаково некомфортно людям, магам, лишённым второй ипостаси, Змеям и даже Драконам.

– А Штормового Дракона и его Змею зачем притащил, Арес?! – тут же заголосил Азарет, не заметив брезгливости, мельком проступившей на моём лице.

А до меня с секундной задержкой дошёл смысл вопроса главного Спрута… Неужели?! Арес специально нас сюда заманил?!

Как мы могли так сглупить…

“Не спеши с выводами, милая…” – ласково прозвучал голос Гидеона в моих мыслях, – “я счастлив, что ты искренне веришь мне, но… прошу, давай досмотрим спектакль маленького спрута, это занимательно…”

Гидеон встал у меня за спиной и обнял за плечи.

Мне вдруг стало очень спокойно и возникла уверенность, что ничего плохого не случится.

– Он бы без них не пошёл! – выкрикнул Арес, – волоком тащить Дракона прикажете? Или знаете способ обмануть видящего ?!! Так надо было им со мной поделиться! А так я привёл целых троих! Серебряный Змей уже у тебя гостит, так что почему нет…

– Что ты несёшь, мелкий идиот!!! – затрепетал Азарет.

Что?! Папа у него? В смысле, "гостит"?! Не мог же Азарет его пленить?! Мой отец – великий Серебряный Змей, он не по силам демонову Спруту!!!

“Тшшш, Эстер… давай слушать… не переживай, милая…”

“Ты всё равно хотел расправиться с отцом!”, – у меня вырывается отчаянная, неуправляемая мысль.

Гидеон крепче сжимает мои плечи.

“Хотел, Эстер. И сейчас хочу. И не только с отцом. Не буду тебе напоминать, что они со мной сделали… Но…”

Молчу. Слёзы текут по щекам. Душа рвётся на части.

“Но не сделаю этого. Потому что ты для меня важна. А теперь давай слушать и думать, что можем сделать… Успокойся… я с тобой”.

Меня трясёт.

А Гидеон просто обнимает меня со спины, гладит по плечам. Горячие пальцы быстро вытирают мои слёзы. Губы мужа коротко прижимаются к моим волосам в быстром, успокаивающем поцелуе. И моя паника уходит… через его прикосновения, куда-то в землю. И я в очередной раз решаю доверять мужу.

Расслабляюсь в его объятьях.

И начинаю вслушиваться.

В громкие препирательства Ареса и Азарета.

Вглядываться в огромные прозрачные глаза Виктора. Сейчас он мне кажется потерянным, несчастным, младше, чем есть. Сердце пронзает острая жалость. Я протягиваю к нему руку… И он мигом за неё хватается, оказывается рядом со мной и Гидеоном.

– Я не понимаю, Эстер… Я не читал в Аресе таких намерений… не понимаю, как так… – лопочет маленький Огненный Дракончик. А я зачем-то треплю его по буйным чёрным волосам:

– Всё нормально, Виктор… ничего страшного…

Гидеон выпускает меня из объятий. Оттесняет нас Виктором себе за спину. И распахивает серебристые перепончатые крылья, в остальном сохраняя человеческую форму. По огромным крыльям бегут молнии. Крылья прекрасны. И они живым щитом закрывают нас от Азарета и его приспешников.

Блёклое утреннее небо над нами мигом закрывают тучи. Три прицельные вертикальные молнии бьют в Азарета и его подручных.

Спруты валятся на землю на полуслове.

– Арес… Объясняй теперь мне свой фарс, маленький хитрый засранец! А то незачётом по моему предмету не отделаешься… – усмехается Гидеон. А я только и думаю о том, что мой муж потратил много сил, больше, чем мог. Опять. И теперь пытается это скрыть.

– Не было выбора!… – я вижу, как Арес виновато разводит руками, когда Гидеон осторожно складывает крылья. Но глаза юного спрута сияют озорным весельем, – Глава рода требовал у меня Огненного Дракона! Но… Азарет уже давно повредился рассудком, а власть не сложил! Он поставил мне ультиматум. Угрожал матери… Я не хотел никому из вас вреда. Решил, если придём все вместе, Азарет откажется от планов.

– Ясно. А что с Серебряным Змеем? – Гидеон заговорил об отце, и моё сердце заколотилось с дикой скоростью.

– Вам не повесить это на меня! – подал голос оклемавшийся от удара молнии Азарет, он медленно поднялся на четвереньки, поставив на место потёкшее было лицо, а его подручные продолжали валяться на берегу болота без движения, – Серебряный Змей пропал сегодня утром! Все сильные маги это ощутили! Но я здесь ни при чём! Мне лишь нужен Дракон для… безобидных научных изысканий! Я хотел наладить отношения! Хотел пригласить лишь пройти пару испытаний… под надзором официальных наблюдателей, в присутствии легионеров Правителя, полностью легально!!! Но Драконы не доверяют нам!..

– Ах вы бедняги, – снова усмехнулся мой муж, окончательно складывая крылья.

Азарет поднялся на ноги и гневно указал на Гидеона пальцем в обвинительном жесте:

– И тех мертвецов тебе на меня и мой род не повесить, Штормовой Демон!!! Это ты их сожрал! Но ты же теперь почти что член Правящей семьи, так что все шишки полетят на меня!.. Я этого так не оставлю…

“Гидеон?..”

“Спрут говорит правду, Эстер”, – недоумённо отвечает мне муж в ментальном поле, – “по крайней мере, он искренне верит в то, что говорит…”

– Но где мой отец?! И…кто же тогда убийца?! – невольно вырывается у меня вслух.

– Наивная Серебряная Змейка! – переводит на меня взгляд Азарет, – убийца – твой муж-Дракон, естественно!

Глава 38. Горжусь тобой

Эстер

Азарет – знатный мерзавец. Лично у меня с ним конфликтов никогда не было, но я так и не поняла, зачем Правитель держит его в своём ближнем круге.

Азарет уже не раз попадал в немилость, но всегда как-то выворачивался, выслуживался, залегал на дно, забивался в щель, пережидал гнев Владыки Арона и выползал… И резко оказывался в чём-то полезен. И заслуживал прощение.

Как ему это удавалось – без понятия.

Но что ни один Дракон так бы не смог – это факт. Раса существ, к которой принадлежал мой муж Гидеон – отличалась прямолинейностью и ярким темпераментом. Если им кто-то не нравится – по ним будет это заметно. Самые хитрые и владеющие собой – будут клокотать изнутри и цедить сквозь стиснутые зубы. Но потом всё равно взорвутся.

Мне это, пожалуй, в них нравилось. Это, по крайней мере, честно.

И я практически уверена – Гидеон бы сказал мне страшную для меня правду. Типа “Эстер, я всех убил. Но ты всё равно моя. Давай думать, как нам жить дальше”.

Так что обвинения Азарета меня сначала ошарашили. А потом и взбесили.

Может и был какой-то червячок сомнения… но думать так было настолько неприятно, что моя ярость на Главу Спрутов только разгорелась.

Не такая ярость, как у Драконов.

А такая как у Змей – медленная, холодная, долгоиграющая… я стала думать, не как откусить Азарету голову (так поступил бы Дракон), а как скомпрометировать его перед Правителем, да так, чтоб уже не отговорился. И в какой момент это лучше сделать… И кого посадить на место Главы рода Спрутов, если низложить Азарета…

Вероятности неслучившихся событий начали выстраиваться, густо ветвиться в моём сознании. Я сейчас поступала, как папа бы поступил.

И Азарет словно понял мою мысль. Прекратил выкрикивать обвинения. Стоял молчаливый и как будто побледневший.

Видимо, у меня было красноречивое выражение лица.

“Моя прекрасная жена…”, – коснулась меня мысль Гидеона в ментальном поле, одновременно его губы прижались к моему виску в коротком нежном поцелуе, – “только такая Истинная пара и должна быть у Дракона. Я восхищен тобой, Эстер… Хотя… твои Змеиные повадки меня слегка пугают”.

Я улыбнулась. И от этой улыбки, кажется, ещё сильнее испугался Азарет.

На самом деле – меня трясло изнутри от переполнявших эмоций. От тошнотворно-изнуряющего лёгкого давления вероятности, что убийца всё-таки Гидеон. От страха за отца и непонимания, что же с ним случилось. И почему я, как и все, не почувствовала, что он куда-то исчез этим утром? Я ведь его дочь. Мы же очень близки. Ближе, чем с мамой. И я должна была первой понять, если что-то случилось…

– Азарет… – зашипела я, делая хищный, упругий шаг вперёд, оставляя Гидеона, Виктора и Ареса за своей спиной.

Муж мне это позволил. Ему было интересно.

– С-с-с-с-с-спрут Азарет… – я нарочно копировала интонации, мимику и жесты своего отца, Серебряного Змея. Я прекрасно знала, что Азарет его боится. И блефовала отчаянно. "Как в последний раз", – я скажу Владыке Арону, что видела, что убийца – ты… Скажу, что ты покуш-ш-шался и на меня… и на юного Огненного Дракона…скажу, что видела, как отец, прежде чем исчезнуть, получил приглашение в твою резиденцию…

Теперь личина Азарета стала просто пепельно-бледной. Она выражала сложную гамму чувств. Сперва он не мог поверить, что молодая девушка ему угрожает. А потом он увидел во мне черты отца. Заворожённо смотрел, как я прожигаю его взглядом. У меня были точно такие же глаза, как у отца. И я придала им хорошо известное мне отцовское выражение. А затем позволила кобальтовой радужке засеребриться –как сделал бы отец. И вообще, метод, которым я сейчас действовала, – был “типичный папин”.

Ох…

Справиться бы.

Но уж начала, надо продолжать игру:

– Даже если убил мой муж… я лично обвиню тебя. И мои слова подтвердит дочь Правителя. И тогда можешь считать, что ты уже на том свете…

– Что вы… что вы такое говорите! – взвизгнул Азарет. Но, по крайней мере, со страха перешёл на “вы”.

– Ты найдёшь убийцу для меня, Спрут. Или будешь отвечать за эти преступления… Ты понял?

Азарет открывает рот, но ничего не говорит, просто медленно, нерешительно кивает. Хотя его движение головой больше напоминает непроизвольное мышечное подёргивание.

У спрутов такое бывает. Со страха.

– И Азарет…

– Госпожа?..

– Чтоб больше не приставал к Драконам со своими исследованиями. Если я только узна́ю…

Азарет почтительно поклонился мне.

– Вечером доложишь, открою тебе теневую тропу в кабинет Ректора. – жёстко приказываю, в точности, как сделал бы отец. И смотрю в глаза. Азарет не удержал форму, и зрачки старого спрута стали неприятно-прямоугольными. Всего на миг. Но мне хватило.

Теперь я не “Наивная Серебряная Змейка”, а Серебряная Змея – почти копия величайшего мага Моравии – своего отца.

Азарет снова коротко кланяется, хватает за ворот своих подручных, так и валяющихся на берегу болота.

И утаскивает в тускло мерцающий простенький портал – в свою родовую обитель.

Когда последние колебания от перехода спрутов стихают, я позволяю себе расслабиться.

От напряжения и рвущих меня чувств – я готова разреветься.

Я падаю.

Но Гидеон тут же оказывается рядом и подхватывает меня на руки.

Я тут же утыкаюсь ему в шею.

Я чувствую, как моего тела касаются магические потоки мужа – они как лёгкое дуновение ветерка. Как нежно, успокаивающе гладят меня в ментальном поле.

Чувствую взгляды ошарашенных Ареса и Виктора на себе.

– Я горжусь тобой, Эстер, – ласково шепчет мне муж, – ну-ну, моя девочка. Не плачь. Я с тобой. Мы всё это решим.

Глава 39. Исчезновение

Гидеон

Эстер ходила по осиротевшему Ректорскому кабинету из стороны в сторону.

Нервно заламывала свои тонкие запястья.

– Значит, это не спруты… – бормотала Эстер, – но как же так. И ты учуял их след на месте первого происшествия. И непонятно, что с отцом. И что говорить маме? Сейчас она в Чёрной Башне, у Правителя. Успокаивает мать Диары после побега дочери в Академию.

– Твоя мать не могла ничего не почувствовать… – протянул я, – их связь с Серебряным Змеем очень крепка. Даже Правитель её не заблокирует. Так что она знает, что он исчез, тут ты поделать ничего не можешь…

Эстер всхлипнула и приложила руки к пылающему лицу.

Я поймал жену, прекращая её нервное кружение по кабинету, заключил в успокаивающие объятья. Осторожно прижал к груди, вдохнул умопомрачительный цветочный аромат её волос. Мы просто стояли в центре кабинета, – я осторожно гладил шелковистые, буйные медные волосы Эстер. Ждал, когда она перестанет трястись. Когда расслабится.

И потихоньку её прерывистое дыхание начало уряжаться. Она успокаивалась.

Я подумывал о том, чтобы начать её целовать… Нежно, осторожно.

Только потянулся к её губам.

Только вдохнул её дыхание…

Как в дверь постучали.

Эстер тут же встрепенулась, как испуганная птица. Посмотрела на меня глубокими кобальтовыми глазами.

– Войдите, – рявкнул я.

И в Ректорский кабинет протиснулись Арес и Виктор.

Я усадил Эстер на Ректорское кресло её отца, за его широким столом чёрного дерева. Сам встал у жены за плечом. А этим двум бедоносцам кивнул, чтобы усаживались на обитые светлой тканью кресла для посетителей по другую сторону стола.

– Что-то узнали? – на удивление ровным тоном говорила Эстер, – Виктор… ты видишь что-то? Есть догадки, где папа?.. И кто преступник.

Маленький Огненный Дракон молчал, и тогда заговорил Арес.

– Азарет не явится. – тихо заговорил юный спрут, – но не потому, что ослушался твоего приказа, Эстер. А потому что исчез. Также как те погибшие маги. Также как исчез этим утром Серебряный Змей…

Я сжал чуть сильнее плечо жены. Какого демона этот юнец поставил в один ряд мёртвых магов и Серебряного Змея? Естественно, Эстер вся дёрнулась изнутри. А он и не заметил.

Я тихонько потянул страх, боль и смятение из Эстер – применил к ней простейшую чёрную магию. Потому что моей жене сейчас нужна ясность мысли, а не неподъёмный чёрный груз на душе. А я… вполне в силах “переработать” весь этот негатив и обратить себе на благо.

– Я не вижу Серебряного Змея, – осторожно заговорил Виктор, – но Эстер. Это не значит ничего плохого. Просто эти све́дения от меня сокрыты. Я не могу видеть по запросу, хотя очень стараюсь…Прости, Эстер…

Он замолчал.

– Ничего, Виктор,– ровным тоном отозвалась Эстер, – продолжай. Я же вижу, что ты что-то узнал.

– Я вижу, что Азарет не пришёл сегодня и исчез по вине того же самого мага, что виновен в убийствах… И ещё вижу… исчезновение. Один парень с нашего курса пропал. Вокруг этого события всё в тумане. Я не видел этого заранее.

– Кто? – рявкнул я, но внезапно перед моим мысленным взором высветился ответ. Я знал кто. И это было любопытно.

Тот самый светловолосый паренёк, который не испугался меня в первый день в аудитории.

Я тогда скользнул по нему безразличным взглядом – решил: у парня какой-то ментальный изъян.

Я был сосредоточен на своей жене, Викторе и Аресе. А потом ещё и занялся поступлением в Академию юной наследницы Тернового венца – Диары…

Я скрипнул зубами от досады.

Я напрочь забыл о том пареньке.

И очень зря.

Глава 40. Старый знакомый

Эстер

Арес и Виктор сидят на стульях для посетителей передо мной.

А я – всё ещё за Ректорским столом, на месте отца. И чувствую сейчас каменный груз ответственности – той, что обычно была на отце, но теперь её придётся принять мне.

“Нам”, – поправляет меня голос Гидеона в ментальном поле. Мой муж по-прежнему стоит позади моего кресла, уверенно сложив сильные горячие ладони мне на плечи. Если бы не его руки сейчас, если бы не закипающая в нём грозовая мощь, что тянется ко мне так осторожно – я бы уже билась в истерике.

– Связи с Правителем и Чёрной Башней тоже нет, – продолжает Виктор, – я чувствую обрыв всех магических линий связи. И я не могу позвать родителей.

Я устало прикрыла глаза – я тоже ничего не чувствовала. Надо бы спросить Диару, вряд ли у дочери Правителя оборваны все ментальные связи с Чёрной Башней.

“Диара полностью обессилела после вступительных испытаний”, – подсказал мне в ментальном поле Гидеон, – “ждать, что она кого-то позовёт раньше, чем через пару дней вряд ли стоит, Эстер”.

Я тяжело вздыхаю, и моя мысль ныряет в пучину вновь вскрывшихся обстоятельств. Светловолосый парень с моего курса. Учился три года рядом, но был словно тень. И никто не мог сказать о нём ничего плохого. Но и хорошего тоже…

– Он всегда был такой тихий, неприметный… – словно кто-то ровно произносит моим голосом, – его зовут Илиаса. Вроде его мать чёрная волшебница, а отец… человек.

– Нет, Эстер, не совсем так… – протянул вдруг Гидеон, – я его помню…

Арес и Виктор переводят заинтересованные взгляды мне за плечо – на Гидеона.

И я тоже разворачиваюсь в кресле, заглядываю в штормовые глаза мужа.

– Ну да… ты видел его вместе со всеми в аудитории на лекции, он сидел…

– Да нет, Эстер. Я помню его отца.

– Как это?..

– Когда я явился в этот мир больше двадцати лет назад, он учился в этой Академии.

– Невозможно, – вставляет Арес, – отец Илиаса человек. Наш Глава рода имеет забавную привычку проверять всех, с кем мы контактируем в Академии. “Чтобы не перевербовали”, как говорит Азарет. Что бы это ни значило.

– Отец мальчишки был магом, – чётко проговаривает мой муж, будто не слыша, что говорят ему остальные, он сосредоточен и точно сейчас заглядывает в себя.

На лбу Гидеона залегла морщинка – он сейчас будил воспоминания более чем двадцатилетней давности.

– Я тогда только прорвал занавесь между мирами, только заглядывал в Мора-ви. Ещё не сотворил себе плоть… ни Зверя, ни человека… – задумчиво продолжает Гидеон, – его отец тоже меня не боялся. Он ходил на крышу Академии, выставлял какие-то самодельные недоартефакты. Хотел поймать меня. Он, конечно, сла́бо представлял себе, что я такое . За что и пострадал.

– Гидеон!.. – ахаю я, вскакивая с кресла, и делаю пару шагов, пятясь от мужа назад.

Слышу, как чиркнули ножки стульев о деревянный пол кабинета – Арес и Виктор синхронно поднялись со своих мест.

– Да, Эстер… Я лишил его сил. Отец этого мальчика стал человеком. Даже тени магии в нём не осталось…

– А теперь ты больше не враг Моравии, Штормовой Дракон, – протянул из-за моей спины Арес, – женат на дочери Серебряного Змея. Почти член Правящей семьи. Понятно. Парень решил мстить…

Гидеон хищно, нехорошо улыбнулся.

– Верно, – мой муж протянул руку, жестом обозначая: он желает, чтобы я подошла.

Я помедлила. И сделала пару робких шагов к мужу. Гидеон тут же сгрёб меня в крепкие объятья, – Я проиграл ту схватку, и на правах победителей Змеи меня также лишили сил. Отняли древнюю мощь, великую магию. Справедливости ради, во мне было намного больше, чем в походя опустошённом мною пареньке, который нарвался сам. Так что человеком я не стал, и потенциал восстановиться полностью у меня есть…

Я смотрю на Гидеона и вижу решимость в штормовых глазах. Он ведь может также мстить отцу и Правителю, как Илиас сейчас пытается мстить ему. Это ведь почти то же самое…

“Я делаю другой выбор, Эстер,” – ласково касается меня мысль мужа, – “я выбираю тебя”.

А вслух произносит:

– Мора-Ви – мир моей жены. И я буду его защищать. Этому Илиасу удалось добиться магической блокады Академии, не знаю, как ему удалось опустошить тех магов, ослепить видящего и даже подставить спрутов. В уме и ловкости пареньку не откажешь. Но нам с вами предстоит это решить…

– Нам? – приподнимает одну бровь Арес.

– Нам, маленький спрут, – покровительственно оглядывает всех в кабинете Гидеон, продолжая осторожно поглаживать меня по талии – и вы все сделаете то, что я вам скажу…

Виктор казался мне довольным и таким же решительным, его прозрачно-голубые глаза сияли неведомым прежде азартом. Никогда его таким не видела!

Арес помялся и всё-таки согласно кивнул.

А я… сча́стливо посмотрела в глаза мужу. “Я выбираю тебя”, – сказал он.

Значит ли это, что о его мести моим родным можно забыть?

Но ведь Драконы не прощают оскорблений…

Глава 41. По следу

Эстер

Гидеон оставил меня на четверть часа, не знаю, что он делал. Но когда вернулся – объявил, что нам нужно идти в магический лес. Немедленно.

Боюсь, он использовал своё особенно глубокое магическое зрение, чтобы во всём разобраться.

А значит, потратил много сил. Я нервно кусала губы. Я боялась, что с ним что-то случится. Ведь он был вовсе не таким могущественным, как раньше. И скрывал свои слабые стороны до последнего.

На замок Академии опустилась чёрная ночь.

Стояло неприятное мёртвое безветрие.

Мы вчетвером шли в магический лес, покинув Врата тихонько, по-человечески. Без всяких Теневых и Светлых троп, и тем более – порталов. Влажные травы касались ног, мы углублялись в чащу.

Я держала Гидеона за руку, сплетя свои пальцы с его, отставала от мужа буквально на полшага.

Арес и Виктор шли друг за другом в нескольких шагах позади нас.

Я тяжело вздохнула.

Скажи мне кто ещё неделю назад, что я в такой компании в такое время окажусь в магическом лесу… ох.

“Я слышу его…этот паренёк будто оставил для меня дорожку из светящихся магических всплесков. Какое расточительство…” – безмолвно пояснял мне муж. О, неужели я дождалась хоть каких-то объяснений?! Но возмущаться не время и не место.

“Зачем ты взял с собой Ареса и Виктора?..” – также безмолвно отзываюсь я, – “ Арес ненадёжен… мне кажется. А Виктор… совсем ребёнок. Это может быть опасно…”

“Я теперь догадываюсь, что сотворил Илиас, Эстер. К какой запретной магии прибег. Мне понадобятся оба. Дракон и Спрут. И ты, моя Змейка. Если нам не удастся вразумить паренька…”

“Гидеон!..”

“Месть – это дорога в никуда, Эстер. Она только формирует замкнутый круг. Я понял это, когда стал твоим мужем. Прости, что не сразу. Но теперь счёт предъявляют уже мне. По-своему, справедливо. И я не хочу множить жертвы. Если что-то пойдёт не так, эти два самородка, маленький Огненный Дракон и хитрый юный Спрут, сложив потенциал, смогут открыть годный портал в соседнюю реальность. И отправиться туда вместе с тобой…”

– Что?! – вырвалось у меня вслух, и я аж остановилась.

Арес и Виктор тоже притормозили. Спиной почувствовала, как эти двое заинтересованно посмотрели на нас.

– Продолжаем движение, – прошипел Гидеон, и наша маленькая колонна снова двинулась по лесной ночной тропе.

“Ты справишься. Кто-нибудь из Драконов заберёт вас назад, когда всё утрясётся. Может, и Змеи откроют Тропу, правда, они будут дольше настраиваться… Но зато сделают стабильный, аккуратный портал… Из магического контура не вырваться. Проще провалиться на время в соседнюю реальность…”

“ Серьёзно?! Ты думаешь, я куда-то побегу? Даже не обсуждается, Гидеон! ” – я кидаю на мужа страшные взгляды, дышу сквозь зубы, – “и потом, ты считаешь, один парень средних способностей может быть настолько опасен?!”

Гидеон только мягко, печально улыбается мне.

“В том и дело, Эстер. Он “средних способностей”. И уже наворовал неподъемной для себя силы. Расплёскивает её по дороге. Вряд ли его разум выдержит. Он причинит огромные повреждения. Мы в магической блокаде. Я жил в такой двадцать лет. И прекрасно чувствую, что происходит. Мы всё, вместе с замковым комплексом Академии, в такой же – ловушка не изменилась, только границы расширились. И поэтому я взял с собой только вас. Спрут и Дракон сумеют убежать и увести тебя… Что-то назревает. Мальчишка-мститель уже сорвался. Разве ты не чувствуешь… Тьма густеет? Зреет пространственный разрыв, как тот, из которого когда-то пришёл я. Мальчишка разрежет пространство во имя своей мести. А с тем, что ломанётся в эту расщелину, едва ли он справится… Если мы его вовремя не остановим, с этим “чем-то” справлюсь я. А ты уйдёшь туда, где безопасно… Обещай, Эстер”

Я кивнула.

И, кажется, это была первая моя прямая ложь Гидеону за всё наше время вместе.

***

Лес расступился, ещё пара шагов из густых зарослей кустов розянки, и мы окажемся на поляне у старого толстого дерева, напоминающего скошенную женскую фигуру. В его корнях тихонько бежит маленький прозрачный ручей. В свете крупной луны его воды кажутся чёрными, но все знают, что его воды кристально чисты. Это великое место силы. Воздух пропитан запахами хвои и смолы и буквально потрескивает от концентрации магии.

– Это здесь, – шепнул Гидеон.

Я, Арес и Виктор замерли за его плечом.

К концу нашего пути уже все почувствовали усиливающийся магический фон.

Но я ничего конкретного не видела, ни обычным зрением, ни магическим.

– Я ничего не вижу, – опередил меня Арес.

– Я вижу. Но очень сомнительно… – произнёс еле слышно Виктор.

– Вот тот камень. Под больши́м перекошенным деревом, – подсказал Гидеон.

Действительно. Как я сразу не увидела? Мне словно отводили глаза. В извитых, как гигантские змеи, торчащих над землёй корнях дерева, высился чёрный камень… Он напоминал окаменевшего человека, застывшего в позе для магической медитации.

– Что это… – одними губами произнесла я.

– Надеюсь, не "что", а "кто". Пока ещё. Это и есть Илиас. И… в принципе можно не шептать. Он нас не слышит. Мы не успели до окукливания…

– До чего?! – я явственно различила звенящий ужас в голосе Ареса.

– Окукливания, – спокойно повторил Гидеон, – Илиас в процессе изменения формы. Как я и говорил, он набрал неподъёмной силы. Она уже начала его менять, приспосабливая его тело для себя в качестве вместилища. Даже не знаю, как он будет выглядеть, когда куколка сломается…

По моей спине пробежала ледяная дрожь страха.

Гидеон безошибочно считал мои эмоции и положил свою горячую ладонь мне на середину спины. И просто всё из меня вытянул. Стало немного легче.

“Гидеон”, – я мысленно позвала мужа, – “Илиас же не мог и папу поглотить?”.

Ответа не было миг, два.

Я балансировала на грани отчаянья.

“Нет, Эстер. Всё у Серебряного Змея хорошо”.

Мысль Гидеона прозвучала очень уверенно. Но слишком поздно. Эти мгновения тишины были самым красноречивым ответом.

“Ты не можешь этого знать, Гидеон… я всё понимаю. Спасибо, что попытался”

“Эстер… Если Серебряный Змей вдруг отправился к Предкам… Я его верну для тебя”

“Ты это можешь?!”

“Это очень сложно, Эстер. Боги будут гневаться. Надеюсь, не придётся. Но если вдруг… я спущусь туда. Для тебя…”

Мелькнула жгучая мысль, что Гидеон совсем недавно был готов лично отправить отца в безвременье к Предкам. Что отец – его враг.

– Ну хватит, Эстер, – рявкнул Гидеон вслух, – отец моей жены мне не враг. Закрыли этот вопрос. А теперь сосредоточимся на текущей задаче. Сначала попробуем сломать куколку и вытащить вашего дурачка-однокурсника…

Я закусила губу, стараясь привести в порядок внутренний эмоциональный ураган. Гидеон посмотрел на меня очень внимательно.

Я быстро вытерла слезу и всё-таки ткнулась носом в грудь мужа. Не сдержалась. И плевать, что мы здесь не одни. Гидеон сжал меня в крепких объятьях.

“Эстер, почему ты плачешь?..”

“Я люблю тебя, Гидеон”

Глава 42. Новые способности

Гидеон

“Я люблю тебя, Гидеон”, – её мысль словно ударила меня силовым разрядом. Я почувствовал, как рывком стал сильнее.

Если бы не необходимость ломать кокон Илиаса… я бы просто повалил свою красивую жену на землю и страстно овладел ею прямо сейчас.

Но я лишь крепко, но осторожно прижал её к своей груди. Резко, прерывисто вдохнул её запах. Нежный, тёплый, цветочный. Запах моей жены. Запах будущей матери моих детей.

Женщины, которую я… нет, не люблю… я обожаю её. Я готов упасть ей в ноги.

И мне бесконечно жаль, что она на самом деле не любит меня. Ей страшно. Она благодарна. Она меня желает. Но будет ли когда-нибудь любить…

Я мысленно оглянулся назад и разом пересмотрел все свои планы и намерения.

А будет ли Эстер меня любить… зависит только от меня.

А я очень хочу, чтобы любила. Значит, придётся побороться.

Если заглянуть в мою чёрную душу, я всегда знал ответ – и выбор передо мной толком не стоял. Я сразу выбрал Эстер. И должен был дойти до понимания, какие поступки это подразумевает, своим умом.

А Богиня… Богиня-мать, Каменная Драконица прочитала мою душу. Никто не был для Тысячеликой тайной, а я и вовсе был для неё как на ладони. И, надо думать, то, что происходит сейчас – не последний урок Богов для меня.

Я выпустил Эстер из объятий, коротко прижал её похолодевшие ладошки к своим губам.

Она согласилась уйти в случае необходимости со спрутом и Драконом в безопасное место.

Я прекрасно понимал, что никуда она не уйдёт… Маленькая лгунья. Я люблю тебя, девочка…

– Поделись со мной силами, Эстер, – ласково попросил я, – мне они понадобятся на борьбу с Илиасом.

Эстер с готовностью кивнула и ментально раскрылась мне.

Я нежно провёл больши́м пальцем по чуть приоткрывшимся пухлым губкам, и почти сразу припал к ним в страстном поцелуе. Сначала она просто целовала меня. И попутно безропотно отдавала силу. Правда не понимала. Но вот сейчас уже поймёт…

Эстер дёрнулась. Попыталась отстраниться.

Я крепко обнял её. И продолжил тянуть силы, пить её крупными глотками, не позволяя разорвать поцелуй. Эстер сла́бо замычала.

Я ощутил смятение спрута-Ареса. И вспышку подростковой, почти детской праведной ярости Огненного Дракона Виктора. А потом и вовсе – ощутил столб пламени, ударивший мне в спину!

Огненные Драконы… такие благородные и такие наивные. Я тут же поглотил и его пламя. Наконец, подхватил на руки совсем ослабшую Эстер. У неё не было даже сил говорить. Несколько мгновений она смотрела мне в глаза. Сначала с осуждением и болью, а потом, кажется, с пониманием, и затем – с паникой. Я выпил ещё каплю – чтобы дать жене покой. Чтобы закатились её прекрасные кобальтовые глаза. Чтобы не было ни страха, ни сомнений.

– Ты что творишь, маленький Дракон?! – рявкнул, поворачиваясь к своим ошарашенным зрителям с потерявшей сознание от магического истощения Эстер на руках, – Виктор, тебе некуда силы девать?!

– Ты тянул из неё жизнь! – вскинулся маленький Дракон.

– Я тянул только магию, мальчик, – процедил я, – а теперь слушайте меня, вы двое. Я научу, как открыть портал в соседний мир. Немагический. И вы уйдёте и будете там тихо сидеть, пока вас не заберут. С моей женой. И если с ней хоть что-то произойдёт…

В прозрачно-голубых глазах Виктора мелькнула целая гамма чувств.

– Так ты специально, – протянул мальчишка с каким-то коробящим надломом в голосе. Он тут же перестал напоминать его взрывного отца и стал поразительно похож на мудрую, хоть и юную мать. Сразу бы так!

– Ты не веришь в победу, Гидеон, – подал голос уже взявший себя в руки Арес.

– Объективно, маленький спрут. Победа… маловероятна. Всё далеко зашло. Меня ждёт великая схватка. Мои шансы уцелеть малы. Ваши – равны нулю. А теперь не тратим драгоценное время. Слушаем. И учимся формировать простой портал по ускоренной программе.

Эстер

Последнее, что помню – изнуряюще-сладкий поцелуй мужа. Ватную слабость в теле. Темноту, что откусывала от мира сначала верх, потом низ. А потом – и вовсе застелила всё вокруг.

Я уснула глубоким болезненным сном, а проснулась с ломотой в теле.

В каком-то незнакомом деревенском домике и…

За окном светило утреннее солнце. Чужое.

Сколько времени прошло?!

Что случилось?! Где Гидеон?

Я вскочила на ноги, точнее, попыталась. И тут же повалилась назад. На незнакомую кровать. Скромную, но аккуратную.

Чей это дом? Чья кровать?

Почему воздух пахнет так… необычно?

В нём чего-то не хватает…

Несколько глубоких вдохов и выдохов, и мне удалось оторвать от чужих подушек тяжёлую голову.

Я на этот раз медленно и осторожно присела. Втянула носом воздух. По-звериному. Как это обычно делал Гидеон.

И всё поняла.

Магия. Её нет. Вообще нет. В этой реальности её не существует!..

Меня прошиб холодный пот.

И до меня стало доходить. Мой муж переместил меня в смежную реальность. Из соображений безопасности. Потому что, видимо, понял, что бой с Илиасом… или с тем, во что он превратился по собственной глупости и из разрушительной жажды мести… этот бой выиграть нельзя. И просто услал меня.

Демоновы Драконы! Единоличники! А спросить? А посоветоваться? Мы же супруги! И должны принимать важные решения вместе!..

Ну Гидеон!

Возмущение придало мне сил, и я на удивление легко поднялась на ноги и вышла из странной комнаты. Через мелкую прихожую. Прочь из дома. В прохладное раннее утро.

– Эстер… – окликнули меня сзади.

Я обернулась.

Аккуратный каменный домишко… чёрный-чёрный…

С кованной скамейкой прямо у стены.

На ней расположились Арес и Виктор. Спрут явно нервничал, а вот маленький Дракон чувствовал себя здесь неплохо. Конечно… мы же находились сейчас в родном мире Виты… Виктору было здесь вполне комфортно. Но это сейчас было неважно!

– Какого?!..

– Не злись, Эстер, – развёл руками Виктор и поднялся, затем он помедлил и, сделав пару шагов ко мне, шепнул, – твой муж… хороший. Мне мама давно говорила, что твой будущий брак со Штормовым Драконом – “правильный”. Я только сейчас понял, о чём она говорила. Мама видела суть. У него к тебе… очень глубокое чувство, Эстер…

– Мне надо к мужу, – резко перебила я Дракона.

– Нет, – просто ответил Виктор.

– Что?!

– Он не может тебя потерять, Эстер. Для Дракона пережить Истинную невыносимо. Я понимаю его страх. И поэтому открывать портал назад не стал бы, даже если бы мог. А Арес… он может. Но ты в его портал разве что руку просунешь…

– Драконья солидарность?! – сощурилась я, возмущённо складывая руки на груди.

Виктор просто пожал плечами, улыбнулся какой-то смущённо-извиняющейся улыбкой и медленно вернулся на кованую скамеечку.

Я стремительно приходила в чёрную ярость. Нет, ну каково, а?!

Засунуть меня в мир, лишённый магии, где я буду сходить с ума от волнения. Откуда я не смогу ни на что повлиять. Никак помочь.

А сердце вдруг сдавила тоска. Я поняла: где-то там, за гранью… Гидеон сейчас проигрывает этот бой.

И если бы он был разумным командным игроком, а не зарвавшимся Драконом… я правда могла бы помочь!

Я по привычке уставилась на небо. Мысленно послала туда свой гнев. И свою нежность тоже.

Я делала так годами. Тоскуя по мужу. Когда моя метка уже проявилась и я начала мучиться от чёрной тоски по истинному.

Как когда мама попыталась по-быстренькому выдать меня за Ареса.

Я бросала в небо сгустки своих эмоций, и небо всегда отвечало. И я слышала песнь ветра…

Но в этом мире нет магии.

А впрочем…

Я прищурилась, глядя вверх, и нервно хохотнула.

В минуту назад чистом небе явно собиралась гроза. И непросто гроза, серое небо медленно закручивалось широкой спиралью, недвусмысленно намекая, что скоро на землю снизойдёт смерч.

– Эстер… – испуганно окликнул Арес.

Но я не слушала. Я продолжала звать ветер.

Я уже подставила для новорождённого смерча свою раскрытую ладонь: “иди ко мне…”

Глава 43. Каменная Богиня

Гидеон

Теперь на сердце было спокойно. Я лишил Эстер сил и передал на руки Аресу. Конечно, мне этого не хотелось. И дотронья он до Эстер просто так – руки бы я ему вырвал по плечо. Но сейчас… несостоявшийся женишок Эстер был голой функцией: перенести мою жену из пункта "А" в пункт "Б".

Я начал делать магические пассы пальцами в воздухе, сотворяя простой портал в соседнюю реальность. Немагический Мир людей, из которого родом мать юного Дракона Виктора, очень близко. Всё равно что в соседней комнате.

Технически я могу открыть туда портал хоть во сне.

Проблема больше в том, что на это требовалась энергия. А сейчас на счету была каждая капля сил. Но я обязан был позаботиться об Эстер.

Так что придётся сражаться теми силами, что останутся.

Спрут-Арес был бледен, он хмурился, глядя, как я творю портал. Это для него сложно, понял я. Надо двигать магические потоки в шесть раз медленнее. И повторить раза три…

А вот Виктор… Дракону всего четырнадцать человеческих лет, а он прекрасно соображал, что к чему. Его цепкий разум запоминал всё, что я показывал. Виктор, конечно, держал предельную концентрацию. Но для него темп моих объяснений вполне подходил. Просто Виктор пока не в полной силе. Уже сейчас понятно, что из него выйдет гениальный маг-порталист. А мне нужны гарантии что Эстер вернётся домой, даже если за ними никто не придёт. Поэтому я учил их сейчас. Быстро. Обоих. И спрута и Дракона. И пробудил подвешенный портал лишь когда оба без ошибок повторили мне последовательность магических пассов.

– Виктор, – тихо выдохнул я, – ты ведь бывал там, куда вы сейчас отправитесь?..

– Бывал, – не стал вилять парень, – там мама родилась. Я несколько раз ходил в Митгард с родителями.

“Митгард”, – резало слух. Тысячу лет не слышал этого названия немагического мира. Его помнили только в самом мире людей. Это слово так и застряло в их легендах и сказках. Во всех великих мирах мир людей называли просто – “Тень Мора-Ви”. Потому что очень близко и очень похоже. Но только вот без магии. А что там собой представляли змеи… просто смешно. Неразумные… то ли хищные маленькие гады, то ли странные домашние питомцы. Тоже повод для шуток, особенно среди Драконов. Но Мора-Вийские Змеи всегда делали вид, что не понимают, что здесь такого смешного. Просто смотрели своим фирменным немигающим взглядом, пока весёлому собеседнику не расхочется шутить на эту тему.

Я улыбнулся Виктору.

– Удачно, юный Дракон. Значит, у вас и укромное местечко там есть. Маленький домик или вроде того…

Огненный Дракон кивнул.

– Мне нужен ментальный слепок с координатами места. Туда я открою портал. Потом твои родители вас и заберут…

Виктор помедлил, но снова кивнул.

О, я знал это выражение лица. Он тоже хотел сражаться. Не хотел сидеть в немагическом мире.

–  Я люблю её , маленький Дракон, – я внимательно посмотрел в глаза Виктору, – у тебя тоже будет истинная пара, и ты меня поймёшь. Но даже сейчас ты способен меня понять. Потерять её – хуже, чем конец света. Поэтому… я доверяю тебе Эстер. Доверяю свою жизнь. Ты меня понял?

Виктор вновь согласно кивнул.

В этот момент стремительно раскрыл портал и вытолкнул всех троих из Мора-Ви, не стесняясь зачерпнув на это сил у маленького Дракона. Понять-то он меня понял. А вдруг возьмёт и попытается вылезти обратно в неподходящий момент?..

Я остался в ночном магическом лесу один.

Теперь, когда идиот Илиас дозревал в своём каменном коконе, а других свидетелей у меня не осталось – я позволил себе прикрыть глаза и ненадолго осесть на землю.

В прошлом – великий Небесный Уравнитель. Теперь… Эстер бы ужаснулась, насколько мало у меня сил для этого поединка. Ставка на опыт, на многие прожитые человеческие жизни.

***

Я взывал к внутреннему источнику.

Даже, немного поразмыслив, обратился к Каменной Драконице – тысячеликой покровительнице перерождений.

Не за помощью в бою, нет.

Я прекрасно знал, что у Богов бесполезно просить сил. Не дадут. У них можно только отбирать, будучи наравне. А я сейчас от этого далёк.

Но я надеялся, в одной просьбе она мне не сможет отказать…

– Тысячеликая…

Нет ответа.

Я знаю, чего она ждёт.

В другое время, я бы так её не назвал. Даже предпочитал не думать о ней в таких формулировках.

Но мне уж очень была нужна божественная помощь. И я произнёс слово, которое уже почти забыл:

–  Мама…

Каменная Богиня соткалась перед моим внутренним взором. Уродливая скелетированная статуя драконицы с венком мелких белых розоцветов на голове. Сначала она помолодела. Следы тлена на крыльях исчезли. Тощее тело Зверя обросло плотью. А потом она и вовсе сменила ипостась. И я увидел её темноволосой высокой женщиной в белых одеждах, с изящными волевыми чертами лица. Но крылья остались. Моя божественная мать распахнула неземные глаза. Аккуратно сложила Драконьи крылья за человеческой спиной.

– Здравствуй, Гидеон…

– Здравствуй, мама…

– Тебе надо было встать на порог гибели твоего земного тела, чтобы так меня назвать?..

– Я хочу попросить тебя, мама…

– Ты знаешь правила, сынок. Неужели я не отдала бы тебе силы, если бы было можно?..

– Нет. Не это. Эстер…

– Она мне нравится, хорошая девочка… Но Змея, конечно…

– Сотри с неё метку.

– ЧТО?

– Когда меня убьют, сразу сотри. Чтобы она не почувствовала отдачу. В идеале – пусть вообще меня забудет…

Моя божественная мать молчала.

– Что-то ещё сынок?..

– Да. Если её демонов папаша, Серебряный Змей, каким-то образом провалился в Змеиную преисподнюю, дай мне возможность вернуть его для Эстер…

Мама залилась звонким смехом.

– Серебряного Змея бы не пустили в преисподнюю. Это тот ещё… Змей. Узнаешь… Но я тебя услышала.

– Сотрёшь метку с моей жены?

– Я… – мама помедлила, – подумаю, что можно сделать.

– Хорошо… – почему-то возникло предчувствие, что меня где-то провели.

– Действительно, разлука для вас мучительна… И, Гидеон… я горжусь тобой.

Мама улыбнулась. И стала исчезать.

Моё ментальное поле зарябило.

Я распахнул глаза.

Что за дела?!

Сил стало ещё меньше, чем было. Видимо, разговор с Божеством меня истощил.

Я прикинул варианты действий. Плохо. Все прогнозы были очень плохие. Так что за неимением лучших вариантов, я начал тянуть следовую магию из всего, что было вокруг. Быстро, почти без разбора.

И в тот момент, когда я поглотил последнюю пригодную каплю силы, каменная куколка-кокон моего могущественного, хоть и неопытного врага, пошла сеткой трещин.

Глава 44. Поражение?

Гидеон

Он был отвратителен. От светловолосого неприметного парня, каким я запомнил его на лекции, ничего не осталось.

Ночной лес озарился короткой вспышкой. И каменный кокон нового монстра лопнул.

Мы с ним были на поляне только вдвоём.

Словно в обычном лесу. Я ведь и впрямь вытянул всю магию, до какой дотянулся. До самых Врат Академии Белый Стан – всё тут стало вполне обычным. Магический фон, конечно, потом восстановится… вот только я вряд ли это увижу.

Илиас поставил свою ногу на вмиг почерневшую под ней траву.

Хотя это, конечно, уже была не нога.

Чёрная чешуйчатая лапа. Бескрылое дитя Бездны. Огромное существо с сияющим магическими силовыми вспышками гребнем. Маленькая голова, маленькие лапки-ручки. Огромные ноги. Тяжёлый массивный хвост.

Давненько я таких не видел.

Илиас заревел.

Надежда была на то, что парень не сообразит, как пользоваться новообретённым телом. В нём, в отличие от меня, магии было полно́, аж расплёскивал. Жаль, мне магией, испорченной Бездной, было уже не воспользоваться.

Я мог бы… Если бы поставил во главу угла собственное выживание.

Мог бы осушить этого монстра. И даже очиститься потом. Но будет несколько часов моего безумия. Безумия моей восстановленной трёхглавой формы. Сожжённая дотла Академия "Белый Стан", порванные пространственные границы.

Я, отравленный Бездной, всё бы тут сокрушил, а после – выломал грань миров и пустился по следу Эстер… и в таком виде ничего хорошего я бы с ней не сделал. Не убил бы. Всё-таки Истинная. Но после некоторых вещей отношения уже не восстановить.

Так что… лучше биться и проиграть.

Ценой жизни, но я попытаюсь лишить чудовищного Илиаса сил. Может, этот идиот даже не умрёт. Останется человеком, как его папаша когда-то. Магический контур рассеется. Алик с Правителем подчистят тут все хвосты. Вернут Эстер… а моя мать… сотрёт с Эстер мучительную метку вместе с воспоминаниями обо мне.

А с себя я стереть её не позволю.

Буду смотреть из нижнего мира иногда, как живёт моя девочка. Буду оберегать.

Да, именно так… Кажется, такое решение даже придало мне сил.

Я почувствовал, как моё тело упруго перетекло в другую форму. Я-Дракон, исходящий грозовыми молниями. Одна голова, раздвоенный хвост-пика. Ноющие шрамы на шее.

На фоне моего величественного Зверя, монстр-Илиас выглядел как короткомордый чёрный крокодил, вставший на задние лапы!

Мы теперь почти одного размера. И я удержу эту форму ещё несколько минут.

Так что нечего терять время!

Я бросаюсь на Илиаса. Обвиваю его неповоротливое тело своей длинной, почти змеиной шеей, бью до зловонной крови пиками хвостов. Вырываю его кривые чёрные чешуи. Поднимается гнилой смрад. Илиас ревёт. Неумело переставляет тяжёлые чешуйчатые лапы.

Я наношу частые удары молниями в чёрного монстра. Рву зубами. Разразившаяся за миг безумная ночная гроза швыряет Илиасу острые градины в маленькие глазки.

И первую минуту или даже две это всё работает. Преимущество оказывается у меня.

А потом Илиас понимает: мои силы на исходе.

“Убийца!!!” , – чётко ловлю его мысленный рёв. В реальном мире он просто ревёт, как животное. Твари, поражённые Бездной, редко способны разговаривать.

Спинной гребень Илиаса начинает светиться чуть ярче. Глотка и грудь подсвечиваются неприятным серым светом – так бывает с телами Драконов, когда они вот-вот исторгнут пламя…

Плохо.

Я надеялся, он не догадается, как этим пользоваться. Ведь Илиас не имел своего Зверя…

Но мои надежды не оправдались.

Я рычу. Я царапаю кожу чёрного уродливого ящера, которого обвил. Как змей обвивает скипетр на эмблеме чёрных лекарей. Я душу его. Я слышу, как хрустят его кости…

Мельком мысленно усмехаюсь: я веду себя как Змей. Это всё влияние Эстер… Любви всей моей жизни.

И вдруг у меня рождается план.

Я позволяю Илиасу выстрелить в меня магическим потоком из его засвеченной изменённой глотки…

У монстра вместо драконьего огня вырывается энергия бездны.

Я уклоняюсь. И вспышка пропарывает пространство прямо посреди поляны. Клякса – межпространственный разрыв. Открытая в худшую из реальностей – в мир Бездны. Хаос и ничто. И вечные страдания.

Я вытолкну его туда. Глупого мстительного мальчишку Бездна отторгнет и выплюнет обратно. Ему туда хода нет. А вот чудовищную оболочку, сотканную Илиасом из краденой магии мертвецов, затянет. Как и меня. Потому что сущности вроде меня – вхожи в Бездну.

Это я смогу. И приливная сила Бездны неизбежно утащит меня следом за монстром.

Илиас содрогнулся, рухнул вниз, и его потащило в словно ухмыляющуюся пасть пространственного разрыва…

Когти монстра впивались в землю, силясь удержаться, оставляли глубокие борозды.

Я же… повисал на его теле и мешал ему удерживаться. Ломал уродливые пальцы. Бил силовыми разрядами…

Свистел неистовый ветер. Небо гремело и, кажется, хотело упасть. Нас волокло в пространственную щель всё сильнее…

Уже скрываясь в перекошенной пасти пространственной дыры вместе с монстром-Илиасом, я подумал: “Жаль. Попасть в мир Бездны – вовсе не то же самое, что умереть. Единственное, о чём я буду остро сожалеть – оттуда мне не будет видно мою Эстер”.

Глава 45. Какая встреча!

Эстер

Позвав смерч, я явно погорячилась.

Он и впрямь сел на мою ладонь.

Тонким, острым, как серебряное веретено, кончиком!

Колко пробивал мне руку до самого плеча, но…

Я всё равно радовалась – ведь это магия моего мужа. Моя магия. Так я ощущаю его близость. Так мне становится тепло.

Ветер ревел. Вырывал с корнями кусты и деревья. А чёрный домик, в котором я очнулась, словно прижался к земле и слился с ней.

“Этих – мы с собой не берём”, – успела я приказать ветру и увидела, как воздушный поток, неумолимо затягивающий в себя всё вокруг, мягко подхватывает Виктора и Ареса… И забрасывает в дом! Двери захлопываются, надёжно запирая Спрута и маленького Дракона в безопасном убежище.

А рёв ветра усиливается.

И у меня мелькает малодушная мысль: мне не удержать эту бурю на своей руке! Это мог только Гидеон…

Воспоминание о муже наполняет меня теплом. Я чувствую прилив сил!

И решаюсь! Я подбрасываю смерч, как мячик, вверх.

С нарастающим ужасом смотрю на спираль, что распахивается у меня над головой. Вот-вот меня поглотит безжалостная, мощная стихия! Я по сравнению с ней – пылинка.

Но преодолеваю себя: тяну руки вверх, словно раскрытые объятия. Я тянусь к Гидеону.

“Отнеси меня к нему!..” – приказываю ветру. И столб безумной бури накрывает меня широким основанием.

Я сама её призвала. Сама.

Я не должна бояться. Но всё равно взвизгиваю, когда меня накрывает столб смерча.

И зря. Я оглядываюсь вокруг.

В центре смерча… штиль. Такой знакомый. Маленький рай – всё, как я запомнила. Когда нежилась в объятьях мужа и провалилась в его ментальное поле.

Я прошлась по маленькой полянке, отсечённой ревущими воздушным потоком от остального мира.

“Гидеон”, – позвала я.

Нет ответа.

Здесь всё было пропитано его магией, его запахом… Но самого моего штормового Дракона… здесь не было.

Я знала, что это значит.

Почти наверняка я опоздала. Он уже проиграл бой. Его уже нет…

И тут же разозлилась. И воззвала к своей второй Ипостаси – Серебряной Змее с Драконьими Крыльями.

А она… тоже горевала. Его не чувствовала. Печально шипела, грустно водила жалом.

“Хватит!”, – одёрнула я свою вторую субличность, – “соберись, Серебряная Змея. Наш муж-Дракон нуждается в нас! Хотя он сам этого вовремя не понял!..”

Но Змея продолжила унывать.

“Соберись!!!”, – рассвирепела я. И по ментальному полю прошла рябь.

“Его нет”, – печально шелестела Серебряная Змея.

“Значит, мы пойдём туда, где он есть . Его не может не быть нигде . Ты поняла меня?!”.

Вторая Ипостась присмирела. Иногда с внутренним Зверем надо пожёстче. Хотя Змеи отличаются выдержкой, мудростью и хладнокровием, моя… была местами наивна. Походила темпераментом на смесь Дракона с человеком. Папа пытался ей что-то внушать. Пытался втравливать меня в свои манипулятивные схемы, но…

Я была на него недостаточно похожа.

Не была его копией.

И к моему двадцатилетию мы вроде как оба это приняли.

Но сейчас чувственность Зверя играла против меня. Горюющая Змея, да кто вообще такое видел? Мой дядя, Правитель Арон… представляю, как он хохотал бы, если бы узнал…

Но зато…

Я знала что смогу. Стать хорошей женой Дракона. Именно потому, что я такая “особенная”, Змей бы мне не подошёл. И тем более – спрут!

Хотя, что скрывать, привычка к манипуляциям у меня всё равно имелась.

Кое-как разобравшись со Змеёй, я набралась решимости и коснулась рукой ревущего ветра, что спиралью уходил в небо.

Меня тут ж дёрнуло и потащило вверх.

Я сменила Ипостась уже в полёте.

Расправила… свои новые Серебряные крылья, интуитивно лавируя на ласковых потоках ветра.

Я летела второй раз в жизни.

И первый – без страховки мужа.

Из жерла смерча меня выбросило в чёрные небеса.

Я потеряла опору ветра и дальше летела уже осторожно взмахивая крыльями, помогая хвостом: он широким серпантином змеился по небу. Точно я просто ползу по земле. Всё оказалось не так уж сложно.

Я, как лёгкий удар силового разряда, считала не пойми чьё указание: здесь . Здесь надо снижаться. Причём резко.

И, не раздумывая, нырнула вниз, в какую-то подозрительно чёрную тучу.

В плотный, сжатый, влажный воздух.

Уже в процессе поняла, что это не туча. Это пространственный переход.

Не такой.

Не такой, как создают Змеи.

Странный, стихийный.

Не успела подумать: а что, если меня вышвырнет не пойми куда? В непригодный для жизни случайный мир, где я не смогу сделать и вдоха?!

Вспышка по глазам. И мир вокруг начал казаться родным и знакомым.

Уютный озон и треск маленьких силовых молний по телу – так это похоже на ласки моего мужа.

И запах…

Да! Страхи были напрасны.

Я вернулась в родную Моравию.

Я парю над магическим лесом, без труда нахожу поляну с Хрустальным ручьём у старого дерева.

Я начала плавно снижалаться. В родной Моравии вот-вот займётся холодный рассвет.

Я приблизилась к земле. И сменила ипостась идеально вовремя – чтобы уже в человеческой форме коснуться кончиками сапожек примятой, местами почерневшей травы поляны.

Гидеона здесь нет.

У корней старого дерева, что топорщились, как гигантские черви, сидел Илиас. Он согнул ноги, уткнулся в колени носом и нервно хихикал. Весь грязный, в рваной академической форме, с чёрными разводами чего-то вроде сажи на лице.

Обезумел?

Это было бы полбеды. Так или иначе, Илиас выглядел как человек! И даже не казался избитым.

Спокойно сидел в каменной крошке своего бывшего кокона.

Я прищурилась и оглядела однокурсника магическим зрением: ого, да в нём почти нет магии!!!

– Илиас, – жёстко произнесла, и парень сфокусировал на мне взгляд своих водянистых глазок. Да нет, он вполне себе в уме… Тем лучше. Гидеон, стало быть, победил, причём весьма деликатно! Монстра подселенца изгнал и даже не покалечил носителя. Мой муж – просто образцовый педагог! – Илиас, где мой муж?!

– В Бездне! – истерически выкрикнул Илиас, – там ему самое место!.. Так-то, Серебряная Змейка!

Я сделала несколько шагов к Илиасу. Он нервно, быстро поднялся с земли. Его глаза смотрели на меня, и в них что-то менялось. Бесцветный парень, Илиас, не был крепышом, но тем не менее он был на голову выше меня.

Но меня это не остановило.

Я подошла вплотную. Прижала своего горе-врага к стволу старого дерева. Илиас интуитивно оценил, на чьей стороне сила. Он – почти без магии. И я – такая хрупкая на вид. Серебряная Змейка Эстер.

Илиас сглотнул.

О, как. И где эта смелость? Ведь я помню: Гидеон утверждал, что парень его не боялся. Мол, какого-то рефлекса нет, сказал тогда мой муж.

А я вот теперь вижу, что все рефлексы у него на месте.

Хоть он и выше, а смотрит – словно снизу вверх. И дрожит.

Мысленно усмехаюсь: и есть от чего . Паренёк теперь пахнет терпким страхом травоядного.

– Ещ-щ-щ-ё раз, где мой муж-ш-ш?!. – я взяла Илиаса за рваный форменный ворот, совсем легонько. И приложила затылком о ствол древнего дерева, совсем слегка.

Догадываюсь, что мои кобальтовые глаза стали серебристыми, а зрачок вытянулся в вертикальную нить.

Илиас вместо ответа по-девчачьи взвизгнул и обмяк.

Я разжала пальцы на его вороте.

И паренёк колодой рухнул мне под ноги. Я выругалась сквозь зубы.

И резко обернулась, ощутив между лопаток чей-то пристальный взгляд.

А ещё я ощутила запах неба и свежей, согретой солнцем земли. Цветов. Пергамента и свечного воска. В этой смеси были нотки молодой грозы – так пахла кожа и волосы моего мужа-Дракона. Но этот запах был тоньше, мягче. И ещё что-то меня в нём беспокоило…

– Выходи… – шепнула я в темноту, наплевав на инстинкты, вопящие, что этот хищник мне не по силам. Что надо бежать отсюда! Потому что под сенью деревьев замерла сама Смерть .

На Её высокой фигуре в утренних сумерках мне было не сфокусировать взгляд – на глаза тут же наворачивались слёзы.

Существо шагнуло ко мне с хищной грацией.

Мне с новой силой захотелось убежать.

Но я не двинулась с места.

Существо приближалось.

С каждым Её шагом выцветали ещё сильнее приглушённые утренними сумерками краски. Смолкали уютные лесные звуки.

Она замерла напротив меня.

И когда я решилась заглянуть ей в глаза, не осталось в мире ничего: ни травы, ни голосов птиц, ни шелеста листвы.

Глава 46. Её выбор

Эстер

Она замерла напротив меня. Рядом с ней было тяжело дышать – точно воздух отяжелел и сгустился. Впору было запаниковать.

Потому что не хватает дыхания. Потому что из мира ушли краски, да и вообще – на вытянутую руку мне уже было не различить ничего вокруг. Всё размылось до невнятных серых силуэтов.

– Здравствуй, Эстер, – высокая, красивая… явно неживая женщина заглянула мне в глаза, и… Я перестала бояться. Не только какой-то подтон в запахе тела. Ещё глаза у неё были такие же, как у Гидеона. Светло-серые, грозовые. Мне легко было представить, что от её гнева начинает реветь ветер, а небо исходит росчерками молний, легко…

Догадка ударила наотмашь.

– Вы его мать, – словно кто-то сказал моим голосом.

На миг у существа на лице возникло замешательство.

– С чего ты взяла Эстер?

– Глаза. Запах. Мимика. Просто я знаю, – меня словно прорвало.

– Не буду отрицать, – сложило красивые губы в полуулыбку существо, – разумеется, я не в восторге, что моему старшему сыну в жены досталась Змея… я надеялась, что будет Драконица.

У меня брови поползли вверх. Несмотря на то что существо – которое моя… свекровь? !. оказалось древним и могучим, я всё равно собралась возмутиться, обозначая свои границы.

– Но ты мне нравишься, – поспешно добавило существо , не давая моему негодованию достигнуть критической массы, – и вообще, я бы… пересмотрела отношения Драконов со Змеями. Глобально. Эта вражда никому не на пользу. Однако я даю тебе второй шанс… Теперь, когда, кроме меня, тебя никто не слышит. Даже Гидеон. Когда на тебя никто не давит. Нет смысла считаться с превосходящей силой вроде мужа. Нет повода делать что-то наперекор родителям, чтобы доказать, что уже взрослая…

– Я ничего такого и не собиралась…

– Я снова даю тебе шанс, Эстер. Отказаться. Безболезненно удалить метку…

– Нет, – рявкнула я, даже не пытаясь сдержаться, – что за бред?! Я вам это ещё сто раз могу повторить…

И тут до меня доходит.

– … в каком смысле вы “ даёте мне второй шанс” ?..

Но ответ мне не нужен. О-бал-деть. Мой муж… полубог?!

– Да, Эстер. Драконы называют меня своей Богиней. Каменной Драконицей. Тысячеликой. Покровительницей смерти и перерождения. Осени и весны. Считают сильнейшей в пантеоне. Не без оснований…

– Ладно, – я передёрнула плечами, про себя прикидывая возможные последствия столь мощной мамаши для некогда детской психики, – как скажете. Я-то в вас не особо верю. Но вот, видимо, придётся принять, что вы существуете…Но ладно. График общения с гипотетическими внуками мы потом обговорим. Где мой муж?

Клянусь, на невозмутимом лице Богини, на фразе о внуках, на миг отразилась очень странная эмоция. Глаза – слегка на выкате. Кажется, её озадачила моя решимость и отсутствие у неё абсолютного авторитета в моих глазах.

Она словно собиралась мне что-то ответить, но в последний миг смолчала. И вместо рвущегося с языка ответа довольно сдержанно произнесла:

– Гидеон защитил твой мир Мора-Ви от порождения Бездны, которое призвал глупый юный маг. Гидеон поплатился за это своей человеческой формой и хрупкой человеческой жизнью в вашем понимании…

Я подавилась густым, вязким воздухом. Она мне сейчас говорит, что он умер?! Ну нет. Я на это не согласна.

– Где он… – как можно спокойнее произнесла я, складывая руки на груди: моё сердце медленно, тоскливо, гулко билось, – где он… в своей нечеловеческой форме , если он утратил человеческую. Мне он нужен в любой.

– А если он снова Трёхглавый безумный ящер, исходящий грозовыми молниями, что пьёт чужую магию?.. – с лукавой усмешкой приподняла одну бровь моя свекровь.

Я медленно вдохнула и выдохнула сквозь зубы. Всё, что я услышала: Гидеон жив. А остальное – ерунда…

– Ну, во-первых… мама , он никогда не был безумным. Во-вторых… трёхглавый… ну что ж, я привыкну. Обойдёмся… обойдёмся без… человеческих форм. Нестрашно. Разберусь.

– М-да… – Богиня звучно рассмеялась, – я в тебе не ошиблась. Твой отец меня предупреждал, что так будет. Собственно, он всех предупреждал…

– Что?! – меня как по голове ударили, – папа? Где он? Вы с ним что-то затеяли?.. Это план?! Совсем, что ли…

Ну папа…

Я подалась к Богине, в последний момент остановила себя, чтобы не схватить её за ворот белоснежного платья и начать трясти. Свекровь всё-таки.

Так. Вдох-выдох.

А она смотрит на меня тепло.

– Твоего мужа затянуло в мир Бездны, Эстер. Там всё не так. Это чёрный, непригодный для жизни мир. Там меняется сознание. Гидеон забрал туда монстра, что угрожал этому миру. Но и сам тоже оказался в мире Хаоса.

– Я иду туда.

– Разумеется, – печально улыбнулась Богиня, – но Эстер. У тебя будет всего одна попытка его дозваться. Я не могу гарантировать, что он тебя узнает. Что захочет с тобой вернуться.

Богиня сняла со своего тонкого запястья, унизанного десятками белых и серебряных браслетов, один и молниеносно защёлкнула на моём.

– В этом артефакте достаточно силы. Больше не могу тебе дать. Ты не потянешь. Даже отдавая тебе этот, рискую. Ты почувствуешь, как им пользоваться, когда наступит правильный момент.

– Справлюсь, – решительно заявила я, стараясь скрыть дрожь в голосе.

– Если не дозовешься его, застрянешь там, Эстер. Если дозовёшься… скорее всего, тоже застрянешь. – предприняла последнюю попытку Богиня.

– Но ведь Гидеон там. Значит, останусь. Ничего страшного. Я же его жена. Я и должна остаться рядом с ним. Где бы он ни был.

– Нет, не должна, Эстер.

– Я так решила.

Богиня вдруг прижала меня к своей груди, на миг заключив в объятья.

Она тут же отстранилась и, проникновенно глядя мне в глаза, добавила:

– Бездна порабощает. Гидеон в силах открыть портал оттуда. Но он… не захочет. Проведёшь там хотя бы два часа… и тоже не захочешь. Просто забудешь, откуда пришла и что ты такое.

Я кивнула.

– Главное помни, Эстер: слово Истинной – закон для Дракона.

– Но как мне туда попасть?..

Богиня не ответила. Просто легонько толкнула меня, едва коснувшись плеч. Кажется, она дотронулась до меня двумя пальцами…

Ну и тяжёлая у моей свекрови рука!!!

Меня отшвырнуло! Я должна была налететь затылком на дерево и разбить голову, но…

Миг, два, три…

Препятствия нет.

Я лечу.

Проваливаюсь!

Падаю спиной вперёд!

И мир вокруг – уже не серый, и смазанные силуэты деревьев не дрожат в утренних сумерках.

Ветер свистит. Леденит тело. Я лечу через гуталиново-чёрную холодную ночь.

Пока не прикладываюсь спиной о плоскую поверхность!

Шлёп! Больно, но не так уж…

Да это… вода!

Круго́м чёрная вода!

Я посреди чёрного штормового океана. Вокруг вечная ночь. Единственный источник света – вертикальные молнии, то и дело бьющие в водную гладь…

В их свете я вижу вдалеке шесть… нет, девять смерчей, с рёвом затягивающих чёрную воду в такое же чёрное бездонное небо!

Картина заставила бы меня стучать зубами от ужаса, но я здесь не для того, чтобы трястись.

Главное: я чувствую своего мужа.

Знаю, в каком направлении мне его искать! И это знание расходится по телу тёплой, сладкой отдачей.

Вода жёстко плещет мне в лицо. Течение пытается утянуть меня на дно. А ветер – утащить в небо.

А я – сча́стливо улыбаюсь.

Может, я уже обезумела?!

Я концентрируюсь. Я меняю ипостась и теперь плыву под чёрной водой, изо всех сил помогая себе серебристым сильным змеиным хвостом и крыльями. Играючи уворачиваюсь от смертоносных подводных потоков: "чёрные воды Бездны, вы понесёте меня только туда, куда мне надо!!!"

А надо – к мужу.

Так что я плыву, быстро сокращая расстояние до самого большого и самого жуткого водяного смерча.

Глава 47. Его выбор

Эстер

Я много лет ждала, что у меня появятся крылья. Но их так и не появилось. Хотя и у матери, и у отца во вторых Ипостасях крылья были.

Так что я бо́льшую часть жизни опасалась высоты.

Хотя и приходилось порой себя преодолевать. Как, например, когда на шестнадцатый день рождения вылезла на крышу по карнизу, пытаясь уклониться от спешно организованной матерью помолвки.

Я тогда ещё не была женой Штормового Дракона Гидеона… полубога, как оказалось.

Но уже чувствовала, что однажды ею стану.

Я уже тогда его любила.

Мне порой кажется – эта любовь родилась раньше меня.

Просто раскрылась не сразу.

А потом этот “жестокий, злой, страшный Дракон – враг Моравии” (ага, конечно!) ворвался в мою жизнь со своими жёсткими понятиями, со своими грёзами о мести моему роду, со своим постоянным желанием… уложить меня в постель, в конце концов!.. И тогда я начала познавать эту любовь.

Словно что-то, что ты знал в детстве, но забыл, когда вырос.

Эта любовь не рождалась. Она всегда была. Лишь раскрывалась. Каждый раз, когда я заглядывала в штормовые глаза Гидеона, вдыхала запах его тела. Ощущала его в себе. Билась в очередном приступе умопомрачительного физического удовольствия в его руках. Но дело было далеко не только в физической любви. Оглядываясь назад, я могу сказать: я всю жизнь чувствовала, что он приглядывает за мной, что следит, что забоится. Чувствовала нежность. И его боль – когда меня что-то ранило. Когда мне было плохо – он, где-то там, за магическим контуром своего особняка-тюрьмы, тосковал вместе со мной. Потому что Гидеон – моя истинная пара.

Теперь он подарил мне крылья.

И я, не раздумывая, взмахнула ими, врываясь в бурлящий подводный поток – в сердце водяного смерча.

Он ревел и заставлял воду безумствовать на дне чёрного океана и нещадно волок её в небо по тугой спирали.

Я вползла на океаническое дно.

На серебристый донный песок.

Здесь было как на знакомой мне полянке в центре смерча – абсолютное безветрие. Но лишь одно неосторожное движение – и окажешься затянут в поток ветра. И тебя унесёт по спирали вверх, на верную смерть.

Я свернула кольцами змеиное тело, сложила перепончатые крылья. И уставилась на Дракона, что замер в центре круглой как блюдце поляны серебристого песка. Перламутрово-белая чешуя с серебристым отливом. Раздвоенный хвост со смертоносными острыми пиками на концах. Вздыбленный спинной гребень. Молнии, бегающие по напряжённому, готовому к атаке телу. И три злобно скалящиеся драконьи головы с острыми зубами. Штормовые глаза. Три пары. Зрачки – полулуния… Такие красивые. Моё змеиное сердце, замедлившееся, почти переставшее биться под ледяной чёрной водой океана Бездны, заколотилось сейчас с невероятной скоростью. Кровь стала согреваться.

Трёхглавый Дракон оскалился ещё сильнее средней… альфа -головой. И его грудь засияла от созревающего внутри драконьего огня.

Неужели он атакует меня?

Я осторожно поползла к Дракону, оставляя след-серпантин на влажном серебристом песке. Замерла, высоко подняв плоскую треугольную голову.

“Гидеон”, – мысленно позвала я.

Боковые головы захлопнули пасти. Уставились на меня в замешательстве. Средняя продолжила скалиться, но уже не так широко. Средняя голова – была агрессивна.

Интересно, что будет, если он плюнет в меня драконьим пламенем или молнией?..

Мы достаточно близки, чтобы я пережила такую атаку?..

В отчаянной решимости я начала быстро менять ипостась на человеческую.

Замерла рыжеволосой девушкой в чёрной промокшей рубашке и удобных штанах, в которых покинула с Гидеоном Академию прошлым вечером. В таком виде я просто дрожала от холода.

Дракон поднялся на четыре лапы. Угрожающе щёлкнул раздвоенным хвостом по серебряному песку.

Вот теперь, если он на меня дыхнёт огнём или толкнёт в поток – я однозначно убьюсь. Хрупкое человеческое тело для подобного непригодно. Я не успею поменять ипостась.

Поспешно отогнала мрачные мысли.

И, стараясь не делать резких движений, коснулась пальцами правой руки серебристого браслета на левой – артефакта, подаренного Богиней.

– Гидеон, – позвала я, тут же плавя на себе браслет, пользуясь грозовой силой мужа, прожигая кожу с меткой до крови закипевшим серебром артефакта. Всё вокруг наполнили запахи грозы, железа и моей крови.

Метку истинности болезненно дёрнуло, и от неё по телу разошлись бело-серебристые молнии.

Дракон шагнул ко мне. Боковые головы истаяли в воздухе – Гидеон сменил “боевую форму” на стандарт. Фух… уже неплохо.

– Гидеон, я пришла за тобой… – я осторожно шагнула к Штормовому Зверю, держась за истекающую кровью руку. Чувствовала, как магия артефакта, разбуженная моей кровью, испаряется в воздухе, и с каждым вдохом – в глазах Дракона больше сознания.

“Эс-тер-р-р-р”, – зарычал Зверь в моих мыслях.

– Да-да… это я, – я чуть не разрыдалась от облегчения и позволила себе ещё пару осторожных шагов навстречу, – пойдём домой…

“Мой дом здесь, жена…” , – зарычал Зверь, – “как и твой…”

Я обмерла. У меня из сознания даже вытеснилась мучительная боль в обожжённом запястье.

Сердце болезненно сократилось. Папа. Мама. Малыши-близняшки. Дядя. Тётя. Их дети. Все родные. Все друзья. Моравия… Вместо всего этого – мир Бездны? Мир хаоса и ночных кошмаров? Где никогда не восходит солнце? Где молнии вечно бьют в землю? Где всё время словно воют истязаемые души?..

И Дракону с изменённым Бездной сознанием явно сейчас нет смысла что-то объяснять и внушать о равноправном партнёрстве, и что брак – это командная игра…

Он просто снова отрастит ещё две головы и начнёт беситься, запуская новые смерчи в чёрный океан.

– Гидеон… я тебя люблю. Я хочу быть с тобой… – ласково начала я, окончательно приближаясь к Зверю. Касаясь кончиками пальцев тёплой чешуи. Ощущая колкие ласковые разряды от этого прикосновения.

Дракон издал утробный рокот, означающий благодушное урчание: я покорна, Дракона это устраивает.

– Будет, как ты решишь, Гидеон, – я прижалась щекой к драгоценной штормовой чешуе, мельком отмечая, что зреющее в груди Гидеона смертоносное пламя угасло. Дракон чуть уменьшился в размерах и осторожно ткнулся кончиком носа мне в плечо, по-змеиному изогнув длинную, гибкую шею. Затем он коротко лизнул моё окровавленное запястье, и рана стремительно начала заживать. А я обнимала Дракона ,сколько мне хватало рук.

– Можно мне… – начал я.

“Прости что хочешь, Эстер. Только не проси отпустить тебя в Мора-Ви…”

– Прими… человеческий облик, муж мой…

– Я утратил человеческую Ипостась, Эстер.

– Но ты вернул силу. Восстановил трёхглавую форму. Значит… тебе ничего не сто́ит сотворить человеческую ипостась заново… Прошу, всего раз… я хотела…

“Я понял”, – кажется, огромный Зверь усмехнулся в моём ментальном поле.

Я ждала. Миг-другой. И я выдохнула с облегчением: теперь меня обнимают такие знакомые сильные руки, жёстко держа за талию. Светло-серые человеческие глаза смотрят властно, по-хозяйски… и лишь в самой глубине я считываю тень знакомой трепетной нежности. Но теперь меня не проведёшь: я чувствую, какой Гидеон глубоко в душе́.

На нём красивые старомодные чёрные одежды с серебристым руническим орнаментом.

Буйные серебристые волосы рассыпаны по широким плечам.

Я смотрю снизу вверх.

Я так рада его видеть таким.

Я улыбаюсь.

Но тут улыбка моя тает: я вижу пульсирующие чёрные ломаные линии на по-мужски красивом лице, на шее мужа. Они идут бледной россыпью, повторяя сосудистый рисунок. Они похожи на фигуры-молнии.

– Что это?.. – я провожу кончиком пальца по его щеке. И чернота прячется от моего прикосновения. И проявляется вновь, когда я убираю руку.

– Это энергия Бездны, Эстер. Скоро и на тебе такие появятся… На всех, кто здесь живёт, проявляется сеть. Это не опасно… Это лишь печать нашего нового родного мира, жена. Нам здесь самое место.

Ну, уж нет, дорого́й…

Растить наших будущих маленьких змеедракончиков на дне океана, без солнечного света и табуна любящих родственников – идея так себе. То есть, может и так получиться. Но это на крайний случай.

– Ты счастлив здесь, Гидеон? – дрожащими губами шепчу я, вглядываясь в холодные глаза мужа.

– Что такое “счастлив”, Эстер? – бесцветным голосом отзывается мой Дракон.

Это словно пощёчина. Вот так – точно не пойдёт. Он у меня будет счастлив! Обязательно!

Я проглатываю слёзы. Закусываю губу. Я сюда не плакать пришла!

Сейчас я тебе напомню, что такое “счастлив” невероятно простым способом.

Я больше ничего не спрашиваю. Я подаюсь к мужу. Встаю на кончики пальцев – до ломоты в ногах. Касаюсь прохладных губ Гидеона. И они тут же становятся горячими. Прижимаюсь к его груди всем телом.

И чувствую, как чёрная сеть Бездны жмётся от меня подальше.

Гидеон отстраняется:

– Так вот что ты задумала, Эстер?.. – хищно сощуривает глаза мой муж.

– Я хочу тебя, Гидеон! – выкрикиваю я мужу в лицо.

“Борись, любимый… Ты забыл здесь, что такое счастье… Я так сильно тебя люблю… Нашим детям будет плохо родиться в мире Бездны… Их души покалечатся… Здесь ты лишь блуждаешь во Тьме и варишься в самых чёрных своих порывах… А я зову тебя на Свет!.. Мне плохо без тебя… Я соскучилась… Возьми меня, муж мой!” , – параллельно вспыхивает моё ментальное поле россыпью быстрых мыслей.

Он медлит даже не миг. Меньше.

Гидеон с рыком бросается на меня. Целует жадно, точно задохнётся, утонет без моих губ. Выпивает моё дыхание.

А я отдаю ему свою нежность. Свою любовь. Так щедро, как только могу.

“Я выбираю тебя, Эстер…”, – ласково касается меня мысль моего Дракона.

Вот так.

А вовсе не потому, что слово Истинной для него Закон.

Глава 48. Победа

Эстер

Через несколько мгновений я уже забываю, что в мире Бездны. Что каждый вход здесь – риск. Что каждая минута промедления – делит пополам шансы вернуться.

Гидеон подхватывает меня на руки, не разрывая поцелуй.

Нежно прикусывает мои губы, вторгается языком в рот, да так – словно мы не виделись не несколько часов, а тысячу лет.

Я замираю, потрясённая своей догадкой. На миг разрываю поцелуй. Мой Дракон позволяет мне это.

Заглядываю в глубокие штормовые глаза, сейчас у них невероятно тёплый, ласковый оттенок.

“Что такое, моя Эстер”, – безмолвно обращается ко мне муж.

– Сколько ты здесь, Гидеон?.. Сколько по твоим ощущениям ты меня ждёшь?..

Он молчит.

Чувствую, как по щеке сползает горячая слеза.

– Здесь время течёт иначе, да?..

“Не думай об этом, моя Эстер. Я бы прождал тебя и вечность…”

Он так и не сказал мне.

И мне страшно услышать ответ.

Неделя? Месяц? А может и правда… он здесь тысячу лет?..

Я бросаюсь на мужа с новым поцелуем. Он тут же перехватывает инициативу.

Мои руки очень быстро оказываются под его старомодными чёрным одеяниями. Он позволяет вне вновь встать на ноги и в одно неуловимое движение распарывает на мне одежду. Я скидываю тонкие сапожки.

И вновь замираю, стоя перед мужем. Абсолютно обнажённая, обнимаю Гидеона за мощную широкую шею. Прижавшись к нему голой грудью и животом.

Желание уже пульсирует во мне.

Между ног давно всё увлажнилось.

Я горю. И тело моего Дракона, которого я касаюсь – обжигающе горячее.

Тем ярче ощущаю холодный мокрый серебряный песок океанического дна Бездны. Чувства обостряются. Я осязаю каждую отдельную ледяную песчинку. Я вдруг понимаю, что слышу на очень большие расстояния, даже бесконечно высоко вверх – над поверхностью чёрных океанических вод. И будто бы вижу – всей поверхностью тела. Так видит Гидеон в своей трёхглавой форме , вдруг понимаю я.

– Гидеон… – я обнимаю мужа крепко, точно пытаюсь слиться, а физическое тело мне мешает, – впусти меня…

– Нет, Эстер! – шипит сквозь зубы мой Дракон.

Но поздно.

Я уже провалилась.

В его ментальное поле. Как делала это уже когда-то.

Он упал на спину, крепко держа меня за талию. Я повалилась на него сверху.

Почти ничего не изменилось.

По-прежнему в центре смерча, только вместо ревущей чёрной воды, по спирали несётся прозрачный воздух. А вместо холодного донного песка – нежная зелёная трава. Короткий взгляд наверх… лазурное небо. И мягкое сияние солнца. Запах чистого грозового воздуха.

Снова смотрю на Гидеона.

– Опять ты это сделала, змейка-Эстер, – беззлобно усмехается мой муж уголком рта, его пальцы поглаживают меня по голой спине вновь позвоночника. И меня пробирает дрожь, – я ведь убивал и за меньше… За намного меньшее, жена…

Я не отвечаю.

Просто вновь приникаю к жёстким требовательным губам. Просто мой язык сталкивается с его. Я заигрываю с ним. Моё нападение – шутка. Я упорствую, покусываю губы Дракона лишь для вида. Чтобы ему было слаще, когда я трепетно прогнусь под его давлением. Чтобы моё безмолвное “ я сдаюсь, я твоя!” – прозвучало ярче и громче.

Он подхватывает меня под ягодицы. Я чувствую межу ними его мужской о́рган…просто каменной твёрдости. И это открытие отдаётся тягуче-сладкой пульсацией над лоном, и я начинаю просто отчаянно течь!..

– Эстер, девочка… разве в такой позе отдаются Дракону?..

– Не знаю, Гидеон, – я задыхаюсь, – мой муж берёт меня в любой позе…

Он мягко смеётся, и за миг моё положение меняется: я оказываюсь прижата лопатками к ласковой мягкой траве. В нос бьёт запах травяной свежести. И очень быстро – его полностью вытесняет грозовой запах тела моего мужа.

Гидеон разводит мне ноги, его пальцы скользят по моей напрягшейся груди, по животу, вниз, касаются увлажнившихся складочек… жёстко растирают влагу по моей промежности. Гидеон обводит пальцами чувствительный бугорок. Я дёргаюсь, на каждое его идеальное движение – у меня вырывается полустон-полувскрик.

Гидеон сжимает меня там, в самой чувствительной точке двумя пальцами. И меня простреливает лишающий разума острый разряд наслаждения. И в этот момент муж в меня входит.

Чувство тугой наполненности порождает новую распирающую волну счастья.

Моё миропонимание раздваивается – я вижу всё, что здесь. И всё, что в мире бездны. А потом начинаю смутно ощущать и свой родной мир… я вижу – точку входа для портала.

И помню… как открыть сложный портал.

Гидеон ритмично толкается во мне. Я принимаю.

Но маховик разума всё разгоняется. Я обращаюсь к источнику внутреннего света.

Гидеон жадно вторгается в меня всё быстрее… Он долго ждал!

Я обвиваю его ногами, подмахиваю бёдрами.

И одновременно с выбивающей дыхание болезненной судорогой – во мне разгорается внутренний свет. Да… моя белая искра ликует. Она чиркает и воспламеняется, словно всё вокруг облито горючим зельем. Я гоню прочь чёрную сеть бездны!..

Гидеон замирает, глядя мне в глаза.

Он теперь раздавит меня? Накажет? Сломает шею?

Нет, конечно нет…

Но я делаю последнее движение бёдрами. Сжимаю мужскую плоть мужа изнутри. Мне жарко, мне туго. Я сейчас просто умру.

И Гидеон резко вжимает меня в себя! До хруста в костях.

Его жаркое семя выстреливает в меня. Я мечусь и выгибаюсь под ним!

Да. Вот так!

И в этот миг сеть бездны покинула его полностью!

Надолго ли?

На минуту или на несколько мгновений?

Я не теряю времени.

Моя магия сплетается с магией мужа. Моё сознание затапливает всё вокруг белым сиянием.

Я знаю, что буду лежать пластом, но…Хоть бы удалось!

Гидеон, в отличие от меня, собран. Он всё понял.

“Я выбираю тебя, Эстер…” шепчет мне муж и снимает последний рубеж защиты. Я достраиваю проекцию портала, черпая знания и опыт из разума Дракона напрямую.

– Хитрая змейка-Эстер… – шепчет мне на ухо Гидеон, нехотя покидая моё тело. Подаётся назад и тут же оборачивается…

Твою ж!..

Я лежу голая между лап огромного трёхглавого ящера!

Но вместо того чтобы заорать, нервно хихикаю.

И просто тяну к "Дракону-монстру” свои руки.

Огромная серебристо-белая когтистая лапа просто сгребает меня, я обнимаю чешуйчатое "запястье" в ответ.

Раз вспышка – нас выбрасывает из ментального поля на дно чёрного океана.

Замечаю краем глаза: за нами с каким-то омерзительным стрекотом летит похожая на чёрную паутину сеть!..

Два вспышка – серебряный донный песок исходит пузырями. Океаническое дно дрожит. Исполинский вихрь больше не держит потоки тяжёлой чёрной воды – сейчас эта стенка, этот водяной вал упадёт прямо на нас, Гидеон прижимает меня к своему телу.

“Меняй ипостась, Эстер”

От страха я забыла это сделать! Но через миг я уже серебряным серпантином обвиваю змеиным телом своего мощного мужа-Дракона.

Его сильные крылья делают рывки!

Мы взмываем вверх! И вырываемся на поверхность за миг до того, как нас сокрушила бы стена воды.

Вместо этого она сметает паутину чёрной бездны, что летела за нами.

Ещё несколько рывков крыльями: Гидеон несёт нас в исходящее молниями небо.

А это… красиво.

Чёрный океан. Опадающие на линии горизонта водяные вихри в бликах вертикальных молний…

Ещё выше! Мы влетаем в грозу. В тугие облака, в которых нечем дышать. В них тоже можно утонуть!..

Три головы шипят. Я снова мыслью с мужем – одно целое.

Мы летим к подвешенному мною порталу.

Влетаем в так хорошо знакомый мне лабиринт со стенками, напоминающими безмятежное ночное небо.

И мир бездны с рёвом захлопывает позади нас свою ненасытную пасть!..

Это не похоже на теневую тропу между Чёрной Башней и Академией.

И даже не похоже на портал в немагический мир.

Это долгая дорога…

Я лечу по широкому тоннелю, расправив серебряные крылья. Гидеон летит параллельно, надо мной. Он лишь страхует меня, перевив наши хвосты.

А когда мы врываемся в небо над Моравией, я вдруг чувствую… чудовищный упадок сил.

“Гидеон!”, – успеваю позвать.

Но Змеиную Ипостась уже не удерживаю…

Мою человеческую кожу леденит Моравийское небо несколько секунд.

Я вновь в когтистой огромной лапе мужа.

Так тепло.

Я улыбаюсь.

У моего возлюбленного Дракона снова одна голова. Так мне привычнее, но это значит ещё кое-что… он тоже лишился большого количества сил.

И снижаемся мы явно быстрее, чем стоило бы…

Ветер свистит навстречу.

Ну нет!

Глупо! Глупо выбраться из Бездны и разбиться о землю родного мира, потому что полностью обессилел!

Не успеваю это обдумать.

Потому что уже упали.

Плеск прозрачной воды.

Я случайно вдыхаю ее полной грудью! Тут же давлюсь!

Но Гидеон-человек вытаскивает меня на поверхность. Я откашливаюсь. Жадно дышу.

Муж выносит меня голую на берег. И тут я понимаю: это то самое – "наше" место, где он учил меня летать.

Уже день. Солнце ласково светит. Уютно журчат водопады.

Гидеон опускает меня в прибрежную траву.

Скидывает чёрную накидку с серебряными рунами, заворачивает меня в неё. Мне она чуть выше колен наподобие мужской рубашки. Гидеон остаётся с голым торсом. И валится рядом. Мы обнимаемся, лёжа наполовину в траве, наполовину на отмели. Ноги целует ласковая чистая вода.

Я счастлива!..

Я задыхаюсь.

У меня нет сил. Веки такие тяжёлые…

Я растворяюсь в ощущении полной безопасности. И засыпаю на плече мужа, опьянённая его запахом.

Глава 49. От судьбы не уйдешь

Эстер

Я сладко и безмятежно потянулась на траве, не открывая глаз. И сильные руки мужа привычно сжали мою талию чуть крепче: “не вздумай бежать, Змейка-Эстер”.

Я невольно улыбнулась. Я не ощущала себя Змеёй. Скорее сытой лесной кошкой.

Сколько мы с Гидеоном проспали на берегу Хрустальной заводи, обессиленные марш-броском из мира Бездны?

По моим ощущениям – было поздновато. Трава, на которую мы рухнули днём, – влажная от вечерней росы, стало свежее и прохладнее.

И мне бы озябнуть – ведь я почти лишилась магических сил, а значит, поддержание комфортной температуры магией или второй ипостасью – были под сомнением.

Но горячее тело моего мужа Дракона уютно согревало меня, даже в человеческой ипостаси.

И вдруг… шшшшах – мысль-молния: мама, папа! Куда пропал отец?!

Шшшшах – как там Виктор? Выбрались ли они со спрутом из немагического мира?

Шшшшах – что с Академией? Что с контуром? Не сошёл ли с ума мой муж, пока менял ипостаси и сидел в мире Хаоса на дне чёрного океана?!!!

Я в панике распахнула глаза! И тут же зажмурилась яркого от оранжевого заката.

Рывком попыталась сесть.

– Я разве тебя отпускал?.. – беззлобно рыкнул мой муж, удерживая меня на месте, – я не сошёл с ума, Эстер. Я… не безумнее, чем в момент твоего рождения.

– Так себе вариант… – нервно хохотнула я, всё ещё пытаясь вывернуться из хвата своего личного Монстра.

–… Папа в порядке, – скучающим голосом продолжил Гидеон, давя моё сопротивление и подтягивая меня к себе вплотную, – остальные… впрочем, они скоро нас найдут. И сами объяснятся.

Я обмякла в объятиях мужа, уткнулась носом в его мощную грудь и неожиданно для себя само́й… разревелась!

Гидеон напрягся всем телом, замер, перестал дышать.

– Ну что ты, Эстер, – Дракон ласково прижимал меня к себе, гладил мои волосы, – всё же хорошо… почему ты плачешь…

– Просто так…

– Эстер…

Я шмыгнула носом. Слёзы текли. Я улыбалась. Смотрела на оранжевые блики на водной глади. Слушала шум ниспадающих в заводь потоков. Вдыхала грозовой запах кожи мужа.

Изначальная сила.

Останови это мгновенье.

Я… абсолютно счастлива.

– Гидеон…

– Что, любовь моя?

– У тебя точно нет… претензий к моей стране и… родственникам?

– Точно, Эстер, – хохотнул Дракон, коротко касаясь губами моего лба, – почему до сих пор сомневаешься?..

– Ты был в Бездне… Ты мог передумать… или, может, раньше говорил, чтобы меня успокоить.

Гидеон тяжело вздохнул и медленно произнёс:

– Я всегда буду на твоей стороне, Эстер. И не причиню вреда никому из тех, кто тебе дорог и важен. Я принял такое решение.

– Но раньше хотел…

– Я и сейчас хочу. И твой отец дико меня бесит. Но нам придётся с этим жить…

– Он хороший, Гидеон.

– Моя юная наивная жена, – протянул Дракон, – ты совсем не разбираешься в людях…

Я ничего не стала отвечать. Только звонко рассмеялась. Потому что мой ответ начинался бы с “мой не-юный наивный Дракон, можно подумать, ты разбираешься…”

– Как ты меня нашла, Эстер? – вдруг спросил Дракон.

Я решила не врать.

– Твоя мама меня… проводила.

– Не проводила, а швырнула в чёрный океан Бездны… – вдруг скрипнул зубами Гидеон.

– Ты, кстати, забыл мне сказать, что ты бог…

– Я не бог, ну или… слегка , – усмехнулся Гидеон, ласково поглаживая моё плечо, мы встретились взглядами, его штормовые глаза смеялись, были ясными, как небо над нашими головами, – ты всё равно не веришь в богов, Эстер…

Разговор о богах потянул за собой новое воспоминание:

– Гидеон, твоя мама называла тебя “своим старшим сыном”.

Рука Гидеона замерла на моём плече. Он медленно выдохнул сквозь зубы.

– У тебя есть семья?..

– Ты моя семья, Эстер. Другой нет.

– Гидеон, я не отстану.

– Моя мать, как и большинство Драконов… однолюб. Что для божества, живущего почти-вечность очень неудобно…

Моё сердце тут же сжалось от острого сострадания.

– Она всегда любила одного человека. Дракона. Он умирал и рождался. Он жил намного дольше, чем положено… Даже Дракону. Она его тянула. Но я родился ещё когда они не поняли, как им… сосуществовать.

– То есть как? – нахмурилась я.

– Мама попыталась жить человеческую жизнь рядом с ним. Забеременела. Но в момент моего рождения её выкинуло в божественную ипостась. Я родился в штормовом небе, в сердце бури. Она горевала. Я оказался ближе к богам, чем к смертным, и её горе об утрате отца наложило печать… на мой характер…

Я прижалась крепче к Гидеону, отдавая ему свою любовь. Нежность. Напоминая, что в сердце бури – маленький рай.

– А дальше?.. – осторожно попросила я.

– А дальше мама учла свои ошибки. И с большим трудом ей удалось родить в человеческом теле. Насколько мне известно – её хватило на рождение трёх мальчиков. Трёх Драконов. А потом мир смертных вновь её отторг.

– То есть у тебя есть три брата?! Кто они? Где?..

– Эстер, – предупреждающе рыкнул Гидеон, – ты с какой целью интересуешься?..

– Ты что-то о них знаешь?.. – упрямо переспросила я.

– Ну… у них, должно быть, светлые глаза. И скверные характеры…

– Я хочу с ними познакомиться, – решительно заявила я.

– О… познакомишься, Эстер, – усмехнулся Гидеон, – от судьбы никто не укроется. Даже Великий Чёрный Змей Правитель Моравии её не переиграет…

– Что? – я приподнялась на локте, – ты о чём?

– О, змейка-Эстер, а ты папочке не проболтаешься?..

Я отрицательно качнула головой:

– Твоя двоюродная сестрёнка, которую я не по правилам зачислил в Академию…я осмотрел её зреющую метку. Рунический став специфический…

Мои глаза невольно расширились. Я перестала дышать. Ошарашенно молчала, а мой муж продолжал:

–… есть основания думать, что один мой родственник скоро явится в Мора-Ви.

Я открыла и молча закрыла рот.

– Эстер!!! – окликнул меня в ментальном поле, словно откуда-то издалека до боли знакомый голос. Папа! Папа нас нашёл! Я собралась подорваться ему навстречу. Распахнуть сознание, насколько возможно. Но Гидеон удержал меня.

– Ни слова Серебряному Змею, Эстер. Война с судьбой бессмысленна. Но твой отец как раз из тех, кто может в неё ввязаться.

– Да что тут плохого?.. – начал я.

– Дочь Правителя Змеев – это не дочь его лучшего друга и сестры его жены. Её не отдадут Дракону. С неё будут сдирать эту метку, если обнаружат. А это преступление, против природы, Эстер… И я собираюсь ему всячески препятствовать.

– Мы, – с улыбкой поправила я Гидеона, – мы собираемся всячески препятствовать.

– Эстер!!!.. – над поляной разлетелся усиленный магией зов.

– Папа!.. – я с помощью Гидеона поднялась на ноги.

Мы с мужем стояли в человеческих формах, сплетя пальцы. Ласковый прохладный ветер овевал моё лицо.

Я молча смотрела, как по окрашенному в золисто-оранжевый небу к нам приближается, ловя блики солнца необъятными крыльями мой отец – Серебряный Змей.

Глава 50. Эпилог

Гидеон

Ночь опустилась на Академию Белый Стан. Но мне было не до сна.

Однако это было вовсе не такое “не до сна” как мне хотелось бы.

Я оставил Эстер в выделенных нам на территории Академии покоях. А сам сидел на светлом манерном диване на гнутых ножках, напоминающих змеиные хвосты в личных апартаментах “господина Ректора”. Алика. Серебряного Змея. Отца моей жены.

Я жаждал вернуться к моей Змейке-Эстер, в нашу спальню и ласкать юное податливое тело. А потом стать жёстче, как она любит. А когда её вновь затрясёт от чувственного удовольствия, снова обескуражить её нежностью. Жечь её, чтобы “горела” в моих руках, на нашем брачном ложе – словно в драконьем огне… Владеть. Как подобает мужу… а не это вот всё.

Так что моя мысль норовила соскользнуть.

Я удерживал нить беседы с Серебряным Змеем отчаянным волевым усилием.

– Прошлой ночью мы расширили контур, что опоясывал твой особняк, Гидеон, – с деланным спокойствием тем временем пояснял Алик, – мы просто должны были поймать Илиаса. В момент замыкания мальчишки-вора в контур, последователи культа Бездны, который всё организовал, потеряли бы с ним связи, и мы тут же отследили бы изменников по магическим наводкам. Ведь Илиас был пешкой в их амбициозной игре. Они манипулировали им через месть, надавив на историю утраты магии его отцом при твоём появлении. Им даже сильно стараться не пришлось. Лишь слегка сместили акценты… не суть. Всё выяснилась за несколько часов, мы с Правителем и ещё несколькими привлечённым магов ближнего круга успели продумать ловушку, но…

– Но? – насмешливо изгибаю бровь.

– Твоя матушка, Гидеон, вмешалась и сместила контур. Так что в него попали и вы с Эстер, и Академия, и все адепты! А все сильные маги были сконцентрированы вне контура, мы ведь меняли его периметр по совершенно другой траектории, – я знал, лицо Алика лишь казалось спокойным, у моего тестя лишь едва заметно дёрнулось нижнее веко. Красноречиво, – Но она просто взяла и…

Я захохотал.

Мама устроила нам с Эстер боевое крещение. Испытание любви. Вбила в наши метки один общий гвоздь, так что теперь наш брак не подлежал расторжению никакими уловками.

– А ты типа не ожидал? – я не верил Алику ни на грош. В смысле в той части с его праведным возмущением. Что он спелся с моей матерью – "великой и ужасной Каменной Драконицей" – я верил вполне.

– В итоге Илиас лишён сил. Это и есть его наказание. Умный, талантливый парень. Жаль. Посмотрим, можно ли с ним что-то сделать и стоит ли. Культ Бездны уничтожен. Враги Терновой короны наказаны. Спруты вновь вывернулись в последний момент, оказавшись "добрыми друзьями и союзниками". Всё кончилось хорошо, но… Я бы не стал так рисковать ни дочерью, ни тобой, если на то пошло, – с чувством выговорил Серебряный Змей, обрушиваясь в кресло напротив меня. Пригубил из кубка, что стоял на низком столике, и вдруг хватившись, продолжил, – потому что жизнь Эстер на тебя завязана…

– Стал бы, – отрубил я, – и был бы прав. Я благодарен.

Теперь уже Алик недоверчиво изгибал бровь. Демоны… а мертвячка-лекарша права. Мы и впрямь чем-то похожи…

– Благодарен?

– Тебе хватило на такое мудрости и холодного рассчёта. И на сделку с моей матерью. И на то, чтобы вовремя закрыть глаза. И на то, чтобы "слишком поздно" понять, что магический контур замыкают не так, как вы, Змеи, планировали… И натурально сыграть удивление перед Правителем. Я, быть может, так не смог бы.

– У тебя будет шанс это проверить, – усмехнулся Алик, прекратив ломать комедию.

– В смысле?

Я встретился взглядами с Серебряным Змеем. Он заговорщицки подмигнул мне кобальтовым глазом. Мне померещилось или что? Это было явно слишком…

– Я считаю, что заслужил отдых. Я не был в заслуженном отпуске со свадьбы Правителя, чтоб ты понимал. Я уеду. С Элиной и детьми. Кроме Эстер, разумеется. А Академия Белый Стан останется на тебе…

Я вытаращил на Алика глаза. А он просто плеснул мне в кубок чёрного бодрящего нектара – кофе. Этот напиток пришел в Мора-Ви из немагического мира. И очень полюбился Драконам. Но нужно много выдержки, чтобы кофе не одурманил драконий разум. Что особенно обидно – люди и Змеи великолепно его переносят…

Я сделал глоток.

– Зачем это, Алик?

– Я устал, не могу я устать?..

– Серебряный Змей?..

– Особых дел я на тебя не оставляю. Так, по мелочи. Нота из Аскарда пришла.

– Аскарда?

– Твердыни Ледяных Драконов. Иномиряне. Из Асэта – мира Драконов. Слышал про такой? Юный Виктор и твой друг-Дракон Кай Райдос оттуда родом.

– Не скажи, – ухмыльнулся, пропустив шпильку, – Виктор как будто бы скорее отсюда, чем из Асэта.

– С Виктором вообще интереснее, чем может показаться. Но это мы через полгодика обсудим… сейчас на повестке только нота из Аскарда. Наука. Лекции. Почему бы не согласовать визит светил из Аскарда… с учебными целями?.. Разберись с этим.

Я оскалился и коротко кивнул. Мне бы тогда слушать Серебряного Змея повнимательнее… Но я пропустил фразу о Викторе мимо ушей. Решил это – "общее место". За что пять месяцев спустя меня ожидал "сюрприз". Правда, тогда я этого не знал.

– Я ушёл, Гидеон. На ближайшие два месяца, считай, ты – Ректор. Займись учебным планом. И пригляди за порядком,– подытожил Серебряный Змей.

***

пять месяцев спустя

Эстер

Гидеон вёл лекцию по искусству Чёрной магии.

Мне нравилось, как он говорит.

Я до сих пор грешила тем, что иногда переставала его слушать – слышала лишь приятный звук голоса, и теряла нить: о чём же лекция?

И неумолимо “отрабатывала” за свою невнимательность этому беспощадному Декану уже вечером этого же дня. Или ночью. А иногда – Гидеон и вовсе не дождался ночи. Отработка настигала нас где-то в большом перерыве.

Так и в этот раз – я потеряла нить.

Про что там у нас лекция? Без понятия.

Услышала только, как один недальновидный адепт – из новеньких, переведённых в Белый Стан из другой магической академии – о, ужас: фыркнул в ответ на жёсткое наставление моего грозного декана-Дракона.

И тут же за это поплатился.

Я любила смотреть, как злится мой муж.

Мне нравилось, как за окном начинают бить молнии прямо в землю, во дворе Академии. Как разражается лютейшая буря… И это несмотря на то, что способности мужа так полностью и не восстановились после путешествия по миру Бездны. Но это всё – в будущем. И я была спокойна. И наслаждалась каждым днём вместе!

И мне нравилось сейчас – каждое его грозное слово.

Нравилось, как Гидеон с рыком велел всем “убираться к демонам из аудитории”.

Нравился терпкий запах грозовой свежести, заполнивший комнату…

И как все немедленно удирали.

Оставалась лишь я.

Несколько шагов по ступеням на возвышение лекторской кафедры.

Я вот уже я в жёстких руках мужа, в очередной раз – переживаю обращение его почти-божественного гнева в сладкую штормовую страсть.

Я быстро сбрасываю одежду – потому что он – непременно её порвал бы. Я с жаром отвечаю на его требовательные ласки.

Отдаюсь ему прямо в аудитории на ближайшем столе.

Принимаю в себя, чувствую его…На каждый жёсткий толчок – вторжение его мужской плоти глубоко в меня – мир немного меняется.

И когда в этот раз муж горячо изливается в меня – мы валимся в деревянную щепу. Очередной стол “сгорел в пламени нашей страсти”.

Я смотрю в потолок аудитории, пытаясь выровнять дыхание. Прижимаюсь к обнажённому телу мужа.

Гидеон ласково целует меня в висок

Что-то произошло, – вдруг понимаю я. Что-то очень важное. Чувствую, что судьба только что изменилась.

“Эстер”, – безмолвно обращается ко мне мой любимый Штормовой Дракон.

“Что, любимый?..”

“Твой отец зовёт нас. Срочно”.

Мы быстро одеваемся.

Гидеон небрежным магическим пассом пальцами восстанавливает разрушенный стол. И мы уже быстрым шагом выходим из аудитории, держась за руки.

О, я знала, зачем отец зовёт нас.

Вчера вечером пропала Диара – моя двоюродная сестра. Дочь правителя Моравии – великого чёрного Змея Арона и маминой старшей сестры – Алисы.

Диара не просто пропала.

Её как в сказке… унёс Дракон!

Я улыбнулась. Потому что знала: история, которая сейчас началась у сестры – закончится сказочно. Прекрасно. Сча́стливо!..

Но я также знала, что отец, Правитель и ещё много кто – не разделяют моей лояльности к драконьему племени.

Так что зачем отец вызывал нас в свой кабинет – не было сюрпризом. Наверняка там сейчас разгневанный Правитель, потребует у Гидеона построить портал в далёкий мир – где теперь оказалась Диара.

Гидеон будет уклоняться – по убеждениям и из братско-драконьей солидарности. Я буду поддерживать мужа… ведь это именно из-за него тот Дракон пришёл к нам и забрал мою сестру.

Так что мы сейчас спешим навстречу грандиозному скандалу.

***

– Где моя дочь? – пугающе ровно шипит Арон, как будто ко всем нам, а не только к отцу, – я прекрасно осведомлен, что здесь сейчас все причастные к её зачислению. И исчезновению…

– Арон… – отец медленно поднялся из-за стола и поднял руки ладони вверх в примирительном жесте, – мы с этим разберёмся… Давай составим план. Обсудим по существу.

В ректорском кабинете сейчас были не только мы с Гидеоном. Ещё мой друг – юный огненный Дракон Виктор – наверно, потому, что он единственный в Академии родом из того самого драконьего мира, где терялся след Диары.

Я держала Гидеона за руку, сплетя пальцы. Меня переполняла нежность. Я всё ещё тонула в чувственных воспоминаниях о том, что между нами так недавно произошло.

У меня вдруг закружилась голова – от гнева Правителя в просторном кабинете словно кончился воздух. Магические потоки бурлили. Магия сходила с ума. Гидеон положил мне руку на центр спины, чтобы привычно вытянуть из меня дискомфорт. Он часто так делал… а сейчас – это вдруг не сработало.

Наоборот – стало хуже.

Во рту появился железный привкус.

Отец уже не был поглощён Правителем. Кобальтовые глаза, такие же, как мои смотрели цепко. Очень внимательно. У отца мелко дёрнулось нижнее веко.

“Демонова Бездна!”, – прочитала я по губам отца.

Чего это он?

Даже Правитель Арон перестал расплёскивать яд и угрозы. В комнате пахнуло грозовой свежестью, и я с облегчением сделала глубокий вдох. Но меня вдруг качнуло – Гидеон придержал меня за талию.

– Я бы вас поздравил, – прошипел Арон, и снова перевёл взгляд бездонных чёрных глаз на моего отца – и тебя тоже, Алик. Но у меня пропала дочь!!!! Свяжись с сильнейшими артефакторами и порталистами. Куда бы это… существо… её ни унесло, я иду за ней. А наши Драконы меня проводят!..

Я перевела взгляд на юного Виктора. Черноволосый огненный дракон стоял перед разгневанным Правителем с ровной спиной. В своём мире он наследовал престол огненной державы, и его было не впечатлить гневом Правителя. Отец Виктора и сам любил “погневаться” громко, так что…

А, впрочем, что-то я уловила в прозрачно-голубых глазах Виктора.

Он отвернулся от отца с Правителем. Точно их тут вовсе нет. А те… как будто и не разозлились.

Странно.

Но не страннее, чем то, что случилось дальше.

Виктор быстро переводил взгляд: с меня на Гидеона. Потом снова на меня. На мои глаза затем куда-то вниз, на мой живот. И снова мне в глаза.

Да что тут происходит?!

– Эстер… – тихо произнёс Огненный Дракон. В его глазах недоумение сменилось “озарением” а потом он пошатнулся, лицо исказила мука – словно его пронзила жгучая боль.

Виктор упал передо мной на одно колено, схватился за левое запястье и чуть ли не зарычал сквозь сжатые зубы.

Изначальная сила, я ничего не понимаю!

Правитель перестал скандалить вовсе.

Они с отцом заботливо подхватили Виктора под руки и усадили на светлый диванчик для посетителей.

– Отдышись парень, – усмехнулся Правитель, – ты попал, конечно …

– М-да… – только протянул мой отец, беря Виктора за левое предплечье. Он осторожно отвёл рукав форменного пиджака Огненного Дракона.

На коже Виктора расцветала метка. Завитки проявлялись прямо на глазах. У них был серебристый отлив, по руническому ставу словно пробегали маленькие белые грозовые молнии.

И тут до меня начало доходить, что только что произошло…

На глаза навернулись слёзы. Мне вновь перестало хватать воздуха.

Гидеон, который последние несколько секунд стоял, замерев, подобно мраморному изваянию рядом со мной – вдруг прижал меня к своей груди. Крепко, но очень осторожно.

– Гидеон?.. – я, кажется, даже не прошептала имя мужа, просто беззвучно пошевелила губами. Но он меня, конечно, услышал.

Штормовые глаза смотрели на меня с нежностью.

Муж подхватил меня на руки, я обвила его широкую шею руками.

Я перестала замечать всех остальных.

“Гидеон?.. Я что… мы что?..”

“У нас будет ребёнок, Эстер”, – ласково прозвучал голос мужа в моих мыслях, а на его губах сейчас блуждала удивительно светлая улыбка, – “дочь. Штормовая Змейка…”

– Так вот что ты имел в виду, Алик, – вдруг произнёс мой муж вслух, переводя взгляд на моего отца, – что “ с Огненным Драконом вообще интереснее, чем может показаться”?! А ты, маленький Дракон, признавайся, знал, что станешь Истинным моей дочери?.. Ты же видящий.

Я взглянула на Виктора. Он улыбался, через боль, которую, очевидно, причиняла ему сейчас свежесотворённая метка истинности.

– Знал, – просто ответил Дракон.

– Поэтому помогал? – прошептала я.

– Это была моя судьба, Эстер, – выдохнул Виктор, – я чувствовал её. Даже когда ещё не было чётких виде́ний. Желание защищать ваш брак… было для меня непреодолимым… А почему так, я понял намного позже, но…

– Интриганы, – скучающим тоном перебил Правитель Арон, – все. До единого. Тут отбор кадров и зачисление в Академию по этому принципу, да, Алик?

– Арон, – улыбнулся мой отец, – а ты как хотел? Если ты сам по этому принципу отбираешь приближённых.

– Твоя правда, – усмехнулся Правитель и посмотрел на меня внимательно, – твоей матери будет непросто это принять, Эстер. Она пока не примирилась… с Драконом в своей семье. Ей не хватит широты взглядов…

– Мама примирится, – вдруг твёрдо произнесла я, заглядывая в бездонные глаза Арона, в которых плескалась первородная Тьма, – потому что мама любит меня и принимает мой выбор … И она за меня порадуется. А вы сможете… порадоваться за Диару?

В Ректорском кабинете повисла тишина.

Виктор и мой отец широко одобрительно улыбались.

Гидеон всё так же держал меня на руках, заботливо прижимая к мощному горячему телу. Я обнимала мужа за шею. Я ничего не боялась. Я была свободна и счастлива. Под абсолютной защитой.

И наблюдала исторический момент: Великий Чёрный Змей – Правитель Арон – на несколько мгновений лишился дара речи.

конец

Оглавление

Пролог. Чужая постель Глава 1. Дракон! Глава 2. Куда собралась? Глава 3. Твоё место здесь. Глава 4. Беги! Глава 5. Сделай то, что мне нравится Глава 6. Прощаю Глава 7. Здравствуй, папа. Глава 8. "Высокие отношения" Глава 9. Папина дочка Глава 10. Очень опасный план Глава 11. На колени Глава 12. Попытка договориться Глава 13. Жалеешь? Глава 14. Свадьба Глава 15. Решение Глава 16. Дела семейные Глава 17. Конец веселья Глава 18. Драконьи рефлексы Глава 19. Новый опыт Глава 20. Преступление Глава 21. Выбирай Глава 22. Верю – не верю Глава 23. Её новый Декан Глава 24. Его любимая адептка Глава 25. Магический лес Глава 26. Первое свидание Глава 27. Это не больно Глава 28. Полёт Глава 29. Новые ощущения Глава 30. Новые подозреваемые Глава 31. Новые союзники Глава 32. Новые правила Глава 33. Лекция Глава 34. Новая адептка Глава 35. Первая ночь с Деканом Глава 36. Западня Глава 37. Обвинения Глава 38. Горжусь тобой Глава 39. Исчезновение Глава 40. Старый знакомый Глава 41. По следу Глава 42. Новые способности Глава 43. Каменная Богиня Глава 44. Поражение? Глава 45. Какая встреча! Глава 46. Её выбор Глава 47. Его выбор Глава 48. Победа Глава 49. От судьбы не уйдешь Глава 50. Эпилог