Библиотека :)

Исцеляющая тьмой. Новый мир 646K - Нинель Мягкова (скачать epub) (скачать mobi) (скачать fb2)

Нинель Нуар Исцеляющая тьмой. Новый мир

Глава 1

Я лежала на спине, чувствуя, как неведомая тяжесть сдавливает грудь.

Еще и вибрирует!

Приоткрыв глаза, я встретилась взглядом с Тьмоком.

Кот распластался поперек моего торса выжатой тряпочкой и беззвучно тарахтел на пределе возможностей. Заметив, что я пришла в себя, он дернул ухом в знак приветствия.

— Вернулась? — с облегчением проворчал он мысленно. — Я уж думал, развоплощаться придется. Мне ж больше ничья энергия не подойдет, только твоя. Чем умирать от энергетического голодания, лучше уж быстро и безболезненно…

— Умирать откладывается, — решительно заявила я вслух и не узнала собственный голос.

Подняла руку, чтобы почесать пушистика, и обомлела.

Этой ладони точно не четырнадцать.

Но и не за сорок. Уже хорошо.

Я выдохнула и повернула голову в поисках зеркала.

Комната знакомая. Та самая, в башне усадьбы Делл. Значит, здание уцелело и скорее всего его обитатели — тоже. По крайней мере некоторые.

— Что произошло? — прокаркала, пытаясь сесть. Тушка кота весила прилично, а сил у меня было маловато. Тьмокграциозно перетек в сторону и собрался в компактный клубок на подушке. — Как мы оказались здесь?

— Ты меня спрашиваешь? — фыркнул фамильяр. — Вывалились кучей, как снег на голову. Все в шоке, целители не знают, за кого первым хвататься…

— Целители! Райли! Как он? — спохватилась я.

Руки стиснули покрывало так, что ткань затрещала.

— Лежит отсыпается. Лекари его еле вытащили, говорят, не иначе как чудом продержался, — небрежно отозвался Тьмок, не подозревая, что в комнате едва не произошел спонтанный выброс темной магии.

Я осторожно, по одному разжала пальцы.

Он жив. Все хорошо.

Воспоминания о недавних событиях начали всплывать — хаотично, вперемешку. Сварги, ярсвены, Мараям.

Похоже, богиня выполнила обещанное и вернула нас всех в реальность. Только какой ценой? Что я отдала взамен?

Какие органы отказали?

Сердце вроде стучит. Руки-ноги на месте. Мозг работает…

Три шага до туалетного столика я проделала на чистом упрямстве. Рухнула на пуфик и уставилась на свое отражение.

Вот оно что.

— Тебе даже идее-у-ут, — муркнул Тьмок. — Все не малышня. Может, теперь всерьез воспринимать начнут.

Я накрутила на палец одинокий седой волос и дернула. Скривилась — больно.

Зато точно не иллюзия.

Мы вернулись.

А мне теперь… сколько навскидку? Лет двадцать пять? Двадцать семь? Богиня отщипнула сил, не жалея. Лет на десять состарила точно.

Никогда не слышала, чтобы перерасход резерва имел подобный эффект. Усталость, анемия, кома — да. Взросление? Ни разу.

Но все когда-то случается впервые.

Признаться, я даже рада. Как сказал Тьмок, теперь людям будет проще воспринимать меня всерьез. Я все еще девушка, но теперь хотя бы выгляжу совершеннолетней. Ближе к реальному возрасту.

Возможно, путешествие в прошлое наложило свой отпечаток? Душа старше тела, и сейчас они пришли в относительную гармонию.

Не знаю и знать особо не хочу.

— Пойдем, проведаем остальных! — заулыбалась я.

Накинула халат — мои пропорции изменились, прежние платья даже мерить смысла нет. Не сойдутся и коротковаты будут.

И распахнула дверь.

— Это-у вряд ли, — проурчал Тьмок, не двигаясь с места.

— Что происходит? — недоуменно заморгала я, переводя взгляд с одного стражника на другого.

Характерная форма королевских гвардейцев, незнакомые лица.

Долго я спала. Из столицы успело прибыть подкрепление.

— Прошу вас оставаться в комнате. Я сообщу целителям, что вы очнулись, — на грани вежливости заявил один из охранников. — И прикажу принести вам обед.

— Я и сама могу вообще-то, — предприняла я слабую попытку свести все в шутку.

Мужчины напряглись.

— У меня приказ не выпускать вас отсюда, — твердо заявил гвардеец. — Пока идет разбирательство, так будет лучше.

— Разбирательство? — туповатым эхом повторила я.

— Похищение принца. Сотрудничество с разведкой Эскармона. Сговор с темнейшей богиней. Запрещенные ритуалы, — отбарабанил как по писаному страж. — О времени заседания, где вы сможете изложить вашу версию событий, вас известят дополнительно.

— Ну и на том спасибо… — растерянно пробормотала я, машинально закрывая дверь обратно.

Действительно, если смотреть в таком разрезе — хорошо, что не казнили сразу.

Все еще пребывая в прострации, пересекла комнату и выглянула в окно.

От плюща, обвивавшего стену лишь недавно, остались жалкие пеньки с обугленными кончиками. Некогда цветущий сад испещрили рытвины и воронки — охрана йора Делла отлавливала сбежавших тварей.

— Рассказывай! — потребовала я у Тьмока, снова садясь на постель. Кот моментально воспользовался случаем, угнездился на моих коленях и довольно заурчал, подпитываясь из резерва. — Что здесь произошло и почему я вдруг стала крайней?

— Прорыв начался после обеда, — буднично принялся отчитываться пушистик. — Охрана среагировала быстро, заблокировала полигон, но несколько оттинусов успели прорваться и разбежаться по территории.

Я снова глянула в сторону окна.

— Это все последствия охоты на оттинусов?

— Ага. Девицы верещали так, будто их уже жрут, — фыркнул Тьмок. — Половину тех разрушений причинила йоруна Кадди. Она, оказывается, панически боится крыс…

Несмотря на серьезность ситуации, я не сдержала смешка.

— Купол выдержал, но то, что творилось внутри, произвело впечатление на всех, — продолжал кот. — Через прорыв пришло сотни две самых разных чудовищ, они жрали друг друга и пытались прорваться наружу. Йор Делл поседел окончательно. В случае чего отвечать-то ему! Его усадьба, его укрепления.

— Обошлось же, — пожала я плечами.

— Обходилось, пока не явилась ты! — проурчал Тьмок. — Щит лопнул как мыльный пузырь. Тварей разнесло на кусочки, полигон тоже. А в центре — вы все, без сознания, с признаками отравления и истощения. А ты еще и светилась зеленым, и висела над остальными как маяк в океане. Сразу видно божественное вмешательство! Йор Делл бы промолчал, но здесь собралось столько аристократии… Донесли в ближайший храм, жрец примчался раньше подкрепления из столицы.

— Жрец? — заморгала я.

Такого поворота не ожидала. Полученное от Лаандары благословение меня как-то расслабило и внушило уверенность в собственной неприкосновенности.

Похоже, зря.

— Светлейший Хравнир осмотрел место происшествия и постановил, что произошло явление темной богини. На тебе явственно виднелись следы энергии Мараям, да и внешне ты изменилась… Сказали, ты приняла ее суть и прошла посвящение Тьме. В прежние времена тебя бы казнили сразу через сожжение, но за тебя вступился принц. И этот, как его… Мортен. Тут уже гвардейцы его величества встрепенулись, мол, с каких пор Эскармон вмешивается во внутренние дела Скайгарда.

Я схватилась за голову, безуспешно пытаясь переварить краткий пересказ событий. Вроде бы все хотели как лучше, а получилось что получилось.

И зачем Тео полез в эту кашу? Промолчал бы, все равно почти все время пролежал без сознания. Акселю, может, еще бы поверили, тем более что пограничники подтвердят его версию. Да и король на моей стороне.

Но раз жрецы в меня вцепились, они любые показания извратят как им удобно.

— Дату заседания пока не назначили, — продолжал тем временем Тьмок. — Решают, какую статью к тебе применять — светскую или религиозную. Пропажа его высочества и несанкционированное сотрудничество с Эскармоном или использование магии для запрещенных ритуалов и поклонение проклятой богине? Расследовать будут все, но от того, какую провинность признают более серьёзной, зависит, кто именно будет вести дело. Военные или жрецы.

— Оу.

Только теперь до меня дошло, откуда взялись абсурдные обвинения в похищении Акселя. Скорее всего, принц сам их выдумал на скорую руку, чтобы храм не забрал меня с ходу в темницу.

— А ничего, что прорыв произошел сам, без моего участия?

— Это тебе еще доказать придется, — вздохнул кот. — Светлейший Хравнир настаивает, что ты все подстроила и заманила безвинных в ловушку своего коварства. Бесстыдная и злобная, как и положено последовательнице Тьмы.

Застонав, я рухнула на спину поперек кровати, раскинув руки.

Внутри плескалось бездонное море магии. Резерв после пережитого стал еще больше, а где-то в глубине крохотным огоньком сияла переданная Мараям сила. Откуда-то я знала, что в любой момент теперь могу воззвать к богине, и она откликнется.

Но явление ее переживут не все.

В том числе я сама могу сгинуть.

Эдакое оружие массового поражения на самый крайний случай.

Пожалуй, жрец не так уж и неправ, подозревая, что я опасна для всего человечества.

В дверь постучали спустя полчаса.

Я успела выслушать версию событий от Тьмока, побродить в раздумьях по комнате, посидеть на подоконнике, глядя на развороченный сад.

Ощущать себя взрывчаткой замедленного действия было непривычно. Не могу сказать, что неприятно — все лучше, чем оказаться беззащитной против толпы тварей. Но хорошего визит на изнанку принес мало.

Больше проблем.

Из полезного — ни один человек в трех королевствах теперь не сомневается в реальности угрозы.

На этом, пожалуй, и все.

А вот негатива список впечатляющий. В особенности в том, что касается моего будущего.

Если перевесят светские обвинения, мне все равно предстоит судебное разбирательство.

Допустим, меня оправдают благодаря многочисленным свидетельствам очевидцев. Но поскольку процесс международный, да еще и замешана разведка, дело это небыстрое. Месяцы, если не годы.

У нас столько времени нет.

Не на это ли рассчитывают жрецы, затевая ерунду с расследованием? Потянуть время, чтобы… что? Позволить тварям захватить мир? Неужели именно Лаандара — создатель тех алтарей и зачинщик всего безобразия? Но энергия, исходившая от камней, совершенно точно родственна некромантам.

Тогда почему притянуло целителя? Маги жизни не взаимодействуют с тьмой. Она противоположна их сути.

Только сейчас я осознала, что помимо меня — ходячего парадокса, поблизости от алтарей находились еще две редкие пары родственничков. Некроманты Гравлунд и Мортен, а также сестра одного и брат другого, целители.

Тут явно существовала взаимосвязь, но уловить ее и сформулировать не получалось. Интересно, в архивах академии, в той самой закрытой секции, найдутся дополнительные сведения?

— Как поживает йоруна Гравлунд? — уточнила я у Тьмока.

Мой голос прозвучал неожиданно резко и громко в тишине комнаты. Похоже, кроме меня в башне никого более не осталось. Личные покои-темницу отвели.

— Жива-здорова, — с легким недоумением отозвался кот.

К остальным спутницам я такого интереса не проявила. Если честно, мне было все равно, выжили девицы после нападения или нет. Точнее, я относилась к ним так же, как к слугам или рядовым бойцам. При случае помогу, но если нет — такова их судьба.

Многолетняя война ожесточает даже самых нежных и чувствительных.

— Ничего необычного с ней не произошло? Особенно во время прорыва, — настаивала я.

О том, что творилось на изнанке, я поведала коту лишь вкратце. Без особых подробностей. И с чего начались проблемы, тоже не упоминала. Самой бы понять сначала, что послужило катализатором: присутствие целителя и некроманта или же брошенный не вовремя огненный шар?

— Ну теперь, когда ты спрашиваешь… — Тьмок задумался, смешно наморщив нос. — Было такое чувство, что за йоруной оттинусы охотятся особенно настойчиво. Но девушки все вместе бегали, толпой, так что неизвестно, кто именно был их целью. Возможно, и она. А что?

— Да ничего. Так, мысли вслух, — отмахнулась я, не готовая делиться смутными сомнениями.

Слишком уж странно они звучали.

Ну правда, зачем тьме — свет? А если это Лаандара, то почему эманации алтаря темные и срабатывал он на прикосновение некромантов?

Или он сработал именно на мое прикосновение, а не всех некромантов?

Целители-то к камням до сих пор не приближались. Им просто незачем. Раненых поблизости не было, а в исследовательские группы светлые маги не входят. У них другой круг обязанностей.

Я ведь тоже лечить могу, пусть и ограниченно.

Какая часть моей силы срезонировала с алтарем? Некромантия или целительство?

И почему именно меня избрала Мараям? Не потому ли, что подобные уникумы рождаются не в каждом поколении и иных вариантов у нее просто не было?

Я далеко не самая умная, не самая образованная и даже не самая сильная. Были маги с резервом побольше. Но сгинули.

Что, если моя ценность именно в двойственности сути?

Глава 2

Первым меня навестил Аксель.

Не знаю, как принцу удалось прорваться мимо целителей и охраны, но факт. Его высочество с размаху бухнулся на мою постель и тяжко вздохнул:

— Прости уж. Не придумал ничего лучше с ходу, — повинился он.

Я пристроилась на пуфике, изображая чинную йоруну — руки на коленях, взгляд в пол.

Сидеть все равно больше негде, разве что на полу.

— Что наговорил хоть, расскажи подробнее. Мне нужно знать, в чем я виновата, — потребовала, не выдавая Тьмока.

Не потому, что не доверяла Акселю, просто не хотела светить разведывательные способности кота. Мало ли когда и как пригодятся. Лучше пусть останутся тайной.

Принц повторил то, что я уже слышала. Про поклонение изгнанному божеству против сговора с иностранным государством. А еще добавил новых сведений про остальных участников нашего небольшого, но весьма неприятного приключения.

— Эскармонцы все в порядке, так что с этой стороны претензий нет. То, что произошло с их целителем, случилось по его вине, тому есть сразу несколько свидетелей. Раненых лечат и надеются вытянуть всех, убитых нет. Но вот что касается запрещенного ритуала, тут ты влипла. Парень, который проболтался, не хотел дурного. Наоборот, он был в таком восторге, что не сообразил сразу, что заклинание на крови. Кстати, все из нашего отряда передают тебе привет и наилучшие пожелания вместе с признательностью за спасение.

— Не за что, — отмахнулась я. — Моей заслуги в том нет.

— Знаю, — очень серьезно кивнул Аксель. — Но продержаться до прихода богини мы смогли именно благодаря тебе.

— Не понимаю, почему она не явилась раньше, — нахмурилась я. — Мы ни на шаг не приблизились к месту ее заточения — если, конечно, это было оно. Тогда что изменилось?

— Райли был ранен. Возможно, его близкая смерть притянула Мараям? — предположил принц.

Я поежилась.

Гарральт действительно опасно близко подошел к черте. Еще немного, и даже божественное вмешательство его бы не спасло.

Вопреки верованиям, темнейшая не возвращает с того света. Оттуда вообще не возвращаются.

Даже я, попавшая в собственное прошлое, не умирала для этого.

Но почему тогда Мараям не вложила в меня частичку своей сути во время переноса? Почему именно сейчас? Из-за иной печати? Ведь тогда на мне была пусть модифицированная, но целительская. А сейчас полноценная некромантская.

От напряженных размышлений разболелась голова.

Аксель заметил, как я побелела, и поспешно поднялся.

— К тебе сейчас придут целители. Они из своих, не стесняйся, вываливай все, — посоветовал он. — Суд отсрочен, первый допрос состоится не раньше, чем ты полностью оправишься. Тогда и определится, светское заседание будет или нет.

— Зачем тянуть? Не проще ли разобраться с этим делом как можно быстрее? — нахмурилась я.

— Мы бы с радостью, но жрецы требуют вдумчивого и основательного разбирательства, — поморщился принц. — Мне кажется, они не столько жаждут тебя казнить, сколько тянут время.

В двери постучали снова. Наша беседа подошла к концу: целители ждали своей очереди, чтобы зафиксировать мое состояние.

Вопиюще прекрасное, должна заметить.

Прогулка по изнанке пошла мне на пользу. Каналы укрепились, резерв расширился, внешне я прямо-таки сияла здоровьем. Пусть и прибавила несколько лет, но выглядела цветущей, чем ставила целителей в тупик.

Судя по мрачным переглядываниям, говорило это не в мою пользу.

— Вас что-нибудь беспокоит? — допытывался йор Берг-старший.

Его спешно вызвали из столицы как лучшего специалиста по экстренным и необычным случаям. Все-таки не каждый день целый отряд возвращается из небытия.

— Нет, все хорошо, — безмятежно отвечала я.

Если не принимать в расчет назревающее расследование и следствие — все просто прекрасно.

— А что насчет… — мужчина замялся, готовясь объяснять недавнему подростку подробности взрослой женской жизни.

— Пока не знаю, — избавила я его от неловкости. — Организм в порядке, предполагаю, что дальнейшее развитие пойдет как положено. В данный момент мне биологически около двадцати пяти, возможно, чуть меньше. Сложно сказать наверняка. А как состояние остальных?

— Неплохо. Раненые стабильны, — уклончиво ответил целитель.

— Что по некромантам?

Лицо целителя выдало его с головой.

Я встревоженно напряглась.

— Резерв йора Мортена полностью опустошен и не восстанавливается, — нехотя ответил йор Берг. Судя по шепоткам за его спиной, информацией этой со мной делиться не предполагалось, но наше давнее знакомство перевесило инструкции. Опытный целитель понимал, что мои советы могут принести больше пользы, чем все его коллеги вместе взятые. — Мы поместили его в отдельную палату, он в сознании и трезвом рассудке, но не способен принимать силу извне. Ни через накопители, ни самостоятельно. Словно внутри стоит некая блокада, или место уже занято… чем-то.

— Кажется, я даже знаю, чем, — мрачно заметила я. — Позволите его осмотреть?

— Разумеется! — оживился йор Берг. Оглянулся на покашливающих коллег и поправился: — Немного позже. Вас сначала должны допросить.

— Позже может быть уже поздно, — покачала я головой. — Если проблема в том, в чем я думаю, негативная энергия приживется и изгнать ее будет не так-то просто.

Йор Берг поджал губы.

Исследователь и новатор в нем сейчас боролся с добропорядочным гражданином, беспрекословно подчиняющимся приказам сверху. В итоге лекарь, приносивший в свое время клятву заботиться о пациентах любой ценой, победил.

— Под мою ответственность! — отрывисто бросил йорБерг спутникам и, подцепив меня под локоть, поволок за собой.

Хорошо, я в приличном виде была, уже не в халате.

Да и идти нам было недалеко, в соседний флигель.

Комната йора Мортена отличалась от отведенной мне разве что цветом. И отсутствием зеркала над столом. Мужчине хватит и того, что в ванной, чтобы побриться и привести себя в порядок.

Удобная постель с несколькими подушками и стеганым одеялом, окно с видом на развороченный сад — другой его уголок, тоже прилично пострадавший — и небольшой встроенный шкаф довершали обстановку.

Некромант бродил из угла в угол, как загнанное животное. При звуке поворачивающегося ключа вскинулся и уставился на дверь со смесью предвкушения и тревоги.

В этом коридоре тоже выставили стражу. Ничего удивительного: гости из соседней страны, подозреваемые в шпионаже и диверсии, доверием не пользовались. Хорошо еще, лечить не отказались.

— Вы? — изумился йор Мортен при виде меня и нахмурился. — Мне кажется, или йоруна изменилась?

— Повзрослела немного, — усмехнулась я, подходя ближе. — Вы позволите заглянуть в ваш резерв? Я немного целитель и попробую помочь.

— У вас есть разрешение на подобные манипуляции от его величества? — не вовремя встрял один из охранников. — У меня четкий приказ допускать сюда только целителей.

— Она со мной! — отрезал йор Берг. — Если на нашей территории, по нашей вине пострадает дипломат, Эскармон может объявить войну Скайгарду. Вы возьмете на себя такую ответственность?

— Но приказ… — растерянно пробормотал воин, не двигаясь с места.

— Все согласовано! — заявил из-за его спины Аксель, просочился в комнату и закрыл за собой дверь, отсекая всех посторонних.

— Ты здесь что делаешь? — возмутилась я.

— Слежу за тобой, — ничуть не смутившись, ответил принц. — Так и знал, что ты куда-нибудь вляпаешься сразу же, стоит мне отвернуться.

— Кто бы говорил, — проворчала я себе под нос, тем не менее улыбаясь.

То, что его высочество доверяет мне до такой степени, что готов пойти против воли отца, одновременно хорошо и плохо.

Для меня — однозначно хорошо, облегчает множество задач разом.

А вообще — плохо, потому что мало ли кто еще приобретет подобное влияние? Друзья, любовница, жена… Король, которым вертят все его близкие, быстро заканчивает свои дни в опале и позоре, если вообще выживает.

Нет, правитель из Акселя точно никакой. Как бы намекнуть его отцу потактичнее, чтобы изменил порядок наследования в пользу младшего сына?

— Что нужно делать? — вернул меня в реальность вопрос йора Мортена.

Он в нетерпении топтался на месте, понимая, что каждая минута промедления приближает неприятный исход его проблемы.

— Садитесь. Возможно головокружение и иные побочные эффекты, — предложила я, устраиваясь прямо на полу у кровати.

Если ощущения хоть отдаленно похожи на те, что были у меня во время последней беседы с Мараям, то и кляп бы не помешал. И звукоизолирующий купол.

— Поставь щит, как я показывала, — приказала я Акселю, не оборачиваясь. — И держи, что бы ни творилось.

С этими словами я взяла йора Мортена за запястья. Там, где тонкими прерывистыми ниточками бились сила и пульс.

Поначалу ничего не происходило.

Закрыв глаза, я вслушивалась в чужое сердцебиение, пытаясь поймать ту самую неправильность.

Целитель из меня во все времена был никакой. В частности, потому что дара мне достался крошечныйплевочек. Царапину на самой себе залечить или боль снять во время женских дней. Ну, кровь остановить, чтоб не хлестала очень уж и раненый дождался нормальных лекарей.

Глубокой диагностикой во время учебы я увлеклась именно из-за ограниченного резерва.

Кто-то вроде йора Берга мог просто омыть пациента чистой силой, не заморачиваясь с диагнозом, и оздоровить его с головы до ног. Такой подход работал далеко не всегда — в том же случае с йоруной Моэн поток энергии скорее причинил бы вред, чем помог. Потому целители применяли этот прием лишь в крайнем случае, когда от скорости их реакции зависит жизнь пациента.

Мне же он и вовсе был недоступен. Приходилось глубоко закапываться в нутро организма, чтобы определить источник проблемы, а затем воздействовать ювелирно, орудуя магией как тонкой иглой.

Резерв на первый взгляд выглядел нормально. Светился ровно, показывая заполненность под завязку.

— Попробуйте сотворить что-нибудь простенькое. Светлячок, например, — попросила я вполголоса, чтобы не сбиться.

Над выставленной ладонью йора Мортена обозначился неуверенный огонек и тут же погас.

Тьма внутри некроманта встрепенулась, активизируясь.

Резерв не был полон.

Он был забит гнилостным потусторонним веществом так, словно готовился вот-вот лопнуть. Часть гадости успела просочиться в прилегающие основные каналы, закупоривая их и пропитывая тело.

Еще час-другой, и Тео ждала незавидная участь.

Разложился бы он заживо или превратился в монстра — не уверена. Выяснять не хочется.

Я действовала интуитивно. А как еще, если прежде мне не доводилось контактировать с изнаночной тьмой? Уничтожать ее, разве что. Или почесывать за ушком, но тут дар не нужен.

Подцепив плещущуюся черноту, я потянула ее на себя.

В себя.

Та часть, что принадлежала Мараям, жадно заворочалась, ожидая лакомый кусочек.

Подкармливать постороннюю сущность в себе — не самый умный ход. Но выплескивать чистую тьму наружу в доме, да еще в жилой части…

«Надо было, наверное, отвести йора Мортена на полигон. Или на то место, где он когда-то был», — пронеслась запоздалая мысль.

Мышцы на руках некроманта напряглись, под кожейвздулись вены. Тео скрипнул зубами, давя вопль боли. Он мужчина, ему не положено орать в голос — хотя лучше бы орал. До меня докатывались отголоски его мучений. Словно внутри, в глубине живота, засел колючий комок, и его вытягивают по клочку, по ниточке, полосуя ткани и раздирая внутренности.

Никакого физического урона при том не причинялось. Йор Берг дежурил рядом, не отходя ни на шаг, готовый в любой момент перехватить пациента и приступить к реанимации, но его участие не требовалось.

Вопреки сокрушающей боли, на лицо йора Мортенапостепенно возвращался румянец.

Чем меньше чужеродной тьмы оставалось в нем, тем легче становилось дышать.

Наконец я выдернула последний хвостик, отчаянно цеплявшийся за резерв, и отвалилась на пол, как пресыщенная пиявка.

— Я ту-ут, — муркнул неизвестно откуда взявшийся Тьмок, обвиваясь вокруг моих коленей и деловито запрыгивая на живот. — Отда-уй.

Я с облегчением выпустила неприятно ворочавшееся внутри месиво. Впитываться в мой собственный резерв оно отказывалось, словно оттуда его что-то выталкивало, и поглощаться или развеиваться не спешило.

Кот топтался мягкими лапами, увесисто вдавливая их в мой торс, и с каждым шажочком тяжесть в груди уходила. Зато шерсть Тьмока залоснилась и засияла чернотой, будто он только что вымылся самым дорогим шампунем.

— Вроде все, — выдохнула я, проводя ладонью по лицу.

Брезгливо отерла ее о подол — пот стекал ручьями. Помыться бы.

— И правда. — Йор Мортен неверяще оглядел собственные руки, зажег на пробу скромный светлячок, а затем еще целый десяток, один за другим. — Все! Я чувствую, как заново наполняется резерв!

Некромант схватил один из лежавших на тумбочке накопителей и жадно всосал содержимое сквозь кожу. Прикрыл глаза, прислушиваясь к привычным ощущениям.

Стоявший рядом йор Берг удовлетворенно кивнул.

— Не вижу отклонений. Все в норме, не так ли, коллеги?

Коллеги подтвердили нестройным хором, с опасением поглядывая на нас с котом.

Йор Мортен сполз с кровати и опустился на одно колено, смиренно склонив голову.

— Я в вечном долгу перед вами, йоруна Вальд, — с мягким, почти незаметным акцентом сообщил он. Обычно его скайгардский безупречен. Значит, сильно волнуется. — Любое ваше желание отныне — приказ для меня.

— Ну что вы, не стоит… — вяло помахала я рукой, подбирая другой в охапку кота и садясь поровнее. Встать пока что опасалась: пол шатался и норовил уползти в сторону. — Это мой долг как целителя.

— Далеко не каждый пошел бы на подобный риск, — непреклонно мотнул головой Тео, не делая попыток подняться. — Ни сейчас, ни прежде. Прошу, не отказывайте мне в крохотном шансе послужить вам когда-нибудь надежным щитом.

— Да как хотите, — вздохнула я.

Зная упрямство йора Мортена — мое разрешение ему до фонаря.

Глава 3

Старый целитель понятливо протянул мне ладонь, помогая подняться.

Тьма почти полностью перетекла в удовлетворено урчащего Тьмока, а жадно плескавшаяся внутри часть богини обиженно хлюпнула и затихла.

Подкармливать я ее опасалась. Что, если Мараям планирует превратить меня в свое воплощение? Существуют легенды, что когда-то богини снисходили до смертных и занимали их тела. Из такого союза рождались невероятные подвиги, истинные пророчества и великие чудеса.

Плохо одно. Принявшие высшее существо в себя обычно долго не жили.

Убивали их свои, из страха, или же присутствие потусторонней сущности истощало слабую бренную плоть — неизвестно. Подробностей в летописях не сохранилось, а подобных явлений не случалось уже несколько тысяч лет.

На заре веков общение с людьми у богинь было более тесным и непосредственным. Со временем они почти перестали отвечать на молитвы напрямую, хотя тот же случай на острове Равиньян в эпоху завоевания архипелага говорил об обратном.

Я нахмурилась, вспомнив, что именно там мы обнаружили первый алтарь.

Какая здесь связь?

Есть же наверняка, просто я не могу ее сформулировать.

Могла бы подсказать Мараям, но поди с ней побеседуй, не организовав конец света…

— А что насчет остальных? — спохватившись, уточнила я. — С нами был еще как минимум один некромант, йор Хельст. Как он себя чувствует?

— С ним все в относительном порядке, — отмахнулся было йор Берг, но ответственно задумался. — Пожалуй, проверить бы не помешало.

Раскланявшись с воспрявшим духом Тео, мы двинулись к следующему пострадавшему.

Практически весь гостевой флигель теперь занимали раненые разной степени тяжести. Тех, кто приехал первым, до нападения, оставили в прежних комнатах, но коридор стал куда оживленнее, чем прежде. Помимо таскавшихся за нами хвостом целителей из ближайших городов подтянулись все лекари и их ассистенты. Мало подлатать больного — его еще надо наблюдать, на ноги поставить, менять повязки и все такое.

Йорун переселили поближе к хозяевам, от греха — то есть от меня — подальше.

На этом в принципе перестановки закончились. Усадьба Делл готовилась к подобным катаклизмам с момента основания и не подвела владельца.

У комнаты Райли мы притормозили. Внутри слышались голоса — велся нешуточный спор.

Дверь распахнулась мне в лицо, я едва успела отшатнуться.

— Йоруна Холл! — выдала я приветственный полуприсед.

Выпорхнувшая из комнаты раскрасневшаяся девушка вспыхнула еще сильнее и благочинно потупилась.

— Не имею чести вас знать. Йор Берг, йор Фьол, йорУртер, простите, что побеспокоила вашего пациента. Я уже ухожу.

— Йоруна Вальд? — раздался за ее спиной хрипловатый голос Райли.

Эйлин резко развернулась в мою сторону и уже не столь благовоспитанно всмотрелась в мое лицо.

— Да быть того не может! Что с тобой случилось? — выпалила она на одном дыхании. — Ты же… постарела!

— Я бы предпочла термин «повзрослела», — с коротким смешком отрезала я. — На худой конец — «выросла».

— Но седина…

Взгляд девицы метнулся к моим волосам, пробежал по лицу и нецензурно окинул декольте.

Да, есть некая польза от пропущенных лет. Фигура у меня оформилась как надо без промежуточных подростковых страданий.

— Считаю малой платой за возвращенные жизни, — еще холоднее заметила я.

До йоруны наконец дошло, что так пялиться, да еще и практически оскорблять спасительницу целого отряда не слишком прилично. Пусть меня ждет суд, а за спиной караулит стража — наследника спасла именно я. И он мне явно благодарен, раз везде сопровождает тенью.

— Да, разумеется, — вяло пробормотала Эйлин, неохотно отступая в сторону и пропуская нас.

По сравнению с йором Мортеном Райли выглядел неплохо. Но не отлично.

Йор Берг описал круг, как стервятник над жертвой, вокруг сидевшего за столом некроманта, поводил руками, даже принюхался.

— Позволите йоруне вас осмотреть? — деловито предложил целитель.

Остальные выразительно вздохнули, но промолчали.

Йор Берг и принц Аксель пообещали взять на себя всю ответственность. Потому лекари лишь наблюдали, запоминая и мысленно фиксируя показания для будущего допроса. Понятно, что самоуправство нынешнее нам с рук не спустят. Никто обратно спасенных не прикопает, конечно, но за вмешательство постороннего во врачебный процесс, без лицензии и разрешения сверху по головке не погладят.

В первую очередь меня.

Райли не отрывал от меня глаз с тех пор, как мы оккупировали его комнату. Казалось, он не замечал ни мельтешения целителя над головой, ни группы поддержки у дверей.

До него и вопрос дошел не сразу.

Некромант заторможенно моргнул и запоздало отозвался:

— Да, разумеется. Что-то не так?

— Мало ли, — туманно прокомментировал йор Берг и поманил меня ближе.

— Мы просто проверим, — неловко улыбнулась я.

Того месива, что творилось внутри Тео, не видно, но судя по эманациям тьмы кое-что успело зацепиться.

Недолго думая я опустилась на колени и уже привычно взяла Райли за запястья.

— Ты изменилась, — негромко и некстати заметил он, уставившись мне в лицо.

Ниже его взгляд принципиально не сползал, хотя заметно было, что некромант прилагал для того немало усилий.

Платье, что я выкопала в гардеробе как единственное подошедшее, все равно оказалось тесновато в груди. И декольте получилось внушительнее натурального.

— Сильно? — помимо воли вышло излишне кокетливо.

Пусть Райли сейчас моложе того, кого я помню, лет на десять, но загрубевшая кожа ладоней, длинные темные волосы и упрямый подбородок — все те же. С возрастом он заматереет, нарастит мышцы и ширину плеч, но в целом останется таким же.

Уверенным в себе, непробиваемым и спокойным практически в любой ситуации.

Вывести его могла, пожалуй, только я.

На той почве и сблизились.

— Не очень, — Райли помолчал и наконец выдавил: — Это была жертва, да?

— Что именно? — прикинулась я непонимающей, внутренне похолодев.

Все встреченные сегодня знакомые словно сговорились не поднимать тему моего резкого взросления. Ну, кроме особо тактичной Эйлин.

И вот теперь — йора Хельста.

— Твои волосы. И твое лицо… Ты отдала Мараям жизненную силу, чтобы спасти меня?

— Не только тебя, — увильнула я. — Нам всем нужна была помощь. И мы ее получили.

— Ценой твоей жизни.

— Лучше я отдам часть, чем мы все сдохнем на изнанке. Разве нет? А теперь помолчи, дай сосредоточиться. И сотвори небольшой светлячок, чтобы магия пришла в движение.

Резковато, но не надо было ковыряться в наболевшем.

Я еще сама не определилась, что чувствую по поводу произошедших изменений.

Годы не вернуть. Я могла бы прожить их иначе, а теперь просто умру на десять лет раньше.

С другой стороны, без моего вмешательства очень много людей погибло бы, не получив шанса состариться. И речь не только об отряде на изнанке, но и обо всех остальных — тех, кого мы теперь сумеем спасти от прорывов.

Надеюсь, сумеем.

Райли недовольно засопел, но смолк. Видно было, что к этой теме он еще вернется, и не раз. Но слово дамы для него по-прежнему закон.

Вот и славно.

Прикрыв глаза, я сосредоточилась на течении силы внутри его тела. После йора Мортена дело пошло веселее. Я примерно представляла, на что обращать внимание.

Тьмы в Райли оказалось не слишком много. Как и ощущалось с самого начала — небольшой островок в дальнем уголке резерва. Но и его необходимо выкорчевать, как потенциально опасную заразу.

Мне прежде не приходилось сталкиваться с таким феноменом. Способен ли некромант послужить маяком для нового портала и не превратится ли в своеобразный ходячий алтарь — неизвестно. Лучше не рисковать.

Пока вытягивала чужеродную энергию, поймала себя на том, что расцениваю тьму и Мараям как отдельные сущности. Хотя богиня управляла изнанкой и даже позволила нам ее покинуть, видно было, что это стоит ей немалых усилий.

Слова темнейшей о том, что она потеряла контроль над собственным домом, подтвердились. Мараям более не приказывала тьме — она боролась с ней, как и мы все.

И в то же время сохранились дружественные осколки стихии вроде Тьмока.

Мог ли кто-то захватить власть над изнанкой без ведома богини? Некая третья сущность? А то и сама Лаандара?

Обязательно наведаюсь в архив при академии. Там хранятся древнейшие легенды и хроники, должны уцелетьупоминания о тех временах, когда богини бродили среди смертных.

Насколько сильно они враждовали? Было ли изгнание Мараям организовано светлейшей, или люди сами придумали себе врага и постарались на свою голову?

Никогда не испытывала потребности побывать в храме. Особенно — Лаандары. А тут внезапно потянуло.

Посидеть, подумать в тишине.

Слишком уж противоречива поступающая информация. Не знаю, чему верить.

И кому.

Тьмок вспрыгнул мне на колени и заурчал, усваивая чужеродную энергию. На этот раз ее было не так уж много— пара ниточек.

Как и я, Райли старался использовать в заклинаниях ту силу, что насильно вливалась в него с изнанки, а потому свою почти не израсходовал. Значит, и места в резерве под тьму почти не осталось.

— Что со мной случилось? — прохрипел некромант севшим голосом.

Он не вскрикнул ни разу, но по закаменевшему лицу видно было, что молчание далось ему нелегко.

— Небольшое заражение тьмой. Если можно так выразиться, — хмыкнула я, отряхивая занемевшие пальцы. После двух исцелений подряд по ним стадами бегали мелкие противные иголочки, будто я их отморозила или отлежала. — Энергия изнанки просачивается в родственные магические резервы. В огневике ей делать нечего, а наша темная сила ей отчасти родственная. Вот и прицепилась.

— Отчасти? — ухватился йор Берг за мое замечание. — То есть некромантия не того же происхождения, что и твари? Разве вы все — не создания Мараям… прошу прощения.

Целитель примолк, осознавая, что сморозил лишнее, сравнив нас с монстрами изнанки.

Но обижаться на него бессмысленно.

Он произнес вслух то, что думали все остальные.

— Не совсем, — поморщилась я. — То место, куда мы попали… оно изменилось. Или всегда таким было, не знаю. Там дышать невозможно. Мы бы долго не продержались, не окажись в отряде маги воздуха.

— И не сумей ты позвать на помощь богиню, — добавил Райли, не подозревая, что подливает масла в огонь.

Ему что, не сказали, что жрецы планируют отдать меня под суд за связь с темнейшей? Вот уж друзья — врагов не надо! Если весь отряд даст аналогичные показания, меня никакие политические интриги Акселя не спасут.

— Мараям сама решает, кому помогать, — тактично вывернулась я и поднялась. — Кстати, ваше высочество, я бы хотела осмотреть полигон. Точнее, то, что от него осталось. Возможно, там тоже необходимо провести зачистку. Как бы дрянь не расползлась и не спровоцировала очередной прорыв.

Но тут мне даже принц не сумел помочь.

— Никак нельзя. — Страж смотрел на меня умоляюще, но рука на рукояти меча не дрожала. — По особняку бродить еще куда ни шло, но на место особого происшествия без письменного разрешения его величества — не пустим.

— А я вам что, хвост собачий? — рыкнул Аксель, но я успокаивающе положила руку на его плечо.

— Не нужно. Ребята просто выполняют свой долг. Подожду, пока получу разрешение. Там же все опечатано, верно?

— И в стазисе, — мрачно кивнул принц, буравя несгибаемых охранников взглядом. Те ежились, но стоялимолча и непоколебимо. — Расследование еще не завершено.

— Вот и славно. Потом взгляну, — жизнерадостно постановила я.

Все мы понимали, что для меня этого самого «потом» может и не наступить. Если жрецы выиграют спор, я сгину в подвалах ближайшего храма и вряд ли вновь увижу солнечный свет. Разве что сама Лаандара вступится — но это маловерноятно. С тех пор как она явила мне свое благословение, от светлой богини я не получала никаких вестей.

Больше пострадавших, нуждающихся в моих специфических услугах, не нашлось, так что меня под конвоем вернули в комнату — дожидаться исхода переговоров. Пообещали прислать еще еды — два подноса, что служанки притащили за время моего отсутствия, выглядели внушительно, но этого едва хватит восстановить силы после ритуала исцеления. А я еще после путешествия по изнанке толком не оправилась…

Впрочем, йор Берг все прекрасно понимал и пообещал проследить за питательностью рациона.

Я благодарно кивнула. Значит, не отравят хоть.

Время в заточении тянулось неимоверно долго.

За окном успело стемнеть, на небе зажглись непривычно яркие, холодные звезды.

Я доедала последнюю куриную ножку пополам с Тьмоком, когда со стороны распахнутой ставни послышался тихий свист.

Перевесившись через подоконник, я чуть не столкнулась лбом с Акселем.

Он притащил откуда-то высоченную лестницу, длины которой самую малость не хватило, чтобы дотянуться до третьего этажа. Сейчас его высочество застыл, опасаясь чихнуть и намертво вцепившись в отполированные залпами заклинаний камни.

— Ты что здесь делаешь? С ума сошел? Убиться решил? — поинтересовалась я с нескрываемым любопытством.

Кот тоже высунулся посмотреть, попутно уронив обглоданную косточку прямо на голову принцу.

Аксель скривился, но не шелохнулся.

— Ты хотела взглянуть на полигон, — прошипел ночной гость. — Спускайся. Сейчас самое время, все спят.

А я что?

Я согласилась.

Глава 4

Лезть по стене в платье было бы чистейшем безумием.

Да и вся наша авантюра попахивала им — начиная от рискующего шеей принца, заканчивая преступницей под следствием, что нагло сбегает из заточения под покровом ночи.

Но хотя бы один фактор риска я убрала сразу: переоделась в штаны для верховой езды, что любезно одолжила мне йоруна Делл.

Нужно отдать должное догадливости девушки — пышных бальных нарядов она мне не предложила. Все сугубо практичное, немаркое и удобное. Я бы сама лучше не выбрала. Мы теперь схожи фигурами, только я чуть выше, и все отлично подошло.

— Слезь ниже! — прошипела я, когда Аксель растопырил руки и не сделал попытки убраться с дороги.

Ловить меня собрался в объятия, что ли?

И свалиться вдвоем в покореженные колючие кусты.

Нет, спасибо!

— Быстрее давай, патруль скоро пойдет, — буркнул в ответ принц, послушно спускаясь по лестнице на несколько ступенек.

Благодаря про себя свою предусмотрительность и разумность, я перевалилась через подоконник, повисла на руках и, взмолившись по привычке Мараям, разжалапальцы.

Ступни ударились о верхнюю ступеньку, колени спружинили и больно приложились о камни.

Я влипла в стену щекой, обнимая башню, переводя сбитое дыхание и мысленно костеря на все корки выдумщика-принца и назойливых жрецов, по очереди.

— А обувь? — удивился его высочество.

Мои босые пятки оказались точно перед его лицом.

— Уже внизу, — махнула я рукой. — Двигайся!

Мы сползли на землю как раз вовремя — на дорожке шуршали гравием двое стражников, регулярно обходящих территорию. Эти охраняли не меня, а мирных жителей от возможного нападения тварей. Но на подозрительный шорох в зарослях среагировали однозначно:

— Стой, кто здесь?

— Я. Гуляю. Нельзя? — невозмутимо отозвался принц, выпрямляясь и отряхивая плащ. Несмотря на теплую ночь, ткани он на себя намотал щедро. Хватило и меня прикрыть, и валяющиеся в траве женские сапоги.

— Простите, ваше высочество. Не смеем мешать, — успокоившиеся гвардейцы затопали дальше без задних мыслей.

Ну, бродит Аксель по саду после полуночи. Не монстр же какой! Людей не ест. А что околачивается у женского крыла — чистая случайность.

— Ты им заплатил? — уточнила я, натягивая обувь в лучших традициях сборов во время тревоги — за рекордные три секунды.

— И не думал, — хмыкнул принц. — Ребята все за тебя. Напрямую, при свидетелях нарушать приказ не станут. Но если чего не заметили — это они не виноваты. Тем более ты же не сбегаешь, обратно вернешься!

— Ну да, — растерянно протянула я, то ли соглашаясь, то ли удивляясь человеческой природе.

Получается, парни из отряда меня не возненавидели за принадлежность к тьме? И поклонение Мараям их не смутило?

То, что Аксель встал на мою сторону, я восприняла как должное. Но все остальные…

Приятно. И немного успокаивает. Есть шансы, что даже если жрецы выиграют, мне позволят сбежать.

Совершенно случайно, разумеется.

У самого полигона принц стянул с себя плащ и накинул на меня, укрыв с головой.

При виде Акселя гвардейцы вытянулись по струнке, пожирая глазами и демонстративно не замечая тени за спиной принца.

— Осторожнее там, ваше высочество. Вот вам фонарь. Магией пользоваться запрещено. — Вот и все напутствие.

— Знаю, спасибо, — кивнул мой спутник, принимая старомодную газовую лампу на длинной палке.

Тяжесть немалая, но учитывая запрет на использование дара — неизбежная.

Насколько мне известно, с огненной или водной магией резонанса у тьмы не возникнет. Но я и про целительную не подозревала, так что пусть лучше перестрахуются. Одобряю.

Купол, едва слышно гудевший от обилия защитных артефактов, моргнул и покрылся рябью. В нем образовался небольшой проем, в который мы с трудом протиснулись, и почти сразу же сомкнулся за нашими спинами.

В наступившей тишине хруст обломков под подошвами сапог звучал оглушающе громко.

Открывшийся прорыв разметал строение в клочья. Кое-где виднелись пятна крови — защитники не щадили себя.

А вот тьмой не фонило вообще.

Если закрыть глаза, можно было представить, что мы находимся в глухом лесу или в пещере. Ни малейших признаков недавней бурной активности. Точно такое же изрытое взрывами заклинаний пространство, как и любой другой полигон. После тренировок в армии и испытаний нового оружия остаются примерно похожие разрушения.

То есть в том будущем-прошлом, что я знаю, алтари тоже вполне могли существовать. Просто мы их не обнаруживали до тех пор, пока из них не рождались прорывы.

А после было уже поздно.

Медленно, вглядываясь в рытвины и воронки, я обошла руины по кругу. Назвать это место строением не повернулся бы язык.

— Спасибо тебе, — негромко, но четко заявил Аксель. — Если бы не твои уроки, мы бы не выстояли.

Принц замер у куска стены и задумчиво поглаживал опаленные камни. Судя по характерным отметинам, тут постарался коллега-огневик.

— Я никогда не видел подобных чудовищ, но узнавал по описаниям. Ты так живо их изображала, что мы с ребятами сразу определили, где натвиги, где оттинусы, и чем их взять. Без тех занятий на привалах мы бы просто сдохли на изнанке, не пройдя и шага.

— Вы большие молодцы, — искренне похвалила я.

И правда — слушались беспрекословно, приняли мое командование, будто каждый день отряд возглавляет девчонка-недоучка.

Аксель мотнул головой, показывая, что не договорил. Я притихла.

— Не только мы. Те, кто оборонял полигон. Кто добивал прорвавшихся наружу и выискивал их в лесах. Они знали, что делать только потому, что у тебя учились — или подчинялись тому, кто у тебя учился. Ты спасла сотни, если не тысячи жизней теми короткими лекциями в походе. Скажи, ты ведь уже тогда знала, что произойдет?

— Как? Я понятия не имела, что алтарь превратится в прорыв, — притворилась я дурочкой.

Принц скривился.

— Не строй из себя идиотку. Тебе не идет, — неожиданно жестко отрезал он. — Ты недавно перед советом министров предсказала, что начнутся нападения и к нам хлынут твари. И все это время осознанно готовилась.

— Да, — коротко призналась я, усаживаясь на обломок балки.

Молодец принц, отличное место для обсуждения сомнительных тем выбрал. Точно никто не подслушает.

— Откуда узнала, что нужно делать? Все эти модифицированные заклинания, щиты, хитрости — кого бить исключительно холодным оружием, кого не трогать, как защищаться… Ты не могла одна все придумать. Значит, тебе кто-то помогал. Кто?

— Это сложно объяснить.

— А ты все же попытайся. — Тоном Акселя можно было морозить реки.

Не ожидала, что молодой разгильдяй так умеет.

— Я уже говорила, мне было видение, — полуправда вылетела легко и привычно. — Или вещий сон. Называй, как хочешь.

— Допустим, — согласился принц. — И ты все эти подробности запомнила с одного раза? Или видений было несколько?

— Мы уже на допросе?

Сохранять хладнокровие становилось все сложнее.

— Нет, конечно! — Аксель запустил пальцы в густую шевелюру, взлохмачивая ее пуще обычного. — Мне нужно понимать, что говорить отцу. Его величество скоро сюда прибудет, начнется разбирательство, суд. Мы — королевская семья — уже взяли на себя ответственность, попытавшись перевести твое дело в светскую плоскость. Если ты действительно поклоняешься Мараям и затеяла это все, чтобы погубить человечество, лучше сразу признайся.

— И что тогда?

Мне стало интересно. Насколько Аксель мне доверяет и как далеко простирается его желание меня защитить?

— Тогда ты исчезнешь, — просто ответил принц. — Нет тела — нет дела, так, кажется, говорят стражи порядка. В конце концов, чтобы спасать жизни, необязательно скакать на передовой. Советы можно давать и из тени…

— То есть вы готовы помочь мне сбежать? — Хорошо, что я сидела.

— Не сбежать, а временно скрыться, — педантично поправил принц, но глаза его сияли привычным хулиганством. Лед пропал, как не бывало. — До тех пор, пока жрецы не осознают своей ошибки.

— Думаешь, они ее осознают? — скептически фыркнула я. — В прошлый раз до них не дошло, пока не пал Эскармон…

Тут я прикусила язык, но сказанного не воротишь.

— Прошлый раз? — переспросил Аксель очень серьезно.

Я закрыла лицо руками и рвано выдохнула.

— В прошлой жизни. В видении. Называй как хочешь. Я уже не уверена, что прожитые годы были настоящими. Все зыбко, иллюзорно и изменилось до неузнаваемости.

— То есть ты прожила во сне целую жизнь? Видела падение Эскармона… А Скайгард? Он устоял? — жадно уточнил принц.

— С трудом, — покачала я головой. — Отдельные города-крепости, между которыми пролегают опасные зоны, где постоянно открываются все новые и новые прорывы. Бесконечные походы, закрытие порталов, уничтожение тварей, и снова, и снова…

— Почему не рассказала все это раньше?

— А ты бы мне поверил? — выпалила с надрывом. Наболело. — Тем более мне — прежней? Малолетке с архипелага, без особого образования или боевого опыта? Меня даже там, на Сомираве, не сразу послушали, а я их принцесса как-никак. Начни я с истории о видении, меня бы осмеяли и выставили вон, не разбираясь.

— Потому ты решила сначала показать нам прорывы. Продемонстрировать угрозу лицом, — понимающе кивнул Аксель.

— Не специально! Так совпало. Что во дворце, что сейчас…

Я замолчала, остро осознавая собственную никчемность.

Хотела как лучше, а получилось… что получилось.

Вроде бы собиралась спасти мир, а в итоге едва уцелела сама, да еще и кучу людей, доверившихся мне, чуть не угробила.

Дважды.

— Жаль. Было бы лучше, если бы ты действовала осознанно. Но будем работать с тем, что есть, — задумчиво пробормотал принц. — Надеюсь, совпадения на этом не закончатся.

То есть… он не злится?

Не разочарован во мне?

Не собирается сдавать жрецам?

— Ты меня совсем уж балбесом не считай, — усмехнулся Аксель, поймав мой изумленный взгляд. — Даже если ты продалась Мараям с потрохами, пока что никакого вреда не причинила. Исключительно пользу. Представь, что было бы, откройся прорыв под дворцом! Да еще и неожиданно.

Я уже представляла, но заново содрогнулась.

— Вот-вот, — кивнул принц. — Продолжай делать то, что делаешь. Если можешь рассказать еще что-то — не стесняйся, я сплошное ухо. Или Райли, он тоже в деле. Скоро еще младший приедет, поможет. У него лучше получаются всякие юридические извращения.

Поспешно заморгала, чтобы скрыть непрошеные слезы облегчения.

Не думала, что получу настолько безоглядную поддержку от королевской семьи. Тем более в Скайгарде, где на меня всегда посматривали свысока, как на дикую островитянку, чудом выбившуюся в люди через выгодный брак.

К счастью, не все аристократы одинаковы.

— Итак, что дальше? — деловито поинтересовался Аксель, отрываясь от обломка и принимаясь бродить туда-сюда по изрытому полигону. — Где будет следующий прорыв?

— Понятия не имею, — честно призналась я. — Говорю же, все изменилось. К добру или к худу — не знаю, но предсказать наверняка развитие событий не могу. Порталы откроются по всему континенту, и происходить это будет все чаще, но когда и где… нужно искать алтари.

— Ты считаешь, что эти глыбы служили своего рода ориентирами? — согласно кивнул принц. — Наши аналитики пришли к тому же выводу. Разведчики уже прочесывают ближайшие леса, вокруг городов организованы патрули, но сама понимаешь — в каждую канаву не залезешь. Тем более рядом горы…

Его высочество устремил взгляд в пространство — туда, где за полуразрушенными стенами и мерцающим куполом высились скалистые пики.

Я приуныла.

Он прав: исследовать каждую пещеру нереально. Летать умеют только маги воздуха, и то недолго и недалеко. Это лучше, чем не делать ничего, но рассчитывать на массовый успех не приходится.

— Военные заняты составлением плана действий, академии спешно пересматривают программу обучения. Отец приказал им включить все те приемы, что ты показывала. Ты же знаешь еще что-то? Поделишься?

— Конечно! — слабо улыбнулась я. — Если меня к тому времени не казнят, осенью надеюсь все-таки приступить к обучению на первом курсе. Заодно и покажу все, что умею.

Аксель фыркнул.

— Обучение-то тебе зачем? Я видел, как ты сейчас лечила парней. Ты виртуозно владеешь даром, как будто и правда годы опыта наработала. И на изнанке ты отмахивалась вполне профессионально, что магией, что ножом.

— По-твоему, выпускники нормально отнесутся к тому, что я примусь ими командовать?

— А что не так? Ты теперь вполне взрослая йоруна, а если за твоей спиной будем грозно стоять мы с Райли, то вообще никаких проблем.

Моя улыбка стала шире.

Действительно, я же теперь ближе к своему реальному возрасту! Ненамного, но все не подросток. Хоть какая-то польза от ситуации. Вместо первокурсницы я смогу устроиться в академию в качестве стажерки! Доказать свои умения и знания комиссии не составит труда.

Подозреваю, йоры Солберг и Гравлунд меня туда уже мысленно записали.

И в закрытую секцию архива попасть будет куда легче.

Оставалась сущая мелочь.

Отмахаться от обвинений жрецов.

Глава 5

Заседание суда проходило в закрытом порядке.

Большинство простых горожан вообще не были в курсе, что недалеко от Тиндалла произошла катастрофа. Им сказали — учения, и дело с концом.

Паника пока что не распространялась за пределы довольно узкого круга посвящённых. Министры, военные, некоторые ученые и преподаватели — вот, пожалуй, и все. Ну и свидетели, разумеется, но с них взяли временную клятву о неразглашении.

Понятно, что долго такого масштаба катастрофу в тайне не удержать. Но его величество по мере сил старался отсрочить тот день, когда придется доносить проблему до общественности. Армия занята поиском алтарей, ей сейчас не до подавления бунтов и усмирения возмущений. А они последуют обязательно, как всегда бывает в критические моменты.

Бальный зал усадьбы Делл наспех переоборудовали, установили скамьи и небольшое возвышение для судьи и секретаря.

По традиции подсудимого должны помещать в клетку, но в данной ситуации сделали исключение. На первом слушании решалось, в чьем ведомстве будет проходить следствие: в тайной канцелярии (если меня признают предательницей) либо в подвалах храма. От этого же зависела форма и уровень защиты на клетке.

Мирским преступникам полагались кандалы (противомагические в моем случае) и небольшое, по пояс, заграждение.

Религиозных охраняли куда строже. Частокол прутьев из противомагического сплава, артефакт подчинения на шею вдобавок к колодкам на руки и ноги — вот незавидная перспектива.

В первых рядах сидели рядочком жрецы: светлейший Хравнир посередине, по сторонам — два заместителя и местный представитель храма, пресветлый Фрилунд.

Его величество не явился, чтобы не давить авторитетом и не получить после обвинения от общественности в пристрастности. Вместо него в королевской ложе восседал с важным видом Альрик.

Младший принц изменения в моей внешности воспринял примерно так же, как старший. С облегчением выдохнул ипробормотал:

— Я всегда знал, что ты старше, чем кажешься. Жаль, меня с вами не было. — И на этом тему закрыли.

Последним, перед самым закрытием дверей, приковылял йор Мортен с группой уцелевших в прорыве пограничников Эскармона.

Я удивленно взглянула на Альрика, тот в ответ пожал плечами.

Логично было бы попросить соседей свидетельствовать в мою пользу. То есть заявить, что я их шпионка. Но тогда хрупкий мир между странами может нарушиться. Лазутчиков таайно подсовывать можно, кто ж этого не делает. Но раскрывать личности засланцев нельзя, иначе — скандал и разрыв договоренностей.

Однако заявлять и выступать эскармонцы не спешили. Тихонько устроились в дальнем углу и сделали вид, что их нет.

Судья — незнакомый мне аристократ из Тиндалла — постучал молоточком по столу, призывая к тишине.

Бедолага потел и попеременно то белел, то краснел. Ему предстояло взять на себя немалую ответственность и неминуемо рассориться либо с правящим родом, либо с храмами.

Надеюсь, на должность выбрали не фанатично верующего, иначе мне крышка.

— Судебное заседание под председательством йораИрхагена объявляется открытым! Слушается дело йоруныМаранни Вальд, четырнадцати лет от роду… — тут судья поперхнулся, окинул меня скептическим взглядом и уже не таким торжественным тоном уточнил: — Что, правда?

— На самом деле больше. На изнанке время течет иначе, — любезно пояснила я, не желая оставаться в статусе несовершеннолетней.

У меня, конечно, есть сертификат с архипелага, но быть признанной взрослой по причине возраста куда лучше.

— Тогда сколько вам? Да простит йоруна нескромный вопрос.

Йор Ирхаген смутился окончательно.

— Запишите — двадцать три.

— Это к делу не относится! — буркнул кто-то из жрецов.

Ну да, им все равно, насколько преступница молода. В былые времена и детей жгли наравне со взрослыми за поклонение темнейшей.

Альрик сделал круглые глаза и зверски скривился. Выгоднее было бы остаться ребенком по документам, тогда светский приговор вышел бы мягче. Но мне надоело притворяться малолеткой.

— Значит, вы уже достигли брачного возраста? — неожиданно оживился на задних рядах йор Мортен.

— Попрошу, это тоже к делу не относится! — возмутился светлейший Хравнир.

— Очень даже относится!

Улыбка некроманта мне не понравилась.

Но предпринять я ничего не успела. Он вышел вперед, остановился прямо перед судьей и развернулся к залу.

— Я, как посол его величества Валлара Третьего, имею право предоставить гражданство и политическое убежище безвинно пострадавшей стороне, при условии совершеннолетия оной, — четко и торжественно провозгласил Теодор.

Я зажмурилась.

Да он с ума сошел!

Остановите его кто-нибудь!

— Властью, данной мне династией Флорен, провозглашаю йоруну Маранни Вальд подданной Эскармона!

Гвалт, поднявшийся после этих слов, меня чуть не оглушил.

Громче всех орали жрецы, обещая привлечь коллег из-за границы к расследованию и обеспечить мне еще один суд, но уже на территории Эскармона.

— Дар некромантии в нашей стране крайне редок и в свете последних событий востребован донельзя. — ЙорМортен демонстративно развернул к аудитории щедро украшенный печатями и витиеватыми подписями лист гербовой бумаги. — Его величество Валлар Флоренбуквально на днях ввел в стране особое положение и даровал темным магам полную неприкосновенность.

Вот удивил так удивил.

В Эскармоне испокон веков к некромантам относились хуже, чем где бы то ни было, презирали и уничтожали по мере возможности. Чтобы их не только помиловали, а еще и осыпали беспрецедентными почестями…

Неужели там тоже началось?

Теодор поймал мой взгляд и едва заметно кивнул на дверь.

Принцев в ложе уже не было. Понятно. Объявляем экстренное совещание.

— В связи с невозможностью провести процесс над подданной иного государства объявляю судебное заседание закрытым! — постановил судья и стукнул по столу молоточком.

Стоявшие неподалеку стражи подхватили меня под локти и буквально вынесли из зала, пока толпа и особенно жрецы не разбушевались окончательно. Впрочем, в коридоре тут же поставили на пол, бережно и аккуратно, и даже извинились.

— Прошу прощения, что не спросил вашего согласия, — перекрывая доносившийся из-за дверей гул, догнал меня голос йора Мортена.

— Да вы издеваетесь! — рявкнула я, разворачиваясь к некроманту. — Такие сюрпризы могут и жизни стоить! В первую очередь вам! Если его величество разгневается…

— Разумеется, мы уже обсудили этот вопрос с его величеством Айрунном Тунгремом. — Легкий поклон отсутствующему монарху как дань этикета. — Он выразил глубокую обеспокоенность сложившейся ситуацией и с благодарностью принял предложенную моим повелителем помощь.

— Помощь? — нахмурилась я. — Насильно переселить меня в Эскармон — это теперь так называется?

— Никто не собирается вас переселять. Вы вольны находиться на территории иных государств. Скажем так, это решение было своего рода уступкой, сделанной для сохранения мирного договора.

— Чьей уступкой?

Спросила не я, а тихо подобравшийся к нам Аксель.

Рядом с ним молча стоял Райли, мрачно поглядывая то на меня, то на йора Мортена. Вмешиваться в дипломатическую беседу ему не по статусу, но некромант и глазами говорил достаточно витиевато и нецензурно.

— Обоюдной, — попытался увильнуть Теодор, но быстро сдался и перешел на нормальный язык: — Эскармону нужна помощь. Но просить ее ниже достоинства его величества, потому пришлось угрожать.

— Чем же?

— Разрывом отношений и войной, разумеется. Нас бы и Килдарайн поддержал — у них тоже творится несусветное.

— Что творится? — выцепила я самое главное.

Йор Мортен красноречиво обернулся на закрытые двери, за которыми продолжали ожесточенно спорить жрецы и судебные представители.

— Не здесь же. Нас ждут в кабинете. Я по дороге попробую объяснить.

И первым двинулся по коридору в сторону хозяйского флигеля.

Моего локтя коснулись теплые пальцы.

Я вздрогнула, прикосновение тут же растаяло.

— Пойдем! — скомандовал Аксель, бесцеремонно хватая меня за талию и утаскивая за собой.

Я бы запротестовала, если бы почувствовала хоть малейшие намеки на мужской интерес. Но его не было. Принц относился ко мне как к союзнику, помощнику, но не к женщине.

И я не стала сопротивляться его поддержке.

Тем более от рассказа Тео слабели колени и волосы становились дыбом.

Столица Эскармона, Миребель всего за неделю превратилась в оплот изнанки. Порталы возникали то в одной части города, то в другой, твари растекались беспрерывно во все стороны.

Осажденный дворец оказался практически отрезан от страны, в результате чего было принято решение его сдать. Людей вывели через подземные ходы, королевская семья в безопасности.

Но столицы больше не существует.

Временную резиденцию устроили на границе со Скайгардом. Благодаря донесению йора Мортена стало известно, что здесь с прорывами и тварями умеют успешно бороться.

Ситуация сложилась неоднозначная.

Эскармон обвинил Скайгард в утаивании важных сведений и сознательном нанесении ущерба. К заявлению присоединились соседние страны. Там пока было спокойно, но все понимали, что это временно.

Его величеству Айрунну ничего не оставалось, как принести меня в жертву. К счастью, на этот раз фигурально.

Поделиться с соседями той, что знает, как противостоять тьме.

Его величество ждал нас в кабинете йора Делла.

Сам хозяин дома любезно предоставил место для переговоров и скрылся — от большой политики подальше.

За рабочим креслом, по правую руку короля застыл с записной книжкой его секретарь, йор Виттор.

Кроме его величества Айрунна в комнате успели с удобствами рассесться три министра: обороны, финансов и иностранных дел. Последний обменялся краткими приветствиями с йором Мортеном, как со старым знакомым.

Скорее всего, так и было. Дипломаты все друг друга знают.

— Присаживайтесь. Все в курсе проблемы, так что давайте не затягивать и не тратить время зря. Предлагайте ваши варианты решения, — махнул рукой его величество.

Я осторожно опустилась на краешек стула, не вполне уверенная, что именно от меня хотят. И которую проблему мы сейчас решаем: мою или более глобальную?

— Организовать временный тренировочный лагерь для всех желающих, — подал голос Аксель. — Полигон уже есть, восстановить его будет не так сложно, как построить новый. С йором Деллом мы уже обсуждали, он согласен приютить пару-тройку сотен магов. Возможно, придется разбить неподалеку палаточный лагерь или же устроить временные землянки. Со всеми удобствами, разумеется.

— А если под видом учебы сюда проберутся лазутчики? — резонно вопросил министр обороны.

— Чтобы выяснить — что? Тайны противостояния тварям? Так это не секрет вовсе, наоборот. Пусть запоминают, — парировал принц. — Глубже на территорию никого не пустим, а здесь и так приграничье. Постоянно шастают что свои, что чужие.

Я выдохнула и устроилась поудобнее.

Значит, обсуждаем прорывы и тварей. Это я могу.

— Алтари излучают тьму, но уловить эманации способнылишь некроманты, — подала голос, дождавшись паузы. — В каждом поисковом отряде должен быть обученный специалист. Короткий курс по закрытию порталов и обузданию основных тварей был бы весьма кстати.

— До начала учебного года еще две недели… — начал было министр финансов, но сник под пристальным взглядом его величества.

— Объявим экстренный сбор боевиков и некромантов всех профилей, — жестко постановил король. — Если я правильно понял, воспроизвести схему закрытия способен маг тьмы любой силы?

— Да, на это не нужно много энергии, — подтвердила я.

— Тогда еще объявим мобилизацию, — кивнул его величество в такт своим мыслям. — Неделя на рассылку уведомлений, еще неделя на то, чтобы добраться до столицы. Как раз к началу учебного года подоспеют. Все совершеннолетние маги тьмы без верхнего ограничения по возрасту обязаны пройти этот самый короткий курс и присоединиться к одному из отрядов.

Я испытала острое чувство дежавю.

Точно таким же тоном и подобной формулировкой в свое время Альрик создал первые команды по борьбе с тварями. Мы тогда смутно представляли, что им противопоставить, но то, что некроманты необходимы стране как воздух, было ясно всем.

Ситуация повторялась, пусть и на десять лет раньше запланированного.

— То есть Маранни… йоруна Вальд останется пока что в Скайгарде? — напряженно поинтересовался знакомый голос прямо у меня над ухом.

Только сейчас я поняла, что Райли не сел рядом с остальными, а стоял за спинкой моего стула. Словно боялся, что, если отойдет, меня тут же утащат в Эскармон.

Или на изнанку. Или еще куда.

— Йоруна Вальд — свободная девушка, вольная ехать куда ей заблагорассудится, — галантно заверил всех присутствующих йор Мортен. — Однако вынужден заметить, что нашей стране тоже необходима помощь. Причем срочно. Ситуация в столице вышла из-под контроля.

Его величество хлопнул ладонью по подлокотнику.

— Тогда поступим следующим образом: у вас, йоруна, есть десять дней на то, чтобы укрепить обороноспособность вашей новой родины. После чего жду вас в столичной академии.

— Но… — вскинулся было Тео, на ходу подбирая тактичные, но убедительные возражения.

Я остановила его, подняв руку.

— Не переживайте, йор Мортен. Я не оставлю Эскармон на верную погибель. Но попасть в академию мне тоже необходимо. Там могут содержаться важные сведения о прошлом, в том числе месте финальной битвы с Мараям и подробности ее изгнания. Сейчас нам пригодится любая деталь, любые подробности, способные пролить свет на происходящее. Мало научиться закрывать прорывы. Мы обязаны остановить натиск тьмы, а для этого — понять причину и первоисточник проблемы. Почему они нападают? Почему именно сейчас? Почему так, а не иначе?

Я обвела присутствующих вопрошающим взглядом.

Конечно же, ответов ни у кого не нашлось.

Глава 6

Король помолчал, ожидая дополнений и возражений.

После чего вновь хлопнул ладонью, уже по столу.

— Значит, решено. Можете начать уже сегодня, благо вопрос со жрецами временно решен.

— Временно? — нахмурился Райли.

Я успокаивающе коснулась его пальцев, намертво вцепившихся в обивку стула.

— Разумеется, временно. Они так просто не отступят, — мягко, негромко пояснила очевидное. — Идеально было бы направить их энергию в полезное русло. Например, помогать пострадавшим от набегов тварей. Но боюсь, что у храмов есть собственный план действий, не совпадающий с нашим. И подчиняться они не станут.

— Пусть попробуют, — буркнул его величество, но не особо уверенно.

Культ пресветлой уже давно существовал отдельно от государственной структуры. С одной стороны это неплохо: жрецы не имели прежнего влияния на правителя. Но с другой — и заставить их сделать что-либо не представлялось возможным.

— Чтобы не тревожить храмы, мы уже начали разбивку лагеря на территории Эскармона. По ту сторону гор, — с легким поклоном заметил йор Мортен. — Туда подтягиваются все военные силы, не занятые в данный момент обороной столицы.

Точнее стоило бы сказать — обороной от столицы. В городе не осталось людей, лишь твари, шастающие среди руин в поисках, чем бы поживиться.

Молчавший какое-то время Аксель вновь подал голос:

— Отец, мне внезапно страшно захотелось посмотреть на Эскармон. Говорят, еда там выше всех похвал.

— Боюсь, сейчас мы не можем себе позволить пиры и увеселения, хотя в любое другое время с радостью бы приняли его высочество, — дипломатично попытался увильнуть Теодор.

Но от старшего принца так просто не избавиться.

— Ничего страшного, наверняка что-нибудь найдется в закромах, — небрежно отмахнулся он и посерьезнел. — К тому же у меня есть опыт сражения с тварями. Кто из ваших ребят может этим похвастаться? Вы можете дать гарантию, что они не растеряются и вовремя среагируют, а главное — правильно?

— У тебя практического опыта — полдня, — громким шепотом поправила я, косясь на его величество.

Неизвестно, как он воспримет демарш наследника.

Но, похоже, Айрунн уже привык к характеру старшенького.

— Если вы не против, я бы предпочел действительно отправить с вами небольшой отряд, — заметил король. — Все-таки йоруна Вальд — своего рода народное достояние, лучше нее в ситуации никто не разбирается. Не хотелось бы ее потерять из-за досадного несчастного случая.

По спине пробрал морозец.

Те же жрецы вполне могут таковой обеспечить. Просто чтобы не портила воздух своим существованием. А как дальше разбираться с прорывами — пресветлая подскажет.

— Я наберу надежных ребят, — кивнул Аксель. — Думаю, из тех, кто с нами побывал на изнанке, кто-нибудь да согласится.

Это он правильно. Пограничники, побывавшие в вотчине тьмы, теперь воспринимают угрозу всерьез, а не как нечто абстрактное. Они видели ее, щупали и чуть не поплатились жизнью за эту возможность.

Защита мне не помешает.

Как и поддержка взрослых профессионалов, способных подтвердить всем желающим, что я знаю, что говорю, и меня нужно слушать внимательно.

Отчим тоже вызвался ехать со мной. Я его еле переубедила.

Тан Киттип выложился до предела во время осады поместья и сейчас пребывал не в лучшей форме. Все-таки он теоретик, а не боевой маг, и прямое противостояние — не его стезя. Он сделал все что мог и немного сверху, чуть не выгорел, и лишние волнения ему ни к чему.

Отъезд назначили на следующее утро.

Сопровождающих следовало предупредить, дать им время подготовиться, составить маршрут через перевал и послать весточку в готовящийся лагерь о том, что инструктор вот-вот прибудет. А еще уведомить пограничные посты о нашем визите. Парни и без того в запаре: из-за беспорядков в столице поток желающих перебраться в относительно мирный Скайгард возрос в разы.

Из Эскармона лавиной двигались беженцы. Большинство — проторенными маршрутами, по торговым трактам, с бумагами, пожитками и готовностью осесть в любой глуши, лишь бы приняли.

А вот меньшинство норовило проскользнуть незаметно, да еще и урвать что-нибудь по дороге. Таких приходилось отлавливать на склонах, арестовывать и выпроваживать обратно.

Удивительно, как в кратчайшие сроки страна из процветающей может превратиться в небезопасную, из которой все норовят сбежать любыми способами.

Не менее удивляла наивность людей, бросающих все и пытающихся перебраться подальше от эпицентра тьмы. Они действительно считали, что стоит им миновать пограничный пункт, и угроза испарится? Это же не локальное бедствие вроде наводнения или землетрясения.

Тьма — она повсюду.

Остаток дня я провела в сборах и раздумьях. С первым разобралась довольно быстро: вещей изначально брала немного, рассчитывая на походный быт. Надеюсь, котелками и палаткой меня на месте обеспечат. Нет — организую шалаш из веток, и пожарю какую-нибудь лесную зверушку на костре.

А со вторым дело шло не так бодро.

Перспектива снова окунуться в походную жизнь и постоянные стычки с тварями не пугала. Скорее, она для меня олицетворяла норму.

Тревожило возможное противостояние с храмами. В прежнем будущем жрецы в основном занимались проповедями, пусть и мешались под ногами, но не слишком активно. Сейчас же их деятельность настораживала. К тому же направлена она не абстрактно на пособников Мараям, в частности некромантов, а лично на меня.

Есть из-за чего напрячься.

Непонятно что творилось и в Эскармоне. До прорыва там должно было пройти еще несколько лет. В первые годы войны с тварями люди переезжали из Скайгарда туда, а не наоборот. Это потом несколько порталов открылось почти одновременно, уничтожив четыре самых крупных города и разделив страну на относительно пригодные для жизни неровные клочки, огороженные слоями защиты, и зоны, занятые тварями.

Означает ли это, что после событий в Миребель должно рвануть еще в трех местах?

Тогда у нас есть небольшой шанс обнаружить алтари заранее. И, возможно, успеть придумать, как их нейтрализовать.

Изучение тех двух далеко не продвинулось, ученые зашли в тупик. Обычные заклинания даже царапины на черной поверхности не оставляли, некромантские и целительские приведут скрытый портал в действие.

Пат.

Как последнее средство можно активировать их и быстро закрыть. Но ограничится ли алтарь силой мага или заберет и жизнь, как в случае с Этьеном Мортеном? Приносить подобную жертву каждый раз мне не улыбалось.

Получится, что жрецы правы и я — исчадие тьмы. В худшем смысле этого слова. Не в обиду Тьмоку.

Однако как минимум оградить опасное место дополнительными щитами, выставить патрульных и очистить от мирных жителей близлежащие территории необходимо.

План потихоньку вырисовывался.

Уложиться в отведенные его величеством десять дней, разумеется, нереально. На прочёсывание просторных холмов и лесов Эскармона уйдут недели, если не месяцы. То же по Скайгарду. На это задание отправят войска, прошедшие краткую подготовку по новым реалиям. У меня или у тех, кто побывал на изнанке, или у тех, кто внимательно слушал и записывал, вроде его высочеств — неважно. Посвященных в тонкости обращения с тварями становится все больше.

Зато проблему в Миребель можно попробовать решить прямо сейчас. Он расположен не слишком далеко от границы.

Сам Эскармон протянулся с севера на юг, к морю, но шириной не вышел. При желании его можно было пересечь в самом узком месте дня за два.

До столицы и зияющего в ее сердце портала всего сутки пути.

Соблазн слишком велик, чтобы удержаться.

Я не жаждала подвергать опасности свою жизнь или вновь нырнуть с головой на изнанку. Вовсе нет. Но увиденное по ту сторону не давало мне покоя.

Почему Мараям потеряла контроль над своим миром? Что удерживает ее в горах — и ее ли зов манил меня в бесплодной пустоши?

Возможно, около такого большого прорыва я сумею снова с ней связаться без ущерба для окружающих, и на этот раз таки задам все интересующие вопросы.

Пока я бродила из угла в угол по комнате, в башне произошли незначительные, но важные изменения.

С моих дверей сняли охрану.

Какое-то время царила полная тишина, нарушаемая лишь поскребыванием — Тьмок точил когти о каменную кладку.

Затем послышался многоголосый щебет. В соседние комнаты вновь поселили юных йорун. Недовольных этими изменениями не было — в гостевом флигеле им приходилось тесниться по две в одной спальне, здесь же все попросторнее.

Йор Делл тактично обозначил, что я отныне обычная гостья, как все прочие. Умные — поймут, долгие пояснения ни к чему.

Завтрак нам принесли прямо в башню.

Довольно скромный: тосты, омлет, несколько пышных ароматных булочек с маслом и джемом, и фруктовый салат.

Сквозь стены были слышны возмущения девиц, мол, что это за разврат, им бы вполне хватило салата. Однако тарелки вернули пустыми.

Я от души наслаждалась иллюзией обыденности.

Недолго.

У парадного крыльца меня уже ждал почетный эскорт, он же охрана.

Кроме меня, на границу с Эскармоном отправлялась почти сотня гвардейцев — проходить экспресс-обучение вместе с коллегами.

Зачем время зря терять?

Так что сопровождение выглядело внушительно.

Помимо военных, в поход собрались Аксель с Райли, йор Гравлунд и к моему изумлению — йоруна Делл.

— Палаточному лагерю нужны укрепления, — широко улыбнулась девушка в ответ на мой красноречивый взгляд. — Отец достаточно меня обучил, к тому же у меня теперь есть боевой опыт.

Судя по дрогнувшему голосу — не самый приятный.

Но тем ценнее ее порыв преодолеть испуг и полноценно противостоять тварям. Тем более, экспресс-курс будет рассчитан не только на некромантов, но и на прочих магов, а также обычных людей. Всех, кто готов вступить в бой.

Пользу могут принести все: кто отвлечь, кто покромсать, а кто и поджарить.

Самая узкая задача у темных: уцелеть в мясорубке и закрыть портал. Очень многие твари подпитываются за счет нашей магии, так что во время сражения я в основном орудовала мечом и кинжалом, а не даром.

Проводить нас вышел сам его величество со свитой.

Йор Делл скромно стоял в стороне, с трудом удерживая каменное лицо. Видно было, что он переживает за отправляющуюся на чужбину дочь и отчаянно желает запретить ей куда бы то ни было отлучаться из-под бдительного ока. Но понимает, что нашествие тварей не пощадит никого.

И лучше, если кровиночка сумеет за себя постоять.

Отчим тоже не проронил ни слова все утро. Ему не впервые провожать меня в опасное путешествие, но от повторения ситуации легче не становилось. Разве что сложнее.

— Берегите себя, — напутствовал нас король. — Не посрамите честь Скайгарда, не лезьте в гущу проблем… хотя кому я это говорю?

Он тяжело вздохнул, тоскливо оглядел Акселя и перевел взгляд на меня.

— Главное, выживите все. И вернитесь, у нас уговор!

— Обязательно вернемся, ваше величество, — заверила я за всех. — Обещаю присмотреть за его высочеством.

— Ты уж присмотри. Наследник все-таки, — проворчал его величество.

— Не переживайте так. В конце концов, рядом с вами останется тот, кто может дать ценный совет, — я кивнула в сторону скромно молчавшего Альрика. Тот держался в тени отца и дулся.

Его в поход не взяли, посчитали слишком молодым. Да и негоже сразу всех принцев в одном месте собирать. Тем более опасном.

Усадьба Делл — вынужденная и временная мера.

После нашего отъезда король вновь собирался отбыть в столицу. Во дворце охрана надежнее, да и управлять страной оттуда удобнее.

— Намекаешь, что я на это не способен? — возмутился вполголоса Аксель.

— Намекаю, что тебе придется меня слушать. А не наоборот, — таким же свистящим шепотом напомнила я.

Это условие я оговорила отдельно с его величеством. По статусу старший принц выше меня. И вздумай он последовать за мной в Миребель, не миновать беды. Хорошее отношение короля слишком ценно, чтобы рисковать им и подвергать наследника опасности.

Нет, у меня должна быть возможность приказать Акселю остаться в лагере.

Особых иллюзий на тему его послушания я не испытывала. Скорее всего, принца придется связать и оглушить. Но после этого меня хотя бы не привлекут к ответственности за нападение на лицо королевской крови…

Глава 7

Самая короткая дорога в Эскармон лежит через горный хребет.

При этом надежной ее назвать нельзя. Извилистая узкая тропка, на которой двоим всадникам при случае не разминуться, обвивает ущелье, спускается на самое дно и поднимается с другой стороны.

Но это точно быстрее, чем обходить весь массив.

Колонна продвигалась медленно, соблюдая расстояние между лошадьми на случай обвала и обвешавшись амулетами и магическими путами — на всякий. Взлететь они не помогут, разве что магам воздуха, но падение замедлят и смягчат. Правда, выбираться потом долго и нудно, так что лучше их эффективность не проверять.

Первыми двигались эскармонцы во главе с йором Мортеном. Как дипломату ему будет проще общаться с пограничниками на посту. Их, конечно, предупредили о нашем визите, но удостоверить личность все равно придется.

Я ехала в середине, между принцем и Райли.

Некромант как-то по умолчанию теперь держался за моей спиной. Причем вид имел довольно мрачный и насупленный.

Я подумывала спросить его, о чем он так сосредоточенно думает, но не успела.

По спине протянуло знакомым мерзким морозцем, и во все стороны по телу разбежались мурашки.

Осторожно потянув за повод, я остановилась.

Резко дергать нельзя — еще воткнется кто сзади, не рассчитав, получится катастрофа.

— Ты это чувствуешь? — не поворачивая головы, негромко спросила я.

— Прорыв? — насторожился Райли.

Я покачала головой.

— Еще нет. Алтарь.

Шепоток пробежал по группе в обе стороны. Йор Мортен тоже притормозил и обернулся.

— Что случилось? Йоруна Вальд, вы что-то заметили?

— Двигаемся дальше, проверим, — уклончиво отозвалась я.

Если источник дурного флера поблизости, он будет лишь усиливаться.

Существовала вероятность, что меня зацепило по касательной издалека. Тогда надо будет послать весточку его величеству — пусть прочешут зону.

По идее приграничные участки должны были осмотреть первыми. Странно, что пропустили такое мощное излучение тьмы.

Лошади вновь заскрипели копытами по гравию, но куда медленнее. Все напряженно вертели головами, ожидая нападения. Я не спешила их успокаивать. Лучше, если мы будем готовы ко всему, хотя появление монстров прямо сейчас маловероятно.

Открытый портал на изнанку ни с чем не перепутать.

Как я и предполагала, неприятные скребущие ощущения в глубине сознания становились все сильнее. Чем ниже в долину мы спускались, тем явственнее фонило, пока на одном из поворотов я не осознала, что эпицентр пройден.

Алтарь остался где-то выше, и теперь мы от него удалялись.

— Стойте, — вновь остановила я лошадь. — Проехали.

— Мы пропустили алтарь? Но по пути ни одной пещеры не было, — удивился Аксель.

Я задрала голову, изучая склон.

Вроде и правда ровный, ни щербинки, ни выемки — некуда сунуть черную махину. Хотя, если за тем уступом что-то скрывается…

— Пойдем, проверим, — приказала я. — Если там действительно алтарь, его нельзя просто так оставлять. Внизу деревня, неподалеку пост пограничников. Их сметут в момент и выловить из скал разбежавшихся тварей будет крайне сложно. Хоть метку поставим и отправим гонца к его величеству — пусть разбираются.

С этими словами я осторожно перебралась из седла на почти отвесную стену.

Скалолазанием не занималась давненько, сапоги для верховой езды скорее мешали, чем помогали, пальцы тут же изодрались до крови. Но я упрямо лезла вверх, подгоняемая пульсацией тьмы где-то в глубине скалы.

Выше, еще выше…

Вот и подозрительный выступ.

Так и есть — он прикрывал лаз. Недостаточный, чтобы протиснуться воину в полном облачении, но я пролезу.

— Прикройте щитом и спускайтесь дальше! Проверю, нет ли других выходов, и догоню, — заявила я, исчезая в расщелине.

Можно было бы просто прикрыть опасное место и поставить метку для королевских стражей, но сначала неплохо бы удостовериться, что проход к алтарю действительно один, а не целая сеть кротовых нор, что ведут, например, прямо к усадьбе Делл.

Пещера почти сразу расширилась, позволяя подняться с четверенек. Лаз уходил все глубже и ниже.

Интересно, как сюда вообще умудрились протащить алтарь? Или он сам возник, как появляются алмазы — некое взаимодействие местной среды и тьмы, своеобразный резонанс, притягивающий изнанку и позволяющий прорвать границу между мирами?

В алтарь я практически уткнулась.

Свернула в очередную развилку и чуть не ударилась о черную глыбу, перегородившую лаз намертво. Многоконечная звезда стояла вертикально, агрессивно выставив углы, как щупальца.

Обойти его, не касаясь, не было никакой возможности.

Что там, по ту сторону? Такой же лаз или пещера, или сразу выход в какое-нибудь ущелье?

На совете предлагали в таких случаях замуровывать алтарь, чтобы даже если он переродится в прорыв, тварям некуда было идти.

Я категорически возражала.

Были случаи, до того как на службу призвали некромантов. Поначалу маги земли закапывали свежие разломы, рассуждая подобным образом. Но, к сожалению, разрывы между мирами работают в обе стороны. Камни всасывало внутрь, а вместо них выплевывало тварей — озлобленных неожиданными препятствиями и вдвойне лютующих.

Тем более передо мной не готовый портал, а маяк для него. Что мешает собственно порталу открыться выше или ниже по склону? В той же долине?

А ничего.

Я присела на валун и уставилась на поблескивающие в свете магического огонька грани алтаря. Руны на поверхности отсюда не видны, но они там наверняка есть.

На весх найденных черных камнях рисунок был совершенно идентичен.

Ученые изучили те, что находились в пределах усадьбы Делл, и пришли к выводу, что это призыв о помощи. Своего рода зов, на который по идее должна была откликаться богиня, а приходили чудовища. Недаром мне показалось знакомым расположение знаков: к Лаандаре жрецы взывали аналогично.

Рукотворны ли камни?

Тьмок утверждал, что от алтарей пахнет темной богиней. Да и вряд ли люди сумели бы создать нечто столь нерушимое, ведь уничтожить камень до сих пор никому не удалось.

Будто почуяв, что я о нем думаю, из тьмы под ногами вывернулся кот.

Обошел меня, потерся о ноги и запрыгнул на один из лучей. Скрипнул когтями, чтобы не свалиться со скользкого полированного края.

Его алтарь не трогал и высосать не пытался. Чуял родственную силу?

— Что предлагаешь сделать? — спросила вслух по привычке. Мы могли общаться и мысленно, но собственный голос в мрачной тишине успокаивал. — Надо избавиться от этой дряни, но как? Идеи есть?

— Активировать? — муркнул пушистый экстремист.

— Смерти моей хочешь? Меня снесут и не заметят. Развернуться здесь негде, с собой у меня только кинжал… и ты. Бросить тебя в тварей? Думаешь, сработает?

— Вря-уд ли, — пошел на попятный Тьмок. — Может, нарисовать на нем еще что-нибудь дополнительное? Испортить?

Идея была неплоха. Я бы даже попробовала, если бы смогла подобраться к лицевой стороне, но та плотно прилегала к стене. А высекать руну на боковой поверхности смысла нет — она не будет взаимодействовать с остальными.

Испортить, испортить…

Идея крутилась на грани сознания. Чем можно испортить алтарь тьмы?

Светом?

Точно, у меня же есть подарочек Лаандары!

С флакончиком я не расставалась. Не знаю, почему таскала его постоянно в кармашке пояса. Милость богини все-таки. Еще во время суда думала продемонстрировать его жрецам как последний аргумент, мол, меня светлейшая одобрила, а вы ругаетесь!

Тьмок оценил выражение моего лица и спрыгнул с алтаря, вновь растворившись в тенях.

Выудив эликсир, я посмотрела его на просвет и встряхнула. Золотистые звездочки внутри заискрились снежинками.

Не особо рассчитывая на эффект, капнула на самый краешек плиты и тут же отскочила.

Жахнуло так, что сверху посыпались мелкие камни. Коридор задрожал, кое-где с грохотом обрушился потолок.

Невзирая на многослойную защиту, часть щебня добралась и до меня, оставив неприятно саднящие царапины на лице и руках.

По спине пробежались мурашки.

Черная трещина растеклась по каменному полу, добралась до меня и остановилась, расширяясь и проваливаясь внутрь.

Вместо того чтобы нейтрализовать тьму, свет активировал портал. И прямо на меня оттуда полезли первые мелкие оттинусы.

Что ж. Хорошо, что щель узкая. Ее можно быстро закрыть.

И больше так не делать.

Мне крупно повезло, что прорыв произошел именно так, по линии разлома камня. В образовавшуюся дыру пролезли лишь небольшие твари, которых вполне реально уничтожить кинжалом и метко брошенным камнем. А в промежуткахвыстроить заклинание и запечатать прорыв.

Потратив практически весь резерв, я привалилась к стене и сползла вниз. Где-то за поворотом парочка натвиговбилась крыльями в магический купол, но добраться до них и прикончить у меня не было сил. Портал закрыт, сами скоро сдохнут.

Такой меня и нашел Райли.

Первым делом некромант избавился от летучих тварей, убедился, что больше никто вокруг не шастает (Тьмок предусмотрительно испарился при первых признаках неприятностей), и рухнул рядом со мной на колени.

— Ранена? Укусили? Истощение? — встревоженно перечислил он, ухватив меня за подбородок и осматривая шею — одно из немногих открытых мест на теле.

Одежда заляпана, но цела, там видно, что не добрались.

— Если мне еще когда-то придет в голову светлая мысль использовать магию исцеления против тьмы — тресни меня, чтобы выбить ее напрочь, — едва ворочая языком попросила я.

— С ума сошла? — почти ласково уточнил Райли.

— Наверное. Знаю же, что оба раза камень активировали маги-лекари, и все равно попыталась… Думала, чистый свет нейтрализует алтарь. Но нет.

— Зато одной угрозой меньше, — выдохнул Райли и устроился рядом со мной, вытянув длинные ноги на пол-пещеры.

Узкое пространство помогло быстрее истребить мелких гаденышей и не позволило им разбежаться далеко. Возможно, кое-кто и ускользнул, но без подпитки темной энергией долго в тоннелях не протянет.

— В следующий раз попробую добавить пару рун к существующим. Посмотрим, как реагирует алтарь.

— Тебе не надоело ставить на себе эксперименты? — хмыкнул Райли. — Дождалась бы хоть подкрепления.

Я прикусила губу, раздумывая, сказать ли ему о частичке Мараям внутри меня. В критической ситуации собиралась ее выпустить, пусть сама разбирается со своим порождением.

Главное, никого при этом из своих не зацепить, а значит, и посторонних рядом быть не должно.

— Лучше сгинуть одной, чем с подкреплением, — решила пока обойти тему.

Являюсь я аватаром темной богини или нет — доподлинно неизвестно. Райли ко мне относится лояльно, не шарахается. Хотелось бы оставить это как есть.

— Не лучше, — неожиданно резко возразил некромант и сгреб мою ладонь в свои. Поднес к губам, будто собирался поцеловать, но замер на полпути, уставившись мне в лицо. — На тебя надеется множество людей. Нельзя их подводить и внезапно умирать. Тем более так по-дурацки.

— Спасибо на добром слове, — проворчала я, силясь обуздать отчаянно стучащее сердце.

А еще пылающие щеки — интересно, светятся ли они в темноте, как фонарики?

Заметил ли мужчина мою реакцию?

Вроде умудренная опытом женщина, а тело-то молодое, шальное. Доводов рассудка не слушает, сразу вообразило невесть что.

Райли тряхнул головой, словно отбрасывая назойливую мысль, поднялся на ноги и потянул меня за собой.

— Пойдем. Наши ждут внизу, в долине. Если к вечеру не появимся, придут штурмовать гору. А там его высочество, ты его знаешь. Лучше справиться самим.

— Какая трогательная вера в мои силы, — фыркнула, посылая поисковый импульс в тоннель. Тот почти сразу же вернулся, сообщая о завалах. — Лопату ты, надеюсь, прихватил?

Обошлись без лопаты, магией. Некромантия не воздух, левитацией тяжести не поднимет. Зато мы можем рассыпать их в пыль — ускорить естественный процесс распада, свойственный любому веществу. А труху и разгребать легче.

До временной стоянки добрались лишь к закату.

Аксель к тому моменту практически бил копытом, собирая отряд нам на подмогу. Я его успокоила, сообщила остальным о нейтрализации опасности. Подробности про дар Лаандары и взаимодействие со светлой магией расскажу попозже, лично принцу. И его величеству доложить бы.

Подозрения в причастности светлейшей к происходящему все крепли. Но без доказательств что-то утверждать чревато. Жрецы не дремлют и только ждут, когда я оступлюсь снова.

Небольшой поселок возник в долине спонтанно.

Часть беженцев даже после угроз отказалась возвращаться в Эскармон и разбила палатки прямо перед пограничным постом. После туда явился йор Делл, познакомился с гостями и любезно выстроил им укрытия. Нечто вроде бараков, но все лучше продуваемых всеми ветрами шалашей.

Один из таких, пустующих про запас, нам и предоставили для ночевки.

Уютно потрескивал огонь в очаге, на вертеле вращалось свежее мясо.

Прежние деньки и атмосфера вернулись в полном объеме.

Вот уж по чему не скучала…

Глава 8

Внеплановая ночевка выбивала нас из графика путешествия, но не сильно. Уже к завтрашнему вечеру мы должны были добраться до базы будущих учеников на территории Эскармона. Если бы не задержка, успели бы к обеду, а заночевали на другой стороне ущелья.

Но уж получилось как получилось.

Просторный общий зал гудел множеством голосов. Длинные лавки заполнили голодные солдаты сопровождения, ожидающие поздний ужин.

Мы с принцем, йором Мортеном и Райли сидели отдельно, ближе к огню. Своего рода начальство, которому положены некие привилегии вроде кусочка мяса посочнее и стола почище.

Дипломат молчал, рассеянно крошил кусок темного, ноздреватого хлеба на тарелку и смотрел в огонь.

Его никто не трогал.

С момента гибели Этьена прошло всего ничего. Рана еще свежа, и ковыряться в ней, а тем более пытаться неуклюже развлечь — дурная затея. Отболит, затянется. Все равно останется шрам на душе, что будет ныть при малейших намеках на прошлое, но уже не так отчаянно.

Я понимала йора Мортена, как никто. Но в отличие от него, мои потери по большей части остались в прошлом. Если, конечно, не облажаюсь и на этот раз все не испорчу…

— Они расторгли помолвку, — пользуясь тем, что Райли отошел к очагу, заговорщически сообщил мне Аксель.

Я невольно обернулась, находя взглядом широкую спину, обтянутую черной рубашкой.

— Почему? — спохватилась и тут же добавила: — Почему ты мне об этом рассказываешь?

Несмотря на дурашливость и склонность к риску, дураком принц точно не был и понимающе усмехнулся.

— Посплетничать захотелось, — небрежно уронил он и сделал вид, что выбирает вилку из прикрытой салфеткой корзинки.

Еда здесь сервировалась по-деревенски. Кое-кто из солдат вообще ел руками.

Меня это не смущало, я помню времена, когда из одного котелка наворачивали общей поварешкой. Куда больше интересовала новость, и я сдалась:

— Договаривай уже.

— Да нечего особо рассказывать. — Судя по хитрому прищуру, Аксель получал немалое удовольствие, дразня меня. — Расстались по обоюдному согласию.

— Обоюдному? — нахмурилась я.

Не вязалась эта версия с характером йора Хельста. Он всегда держал слово до последнего.

— На самом деле первой предложила расстаться йоруна Холл, — холодно поправил принца подошедший незаметно Райли. — Она не желает передавать детям столь мерзкую магию, а потому выйдет замуж за кого-то не одаренного.

— Вероятно, еще и богатого, — подхватил Аксель, разряжая обстановку.

Мы понимающе переглянулись: о меркантильности юной девы знали все, кто хоть раз ее встречал.

— На самом деле ее бы под суд отдать, — неожиданно резко заявил йор Мортен, выходя из транса. — Мне рассказали, что йоруна Холл чуть не угробила своих подруг.

— Она молода и растерялась, — мягко возразил принц.

— Йоруна Вальд еще моложе, но сумела собрать нас всех, провести через изнанку и вытащить. И никого не потерять! — рявкнул дипломат, теряя остатки самообладания.

— Вы не совсем правы, — я потянулась через стол и похлопала йора Мортена по руке, успокаивая. — У меня боевого опыта больше, чем у всех ваших солдат вместе взятых. В первом сражении, помню, моим самым сильным желанием было вернуться на архипелаг, закрыться дома и больше не выходить из комнаты никогда.

— Когда ты только успела? — хмыкнул Аксель.

— Я тебе уже говорила. Тот сон, что я видела… Я как будто прожила еще одну жизнь. Долгую, не слишком счастливую, но помогающую многое осознать и увидеть с иной точки зрения. Начиная с ценности некромантии, заканчивая хладнокровной оценкой критических ситуаций. Вполне возможно, йоруна Холл изменит свое мнение, когда хорошенько все взвесит и обдумает. Такие важные решения, как отмена помолвки, не стоит принимать сгоряча.

Зачем убеждаю Райли не торопиться с расставанием — сама не знаю. Наверное, не хочу вновь видеть его изломанным и не способным поверить в реальность чужих чувств.

Раньше мне казалось, что его холодность в прошлой жизни объяснялась потерей любимой. Но теперь, видя, как невеста обращалась с ним до помолвки, сомневаюсь, что дело в этом. Скорее нежелание открыться перед кем-то еще, показать уязвимые места.

Чтобы не ударили снова.

Йор Мортен склонил голову, признавая мою правоту.

— Удивительно мудрые речи для юной йоруны. Пожалуй, готов поверить, что вам больше двадцати лет.

— Лучше не уточнять, насколько, — фыркнула я. — А то выйдет, что я старше всех присутствующих.

— Получается, ты действительно совершеннолетняя? — напряженно переспросил Райли.

Аксель сдержанно фыркнул.

— Кто о чем… — протянул он, ни к кому конкретно не обращаясь.

Но уши йора Хельста вспыхнули.

— В смысле… только недавно ты выглядела на четырнадцать, хотя уже тогда вела себя не так, как положено подросткам. Получается, скрывала свой настоящий возраст?

— А что оставалось делать? Рассказывать всем о грядущем конце света и видении? Или признаться, что являюсь поклонницей Мараям? Меня бы посчитали сумасшедшей в лучшем случае, а то и казнили, и на этом все закончилось бы. Если честно, я даже благодарна темнейшейза утраченные годы. Теперь меня хоть начнут воспринимать всерьез!

— О да, — пропел Аксель, многозначительно переводя взгляд с меня на Райли и обратно. — Весьма и весьма всерьез.

Я с трудом подавила порыв отвесить принцу воспитательный подзатыльник.

Куда он лезет? Зачем?

Весело ему, а краснеть мне.

— Расскажи про тот сон, — попросил Райли, устраиваясь рядом и протягивая мне тарелку с кусочками поджаренного на углях мяса и овощей.

Беженцы не голодали: его величество трезво рассудил, что голодные соседи куда хуже сытых и более склонны к конфликтам, потому приказал поставить в долину кур, свиней и несколько коров по смешной цене. Не даром, потому что бесплатное не оценят, но и не за реальную стоимость, чтобы никто не посмел сказать, что правитель Скайгарда наживается на несчастных.

— Нечего особо рассказывать, — увильнула я, мысленно содрогнувшись.

О тварях и их классификации еще успею поведать, а о личном лучше промолчу. Неудачный первый брак и последующие отношения вне оного — подобное не пристало озвучивать приличной йоруне.

— Долгий, страшный и довольно болезненный опыт, которого я врагу не пожелаю. Но, видимо, темнейшая для чего-то меня готовила или испытывала.

— А о Мараям? — с жадным любопытством вмешался Аксель.

Ну кто бы сомневался. Принца по обыкновению потянуло к запрещенному и тайному.

— Мараям… я однажды с ней говорила. Чуть не умерла, — честно призналась я, отправляя в рот ломтик почерневшего с одного края перца. Ммм, вкуснотища! — Контакт с богинями не для смертных, сил уходит непомерно много. Вероятно, с ее стороны тоже, потому что больше я от нее ничего не слышала. Ну, есть вот еще Тьмок, но он тоже не может с ней общаться, пока находится в этом мире.

Три пары глаз дружно уставились на свернувшегося под столом кота. Тот, почуяв лакомство, вынырнул из тени, улегся мне на сапоги и всем своим видом выражал голод и страдания.

— Он — посланник Мараям? — йор Мортен не скрывал скепсиса.

— Своего рода да. Помощник, фамильяр, напарник. Одна я бы не справилась. — Я наклонилась, почесала за ушами своего незаменимого котика и выдала ему остатки мяса прямо с тарелкой.

Тьмок блаженно прижмурился и зачавкал.

Аппетит у него соответствовал габаритам. Надеюсь, в походе он начнет охотиться, иначе мы его не прокормим.

Мужчины переглянулись. Сомнение в их взглядах читалось невооруженным глазом.

Ничего, вот посмотрят на пушистика в деле и поверят.

Для сна мне отвели отгороженный занавеской уголок в общей спальне. Я не возражала — все не под открытым небом на земле, уже отлично.

Однако несмотря на относительный комфорт, мне не спалось.

Поворочавшись без толку, сдалась и вышла на свежий воздух. Мимо протопал патруль, над головой порскнула ночная птица.

На плечи опустился теплый меховой плащ.

Мне не нужно было оборачиваться, чтобы узнать, кто за спиной.

Родной запах окутал меня бережнее шелка.

— В том сне… мы были знакомы? — хрипловатый голос Райли отправил отряд мурашек маршировать по коже. — Мне иногда кажется, что ты смотришь на меня по-особенному. Иначе.

Я сглотнула, сдерживая рвущееся наружу «да».

На все.

И особые взгляды, и невысказанные вопросы.

Но признать это означает перейти на новый уровень. Возможно, начать отношения.

Снова.

В этой реальности — готовы ли мы?

Между нами существовала ниточка привязанности, но я тщательно скрывала ее, не рассчитывая на взаимность. Позволяя Гарральту выбрать собственную судьбу. Пусть и не со мной.

Одно дело — побитый жизнью начальник гарнизона приграничной крепости и вдовая йорра без семьи и предрассудков.

И совсем другое — молодой перспективный маг, друг его высочества, и сомнительная посланница Мараям, сжечь которую мечтают все жрецы Лаандары.

— Можешь не отвечать, — хмыкнул Райли, не дождавшись внятного ответа. — Я давно понял, что судить по словам — гиблое дело. Гораздо понятнее все объясняют поступки.

Его ладони легли на мои плечи, обжигая сквозь толстый слой ткани и меха.

— Ты спасла мою жизнь, рискуя своей. Для чужих людей такого не делают. Если ты не готова говорить об этом, я подожду. Просто знай, что я здесь, рядом.

Он отступил, скрываясь в доме, и спине резко стало холодно.

Я поежилась, натягивая повыше воротник плаща и утыкаясь в него носом.

Вкусно. Соблазнительно.

И крайне не вовремя.

Хотя когда оно было вовремя?

Тогда, в прошлом будущем, мы сошлись вопреки всему. После крови и потерь хотелось ощутить, что мы живы, с острым осознанием бренности всего сущего.

Сейчас же у мира появилась надежда на выживание.

Но уцелею ли я?

Мараям, похоже, нацелилась на мое тело в качестве аватара.

Храмы только и ждут, когда оступлюсь, чтобы отправить на назидательный костер.

Про угрозу быть сожранной тварями вообще молчу — это само собой.

У Райли же есть немалый шанс прожить долгую счастливую жизнь.

Имею ли я право привязать его к себе, позволить полюбить по-настоящему, чтобы потом он оплакивал меня и вновь замкнулся в эмоциональном панцире?

Глубоко втянув прохладный ночной воздух, я прикрыла глаза, погружаясь в короткую медитацию.

Тьмок увесисто прошелся по ногам, обтирая влажную от росы шерсть о брюки, и плюхнулся поперек ступней тушкой.

— Я сходил посмотре-ул. По ту сторону горы чисты, по крайней мере поблизости от временного лагеря-у, — сообщил он мысленно.

Я присела на корточки и почесала разведчика за ухом.

— Спасибо. Что бы я без тебя делала?

— Зато-у здесь недалеко есть храм светлейшей. На окраине, — продолжал Тьмок.

— Здесь? В лагере? — удивилась я.

— Да-у. Хочешь зайти?

— А он открыт?

— Это-у же храм! — фыркнул кот, поднялся, брезгливо отряхнулся и затрусил куда-то в темноту.

Я подкинула на ладони магический светлячок и неторопливо двинулась следом.

Как раз хотела наведаться к Лаандаре. Очень кстати.

Небольшое здание, притулившееся у скал, на священное место походило мало. Низкое, приземистое, как и все остальные. От соседних его отличали лишь символ над входом да огромные окна во всю стену — богиня предпочитала естественное освещение.

Так считали жрецы. Что там думает сама Лаандара, никому доподлинно неизвестно.

Теплый свет ложился прямоугольниками на траву. Несмотря на поздний час, свечи не погасили, а у алтаря обнаружился сонный жрец.

— Ты здесь, чтобы помолиться? — прищурился он при виде меня.

Присмотрелся, и глаза его расширились. Продолжение про милость и всепрощение застряло в горле, вырвался только тихий хрип.

Он что, решил я его убивать сейчас буду?

— Наверное, — пожала плечами. — Или пообщаться. Как получится.

Местный жрец был довольно стар. И явно пришел вместе с остальными беженцами, учитывая характерный эскармонский акцент.

Как ни странно, скандалить и выпроваживать меня он не стал.

Пожевал губами, что-то мысленно прикидывая, и кивнул.

— Раз светлейшая тебя не покарала, значит, можешь оставаться, — рассудил он и отошел в сторону, предоставляя мне доступ к скамье с подношениями.

Глава 9

Я неуверенно подошла ближе, осматриваясь и привыкая к гулкой тишине.

Несмотря на открытую дверь, стоило переступить порог и звуки будто отрезало. Даже мои шаги теперь звучали приглушенно, как сквозь вату.

В отличие от столичного храма, внутри не было ни колонн, ни массивных золотых подсвечников, ни мраморных ступеней к лику пресветлой. Статуя, привезённая из соседнего городка, стояла на небольшом валуне, а перед ней на деревянной лавке беженцы разложили дорогие сердцу и кошельку предметы.

Подсознательно я ожидала очередного чуда. Но то ли потому, что время сейчас ночное, то ли меня сочли на этот раз недостойной, но Лаандара являться отказалась. Ни потустороннего смеха, ни тепла. Ни золотых эликсиров.

Жаль. Во флакончике осталось меньше половины. Плеснула я на черный камень от души, не рассчитала.

Для чего он мне может понадобиться — ума не приложу. Открывать порталы без риска для жизни и резерва, разве что. Но вообще-то я некромант, я их закрывать должна, а не распахивать для тварей.

Постояв немного и послушав шелест собственной одежды, поняла, что пришла зря.

— Спасибо, что пустили в храм, — поблагодарила служителя светлейшей, разворачиваясь. — Даже удивительно, если честно. Думала, погоните метлой.

Дед за это время успел протереть жаровню, насыпать свежих благовоний и добавить тлеющего угля.

По залу поплыл душноватый, пряно-сладкий аромат.

— Если бы не темные маги, мы бы не добрались до границы, — проскрежетал жрец, устраиваясь на длинной лавке у стены и вытягивая тощие ноги. — Так что лично у меня с ними никакой вражды нет. Наоборот — рад отплатить хоть чем-то за проявленное благородство и незлопамятность. Никогда не ожидал, что скажу это в адрес некромантов, но защищать тех, кто столетиями вырезал твоих родных и близких — на это нужна немалая сила духа и способность прощать.

Он помолчал, прослеживая взглядом наспех сооруженный витраж.

Видно было, что мастер старался, но в эстетике разбирался не сильно и художником не был. Если у светлейшей действительно такая внешность, я ей по-женски не завидую.

— Я всю жизнь посвятил служению Лаандаре. Не могу понять, почему в тяжелую минуту она не пришла на помощь своим последователям. А Мараям — пришла. И это меня угнетает. Неужели мы чем-то прогневили светлейшую? Или неправильно поняли ее учение?

— Не думаю, что дело в вас, — мягко заметила я, после недолгого колебания устраиваясь рядом. — Богини непостижимы, как и их воля. Я вот до сих пор гадаю, что у меня за миссия и чего именно от меня хочет темнейшая. Ну, кроме того чтобы спасти мир и человечество…

— Вы та самая Маранни, да? — прозвучало устало и обреченно. Похоже, бедолага действительно вымотался так, что даже ужасаться не способен. — Наслышан. Вы сейчас надежда всего Эскармона.

— Вы мне льстите, — пробормотала немного растерянно.

Мне не приходило в голову взглянуть на ситуацию с другой стороны. Получается, я не только претендентка на сожжение, но и довольно известная фигура. И среди жрецов далеко не все мечтают меня отправить к богине своим ходом.

Хотя фанатичнее пресветлых, чем Эскармонские, поискать еще.

Удивил дед.

— Боюсь, многие коллеги со мной не согласятся, — хмыкнул он. — Но они не видели того, что видел я. Знаю, вас пытались привлечь к ответственности за поклонение тьме. Приношу свои извинения от лица тех собратьев, что действительно видят свет, а не слепо следуют установленным законам.

— Да ничего, я все понимаю. — Изумление захватывало меня все сильнее. — Не все могут быстро подстроиться под меняющуюся ситуацию.

— Благодарю за снисхождение, — в голосе жреца не было издевки. Он склонил голову и сложил руки в короткой молитве. — Надеюсь, ваша миссия увенчается успехом. Какой бы она ни была.

— Я тоже надеюсь, — пробормотала себе под нос. — И что выживу после.

За дверями храма ночь полностью вступила в свои права. Затихли даже караульные, полагаясь на защитный контур и расставленные вокруг поселения ловушки.

Я тихо пробралась в свой закуток за занавеской и натянула одеяло по самый нос.

Меня познабливало.

Не от холода — на улице было довольно тепло.

От осознания тщетности всех моих усилий.

Что бы я ни предпринимала, как бы ни старалась изменить прошлое — оно упорно сворачивало на прежний курс. Вот и Эскармон поглощают твари. Снова.

Оправдаю ли я надежды Мараям?

И хочу ли я их оправдать?

Если богиня вернула меня в прошлое, чтобы попытаться захватить мое тело, то помогать ей у меня, если честно, желания особого нет.

В путь выступили ранним утром, на рассвете.

Как и предсказал Тьмок, больше алтарей мы на склонах не почуяли. И дальше в лесу на территории Эскармона ни на один не наткнулись, до самого учебного лагеря.

Небольшой приграничный городок Грислер наспех дополнили палатками и довольно комфортными каменными домиками «на скорую руку» наподобие тех, что соорудили коллеги, маги земли, в долине. Менять планировку ради новостроек не стали — продолжили уже существующие улицы, даже номера добавили, не поленились.

Для короля выстроили целую усадьбу на опушке, видимо, чтобы он не сильно скучал по дворцовому саду. И забором внушительным обнесли, и куполом защитным накрыли, все как положено.

Его величество Валлар Флорен встречал нас лично и едва дождался, чтобы я спешилась.

— Йоруна Вальд. Благодарю за отзывчивость. — Он подоспел прежде, чем я успела поклониться, ухватил меня за обе руки и трепетно сжал. — Без вас мы не справимся!

— Ваше величество, помощь людям для меня превыше всего. Я не могла бы поступить иначе. — Я все же склонила голову, гадая, как бы вырваться без оскорбления монарха.

Аксель решил проблему, подойдя ближе и протянув ладонь для приветствия. Они с правителем Эскармона почти равны по статусу, тем более время сейчас военное, не до мелких условностей.

Помедлив, его величество неохотно меня выпустил и поприветствовал наследника соседского престола.

— Отдыхайте с дороги, устраивайтесь, вас ждут с нетерпением. Расписание уже составлено, мой секретарь вам его покажет. Если что-то не так, не стесняйтесь, говорите сразу. Сделаем все, чтобы вам было как можно удобнее. Вы наша спасительница!

И Валлар снова уставился на меня глазами побитого спаниеля.

Учитывая рост короля — чуть ниже меня, получалось у него убедительно.

Я стушевалась.

В прежней жизни с правителем Эскармона столкнуться не довелось.

Не успела: он вместе со всей семьей и придворными погиб во дворце от первого же прорыва. Обезглавленная страна дальше выживала разрозненно — каждый город и провинция сами по себе. Потому и оборону толком выставить не сумели.

— Не смущайте йоруну. Она просто ответственно исполняет свой долг, — усмехнулся Аксель.

Принца явно забавляло мое замешательство.

Однако его величество так просто с темы не сбить.

— Если бы не вы, страну давно поглотил бы хаос, — всплеснул руками он. — Повезло, что в усадьбе рода Делл недавно устанавливали усовершенствованные вами щиты над теми проклятыми алтарями. Вот наши маги и сообразили повторить над Миребель. Иначе из столицы твари давно бы уже расползлись по всем уголкам Эскармона. Как закрывать-то порталы нашим некромантам не показывали еще! А из шпионских донесений ничего не понять.

Я хмыкнула, не зная, как реагировать на подобные откровения. Вроде и посочувствовать бы, но, учитывая источник информации, скорее журить надо за нечестные методы.

— Я секретарь его величества, Леан Ривьер. — Скоротким кивком из-за спины монарха выступил долговязый мужчина средних лет с длинными, зализанными назад волосами. — Прошу за мной.

От того чтобы броситься следом за нами и убедиться, что я никуда не денусь, короля удержал только многовековой выдержки строгий протокол встреч.

Не положено хозяину бегать за гостями. Тем более высокопоставленному.

Я же украдкой выдохнула с облегчением.

Честное слово, лучше от тварей с одним мечом бегать, чем общаться с власть имущими!

Аксель не в счет.

Он свой, почти как брат, которого у меня никогда не было. Непутевый, но милый.

Насчет комфорта его величество не соврал.

Нам с йоруной Делл, как единственным дамам в экспедиции, отвели отдельный домик. Из старых, приличных. Кто-то из местных богачей потеснился. Три улыбчивые служанки ожидали наших распоряжений, с кухнитянуло ароматами ягодного пирога с корицей и свежего чая — время ужина еще не наступило, а проголодаться мы с дороги успели знатно.

Расписание, предложенное его величеством, было составлено мастерски. Плотно, по существу, но с перерывами и даже толикой свободного времени — на прогулки и послеобеденный сон, как пояснил йор Ривьер.

Послеобеденный сон для эскармонцев — святое.

Торжественный ужин в честь нашего прибытия состоялся в королевском особняке.

Я пожалела, что не взяла с собой бального наряда на такой случай. Но мне и в голову не пришло, что посреди военной операции нам придется присутствовать на приеме.

Зато йоруне Делл — пришло.

Мало того. Предусмотрительная девушка прихватила запасное платье, которое с минимальными переделками неплохо село на мою повзрослевшую фигуру.

— Все равно сиреневый мне не очень идет, — легкомысленно прощебетала она, поправляя оборки на моих плечах. Я все время норовила подернуть их повыше, хотя фасон предусматривал открытые ключицы. Но ходить с притянутыми к телу руками было некомфортно. Будто меня связали и я в плену. — А на тебе смотрится роскошно. Мне бы твою кожу…

— Зачем? Чтобы тебя дразнили все кому не лень? — фыркнула я, мельком бросая взгляд на наши отражения в зеркале.

Моя непривычная для континента внешность частенько служила поводом для язвительных нападок кумушек. В походах и боях не так важно, какой у тебя цвет и разрез глаз, но и там иногда прилетало от новеньких. Особенно когда те узнавали, что я некромант.

Неприязнь к темным магам выветрилась далеко не сразу.

Даже когда люди узнали, что прорывы можем закрывать только мы, первой реакцией была не радость, а ненависть.

«Проклятые поклонники Мараям! Должно быть, они и наслали это бедствие, раз могут его подчинить».

Некромантов чуть не уничтожили под корень ведомые жрецами фанатики. К счастью, у правителей хватило здравого смысла, чтобы прекратить безобразие и ввести строгие наказания для тех, кто посмеет поднять руку на некроманта. Однако плюнуть вслед или не доложить порцию при случае — это же не посягательство на жизнь.

Мне было веселее прочих.

Помимо сомнительного дара, который пришлось выцарапывать обратно из неправильной печати, у меня еще и специфическая внешность. А самое главное — я женщина!

Мое счастье, что я успела побывать к тому моментузамужем и благодаря фамилии Берг пользовалась некоторым уважением. Эйрик прославился на всю страну своими лекарскими умениями, а поскольку я тоже кое-чему научилась, меня терпели.

Будь я обычной юной йоруной, боюсь даже представить, как бы ко мне относились.

Пир затеяли на свежем воздухе.

Мне это сразу показалось подозрительным. Стоило мне переступить порог королевского особняка, сомнения переросли в уверенность.

Недаром его величество так старательно меня обхаживал, аж секретаря приставил.

Оберегал от осуждения и пересудов придворных.

Далеко не все именитые маги Эскармона пребывали в восторге от того, что им придётся переучиваться.

Сказать по правде, многие пришли в ярость и плохо это скрывали. Судя по взглядам, что бросали в мою сторону некоторые, они бы с удовольствием меня прикопали под ближайшим кустом вместо чествований.

Приглашенные прогуливались по очищенной от подлеска поляне, украшенной цветными фонариками и гирляндами. Два длинных ряда столов тянулись от небольшого возвышения, на котором будет восседать его величество, йор Мортен как герой переговоров, и я. Даже Акселя отселили в сторонку, чему он не сильно расстроился.

Принц поглядывал в сторону йоруны Делл, и его интерес я полностью одобряла.

Девушка домовитая, хозяйственная и строгая. Мужу спуску не даст и хулиганить не позволит. Пожалуй, только такая и сладит с шебутным высочеством.

— Вы же пошутили, ваше величество! — зычно расхохотался внушительный усач в форме эскармонской гвардии. — Чему она нас может научить? Допускаю, магам что-то может и будет интересно. Эти ваши купола — отличная штука, признаю. Но нам, обычным солдатам, что может посоветовать эта девчонка?

— Вы меня девчонкой не видели, — проворчала я себе под нос, с любопытством наблюдая за представлением.

Интересно, какие у короля заготовлены аргументы?

— А вы ее сами спросите! — выкрутился правитель и величественно махнул рукой в мою сторону. — Йоруна Вальд, прошу, подойдите!

Так и знала. Сейчас снова отдуваться придется…

Глава 10

Покорно приблизившись, я присела, приветствуя короля и его собеседника.

Тот явно поскромничал, обозвав себя простым солдатом. Генерал, причем с немалыми заслугами, судя по ровным рядочкам медалей и нашивок на груди.

— Ваше величество, йор… — я сделала паузу, позволяя военному представиться как положено.

Тот намеку внял:

— Генерал Клервел, к вашим услугам, йоруна. — Он поправил ус и залихватски щелкнул каблуками.

Когда-то на него наверняка дамы вешались пачками. Да и сейчас он вполне прилично выглядел для своего возраста, явно не бросал тренировки.

— Очень приятно. Как я понимаю, вам интересно, чему я могу научить людей без дара?

— Мы многое повидали с ребятами. Эти ваши твари не самое страшное! — гордо заявил генерал.

— Да ну? — я выгнула бровь, не впечатленная бравадой. — А вы их вблизи видели? Сражались с ними?

— Прикончил парочку, — делано-небрежно бросил йор Клервел, лихо подкручивая многострадальный ус. Удивительно, как растительность на его лице сохраняла такую завидную густоту. — И мой полк тоже постарался. Когда отступали из столицы, мы прикрывали его величество.

О позорном бегстве из Миребель мне успел рассказать йор Мортен. Без подробностей, ведь сам знал об этом лишь из донесений, но мне и того хватило.

— Насколько мне известно, вы столкнулись всего лишь со сваргами, оттинусами и натвигами.

Классический случай, почти по учебнику. Именно эти твари обычно появляются из портала первыми в силу мелкого размера и вёрткости.

— Всего лишь? — нахмурился генерал.

— Их гораздо, гораздо больше разновидностей. Полагаю, если вы согласитесь сопроводить меня в столицу через несколько дней, вы и сами увидите все поразительное многообразие тварей, — как заправский экскурсовод, заверила я. — И далеко не всех их берет сталь. К примеру, тех же гломов… вы позволите?

Я обернулась к королю, держа на кончиках пальцев заготовку для магического изображения. Иллюзорные техники мне слабо подвластны, но продемонстрировать, как выглядит тварь, сумею.

Его величество кивнул.

В двух шагах от нас возникла подрагивающая бесформенным желе туша глома.

— Как бы вы действовали в случае, если на вас нападет вот это? — широким жестом указала я на мерзость.

Генерал нахмурился и призадумался. Обошел вокруг имитации, сделал попытку потыкать в нее пальцем. Та ожидаемо лопнула, рассыпавшись веером искр, но свою задачу уже выполнила.

Теперь взгляды всех гостей были прикованы к нам троим.

— Поставил бы заслон. Соорудил баррикады, — чуя подвох, йор Клервел отвечал медленно, тщательно подбирая слова.

Логично мыслит. Так же думали первые военные, столкнувшиеся с гломами.

И бесславно погибли.

— Бум! Вы мертвы. Они поглощают любое вещество, подпитываясь им. Лучше всего, конечно, усваивается органика. — На этой новости придворные поежились — дошло, какую органику я имею в виду. — Но и дерево с металлом подойдут.

— Магов звать? — предпринял вторую попытку генерал.

— Однозначно. Но пока они добегут, вы опять же можете погибнуть. Эти гады плюются кислотной жижей — она у них за желудочный сок. И потом впитывают то, что разложилось.

Судя по звукам за спиной, кого-то из впечатлительных гостей затошнило.

— Тогда что? — сдался йор Клервел.

Удивительно быстро. Значит, не безнадежен.

— Огонь, — коротко отозвалась я. — Лучше всего справятся маги, конечно же. Но и обычная подожженная палка вполне способна отвлечь глома, заставить его отступить и дать время обороняющимся перегруппироваться. Итак, у вас еще есть сомнения в том, что я могу чему-то научить обычных людей и лично вас?

— Простите, йоруна Вальд, — вновь щелкнул каблуками и склонил голову генерал. Но уже с большим чувством и искренностью. — Понял, принял, осознал.

— Не стоит извиняться, йор Клервел, — вздохнула я. — Вы далеко не единственный, кто не осознает всей глубины опасности. К счастью, вы способны признать собственную ошибку. Это редкое умение. Его величеству повезло, что рядом с ним столько умных людей.

Безбожная лесть сделала свое дело. Взгляд генерала смягчился.

Я из мошенницы, посланницы тьмы и потенциальной угрозы перешла в разряд относительно полезных личностей.

Короткая демонстрация ужасов сделала свое дело.

Мною заинтересовались вплотную.

До сих пор основное внимание на приеме уделялось Акселю, как представителю соседней страны. На меня смотрели как на спутницу, одну из свиты. Далеко не все придворные в курсе подробностей грядущего обучения.

Полагаю, основным преподавателем они вообще посчитали йора Гравлунда.

А что? Взрослый солидный маг с академическим стажем и некромант. Все критерии соответствуют.

Беседа с его величеством магическим образом сконцентрировала все взоры на мне. Вокруг тут же возникло плотное кольцо любопытствующих. Не поклонников, как обычно бывает у молодых незамужних йорун. Нет, романтики в воздухе не витало и капли. Зато прожженные интриганы, министры и аристократы слетелись, как натвиги на раненую добычу. Каждому хотелось лично выяснить, откуда я взялась, где училась магии и правда ли поклоняюсь Мараям и приношу ей кровавые жертвы.

Соблазн признаться в несуществующих грехах был велик. Чисто ради минутного удовлетворения — увидеть изумление на перекошенных лицах.

Зачем задавать вопросы, ответы на которые и так знаете?

Хорошо хоть жрецов не позвали. Иначе бы скандала не избежать.

Прием протекал вяло, без размаха.

Оркестр негромко наигрывал приятную мелодию, однако танцевать никто не осмеливался. Настроение, учитывая общую обстановку, не то. Да и на поляне, пусть и расчищенной, рафинированные па будут смотреться неуместно.

Длинные столы заполнялись все новыми блюдами, но садиться гости не спешили. Ждали сигнала от его величества — он должен был первым подняться на отведенное ему место.

А король Валлар не торопился.

Пообщался с генералами, одобрительно похлопал по плечу министра финансов и глубоко ушел в беседу с принцем Акселем.

Чем немало меня насторожил.

Его высочество не дурак, но изрядный оболтус. Как бы он не попробовал уговорить правителя Эскармона отправить весь наш отряд в столицу. Мы на территории другого государства, приказы отца уже не приоритетны. Как и мои попытки защитить наследника от него самого.

Я бродила кругами по поляне, сужая спираль и раздумывая, как бы невзначай подобраться поближе и подслушать. А желательно и поучаствовать.

Предварительно избавившись от внушительного хвоста из «поклонников», который прилепился намертво и отклеиваться не собирался. Не ругаться же с представителями высшего света?

Недальновидно.

Мне их поддержка еще пригодится. Почти все они одаренные, а если нет — то очень влиятельные и богатые люди. Даже сейчас, на краю гибели мира, деньги решали если не все проблемы, то очень многие.

Солдатам, артефакторам и рядовым магам тоже нужно что-то кушать, где-то спать и во что-то одеваться. Особенно в походах, когда ближайшую поставку из дворца ждать долго, а новые ресурсы нужны уже вчера. Тогда на помощь приходили дипломатия, знакомства и дружеские отношения с теми, кто под боком. Благо резиденции аристократии разбросаны по всей стране что в Эскармоне, что в Скайгарде.

Или же толика уважения, которую за годы противостояния приобрело к некромантам большинство обитателей материка.

— Позвольте увести йоруну. На два слова, — вклинился между двумя министрами йор Мортен.

— Прошу прощения! — ослепительно улыбнулась я и, взяв спасителя под руку, выплыла из окружения, как спасательная шлюпка из кольца голодных акул.

Мы отошли в сторону, ближе к деревьям, и остановились под раскидистым кленом. Его широкие остроконечные листья уже порозовели, чувствуя приближение осени, а свет магических фонариков добавлял им позолоты и яркости.

— Что вы хотели мне сказать? — спросила, высматривая короля Валлара. Он куда-то подевался вместе с Акселем, и меня их отсутствие тревожило все сильнее.

— Я хотел спросить… вы же благословлены самой Мараям, — голос йора Мортена неожиданно охрип. — Вы умеете возвращать людей из-за грани? Йор Хельст практически умер, он точно бы умер, но вы его вытащили. Мы все были в западне на изнанке, но выжили. Возможно ли, что Этьен все еще жив? Просто потерялся, провалился в портал, не знаю…

Мое сердце пропустило удар.

Выплескивая собственную боль, маг неосознанно ударил по моему уязвимому месту.

Скольких я потеряла вот так, случайно, неожиданно, по-дурацки?

Смерть вообще тупая тварь. И не разбирает, кого уносит.

— Те, кто уходят, не возвращаются, — мягко заметила я. — Ваш брат отдал всю силу, и магическую, и жизненную, алтарю. Не по своей воле и не осознавая того. Скорее всего, он даже не заметил, как перестал существовать. Мне очень жаль, йор Мортен, но Этьена больше нет. Ни в этом мире, ни в каком ином.

Некромант прерывисто вздохнул, с трудом удерживая лицо.

Странно, что ждал так долго, чтобы задать этот вопрос. Видимо, собирался с духом, перед тем как принять неизбежное. Ведь сейчас я безжалостно оборвала последнюю ниточку его надежды.

— Я так и думал, — прошелестел Теодор, глядя в сторону. — Глупо рассчитывать на чудо.

Я сглотнула ставшую неприятно вязкой слюну.

Мне было даровано то самое чудо.

Второй шанс.

Возможность спасти погибающий мир.

Но уберечь при этом всех, к сожалению, не вышло. Даже предвидя будущее нереально предусмотреть все.

— Это богиня установила алтари? — неожиданно спросил йор Мортен.

— Которая? — осторожно уточнила я. — Я не уверена, что это рук дело Мараям, если вы о ней. И не исключаю участия Лаандары. Или кого-то третьего.

— Третьего? — нахмурился Теодор. Потряс головой, будто прогоняя назойливую пчелу. — То есть это не темнейшая?

— Ваш брат не был некромантом, — безжалостно напомнила я. — Вчера в горах я активировала алтарь чистейшим концентратом света, целительной магии, выданной мне лично богиней в одном из храмов. Не могу утверждать наверняка, что Мараям никаким образом не замешана, но полностью повесить на нее появление прорывов нельзя.

— И твари тоже не ею присланы? — продолжал допытываться йор Мортен.

— Она их не контролирует. В этом я уверена. Если бы они были детищами истинной тьмы, Мараям бы не пришлось вытаскивать нас с изнанки с таким трудом, тратя драгоценную энергию и высасывая из меня годы жизни.

— Но что, если все это один сплошной спектакль?

— Призванный добиться — чего? — парировала я.

Идея, что богиня может притворяться — одна или обе — не нова. Я обдумывала ее со всем тщанием, но в итоге отмела. По одной простой причине: зачем тогда меня отправили в прошлое? Что пошло не так? Ведь твари на тот момент захватили большую часть континента и уверенно двигались к безоговорочной победе.

Как бы люди ни надеялись на обратное, суровая правда неумолима.

Мы продержались бы еще год-другой, максимум. После чего человечество, а следом за ним и весь мир перестали бы существовать. Все наши старания и трепыхания лишь оттягивали неизбежное.

Сейчас же я вновь засомневалась.

Вдруг победа над людьми и уничтожение мира не было истинной целью зачинщика всего? Что, если план пошел наперекосяк, вышел из-под контроля, и чтобы вернуть его в нужное русло, использовали меня?

— Например, вашего тела, — пожал плечами йор Мортен. Ни малейшего похабного намека в его голосе не было. Скорее прозвучало так, будто ученый обсуждает подходящий для эксперимента сосуд. — Что, если Мараям попытается обрести воплощение? И выбрала для этого вас. Затем и испытывает, проверяет, так сказать, на прочность.

Я украдкой погладила потайной карман в поясе, куда положила флакончик от Лаандары.

Мое оружие на крайний случай.

Если темнейшая действительно нацелилась на то, чтобы превратить меня в свой аватар, я выпью остатки, уничтожая в себе некромантию. Пусть я стану магическим инвалидом, зато выживу. А там, глядишь, и зачатки целительства разовью.

Не впервой.

Конечно, с темным резервом не сравнить и могучей магичкой мне больше не быть. Но отсутствие или наличие дара — не самая большая проблема.

Куда хуже, если йор Мортен прав и все происходящее — один сплошной глобальный фарс, призванный подготовить меня к принятию божественной сущности.

Что предпримет некогда изгнанная Мараям, обретя тело по эту сторону?

Заведет корову и курочек в глухой деревне и станетжить-поживать?

Или же уничтожит тех, кто когда-то запер ее на изнанке реальности, а затем годами травил последователей, не позволяя набраться сил и вернуться? Выборочно, не все человечество.

В конце концов, кто-то должен ей служить.

Могла ли темнейшая затеять такую многоходовую месть?

Сначала попробовала грубой силой, но осознав, что вот-вот уничтожит весь мир, спохватилась и вернула меня в прошлое, чтобы подготовить тело для переселения. Закалить. Увеличить резерв — ведь с той печатью, что использовалась раньше, мне было доступно разве что две трети силы. Впечатляюще много, но недостаточно, чтобы вместить божественную мощь и не испариться при этом.

А сейчас — в самый раз.

Глава 11

Подошедший очень вовремя Райли избавил меня от мучительных раздумий — что же ответить йору Мортену.

— Его величество желает поднять тост, — негромко сообщил йор Хельст, предлагая мне локоть.

Я кивнула, положила пальцы на согнутую мужскую руку и проследовала к столу.

Король уже устроился на возвышении, а придворные степенно рассаживались по местам, благо слуги заранее разложили именные карточки, чтобы гости не суетились и не метались.

Тост был не один.

Сначала предложено было выпить за плодотворное сотрудничество двух стран, затем — за истребление тварей, после кто-то из министров предложил воздать должное светлейшей Лаандаре.

Возражений не нашлось.

Однако предлагать то же по поводу Мараям никто не спешил.

Я лениво перекатывала в бокале густую янтарную жидкость, прикидывая, не эпатировать ли чем подобным общественность.

Сжечь не сожгут. Но вряд ли одобрят.

А тем временем поддержка темнейшей не повредит.

Необязательно проводить некие кровавые ритуалы, чтобы поклоняться богине. Достаточно верить в нее и почитать в глубине души. Относиться с уважением.

Учитывая, что сотни лет ее имя если и упоминали, то с оттенком страха и презрения, поддержки с этого Мараям не получала. А именно из энергии верующих создается божественная сила.

Потому темнейшая и утратила контроль сначала за своими творениями, а после и за всей изнанкой. У высших существ своя разновидность резерва, и если он пуст — чуда можно не ждать.

В моей душе боролись противоречивые чувства.

С одной стороны — закономерные опасения.

Связаться и толком побеседовать с темнейшей, узнать ее планы и намерения не представляется возможным. Что она задумала в итоге, к чему меня подталкивает, остается лишь гадать.

С другой — я обязана ей жизнью. Своей и чужими. Какие бы коварные планы Мараям ни лелеяла, она дала мне шанс исправить многие ошибки, предотвратить хотя бы часть катастроф и подготовить мир к нашествию чудовищ.

По крайней мере одну последовательницу — меня — богиня точно получила.

Возможно, часть отряда, спасенного с изнанки, тоже теперь ее питает своей верой и благодарностью.

Достаточно ли этого, чтобы вернуть ей прежнюю мощь и помочь справиться с тварями изнутри? Вряд ли.

Тут счет должен идти на сотни, если не тысячи человек.

Где их взять только, если храмы Лаандары до сих пор считают меня злом во плоти, а про Мараям и речи не идет? Открывать отдельные капища для восхваления тьмы? А если они притянут алтари и посреди толпы мирных почитателей откроется прорыв?

Откуда берутся черные камни, мы до сих пор не выяснили, как и кто их расставляет в хаотичном порядке по всему миру. Как и от кого стоит ожидать большей подлянки — от светлейшей или от темнейшей.

Так ничего и не решив, я при первой возможности сбежала с пиршества.

Еще в прошлой жизни Альрик мне частенько пытался доказать, что мероприятия со скоплением аристократии важны и нужны для расширения связей, заведения полезных знакомств и тому подобного. Но на меня они по большей части навевали тоску.

Тем более что сразу после мне приходилось возвращаться на поле боя. И контраст мирной жизни и сражений доканывал мою и без того расшатанную психику.

Занятия начались рано утром.

Меня разбудил секретарь его величества, йор Ривьер. Тактично поскребся в дверь и негромко напомнил, что маги и солдаты ожидают на полигоне.

Я зевнула, заверила, что вот-вот буду, и отправилась приводить себя в порядок.

Большинство из будущих учеников вчера отсыпались, в отличие от меня. И сейчас радовали глаз свежим видом и ясным взором, излучающим предвкушение новых знаний.

Даже моя внешность их не смутила. Вояки бодро рявкнули:

— Здравия желаем, йоруна Вальд! — будто я их генерал уже лет десять.

Маги приветствовали меня не так активно, но вполне мирно. Прямого сопротивления не оказывали, презрения не демонстрировали.

Для разнообразия начало неплохое.

Полигон располагался в стороне от городка, за перелеском. Специально отнесли подальше и куполом прикрыли, чтобы, если какое-то заклинание все же отрикошетит, не зацепило мирных жителей.

Защиту я оценила и одобрила. Качественно скопировали с усадьбы Делл, не подкопаешься.

Первая лекция затянулась надолго. Мы немного выбились из графика, предоставленного секретарем, и пропустили не только обед, но и послеобеденный сон. Зато я наглядно объяснила тактику обороны от гломов — слухи о страшном, пожирающем все живое существе разлетелись за ночь как пожар.

С натвигами дело пошло не так бодро. Народ устал как умственно, так и физически. Солдатам приходилось отрабатывать приемы на практике, магам — записывать и пробовать модифицированные заклинания. Так что поесть я их все же отпустила.

Дальше ученики разделятся. С завтрашнего дня утром у меня будут военные без дара, а по вечерам — одаренные.

Зато базу я в основном объяснила. Как и самый главный принцип — беречь некроманта в отряде.

— Я собрал наших. Они ждут вас через час на полигоне, — отрапортовал йор Мортен.

Я слабо улыбнулась.

С коллегами — отдельная беседа.

Они прослушали общий курс наравне с остальными, но про порталы и их закрытие рассказывать всем смысла нет. Никто, кроме нас, с этой напастью все равно не справится.

Некроманты слушали меня еще внимательнее, чем все маги вместе взятые.

На них явно произвели впечатление резкие перемены в их положении в обществе. Только недавно они были изгоями, вслед которым плевали. Но один приказ короля — и их почитают наравне со жрецами пресветлой.

Разумеется, далеко не все обитатели Эскармона моментально перестроились под новые правила. Случались и накладки, но стражи бдели и в обиду темных не давали.

Впрочем, и сами некроманты до сих пор не осознали собственной свободы. Зато очень даже прочувствовали сопутствующие ограничения.

Ведь вольностей, как в Скайгарде, им не дали. Они не могли по примеру невесты Райли вильнуть хвостом и сказать: «Хочу отсидеться дома, под крылом папеньки».

Среди почти сотни призванных на службу темных магов более трети оказались женщинами разного возраста и семейного положения.

Что мне с ними делать я представляла смутно. Было бы время — отправила бы в лагерь для подготовки. Йорры и йоруны чисто физически прямо сейчас не потянут переходы по лесу и ночевки под открытым небом.

Меня-то закалили годы странствий с супругом и жизнь на островах.

Да и факультет целителей готовит далеко не ромашек. Были у меня и практики в полях, и уроки физической подготовки.

А что делать с нежными цветочками, сроду не покидавшими будуаров — ума не приложу.

Заклинание закрытия портала я показала. Только вот половина из девиц даже базового магического образования не получала и восстановить формулу не сумела ни с третьего, ни с десятого раза.

Зачем им учеба, если все равно выйдут замуж за одного из своих, некромантов? А дальше — блюсти семейный очаг, рожать и воспитывать детей. Для этого магия не требуется.

Утром я масштаба катастрофы не оценила. Зато сейчас прониклась по полной.

— Нужен отдельный отряд для этих фиалок, — твердо постановила я вечером.

Его величество устроил очередной прием, на этот раз в узком кругу, почти по-семейному. Я, Аксель, Райли, йор Мортен, йор Гравлунд и десяток министров Эскармона.

Если учитывать мой плотный график, решение логичное.

Провести совещание, совмещая его с сытной едой — что может быть лучше?

Идея отсрочить призыв для неопытных йорр и йорун в восторг политиков не привела. Как и мысль распределить их в качестве заместителей старших некромантов по уже существующим подразделениям.

— Они не справятся, — уверенно заявила я. — Слишком велик шок, особенно в первый раз. Мало того, что они запорог усадьбы никогда не выходили, а тут — лесные просторы и буераки. Так еще и твари со всех сторон. Первой реакцией будет прикрыть голову руками, пасть ниц и верещать.

— И что вы предлагаете? — осведомился король.

— Поставить им в пару темного мага поопытнее, — пожала плечами я. — Одну такую йоруну выпускать в бой нельзя. Смерть всему отряду.

— Вы же тоже… — заикнулся было министр обороны.

Я прожгла его красноречивым взглядом.

— Поверьте, вы бы не хотели попасть в мой отряд, когда я только начинала. Именно потому я сейчас предупреждаю о возможной проблеме. Точнее, о реальной проблеме, которая аукнется в ближайшей же стычке.

Министры переглянулись в недоумении.

Им никто про мою вторую жизнь во сне не рассказывал, потому предвзятое отношение к представительницам моего пола вызывало волну удивления. На самом деле меня тревожило вовсе не наличие или отсутствие женщины в отряде, а именно их моральная неподготовленность к грядущим трудностям.

За плечами каждого мужчины-некроманта стояли как минимум годы обучения в академии. Так что практика им не в новинку. Потренироваться с модифицированными контурами и заклинанием закрытия, и дело с концом. Некоторые йоруны тоже получили высшее образование — к ним у меня никаких претензий не имелось. Пусть себе идут в отряд наравне с мужчинами.

А вот неопытных обязательно следует поддержать. Прикрыть поначалу, показать пример. На третий-четвертый раз придет спокойствие и трезвый расчет.

Или смерть.

К сожалению, ничто не дается просто так. Почести и неприкосновенность для некромантов обернулись обязательной военной службой, увильнуть от которой невозможно. Нельзя принять невинный вид, похлопать ресницами и заявить, что не справляешься.

Обязана справиться.

Мою инициативу одобрили. Его величество внял доводам рассудка и приказал сгруппировать отряды исходя из личного опыта. Перемешать новобранцев и матерых служак, чтобы вторые прикрывали по возможности первых.

Ужин шел своим чередом, когда я ощутила под скатертью подозрительное шевеление.

Мне на колени вскарабкался взъерошенный, нервно дергающий ушами Тьмок. Я машинально сунула ему ломтик сочной утки, но кот отказался.

Непорядок. Значит что-то серьезное.

— Что случилось? — встревоженно шепнула я.

— Я нашел новый алтарь, — мысленно сообщил пушистик.

Я с трудом проглотила вставший поперек горла кусок.

— Далеко?

— За городом, по дороге в столицу.

— Так.

Сидевший по левую руку от меня Райли склонился к моему уху.

— Все в порядке?

— Не очень, — честно отозвалась, лихорадочно прикидывая что делать.

Изолировать участок — обязательно. Купол, патруль, все такое.

Активировать ли? Или ждать пока само рванет?

Изучить бы еще дрянь такую.

Ощущение, что мы упускаем что-то очевидное, не покидало меня. В предыдущей версии будущего озвучивались разные причины возникновения прорывов, однако алтарей мы не находили. Это что-то новенькое? Специально для меня?

Или мы просто не знали, где искать и что?

— Найден еще один алтарь поблизости от города, — вслух сообщила я.

И замолкла, предоставляя правителю Эскармона решать, что предпринять.

Его страна, его люди. Его ответственность. Я могу лишь помочь или посоветовать, если спросят.

Прочее пусть останется на совести йора Флорена.

Глава 12

Король, стоит отдать ему должное, не колебался ни минуты.

— Соберите отряд. Йоруна Вальд, прошу вас, как наиболее опытного мага, возглавить его.

— Что ж такое-то! Опять напасть на нашу голову. Преследуют они нас, что ли? — пробормотал себе под нос йор Мортен.

— Преследуют? — нахмурилась я.

Мысль вертелась на краю сознания, не позволяя ухватить себя за хвост. Но я упорная.

— Ваше величество, у вас есть карта мира? Поподробнее, — поинтересовалась я вслух.

Йор Флорен просьбе ничуть не удивился. Будто только ее и ждал.

— Конечно. Прошу в мой кабинет.

За нами следом увязались было и министры, но секретарь на них шикнул. В святая святых были допущены только я и Аксель.

На принца соседней страны шикнуть никто не посмел.

Огромный лист плотной маслянистой бумаги закрыл письменный стол целиком. Материк отображался не весь — Эскармон в центре, кто бы сомневался. Но главное, основные города и прибрежные воды с архипелагом были видны как на ладони.

Я захватила горсть булавок с яркими головками из любезно приоткрытого ящика и зависла над картой.

— Итак, мой дом. Равиньян. Столицы. Лагерь беженцев. Дорога в Грислер. Что может объединять эти места?

— Там живут люди? — предположил Аксель, заглядывая мне через плечо.

— Не просто живут, — покачала я головой и прошлась по перечисленным точкам по новой. — Моя мать, безвинно обиженная и презираемая. Обитатели острова, умолявшие Мараям о защите от произвола, униженные и оскорбленные. Про дворец я молчу — там всегда найдется место предательству и скорби.

— Убежище в долине — там тоже сплошь пострадавшие и недовольные, — подхватил мысль принц.

В смекалке ему не откажешь. Быстро понял, что я пыталась безуспешно сформулировать для самой себя.

— Хотите сказать, что алтари притягиваются к скоплению эмоций? — нахмурился король.

— Негативных эмоций. Злость, ненависть, печаль, тоска. Это места, где творилась несправедливость. Где концентрация скорби и страха достигала предела. — Я ткнула в остров Равиньян. — Отсюда все началось.

— Как тогда они в лесу образовались? — Аксель потыкал в приграничную зону, рядом с усадьбой Делл.

— Кто знает, что там происходило, — пожала я плечами, не спеша отказываться от идеи. — Может, убили кого или ограбили.

— И то верно.

Мы вчетвером, включая королевского секретаря, вперились в извилистые линии границ.

— И чем нам это открытие поможет? — первым нарушил напряженную тишину его величество. — Предсказать появление алтарей и прорывов по-прежнему невозможно. Сейчас полстраны в смятении. А вторая половина в ужасе.

— Предугадать, где образуется следующий алтарь, мы действительно пока не можем. Зато мы поняли его суть. Его притягивают сами люди — или же создают.

— Создают? — нахмурился йор Клервел. — Хотите сказать, среди населения есть предатели, продавшиеся темнейшей?

— Нет, конечно, — замахала я на него руками.

Не хватало еще новой охоты на последователей Мараям!

— Любые отрицательные эмоции могут спровоцировать появление прорыва. Понимаете? Подрались двое по пьяни, наорали друг на друга — вот вам алтарь неподалеку. Контролировать это невозможно. Но сам факт, что явление завязано на человеческие чувства, говорит о многом.

— О чем же?

— О том, что мы отчасти виновны в сложившейся ситуации.

Кусочки картинки, вертевшиеся разрозненно в моей голове, наконец-то встали на место. Беседа со жрецом в долине немало тому помогла.

— Богини нуждаются в поклонении, — медленно, вдумчиво произнесла я. — Они получают силу из поминания и подношений. Но что, если вместо уважения и славы им достаются лишь презрение и ненависть?

— Их поминают же. Пусть и со страхом, — возразил Аксель не слишком уверенно.

— И тем самым искажают божественную суть. Потому Мараям потеряла контроль над изнанкой и собственными созданиями. Та сила, что питает ее, извращена. Что может вырасти из ненависти и презрения?

— Монстры, — шепотом признал король.

Эхо разнесло слово по притихшему кабинету, посылая мурашки по спине.

— Мы сами создали своих врагов, — подтвердила я, не отрывая взгляда от карты.

— Это еще не доказано, — слабо возразил секретарь Клервел.

Но мы все понимали, что моя догадка неприятно близка к правде. Даже если существуют некие нюансы — главное не изменится.

Алтари, прорывы и твари — все это сотворено самими людьми.

Пауза затягивалась.

Первым отмер король. Ему по должности положено.

— Что делать будем? — не слишком величественно, довольно жалобно вопросил он.

— Не знаю, — честно ответила я. — По-хорошему, стоило бы объяснить людям, что происходит. Но это нереально сразу по нескольким причинам.

Мужчины согласно кивнули. Что хорошо — разжевывать никому из них не нужно было. Сами умные, все понимают.

По приказу вдруг резко перестать ненавидеть Мараям и начать ей поклоняться как положено никто не сможет. Чисто психологически это невозможно. Вера должна быть искренней, идущей от сердца. А благодаря векам пропаганды со стороны жрецов Лаандары люди искренне ненавидят тьму.

— А как поступим с храмами? Замешана ли во всем этом светлейшая? — подал голос секретарь.

Прекрасный вопрос, на который тоже нет ответа.

— Чистый свет активирует алтари, — напомнила я. — Так что исключить полностью влияние Лаандары нельзя. С другой стороны, вполне возможно, что это побочный эффект привязки к эмоциям и человеческому фактору.

— В смысле? — заинтересовался Аксель.

— В первую очередь камень реагировал на магию жизни и исцеления. На мою и йора Мортена-младшего. Концентрат Лаандары — той же природы. Чистая целительская магия, только без носителя.

— Тогда почему мой огонь алтарь не заинтересовал?

— Тут я могу лишь предполагать. — Я сложила руки на груди, перебирая мысленно варианты. — Стихии не привязаны к богиням, они существуют сами по себе, как часть мироздания, так сказать. А вот свет и тьма — те напрямую относятся к Лаандаре и Мараям. Потому активируют прорывы.

— Звучит логично, — признал принц. — Возвращаясь к первоочередному — и что нам делать?

Я молча развела руками.

После судьбоносного открытия мозг словно впал в ступор. Наверное, следовало придумать какой-то гениальный выход из положения, но сейчас я была способна разве что бегать кругами и орать от безысходности.

Если люди сами провоцируют прорывы и мутацию тварей, то мы можем хоть до посинения биться с порождениями тьмы. Это замкнутый круг. Нападения порождают лишь больше страха.

Как заставить народ резко полюбить ту, что несет смерть и разрушения?

Раньше Мараям поклонялись как защитнице обездоленных. Последний рубеж перед смертью, та, что дарует окончательную справедливость и месть.

Сейчас же у нее образ злой, омерзительной твари, жаждущей уничтожить все сущее.

— Не понимаю, жрецы что, специально такое сотворили? — задумчиво пробормотал секретарь Клервел и осекся, осознав, что произнес крамолу вслух.

Впрочем, осуждать его никто не торопился. У нас бродили те же мысли.

— Скорее всего, по незнанию. Увлеклись, — вздохнул король.

Я же припомнила, как в несбывшемся будущем почитатели Лаандары заверяли всех, что истинно верующие в светлейшую спасутся.

Значит, что-то они все же подозревали. Сообразили, что прорывы и существование тварей завязаны на человеческом сознании, и пытались таким образом защитить паству. Но, к сожалению, не сработало.

Мало восхвалять Лаандару. Нужно еще реабилитировать Мараям.

Но как?

— Пойдем осмотрим новый алтарь, возможно, нейтрализуем, если получится, — мрачно постановила я. — А потом подумаем.

— Я соберу министров и старших жрецов. Возможно, мы что-то сумеем предложить совместными усилиями, — согласился его величество.

Я благодарно поклонилась и повернулась к Акселю.

— Стоит передать новости и в Скайгард. И на архипелаг, если не сложно.

Принц кивнул. Полагаю, он в любом случае отчитался бы отцу, но так донесение станет официальным, а не тайным стукачеством.

— Мы все еще не уверены, что это предположение верно. Следует ли распространять его повсеместно? — осторожно заметил секретарь Клервел.

— Вы правы, но версия слишком стройная, чтобы ее игнорировать, — вздохнула я. — Для того и предлагаю всеобщее обсуждение. Вдруг кто-то предложит что толковое.

Хорошо бы.

Потому что у меня от одной мысли о бесконечной бессмысленной борьбе с порождениями человеческого разума опускались руки.

Все-таки иметь дело с некими абстрактными тварями куда проще. А когда выясняется, что ты сам их и наплодил…

В новой теории все еще имелись немалые дыры.

Непонятно, почему в таком случае алтари не заполонили весь мир. Ведь гнев, страх и ненависть — привычное состояние человечества.

Вероятно, в силу должно вступить некое особое условие, своего рода катализатор, что превращает абстрактные ярость и ужас во вполне материальный алтарь тьмы.

Что это — или кто это — пока неясно.

Но даже неясная ниточка догадки в нашей ситуации бесценна.

— Стоит привлечь ученых. Магов-теоретиков. И,пожалуй, жрецов, — забормотал себе под нос король. Я согласно кивала: чем больше голов будут обдумывать идею, тем лучше. Главное, чтоб не переругались в прах. У нас и без того проблем навалом. — Не активируйте алтарь сразу. Посмотрим, обследуем. Прикажу расспросить тех, кто переехал вместе со столичными жителями. Я ничего особенного по пути сюда не заметил, но это я…

Похвальная самокритичность.

За щитом секретаря, гвардии и министров его величество порядком оторван от реальности. Кого бы там ни убили или напугали в придорожном лесу, йор Флорен вряд ли что-то заметил.

Что там еще обследовать, я себе представляла слабо, но я и не специалист. Моя задача — закрыть возможный прорыв, а все остальное пусть умные люди решают.

К алтарю выехали ранним утром.

В состав отряда кроме меня, йора Мортена и Райли, как некромантов, вошел десяток пограничников, побывавших на изнанке и потому признанных ветеранами.

И Аксель, разумеется. Попробовал бы его кто-то не пустить.

Я могла бы попытаться, но решила не тратить силы сейчас.

Мне еще от принца отделываться, чтобы в столицу съездить. Пусть себе тешится пока.

Тьмок утверждал, что тот алтарь свеженький и фонит от него не сильно. Значит, образовался не так давно.

Что странно и не совсем укладывалось в мою версию происходящего.

Основной исход беженцев произошел больше недели назад. Соответственно, и концентрация злости должна была снизиться, а не провоцировать образование камня.

Впрочем, главное, что портал в ближайшее время образоваться не должен, и у нас еще имелось время в запасе, чтобы установить купол и обучить военных и магов справляться самостоятельно.

— Нам нужны образцы, — решительно заявила я, покачиваясь в седле. — Без наглядных пособий объяснить некоторые вещи сложно.

Райли поперхнулся.

Аксель просиял.

— Пойдем ловить тварей на живца? — многозначительно выгнул бровь принц, косясь в сторону приятеля.

Намекая, кто именно будет служить живцом.

— Скорее, подготовимся и осознанно откроем портал, — поправила я. — Выберу тех, кто посмышленее, в экспериментальную группу, остальные пусть наблюдают издалека. Не думаю, что его величество будет против. Лучшая учеба — практика.

Алтарь обнаружился неподалеку от тракта.

Тьмок шмыгнул с колеи в кусты и зашипел.

Я спешилась, моему примеру последовали остальные.

Тащить лошадей в опасную зону не стоит. Вдруг прогноз кота не оправдается, и твари полезут прямо сейчас? Мы-то отмашемся, а безвинные животные пострадать могут.

Воины спешно рассыпались по лесу, осматривая местность и выставляя маяки для будущего купола. В идеале следует и деревья поблизости вырубить, и траву выкосить, чтобы не мешала защите. Чем они сейчас и займутся.

Частично эту проблему уже решил алтарь.

Вокруг него успел образоваться пятачок безжизненной земли. Чем дольше он здесь простоит, тем шире станет круг.

— Есть какие-то следы? — повысив голос, поинтересовалась я у солдат.

— Никаких! — бодро отрапортовали мне сразу с нескольких сторон.

Я нахмурилась.

Жаль, если моя догадка окажется бредом.

Глава 13

Должно существовать некое принципиальное различие в возникновении алтарей и обычных прорывов. У забора во дворце Торсхольма зарождался самый обыкновенный портал, знакомый мне и привычный.

Здесь же зрело нечто более фундаментальное.

Я уже успела заметить, что при активации алтаря твари лезли на нашу сторону более ожесточенно, словно их что-то успело разъярить заранее.

Конечно, они всегда злобные по умолчанию. Но из прорывов, образовавшихся на месте черных камней, перло нечто обезумевшее, не разбиравшее, где свои, где чужие. Потому мне в одиночку так легко удалось обезвредить тот, в пещере. Дезориентированные мелкие натвиги и оттинусы сцепились друг с другом сразу, позволяя мне уничтожить их, не особо напрягаясь.

— Нет следов, — повторила эхом и заново оглядела пожухшую траву вокруг.

Если свежих нет, стоит поискать старые.

— Отойдите подальше и приготовьтесь ко всему, — приказала, подступая ближе к алтарю.

— Его величество приказал изучить сначала… — робко встрял йор Мортен.

— Я и изучаю, — пожала плечами. — Если случайно рванет — я не виновата. Мне нужно кое-что уточнить.

И развернула силу, запуская ее глубоко в землю.

Тьма во мне запела, настраиваясь на чужую смерть.

Сама не знаю, что я искала.

Но таки нашла.

Под самым алтарем, опасно близко к камню, нити магии нащупали старые, полусгнившие кости. Они поднялись к поверхности, разворотив прикрывавшие их слои почвы и глины, прикипели к обсидиановой глади и сейчас походили на странные корни, что камень пустил в землю.

Я на пробу потянула за одно ребро, но оно тут же рассыпалось в прах. Вместо того чтобы отделиться, останки слово всосались внутрь глыбы, на глазах истаивая и ветшая. Мгновение — и не осталось ничего, что напоминало бы о безымянной могиле.

— Потому мы ничего и не находили, — задумчиво произнесла я, втягивая энергию обратно.

— Почему? — поинтересовался Аксель.

Он так и стоял за моим плечом, наплевав на предупреждение, и с нетерпением притоптывал. Видимо ждал, когда же из земли что-то вылезет, или откроется прорыв.

Увы, не в этот раз.

— Уточните в ближайших городах, не пропадала ли в этом районе семья из семи человек. Лет пять назад, точнее не скажу, — произнесла я вслух, проигнорировав вопрос принца. — Трое детей, супружеская пара, и две бабушки. Скорее всего, грабители постарались.

— Обязательно узнаем, — щелкнул каблуками один из пограничников и тут же умчался обратно в Грислер за сведениями.

Мы же распределились по поляне и принялись выстраивать купол, как приказано его величеством.

Какие бы планы у меня ни имелись, в первую очередь следует обезопасить мирное население и перекрыть путь тварям. А потом уже все остальные эксперименты ставить.

По крайней мере, моя гипотеза постепенно обрастала деталями.

Выходило, что алтарь возникает не просто в месте скопления негатива. Для него нужна жертва. Возможно, несколько.

Ничего удивительного, что камни возникали в лесу, подвалах и прочих труднодоступных местах. Где еще удобно спрятать трупы?

Или не прятать, а просто запытать до смерти, если брать в расчет дворцы. Там постоянно народ помирал пачками. Только выбирай, из кого алтарь вырастить.

Его величество мою идею активировать прорыв в учебных целях одобрил. Но истово попросил повременить. Ученики еще не готовы, только-только теорию осваивают.

Потому открытие портала мы решили отложить до моего возвращения из столицы. Как оптимистично заметил Аксель — если я вернусь.

Принц разобиделся, что я наотрез отказалась брать его с собой в эпицентр опасности, и пророчил мне всяческие проблемы. Именно потому, что его такого шикарного и сильного не окажется вовремя рядом.

На что я бестактно отмахивалась, напоминая, что вообще-то главный в команде некромант, а не огневик. И силовой поддержкой мы запаслись по самое некуда.

Кроме меня и Райли, а также йора Мортена, с нами отправлялась почти сотня отборных королевских гвардейцев и пограничников. Треть из них — те самые ветераны, готовые пройти сквозь изнанку вновь и там погибнуть при необходимости, но прорывы закрыть.

Лишенный столицы Эскармон постепенно разделялся на разрозненные участки. Кто-то остался верен короне, кто-то решил, как в известном мне будущем, что выживание прямо сейчас важнее лояльности, и наотрез отказался присылать рекрутов во временный центр — Грислер. Им и самим молодые, полные сил воины пригодятся. Зачем тратить время на какую-то тупую муштру, если твари вот-вот нападут?

И никакие уговоры и убеждения, что без специального обучения все просто бездарно полягут, не помогали.

Потому вернуть Миребель если не к былому величию, то просто во владение людей, как символ победы разума над тварями, нужно было обязательно. И срочно. Иначе проблемы открытием прорывов не ограничатся. Неизбежны восстания, распад государства и прочие прелести смутного времени.

Что в совокупности может Эскармон доконать.

Я задержалась в Грислере еще на четыре дня.

Лекции шли сплошным потоком, перемежаясь с практикой.

Умеренной практикой, не на образцах, как мне бы хотелось. Чисто на усвоение материала — создать заклинание, развеять и по новой.

Переучиваться всегда сложнее, чем осваивать что-то новое, потому я не слишком удивилась, когда на третий день те самые нежные, ни к чему не приспособленные йоруны начали выдавать схемы увереннее бывалых некромантов.

У них не было базы, вдолбленного годами учебы знания «как надо», и потому информация укладывалась сразу, без сопротивления. Тем более их подгоняло отношение окружающих: от девиц в армии особых успехов не ждали, и у многих из них включилось естественное сопротивление.

Как же так, я обязана доказать, что могу и сумею!

Собственно, на этом чувстве противоречия да нездоровом упрямстве я и выехала в свое время. Очень хорошо их сейчас понимаю. Когда на тебя смотрят, как на вошь, или еще хуже — с неприкрытым сожалением в глазах, мол, помрет же во цвете лет прямо завтра, очень хочется упереться всеми четырьмя и не помереть. Просто из вредности.

Убедившись, что основной материал усвоен и недельку без меня новобранцы протянут, я принялась готовиться в дорогу.

Ничего особенного, привычное оружие, удобная смена одежды, кое-какие припасы по мелочи. Едой нас король снабдил щедро, за бойцами волочился целый обоз с провизией.

Маги после сражений куда прожорливее обычных людей. А нам предстоит очистить от тварей немалую площадь. И поживиться в пригороде Миребель нечем: все, что было съедобного, уже сожрали чудовища.

Часть все же успела разлететься и разбежаться до того, как столицу накрыли непроницаемым куполом. Многих истребили, но не всех. И в любой момент следовало ожидать засады.

Тьмока я послала вперед. Он уже отъелся до неприличных размеров и больше походил на черную рысь, чем на кота. Даже кисточки на ушах проявились. Несмотря на постоянное выпрашивание еды за столом, охотник он отменный и вполне способен обеспечить себя сам, так сказать, прожить на подножном корме. А заодно проредить количество беглых тварей.

Выехали рано утром. Дороги впереди на сутки, но мы не гонцы, чтобы скакать без продыху. За два дня спокойно доберемся, и еще три — на постепенное истребление монстров и равномерное сужение купола.

В городе справиться с тварями сложно. Потому я решила применить небольшой трюк. Стянуть их при помощи непроницаемого барьера на центральную площадь и уничтожить всех разом. А потом уже зачищать дворец, внутри которого расположен самый крупный портал, постоянно выплевывающий все новых чудовищ.

Купол, закрывавший столицу, видно было издалека. Он мерцал над горизонтом, вспыхивая ярче в тех местах, где в него бились голодные натвиги.

Твари могли перекусить и своими, но предпочитали свежее мясо. А близость его и одновременная недоступность сводила с ума.

Люди отступили, но не все. Часть населения неподалеку от столицы бесстрашно осталась на насиженных местах. Разве что защиту выставили и патрули магические организовали. Почти те же купола, но наоборот — защищающие от атак извне.

Неплохо работают местные теоретики. Не только качественно скопировали щиты из Скайгарда, но и сумели их вывернуть наизнанку для обороны.

На этом позитив, впрочем, закончился.

Я очень быстро поняла, что мой гениальный план не слишком реализуем в реальности. У нас не хватало бойцов, чтобы растянуть кольцо вокруг столицы и сужать его равномерно. Пришлось выбрать небольшой кусочек и продвигаться вглубь, искажая купол и делая его похожим на головку сыра, которую методично с одной стороны подгрызают мыши.

Мало согнать тварей с лежбищ. Нужно еще проверить каждый освобожденный от защиты дом, чтобы нам позже не ударили в спину.

Десятки комнат, подвалы, чердаки, сараи.

Мы приступили сразу же, как приехали, но в итоге продвинулись всего на два квартала до того, как окончательно стемнело.

Сражаться ночью не вариант, так что заночевали в свежеочищенном здании.

По словам йора Мортена, особняк раньше принадлежал одному из министров. Роскошь обстановки и ухоженный сад, сохранивший былое величие даже после того, как его попортили натвиги и туда-сюда проползла парочка гломов, говорили сами за себя.

Тьмок сразу же с хищным мявом нырнул в кусты. Несмотря на долгое присутствие тварей, кое-какие грызуны еще уцелели.

Мы разложили запасы из телеги и устроили пир под открытым небом.

Разбредаться по спальням не решились. Мужчины собирались ночевать здесь же, на веранде, укрывшись плащами, а я — в одной из гостиных, двери которой выходили в сад.

Проверка проверкой, но всегда есть вероятность кого-то пропустить.

Аромат жарящегося на костре мяса соблазнительно поплыл над столицей.

Невдалеке вспышки купола превратились в настоящий салют: натвиги яростно бились в него, силясь добраться до источника запаха. У земли наверняка происходило такое же светопреставление. Но блоки держались крепко — ставившие их маги не поскупились на поддерживающие артефакты. Пожалуй, столицу можно было в изоляции продержать таким образом не один год.

Другой вопрос, как долго сам Эскармон просуществовал бы без столицы.

— Помогите… — прошелестел тонкий детский голосок от забора.

Один из солдат подхватился раньше, чем я успела отреагировать, и распахнул калитку.

За ней обнаружилась хрупкая детская фигурка. Малышка, облаченная лишь в ночную рубашку, трогательно сжимала лапу огромного плюшевого медведя в половину ее роста. Лица было не разглядеть, так сильно спутались длинные волосы.

— Йор Мортен, здесь ребенок! — воскликнул воин, приседая перед крошкой. — Как ты умудрилась выжить? Где твои родители?

— Назад! — рявкнула я, подрываясь с места и отшвыривая парня волной сырой силы.

На то, чтобы сформировать что-то приличное и не убийственное, времени не было.

Шептари уже раззявил пасть, огромные зубы, скрывавшиеся в пузе игрушки, лязгнули вхолостую.

Повезло идиоту.

— Я же предупреждала — среди них есть метаморфы! — назидательно ворчала я, разделывая сдвоенную тушу меткими режущими заклинаниями. — С ума сошли — откуда в заселенном тварями городе взяться живым людям?

— И то верно, — растерянно пробормотал спасенный от верной и очень мучительной смерти воин, отползая как был, спиной, подальше от калитки и поближе к остальным. — Просто не подумал. Она так мило выглядела…

— Тем и берут, — вздохнула я, вспомнив, скольких сердобольных магов и обычных людей подловили эти существа.

Шептари был сильный и довольно упитанный, раз сумел сымитировать внятную речь. Счастье, что я оказалась рядом, иначе как минимум одному доверчивому солдату точно не поздоровилось бы.

Глава 14

После визита чудовища бойцы притихли. Передвинулись поближе к костру и то и дело оборачивались, проверяя, не крадется ли кто за спиной.

Я наоборот выдохнула с облегчением. Шептари даже сородичи с изнанки недолюбливают и не рискуют связываться, а значит, почти наверняка поблизости никого из тварей не осталось.

Но вслух я этого говорить не стала. Чтоб не расслаблялись.

Райли обошел сад в десятый раз и устроился рядом со мной, поделившись половиной плаща. Я не стала возражать. Нагретая его телом подкладка приятно пахла чем-то терпким и мускусным.

Привалившись к крепкому плечу, я сонно уставилась в огонь.

Почти как прежде. В неслучившемся будущем. Только Эйлин все еще жива и здравствует, как и Аксель, и многие другие люди, которых мне удалось спасти.

В целом, если так посмотреть, мне удалось немного изменить ход истории. Все равно мы в итоге свернули на путь активной борьбы с тварями, но не тычемся как слепые котята и не подбираем методы обороны наобум. Уже легче.

Плохо то, что до сих пор неясно как предотвращать — или прекратить — прорывы. Даже учитывая мою новую теорию. Допустим, алтари появляются там, где произошло убийство и жертвы вопиют Мараям об отмщении. А порталы — где концентрация негативных эмоций постоянно на максимуме.

Делать-то с этим что?

Обозначить все неблагополучные дома, места сражений или ограблений, конфликтов и ссор нереально. В противодействии тьме нам это знание особо не поможет.

Мы вновь упираемся в тупик.

— О чем думаешь? — негромко поинтересовался Райли.

— О Мараям, — вздохнула я.

Ветер прошелестел в кустах, отвечая мне зловещим эхом.

Мужчины поежились.

Тьмок вынырнул из темноты на бесшумных лапах и бухнулся мне на колени увесистым влажным ковриком. Я машинально зарылась пальцами в густой мех.

— Целые годы… нет, столетия… ее ненавидели все живущие. Кое-то относился нейтрально, однако почитать богиню было чревато смертью, — принялась я размышлять вслух. — Каково это — жить, зная, что тебя презирает весь мир?

— Она же богиня, — неуверенно возразил йор Мортен. — Ей нет дела до человеческих желаний и эмоций.

— Как же нет, если ее питает вера? — парировала я. — Мне жрец светлейшей объяснял, уж они, наверное, в теории разбираются. Для поддержания сил что Лаандаре, что Мараям нужны последователи, жрецы и служители. А у темнейшей уже больше двухсот лет ни тех, ни других, ни третьих. Только всеобщая злоба и обвинение во всех грехах, в основном чужих. Украл что-то — Мараям научила. Убил кого — тлетворное влияние тьмы. Ну и тому подобное.

На архипелаге с этим было как-то поспокойнее, должна признать. Мараям не славили, но и не порицали. Скорее предпочли тему тактично обходить. Даже в ругательствах не использовали ни тьму, ни бездну — в отличие от материка.

Однако Сомираву от прорывов это не спасло.

— Думаешь, если мы начнем ей поклоняться, тварей станет меньше? — задумчиво протянул Райли.

Как всегда, по-военному четко, сразу к делу.

— Возможно, у Мараям появится больше сил, чтобы их контролировать или уничтожить, — кивнула я. — А возможно, и нет. Не попробуем — не узнаем.

— Вы уверены, что стоит идти на подобный риск? — осторожно заметил йор Мортен. — Что, если вместо того чтобы усилить темнейшую, мы добавим энергии всей тьме и чудовищам в первую очередь?

— Поверьте, я не побегу возводить храм Мараям прямо сейчас, — хмыкнула я, хотя мысль такая и посещала неоднократно. — Однако успокоить население, объяснить, что твари никак не связаны с богиней тьмы — стоило бы.

— Это же не совсем правда. — Йор Мортен красноречиво покосился на урчащего Тьмока. — Все они — порождения темнейшей, просто некоторые разумны, а некоторые умеют лишь убивать и пожирать добычу.

Тут он прав. Я сама приводила кота в пример и даже позволила его погонять на полигоне в качестве образца твари.

Вот как убедить людей, что Мараям хорошая, если доказательства обратного неоспоримы?

Рассвет пришел слишком быстро.

Я и глаз почти не успела сомкнуть, как забряцало оружие и зафыркали умывающиеся в тазике мужчины. Водопровод уцелел, и после небольшой магической дезинфекции оттуда вполне можно было пить. После сдачи столицы не так уж много времени прошло, содержимое труб не успело протухнуть напрочь.

Я тоже поплескала в лицо, освежилась и вышла на улицу.

Над Миребель занимался рассвет. Переливающийся купол вздымался над нашими головами неровным зигзагом, обозначая освобожденную от тварей дорогу к дворцу. Пункт назначения сиял над приземистыми крышами величественными розовато-белыми башнями. Столицу уступили почти без сопротивления, и резиденция короля не пострадала. Твари слегка обгадили светлый камень, но развалить кладку не сумели.

— Сегодня нужно обязательно добраться до дворца — объявил йор Мортен во время спешного завтрака. Перед долгим, полным боев днем следовало как следует подкрепиться, но и тратить время на посиделки не стоит. — Через три дня мы должны двинуться в обратный путь, а зачистка вокруг прорыва может затянуться.

— Вы правы, — кивнула я. — Купол сдержит тварей лишь отчасти. Все, что в данный момент находятся внутри помещений, никуда из них не денутся. К тому же сквозь портал постоянно проникают к нам все новые монстры. Полагаю, следует возвести новый барьер, уже над дворцом, чтобы чудовища не разбежались, пока мы заняты их уничтожением. Боюсь, ближайшим поселениям не поздоровится.

— Хорошо, тогда на площади этим и займемся, — согласился некромант.

Я поежилась.

Перспектива оказаться запертой под куполом с сотнями голодных тварей, обязательных к уничтожению, не вдохновляла, но какой у нас выбор? Никакого.

День снова прошел в методичной проверке каждого закутка и переулка. Червоточина в щите, которую мы «прогрызали», ограничивалась одной улицей и прилегающими домами, но все равно, учитывая размеры столицы, это очень и очень много. До площади перед дворцом добрались лишь к закату, уставшие и взмокшие, истратив почти весь резерв.

Там нас поджидал неприятный сюрприз.

Все открытое пространство до ступеней, ведущих в резиденцию его величества, было занято дрожащим, беспрестанно шевелящимся ковром гломов. Кого они здесь переваривали в таких количествах, я предпочла не задумываться. Скорее всего, иных, менее удачливых тварей, что попались им в желе.

— Акселя б сюда, — вздохнул Райли, оценив потенциальную угрозу.

— Тьфу на тебя. Нас его величество проклял бы, — отозвалась я, в душе понимая, что любимый прав. И принц бы пригодился. Впрочем, и без его высочества в отряде имелись маги стихии огня, однако день бесконечных сражений вымотал и их. Ждать, что они накроют всю огромную площадь ковром пламени не стоит.

— Нам нужно топливо, — я окинула взглядом ближайшие дома. — Что-то жидкое желательно, чтоб опрыскать, а потом хватит одной искры.

— Масло? — предложил один из воинов, указывая на наглухо заколоченные двери лавки неподалеку.

До нее тоже следовало добираться с осторожностью — тот участок мы не зачищали. Но судя по целым ставням и стеклам, внутрь никто не пробрался. Создавалось впечатление, что твари старались держаться от здания подальше. Видимо, им оттуда воняло.

— «Благовония и ароматерапия» — прочитал Райли вывеску. — Занятно. Получается, то, что человеку пахнет приятно, тварей отпугивает.

— Сила светлейшей… — заикнулся было йор Мортен, но сник под моим скептическим взглядом.

Два храма Лаандары, что мы видели по дороге сюда, были осквернены ничуть не меньше жилых домов. Никакая аура или божественная защита жрецам не помогла. Да и прежде я ничего особенного в местах поклонения светлейшей не замечала.

Разве что от курильниц некоторые монстры шарахались. Чем укрепляли жрецов в суевериях вроде высшей защиты.

Получается, тварям просто воняло!

— Пойдем-те ка посмотрим, — оживилась я, распахивая дверь в ближайшее здание.

Чтобы не тревожить сплошной гломовый покров, мы прошли его насквозь и нырнули в искомую лавку. Выдернуть гвозди и распахнуть дверь для мага дело пары мгновений.

Внутри было тихо. Приторно пахло гвоздикой и миртом, отчего у меня зачесалось в носу и отчасти я начала понимать тварей.

Сунь мне кто такое в лицо во время боя, я бы тоже отскочила.

Внутри нашлось горючего на любой вкус. И щепа, и опилки с пропиткой, и масло для лампад.

Маги воздуха и воды из отряда подхватили материалы и равномерно распределили над площадью, на расстоянии вытянутой руки над безмятежно колыхающимися гломами. Нам не нужно было жечь всех, лишь проделать дорожку в желеобразной массе, распугать их на время.

По моей команде заряд полыхнул и обрушился вниз.

Монстры прянули в стороны, открывая измазанную слизью мостовую.

— Вперед! — рявкнул йор Мортен, и мы побежали, стараясь не поскользнуться.

Желудочный сок гломов крайне едуч и ядовит, подошвы, даже укрепленные заклинаниями, едва выдержали спринт. Лишь на ступеньках мы позволили себе сбавить темп.

За нашими спинами веером рассыпалась очередная порция опилок, отсекая от голодных существ.

Хлопнули двери, и одновременно с легким шелестом развернулись щиты.

Систему куполов я продумывала всю дорогу до дворца.

Мало накрыть резиденцию. Нужно как-то обезопасить нашу группу, иначе кучке магов в занятом тварями тесном пространстве несдобровать.

Потому схему я выстроила двухслойную. Один слой сейчас окутывал весь дворец и прилегающее пространство, чтобы не выпустить монстров, а второй обволок столпившихся у входа людей.

— Не расходимся и не разделяемся! — зычно возвестила я, на мгновение делая блок видимым и снова развеивая. — Если понадобится проверить развилку, то я разделю щиты. Пока что идем так, в целях экономии резерва.

В отличие от остальных некромантов, я могла выдержать двойное бремя сколько потребуется.

Затишье продлилось недолго.

Из-за угла, привлеченные нашими голосами и теплом тел, осторожно выглянули сварги. Помахали острыми конечностями, пробуя воздух на вкус и будто не веря во внезапно привалившее счастье. И ринулись в атаку, не разбирая пути и снося обломки.

Некогда роскошный интерьер дворца за прошедшие недели сильно пострадал. Твари не пощадили ни барельефов, ни гравюр, ни витражей. Все, что можно было разломать и разорвать, было разломано и разорвано.

Отбив первую волну нападающих, я прислушалась к зову прорыва. План здания, выданный его величеством, зазубрила наизусть, включая тайные ходы.

Когда речь о выживании страны, не до личных секретиков. Дворец потом и перестроить можно, да и вовсе снести, главное — столицу вернуть.

— Нам к центральной лестнице и вниз, — скомандовала, указывая в просторный коридор по левую руку.

Там за картиной, висящей на самом видном месте, открывалась потайная дверь. Мелкие твари могли туда проскользнуть — они вездесущи, как мыши. Но крупных, скорее всего, можно там не ждать. Все безопаснее.

Пока добрались до указанного места, на улице окончательно стемнело. Смысла устраивать сейчас привал нет: мы почти у цели. Вот закроем портал — тогда и отдохнем.

Перекусили по дороге, по очереди. Без еды нет магии, а резерв нужно восполнять всеми способами. Накопители я берегла на самый крайний случай — ведь из прорыва твари прут сплошным потоком, чем ближе к сокровищнице, тем плотнее они будут наседать. Там уже не отдохнуть. Так что короткий забег по узким тоннелям оказался приятной передышкой. Единственное — оттинусов периодически приходилось отшвыривать: они липли к куполу и затрудняли передвижение. А так практически курорт.

Гудение в голове становилось все напряженнее.

— Мы близко. Приготовьтесь, — отрывисто напомнила я, оглядываясь на остальных.

Они и сами взрослые опытные мужики, но послушно встряхнулись, готовясь к очередному витку яростного боя.

Райли и йор Мортен изредка морщились — не привыкли к излучению изнанки.

Я сама по первости страдала до тошноты. А через несколько лет адаптировалась. Опыт и в новой реальности никуда не делся.

Около очередного потайного механизма мы остановились и перегруппировались. Я выпустила щупы, проверяя пространство сразу за стеной, и ожидаемо наткнулась на плотный заслон из чудовищ. Те от прикосновения тьмы зашевелились, разворачиваясь в сторону добычи.

— Нас ждет горячий прием, — пробормотала я, активируя рычаг.

Глава 15

На тихий скрип открывающейся створки обернулись все твари.

Сотни глаз вперились в узкую щель.

Я в ответ выпустила ослепляющую вспышку, не забыв прикрыть своих, и метнула звездчатые цепочки в ближайший ряд ярсвенов. Те, как самые массивные и неповоротливые, отирались у стен, почесывая бока о неровную кладку. От моей атаки часть полегла сразу, а остальные, разъяренные болью, принялись размахивать увесистыми лапами во все стороны, цепляя монстров помельче. Те в долгу не оставались.

Завязалась короткая, но яростная драка, создавшая толкучку и суету у тайного хода.

Под прикрытием мечущихся остервенелых чудовищ я проскользнула внутрь и огляделась как следует.

Как и показал сканер, прорыв расположился почти точно в центре сокровищницы. Уж не знаю, что за аура была на жезлах и коронах, что сейчас оплавленной грудой рассыпались под ногами тварей, но, видимо, тяжёлая и полная мучений, раз притянула тьму.

Либо повлияло находившееся уровнем ниже пыточное подземелье.

Его не использовали по назначению более полувека, но эмоциональный фон никуда не делся. Наверняка и косточки где-то там же прикапывали, вполне возможно, что до прорыва в сокровищнице успел зародиться полноценный алтарь. Никто не проверял: в мирное время сюда почти не спускаются. Казначей раз в год — учет провести, и все.

Я ловко лавировала между сцепившимися существами, меткими уколами магии добавляя сумятицы в свару. Остальным пока приказала сидеть тихо и не высовываться, прикрывать меня по необходимости из убежища. Вести бой куда удобнее, когда тебя прикрывает массивная стена и куча тел.

Купол я не ставила, не желая привлекать к себе внимание. На магию твари слетались, как пчелы на мед, а пока я обхожусь мелкими заклинаниями и пахну тленом и кровью оттинусов, мною не заинтересуются.

Доскакав почти до портала, я взлетела на мраморный постамент, чудом уцелевший в хаосе, и вскинула руки, устанавливая щит. Изолируя меня, прорыв и десяток затесавшихся между нами чудовищ.

Полыхнув зеленью, сверху встал еще один слой — Райли постарался.

Толпа тварей, облизываясь, развернулась в мою сторону.

— Ну, понеслись, — пробормотала я, вкладывая треть резерва разом.

Монстров, которым не посчастливилось разделить со мной убежище, размазало по сокровищам тонким слоем.

Портал запульсировал, собираясь выплюнуть еще порцию голодающих.

— Ну уж нет! — буркнула, пришпиливая разверстую дыру наливающейся силой схемой. — Хватит, закрываем лавочку.

Купол затрещал под натиском множества раззявленных челюстей и скребущих когтей. Я не могла отвлечься от закрытия прорыва, но Райли и йор Мортен не зевали, напитывая щит своей силой. Остальные маги отвлекали тварей как могли, рассылая сгустки силы по сокровищнице. Кого зацепит, кого поцарапает, а на запах крови еще десяток прибежит, оторвавшись от прогрызания моей защиты.

Под натиском изнутри рисунок заклинания исказился, выпирая наружу, как пленка мыльного пузыря. Я поднажала, выравнивая и завершая круг.

И похоже, перестаралась.

В тот момент, когда узор налился зеленью и вспыхнул, в глазах моих наоборот потемнело. Голова закружилась, мир покачнулся и я рухнула с постамента прямо на груду оплавленного золота с острыми вкраплениями сверкающих камней.

Приземление вышло болезненным.

Я охнула, перевернулась на спину, придерживая ушибленную руку. Покрутила запястьем, проверяя, не сломала ли что. Вроде нет, просто ударилась.

Вокруг царила полная чернота. Если бы не редкие проблески срывающейся с пальцев магии, решила бы, что у меня что-то со зрением. Но нет.

Даже в подземелье не было так темно. Артефакты продолжали работать, пусть не в полную силу. Сейчас же я словно находилась в средоточии тьмы.

В груди заныло. Опустошенный резерв требовал восполнения.

Но принимать витающую вокруг силу я не спешила. Каким-то образом меня успело затянуть на изнанку. Снова. Но почему? Я же была осторожна, близко к порталу не подходила!

— Мараям? — позвала шепотом.

Если вместо богини откликнутся твари, мне не поздоровится.

Ответом мне была тишина.

Мертвая.

Кроме моего собственного прерывистого дыхания в мире, казалось, не осталось иных звуков.

Где я вообще?

Все еще в сокровищнице? Или уже на изнанке?

Как меня могло туда занести, я же закрыла портал!

И если правда занесло, то как обратно выбираться? Тогда нам помогла богиня. Сможет ли она повторить фокус?

Ощупав пол под собой, неуверенно поднялась на ноги и зажгла крошечный светлячок, экономя остатки магии.

Призрачный огонек осветил неровные каменные стены, по которым стекала неприятного вида жидкость. Не вода, что-то темное и маслянистое, похожее на кровь.

Значит, все-таки изнанка. Или куда меня еще могло выкинуть через портал?

— Мараям? — прошелестела я снова, осторожно осматриваясь.

Тоннель тянулся в обе стороны одинаково безрадостно.

Прикрыв глаза, я выпустила щуп вдоль стены. Ничего и никого.

Ну, тогда и разницы никакой, куда двигаться. Пойду прямо. Если что — вернусь.

Рука ныла. Я помассировала запястье, проверила оружие. Кинжал на месте, арбалет тоже. Болтов осталось немного — я хорошо потратилась во время забега среди тварей.

В груди тянуло. Резерв голодно требовал наполнения, но я не спешила раскрывать каналы. Вокруг пахло тьмой и чем-то терпким, будто перегретым металлом.

Когда по ногам прошуршали мягкие лапы, я чуть не заорала от неожиданности.

— Тьмок, нельзя так людей пугать! — осуждающе прошипела, опуская светлячок ниже.

— Прости-у, — муркнул помощник, нервно метя хвостом пол. — Не сообразил предупредить. Еле-у догнал.

— Мы провалились в портал? — уточнила я очевидное.

Кот дернул ухом.

— Не совсе-ум. Ты упала, а потом просто исчезла. Я отыскал тебя через нашу связь. Но да, мы на изнанке. И ты идешь в ту сторону, где Марая-ум.

— Наверное, это хорошо, — пробормотала я не слишком убежденно.

Встречаться вновь с богиней не очень-то хотелось. Особенно учитывая обстоятельства. С другой стороны, будет возможность задать вопросы.

Я вновь двинулась вперед, подсвечивая себе огоньком. Тьмок крался тенями, чутко вслушиваясь в гнетущую тишь. Ни шороха, ни дуновения, лишь эхо наших шагов и дыхания, да шелест моей одежды.

Очередной поворот вывел в просторную пещеру — и звуки вновь вернулись, разом и довольно громко. Словно все это время я шла с затычками в ушах, а теперь их вынули.

Где-то далеко клекотали натвиги, булькали гломы и со свистом рассекали воздух лапами сварги.

Мараям сидела спиной к нам на обрыве, любуясь багрово-закатным небом. При моем появлении она и не подумала пошевелиться. Больше никого рядом не было. Твари бушевали снаружи, не смея подняться и потревожить покой темнейшей.

— Мараям? — погромче позвала я, подоходя ближе.

Она обернулась и просияла.

— Ты сумела прийти, — ласково пропела богиня, поднимаясь. — Наконец-то.

Ее взгляд замер в районе моего пояса. Брови гневно сошлись на переносице.

Я опустила глаза, не понимая, что могло так рассердить темнейшую, и заметила торчащую крышечку флакона от Лаандары.

— Как пос-смела⁈ — прошипела Мараям, пригибаясь ниже и оскаливаясь.

Зубы оказались острее и длиннее, чем у людей, и все сходство с доброй родственницей куда-то резко подевалось. Привычно-доброжелательное лицо исказилось до неузнаваемости, делая ее похожей на одну из тварей.

— Что случилось? Я сделала что-то не так?

Вот теперь я испугалась не на шутку. В прошлый раз флакончик тоже был со мной, вероятно, Мараям его не заметила. Или же что-то успело с тех пор измениться? Откуда такая бурная реакция?

— Выброс-сь!

Богиня припала на четвереньки, тряхнула головой, так что длинные волосы закрыли ее полностью, становясь похожей на шаптари. Содрогнулась всем телом и осела на землю.

— Какая ты молодец. Все поняла, — голос снова изменился так резко, что я попятилась.

Только что передо мной корчилось злобное существо, и вот опять — нежная и добрая тетушка.

— Что я поняла? — переспросила, не уверенная, что расслышала правильно.

Тьмок тоже пребывал в замешательстве и жался к моим сапогам.

— Поняла, для чего ты здесь. — Мараям откинула с лица мешающие пряди и безмятежно улыбнулась. — У нас с тобой нет иного выхода. Ты уже готова. Подойди.

— Сказать по правде, я вообще ничего не понимаю, — честно призналась, не торопясь сдвигаться с места.

Мне и тут хорошо.

Темнейшая нетерпеливо поманила меня ближе.

— У нас не так много времени. Мне все сложнее себя контролировать, — речь становилась все неразборчивее, на лицо Мараям вновь наползала тень.

Я невольно отступила еще на шажок.

Похоже, богиня сошла с ума. Точнее, в ней теперь живут две личности. Одна хорошая, другая плохая. И плохая потихоньку побеждает.

Отчасти это объясняло, откуда взялись твари. И почему Мараям-прежняя не могла их контролировать — этим занималась ее вторая, темная сторона.

Неясно, каким боком в этой истории Лаандара и почему магия света тоже активировала алтари наравне с тьмой.

Но, кажется, я это сейчас выясню.

— Что происходит? И что я должна сделать? — прозвучало немного жалобно.

Мне категорически не нравилась вся эта ситуация, не нравилось то, что я не могу повлиять на происходящее. Но и ничего и не требовалось — только вникать.

— У тебя одной во всем мире есть шанс помочь мне.

Понятнее не стало.

— В смысле?

— В тебе есть и свет, и тьма. — Самообладание Мараям истощалось, но богиня продолжала терпеливо отвечать на мои вопросы. Чувство у меня по этому поводу было двоякое. Вроде как перед казнью желание исполняли. — И емкость резерва как раз вместит мою суть.

Так. Что-то в этом духе я и предполагала. Богине нужно мое тело. Но не похоже, чтобы она стремилась выйти в люди. Зачем ей я как аватар?

— Для чего тебе помещаться в мой резерв? — продолжала я допытываться. — Разве не проще было бы попросить сестру тебя исцелить?

Вытащив из-за пояса флакончик, я взвесила его на ладони. Золотистый свет плескался внутри мерцающими искорками. Чистая целительская магия. Как предполагали ученые — он выжжет внутри меня всю некромантию, оставив лишь целительство.

Но если при этом я буду аватаром богини… возможно ли уничтожить высшее существо?

Неужели Лаандара, предвидя все, специально выдала мне средство для убийства собственной сестры?

Насколько это благородный жест ради спасения мира — и не корысти ли ради? Приобрести безграничную власть над умами людей, без конкурентов и соседей. Только свет, чистое добро, без оттенков и пороков.

— Мы не можем взаимодействовать напрямую, — покачала головой Мараям. — Если встретятся свет и тьма, изнанку сотрет в пыль. Возможно, и наш мир перестанет существовать. Сестра и так делала все, чтобы поддержать меня. У нас есть мысленный канал для общения, вроде как у тебя с моим порождением.

Богиня кивнула на Тьмока. Тот неосознанно плотнее прижался к моей ноге.

— Лаандара пыталась мне помочь. Подпитывала через нашу связь. А в итоге стало лишь хуже. Появились алтари.

Мараям смолкла, тяжело сглотнула, сжимая кулаки. Видно было, что борьба с собой — со злым двойником внутри — стоит ей немалых усилий. Но она держалась, стараясь объяснить мне каждую деталь.

— Получается, никто их специально не ставил? — удивилась я.

Казалось бы, день открытий, но это меня поразило больше всего. Столько теорий, столько догадок, а этообычная случайность!

— Они сами возникали вследствие смешения наших сил, — вздохнула богиня. — Там, где меня призывали сильнее всего. Сама моя суть стремилась на помощь, но, будучи отравленной и дополненной светом, создавала нечто ужасное. Ты правильно предположила. Искаженная вера медленно, но неотвратимо делает из меня чудовище. Исцелить меня невозможно. Только уничтожить совсем.

Мараям снова начало корежить. Она протянула ко мне дрожащую руку, из последних сил удерживаясь в сознании.

Я судорожно сглотнула, с трудом двигая пересохшим горлом.

Выбор у меня, собственно, небольшой.

Рискнуть или ждать, когда реализуется то, несбывшееся пока что будущее. То, где твари заполонили практически весь мир, а люди ушли в глухую оборону, надеясь протянуть чуть подольше.

Если сейчас ничего не предпринять, рано или поздно испорченная половина темнейшей возьмет верх. И тогда человечество не спасет ничто.

Решительно откупорив флакончик, я протянула вперед руку, касаясь ладони Мараям.

Последним моим ощущением было обжигающее тепло, прокатившееся вниз по пищеводу.

И мир растворился в ослепляющей вспышке боли.

* * *

Дорогие читатели, в честь Хэллоуина вместе с Лигой Умных Сказок решили сделать скидки https://author.today/work/tag/ день%20умных%20сказок

Глава 16

Легкий ветерок с ароматом магнолии и жасмина овевал мое лицо.

Узкий луч солнца, пробившийся сквозь шторы, пересекал подушку и падал прямо на глаза. Шелковистая ткань обвила тело коконом, мешая пошевелиться.

Я выдернула руку, чуть не порвав покрывало, и поднесла к лицу.

Тело подчиняется. Странно.

Я думала, если богиня завладевает аватаром, то все. Меня не станет как личности.

Но, похоже, что-то пошло не так.

— Мараям? — позвала шепотом, потянувшись внутрь сознания.

Тишина.

Лишь тихо запели руны в душе, откликаясь на зов магии.

Тьма и свет. Поровну.

Недоумевая, я нырнула в резерв глубже.

Так и есть. Печать поставлена, но она отличается от предыдущих. Не та, целительская, что поставили в прошлой жизни. И не нынешняя…

Минуточку.

Слишком занятая самокопанием, я не сразу поняла, где вообще нахожусь. А когда поняла — чуть не потеряла сознание снова.

Я на Сомираве. В родном доме, в привычной спальне. И судя по тому, что магия уже полностью оформлена, мне больше восемнадцати.

Что, к темной бездне, происходит⁈

Стук в дверь — едва слышное поскребывание, и, не дожидаясь ответа, внутрь просочилась Камала.

— Проснулись, танари? Принести вам завтрак? — улыбнулась она, как ни в чем не бывало.

Жива-здорова, уже хорошо.

И я тоже.

— Как матушка? — вырвалось у меня невольное.

— Они с таном Киттипом уже позавтракали и ушли гулять, — отчиталась служанка, распахивая шторы и открывая окно шире. Судя по бурно цветущему саду — лето.

Спросить, какой сегодня год, или меня сочтут сумасшедшей?

Ладно, сама разберусь.

Получается, меня вновь откинуло назад во времени. Но в отличие от прошлого раза, изменения уже произошли. Когда матушка успела познакомиться с соседом, а тем более перейти к совместным завтракам?

И где, чтоб ее, темнейшая?

— Мяу! — отозвались из-под кровати.

— Вы котика где-то нашли? Матушка ругаться будет, — покачала головой Камала, но ловить нарушителя и выпроваживать не стала.

Я взрослая, мне и отвечать за прирученных животных.

Я свесилась через край, пытаясь разглядеть питомца.

— Тьмок?

На свет выбрался тощий, заморенный комочек черной шерсти и жалобно пискнул еще раз.

Я подхватила бедолагу на руки, неуверенно пересылая часть тьмы в ладони. Обычному коту будет чуть неприятно, а порождению тьмы — бесценная энергия и подпитка.

Мелочь довольно заурчала, свернулась комочком и нагло уснула. Шерсть, мгновение назад тусклая и лохматая, залоснилась.

Но внятно кот так и не отозвался. Потерял эту способность при переносе? Неважно, главное уцелел!

И это действительно он — Тьмок, мой фамильяр.

Значит, произошедшее мне не приснилось.

Я совершила вторую петлю во времени и вновь вернулась на архипелаг.

На всякий случай ущипнула себя побольнее. Вздрогнула. Нет, точно не сплю. А то мало ли — лежу там, в пещере, пока Мараям пытается завладеть моим телом.

От одной мысли пробрал озноб.

Аккуратно уложила кота на подушку — тот поурчал немного и удовлетворенно затих. Подошла к зеркалу. Похлопала себя по щекам, оглядывая с разных ракурсов.

— Красавица вы, не переживайте. От женихов отбоя не будет! — заверила меня Камала, споро вытаскивая из шкафа наряды.

Дорогие и богато украшенные. Все как матушка любила — но не могла себе позволить после рождения меня. Получается, сейчас она не в немилости у таммавата? Раз в средствах не стеснена.

— Зачем мне женихи… — дернула я плечом.

— Ну как же… Прием по случаю вашего совершеннолетия уже через неделю. Слетятся, как пчелы на мед! Внучка его величества, магией одарена, двором любима, семьей балована. Чего им еще надо?

— Магией, говоришь? — я на пробу формировала два светлячка.

Один из тьмы, другой — из света. Они послушно повисли по обе стороны от моего отражения, олицетворяя мое двуединство.

Печать идеально поддерживала и распределяла потоки в теле, позволяя двум противоположным стихиям сосуществовать, не смешиваясь. Малейшая ошибка при установке — и на месте меня образовалась бы небольшая воронка.

Или большая, учитывая резерв.

Ювелирная работа. Пожалуй, слишком ювелирная для простого смертного.

— Ой, как вы уже умеете здорово! — восхитилась непосредственная Камала, заметив мои упражнения. — После установки печати еще лучше сможете. Его величество уже на материке все подготовил, осенью поедете в академию магии, там, говорят, лучшие специалисты!

— После установки? Погоди, но у меня же уже…

Я не закончила фразу. До меня дошло.

Уникальная, специфическая печать, поддерживающая невозможный баланс — прощальный подарок Мараям.

Темнейшая не стала занимать мое тело.

Она использовала светлую полярную магию сестры, чтобы уничтожить собственную суть. Вероятно, за счет остатков энергии и отправила меня в прошлое снова.

Или же переход случился сам собой? Откатило обратно, будто детскую игрушку — бумажную свистульку?

Ничего не понятно и спросить не у кого. Даже верный помощник онемел.

Тряхнув головой, я выбросила из нее все вопросы. Раз ответов не получу, нечего и раздумывать, зарабатывать себе мигрень. Лучше пройдусь по усадьбе, посмотрю, чем она отличается от той, что я помню.

Как выяснилось, почти ничем. Одно весьма существенное отличие, впрочем, нашлось: подвал был девственно чист и не фонил. То есть в нем никогда не происходило прорывов, и алтарь тоже не возникал.

Да и предпосылок к тому не имелось. Хотя бы потому, что матушка оказалась давно и прочно счастливо замужем за таном Киттипом. И выскочила за него года через три после моего рождения — то есть я в глазах придворных была пусть и ребенком от первого брака, но вполне законным, признанным отчимом и обществом.

Даже папенька мой изволил развестись, как полагается — хотя и крови попил таммавату дипломатически и упирался как мог.

За ужином я сидела как на иголках. Ведь о новой версии своей жизни я не помнила ровным счетом ничего и могла попасть впросак на простейшем вопросе.

Однако проблема пришла, откуда не ждали.

— Снова на кладбище волнения, — посетовал тан Киттип, уплетая десерт из мелко нарезанных фруктов. — Нужно сказать жрецам.

— Жрецам? — удивилась я вслух.

И взгляды присутствующих тут же скрестились на мне.

— Ну а кому еще? — ласково, как ребенка, спросил отчим.

— Некромантам, конечно. Темным магам.

Громкий искренний хохот раскатился по столовой.

— Ты вроде и выросла, а в сказки еще веришь, — выдавил тан Киттип сквозь смех. — Какие еще темные маги? Кроме служителей пресветлой Лаандары, никто не в состоянии справиться с умертвиями. Ну разве что огневики, но после них кладбище будет выглядеть не слишком презентабельно. Да и некоторые виды призраков после кремации все равно восстают…

Вот тут мне стало нехорошо.

— Что значит — никто? — прошелестела я севшим голосом.

— Не думала, что ты настолько погрузишься в книги, что окончательно оторвешься от реальности, — сочувственно вздохнула матушка. — Прекращай читать всякие выдумки. Лучше помоги мне с ведением хозяйства. Доход, расход, выплаты слугам. Тебе скоро свой дом вести, пригодится.

— Погодите. Тан Киттип. А у вас какая магия? — выдавила я, чувствуя, как сознание норовит меня покинуть.

Отчим с матушкой понимающе переглянулись.

Видимо, я давно славилась некоей взбалмошностью и рассеянностью. Наверное, могла бы — если бы выросла нежной, избалованной принцессой, как положено по праву.

— Я целитель, — огорошил меня отчим. — Не слишком сильный, не чета жрецам Лаандары, но вполне уважаемый.

— В этом я ни минуты не сомневалась! — я натянула вежливую улыбку, пытаясь осознать невероятное.

Мало того что внутри меня сейчас резерв пополам делят тьма и свет. Выходит, больше некромантов не осталось? Я одна-единственная?

И знают ли о моем странном даре родители?

Судя по тому, как им стало смешно на словах о некромантах — нет. Не подозревают.

— Я наелась. Простите, — пробормотала, выскакивая из-за стола стрелой.

— Ну я же просила — будь с ней понежнее! — донесся до меня расстроенный голос матушки. — Она чувствительная, если что в слезы сразу. Теперь обижаться будет полдня, а то и все два.

— Могла бы и запомнить за все это время, какой у меня дар, — проворчал тан Киттип. — Я из этого секрета не делаю. Ей вообще неинтересно все, что связано со взрослой жизнью, будь то целительство, учеба или удачное замужество. Лишь бы в библиотеке пропадать целыми днями да бред читать!

Что было дальше — я не расслышала.

Ноги сами принесли меня в библиотеку — ту самую, где я фактически жила, по словам отчима.

Огляделась, выдернула с полки знакомый том «История Сомиравы».

Вчиталась в предисловие. И рухнула в ближайшее кресло.

Мне бы в кошмарном бреду не пришло в голову, что вместе с Мараям может пропасть вся темная магия.

В принципе.

То есть в мире она осталась. Чуть-чуть. Фоном.

Гули по-прежнему бродили мимо могил, неупокоенные души являлись родственникам, приводя к конфузам. Или же эти видоизменения человеческих существ им изначально были свойственны и не имели отношения к тьме?

Однако в прежней жизни все подобные явления считались порождением тьмы, и боролись с ними соответственно. Призывали некромантов.

Темных магов побаивались, недолюбливали, считали пособниками зла, но не истребляли полностью, понимая, что они необходимы для безопасности мира. Еще до того, как твари наводнили землю, баланс между светом и тьмой был нарушен, но поддерживался из последних сил.

Тот же тан Киттип бдительно присматривал за ближайшими кладбищами.

Жрецы светлейшей на страже порядка? Серьезно?

Темные маги — страшилка из легенд.

Тогда кто я?

Тьма в душе протестующе всколыхнулась.

Нужно узнать побольше о происходящем в мире! Посетить храм Лаандары, например. И пообщаться с теми, кто может быть в курсе. Вдруг в библиотеке таммавата найдутся сведения о том, когда и как исчезла сила Мараям? У нас с матушкой все же не научный центр, больше общеобразовательная литература.

На улице ночь, в это время меня никуда не отпустят. Хоть я и почти совершеннолетняя, нравы на Сомираве строгие. Особенно в отношении любимой внучки таммавата.

Вот уж не думала, что буду злиться на то, что нахожусь в фаворе у деда.

— Мне нужно в столицу, — заявила я матушке за завтраком, прижимая к груди Тьмока, как щит.

Умилительный комок шерсти со своей задачей — отвлекающего маневра — не справлялся.

— Мы туда скоро поедем, — отмахнулась матушка. — На праздник по случаю твоего совершеннолетия, забыла?

Да, точно, Камала что-то такое упоминала. Но мне срочно надо!

— Советую до отъезда почитать что-нибудь полезное, — назидательно заметил тан Киттип, якобы в пространство. — Возможно, по истории или этикету. Таммават позора не потерпит.

— Хорошо, — коротко согласилась я.

А что еще могла?

Бороться за свои права и независимость, когда не знаешь элементарных вещей, сложновато.

До отъезда оставалось три дня, и время я собиралась провести с пользой. За чтением книг, как рекомендовал отчим, изучением истории…

И посещением кладбища.

Для этого пришлось выбраться через окно после полуночи, когда весь дом точно заснул. И обезвредить десяток следилок, которые бдительный тан Киттип понавешал вокруг моего окна и под ним.

К счастью, мои магические навыки никуда не делись, заклинания все еще работали безотказно. А усилившийся целительский резерв позволял отследить и нейтрализовать чужие охранки без ущерба для оных. Не уничтожить, а временно ослепить, чтобы проскользнуть мимо незамеченной.

Темный брючный костюм, наскоро сшитый причитающей Камалой из платья, сливался с тенями. Верная служанка пространно недоумевала, зачем благородной юной деве подобное непотребство, но возражать не осмелилась.

Местный погост, накрытый сияющим золотистым куполом, было видно издалека.

Я точно это недавно видела. Точнее, нечто до боли похожее.

В Миребель. Только там купол был другого цвета и схема немного иная.

На заборе висели многочисленные амулеты, источавшие свет и благоухание. Видимо, жрецы вовсю пользовались ароматерапией.

Я зажала нос, Тьмок за пазухой расчихался. Но покосившуюся ограду мы преодолели.

От пахнувшей в лицо концентрации тьмы закружилась голова.

— Занятно, — пробормотала себе под нос, обходя кладбище по периметру. Углубляться пока не рисковала. Мало ли, кто там водится, если что — хоть ретироваться успею. — Получается, Лаандара действует по отработанному принципу. Залечить тьму насмерть. Интересно, она знает что произошло? Точнее, не произошло еще… Тьфу, в общем помнит ли она, что у нее есть сестра?

Мне никто не ответил, лишь ветер с шелестом пошевелил верхушки деревьев. Аромат полыни и мирта стал сильнее.

А под ближайшим надгробием что-то зашевелилось.

Глава 17

Рефлексы сработали прежде разума.

Я по старой привычке жахнула упокоением, а сверху приложила развеиванием. Немного переборщила с силой (от нервов!) и накрыла заодно соседние могилы.

Через два ряда послышалось ожесточенное шкрябание, будто кто-то закапывался обратно, и все стихло. Даже флер тьмы будто потускнел и поредел.

— Уважают, — хмыкнула я, прикидывая размеры и возраст кладбища.

Из совсем старых захоронений могло вылезти такое, с чем мне сейчас не справиться. Резерв темной магии уменьшился почти вдвое, чтобы освободить место свету, а применять целительство к схемам из некромантии чревато неприятностями.

Пройтись почистить или подождать восстановления резерва? Второй раз может и не выйти так удачно улизнуть. Тан Киттип поутру наверняка заметит, что его обдурили, а поскольку относится ко мне теперь как к избалованной малолетке, вряд ли поймет и похвалит.

— Ну что, Тьмок, разомнемся? — я хрустнула пальцами, покрутила запястьями, готовясь к сражению.

Фамильяр разминаться не хотел. Он пугливо жался к забору и красноречиво поглядывал то на лес за ним, то на меня. Мол, хозяйка, а может, ну его?

Однако не убегал в одиночку. Уже молодец.

Тонкая полоса «упокоения» накрыла ближайшие холмики и неторопливо поползла вперед. Я двинулась за ней, как пахарь за плугом, приглядывая, чтобы никто не выпрыгнул из «колеи». Возмущавшиеся произволом нашлись, но быстро были рассыпаны в прах.

После ожесточенных битв с тварями и борьбы с прорывами происходящее больше напоминало умиротворяющую медитацию. Иди себе, очищай землю, одновременно подпитываясь флером тьмы вокруг. Резерв не уменьшался, несмотря на активное использование магии, а вроде бы даже наполнился обратно.

Я прислушалась к себе, выпуская очередную волну силы. Так и есть — окончательная гибель неприкаянных душ прибавляла мне энергии. Раньше я за собой таких особенностей не замечала. Вероятно, тоже наследие Мараям.

Спираль все сужалась, и вскоре я добралась до середины кладбища, туда, где высились самые старые усыпальницы. Знати на острове Лантхара жило немного, потому приземистых башенок я насчитала всего десяток.

Вообще удивляюсь, что матушка здесь поселилась и в этой реальности. Она всегда любила столицу и бурные увеселения, а здесь деревня и тишина. С другой стороны, у тана Киттипа здесь родовое поместье. Раз уж они поженились, объединили участки и наслаждались семейной жизнью вдали от слухов и сплетен.

Может, и характер танны Рангсин изменился в связи с отсутствием травли? Оценить толком ее привычки я не успела.

Невзирая на старость, усыпальницы поддерживали в отличном состоянии. Дверь даже не скрипнула, когда я ее приоткрыла. Чисто выметенные ступеньки уходили в темноту.

Я не поленилась заглянуть. Отчаянно мяукающий Тьмок остался снаружи.

— Прикрывай мой тыл! — попросила я комок шерсти, зажгла светлячок и решительно спустилась вниз.

Толку от такого защитника ноль, но хоть воплями предупредит об опасности.

Внутри было еще тише. Звуки словно поглотил толстый слой ваты, гася кошачьи нецензурные комментарии по поводу моей глупости и даже эхо шагов.

Планировка усыпальницы рода Махаг — имя было выгравировано над входом — выглядела вполне стандартной. Узкая винтовая лестница, дальше комнатушка с вмурованными в стену урнами и поминальными табличками.

Смутило меня лишь одно.

Подозрительно знакомая схема, выложенная вплавленной в пол золотой нитью. Похожая одновременно на символы из храма Лаандары и с черных алтарей-порталов.

Я присела, потрогала узор. Давно здесь, чуть ли не со времен постройки, и уже успел порядком стереться.

А что, если…

Теоретические размышления не по мне, а хуже точно не будет.

Потому я недолго думая влила силу в рунные символы.

Оказавшись в пещере Мараям, я даже не удивилась.

Поднялась с колен — для контакта с рисунком пришлось присесть — и огляделась.

В прошлый раз, когда я здесь была, внизу кипела яростная схватка между тварями за лакомый кусок. Сейчас же густая тишина будто перетекла сюда из склепа.

Ни дуновения ветра, ни шороха.

Подойдя к уступу, я оглядела безжизненную равнину.

Как ни странно, в таком пустом виде она не производила удручающего впечатления. Без тварей она будто очистилась, воспряла, если можно так сказать о пустыне.

Хотя и пустыней ее теперь назвать было нельзя. На голых скалах то тут, то там появился мох, а сквозь потрескавшуюся землю пробивались тоненькие, неуверенные стебельки травы.

— Тебе нельзя здесь долго находиться, — раздался негромкий женский голос за моей спиной.

— Мараям? — я обернулась так резко, что чуть не рухнула с обрыва.

Но в пещере никого не было.

Поисковые щупы вылетели сами собой.

Ни единой живой или не очень души. Разве что смутное ощущение недавнего присутствия чего-то величественного.

Божественного.

— Лаандара? — переспросила, уже понимая, что мне не ответят.

Богине света на территорию тьмы путь закрыт.

Но почему мне-то сюда надолго нельзя? А кому тогда можно, если Мараям больше нет?

Нащупав внутри себя связь с Тьмоком, я потянула за нее как за путеводную нить — и очнулась на траве у порога склепа.

По лицу тут же проехался шершавый язычок. Кот, как умел, выражал поддержку.

— Спасибо, мне и так хорошо, — пробормотала я, уворачиваясь.

Понятнее ситуация не стала, но зато теперь мне точно известно, что твари миру не угрожают. Они исчезли вместе с искореженной частью сущности богини. Вопрос теперь — что делать с этим знанием? И что дальше?

Потянет ли Лаандара в одиночку целый мир?

Недаром было две сестры, тьма и свет. Баланс должен соблюдаться. Не попрут ли теперь на людей умертвия, например? Одно кладбище я почистила, но их таких лишь на Лантхаре штуки три, а по островам и того больше разбросано.

В любом случае сил у меня не осталось. Путешествие через портал высосало всю темную половину резерва. Он постепенно восстанавливался, но недостаточно быстро. Впрочем, угрозы больше нет, опасаться нечего.

Осторожно, на пробу, прокатила по телу целительской магией, как учили на курсах в прошлой — самой первой — жизни. Свет подчинился легко, будто только и ждал, когда я его призову.

Мелкие ссадины от камней зажили моментально. Одежда очистилась от травы и грязи, а Тьмок отскочил как ошпаренный и зашипел.

— Прости, не подумала, — повинилась я.

Раньше его свет не страшил. Хотя я и не пыталась кота лечить магией, просто в храм вместе заходили.

Искать повсюду подвох и второе дно — так и с ума можно сойти.

Я поднялась, замела следы — буквально, убирая остатки заклинаний и отпечатки обуви с влажной почвы между могилами, и покинула кладбище.

Залезть обратно в спальню оказалось сложнее, чем из нее выбраться.

Подоконник высился неприступной крепостью, выпавшая роса холодила тело.

Я плюнула и вошла через парадную дверь.

— Где ты была? — ожидаемо поинтересовался тан Киттип. Он сидел в кресле около лестницы, ведущей к спальням, и явно меня ждал довольно давно. Похоже, несмотря на все мои ухищрения, почувствовал, когда я обезвредила следилки.

— На свидание бегала, — невинно улыбнулась я, плотнее запахивая куртку, чтобы не было видно пушистый хвост.

Тан Киттип настолько честного ответа не ожидал и закашлялся.

— С кем? — строго спросил он, постучав себя по груди и продышавшись. — Из какой семьи?

— Вы его не знаете, — попыталась я увильнуть. — И он все равно не пришел.

— Я этого так не оставлю! — рявкнул отчим неожиданно злобно. — Кто посмел обмануть мою дочь?

У меня в груди неудержимо потеплело.

Повезло же матушке на этот раз.

Я обошла тана Киттипа по широкой дуге. Несмотря на очищение, от меня все равно характерно пахло кладбищем — благовониями и сырой землей.

— Не переживайте так, — пробормотала, как мне показалось, умиротворяюще. — Мне он особо не нравится.

— Тогда зачем бегала ночью неизвестно куда? — умиротворяться тан Киттип отказался наотрез.

И я решилась.

— Позвольте, я вам все объясню. Только не здесь, — обвела взглядом полутемный холл и вздохнула.

Беседа предстояла не из простых.

Отчим насупился, но все же проследовал в кабинет.

Еще одно отличие от той жизни. Прежде в этой комнате располагалась гостевая спальня. И все время пустовала, поскольку у опальной принцессы посетители бывали крайне редко. Сейчас же помещение занял массивный письменный стол, разом сожрав половину пространства. Полки и шкаф с документами теснились вдоль стены.

Тан Киттип сел, машинально переложил папки с одной стороны на другую, поправил растрепавшуюся стопку бумаг и вопросительно на меня уставился.

Я распахнула куртку, позволяя Тьмоку перетечь на пол.

— Ты кота, что ли, ночью ловила? — опешил отчим.

— Не совсем. Он у меня раньше появился, — отмахнулась я, подходя ближе и одним глазом кося в содержимое записей.

Не спрашивать же напрямую, чем занимается и кто по профессии теперь бывший некромант?

Судя по тому, что успела углядеть — целитель.

Впрочем, неважно.

Глубоко вдохнув, как перед прыжком в воду, я создала светлячок из темной магии. Характерный зеленоватый свет перебил теплый золотистый от свечей, заплясал таинственными отблесками по стенам.

— Это что? — глаза тана Киттипа округлились, дыхание перехватило.

Он протянул вперед руку, будто пытаясь поймать что-то невидимое, но желанное.

— Почему у меня такое странное чувство? — пробормотал он себе под нос, не замечая, что говорит вслух. — Словно я чего-то лишился. Чего-то очень важного. Глупости какие, у меня ведь все есть… все, что можно пожелать.

— Не уверена, что этот дар можно пожелать. — Яперекатила огонек по пальцам, разглядывая мерцающие внутри искры. — Но насчет утраты вы правы. Вы тоже были некромантом. Можно так сказать, в прошлой жизни.

— Что ты несешь? — в голосе тана Киттипа не было возмущения или злости. Скорее тихий шок.

— Темная магия. Сила тьмы. Та, о которой вы так любезно отозвались утром как о «выдумке», — промурлыкала я, распуская поисковые щупы во все стороны.

Не зря. За стеной довольно давно лежал трупик мыши. Он успел иссохнуть и истлеть, но косточки еще держались.

При виде добычи Тьмок оживился, вздыбил пушистую шерсть, став вдвое больше, и смешно зашипел.

— Фу, это невкусно, — бросила я коту, безжалостно перенося скелетик на стол отчиму.

Останки мыши поднялись на задние лапки и исполнили отрывок из известного ритуального танца, посвященного Лаандаре. Уж эти-то традиции должны были уцелеть!

Тан Киттип мои старания не оценил. Он взирал на пляшущие косточки с суеверным ужасом, явно с трудом удерживаясь от того, чтобы осенить себя отгоняющим зло знаком.

Тот бы все равно не подействовал. Но тактичность я заметила.

— Этого не может быть, — просипел отчим севшим голосом, хватаясь за грудь. Я полезла проверить на всякий случай — ничего, просто стресс. Не приступ. — Темного дара не бывает!

— Сами сказали, вам тоскливо, будто вы что-то потеряли, — пожала я плечами. Мышь многозначительно помахала лапкой. — Вот вам и ответ, что.

— Откуда у тебя эта сила? — тан Киттип наконец началмыслить здраво.

Правильно я поступила, что рассказала. Одной мне придется долго выискивать нужную информацию и наобум лавировать в новой реальности. А так, с подсказками понимающего человека, дело пойдет веселее.

С матушкой откровенничать смысла нет. Максимум, на что она способна — запричитать до смерти. А отчим мужик толковый, соображающий и меня любит как дочь.

По крайней мере, можно надеяться на то, что жрецам меня не сдадут на опыты.

Рассказ о произошедшем со мной затянулся. За окном начало светлеть. Хотя я опускала неважные моменты и лирику, сосредоточившись на основном — тандеме Мараям-Лаандара и возникших у богинь проблемах.

— Вот и вышло, что теперь во всем мире тьма есть только у меня, — завершила я исповедь, поглаживая задремавшего на моих коленях Тьмока. — Ну, возможно еще у него, но это неточно.

Кот дернул ухом, подтверждая, что хоть и потерял способность к общению, все же понимает, о чем идет речь.

Ну, или у него просто там зачесалось.

— Вот дела, — протянул тан Киттип задумчиво. — Никто не должен об этом знать, ты же понимаешь?

Я опустила голову, безуспешно пытаясь скрыть довольную улыбку.

Как и думала, отчим сразу перешел в режим «защита семьи».

Глава 18

Мы проговорили до самого утра.

Спать никому из нас не хотелось. Какой уж тут сон, когда речь идет о выживании? И не только моем, но и всего сущего. Тан Киттип проникся проблемой баланса и всерьез распереживался, что у Лаандары не хватит сил удержать мир в гармонии.

— А если тьма опять попытается захватить мир? — допытывался он у меня, как у самой посвящённой.

Мне оставалось только пожимать плечами — откуда я знаю, что произойдёт в отсутствие одной из высших сил? Тем более она совсем-то не пропала. Часть ее таится во мне, в Тьмоке… И на кладбищах, стыдливо прикрытых куполами света.

И во что может мутировать последнее — неизвестно.

— Давай сходим посмотрим, что ты там ночью наворотила, — решительно постановил тан Киттип.

— Сходим. Только можно сначала позавтракать? — жалобно попросила я.

Желудок подтвердил отчаянным урчанием.

Выложилась я ночью прилично и рассчитывала поспать, а не объяснять несколько часов подряд суть мироустройства.

— Да, конечно. Перерасход энергии, растущий организм… обязательно! — забормотал тан Киттип, обнажая свою целительскую сущность.

Все же дар сильно влияет на человека. Или отношение к обладателю дара со стороны общества?

Раньше, с некромантией, отчим был более замкнутым и угрюмым, хотя все так же трогательно заботился о матушке. Сейчас же он открытый и доброжелательный, как и положено лекарю.

Однако судя по реакции на демонстрацию темной магии, тан Киттип по ней подсознательно скучал. Все-таки она была его неотъемлемой частью в иной реальности.

Специалист бы написал пространную научную работу на тему многогранности вероятностей.

Я же просто отправилась завтракать.

Матушка с умилением пронаблюдала, как мы с таном Киттипом уминаем намазанные ореховой пастой лепешки, овощи с рисом и фаршированные яйца. Как на соревновании, честное слово. Я восполняла потраченные силы, он же заедал стресс.

— Ты сегодня рано встал, дорогой. У тебя прием в городе? — ласково осведомилась заботливая супруга, когда мы оба сыто отвалились от стола и добрались до бодрящего отвара.

— Не совсем, — покачал головой отчим и украдкой глянул на меня. — Я хотел зайти на кладбище, проверить как там дела. Ну и Маранни заодно покажу.

— Зачем это девочке-то? Ну ты придумал! — возмутилась матушка. — У нас сегодня примерка запланирована! Через два дня едем в столицу, а наряды все давно из моды вышли. Нужно перешить!

— Матушка, ты начинай спокойно, а я позже подоспею, — заверила я, мысленно умоляя какое-нибудь умертвие уцелеть, чтобы появился повод задержаться и безнадежно опоздать.

Надежды на такое было мало — очень уж качественно я вчера сработала, но вдруг?

— Смотри, чтобы к обеду вернулись! — погрозила строго танна Рангсин.

Мы с отчимом синхронно кивнули. Спорить с матушкой себе дороже. Проще сделать, как хочется, а потом извиниться.

Уже через полчаса мы стояли у ворот кладбища.

Прохладный ветерок приятно освежал лицо, донося ароматы благовоний и цветов.

Ауры тьмы больше не ощущалось. Я проверила фон обеими гранями своего дара и осталась удовлетворена проделанной работой.

Тан Киттип пребывал в смешанных чувствах.

Он обошел кладбище по периметру, сунулся в ворота, чуть ли не обнюхал ближайшие могилы и наконец уставился на меня с благоговением.

— Это невероятно! — прошептал он. — Ни следа потусторонней активности! Жрецы не поверят, когда увидят это чудо.

Ах да, он же недавно вызывал на подмогу жрецов.

Даже не знаю, радоваться этому или опасаться.

— Тан Киттип! Вы вовремя. Мы как раз собирались за вами зайти, — раздался за нашими спинами сдержанный бас.

Я обернулась и оказалась лицом к лицу с тремя высокими, крепкими незнакомцами в рясах служителей Лаандары.

Визит жрецов застал меня врасплох. Не ожидала встретиться с ними так скоро.

Первой мыслью было — неужели плохо зачистила следы?

К пресветлым я по-прежнему относилась настороженно. Насколько агрессивно они поклоняются Лаандаре и как воспримут факт существования темной магии — доподлинно неизвестно. Еще когда Мараям обладала своими силами в полной мере, ее последователям объявили войну, их чуть не истребили, а саму богиню заточили на изнанке, где она тихо сошла с ума.

Что предпримут пресветлые, узнав, что я носительница тьмы?

В этой версии реальности сестры у Лаандары, получается, не было. Но порождения-то есть! Вон они, за оградой. Пусть и упокоенные.

Фанатикам вряд ли можно доказать логически, что я хорошая, со всех сторон положительная и несу в мир добро по мере сил. Пусть и некромантией.

— Пресветлый Ямнон! Как вы удачно и вовремя!

Тан Киттип возрадовался настолько натурально, что я почти поверила.

Учитывая, что часть истории о гонениях и унижении я описала особенно тщательно, отчим должен понимать, что жрецы нам не друзья.

Надеюсь, он все осознал в должной мере и не решил, что мне нужно срочное исцеление от опасного дара? Например, блокировка. Или замена печати!

Процесс крайне болезненный, лишающий мага большей части сил — и скорее всего, в моей ситуации, дара целиком. Но во имя спасения мира можно и потерпеть одной девчонке, верно?

Я сглотнула, уповая на здравомыслие тана Киттипа.

Он же не предаст мое доверие ради всеобщего блага и во имя светлейшей?

— Я решил позвать на помощь коллег, но мы ничего не нашли, — продолжал тем временем жрец.

Он был моложе двух других, шире в плечах и вообще напоминал больше по выправке и манерам воина, чем служителя храма.

Покосилась на кладбище. В принципе, объяснимо. Если он не просиживает рясу в келье, а скачет по буеракам за умертвиями, ничего удивительного в отменной физической форме нет.

Это в прежней версии истории пресветлые удобно устроились. Всю грязную работу — чистку захоронений, упокоение и прочее — выполняли некроманты. Жрецам Лаандары оставалось вести службы и наслаждаться благодатью.

Ну, пока прорывы не начались.

Тут-то они, вероятно, пожалели, что расстались с оружием и позабыли приемы борьбы с тьмой. Но поздно.

Эти, сразу видно, помнят какой стороной меч держать.

И потому пугают маленькую темную меня не на шутку.

— Удивительно чистое кладбище. Странно, что вы нас вызвали, тан Киттип, — вступил один из жрецов постарше. — Прямо-таки образцовое, давненько такого спокойного не видел. Ни эманаций тьмы, ни единого бродячего духа. Будто кто-то его вычистил… но это же невозможно, верно?

И натужно хохотнул, поглядывая на коллег.

Я незаметно сделала шажок в сторону, скрываясь за относительно широкой спиной отчима.

Если жрецы видят следы тьмы, может, и дар мой засекут? Им пока что в голову не пришло присмотреться к юной танари. А вдруг придет?

— Разве? — провокационно переспросил тан Киттип, у меня резко пересохло во рту.

Вот куда он лезет? Зачем?

— Наш мир велик и полон чудес, — с легкой усмешкой заметил пресветлый Ямнон. — Но, к сожалению, подавить тьму мы полностью не можем. Лишь бороться с последствиями и уменьшить по возможности урон от нее для мирного населения.

— К прискорбию своему я частенько пропускал проповеди, — повинился отчим. — Не поведаете ли подробнее, откуда взялась тьма и чем опасна? Моя дочь интересуется историей, а мне нечего добавить сверх того, что пишут в учебниках.

Взгляды троих жрецов скрестились на мне.

Я старательно улыбнулась, про себя проклиная излишне бойкого тана Киттипа. Да, мне нужна информация, но зачем за ней лезть в логово врага?

Прятаться за отчимом смысла больше не было. Я сделала шажок вперед и присела в приветственном поклоне.

— Тан Киттип совершенно верно упомянул, что мне интересно происхождение тьмы. — По тонкому льду ступаю, но выбора нет. У кого еще проще всего вызнать подноготную происходящего? — Откуда берутся умертвия и прочие порождения, как с ними бороться и можно ли предотвратить их распространение?

Жрецы переглянулись.

— Похвальное рвение, — прогудел пресветлый Ямнон. — Насколько я помню, у танари тоже есть дар света? Подумываете вступить в ряды жриц?

«Богиня упаси!» — была моя первая мысль. Но лицо ее не отразило.

— Возможно, — уклончиво пробормотала я, судорожно вспоминая нынешние ранги и сопутствующие ограничения в системе служения Лаандаре. Вроде пожизненно к храму привязывались лишь пресветлые. Послушники и воины могли уйти в любой момент. — Скорее, воительниц.

Мужчины сдержанно хохотнули.

Не поверили.

Тан Киттип тоже покосился скептически. Ну да, в этой реальности я не сильно преуспела по части физической подготовки. Да и вообще отличалась взбалмошностью и ленью.

Не идеальная кандидатка в борцы с тьмой точно. Даже если не брать в расчет небольшой изъян в виде половины резерва, той самой тьмой заполненной.

— Предлагаю заглянуть в храм, там рассказывать сподручнее. Заодно на проповеди поприсутствуете, — тактично предложил пресветлый Ямнон. — Наш экипаж вполне выдержит еще двоих. До города далековато, и через вашу усадьбу, тан Киттип, длинный крюк выйдет.

— Буду признателен за просвещение, — склонил голову отчим.

Я вновь присела в поклоне — отвыкла от строгости этикета, нужно спешно наверстывать — и последовала за мужчинами к дороге. Там их ждала открытая коляска на шесть мест, запряженная парой белоснежных лошадей.

Последователи Лаандары очень любили подчеркивать собственную чистоту и безгрешие. Даже теперь, когда соревноваться и противопоставляться им в общем-то не с кем. Гули и духи не в счет.

Храм выглядел привычно. Белоснежные колонны, восьмиконечная звезда, выложенная золотом на мраморном полу в центральном зале. И алтарь с подношениями. Я тихо порадовалась, что не взяла с собой Тьмока. Коту вряд ли стало бы плохо — он и в прошлой жизни нормально переносил соседство со светом. Но простор, обилие огоньков и вкусные запахи могли сбить его с пути истинного.

— Раз уж мы здесь, восславим светлейшую Лаандару, да озарит она мир благословением еще тысячи лет! — предложил тан Ямнон.

Звучало это скорее как приказ, но спорить мы с таном Киттипом не стали.

Не в том положении.

Мы практически шпионы в тылу врага. Особенно я, отчим больше за компанию. Но в случае чего отвечать придется обоим.

Подсознательно я ждала золотого сияния, явления очередной порции поблескивающей концентрации магии жизни или потустороннего голоса с небес.

Но ни того, ни другого не дождалась.

Лишь многоголосый хор где-то под куполом тянул торжественные ноты во славу богини, да трепетали на сквозняке многочисленные свечи.

Если честно, я испытала некоторое разочарование.

Как все было бы просто, дай Лаандара понять окружающим, что я своя, нормальная и приличная танари. Несмотря на темный дар.

Но нет. Опять самой выкручиваться и всем доказывать, что я не порождение бездны.

В отличие от внутренностей храма, внешняя часть отличалась от той, что я помнила. Особенно пристройки. Жилой флигель разросся, кельи теперь плавно переходили в казармы. А к хозяйственной с загоном для скота и птичником добавился плац и полигон для воинов.

Жрецом мог стать любой верующий. А вот чтоб нести свет в массы и противостоять тьме, требовался сильный дар. Целительский, светлый. Как ни странно, теперь в лекари редко шли сильные маги. Чаще они становились бойцами во имя Лаандары.

И многие из тех, что сейчас защищали людей от духов и умертвий, прежде были некромантами. В иной жизни.

Тан Киттип мне успел рассказать немного о себе. Недостаточный объем резерва не позволил отчиму влиться в ряды воинов пресветлой, потому он служил целителем в городской больнице. Из тех семейств, кого он перечислил как достаточно одаренных — и мне знакомых — чуть ли не большинство ранее принадлежало к темным ветвям последователей Мараям.

Удобно Лаандара устроилась. Присвоила себе почитателей сестры.

Глава 19

На службу мы попали к самому завершению. Народу в храме было немного — сказывался будний, не праздничный день. Да и время шло к обеду. Хоровое пение и короткая проповедь предназначались скорее послушникам, чем прихожанам.

Ничего нового из речитатива во славу Лаандары я не вынесла. Славься свет, сгинь тьма. Все как в прошлой жизни. Только сейчас немного непонятно, насколько капитально вторая должна сгинуть.

— Присоединитесь к нашей скромной трапезе? — любезно предложил тан Ямнон на правах давнего знакомого.

Мы с таном Киттипом переглянулись, я едва заметно кивнула. Раз уж пришли, грех не воспользоваться случаем вызнать побольше.

Отчим, конечно, бывал здесь и не раз, но не особо обращал внимание на то, как все устроено. Повседневные, привычные элементы не бросаются в глаза. Он ведь вырос в этой реальности, с осознанием всемогущества единственной богини и вредоносности тьмы, которая сводится к неразумным прожорливым порождениям с кладбища и редким явлениям неупокоенных духов в домах.

Настоящих монстров они не видели и не нюхали, но даже то, что знакомо воинам света, вызывает у них и у обывателей лишь омерзение.

Что же они скажут, узнав, что я обладаю темным даром?

Именно это мне бы хотелось выяснить.

Трапеза при храме оказалась величественной, торжественной и умеренно обильной. Точно не скудной — аскезой здесь больше не пахло. Ведь бойцам нужны силы, а на одной каше не больно-то повоюешь.

В прежние времена многие жрецы тоже увлекались роскошествами, но это порицалось и не считалось нормой. Изменились даже такие незначительные детали, как посуда и порции.

— Итак, что бы вы хотели услышать о светлейшей? Готов ответить на любые вопросы, — прогудел тан Ямнон, когда тарелки опустели, а стаканы были наполнены прохладным мятным настоем. — Вступить в ряды воинов не так-то просто, уважаемая танари. Нужны годы тренировок и специального обучения.

— А какие еще есть способы борьбы с нечистью? — едва дождавшись паузы, выпалила я. — Кроме сдерживающих заклинаний и зачарованной стали. Уничтожающие артефакты, развеивающие схемы, что-нибудь такое.

— Да вы настоящий теоретик! — прозвучало вроде бы с уважением, но и с долей издевки. — Работы по изучению некроса ведутся, знаю, есть целые сообщества ученых, что посвятили себя исследованиям свойств тьмы. Полагаю, вам следует обратиться с этим вопросом в академию. Либо на Джаялане, либо — что вероятнее — в Торсхольме. Там как раз любят поболтать… то есть обсудить варианты. Мы здесь народ простой, видим порождение бездны — загоняем его обратно.

— И насколько успешно? — не сдержала я сарказма.

Тан Киттип под столом пнул меня ногой. Несильно, чтобы не испачкать платье, но и напомнить об осторожности.

Однако тан Ямнон моей поддевки не заметил.

— О, у нас один из самых спокойных и стабильных островов во всей Сомираве! — с гордостью заявил он, выпятив и без того широкую и внушительную грудь. — Наши бойцы регулярно патрулируют опасные точки и моментально реагируют на вызовы. Ни одного смертельного случая за последние пятьдесят лет!

— Отлично! Весьма впечатляет, — закивала я с искренним уважением.

Не имея толковых инструментов и подходящего дара, расправляться с умертвиями фактически сырой силой и добрым словом — тут действительно талант нужен.

— А какие зоны Лантхары — да и вообще архипелага — считаются самыми проблемными? — продолжала я выспрашивать подробности.

Такую внутрянку мне тан Киттип не сообщит при всем желании.

Тан Ямнон, явно вдохновленный похвалой, проводил меня в общий зал для отдыха. Он же, судя по обстановке, использовался для общих сборов и обсуждения стратегии. Карта островов во всю стену была утыкана разноцветными флажками. Оттенки варьировались от желтого через оранжевый к темно-бордовому. Черных было всего два: один у столицы, один — на кусочке побережья, относящемся уже к Скайгарду.

— Вот эти захоронения — самые активные и сложные. — Тан Ямнон ожидаемо ткнул в два почти черных флажка. — Академии специально выстроили неподалеку, чтобы наблюдать и реагировать по необходимости.

Я внимательно изучила отметки.

— А как давно они активны? В смысле кладбища — уточнила, нахмурившись. — Учитывая, насколько это опасно, логично было бы хоронить покойных как можно дальше от жилья. А тут оба практически в центре города!

— Так лет двести, как эта мерзость поперла, — вздохнул тан Ямнон.

Я почувствовала, что разгадка маячит где-то поблизости, кокетливо виляя хвостом и не позволяя себя ухватить.

Примерно тогда же — в иной версии реальности — Мараям загнали на изнанку.

Как-то эти два факта связаны.

Но как?

От напряженных размышлений у меня даже в висках заныло. Или от переживаний? Все же не каждый день попадаешь в логово светлых, где тьму считают злом по умолчанию.

— И что вы предпринимаете? Кроме куполов, их уже видела, — поинтересовалась я.

— У меня такое чувство, что я сдаю годовой отчет пресветлому Монтри, — усмехнулся краем рта тан Ямнон.

Услышав знакомую фамилию, я непроизвольно скривилась. Надеюсь, в этой реальности тан Монтри ведет себя приличнее и не разгульничает.

Моя гримаса незамеченной не осталась. Усмешка светлейшего стала шире и искреннее.

— Вижу, вы знакомы. Наверное, потому и интонации совпадают, — хмыкнул тан Ямнон. — На самом деле, кроме изоляции и периодической зачистки, ничего мы тьме противопоставить не можем. И мой сарказм в адрес ученых и исследователей скорее от безнадежности. Если бы существовало хоть что-то, способное облегчить наше бремя, я бы прыгал до небес от счастья. Но увы — пока теория остается теорией, а работать нам приходится руками и резервом, по очереди.

— А если бы и правда существовало… — осторожно начала я, глянула на отчаянно мотающего головой тана Киттипа и продолжила еще аккуратнее: — Если бы вдруг появилось средство борьбы с темными порождениями, основанное на самой тьме? Ну, скажем, артефакт на эманациях с кладбища. Например. Его бы разрешили?

— Сложный вопрос, — честно признался тан Ямнон, задумчиво оглаживая подбородок. — Мысль, конечно, привлекательная. Но сомнительная с точки зрения веры. Тут все упиралось бы в отношение к подобному светлейшей Лаандары. Если бы она подала некий знак…

Я украдкой коснулась пояса, где прежде постоянно таскала бутылёк с концентратом света, и тоскливо вздохнула.

В этой реальности светлейшая не спешила одаривать меня благодатью. А жаль. Возможно, тогда жрецы бы куда спокойнее восприняли появление новой ветви магии. Тем более тьма у меня в резерве пополам со светом. Иначе как чудом подобное явление не объяснить… но мне бы крайне не хотелось угодить в лапы исследователей, да там и остаться во благо науки.

Или отправиться на тот свет, как вариант.

— Что, если знака не будет? — мрачно спросила, ни на что особо не рассчитывая.

— Тогда будут решать старшие жрецы, — пожал плечами тан Ямнон. — Мое дело маленькое. Присматривать за безопасностью острова, да тренировать бойцов. А важные вопросы пусть решают те, кто старше и мудрее.

— Не всегда это одно и то же, — проворчала вполголоса, не в силах сдержаться.

Если моя судьба зависить от подобных тану Монтри, то ждет меня плачевный финал.

Тан Ямнон тактично сделал вид, что моего выпада в адрес начальства не расслышал. На том наш визит и завершился.

Тан Киттип вытащил меня из храма чуть ли не за шкирку. Был он бледен и дышал с трудом.

— У меня было чувство, что за очередную провокацию нас обоих запрут в подвале и больше оттуда не выпустят! — пропыхтел он, сбегая по ступенькам бодрым козликом. — Зачем ты поднимала все эти сомнительные темы? Тьма борется с тьмой — намек прозрачнее еще вообразить надо!

— Думаете, кому-то в голову придет, что существует некромантия? — фыркнула я в ответ. — Пока носом не ткнуть, никто в это не поверит. А так — ну, спрашивает танари разное. Любопытная и глуповатая. Что с нее взять?

Отчим глянул на меня с немым укором — только недавно и он сам считал меня недалекой и не слишком образованной дурочкой.

С полным правом, между прочим. В мирной жизни и без давления извне я такой и была. Лишь когда пришли твари, оказалась вынуждена взять себя в руки и выживать.

Очень жаль, что и в третьей жизни я не могу расслабиться и просто плыть по течению.

— По крайней мере, с одним проблемным кладбищем мы разобрались, — постаралась я найти позитивный момент. — Впереди визит в столицу, разберемся и со вторым.

— Не знаю, что меня пугает больше. Перспективы Джаялана или вот это «мы», — буркнул себе под нос тан Киттип.

Но тут уж я притворилась глуховатой.

Дни до отъезда в столицу пролетели незаметно.

Я еще несколько раз наведалась на то самое захоронение, одна и в сопровождении тана Киттипа. Ни единой эманации тьмы не уловила. Значит, почистила качественно, на несколько лет точно хватит. Меньше работы жрецам-воинам.

Интересно, как быстро они свяжут появление излишне любопытной девицы и неожиданное затишье? Или не свяжут, решат, что просто повезло?

Матушка по обыкновению суетилась сверх меры. Пусть теперь она любимая дочь таммавата, и на нее не будут осуждающе коситься придворные, танне Рангсин — ныне тоже Чантана, раз ее не изгоняли из рода — все равно хотелось выглядеть идеально. И всем спутникам она желала того же, из-за чего мы с таном Киттипом умеренно страдали.

Умеренно — потому что в глубине души я наслаждалась минутами домашнего уюта, тишины и заботы. А отчиму было глубоко плевать, в синей накидке он появится перед тестем или зеленой с серебряным шитьем.

Тьмок резвился, катал по полу скомканные бумажки и ел за троих. В остальном вел себя как крайне воспитанный и сообразительный, но самый обычный кот. Общаться со мной мысленно не пытался, знаков не подавал, записок не писал. Я пробовала достучаться до него и так, и эдак, целые монологи произносила мысленно, но пушистое порождение тьмы никак не реагировало.

Я решила пока оставить бесполезный комок меха в покое. Возможно, при частом контакте с темной магией он напитается ею достаточно, чтобы вернуть себе некоторыеспособности. А еще более вероятно — Тьмок уцелел лишь чудом, потому что был привязан ко мне в момент переноса, и большего от него можно уже не ждать.

Уже за то, что у меня сохранился мелкий свидетель прошлой жизни, я искренне благодарна. Иначе решила бы, что свихнулась или видела красочный, бурный сон.

Конечно, мой резерв и печать на нем тоже служат доказательством реальности всего произошедшего. Но Тьмок — он как-то нагляднее. И потискать можно в минуты уныния.

Путешествие на Джаялан прошло по плану, без задержек и проблем. Солнце светило ярко, легкий ветерок подгонял корабль в нужную сторону, и к вечеру на горизонте замаячило знакомое побережье. Величественные белые здания вздымались к небесам, омываемые зеленью и цветами. Дворец, как и прежде, высился на склоне холма, а вот академия переехала от него подальше. К кладбищу.

Видеть шпили учебного заведения на окраине столицы было непривычно, прямо глаза царапало. Но я упорно разглядывала изменившийся ландшафт, запоминая планировку.

Раз уж местный погост такой проблемной, нужно туда непременно наведаться.

Накопителей я успела запасти побольше. Кольца, браслеты, каждая бусина пошла в дело, превращаясь в заряженный тьмой подпитывающий артефакт.

У меня теперь лишь половина привычного резерва. Следует быть осмотрительнее. Мараям мне больше не поможет, рассчитывать можно лишь на себя.

Ну, еще на моральную поддержку тана Киттипа, на расстоянии.

— Надеюсь, ты не собираешься отправиться на кладбище прямо сегодня? — негромко поинтересовался отчим, будто мое настроение почуял.

— Конечно нет! — широко и неискренне улыбнулась я.

Сегодня точно будет не до того. Встреча с родственниками, формальный прием, бал. Само торжество по случаю моего совершеннолетия состоится позже, через два дня. С запасом запланировано: вдруг мы бы задержались по дороге? Небольшой фуршет можно отменить, а вот официальное мероприятие — вступление внучки таммавата, принцессы, в брачный возраст — никак нельзя.

Стоило подумать про возможных претендентов на мою руку, и аж передернуло. Мне только не хватало с женихами разбираться! А ведь понаедут со всего архипелага, наверняка. Лучший момент для того, чтобы завязать со мной знакомство, заинтересовать, а то и очаровать.

Это я знаю, что любимый человек у меня уже есть. Пусть он, скорее всего, давно женился, да и в любом случае понятия не имеет о том, что он мой избранник — выскакивать замуж за кого-то другого лишь бы исполнить свой долг перед страной я не собиралась.

Дел у меня и без того невпроворот.

На пристани нас уже ждали.

Огромная толпа придворных, зевак и слуг растеклась по пристани, оставив небольшой островок пространства для двоих самых важных встречающих.

Сначала мне показалось, что глаза подводят.

Этого же не может быть, верно? Мертвые не оживают.

— Пра? — изумилась я.

Майяри Ратри, удивительно бодрая для своего преклонного возраста, просеменила ближе и положила руку мне на лоб.

— Конечно я, девочка моя, кто же еще? Забыла уже про меня, не навещаешь старушку. Вконец совесть потеряла! — проворчала она, как прежде.

Я не выдержала, обхватила ее за сухонькие плечи и бурно разрыдалась.

Глава 20

Кажется, моя эмоциональная реакция напугала пра не на шутку. Она неловко похлопала меня по спине, не пытаясь вырваться. Понимала, что ей сил не хватит.

Я сама отпустила танну Ратри довольно скоро, опасаясь придушить на радостях.

— Я очень скучала! — выпалила чистую правду, не уточняя, сколько лет прошло с нашей прошлой встречи.

Сорок? Больше?

Несмотря на хрупкое, едва удерживаемое Лаандарой равновесие и неизвестное состояние темной богини, новый мир нравился мне все больше. Здесь еще живы те, кто мне дорог, и кроме умертвий им ничто не угрожает. Порталам открываться не с чего: изнанка пуста и бесплодна. С кладбищами я постепенно разберусь — попутешествую по свету заодно. Давно хотела побывать в разных странах, но не в боевом походе, а как обычный странник. Посмотреть на достопримечательности, попробовать местную еду — не в котелке у костра, а в комфортном трактире, с мягкой постелью и всеми удобствами.

А пока можно не спеша насладиться семейным теплом, которого мне всегда недоставало.

— А деда обнимать не будем? — нарочито сурово вопросил таммават, распахивая руки.

Я влетела в пахнущую бумажной пылью и чернилами грудь, уткнулась в нее носом и затихла.

— С ней что-то случилось? Кто-то обидел? — поинтересовалась пра у тана Киттипа шепотом.

Я прекрасно все слышала, но не отреагировала. Не до того было — я пыталась украдкой вытереть слезы и при этом не заляпать парадный халат деда.

— Да нет. Скорее наоборот, — загадочно ответил отчим.

Тьмок съехал на берег на руках верной Камалы. Он сидел тихо, не вырывался, только внимательно оглядывал всех присутствующих и почти не моргал. Служанка неоднократно говорила, что у нее от кошачьего взгляда иногда мурашки по коже. Мол, почти как человек смотрит, того и гляди обзываться начнет. На что я хмыкала и про себя поправляла: «Может, уже, просто мы не слышим».

И грустно вздыхала.

Мне не хватало язвительных комментариев и пронырливой помощи пушистика.

— Ну все, все. Еще наобнимаетесь. А как же я? — с капризными нотками полушутя протянула матушка.

Она подсознательно чувствовала себя не до конца уверенной в собственном положении внутри семьи. Возможно, сказывались неприятные моменты сразу после развода, когда ее пытались унижать и травить. К счастью, в этом мире тан Киттип вмешался раньше, чем ситуация стала критической.

Я поспешно отступила, позволяя деду обняться с дочерью, и уделила внимание остальным собравшимся.

Тетушки и дядюшки держались поодаль, позволяя деду и пра вволю насладиться первыми минутами встречи. Танна Тамия держала в руках сразу два букета — мне и матушке. Тан Тавин хмурил брови на тана Киттипа — целителя он недолюбливал, считая наглым карьеристом. Ну да дядя всегда отличался подозрительностью и искал в людях худшее, тут ничего удивительного.

Зато семью и Сомираву защищал до последнего.

У каждого свои недостатки.

Наобнимавшись вдоволь и обменявшись приветствиями, мы погрузились в открытые коляски и те покатили по брусчатым мостовым по направлению к дворцу. Нам предстоял целый вечер, плавно переходящий в ночь, непрерывного семейного пиршества. Только свои, никаких посторонних.

Все желающие меня поздравить придут на бал через два дня. А сегодня будем болтать, вспоминать былое и наверстывать пропущенное за те несколько месяцев, что мы не виделись.

Для меня так и годы. Но сказать я об этом могу только тану Киттипу.

Не думаю, что остальные так же спокойно воспримут мои бредни.

Покои для принцессы и ее семьи располагались во флигеле таммавата. Дед предпочитал держать нас поближе. Обиталище пра осталось неизменным. Пока слуги разбирали наши вещи, мы устроились в ее гостиной.

Почти как раньше, но тогда мне было шесть. И в основном меня занимало обучение таинствам некромантии.

В этой реальности пра обладала настолько сильным даром света, что чуть не стала одной из немногих женщин-жриц. Сама отказалась, хотя послушничала при храме довольно долго.

И сейчас мне было отчаянно любопытно узнать, почему.

Семью завести сан не мешал, разве что служить Лаандаре пришлось бы до самой смерти. Ни пенсии, ни отпусков жрецам не предусмотрено. Ну да пра и без того постоянно занималась государственными делами, помогая зятю по мере сил. Какой уж тут отдых?

Но разговор на интересующую меня тему танна Ратри начала первой.

— Слышала, ты выспрашивала о бойцах света и способах борьбы с умертвиями, — прокряхтела она, наливая себе и мне отвар. Я пыталась отобрать тяжелый чайник, но пра была неумолима в самостоятельности. — Отчим твой упомянул, что тебя очень интересует тьма. С чего бы вдруг? Никогда ты учебой не увлекалась.

— Повзрослела, — усмехнулась я, не уточняя — насколько. — Пра, может, ты что-нибудь знаешь интересное? Слухи, легенды, байки островные. Ну такое, что жрецы не расскажут.

— У меня здесь есть кое-что. — Старушка споро переместилась к стене и открыла тайный лаз, ведущий в дополнительный кабинет. — Собрала, пока в храме ошивалась.

Почтения в голосе танны Ратри не было ни на медяк.

— Заходи, устраивайся. Пошуршим свитками. — Танна Ратри первой нырнула в узкий проем и удобно устроилась за письменным столом. Находиться долго на ногах ей было тяжело, и так сколько простояла на пристани, меня ожидая. — Начнем, пожалуй, вон с той верхней полки в углу.

Я ласточкой метнулась к указанному месту и вытащила перевязанные потемневшей от времени лентой рулоны бумаги. Та рассохлась и пожелтела, но все еще хранила написанное чьей-то нетвердой рукой.

— Откуда у тебя это? — изумилась я, осторожно разворачивая бесценные реликвии.

Им не меньше трехсот лет, а то и больше, судя по виду!

— В храмах отличные библиотеки, но отвратительные смотрители, — пожевала губами пра, скрывая довольную усмешку. — Некоторые из этих древностей планировали сжечь от греха, другие валялись в пыли и грязи, позабытые и никому не нужные. Я спасала историю от уничтожения!

Даже в новом мире пра умудрилась собрать запрещенные и не совсем легальные материалы! Я аж прослезилась.

Кое-что и кое-кто никогда не меняется.

— Ты просто умница! — совершенно искренне восхитилась, всматриваясь в старомодный почерк летописца.

И чем дальше я читала, тем сильнее дрожали мои руки.

Потому что наконец-то я нашла ответ на терзавший меня все это время вопрос: каким образом Лаандаре удается удерживать равновесие в мире, где больше нет ее второй половинки?

По новой версии событий, тьма — обратная сторона света. И появляется там, куда светлейшая богиня дотянуться не может. То есть на кладбищах, в темницах, подвалах и прочих неосвещенных и полных горя и страха местах.

Примерно та же логика, как при возникновении прорывов. Только без участия Мараям и возможности контроля над процессом. Своего рода отдельная стихия, не подвластная ни богине, ни человеку.

Поскольку нет ни темнейшей, ни некромантов, бороться с порождениями теперь можно лишь грубой силой или ярким, чистым светом. И то мера временная. Как плесень отмыть — через какое-то время она нарастет снова, вдвое больше.

К счастью, недостатка в воинах Лаандара не испытывала. Еще бы, те, кто прежде были некромантами, теперь стали целителями. И инстинктивно испытывали тягу к сопротивлению тьме. Так что до сих пор всплески активности духов и умертвий удавалось сдерживать и вовремя гасить — до следующей волны.

Понятно, почему столь крамольный документ собирались уничтожить и никому не показывали. Он демонстрирует полную несостоятельность Лаандары как защитницы человечества. Ну в самом деле, какая ты богиня света, если не можешь даже мертвеца толком упокоить? Позорище.

Версия жрецов звучала куда более приятно и лестно. Мол, мы стоим на страже всеобщего мира и покоя.

А что это бесконечная гонка в колесе для белочек, уже другой вопрос.

Пра указывала мне, куда еще заглянуть, размахивая сухонькими ручками как заправский дирижер. Я разворачивала и вновь сворачивала свитки, раскрывала пахнущие кожей и пеплом фолианты, копалась в стопках бумаг и конвертов.

Коллекцию танна Ратри собирала десятилетиями. Придворные и дипломаты из разных стран знали, что дарить теще таммавата. Чем древнее и неразборчивее древний манускрипт, тем лучше. Отсеять из этого потока действительно полезное и ценное — задача посложнее, но пра умела отделять зерна от плевел.

Ни единого свидетельства существования Мараям я так и не нашла. Зато обнаружила интересную оговорку в одной из первых версий сборников храмовых проповедей.

До сотворения мира в пустоте явилась светлейшая Лаандара — и ее тень.

Вот оно.

Там, где прежде были две сестры, осталась одна и бледный призрак второй. Тот самый неупокоенный дух, что ныне тревожит кладбища.

Неужели те умертвия созданы отголосками силы Мараям?

Вряд ли сознательно. Ей бы резерва не хватило, да и не стала бы темнейшая вредить людям.

Или стала бы?

Та злая часть ее сущности, что проявилась вследствие массовой ненависти. Могла ли она уцелеть и воплотиться таким вот образом?

Получается, тьма сейчас действительно зло.

Во всем хранилище пра не нашлось ни единого упоминания о некромантах. Ни о людях, способных подчинить духов, ни об окончательном упокоении умертвий. Ни словечка.

Значит, я уникальна.

Обычно осознание этого приятно, но мне бы больше понравилось стоять в толпе таких же темных магов. Оно как-то спокойнее.

Удастся ли мне в одиночку убедить целый институт храмовничества в своей полезности и безобидности? Сомневаюсь.

Нужна чья-то помощь. Желательно Лаандары.

Если богиня не отзовется, тогда хотя бы таммавата. И правителя Скайгарда, если повезет. С самим королем запросто не поболтаешь, но в академии будет шанс пересечься с принцами. Разумности Альрика и порывистости Акселя, возможно, хватит, чтобы переманить их на мою сторону. Покажу пару трюков, объясню ситуацию.

Тан Киттип же поверил! И ребята проникнутся. Главное, подцепить старшего принца на крючок любопытства. Остальные последуют за ним.

При мысли об Акселе мысли неумолимо соскочили на Райли.

Настроение упало.

Теперь, когда они больше не некроманты и не изгои, невеста наверняка не бросит перспективного жениха. Друг принца, сильный маг, пробившийся своими силами практически на самый верх — выше некуда, не каждый потомственный аристократ может похвастаться дружбой с наследником. Йоруна Холл не дура, даже за некроманта держалась до последнего.

А уж теперь точно вцепится.

На ужин с родней я собиралась в самом мрачном расположении духа. Далеко не все в новом мире оказалось прекрасно и безоблачно. В особенности мои перспективы.

Да, я счастлива, что мои близкие живы и здоровы. И их даже больше, чем я ожидала. Как-то не пришло в голову у тана Киттипа уточнять, кто нас встречать будет, иначе знала бы про пра заранее. Впрочем, так лучше, приятный сюрприз вышел.

Но при этом будущее неясно и туманно.

Полно тьмы, я бы сказала.

Я могу объехать все кладбища, очистить их от скверны. Но решение это временное. Не путешествовать же по кругу всю жизнь? Оно увлекательно, но быстро надоест.

Нужны артефакты, которые я смогу заряжать на расстоянии. Возможно, на тех же накопителях. Постепенно заполнять их и рассылать по разным странам, туда, где в них нуждаются. Значит, необходимо создать схему для прибора, который будет поддерживать заклинание развеивания надо всей территорией погостов. И, возможно, какие-то портативные заряды для воинов света.

Одно но. Для всего этого я должна быть признанным специалистом по борьбе с тьмой. И каким-то образом легализовать некромантию.

Беззаботная беседа за столом прошла мимо меня.

Я бездумно ковыряла деликатесы, то и дело невпопад кивая и поддакивая. Всем, кто меня знал хоть немного, было очевидно, что у меня проблемы. Ничего удивительного, что после ужина таммават позвал меня к себе в кабинет.

Не в покои. Следовало уже насторожиться.

— Девочка моя, ты уже взрослая, — начал издалека тан Чантана, устраиваясь в кресле и вытаскивая из ящика стола увесистую папку.

Я уселась напротив на диванчик и чинно сложила руки на коленях, затянутых в традиционно узкое платье. Матушка настояла. Удобства ноль, ну да мне сейчас по буеракам не скакать. Потерплю до ночи, потом переоденусь в штаны и на кладбище.

— Полагаю, ты уже знаешь, для чего устраивается бал по случаю совершеннолетия, — все так же осторожно поглядывая на меня, продолжал таммават.

Это он решил, что я из-за возможных женихов переживаю? Тьфу, вот уж из-за кого я не собиралась нервничать!

— Дедушка, я не планирую пока что выбирать себе мужа, — мило, но твердо заявила я. — У меня дела. Мне образование получить нужно, мир посмотреть.

— Да, точно. Печать! — спохватился тан Чантана.

Ее тоже нужно было ставить в ближайшее время, перед началом учебы.

— Насчет печати… — я замялась, не зная как сформулировать тактичнее, что у меня она уже есть, мало того — божественного происхождения.

Но дед понял мою заминку по-своему.

— Знаю я, что ты хочешь в академию Торсхольма. И печать на душу, а не наши традиционные рисунки, — отмахнулся он. — Я уже договорился. Кстати, на балу будут представители Скайгарда. Можете побеседовать, я вас познакомлю.

Мое сердце застучало чаще. Возможно, удастся что-то узнать о судьбе йоруны Делл.

И о Райли.

Глава 21

Тем временем таммават папку раскрыл и принялся выкладывать передо мной мужские портреты. От юнцов немногим старше меня до дядечек в возрасте тана Киттипа. Мне прежней вполне подошли бы. На закате лет.

— Пусть выбирать ты прямо сейчас никого не хочешь, хотя бы присмотрись, — пояснил дед.

Вот же неугомонный.

Так же методично, как тан Чантана создавал выставку женихов, я начала ее собирать. Про себя отмечая, что почти половина претендентов когда-то были некромантами, а остальные изначально целители. То есть дед очень даже в курсе направленности моего дара. Огневиков не подсовывает, несмотря на то что официальных исследований по взаимодействию стихий в потомстве еще нет.

Суеверия на эту тему бытовали довольно давно. Маги предпочитали заключать союзы внутри стихий, но до бесконечности так продолжать нельзя: начнется вырождение. Вот и брали в супруги из иных кланов. Кто-то заводил детей, кто-то оставался бесплодным. И насколько в том вина не того резерва, а насколько личной физиологии каждого — доподлинно пока неизвестно.

— Спасибо, я присмотрюсь на досуге, — неискренне пообещала, запихивая листки обратно в папку и тщательно завязывая ленточки.

Открыть ее я планировала примерно никогда.

— Начет бала… — протянула, раздумывая как именно перевести разговор на интересующую меня тему.

Спрашивать напрямую о Райли было бы слишком нагло. Дед точно заподозрит неладное.

Потому я зашла издалека.

— А среди представителей Скайгарда будет кто-то из рода Делл? Возможно, вы слышали что-нибудь о судьбе их наследницы?

— Откуда ты вообще знаешь семейство Делл? — нескрываемо удивился таммават.

Похоже, его ошарашил сам факт, что мне знакомы фамилии скайгардских аристократических родов. Раньше внучку не особо интересовала политика… да и в принципе учеба.

— Слышала, что они обеспечивают безопасность его величества и всей страны, — выкрутилась я полуправдой. — Было бы неплохо обменяться опытом.

— Старший Делл давно не выезжает за пределы Скайгарда. Что там — усадьбу свою не покидает. Настоящий маг земли, камень камнем, — усмехнулся таммават. — А внучки в числе гостей не припомню. Они же по внутренней безопасности, не по внешней. Что ей здесь делать? Если захочешь, напишу в академию, обменяетесь адресами. Спишетесь.

— Да, будет отлично. Спасибо, — просияла я.

Меня терзала совесть.

Вроде бы время пробуждения в новой реальности от меня никак не зависело, но все равно я ощущала себя немного виноватой в том, что не сумела присмотреть за Истриной.

Хотя — раз она все еще Делл, значит, не замужем. Обошлось.

— А кто еще будет? — не отставала я от деда.

— Тебе какая разница? — нахмурился он. — Ты на этих вот смотри, выбирай.

И на папку кивнул.

— Ну вдруг мне понравится кто-то из посольства? — дернула я капризно плечиком.

Вот они, минусы статуса любимой внучки. Раньше тан Чантана сплавил меня на материк и не переживал сильно по этому поводу. А теперь отпускать не хочет даже взамуж.

— Встретитесь, и посмотрим. — Дед на глазах помрачнел. Идея выдать меня за океан ему не понравилась.

Возможно, и не придется. Если Райли женился, то в Скайгарде меня удерживать будет некому. Но путешествовать и чистить кладбища нужно все равно и таммавату стоит привыкнуть к мысли, что видеть меня он будет раз в год, а то и реже.

К сожалению.

Обратно в отведенные мне комнаты я вернулась лишь затемно.

Матушка с таном Киттипом где-то гуляла, скорее всего, в саду. Она обожала цветы и из каждой поездки в столицу обязательно привозила новые саженцы. Вот и сейчас наверняка присматривает что-нибудь для себя в бескрайних таммаватовых закромах.

Верная Камала помогла мне переодеться и устроила перед зеркалом, чтобы расчесать длинные, ниже пояса волосы.

Не помню, когда у меня вообще была такая грива. В походах я стриглась по плечи, чтобы не возиться с прическами и ни за что не зацепиться, а в подростковом возрасте кончики едва достигали лопаток. Наверное, усилившийся дар целителя сказывается.

— Поедешь со мной на материк или выйдешь замуж здесь? — задала я неожиданный вопрос. — Тот парень… Бунсук, кажется. Он на тебя вроде засматривался.

Гребень в руках служанки дрогнул.

— Танари, вы же знаете, я никогда вас не оставлю! — пролепетала она. А взгляд стрельнул в сторону.

— Не нужно приносить свою личную жизнь в жертву. Я тоже рано или поздно выйду замуж.

«За работу», — мысленно добавила я.

За кладбища и неупокоенных упырей.

Но главное, мне точно будет не до нарядов и украшений. Привычная полевая жизнь, бесконечные бои и редкие периоды отдыха. Только еще и втайне от всего мира.

Требовать от Камалы, чтобы до конца жизни таскалась за мной, глупо и эгоистично. За матушку я в этой новой реальности спокойна, за ней есть кому присмотреть. Таммават тоже не пропадет. А о служанке следует позаботиться именно мне.

— Если у вас с ним взаимная симпатия, не стесняйся, скажи прямо. Лучше решим вопрос сейчас, до моего отъезда в академию. А то мужчины народ переменчивый, сегодня он на тебе готов жениться, а через год уже передумал. Надо его ловить, пока тепленький. Да и то гарантий никаких.

— Что ж вы говорите такое, танари! — вспыхнула Камала. И уставилась осуждающе — поняла, что я отца своего биологического вспомнила. — Бунсук честный парень и никогда меня не обманет!

Помнится, в одной из жизней он не сильно и страдал, когда мы в Скайгард уплыли. Не знаю уж, нашел себе кого-то еще или нет. Но раз сейчас у них с Камалой все хорошо, пусть создают семью. Я в силу духа моей помощницы верю, она мужа построит так, что и мыслей не будет налево сходить.

— Ну и отлично, — кивнула я. — Вот и порешили. Завтра скажу матушке, пусть готовит тебе приданое.

— Почему так быстро-то? — забеспокоилась Камала. — С вами что-то случилось? Неужто приболели?

И принялась щупать мне лоб в поисках жара.

Я перехватила ее за запястье.

— Помирать не собираюсь, не переживай. Но скоро отправлюсь на материк и хочу до отъезда быть уверенной в твоем счастье.

— Я и так счастлива, — проворчала служанка, но без прежнего запала.

Поняла, о чем речь.

Я похлопала ее по руке и отпустила.

— Я тоже. Мне очень не хочется с тобой расставаться, но так будет лучше для нас обеих. У меня впереди напряженная учеба, возможно, научная работа, а тебе семью строить. Ты же всегда хотела много детей.

Тут у меня сдавило горло.

Надеюсь, хотя бы в этой реальности мечты Камалы сбудутся.

— А вы чего бы хотели, танари? — прощебетала служанка, вновь принимаясь перебирать густые тяжелые пряди.

Я с силой сцепила пальцы, не находя ответа.

Мира во всем мире? Желание покажется странным для тех, кто не видел прорывов. Сейчас везде и так благоденствие, не считая мелких приграничных стычек.

Благословения Лаандары для некромантов в моем лице?

Как истинно верующая, Камала наверняка будет в ужасе, если узнает о второй стороне моего дара.

— Встретиться со старыми друзьями, — выдавила я наконец, осознавая про себя, что они меня, к сожалению, не вспомнят.

И кто знает, сумеем ли мы поладить в этом новом мире?

Отдыхать я, разумеется, не собиралась.

Некогда.

Дождавшись, пока служанка уснет, бесшумно переоделась в удобный брючный комплект и покинула спальню.

У меня еще кладбище столичное не осмотрено! А оно должно быть куда интереснее того, что на Лантхаре, потому что кроме обывателей там хоронили представителей аристократии и родственников правящего рода. Множество усыпальниц, гробниц и роскошных склепов ждали моего визита. Я не могла подвести!

Дворец спал, а редкие встречные стражи делали вид, что ослепли и оглохли. Не станут же они задерживать любимую внучку таммавата, пусть она и выглядит странно и одета неподобающе. Завтра непременно доложат деду, но на такой случай я подготовила сразу несколько отговорок, включающих мужские имена. Пусть порадуется старик, предвкушая внуков.

— И куда ты без меня собралась? — негромкий голос тана Киттипа остановил меня на крыльце.

Значит, успел договориться об экстренном оповещении. Подготовился.

— На кладбище, — обреченно сдалась я.

— Ну, пойдем, — подхватил меня под локоток отчим.

Варианты лжи о свиданиях придется отбросить, туда с сопровождающими не ходят. Пусть тогда сам тан Киттип отдувается как взрослый.

И мы пошли.

Забор вокруг столичного места упокоения оказался гораздо массивнее и внушительнее, чем я ожидала. Пожалуй, даже тюрьму так не огораживали. Еще и наблюдательные посты на каждом углу, и небольшой храм вместо ворот.

Без отчима я бы незамеченной не пробралась.

— Тан Киттип, вы все же пришли? — не слишком обрадовался дежурный жрец.

Он, видимо, рассчитывал немного вздремнуть на рабочем месте, а тут мы.

Погодите, что значит «все же»?

— Вы заранее договорились о визите?

— Конечно. Иначе нас бы не пропустили. Это охраняемая зона, под круглосуточным наблюдением. Думаешь, сюда так легко попасть?

И то верно. Я бы, может, и пробралась, пользуясь неучтенными магическими приемами, но меня вполне могли поймать на горячем. И тогда объясняться с дедом было бы куда сложнее.

— Моя дочь никогда не бывала в таких местах. Вот, решила проверить себя перед совершеннолетием. Хочет на боевой поступать, — с легкой извиняющейся улыбкой пояснил тан Киттип жрецу, что внимательно прислушивался к нашей беседе. — Сами понимаете, девочкам на кладбищах не место, но она уперлась, что не боится. Вот и привел…

И руками развел для убедительности.

— Только пусть громко не орет, — мрачно пошутил дежурный. — У нас ребята нервные, пальнут еще на звук, разбирайся потом.

— Обещаю, ни писка ни визга, — молитвенно сложила я руки перед собой.

На меня покосились с нескрываемым скепсисом, но вторые двери, ведущие на закрытую территорию, все же распахнули.

— Как там сегодня, тихо? — поинтересовался тан Киттип прежде, чем переступить порог. — Можем наткнуться на что-нибудь эдакое?

— Только недавно санацию проводили. Вроде ничего не должно быть. Если что — бегом сюда, мы прикроем, — флегматично посоветовал жрец.

— А если в центре что произойдет, вы почувствуете? Придете? — сделав испуганное лицо, пролепетала я.

Вдруг они всплеск моей магии примут за поднимающееся умертвие, да как шарахнут? Только небольшого локального противостояния нам не хватало. Не лучший способ заявить о себе как о некроманте.

— Там постоянно что-то происходит по мелочи, — отмахнулся дежурный и подмигнул тану Киттипу. Мол, помогу, чем могу, чтобы дочурку отвадить от дурной идеи поступления. Пусть напугается вволю. — На каждого духа не набегаешься. Вот если к забору попрут, тут мы их уже остановим.

— Благодарю за службу! — торжественно поклонилась я с нескрываемым облегчением.

Можно спокойно заняться зачисткой.

Кладбище оказалось довольно тихим, учитывая его древность и силу похороненных — даже удивительно. Но раз здесь постоянный пост служителей Лаандары, наверняка уже выжгли все что могли и немножко сверху. Мне и упокаивать было почти некого. Два заблудившихся, едва зародившихся духа не в счет.

Долго мы гулять не стали, хотя воздух был приятным и свежим, как в лесу. Благодаря регулярной обработке светлой магией цветы и деревья росли как на дрожжах. Садовники работали здесь не меньше жрецов, чтобы не позволить захоронениям превратиться в джунгли окончательно.

— А ваша дочь не из пугливых, — вынужден был признать дежурный жрец, когда мы проходили мимо него на обратном пути. — Еще и букет собрала! Позвольте проверить, не прицепилось ли что…

И провел рукой над пучком зелени в моих руках.

— Все чисто. Светлой вам ночи!

— И вам того же, — склонил голову тан Киттип и негромко уточнил у меня уже на улице:

— Правда, зачем тебе этот веник?

Я любовно оглядела сорванные цветочки.

— Восстанавливающий отвар для темного резерва сделаю. Кроме меня, этого теперь никто не умеет…

И тяжело вздохнула.

Глава 22

Как ни странно, поутру таммават меня призывать не стал и вопросов каверзных не задавал. Счел, что раз уж я под присмотром отчима, то и переживать нечего.

Есть все же польза от тана Киттипа, и немалая.

Два дня пролетели незаметно. Больше я на кладбище не ходила — зачем? Раз там все спокойно, мои услуги не требуются. Вот бы все остальные охраняли так же тщательно и выжигали под корень малейшие ростки тьмы! Но, похоже, кадров на такую доскональную обработку всех мест упокоения не хватало.

Да и сил это отнимает немало. Если столица еще может себе позволить услуги десятка воинов света каждую неделю, то в провинции такого количества и не найти.

Сборы на праздник начались с самого утра. Если быть точной, еще с предыдущего вечера — если считать пропитанные питательными маслами волосы и измазанную чем-то вонючим, но крайне полезным кожу, после чего пришлось менять все постельное белье. Благо не мне этим заниматься.

Матушка по обыкновению суетилась и хлопотала.

Тан Киттип стоически переоделся три раза и сбежал к таммавату «обсуждать важные государственные вопросы», то есть играть в шахматы.

Мне же от нее, к сожалению, деться было некуда, потому пришлось сменить шесть накидок и два наряда. После чего я подождала, пока танна Рангсин скроется у себя, и быстренько натянула то, что собиралась изначально.

Темно-зеленое, со смелым вырезом и практически полностью закрытыми руками. Мягкие складки спадали свободно, в то же время обрисовывая каждый изгиб тела.

— Прическу попроще, цветы вплети на висках и хватит, — попросила я Камалу.

Все-таки я юная невинная дева, только справляющая совершеннолетие. Нужно соответствовать. Но и перебарщивать с невинностью не стоит — не ребенок уже. Девица на выданье.

Именно поэтому наряды, выбранные маменькой, я отвергла. Слишком скромные и закрытые, почти детские. Развратничать я, конечно, во дворце деда не собиралась, но все претенденты на мою руку должны сразу понять: наивных дурочек здесь нет. Как и нежных фиалок, жаждущих поскорее любви.

Пусть держатся от меня подальше и даже не пытаются тянуть загребущие лапы.

Откровенных похабников и подонков в папочке таммавата я не видела, но это не значит, что они чисты как ягнята. Любимая внучка правителя — слишком лакомый кусочек для многих. Ради такого можно и поступиться принципами.

До отъезда в академию нужно продержаться и не попасться на крючок охотников за титулом и приданым. Не то чтоб я повелась на красивые речи и мускулистые плечи, но подставы и обман никто не отменял. Дворец хуже змеиного гнезда, желающих подняться повыше множество. А я — очень удобная ступенька.

Гости начали собираться с сумерками.

Первыми подоспели местные аристократы, донельзя осчастливленные самим фактом приглашения на столь важное торжество. Члены семьи, в том числе дядя и тетя, уже прогуливались по залу, то и дело выходя на террасуподышать воздухом.

Праздник планировался с размахом в расчете на танцы, посиделки за вкусной едой и возможные знакомства молодых людей: я не одна ведь в брачный возраст вступаю. Не менее десятка приглашенных имели незамужних дочерей и, естественно, не преминули их с собой притащить.

Вообще подобные сборища использовались частенько, чтобы подобрать подходящую пару. Или знакомства полезные завести.

— Его высочество наследный принц Скайгарда, Аксель Тунгрем, с сопровождающими! — объявил церемониймейстер.

Мое сердце сделало кульбит и позорно свалилось куда-то в пятки.

По протоколу я стояла у входа рядом с дедом, принимая подарки и поздравления. Вид поднимающегося по лестнице принца и его спутников застал меня врасплох.

Так вот кто у нас представители с материка. Не стали мелочиться, прислали солидную делегацию.

— Ваше высочество. — Я присела в положенном реверансе, украдкой поглядывая мимо Акселя на неизменно маячащего за его плечом Райли.

Поди пойми, женат он или еще нет?

Принц махнул рукой, и слуга поспешно выставил перед собой поднос с подарком. На багрово-черной подложке эффектно сиял кулон с символом Лаандары.

Обычный, ни к чему не обязывающий подарок, пусть и неимоверно дорогой. Никаких матримониальных намёков, к счастью. Была бы тиара — тут бы я напряглась. А так — лишь красивый жест, одновременно демонстрирующий всем добрые соседские отношения и процветание Скайгарда.

— Желаю вам счастья и долголетия, — формально склонил голову Аксель.

— Благодарю, ваше высочество. Для нас большая честь, что вы соблаговолили присутствовать сегодня, — улыбнулась я старому приятелю совершенно искренне.

Отношения с материком развивались немного по иному сценарию, поскольку у Скайгарда не было на этот раз рычага давления. Никто не поклонялся темным силам, а значит, и надавить на таммавата не вышло. Потому сейчас мы не в полу-подчиненном положении, а вполне равноправные союзники.

За счет «переквалифицировавшихся» некромантов магов света на архипелаге в разы больше, и с нами приходится считаться всем.

Я немного переживала, что правители решат заключить брачный договор, но кулон рассеял все подозрения. Обошлось, Акселю меня в жены не прочат. Мы бы поладили, конечно, но любви в этом браке бы не было. Как и в прошлой жизни — друзья, не более. Да еще и тоска по несбывшемуся отравляла бы мне остаток дней.

Впрочем, тоску еще рано отменять. Райли стоял статуей, не делая попыток заговорить. Ему не положено, но во мне тлела смутная надежда, что наша связь сильнее изменений в мире, и сердце йора Хельста при виде меня екнет.

Ничего у него не екнуло, увы.

Очередной гость уже ждал своей очереди, и Аксель прошествовал в зал, чтобы не задерживать остальных.

Я с тоской покосилась ему вслед и вновь натянула радостное лицо. Встречать и принимать подарки нужно имениннице, тут не отвертишься.

Возможность побеседовать представилась лишь много позже, за ужином. Столы накрыли прямо в саду, и благодаря моему вмешательству в рассадку его высочество оказался рядом. Райли пришлось сидеть поодаль, с военными и министрами. Тут я ничего сделать не могла, не открывая истинных мотивов. И без того матушка и пра смотрели на меня странно — зачем столько внимания принцу иной державы? Нет ли у меня скрытых мотивов?

Мотивы были, еще какие, но точно не матримониальные, как подумали мои родственницы.

Мне нужно налаживать связи между нашими странами, чтобы беспрепятственно путешествовать туда-сюда. А если удастся еще и доступ на кладбища получить, вообще отлично. Здесь-то меня тан Киттип проведет, а на материке что делать? Пролезть, может, и получится, но из того, что я видела, защита стоит знатная. Мне ее взломать сложно, учитывая, что света у меня лишь половина резерва. Значит, буду искать легальные пути проникновения.

И склонный к хулиганству и авантюрам Аксель подходил для этой задачи лучше всех.

Как и ожидалось, долго молчать принц не умел.

— Слышал, вы собираетесь поступать в нашу академию в этом году? — начал он беседу под салат с ананасом и крабами.

К местной кухне его высочество отнесся с уважением и попробовать явно собирался все, что видит.

Говорю же, рисковый.

— Да, на боевой факультет, — просияла я и с удовлетворением постучала соседа по спине, когда он поперхнулся. — Хочу стать воином света.

— Достойное желание, — прокаркал Аксель, тактично уворачиваясь от очередного удара. Я сил не жалела. — А почему не на целительский?

— Нет во мне милосердия и сострадания, — ласково пропела я, поглядывая на попеременно белеющую и краснеющую матушку и сурово насупившегося таммавата. Выбор факультета я с ними еще не обсуждала. — Зато есть страсть к приключениям и желание бороться со злом.

— Приключения — это прекрасно, — со знанием дела поддержал меня принц. — Но это еще и рискованно, опасно для здоровья и иногда травматично. Вы уверены, что готовы к такому?

Уж кто бы говорил.

— Конечно! Раны можно залечить, а спасенные жизни граждан — лучшая награда. Пусть не целительством, а мечом, но буду приносить пользу обществу.

— Если пожелаете, я бы предложил вам остановиться у нас во дворце, — неожиданно предложил Аксель. — Это было бы довольно удобно, поскольку академия находится неподалеку. И целительское крыло у нас отличное.

Да уж, он точно в курсе, не раз пользовался.

Я бросила короткий молящий взгляд на деда.

Соблазн согласиться сразу был огромен, но в таких делах я сейчас вынуждена полагаться на старших. Этикет забывать не следует, даже если ты уже третий раз живешь.

Таммават от идеи в восторг не пришел, но и возражать не стал.

Если выбирать: посольство, особняк отца или дворец, то последний, разумеется, предпочтительнее по всем фронтам. Единственное, что могло смущать деда, это близость с Акселем. Не столько с мужчинами, принцами, или придворными — именно с наследником.

Он уже понял, что я изменилась психологически и теперь склонна к авантюрам. А вместе с его высочеством из нас выйдет настолько гремучая смесь, что впору опасаться за сохранность столицы. Благо неудобных вопросов таммават не задавал — понятно же, юная дева ветрена и переменчива, еще успеет остепениться.

— Буду весьма признателен, если вы присмотрите за моей внучкой, — с достоинством произнес тан Чантана. — Возможно, ей понадобится помощь в учебе, а вы, насколько мне известно, проявили себя прилежным и ответственным студентом.

Переводя с аристократического на человеческий — подавай пример благолепия и не втягивай девицу в проблемы.

Ничего страшного, я сама кого угодно втяну.

— Почту за честь, — приложив руку к груди, чуть заметно склонил голову Аксель, и на этом вопрос моего заселения был решен.

Матушка от перспектив в восторг не пришла. Ей вообще не нравилась идея отправить меня учиться на материк, она рассчитывала пристроить меня в академию Джаялана, а после удачно и счастливо выдать замуж. Однако ей пришлось смириться. Внутренняя борьба была написана на выразительном лице родительницы, и я четко уловила момент, когда она сдалась.

— Главное, держись подальше от усыпальницы, — предостерегла меня она.

Уши Акселя слегка заалели.

— Уверяю вас, мы отлично охраняем гробницу древних королей, — с некоторым вызовом заявил он. — Уже давно ни единого инцидента не случалось.

— Хватит и тех, что были, — отрезала матушка, я же заинтересовалась не на шутку.

— А что было? — и повернулась всем корпусом к собеседнику.

— Случалось… всякое, — неохотно отозвался Аксель и поспешно добавил, пока кто другой не вздумал меня просветить: — Но с тех пор мы удвоили количество дежурных, укрепили щиты и обновили систему сигнализации. Мышь не проскочит!

— Главное, чтобы умертвия не проскочили, — пробормотала себе под нос матушка, ничуть не успокоенная.

Я же ощутила прилив энтузиазма, смешанного с чистым восторгом.

Усыпальница находится прямо на территории дворца, в отдельной пристройке с храмом. Если ничего не поменялось, в нее можно попасть даже не выходя на улицу. Это значит, что у меня будет возможность там побывать! Аксель точно не откажет гостье в небольшом развлечении.

Поди, не в сокровищницу прошусь. Хотя юной деве то было бы логичнее. Но драгоценности и золото мне без надобности, а вот проверить, насколько хорошо вычищен королевский склеп, не помешает. Только нападений на правителя и смуты не хватает!

Праздник завершился довольно рано, около полуночи. Все же совершеннолетие отмечаем, не свадьба какая, чтобы до утра гулять. Гости постепенно принялись расходиться. Аксель ушел одним из первых, пообещав сопроводить меня в Скайгард лично. Раз уж так случилось и корабль готов к отплытию, зачем тянуть и ждать еще месяц до начала занятий? Заодно подготовиться успею, освоиться.

Я примерно так и собиралась поступить, только без сопровождения. Но так даже лучше — больше возможностей сблизиться с Райли по пути представится.

За весь вечер йор Хельст не произнес ни единого слова и почти на меня не смотрел. Еще чуть больше игнора и это можно было счесть оскорблением именинницы!

Неужели правда уже женат?

— Что значит — через неделю отплываете? — всплеснула руками матушка, стоило нам оказаться в покоях.

В гостиной громозилась неровная куча подарков, которые предстояло тщательно разобрать, а каждому дарителю написать благодарную записку. Развлечение, которое я собиралась передать секретарю таммавата. Все равно безделушки останутся здесь, не потащу же я их на материк!

Разве что сборник лекарственных растений, редкое издание, можно прихватить. Полезная штука, освежу память. И пометки сделаю, пока в голове еще некромантские рецепты хранятся. Забуду — придется заново изобретать!

Глава 23

Тан Киттип отреагировал куда спокойнее. Он был в курсе моих далеко идущих — буквально — планов и сейчас с тихим удовлетворением наблюдал за их постепенным осуществлением.

Не знаю, почему отчим так флегматично воспринималмои откровения. Возможно, его несбывшееся прошлое давало о себе знать, подсознательно. Или же он просто радовался тому, что беспутная падчерица наконец-то взялась за ум и повзрослела, а чем она при этом займется — уже неважно. Но тан Киттип явно вознамерился поддерживать меня во всех начинаниях.

И прикрывать от матушки и прочих родственников по мере сил.

— Сама подумай, дорогая. — Он приобнял жену за плечи, усадил в кресло и принялся заботливо массировать шею. — Наша девочка никогда не покидала архипелаг. Ей нужно пообвыкнуться в новой обстановке, присмотреться к обычаям и порядкам в Скайгарде, чтобы после в академии ее не дразнили.

— Пусть только попробуют! — вскинулась матушка, но уже без былого запала.

— Конечно, в лицо никто не осмелится злословить о принцессе Сомиравы, — примирительно поправился тан Киттип. — Но за спиной-то будут болтать, сама понимаешь. И лучше поводы свести к минимуму.

— Мне страшно отпускать дочь одну, — тихо и обреченно созналась матушка.

Я не выдержала, порхнула к креслу и опустилась рядом прямо на пол, не обращая внимания на мнущуюся ткань платья.

— Все будет хорошо, — пообещала не слишком уверенно, уткнувшись лицом в родные колени. Как в детстве.

Тонкая рука, пахнущая цветами и пряностями, погладила меня по волосам, даря спокойствие и умиротворение.

— Девочка моя, когда ты успела так вырасти? — прошелестела матушка едва слышно. — Как бы мне хотелось защитить тебя от всего мира…

Я лишь вздохнула, чувствуя, как колет щеку изысканная вышивка.

Мне бы тоже хотелось защититься от всего мира, но это, к сожалению, невозможно. Мало того — придется ему противостоять в какой-то момент. Рано или поздно о моем темном даре станет известно. И как на это отреагирует жречество — большой и неприятный вопрос.

Одна надежда на покровительство Лаандары, но светлая пока никаких знаков не подавала. Рассчитывать на богиню всерьез не стоит. Только на себя.

Впрочем, как всегда.

До отъезда предстояло решить множество дел.

Начиная с новых нарядов, на пошиве которых настояла матушка — мне, к счастью, удалось поучаствовать в процессе, так что итог получился вполне стильный и модный по меркам материка — заканчивая личной жизнью Камалы.

Верная помощница определилась наконец и решила остаться на острове. Пока что, как она выразилась. Раз я все равно буду занята учебой, служанка мне без надобности.

Учитывая, что ее ненаглядный Бунсук времени не терял и уже назначил в ближайшем храме дату бракосочетания, а там, глядишь, и дети пойдут, временная разлука, скорее всего, перерастет в постоянную. Оно и к лучшему: Камала терпеть не могла походную жизнь и опасности.

Пусть в этой жизни моя верная подруга насладится всеми прелестями мирного быта и семейного очага. В случае чего — если Бунсук окажется конченым идиотом — двери дома танны Рангсин всегда будут для нее открыты.

Предсказать будущее сложно. Варианта развития событий со счастливым замужеством Камалы я пока не видела, потому ничего заранее сказать не могла. Попробуем и узнаем.

С Акселем и Райли я до самого отплытия более не пересекалась. Принц со свитой жил в посольстве Скайгарда, и во дворец наведался лишь дважды. Один раз на бал, второй — обсудить какие-то государственные вопросы с таммаватом. На совещание меня, естественно, никто не позвал.

Жаль, что в отличие от материка, на Сомираве теперь не приняты парные танцы. Только ритуальные или же хороводы с участниками одного пола. Мне даже не удалось коснуться Райли… Возможно, оно и к лучшему.

Следует постепенно настраиваться на то, что бывший некромант, а ныне воин света давно и счастливо женат. Судя по моему возрасту, их помолвка с йоруной Холл была заключена как минимум лет пять назад.

Так долго до свадьбы не тянут.

Короткую, но изнурительную схватку с матушкой за количество сундуков в багаже я выдержала с честью. И даже выиграла, ограничив его до пяти. Все равно гардероб сменю на месте — мода на материке меняется быстрее, чем сезоны года.

Аристократки вынуждены постоянно заказывать все новые наряды, и если я не хочу казаться белой вороной или бедной родственницей, придется соответствовать.

Утро отплытия выдалось солнечным и теплым.

Я путешествовала не одна.

Внучке таммавата положена свита. Раз моя единственная личная служанка теперь оставалась на архипелаге, ее спешно заменили: добавили охрану — человек шесть, двоих младших послов — сменить тех, что сейчас в Скайгарде, и десяток слуг — бегать по поручениям всей упомянутой группы.

Честно сказать, лучше бы я обошлась без этой суеты и тихо-незаметно поднялась на борт, но увы, с дедом спорить себе дороже. Мог и вовсе никуда не пустить.

Утешало лишь то, что по прибытии мы с ними расстанемся. Слуги проследят за моим благоустройством и вернутся обратно, охрана вообще с корабля не спустится, а в посольство без особой нужды я заглядывать не собиралась.

Но посреди подобной толпы приблизиться к принцу — и Райли — было совершенно невозможно. Нантая, временная личная служанка, следила за мной пуще, чем за собственной дочерью. Я подозреваю, ей приплатила матушка за охрану моей добродетели, а таммават сверху добавил.

С другими пассажирами я пересекалась лишь за едой. В остальное время мне приходилось либо торчать в каюте, либо прогуливаться по палубе — строго в то время, когда на ней почти не было людей, то есть после ужина либо до завтрака.

Один Тьмок шлялся, где ему вздумается, но добиться от него сведений не было никакой возможности.

Мне никто ничего открыто не запрещал, разумеется. Кто посмеет приказывать принцессе? Можно было послать надсмотрщицу в бездну и делать, что захочется, но это автоматически означало оскорбление таммавата.

Обижать деда я не хотела.

Рано или поздно надзор пропадет. Тогда и зажму Райли в темном углу с совершенно определённой целью.

Если женат, пусть сразу скажет. Если нет — он мне за две жизни должен.

Путешествие проходило спокойно и мирно. Моряки шептали, что сама Лаандара оберегает их, так ярко светило солнце всю дорогу. Ни единого облачка, и ветер строго в нужную сторону.

Я и сама засомневалась, тем более знала точнее прочих, что богиня очень даже реальна и действительно может обратить на нас свое светлейшее внимание. Но зачем ей тратить силы на какой-то корабль?

Разве что Лаандаре выгоден мой переезд на материк и таким образом она дает понять, что я все делаю правильно. Учитывая отсутствие сестры, сейчас весь мир буквально лежит на плечах светлейшей и выкроить часть энергии, чтобы послать мне весточку, невозможно. А проявить благосклонность и проследить за моей безопасностью — вполне.

Однообразные дни в закрытом пространстве наскучили мне довольно быстро. Но деваться было некуда. И на третьи сутки я начала находить в этом некую прелесть.

Никуда не бежишь, ни от кого не спасаешься, переживать за чужие жизни не нужно…

И как только я расслабилась окончательно, ночную тишину разорвал низкий, тревожный звон колокола.

— Куда вы, танари? — всполошилась служанка, выскакивая из своей каморки.

Каюты не поражали размерами, так что мне удалось отстоять право спать в одиночестве, без свидетелей. Однако далеко уходить Нантая отказалась наотрез, предпочтя крошечную кладовку нормальной отдельной комнате.

— Посмотреть, что там, — пожала плечами, деловито пристегивая на бедро длинный кинжал.

Глаза служанки выпучились до неприличных размеров.

— А это вам зачем? Порежетесь еще… — пролепетала она, указывая на меч.

Его я сжимала в руке, чтобы не тратить время на выхватывание из ножен.

— Наверху явно что-то происходит, — терпеливо, как ребенку, пояснила я. — И вряд ли праздник. Оставайся здесь и хорошенько запри дверь.

Не слушая встревоженных возгласов, выскочила в коридор и поспешила по лестнице наверх.

Нантае я солгала. Происходящее на палубе я представляла себе довольно четко, именно потому и торопилась.

Характерные эманации тьмы перепутать с чем бы то ни было сложно.

Нас атаковали умертвия.

Откуда они взялись посреди океана — ума не приложу. Единственный вариант, что где-то поблизости затонуло судно или же утопленников принесло течением от берега. До Скайгарда оставалось несколько часов пути, сегодня поутру мы должны были торжественно пристать.

Моего появления на палубе никто поначалу не заметил. Люди были заняты делом: воины света сдерживали ползущих на борт полуразложившихся мертвецов, а матросы старались не путаться у них под ногами и при этом удержать корабль по курсу.

Но потерявших человечность тварей оказалось довольно много, а нужной силой из всех присутствующих обладалилишь Райли, два посла и трое из охраны. Принц помогал по мере возможностей, и к вони гниющей плоти добавлялась вонь плоти горящей. Толку с этого было немного: ожоги разве что слегка замедляли передвижение нападающих. Зато дальше их можно было покромсать на кусочки, чем и занимались рубящиеся в первых рядах воины без дара.

Собственно, иначе умертвий никак не остановить.

Выжечь заразу на палубе невозможно: даже точечные удары грозили зацепить материал, из которого сделан корабль. А уж если накрыть положенным заклинанием, то судно точно развалится.

Свет исцеляет, питает и восстанавливает первоначальную форму. Доски покроются листиками и зацветут — недаром на кладбищах такая роскошная зелень. И хорошо если только зацветут, а не в деревья превратятся.

Перехватив меч поудобнее, я ринулась в самую гущу боя.

Молча, быстро и отточенно.

Поначалу бойцы не поняли, кто пришел им на помощь. Осознали лишь, что у них появилась возможность перевести дух, и с новыми силами бросились в атаку.

Навыки мои, к счастью, никуда не делись. Силушки в юном теле пока маловато, но и меч полегче обычного. Долго искала в столичных оружейных и подобрала под себя целый арсенал. Тан Киттип прикрыл мои походы по мастерским, а после отвлек матушку, чтобы я сумела распихать все незаметно по сундукам. Благо оружие много места не занимает, прикрыть сверху платьицем — и все. А что тяжелее багаж стал, то украшения, принцессе же положено… Никто лишних вопросов не задавал.

Зато, боюсь, сейчас их не избежать.

Каждый удар меча я сопровождала коротким, но эффективным заклинанием упокоения. За общим фоном тьмы их не отследить, внешне особо не заметить, если не знать куда смотреть. Зато умертвия падали и больше не поднимались, стремительно рассыпаясь в прах.

Между ногами бойцов черной стрелой промелькнул Тьмок, не побрезговал и вцепился в ногу замахнувшемуся на меня трупу.

«Только бы не отравился», — мелькнула у меня заполошная мысль. И тут укушенный рухнул без движения, будто его не кот цапнул, а «оцепенением» приложило.

Я уважительно кивнула Тьмоку, что метнулся к следующей жертве. Возможно, пушистик и не вернул себе прежних талантов, но определенно что-то умел. Или же восстанавливался постепенно. Надежда на то, что рано или поздно фамильяр заговорит вновь, еще теплилась.

Первая волна нападающих поредела, тут-то меня и обнаружили.

— Танари Чантана, вы что здесь делаете? На палубе небезопасно… — начал было по инерции один из послов, оглядел неровную линию сероватой трухи, тянущуюся за мной вдоль борта, побледнел и смолк.

— Я заметила, — мило улыбнулась, отряхивая меч от налипших жидкостей. Почистить как следует после боя обязательно, иначе самое малое — ржавчина, а то и проклятие какое прицепиться может. — Вы не забыли, что я собиралась на боевой поступать? Вот, готовлюсь.

— А, да, точно, — промямлил посол смущенно и отступил в сторонку, готовясь отражать следующую атаку.

Меньше тварей не стало, просто корабль качнуло, и их откинуло инерцией ненадолго.

— И часто такое происходит? — поинтересовалась я у Акселя, опустив формальные обращения.

Мы примерно равного статуса, тем более учитывая происходящее — можно.

— Не очень. Нам не повезло, — отрывисто буркнул принц. Он выложился почти в ноль — прицельные короткие удары огнем требовали концентрации и приличного расхода резерва. — Обычно патрульные суда проходят и разбираются с утопленниками. Похоже, недавно поблизости произошло крушение. Вот и лезут. Не успели еще почистить участок.

В воде светлая магия особо не распространяется, потому уничтожить тех мертвяков, что еще плавали, воинам не составило труда. Но на волнах их болталось не так много: заметили нападение поздно и твари успели буквально облепить корабль снаружи. Не жалея ногтей и пальцев, цеплялись за малейшие выбоины лучше любого скалолаза и неумолимо ползли вверх, к желанной теплой добыче.

Хорошо, что их вообще заметили, в темноте-то. Иначе последствия могли быть самыми плачевными.

Будто в ответ на слова его высочества издалека раздался протяжный сигнал.

Береговая охрана спешила на помощь.

Глава 24

На берегу нас ждали, но встречающая делегация от посольства и слуги из дворца потерялись за множеством лекарей с носилками и чемоданчиками снадобий наготове.

Вместо торжественной встречи получился спонтанный слет целителей и практика для начинающих.

Среди деловито осматривающих больных врачей я заметила йора Берга-старшего. Ему ассистировал племянник.

Подходить не стала — мы не знакомы в этой жизни. Но очередное свидетельство того, что все мои близкие живы и здоровы, приятно согрело душу.

— Раз вы не ранены, поспешим во дворец. Отец наверняка переживает, — предложил Аксель. — Заодно с моей невестой познакомитесь. Она живет в гостевом флигеле, ваши покои будут по соседству.

— С невестой? — искренне удивилась я.

Что еще за новости? О помолвке старшего принца я ничего не слышала.

— Мы пока не объявляли официально. Все случилось так внезапно — бах и все, — по-мальчишески ухмыльнулся наследник.

Ну да, кто бы сомневался. С Акселем только и возможно, чтобы бах и все. По-другому он не понимает.

— И как зовут счастливицу?

— Йоруна Делл. Вы вряд ли пересекались, Деллы еще те затворники.

— Наслышана, — я расплылась в неудержимой довольной улыбке.

Моя дорогая подруга все же нашла свое счастье и избежала неудачного замужества. Кто знает, вдруг и на принца сумеет повлиять достаточно, чтобы Аксель наконец остепенился и перестал творить дичь. Истрина — девушка разумная, рассудительная. То, что нужно для баланса взбалмошному наследнику.

— Очень буду рада знакомству. Если не секрет, как вы встретились? Обожаю романтические истории, — прощебетала я, коварно намереваясь занять тот же экипаж, что и принц.

Если повезет, то удастся сесть рядом с Райли. А там и переброситься парой слов.

Аксель моего трюка не заметил или сделал вид и галантно помог мне подняться в открытую коляску.

Вокруг суетились неприметные люди в сером — тайная служба. Поодаль величественной группой застыли жрецы. Мне наверняка предстоит ответить на множество неприятных вопросов в самом ближайшем будущем. Слишком уж много у моего выступления было свидетелей, чтобы никто ничего не заметил. Но пока задерживать гостью, принцессу, не осмеливались.

Вот после опроса всех участников за мной точно придут. С уликами и показаниями.

Что ж. Я о себе заявила чуть раньше, чем планировала, но точно довольно эффектно. В конце концов, спасала жизни. Уже одно это должно пробудить в светлейших совесть.

Если не потребуют немедленной казни, то шансы на мирное урегулирование ситуации есть.

Тьмок запрыгнул мне на колени и свернулся невинным комочком пуха. Увесистым — ноги будто кирпичами придавило. Кажется, котик за поездку поправился. Или же его подпитала недавняя активность тьмы?

— На самом деле мы познакомились довольно банально. — Аксель устроился напротив и расслабленно оперся на подлокотник.

Райли поднялся последним, помедлил секунду и сел рядом с принцем.

Из принципа? Или приличия соблюдал? Все-таки я незамужняя йоруна.

Досадно.

— На балу, как положено принцу, встретившему свою судьбу, — усмехнулся воспоминаниям наследник. — К ней приставали два идиота, я вмешался. Поговорили, потанцевали. Еще поговорили. Оказалось, у нас много общих интересов. Ну вот и…

— В саду? — перебила я его высочество.

— Да, — недоуменно подтвердил он. — Там есть такой глухой участок у забора, охрана ходит редко. Если бы я не успел, дело кончилось бы плохо. Но гады уже наказаны: лишены титулов и сосланы на границу.

— Ваше высочество, беда! — с каретой поравнялся страж. — Во дворце красная тревога!

— Гони! — крикнул принц, оборачиваясь на возвышающиеся над городом светлые башни. Над одной из них курился дым, и с той стороны отчетливо тянуло мерзостью.

Это уже не умертвия. Старая, древняя магия подняла уродливую голову.

Времени на обдумывание непонятностей со знакомством принца у меня не осталось.

— Вперед! Поспешим! — эхом отозвалась я, но возница и без моей дополнительной команды уже хлестнул лошадей.

Экипаж понесся по улице, подскакивая на булыжной мостовой и дребезжа рессорами. Парадная коляска не предназначена для скоростных скачек.

Думать, когда трясет так, что голова вот-вот отвалится, невозможно. Единственная мысль, перекатывавшаяся в моем мозгу в тот момент, была: «Как хорошо, что я прихватила оружие».

Обычно на въезде во дворец все, что острее шпильки, изымали стражи.

Но не в этот раз.

Любой умеющий держать меч человек во время атаки нежити на вес золота. Особенно если это высшая нежить — та, что получается из очень сильных магов, неправильно упокоенных и жаждущих мести за несправедливо отнятую жизнь.

Личи.

— Похоже, у вас тут часто перевороты случались, — прокомментировала я, глядя на сражающихся в саду воинов света.

Поднявшиеся правители прошлого, потерявшие конечности и даже головы от времени, выглядели довольно комично, но при этом представляли куда больше опасности, чем недавние относительно свежие трупы.

Неполные скелеты довольно ловко уворачивались от светлых плетений, в ответ выпуская залпы и целые стены огня. Окружали себя защитой вполне профессионально. Идиотов в короли не принимали и в усыпальнице не погребали. Навыки высшей нежити сохранялись и после смерти, но к ним добавлялись неистребимый голод и слепая жажда мести.

Неважно кому. Всем подряд.

Рядом с воинами света сражались гвардейцы-маги огня, а за их спинами его величество и Альрик принимали посильное участие, обстреливая яркими вспышками личей. Силы были примерно равны — предки не уступали в резерве потомкам, так что толку от той помощи было немного. Нежить брала количеством. Отчего-то поднялось не два и не десять, а сразу более сотни представителей славной фамилии Тунгремов. Не только короли, но и генералы, дальние родственники, побочные ветви — ведь в усыпальнице места было много, и хоронили их всех именно там.

Когда же стало ясно, что подобное соседство чревато, переносить тела было уже поздно. Духи привязались к местности, и усыпальница все равно оставалась потенциально опасной. Вот и продолжили традицию, только теперь регулярно проводили светлые ритуалы, чтобы избежать катастроф.

Видимо, не помогло.

— Как в любой династии, — буркнул Аксель в ответ, парируя очередной поток огня и прикрывая спешно перестраивающихся воинов света.

Принц выпустил одну за другой три пламенных стрелы, но ни одна не достигла цели.

Маги прошлого и умели не меньше, чем нынешние.

— И чем вы их обычно обезвреживаете? — поинтересовалась, глядя, как волна света без особого эффекта прокатывается по личам.

— Обычно регулярного очищения склепа достаточно, — смутился один из жрецов, что наблюдали за сражением с почтительного расстояния. Видно, передавали благодать Лаандары и вдохновляли коллег на подвиги. Судя по внушительному брюшку, говоривший меча в руках не держал ни разу. — Странно, почему они поднялись. Мы только в прошлом месяце провели обряд!

— Это маги огня, предки его величества. Их берет только сталь или огненная магия. Как гломов, — бросил Райли.

Я застыла как вкопанная и чуть не упустила создаваемое заклинание.

— Как кого, прости? — выдавила сквозь комок в горле.

Наши взгляды встретились.

Мгновение растянулось в вечность.

— Гломы. Ну, желешечки такие, — пояснил Райли, — помнишь?

— Помню, — прошелестела я и перестроила заготовку.

Сеть тьмы накрыла раскуроченный дворцовый сад, виртуозно обойдя воинов света и окутав личей.

Сияющие белизной заклинания ударились о мелкие ячейки и развеялись.

В мертвой тишине стало слышно, как осыпается прах с замерших статуями личей.

Секунда — и от восставших высших мертвецов не осталось и следа.

Я мешком осела на землю. Если бы не подхвативший меня на руки Райли, растянулась бы пластом — выложила подчистую весь темный резерв. Сильное плетение, мощное и эффективное.

Судя по вытянувшимся лицам воинов света — еще и эффектное.

— Что это было? — взгляд Акселя метнулся с меня на приятеля. — Та самая некромантия?

— Ты ему рассказал? — возмущенно прошелестела я.

— А кому еще? — хмыкнул ничуть не смущенный Райли. — Кто бы поверил в такую невероятную сказочку о трех жизнях?

— О трех?

— Я очнулся здесь примерно четыре года назад. Повезло, что не жрецом, — усмехнулся любимый. — Огляделся, прикинул время, выспросил про тебя. Понял, что ты еще не вернулась. Ну, и принялся ждать.

— Ты знал, что я тоже вернусь?

— Надеялся. — Голос Райли сел. Ему пришлось откашляться, чтобы продолжить: — Иначе какой был смысл возвращать меня?

На подобный подарок от Мараям я, если честно, не рассчитывала. Думала, что уцелевший Тьмок — максимум, на который была способна умирающая богиня.

А она умела удивлять.

— Как вы это сделали? Что это за заклинание? — требовательно поинтересовался король, подходя ближе. — Никогда такого не видел!

Ему никто не ответил.

Мы были слишком заняты.

Райли самозабвенно меня целовал, а я отвечала с не меньшим энтузиазмом.

Настоятельный кашель заставил нас прерваться минут пять спустя.

Его величество тактично смотрел в стену замка, но решительно был настроен получить ответы на свои вопросы.

Я неохотно высвободилась из объятий любимого, но руки не отпустила. Мне жизненно важно было ощущать рядом его присутствие. Убеждаться, что это не сон и Райли действительно рядом. Помнит меня и всю нашу историю.

— Итак, я жду объяснений. — Заметив, что мы приняли пристойный вид, король развернулся и вперился взглядом в меня.

— Это некромантия, ваше величество, — присела я в поклоне, потупившись.

Смотреть в лицо правителю было страшно. Он разумный и благородный, но вдруг слепая вера в непогрешимость Лаандары все же перевесит?

— Особый дар, который у меня с детства. Насколько мне известно, я такая единственная. Но, возможно, есть еще люди с подобным, просто их не обнаружили. Или они скрываются, опасаясь гонений. Все-таки мы подчиняем тьму. Сами понимаете.

Я красноречиво покосилась в сторону жадно прислушивающихся к беседе жрецов.

Ой, ждет меня допрос с пристрастием в застенках храма. Если его величество сейчас не заступится…

— Если бы не видел собственными глазами, решил бы, что вы выдумываете. Йоруна Чантана, если не ошибаюсь? Внучка таммавата Сомиравы? Сын говорил, что привезет вас во дворец погостить.

— Так и есть. — Я снова присела и покачнулась.

Резкое опустошение резерва давало о себе знать слабостью и головокружением. Он постепенно наполнялся, но организм все равно требовал отдыха. И пищи.

— Что ж, добро пожаловать в нашу страну. И простите за некоторый беспорядок. — Его величество обвел рукой развороченный сад. — Полагаю, за ужином мы сможем обсудить ваш дар и его применение подробнее. Если обладатели этой самой… «некромантии» и впрямь скрываются из страха перед храмами, стоит развеять их заблуждение.

Я ничего не возразила вслух, но лицо мое скривилось достаточно красноречиво. Его величество хмыкнул.

— Любое подспорье в борьбе с восставшей нежитью бесценно. Лаандаре поклоняются не идиоты. Жрецы уже давно ищут способы облегчить себе жизнь, и если найдутся люди, способные повелевать духами, только обрадуются.

— Вы уверены?

Помня о гонениях на последователей Мараям и изгнание самой богини из мира, я в сказанном крепко сомневалась. Однако обвинять короля во лжи — махровое неуважение. Да и ослушаться прямого приказа светлейшие не осмелятся. До тех пор пока со мной благосклонность его величества, мне ничего не грозит.

Пусть я принцесса, но государство-то чужое. И правила здесь свои.

— Абсолютно, — заверил меня его величество. И грозно глянув в сторону жрецов, добавил: — Мы здесь все разумные люди и понимаем, когда следует подстроиться под обстоятельства. Верно?

Светлейшие помялись, но вынужденно закивали.

Их явно впечатлила демонстрация моей мощи. Одним заклинанием упокоить сотню личей — никому из ныне живущих магов это и не снилось.

Если они действительно разумные, как верит король Тунгрем, то, поразмыслив, примут нехитрую истину: со мной живой и сотрудничающей куда легче жить, чем с сопротивляющейся и скрывающейся. Убить меня не посмеют — внучка таммавата как-никак. Сбежать я точно сумею. А дальше — годы противостояния, стычки, из которых еще неизвестно, кто выйдет победителем. Вдруг мне в голову придет не упокоить нежить, а натравить ее на храм? Кто ж меня знает.

Со мной лучше дружить, однозначно.

Все эти мысли пробежали по лицам жрецов яркой алой строкой. Морщины на их лбах разгладились, а в глазах зажегся расчетливый огонек. Прикидывали, как быстро артефакторы подстроятся под мою магию, чтобы создать накопители и одноразовые атакующие бомбочки с тьмой.

Вынуждена их разочаровать: некромантия в этом плане отличалась от остальных стихий. Любое активное заклинание, заложенное в предмет, разрушало его за считаные минуты. Разве что…

— У меня есть некоторые наработки по защитным амулетам. На три-четыре удара хватит, — пропела я, скромно потупившись. — Могу поделиться. И магией, разумеется, для подзарядки.

Жрецы переглянулись, тот, что постарше, выступил вперед.

— Мы были бы бесконечно признательны за любую помощь в борьбе с порождениями тьмы, — с легким поклоном сообщил он.

Так мой статус — помощницы и союзника — был окончательно утверждён.

Застенки откладывались на неопределенный срок.

Глава 25

На моих вступительных тестах собрался настоящий консилиум. Кроме академической комиссии присутствовали старший жрец Торхсольма, десяток отборных воинов света — для изучения моих способностей и обмена опытом — и лично его величество. Король Тунгрем любопытен ничуть не меньше своего старшего отпрыска, просто с возрастом научился эту черту лучше скрывать и контролировать. Но удержаться и не поглазеть на чудо не смог.

В качестве объекта для демонстрации я выбрала дохлую крысу, которую Тьмок приволок прошлой ночью мне в спальню.

Увлеченные страстью, мы с Райли не сразу заметили, что в постели нас уже четверо, считая труп. Верещать я не стала — и не такое видела, но волной чистой силы кота вместе с добычей смело на пол, протащило по ковру и впечатало в стену.

Тьмок поднялся, отряхнулся и невнятно проворчал нечто вроде «Я ж как лучше хоте-ул».

— Что-что? — переспросила я, приподнимаясь на локте.

Игривое настроение все равно уже испорчено, а заговоривший поумневший кот не каждый день приходит.

— Стара-улся, лови-ул… — продолжал урчать Тьмок себе под нос, отряхиваясь и тыча лапой крысу. — Пригоди-утся.

— Спасибо. Иди, обниму! — раскрыла я руки в знак примирения.

Кот обрадованно шмыгнул под одеяло, принося с собой запах свежей земли и тухлятины.

Райли поморщился, но возражать не стал. Тоже помнил времена, когда этот аромат сопровождал нас повсюду, впитываясь в кожу и одежду так, что не отмыться. Брезговать теперь пушистиком — проявить неуважение к собственному прошлому.

Тем более он действительно притащил трупик очень вовремя.

Сначала я подняла крысу, позволяя духу вернуться в тело.

Грызун размял затекшие конечности, деревянно прошелся по столу экзаменаторов, заставив короля отшатнуться, а жрецов машинально заготовить защитные заклинания.

— А вы попробуйте, — щедро разрешила я.

Самой интересно, как в новой реальности моя нежить отреагирует на свет. Учитывая, что во мне его — половина резерва…

Ожидаемо, крыса даже не почесалась. Волны исцеления попросту не заметила, продолжая бродить туда-сюда как заведенная. Десять шагов в одну сторону, разворот. Зато моему «упокоению» подчинилась моментально: рухнула на середине движения и застыла, как ей положено.

— Ну что ж, уважаемые коллеги. Не вижу причин не принять столь умелую и талантливую студентку. Один вопрос — чему мы будем ее учить? — задумчиво протянул йор Линдстром, откидываясь на спинку стула. — У нас нет факультета некромантии, по понятным причинам.

— Пока что я с благодарностью поступлю на боевой, — пожала я плечами. — Физическая подготовка и теория магии одинакова для всех учащихся. А что касается профильных предметов — воспользуюсь возможностью и вашей помощью в составлении программы. Все же надеюсь, я такая не одна и рано или поздно появятся еще смельчаки, готовые служить на благо всего человечества.

Жрецы красноречиво переглянулись, вздохнули и промолчали.

Им наверняка не слишком нравилась идея принять меня как свою, но и выбора не осталось. В накопителях некромантия не держалась, и, кроме защитных амулетов, с ней ничего сотворить не выходило. Вот и получалось, что я — единственная надежда на прочную и долгую защиту от нежити.

Возможно, со временем артефакторы научатся обходить разрушительные свойства тьмы, но за те двадцать лет что они безуспешно пытались создать атакующие амулеты, никому это не удалось. Да и объектов для изучения у них было побольше, не одна-единственная магичка.

Свадьбу назначили на осень.

Йоруне Делл оставалось учиться еще два курса, мне — все семь. Но тянуть с браком до завершения учебы ни одной из нас не хотелось.

Особенно мне. Учитывая стремительное развитие отношений между мной и Райли, о наших совместных ночевках рано или поздно станет известно всему свету. И лучше, если мы поженимся как можно скорее, чтобы пресечь возможные слухи.

Только разъяренного тана Киттипа, вооруженного парой мечей, мне на пороге не хватало! А отчим непременно вступится за мою поруганную честь, и не важно, что поругала я ее самостоятельно и с большим энтузиазмом. Достанется именно Райли.

Наша с Райли свадьба состоялась одновременно с бракосочетанием йоруны Делл и наследного принца. Своего рода реверанс в сторону архипелага, мол, выражаем уважение вашей принцессе, считаем ее практически родственницей.

Двойное торжество еще и позволило казне прилично сэкономить. Мы, конечно, могли с Райли отправиться на Сомираву, но уж слишком много дел на меня разом навалилось на материке. Начиная с поступления в академию и заканчивая сотрудничеством с храмами.

— Это ведь ты познакомил принца и Истрину? — спросила я шепотом, пока мы вчетвером рука об руку шествовали к алтарю.

Ярко освещенный храм был полон цветов и пламени. Дань стихиям двух основных брачующихся — земли и огня.

— Конечно, — шепнул жених в ответ. — Я во второй жизни отчетливо видел, что они друг другу симпатичны. В конце концов, род Делл — достойный, знатный, древний и вполне подходит по статусу для того, чтобы породниться с правящим домом. Уж если не Истрина, то я просто не знаю, кто справится с Акселем!

Переглянувшись, мы обменялись понимающими улыбками.

Всю церемонию я и Райли скромно держались в сторонке. Нам не принципиально, кто главное действующее лицо в этот знаменательный день: мы наконец-то станем полноценными мужем и женой.

После всех минувших лет и пережитых испытаний до конца не верилось.

В тот момент, когда мы укладывали дары на алтарь Лаандары, мне почудилось прикосновение призрачной руки к щеке. А издалека тонким перезвоном донесся женский смех.

Но, возможно, мне все это почудилось от переутомления.

Как позже выяснится, во время свадьбы я уже была беременна нашей первой дочерью. А у женщин в положении галлюцинации и обмороки — совершенно нормальная вещь.

Учиться, тренироваться и участвовать в артефакторных исследованиях, имея на руках младенца, — задача посложнее, чем упокоить целое древнее кладбище. Но я и с этим справилась.

А после родила еще двух дочек, близнецов. Уже почти под выпуск, так что экзамены по большей части мне засчитали автоматом. Учли синяки под глазами и общий вымотанный вид.

— Вы побольше отдыхайте, а то вас за нежить принять можно, — по-доброму посоветовал ректор Линдстром, ставя печать на мой диплом.

Я слабо улыбнулась, не уверенная, что это шутка.

Несмотря на помощь со стороны таммавата и периодически приезжающих матушки и отчима, в основном с детьми приходилось справляться счастливым родителям. Это стало для нас с Райли одним из самых тяжелых испытаний, но мы выстояли. Спина к спине, рука об руку.

В конце концов, дети имеют свойство вырастать.

Но чуткий сон, позволявший мне отслеживать нападения и вовремя реагировать, по-прежнему пригождался.

Тихий всхлип разрезал ночную тишину.

Я подскочила на постели, погладила заворочавшегося было Райли по плечу.

— Спи, моя очередь, — шепнула едва слышно и покралась по коридору к спальням детей.

Младшие спали без задних ног. Я поправила сбившиеся одеяла, погладила темноволосые головы и заглянула к старшей.

Амарайя сидела в углу кровати, прижавшись к стене спиной, и раскачивалась, пытаясь не плакать в голос. По щекам текли тихие слезы. Тьмок без особого успеха пытался отвлечь малышку, но ни пушистая шерстка, ни виляющий хвост не могли вырвать девятилетку из транса.

Я бросилась к ней, крепко обняла и прижала к груди, поглаживая по спине ритмичными успокаивающими движениями.

— Что случилось, девочка моя? Скажи, кто тебя обидел, мама всех закопает. Потом воскресит, упокоит и снова закопает, — прошептала я в растрепанную макушку.

— Мамочка, мне кошмар приснился, — всхлипнула Амарайя, вцепляясь в мой халат, как в спасительную соломинку. — Вроде я в темной пещере, а вокруг ничего живого. Только страшные-престрашные чудовища. А самое жуткое знаешь что?

— Что? — машинально переспросила я, холодея.

— Я точно знала, что породила их именно я! — выдохнула дочь, содрогаясь в рыданиях. — Это моя вина, что они сожрут всех людей. И вас с папой сожрут…

— Никто нас не сожрет, не выдумывай. Это всего лишь сон.

Я поцеловала мокрую от слез щеку, укачивая мою подросшую малышку, как в младенчестве. И не останавливалась, пока Амарайя не успокоилась и не засопела, погружаясь в сон.

Надеюсь, без сновидений.

Мы с Тьмоком понимающе переглянулись.

— Пойдем-ка навестим одну старую знакомую, — прошипела я.

Храм Лаандары в центре столицы по случаю глубокой ночи был пуст и темен. Вполне подошел бы для восхваления Мараям.

— Я сама, спасибо, — приняла я от дежурного жреца поклон и с трудом дождалась, пока за стариком захлопнутся двери.

— Ты, пресветлая тварь! Что посмела сотворить с моей дочерью? — запрокинув голову, заорала я в купол. — Думаешь, я тебя не достану?

— Достала. Уже, — усталый голос раскатился по полупустому залу, эхом отражаясь от украшенных витражами стен. — Не случится ничего с твоей дочерью. Это общая память предков проснулась. До воплощения моей сестры еще десяток поколений, не меньше.

— Что? — опешила я.

Даже не знаю, чему больше удивилась. Тому, что Лаандара все-таки соизволила отозваться, или откровению богини.

— Твой род принял в себя эссенцию тьмы. Теперь вы — носители ее сущности. Но для воплощения нужно время. Все-таки человеческое тело для принятия божественности не предназначено, — терпеливо пояснила светлая. — Если у тебя вопросов больше нет, мне пора. Мир сам себя не поддержит.

— А что будет с той, кто все же воплотит Мараям? — напряженно выпалила я, чувствуя как тяжесть, придавившая плечи, постепенно тает.

Светлая снизошла до меня, но надолго ее не хватит. И на том спасибо.

— Выживет, — едва слышно рассыпалось по храму.

И гнет с моей спины пропал.

Я судорожно вздохнула и поднялась. Не заметила, в какой момент осела на пол под весом потустороннего присутствия.

— Ты слышал? — уточнила зачем-то у Тьмока.

Кот нервно дернул ушами. Развеиваться от явления светлой он не подумал, но шерсть распушил и хвост воинственно задрал. Не нравилась ему Лаандара.

Мне она тоже не нравилась. Но выбирать союзника не приходилось.

В конце концов, от меня — и моих потомков — зависит судьба всего мира.

Рано или поздно темнейшая Мараям вернется.

Баланс будет восстановлен.

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN/прокси.

У нас есть Telegram-бот, для использования которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность».

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Исцеляющая тьмой. Новый мир

Оглавление

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Nota bene