Странный дом 2 (fb2)

Странный дом 2 [litres][変な家２　〜11の間取り図〜][Strange Buildings] (пер. Кермен Эрдниевна Бадмаева, ...) 16738K - Укэцу (скачать epub) (скачать mobi) (скачать fb2)

Укэцу Странный дом 2

HENNA IE 2 -11 NO MADORIZU – ©Uketsu 2023

* * *

В тот день я, держа в руках одиннадцать материалов, направлялся к дому знакомого проектировщика.

Два года назад я написал книгу «Странный дом»^[1]. Это документальный роман о расследовании, которое мы провели вместе с одним моим знакомым проектировщиком. Изучив план одного очень необычного дома, мы смогли выяснить, зачем его построили и что за страшные события происходили в его стенах.

К моей большой радости, «Странный дом» произвел сенсацию и удостоился внимания множества читателей. Одновременно с этим мне стали приходить многочисленные сообщения о различных домах.

«Прочел вашу книгу. По правде говоря, у моего дома тоже странная планировка».

«Когда я бывал дома у бабули в гостях, часто слышал, как из пустой комнаты доносятся странные звуки».

«Я как-то раз снимал коттедж. Представляете, там в одном из помещений зачем-то установили колонну».

Я был поражен: оказалось, что по всей Японии раскидана целая куча самых разных странных домов.

Что ж, в этой книге собраны материалы расследований, посвященные одиннадцати из них.

На первый взгляд может показаться, что между данными материалами нет ничего общего. Однако при внимательном чтении можно заметить некую связь.

Попробуйте обнаружить ее при прочтении.

Материал ①. Коридор в никуда

10 и 17 июня 2022 года

Вопрос от знакомого

В тот день я отправился в префектуру Тояма^[2]. Я договорился о встрече с некой Яёй Нэгиси. И вот теперь она сидела за столиком напротив меня: ей за тридцать, она работает на полставки, живет в этой же префектуре Тояма. Поводом для нашей встречи послужил сын госпожи Нэгиси.

Мальчику Кадзуки вот-вот исполнится семь лет. Однажды он взял в школьной библиотеке книгу «Странный дом» – объяснив, что схема планировки дома, представленная на ее обложке, его очень заинтересовала. Однако Кадзуки знал пока мало иероглифов, и читать взрослую книгу ему было трудно, поэтому мальчик попросил маму ему почитать. Госпожа Нэгиси согласилась с условием, что будет делать это только десять минут перед сном.

По мере чтения книги в памяти госпожи Нэгиси всплывали эпизоды из ее собственного детства, связанные с домом родителей, – тревожные, гнетущие воспоминания, на долгие годы затаившиеся где-то в дальнем уголке сознания.

Нэгиси: В доме моих родителей было одно странное место. Этот дом уже давным-давно снесли, да и я выросла, у меня работа, свой ребенок, времени думать об этом не было… Или, вернее сказать, я просто старалась не вспоминать и не думать об этом лишний раз. Но чем больше я читала книгу, тем чаще в голове возникали воспоминания о том доме… и о маме…

Когда госпожа Нэгиси произнесла последние два слова, лицо ее заметно помрачнело.

Нэгиси: С тех пор, чем бы я ни занималась: делами по дому, работой, – все мысли были только об этом. Подумала, может, если я поговорю с автором книги, это как-то поможет, и написала в издательство, опубликовавшее «Странный дом». Не то чтобы я надеюсь, что вы прольете свет на правду или около того, просто… В общем, я решила, что, поделившись с кем-то, смогу вырваться из оков прошлого. Прошу прощения за неудобства, и спасибо, что нашли время для встречи.

Автор: Нет, что вы. После того как книга была опубликована, люди часто стали делиться со мной своими историями о «странных планировках». Можно сказать, что собирать их – это теперь мое главное занятие. Поэтому встреча с вами для меня вовсе не обременительна. Даже наоборот: мы убьем двух зайцев одним выстрелом, если беседа со мной подарит вам облегчение.

Нэгиси: Спасибо, вы меня успокоили.

Госпожа Нэгиси достала из сумочки тетрадь и положила на стол в раскрытом виде – внутри был план дома, старательно нарисованный карандашом. Также виднелись и многочисленные следы ластика: обращаясь к разрозненным воспоминаниям, госпожа Нэгиси неоднократно подправляла и уточняла план дома, в котором провела детство.

Нэгиси: Мы жили в спальном квартале города Такаока в префектуре Тояма, в одноэтажном частном доме. Планировка была удобной, но кое-что не давало мне покоя с самого детства.

Она указала пальцем на место в плане.

Нэгиси: Этот коридор… вам не кажется, что он тут лишний?

Автор: Лишний?..

Нэгиси: Ведь он заканчивается тупиком. Из него никуда не попасть, узкое темное место. Без него моя комната и комната родителей получились бы просторнее. Зачем между комнатами это пустое пространство? Оно же совершенно нефункционально. Меня это всегда удивляло.

В самом деле, если задуматься, то пространство и впрямь необычное: для кладовой слишком узкое, и нет ни двери, ни окон.

«Коридор в никуда» – иначе и не назовешь.

Нэгиси: Как-то раз я попыталась спросить отца: для чего, мол, нам этот коридор? Он тогда словно занервничал и резко сменил тему. Мне стало обидно, что он проигнорировал мой вопрос, поэтому я из вредности продолжила допытываться. Мой отец добрый и в обычной ситуации сдался бы, но именно в тот раз молчал до последнего.

Автор: Может, у него была на то причина?

Нэгиси: Мне тоже так кажется. Насколько я знаю, архитектор из агентства разработал планировку с учетом пожеланий родителей, поэтому вряд ли отец не был в курсе насчет коридора. Я подозреваю, что от меня что-то скрывали.

Автор: К слову, а ваша мама ничего не говорила на этот счет?

Нэгиси: Маму я не спрашивала… или, точнее сказать, не могла спросить. Наши отношения не подразумевали такую возможность.

Лицо госпожи Нэгиси вновь помрачнело, когда речь зашла о ее матери.

По моему опыту, чтобы узнать дом, нужно не только разобраться в его планировке, но и глубоко понять людей, живущих в нем. И ключевой фигурой в разгадке тайны этого дома являлась мама – так мне показалось.

Автор: Пожалуйста, расскажите о вашей матери столько, сколько сочтете возможным…

Нэгиси: Хорошо… С соседями или отцом мама всегда вела себя дружелюбно и лишь со мной обходилась сурово: почти никогда не хвалила и очень часто за малейший проступок сильно ругала. Если б дело ограничивалось этим, можно было бы просто назвать ее строгой, но иногда я замечала, что мама смотрит на меня с опаской. Может, она боялась меня… Бывало, мне даже казалось, будто она избегает меня.

В общем, мамино отношение ко мне нельзя назвать обычным.

Автор: Скажите, а была какая-то причина, по которой ваши отношения испортились?

Нэгиси: Не знаю. Сколько себя помню, так было всегда, и я, естественно, решила, что мама меня не любит. А теперь, вспоминая свое детство, понимаю, что не все так просто. С одной стороны, мама была суровой, а с другой – окружала меня чрезмерной опекой. Я родилась раньше срока и наверняка была слабой. Мама каждый день спрашивала, как мое самочувствие, не болит ли чего. И не ходила ли я по улице.

Автор: Какой улице?

Нэгиси: Ах, да, сейчас объясню. Южная сторона дома выходила на широкую улицу с проезжей частью. С северной, восточной и западной сторон находились частные дома, которые отделяли друг от друга небольшие переулки. Мама говорила мне: «Ни в коем случае не приближайся к улице. Ходи только через переулок». Действительно, на той улице было опасно из-за узких тротуаров, но ведь в нашем тихом районе ездило не так уж много машин, и я думала, что мама излишне беспокоится. Как бы то ни было, я делала как велят, ведь в противном случае на меня бы накричали.

Холодность вкупе с чрезмерной опекой – у меня появились догадки насчет такого поведения. Мама госпожи Нэгиси просто не знала, как любить свою дочь.

В мире существует определенное количество родителей, которые не знают, как любить своих детей, но стараются изо всех сил. Так стараются, что становятся слишком зациклены на выполнении родительских обязанностей и всеми силами пытаются уберечь своего ребенка от любых опасностей. Однако их тревога передается ребенку, из-за этого отношения внутри семьи начинают портиться, родители становятся все более нервными и раздражительными и постепенно начинают избегать собственных детей. Груз ответственности за свое чадо давит на родителей и порождает гиперопеку и отстраненность – и в итоге страдает рабенок. Если мои догадки по поводу матери госпожи Нэгиси верны, то…

Автор: Госпожа Нэгиси. Это лишь мое предположение, но может ли статься, что этот коридор был построен по просьбе вашей матери?

Коридор находился между комнатами госпожи Нэгиси и ее родителей. Иными словами, он разделял две эти комнаты. Так, может быть, именно в этом заключалось его предназначение?

Ввиду чрезмерной опеки мать хочет быть рядом с дочерью и в то же время желает сохранить дистанцию – что, если эти противоречивые чувства и породили эти дополнительные стены между их комнатами?

Я поделился с госпожой Нэгиси своим предположением, тщательно подбирая слова, чтобы не обидеть женщину. Однако, выслушав меня, она медленно покачала головой.

Нэгиси: Сказать по правде, я и сама об этом думала – о том, что мама, возможно, хотела отдалиться от меня. Но выходит как-то нелогично: дом ведь закончили строить в сентябре 1990 года – спустя полгода после моего рождения.

Нэгиси: Как бы быстро ни шла работа, за шесть месяцев дом не построить. Получается, что эта планировка была задумана еще до моего рождения. Не могла же мама уже тогда хотеть отдалиться от меня?

Действительно, как ни крути, ни один родитель не станет избегать своего еще не родившегося ребенка.

Нэгиси: Прошу прощения. Нужно было раньше сказать об этом.

Автор: Вам не за что извиняться. Однако, думаю, тот факт, что дом достроили спустя полгода после вашего рождения, может послужить важной подсказкой.

Нэгиси: Вот как?

Автор: Судя по всему, ваши родители решили построить дом в связи с будущим пополнением в семье. Мне кажется, в некотором смысле этот дом предназначался для вас. В таком случае существует вероятность, что коридор как-то связан с вашим появлением на свет. На данный момент это все, что я могу сказать.

Нэгиси: Если все так… следовало расспросить родителей, пока была такая возможность.

Автор: Прошу прощения, но могу я узнать, что с ними сейчас?..

Нэгиси: Оба уже давно скончались.

Госпожа Нэгиси поведала о том, как осталась без родителей.

Нэгиси: Все произошло зимой, я тогда училась в третьем классе начальной школы. В тот вечер мы ужинали втроем, как вдруг мама сказала: «Голова болит» – и тут же потеряла сознание. Мы бросились звонить в «Скорую», но, поскольку был конец года, машин «Скорой помощи» не хватало, так что прошло много времени, прежде чем врачи наконец приехали.

Осмотр показал, что женщина перенесла ишемический инсульт. Из-за того, что помощь не подоспела вовремя, весь организм был поврежден, и в дальнейшем мать госпожи Нэгиси оказалась прикована к постели. Отцу пришлось уйти из компании, и после этого он либо занимался уходом за больной матерью, либо пропадал на одной из своих многочисленных временных подработок. Госпожа Нэгиси старалась взять на себя часть домашних обязанностей, но, будучи еще ученицей младшей школы, мало чем могла помочь. Отец толком не спал и в потоке беспощадных дней совсем исхудал.

Так они жили на протяжении двух лет. В год, когда госпоже Нэгиси исполнилось одиннадцать, ее мать скончалась от воспаления легких. Немногим позже, словно стремясь последовать за ней, ушел из жизни и отец – должно быть, два года, проведенные в бесконечных заботах о жене, а потом и ее смерть сломили его и лишили воли к жизни. Так предполагала госпожа Нэгиси.

Нэгиси: После этого меня взяли к себе дальние родственники. Я слышала, что наш дом выставили на продажу, но покупателей не было, и спустя несколько лет его снесли под застройку многоквартирного дома.

Госпожа Нэгиси отпила кофе и с легким стуком поставила чашку на блюдце.

Нэгиси: Когда после смерти родителей я разбирала их вещи, то сделала два неожиданных открытия. Во-первых, я нашла деньги. В ящике маминого стола был конверт с шестьюдесятью восьмью банкнотами по десять тысяч иен внутри – наверное, что-то вроде заначки.

Автор: Шестьсот восемьдесят тысяч иен^[3]… Ваша мать долго копила.

Нэгиси: Когда мама была здорова, то подрабатывала в магазине бэнто, так что могла накопить такую сумму, но я немного удивилась: мне всегда казалось, маму не особо интересуют деньги. Но это не все…

Автор: А что еще?

Нэгиси: …Кукла. В комнате в японском стиле^[4], в кладовке, лежала завернутая в газетную бумагу деревянная кукла. Не знаю, правда, чья она была: отца или матери… Что странно, у куклы были оторваны рука и нога.

Автор: Что?..

Нэгиси: Мне стало жутко, и я ее выбросила, но до сих пор не понимаю, что это была за кукла и кто и зачем ее поломал.

Загадочный коридор, странное поведение матери, 680 тысяч иен, кукла с оторванными конечностями. Совершенно не связанные между собой куски информации вертелись у меня в голове.

В этот момент раздался странный лязг, который привел меня в чувство. Оказалось, рука госпожи Нэгиси, державшая чашку, слегка дрожала, отчего чашка и блюдце стучали друг о друга.

Автор: Вы в порядке?

Нэгиси: Да… извините. Что-то вдруг разнервничалась.

Автор: Разнервничались?

Нэгиси: Извините, на самом деле… я еще не рассказала вам самое главное.

* * *

Госпожа Нэгиси, глядя на свои все еще дрожащие пальцы, продолжила тихим голосом.

Нэгиси: Когда родителей не стало, я долго думала, какой же секрет скрывал тот дом. Это не давало мне покоя, я ничего не могла с собой поделать, читала книги по архитектуре, делала заметки в тетради и долгое время размышляла, пока наконец не пришла к ответу.

Автор: Ответу… То есть вы смогли разгадать загадку?

Нэгиси: …Да. Правда, доказательств у меня нет, и что более важно… Сама мысль о том, что моя догадка может оказаться верной, ужасно пугает меня, поэтому… В конце концов я решила выбросить мысли о родительском доме из головы. Я долго пыталась забыть о нем! Но все было тщетно. Сколько бы лет ни прошло, пускай я уже замужняя женщина и мать, всякий раз, стоит подумать об этой догадке, меня охватывает страх – даже теперь. Мне и сейчас очень нелегко… обсуждать это все с вами. Я хочу наконец отпустить эти чувства.

В начале нашей встречи она сказала, что, поделившись с кем-то своей историей, надеется вырваться из оков прошлого – стало быть, ее мучила именно сама догадка. В разговоре со мной она надеялась обрести покой.

Автор: Должно быть, вам было очень тяжело. Честно говоря, не знаю, смогу ли с точностью судить о правильности вашей догадки. Но вы точно почувствуете облегчение, даже если просто выговоритесь. Так что не торопитесь, я вас внимательно слушаю.

Нэгиси: Спасибо вам большое.

Слегка прокашлявшись, она начала рассказ.

Нэгиси: Для чего же построен «коридор в никуда»? Поначалу я думала только об этом. Но однажды меня осенило: что, если это неверный ход мысли? Что, если по изначальному плану он не заканчивался тупиком?

Госпожа Нэгиси достала ручку и сделала отметку на планировке дома.

Автор: Дверь, ведущая в сад?

Нэгиси: Сначала и я так думала: может, здесь должна быть дверь, ведь это логично? Но в сад можно попасть из гостиной и прихожей – в дополнительной двери просто нет нужды. Кроме того, было бы странно построить целый коридор, а потом передумать насчет двери. Потом мне пришла в голову другая мысль.

Она вновь взялась за ручку.

Автор: Комната?

Нэгиси: На этапе планирования задумывалась еще одна комната. И этот коридор должен был вести туда. Однако прямо перед началом работ планировку срочно поменяли, и комната исчезла из проекта, а коридор остался.

Автор: Отменить строительство целой комнаты – довольно серьезное решение.

Нэгиси: Верно. У родителей наверняка имелась веская причина. Например… в семье стало на одного человека меньше.

Автор: Что?..

В этой комнате собирался кто-то жить. Дедушка, бабушка, дядя, тетя или кто-то еще – кто именно, неизвестно, но непосредственно перед началом строительства этого человека не стало.

Автор: Даже если это так, убирать из планировки целую комнату…

Нэгиси: Странно, не правда ли? Именно. В обычной ситуации такое маловероятно. Получается, этот человек был для родителей кем-то особенным. И, размышляя над тем, кто же это мог быть, я заметила кое-что странное.

Нэгиси: Эта комната чем-то похожа на мою, согласны? Размер почти такой же, и обе выходят в сад – словно близнецы.

От этих слов у меня на миг защемило в груди.

Нэгиси: Как я уже говорила ранее, я родилась на два месяца раньше срока, к тому же путем кесарева сечения – роды, опасные как для матери, так и для ребенка. Родители немногое рассказывали о том дне, но что, если… у меня была сестра или брат-близнец? Во время беременности могли возникнуть осложнения и потребовалась срочная операция. Одного ребенка, то есть меня, удалось извлечь целым и невредимым, а другого спасти не удалось.

Автор: Думаете, эта комната была предназначена для неродившегося ребенка?

Нэгиси: Это и есть моя догадка. А родители решили скрыть от меня этот факт. И как мать-одиночка я могу понять их. Все-таки страшно сказать своему ребенку: «У тебя мог быть братик или сестричка, который умер еще до рождения», – это может травмировать его.

Автор: Хотите сказать, ваши родители, решили изменить планировку, чтобы вы ни о чем не догадались?

Нэгиси: Да. Более того, может, они и сами таким образом пытались забыть о своей утрате: было бы тяжело всякий раз при виде этой комнаты вспоминать своего покойного малыша.

Действительно, лишь ситуация подобного рода могла стать причиной отказа от целой комнаты.

Нэгиси: Если это правда, то я в какой-то степени понимаю мамино поведение: она не хотела вновь потерять ребенка, потому и проявляла чрезмерную опеку. В то же время факт моего существования мог вызывать у нее страх, ведь я была словно второй половинкой умершего ребенка. Вдруг одно мое присутствие усиливало в ней чувство вины? В таком случае становится понятен и смысл куклы в кладовке: оторванные конечности, должно быть, символизируют боль от утраты одного из младенцев.

Госпожа Нэгиси потянулась к сумке и вытащила из нее фотографию.

Нэгиси: Когда я разбирала вещи родителей, то в тумбочке отца нашла пачку фотографий. На всех издалека запечатлен процесс строительства – наверное, так отец хотел сохранить дом в памяти. Вот одна из этих фотографий.

На ней был изображен каркас будущего дома. На плане висел баннер – «Идет стройка. Строительная фирма “Мисаки”». Вероятно, эта компания и занималась возведением дома.

Однако больше всего привлекал внимание небольшой красный объект в углу фотографии. На плане он бы находился вот здесь, в правом нижнем углу, со стороны улицы.

Если присмотреться, можно распознать цветок в стеклянном стакане.

Нэгиси: Вероятно, таким образом родители хотели почтить память умершего ребенка.

Мне стало не по себе.

Разумеется, я могу понять, когда цветы подносят усопшим – но чтоб для этого выбирали место перед строящимся домом?.. Что ни говори, выглядит странно. Кажется, будто это не подношение цветов своему ребенку, а скорее…

* * *

Нэгиси: Что скажете? Если оценивать объективно, то как вам моя идея?

Автор: Что ж… Ваши доводы вполне логичны и убедительны. Однако некоторые моменты вызывают сомнение.

К примеру, если б на месте сада планировали возвести комнату, то в спальне ваших родителей не стали бы делать окно. Стена, в которой оно расположено, не являлась бы внешней. Планировку для этого дома разрабатывали профессиональные архитекторы, верно? Сомневаюсь, что им пришло в голову расположить окно в стене между двумя спальнями.

Нэгиси: …Действительно. Теперь, когда вы упомянули об этом…

Автор: Кроме того, возникает вопрос: можно ли столь масштабный проект просто взять и изменить в последнюю минуту? Для этого пришлось бы и форму крыши менять, и закупать новые материалы… Представьте, сколько на это потребовалось бы денег и времени. В общем, трудно сказать, согласилась ли бы на такое сама компания…

Нэгиси: Да… точно.

Автор: Учитывая эти три момента в совокупности, боюсь, ваши доводы далеки от реальности, госпожа Нэгиси.

Честно говоря, у меня не было полной уверенности в том, что госпожа Нэгиси ошиблась в своих предположениях. Но если я буду соглашаться из вежливости, она лишь продолжит жить в страхе перед призраком нерожденного ребенка, которого, быть может, и вовсе не существовало. Я решил, что лучше полностью опровергнуть все домыслы госпожи Нэгиси и тем самым помочь ей вырваться из оков прошлого. Она и сама этого желала… ведь так?

Тем не менее вопреки моим ожиданиям лицо госпожи Нэгиси погрустнело.

Нэгиси: Спасибо вам большое. От осознания, что мои догадки ошибочны, с одной стороны, мне стало легче, но с другой… это как-то печально. Сейчас я понимаю, что лишь хотела выдать желаемое за действительное.

Автор: В каком смысле?..

Нэгиси: Я… и по сей день ненавижу свою мать. Хотя ее нет в живых много лет, но даже теперь, вспоминая детство, я не могу заставить себя думать, что она была не такой плохой… И это ужасно меня мучает. Поэтому мне хотелось верить, что мама не могла вести себя со мной иначе, что у нее была веская причина обращаться со мной со всей строгостью.

* * *

Когда мы вышли из кафе, светило яркое закатное солнце. Я попрощался с госпожой Нэгиси и направился в сторону станции.

Так значит, эту гипотезу о неродившемся близнеце… породило желание госпожи Нэгиси избавиться от ненависти к матери? Да, похоже, так и есть. Но даже если так, я считаю, госпоже Нэгиси необходимо оставить обиды в прошлом. Нет смысла жить в муках, страдая из-за матери, которой больше нет на этом свете. Я уверен, что отвергнуть ее догадки было правильным решением.

И все же кое-что не давало мне покоя – красный цветок на той фотографии. Что же он значит? Кто и зачем поставил его туда? Госпожа Нэгиси сочла его подношением умершему ребенку, но, как ни крути, это исключено: слишком странное место – стакан с цветком стоял прямо на дороге.

Стакан с цветком на дороге… Если рассуждать логически…

Вдруг меня словно поразило молнией. Возникла одна гипотеза.

Не может быть… Но тогда становится понятно, откуда взялся «коридор в никуда».

С помощью навигатора в телефоне мне удалось найти ближайшую библиотеку – в получасе ходьбы от кафе. Там хранились старые выпуски местных газет префектуры Тояма. Я пролистал кучу газет от 1990 года, когда был построен дом госпожи Нэгиси, – и наконец обнаружил одну статью.

К статье прилагалась фотография с места событий – точь-в-точь такого же, какое совсем недавно мне показывала госпожа Нэгиси.

Что и требовалось доказать. «Коридор в никуда» появился из-за этого происшествия.

Требовалось срочно позвонить госпоже Нэгиси.

Нэгиси: Алло?

Автор: Госпожа Нэгиси, у меня к вам просьба. Не могли бы вы связаться со строительной компанией «Мисаки»? Они занимались вашим домом. Нам нужно переговорить с кем-то из сотрудников компании, лично.

Нэгиси: Лично?.. Но родители построили дом более 30 лет назад и больше с этой фирмой не сотрудничали. Не думаю, что у них осталась информация о таком старом заказе.

Автор: Я тоже сначала так думал. Но потом принялся изучать старые газеты и выяснил нечто очень важное. Для компании «Мисаки» вы, госпожа Нэгиси, весьма много значите.

Нэгиси: Что вы имеете в виду?

Автор: Видите ли…

Выслушав мои объяснения, госпожа Нэгиси связалась с компанией, и, как ожидалось, ее там помнили. Когда она попросила о встрече с кем-то, кто знает об инциденте, случившемся на стройке дома ее родителей, ей назвали имя некоего господина Икэды, главы отдела кадров.

В следующую пятницу меня и госпожу Нэгиси пригласили на встречу с ним в офис компании.

* * *

В пятницу после полудня мы с госпожой Нэгиси находились в приемной строительной компании «Мисаки». Напротив нас сидел господин Икэда – скромный, на вид приятный мужчина ближе к пятидесяти годам. Глядя на госпожу Нэгиси, он заговорил спокойным голосом.

Икэда: Надо же… вот и выросли, госпожа Нэгиси.

Автор: Господин Икэда, вы знаете госпожу Нэгиси?

Икэда: Да, еще с тех самых пор, как она была в животе у своей матери. В то время я работал в отделе обслуживания клиентов и руководил строительством дома ваших родителей, госпожа Нэгиси. И сейчас хорошо помню, как ваш отец, поглаживая живот жены, радостно приговаривал: «У нас будет девочка». Но потом… по нашей вине перед вашим домом произошел несчастный случай… это несмываемый позор для нашей компании.

Автор: Сегодня мы побеспокоили вас, как раз чтобы расспросить об этом случае. Не могли бы вы рассказать подробно о том инциденте?

Икэда: Да. Это произошло, когда завершились геологические изыскания и мы приступали к возведению каркаса дома. Один из наших сотрудников сбил мальчика.

Автор: И этот мальчик погиб.

Икэда: Да. Просто вопиющий случай.

Госпожа Нэгиси достала ту самую фотографию.

Нэгиси: Господин Икэда, это вы поставили на дороге стакан с цветком?

Икэда: Не только я. Каждый день, до тех пор пока не завершилось строительство дома, мы с коллегами по очереди возлагали цветы на место происшествия. Разумеется, это не освобождает нас от ответственности – мы намерены и дальше возмещать моральный ущерб его родителям. Однако в неменьшей степени мы виноваты и перед вашими родителями, госпожа Нэгиси.

Ведь это из-за нас у вашего дома произошел несчастный случай со смертельным исходом.

Автор: И поэтому вы изменили планировку дома и перенесли прихожую в другое место, так?

Икэда: Значит, вам известно об этом.

По словам господина Икэды, в изначальной планировке прихожая выходила на южную сторону – и прямо на этом месте произошел несчастный случай. Даже не верящие в привидений вряд ли захотели бы, чтобы их крыльцо выходило на место аварии – вот и отец госпожи Нэгиси страшно разозлился на строителей. Ситуацию разрешила его жена, предложив следующий выход.

Изменить расположение прихожей… На этом условии мать госпожи Нэгиси была готова простить компанию. Поскольку входную дверь решили расположить с восточной стороны, в конце заканчивающегося тупиком коридора, сделать это было несложно; строительная фирма обязалась провести работы на безвозмездной основе.

Таким образом, коридор, запланированный как начало прихожей, стал вести «в никуда».

Была идея за счет этого коридора расширить одну из комнат, однако проектировщик сделал заключение, что разрушение стены несет в себе определенные риски, поскольку снизит сейсмоустойчивость всего дома.

Господин Икэда не раз выразил свое восхищение «потрясающей мыслью» матери госпожи Нэгиси – действительно, в таком случае места происшествия не было видно из дома, что в некоторой степени приносило облегчение. И все же мне казалось, что матерью госпожи Нэгиси двигали иные мотивы.

Возможно, она боялась, что ее будущая дочь однажды выбежит из дома на улицу и повторит трагическую судьбу мальчика, и стремилась это предотвратить.

Мама говорила мне: «Ни в коем случае не приближайся к улице. Ходи через переулок».

Выходит, те слова были сказаны из-за несчастного случая, произошедшего перед их домой, в результате которого погиб ребенок.

Конечно, очень жаль, что тот мальчик погиб. Но, наверное, госпожу Нэгиси порадовало, что мама искренне беспокоилась о ней: толком не зная, как обращаться с дочерью, та бранила ее, держала на расстоянии, но в глубине души любила… Так я подумал.

Но тут выяснилось еще одно обстоятельство.

* * *

Когда разговор подходил к концу, господин Икэда спохватился, будто резко что-то вспомнив, и сказал.

Икэда: Кстати, госпожа Нэгиси, я хотел кое о чем вас спросить.

Нэгиси: О чем же?

Икэда: Вы, случайно, не знаете, для чего ваша мать попросила нас внести в планировку еще одно изменение?

Нэгиси: Изменение? О чем вы?

Икэда: А-а, значит, все-таки вы не знаете. Дело в том, что спустя пять лет после того, как был построен дом, ваша мама одна наведалась в нашу компанию с крайне интересной просьбой: «Не могли бы вы снести угловую комнату с юго-восточной стороны дома?»

Нэгиси: Снести?..

Икэда: Частичным сносом домов мы также занимаемся, но заказов на ликвидацию лишь одной комнаты прежде не поступало. Причину ваша мама не назвала, даже когда я спросил. Как бы то ни было, судя по выражению ее лица, обстоятельства были исключительные, так что мы взялись за составление сметы. Вышло довольно недешево, и ваша мама, кажется, отказалась от затеи. Интересно, что же произошло…

Мне вспомнились 680 тысяч иен, спрятанные в тумбочке матери госпожи Нэгиси. Может быть, эти деньги она втайне откладывала, чтобы покрыть расходы на снос комнаты?

Автор: Подскажите, а какую именно комнату она хотела снеси?

Икэда: Рядом с прихожей, получается…

Нэгиси: Это моя комната.

Автор: Что?!

Угловая комната с юго-восточной стороны… Да, это комната госпожи Нэгиси. Однако…

Нэгиси: Как я и думала… Мама и впрямь меня ненавидела.

Автор: Нет, это невозможно! Ведь ваша мама так сильно боялась, что вас собьет машина, если вы выйдете на ту улицу!

Нэгиси: Тогда почему?!.

Почему мать хотела снести комнату дочери?

У меня не нашлось ответа.

Конец первого материала

Материал ② Дом, который порождает мрак

6 ноября 2020 года

Запись беседы с Тацуюки Иимурой

В Японии существует понятие «специальный клининг» – оно означает уборку домов, жильцы которых умерли в одиночестве своей смертью или в результате несчастного случая.

Обычно, когда человек уходит из жизни, члены его семьи или знакомые устраивают похороны, и в течение нескольких дней тело кремируют. Однако если у покойного никого не было и умирает он у себя дома, его смерть может оставаться незамеченной неделями, а то и месяцами. Меж тем труп разлагается, на полу появляются характерные пятна.

Устранение подобных «следов жизни» и составляет обязанности людей, занятых в сфере специального клининга.

Этим уже около десяти лет занимается и мой собеседник, Тацуюки Иимура. Раньше мужчина был строителем, но после сорока пяти переключился на нынешнюю профессию.

Иимура: Да силы уже не те были, понимаете. До тридцати лет хоть бы что: даже после тяжелой смены – выпил, поспал – и наутро снова как огурчик. А стукнуло сорок, и все – одной ночи переставало хватать, чтобы восстановить силы. В общем, эта усталость постепенно накапливалась, и в какой-то момент я сдал окончательно: просыпаюсь однажды утром и не могу пошевелиться! Слег в больницу, тогда и понял, что все. Физическую силу я растерял и в строительство вернуться уже не смог. К офисной работе я не способен, а тут старший коллега рассказал про специальный клининг.

Господин Иимура закинул в рот эдамамэ^[5] и глотнул пива.

Иимура: Так вот, о специальном клининге. По сути, моя работа – освобождать людей от домов. Очень многие думают как раз наоборот: мол, мы чистим дом от загрязнений, которые появляются, когда разлагается труп. Звучит, будто дом приоритетнее человека. Но нет, это совсем не так. Именно наличие человека превращает помещение в настоящий дом. Человек всегда важнее. Так меня научил наставник, когда я еще был строителем, – и даже после смены профессии я придерживаюсь этого принципа.

Вот представьте: отправляется душа покойного в рай или ад, но часть его тела застряла дома – тогда душу будет тянуть туда, верно? Мы-то как раз все начисто соскребаем и таким образом освобождаем его от дома. Такая вот работа. Интересно, ведь, а! …Слушайте, не угостите еще пивом?

С господином Иимурой я связался благодаря своему приятелю – оказалось, что бывший строитель обладал информацией, которую мне хотелось заполучить. Так мы и договорились встретиться в баре в его родной префектуры Сидзуока^[6].

Рассказ о специальном клининге был весьма занятным, однако мне показалось, что Иимура пытается уйти от интересующей меня темы, поэтому, заказав второе пиво, я решил перейти непосредственно к делу.

Автор: Кстати, я слышал, вы работали в доме семьи Цухара, не могли бы рассказать об этом подробнее?

Иимура: А, да, было дело. Простите, отвлекся.

* * *

В 2020 году, в городе Сидзуока, на севере района Аой, шестнадцатилетний подросток убил свою семью. Жертвами стали трое: мать, бабушка и младший брат парня. Отец был на работе и поэтому остался жив. Соседи услышали крики матери подростка и вызвали полицию, однако ко времени приезда сотрудников все трое были уже мертвы. Малолетний убийца при задержании не сопротивлялся.

Орудием убийства стал кухонный нож. Судя по оставшимся на кухне недорезанным овощам, подросток отобрал его у матери, пока та готовила, и совершил преступление.

Тела троих были обнаружены в следующем виде:

Мать лежала на кухне. В области груди – одно ножевое ранение, на одежде следы борьбы.

Бабушка лежала с закрытыми глазами на футоне^[7] в своей комнате. Через одеяло, которым она была укрыта, ей нанесли несколько ударов ножом. Из-за больных ног женщина с трудом передвигалась и, вероятно, поэтому перед смертью не смогла оказать никакого сопротивления убийце.

Младший брат лежал на пороге кухни с торчащим в области живота ножом.

У самого подростка Цухары тоже обнаружились многочисленные порезы в верхней части тела. Его подвергли принудительному лечению и только после этого произвели арест.

При даче показаний парень рассказал, что «был раздражен», у него «не осталось надежд на будущее», а «мать и бабушка не ладили» и ему «тяжело было находиться дома».

В потоке обсуждений, связывающих происшествие с «отчаянием поколения Z», «нехваткой общения между членами семьи» и другими социальными проблемами, промелькнул и один весьма странный слух – «что-то не так с планировкой дома семейства Цухара».

Никто не придал ему большого значения, и слух быстро забылся. Однако как раз в то время я работал над «Странным домом» и поэтому был страшно увлечен вопросами планировки домов, так что эта версия прочно засела у меня в голове.

Я попытался провести одиночное расследование, но, как ни старался, ничего интересного так и не смог выяснить. Более того, я не смог отыскать даже чертеж дома Цухара.

Еще немного, и я махнул бы на все рукой, как вдруг в голову пришла мысль – после осмотра места преступления полицией там наверняка провели «специальный клининг». То есть те, кто занимался обработкой дома Цухара, должны быть знакомы с планировкой. Поэтому я и захотел встретиться с Иимурой.

Иимура: Туда отправили десять человек, включая меня. Обычно специальной уборкой занимаются максимум человек восемь, не больше, но этот случай стал исключением. Убийство как-никак.

Автор: Там было тяжело работать?

Иимура: Не то слово. От комнаты бабки до кухни все было залито кровью, так что пола не видно, пришлось даже менять половицы – особенно утомительное занятие. Когда после долгого рабочего дня лотим тело, это дело обычное, но в тот раз у меня и душа разболелась. Вы же знаете, что одной из жертв был ребенок?

Автор: Да, младший брат Цухары.

Иимура: У входа на кухню была маленькая лужица крови. Кровь мальчика. Даже смотреть на нее было тяжело. У нас с бывшей женой ведь тоже был ребенок.

Автор: Простите, я не знал…

Иимура: Ну ладно, не будем о грустном. Значит, вам нужна планировка дома Цухара. Я ее принес. Как благодарность за эдамамэ должно сгодиться, думаю.

Господин Иимура вынул из кармана сложенную бумажку, на которой был распечатан план дома.

Иимура: Это и есть дом семейства Цухара.

Автор: Но как вам удалось раздобыть чертеж?

Иимура: Такого добра в интернете навалом, подобрал подходящий да и распечатал.

Странно. Я прошерстил много разных сайтов, но найти план дома семьи Цухара мне не удалось. Но раз уж так говорит человек, который своими глазами видел жилище изнутри, наверное, это достоверный верный план. Возможно, я не слишком старательно искал.

Иимура: В любом случае ужасный домишко. Проживи я в таком столько лет, тоже с ума сошел бы – там невозможно жить.

Автор: Невозможно жить… В каком смысле?

Иимура: Так вы посмотрите на планировку! Не видите, что ли?

Автор: По-моему, самый обычный дом…

Иимура: Тогда попробуйте поставить себя на место его жильцов. Вот представьте, что вы привыкли есть в гостиной на первом этаже, но при этом постоянно чувствуете запах, который напрочь отбивает аппетит. Понимаете откуда он?

Посмотрите, кухня и ванная, то есть «мокрые» зоны, где используется вода, расположены в северной части дома. Поэтому туда практически не попадает солнечный свет. Так что зимой там всегда сыро, а летом – душно. Запахи оттуда и из туалета через коридор доходят до гостиной, понимаете. Двери нет, соответственно, и от зловония не скрыться.

Автор: Интересно, почему же в гостиной не было двери?

Иимура: Поскупились, видать. Хотели хоть немного да сэкономить на строительных работах.

Автор: Теперь понятно.

Иимура: Но недостаток отсутствия двери заключается не только в этом. Давайте продолжим фантазировать: сидите вы обедаете, и вдруг в дверь стучится разносчик газет, чтобы взять с вас деньги за подписку на следующий месяц, или какой-нибудь религиозный зазывала. Как вам такое? Они могут разглядеть и еду, которая у вас на столе, и лица членов семьи. Все на виду. Была бы хоть на кухне дверь, и то хорошо, но из-за лестницы места в этой части дома немного, так что, по всей видимости, ее не смогли установить.

Когда пытаешься уместить дом на маленьком участке, такие проблемы неизбежны. Попросту говоря, в японских домах часто встречаются неудобные планировки. Но ладно, если проектировщик с мозгами, что-то путное еще может получиться, только вот автор этого плана явно полный бездарь.

Иимура: Например, в этой зоне сосредоточены входы и на кухню, и в предбанник, и в туалет. Члены семьи наверняка часто сталкивались там друг с другом и ссорились на пустом месте.

Автор: Действительно, если разобраться, там и правда неудобно жить…

Иимура: Вот видете. Со вторым этажом все еще хуже. При такой площади лучше всего было сделать три-четыре комнаты, а они зачем-то уместили аж пять, и места для коридора не осталось. Из-за того, что коридора нет, в глубь этажа можно пройти только через комнаты. К тому же ни в одном из дверных проемов не установлены двери. Короче, там невозможно побыть наедине с собой.

Автор: Такое и впрямь может раздражать.

Иимура: Почему веранда выходит не на юг, я тоже не могу понять. Южный ветер отлично сушил бы стираные вещи.

Я чувствовал, как мой интерес постепенно угасает. Рассуждения господина Иимуры звучали и правда убедительно. Он как опытный строитель, повидавший много построек, по одному плану мог судить о преимуществах и недостатках дома. Жилище семьи Цухара, как заметил мой собеседник, действительно было неудобным.

Однако объяснение убийства проживанием в некомфортном доме показалось мне притянутым за уши. По всей видимости, Иимура почувствовал мои сомнения: мужчина прокашлялся и заговорил с другой интонацией.

Иимура: Конечно, один-два дня ничего не сделают, но попробуйте пожить в таком доме пять-десять лет – от небольшого каждодневного стресса, который копится годами, тронуться можно. Вам, может, кажется, я преувеличиваю, но дом на самом деле настолько сильно влияет на человека.

Автор: Вот как…

Иимура: Только…

Иимура резко понизил голос.

Иимура: Все, что я вам сейчас рассказал, – это только вступление… Важно то, что случилось в этом доме из-за того, что здесь жила семья Цухара. У вас есть дети?

Автор: Нет.

Иимура: Тогда представьте и ответьте: когда дома играет ребенок двух-трех лет, что нужно иметь в виду в первую очередь?

Автор: Хм… Наверное, чтобы рядом с ним не было ничего опасного?

Иимура: Это тоже, но есть еще более важный момент. Правильный ответ – чтобы родители оставались в поле зрения малыша. На определенном этапе развития в ребенке начинает формироваться чувство независимости, он хочет играть один. Но оставаться совсем-совсем одному ему в таком возрасте пока тревожно, так что двух-трехлетние дети часто играют в гостиной, потому что во многих японских домах она находится рядом с кухней. Дети понимают, что родители рядом, и могут спокойно заниматься своими делами в одиночестве. Такое сочетание – самое комфортное для ребенка. Но в этом доме из гостиной кухни не видно. Другой комнаты, из которой кухня бы просматривалась и малыш мог играть, – тоже нет. Этот парень, убийца, Цухара рос в постоянной тревоге, понимаете?

Автор: Подождите-ка. Но рядом с кухней ведь комната в японском стиле. Разве ребенок не мог бы находиться там?

Иимура: Нет, это комната бабушки.

«Комната бабушки»… при этих словах у меня по телу пробежали мурашки.

Мать лежала на кухне. В области груди – одно ножевое ранение, на одежде следы борьбы.

Бабушка лежала с закрытыми глазами на футоне в своей комнате. Через одеяло, которым она была укрыта, ей нанесли несколько ударов ножом. Из-за больных ног женщина с трудом передвигалась и, вероятно, поэтому перед смертью не смогла оказать никакого сопротивления убийце.

Младший брат лежал на пороге кухни с торчащим в области живота ножом.

Бабушка была убита в собственной комнате, а мать и младший брат – на кухне. Все случилось в двух соседних комнатах. Мне невольно представилась эта сцена.

Иимура: Я слышал, бабка Цухара была матерью отца семейства. Выходит, во время работы на кухне невестка все время находилась по соседству со свекровью. Находиться под постоянным наблюдением даже собственных родителей не очень-то приятно, что уж говорить о свекрови. К тому же у бабушки было плохо с ногами – она почти не передвигалась сама. Должно быть, невестке регулярно приходилось отрываться от своих дел, чтобы помочь ей сходить в туалет. Мать подростка наверняка постоянно была на взводе. Дети хорошо чувствуют настроение родителей, так что ребенок вряд ли смог бы весело играть на кухне, где находится его вечно раздраженная мать. Остается только гостиная, хотя, казалось бы, малышу одному там неуютно. В этом доме не было места, где маленький Цухара мог бы чувствовать себя спокойно.

В разговоре с полицейскими подросток действительно упоминал, что «мать и бабушка не ладили» и ему «тяжело было находиться дома».

Иимура: А потом, когда дети подрастают, им нужно выделять отдельные комнаты. С этим в доме тоже возникли трудности. Комната мальчика тут.

Иимура пальцем указал на помещение на втором этаже, подписанное как «кладовая».

Иимура: Во время уборки я видел ее только вскользь. Стол, светильник, на полу разложен футон. Парень, кажись, любил футбол – на стене постеры игроков Джей-лиги^[8].

Автор: Почему в кладовой?

Иимура: А больше негде. На втором этаже, как я уже говорил, просто невозможно уединиться, что для подростка в пубертате – ад. А единственное помещение с дверью, где парень мог бы побыть наедине с собой, – эта кладовка. Самому парню помещение вряд ли очень нравилось, но что поделать. У него не было другого выбора. Тесная темная комната без окон. Да любой, кто поживет в такой долгое время, впадет в уныние!

Тревога и одиночество в детстве, подростковые годы, проведенные в крохотной темной комнате, общая неприятная обстановка в доме – вероятно, все это вместе и пошатнуло психическое здоровье Цухары.

Иимура: Понятное дело, пожить в этом доме вовсе не означает непременно превратиться в преступника. У парня, видать, изначально имелись наклонности. Дом же их развил – взрастил мрак в его душе.

Автор: Думаете, живи он в другом доме, трагедии могло не произойти?

Иимура: Да, мне кажется, что так и есть. Подобные трагедии, возможно, случались где-то еще. Не только у Цухары в душе тьма, и этот дом – такой не единственный.

Автор: В каком смысле «не единственный»?..

Иимура: В самом прямом. Точно таких же домов в Японии больше ста.

Автор: Как это?

Иимура: Вы когда-нибудь слышали о «Хикура Хаус»? Это такая строительная компания – в основном работает в регионе Тюбу^[9]. За ней закрепилась дурная слава среди строителей. Бизнес они ведут по такой схеме.

Сначала делают чертеж. Допустим, этот был для дома площадью 100 м ². Далее они покупают участки такого размера по всему региону Тюбу, а потом штампуют на них одинаковые дома. Так как они эксплуатируют один и тот же чертеж и за раз могут заказывать много одинакового материала, расходов выходит меньше. Таким образом они продают свои понастроенные в больших количествах дома по низким ценам. Короче говоря, готовый дом с землей на продажу. Конечно, продажей подобных домов занимаются многие компании, и само по себе это дело не плохое. Проблема в том, что, если плохи изначальные чертежи, в промышленных объемах строятся и плохие дома.

Этот как раз из таких.

Автор: Хотите сказать, дом Цухара – массовый продукт компании «Хикура Хаус»?

Иимура: Именно. Я очень долго живу в Тюбу и кучу раз видел такой на листовках. На них печатают планировку и подпись: «Новый двухэтажный коттедж: 6 комнат, гостиная с обеденной зоной, кухня – 15 млн иен^[10]». На бумаге это кажется очень даже неплохим вариантом – за коттеджи обычно просят тридцать миллионов. То есть эти дома стоят наполовину меньше. Еще и шесть комнат помимо гостиной. Неопытный клиент подумает, какая выгодная покупка, но что мы видим на деле? Малюсенькие комнаты, которые втиснули ради красивой цифры в рекламке, и отсутствие дверей, которыми пришлось пожертвовать ради экономии – о комфортных условиях жизни речи не идет.

Распродают дома благодаря броской рекламе и агрессивному стилю ведения бизнеса, никаких гарантий после покупки не дают. Вот такая компания. Семья Цухара тоже благополучно клюнула.

Господин Иимура сказал, что нашел подходящий для дома Цухары план в интернете. Теперь я понял, что он имел в виду.

Наверное, он скачал его с сайта какого-нибудь агентства по продаже недвижимости. Иными словами, прямо сейчас точно такие же дома выставлены на продажу в самых разных местах.

Если в одном из них поселится кто-то похожий на этого Цухару… Мне стало немного не по себе.

* * *

Опустошив вторую бутылку пива, Иимура заказал ванильное мороженое.

Иимура: Извините, я постоянно жую, а вы ничего не едите…

Автор: Да что вы, не стоит извиняться. Вы ведь сообщили мне очень важные сведения! И все же, несмотря на бесчестную политику, «Хикура Хаус» остается на плаву, так?

Иимура: Да, потому что у них отличная медиастратегия – на рекламу тратят баснословные деньги. А ведь как: с привлекательным имиджем обдурить большинство клиентов не составит труда.

Автор: Понятно…

Иимура: Но так было не всегда. Они стали делать ставку на рекламу после одного случая.

Автор: Какого же?

Иимура: Та-ак, дайте-ка вспомнить… Строительству я тогда еще только учился, так что было это, наверное, во второй половине 1980-х. Глава «Хикуры» попал под подозрения по странному делу – мол, в молодости он совершил какие-то жестокости. В итоге оказалось, что информация ложная, но из-за шумихи на ТВ и в печати об этом судачил весь город. Произойди такое сейчас, в интернете разгорелись бы жаркие споры о его виновности. В общем, потеря репутации – дело страшное, так что акции компании резко упали. Тут можно только посочувствовать. Так вот, их тогдашний конкурент в Тюбу, компания «Хаусмэйкер Мисаки», не упустил шанс и увеличил свою долю рынка, после чего «Хикура» десять с лишним лет не могла полностью восстановиться. Но из этого горького опыта они вынесли урок: медиа плевать на факты.

* * *

Вернувшись домой, я решил почитать о «Хикуре Хаус» в интернете. В поисковике всплыли такие запросы, как «Хикура Хаус нарушения», «Хикура Хаус мошенничество», «Хикура Хаус секта». Кликнув на один из них, я убедился, что, как и говорил господин Иимура, компания продает дома ужасного качества и пользуется плохой репутацией среди покупателей.

Затем я заглянул на официальный сайт «Хикуры Хаус». Под заголовком «Прекрасные дома по приятным ценам» – фотографии знаменитостей с домашних вечеринок в роскошных гостиных. Тут же в рекламном ролике под мелодию известного музыканта популярная актриса сладостным голосом шепчет: «“Хикура Хаус” исполнит ваши мечты».

Мне вспомнились слова Иимуры, о том, что медиа плевать на факты. Компания, некогда испытавшая разрушительную силу СМИ на собственной шкуре, смогла перевернуть ситуацию в свою пользу и научилась скрывать сомнительную репутацию при помощи медиа.

В углу странички я заметил иконку раздела «Приветствие от руководства». Я кликнул на нее. В нем две фотографии, на одной почетный председатель компании – пожилой мужчина с орлиным носом и в очках. Масахико Хикура. На втором фото – коротко стриженный мужчина средних лет – директор компании по имени Акинага Хикура. Внешне он похож на председателя, особенно в глаза бросается сходство носов. Должно быть, это отец и сын.

Закрыв ноутбук, я снова взглянул на планировку дома, полученную от господина Иимуры.

В 2020 году здесь произошла страшная трагедия, жертвами которой стали три члена семьи подростка Цухара – мама, бабушка и младший брат. Соседи, услышавшие крики матери, вызвали полицию, но, когда та приехала, все трое были уже мертвы. Орудием убийства стал кухонный нож, который парень силой отобрал у матери, пока та готовила.

Мать лежала на кухне. В области груди – одно ножевое ранение, на одежде следы борьбы.

Бабушка лежала с закрытыми глазами на футоне в своей комнате. Через одеяло, которым она была укрыта, ей нанесли несколько ударов ножом. Из-за больных ног женщина с трудом передвигалась и, вероятно, поэтому перед смертью не смогла оказать никакого сопротивления убийце.

Младший брат лежал на пороге кухни с торчащим в области живота ножом.

На теле самого подростка тоже нашли многочисленные порезы, перед арестом ему была оказана медицинская помощь.

Вдруг я задумался. А в каком порядке были убиты жертвы?

Судя по тому, что из живота младшего брата торчал нож, последним убили именно его. Но что с мамой и бабушкой? Вглядываясь в планировку, я стал представлять все в голове.

Подросток отбирает у занятой готовкой матери нож и, получив отпор, убивает ее.

↓

Далее он идет в комнату в японском стиле и закалывает спящую бабушку.

↓

Последним убит младший брат, прибежавший на шум.

Такой порядок казался наиболее очевидным. Но если задуматься, всплывал странный момент: почему бабушка не встала? Ведь крики матери слышали даже соседи.

Спящая в соседней комнате бабушка не могла не проснуться. И тем не менее… «обнаружена в своей комнате, лежащей на футоне с закрытыми глазами»… Моя идея противоречила этому утверждению. Может быть, сначала была убита все-таки бабушка?

Подросток отбирает у занятой готовкой матери нож, идет в комнату в японском стиле и закалывает бабушку.

↓

Мать идет за ним, чтобы остановить, пытается оттащить подростка от бабушки. Начинается борьба, и оба оказываются на кухне, где сын убивает маму ударом ножа в грудь.

↓

Последним убит младший брат, прибежавший на шум.

В таком случае понятным становился факт, что глаза бабушки были закрыты. Однако вместе с тем появился другой вопрос. Как парень получил травмы?

Если допустить, что борьба с матерью завязалась уже после убийства бабушки, нож изначально должен был находиться у парня. Более того, это шестнадцатилетний парень – превосходство в физической силе явно на его стороне. Но, несмотря на это, мать оказалась ранена лишь в грудь, а у парня были многочисленные колотые раны в верхней части тела.

Вполне логично предположить, что на момент начала схватки нож находился в руках матери. Однако в таком случае рождается ужасающая версия, которая в корне меняет представление о событиях того дня, – убийство бабушки мог совершить вовсе не внук, а невестка.

Плохие отношения со свекровью, усталость от ухода за ней, неудобный для жизни дом – годами весь этот стресс копился и в какой-то момент достиг предела. Женщина не выдержала и заколола спящую в соседней комнате родственницу ножом, который по воле случая оказался у нее в руках.

Свидетелем всему совершенно случайно становится ее старший сын. В попытке остановить мать он вбегает в комнату в японском стиле.

Парень пытается оттащить мать от бабушки, между ними завязывается борьба, в результате мать и сын оказываются на кухне, в процессе женщина успевает нанести сыну множество порезов. «От комнаты бабушки до кухни все было залито кровью…» Думается, эта кровь принадлежала не кому иному, как парню.

В пылу ожесточенной борьбы парень случайно вонзает нож в маму. На крики прибегает младший брат. «Он видел, как я зарезал маму»… В панике Цухара убивает мальчика…

Это всего лишь мое предположение. Но… Возможно, этот дом породил «мрак» не в одной душе.

Конец второго материала

Материал ③ Водяная мельница в лесу

Отрывок из старой книги

Книга «Вслед за ясным взором путника» представляет собой сборник воспоминаний путешественников, которые в 1930-е годы посещали разные регионы Японии. Вышла она в 1940 году и больше не переиздавалась. Но, к счастью, благодаря кое-какому обстоятельству мне удалось заполучить один экземпляр.

Хотелось бы познакомить читателей с приведенной одной главой из этой книги. Ниже приводятся «Воспоминания из местности Ханъи»^[11]. Ее автор – девушка по имени Уки Мидзунаси, на тот момент ей был двадцать один год. Вокруг клана Мидзунаси сформировался дзайбацу^[12], которому принадлежала существенная доля рынка в сталелитейной промышленности, а Уки была единственной наследницей рода.

В «Воспоминаниях» Уки делится своими буднями в Ханъи, куда она в самый разгар лета поехала на отдых в дом своего дядюшки. В мемуарах Уки есть один по-настоящему зловещий эпизод: гуляя по лесу рядом с домом, Уки находит загадочную водяную мельницу. Этот фрагмент я и решил поместить в книгу.

Сразу оговорюсь – оригинальный текст изобилует устаревшей лексикой, для удобства я заменил ее на более современную. Кроме того, пояснительные иллюстрации к тексту были нарисованы мной на основе описаний Уки. Надеюсь на понимание читателей.

«ВСЛЕД ЗА ЯСНЫМ ВЗОРОМ ПУТНИКА».

Фрагмент главы 14

«ВОСПОМИНАНИЯ ИЗ МЕСТНОСТИ ХАНЪИ»

Автор: Уки Мидзунаси 23 августа 1938 г.

Дождь, без остановки ливший три дня, наконец закончился, поэтому я предупредила тетушку, что хочу прогуляться, и направилась в лес. Я осторожно ступала по тропинке, чтобы не упасть в грязь, как вдруг на глаза мне попался маленький деревянный домик.

К стене этой постройки было приделано колесо. Я видела похожие домики в детстве, когда гостила у родственников в регионе Тохоку^[13], и поняла, что это водяная мельница*.

Охваченная ностальгией, я стояла, любуясь мельницей, но тут заметила странное. Где же вода? Водяное колесо, как и следует из его названия, приводит в движение поток воды, поэтому мельница непременно должна стоять у водоема: речки или резервуара.

Но ничего подобного рядом с постройкой не было, так что я начала сомневаться – а водяная ли это мельница вообще? Может, колесо приделали для украшения? Приблизившись к домику, слева от колеса я увидела маленькое решетчатое окно.

Через него получилось рассмотреть помещение внутри – длинная узкая комната, в которой было установлено множество шестерней. От их количества кружилась голова, а сам механизм походил на настоящее произведение искусства.

Водяная мельница в Тохоку была хоть и не такая затейливая, но работала по схожему принципу. В общем, колесо все-таки не могло играть роль простого украшения.

Я осмотрелась еще раз и заметила слева от мельницы нечто напоминающее маленькое синтоистское святилище. Мне стало интересно, и я решила подойти поближе.

Было видно, что прелестное святилище из красивого светлого дерева с треугольной крышей установили не так давно. Внутри стояла каменная статуэтка богини, которая в одной руке держала круглый фрукт.

Обращена она была лицом к мельнице. Сложив ладони, я поклонилась ей и направилась посмотреть, что есть сзади домика. Там находился вход.

Простенькая дверь, сколоченная из деревянных досок, оказалась открыта. Не в силах унять любопытство я быстро заглянула внутрь – передо мной была комната примерно в три татами, пять квадратных метров, с деревянными полами.

Сложного механизма, который я рассматривала через решетчатое окно, здесь не обнаружилось. Может, он в соседнем помещении? Эта же комната была абсолютно пустая и походила скорее на коробку – ни окон, ни мебели, ни света, ни каких-либо украшений. Единственное – на правой стене было вырезано большое отверстие.

Через него, однако, не получалось ничего разглядеть, поэтому, наверное, правильнее назвать его углублением. Оно было квадратной формы – сильно скрючившись, я даже могла бы в него поместиться. В голове стали рождаться догадки, для чего оно использовалось. Например, сюда можно было поставить вазу с цветами^[14]. Хотя одиноко стоящие цветы в этом совершенно пустом помещении смотрелись бы странно.

Чем дольше я находилась в этом домике, тем сильнее рос мой интерес. Было странное чувство, будто картина, открывавшаяся снаружи, и внутреннее пространство домика как-то не сходятся. Точно! Я наконец поняла! Эта комната намного меньше, чем весь дом снаружи.

Должно быть, слева пряталась еще одна комната? Но никаких дверей я не нашла. «Вход может находиться снаружи», – подумала я и пошла осмотреть домик с улицы. Прошла вдоль стен по часовой стрелке, и опять-таки – ничего! Я лишь снова оказалась у колеса. После полного обхода строения на ум напрашивался только один вывод – эта водяная мельница до ужаса странная.

К колесу не поступает вода, в стене непонятное углубление, в одну из комнат невозможно войти, – я будто видела сон наяву.

Мне стало жутковато, и, поубавив пыл, я решила вернуться обратно в дом дяди.

Но почему-то, при всем моем желании, ноги отказывались двигаться – мои дзори^[15] застряли в размокшей после вчерашнего дождя земле.

В попытке поднять левую ногу я перенесла вес тела на правую. К счастью, с громким хлюпом левая вырвалась из грязи, но при этом я все-таки потеряла равновесие. От падения меня спасло только то, что я сразу же обеими руками вцепилась в колесо. Даже кимоно каким-то чудом удалось не испачкать.

Спокойствие, однако, продлилось недолго – неожиданно послышался скрежет, и я повалилась всем телом вперед. Колесо закрутилось под моим весом, и через окошко я увидела, как с гулом, словно огромные насекомые, завертелись шестерни. В спешке я отняла руки и оперлась на стену.

Сердце колотилось как бешеное. Чтобы немного прийти в себя и передохнуть, я сделала несколько глубоких вдохов. Даже не знаю, сколько прошло времени, но по мере того, как мне становилось спокойнее, мысли все больше занимал один вопрос.

Только что я увидела, как закрутилось колесо и заработали шестерни: но что они привели в движение?

В мельнице, которая была у родственников в Тохоку, благодаря шестерням двигались жернова для перемола зерна. Еще я слышала, что бывают водяные мельницы, в которых помещены ткацкие станки. С этой же все было непонятно – видны только зубчатые колеса, и больше ничего. Какой смысл в мельнице, которая не приносит никакой пользы?

Я вспомнила, как в момент, когда закрутилось колесо, послышался некий скрежет. Этот звук исходил не от колеса и не от шестерней – он доносился откуда-то сбоку. В голове внезапно возникла картинка. Да, может, все так и есть.

Осторожно, стараясь не поскользнуться, я пошла вдоль стены: прошла перед святилищем и снова оказалась сзади домика.

Увиденное подтвердило мои подозрения.

Слева от входа появился узкий проход, которого раньше не было. И дело заключалось вовсе не в том, что дверной проем изменился в размере, нет, – сдвинулась стена.

Вероятно, суть механизма состояла в том, что, когда крутилось колесо, в том же направлении двигалась и стена внутри.

Только что благодаря моему нечаянному движению обнаружился вход в левую комнату, которая сначала показалась мне недоступной. И зачем кому-то понадобился такой механизм?

«Движущаяся стена»… Я вспомнила об одной прочитанной книге, романе «Седовласый демон»^[16]. Это история про мужчину, обезумевшего от ревности – собственный друг увел у него жену. Чтобы отомстить, главный герой заманивает бывшего товарища в специально приготовленную тесную комнатку и запирает его там. Комната была оборудована управляемым снаружи потолком, двигающимся вверх и вниз.

Одно движение, и потолок медленно опускается, оставляя в комнате все меньше и меньше пространства. Мужчина истошно кричал в ужасе, пытаясь спастись, но в конце концов оказался раздавлен. Его тело… Бр-р, от одной мысли мурашки. Жуткая история, стоит ее вспомнить, как кровь стынет в жилах!

Так вот, устройство этой мельницы напоминало пыточную из «Седовласого демона». В одной из комнат вполне можно запереть человека и начать крутить колесо… Ну нет, не может такого быть в реальной жизни! Должно быть другое объяснение.

Я отбросила пугающие мысли, пошла к входу и заглянула в узкий проход, чтобы разобраться, как выглядит левая комната. В эту же секунду в нос ударила сильнейшая вонь.

Тошнотворно воняло протухшей едой вперемешку с чем-то металлическим. Когда глаза наконец привыкли к темноте, я разглядела, что на полу что-то лежит.

Это была мертвая самка белой цапли. Наверняка кто-то потехи ради запер ее здесь, и она умерла от голода. Судя по состоянию птицы, прошло довольно много времени: валялись выпавшие перья, одно из крыльев было без кончика. Тушка разлагалась, и пол под ней пропитался темно-красной жидкостью.

Мне стало не по себе, и я выбежала наружу.

В тот вечер после ужина я подумывала спросить у дяди и тетушки о мельнице. Она не принадлежала их семье, но находилась неподалеку от дома, поэтому они могли что-то знать.

Но стоило мне раскрыть рот, как в другой комнате заплакал младенец, и дядя с тетей поспешили успокоить его. Они говорили, что у ребенка плохо проходит послеоперационное восстановление и шов в основании плеча загноился.

Малыша положили в больницу, так что следующие несколько дней дядя и тетя были заняты своими заботами, а я так и не смогла спросить о мельнице и вернулась в Токио.

< … >

В следующем году я вышла замуж и родила дочь. На фоне хлопотных будней воспоминания о путешествии в Ханъи потеряли былую яркость, и только случай с цаплей я помнила во всех мельчайших деталях.

Каждый раз я задумывалась: кто же мог запереть птицу? Зачем кто-то пошел на подобную жестокость? И что это вообще за мельница такая?

Первые две загадки так и остались неразрешимыми для меня. Но вот на третий вопрос у меня все-таки нашелся ответ.

«Седовласый демон» – роман, который пришел мне в голову, когда обнаружилась «движущаяся стена». И хотя в тот момент мне показалось, что это вздор, возможно, моя догадка была не так далека от истины.

Нет, я вовсе не думаю, что комната использовалась как пыточная. Впрочем, некоторое сходство, пожалуй, имелось.

Я вспомнила про квадратное углубление в стене правой комнаты. С какой целью оно было сделано?

Представим, что мы заперли в этой комнате человека и начали крутить колесо. По мере движения стены наших заложника или заложницу все больше охватывает страх перед участью оказаться раздавленными. Как человек будет действовать в такой ситуации? Логично, что, чтобы спастись от надвигающейся смерти, он попытается спрятаться в углублении.

Ноги поджаты под себя, голова между коленями. А ведь это не что иное, как поза кающегося грешника.

Поклон его обращен как раз в ту сторону, где стоит святилище с каменной статуэткой богини. Почему же в таком месте находится святилище? Может быть, его намеренно соорудили именно там?

Мне думается, предназначение этой мельницы – вынудить преступников раскаяться. Самых наглых и дерзких из них, таких, которые не испытывали ни капли раскаяния, насильно заставляли просить прощения у божества в этой постройке.

И место религиозные местные жители подобрали соответствующее – в глубине леса. Чем-то даже напоминает исповедальни в христианских храмах.

Во всяком случае, такую версию я вижу для себя наиболее вразумительной.

Впрочем, уже столько времени прошло с тех пор, как я видела эту мельницу. Теперь я даже и не скажу точно – а не почудилось ли мне?

Конец третьего материала

Материал ④ Дом-мышеловка

13 марта 2022 года

Запись беседы с Сиори Хаясакой

«Наверное, в глубине души я очень долго ждала день, когда смогу рассказать об этом…» – сказала Сиори Хаясака, оглядывая шумный центр города из окна.

Госпожа Хаясака – тридцатитрехлетняя управляющая компанией. Она вместе с десятью подчиненными занимает офис в небоскребе в районе Роппонги, где команда работает над созданием веб-приложений. Годовой оборот предприятия составляет несколько сотен миллионов иен. Длинные светло-каштановые волосы, идеальный макияж, стильный брендовый костюм – воплощение той самой «сильной и независимой».

Наша встреча состоялась в воскресенье, у сотрудников был выходной, и мы с Хаясакой беседовали в офисе совершенно одни. Поводом для нашего разговора стал некий дом и произошедший в нем инцидент со смертельным исходом.

Хаясака: В седьмом классе, по желанию родителей, я поступила в модную частную школу для девочек на севере префектуры Гумма. Это была элитная школа. Среди моих одноклассниц – сплошь богатенькие дочери глав крупных местных компаний, депутатов и землевладельцев. На их фоне я постоянно комплексовала.

Отец госпожи Хаясаки в то время служил главой отдела на предприятии по производству автомобилей. Объективно довольно высокая должность, но девочку все равно негласно сторонились из-за недостаточно «знатного» происхождения.

Хаясака: Никто об этом не говорит, но в школах существует… как бы это сказать… деление на касты. И даже среди богатых возникает своя иерархия, подростки объединяются в группы в соответствии со своим статусом. В этой социальной пирамиде мое место было в самом низу – на меня смотрели сверху вниз, только потому что я была дочерью простого служащего. Одноклассницы спокойно подшучивали над тем, что у меня обувь не от какого-то известного бренда, а как-то раз во время школьной поездки нам сказали разбиться на пары, я предложила объединиться девочке, сидевшей рядом, но она отказалась, потому что со мной «не получится сходить в приличный магазин».

Автор: Довольно жестоко…

Хаясака: Да, это правда. Родители упорно трудились, лишь бы дать мне возможность учиться в хорошей школе, но я воспринимала необходимость ходить туда как наказание. Чтобы чувствовать себя в своей тарелке среди богатых одноклассников, на школу необходимо тратить непомерные деньги. Свой статус нужно доказывать дорогими принадлежностями и одеждой, иначе тебя без конца будут преследовать мысли о собственной убогости.

Госпожа Хаясака достала из своей дорогой сумки пачку сигарет.

«Ничего, если закурю?» – спросила она и воспользовалась зажигалкой, будто отлитой из чистого золота.

Хаясака: Но была там одна девочка, с которой я смогла подружиться. Мицуко. Мы учились вместе в седьмом классе. В нашей внутриклассной иерархии Мицуко входила в высшую касту – она была дочерью главы строительной компании «Хикура Хаус», одной из самых крупных в регионе Тюбу. Притом девочка очень красивая: черные волосы средней длины, которые она всегда завязывала в два хвостика, светлая кожа, большие глаза.

Как-то на переменке она неожиданно заговорила со мной, даже не помню о чем, но нам обеим было очень интересно болтать. После этого мы постепенно стали сближаться, много общались, обменивались дневниками^[17].

Я как-то сказала, что люблю мангу «Затейница девочка-перчик», – и знаете что? Выяснилось, что Мицуко тоже ее обожает!

Мы были в восторге от того, что у нас нашлось общее увлечение, и мы стали без умолку обсуждать мангу. Вспоминая об этом сейчас, я понимаю, что больше все-таки говорила я. Но Мицуко всегда с улыбкой до ушей слушала мои рассуждения.

Так мы дружили где-то два месяца, а перед летними каникулами она мне кое-что предложила.

«Давай летом устроим ночевки друг у друга?» – вот что сказала мне Мицуко. Это вызвало во мне смешанные чувства: с одной стороны, конечно, я обрадовалась, но с другой… испугалась. У нас был маленький невзрачный домик. Кроме того, моя комната, комната в японском стиле в десять квадратных метров, – совсем не то место, куда мне хотелось бы привести свою состоятельную подругу.

Я долго думала, не отказаться ли, но в итоге все же решила пригласить ее. Все благодаря «Девочке-перчику». У меня в комнате были собраны все тома и куча фанатского добра.

«Пусть у меня и не такая красивая комната, это точно обрадует Мицуко», «будем болтать всю ночь напролет», «ну и что, что ее семья богаче моей. Зато у нас общие увлечения, это для дружбы гораздо важнее!» – наивно думала я.

Госпожа Хаясака выдохнула дым и какое-то время безучастно смотрела в окно.

Хаясака: Очередность мы определили на камень, ножницы, бумага. Победила Мицуко, поэтому первой принимала меня она. До сих пор помню, с каким настроением, собрав рюкзак, я вышла из дома в первую субботу каникул. Мне впервые в жизни предстояло заночевать у подруги, моему счастью не было предела.

Однако как только я дошла до ворот, от моего чудесного настроения не осталось и следа. Я, конечно, предполагала, что дом будет большой, но на такой размах мое скудное воображение не было способно. Огромный дом: в нем с легкостью могло бы разместиться человек сто. Во дворе – не просто садик – образцовый английский сад, прямо как в кино. Дворец, не иначе… В ту секунду ко мне во всей полноте пришло осознание, что между мной и Мицуко пролегает непреодолимая пропасть.

Я нажала на звонок, и навстречу вышел элегантный мужчина в белой рубашке и галстуке. Дрожащим от волнения голоса я объяснила, зачем пришла. «Мы ждали вас. Юная госпожа сейчас в комнате на втором этаже, позвольте проводить», – приветливо ответил он мне и проводил, словно почетного гостя. «Это, наверное, дворецкий», – проскользнуло у меня в голове. Наличие прислуги должно скорее удивлять, но мне тогда это показалось даже естественным. Наоборот, было бы странно, не окажись в таком роскошном доме дворецкого…

Госпожа Хаясака набросала в своем блокноте планировку.

Хаясака: По обе стороны от прихожей – по лестнице. Дворецкий объяснил мне, что на первом этаже расположены комнаты для гостей и персонала, а также кухня, а сама семья живет на втором этаже.

Автор: Под «семьей» вы имеете в виду Мицуко и ее родителей?

Хаясака: Нет, родители из-за работы жили в другом месте где-то далеко. На тот момент с Мицуко была бабушка. Я слышала, этот дом построили специально для них.

Автор: Роскошный дом для двоих человек? Поразительно.

Хаясака: Его спроектировал отец Мицуко. Я уже упоминала, что он возглавлял строительную компанию. Помню, как простодушно умилялась и думала: «Папа – глава компании, вот и построил дом для дочки…»

Сейчас-то понимаю, что такая роскошь была возможна, только потому что у них имелся крупный семейный бизнес.

Поднявшись по лестнице, я увидела, что Мицуко уже ждет в коридоре. Мама научила меня, что, когда приходишь в гости к друзьям, нужно непременно поздороваться с членами их семьи, поэтому я первым делом попросила проводить меня к бабушке. Ее комната находилась в самом центре.

Хаясака: Открыв дверь, я почувствовала сладкий запах – похоже на благовония. Сама комната была полна разных интересных вещиц, на стенах висели картины. Бабушка сидела на стуле и читала книгу. Это была очень красивая моложавая женщина – я даже с трудом поверила, что у нее и в самом деле есть внучка. Одета она была в длинную юбку, полностью закрывавшую ноги, и кардиган с цветочным узором, на руках – белые перчатки.

Я словно смотрела на очаровательный портрет. Бабушка тепло улыбнулась и сказала мне: «Добро пожаловать!»

Поздоровавшись, мы пошли в комнату Мицуко. Она, конечно, не могла сравниться с бабушкиной, но меня, девочку из самой обычной семьи, потрясла и она. Сразу в глаза бросился огромный гардеробный шкаф в глубине комнаты. У нас дома тоже был шкаф для одежды, но он не шел ни в какое сравнение с этой роскошью. В общем, мы поели сладостей, поболтали – так прошло где-то два часа. Мицуко сказала, что сходит в туалет, и вышла из комнаты. Оставшись одна, я, как и любой небогатый подросток, принялась рассматривать вещи вокруг. Тут было все: и необычные игрушки, и заграничная косметика, но больше всего меня манил, конечно, гардероб.

Я подошла ближе. Все в этом шкафу отличалось от нашего: на дверцах вырезаны узоры, и сам он был отполирован до блеска… Я восхищенно вздохнула. На двери была замочная скважина. «Так он закрывается на ключ!» – помню, как поразилась даже этому вроде ничем не примечательному факту.

Чем дольше я разглядывала шкаф, тем сильнее во мне разгоралось любопытство. «Интересно, что там внутри?» Я понимала, что поступаю плохо, но все-таки взялась за ручку дверцы. Некрасиво, согласитесь? Я ведь могла просто попросить Мицуко показать мне, что в нем есть.

Стоило мне слегка потянуть за ручки, как двери шкафа беззвучно распахнулись. Внутри оказалось… множество книг. Это был книжный шкаф, а не гардероб. На полках стояли художественные книги, энциклопедии, словари иностранных языков. «Мицуко может читать такие сложные книги? Выходит, все-таки дети богачей очень умные…» – впечатлилась я.

Но, рассматривая корешки, я заметила очень странную вещь – в шкафу не было ни единого тома нашей любимой «Затейницы девочки-перчика». Да и вообще, я не нашла на полках ни одной манги. Пока я в смешанных чувствах стояла у шкафа, из коридора послышались шаги. «Ой, Мицуко возвращается!» – Я быстро захлопнула дверцы и вернулась на место.

Затем мы пошли в столовую ужинать. Я немного заволновалась из-за того, что не было бабушки, но Мицуко объяснила, что та всегда ест у себя. После еды мы где-то час смотрели кино в домашнем кинотеатре, а потом помылись. Когда мы, в пижамах, улеглись в кровать, мне стало капельку грустно, что день подходит к концу. Я думала, мы с Мицуко будем болтать до самого утра, но на деле уснула сразу, как только погас свет. Видимо, мне очень хотелось спать. Когда я открыла глаза, в комнате было темным-темно, рядом сопела Мицуко. Я стала по одному перебирать драгоценные воспоминания прошедшего дня. Это было похоже на сказку.

Лишь одна маленькая деталь не давала покоя – тот странный книжный шкаф. Как же в нем не нашлось даже томика «Девочки-перчика», если Мицуко так ее любит? Может быть, просто не заметила? И я решила еще раз заглянуть в шкаф. Взяв из рюкзака фонарик, я тихонько подошла к шкафу и осторожно потянула за ручку. Однако дверца почему-то не открылась.

Я попробовала потянуть сильнее, но та никак не поддавалась. Взгляд остановился на замочной скважине. Меня пробрал ужас: вдруг Мицуко заметила, что я без спроса открыла ее шкаф, и заперла его на ключ, чтобы я больше туда не заглядывала?.. Тут я ощутила между лопатками чей-то взгляд и обернулась.

Мицуко все так же тихо спала.

Меня одолела волна самобичевания. Что с того, что на этих полках нет этой манги? Она ведь может стоять где-нибудь в другом месте, может, в доме отведена отдельная комната под библиотеку? Мне было стыдно перед Мицуко за свой ночной поступок.

* * *

На следующее утро меня разбудила Мицуко. Было всего пять утра, но она сказала: «Давай поделаем что-нибудь веселое! Пока тебе еще не надо собираться, сегодня ты ведь уже пойдешь домой», – и показала игральные карты. Я, протерев заспанные глаза руками, встала.

Мы стали играть, но вскоре мне захотелось в туалет, и я вышла. В коридоре была бабушка.

Пошатываясь, она медленно направлялась в сторону лестницы, опираясь на правую стену. Ей явно было тяжело идти. К тому же она была в длинной юбке – я испугалась, что бабушка может споткнуться о подол, и поспешила помочь.

«Ничего, мне только до туалета дойти», – отнекивалась она. Но я не хотела оставлять ее и ответила: «Я тоже иду в туалет, пойдемте вместе». Но когда я подставила ей плечо, та лишь сказала: «Не стоит, право. Иди первая. Будет нехорошо, если описаешься».

Я и правда уже еле терпела, так что все-таки согласилась и пошла первая. Об этом решении я жалею до сих пор.

Я уже мыла руки, как вдруг «бам» – и за дверью послышались глухие звуки, будто что-то тяжелое скатывается вниз по лестнице. Я быстро открыла дверь. Бабушки в коридоре уже не было. «Надо найти ее», – пролетело в голове, и я понеслась в ее комнату. Я и сейчас не могу понять, почему тогда решила сделать именно это. Возможно, просто боялась принять очевидное.

Естественно, бабушки там не оказалось. Пока я неподвижно стояла в ужасе, с первого этажа начал доноситься шум – испуганные крики и судорожные голоса прислуги, кто-то куда-то звонил.

«Скорая» приехала почти сразу. Мицуко отправилась в больницу вместе с бабушкой. Я избегала даже смотреть в сторону старушки. Мне было страшно узнавать, в каком она состоянии, поэтому я просто забилась в угол, боясь оторвать взгляд от пола. Ужасно, не правда ли?

На прощание Мицуко попыталась утешить меня: «Мне жаль, что так вышло…» Несмотря на то что ей самой было гораздо тяжелее, подруга не забывала и обо мне. Ее доброта просто сразила меня. Вместе с тем сама я была раздавлена. О переживаниях по поводу Мицуко и речи не шло, я думала только о себе.

Раз за разом я повторяла: «Это не моя вина».

* * *

Хаясака: О смерти бабушки Мицуко я узнала через два дня. Травма головы оказалась несовместимой с жизнью, она скончалась в больнице.

На следующий день меня вызвали в полицию. Никто, конечно, не подозревал меня, ничего такого не было. Просто расспрашивали о дне происшествия. Я рассказала полиции все, что видела. Никто из сотрудников никоим образом не упрекнул меня в том, что в итоге я не помогла старушке. Но… вместе с тем они не сказали, что моей вины в случившемся нет, а в этом я нуждалась больше всего.

Госпожа Хаясака потушила сигарету в пепельнице.

Хаясака: После этого Мицуко отдалилась от меня. Неудивительно – о чем бы мы ни говорили, сразу всплывали страшные воспоминания. В итоге наш уговор о ночевке у меня сошел на нет. На этом, собственно, все.

Закончив свой рассказ, госпожа Хаясака пристально посмотрела мне в глаза.

Хаясака: Что вы думаете по поводу обстоятельств смерти бабушки?

Автор: Ну, судя по вашим словам, это несчастный случай – смерть вследствие падения с лестницы…

Хаясака: Вы действительно думаете, что это случайность?

Автор: Простите?..

Я не знал, что ответить на этот внезапный вопрос. В воздухе повисла тишина.

Хаясака: Нет, не подумайте, я вовсе не подозреваю, что кто-то мог столкнуть ее. Услышав шум, я сразу выбежала в коридор – там никого не было. Бабушка, без сомнения, упала сама – это факт. Однако…

Госпожа Хаясака указала на место на планировке.

Хаясака: Посмотрите. Вам не кажется, что здесь очень опасно?

Хаясака: Бабушка шла в туалет, держась за правую стену. Но посмотрите, здесь есть пространство, где руке не за что ухватиться.

Автор: Точно, от места, где кончается стена, до двери туалетной комнаты.

Хаясака: Выходит, бабушке пришлось бы оторвать руку от стены, прежде чем взяться за ручку двери. Шириной коридор был где-то под два метра – немаленькое расстояние. Думаю, дойдя досюда, она потеряла равновесие и упала.

Автор: Да, похоже на то. Но что это, если не «несчастный случай»?

Хаясака: Вы уверены? Поймите, дом строился специально для Мицуко и ее бабушки. При проектировании было бы логично учесть все их нужды, правильно? Очень странно, что в доме, где должна жить пожилая женщина, нашлось такое небезопасное место. У нее ведь проблемы с ногами. Почему не установить перила в коридоре или сделать отдельную уборную в бабушкиной комнате, в конце концов? В этом доме совсем не учитывались потребности человека с физическими ограничениями.

Автор: Теперь, когда вы сказали, я начинаю понимать…

Хаясака: Дом построил отец Мицуко, директор «Хикуры Хаус». Не может быть, чтобы человек, возглавляющий строительную компанию, мог допустить такую ошибку. Может… это была вовсе не ошибка?

Автор: Если допустить подобный вариант…

Хаясака: Этот дом спроектировали таким образом, чтобы с бабушкой произошел несчастный случай.

«Такого просто не может быть», «она все это надумала»… – подумал бы я раньше. Однако опыт убедил меня в обратном.

Я про тот «странный дом», которым занимался три года назад. Его ведь и правда построили для убийств.

Хаясака: «Хикура Хаус» – типичная семейная компания. Это означает, бабушка тоже обладала правом голоса в деловых вопросах, что для главы компании – лишняя головная боль.

Автор: Хотите сказать, отец убил бабушку, чтобы ему никто не мешал?

Закрытая компания, где все члены семьи имеют право голоса. А внутри семьи, конечно, бывают раздоры и обиды. И хотя до непосредственного убийства не дошло, произошедшее тоже можно назвать проявлением вышедшей за рамки враждебности.

Хаясака: Представьте: мышка задевает пусковой механизм на дощечке, срабатывает пружина – и рычаг убивает животное.

Автор: Мышеловка, значит…

Хаясака: Да. По-моему, это очень похоже на то, что случилось с бабушкой. Устанавливаешь ловушку и тихо ждешь, пока цель не попадется. Формально твои руки остаются чисты, ведь человек погибает сам.

Автор: Убийство без рисков…

Хаясака: И по случайности ловушка сработала именно в тот день, когда в доме оказалась я.

Автор: Понимаю ход ваших мыслей.

Хаясака: Так я думала до сих пор…

Автор: Что вы имеете в виду?..

Госпожа Хаясака взяла со стола зажигалку, встала и бросила взгляд на город, раскинувшийся под нами.

Хаясака: Знаете… Недавно я задумалась, что, если мои догадки были ошибочны?

Не слишком ли много совпадений? В случайно выбранный день ночевки я случайно встречаю в коридоре бабушку, и она случайно падает и умирает. На мой взгляд, многовато случайностей. Все это весьма странно.

Автор: А если предположить, что это не случайности?..

Хаясака: Тогда кто-то должен был привести ловушку в действие.

Автор: Кто же?

Хаясака: Это мог быть только один человек. Мицуко.

Моя собеседница произнесла это абсолютно холодным равнодушным тоном. У меня по спине пробежали мурашки.

Хаясака: Вы как думаете?

Автор: Насчет чего?

Хаясака: Читала ли Мицуко «Девочку-перчика» на самом деле? Когда речь заходила о манге, говорила почти всегда одна я – она только слушала. Мне казалось, Мицуко делает это по доброте душевной, чтобы я смогла вдоволь наговориться… Но, может быть, она не читала ее вовсе?

Через пару месяцев после ночевки я услышала, как она говорит другой нашей однокласснице: «Манга? Ты что! Такое только бедняки читают!»

Что-то с громким стуком ударилось о пол. Упала зажигалка.

Хаясака: Она использовала меня для чего-то. Иначе как это объяснить? Зачем она пригласила меня на ночевку? Это словно принцесса приглашает нищенку во дворец. Приведи я ее к себе в гости хоть тысячу раз, мы так и остались бы людьми из разных миров. Мицуко определенно преследовала какую-то цель.

Днем книжный шкаф был открыт, но потом почему-то оказался заперт. Не понимаю, когда она успела это сделать? В тот день с вечера и до утра мы все время были вместе, даже в туалет выходили вдвоем. Если подумать, она могла успеть только в промежуток между тем, как я заснула и проснулась посреди ночи. Должно быть, удостоверившись, что я сплю, Мицуко встала и заперла шкаф.

Автор: Но для чего ей это потребовалось?..

Хаясака: Возможно, она что-то спрятала в нем? Трость, например…

Автор: А-а!

Трость! И почему я раньше об этом не подумал? У женщины ведь было плохо с ногами – для нее вполне естественно пользоваться тростью.

Мицуко ночью пробирается в комнату бабушки, крадет трость и прячет ее в шкафу. Ранним утром бабушка ищет трость, чтобы сходить в уборную, но почему-то не находит ее. И как же она решает поступить? Конечно. «Туалет тут рядом, дойду и так», – ни о чем не подозревая, думает женщина.

Бабушка привыкла ходить с тростью, ей и в голову не приходило, что какое-то место в коридоре может быть опасным. «Пройти ведь всего ничего»… Это решение стоило ей жизни…

Автор: Хотите сказать, Мицуко убрала прутик, который не давал ловушке захлопнуться?

Хаясака: Да, мне кажется именно так.

Автор: Но ведь она тогда была всего лишь школьницей, да и в силу возраста не могла иметь никаких полномочий в компании. Зачем ей идти на такое?

Хаясака: Это только предположение, но ее мог подначить отец – допустим, пообещав купить все, что она пожелает, если Мицуко спрячет трость.

Будучи ребенком, девочка и правда могла поддаться искушению и, не особо задумываясь, выполнить, что велено.

Хаясака: В таком случае становится ясно, для чего пригласили меня. Для алиби.

Я должна была подтвердить, что в момент падения Мицуко сидела в комнате и играла в карты. Думаю, поэтому она так рано разбудила меня в то утро. А то, что в итоге я натолкнулась на старушку в коридоре – счастливая для Мицуко случайность: оказавшись свидетельницей смерти, я укрепила алиби.

Но почему же я?.. Наверное, дело в бедности? Раз я на дне иерархии, мной можно легко воспользоваться и выбросить. Как же унизительно.

Госпожа Хаясака легонько пнула зажигалку кончиком каблука. Ослепительно сверкнуло золотое покрытие.

Хаясака: Безвкусица, да? Прямо-таки кричит: «Смотрите, я богачка!» А этот вид из окна надоел мне уже через три дня. Дорогая одежда, импортные духи, брендовые сумки – грош всему этому цена. Почему вещи, которые можно купить за деньги, такие никчемные?

Но я не могу все бросить. Я обязана продолжать носить эту маску.

Потому что хочу с торжеством посмотреть на Мицуко сверху вниз.

Прямо в ее милое личико я хочу сказать: «Ты живешь в роскоши, как принцесса, только потому, что твои родители могут обеспечить тебе такую жизнь. А я добилась всего сама».

Конец четвертого материала

Материал ⑤ «Место преступления было рядом»

Август 2022 года

Беседа с Кэндзи Хираути и записи о ходе расследования

Летом следующего года после того, как опубликовали «Странный дом», ко мне за помощью обратился некий мужчина: господин Кэндзи Хираути, за тридцать, из деревни Симодзё в префектуре Нагано^[18], работает в офисе. Несколькими месяцами ранее он приобрел старенький дом в своей родной деревне.

Дом этот находился в гористой местности, дорога оттуда до работы занимала на автобусе около часа. Хотя каждый день проводить столько времени в пути было утомительно, зато в пешей доступности от дома имелись продуктовый и другие магазины, так что в повседневной жизни неудобств не было. Кроме того, дом окружала богатая природа, и для господина Хираути, любителя прогулок и фотографии, это место казалось идеальным. Ну а больше всего его привлекла стоимость участка – сущий пустяк по сравнению с ценами в городе.

Поскольку агент по недвижимости сказал, что дому двадцать шесть лет, до осмотра господин Хираути ожидал увидеть обветшалое здание, но в действительности дом оказался чистым и не выглядел запущенным – поэтому господин Хираути сразу же решил его купить.

Однако спустя некоторое время после того, как он поселился в этом доме, господину Хираути открылось одно обстоятельство.

* * *

Однажды вечером, лежа в кровати, он смотрел на своем смартфоне карту мест с трагической историей. «Карты мест с трагической историей» – это сайты, на которых пользователи делятся информацией о местах, где произошли убийства, несчастные случаи со смертельным исходом и другие трагические события. Самый известный из них – «Осима Тэру», но существует еще несколько аналогичных сервисов.

В тот момент господин Хираути изучал приложение «Места Японии с интересной историей». Он узнал о нем во время обеденного перерыва, когда болтал с коллегами, и решил посмотреть его после работы вечером, чтобы было о чем потом поговорить.

Когда господин Хираути открыл приложение, на экране появилась карта Японии. «Места с интересной историей» были отмечены звездочками, и, если нажать на них, можно было ознакомиться с подробной информацией.

Сначала господин Хираути решил проверить квартал Кинситё в Токио, где жил во время учебы в университете. Он увеличил карту Японии и начал искать многоквартирный дом, находившийся на севере от станции Кинситё, где он жил четыре года. Но найдя нужный дом, господин Хираути обратил внимание на тот, что располагался в трех домах от него.

Это здание был отмечено звездочкой. Господин Хираути нажал на нее, и внизу экрана появилась надпись:

Господин Хираути был потрясен.

Действительно, в том доме когда-то произошло двойное самоубийство. Он хорошо помнил, как тогда весь район заполонили полиция, журналисты и зеваки. Впоследствии поползли слухи (неизвестно, правдивые ли), что в окнах пустующего дома мелькает чья-то тень.

Вероятно, кто-то из местных жителей и разместил информацию в приложении.

После этого господин Хираути решил поискать на карте другие места с историей, о которых он знал.

Заброшенная больница на северо-востоке Японии, куда он ходил с друзьями на «испытание мужества»^[19] во время летних каникул в старшей школе.

Место самоубийств на острове Сикоку, о котором рассказывал его любимый видеоблогер.

Тоннель неподалеку от дома его родителей, где произошла авария, в которой погибло пять человек.

Почти все эти места были отмечены звездочкой. Кроме того, из любопытства он проверил на карте руины храма Хоннодзи в Киото, и приложение любезно выдало информацию: «21 июня 1582 года, Ода Нобунага погиб в результате предательства».

«Довольно надежное приложение», – подумал господин Хираути.

Погруженный в разглядывание карты, он и не заметил, как время перевалило за полночь. Господин Хираути уже собирался ложиться, так как утром ему нужно было на работу, но перед этим захотел проверить еще одно место.

Он передвинул карту в горную местность деревни Симодзё префектуры Нагано.

«А есть ли интересные места в этом районе?» – подумал господин Хираути. Это было скорее желание убедиться, что рядом нет ничего подобного, и успокоиться, чем любопытство.

На экране появилась карта окрестностей его дома.

На ней была звездочка.

Господин Хираути увеличил карту, чтобы проверить ее точное расположение. Чем больше он приближал, тем яснее становилось, что звездочка находится совсем рядом с его домом. В конце концов он увеличил масштаб настолько, что смог разглядеть отдельные дома, и в этот момент его охватило странное чувство. Местоположение, дорога перед домом, расположение соседних домов – все это было ему знакомо.

Он невольно затаил дыхание.

Звездочкой был отмечен его собственный дом.

* * *

«Сейчас покажу вам эту карту», – сказал господин Хираути и начал водить пальцем по экрану смартфона.

Изначально, получив от него письмо, я собирался лично наведаться в деревню Симодзё. Однако господину Хираути внезапно назначили командировку в Токио, и в свободное время он приехал в офис издательства «Асука Синся» (публикующего эту книгу), где мы с ним и встретились. Сидя по другую сторону стола в приемной, он показал мне и моему редактору господину Сугияме экран смартфона.

Одного взгляда на карту было достаточно, чтобы понять, что это довольно малонаселенное место: более 70 % территории занимал лес, а жилые дома можно было пересчитать по пальцам. На этом фоне яркая звездочка выделялась и смотрелась несколько неуместно.

Господин Хираути нажал на звездочку, и внизу экрана появилась надпись:

1938 год… Более восьмидесяти лет назад.

Дом господина Хираути был построен двадцать шесть лет назад, то есть намного позже описанных событий. Скорее всего, труп женщины был обнаружен в доме, который раньше стоял на этом месте.

Хираути: Конечно, я думал, что это всего лишь фейк. В конце концов, в такие приложения любой может добавлять информацию, и много людей, скорее всего, пишут неправду шутки ради. Но как-то это странно… слишком реалистично, что ли. Трудно поверить, что это шутка, согласитесь.

Автор: Действительно, если бы это была шутка, то, наверное, придумали бы что-то более впечатляющее. Например, «там погибло много людей» или «там появляется призрак без головы».

Хираути: Да, именно. Не похоже, что автор этой заметки ставил целью напугать кого-то. В описании просто констатируют факт, и в этом есть какая-то странная убедительность.

Автор: Кстати, а вы сами сталкивались с чем-нибудь необычным, живя в этом доме?

Хираути: Нет, ни разу. Я не ощущаю какой-то особой связи с потусторонним миром и никогда не видел призраков. Но тем не менее как-то жутко. Думая о том, что когда-то там умер человек, то по вечерам, когда я выключаю свет… начинаю воображать всякое.

Автор: Да уж…

В этот момент мой редактор господин Сугияма, который молча слушал всю нашу беседу, наконец подал голос.

Сугияма: Может, попробуем узнать, что именно там произошло?

Он пальцем указал на экран смартфона господина Хираути.

Сугияма: Мне кажется, прежде всего нужно подумать над тем, кто мог это выложить. В такие приложения информацию добавляют, грубо говоря, процента два людей.

Во-первых, это может быть человек, который жил рядом и знал о происшествии не понаслышке. Как, например, с двойным самоубийством в Кинситё.

Во-вторых, это может быть человек, который узнал о происшествии из книг или интернета. Как, например, история с Нобунагой в Хоннодзи.

В этом конкретном случае я склоняюсь ко второму варианту. Ведь если бы кто-то из тех, кто реально присутствовал при этом событии, до сих пор был жив, то ему было бы уже около ста лет. Невозможно представить, что такой человек сам зашел в приложение на смартфоне и ввел информацию. Не исключено, конечно, но маловероятно.

Автор: Значит, данные об этом происшествии должны быть где-то зафиксированы.

Со своего смартфона я ввел в поисковой строке запрос «деревня Симодзё труп женщины 23 августа 1938 года». Однако никакой подобной информации не нашлось.

Автор: Ничего не выдает.

Сугияма: Выходит, все-таки интернету доступно не все…

Автор: В каком смысле?

Сугияма: Дело в том, что я раньше работал в издательстве, где заведовал одним краеведческим журналом. В то время старший коллега часто говорил мне: «Когда нужно собирать информацию о деревнях, интернет – плохой помощник». Он сказал, что сотрудники организаций, которые занимаются местной историей, в основном возрастные люди и обрабатывать информацию в электронном виде не умеют. Это значит, что информация о регионах практически отсутствует в интернете. Я сам это ощутил на себе. Не раз бывало, что, сколько бы я ни искал информацию в сети, она не находилась, но когда я приезжал в то место, то легко и в большом количестве получал необходимые данные.

Автор: Выходит, нужно использовать ноги, а не интернет.

* * *

На следующий день мы с господином Хираути отправились в префектуру Нагано.

С синкансэна мы пересели на линию «Саката» железной дороги Japan Railways и примерно через 4 часа добрались до станции недалеко от деревни Симодзё. Сначала мы решили зайти в библиотеку, которая находилась неподалеку.

Библиотека была в двадцати минутах ходьбы от станции. Посмотрев схему здания, мы обнаружили, что на втором этаже есть специальное место, где можно почитать старые газеты.

Автор: Давайте для начала посмотрим газеты. Может быть, там найдется статья об обнаружении тела.

Хираути: А разве такие старые газеты еще хранятся?

Автор: Оригиналы, конечно, вряд ли сохранились, но копии, скорее всего, есть.

К счастью, в библиотеке хранились копии местной газеты за последние сто лет. Мы поделили пополам все номера газет, которые вышли в районе августа 1938 года, и принялись их просматривать

За два часа мы просмотрели огромное количество новостных статей, но не нашли информации о найденном женском теле. Зато господин Хираути наткнулся на интересную заметку.

Автор: 18 октября 1938 года… примерно через два месяца после обнаружения трупа женщины. Но кто такой Киётика Адзума?..

Хираути: Я недавно гулял по окрестностям с фотоаппаратом и наткнулся на каменную стелу с надписью «Место бывшего дома семьи Адзума».

Автор: Значит, рядом с домом когда-то было поместье. Пока непонятно, есть ли связь между этими двумя событиями. Нужно попытаться найти информацию о семье Адзума.

Мы решили поискать соответствующую литературу. Через некоторое время господин Хираути обнаружил в библиотеке специальный отдел, посвященный истории этого региона. На маленькой полке стояло несколько десятков книг о местной истории. Просматривая названия, мы наткнулись на книгу под названием «История известных семей Нансин».

Автор: Нансин?

Хираути: Нансин… это южная часть префектуры Нагано.

Автор: Значит, в том числе и деревня Симодзё должна быть в книге «Известные семьи». Может, там есть что-нибудь про семью Адзума. Нужно внимательно посмотреть.

Описание семьи Адзума занимало всего несколько страниц, но нам удалось узнать следующее. Территория, где сейчас живет господин Хираути, когда-то была покрыта лесом. На востоке от леса находилось поселение, а на западе – особняк семьи Адзума. Когда-то они владели поместьем в этих местах и даже после отмены системы частного землевладения^[20] сохранили значительное влияние в регионе.

Однако в 1938 году глава семьи Киётика покончил с собой, и в семье началась сумятица. Не сумев восстановить свои силы, семья потеряла свои позиции после Второй мировой войны и последовавших за ней потрясений.

В итоге в начале 1980-х годов особняк был снесен, лес постепенно вырубался, и появились жилые дома. Вероятно, в том числе и дом, который купил господин Хираути.

Хираути: Получается, в 1938 году, когда был обнаружен труп женщины, на месте моего дома были леса?

Автор: Выходит, что так. А поскольку трудно представить дом посреди леса, думаю, что информация, представленная в приложении, ошибочна.

Автор: Вероятно, тело женщины обнаружили не в доме, а где-нибудь… под землей, например.

Хираути: Стало быть, когда женщину нашли, она была погребена в лесу?

Автор: В таком случае это можно связать с самоубийством Киётики Адзумы.

Автор: Киётика Адзума убивает некую женщину и закапывает тело в лесу неподалеку от своего поместья. 23 августа 1938 года кто-то находит труп, и начинается полицейское расследование. По мере его продвижения Киётика, боясь ареста, совершает самоубийство.

Хираути: Все сходится.

Автор: Однако если все так, то возникает новый вопрос.

Хираути: Какой?

Автор: Как об этом узнал человек, разместивший информацию в «Местах Японии с интересной историей»? Даже в газете, которая лучше всего освещает новости этого района, не было ни слова об обнаружении тела. Если событие не освещалось в местных газетах, вряд ли оно привлекло внимание более крупных СМИ. Иными словами, об этом убийстве, похоже, не сообщалось нигде. Тогда откуда у человека, опубликовавшего пост в приложении, взялась эта информация?

Хираути: В самом деле…

Пока мы говорили, наступило время закрытия библиотеки. Мы отобрали около пяти книг, которые могли бы нам помочь, включая «Историю известных семей Нансин», и взяли их по абонементу господина Хираути. Оказалось, что мало кто берет сразу пять книг по местной истории, поэтому женщина на стойке регистрации удивилась. Она сказала: «Если вы занимаетесь исследованием местной истории…» – и кое-что нам рассказала. Оказывается, в двадцати минутах ходьбы от библиотеки расположен исторический архив. Он работал до позднего вечера, и мы решили сразу же отправиться туда.

Это была небольшая, около тринадцати квадратных метров, комната жилого дома, переделанная под архивное помещение. Там почти не было документов, а на стене висело лишь несколько фотографий местной природы и прошлых хозяев. Поняв, что никакой полезной информации здесь не получить, мы уже собирались уходить, когда из глубины помещения вышел пожилой мужчина. На его груди висел бейджик с надписью «директор».

Директор: Ох, прошу прощения за задержку. Давненько у нас тут не было гостей, вот я и поспешил заварить для вас чаю.

С этими словами он поставил на стол поднос с чаем и нарезанными дораяки^[21]. Пути назад не было.

Директор: Откуда вы к нам?

Хираути: Я лет десять живу в Нагано.

Автор: А я из Канто^[22].

Директор: Вот как. Да уж, в наши дни молодежь не шибко интересуется местной историей, так что я безумно рад, что вы зашли в наш архив. Я помогу чем смогу, только расскажите, что вы хотели бы узнать.

Хираути: Дело в том, что мы ищем информацию о человеке по имени Киётика Адзума, вам что-нибудь известно о нем?

Директор: Господин Киётика – глава семьи Адзума, верно? Я не слишком сведущ в этом вопросе, но неподалеку живет господин Кюдзо, с которым мы любим выпить чаю. Так вот, когда-то давно его бабушка работала в доме Адзумы прислугой и многое рассказывала.

Автор: Да вы что?! И говорите, он живет где-то тут рядом?!

Директор: Он всегда свободен, так что, думаю, придет, если его попросить.

Сказав это, мужчина тут же сделал звонок по телефону. Обменявшись с собеседником всего парой слов, директор сообщил, что Кюдзо придет. Мы с господином Хираути были поражены тому, насколько близко знакомы между собой люди в деревне.

«Если хочешь разузнать о деревне, не используй интернет» – кажется, мы убедились в правдивости этих слов.

Примерно через десять минут пришел господин Кюдзо. Это был седовласый мужчина примерно одного возраста с директором.

Автор: Приносим свои извинения за то, что потревожили вас.

Кюдзо: Ну что вы, не беспокойтесь. Нам, пенсионерам, все равно делать нечего. Итак, о чем речь? Вы хотите что-то узнать про господина Адзуму?

Автор: Да. Мы ищем информацию о господине Киётике из рода Адзума. Мы только что читали библиотечные материалы и выяснили, что в 1938 году он покончил с собой, и хотели бы узнать, что послужило причиной.

Кюдзо: Ах это. Любовная интрижка. Измена, в общем.

Автор: Измена?

Кюдзо: Об этом часто рассказывала моя покойная бабушка. Говорят, жена господина Киётики была очень жадной. Она вышла за него замуж только ради денег и власти семьи Адзума. Она тратила деньги семьи направо и налево, пыталась захватить власть над слугами и домом. А на господина Киётику ей было плевать. Жена его не замечала, а родители постоянно твердили: «Непутевый наш сын. Сделай уже что-нибудь со своей ужасной женой». Говорят, господин Киётика очень сильно переживал из-за этого.

В то время его поддержала некая Окину, служанка в их доме. Бабушка говорила, что она была молодая и красивая. Господин Киётика влюбился в Окину, а та была счастлива от его любви.

Но однажды жена обо всем узнала. Испугавшись, что Киётика бросит ее и женится на служанке, она, пользуясь своей властью в доме, попыталась убить Окину. Та в последний момент сбежала, а господин Киётика, оставшись один, в отчаянии повесился. Вот и вся история.

Бабушка все время говорила о том, как ей жалко господина Киётику. Ну и Окину, разумеется.

Автор: А куда же делась сбежавшая из дома Окину?

Кюдзо: Это мне неизвестно. Либо вернулась домой, либо умерла в какой-нибудь канаве.

Хираути: Рядом с домом был лес, вы не слышали, чтобы там находили женский труп?

Кюдзо: Хм-м-м… Нет, не слышал! Значит, Окину, возможно, убежала куда-нибудь в безопасное место.

Поблагодарив директора и господина Кюдзо, мы покинули архив.

Уже было поздно, поэтому я решил переночевать у господина Хираути. В супермаркете у станции мы купили готовой еды и сели на автобус в 18:00. По мере того как мы неслись все дальше, зданий становилось лишь меньше, а их место занимали густые и мрачные заросли. Через час автобус прибыл на следующую остановку… Уже стемнело, и только монотонный стрекот насекомых нарушал тишину.

К дому господина Хираути мы шли по неасфальтированной дороге. Здания на пути попадались редко. Они походили на летние коттеджи или нечто подобное – видимо, люди не жили здесь постоянно.

Спустя некоторое время показался дом господина Хираути – он в самом деле был окружен природой. Дом был построен 26 лет назад, и, конечно, следы времени были заметны, но, судя по всему, предыдущий хозяин относился к нему с любовью, так что здание вовсе не выглядело запущенным – наоборот, довольно красивым.

Однако, войдя внутрь, я заметил кое-что странное.

На первом этаже не было ни одного окна. И даже когда господин Хираути включил свет, царивший там полумрак не рассеялся. Это произвело на меня гнетущее впечатение.

Хираути: Во время показа риелтор сказал, что первый этаж – это склад, поэтому окон нет.

Автор: Любопытное строение.

Хираути: Люди в деревнях в основном занимаются сельским хозяйством – должно быть, поэтому им нужны такие большие склады для хранения инструментов. Я этим не занимаюсь, так что разместил на первом этаже кровать и использую его как спальню.

Затем он провел меня по всему дому. По пути я испытал смутное чувство тревоги в одной из комнат.

Первый этаж, угловая комната на северо-востоке. В момент, когда я вошел, мне словно сдавило грудь.

Автор: Господин Хираути, простие, вам эта комната не кажется странной? Какая-то она слишком тесная…

Хираути: Вы заметили? Я тоже так подумал в первый раз, когда вошел, что тут тесновато. Через некоторое время после переезда решил измерить комнату рулеткой – как я и думал, она оказалась немного меньше соседней комнаты. Ширина и длина были короче на восемьдесят сантиметров. Похоже, что внешние стены толще обычного.

Если перерисовать план, основываясь на рассказе господина Хираути, получится вот что. Он высказал предположение, что стены расширили, чтобы проложить там трубы. С другой стороны, зачем бы их стали устанавливать именно в этом помещении?

* * *

После этого мы поужинали на втором этаже. Господин Хираути приготовил гречневую лапшу по знаменитому рецепту префектуры Нагано в дополнение к темпуре из местных овощей, купленных в супермаркете, – вкусы идеально дополняли друг друга, создавая поистине роскошное сочетание.

Когда мы закончили есть и принялись за чай, у меня зазвонил телефон. Я посмотрел, кто это, – звонил мой редактор, господин Сугияма.

Автор: Алло?

Сугияма: Простите, что так поздно. Удобно сейчас говорить?

Автор: Да, что-то случилось?

Сугияма: Насчет дома господина Хираути. Сегодня я связался со знакомым писателем, который изучает историю Нагано, и он посоветовал мне одну старую книгу. И в ней я нашел описание, которое может иметь отношение к той информации.

Автор: Что за книга?

Сугияма: Сборник заметок из путешествий по Японии, написанных в 30-е годы, – «Вслед за ясным взором путника». В нем есть глава «Воспоминания из местности Ханъи», где описана жутковатая история, которая датируется как раз 23 августа 1938 года. Я сейчас сфотографирую эту страницу и отправлю вам, думаю, вам лучше взглянуть на нее самому.

На фотографии была изображена пожелтевшая от времени книга. «Вслед за ясным взором путника», четырнадцатая глава, автор Уки Мидзунаси. В ней описывалось, как автор во время прогулки в лесу наткнулась на странную водяную мельницу.

Сугияма: Местность Ханъи… сейчас это юг префектуры Нагано. И, конечно, туда входит и деревня Симодзё, где находится дом господина Хираути. И знаете, что меня больше всего заинтересовало? Эпизод, где Уки Мидзунаси обнаружила в той мельнице мертвую белую цаплю.

«Это была мертвая самка белой цапли. Наверняка кто-то потехи ради запер ее здесь, и она умерла от голода. Судя по состоянию птицы, прошло довольно много времени: валялись выпавшие перья, одно из крыльев было без кончика. Тушка разлагалась, и пол под ней пропитался темно-красной жидкостью».

Сугияма: Когда я прочитал этот отрывок, стало как-то не по себе. Как Уки поняла, что это была именно самка? Ведь перья у трупа выпали, а тело разложилось. От птицы практически ничего не осталось. Думаю, если бы кто-то увидел такое в темноте, то, возможно, понял бы, что это птичий труп, но вряд ли смог определить вид.

Тем не менее Уки твердо заявляет, что это самка белой цапли. Допустим, она распознала белую цаплю, но как же ей удалось определить пол? Знаете, мне кажется, это какая-то метафора. То есть на самом деле в водяной мельнице находилось нечто другое. Однако она не смогла заставить себя написать обо всем как есть, потому и использовала белую цаплю в качестве аллегории. Все это, конечно, мои догадки, но что, если в действительности Уки видела женский труп?

Автор: Женский труп…

Сугияма: В таком случае все сходится с содержанием той публикации.

В 1938 году эти места были покрыты лесами. Мы были уверены, что посреди леса не может быть никаких домов, но, согласно запискам Уки, водяная мельница находилась в лесу. Если допустить, что мельница и есть «дом», тогда выходит, что все данные из того поста – дата, место, детали – правда.

Сугияма: Но, к сожалению, в дневниках Уки нет указания на конкретное место, поэтому мы не знаем, была ли водяная мельница на месте дома господина Хираути.

Автор: Нет, думаю, тут тоже все сходится. Сегодня мы просматривали материалы в библиотеке и выяснили, что раньше эта местность была покрыта лесами, и дом господина Хираути как раз находится примерно там, где раньше был край леса. Кроме того, неподалеку располагалась деревушка, и если предположить, что Уки шла в лес по дороге из нее, то все совпадает.

Сугияма: Вот как. Тогда в самом деле… Кстати, вы сейчас в Симодзё?

Автор: Да. Было поздно, поэтому господин Хираути разрешил переночевать у него.

Сугияма: Я, может, скажу странную вещь, но… осторожнее там.

Автор: М? Все в порядке, здесь ведь нет привидений. К тому же в самом доме никто не умер.

И почему-то после сказанного сердце забилось быстрее и в душу закралось необъяснимое чувство тревоги.

Повесив трубку, я показал господину Хираути «Воспоминания из местности Ханъи».

Хираути: Вот, значит, как.

Окину бежит из дома Адзума и скрывается в ближайшем лесу.

↓

Скитаясь по лесу, она находит водяную мельницу.

↓

Чтобы укрыться от дождя и ветра, она поселяется в этой мельнице, но без еды умирает голодной смертью.

↓

Уки обнаруживает тело Окину и пишет об этом в своей книге.

↓

Кто-то читает эту книгу, понимает скрытый смысл и публикует информацию в «Местах Японии с интересной историей».

Автор: В целом все сходится.

Хираути: Но тогда получается, что кто-то, наверное, запер Окину.

Автор: Запер?

Хираути: Ну да, разве не так?

Господин Хираути взял лежавшую рядом рекламную листовку и на обратной стороне изобразил план водяной мельницы.

Хираути: Водяное колесо, вращаясь, приводит в движение стену внутри мельницы. То есть изнутри ее не сдвинешь. Когда Уки обнаружила водяную мельницу, тело Окину было заперто в «левой комнате». Выходит, после того как Окину скончалась, кто-то снаружи провернул колесо.

Автор: Действительно… кто же мог сделать такое…

Нет, что важнее, действительно ли это произошло после ее смерти?

Хираути: Но что это вообще была за мельница?

Автор: Учитывая, что она находилась вблизи деревни, вероятно, ее соорудили живущие там люди. Не уверен, правда, было ли это «исповедальней для преступников», как назвала ее Уки.

Какое-то время мы смотрели на план водяной мельницы. Постепенно меня охватило странное чувство – дежавю, что ли…

Автор: Господин Хираути. Вам не кажется, что эта мельница похожа на ту комнату?

Хираути: Сказать по правде… я подумал о том же.

Мы одновременно подскочили со своих мест и кинулись на первый этаж.

Угловая комната на северо-востоке. Тесная, со стенами толще на целых 80 сантиметров, чем в соседних комнатах.

Хираути: Не может быть…

Автор: Для начала давайте проверим.

Я постучал по толстой стене на восточной стороне. «Тук, тук», – раздался глухой звук. Я продолжил постукивания, с каждым разом приближаясь центру. В какой-то момент звук явно изменился.

«Ту-у-ук, ту-у-ук…» Когда я стучал по самому центру стены, звук отзывался эхом. Иными словами, только середина этой стены была полой.

«Эта же комната была абсолютно пустая и походила скорее на коробку – ни окон, ни мебели, ни света, ни каких-либо украшений. Единственное – на правой стене было вырезано большое отверстие.

Наши предположения были совершенно нереальными, практически невообразимыми с точки зрения здравого смысла. Тем не менее все улики указывали на один и тот же вывод.

Этот дом был пристроен к той водяной мельнице.

Хираути: Не может быть… кому это понадобилось и зачем… К тому же странно это. Ведь риелтор совершенно точно говорил, что дом построен 26 лет назад, а Уки наткнулась на мельницу более 80 лет назад. Не мог же риелтор солгать…

Автор: Извините, господин Хираути, но не говорил ли риелтор что-нибудь еще, кроме года постройки?

Хираути: Кроме года постройки?

Автор: Знакомый архитектор рассказывал мне кое-что. Когда риелтор показывает клиенту недвижимость, он обязан сообщить клиенту год постройки. Однако для его расчета существует несколько способов. Например, если дом был построен десять лет назад, а пять лет назад к нему сделали пристройку, то следует считать, что дому десять лет. Но если во время пристройки были проведены также масштабные работы по повышению сейсмостойкости здания, то допускается отсчитывать возраст дома с момента появления пристройки.

Хираути: Что?..

Автор: Иными словами, если дом был построен десять лет назад, а пять лет назад его укрепили и сделали пристройку, то риелтор может указать возраст дома пять лет.

Хираути: Надо же…

Автор: Конечно, в этом случае риелтор обязан объяснить клиенту, что это дом с пристройкой. Но то, как именно он должен это объяснять, законом не определено. Поэтому недобросовестные агенты могут специально запутывать клиента, чтобы тот не узнал правду…

Хираути: Действительно, я часто пропускал мимо ушей все то, что не мог понять… Но… неужели… тогда эта комната…

До этого я спокойно относился к истории с женским трупом, ведь думал, что это дела давно минувших дней. Даже если все произошло где-то в этой округе, к настоящему это не имеет никакого отношения… так мне казалось.

Но я ошибся. Место преступления совсем рядом.

* * *

Честно, мне перехотелось оставаться в этом доме – захотелось убежать отсюда как можно скорее. Однако последний автобус уже ушел, а гостиниц поблизости не было. Мы с господином Хираути проговорили на втором этаже всю ночь, не смыкая глаз.

На следующее утро, когда мы вдвоем шли к автобусной остановке, из дома, который вчера показался мне пустым загородным особняком, вышла пожилая женщина. Мы поздоровались, и завязался разговор.

Она рассказала, что много лет живет в этом районе одна. Что давно привыкла к режиму раннего подъема и отхода ко сну и уже к семи вечера выключает свет. Значит, именно поэтому в ее доме вчера не горел свет, когда мы проходили мимо.

Поскольку женщина жила здесь много лет, я подумал, что она, возможно, что-то знает, и решил распросить ее.

Женщина: Хм… Когда я переехала, дом уже стоял, так что не знаю, когда его построили. Но до того, как туда заселился господин Хираути, там никто не жил.

Автор: То есть дом пустовал?

Женщина: Думаю, да. Если бы кто-то жил, я бы хоть раз с ними пересеклась, увидела бы жильцов, не так ли? А ничего подобного не было. Но… может быть, я не знаю. Однажды там делали ремонт, может, кто-то и жил в этом доме незаметно для меня.

Хираути: Ремонт?

Женщина: Около двадцати лет назад сделали большой ремонт. Дом ведь двухэтажный? Когда я переехала, он был одноэтажным. После окончания ремонта появился второй этаж. Помню, я тогда подумала: «Ого, они сделали пристройку».

Если женщина говорила правду, то получалось, что в доме господина Хираути изначально не было кухни, туалета и ванной. Жить в таком доме невозможно.

«Во время показа риелтор сказал, что первый этаж – это склад, поэтому окон нет».

То есть вначале это был просто «склад». Двадцать шесть лет назад кто-то сделал пристройку к мельнице, и получился склад. А спустя несколько лет над ним построили второй этаж и привратили в жилой дом.

Но с какой целью? Чем больше я думал, тем запутаннее становилась загадка.

Конец пятого материала

Материал ⑥ Дом перерождения

Август 1994 года

Статья в ежемесячном журнале

Когда-то в западной части префектуры Нагано, у подножия вулкана Якэдакэ, стояло огромное здание.

Называлось оно «Дом перерождения» и служило штаб-квартирой религиозной секты «Орден перерождения».

Организацию эту давно распустили, дом снесли, поэтому, чтобы узнать о нем подробнее, мне оставалось довериться архивным материалам. На сей раз я хочу представить вам единственную в своем роде статью-отчет о проникновении в «Дом перерождения», опубликованную в одном ежемесячном журнале в августе 1994 года. Говорят, изначально статья планировалась в двух частях, но после выпуска первой части поступила жалоба от некоей компании; в следующем номере журнала вместо второй части статьи опубликовали совершенно другую, а продолжение так и не вышло в свет.

В связи с этим я могу ознакомить вас только с первой частью. К слову, иллюстрации, приведенные в тексте, взяты из оригинальной статьи.

ТАИНСТВЕННАЯ СЕКТА ИЗНУТРИ: ПОДРОБНЫЙ АНАЛИЗ.

«Орден перерождения»: статья-отчет о внедрении.

Часть первая

☆ Нетрадиционная политика управления?

«Орден перерождения» – это религиозная секта с центром в префектуре Нагано. Ее основателем считается «божество во плоти» Хикари Мидо, более известная как Богоматерь. «Божеством во плоти» именуют живого человека, которого почитают как бога – словом, некто провозгласил себя богом и велел почитать, и последователи создали вокруг него культ. Явление само по себе нередкое, но эта организация имеет ряд отличительных особенностей.

① Участники, объединенные неким обстоятельством

Мне довелось проникнуть во множество сект, но члены «Ордена перерождения» были действительно разными: богачи с женами и детьми, бедные холостяки, выпускники Токийского университета^[23] и ученики средних школ. Воспитание, возраст, пол, профессии – все было таким разным, что нельзя было собрать в одну кучу и сказать: «Да, такие легко попадают в секты».

И все же, похоже, у членов «Ордена перерождения» имеется одна общая черта: их связывает некое обстоятельство. Но что это за обстоятельство?

② Вера, не промывающая мозги

Секты часто промывают мозги своим последователям, демонстрируя таинственные экстрасенсорные способности (которые обычно оказываются не более чем трюками), применяя насилие или запрещенные вещества. Однако «Орден перерождения» к такому не прибегает: завоевав авторитет у последователей, они заставляют их приобретать дорогостоящие товары, и притом не всякую ерунду, например роскошные вазы и драгоценные камни, – они продают очень дорогие товары стоимостью в миллионы, а иногда и десятки миллионов иен.

Сообщается, что за шесть лет существования секта приобрела сотни последователей благодаря холодным звонкам и сарафанному радио. Умножив количество членов на количество денег, который каждый из них тратит внутри секты, вы получите приблизительную оценку доходов «Ордена» – поистине устрашающие цифры (остается только завидовать их предприимчивости).

③ Особые оккультные практики

«Орден перерождения» владеет объектом на западе префектуры Нагано под названием «Дом перерождения». Говорят, около четырех раз в месяц проходят собрания секты, на время которых участники останавливаются в «Доме» для выполнения духовных практик. По слухам, практики эти чрезвычайно необычны.

Особые практики, которые проводятся всего несколько раз в месяц… Должно быть, именно здесь кроется секрет, который завораживает верующих и заставляет их совершать дорогие покупки. Чтобы узнать правду, я, самопровозглашенный эксперт под прикрытием, решил пробраться в «Дом перерождения» и поговорить с его обитателями.

Разумеется, чтобы попасть в штаб-квартиру секты, необходимо в нее вступить. Каждый раз это представляет немалые трудности. Поскольку большинство сект не любят, когда внутренняя информация просачивается наружу, желающие вступить проходят тщательный отбор, чтобы доказать, что они не журналисты под прикрытием. Даже мне, прошедшему огонь и воду профессионалу, часто не удавалось обмануть чуткое обоняние сектантов.

В этом смысле «Орден перерождения» оказался менее осмотрительным. По телефону я назвал свое имя, возраст и адрес, после чего ответил на один вопрос (содержание которого ввиду его тесной связи с истинным обликом секты будет раскрыто в следующей части, так что надеюсь на ваше терпение), а под конец всего лишь поклялся следовать учению Богоматери и без проблем был принят. Более того, я смог записаться на следующую духовную практику в «Доме перерождения». Все прошло так гладко, что даже страшно стало…

В день практики я прибыл на поезде в префектуру Нагано. Территория секты находилась на широкой равнине, в окружении природы, в центре располагалось белоснежное здание – то был знаменитый «Дом перерождения» (далее – просто дом). Искривленной формой он больше напоминал современный арт-объект, нежели религиозное учреждение.

На территории уже находилось несколько десятков человек, все они друг за другом шли по направлению к дому. Я решил последовать за ними. Пройдя длинный тоннель, тянувшийся от входа в дом, мы пришли к месту проведения собрания.

Там было расставлено множество складных стульев. Слева от них располагалась полукруглая сцена, а справа – ярко-красный объект цилиндрической формы. Последователи садились на стулья, сделав глубокий поклон этой громадной конструкции – вероятно, символу их веры.

Минут через тридцать места были заполнены. Многим пришлось стоять. Что касается соотношения полов, думаю, и мужчин, и женщин было поровну. Некоторые выглядели как семейные пары. По части возраста, больше всего было людей лет за тридцать-сорок. Не произнося ни слова, все пристально смотрели на пустую сцену, выпрямив спины – когда я работал под прикрытием, то не раз наблюдал эту причудливую картину. Самозабвенно ждать появления лидера… В каком-то смысле это можно назвать типичным поведением сектантов.

Однако у этих людей было кое-что, что отличало их от сектантов, которые встречались мне раньше. Обычно во время обрядов они носят особые наряды, известные как «ритуальная одежда». Но здесь последователи были одеты по-разному – наверное, в их обычную повседневную одежду. Более того, все носили дорогие брендовые изделия: присмотревшись, я заметил роскошные часы и ожерелья (хотя не на всех они смотрелись одинаково уместно).

«Орден перерождения» требует от своих членов дорогостоящих покупок на миллионы и десятки миллионов иен. Стало быть, здесь собрались лишь те, кто обладает подобными финансовыми возможностями.

Спустя некоторое время на сцене появился человек. То была не основательница секты Хикари Мидо, а мужчина около сорока пяти лет, одетый в костюм.

Морщины между хмурыми бровями, впалые глаза и характерный орлиный нос были мне знакомы. Это был Масахико Хикура – глава известной строительной компании «Хикура Хаус» в регионе Тюбу.

До меня уже доходили слухи о нем: мол, директор «Хикуры Хаус» глубоко вовлечен в секту «Орден перерождения» и оказывает ей большую материальную поддержку. Кто бы мог подумать, что это окажется правдой…

Господин Хикура встал посреди сцены и начал говорить с угрозой в голосе.

Ниже приводится расшифровка аудиозаписи, сделанной на скрытый диктофон:

«Уверен, вы уже осознали. Осознали свои ужасные грехи. И эти грехи вы передали своим несчастным детям. Ребенок, рожденный во грехе родителей. Дитя греха. Эта скверна принесет вам всевозможные страдания и погрузит вас всех в пучину Ада.

К сожалению, избавиться от скверны невозможно. Однако в ваших силах ослабить ее. От нее можно очиститься, повторяя духовные практики. Прежде всего вы должны очистить себя от скверны в этом доме. А завтра утром, чуть более свободные от нечистот, отправляйтесь домой и обучите детей основам наших практик».

Как и следовало ожидать от руководителя компании, господин Хикура обладал властным голосом и манерой говорить. Однако само содержание речи было крайне неоригинальным, даже примитивным. Вначале он использовал абстрактные слова, такие как «грех», «скверна» и «страдания», чтобы нагнать страху, а затем предложил решение – «оккультные практики». Иными словами, смысл такой: вступите в нашу секту, и будете спасены.

Его выступление было банальным до невозможности. И тем не менее последователи внимательно вслушивались в слова господина Хикуры: неустанно кивали и не скрывали слез, видимо, глубоко переживая смысл сказанного.

Я слышал, что «Орден перерождения» не промывает мозги своим последователям, но, похоже, это не так. Им явно каким-то образом промывали мозги.

После выступления господина Хикуры откуда-то появились несколько пастырей (служителей культа, присматривающих за верующими), которые приказали нам встать и выстроиться в очередь.

Кажется, подумал я, началось паломничество (то есть визит) к Богоматери Хикари Мидо. «Божество во плоти» Хикари Мидо… что же она за человек?

Вереница сектантов направилась к ярко-красному цилиндрическому объекту – по всей видимости, внутри него находилась Богоматерь. Получается, это не просто «объект», а целое святилище.

Пастыри открыли двери святилища, и последователи входили туда группами по пять человек. Продвижение шло медленно, поскольку на каждую группу уходило более десяти минут.

Все выходили оттуда с выражением полного удовлетворения на лице. Может, именно здесь происходила промывка мозгов? Около часа спустя наконец настала и моя очередь.

Для начала позвольте мне рассказать об устройстве святилища. Внутри него есть спиральная стена, а в центре сидит Богоматерь. В стене несколько окон, и последователи, разглядывая через них Богоматерь, впятером идут по кругу к центру.

Путь пролегает в абсолютной темноте, но прямо над Богоматерью висит небольшая лампочка, поэтому очертания ее фигуры проглядывают во мраке. Когда я заглянул в первое отверстие, то не поверил своим глазам.

Я решил, что это обман зрения. Но, приблизившись к центру и присмотревшись лучше, убедился в обратном.

Богоматерь была инвалидом. У нее не было левой руки и правой ноги.

☆ Однорукая и одноногая Богоматерь

Если верить слухам, Богоматери более пятидесяти лет, однако на ее лице почти нет морщин, длинные блестящие черные волосы и упругая гладкая кожа делают ее моложе лет на десять.

Вместо правой ноги, полностью отсутствующей, она опиралась на длинную стройную левую и совершенно неподвижно восседала на простеньком стуле. Вместо одежды ее тело прикрывал обрез белой хлопчатобумажной ткани – можно сказать, Богоматерь была полуобнажена. Не знаю, походит ли она в самом деле на божество, но есть в ней какая-то странная красота, которая приковывает внимание смотрящего.

Когда мы добрались до центра святилища, четверо верующих, которые были вместе со мной, не сговариваясь, расселись перед Богоматерью, поджав под себя ноги, – я последовал их примеру.

Богоматерь посмотрела на меня и сказала мягким голосом: «Вижу, ты здесь впервые. Будь размерен в своем обучении».

«Я знаю, что вы все, в том числе присоединившийся к нам сегодня впервые, страдаете от своих грехов. Но не волнуйтесь. Скоро все наладится. Как вам известно, я родилась дитем греха. Прегрешения матери лишили меня левой руки, а правую ногу я потеряла, дабы спасти дитя греха. При помощи тела, которое у меня осталось, я хочу спасти вас и ваших детей. Так давайте же переродимся. Столько, сколько потребуется».

Последователи зачарованно смотрели на Богоматерь, пока она говорила перед ними.

Когда ее речь подошла к концу, мы покинули святилище, вернувшись по спиральной дорожке, по которой только что шли. Внутрь, сменяя нас, вошли пять человек, стоявших за нами. Мое внимание привлек необычный блеск в глазах мужчины, замыкавшего группу.

Позволю себе честно рассказать о своих впечатлениях о святилище: на мой взгляд, то была не более чем пошлая декорация.

Идя по спиральному коридору в центр святилища, послушники культа непроизвольно раз за разом заглядывают в маленькие окошки: это создает иллюзию, будто за ними и впрямь находится нечто ценное. А хождение кругами по спиральной дорожке – это прием, вызывающий легкое головокружение.

А теперь представьте: голова кружится, и вы снова и снова заглядываете во все новые и новые окошки. За ними сидит та, ради которой вы сюда пришли: красивая женщина с необычным телом – естественно, впадешь в состояние некоей зачарованности.

Это классическая уловка, которую используют не только в религиозной архитектуре, но и в массовой культуре, чтобы заманить зрителя.

Далее – пресвятая Богоматерь, которая, насколько я могу судить исходя из своего опыта, лишь марионетка: я не почувствовал от нее харизмы, достаточной, чтобы создать целый культ. Возможно, реальные руководители секты наняли ее и сделали «Богоматерью».

В древние времена людей с физическими дефектами почитали как реинкарнации богов – наша ситуация типичный тому пример. Хикари Мидо – не божество без конечностей, а всего лишь старуха, которую заставили изображать таковое, поскольку у нее нет руки и ноги.

Это святилище – не более чем приманка, призванная выдать обычную старуху за божество. Разумеется, такие дешевые трюки не смогут никого одурачить – в лучшем случае они укрепят веру тех, кто уже попался на крючок. В общем, секрет промывки мозгов в святилище найден не был.

☆ Секрет кроется здесь?! Проливая свет на чудесные практики!

Спустя некоторое время после того, как мы вышли, из святилища вдруг раздался какой-то звук. Прошло несколько секунд, прежде чем я понял, что это был мужской крик. Прислушавшись, я разобрал слова, которые он произносил: «Богоматерь! Ты солгала мне! Разве ты не обещала спасти меня и моего сына!»

К месту происшествия тут же сбежалось несколько пастырей. Не прошло и минуты, как они вытащили мужчину из святилища и заломили ему руки за спину. Это был тот самый мужчина с горящими глазами, стоявший в конце следовавшей за нами группы. Ему было около сорока лет. У него были двойные веки и прямой нос – наверное, его можно было отнести к категории «привлекательных».

«Мошенница! Если ты действительно богиня, то почему мой сын… Наруки… умер?! Я убью тебя! Я перекрою тебе сердце!» – кричал он, пока его выводили на улицу.

Другие последователи, не выражая волнения, проводили мужчину пронзительными взглядами – таким взглядом смотрят на предателя.

Когда отступника прогнали, снова воцарилась тишина. Нас пятерых пастыри сопроводили в комнату, где проводились оккультные практики. Хотя комната находилась внутри здания, вход был через улицу. Довольно неудобная планировка.

Мы вышли из длинного туннеля и пошли вдоль наружной стены здания. Пройдя около пяти минут, мы увидели вход.

Войдя в прихожую, мы увидели в противоположной стене дверь – наверное, за ней и проходили практики. Сохраняя строй, мы двинулись вперед.

Практики, проводимые несколько раз в месяц, промыли мозги всем этим верующим – должно быть, там их заставляют проходить через какие-то ужасы. Или вынуждают вытворять вещи поистине невероятные, не укладывающиеся в голове. Сердце колотилось все сильнее.

В конце концов пастырь открыл дверь.

Представшая перед нами картина превзошла все ожидания.

В огромной комнате стояло множество кроватей, на которых уже мирно спали прибывшие раньше последователи.

Четверо моих спутников по очереди улеглись на свободные кровати и закрыли глаза, погружаясь в сон. Мне ничего не оставалось, кроме как последовать их примеру. Может быть, это подготовка к практике?

Спустя некоторое время дверь снова открылась, и вошла следующая группа. Они тоже легли на кровати. Чем больше проходило времени, тем больше становилось число присутствующих. Вскоре кровати заполнились, и люди стали укладываться на пол. Несмотря на то что комната была просторной, дышать становилось все тяжелее.

Делая вид, что сплю, я ждал, когда же начнется практика, но шли часы, а на какую-либо активность не было и намека. Наконец наступила ночь, а вместе с ней и новый день. Когда мои наручные часы показали четыре часа утра, я подумал: «Может быть, сон и есть практика?»

Ну а как иначе это объяснить? Если это не практика, то получается, что последователи приезжают в дом, чтобы просто спать. Какая-то нелепица.

Сон как практика… Я никогда не слышал о такой религии. Неужели в этом есть какой-то смысл? Погруженный в размышления, я поддался сонливости и незаметно уснул.

☆ Странное зрелище снаружи дома

Когда я проснулся, было уже десять часов утра. Несколько верующих еще спали. Впрочем, время подъема не оговаривалось. Значит, можно спать, сколько захочется? Если так, то больше похоже на гостиницу, чем на религиозное учреждение.

Я встал с кровати и открыл дверь. Перед дверью стоял пастырь, который протянул мне пакетик с чаем и булку с бобовой пастой – надо же. Я был голодным, так как ничего не ел со вчерашнего дня, поэтому устроился в углу прихожей и перекусил. В этот момент я заметил длинный коридор слева от входа.

Вернее, то был не просто коридор, а тупик без двери. Он представлял собой туннельный закуток, простирающийся на десять с лишним метров.

Глядя на него, я внезапно задумался. Подчеркну, что это лишь мое предположение. Возможно, внимательные читатели, увидев мои примитивные рисунки, уже что-то поняли.

Как бы то ни было, когда я доел хлеб и вышел на улицу, то невольно поразился увиденной сцене. На обширной территории стояли длинные столы. За ними сидели послушники, с которыми я спал прошлой ночью, а напротив них расположились мужчины в белых ритуальных одеждах. Они что-то обсуждали.

Подойдя ближе, я увидел на столах планы домов. И тут мне все стало ясно.

Мысль, пришедшая мне в голову в прихожей, оказалась верной. Это было…

Однако на этом я вынужден прервать свой рассказ.

Ждите продолжения в следующем выпуске.

☆ В следующем выпуске

Что же такое «Орден перерождения»? Как он промывает людям мозги? Зачем они спят? Что объединяет верующих? Журналист раскрывает тайны секты!

Впечатления о прочитанном

В своей статье автор подробно изображает странную действительность секты «Орден перерождения». Однако, вероятно, чтобы поддержать интерес к продолжению, в тексте много двусмысленных и неясных намеков, а также остается немало неразгаданных тайн. Наибольшее любопытство вызывает следующее утверждение:

«Возможно, внимательные читатели, увидев мои примитивные рисунки, уже что-то поняли».

Неужели в иллюстрациях, опубликованных в статье, скрыта какая-то подсказка?

Попробуем разложить их рядом. Большинство изображений представляют собой вид здания сверху. Что-то в них кажется необычным. Автор статьи описал внешний вид здания как «больше похоже на арт-объект, чем на религиозное учреждение». Действительно, своей нестандартной формой здание напоминало предмет современного искусства. Но она не просто нестандартная. Я вырезал фрагменты плана дома и стал собирать их вместе, пытаясь восстановить общую картину. Это напоминало пазл. В результате получилась поистине странная фигура.

Ошибки быть не могло. Это фигура человека. И притом не простого.

«Богоматерь была инвалидом. У нее не было левой руки и правой ноги».

Форму здания можно было трактовать как фигуру женщины без левой руки и правой ноги, расположенной анфас.

Выходит, «Дом перерождения» был выполнен в виде Богоматери. Но даже так тайны «Ордена перерождения» все еще оставались покрыты мраком.

К слову, в 1999 году «Орден перерождения» был распущен, а через год снесли и «Дом перерождения».

Конец шестого материала

Материал ⑦ Дом дяди

Отрывок из дневника ребенка

24 ноября

Сегодня я весь день сидел дома. Мама еще не пришла, и мне одиноко. Еще захотелось есть, поэтому я не смог удержаться и взял одну булку с кухни и съел.

25 ноября

Мама разозлилась, что я вчера без спроса съел булочку. Пришлось сидеть на коленях и 100 раз повторять «прости». Потом мама спала до вечера, а когда проснулась, крепко-крепко меня обняла. Мне не хотелось плакать, но слезы сами потекли из глаз. Так странно.

26 ноября

Я пожаловался маме, что голоден. Она стала ругаться: «Надоел!» И зажала мне нос так, что я не мог дышать. Тогда я стал дышать ртом, но она велела «не хитрить». Мне стало стыдно за свой обман, и я извинился, сидя на коленях.

27 ноября

Вечером пришел дядя, и мы все вместе пошли к нему в гости. Мы раньше никогда к нему не ходили, и я немножко волновался. На машине очень быстро доехали.

Дом дяди больше, чем наша квартира, а слева от входной двери была большая клумба – очень круто!

В самом доме от входной двери тянулся длинный-предлинный коридор, а по бокам было очень много дверей. В самой ближней комнате справа стоял телевизор и стол. Одно окно выходило на клумбу и входную дверь, а из окна с противоположной стороны виднелись проезжающие туда-сюда машины – тоже здорово!

В этой комнате мы поужинали – ели омурайсу^[24]. Вкуснотень! Я объелся до отвала, но мама не стала ругаться.

После ужина я вышел в коридор и зашел в соседнюю дверь. «Это твоя комната, Наруки», – сказал дядя. В комнате стояла кровать. Мне впервые довелось спать на кровати, и я очень обрадовался. Еще из окна можно было смотреть на машины! Мне очень понравилась эта комната.

28 ноября

Утром я проснулся, и мы с мамой и дядей позавтракали сочной яичницей-болтуньей с жареным беконом.

Потом я вышел в коридор и зашел в соседнюю комнату с той, где мы ели. Из больших окон виднелась клумба. Посередине комнаты стояло что-то похожее на велосипед. Дядя объяснил, что это велотренажер. Я даже попробовал покрутить педали, оказалось, что это весело.

В этой комнате имелась еще одна дверь, она вела в пустую комнату. Из одного окна тоже можно было увидеть клумбу, а из другого – речку.

Вечером дядя отвез нас на своей машине домой. Было грустно прощаться с ним. Ночью мама разозлилась из-за того, что я не сказал «спасибо», и зажала мне нос. Ртом дышать было нельзя, потому что это хитрость. Я терпел и держал рот закрытым.

<…>

24 февраля

Мама вернулась днем и легла. Я накрыл ее одеялом, поэтому она сказала мне «спасибо» и крепко обняла. Я лег рядом с ней.

Вечером я хотел приготовить нам с мамой ужин, намазал на хлеб варенье и засунул в хлебопечку, но он подгорел. Я выбросил его в мусорку, чтобы мама не увидела, но она все равно заметила и разозлилась. Мне стало стыдно за свой обман. Мама ведь всегда учила меня не хитрить.

25 февраля

Мама сказала, что завтра мы поедем к дяде. Я очень обрадовался. Правда, маме не нравится, когда я слишком веселюсь у дяди, и она ругается, когда мы приходим домой. Постараюсь быть не слишком веселым.

26 февраля

Мы с мамой поехали к дяде. Было здорово опять увидеть клумбу. Втроем мы сходили в кафешку и поели рамэн. Было очень вкусно, но мне хотелось еще раз поесть омурайсу. Вечером мы с дядей искупались, но потом они с мамой поругались. Мама плакала. Дядя сказал, я очень исхудал и мне надо поправляться. Когда они помирились, дядя пообещал маме, что будет платить «элементы». Мама ответила: «Спасибо».

27 февраля

Завтрак был вкусный. Кукурузный суп и яичница-глазунья. Мне захотелось покататься на недвигающемся велосипеде, поэтому я пошел в соседнюю комнату и покатался. Из-за того, что я сделал это сразу после еды, у меня заболел живот.

Тогда я открыл ту вторую дверь, но за ней уже не было комнаты, а просто текла речка. Я подумал, что это очень странно.

Вечером дядя отвез нас домой. Когда мы прощались, мне стало грустно. Я чуть не заплакал, но собрался и громко сказал «спасибо». Дядя рассмеялся и погладил меня по голове.

<…>

3 марта

На кухне совсем нет хлеба, сегодня я опять не смог поесть. От голода заболел живот, и я погрыз карандаш. Стало немного лучше.

4 марта

Позвонил дядя и сказал передать трубку маме. Она ругалась с ним по телефону. Повесив трубку, мама сказала: «Мы больше не увидимся с дядей». Я расстроился.

5 марта

После того как мама ушла, пришел дядя. Он хотел забрать меня и сказал: «Пойдем со мной». Я заволновался, не разозлится ли мама, но дядя успокоил меня, что все в порядке, и пообещал угостить омурайсу. Тогда я согласился.

Дома у дяди я наелся омурайсу – было вкусно. Потом мы вместе посмотрели телевизор. Он сказал: «Ты можешь остаться здесь, я тебя и в школу пристрою». Я подумал, что хотел бы жить у дяди, но только чтобы и мама тоже была с нами.

Дядя по коридору отвел меня в дальнюю комнату. В этой маленькой комнатке была коричневая кукла. Я испугался, когда ее увидел. Дядя сказал, что здесь находится «сердце дома» и что «эту комнату ни в коем случае нельзя запирать на ключ». Я не понял, что все это значит.

6 марта

Мы с дядей пообедали, а потом приехала машина. Это была мама и какой-то мужчина со светлыми волосами. Они стали ругаться с дядей. Мама обняла меня, и мы сели в машину этого мужчины. Дядя побежал за нами, но машина ехала быстрее, и он остался позади.

На машине мы приехали не в нашу квартиру. Это была квартира другого дяди. Мама сказала, что теперь мы втроем будем жить тут. Я хотел обратно к дяде и поэтому заплакал.

7 марта

Мужчину зовут Эйдзи. Он покормил меня, но еда воняла, и я вытащил ее изо рта. Мама стала ругаться и извинилась перед ним.

Я не хотел, чтобы дядя Эйдзи разозлился на маму, и через силу все съел. Только потом мне стало плохо и стошнило. Из-за этого дядя разозлился на маму, и тогда я сто раз повторил «простите».

8 марта

Болел живот, и мне очень хотелось в туалет по-большому. Но, если бы я шумел, дядя Эйдзи начал бы ругаться на маму, поэтому я терпел.

<…>

16 марта

Дядя Эйдзи велел, чтобы я жил в чулане. Мама извинилась передо мной и заплакала. Я тоже чуть не заплакал, но удержался. Она тайком дала мне кусочек хлеба. Я съел его тихо-тихо, чтобы не шуметь.

17 марта

Из-за того, что я все время сидел в чулане, заболели спина и попа. Но, если буду шуметь, дядя Эйдзи разозлится на маму, поэтому я сидел тихо. Воспоминания о том, как недавно мы с дядей смотрели телевизор, помогали мне терпеть.

18 марта

Дядя Эйдзи побил меня за то, что я поднял шум. Мама плакала и просила его остановиться. Тогда он ударил и ее.

19 марта

Я услышал громкий голос дяди Эйдзи, а потом крик и плач мамы. Чтобы не слышать этого, я заткнул уши пальцами.

<…>

12 апреля

Сегодня я тоже не поел. От голода опять болит живот. Я попытался вспомнить что-нибудь приятное, чтобы заглушить голод, но не получилось. Хочется прийти в гости к дяде и снова поесть омурайсу.

13 апреля

Боль в животе прошла, но ощущение, будто он совсем сжался. И слюна горькая.

14 апреля

Мама дала воды. Обычно у воды нет вкуса, но на этот раз она была сладкая.

15 апреля

Я не смог встать. Пристроил голову в углу и лег так. Как же хочется полежать на футоне.

16 апреля

Мама принесла онигири, но, сколько бы ни жевал, проглотить ничего не получилось.

17 апреля

Глаза слипаются, и трудно держать ручку.

18 апреля

Все время кружится голова. Даже когда лежу.

19 апреля

Все тело болит.

20 апреля

Плохо вижу.

21 апреля

Хочется пить.

(На этом дневник обрывается.)

Комментарий автора

8 мая 1994 года в одной из квартир малоэтажного дома в городе Итиномия, префектура Айти^[25], было обнаружено тело 9-летнего мальчика Наруки Мицухаси. Причина смерти – многочисленные осложнения, связанные с недоеданием. Следы побоев по всему телу также свидетельствовали о жестоком обращении, которому регулярно подвергался ребенок.

Подозреваемыми по делу проходили мать мальчика Саори Мицухаси и ее сожитель Эйдзи Накамура. Оба были признаны виновными в неисполнении родительских обязанностей, повлекшем за собой гибель несовершеннолетнего, и осуждены на 8 и 14 лет соответственно.

До самой смерти ребенок вел дневник, который спустя два года после смерти Наруки был опубликован под названием «Монолог мальчика: последние записи Наруки Мицухаси».

В главе представлен отрывок из этого дневника.

Конец седьмого материала

Материал ⑧ Веревочный телефон

12 октября 2022 года

Запись беседы с Тиэ Касахарой

В качестве места встречи Тиэ Касахара выбрала фешенебельное кафе в одном из жилых кварталов префектуры Гифу^[26]. «Так-так, что же мне такое заказать…» – Около десяти минут моя собеседница листала меню, пытаясь преодолеть муки выбора. В итоге он пал на десерт «Монблан» и чай с розмарином.

Госпожа Касахара – иллюстратор-фрилансер, живет тут же, в Гифу, в многоквартирном доме вместе с мамой.

И хотя в этом году ей исполняется сорок, женщина выглядит очень молодо и даже производит впечатление совсем юной девушки. Возможно, свою роль играют игривая стрижка боб и спокойная, непринужденная манера речи.

Когда заказ наконец принесли, госпожа Касахара с восторгом воскликнула: «Ух ты-ы, вкуснятина!» – и поднесла небольшой кусочек ко рту.

Встретились же мы, чтобы обсудить, что ей пришлось пережить в доме, где она провела свое детство.

* * *

Малая родина госпожи Касахары – город Хасима в префектуре Гифу. Женщина выросла в двухэтажном доме в обычном жилом районе.

Семья Касахара состояла из четверых человек: родителей, моей собеседницы и ее старшего брата. Отец семейства был ведущим продавцом в компании, занимающейся реализацией импортных автомобилей, и в год зарабатывал в несколько раз больше рядовых белых воротничков. Однако семья жила совсем небогато.

Касахара: Папа был отвратительным человеком! Почти всю зарплату тратил на себя, а о семье и думать не хотел. Наша с мамой и братом жизнь была очень бедной. Мама каждый день ходила на подработки, но этих денег хватало разве что купить на ужин салат или закуску. Папочка же где-то развлекался и все время приходил очень поздно, весь провонявший алкоголем. Ну а потом заваливался спать. И храпел, конечно. Ничего не волновало!

Автор: И ваша мама прощала его?

Касахара: Не то чтобы… Просто мама по характеру очень мягкий человек и не решалась ничего сказать. Мужчины раньше были куда авторитетнее нынешних. Вместо того чтобы напрямую высказать все отцу, она жаловалась на него нам с братом. «Это совсем не тот человек, за которого я выходила» и все в таком духе. Меня еще всегда удивляло, почему же мама все-таки сошлась с отцом. Сейчас-то я понимаю. Выглядел папа для своих лет отлично. Человек он был, конечно, легкомысленный, но иногда мог показать себя и с хорошей стороны. Короче говоря, самый настоящий дамский угодник. В молодости за ним наверняка толпы бегали, вот и мама повелась.

Госпожа Касахара поделилась, что никогда не сможет забыть один случай, связанный с отцом.

Касахара: Это произошло в год, когда я перешла в четвертый класс начальной школы, а мой брат окончил среднюю. Старшая школа, в которую он поступил, была интернатного типа, поэтому ему предстояло уехать из дома. Я брата обожала, и он тоже, несмотря на нашу разницу в возрасте, любил возиться со мной. Естественно, было грустно от того, что его не будет рядом. Но проблемы на этом не заканчивались.

Знаете, я ужасно боязливая. В детстве мне было страшно спать ночью одной, и брат, хоть и учился уже в средней школе, соглашался ночевать со мной. Для него, конечно, это было тем еще удовольствием.

Автор: Тяжело, наверное, вам пришлось с его отъездом?

Касахара: Еще бы. В страхе я прибегала к маме, но та была непреклонна: «Ты уже не маленькая, привыкай спать одна». Но хоть ты маленький, хоть ты взрослый, – пугающее все равно остается пугающим, согласитесь.

Автор: Хм, у ваших родителей суровый подход.

Касахара: Вот-вот. Но против родителей ведь не пойдешь, так что мне оставалось лишь терпеть. Тут-то и начинается главное. Как-то раз вечером папа, хитро улыбаясь, спросил: «Ты, значит, не можешь спать одна?» Мама ему, наверное, рассказала. Мне показалось, он надо мной шутит. Я уже принялась дуться, но папа вдруг протянул мне бумажный стаканчик со словами: «Будет страшно, можешь говорить со мной по стаканчику». Я поняла, что это веревочный телефон… Ой! Теперь молодежь и не знает, наверное, что такое веревочный телефон?

Веревочный телефон – игрушечное приспособление, в котором два сосуда соединяются ниткой. Если натянуть нитку до предела и начать говорить в один из стаканчиков, в результате передачи по нити возникающих при речи вибраций из второго стаканчика будет слышен голос рассказчика.

При отсутствии на пути помех собеседники могут разговаривать на расстоянии нескольких сот метров. Тем не менее малейшего ослабления натяжения нити достаточно, чтобы голос говорящего не дошел до слушающего.

Касахара: «Между прочим, сам изобрел! Межкомнатный веревочный телефон!» – хвастаясь, сказал папа.

Автор: Простите, межкомнатный?

Касахара: Ну-у… да. Сейчас. Так будет понятнее.

Госпожа Касахара достала из сумки старый чертеж планировки.

Автор: Планировка вашего дома?

Касахара: Да. Спросила вчера у мамы насчет планировки, и она дала мне это. Честно говоря, даже не думала, что она до сих пор хранит такие вещи. Ностальгия… Ну так вот, здесь у нас детская. Моя кровать у стены. На той, что рядом, спал брат. Родители тут и тут. Кровати, по-моему, так и стояли. В общем, телефон соединял наши с папой кровати.

Автор: То есть в ваших комнатах было по одному стаканчику, благодаря которому вы могли разговаривать несмотря на то, что вас разделял коридор?

Касахара: Именно так. «Если страшно и не спится, говори со мной и уснешь», – от предложения папы мне стало неловко, но вместе с тем сердце трепетало от радости. «Какая классная идея!» – подумала я. То были времена, когда на весь дом стоял один домашний телефон – никаких смартфонов и мобильников. «Болтать по телефону, лежа на кровати» – такую роскошь разве что в иностранных фильмах показывали. Хотя сейчас я удивляюсь: раз он так постарался, не лучше ли было просто ночевать рядом?

Автор: Зато для ребенка «болтать по веревочному телефону» звучит как целое приключение. Намного интереснее, чем просто ночевать вместе. Согласитесь, в этом есть что-то загадочное, интригующее.

Касахара: И правда. Мой папа всегда был фантазер. И по поведению, и по образу мышления. Оттого у него и не выходило жить серьезно, что только мучило семью… Мне было ужасно обидно, что он относился к нам с таким пренебрежением, но я все равно рада, что однажды он подарил мне немного волшебства этим веревочным телефоном. Меня, как и маму, несложно порадовать.

Автор: Получается, вы каждый вечер разговаривали с отцом?

Касахара: Нет. Как я и говорила, папа почти всегда возвращался очень поздно и сразу засыпал. За все время мы с ним поговорили всего четыре-пять раз. Но было все равно здорово… Иногда, когда я долго не могла уснуть, дверь в мою комнату чуть-чуть приоткрывалась, и в комнату влетал бумажный стаканчик. Я поднимала его, залезала в кровать и прикладывала к уху. Папа, немножко важничая, говорил: «Добрый вечер, Полуночница», – а ему в ответ: «Добрый вечер, Пьянчужка». Вот так мы договорились начинать разговор.

Автор: О чем вы разговаривали?

Касахара: Поначалу только о всякой неважной всячине. Но со временем стали касаться моих переживаний и даже некоторых деликатных вопросов. Сидя друг перед другом, мы бы так не смогли, однако бумажные стаканчики делали любой разговор возможным. А еще голос папы казался мягче и добрее обычного… Я рассказывала ему очень много секретов. Поэтому папа узнал обо мне даже больше, чем мама. Отличная придумка, согласитесь. Наверное, благодаря таким простым хитростям ему и удавалось жить в свое удовольствие.

Но однажды разговорам отца и дочери пришел конец.

Касахара: Мы тогда опять болтали по телефону, по-моему, еще не было и десяти часов. Но почему-то чувствовалось, что что-то не так. У папы дрожал голос, и говорил он невпопад.

Автор: Невпопад?

Касахара: Что-то он, конечно, отвечал, но диалог из этого не выстраивался… В общем, не шло. Вдруг послышался… Шум?.. Как будто что-то шуршало – очень странные звуки. Несколько минут мы поболтали ни о чем, а потом папа внезапно сказал: «Ну, теперь спи. Спокойной ночи» – и резко оборвал разговор.

Автор: Действительно необычно.

Касахара: Вот и я о том. Обычно после того, как мы наговоримся, он приходил забрать мой стаканчик. Но на этот раз папа не зашел. Оставлять телефон было нельзя – мама принялась бы ворчать, мол, что это за веревка лежит в коридоре, так что я потянула нитку и забрала стаканчик папы.

Госпожа Касахара сложила «телефон», и ей не оставалось ничего, кроме как заснуть.

Касахара: Я уже задремала, как в комнату влетела мама. «У соседей пожар, быстро на улицу!» – Она схватила меня за руку, и мы выбежали в коридор, там был папа. Втроем мы вышли из дома. На улице уже собрались жители округи. Все с волнением наблюдали, как горит соседский дом.

Пожар произошел в доме соседей госпожи Касахары, семьи Мацуэ. Последняя состояла из супружеской пары за тридцать и их сына-младшеклассника. По словам моей собеседницы, семьи хорошо общались между собой.

Касахара: Огонь полыхал на крыше, снаружи через окна было видно, как все внутри тоже объято пламенем. Хироки, ребенок супругов Мацуэ, плакал в объятиях доброй соседской бабушки. Он был на год младше меня. Никогда не забуду ту картину.

Автор: Что же случилось с родителями мальчика?..

Касахара: На улице их не было… Они погибли. Я слышала, когда пожар закончился, в доме обнаружили два тела. Такой шок… Наши семьи дружили, папа Хироки брал нас с собой на службы в церковь… А его мама – молодая красивая женщина… Никогда бы не подумала, что она решится на самоубийство…

Автор: Самоубийство?!

Касахара: Не могу утверждать точно… В общем, говорили, будто причиной пожара стало самосожжение мамы Хироки. В новостной передаче на региональном канале рассказывали, мол, она облилась керосином в комнате в японском стиле и подожгла себя.

Госпожа Касахара указала на место на чертеже. Это движение ввело меня в ступор.

Автор: Подождите, ведь это планировка вашего дома.

Касахара: Ой, простите! Совсем забыла сказать. Наш район изначально застраивался домами на продажу. Поэтому планировки в округе одинаковые. Соседи даже шутили, что мы живем в домах-клонах.

Автор: Хм… тогда понятно. Выходит, этот чертеж – еще и планировка дома семьи Мацуэ.

Касахара: Именно. Когда в новостях упомянули комнату в японском стиле, мне все стало понятно. Эта комната могла находиться только на втором этаже.

Сгоревший дом сразу снесли, а участок выставили на продажу. Но приобретать его, естественно, никто не торопился. Оставшегося сиротой мальчика Хироки забрали к себе бабушка и дедушка, они жили в той же префектуре.

Несмотря на всю разрушительность, пожар, к счастью, не перекинулся на соседние постройки, и дом моей собеседницы практически не пострадал.

Тем не менее он, пусть и в несколько иной форме, все-таки изменил жизнь семьи Касахара.

Касахара: После всего случившегося с папой словно что-то произошло. Прежние беззаботность и жизнерадостность сменило вечно угрюмое настроение.

Автор: Должно быть, его сильно шокировала смерть соседей.

Касахара: Как знать… Мне казалось, он был не из тех, кого сильно волновала судьба других.

Вскоре отец госпожи Касахара неожиданно покинул семью.

Касахара: Оставил в гостиной заявление на развод и письмо… Там он просто расписал некоторые технические моменты, касающиеся процедуры расторжения брака, ничего интересного. Но нас удивили его обещания «выплатить отступные в размере 20 млн иен» и «оставить дом семье». Мама с подозрением отнеслась к словам отца, однако через месяц деньги и договор на передачу дома действительно пришли.

Автор: То есть ваш отец выполнил данные в письме обещания?

Касахара: Да. «Впервые со свадьбы сдержал слово», – дивилась мама. Она, кажется, совсем потеряла интерес к отцу и легко согласилась на развод. И кто сказал, что браки заключаются на небесах?

Благодаря оставленным двадцати миллионам жизнь семьи стала гораздо благополучнее. Оттого ли, что ее больше не беспокоили переживания, связанные с мужем, настроение матери госпожи Касахары тоже улучшилось. Атмосфера в доме претерпела положительные изменения.

Но однажды дочери открылся жуткий факт.

* * *

Касахара: Под конец года, в который ушел папа, мы устроили генеральную уборку. По такому случаю я заодно решила избавиться и от ненужных вещей у себя в комнате. Впервые за долгое время выдвинула ящик комода… А внутри нашла веревочный телефон.

«Обычно после того, как мы наговоримся, он приходил забрать мой стаканчик. Но на этот раз папа так и не зашел. Оставлять телефон было нельзя – мама принялась бы ворчать, мол, что это за веревка лежит в коридоре, так что я потянула нитку и забрала стаканчик папы».

Касахара: Стаканчики лежали точно так же, как когда я положила их туда в день пожара… Нахлынули воспоминания об отце. Я не смогла сдержать слез. «Что? Почему я плачу?» – в недоумении спрашивала я себя. Каждый день нашей с мамой совместной жизни был наполнен счастьем, да и не так уж сильно я любила отца, но… Но все равно никак не могла успокоиться. Мне так захотелось услышать его голос… Я скучала по своему непутевому, вздорному, любящему щеголять папе. Наверное, именно поэтому я сделала это.

Девочка с «телефоном» в руках направилась в комнату отца. Его кровать даже после ухода оставалась нетронутой.

Она положила один стаканчик на кровать, а со вторым вернулась к себе. Впервые за долгое время две комнаты вновь оказались связаны веревочным телефоном.

Касахара: Укутавшись в одеяло, я поднесла стаканчик к уху. И, конечно, ничего не услышала. Но, знаете, мне все-таки стало спокойнее. Слезы остановились, настроение поднялось, и я решила вернуться к уборке. Нельзя ведь вечно предаваться воспоминаниям.

Встав с кровати, госпожа Касахара хотела убрать телефон, но увидела необычную картину.

Касахара: Я впервые заметила, что нить лежала на полу извилистыми зигзагами.

Автор: Совсем свободно?

Касахара: Да. Странно, правда? Голос собеседника можно услышать, только если нитка натянута до предела, а значит, длина нашей должна быть примерно от подушки отца до моей подушки.

Автор: Действительно…

Касахара: Но судя по тому, как свободно нитка лежала на полу, она явно была длиннее. В таком случае я не могла бы слышать отца. Сама по себе нитка растянуться тоже не могла… Я ничего не понимала.

Автор: Но раньше вы без проблем разговаривали по этому телефону?

Касахара: Да. Голос отца доносился из стаканчика.

Автор: Может, ваш папа говорил из какой-то другой комнаты?

Касахара: Присмотритесь к планировке. Из другого места использовать телефон он просто не мог.

Действительно, при условии, что нить натянута, самая далекая точка от подушки девочки находилась в районе кровати ее отца. Но тот факт, что нить лежала свободно, означал…

Касахара: В нашем доме больше не было мест, в которых получилось бы пользоваться веревочным телефоном.

Автор: Но как же ваш отец…

Касахара: Есть только один вариант. Папа разговаривал со мной, находясь вне дома.

Мне тоже было трудно представить что-то другое. Только вот комната госпожи Касахары находилась на втором этаже.

Нить обязательно цеплялась бы за оконную раму – такая помеха сделала бы передачу звука невозможной.

Отец и дочь могли разговаривать, если, например, мужчина находился бы на высоте второго этажа. Но возможно ли найти такое место… До меня дошло, что собиралась сказать госпожа Касахара.

Автор: Соседний дом?

Касахара: Да. Думаю, папа говорил со второго этажа в доме напротив, от соседей. Появившись в голове, эта мысль не давала мне покоя. Я перемерила рулеткой все: нить телефона, длину коридора, расстояние до соседнего дома. И поняла ужасающую вещь.

Касахара: Нить идеально натягивалась, если протянуть ее от моей кровати до комнаты в японском стиле в доме семьи Мацуэ.

«Не могу утверждать точно… В общем, говорили, будто причиной пожара стало самосожжение мамы Хироки. В новостной передаче на региональном канале рассказывали, мол, она облилась керосином в комнате в японском стиле и подожгла себя».

Касахара: Все же не думаю, что каждый наш разговор он проводил оттуда. Вполне вероятно, что папа менял нитку. Но, по крайней мере, в последнюю ночь… В ночь пожара… Папа, несомненно, был там. Он явно вел себя странно: дрожащий голос, сбивчивые ответы. Отец точно был как-то замешан в пожаре.

Автор: Но вы ведь говорили, что причина пожара – самосожжение госпожи Мацуэ. Каким образом к этому мог быть причастен ваш папа?

Касахара: А действительно ли это было самоубийством?

Автор: А что же тогда…

Касахара: Убийство. К такому страшному выводу я пришла после долгих лет размышлений. Разговаривая со мной, папа… одновременно совершал убийство.

Мне стало не по себе от разницы между мягким голосом госпожи Касахары и словами, которые она произнесла. Женщина понизила голос.

Касахара: Расстояние между нашими домами всего метр. Было лето, неудивительно, что соседи держали окна открытыми. В студенческие годы папа занимался легкой атлетикой и, видимо, был достаточно уверен в своих силах, чтобы не побояться перепрыгнуть в соседское окно. Мне вот, например, было бы страшно.

Автор: Хотите сказать, ваш отец через открытое окно прокрался в комнату в доме семьи Мацуэ, поговорил с вами по веревочному телефону, убил госпожу Мацуэ, а потом поджег ее тело?..

Касахара: Тогда понятно, почему он не мог сконцентрироваться на разговоре. После всего папа снова вернулся к себе через окно и с невозмутимым видом стал ждать, пока не поднимется шум.

Автор: Убийство, выданное за самосожжение…

Касахара: Не знаю, каковы были мотивы. Наши семьи хорошо общались между собой. Наверное, были проблемы, о которых при нас, детях, не говорили. Затаил ли он обиду только на госпожу Мацуэ или хотел убить всю семью? Почему инсценировал самосожжение? Вопросов очень много. Но в одном я уверена точно – папа использовал меня для алиби.

Автор: Чтобы вы подтвердили, что во время преступления он якобы находился в своей комнате?

Касахара: Да. Наверняка хотел за счет меня доказать полиции свою мнимую «невиновность».

Автор: Но разговор по веревочному телефону, притом что в процессе вы не виделись лично, как алиби звучит не слишком убедительно. Сверх этого, показания членов семьи… особенно родителей и детей детективами, как правило, не воспринимаются как веское доказательство.

Касахара: Правда? Я не знала… И папа, думаю, тоже. Взял и сделал, даже не разузнав все как следует, – так на него похоже.

Автор: Раз мы заговорили про это – вашего отца вызывали в полицию?

Касахара: Мне кажется, ни разу. Прозвучит громко, но он был очень везучий человек. Поскольку речь идет о моем папе, я уверена: он просто убедил себя в том, что способен совершить идеальное преступление, и пошел на убийство, ни разу толком не задумавшись о возможных последствиях.

Только вот потом не смог справиться с тяжестью вины и, чтобы скрыться от нее, ушел из дома. Я была потрясена, когда все это осознала. И я, и веревочный телефон для отца были всего-навсего орудиями убийства…

* * *

Госпожа Касахара рассказала, что прежде ни с кем не делилась своими подозрениями.

В какой-то момент до госпожи Касахары дошла весть о смерти отца. Это был 1994 год, спустя два года после пожара.

Касахара: Похоже, самоубийство. Заперся в комнате в своем доме, заклеил окна скотчем и принял большую дозу снотворного. Я слышала, рядом с телом лежала какая-то странная кукла… Видимо, у него появились проблемы с психическим здоровьем.

Автор: Значит, он приобрел новый дом?

Касахара: Да. После развода он купил у кого-то домик в городе Итиномия, это в префектуре Айти. Впервые я увидела это место, когда мы приехали на похороны. Большой одноэтажный дом, рядом с входом – клумба с цветами. Соседи говорили, незадолго до смерти папа занимался перестройкой.

Автор: Перестройкой?

Касахара: Да. Сама не совсем понимаю, но кажется, он… уменьшал дом? Полностью избавлялся от некоторых комнат. По крайней мере, так мне рассказывали.

«Полностью избавлялся от комнат»… Где-то я о таком уже слышал.

Касахара: Ах да! С домом папы связан еще один необычный факт. Среди его вещей обнаружилась одна фотография. На ней был мальчик, кушавший омурайсу в одной из комнат дома. Ужасно худенький! И с синяками по всему телу.

Автор: Синяками?

Касахара: На него было жалко смотреть… Я не знала этого мальчика, да и ребенком родственников он не был, но почему-то его лицо показалось мне знакомым. Потом я вспомнила, что его фотографию показывали по новостям. Наруки Мицухаси. Он умер от издевательств со стороны своих родителей. До сих пор понятия не имею, каким образом папа был связан с этим мальчиком…

Конец восьмого материала

Материал ⑨ «Звуки шагов, ведущие к месту убийства»

12 ноября 2022 года

Запись беседы с Хироки Мацуэ

Через месяц после беседы с Тиэ Касахарой я ждал кое-кого в арендованной переговорной комнате в префектуре Гифу. Ровно за пять минут до назначенного времени он появился.

Приглаженные гелем волосы и дорогой костюм. Его внешний вид был типичным для преуспевающего бизнесмена средних лет.

Хироки Мацуэ – сын супругов Мацуэ, соседей семьи Касахара. От того маленького мальчика, который когда-то плакал в объятиях пожилой соседки, не осталось и следа.

После пожара, в котором погибли его родители, господин Мацуэ был взят на воспитание к своим дедушке и бабушке. Они жили в той же префектуре и оба были очень заинтересованы в образовании внука, к тому же имели финансовые возможности. Поэтому господин Мацуэ смог поступить в университет. После выпуска он устроился на работу в брокерскую компанию, где работал уже шестнадцатый год.

Мацуэ: Однако я сильно удивился. Не думал, что кто-то из журналистов будет расследовать тот пожар. Зачем вам копаться в таком далеком прошлом?

Автор: Я хочу написать статью об истории пожаров в жилых домах и во время поиска информации узнал о случившемся в вашем доме. Изучая новостные статьи об этом происшествии, я заметил множество странных моментов и решил лично разобраться в этой истории.

Мацуэ: Во-о-о-от как…

Разумеется, это была ложь.

На самом деле, я хотел удостовериться в том, действительно ли отец госпожи Касахары был преступником.

Честно говоря, я не до конца верил в ее теорию… что ее отец, разговаривая с ней по веревочному телефону, проник в дом Мацуэ, а затем совершил убийство и поджог. Поэтому я, чтобы узнать мнение семьи Мацуэ, решил поговорить с сыном погибщих супругов, Хироки.

* * *

Сначала я задал несколько общих вопросов: о масштабе пожара, времени его возникновения, ущербе для соседей. В целом все совпадало с тем, что рассказала госпожа Касахара.

И вот мы наконец подошли к самому важному.

Автор: Господин Мацуэ, вы знаете причину возгорания?

Мацуэ: Полиция определила это как самоубийство путем самосожжения моей матери.

Автор: Что вы думаете об этом?

Мацуэ: Я думаю, что это ошибка.

Мужчина произнес это очень уверенно, как нечто само собой разумеющееся.

Автор: Вы считаете, причина была другой?

Мацуэ: Да. Моя мать скорее жертва. Это было не самоубийство путем самосожжения, а поджог.

Я был потрясен. Неужели господин Мацуэ думает то же, что и госпожа Касахара?

Автор: У вас есть какие-нибудь подозрения насчет того, кто мог поджечь дом?

Мацуэ: Если трезво анализировать ситуацию, то напрашивается вывод, что преступником был мой отец.

Это был совершенно неожиданный ответ. Неужели господин Мацуэ тоже подозревает собственного отца?

Автор: Почему вы так думаете?..

Мацуэ: Я могу объяснить свою точку зрения. Но связано ли это с темой вашего исследования? Если вы собираетесь писать скандальную статью для желтой прессы, то я отказываюсь говорить.

Автор: Нет, все совсем не так. Я действительно хочу разобраться в этом пожаре. Обещаю, статья не попадет в желтую прессу.

Мацуэ: Хм… Ладно. Но раз пообещали, то держите слово ценой своей жизни. Я терпеть не могу неискренних людей.

Автор: …Хорошо.

Господин Мацуэ достал из сумки блокнот и начал рисовать в нем шариковой ручкой. Похоже, это был план дома. Через пять минут план был готов, и он практически полностью совпадал с тем, что госпожа Касахара показывала мне недавно. Отличалось лишь расположение мебели, а сама планировка дома была полностью идентична.

Я изумился памяти господина Мацуэ.

Автор: Вы отлично рисуете!

Мацуэ: В студенческие годы я какое-то время мечтал стать архитектором. Но узнал, что это не очень прибыльно, и отказался от этой идеи. Что ж, давайте перейдем к разговору о том дне.

В тот вечер, когда случился пожар, я сидел один в гостиной на первом этаже и смотрел телевизор. Отец и мать находились в своих спальнях на втором этаже. После ужина у нас был такой распорядок: каждый проводил время по-своему.

Как видно из плана дома, над гостиной проходил коридор второго этажа. Поэтому, когда кто-то из семьи ходил по коридору, я по звукам шагов мог понять, кто куда пошел. У отца и матери шаги звучали по-разному.

В тот вечер я также слышал шаги. «Сандэй Спорт» только начался, то есть было примерно 10 часов вечера.

Отец вышел из своей комнаты на втором этаже и пошел направо. Кажется, он прошел мимо моей комнаты и направился дальше. Я подумал, что это странно. Дело в том, что в том направлении находилась только комната в японском стиле и мамина спальня. Маловероятно, что папа пошел бы в почти никак не обставленную комнату в японском стиле, которой никто не пользовался. Значит, оставалась только спальня мамы. Я удивился: зачем папе идти туда?

Автор: Это настолько редкое явление?

Мацуэ: Для обычных пар – нет, но у моих родителей были плохие отношения. Они не разговаривали друг с другом, даже когда были вместе, и, казалось, видеть друг друга не желали. Наверняка у них и интимной жизни толком не было. У мамы не было денег, а папа не умел работать по дому, так что их брак назывался так лишь формально. Поэтому они посещали комнаты друг друга раз в несколько лет, не чаще. Вот я и заволновался: что же между ними должно произойти?

Автор: Понятно…

Мацуэ: После этого прошло около тридцати минут. Внезапно я услышал, как кто-то побежал по коридору в левую сторону, и тут отец стремительно сбежал вниз по лестнице. Затем он с огромной силой распахнул дверь в гостиную. В панике он крикнул: «Пожар! Бежим!» – потом схватил меня за руку, и мы помчались к входной двери.

Автор: Действительно внезапно.

Мацуэ: Да, я очень испугался. Когда мы выскочили на улицу, отец вложил мне в руку стоиеновую монету и крестик и сказал: «Вон в том углу телефон-автомат, позвони с него пожарным, номер 119. Брось стоиеновую монету, набери 119 и скажи: «Пожалуйста, пришлите пожарную машину». Потом просто следуй инструкциям и отвечай на все вопросы. Я пойду искать маму. Она почему-то не в своей комнате».

Сказав это, отец побежал в дом. С улицы огня не было видно, но я подумал, что пожар начался в одной из комнат, и бросился к телефону-автомату.

Поскольку это был мой первый звонок в пожарную службу, я немного растерялся и потратил, наверное, минут десять… Вернувшись к дому, я увидел, что все соседи вышли на улицу в пижамах и смотрят на мой дом. К тому моменту уже шел дым. Помню, как соседка, пожилая женщина, подошла ко мне и стала меня утешать. В итоге мои родители так и не вышли из дома.

Господин Мацуэ достал из кармана серебряную подвеску. Это был крестик с распятием Христа.

Мацуэ: Отец был глубоко верующим христианином. Он хотел, чтобы меня тоже крестили, но мама была против, и этого так и не произошло. В итоге я вырос типичным японцем, который пьет шампанское на Рождество и ходит в синтоистский храм на Новый год, то есть, по сути, нерелигиозным. Но этот крестик я ношу всегда. Это единственное, что осталось от дома, который сгорел дотла. Два дня спустя после пожара в доме нашли тела моих родителей. Говорят, отец упал на лестнице. Полиция сказала, что он, вероятно, выбился из сил, пока искал маму по всему дому. «Твоя мама была в таком месте, ее было очень сложно найти», – сказали они, словно защищая отца.

Автор: «Такое место»… вы имеете в виду комнату в японском стиле?

Мацуэ: Нет, шкаф в ней.

Автор: Шкаф?!

Мацуэ: В новостях об этом не говорили, но мама лежала на спине во встроенном шкафу. Рядом, говорят, стояла канистра с керосином. Наверное, поэтому они решили, что она покончила с собой.

Автор: Облилась керосином в кладовой и подожгла себя?..

Мацуэ: Именно.

Вернее, это они так решили. Но только я знал, что на деле все было по-другому. Ведь я слышал шаги отца.

Мацуэ: Около десяти часов отец точно вышел из своей комнаты, прошел по коридору и направился вправо. Спустя тридцать минут он неожиданно сбежал вниз и вывел меня на улицу. Что он делал эти тридцать минут? Он наверняка находился рядом с мамой, так почему он не смог остановить ее самоубийство? Ответ может быть только один: отец убил мать.

Мацуэ: Было около десяти, когда отец зашел в комнату матери. Там он напоил ее снотворным. Не знаю, как именно, возможно подмешал в алкоголь, сказав нечто вроде: «Давай хоть раз поговорим, как супруги». Когда мать уснула, он перенес ее в комнату в японском стиле, запихнул во встроенный шкаф, облил керосином и поджег. Поджог с целью убийства. Их отношения были ужасны – видимо, терпение отца было на исходе.

Действительно, это раскрывает «загадку тридцати минут». Однако же…

Автор: Почему ваш отец специально отнес ее в шкаф, а потом поджег?

Мацуэ: Наверное, ради меня.

Автор: Что?

Мацуэ: Будь они дома только вдвоем, отец мог бы просто поджечь комнату матери. Но на первом этаже находился я. Меня отец хотел защитить во что бы то ни стало – он всегда был очень заботливым и ни за что не подверг бы меня опасности. Поэтому, перед тем как поджечь дом, он вывел меня на улицу.

Автор: Получается, в момент, когда вас вывели на улицу, пожара еще не было, и отец, убедившись, что вы в безопасности, вернулся в дом и поджег его? Так? И какое отношение это имеет к тому, что он отнес вашу маму в шкаф?

Мацуэ: Это служило бы оправданием. Должно быть, после поджога отец планировал убежать. Оставить горящую мать в доме, а самому скрыться. И воспитывать меня в одиночку. В таком случае я бы думал: «Почему папа не спас маму?»

Автор: Вот оно что…

Мацуэ: Думаю, он хотел иметь оправдание на случай, если бы я спросил его об этом. Ну знаете, «твоя мама была в таком месте, ее было очень сложно найти». Выведя меня на улицу, отец сказал: «Я пойду искать маму, она почему-то не в своей комнате». Он сказал это специально, чтобы подготовить почву.

Автор: Понятно… Но ваш отец не смог выйти из дома…

Мацуэ: Должно быть, огонь разгорался быстрее, чем думал отец. Или по пути к лестнице успел надышаться дымом и упал в обморок. Ну, он получил по заслугам… Что тут еще скажешь.

Господин Мацуэ говорил о смерти отца и матери, как будто это были два чужих ему человека. Однако, несмотря на беззаботный тон, его сжатые в кулаки ладони были тверды как камни.

Думаю, этот жест отражал его настоящие чувства.

* * *

Мацуэ: Если бы я тогда рассказал полиции о том, что знаю, отца могли бы обвинить в убийстве. Но я не сказал. Не ради его чести, а потому, что мне было бы тяжело жить, будучи сыном преступника. Ну правда, представьте, как на меня смотрели бы люди. Сын глупого мужчины, который убил жену, хотел сбежать, но не успел и погиб вместе с ней… Позор. Позор на всю жизнь. Поэтому… я не собирался говорить об этом никому. И тем не менее…

Он резко посмотрел мне прямо в глаза.

Мацуэ: Вы понимаете, почему я рассказал вам все это сегодня?

Автор: Не совсем…

Мацуэ: Потому что вы сейчас умрете. Не думайте, что, узнав это, вы сможете уйти живым.

Автор: Что?! Подождите! Что вы такое говорите…

Мацуэ: Часто говорят, что «брокеры – лжецы». Мне это не нравится, но в целом это правда. Знаете, когда много лет врешь, начинаешь распознавать ложь других людей. «Статья об истории пожаров в жилых домах»… Вы ведь не собираетесь ее писать, да?

Из меня невольно вырвался возглас удивления. Все тело прошибло холодным потом.

Мацуэ: Я с самого начала понял, что вы лжете. Я ведь сказал, что терпеть не могу неискренних людей. По-вашему, говорить ложь – это искренность?

Автор: Я… видите ли…

Мацуэ: Раз вы узнали мой секрет, мне придется заставить вас забыть об этом «ценой жизни».

Автор: Стойте… успокойтесь, пожалуйста, давайте поговорим!..

В этот момент черты лица мужчины вдруг смягчились.

Мацуэ: Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха! Ух, это было весело. Испугались?

Автор: Извините?..

Мацуэ: Прошу прощения. Захотелось подшутить над вами. Ничего я не сделаю, будьте спокойны.

Я не мог понять, что происходит. Сердце продолжало бешено стучать.

Господин Мацуэ, видя мое замешательство, озорно усмехнулся.

Мацуэ: На самом деле, я давно о вас знаю. Тиэ Касахара рассказала.

Автор: Госпожа Касахара?!

Мацуэ: Мы до сих пор с ней дружим. Пять лет назад случайно встретились и выпили. Разговор сам собой зашел о том пожаре, и мы поделились своими догадками. Я был удивлен: не думал, что она тоже подозревает своего отца. И действительно, услышав ее рассказ, я посчитал это возможным. С тех пор мы время от времени встречаемся пообедать или сходить куда-нибудь.

Автор: Но ведь отец госпожи Касахары может оказаться убийцей. Вас это не смущает?

Мацуэ: Нас это не касается, она сама ведь не виновна. Даже наоборот, Тиэ единственная, кому я могу полностью доверять. Только она может разделить со мной самую глубокую рану на сердце.

Автор: Вот как…

Мацуэ: И раз уж мы раскрываем все карты, то в прошлом месяце она мне позвонила. Говорит: «Со мной недавно общался какой-то подозрительный журналист, я рассказала ему о пожаре. Я упомянула тебя, Хироки, так что, возможно, он скоро с тобой свяжется». Я посмеялся, когда вы действительно позвонили.

Автор: Ох… Вот оно что…

Я почувствовал злость к госпоже Касахаре.

Мацуэ: Фу-у-ух, и все же было трудно не засмеяться. Как вы там сказали? «Пишу статью об истории пожаров в жилых домах»?

Автор: Прошу прощения… пожалуйста, забудьте об этом.

Мацуэ: Вам не мешало бы поупражняться во лжи.

Автор: Пожалуй…

Мацуэ: И еще: не говорите такую ложь тем, кто из-за пожара потерял дом и семью.

Несмотря на дружелюбный тон, глаза господина Мацуэ не улыбались.

Автор: Мне правда очень жаль.

Мацуэ: Что ж, я прощаю вас, но при одном условии.

Автор: Каком?

Мацуэ: Докопайтесь до истины. Не важно какой. Будь то мой отец или отец госпожи Касахары или кто-то третий. Мы хотим знать правду.

* * *

Когда господин Мацуэ ушел, я остался в переговорной один и стал приводить в порядок данные.

И госпожа Касахара, и господин Мацуэ выдвинули свои теории возникновения пожара. Честно говоря, ни одна из них меня не убедила.

Действительно, в тот день отец госпожи Касахары вел себя подозрительно. Однако то, что для создания алиби он якобы общался с дочерью по веревочному телефону, одновременно совершая убийство, звучало слишком уж неправдоподобно. С другой стороны, версия господина Мацуэ более реалистична, и все же что-то с ней не так.

Больше всего вопросов вызывал поджог.

Существует много способов убить человека, так почему же отец господина Мацуэ выбрал именно этот? Поджечь собственный дом, только чтобы избавиться от жены… чересчур серьезные потери.

Истина лежит в другом месте. Так мне казалось.

Третья истина, которая не принадлежит ни госпоже Касахаре, ни господину Мацуэ. И я должен отыскать ее.

Приняв для себя это решение, я покинул переговорную.

Конец девятого материала

Материал ⑩ Дом, из которого невозможно сбежать

25 января 2023 года

Запись беседы с Акэми Нисихару

В подвале старого бизнес-центра района Накамэгуро^[27] находится скрытый от посторонних глаз бар.

Это крошечное заведение, всего с восемью местами за стойкой, но его любят офисные работники, возвращающиеся с работы, и оно уже более сорока лет продолжает исправно работать.

В январе 2023 года в этом баре у меня была назначена встреча за час до открытия заведения. Когда я вошел, мужчина за пятьдесят в белом поварском костюме готовил на кухне.

Заметив меня, он глубоко поклонился и проводил в комнату отдыха, расположенную в дальней части помещения. В комнате площадью около пяти квадратных метров сидела женщина, потягивая саке. Это и была моя собеседница, Акэми Нисихару.

Несмотря на то что в следующем году ей исполнится восемьдесят, она по-прежнему каждый день до поздней ночи разговаривает с постоянными клиентами – потому ее и прозвали «легендарная хозяйка». Она открыла этот бар сорок шесть лет назад и с тех пор управляет им вместе со своим единственным сыном, Мицуру.

Акэми: Кухню я двадцать лет назад передала в руки Мицуру. А я просто бабка, которая выпивает с клиентами. Но, как ни странно, всем нравится. Видать, в наши дни люди одиноки и ищут собутыльника. Мицуру! Принеси гостю чай и солений на закуску!

«Сейчас!» – последовал незамедлительный ответ, и господин Мицуру, проворно вернувшись на кухню, начал разливать чай.

Акэми: Он даже такие простые штуки готовит на высшем уровне. Хороший вырос мальчик. Хотя вплоть до средней школы даже ванну не мог принять без меня… как быстро все-таки растут дети. Осталось только невесту найти, тогда я с чистой совестью могу отправиться на тот свет.

Сказав это, госпожа Акэми заливисто рассмеялась.

Жизнерадостная мать и cын-работяга – казалось бы, чудесная семья, однако у обоих за плечами было мрачное прошлое.

Госпожа Акэми и господин Мицуру жили в доме, из которого невозможно сбежать.

* * *

Госпожа Акэми родилась в 1944 году в префектуре Сидзуока.

Жила семья бедно, и, чтобы наполнить пустой желудок, иной раз приходилось красть урожай соседей. Отец госпожи Акэми днем работал строителем, а по вечерам, видимо, чтобы снять стресс после работы, избивал дочь. А после того как мать госпожи Акэми скончалась от болезни, когда дочери было пятнадцать, отец и вовсе стал применять к ней и другое насилие. По окончании средней школы госпожа Акэми убежала из дома.

В поисках работы она переехала в Токио, в район Кабуки… самый большой в Японии квартал развлечений. Тогда страна переживала бурный экономический рост, и ночной город был полон жизни и денег. Скрыв свой настоящий возраст, госпожа Акэми стала хостес.

Акэми: Невероятное было время. Сейчас я, конечно, уже вся в морщинах, но в молодости была настоящей красоткой. К тому же я была болтушкой и могла пить литрами, поэтому быстро стала самой популярной в заведении. В лучшие месяцы я зарабатывала больше миллиона иен. По тем временам этого было достаточно, чтобы купить дорогущую машину. Но, как говорится, все хорошее быстро заканчивается.

В девятнадцать лет госпожа Акэми забеременела от клиента. Он представлялся руководителем небольшой компании и часто говорил, что хочет создать с ней семью, глядя ей в глаза с серьезным выражением лица. Очарованная его искренностью, госпожа Акэми всерьез рассматривала возможность брака.

Но после того как она сообщила ему о беременности, он перестал появляться в заведении. Вскоре после этого до нее дошел странный слух: оказалось, что он был не владельцем компании, а женатым офисным работником при детях.

Акэми: Я не держу на него зла. Это я, дура, верила сладким речам, произнесенным за бутылкой спиртного. В девятнадцать лет совсем не знала жизни. В итоге пришлось рожать Мицуру самой. Но я не боялась: уж чего-чего, а денег было хоть отбавляй.

Но, думая о будущем, я поняла, что полагаться только на накопления – ненадежно. Я решила рискнуть и открыть собственное заведение. Вообразила себя бизнесвумен. Я думала, что, наняв молодых девушек и обучив их обслуживать клиентов, смогу просто сидеть сложа руки и деньги сами будут капать мне в карман. В таком возрасте быть такой дурой…

Бар, который Акэми открыла, не зная основ управления, просто по наитию, начал стремительно уходить в минус. Вместо того чтобы немедленно его закрыть, она, наивно полагая, что рано или поздно все наладится, продолжала влезать в долги.

Акэми: В двадцать семь лет, когда ситуация стала совсем безнадежной, я объявила о банкротстве. Но единственные, кто простил меня, – это банки, а я заняла большие суммы в том числе и у очень опасных людей. Тяжело было.

Пытаться объяснить якудза, что я обанкротилась и не смогу вернуть долг, оказалось пустым номером. Они затащили нас с Мицуру в машину, и очнулась я уже в той квартире.

Это был «Дом оставленных».

* * *

Раньше в Японии существовали заведения, называемые «домами терпимости». В них женщины жили и зарабатывали, вступая в сексуальные отношения с мужчинами, которые их посещали. Однако в 1958 году вступил в силу закон о борьбе с проституцией, и большинство из них исчезло.

Вместо них, чтобы обойти закон, появились такие увеселительные заведения, как «мыльные бани» и «массажные салоны», и почти одновременно с ними некоторые преступные организации создали бордели, называемые «Дома оставленных», в которых женщины продолжали заниматься проституцией.

Госпожу Акэми и господина Мицуру доставили в переоборудованный двухэтажный многоквартирный дом, который находился в горной местности в центральной части префектуры Яманаси^[28].

На первом и втором этажах было по четыре квартиры. На первом этаже жили члены банды, которые следили за жильцами, а на втором этаже жили женщины, которые, как и госпожа Акэми, задолжали бандитам.

Акэми: Они специально устроили бордель в жилом доме, чтобы говорить: «Просто парень пришел навестить девушку, которая живет здесь, они занялись сексом. Ничего противозаконного». Конечно, любой человек мог понять, что это неправда, если немного копнуть, но в то время полиция считалась с якудза. Я думаю, они знали, что это незаконно, но закрывали глаза.

Госпожу Акэми и господина Мицуру определили в угловую квартиру на втором этаже.

Акэми: Квартира была выложена татами и пропахла плесенью. Там были туалет, ванная, встроенный шкаф и простенькая кухня. Еду нам давали каждый день – порцию на двоих. Еду всегда приносили холодной, поэтому мы часто грели все на плите. Еще была маленькая «спальня».

Думаю, вы уже поняли, что «спальня» была не для сна. Это была темная комната с одной кроватью и сомнительными игрушками. Там мы принимали клиентов.

Хорошо, что комната была отделена стеной, так что Мицуру ничего не видел. Хотя, наверное, он догадывался, чем там занимается его мать.

Я мельком взглянул на кухню. Господин Мицуру должен был слышать слова госпожи Акэми, но как ни в чем не бывало продолжал готовку. Мне стало неудобно перед ним: следовало лучше подумать над местом для беседы.

Акэми: Клиенты приходили каждый день поздней ночью. И все как один приезжали на дорогих машинах: все-таки «Дом оставленных» – удовольствие для богачей.

Говорят, за один раз они платили сто тысяч иен. Из них 90 % забирала банда, а 10 % шли на погашение долга – до тех пор нас держали взаперти. Конечно, если б они просто запирали наши квартиры на ключ снаружи, то это считалось бы незаконным лишением свободы, поэтому они хитростью обходили закон.

По словам госпожи Акэми, дверь всегда оставалась открытой, но у входа в квартиру постоянно дежурил надзиратель. Члены банды, жившие на первом этаже, по очереди следили за заключенными.

На втором этаже жили только женщины и дети, которые были слабы и не могли оказать сопротивление. Госпожа Акэми утверждала, что, даже если б они все вместе решили сбежать, у них не было бы шансов на успех. Банда хорошо понимала это, но на всякий случай предприняла еще и особые меры предосторожности.

Акэми: В нашей квартире имелось только одно окно. Из него было видно соседнюю квартиру.

Между их квартирой и соседней была стена с раздвижным окном.

Бандиты обещали, что если кто-то поймает соседа на попытке побега, то половину долга ему спишут – своего рода система взаимного наблюдения.

Акэми: Но на самом деле доказать попытку побега казалось практически невозможно. Там же не было камер и диктофонов. К тому же я не верю, что бандиты могли быть настолько щедрыми, чтобы простить половину долга.

По сути, они просто придумали такое правило, чтобы люди боялись ложного обвинения и не решались на какие-то подозрительные действия. К счастью, у меня была хорошая соседка, так что я не волновалась по этому поводу.

Соседка госпожи Акэми была женщиной старше нее на шесть лет.

Акэми: Ее звали Яэко, она была очень красивой. Она тоже была с ребенком – одиннадцатилетней дочкой. Мы с ней понимали друг друга, потому что обе были в одной лодке, поэтому никто из нас не думал о том, чтобы настучать друг на друга. Мы даже часто открывали окно и разговаривали. У этой Яэко была одна физическая особенность.

Акэми: Я заметила не сразу, но у нее… отсутствовала левая рука. Говорила, потеряла ее в аварии сразу после рождения.

Автор: Не могли бы вы рассказать подробнее о госпоже Яэко?

Акэми: Почему бы и нет. Однажды, когда детей не было рядом, мы разговорились о жизни, и оказалось, что у нее довольно тяжелое прошлое.

Яэко росла в обеспеченной семье в префектуре Нагано. Однако в восемнадцать лет она кое-что узнала от родителей.

Акэми: Ей сказали, что она была брошенным ребенком. Было что-то про хижину… Кажется, ее нашли брошенной в хижине в лесу.

То есть те, кого она считала своими родителями, на самом деле были приемными… Ну, думаю, такое часто случается. Она была так шокирована, что сбежала из дома. Говорила, что до сих пор ненавидит своих приемных родителей.

Автор: Но пусть они не ее настоящие родители, они нашли ее и вырастили. Должна же быть какая-то причина для этой ненависти?

Акэми: Кто его знает… Я посчитала, что у всех свои обстоятельства, понятные только им, и не стала расспрашивать – в конце концов, мы не были на столько близки, чтобы лезть в душу. Ну так вот, сбежав из дома, Яэко переехала в Токио и стала искать работу, но ввиду отсутствия руки, конечно, натерпелась. Кажется, она как-то сводила концы с концами, работая на подработке, где нужно подписывать конверты.

Но вот однажды настал поворотный момент. В двадцать один год Яэко влюбилась в своего начальника, и тот сделал ей предложение.

Акэми: Вот так раз – и жена директора. Невероятно. У них сразу же появился ребенок, и, казалось бы, вот она, спокойная жизнь… но не тут-то было. Жизнь тем и сложна, что в любой момент можно угодить в западню.

Из-за биржевого кризиса компания обанкротилась, и муж Яэко, оставив огромные долги, покончил с собой. У женщины с дочкой не было никакой возможности вернуть долги, поэтому их и привезли сюда.

Автор: Это… очень печально…

Акэми: В самом деле. Яэко ни в чем не была виновата… в отличие от меня.

С горькой улыбкой госпожа Акэми опустошила рюмку.

Акэми: Но знаешь, именно она научила меня сохранять доброе сердце вне зависимости от того, как глубоко на дне ты окажешься. Яэко… спасла Мицуру жизнь. Она моя благодетельница.

Автор: Благодетельница? Что же произошло?

Акэми: Это случилось через полгода после того, как мы попали в «Дом оставленных».

* * *

Госпоже Акэми и другим женищнам принципиально запрещалось выходить из своих квартир. Однако если выполнить определенное условие, то все же можно было это сделать.

Условием был обмен детей.

Допустим, семья госпожи А и семья госпожи Б живут по соседству.

Например, А хочет выйти. В таком случае она может взять с собой ребенка из соседней квартиры, где живет Б. В это время Б наблюдает за ребенком А, чтобы тот не убежал.

С точки зрения матери А, ее ребенок находится в квартире, поэтому она не может сбежать одна. То же самое с ребенком Б: он не сбежит, потому что без матери не сможет выжить.

В общем, согласно этой системе, заложниками становятся родные люди, которых таким образом «сажают на цепь», делая побег невозможным психологически.

Если б мать А вдруг бросила своего ребенка и сбежала, ответственность за него легла бы на мать Б, поэтому такой обмен возможен только между очень близкими соседями. Но госпожа Акэми и Яэко очень доверяли друг другу, поэтому часто пользовались этой системой.

Они могли ходить куда угодно, главное, чтобы возвращались к вечеру, и часто прогуливались до парка с детьми друг друга. И вот однажды случилась трагедия.

Акэми: Однажды Мицуру сказал, что хочет съездить посмотреть город.

Автор: Город? Ах да, вы ведь жили в горах префектуры Яманаси. Оттуда можно было добраться до крупного города?

Акэми: Хотя и в горах, но не так уж глубоко. Часа два пешком – и ты в городе.

Яэко сказала: «Если Мицуру так хочет, я составлю ему компанию». Я воспользовалась ее предложением и попросила с ним сходить.

В условленный день Яэко и Мицуру отправились в путь с едой, чаем и картой, которую одолжили у одного из членов группировки.

«Вернемся к трем часам», – сказала Яэко, но они не вернулись даже к вечеру.

К встревоженной Акэми подошел один из членов группировки. Тихим голосом, который никак не ожидаешь услышать от такого грозного мужчины, он прошептал: «Они сейчас в больнице».

Сказал, что на перекрестке в городе маленький Мицуру перепутал сигналы светофора и выбежал на дорогу. Яэко спасла его от автомобиля.

Акэми: Честное слово, то был единственный раз, когда я молилась Богу. Я не чувствовала, что Мицуру жив. Некоторое время спустя я узнала, что он в порядке, и от души вздохнула с облегчением… Но кто бы мог подумать, что с Яэко произойдет такое…

Мицуру отделался ушибами и ссадинами, а Яэко получила серьезные травмы.

В частности, ее правая нога, по которой проехалась машина, долгое время оставалась без кровоснабжения, из-за чего произошел некроз тканей и ногу пришлось ампутировать.

Эта женщина лишилась не только левой руки, но и правой ноги.

Акэми: Я не знала, как извиниться. Когда Яэко выписали и она вернулась, мы с Мицуру упали на колени и раз за разом просили прощения.

Даже если бы я извинялась до самой смерти, все равно было бы недостаточно, но, несмотря на это, Яэко не сказала ни слова упрека. Более того, она сказала: «Простите, что не уследила за Мицуру…»

Я со своим характером никогда никем не восхищалась и никого не уважала, но Яэко – исключение.

Она и сейчас остается образцом для меня, я бы хотела быть похожей на нее. Но, наверное, мне и через сто лет это не удастся.

Распрощаться с Яэко и ее дочерью пришлось внезапно.

Акэми: В то время к Яэко часто стал захаживать один мужчина – кажется, богатенький сын директора строительной компании под названием «Хикура». Он без памяти влюбился в Яэко и, говорят, переписал на себя все ее долги – рассчитывая таким образом заслужить ее благосклонность. И забрал их обеих с собой.

Я часто видела его через смежное с квартирой Яэко окно, и, скажу вам, мерзкий был тип. Из тех, кто покупает девушек на деньги родителей. И на вид непримечательный: худой как жердь и лишен амбиций, хотя еще молодой. Только орлиный нос его выделял, гадкий носатый извращенец.

Сейчас он сам почетный председатель компании – хорошо родиться сыном директора, даже если ты моральный урод… Этот мир уже не спасти. Хотя, раз благодаря ему Яэко с дочкой не пришлось оставаться в «Доме оставленных», может, все не так плохо.

В следующем году после ухода Яэко госпожа Акэми тоже наконец выплатила долги и оставила позади три года, проведенные в «Доме». На тот момент ей было двадцать девять, а Мицуру – девять.

После этого они вернулись в Токио, госпожа Акэми копила деньги, работая в ресторане, и впоследствии открыла свой бар. Невзирая на многочисленные трудности, им с Мицуру удалось вернуться к обычной жизни.

С Яэко они, похоже, никогда больше не встречались.

* * *

Мы закончили беседовать за десять минут до открытия. Я поблагодарил госпожу Акэми за то, что она согласилась поговорить, и поспешил удалиться. Прощаясь с господином Мицуру, я извинился перед ним за то, что заставил его мать обратиться к тяжелым воспоминаниям.

Не встречаясь со мной взглядами, он молча кивнул.

* * *

Возвращаясь на поезде домой я перечитал свои записи – кое-что не сходилось.

«Все-таки «Дом оставленных» – удовольствие для богачей. Говорят, за один раз они платили сто тысяч иен».

Сто тысяч иен за одну девушку даже по нынешним расценкам слишком дорого. Разве кто-то станет столько платить? Даже если речь о людях очень состоятельных… И это еще не все.

«На первом и втором этажах было по четыре квартиры. На первом этаже жили члены банды, которые следили за жильцами, а на втором этаже жили женщины, которые, как и госпожа Акэми, задолжали бандитам».

Получается, в одном доме жило всего четыре проститутки. С точки зрения торговли не слишком эффективно.

Думаю, многие воспоминания госпожи Акэми были ошибочными – пятьдесят лет прошло как-никак, так что ничего удивительного, если она не помнила всего досконально. Однако это не объясняло странного чувства, которое осталось у меня после нашего разговора.

Не думаю, что госпожа Акэми лжет. В этом нет необходимости.

И все же она что-то скрывает. Что-то важное, без чего ее рассказ теряет смысл.

Я решил снова перечитать свои записи.

Конец десятого материала

Материал ⑪ Комната, которую видели лишь однажды

Июль 2022 года

Беседа с Рэном Ирумой и записи о ходе расследования

«Слишком уж реалистичными были ощущения для сна. Настолько, что я до сих пор помню, каким холодным был пол, какие на ощупь были стены…»

Это слова Рэна Ирумы, двадцатичетырехлетнего дизайнера-фрилансера.

Мы уже давно общаемся по работе, поэтому, когда «Странный дом» был дописан, я подарил один экземпляр и ему. Через год Ирума позвонил мне.

«Прошло много времени, но я прочел книгу». – Вслед за этим вступлением Ирума поделился со мной необычными воспоминаниями о своем доме.

Ирума: Дом родителей находится в Ниигате^[29], я жил с ними до окончания старшей школы. В детстве дома со мной случилось кое-что странное. Где-то за год до того, как я пошел в школу, – получается, мне было пять-шесть лет. Обычно ведь воспоминания из детства обрывочные, в памяти остаются отдельные яркие события, а что было до них или после – непонятно, согласитесь? Вот и тут так же.

Ирума рассказал, что воспоминания эти начинаются с сильнейшего головокружения.

Ирума: Я точно был дома, но не помню, где именно. Перед глазами все резко поплыло, стало тяжело стоять, я невольно присел на корточки. Когда головокружение утихло и я поднял голову, передо мной появилась дверь.

Мне подумалось: «Разве тут была дверь?» Подойдя ближе и дернув за ручку, я увидел маленькую комнату. Точнее, не просто маленькую – совсем-совсем крошечную. Пол был квадратный, где-то метр на метр, даже меньше. Зайди туда три взрослых человека, им пришлось бы стоять плотно, прижимаясь друг к другу, чтобы уместиться. Хотя потолок был достаточно высокий.

Помню, стоило мне сделать только один шаг внутрь комнаты, и ногам стало холодно. Пол, по-моему, был уложен деревянным паркетом. Ни единого окна, на стенах белые обои. Больше ничего. Очень странная комната. Я повертел головой, чтобы осмотреться, и заметил на полу деревянную коробку. Открыл крышку… В ней лежало что-то жутко страшное.

Автор: Что-то страшное?

Ирума: Да. Но не помню, что это конкретно был за предмет. Я точно приподнял это, чтобы взяться двумя руками… вот так… Какой-то продолговатый предмет, что ли… На ощупь довольно твердый. В итоге, перепугавшись, я сразу вернул его на место и бросился в свою комнату. А чтобы заглушить страх, начал, не отрываясь, читать любимую смешную мангу. Чуть позже вернулись родители.

Автор: То есть, когда вы зашли в ту комнату, ваших родителей не было дома?

Ирума: Именно. Потом я успокоился и даже набрался смелости попробовать еще раз зайти в ту комнату вечером. Но ее уже не было.

Автор: Хотите сказать, она исчезла?

Ирума: Да. Я переоткрывал все двери в доме, но маленькую жуткую комнату так и не нашел. Родители на мой вопрос только посмеялись и сказали, что это всего лишь сон. Конечно, такое просто не могло произойти наяву, но… Слишком уж реалистичными были ощущения для сна. Настолько, что я до сих пор помню, каким холодным был пол, какие на ощупь были стены.

Автор: Хм… А вы заходили в эту комнату когда-нибудь еще?

Ирума: Нет. Только в тот единственный раз.

Комната, которую видели лишь однажды… История из разряда мистических, не иначе. Реалистичнее всего звучало, конечно, объяснение родителей, что это был всего лишь сон.

Но кое-что не давало мне покоя: почему Ирума рассказал свою историю после прочтения моей книги?

Ирума: «Всего лишь сон»… В какой-то момент я и сам поверил в это. Но после прочтения подаренной вами книги у меня появилась мысль: в книге фигурировала потайная комната.

Автор: Действительно. Там за алтарем скрывался вход в комнату.

Ирума: У меня тогда щелкнуло: «А может?..»

Автор: Думаете, то была потайная комната?..

Ирума: Да. На самом деле, даже представить, что в обычном частном доме может оказаться нечто подобное, по-моему, безумие. Но, если предположить, что случившееся в тот день – правда, я не вижу другого объяснения. Вполне вероятно, что отец, например, таким образом решил развлечься при строительстве дома. Ну и все в этом духе… Вообще, есть в теме с потайными комнатами какая-то мужская романтика, что ли. Не думаете? Только домашнего алтаря у нас нет, не пойму, как можно было спрятать комнату?.. Точнее, дверь?

Автор: Если брать ваши воспоминания за реальный факт, дверь могла то появляться, то исчезать.

Ирума: Выходит, так. Но возможны ли такие чудеса?.. Простите… У меня есть просьба… Может, вы поищите комнату вместе со мной?

Автор: Прошу прощения?

Ирума: Давайте поедем в дом моих родителей и попробуем раскрыть секрет тайной комнаты вместе? Вы ведь наверняка планируете продолжение книги? Как раз используете в качестве материала!

Автор: Что вы, что вы… Правда, спасибо, что предлагаете мне новый материал, но вот так беспокоить ваших родителей…

Ирума: Все в порядке. В доме сейчас живет только папа, но он весь день на работе, так что большую часть времени никого не бывает. Я частенько туда наведываюсь, ключи у меня есть.

Автор: Но вы все-таки член семьи, а я совсем чужой человек.

Ирума: Никаких проблем. Я иногда привожу домой друзей-дизайнеров на барбекю, к примеру. Хорошо быть единственным ребенком в семье: я у отца баловень, он всегда многое мне разрешал. Так что в визите кого-то стороннего ничего такого нет.

В конце концов Ирума добился своего (во многом благодаря и моему личному интересу). Мы условились поехать в дом семьи Ирума на следующей неделе.

* * *

Звонок завершился. Теперь нужно было разложить информацию по полочкам.

Комната, увиденная им один раз в детские годы… Если это действительно произошло наяву, возникает опрос: почему она показалась только однажды?

Все случилось за год до его поступления в первый класс… Ируме шесть лет. В мае 2022 года ему исполнилось двадцать четыре, значит, путем несложных вычислений приходим к выводу, что дело было восемнадцать лет назад, в 2004 году. В один из дней этого года в доме семьи произошло «нечто». Тут у меня возникла некая догадка.

Я поискал в интернете одно слово – результат ожидаемый. Если мое предположение верно, мы, возможно, найдем спрятанную комнату.

* * *

На следующей неделе, в понедельник, мы с Ирумой встретились у Токийского вокзала и на его машине отправились в Ниигату. В дороге мне удалось спросить о моменте, который не давал мне покоя.

Автор: Вы говорили, сейчас в доме живет только ваш отец.

Ирума: Да.

Автор: Простите, а ваша мама?

Ирума: Родители развелись. Я в тот год как раз поступил в университет. Не то чтобы у них все было ужасно, но, скажем так, хорошо тоже не было. Хотя все равно не ожидал, что дойдет до такого.

Автор: А вы сейчас видитесь с мамой?

Ирума: Конечно. Недавно ужинали вместе. Она любит каждый раз переживать по всякому поводу – изводит меня кучей вопросов: «Ты же ешь овощи?», «Когда ты проверял здоровье?» и все такое.

Автор: Родители они такие. Но, согласитесь, это ведь хорошо, что мама о вас переживает?

Дом родителей Ирумы находился в тихом местечке посреди безмятежных сельских пейзажей, окружавших город Меко. Постройка выглядела очень современно: фасад, выполненный в двух цветах – белый с темно-синим, несколько больших окон. Родители молодого человека купили дом в тот же год, что и поженились, а через восемь лет в связи с рождением сына принялись за масштабную перестройку.

Автор: Прекрасный дом.

Ирума: Папа очень скрупулезен, когда дело касается эстетической части. Думаю, он каждой детали тут уделил внимание.

Автор: Ничего себе. Ваш отец, наверное, тоже работает в сфере дизайна?

Ирума: Ну-у, можно и так сказать. Только он работает не в сфере искусства, а дизайне металлических изделий. Я слышал, папа занят в изготовлении продукции из редкоземельных металлов, но точно не знаю. Ну ладно, чем стоять тут и болтать, пойдемте вовнутрь.

Ирума достал из кармана ключ и открыл дверь. Глянцевый паркет, белые тканевые обои – внутри, как и снаружи, дом смотрелся так же очень современно и стильно.

Было одиннадцать часов утра, отец Ирумы обычно возвращался примерно в восемь вечера – в запасе у нас имелось полно времени. Для начала мы решили, что Ирума проведет мне экскурсию по комнатам. В процессе в своем блокноте я делал простые наброски планировки.

По окончании экскурсии Ирума провел меня в гостиную и угостил чаем с печеньем. Из стеклянных дверей в северной и южной частях комнаты можно было любоваться садом – великолепная задумка.

Автор: Похоже, ваши родители были очень состоятельными? Дом роскошный.

Ирума: Да ладно вам, тут ничего такого нет.

Автор: Ну как же, я, например, впервые вижу, чтобы гостиную с двух сторон окружал сад.

Ирума: Так это потому, что мы в глуши. В крупных городах такие большие участки земли под сад не оставляют. Кстати говоря, что думаете после быстрого осмотра?

Автор: Да, как раз об этом…

Я раскрыл блокнот с набросанным чертежом.

Автор: Я пока не заметил чего-то, что может оказаться потайной дверью. В связи с чем нам остается только сопоставить ваши воспоминания с планировкой дома и выдвинуть предположение о возможном местонахождении комнаты. Прежде всего давайте обобщим основные пункты.

В истории, которой вы со мной поделились, я вижу четыре важных момента:

1. Дверь появилась после того, как утихло ваше внезапное головокружение и вы подняли голову.

2. Вы потянули дверь – за ней находилась маленькая комната.

3. Комната квадратная, меньше квадратного метра.

4. Открыв маленькую коробку на полу, вы обнаружили некий страшный предмет, после чего побежали в свою комнату.

Автор: Из четвертого пункта можно сделать вывод, что между потайной и вашей комнатами было достаточное расстояние, чтобы вы могли пробежаться.

Ирума: Выходит так.

Автор: Судя по третьему пункту, ширина двери была равна ширине комнаты, то есть чуть меньше квадратного метра^[30]. Но здесь возникает вопрос: каким образом дверь удавалось прятать?

Автор: Допустим, если бы дверь была спрятана в большой стене, ее контуры в любом случае угадывались бы.

Автор: Поэтому можно рассмотреть вариант с прямоугольным участком стены, допустим обрамленным опорными столбами и балками. Во время осмотра дома я искал, нет ли таких мест, и нашел одно.

Конец коридора, смежного с гостиной.

За стенкой – кухня. Вообще, было бы удобно установить дверь здесь, но этого почему-то не сделали. Может, между коридором и кухней что-то есть? Какое-нибудь небольшое пространство, к примеру.

Ирума: Небольшое пространство…

Автор: Давайте проверим. Вы идите в коридор, Ирума, а я пойду на кухню.

Я приложил ухо к стене.

Автор: Ирума! Готово! Попробуйте сильно постучать по стене!

Ирума: Понял!

Из-за стены послышался глухой стук – как будто звук раздавался где-то вдалеке. Все сходится. Скорее всего, между коридором и кухней есть некое пространство.

Я поспешил выйти к Ируме.

С двух сторон стену подпирали узкие деревянные столбы, сверху – балка. Если все действительно так, как я думал, под этой вытянутой прямоугольной стеной скрывалась дверь. Ирума попробовал надавить на стену ладонью – она не тронулась с места.

Ирума: Как нам открыть ее?..

Автор: Вспомните второй пункт: вы потянули дверь – за ней находилась маленькая комната. То есть вы не толкали дверь, она должна открываться в сторону коридора. Но для этого на двери, очевидно, необходима ручка, коей мы не наблюдаем. Как же вам получилось войти в комнату тогда в детстве?

Я очень надеюсь, что вы сможете вспомнить детали, но пока выскажу догадку: возможно, в тот день дверь была приоткрыта изначально?

Ирума: То есть я потянул за краешек приоткрытой двери?

Автор: Да, думаю так. Стена по какой-то причине оказалась открыта, из-за чего вы подумали, что в доме внезапно появилась новая комната. Тогда вы увидели, что «стена» на самом деле была «дверью». Но с тех пор стена-дверь всегда оставалась закрытой, поэтому «не появлялась» и комната… По крайней мере, такой ход мыслей дает адекватное объяснение.

Ирума: Интересно, почему она открылась только в тот раз?..

Автор: Здесь нам следует обратиться к первому пункту. Вы говорили, что дверь появилась после того, как утихло ваше внезапное головокружение и вы посмотрели вперед. Происшествие, несомненно, связано с вашим плохим самочувствием.

Ирума: Головокружение…

Автор: На самом деле, когда вы впервые рассказали всю историю по телефону, некоторые моменты показались мне странными: вы довольно хорошо помните то, как заходили в комнату, но забыли, что конкретно за «страшный предмет» лежал в коробке, верно?

Все так. «…заметил на полу деревянную коробку. Открыл крышку… В ней лежало что-то жутко страшное».

Автор: Возможно, такие пробелы в воспоминаниях – своеобразный защитный механизм.

Ваш мозг решил удалить часть жутких фрагментов событий, чтобы впоследствии они не вызывали у вас страха. В вашем случае даже воспоминания того, что происходило перед входом в комнату, довольно расплывчаты.

«Я точно был дома, но не помню, где именно. Перед глазами все резко поплыло, стало тяжело стоять, я невольно присел на корточки. Когда головокружение утихло и я поднял голову, передо мной появилась дверь».

Автор: Вы ведь не помните, что было до головокружения?

Ирума: Нет, совсем.

Автор: Это значит, прямо перед тем, как вам стало плохо, произошло что-то очень страшное. Поэтому ваш мозг не стал хранить воспоминания об этом.

Ирума: Чтобы что-то дома могло настолько меня напугать…

Автор: Может, землетрясение?

Ирума: Землетрясение?

Автор: Исходя из вашего нынешнего возраста, все произошло в 2004 году. К тому же вы сказали: «Стоило мне сделать только один шаг внутрь комнаты, и ногам стало холодно», – могу предположить, дело было в холодное время года.

Ирума: А… Землетрясение в Тюэцу…^[31]

23 октября 2004 года в префектуре Ниигата произошло мощное землетрясение магнитудой 6,8 балла. Эпицентр находился в районе Тюэцу. В городке, где проживало семейство Ирума, вибрации ощущались не так сильно, однако некоторый ущерб все же был причинен.

Возможно, дверь открылась как раз таки из-за толчков.

Какое-то время Ирума стоял с остолбеневшим видом.

Автор: Звучит неубедительно?..

Ирума: Да нет, вполне себе. Просто удивляюсь, почему эта версия никогда не приходила мне в голову. Хотя я очень часто слышал об этом событии и по телевизору, и на уроках в школе.

Автор: Думаю, в вашем юном сознании два события просто не связались. Трагическое землетрясение, с которым вы неизбежно столкнулись как житель региона, и почти сказочная, загадочным образом появившаяся комната. Эти происшествия в вашей голове существовали каждое само по себе, будто вода и масло. Наверное, вы и подумать не могли, что они переплетены.

Ирума: Да… Наверное.

Автор: Дверь открылась при толчках, потому что, скорее всего, не была заперта на ключ. Но при этом она очень плотно зажата между столбами, без ручки не открыть.

Ирума: Разве что растрясти дом. Может, попробовать прикрепить присоску и потянуть?

Автор: Было бы замечательно, но вряд ли ее получится прикрепить к тканевым обоям.

Ирума: Могу купить бензопилу!

Автор: Не пугайте так меня, пожалуйста… Раз есть потайная комната, значит, должен быть и способ зайти в нее. Давайте пробовать. Смотрите, сейчас всего двенадцать часов, у нас еще много времени до возвращения вашего отца.

Мы ощупывали, стучали, даже забрались на чердак над коридором – в общем, перепробовали все, до чего могли додуматься. И, не добившись никакого прогресса, заметили, что уже перевалило за два часа дня.

Автор: Да уж, дела у нас идут не очень хорошо.

Ирума: Давайте отвлечемся и передохнем? Выпьем еще чаю?

Мы снова пошли в гостиную.

И тут мое внимание привлекла кладовая в углу комнаты. Особенно меня удивила дверь – одинарная раздвижная, нехарактерная для помещений такого типа.

Обычно в кладовых устанавливают двери с двумя створками: обе можно раздвинуть в стороны, благодаря чему удобнее выносить вещи.

В случае с одинарными, напротив, раздвигается лишь одна, и достать что-то бывает проблематично. Почему же выбор пал именно на такую дверь?

Пока я в замешательстве смотрел на нее, в уме неожиданно возникла картинка. Я быстро подошел к столу. На нем все так же в раскрытом виде лежал блокнот. Я посмотрел на чертеж.

Автор: Взгляните, кладовая находится по соседству с потайной комнатой.

Ирума: И правда… Может, в таком расположении есть какой-то секрет?

Автор: Доказательств у нас пока нет. Давайте проверим?

Мы вынесли из кладовой все вещи, чтобы она осталась совершенно пустой, после чего я с фонариком в руках зашел в комнатку. Осмотрев каждый уголок, я не нашел ничего подозрительного.

Ирума: Ну как? Есть что?

Автор: Нет…

Ирума: Там, наверное, пылища. Раз ничего нет, выходите поскорее.

Автор: Погодите, я еще не проверил кое-что.

И я закрыл дверь изнутри.

Когда дверь оказалась полностью задвинута, фонарик кое-что подсветил. Это была небольшая квадратная выемка, вырезанная в перегородке.

Благодаря конструкции одинарной двери обнаружить ее было сложно. Мне показалось, что углубление, шириной примерно в один сантиметр и глубиной всего в два-три миллиметра, напоминает не что иное, как дверную ручку.

Я ухватился за выемку пальцами и потянул перегородку влево (в сторону коридора). С шорохом она совсем немного, но отодвинулась.

Автор: Ирума! Вы видели это?

Ирума: А? Что?

Автор: Перегородка. Я где-то на один сантиметр задвинул ее в сторону коридора.

Ирума: Я смотрел, не отрываясь, – ничего не двигалось.

Автор: Вот как… Попробую еще раз. Смотрите внимательно.

Я снова вцепился пальцами за выемку и с большим усилием задвинул перегородку еще на один сантиметр.

Автор: А теперь?

Ирума: Был какой-то шорох, но никакого движения.

Автор: Странно…

Перегородка точно сдвинулась влево, но снаружи никаких изменений не наблюдалось. В таком случае выходило следующее – перегородка состояла из двух частей: неподвижной наружной панели и подвижной внутренней. Два слоя.

То, что внутренняя панель сдвинулась в сторону коридора, означало, что в стене, разделяющей гостиную и коридор, имелась щель. И по другую сторону этой стены скрывалась потайная дверь.

Вероятно, открыть дверь в нее получится, если до конца задвинуть подвижную часть перегородки. Я пока не совсем понимал принцип работы механизма, но, если у нас получится открыть дверь, то, несомненно, мы все проясним.

Я еще раз с силой дернул панель в сторону коридора. Послышался сильный громкий скрежет.

От этих звуков мне почему-то стало как-то неспокойно.

Неужели дверь и правда откроется?

Я остановился, и все стихло. Если задуматься, очень странно выходило: уж больно тяжелая панель. Сделана она из дерева, но пальцы начинают болеть, даже когда двигаешь ее всего на несколько сантиметров. Разве так и должно быть?

В голове вдруг всплыл факт, притаившийся в дальнем уголке памяти. Наш совсем недавний, вроде непримечательный разговор с Ирумой. Тут-то бессвязные обрывки информации стали складываться для меня в цепочку. Я пришел к выводу.

Автор: Ирума.

Ирума: Да?

Автор: Могу я попросить вас найти один предмет? Идите в комнату отца и поищите магнит.

Ирума: Магнит?

Автор: Где-то в комнате должен быть один большой.

* * *

Через несколько минут Ирума с удивленным видом вернулся в гостиную. В руках он держал огромный магнит диаметром десять сантиметров.

Ирума: Лежал в тумбочке. Но как вы поняли, что он там?

Автор: Я перебрал разные варианты, по какому механизму открывается дверь, и пришел к магниту. Он служит ручкой для двери. Ирума, не могли бы выйти, прижать магнит к стене в конце коридора и постоять так?

Ирума: Что?..

Вывод мой заключался в следующем. В стене между коридором и гостиной находилась металлическая пластина. При движении внутренней панели перегородки эта пластина выдвигалась в потайную комнату.

Если после этого приложить магнит с внешней стороны двери, он сойдется с металлической вставкой, и вот – перед нами дверная ручка.

Естественно, рядовой магнит слишком слабый и с такой задачей не справится. Но неодимовые магниты – совсем другое дело. Они считаются самыми мощными в мире – большой экземпляр может сохранять значительную магнитную силу, даже если на пути окажется дерево.

К тому же неодимовый магнит изготавливают из сплава на основе неодима, редкоземельного элемента.

«Ну-у, в принципе, можно и так сказать. Только он работает не в сфере искусства, а дизайне металлических изделий. Я слышал, папа занят в изготовлении продукции из редкоземельных металлов, но точно не знаю».

Налицо непосредственная связь с профессией отца Ирумы.

Вскоре из коридора послышалось: «Готово!» – и я с силой двинул панель. Ирума вскричал.

Ирума: Ого-о! Обалдеть! Притянулся! Он притянулся!

Автор: Ирума, осторожно потяните магнит на себя.

Наконец из коридора донесся скрип. Я высвободился из кладовой и поспешил в коридор. Дверь была открыта.

Автор: У нас… получилось… Наконец-то!

Ирума: Да…

Ирума осторожно вошел в комнату. Она выглядела примерно так же, как описывал ее Ирума: белые обои, квадратная форма… И коробка.

Он присел на корточки рядом с ней и потянулся к крышке. Даже издалека было видно, как дрожат руки Ирумы. Охваченный волнением, он все-таки кое-как открыл коробку. Внутри была…

Автор: Кукла?..

В коробке лежала маленькая деревянная фигурка женщины. Ее шелковый наряд напоминал ангельское одеяние. Очень красивыми выглядели и черты лица, хотя было видно, что вырезана немолодая женщина. Помимо этого, однако, в глаза бросалось еще кое-что. Тело фигурки.

У нее не было левой руки и правой ноги.

Меня как будто сразило молнией. Она была мне знакома. Я уже где-то слышал об этой женщине. Тут Ирума прошептал…

Ирума: Эта кукла… Похожа…

Автор: Похожа? На что?

Ирума: По своей форме похожа на дом.

Поначалу слова Ирумы ввели меня в ступор. Я продолжал смотреть на фигурку в его руках, как вдруг до меня дошло. Я метнулся в гостиную и прибежал к Ируме с блокнотом.

Повернув чертеж вертикально, мы сравнили его с куклой. И правда. Сходство действительно было очевидно. Я наконец вспомнил. В старом журнале, случайно попавшем ко мне в руки, был напечатан репортаж журналиста, внедрившегося в одну секту. Секта называлась «Орден перерождения». Ее члены проводили практики в религиозном сооружении, именуемом «Домом перерождения». Это здание по форме напоминало фигуру главы секты. У основательницы, известной как «Богоматерь», отсутствовали левая рука и правая нога.

План дома походил на фигуру женщины. Кукла, тело Богоматери, «Дом перерождения» и семья Ирума. Я и подумать не мог, что нити сойдутся здесь.

Ирума положил куклу обратно в коробку и тихо произнес…

Ирума: Значит, это правда…

Автор: О чем вы?..

Ирума: Я чувствовал с детства. Что они… родители… Вступили в подозрительную секту.

Автор: Простите?

Ирума: Это ведь… что-то вроде… тотема? Напоминает, по крайней мере.

Автор: Ну…

Ирума: Не волнуйтесь, я не хочу сказать ничего плохого в адрес людей, поклоняющихся высшим силам. Но я все же не понимаю… Неужели они были несчастливы настолько, что им пришлось удариться в религию? Неужели я не принес родителям никакого счастья?..

Конец одиннадцатого материала

Рассуждения Курихары

Пройдя от станции Умэгаока двадцать минут пешком, я прибыл к дому.

Держа в одной руке конверт с одиннадцатью материалами, я стал подниматься по лестнице. С каждым шагом ржавые металлические ступеньки издавали скрипучий звук. Говорят, в этом году дому будет уже сорок пять лет – оно и видно.

Он живет в самой дальней квартире второго этажа. Я нажал на звонок, и дверь тут же открылась.

«А я тебя жду. Замерз, наверное? Проходи».

Серый свитер и мешковатые джинсы. Коротко стриженные волосы и редкая бородка.

Это мой приятель Курихара, архитектор.

Внутри квартиры меня окутал теплый воздух. Одновременно работали, создавая шум, кондиционер и обогреватель.

«Видишь ли, я мерзляк», – пояснил Курихара и прибавил мощность обогревателя.

В квартире имелась небольшая кухня, переходящая в просторную гостиную. Там были кругом разбросаны книги – я присел на свободное местечко. Курихара, заваривая на кухне чай, сказал будто самому себе:

«Навевает воспоминания. Кажется, в тот раз мы разговаривали точно так же».

Когда-то я приходил сюда, чтобы разгадать загадку одного дома. Тогда Курихара смог понять, что произошло в том доме, лишь взглянув на его планировку, – с тех пор я время от времени обращаюсь за помощью к его дедуктивным способностям.

Автор: В тот раз ты меня очень выручил. Кстати, у тебя сегодня выходной?

Курихара: Да. В последнее время только и делаю, что отдыхаю: теперь немногие хотят построить себе дом. Впрочем, читать книги и играть в видеоигры мне нравится больше, чем работать, поэтому я даже рад.

Он поставил на стол^[32] две чашки чая, подвинул лежащие на полу книги и сел напротив меня.

Курихара: Ну что ж, показывай. Те материалы, о которых говорил по телефону.

Автор: Сейчас.

Я достал из конверта одиннадцать материалов – в каждом из них была собрана вся информация, которую мне удалось выяснить.

Материал ① Коридор в никуда

Материал ② Дом, который порождает мрак

Материал ③ Водяная мельница в лесу

Материал ④ Дом-мышеловка

Материал ⑤ Место преступления было рядом

Материал ⑥ Дом перерождения

Материал ⑦ Дом дяди

Материал ⑧ Веревочный телефон

Материал ⑨ Звуки шагов, ведущие к месту убийства

Материал ⑩ Дом, из которого невозможно сбежать

Материал ⑪ Комната, которую видели лишь однажды

Я уже писал об этом в предисловии книги, однако повторюсь: с тех пор как была опубликована предыдущая часть «Странный дом», со мной стали постоянно делиться любопытными рассказами о различных домах – всего их набралось более ста штук.

Домов, тайна которых уже была разгадана, оказалось мало – большинство историй не имели концовки, иными словами, они так и не получили развязку. Я посчитал своим долгом пролить свет на их загадки и взялся за собственные расследования.

Постепенно отдельные истории начали собираться в единый сюжет, как ветви дерева, отходящие от общего ствола. Когда я пересматривал эти данные, то обнаружил, что содержание некоторых историй странным образом переплетается между собой – я сосредоточил внимание на этой связи и продолжил исследование.

Курихара: Получается, одиннадцать историй связаны некоей тайной.

Автор: Да. Я чувствую между ними какую-то связь, но не смог определить, какую именно, и решил вновь обратиться за помощью к тебе.

Курихара: Понятно… Подожди немного, сейчас почитаю.

Курихара взял один из материалов в руки.

Его техника чтения, в противоположность так называемому скорочтению, заключалась в смаковании каждого символа. Я пил чай, ожидая, когда он закончит.

Спустя несколько часов Курихара дочитал последний материал и положил его на стол, после чего сложил руки на груди, прикрыл глаза и замер. Пока я раздумывал, стоит ли мне прервать тишину и что-то сказать, Курихара раскрыл глаза и залпом выпил остывший чай.

Курихара: Да уж, занимательно.

Автор: Ну как? Что-нибудь понял?..

Курихара: Во многом я вынужден полагаться на предположения, но, думаю, и с имеющейся информацией могу построить общую картину.

Автор: Правда?!

Ядро

Курихара: Пробежавшись глазами по всем одиннадцати рассказам, я ясно вижу, что один из них служит «ядром». Знаешь какой?

Автор: Рассказ, ставший ядром… Хм-м… Все они кажутся важными…

Курихара: Не нужно так усиленно думать. Достаточно просто представить карту.

Курихара вырвал листок из записной книжки, лежавшей на столе, и стал рисовать карту Японии.

Курихара: Место действия первого материала – город Такаока в префектуре Тояма. Второго – север района Аой в городе Сидзуока. Третьего…

Курихара одну за другой наносил на карту точки, означающие места, где произошли события, описанные в моих материалах. Когда на карте появились все одиннадцать точек, я удивленно ахнул.

Автор: А-а-а… вот оно что…

Курихара: Понял? Все события разворачивались вокруг «Дома перерождения», некогда находившемся в западной части префектуры Нагано. Другими словами, надо полагать, что именно это сооружение является корнем… «ядром» всего происходящего.

Курихара взял в руки шестой материал.

Курихара: К сожалению, вторая часть, которая пролила бы свет на правду, так и не была опубликована. В таком случае не остается ничего другого, кроме как пытаться разгадать загадки самим, исходя из содержания первой части. Для начала сформулируем, какие вопросы остались без ответа.

① Почему духовная практика «Ордена перерождения» заключалась во сне?

② Что же продавала секта своим последователям за миллионы иен?

③ Чем занимались мужчины в белых ритуальных одеждах и сектанты, сидя друг напротив друга за длинным столом?

④ Что за «особое обстоятельство» объединяло членов секты?

⑤ Каким образом встречи несколько раз в месяц смогли промыть им мозги?

Курихара: Чтобы разгадать эти пять загадок, мы будем понемногу раскрывать истинный облик «Дома перерождения». Как и написано в статье, планировка здания вдохновлена образом Богоматери. На самом деле, такие строения далеко не редкость.

Курихара: К примеру, многие католические церкви проектируют по образу распятого Иисуса Христа. Стало быть, немало людей разделяют потребность оказаться внутри сущности, в которую они верят, и испытать таким образом чувство защищенности. Итак, если внимательно взглянуть на внутреннюю часть «Дома», то можно уловить интересный момент: святилище находится в «сердце» здания.

Автор: О, действительно. «В сердце живет Богоматерь» – так, значит?

Курихара: Как-никак она символ учения, а значит, должна быть на месте важнейшей части тела. Кстати, раньше было принято думать, что сердце располагается не в центре грудной клетки, а чуть левее – думаю, святилище тоже сдвинуто немного влево, поскольку «Дом» строили в то время.

Курихара: Отсюда мы делаем вывод, что «Дом перерождения» повторяет не только внешний облик Богоматери, но и внутренний. Теперь, зная это, взглянем на место, где сладко спали сектанты.

Курихара: Оно соответствует нижней части живота. Человек, спящий у женщины в животе… ты уже понял, что это символизирует, да?

Автор: …Эмбрион?

Курихара: Именно.

Курихара: Через нижнюю дверь, «влагалище», они входят в спальню, «матку», и спят, после чего выходят наружу через ту же дверь – очевидно, что это метафора зачатия и родов. Что ж, первую загадку мы разгадали.

① Почему духовная практика «Ордена перерождения» заключалась во сне?

Курихара: Ответ: таким образом последователи становились «детьми» Богоматери. Надо полагать, что духовная практика состояла в том, чтобы, проведя ночь в утробе Богоматери, переродиться ее детьми.

Автор: Переродиться… родиться заново… Потому и «Орден перерождения»…

Курихара: Теперь вспомним слова члена верхушки секты Масахико Хикуры.

Курихара: «Уверен, вы уже осознали. Осознали свои ужасные грехи», – из этих слов можно заключить, что все члены «Ордена перерождения» по какой-то причине испытывали чувство вины. Хикура убеждал их: «Из-за своих грехов вы несчастны. Однако перерождение в утробе Богоматери может ненадолго очистить вас от греха – но лишь ненадолго: полностью искупить его невозможно. Поэтому приезжайте сюда снова и снова, чтобы очиститься от скверны». В сущности, Хикура собирал людей, считавших себя грешниками, и давал им возможность освободиться от чувства вины.

Автор: И для этого последователи секты каждый раз засыпали в спальне, имитирующей лоно Богоматери…

Курихара: Звучит, конечно, бредово, но, с другой стороны, идея искупления грехов при перерождении близка и буддизму, поэтому могла легко восприниматься японцами. Однако странно, что в это вовлекали и детей.

«И эти грехи вы передали своим несчастным детям. Ребенок, рожденный во грехе родителей. Дитя греха. <…> А завтра утром, чуть более свободные от нечистот, отправляйтесь домой и обучите детей основам наших практик».

Курихара: «Обучите детей основам наших практик»… Иными словами, Хикура велел послушникам, вернувшись после практик домой, уложить детей спать в утробе Богоматери. Но как это возможно? Среди обычных домов не найдешь тех, что повторяли бы силуэт Богоматери, и в них также нет спален в форме утробы. Тогда каким образом сектанты заставляли детей выполнять эту практику?

Тут мне вспомнилась планировка одного дома.

Автор: Они… перестраивали свои дома в «Дома перерождения».

Курихара: Именно. Собственно, даже герои одной из твоих историй переделали свое жилище в «Дом перерождения».

Автор: Ты о родителях Ирумы?..

Курихара: Да.

Курихара взял в руки одиннадцатый материал – «Комната, которую видели лишь однажды».

Имитация

«Родители молодого человека купили дом в тот же год, что и поженились, а через восемь лет в связи с рождением сына принялись за масштабную перестройку».

Курихара: Должно быть, супруги Ирума вступили в «Орден перерождения» примерно тогда же, когда у них родился ребенок.

Автор: И затеяли крупный ремонт, чтобы сделать свой дом похожим на «Дом перерождения»…

Курихара: Думаю, изначально это был обычный дом. Вероятно, они провели работы по сокращению площади здания, чтобы воссоздать тело Богоматери. Конечно, они воспроизвели не только ее внешний облик.

«В коробке лежала маленькая деревянная фигурка женщины. Ее шелковый наряд напоминал ангельское одеяние. Очень красивыми выглядели и черты лица, хотя было видно, что вырезана немолодая женщина. Помимо этого, однако, в глаза бросалось еще кое-что. Тело фигурки. У нее не было левой руки и правой ноги».

Курихара: Присмотрись к «потайной комнате», где лежала кукла.

Курихара: Если рассматривать дом как тело, то она находится немного в стороне от центра груди, верно?

Автор: Сердце… как святилище «Дома перерождения».

Курихара: Иными словами, «потайная комната» была «святилищем». В настоящем святилище «Дома перерождения» находилась Богоматерь, а у семьи Ирума – кукла. То есть кукла – это замена Богоматери, своего рода идол. Подобно тому, как в домашнем алтаре ставят фигурки семи богов счастья.

Автор: Получается, раз нельзя разместить настоящую Богоматерь, ее заменяют куклой.

Курихара: Именно. Далее обратим внимание на кровать Рэна Ирумы.

Курихара: Это место, очевидно, «матка». Согласно учению секты, получается, что, пока он жил дома, он каждый день рождался заново как дитя Богоматери.

Родители Ирумы вступили в «Орден перерождения» примерно тогда, когда он появился на свет. Стало быть, по какой-то причине их мучило чувство вины.

Секта внушила им страх, сказав: «И эти грехи вы передали своим несчастным детям». Испуганные родители перестроили свой дом в «Дом перерождения», чтобы очистить сына от греха, которым он заразился.

Автор: Но разве реально вот так просто снести отдельные комнаты в доме и построить потайную?

Курихара: Обычный подрядчик отказался бы от такой работы. Именно поэтому секта могла безнаказанно грабить людей.

② Что же продавала секта своим последователям за миллионы иен?

Курихара: Дома. А точнее, перестройку домов. Хикура, член верхушки секты, был директором «Хикуры Хаус» – строительной компании, которая занимала бо`льшую долю рынка в регионе Тюбу. С его ресурсами даже самая безумная перестройка могла быть реализована.

Что мы имеем? Секта «Орден перерождения», базирующаяся в регионе Тюбу и призывающая своих последователей к перестройке домов. И строительная компания «Хикура Хаус», которая имеет влияние в этом же регионе. Стало быть, они сотрудничали?

Курихара: Если мы это поймем, то разгадаем и следующую загадку.

③ Чем занимались мужчины в белых ритуальных одеждах и сектанты, сидя друг напротив друга за длинным столом?

Курихара: Если в двух словах, то были деловые переговоры. Мужчины в белом, вероятно, были работниками «Хикуры Хаус».

«На обширной территории стояли длинные столы. За ними сидели послушники, с которыми я спал прошлой ночью, а напротив них расположились мужчины в белых ритуальных одеждах. Они что-то обсуждали. Подойдя ближе, я увидел на столах планы домов».

Курихара: Судя по тому, что на столе были разложены планы домов, полагаю, они обсуждали работы по перестройке домов сектантов в «Дома перерождения» и оценивали риски. А ритуальную одежду надевали, чтобы обмануть верующих, ведь деловые костюмы сразу выдали бы их меркантильные цели. Что ж, с родителями Ирумы все ясно, но в этих одиннадцати материалах есть и другие люди, чьи мозги были промыты сектой.

Курихара указал на материал седьмой – «Дом дяди».

* * *

Курихара: До чего печальный случай. От одного прочтения плохо становится. Однако покойный Наруки Мицухаси оставил нам ряд важных зацепок. Давай попробуем воссоздать планировку дома «дяди» по заметкам мальчика.

Курихара взял карандаш и начал рисовать в своем блокноте.

«…Дом дяди больше, чем наша квартира, а слева от входной двери была большая клумба – очень круто! В самом доме от входной двери тянулся длинный-предлинный коридор, а по бокам было очень много дверей».

Курихара: Слева от крыльца клумба. По центру дома проходит длинный коридор. В нем много дверей.

«В самой ближней комнате справа стоял телевизор и стол. Одно окно выходило на клумбу и входную дверь, а из окна с противоположной стороны виднелись проезжающие туда-сюда машины…»

Курихара: «Самая ближняя комната справа» – значит ближайшая с правой стороны от говорящего. Исходя из ее описания, думаю, это была гостиная. Что особенно важно, так это то, что из окна гостиной видна входная дверь.

Курихара: Вероятно, эта комната выступала вперед и частично заходила на территорию сада, разбитого перед домом.

Из слов «из окна с противоположной стороны виднелись проезжающие туда-сюда машины» становится ясно, что одна сторона гостиной смотрела на дорогу. Именно в этой комнате Наруки с мамой и «дядей» ужинали – естественно, что мальчик называл ее «комната, где мы едим». Что касается соседней комнаты, вот как про нее рассказывает Наруки в своем дневнике:

1. «После ужина я вышел в коридор и зашел в соседнюю дверь. «Это твоя комната, Наруки», – сказал дядя».

2. «Потом я вышел в коридор и зашел в соседнюю комнату с той, где мы едим. Из больших окон виднелась клумба. Посередине комнаты стояло что-то похожее на велосипед. Дядя объяснил, что это велотренажер. Я даже попробовал покрутить педали, оказалось, что это весело. В этой комнате имелась еще одна дверь, она вела в пустую комнату. Из одного окна тоже можно было увидеть клумбу, а из другого – речку».

Курихара: В обоих случаях говорится о комнате рядом с той, где они ужинали, но, судя по описанию, это не может быть одна и та же комната. Следовательно, надо полагать, что это две разные комнаты. Тогда определим их расположение относительно друг друга.

Курихара: Чтобы попасть из гостиной в комнату ②, Наруки сначала выходил в коридор. Кроме того, в тексте говорится, что из этой комнаты «видна клумба». Значит, можно предположить, что вторая комната находилась с другой стороны коридора. Вероятно, маленький Наруки просто не знал слово «напротив».

Курихара: В комнате ② имелась дверь, ведущая в другую комнату. Из этой комнаты также виднелась клумба, поэтому можно предположить, что на плане она должна находиться слева. Фраза «из другого окна видна река» тоже несет важную информацию.

Тогда расположение комнаты Наруки, то есть комнаты ①, становится очевидным.

Курихара: Теперь мы можем представить себе общий план дома.

Автор: Невероятно. Составить план дома с таким малым количеством данных…

Курихара: Все благодаря Наруки. Он, должно быть, был очень умным ребенком: ему удалось рассказать обо всем, что он видел, очень точно и при этом лаконично. Однако среди всего этого есть одно странное описание, в которое трудно поверить.

Курихара: Запись от 27 февраля, когда мальчик впервые за три месяца посетил дом «дяди».

«Завтрак был вкусный. Кукурузный суп и яичница-глазунья. Мне захотелось покататься на недвигающемся велосипеде, поэтому я пошел в соседнюю комнату и покатался. Из-за того, что я сделал это сразу после еды, у меня заболел живот».

Курихара: Это дает нам понять, что велотренажер находился в комнате ②.

«Тогда я открыл ту вторую дверь, но за ней уже не было комнаты, а просто текла речка. Я подумал, что это очень странно».

Курихара: «Та вторая дверь», должно быть, вела в дальнюю комнату. Когда он зашел в эту дверь, то почему-то оказался на улице.

Автор: То есть комната исчезла?..

Курихара: Такое невозможно в обычной жизни, разве что речь идет о шоу фокусов. Однако, если допустить, что увиденное Наруки было реальностью, можно выдвинуть одну гипотезу.

За эти три месяца «дядя» провел работы по уменьшению площади дома.

Итак одна комната была ликвидирована. Тогда планировка дома могла измениться следующим образом.

Курихара: Похоже на дом Ирумы, тебе не кажется?

Автор: Неужели «дядя» и впрямь перестроил свой дом, чтобы тот стал похожим на «Дом перерождения»?..

Курихара: В тексте есть доказательство того, что он был членом «Ордена перерождения».

«Дядя по коридору отвел меня в дальнюю комнату. В этой маленькой комнатке была коричневая кукла. Я испугался, когда ее увидел».

Курихара: Где именно эта комната находилась, неизвестно, но из слов «в дальнюю комнату» можно примерно понять ее местоположение.

Курихара: Наруки в доме «дяди» всегда проводил время в помещениях, которые находились рядом с прихожей. С учетом этого вполне естественно, что для него места, расположенные в глубине дома, могли казаться «далекими».

Курихара: В таком случае «дальняя комната» должна располагаться в верхней части схемы, в районе сердца.

«Дядя сказал, что здесь находится «сердце дома» и что «эту комнату ни в коем случае нельзя запирать на ключ».

Автор: Маленькая комната в районе сердца… В ней кукла. Выходит, это «святилище»?

Курихара: Сам «дядя» так сказал, так что сомнений нет.

Автор: Но что он имел в виду, говоря, что нельзя запирать комнату на ключ?

Курихара: «В этой комнате – сердце дома, ее нельзя запирать»… На первый взгляд звучит странно, но если предположить, что эти слова отражают учение секты, то смысл становится яснее.

Автор: Учение секты?

Курихара: Послушники секты строят дома, которые повторяют тело Богоматери, устанавливают святилища в месте, где должно быть сердце… «Орден перерождения» всячески отождествляет дома с людьми. «Дом – это не предмет, а живое существо» – такова их идеология. Если иметь это в виду, то слова «дяди» начинают проясняться.

Как известно, сердце – это насос, который через кровеносные сосуды перекачивает кровь по всему телу. Если сердце остановится или сосуды рядом с ним забьются, кровь не сможет добраться до конечностей и мозга, и при наихудшем раскладе человек может умереть.

«Запереть святилище» – все равно что «перекрыть сердце»: энергия не будет поступать в дом и…

Автор: И он умрет?..

Курихара: Да, именно эту мысль секта внушала своим последователям. С этой точки зрения слова «дяди» обретают смысл, и становится понятно, почему дверь в потайную комнату в доме семьи Ирума не запиралась на ключ.

«Перекрыть сердце»… Эти слова напомнили мне отрывок из одного материала.

Сцену из статьи-отчета о внедрении в «Дом перерождения», написанную журналистом после паломничества к Богоматери.

«Спустя некоторое время после того, как мы вышли, из святилища вдруг раздался какой-то звук. Прошло несколько секунд, прежде чем я понял, что это был мужской крик. Прислушавшись, я разобрал слова, которые он произносил: «Богоматерь! Ты солгала мне! Разве ты не обещала спасти меня и моего сына!»

«Мошенница! Если ты действительно богиня, то почему мой сын… Наруки… умер?! Я убью тебя! Я перекрою тебе сердце!» – кричал он, пока его выводили на улицу».

Автор: Может быть, мужчина, устроивший переполох около святилища, имел в виду, что?..

Курихара: Уверен, он хотел сказать: «Я закрою святилище на ключ».

Автор: Понятно…

Курихара: Итак, что же стало с тем мужчиной? Об этом говорится далее.

Курихара раскрыл материал восьмой – «Веревочный телефон».

Трое мужчин

«В какой-то момент до госпожи Касахары дошла весть о смерти отца. Это был 1994 год, спустя два года после пожара.

Касахара: Похоже, самоубийство. Заперся в комнате в своем доме, заклеил окна скотчем и принял большую дозу снотворного. Я слышала, рядом с телом лежала какая-то странная кукла… Видимо, у него появились проблемы с психическим здоровьем.

Автор: Значит, он приобрел новый дом?

Касахара: Да. После развода он купил у кого-то домик в городе Итиномия, это в префектуре Айти. Впервые я увидела это место, когда мы приехали на похороны. Большой одноэтажный дом, рядом с входом – клумба с цветами. Соседи говорили, незадолго до смерти папа занимался перестройкой.

Автор: Перестройкой?

Касахара: Да. Сама не совсем понимаю, но кажется, он… уменьшал дом? Полностью избавлялся от некоторых комнат. По крайней мере, так мне рассказывали. <…> Ах да! С домом папы связан еще один необычный факт. Среди его вещей обнаружилась одна фотография. На ней был мальчик, кушавший омурайсу в одной из комнат дома. Ужасно худенький! И с синяками по всему телу.

Автор: Синяками?

Касахара: На него было жалко смотреть… Я не знала этого мальчика, да и ребенком родственников он не был, но почему-то его лицо показалось мне знакомым. Потом я вспомнила, что его фотографию показывали по новостям. Наруки Мицухаси. Он умер от издевательств со стороны своих родителей».

Сейчас, подумав еще раз, я понял: все и впрямь связано.

Курихара: Самоубийство отца Тиэ Касахары, смерть Наруки от издевательств и проникновение журналиста в «Дом перерождения» – все эти события произошли в 1994 году. В этом сомнений нет.

Отец госпожи Касахары, «дядя» и мужчина, буянивший в «Доме перерождения», – все эти три личности – один и тот же человек. Давай объединим три материала и проследим судьбу господина Касахары.

Он был ведущим продавцом автомобилей иностранного производства, проживавшим в городе Хасима префектуры Гифу. У него были жена и двое детей (Тиэ Касахара и ее старший брат), но он не приносил домой денег, гулял ночами напролет и был «отвратительным отцом».

Однако после пожара в соседском доме он стал замкнутым и мрачным. Вскоре он ушел из дома, оставив заявление о разводе и отступные.

Курихара: Впоследствии Касахара переехал в город Итиномия префектуры Айти и купил одноэтажный дом на вторичном рынке жилья. К этому времени он, вероятно, уже вступил в «Орден перерождения». Следуя учению секты, он перестроил дом, чтобы сделать его похожим на «Дом перерождения».

Он неоднократно приглашал туда семью Мицухаси. То есть он заставлял малыша Наруки «выполнять духовную практику».

Но однажды внезапно появился некий блондин и забрал Наруки. Мальчика подвергли жестокому обращению, и он погиб. После этого Касахара ворвался на собрание «Ордена перерождения» и прямо обвинил Богоматерь: «Мошенница! Если ты действительно богиня, то почему мой сын… Наруки… умер?! Я убью тебя! Я перекрою тебе сердце!»

Касахара, разъяренный тем, что его выгнали, не удостоив вниманием…

«Касахара: Похоже, самоубийство. Заперся в комнате в своем доме, заклеил окна скотчем и принял большую дозу снотворного. Я слышала, рядом с телом лежала какая-то странная кукла… Видимо, у него появились проблемы с психическим здоровьем».

Курихара: Он запер святилище своего дома на ключ и попытался его убить. Почему? Потому что дом символизировал Богоматерь.

Касахара перестроил свой дом, веря в учение Богоматери, и заставлял Наруки выполнять практику. Несмотря на это, мальчик скончался. С точки зрения Касахары, Богоматерь его предала.

Вероятно, он попытался отомстить Богоматери, убив дом. Печально. Ведь от этого ей было ни жарко ни холодно.

«Если убить дом, то умрет и Богоматерь»… Он чувствовал, что его предали, но все равно не переставал верить в учение этой секты.

Автор: Но что связывало Касахару и Наруки?

Курихара: Чтобы понять это, прежде всего нужно раскрыть правду о пожаре в доме семьи Мацуэ.

Курихара положил материал девятый – «Звуки шагов, ведущие к месту убийства» – рядом с восьмым материалом.

Курихара: Cын супругов Мацуэ, Хироки, и дочь супругов Касахара, Тиэ, оба считают своих отцов виновными. Действительно, в ночь пожара и тот и другой вели себя странно. В таком случае утверждать, что виновен только один из них, бессмысленно.

Мы должны рассматривать возможность причастности обоих к пожару.

Автор: Хочешь сказать, они были сообщниками?

Курихара: Нет, все не так просто. Вначале сформулируем ключевые моменты, которые нужно выяснить.

• Что побудило отцов госпожи Касахары и господина Мацуэ вести себя так странно?

• Действительно ли мать господина Мацуэ была убита? Если да, то кем?

• Почему ее тело оказалось в шкафу?

• Если причиной пожара стал поджог, то кто и зачем его устроил?

Начнем со странного поведения господина Касахары. Его дочь Тиэ рассказывает следующее:

«Касахара: Мы тогда опять болтали по телефону, по-моему, еще не было и десяти часов. Но почему-то чувствовалось, что что-то не так. У папы дрожал голос, и говорил он невпопад.

Что-то он, конечно, отвечал, но диалог из этого не выстраивался… В общем, не шло. Вдруг послышался… Шум?.. Как будто что-то шуршало – очень странные звуки. Несколько минут мы поболтали ни о чем, а потом папа внезапно сказал: «Ну, теперь спи. Спокойной ночи», – и резко оборвал разговор».

Курихара: Судя по длине нити телефона, Касахара в это время точно был на втором этаже дома Мацуэ. Вопрос в том, где именно он находился.

Тиэ Касахара считает, что он был в традиционной японской комнате, но я так не думаю.

Автор: Что?

Курихара: Прочитай это.

«Касахара: Иногда, когда я долго не могла уснуть, дверь в мою комнату чуть-чуть приоткрывалась, и в комнату влетал бумажный стаканчик. Я поднимала его, залезала в кровать и прикладывала к уху».

Курихара: Когда господин Касахара и его дочь разговаривали по веревочному телефону, дверь всегда лишь «чуть-чуть приоткрывалась». Разве это не странно?

Курихара: Чтобы соединить кровать Тиэ Касахары с традиционной японской комнатой дома Мацуэ веревочкой, дверь в комнату Тиэ пришлось бы открыть полностью.

Если б дверь была лишь приоткрыта, то нитка зацепилась бы, и собеседники не смогли слышать друг друга. То есть в день пожара, а вернее, всегда, когда Касахара и его дочь разговаривали по ниточке, Касахара не был ни в своей комнате, ни в японской комнате дома семьи Мацуэ.

Автор: Где же он был тогда?

Курихара: Судя по планировке, есть только одно место, куда получилось бы протянуть нить телефона, даже если дверь была лишь приоткрыта.

Кровать в спальне матери Хироки Мацуэ.

Секрет

Автор: Но… что он там делал?

Курихара: Есть одна гипотеза, может быть и надуманная… Что, если Касахара… изменял жене с матерью господина Мацуэ?

«Касахара: Выглядел папа для своих лет всегда отлично. Человек он был, конечно, легкомысленный, но иногда мог показать себя и с хорошей стороны. Короче говоря, самый настоящий дамский угодник.

Касахара: Папочка же где-то развлекался и все время приходил очень поздно, весь провонявший алкоголем. Ну а потом заваливался спать. И храпел, конечно. Ничего не волновало!»

Курихара: Привлекательный легкомысленный дамский угодник. К тому же хорошо зарабатывал. Наверняка у него было много поклонниц. Из материалов ясно видно, что в обеих семьях между супругами были плохие отношения.

«Касахара: Вместо того чтобы напрямую высказать все отцу, она жаловалась на него нам с братом. «Это совсем не тот человек, за которого я выходила» и все в таком духе.

Мацуэ: … у моих родителей были плохие отношения. Они не разговаривали друг с другом, даже когда были вместе, и, казалось, видеть друг друга не желали. Наверняка у них и интимной жизни толком не было».

Курихара: Кроме того, семьи Касахара и Мацуэ дружили между собой. Так что, если б отец семейства Касахара и мать семейства Мацуэ стали любовниками, в этом не было бы ничего удивительного.

Со временем им надоела игра в «простых любовников», и они стали искать более сильных ощущений… азарта. И вот Касахара, возможно, придумал эту странную игру – «заниматься сексом, параллельно разговаривая со своей дочерью». Совершенно не понимаю, в чем удовольствие, но, в конце концов, у каждого свои сексуальные предпочтения.

Я думал, Касахара соорудил веревочный телефон из заботы о дочери, которая боялась засыпать в одиночку. Неужели это не так? Он просто использовал свою дочь как игрушку, чтобы получить удовольствие от секса?

«Касахара: А еще голос папы казался мягче и добрее обычного… Я рассказывала ему очень много секретов».

Мне стало не по себе, когда я вспомнил эти слова Тиэ Касахары.

Курихара: В день пожара, возможно, Касахара снова взял с собой веревочный телефон и, пробравшись через окно, отправился к любовнице. Но там он увидел ужасную картину. Ее труп.

Автор: Труп?!

Автор: То есть к тому моменту мать господина Мацуэ уже была мертва?

Курихара: Да. Я считаю, что Касахара не был способен на убийство. Если б он был таким человеком, то напал бы на саму Богоматерь. Он не убийца, просто обнаружил тело. Это открытие его шокировало, испугало, и поэтому его разговор с дочерью стал бессвязным.

«Касахара: Но почему-то чувствовалось, что что-то не так. У папы дрожал голос, и говорил он невпопад».

Автор: В таком случае убийца – отец Хироки Мацуэ?..

Курихара: Тоже нет. Он ведь был католиком.

«Господин Мацуэ достал из кармана серебряную подвеску. Это был крестик с распятием Христа.

Мацуэ: Отец был глубоко верующим христианином. <…> Это единственное, что осталось от дома, который сгорел дотла».

Курихара: Крест с изображением Христа не очень знаком обычным людям, верно? Такие нательные крестики носят в отличие от представителей большинства других христианских конфессий католики.

И именно католицизм – самая строгая ветвь христианства, где убийство строго запрещено. Невозможно представить, что такой ревностный католик, который хотел крестить своего сына, мог сам кого-то убить.

Автор: Тогда кто же убийца?

Курихара: Подсказка лежит в показаниях госпожи Касахары.

«Касахара: Вдруг послышался… шум?.. Как будто что-то шуршало – очень странные звуки».

Курихара: Во время разговора по веревочному телефону она услышала «шуршание». Что это могло быть?

Такой «телефон» не улавливает окружающие звуки. Значит, этот звук, вероятно, создал сам Касахара, находясь рядом с бумажным стаканом. Вот представь: он держал бумажный стаканчик и «чего-то» коснулся. Это издало шуршащий звук. Уж не бумага ли?

Автор: Бумага?..

Курихара: Рядом с телом лежал бумажный конверт. Касахара взял его, открыл и вынул содержимое. Думаю, ты уже понял, что там было.

Автор: Неужели… предсмертная записка?

Курихара: Да. Мать господина Мацуэ покончила с собой.

Завещание

Курихара: Касахара испытал шок от прочитанного и, испуганный, убежал к себе домой.

Курихара: На бегу, в панике, он, должно быть, поднял какой-то шум. Услышав его, отец Хироки Мацуэ почуял неладное и пошел проверить, что происходит в комнате жены.

Там он обнаружил тело супруги. И повел себя довольно необычно.

Курихара: Тридцать минут он молча смотрел на нее, а затем спустился вниз и вывел сына, Хироки, на улицу. После этого он вернулся в дом и перенес тело жены в шкаф в японской комнате. Затем облил тело керосином и поджег.

Автор: Хм… Никак не могу понять, почему он так поступил.

Курихара: Если б он просто обнаружил тело, то должен был бы сообщить в полицию. Но отец господина Мацуэ этого не сделал. Почему же?

Вероятно, он тоже прочел предсмертную записку. И узнал некую правду. В результате он совершил преступление – поджог. Так что же там было написано?

Курихара, взмахнув ручкой, изобразил в блокноте большой крест.

Курихара: И здесь важную роль сыграл тот факт, что он католик. На самом деле, кроме убийства католицизм запрещает и секс в «нерепродуктивных» целях… особенно измену.

«Мацуэ: У моих родителей были плохие отношения. Они не разговаривали друг с другом, даже когда были вместе, и, казалось, видеть друг друга не желали. Наверняка у них и интимной жизни толком не было. У мамы не было денег, а папа не умел работать по дому, так что их брак так назывался лишь формально».

Курихара: Возможно, его жена была несчастлива в браке из-за аскетичного образа жизни мужа. Думаю, это обстоятельство и положило начало их роману с Касахарой.

Здесь начинается самое важное. Может быть, она забеременела от Касахары?

Автор: Что?

Курихара: С мужем у нее сексуальных связей не было, поэтому, как только раскрылась бы беременность, вышел бы на свет и факт измены. А ее муж – строгий католик. Он никогда бы этого не простил. Конечно, до двадцати двух недель можно сделать аборт, но если она долго колебалась и время прошло… Она оказалась в безвыходном положении.

Загнанная в угол обстоятельствами, мать господина Мацуэ оставила записку и лишила себя жизни… так, получается?

Курихара: Ее муж наверняка был уязвлен. Но перед ним стояла более существенная проблема.

«Мацуэ: Отец был глубоко верующим христианином. Он хотел, чтобы меня тоже крестили, но мама была против, и этого так и не произошло».

Курихара: Отец, который мечтал о крещении сына, думал следующим образом: «Если Хироки узнает, то ему придется жить сыном изменницы». Настоящий позор для католика. Поэтому он решил скрыть измену.

Автор: Скрыть?

Курихара: От записки можно избавиться. Но ребенка из утробы просто так не вытащишь. А тела самоубийц полиция подвергает вскрытию – в таком случае беременность обнаружили бы в два счета. Поэтому с целью сокрытия доказательств отец господина Мацуэ решил сжечь труп жены.

Автор: А вместе с ней и ребенка?..

Курихара: Именно. Но, должно быть, он боялся, что и после этого эмбрион сохранится.

Промучившись тридцать минут над тем, что делать, он решил кое-что использовать. Шкаф.

Курихара: Он решил запереть тело в тесном шкафу, чтобы сжечь его дотла, так провести судебно-медицинскую экспертизу было бы невозможно.

Автор: То есть он использовал шкаф в качестве гроба?

Курихара: «Гроб» – отличное сравнение. Но в отличие от похоронного бюро дом семьи Мацуэ – обыкновенный частный дом. Нельзя просто так поджечь только шкаф. Огонь распространится на весь дом. Стало быть, отец господина Мацуэ был на это готов.

Автор: Просто немыслимо… Для ребенка потерять дом намного страшнее, чем жить как сын матери, которая изменила мужу…

Курихара: Люди во имя своих убеждений порой делают глупый выбор. Особенно когда дело касается религии.

Автор: Неужели это действительно так…

Курихара: Теперь подумаем, что стало с виновником трагедии – господином Касахарой, любовником госпожи Мацуэ.

«Касахара: После всего случившегося с папой словно что-то произошло. Прежние беззаботность и жизнерадостность сменило вечно угрюмое настроение».

Курихара: Вероятно, за маской легкомысленного повесы скрывался малодушный человек. Полагаю, его снедало чувство вины за самоубийство любовницы и гибель их неродившегося ребенка, поэтому Касахара искал утешения в религии.

Автор: И вступил в «Орден перерождения»…

Курихара: Вот мы и подобрались к сути секты.

Грешные родители, грешные дети

④ Что за «особое обстоятельство» объединяло членов секты?

Курихара: Здесь нам вновь нужно обратиться к тексту выступления члена верхушки секты Масахико Хикуры.

Курихара: «И эти грехи вы передали своим несчастным детям»… Он произнес эту фразу, точно зная, что у прихожан есть дети.

Получается, все члены «Ордена перерождения» были родителями. Иными словами, бездетные вступить в него не могли. Причем это должны быть не просто дети.

Автор: «Ребенок, рожденный во грехе родителей»… то есть в результате измены?

Курихара: Совершенно верно. По всей видимости, таких детей гораздо больше, чем мы думаем, а их родители каждый божий день страдали от невозможности поделиться с кем-то своими переживаниями. «Орден перерождения» промывал таким людям мозги, пользуясь их одиночеством и чувством вины.

⑤ Каким образом встречи несколько раз в месяц смогли промыть им мозги?

Курихара: В этом деле важно привить чувство вины и сыграть на слабости человека – и тем, и другим члены «Ордена перерождения» обладали с самого начала. Когда запугиваешь и тут же даришь утешение, овладеть разумом подобных личностей проще простого.

Автор: Понятно…

Курихара: И учение секты волшебным образом точь-в-точь подходило Касахаре, потерявшему любовницу и ребенка.

«Ребенок, рожденный во грехе родителей. Дитя греха. Эта скверна принесет вам всевозможные страдания и погрузит вас всех в пучину Ада».

Автор: А жена господина Мацуэ, должно быть, верила, что беременность – это наказание за их греховную связь, и оттого покончила с собой…

Курихара: Да. Одновременно с этим в сердце Касахары поселилась новая тревога. Ведь у другой его любовницы тоже был ребенок.

Автор: Внебрачный ребенок… Ты о Наруки?

Курихара: Да. Проникнутый идеями «Ордена перерождения», Касахара боялся, что мальчика, как дитя измены, будут преследовать несчастья. По этой причине он ушел из семьи и купил дом, который перестроил по подобию «Дома перерождения».

Курихара: Время от времени оставляя Наруки у себя, Касахара стремился очистить его от греха. Но этот процесс прервал «мужчина со светлыми волосами», который однажды появился у него дома и отнял мальчика. В действительности это был или новый возлюбленный матери, либо проходимец, воспользовавшийся ее слабостями… как-то так.

«Мошенница! Если ты действительно богиня, то почему мой сын… Наруки… умер?! Я убью тебя! Я перекрою тебе сердце!»

Автор: Хотя Касахара следовал учению, Наруки все равно скончался… Он был в шоке. И выместил злость на Богоматери.

Курихара: Точно. А осуществив свою бессмысленную месть путем «закрытия комнаты», лишил жизни и себя самого. Печальная судьба у мужчины. Но он, наверное, по крайней мере, как мог раскаялся во всех своих поступках и отчаянно пытался искупить грехи.

Касахара купил дом на вторичном рынке жилья и, убрав целую комнату, пытался воссоздать «Дом перерождения».

«Убрать целую комнату»… Где-то я это уже слышал.

Автор: Курихара, думаешь, семья госпожи Нэгиси тоже…

Курихара: Вне всяких сомнений, «Орден перерождения» замешан и тут.

Мать госпожи Нэгиси еще при жизни обращалась в строительную компанию с просьбой снести комнату дочери.

Когда я впервые услышал об этом, мне показалось это странным, но теперь, узнав об «Ордене перерождения», могу понять ее намерения.

Если убрать комнату госпожи Нэгиси, облик дома приблизится к телу Богоматери. Работа по перестройке дома, которой так желала мать госпожи Нэгиси, заключалась, если можно так выразиться, в ампутации правой ноги.

Автор: Выходит, и она родила ребенка на стороне?

Курихара: Наверное. И решила воспитать его в браке.

Автор: Что? Подожди, не может быть…

Курихара: Да. Яёй Нэгиси родилась в результате измены матери.

Гиперопека

Курихара: Больше всего вопросов в ее рассказе у меня вызывает широкая улица.

«Нэгиси: Мама говорила мне: «Ни в коем случае не приближайся к улице. Ходи через переулок». Действительно, на той улице было опасно из-за узких тротуаров, но ведь в нашем тихом районе ездило не так уж много машин, и я думала, что мама излишне беспокоится».

Курихара: Мать госпожи Нэгиси большую часть времени обходилась с ней сурово, однако, когда дело касалось ее безопасности, вдруг проявляла чрезмерную заботу. Что за эмоциональные качели?

На мой взгляд, мать госпожи Нэгиси боялась, что дочь попадет под машину, получит серьезные раны и ей может потребоваться переливание крови… А тогда стала бы известна группа крови девочки.

Автор: И что?

Курихара: Есть много случаев, когда по группе крови ребенка выявляли неверность матери.

Курихара: Например, у родителей с первой группой крови не может родиться ребенок со второй группой крови.

Курихара: Если вдруг такое происходит, из этого следует, что жена изменила мужу с обладателем второй или четвертой группы крови. Раньше в каждом роддоме у новорожденных брали анализ крови, и бывало, как я слышал, что факт измены раскрывался сразу после рождения и пара разводилась.

Автор: Итак, мать госпожи Нэгиси боялась, что в случае переливания крови ее неверность выйдет наружу… Секундочку. Если раньше у всех новорожденных брали анализ крови, разве правда не должна была вскрыться еще тогда?

Курихара: Вероятно, по какой-то причине у госпожи Нэгиси этот анализ не взяли.

«Нэгиси: Как я уже говорила ранее, я родилась аж на два месяца раньше срока, к тому же путем кесарева сечения – роды, опасные как для матери, так и для ребенка».

Курихара: Преждевременные роды означают, что плод не до конца развился. Иными словами, ребенок рождается недоношенным. У таких младенцев маленькое тело и, соответственно, мало крови, так что возможности взять образец у них нет и анализ группы крови не проводится. Конечно, тот факт, что госпожа Нэгиси появилась на свет раньше срока, – чистая случайность, но для матери эта случайность была счастливой.

Так, давай еще раз пройдемся по хронологии событий.

Беременность в результате измены

↓

Сокрытие правды

↓

Вступление в «Орден перерождения»

Мать госпожи Нэгиси беременеет от любовника. Она решает скрыть правду от мужа и рожать. Однако жить с грузом тайны в одиночестве ей, должно быть, тяжело.

Тогда она узнает об «Ордене перерождения» и глубоко проникается учением секты.

Подобно «подпольным христианам» периода Эдо, мать проводит дни, тайком от мужа поклоняясь Богоматери. Но тут происходит нечто совершенно неожиданное – тот несчастный случай.

Курихара: Рядом с их строящимся домом, так еще и у того самого места, где должна быть прихожая, сотрудник компании «Хаусмэйкер Мисаки» насмерть сбивает мальчика. В этот момент матери госпожи Нэгиси приходит в голову мысль.

Курихара: Если изменить расположение прихожей, то облик дома приблизится к «Дому перерождения»… Какое удачное совпадение. Мать госпожи Нэгиси решила убедить мужа изменить планировку.

«Отец госпожи Нэгиси страшно разозлился на строителей. Ситуацию разрешила его жена, предложив следующий выход. Изменить расположение прихожей… На этом условии мать госпожи Нэгиси была готова простить компанию».

Курихара: Удачные совпадения на этом не заканчиваются: девочка рождается недоношенной, поэтому у нее не берут кровь на анализ. Однако же эта счастливая случайность приводит к новым мучениям.

Вероятно, для матери госпожа Нэгиси была словно ящик Пандоры: неизвестно, когда всплывет ее группа крови – в случае аварии, болезни, донорства крови… Неизвестно, раскроется ли грех матери.

Чувство тревоги подпитывает зависимость от религии: женщина с головой погружается в «Орден перерождения». И вот ее начинает кое-то беспокоить.

Курихара: «Этот дом недостаточно похож на «Дом перерождения»… Так она, должно быть, думала, ведь до тела Богоматери ему действительно было далеко. И тогда мать госпожи Нэгиси стала откладывать деньги на перестройку.

«Нэгиси: В ящике маминого стола был конверт с шестьюдесятью восьмью банкнотами по десять тысяч иен внутри. <…> Когда мама была здорова, то подрабатывала в магазине бэнто…»

Курихара: Однако, даже если работать в магазине бэнто на полставки, пусть и не покладая рук, можно выручить максимум пару сотен тысяч иен.

«Они продают очень дорогие товары стоимостью в миллионы, а иногда и десятки миллионов иен».

Курихара: Секта требовала расходов минимум в несколько миллионов иен – недостижимая цель для работницы на полставки. Со временем она отказалась от идеи заказать перестройку у «Ордена перерождения» и отправилась в офис «Хаусмэйкер Мисаки».

«Икэда: Дело в том, что спустя пять лет после того, как был построен дом, ваша мама одна наведалась в нашу компанию с крайне интересной просьбой: «Не могли бы вы снести угловую комнату с юго-восточной стороны дома?»

Курихара: Вероятно, женщина питала слабую надежду, что, учитывая прошлый инцидент, компания согласится перестроить дом по более низкой цене.

Но, разумеется, никакая компания, даже чтобы загладить свою вину, не стала бы себе в убыток выполнять такую бессмысленную работу. Мать госпожи Нэгиси так и не избавилась от беспокойства и закончила свои дни в мучениях. Вот как-то так.

Автор: Конечно, не тебя нужно об этом спрашивать, но все равно… Как думаешь, в итоге мать госпожи Нэгиси любила ее?

Курихара: Поскольку идея «Ордена перерождения» заключалась в спасении детей, рожденных в результате неверности, надо полагать, что дочь она любила. Однако, исходя из расположения комнаты госпожи Нэгиси, можно выдвинуть и другую версию.

По сути, в идеале детская должна располагаться в области «матки». Однако комната госпожи Нэгиси, как ни посмотри, находится совсем не там – если уж на то пошло, это скорее «нога». Более того, гораздо ближе к «матке» кровать ее матери. Возможно, себя она желала спасти больше, чем свою дочь. Впрочем, это всего лишь догадки.

Перерыв

Курихара: Думаю, ты уже понял, что мать госпожи Нэгиси, господин Касахара и супруги Ирума были членами «Ордена перерождения».

Автор: Получается, родители Ирумы тоже не были верны друг другу?

Курихара: Наверняка та же история, что и с госпожой Нэгиси.

Автор: То есть… Ирума родился от измены матери?..

Курихара: Я думаю, да. Но особенность семьи Ирума в том, что в перестройке дома участвовал отец. Наверное, оба родителя вступили в секту уже после того, как отец узнал об измене.

Автор: Даже не знаю, что сказать… Очень великодушный отец…

Курихара: Вероятно, он пошел на это ради ребенка. Но, если позволить себе необоснованные догадки, можно предположить и другой вариант.

Курихара: Ирума родился через восемь лет после свадьбы родителей. Поздновато, не так ли? Это лишь догадка, но, может быть, проблема была в отце Ирумы?

Автор: Думаешь, он был бесплоден?

Курихара: Да. Но они очень хотели ребенка. И вот… Ладно, хватит домыслов. Лучше остановимся на этом.

Курихара, не вставая, потянулся.

Курихара: Вот и закончился первый тайм. Сделаем небольшой перерыв перед вторым. Я заварю чай.

Рождение

Кофейная чашка наполнялась кипятком. За окном уже стемнело.

Курихара: До настоящего момента мы рассматривали, что представлял собой «Орден перерождения». Теперь перейдем к тому, почему он возник и как распался.

Итак, ключевой фигурой в истории «Ордена перерождения» является его основательница Богоматерь. Давай проследим историю ее становления.

Курихара раскрыл десятый материал – «Дом, из которого невозможно сбежать».

Курихара: Яэко жила в «Доме оставленных» по соседству с Акэми Нисихару. У Яэко не было левой руки, и, более того, спасая сына Акэми, Мицуру, она потеряла правую ногу. Женщина без левой руки и правой ноги… Яэко и Богоматерь – один человек, это ясно из второй половины десятого материала.

«Акэми: В то время к Яэко часто стал захаживать один мужчина – кажется, богатенький сын директора строительной компании под названием «Хикура». Он без памяти влюбился в Яэко и, говорят, переписал на себя все ее долги – разумеется, он рассчитывал таким образом заслужить ее благосклонность. И забрал их обеих с собой. <…> Сейчас он сам почетный председатель компании – хорошо родиться сыном директора, даже если ты моральный урод… Этот мир уже не спасти».

Курихара: «Сейчас он сам почетный председатель компании», значит, тот постоянный клиент – Масахико Хикура. Вот тогда и пересеклись их с Яэко дороги.

Здесь нужно вспомнить слова, которые говорила прихожанам Богоматерь в святилище «Дома перерождения».

«Как вам известно, я родилась дитем греха. Прегрешения матери лишили меня левой руки, а правую ногу я потеряла, дабы спасти дитя греха. При помощи тела, которое у меня осталось, я хочу спасти вас и ваших детей. Так давайте же переродимся. Столько, сколько потребуется».

Курихара: «Правую ногу я потеряла, дабы спасти дитя греха»… Думаю, она имеет в виду несчастный случай с Мицуру. Действительно, рискнув жизнью, чтобы спасти мальчика, она в итоге лишилась правой ноги. Но почему же Мицуру дитя греха? В материале есть следующая запись.

«В девятнадцать лет госпожа Акэми забеременела от клиента. Он представлялся руководителем небольшой компании и часто говорил, что хочет создать с ней семью, глядя ей в глаза с серьезным выражением лица. Очарованная его искренностью, госпожа Акэми всерьез рассматривала возможность брака.

Курихара: Госпожа Акэми забеременела от женатого мужчины, который оказался обманщиком. То есть Мицуру появился на свет в результате измены… «Дитя греха, рожденное во грехе».

«Акэми: Однажды, когда детей не было рядом, мы как-то разговорились о жизни, и оказалось, что у нее довольно тяжелое прошлое».

Курихара: Тогда Яэко и госпожа Акэми разговорились о жизни. И Яэко узнала подробности рождения Мицуру.

Автор: Значит, в святилище Яэко не несла религиозную чушь, а говорила правду.

Курихара: Да… если можно так выразиться.

«Я родилась дитем греха. Прегрешения матери лишили меня левой руки, а правую ногу я потеряла, дабы спасти дитя греха».

Курихара: «Родилась дитем греха», «Прегрешения матери лишили меня левой руки» – выходит, все это правда. Но что конкретно с ней случилось?

«Акэми: Сказали, что она была брошенным ребенком. Было что-то про хижину… Кажется, ее нашли брошенной в хижине в лесу.

Курихара: «Хижина в лесу»… Где-то это уже было.

Курихара взял в руки материал третий – «Водяная мельница в лесу».

Курихара: Дочь главы клана дзайбацу, Уки Мидзунаси, находит в лесу водяную мельницу. Что собой представляло это сооружение? Внимательно перечитаем этот отрывок.

«Я осмотрелась еще раз и заметила слева от мельницы нечто, напоминающее маленькое синтоистское святилище. Мне стало интересно, и я решила подойти поближе.

Курихара: Статуя богини с круглым фруктом в руке… Человек, сведущий в буддизме, сразу поймет, о ком речь. Это богиня Харити.

Автор: Харити… Кажется, я что-то про нее слышал…

Курихара: Изначально ее почитали в Индии. Считается, что Харити оберегает детей. Чаще всего ее статуи изображают с гранатом в одной руке и младенцем в другой.

Автор: Выходит, она покровительница детей?

Курихара: Да. Но меня заинтересовало то, что Уки упомянула только фрукт. Похоже, ребенка у статуэтки в руках не было.

Автор: Это что, так необычно?

Курихара: Конечно, в зависимости от региона и личности скульптора могут быть вариации, но если в одной руке Харити держит фрукт, то в другой, как правило, ребенка. Так почему же у статуэтки богини его не было? Ответ мы получим, взглянув на план строения водяной мельницы. Статуэтка располагалась рядом с углублением.

«Через него [отверстие], однако, не получалось ничего разглядеть, поэтому, наверное, правильнее назвать его углублением. Оно было квадратной формы – сильно скрючившись, я даже могла бы в него поместиться».

Курихара: Это углубление было сделано для того, чтобы поместить в него ребенка.

Автор: Поместить ребенка?

Курихара: Да. Я пришел к этой мысли, когда читал тот материал.

Он указал пальцем на материал пятый – «Место преступления было рядом».

Курихара: А что, если Окину носила ребенка Киётики Адзумы?

Автор: Чего?!

Мне и в голову такое не приходило. И все же это возможно: как-никак они любили друг друга, так что в беременности ничего удивительного не было.

Курихара: Окину, придерживая свой большой живот, тайно покидает особняк. Идти ей некуда, и Киётика решает тайком построить для нее родильный домик в лесу. Скорее всего, поручил он это своим плотникам.

Но недостаточно просто поселить где-то молодую маму. Ребенок Окину – ребенок Киётики, а значит, потенциальный наследник семьи. Если жена Киётики узнала бы о существовании младенца, то непременно убила его. На всякий случай они соорудили малышу убежище.

Автор: Имеешь в виду углубление?..

Курихара: Да. А рядом с мельницей стояла каменная статуэтка богини Харити. Думаю, ей не вложили в руку ребенка, потому что ей она оберегала младенца, которому только предстояло родиться. Это хорошо показывает, насколько сильно Киётика любил Окину.

Вскоре в этой комнатке Окину рожает малыша. Здесь-то и начинаются проблемы. Когда Уки обнаружила мельницу, ребенка в ней уже не было – осталась только самка цапли… то есть тело Окину. Но куда в таком случае пропал младенец?

Курихара: В записях Уки есть любопытное место.

«В тот вечер после ужина я подумывала спросить у дяди и тетушки о мельнице. Она не принадлежала их семье, но находилась неподалеку от дома, поэтому они могли что-то знать.

Малыша положили в больницу, так что последующие несколько дней дядя и тетя были заняты своими заботами, а я так и не смогла спросить о мельнице и вернулась в Токио».

Курихара: На момент написания заметок Уки был двадцать один год, так что можно предположить, сколько было ее дяде с тетей. Трудно представить, что в те времена у такой возрастной пары мог появиться младенец. Не думаешь, что они подобрали ребенка Окину?

Курихара: После родов в мельнице Окину не имела возможности как следует восстановиться и понимала, что умирает. Чтобы перед смертью успеть хотя бы спрятать ребенка, она из последних сил провернула колесо и закрыла младенца в углублении. Но Окину не заметила…

…как левую руку малыша, тянувшегося к матери, придавило стеной.

Божество

Курихара: После кончины госпожи Окину ребенка спасли дядя и тетя Уки.

Курихара: Решившие прогуляться в лесу супруги случайно обнаружили мельницу. Как и Уки, они заметили механизм и обнаружили тело женщины, а затем и ребенка, лежавшего в углублении. Из-за долгого пребывания в зажатом положении ткани левой руки младенца омертвели.

Курихара: Супруги превратили домик в своего рода усыпальницу, сдвинув стену так, чтобы тело Окину было не видно, и, взяв малыша, вернулись домой. Омертвевшую руку ребенка ампутировали.

Таким образом дочь Окину стала приемным ребенком супругов, а назвали ее Яэко.

«Яэко росла в обеспеченной семье в префектуре Нагано. Однако в восемнадцать лет она кое-что узнала от родителей.

Акэми: Ей сказали, что она была брошенным ребенком. Было что-то про хижину… Кажется, ее нашли брошенной в хижине в лесу.

Курихара: «Кое-что» – это, наверное, история того, как она появилась на свет. Шокированная, Яэко решила уйти из дома.

Автор: Но почему она затаила обиду на людей, которые вырастили ее?..

Курихара: Кто его знает… У всех есть свои семейные обстоятельства, понятные только им.

Автор: Хм…

«Акэми: Ну так вот, сбежав из дома, Яэко переехала в Токио и стала искать работу, но ввиду отсутствия руки, конечно, натерпелась. Кажется, она как-то сводила концы с концами, работая на подработке, где нужно подписывать конверты.

Но вот однажды настал поворотный момент. В двадцать один год Яэко влюбилась в своего начальника, и тот сделал ей предложение».

«Акэми: Вот так раз – и жена директора. Невероятно. У них сразу же появился ребенок, и, казалось бы, вот она, спокойная жизнь… но не тут-то было. Жизнь тем и сложна, что в любой момент можно угодить в западню.

Курихара: После ухода из дома Яэко прошла через замужество, рождение дочери, самоубийство супруга и, в конце концов, вынужденная выплачивать огромные долги, оказалась заперта в «Доме оставленных».

Курихара: Значит, таким образом она стала женой будущего главы компании, Масахико Хикуры. Мы не знаем, принесло ли ей это счастье, но, по крайней мере, Яэко больше не нужно было волноваться о своем положении в обществе и финансах.

…Так может показаться на первый взгляд. Однако то был еще не конец.

Курихара открыл второй материал, «Дом, который порождает мрак».

«Иимура: Та-ак, дайте-ка вспомнить… Строительству я тогда еще только учился, так что было это, наверное, во второй половине 1980-х. Глава «Хикуры» попал под подозрения по странному делу – мол, в молодости он совершил какие-то жестокости. В итоге оказалось, что информация ложная, но из-за шумихи на ТВ и в печати об этом судачил весь город. Произойди такое сейчас, в интернете разгорелись бы жаркие споры о его виновности. В общем, потеря репутации – дело страшное, так что акции компании резко упали. Тут можно только посочувствовать. Так вот, их тогдашний конкурент в Тюбу, компания «Хаусмэйкер Мисаки», не упустил шанс и увеличил свою долю рынка, после чего «Хикура» десять с лишним лет не могла полностью восстановиться. Но из этого горького опыта они вынесли урок: медиа плевать на факты».

Курихара: Во второй половине 1980-х репутация и стоимость акций «Хикуры Хаус» обрушиваются из-за ложных слухов, продажи идут на убыль. Тогдашний директор компании, Масахико Хикура, хочет выйти из тупика. В это время он обращает внимание на религию.

В Японии тогда беспрецедентный бум новых религий, религиозные культы пользовались бешеной популярностью. Сейчас такое трудно даже представить, но главу «Аум Синрикё»^[33], Сёко Асахару, приглашали гостем на разные ток-шоу, к нему относились как к настоящей звезде.

После того как в 1995 году «Аум Синрикё» устроила террористическую атаку, феномен популярности сект подвергся жесткой критике, однако до тех пор в обществе бытовало мнение, что новые религии – «немного странное, но в целом хорошее явление, популярное среди прогрессивной молодежи».

Для улучшения имиджа компании и привлечения новых постоянных клиентов Масахико Хикура основал секту, которая стала теневым предприятием «Хикуры Хаус».

Автор: Что?! То есть «Орден перерождения» – детище самого Хикуры?..

Курихара: Эта версия очень убедительна.

«Спустя некоторое время на сцене появился человек. То была не основательница секты Хикари Мидо, а мужчина около сорока пяти лет, одетый в костюм.

До меня уже доходили слухи о нем: мол, директор «Хикуры Хаус» глубоко вовлечен в секту «Орден перерождения» и оказывает ей большую материальную поддержку».

Курихара: Этот отрывок не должен нас запутать. Не может быть, чтобы человеку, который просто оказывает секте финансовую помощь, позволялось выступать с речами перед последователями. Ибо это демонстрирует несостоятельность организации. Почему же у Хикуры была возможность так открыто выступать? Надо полагать, потому что он сам и был ее основателем.

Автор: Теперь понял…

Курихара: В общем, создав секту, Хикура решил использовать свою жену… Яэко. Он выдавал ее за «духовного лидера». В Японии людей с физическими ограничениями с древних времен почитали как божеств.

Автор: То же упоминалось и в статье, но неужели это правда?

Курихара: Да. По всей стране сохранилось множество свидетельств поклонения одноглазым, одноруким, одноногим и прочим подобным божествам. Почему так сложилось? Многие фольклористы объясняют это тем, что детям, родившимся с физическими отклонениями, отводилась «божественная» роль.

Автор: Вот оно как…

Курихара: Еще пример – фукусукэ^[34]. Считалось, что карлики приносят в дом процветание, поэтому люди стали изготавливать такие фигурки. В таких уникальных особенностях, нехарактерных для большинства, японцы видели проявление сверхъестественного.

В этом смысле Яэко идеально подходила на роль богини.

«Если верить слухам, Богоматери более пятидесяти лет, однако на ее лице почти нет морщин, длинные блестящие черные волосы и упругая гладкая кожа делают ее моложе лет на десять.

Курихара: Хикура разработал концепцию «Ордена перерождения», вдохновляясь необычным телом супруги и историей ее жизни.

«Культ, спасающий детей, рожденных от греха, путем сна в утробе Богоматери»… Хикуре, по-моему, ближе стезя писателя или художника, чем руководителя компании.

Автор: Интересно, как себя чувствовала Яэко, которой пришлось притворяться основательницей секты?

Курихара: Не знаю. Но очевидно, у нее как человека, которого, считай, выкупили, заплатив за нее долги, не было права на отказ, как бы она себя ни чувствовала. Сидеть в святилище и озвучивать заготовленный текст – единственное, что оставалось Яэко.

Курихара: Под «прегрешениями матери», судя по всему, подразумевается роман Окину. Она спала с женатым мужчиной, Киётикой Адзумой, в доме которого была служанкой. В результате этой связи и родилась Яэко, будущая Богоматерь. К тому же она и правда лишилась левой руки по невнимательности матери.

«К слову, в 1999 году «Орден перерождения» был распущен, а через год снесли и «Дом перерождения».

Курихара: Секта смогла собрать определенный круг последователей, но не просуществовала долго. На то были разные причины. Во-первых, теракт, устроенный «Аум Синрикё», вызвал волну сильнейшей критики в адрес различных религиозных организаций. Во-вторых, члены ордена, чьи надежды на спасение не оправдались, например Касахара, стали обвинять Богоматерь в обмане. В-третьих, вторая половина 90-х годов ознаменовалась экономической рецессией – богачей, которые были бы в состоянии платить за перестройку домов, осталось мало. Но, как мне кажется, самая важная причина заключается в том, что «Хикура Хаус» просто перестала нуждаться в «Ордене перерождения».

Автор: Почему же?

Курихара: Взгляни на второй материал, «Дом, который порождает мрак».

«Иимура: В общем, потеря репутации – дело страшное, так что акции компании резко упали. <…> Так вот, их тогдашний конкурент в Тюбу, компания «Хаусмэйкер Мисаки», не упустил шанс и увеличил свою долю рынка, после чего «Хикура» десять с лишним лет не могла полностью восстановиться».

Курихара: «…десять с лишним лет не могла полностью восстановиться»… То есть, если идти от обратного, спустя долгое время компания все-таки смогла восстановиться. Каким образом они вернулись на прежние позиции? Объяснение в первом материале, «Коридоре в никуда».

Курихара: Сотрудник компании насмерть сбивает ребенка рядом с участком клиента. Это ужасное происшествие. Возможно, именно из-за него доверие к «Хаусмэйкер Мисаки» резко снизилось. В Тюбу «Мисаки» – главный конкурент «Хикуры Хаус».

Автор: А как только соперник потерпел неудачу, «Хикура» вновь увеличила свою долю на рынке, так?

Курихара: К тому времени и слухи уже улеглись. Вдобавок «Хикура», наученная горьким опытом, обзавелась грамотной медиастратегией. Возрождение было лишь вопросом времени.

По мере восстановления бизнеса ценность «Ордена перерождения» для компании постепенно сходила на нет, и в итоге он был распущен. Но что же после этого стало с Богоматерью, то есть Яэко?

Курихара взял четвертый материал – «Дом-мышеловку».

Бабушка

Курихара: Судя по возрасту Сиори Хаясаки, описанное произошло в 2001 году. Спустя два года после роспуска секты.

«Хаясака: Открыв дверь, я почувствовала сладкий запах – похоже на благовония. Сама комната была полна разных интересных вещиц, на стенах висели картины. Бабушка сидела на стуле и читала книгу. Это была очень красивая моложавая женщина – я даже с трудом поверила, что у нее и в самом деле есть внучка. Одета она была в длинную юбку, полностью закрывавшую ноги, и кардиган с цветочным узором, на руках – белые перчатки».

Курихара: Элегантная бабушка, которую госпожа Хаясака встречает в гостях у Мицуко. На женщине настолько длинная юбка, что совсем не видно ног, руки в перчатках. Очевидно, она скрывает конечности. Но отчего? Может, они у нее искусственные?

Автор: Тогда получается, эта бабушка и есть Богоматерь, то есть Яэко?

Курихара: У Хикуры и Яэко родился сын Акинага. Он сейчас возглавляет компанию. А его дочь – Мицуко. Яэко ей приходится бабушкой. Все они родственники. Вопрос – как в семье Хикура относились к Яэко?

Курихара: Взгляни на планировку: из комнаты Яэко совсем не видно улицу. В ней нет окон. В то время после теракта «Аум Синрикё» прошло всего несколько лет – секты жестко критиковались. Тот факт, что один из членов семьи – бывшая глава секты, бросил бы на Хикуру тень в глазах окружающих. Но это не значит, что в семье ее презирали.

В итоге о ней продолжали заботиться, но прятали от публики. Расположение этой комнаты наглядно показывает, в каком положении находилась Яэко.

Автор: Очень эгоистично…

Курихара: Пусть и в таких условиях – Яэко старалась жить тихой жизнью, однако семья не позволила ей даже этого.

О падении и смерти бабушки госпожа Хаясака думает так:

«Мицуко ночью пробирается в комнату бабушки, крадет трость и прячет ее в шкафу. Ранним утром бабушка ищет трость, чтобы сходить в уборную, но почему-то не находит ее. И как же она решает поступить? Конечно. «Туалет тут рядом, дойду и так», – ни о чем не подозревая, думает женщина».

Курихара: Мне кажется, это хорошая версия, но кое-что неверно. В книжном шкафу Мицуко спрятала не трость, а протез.

Автор: А… Вот оно как…

Курихара: Утром Яэко просыпается от того, что хочет сходить в уборную. Для этого ей нужно надеть протезы, но почему-то нигде нет ноги. Делать нечего, и она решает пойти без нее.

Курихара: Когда идешь по левой стороне коридора, можно миновать опасное место, но Яэко отважилась идти по правой. Точнее, у нее просто не было выбора. Ведь левая рука – искусственная. Естественно, переносить вес тела на нее опасно. Что было дальше, тебе известно.

Автор: Выходит, Акинага действительно подговорил Мицуко и убил обременявшую его Яэко?

Курихара: Как бы ни хотелось в это не верить. Семейный бизнес – дело такое. С легкостью сеет раздоры.

Гипотеза

Курихара: Так, ну, я вроде все более-менее объяснил. Есть вопросы?

Автор: Насчет дома Хираути…

Он очевидно появился благодаря пристройкам к бывшей мельнице. Но кто и зачем сделал это?

Курихара: Вероятно, секта хотела превратить постройку в достопримечательность. Мол, «Место рождения Богоматери».

Но комнатка мельницы слишком мала, так что пространство решили увеличить, чтобы помещалось как можно больше людей. Думаю, как-то так.

«Женщина: Около двадцати лет сделали большой ремонт. Дом ведь двухэтажный, да? Когда я переехала, он был одноэтажным. После окончания ремонта появился второй этаж. Помню, я тогда подумала: «Ого, они сделали пристройку».

Курихара: Тем не менее секта распалась до того, как ее члены успели использовать место по назначению. И так как оно стало ненужным, его решили оснастить туалетом, кухней, ванной и продать постройку как жилой дом. Сразу видно, все проворачивал человек с хорошей деловой жилкой.

Потом Курихара угостил меня ужином, и я отправился домой. На улице уже стемнело. Я шел к станции и пытался разложить в уме по полочкам все, что услышал от Курихары за сегодняшний день. То, как он смог выстроить такую стройную цепочку, всего лишь прочтя материалы, не вызывало ничего, кроме восхищения его блестящим умом.

И все же…

Я почему-то чувствовал, что что-то не так.

Мне вовсе не казалось, что анализ Курихары мог содержать ошибку, нет. Но он как будто упустил какую-то деталь. Что-то важное…

Меж тем показалась станция. Я решил зайти в кафе перед турникетами и еще раз перечитать материалы. В одной из записей я обнаружил небольшое противоречие, на которое раньше не обращал внимания.

Почему?

Откуда это противоречие?

Да, видимо, когда я собирал эти данные…

В результате некоторых размышлений у меня появилась гипотеза. Держа ее в голове, я снова перечитал записи. К моему удивлению, несколько загадок, которые, как мне казалось, уже были решены, показались в другом свете.

Цепляясь одна за другую, в какой-то момент они сложились в совершенно новую историю.

Сын

28 февраля 2023 года

Токио, район Накамэгуро

Я ждал своего собеседника в отдельной комнатке одного из ресторанов района Накамэгуро. Возможно, именно он обладает самой ценной информацией, необходимой для разгадки всей истории.

Наконец дверь комнаты открылась, и вошел он. Плотная кофта, черные брюки. Обычный повседневный образ, но в прошлый раз он был одет совершенно иначе.

Господин Мицуру… Прежде жил в «Доме оставленных». Он единственный сын госпожи Акэми Нисихару.

Автор: Простите, что отвлек вас от работы.

Нисихару: Да ничего. Я отдыхал вчера, сегодня тоже выходной.

Автор: Правда? Вы ведь говорили, круглый год работаете без выходных?

Нисихару: Да, так было раньше, но в последнее время маме нездоровится, так что мы часто не работаем. У нас же все посетители только ради мамы и приходят.

Автор: Но я слышал, вы превосходно готовите. Наверняка много и тех, кто приходит, потому что хочет поесть ваши блюда, разве нет?

Нисихару: Да бросьте. Это мама любит так говорить, но на самом деле я не такой уж хороший повар. Не учился даже. Так, всего лишь запомнил рецепты из книжки, которую в магазине купил. Я вообще подумывал о закрытии. Ради здоровья мамы.

Автор: Вы хотите закрыть бар?

Нисихару: Да. Хотя, если все бросить, не думаю, что в таком возрасте смогу найти еще работу…

Господин Мицуру слегка улыбнулся. Я совсем не заметил этого при прошлом посещении их заведения, но на короткостриженой голове мужчины было много седых волос, а лицо выглядело осунувшимся.

Нисихару: Кстати, по какому поводу вы позвали меня сегодня?

Автор: Ах да, простите. В общем, мне хотелось бы, чтобы вы кое-что прочли. Это материалы, которые я составил после разговора с вашей мамой у вас в баре. Большую часть нашей беседы вы, наверное, и так слышали, но я буду очень благодарен, если вы взглянете на мои записи.

Господин Мицуру, шурша страницами, прочел десятый материал, «Дом, из которого невозможно сбежать», с абсолютно ничего не выражающим лицом.

Автор: Ну как? Есть что-то, что вас смутило или не сходится с фактами?

Нисихару: А вы-то сами что думаете?.. Раз спрашиваете меня, значит, что-то вас смущает.

Автор: По правде говоря, да… Вот тут.

«Акэми: Почему бы и нет. Однажды, когда детей не было рядом, мы как-то разговорились о жизни, и оказалось, что у нее довольно тяжелое прошлое».

Автор: «Когда детей не было»… Я точно помню, что ваша мама так сказала. Но, по-моему, это как-то странно. В «Доме оставленных» запрещалось выходить из квартир, а чтобы получить разрешение на прогулку, нужно поменяться ребенком с матерью из соседней квартиры.

То есть, когда вы, господин Мицуру, выходили наружу, вас должна была сопровождать госпожа Яэко. И наоборот, дочь госпожи Яэко могла покинуть свою квартиру только вместе с вашей мамой. Получается, дети не могли отсутствовать в квартирах настолько долго, чтобы их матери успели «разговориться о жизни».

Нисихару: Может, это происходило, когда мы были в ванной или туалете?

Автор: Чтобы оба ребенка одновременно отходили в туалет, да еще и на долгое время, возможно ли такое? А что касается ванной… Вот что говорила госпожа Акэми.

«Акэми: Хороший вырос мальчик. Хотя вплоть до средней школы даже ванну не мог принять без меня…»

Автор: Вам было девять лет, когда вы с мамой уехали из «Дома оставленных». Выходит, все время, пока вы там жили, вы принимали ванну вместе с ней.

Нисихару: …

Автор: Итак, где же находились оба ребенка, когда мамы болтали о жизни? Я обдумывал разные версии и нашел только одно объяснение этой ситуации. Прошу простить меня, если я ошибаюсь. В «Доме оставленных»… работала… не госпожа Акэми…

Лицо господина Мицуру пронзила горечь, он едва сдерживал слезы. Тихим голосом мой собеседник прошептал…

Нисихару: Мама… Не виновата.

Ложь

На следующий день я вновь поехал к товарищу на станцию Умэгаока.

Курихара, заваривая зеленый чай, сказал…

Курихара: Вот как. Значит, «Дома оставленных» были заведениями для извращенцев.

«Акэми: Клиенты приходили каждый день поздней ночью. И все как один приезжали на дорогих машинах: все-таки «Дом оставленных» – удовольствие для богачей. Говорят, за один раз они платили сто тысяч иен».

Автор: Сто тысяч иен за одно посещение даже по нынешним меркам очень дорого. Теперь-то ясно, что у них была причина платить так много.

Клиенты приезжали поздно ночью не просто потому, что платили за оказание им определенных услуг. Это, конечно, незаконно, но куда больше проблем возникло бы, всплыви наружу вся правда.

«Госпоже Акэми и другим женщинам принципиально запрещалось выходить из своих квартир. Однако, если выполнить определенное условие, все же можно было это сделать. Условием был обмен детей».

Автор: Думаю система «выходов», которая, по сути, самой банде была невыгодна, существовала для поддержания здоровья и улучшения настроения пленников. Они ведь были ценным товаром.

Курихара: Почему же госпожа Акэми соврала?

Автор: Вот что рассказал мне господин Мицуру:

«Мама… Не виновата. Если бы она отказалась, и маму, и меня убили бы. Выбора не было… В баре она притворяется веселой для клиентов, но на самом деле на душе у нее совсем не то. Каждый вечер, когда мы остаемся одни, мама плачет и просит у меня прощения. Снова и снова. «Мицуру, прости меня за то время… Прости, что я такая плохая мать…» Сколько десятилетий уже так прошло.

Пожалуйста, простите, что она соврала вам тогда во время беседы. Это все ради меня. Мама очень переживает, что люди станут презирать нас, если узнают о прошлом».

Господин Мицуру также рассказал мне о случившемся на дороге.

Автор: Когда они с Яэко отправились в город, он специально выбежал на дорогу. Ему было невыносимо там жить каждый день. Мальчик попытался совершить самоубийство…

Курихара: Вот как все было…

Автор: Учитывая, что в «Доме оставленных», в котором жили Акэми и Мицуру, занимались эксплуатацией, иное значение приобретают и вот эти слова.

Курихара: Хикура приезжал не ради Яэко?

Автор: Девочке тогда было одиннадцать лет. Судя по информации в интернете, Хикуре сейчас семьдесят. Получается, на тот момент ему было двадцать. Разница в возрасте – девять лет. Для супружеских пар в принципе не редкость. Наверняка, когда дочь Яэко выросла, Хикура женился на ней.

Автор: Мицуко из четвертого материала, «Дом-мышеловка», дочь Масахико и дочери Яэко. А нынешний глава компании, Акинага Хикура, – ее старший брат.

Курихара: Так, но Яэко по-прежнему остается бабушкой Мицуко, правильно?

Автор: Да. А еще выходит, что распространившиеся во второй половине 80-х слухи о том, что глава «Хикуры Хаус» «совершил какие-то жестокости» вовсе не ложные.

«Иимура: Строительству я тогда еще только учился, так что было это, наверное, во второй половине 1980-х. Глава «Хикуры» попал под подозрения по странному делу – мол, в молодости он совершил какие-то жестокости».

Автор: Сведения о том, что в прошлом Хикура пользовался определенными услугами и, более того, потом женился на совсем юной девушке… Кто мог сообщить их прессе? Неужели сама Яэко?..

Курихара: Если все действительно так, Хикура, определенно, пошел на большой риск, сделав ее после этого главой своей секты…

Автор: И правда… Но давай пока оставим разговоры о слухах… меня больше смущает тот факт, что какая-то компания попыталась извлечь выгоду из религиозного культа.

Курихара: М?..

Автор: А… Нет, я, конечно, не отвергаю твои рассуждения. Да, Масахико и правда входил в верхушку «Ордена перерождения». Просто… Как же сказать… Я подумал, что, возможно, хоть он формально и занимал руководящую позицию, не обладал реальной властью, понимаешь?

Курихара: То есть настоящим лидером был кто-то другой?..

Автор: Именно. Это лишь мои догадки, но… Может, той, кто на самом деле создал секту, была жена Масахико – дочь Яэко?

Курихара: Почему ты так решил?..

Автор: Прочти еще раз вот это.

Я открыл четвертый материал «Дом-мышеловка».

«Хаясака: Одета она была в длинную юбку, полностью закрывавшую ноги, и кардиган с цветочным узором, на руках – белые перчатки».

Автор: Яэко даже дома скрывала протезы под юбкой и перчатками. Кроме того…

«Хаясака: Пошатываясь, она медленно направлялась в сторону лестницы, опираясь на правую стену. Ей явно было тяжело идти. К тому же она была в длинной юбке – я испугалась, что бабушка может споткнуться о подол, и поспешила помочь.

Автор: Госпожа Хаясака не заметила ни того, что у Яэко нет левой руки, ни того, что у нее искусственная рука. Значит, Яэко и в тот момент была в перчатках, скрывавших протез.

Пожилой женщине хотелось в туалет, но ножной протез пропал, и пришлось идти на одной ноге – даже в такой напряженной ситуации она в первую очередь позаботилась о том, чтобы скрыть свои физические недостатки. Очевидно, Яэко сильно комплексовала по поводу своего тела.

«Акэми: Я заметила не сразу, но у нее… отсутствовала левая рука. Говорила, потеряла ее в аварии сразу после рождения».

Автор: Даже госпожа Акэми, жившая прямо по соседству, заметила только спустя какое-то время. Наверняка Яэко изо всех сил скрывала конечности. Понимаешь, насколько она стеснялась своего тела?

«Вместо правой ноги, полностью отсутствующей, она опиралась на длинную стройную левую и совершенно неподвижно восседала на простеньком стуле. Вместо одежды ее тело прикрывал обрез белой хлопчатобумажной ткани – можно сказать, Богоматерь была полуобнажена».

Автор: Учитывая все это, думаю, ей было очень нелегко появляться перед целой толпой в полуобнаженном виде.

Вдобавок к этому по всей стране стали строиться дома, планировкой повторяющие ее фигуру. Прямо какое-то публичное унижение… Так вот, что, если на самом деле «Орден перерождения» был придуман как издевка над Яэко?

Месть

Автор: Господин Мицуру говорил, что не держит обиды на маму. Но это не значит, что все способны на прощение. Дочь Яэко не смогла простить мать, из-за которой ей в детстве пришлось пройти через горькое испытание. Поэтому, чтобы отомстить, она создала «Орден перерождения»… Точнее, заставила создать секту своего мужа, Масахико Хикуру.

Курихара: Но разве он мог использовать деньги компании на создание культа, просто потому что так захотела его жена?

Автор: Мне кажется, он не мог пойти против жены. Наверняка она шантажировала его тем, что расскажет о его визитах в «Дом оставленных», если он не сделает так, как она хочет. С Яэко то же самое – та беспрекословно исполняла все из чувства вины перед дочерью.

Курихара: Выходит, дочь управляла ими обоими?

Курихара неспешно хлебнул чая.

Курихара: После твоего рассказа я удостоверился в своей новой теории.

Автор: Новой теории?.. В чем же она состоит?

Курихара: С нашей вчерашней встречи я все думал, в чем же причина обиды Яэко на своих приемных родителей.

«Акэми: Ей сказали, что она была брошенным ребенком. Было что-то про хижину… Кажется, ее нашли брошенной в хижине в лесу.

Курихара: Конечно, любой был бы шокирован, узнав, что он неродной ребенок в семье. Но убегать из дома и долгие годы таить злобу – это уже чересчур. Возможно, тогда родители рассказали ей не только о том, что она им не родная дочь. Как только я подумал об этом, вспомнил еще один отрывок. Можно взглянуть на третий материал, «Водяную мельницу в лесу»?

Автор: Да, его я тоже захватил на всякий случай.

«Это была мертвая самка белой цапли. Наверняка кто-то потехи ради запер ее здесь, и она умерла от голода. Судя по состоянию птицы, прошло довольно много времени: валялись выпавшие перья, одно из крыльев было без кончика. Тушка разлагалась, и пол под ней пропитался темно-красной жидкостью».

Курихара: Вот тут – «одно из крыльев было без кончика». Эта деталь упоминается мимоходом, вот мы и не обратили на нее внимания. Но если вдуматься, она, вообще-то, любопытная.

Редакторы могли использовать белую цаплю как метафору… Мне тоже так кажется. В таком случае «одно из крыльев было без кончика» означает «одна из рук была без окончания». Или – «у нее не было кисти».

Автор: Хм, и правда.

Курихара: Когда Уки нашла тело Окину, у последней отсутствовала кисть. Как так вышло? В отрывке далее есть подсказка.

Курихара: Уки не знала, что ребенка подобрали на мельнице. Почему дядя и тетя не рассказали ей об этом?

Автор: Хм…

Курихара: Что, если они чего-то стыдились?

Автор: В каком смысле стыдились?..

Курихара: Ну, например, когда дядя и тетя Уки нашли мельницу, Окину могла быть еще жива.

Автор: Что…

Курихара: Окину с новорожденным ребенком на руках просила у них помощи. И как же поступила пара?

Автор: Не может быть…

Курихара: Из описаний Уки можно предположить, что у них не было детей. Возможно, они хотели завести ребенка, но не получалось? Если так, встретив умирающую женщину с младенцем, они могли замыслить что-то ужасное.

Мне представилась страшная картина. Дядя и тетя Уки силой пытаются отнять ребенка, а Окину, чтобы не допустить этого, крепко держится за левую руку дочери. Младенец плачет навзрыд. Тут дядя использует режущий предмет… предположим, топор для рубки деревьев, и перерубает им запястье Окину. Супруги прокручивают колесо мельницы, запирают Окину и уходят.

Курихара: Почему левую руку младенца пришлось ампутировать? Может быть, кисть Окину, отрезанная прямо, пока та крепко держалась за дочь, долгое время пережимала кровообращение в этой части тела ребенка?

Место отдыха

Курихара: В таком случае этот дом тоже открывается в новом свете.

Курихара: Для чего мельницу расширили пристройками? До недавнего времени мне казалось, что Масахико таким образом хотел сделать из нее достопримечательность «Ордена перерождения». Но дело может быть в другом. Теперь я думаю, это Богоматерь, Яэко, распорядилась провести строительные работы. Внимательно посмотри на планировку.

Курихара: Пристроенные части скрывают левую комнатку мельницы… комнату, в которой умерла Окину. И знаешь, тут я задумался, как могла себя чувствовать Яэко. Наверное, она очень устала.

Автор: Устала?

Курихара: Вся ее жизнь – не что иное, как череда страданий. Родители, которым она доверяла всю жизнь, открывают ей шокирующую правду. Далее, она, инвалид без одной руки, в одиночестве убегает из дома. Замужество, рождение ребенка, самоубийство мужа, и вот она с дочерью в ловушке далеко в горах, где каждый вечер измываются над ними. А в довершение всего – еще и потеря ноги в инциденте на дороге.

Даже после того, как их «выкупил» богатый наследник крупной компании, а дочь получила статус и состояние, Яэко не смогла обрести счастье. Каждый божий день ее невыносимо мучило чувство вины перед своим ребенком. И будто всего предыдущего мало – основание «Ордена перерождения»… Месть от собственной дочери.

Яэко отвели роль духовной наставницы, толпы людей видели ее тело, которое она так старалась прятать от чужих глаз. Иногда ее освистывали и называли «мошенницей», но она все равно терпела, желая искупить грех перед дочерью.

Но, наконец освободившись от бремени, которым была для нее роль Богоматери, Яэко превратилась для семьи в обузу, которую предпочли запереть в комнате без окон. Только подумай, что после такого могла чувствовать эта женщина?

Автор: Трудно представить…

Курихара: Яэко устала от жизни. Возможно, ей просто хотелось вернуться обратно к маме.

«Женщина: Около двадцати лет назад сделали большой ремонт. Дом ведь двухэтажный, да? Когда я переехала, он был одноэтажным. После окончания ремонта появился второй этаж. Помню, я тогда подумала: «Ого, они сделали пристройку».

Если женщина говорила правду, то получалось, что в доме господина Хираути изначально не было кухни, туалета и ванной. Жить в таком доме невозможно».

Курихара: Яэко хотелось, как в крепости, укрыться в месте, где однажды ее уже обнимала родная мать и хотя бы в последний раз уснуть в полной темноте, вдали от посторонних взглядов.

Вероятно, в этом доме она планировала совершить самоубийство.

В тот день я сошел на маленькой станции города Такасаки префектуры Гумма. C нашего разговора с Курихарой прошло два месяца. Зима подошла к концу, уже чувствовалось теплое дыхание весны.

У станции я сел на автобус и где-то за двадцать минут доехал до нужного места. То был дом престарелых, притаившийся в одном из городских районов. Пришлось два часа прождать у входа, прежде чем из здания вышла женщина. Короткие волосы, собранные сзади, кардиган поверх служебной формы. Я поздоровался, и она глубоко поклонилась мне.

На груди у нее был прикреплен бейдж с именем. На бумажке напечатано – «Мицуко Хикура».

Преступница

Сначала мне показалось, что Курихаре удалось разгадать все загадки, связанные с моими материалами. Однако, перечитывая их, я каждый раз не мог понять одну вещь.

Кто убил Яэко?

И Курихара, и Сиори Хаясака пришли к выводу, что преступление по наущению отца совершила Мицуко. Но я все никак не мог понять – могла ли все-таки тринадцатилетняя школьница пойти на убийство, просто потому что так ей велели сделать родители? Мне во что бы то ни стало хотелось напрямую поговорить с ней и узнать правду.

Сразу после окончания старшей школы Мицуко Хикура стала жить самостоятельно и, похоже, с тех пор совсем не общалась с родителями и людьми, причастными к делам компании. Поиски ее местонахождения потребовали от меня много сил и времени. Я по крупицам собирал информацию от разных людей и наконец нашел Мицуко. Она работала сиделкой в доме престарелых в префектуре Гумма. Я не мог не подумать о том, что выбор такой профессии имел какой-то глубокий смысл.

В ответ на первое письмо с просьбой о встрече мне, вполне естественно, пришел отказ. Наверное, я показался подозрительным. Но в итоге после некоторого обмена сообщениями я написал: «Мне хочется узнать истинную причину смерти Яэко». «Хорошо, я поговорю с вами. Приезжайте к месту моей работы во время перерыва». На таких условиях мне дали согласие.

Мицуко: Простите за опоздание. Все никак не получалось отойти на перерыв.

Автор: Нет-нет, это вы меня простите, что отнимаю у вас время.

Мицуко: Может, поговорим вон там?

Мицуко указала на небольшую детскую площадку напротив дома престарелых. Мы встретились в будний день, в первой его половине, поэтому там не было ни одного ребенка. Перейдя дорогу, мы прошли на площадку и сели на скамейку с облупившейся краской. Я заметил на руке Мицуко большой синяк.

Мицуко: Утром меня сильно схватил за руку дедушка с деменцией.

Автор: Но вы не наложили компресс или что-то такое… Точно все в порядке?..

Мицуко: Такие вещи для нас обыденность. Если каждый раз обрабатывать, можно превратиться в забинтованную мумию.

Мицуко весело хихикнула.

По идее, моя собеседница могла спокойно продолжить вести безбедную жизнь старшей дочери главы семейства Хикура, но отчего-то выбрала покинуть дом и честно трудиться.

Воспоминания

Мицуко: Я заметила, что живу не так, как все, примерно когда пошла в младшую школу. Семьи, о которых рассказывали мои сверстники, и моя семья решительным образом отличались. Я тогда жила в большом доме в префектуре Нагано. Помимо папы, мамы, бабушки, моего старшего брата Акинаги, в доме жило много прислуги.

Брат был любимчиком отца: он всегда брал Акинагу с собой на работу и в разные другие места. Брат был умный, да еще и старший ребенок, к тому же мальчик, – думаю, папа хотел дать ему возможность набраться опыта, чтобы тот в будущем продолжил его дело. Что же до меня – я девочка, причем не самая способная, так что папа обращался со мной как с пустым местом.

А мама все время сидела в своей комнате и как будто избегала общения с кем-либо. Даже я, ее дочь, хотя и считала маму прекрасным человеком, все же чувствовала в ней какую-то неприступность. Единственным членом семьи, которому я могла по-настоящему довериться, была бабушка.

Бабуля Яэко… Так я ее называла. Когда я приходила к ней в комнату, она всегда спрашивала: «Ну как ты, Мика?» – И могла играть со мной часами. Вы, наверное, знаете, что у бабушки был ручной протез – из-за этого она не могла совершать сложные действия обеими руками. Но вместе мы занимались чем-нибудь простым, для чего вполне хватает одной руки – вроде рисования или игры с камифусэнами^[35]. Наши веселые, наполненные смехом посиделки были моим единственным утешением.

Мицуко легонько вздохнула, глядя куда-то вдаль.

Мицуко: В семье я была изгоем, но, несмотря на это, бывали времена, когда папа заговаривал со мной очень ласково. В такие моменты он, обязательно с дорогим подарком в руках, подходил ко мне с расплывшимся в улыбке лицом. И всегда говорил, что у него есть «просьба».

Да, по-моему, мне было шесть лет. Папа пришел с большим плюшевым медведем и сказал: «У меня есть просьба к тебе. В воскресенье придут дяди с камерой, скажи им так: «Недавно мы всей семьей ездили в путешествие. У нас очень дружная семья!» Хорошо?» На самом же деле никуда мы не ездили, и семья у нас дружной не была. Но мишка вскружил мне голову, поэтому я согласилась.

В положенное воскресенье домой приехали мужчины с камерами. К моему удивлению, даже мама принарядилась и вышла из комнаты. Потом мы вчетвером, папа, мама, брат и я, выстроились перед камерой, и я старательно проговорила ложь, о которой договорилась с отцом.

На следующий день эту запись показали в передаче по местному каналу. Во время съемок мне казалось, что я говорю хорошо, но в реальности мои слова звучали как-то заученно и неестественно. Взрослые, видимо, рассудили, мол, «девочка волнуется из-за первого появления на ТВ».

«Дочь директора «Хикуры Хаус» – очень милая, домашняя девочка. Пусть с небольшим волнением, она очень бойко говорила в окружении любимой семьи», – все прикрыли вот таким беззаботным комментарием. Меня успешно использовали как талисман «Хикуры Хаус» для улучшения имиджа компании.

После этого папа часто стал обращаться ко мне с «просьбами». В основном требовалось соврать в интервью, мило посмеяться в камеру. По правде говоря, я осознавала, что делаю не очень хорошие вещи, но все нивелировалось мыслью «никому ведь от этого не будет хуже». До того дня…

Как-то отец вновь пришел с просьбой. Лицо у него было перекошено странной улыбкой. По содержанию та просьба почему-то отличалась от прошлых. Я не особо поняла, что от меня требуется, но все равно согласилась.

Немного поясню: в то время у нас работал личный повар по имени Араи. Он был из тех, кто никогда не расстилается перед нанимателем, очень прямолинейный, упрямый мужчина, но готовил просто изумительно.

Так вот, однажды, когда многочисленные домочадцы собрались вместе, я, как и велел отец, сказала:

«Недавно дядя Араи снял с меня одежду и много-много раз трогал».

Помню, как все вмиг замолчали… Начиная со следующего дня Араи больше к нам не приходил. Несмотря на свой юный возраст, я все-таки поняла, что дело именно во мне.

Из-за тех слов дядю Араи обвинили в том, чего он не совершал… Осознав это, я сильно пожалела о своем поступке и в то же время затаила обиду на отца, который заставил меня сделать такое.

Где-то через полгода у папы опять появилась просьба. Эта была рядовая – как обычно, соврать на камеру. Только вот после случая с Араи я уже не хотела повиноваться отцу. Сделав вид, что все исполню, я решила поступить по-своему.

В день съемок в прямом эфире я рассказала правду: о том, какая недружная у нас семья и что мы никогда не ездили в путешествия. Мое первое непослушание вызвало у отца растерянность – он весь побледнел и заметно нервничал. Увидев его реакцию, я подумала: «Есть!» Мне казалось, что я победила. Но тут же почувствовала какой-то холодок – сбоку меня сверлил чей-то взгляд. Это была мама.

Вечером того дня на ужин мы ели рагу из говядины. Мне очень нравилось это блюдо, но в тот раз у него был странный привкус, поэтому половину я не доела. Не сказать, что дело бы в приправах, скорее язык как будто покалывало, и он немел.

Поев, я хотела пойти чистить зубы, но внезапно у меня закружилась голова, я упала на пол, а содержимое желудка вырвалось наружу. После этого я пять дней промучилась в кровати с высокой температурой и непрекращавшимися рвотой и поносом.

Все это время бабушка была рядом и заботливо держала меня за руку. На удивление даже Акинага приходил меня проведать, а папа вызвал врача.

Единственной из членов семьи ни разу не навестила меня только мама.

Потом я вспоминала, что у работника, который подавал мне рагу, немного дрожали руки, а другая горничная с очень напряженным видом стояла, опустив голову вниз. Уверена, им приказали что-то подсыпать в мою тарелку.

И это был не папа. Я не пытаюсь его обелить, но мой заурядный трусливый отец не решился бы пойти на такое зверство, как отравление собственной дочери. Но раз не он, получается, такой приказ нашим работникам могла дать лишь мать.

Тогда я понятия не имела, что мать, используя отца, тайно управляла компанией. Но так или иначе я замечала, с какой боязнью все дома общаются именно с мамой. Единственным, кто не стеснялся открыто высказывать ей свое мнение, был Араи, много лет проработавший в доме семьи Хикура. После его ухода ей больше никто не мог перечить.

С того происшествия Мицуко не покидал страх перед следующей «просьбой», которая могла появиться когда угодно.

Мицуко: Окончив начальную школу, я перешла в среднюю школу для девочек в префектуре Гумма. Место моего обучения выбрал отец, он даже построил там дом для меня.

Я никогда не говорила об этом вслух, но, когда мне сказали, что мы переедем вместе с бабушкой, я подумала: «Мы им только мешаем». Став постарше, я уже не могла играть роль милого талисмана семьи, а бабушка… тогда ее уже освободили от прежних обязанностей.

Переезд из родительского дома не означал, что угроза «просьб» исчезла, но по сравнению с жизнью в Ногано, где я даже вздохнуть свободно не могла, в Гумме и правда стало легче.

В школе у меня появилась новая подруга, Сиори. Первой с ней заговорила я. Я чувствовала, что у нас с ней много общего. Она всегда ходила одна – наверное, мне, изгою семьи, казалось, что эта печальная, одинокая девочка очень похожа на меня. Мы болтали, обменивались дневниками… Дружба с Сиори – это самое яркое воспоминание моей юности. «Вот бы так было всегда!» – думала я.

Но… Как-то раз, перед летними каникулами… приехал папа. Он зашел в мою комнату, неестественно улыбаясь. Казалось, лицо его свело судорогой, я никогда раньше не видела его таким. Он сказал: «Мицуко. У меня есть просьба. Не могла бы ты в следующую субботу спрятать бабушкин ножной протез?»

В тот день Мицуко узнала о секрете семьи.

Мицуко: Сначала я подумала, что это плохая шутка. Но папа был готов разрыдаться… Всем своим видом он будто умолял меня спасти ему жизнь… Тогда я поняла, насколько все серьезно. Видимо, мама как следует объяснила отцу, что будет, если я не соглашусь.

В душе я кричала: «Не хочу!», «Не могу!»… Но только я собралась произнести это вслух, как нахлынули воспоминания о тогдашних мучениях в постели… слова застряли у меня в горле. Я по-настоящему испугалась, что, если ослушаюсь отца… точнее, мать, на этот раз она действительно убьет меня…

Можете считать меня ужасным человеком, можете презирать – я пойму.

… Я согласилась. На одной чаше весов была жизнь бабушки, а на другой – моя собственная.

Искупление

Мицуко: В назначенный день я пригласила на ночевку Сиори. Мне хотелось, чтобы кто-то был рядом. Втягивать подругу в такое… Очень низко, не правда ли? Но я в самом деле не смогла бы вынести это в одиночку.

Ночью, убедившись, что Сиори заснула, я тайком вышла из комнаты и пробралась в комнату к бабушке.

Бабушка уже спала. Я взяла стоявший у кровати резиновый протез телесного цвета и, стараясь не шуметь, направилась к двери. Но тут за спиной послышался звук, как будто шуршит одеяло. От испуга я замерла на месте. Мне было страшно обернуться, какое-то время я стояла как парализованная. Но ничего не случилось. «Наверное, просто ворочается», – успокоилась я и вернулась к себе.

Я спрятала ногу в книжном шкафу, заперла его на ключ и легла в постель. Потихоньку мне стало спокойнее. И тут… я наконец посмотрела правде в лицо. Эта очевидная правда гласила, что я пытаюсь убить собственную бабушку. Слезы хлынули даже прежде, чем я в полной мере успела почувствовать ужас и вину.

Бабуля. Единственный человек в семье, который не относился ко мне как к изгою. Единственная, кто заботился обо мне. Бабуля, с которой мы весело смеясь, рисовали и играли в камифусэны. Бабуля, которая пять дней не отходила от моей постели, пока мне было плохо. Значит, моей драгоценной бабули… единственного по-настоящему родного мне человека… скоро не станет.

Я встала с кровати и открыла шкаф. Я решила вернуть протез на место.

Автор: Что?..

Мицуко: Я пошла в комнату бабушки, оставила протез у кровати и вернулась к себе. Чувства были смешанные.

Я снова не послушалась маму. Неизвестно, что могло случиться со мной дальше. Но страшно мне не было. Наверное, меня окрылило осознание, что я по собственной воле решила спасти бабушку. Я впервые в жизни испытала, что такое спасти человека, невзирая на угрозу собственной жизни.

Мне казалось, я могу все, и, охваченная этим приятным чувством, я уснула.

Мицуко крепко сжала руку, лежавшую у нее на коленях.

Мицуко: Однако, как вам известно, произошел несчастный случай. Бабушка все-таки упала с лестницы и умерла. Все, получилось как хотела мама. Очень странно, но она не надела протез. Узнав об этом, я подумала: «Бабуля хотела меня защитить».

Мицуко: Наши с бабушкой комнаты находились по соседству, она жила за стенкой. Бабушка наверняка услышала слова папы… Нет, отец специально пришел со своей просьбой ко мне, чтобы ей все было слышно. Он умолял не меня, а бабушку. Она могла только догадываться, что сделают со мной, откажись я или потерпи неудачу. Поэтому… пожертвовала собой… Ради меня…

Бабушка специально упала с лестницы… Так мне казалось.

В день похорон, все время, пока прах бабушки не поместили в урну, я, не переставая, повторяла про себя: «Прости меня».

Из рассказа Мицуко я более чем убедился в ее чувствах к Яэко. Но все-таки меня кое-что смутило: тон моей собеседницы почему-то казался слишком равнодушным.

Мицуко: После похорон я наконец вернулась домой. И заметила кое-что странное – в комнате бабушки не оказалось протеза. Но и на момент смерти его на ней было. То есть он должен был остаться здесь. Я все перерыла, пытаясь найти его, но не смогла. И тут у меня в голове возникла страшная догадка.

Я побежала в свою комнату и дернула ручку шкафа. Он не открылся… Нужен был ключ. Выдвинув ящичек письменного стола, в котором был пенал, я достала из него ключ и с ужасом открыла шкаф. В нем лежал резиновый протез телесного цвета.

Сердце ушло в пятки. Никто не знал, что я храню ключ в пенале. Выходит, никто, кроме меня, не мог запереть шкаф… Иными словами, запереть в нем протез.

Автор: Что вы хотите этим сказать?..

Мицуко: Я совершенно точно не вернула протез в комнату бабушки. Мне все приснилось.

«Я снова не послушалась маму. Неизвестно, что могло случиться со мной дальше. Но страшно мне не было. Наверное, меня окрылило осознание, что я по собственной воле решила спасти бабушку. Я впервые в жизни испытала, что такое спасти человека, невзирая на угрозу собственной жизни.

Мне казалось, я могу все, и, охваченная этим приятным чувством, я уснула».

Мицуко: Я побоялась за свою жизнь и решила убить бабушку. Но, не сумев признать свою слабость и низость, я стала мечтать: «Вот бы сделать вот так», «Вот бы быть такой»… И увидела все это во сне. В какой-то момент сон смешался для меня с реальностью.

Не знаю, что вы ожидали от меня услышать.

Но… Бабушку убила я.

Мицуко встала и повернулась ко мне спиной.

Мицуко: Я ушла из семьи, потому что больше не могла жить в страхе перед очередными «просьбами». Сразу после выпуска из старшей школы я покинула дом и поступила в колледж, а параллельно начала подрабатывать.

Почему я выбрала работу сиделки?.. Наверное, потому, что хочу, чтобы она простила меня.

Мицуко приложила ладонь к синяку.

Мицуко: Я специально предложила вам встретиться в свой рабочий перерыв, потому что хотела, чтобы вы увидели, как я работаю сиделкой. Потому что хотела, чтобы вы подумали: «Ей так жаль, что она под давлением родителей убила бабушку, поэтому теперь ради искупления греха она живет скромной жизнью и самозабвенно трудится».

Но сейчас, рассказав вам о своем прошлом, я наконец поняла.

Я лишь притворяюсь жертвой и бегу от чувства вины.

Можете написать об этом как хотите.

Я сидел и смотрел вслед Мицуко, удалявшейся в сторону дома престарелых.

Об авторе

Укэцу – автор хорроров. Публикует свои тексты в интернете и ведет собственный канал на YouTube.

Примечания

1

«Странный дом» – книга вышла в издательстве «Эксмо» в 2025 году. (Примечание редактора.)

(обратно)

2

Префектура Тояма расположена в центральной Японии, в регионе Тюбу. (Примечание научного редактора.)

(обратно)

3

Около 380 000 рублей.

(обратно)

4

Отличительные черты традиционной комнаты в японском стиле: пол, выложенный соломенными матами татами, и почти полное отсутствие мебели. (Примечание научного редактора.)

(обратно)

5

Эдамамэ (яп. 枝豆) – вареные в воде или на пару прямо в стручках незрелые соевые бобы. Популярная закуска к пиву. (Здесь и далее примечание переводчиков.)

(обратно)

6

Префектура Сидзуока расположена в центральной Японии, в регионе Тюбу. (Примечание научного редактора.)

(обратно)

7

Футон (яп. 布団) – традиционный японский матрас небольшой высоты.

(обратно)

8

Джей-лига – японская профессиональная футбольная лига.

(обратно)

9

Тюбу – регион центральной Японии на острове Хонсю, в который входят префектуры Айти, Фукуи, Гифу, Исикава, Нагано, Ниигата, Сидзуока, Тояма и Яманаси.

(обратно)

10

Чуть больше 8 миллионов рублей. (Примечание научного редактора.)

(обратно)

11

Ханъи (яп. 飯伊) – область на юге префектуры Нагано.

(обратно)

12

Дзайбацу (яп. 財閥) – японский термин, означающий «денежный клан» или конгломерат, для которого характерны семейная собственность и относительно высокий уровень диверсификации бизнеса.

(обратно)

13

Тохоку – регион на северо-востоке острова Хонсю, включающий 6 префектур: Акита, Аомори, Ивате, Мияги, Фукусима и Ямагата. (Примечание научного редактора.)

(обратно)

14

В традиционных японских комнатах, в одной из стен, обычно есть ниша с приподнятым полом – токонома. Ее принято украшать композицией из цветов, свитком, гравюрой.

(обратно)

15

Дзори (яп. 草履) – традиционные японские сандалии на платформе, которая приподнимается в пятке.

(обратно)

16

Седовласый демон (яп. 白髪鬼) – японская адаптация романа «Вендетта, или История всеми забытого» английской писательницы Марии Корелли. Автор японской версии – Эдогава Ранпо.

(обратно)

17

В 1990-х годах среди японских школьников, особенно девочек, было популярно обмениваться дневниками, в которых друзья делились своими мыслями, писали о том, как прошел их день, и т. д.

(обратно)

18

Префектура Нагано расположена в центральной Японии, в регионе Тюбу. (Примечание научного редактора.)

(обратно)

19

Испытание мужества – игра на проверку смелости, которая заключается в посещении мест, куда люди боятся ходить.

(обратно)

20

Система, при которой крестьяне, работавшие на земле, должны были платить подать владельцу поместья. В конце XVI века она была отменена и земельные наделы перешли во владение крестьян, которые их обрабатывали.

(обратно)

21

Дораяки – японский десерт в виде двух воздушных блинчиков с прослойкой из сладкой бобовой пасты. (Примечание научного редактора.)

(обратно)

22

Канто – один из восьми регионов Японии. Объединяет семь префектур, в том числе Токио.

(обратно)

23

Токийский университет – один из самых известных и престижных университетов Японии.

(обратно)

24

Омурайсу (яп. オムライス) – жареный рис, покрытый или завернутый в омлет и украшенный кетчупом. Популярное японское блюдо.

(обратно)

25

Префектура Айти расположена в центральной Японии, в регионе Тюбу. (Примечание научного редактора.)

(обратно)

26

Префектура Гифу расположена в центральной Японии, в регионе Тюбу. (Примечание научного редактора.)

(обратно)

27

Накамэгуро – район Токио, где располагаеся множество маленьких заведений (ресторанов, баров и т. д.) «для своих». (Примечание научного редактора.)

(обратно)

28

Префектура Яманаси расположена в центральной Японии, в регионе Тюбу. (Примечание научного редактора.)

(обратно)

29

Префектура Ниигата расположена в центральной Японии, в регионе Тюбу. (Примечание научного редактора.)

(обратно)

30

В японских домах двери в кладовые помещения часто делают во всю стену, то есть ширина двери совпадает по длине с той стороной кладовки, где расположен вход. По предположению автора, при строительстве «потайной комнаты» тоже должны были придерживаться этого принципа (вероятно, потому, что, как и кладовка, это своего рода подсобное помещение). (Примечание научного редактора.)

(обратно)

31

Тюэцу – район в центральной части префектуры Ниигата.

(обратно)

32

Здесь имеется в виду низкий японский стол, за которым сидят прямо на полу. (Примечание научного редактора.)

(обратно)

33

Запрещенная на территории Российской Федерации террористическая организация.

(обратно)

34

Фукусукэ (яп. 福助) – фигурки, изображающие маленького человечка с очень большой головой. Считается, что они приносят удачу.

(обратно)

35

Камифусэн (яп. 紙風船) – японские бумажные воздушные шарики.

(обратно)

Библиотека :)

Вход в систему

Навигация